Рим (1 сезон, 2005 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Рим (1 сезон, 2005 год). Цитаты и фразы из сериала

 

«Рим» (англ. Rome) — масштабный исторический драматический телесериал, состоящий из 22 серий, снятый в Италии для каналов BBC (Великобритания), HBO (США) и RAI (Италия).


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

"Украденный орёл"
Минуло 400 лет с тех пор, как последний царь был изгнан из города,
Римская республика правит многими народами,
но не может совладать сама с собой.
Город постоянно раздирают конфликты
между простыми гражданами и знатью.
Власть делят и поддерживают порядок
два солдата, два старых друга -
Гней Помпей Великий и Гай Юлий Цезарь.
Когда то Помпей был известен,
как самый могущественный человек,
но последние восемь лет,
пока Помпей поддерживал мир в Риме,
Цезарь был занят завоеванием Галлии,
и эта война сделала его намного богаче и популярней.
Баланс сил изменился,
и знать ощутила страх.
Несмотря на благородство собственного происхождения
Цезарь явно встал на сторону простых граждан.
Человек вроде него -
аристократ с собственной армией, деньгами,
и любовью народа,
вполне способен объявить себя царём.
Пулион, в строй!
Пулион!
Одиночный строй!
Сомкнуть щиты!
Вернись в строй, пьяный дурак!
Перестроиться!
Легионер Тит Пулион был героем тринадцатого легиона,
но посмотрите на него теперь.
Правосудие касается всех.
Он допустил ужасное кощунство,
и расплатится за это жизнью!
Как и любой другой, посмевший нарушить закон.
Буйные и пьяницы будут запороты.
Воры задушены.
Дезертиры будут распяты.
Это всё?
Я только начал получать удовольствие.
Перед тобой...
Верцингеторикс, сын Кельтила,
вождь племени Арвернов,
командовавший мятежной крепостью в Алезии,
царь всех галлов.
Какую судьбу ты ему определишь?
Цезарь!
Цезарь!
Цезарь!
Цезарь! Цезарь! Цезарь!
Эй, что происходит?
Эй! Сюда!
Грязные выродки цирковых шлюх!
Вождь галлов сдался Цезарю.
Война окончена.
Только не это.
Парням дали два дня свободы
на разграбление города и мародёрство.
Они все будут богаты.
А я сижу здесь!
Давай, залезай!
400 денариев? Ты не в себе?
Это базовая цена.
За специалистов и качественных женщин
делаем положенную наценку.
От Помпея Великого, господин.
Накинь базовую цену до восьми сот.
"Дорогой друг и партнёр Гай,
у меня ужасная новость."
Прости меня.
Прости.
Я прощаю тебя.
Прощаю.
- Позаботься о моих рабах.
- Да.
И о моём отце.
Конечно.
Поцелуй меня.
Твои волосы.
Такие смешные.
Это не какие-то восточные доходяги.
Настоящие добротные галлы.
Рынок затоварен.
Ты больше нигде не сможешь их продать.
- Семь сотен, и закончим с этим.
- После доставки в Массилию?
- Я умоляю!
- Договорились. Разберись с деталями.
Надеюсь, за нормальную цену сбыл дармоедов?
Достаточно.
Новости из Рима?
Помпей пишет,
моя дочь Юлия умерла при родах.
Соболезную.
Как ребёнок?
Девочка.
Мёртвая.
Помпею понадобится новая жена.
Цезарь! Цезарь! Цезарь!
Подвезли ещё подарков от Цезаря из Галлии.
Цезарь! Цезарь!
Какие чудовищные звуки издают
плебеи, когда радуются.
Это ещё музыка.
Вот подожди, когда Цезарь
заставит их требовать нашей крови.
Тогда ты услышишь по-настоящему чудовищное.
Хорошее вознаграграждение
ожидает того, кто поможет вернуть рабыню,
выкраденную или сбежавшую
из дома Мария Долабеллы.
Под покровительством Помпея Великого
и Юлия Цезаря, заседание Сената состоится завтра.
Внимание!
Любые беспорядки будут подавлены.
Это было восхитительно, Тимон.
Видимо, сегодня в Город зашли сразу два отличных жеребца.
Ну конечно,
как же я не догадался.
Тебе просто нужен конь.
Нужен.
Но не надо так расстраиваться.
Для меня это вовсе не было неприятным.
Может я и извращенка, но меня всегда возбуждали
козлоногие низкорослые мужчины.
Пожалуйста, не прячься, Октавиан.
Подойди ко мне.
Не будь таким робким.
Подойди.
Я купила коня.
Неужели?
Лучшего коня в Риме, по всеобщему мнению.
Очень счастлив за тебя.
Это подарок для твоего дяди.
Я бы хотела, чтобы именно ты доставил животное в Галлию
и вручил подарок ему лично.
Зачем?
Ну, когда он вернётся в Рим,
подарки ему будут вручать все.
Мы должны стать первыми.
Сомневаюсь, что он вернётся в Рим в ближайшее время.
Ему не преодолеть враждебность сената.
- С точки зрения законов...
- Пожалуйста, не надо про законы.
Ты же знаешь, что это меня утомляет.
Галлия очень далеко.
Именно.
Пока ты ещё ребёнок,
ты рискнёшь жизнью во славу
своего любимого дядюшки.
Ты приедешь в лагерь Цезаря один,
верхом на благородном белом скакуне.
Такой подарок он никогда не забудет.
Один?
С тобой будет достаточно рабов.
Это абсолютно безопасно.
Ты сделаешь свою маму счастливой -
я буду тобой гордиться.
Катон, Сенат слушает тебя.
Помпей Великий...
У меня есть вопрос относительно твоего друга и соконсула -
Любимца Венеры, Гая Юлия Цезаря.
Почему его кресло остается пустым?
Почему он не возвращается домой?
Его беззаконная война окончена.
Галлия надолго поставлена на колени.
Зачем Цезарь продолжает держать своих солдат
вдали от их семей и друзей?
Восемь долгих лет,
он как лютый волк упивается
кровью Галлии.
Он сделал себя чудовищно богатым.
Зачем?
Зачем он постоянно подогревает толпу
скачками, боями и пышными пирами?
Зачем он оплачивает долги
любого нечестивого дурака в этом Сенате?
Зачем?!
А я скажу вам зачем.
Он хочет купить себе царский венец.
Он мечтает разрушить Республику
и ввергнуть Рим
в кровавую тиранию!
Вот зачем всё это!
Поэтому я выдвигаю предложение
немедленно снять Цезаря с должности правителя Галлии,
обязать его распустить свою армию
и заставить прибыть в Рим для ответа на вопросы
о своих военных преступлениях,
воровстве,
коррупции
и измене!
Очень неплохо, Катон.
Бурный напор и экспрессия, как всегда.
Цезарь
щедр к людям, потому что он любит народ
так же, как люблю его я.
Власть в Риме принадлежит народу,
а не вам, благородные господа.
Власть в Риме принадлежит солдатам Помпея
а не нам, благородным господам.
Я намерен избавить нас от бесплодных дискуссий, поэтому
налагаю консульское вето на предложение Катона.
- Да!
- Я не...
- Я не...
- Тихо!
Вы как дети.
Дайте консулу договорить.
Спасибо, Цицерон.
- Я не...
- Пока ты не продолжил...
Можно я вставлю несколько слов?
Когда перед нами голодный волк,
разумно ли дразнить зверя,
как предлагает нам Катон?
Но и
так же неразумно
считать рычащее животное другом
и протягивать к нему руку,
как это делает Помпей.
Ты предлагаешь взобраться на дерево?
Цезарь мой брат священной клятвой.
Я знаю, что у него на душе.
Он мне друг
и истинный сын Республики.
И пока кто-нибудь не докажет обратное,
я ни за что не предам его.
Помпей Великий, дорогой друг,
какая приятная встреча!
Сципион, Катон.
Никогда бы не подумал, что вам нравится пантомима.
Ты знаком с моей дочерью, Корнелией?
Вдовой благородного Публиоса,
погибшего при Каррах?
Корнелия, твой муж был образцовым римлянином.
Благодарю тебя.
Отец, моё присутствие здесь неуместно.
На сцене распутная женщина.
Да? Я и не знал.
Тогда не будем задерживаться.
Помпей, желаю доброго вечера.
Мы не могли бы поговорить наедине?
Ни мы, аристократы,
ни ты со своими солдатами,
не сможем по отдельности одолеть Цезаря.
Хватит.
Я не хочу сказать, что ты собираешься сокрушить Цезаря,
но если бы такое случилось,
ты бы не смог справиться в одиночку.
Я не нуждаюсь в вашей помощи, благородные господа.
Мне достаточно топнуть ногой
и мои легионы наводнят всю Италию!
Я бы раздавил Цезаря как насекомое,
если бы захотел.
Но я не хочу.
Отрекись от него, Помпей!
Отрекись от Цезаря!
Объединись с нами и он будет бессилен.
Только в твоих руках реальная власть.
Только тебя действительно любит народ.
Думаешь, когда Цезарь перестанет
кидать плебсу галльские подачки,
на улицах так и будут выкрикивать его имя?
Думаешь, мне есть дело до того, чьё имя кричат на улицах?
Нет ничего более важного.
Ты призываешь меня открыто предать друга.
Я не могу на это пойти.
Доброй ночи.
Бедный братик.
Всё будет хорошо.
Разве он не безупречен?
Настоящий маленький солдат.
- Он боится.
- Вздор!
Римские мужчины ничего не боятся.
Он просто грустит оттого, что придётся
расстаться со своей мамой.
Ты же не боишься, Октавиан?
Конечно же нет. Время уходит.
Поцелуй меня, милый.
Андрос.
Верни его домой живым и здоровым,
или я сделаю бусы из глаз твоих детей.
Лико, конь...
не такой уж дорогой, я полагаю.
Простите, хозяин, но коня уже купили.
Атия из дома Юлиев.
Атия?
Она отправила его в Галлию...
в подарок Цезарю.
Проклятье!
Почему всё достаётся ему?
Так как ты всё равно едешь в Галлию,
убью двух птиц одним камнем.
Ну-ка покажись.
Такой же уродливый, как и всегда?
Отнюдь.
Годы тебе к лицу, Брут.
Как давно мы не виделись?
- Пять лет?
- Нет, шесть.
Ничего так.
Практически, настоящий дом.
Я глубоко сожалею о твоей потере.
Я про Юлию и всё такое.
Ужасные дела.
Соболезную, правда.
Теперь расскажи, как там твоя мать?
Так же как и всегда.
Передает, что любит тебя и требует узнать
почему ты не писал столько месяцев.
Я как раз хотел просить тебя побыть моим курьером.
Мне надо отправить несколько писем.
Если я смогу заставить себя снова сесть на коня.
Я и не представлял, что Галлия - это так далеко.
Брут, ебать-колотить...
Ты-то что здесь делаешь?
А, Марк Антоний, очень мило.
Я посещал родственника в Нарбонне.
Ну и как поживает твой дурацкий родственник?
- Он...
- Ладно, прости, я по делу.
Мне нужно полталанта золота.
Неужели?
Видал, как он мне доверяет?
- На орла.
- Ну, конечно. Страбон!
Выдай уважаемому Марку Антонию полталанта золота.
- Полталанта золота.
- И ни монетой больше.
Да, хозяин.
Не представляю, как ты его терпишь.
Он любит воевать.
Глядя на его манеры, можно подумать,
что у него вобще не было родителей.
У него есть некоторые хамские привычки.
Я не обращаю внимания.
А что там с орлом?
Мой личный штандарт украли какие-то бандиты.
Плохо дело.
Легионы и так тоскуют по дому,
но теперь - после хищения орла
они явно близки к бунту.
Люди увидели в краже знак моей близкой гибели,
и теперь ропщут и требуют демобилизации.
Они мне не показались недовольными.
Недовольными ты их и не увидишь.
Порки не хочет никто.
Говорю тебе, Брут,
я не знаю, что мне делать.
Хозяин Октавиан...
Вазио будет уже через несколько миль.
Не прикасайся ко мне без разрешения.
Воды.
Люций Ворен.
У тебя есть мозги.
По крайней мере, так говорят трибуны.
Скажи мне, если бы тебе поручили
вернуть орла Цезаря,
Как бы ты стал действовать?
Я бы взял заложников из каждого племени в Галлии
и распинал бы их одного за другим,
пока кто-нибудь не рассказал бы мне, где орёл.
Затем я бы с одним или двумя людьми
быстро и тихо
- выкрал бы его обратно.
- Хорошо.
Ты читаешь мои мысли.
Действуй.
Действовать, господин?
Мне кажется, пыточное подразделение
есть в третьем легионе,
но ты можешь привлечь своих людей, если хочешь.
Здесь четверть таланта на подкупы и тому подобное.
- Трать деньги с умом.
- Так точно.
Нет! Пожалуйста, снимите меня!
Снимите меня!
Снимите! Я знаю...
Я знаю, где орёл.
Говори.
Разукрашенные в голубой цвет испанцы,они останавливались у нас на ночь...
а потом ушли в земли Кадурков.
Пожалуйста! Прошу!
Снимите меня.
Кадурки.
Фортуна повернулась ко мне жопой.
Снимайте.
Форкулус, бог врат
если ты самый подходящий бог для таких дел,
прошу помочь мне.
Если ты откроешь дверь, то я...
я убью для тебя отличного белого ягненка,
а если у меня не получится, если я
не смогу купить его здесь по годной цене,
то шесть голубей.
Это, Форкулус, я обещаю тебе.
Легионер Тит Пулион, встать.
А он чё здесь делает?
Ты обязан поступить в подчинение
к центуриону второго копья Люцию Ворену.
Добросовестно исполняй его приказания,
и ты будешь избавлен от казни на арене.
Да я с ним на одном поле срать не сяду,
чтоб еще ему подчиняться.
Я остаюсь, спасибо большое.
Этот приказ исходит лично от его
превосходительства Марка Антония.
Ты обязан вернуть орла Цезаря.
Я?
Вернуть орла Цезаря?
- Брут?
- Мама!
Ты даже не представляешь, как это хорошо - быть дома.
Ты загорелый как фасолина.
Теперь я похож на настоящего солдата?
Похож, похож.
- Как там дядя Марцелл?
- Уныл, но здоров.
- А Цезарь?
- Кто?
Не будь бессердечным.
С ним всё в порядке?
Спрашивал про меня?
Спрашивал про тебя?
Что-то не припоминаю.
Кажется, нет.
Хотя, он написал тебе письмо.
Ах ты чудовище.
"Дорогая Сервилия, прости за столь долгое молчание.
Последние месяцы прошли в крови и грязи под лязг железа.
Не было ни минуты времени написать друзьям.
Но, уверяю, я постоянно думал о тебе с глубоким чувством привязанности.
Мечтаю снова быть вместе с тобой и только с тобой."
"Чувство привязанности"
"Мечтаю быть только с тобой"
Думаете, жене он говорит то же самое?
"Привязанность".
Что это такое?
Он так и не написал "люблю".
Может, ему еще и на арфе сыграть?
Он солдат, а не поэт.
Вечер наступает.
Скоро придут гости.
А ты не плохо держишься в седле.
Почти как я.
Пулион, обращайся ко мне как положено.
Почти как я, господин.
Я то кавалерист от природы.
Наверно, мой отец был из Убиев.
А где ты научился ездить верхом?
Как хочешь.
Просто пытаюсь быть вежливым.
Народ моей матери выращивал лошадей в Мутине.
Мутина, это рядом с Региумом?
Где-то там?
- Где-то там.
- Хорошие места.
Слушай, господин, спасибо, что взял меня с собой.
- Хороший способ принести извинения.
- Извинения?
Из-за тебя я оказался в этом говне, и ты же меня вытащил.
- Забудь.
- Никогда. Я не смогу забыть.
Тит Пулион никогда не забывает добро.
Что значит "хах"?
Как думаешь, какие у нас шансы найти орла?
Тринадцатый никогда не сдаётся?
Шансов почти нет.
Орёл может быть где угодно.
Закопан, переплавлен или затоплен в море.
Мы ищем чёрного пса в ночи.
А не найти орла - это всё равно что потерять.
Мы будем опозорены.
Поэтому я выбрал тебя,
потому что ты уже опозорен
и приговорён к смерти.
Так, значит, извинений ты приносить не собираешься?
Пулион, фактически, ты уже мёртв.
Потеря одного пьяного дурака
не такой уж урон для легиона.
Если я уже мёртв, господин,
то будь осторожен, общаясь со мной.
Если мне нечего терять,
то что мне помешает перерезать твою тонкую шейку
и сбежать, а?
Что меня остановит, господин?
Ну, если чести солдата тринадцатого для тебя будет недостаточно,
то тогда мне придётся применить свои превосходные боевые навыки.
Превосходные боевые навыки?
Очень хорошо.
И, конечно, представьте себе волосы вот такой длины,
огромные усищи и чудовищную вонь.
Они едят только сырое мясо и никогда не моются.
Хотя, у них есть один превосходный обычай.
Они улаживают политические споры
битвой до смерти один на один.
- Отменная идея.
- Правда, да?
А мать меня изводит тем, что заставляет вникать в политику.
Вообще-то, это наша семейная традиция
и долг на протяжении...
уже 500 лет.
Чудовищно скучная фигня.
А вот если бы наш Сенат решал дела
в германском стиле.
Я бы обязательно ходил смотреть.
Никаких занудных споров и бесконечных дебатов,
только мечи, кинжалы...
- Было бы куда увлекательней.
- Брут, на два слова.
Ты очень наблюдателен, расскажи мне,
как там мой дорогой друг Цезарь?
Ну, он...
всё лучше и лучше.
Хотя, если честно, он очень устал.
И немного деморализован.
Цезарь деморализован?
Да ладно!
Кто-то украл его штандарт.
Как он смог допустить такую оплошность?
Я не знаю, но он очень озабочен...
Ты же знаешь, как плебеи относятся к таким вещам...
Впадают в отчаянье, бунтуют.
Я слышал про некоторое недовольство,
но бунт?
Трудно поверить.
Ага, представляешь?
После всего, что он сделал для них,
он не уверен будут ли они...
...и дальше за него воевать.
Низшие классы обладают очень
незрелым чувством верности.
Без обид.
Я не имел в виду тебя.
Хотя ты из низшего класса,
я просто хотел сказать,
о низших классах вообще.
Очень незрелое чувство верности.
Извини.
"Дорогая племянница,
надеюсь, ты и твои дети здоровы.
У меня есть задание для тебя.
Политические интересы диктуют,
чтобы я нашёл новую жену для Помпея.
но я так давно не был дома,
что не знаю,
кого можно было бы выбрать из нашей семьи.
Я бы попросил Кальпурнию,
но она, хотя и замечательная жена,
но не имеет способностей к такого рода делам.
Окажи мне услугу, выбери девушку,
которую ты считаешь наиболее подходящей,
и предложи её ему от моего имени.
Прости, я была где-то далеко.
Надеюсь, никаких дурных вестей от Цезаря?
Нет, совсем нет.
Совсем нет.
- Прекрасный вечер.
- Спасибо.
Но не такой прекрасный, как ты в этом платье.
И Октавия...
Такая красивая.
Я стараюсь.
Если бы ещё не горбилась...
А где Октавиан?
В Галлии.
Великая мать сказала,
что не случится плохого с твоим мальчиком.
Хорошо.
А теперь расскажи, как твоя семейная жизнь?
Глабий хороший человек.
Удивлена.
Я то всегда думала, что между вами не всё ладно.
Мам, ты всегда и всё будешь контролировать?
Просто спросила.
Извини за любопытство.
Вначале были некоторые трудности,
но мы их преодолели.
Мы любим друг друга очень сильно.
Какая жалость.
Ты мне испортила настроение.
Я то думала тебя обрадовать.
Ты о чём?
Дядя Юлий планирует выдать тебя замуж
за Помпея Великого!
- Дядя Юлий планирует?..
- Я понимаю, у Помпея немного грубые манеры,
но я слышала, он отличный любовник!
А ты станешь главной женщиной Рима.
Конечно, мы должны развести тебя с Глабием,
и как можно скорее.
Я не стану этого делать.
Я люблю своего мужа.
Если ты не разведешься с ним добровольно,
то Цезарь прикажет Глабию развестись с тобой.
И Глабий откажется!
Несомненно, поэтому будет убит.
Но мы же не хотим, чтобы это случилось?
Цезарь не станет этого делать.
Он в Галлии уже восемь лет.
Превратился, практически, в дикого зверя.
Мужчина плачет.
Плачет!
Он любит меня.
Женственный муж не годен ни на что.
А твои рабы!
Что это за суета?
Мне кажется, ты их слишком много кормишь.
Побольше мышьяка, Гайя.
Попытайся выглядеть повеселей, Октавия.
Это всё ради блага семьи.
Мне всё равно.
Мы с тобой и твоим братом одиноки в этом мире.
- И должны быть сильными.
- Мы не одиноки.
- Цезарь...
- Цезарь в Галлии.
А Помпей здесь.
Мужайся, моя дорогая.
Парфянцы угрожали моему левому флангу.
И тогда я, вместо того чтобы укоротить линию,
как это обычно делается,
использовал кавалерийский резерв и обошёл окружающих.
Браво, Великий.
Как ловко!
Не правда ли, Октавия?
Ловко.
Великий, ответь, пожалуйста, только честно.
Тебе нравится моя дочь?
Очень нравится, никаких сомнений.
Тогда я тебе скажу, что Цезарь,
в знак вашей с ним верной дружбы,
предлагает тебе взять её в жёны.
А разве она не замужем за Глабием?
В разводе.
Возможно, тебе нужно время подумать.
Прости.
Ты застала меня врасплох.
Как я могу отвергнуть такую благородную и достойную невесту?
Цезарь слишком великодушен.
Отлично!
Но, конечно, придётся подождать ещё месяц,
пока не пройдут все необходимые церемонии,
и не закончится траур по Юлии.
Конечно, конечно.
Но ты можешь воспользоваться
правом жениха в любое время, когда захочешь.
Хоть прямо сейчас.
- В этом нет необходимости.
- Не теряйся.
Октавии понравится.
Тут нечего стесняться.
Мы же теперь все одна семья.
Британские женщины -
вот они по-настоящему дикие.
Приходится охотиться на них как на оленей.
Но если поймаешь -
удовлетворит как лучшая нарбонская шлюха.
Тебя что-нибудь интересует ещё, кроме женщин?
Что-нибудь ещё?
Еда, наверное.
Тебе не нравятся женщины?
Конечно, нравятся.
Я даже женат на одной из них.
- У меня есть жена, Ниоба.
- Ого. Центурионы теперь могут жениться?
Я получил специальное разрешение.
Специальное разрешение?
Она, должно быть, отменная...
...женщина.
Так и есть.
Долго, наверное, её не видел.
Семь лет, 140 дней.
Это тяжело.
Фортуна посмеялась над тобой.
А у меня вот вкусы попроще.
Я люблю убивать врагов, отнимать у них золото
и наслаждаться ихними женщинами.
Вот и всё.
Зачем связывать себя с одной?
В чём тут радость?
Не вижу смысла.
Пулион, когда ты последний раз имел женщину,
которая бы не плакала или не требовала бы денег?
Ты первый дежуришь.
Разбуди, когда луна будет в зените.
Так точно, господин.
Стоять!
Стоять!
Вот, Дисовы дети!
Да ладно, всё равно лошади были так себе.
Мои предки сражались при Заме и Магнезии,
Мой отец служил вместе с Суллой, а я опустился до того...
что меня грабят дети.
Отличный конь.
Смотри сюда, Марс.
Смотри сюда, Марс.
Я - Тит Пулион.
И эти окровавленные трупы - мой дар тебе.
Спасибо богам, что вы здесь.
Я вам чрезвычайно благодарен.
Послушай.
Я приказываю тебе освободить меня от пут.
Складно чешешь для раба.
Будешь болтать - долго не проживёшь.
Я не раб.
Я - Гай Октавиан из дома Юлиев.
Внучатый племянник Юлия Цезаря.
Гай кто?
Я - римский гражданин благородного происхождения,
и я приказываю тебе перерезать верёвки.
Скажи "пожалуйста".
Пожалуйста.
Вы будете щедро вознаграждены
за службу мне.
Слыхал, что он говорит?
Убедительно, я почти поверил.
Цезарь подтвердит, кто я такой.
Отведите меня к нему.
Мы пока не можем.
У нас приказ.
- Какой приказ?
- Мы должны вернуть украденный орёл Цезаря.
Да Цезарь и волоса бы не отдал за этого орла.
Вы заняты бессмысленным делом.
Если Цезарю не нужен орёл,
зачем он послал за ним нас?
Было бы странно, если бы он этого не сделал.
Но, на самом деле, потеря орла выгодна Цезарю.
Чем же это она выгодна?
Потому что Помпей не очень глубокий мыслитель.
И способен принять символическую потерю
за реальную слабость.
Разъясни.
Цезарь не желает выступить
первым против старого друга,
поэтому пытается вынудить Помпея сделать первый шаг.
А Помпей решится только тогда,
когда будет убежден в слабости Цезаря.
Не может быть. Они же как братья, оба.
Со смертью Юлии,
последняя нить, их связывавшая, перерезана.
Цезарь отнял любовь простонародья у Помпея,
и в этом его самый главный козырь.
Война неизбежна.
Пулион.
Голубые испанцы!
Доброе утро, дядя!
Октавиан?
Один из людей Помпея.
А я его недооценил.
Я полагал, что придется поработать,
чтобы вынудить его предать меня,
но он, должно быть, переметнулся уже со смертью Юлии.
И в то же самое время защищает тебя в Сенате.
Ум как у селёдки, но всё пытается хитрить.
Борьба начата.
Давно пора!
Юнона свинорылая!
"Дражайший Помпей,
Мне кажется,
приложенный к письму человек принадлежит тебе.
спешу сообщить тебе, что я решил зимовать
вместе с 13 легионом поближе к дому, в Равенне.
Поэтому, надеюсь вскоре засвидетельствовать свое почтение лично."
Помпей! Помпей!
Представляю вам свою новую жену, Корнелию.
Надо было вести себя немного поактивней,
а не тупить, как старая апатичная корова!
И тогда такого бы не случилось!
Прости, я наговорила сгоряча.
Всем известно, что это просто политический демарш в знак того,
что Помпей и Цезарь теперь враги.
Достаточно взглянуть на Корнелию.
Жалкая ощипанная курица.
Может быть, Глабий вернётся ко мне.
Ну уж нет. Мы теперь найдём кого-нибудь
более достойного, чем Глабий.
Я обесчещена и опозорена перед всем городом!
Какой вздор!
Девушка из приличной семьи не может быть обесчещена
таким подлым плебейчиком, как Помпей!
Нет...
Это только я выгляжу глупо.
Только я потеряла лицо!
Я хочу, чтобы он умер.
Хочу, чтобы умер.
Так и будет.
Помпей будет ещё песок жрать.



Серия 2

"Как Тит Пулион завалил республику"
Утром сбежало ещё трое.
Отбросы и дураки.
Все начинают роптать.
Бои закончились,
и теперь они хотят домой со всеми своими деньгами,
а не сидеть тут в холоде и сырости.
Порядочные люди не бегут.
И не сбегут.
И не пойдут за тобой в Рим.
Это пока.
Время уходит.
Мы не cможем сидеть здесь вечно.
Это очень ненадёжная позиция.
Что будет, когда в январе
закончится твой консульский срок,
а мы всё ещё будем оставаться здесь?
Искусство мотивирования людей к войне -
крайне непростое, Поска.
Я не ожидаю, что раб способен понять все тонкости.
Скоро в этих тонкостях начнут разбираться все кому не лень.
500000? Зачем?
Я выдал их Марку Антонию на выборы
в народные трибуны.
Достаточно много голосов пришлось купить.
Марк Антоний - народный трибун?
Но он же...
Говори.
Мне казалось, что трибун - это сакральная должность
с правом вето в Сенате.
Точно так.
Должность, подразумевающая достоинство и серьёзность.
Возможно, ты прав.
Поэтому мы пошлём Страбона
присмотреть за поведением Антония.
Далеко ещё?
Три часа пешком.
Я уже иду, девчонки.
Я выпью всё вино, выкурю всё курево
и отъебу всех шлюх в городе!
Прояви уважение.
Ты под штандартом.
Скажи это лучше ему.
Он не под штандартом.
Три часа до жены,
которую не видел восемь лет.
- Ужас для мужчины.
- Должно быть, встреча будет счастьем.
- Поговорим о чём-нибудь другом.
- Ужас.
А что, если она потеряла зубы?
А что, если она отощала?
А вдруг она раздвигала ножки
перед другими мужчинами?
Молчать!
Долгих лет, Марк Антоний!
Марк Антоний, наш покровитель!
Его любят.
Это не важно.
Только мы здесь состоятельные люди.
Пусть наслаждается любовью плебеев и пролетариев.
Это же ненадолго, да?
Надеюсь, хозяин.
- Ворен, можешь отпустить людей.
- Слушаюсь.
Сам тоже можешь быть свободен, пока я тебя не вызову.
Развлекайся.
Но сначала отведи мальчика к Атии.
И возьми за него награду.
Малец, передай своей прекрасной матери, что я её навещу.
Что ж, начнём побыстрей.
Ты, пошёл вон из моего дома.
Не уйду.
Октавия - моя законная жена.
Ты игнорируешь Цезаря?
Хрен на Цезаря!
Во имя пяти Фурий,
если бы я не была благородной женщиной,
я бы содрала с тебя кожу
и растянула её на воротах!
- Кастор?
- Хозяйка?
Спускай собак!
Какой нахал!
Какое счастье, моя дорогая,
что ты от него избавилась.
Я ненавижу тебя.
Ненавижу! Ненавижу!
Глупая девчонка.
Я желаю ей только добра.
Почему она этого не видит?
Она ещё молода.
- Хозяин Октавиан!
- Мой малыш!
Бедный зайчик!
Так похудел.
Это было ужасно?
Конечно было, я даже не могу себе представить насколько.
Давай никогда об этом не говорить.
Просто забудем раз и навсегда.
Ты теперь снова дома.
Кто эти люди?
Будь с ними добра, мама.
Это мои близкие друзья.
Друзья?
Насколько близкие?
Это те, кто освободили меня из плена.
Центурион первого копья Люций Ворен.
И легионер Тит Пулион.
Мы обнимаем вас.
Вы такие суровые воины.
Не понимаю, почему вы так долго покоряли
этих противных Галлов?
Их было очень много, госпожа.
Очень много...
Хорошо...
Мы пойдём, господин.
Прежде, чем вы уйдете, вы будете вознаграждены.
- Кастор, принеси мой кошелёк.
- В этом нет необходимости.
Не положено?
Я бы не хотела нарушить какие-нибудь запреты...
Они останутся и поедят, мама.
Конечно!
На кухне вам выдадут хлеб и мясо.
Они поедят с нами.
Я очень благодарен, господин,
но мне надо к жене.
Твоя жена ждала восемь лет.
Ничего страшного, если подождет ещё немного.
Цезарь наградил их лошадьми,
и правом ехать верхом под штандартом.
Есть вместе с ними вполне допустимо.
Отличная идея.
Как это символично.
Мы будем принимать пищу вместе, как будто бы равные.
- Что это?
- Всего лишь твоя сестра.
- С ней всё в порядке?
- Женские проблемы.
Ничего такого, что нельзя было бы вылечить пиявками.
Юпитер Громовержец, мы просим тебя направлять
и защищать этого человека,
Марка Антония, вновь избранного трибуна,
народного защитника.
Сколько всего убил людей?
Я не знаю.
Потерял счёт много лет назад.
Достаточно много.
А ты, Люций?
309 воинов.
Гражданских я не считал.
Ты очень точен.
Жрецы Марса требуют указывать
точное число, когда делаешь жертвоприношение.
Это очень много вина и коз.
Если больше сотни, жрецы предоставляют скидку.
Жрецы!
Да жулики они все!
Лично я обращаюсь напрямую к тому богу,
который мне нужен.
В жопу жрецов!
Немногие люди способны также стойко следовать
настоящим римским обычаям.
- Я восхищена, Люций.
- Ворен строгий катонианец.
Я верю в святость Республики.
Если Катон того же мнения...
То значит, я катонианец.
Но Катон представляет интересы аристократии.
Уверен, что плебеи вроде тебя
не отказались бы от некоторых перемен.
Республика должна быть той же,
какой была при основании.
Зачем что-то менять?
Затем, что римский народ терпит страдания.
Потому что рабы лишают всех работы.
Потому что аристократия присваивает себе земли,
и улицы наполняются бездомными и голодающими.
Ого, а я и не знала, что мой сын экстремист.
Аристократия утверждает, что Цезарь - военный преступник.
Говорят, что он собирается вторгнуться в Рим
и объявить себя царём.
Какое святотатство!
Ни один честный человек не пойдет за ним.
Значит, я не честный,
потому что я бы хотел, чтобы Цезарь пришёл сюда
и растоптал своими слонами Помпея, Катона и любого, кто ещё нарвётся.
Законы - ерунда.
Я так думаю.
Прикуси хотя бы язык,
если окончательно выжил из ума.
Простите, это я виновата - смешала вино и политику.
Ещё рыбы?
Или, может, мышей?
Спасибо, я наелся.
Простите за откровенность, но...
вы двое не похожи на друзей.
Мы не друзья.
Я выше его по званию.
Только по званию, больше ничем.
Отставить, солдат!
Простите наши грубые манеры, Госпожа.
Наше присутствие здесь не очень уместно.
Отнюдь.
Я получила безмерное удовольствие.
Это было очень необычно.
С вашего позволения, мы...
пойдём.
Заходите к нам ещё.
Октавиан нуждается в надёжных друзьях.
Я уверена, он сможет на вас положиться.
Как скажете, Госпожа.
- Что ты сказал?
- Я ничего не говорил.
Мне - туда.
Мой дом сразу за улицей красильщиков,
вдруг чего...
Желаю удачи, господин.
Лучшие лупанарии находятся в Субуре.
вокруг храма Венеры.
Ниоба.
Ты живой!?
Что это за ребёнок?
Отвечай!
Что это за ребёнок?
Это твой внук.
Что ты несёшь, шлюха?
Подожди.
Твой внук... Сын твоей дочери.
- Но моей дочери всего...
- Ей тринадцать, скоро будет четырнадцать.
- От кого ребёнок?
- От Критона, сына скотника.
Его назвали Люцием.
Ниоба, стой.
Я приказываю тебе стоять!
Ваш отец вернулся.
Девочки, это ваш отец.
Дочери, я доволен, что застал вас
здоровыми и такими красивыми.
И всё это только благодаря вашей матери,
гляньте, как уродлив ваш отец.
Подойди ко мне.
Надеюсь, она не умственно отсталая?
Поприветствуйте своего отца так, как вас учили.
Денежное довольствие перестало поступать ещё год назад.
Казначей сказал, что ты, должно быть, мёртв.
Он говорил, что ошибок быть не может.
Вот дураки!
Я разберусь.
Видимо увидеть меня было немного неожиданно?
Немного неожиданно было услышать слово "шлюха".
Это было... неправильно.
Я извиняюсь.
- Назвал шлюхой прямо перед людьми.
- Я уже извинился.
- Так, как ты любишь?
- В следующий раз соли поменьше.
Ну и как ты обходилась без денег?
Моя сестра Лидия со своим мужем помогали нам.
Что ж, больше их помощь не понадобится.
Большой фаллос я отрезал у убитого мною германца на Рейне.
Это очень сильные и свирепые люди.
Мило.
Свою долю добычи вложил в рабов.
Они сейчас на рынке.
Планирую продать их за 10000 денариев.
Хорошая новость.
Милостью Рима, на двенадцать лун
ты назначаешься народным трибуном.
Ну наконец-то.
- Мне надо выпить.
- Обязательно, хозяин.
После переговоров.
Цицерон.
Дорогая Атия, как я рад.
Прости нас за вторжение в столь нелепый час.
Не стоит, я обожаю всё это.
Секреты, интриги...
Так волнительно!
Учти, женщина,
наша встреча должна остаться незамеченной.
Будь уверен, Катон, я тебя и не замечаю.
Командующий Антоний, мы...
О, Боги, твоя красота причиняет боль.
Она убила бы даже Венеру.
Позволь мне умереть в твоих руках.
Прекрати, Антоний.
- Добрый вечер всем присутствующим.
- Командующий Антоний.
Трибун Антоний, с вашего позволения.
Ты находишься на священной земле Рима,
но всё ещё носишь кроваво-красный плащ солдата.
Какой же я болван!
Совершенно вылетело из головы.
Униженно прошу прощения.
Сможешь ли ты простить меня,
друг Катон?
Атия, пожалуйста, возьми и сожги его!
В этом нет необходимости.
Неужели?
Хорошо. Тогда закончим трепаться о ерунде
и займёмся делами.
Трепаться о ерунде?
Ну прямо собрание героев!
Какая мощь!
Я чувствую себя Еленой Троянской.
Может быть, отложим драку на потом?
Говори, юный Марк.
Что ты имеешь нам предложить?
Я делегирован Цезарем для того,
чтобы выработать компромисс.
Цезарь хотел бы избежать кровопролития.
Он человек разумный и честный.
Поэтому, когда подойдёт к концу срок
его наместничества над Галлией,
он хотел бы получить под своё управление
небольшую, на легион, провинцию.
Предпочтительно, Иллирию.
Я не понимаю.
Управление провинцией...
Даст ему судебный иммунитет.
Чтобы никто из вас, подлецов
не вздумал таскать его по судам.
Мы здесь для того, чтобы обсудить
условия его отставки.
Он может избежать судебного преследования,
если согласится на добровольное изгнание.
Изгнание? За что?
За подстрекание к тирании,
военные преступления, воровство,
убийства и измену!
А какой кары достоин ты, Помпей,
за предательство друга,
за измену интересам твоего народа,
за вступление в сговор с этой, так называемой, элиткой?
Какой кары достоин ты?
Дерзкий щенок!
Срок его службы истекает через две недели.
Через шесть месяцев.
Две недели!
Он один в Равенне
с остатками единственного бунтующего легиона
и при этом смеет диктовать мне условия?!
У Цезаря намного больше легионов, чем один тринадцатый.
По другую сторону Альп.
Зима не будет длиться вечно.
Придёт весна, снег растает...
- Это угроза?
- Просто факты, никаких угроз.
Снег всегда тает.
Что если он не получит провинции?
Тогда Цезарь применит все имеющиеся у него средства
для защиты своих интересов
и интересов Республики.
Я огорчён и разочарован.
Я ожидал, что переговоры будут более конструктивны.
Если это последнее слово, мы уходим.
Не смею вас задерживать.
Цезарь блефует.
Пытается показать уверенность в своих силах.
Очеведно же, что он безнадежно слаб,
слабее даже, чем мы думали.
Это его последняя отчаянная попытка
запугать нас, чтобы мы пошли на уступки.
Пока ещё у него есть какое-то подобие армии.
Он слаб, Цицерон.
И скоро погибнет.
Разве древние притчи не призывают нас к осторожности?
Разве гибнущая змея не жалит больнее?
Сыграем?
Откуда ты, друг?
13 легион.
Лучше помалкивай об этом.
Здесь помпеянская территория.
Но мы ведь все римляне, так?
Услышьте меня, дамы.
Фурии и наяды, дайте пять.
Вам будет приятно узнать,
что командующий Антоний был настолько заносчив
и дерзок, что лучше и пожелать нельзя.
Помпей и Катон глубоко оскорблены
вашими переговорными условиями.
Мудрецы и Грации - дайте четыре!
Мне кажется, ты не нравишься Грациям.
Срали они на тебя.
Срали на меня?
Срали на меня?!
Потише, брат.
Гражданин не в себе.
Он проиграл много денег.
И не хотел никого оскорбить.
- Ведь так?
- Точно так.
Богини Тигра и Ефрата, дайте два.
Давайте, шлюхи хитрожопые!
Грации...
дайте четыре.
Как теперь настроение, солдат?
Весело тебе?
Кто этот человек?
Быстрей за врачом!
Я не хочу, чтобы в моём доме кто-нибудь умер!
Делай, что я сказал, женщина!
Будет обильное гноеотделение...
Сначала зловонное, потом нет...
Возможны приступы гнева,
но они уже будут признаком выздоровления.
Рана очистится постепенно.
Это медь.
Идём.
Когда он очнётся?
Сегодня, завтра, а может и никогда.
Рекомендую принести жертву богине надежды.
Белый кролик часто срабатывает.
Завтра пришлю мальчика проверить повязки.
Какое несчастье!
Это всего лишь кровь.
Её можно смыть.
Ты куда?
У меня дела.
Дела? Какие ещё дела?
Я понимаю, что ты расстроена, но будь добра -
не задавай мне вопросы в таком тоне.
Тон!
Иди ты нахер, понял?
Как тебе такой тон?
50, 50.
55.
55, 55.
60.
60, 60...
Продано!
Неплохой ассортимент, но все - кожа да кости.
Ты хочешь продать за хорошую цену.
Оставь их нам на раскорм,
наростим на них немного жирка.
Пару недель спокойной жизни
и товар разойдётся как утиные потрошки.
Но это же дорого - корм и содержание?
Нет! Потом ты всё возместишь вдвойне.
Красиво, да?
Настоящий артист.
Я в этом не очень разбираюсь,
но, без сомнения, очень заметно,
что он на редкость большой и агрессивный.
Завтра на заседании Сената
Сципион предложит выдвинуть ультиматум Цезарю.
Прошу тебя как друга поддержать предложение
и уговорить своих друзей поступить так же.
У меня не так уж и много друзей.
Умеренные пойдут за тобой как овцы.
Твое голосование станет решающим.
И о чём ультиматум?
Когда срок полномочий Цезаря закончится,
он обязан немедленно распустить войска,
оставить пост командующего,
и явиться для суда...
Иначе будет объявлен врагом
Сената и народа Рима.
Но он не согласится.
Не пойдёт на бесчестие.
Если объявить его врагом, то это не оставит ему выбора...
Он будет биться до конца.
Ты развяжешь войну!
Цезарю не придётся соглашаться или отказываться,
потому что Марк Антоний немедленно воспользуется правом вето.
Но для чего тогда всё это?
Если Сенат проголосует против него,
Цезарь наконец поймёт,
что он один против всех.
Главное, чтобы голосование было единогласным,
потому что иначе Цезарь посчитает,
что у него ещё остались здесь друзья.
Я не друг ни Цезарю, ни любому другому тирану,
но я не могу пойти на то,
что считаю неправильным.
Это против веры.
А я уже поклялся Юпитеру,
что если у меня завтра не будет полной поддержки в Сенате,
то я вместе со всеми своими легионами отплываю в Испанию,
а вы, господа, сами обеспечивайте себе безопасность.
Это он?
Критон?
Он хороший мальчик
из хорошей семьи.
Достаточно хорошей, чтобы породниться с Воренами,
которые участвовали в битвах при Магнезии и Заме?
Я не знаю, господин.
Ты не знаешь?
Может ты ещё и не знаешь, что эта девочка -
моя собственность?
Разве ты не должен был спросить моего разрешения,
прежде чем совокупляться с ней?
- Простите, господин.
- У меня есть право
убить тебя прямо здесь и сейчас.
Папа, пожалуйста.
Не начинай ныть.
Надо было думать головой,
прежде чем раздвигать ноги.
Они и не думали проявлять неуважения.
Всё это естественно.
Они молоды и любят друг друга.
Это не оправдание.
Семья его матери известна в Остии
много поколений,
а его отец - преуспевающий скотник.
У них дом на южном перекрестке.
Построенный из коровьего навоза?
Это вполне гигиенично, господин.
И запаха почти нет.
По крайней мере, у них есть деньги.
Большие деньги, господин.
Обычно я гоняю скот в Капую...
Иногда выходит по пятьсот голов в неделю, господин.
Этого не должно было быть, но произошло.
Когда ты становишься мужчиной?
- В следующем месяце, господин.
- В следующем месяце.
Ладно, ты можешь жениться на моей дочери.
Уверен, что вы честные люди,
поэтому выкуп будет соответствующий.
Он на самом деле хороший.
Ты должен радоваться.
Моя дочь потеряла девственность,
и мой первый внук рождён от
мерзкого пролетария.
Чему тут радоваться?
- Он сделал её счастливой.
- Значит, она совсем тупая.
Какая же ты скотина!
Сенат выслушает Метелла Сципиона.
Говори! Говори!
Избранные отцы!
Я вношу официальное предложение:
Если Гай Юлий Цезарь
немедленно не откажется от командования,
не распустит свои легионы
и не вернётся в Рим для суда,
то наше священное собрание должно объявить его
врагом Сената и народа Рима!
После чего каждый римлянин
будет обязан наносить ему максимальный ущерб
или убить при первой же возможности!
Предложение внесено.
Кто - за, прошу встать.
Предложение принято большинством голосов.
Антоний!
Налагай вето!
Встань!
Наложи трибунское вето!
Я требую слова!
Требую слова!
Дайте ему слово!
Я налагаю вето!
Трибун наложил вето!
Предложение Сципиона против Цезаря...
Оно ведь не принято, да?
Принято.
И внесено в протокол.
Несмотря на наложенное трибуном вето?
Не услышано, а значит - не прошло.
Не имеет веса.
Предложение принято.
Скажу тебе честно.
Это предложение
должно было стать не более чем
процедурной уловкой.
Уловкой, ты сказал?
Голосование - священнодействие.
В священных процедурах не бывает уловок.
Но сессия формально не была завершена, правильно?
- Правильно.
- Поэтому, когда мы снова соберёмся,
фактически - это будет продолжение той же сессии.
И трибун Антоний сможет воспользоваться правом вето.
Точно так.
Юнона подземная!
Старый ты дурак,
не мог сразу сказать?
Марк Антоний должен дойти до Сената беспрепятственно,
целым и здоровым.
- Но...
- Во что бы то ни стало!
Жизненно важно дать ему возможность
наложить вето на решение.
Если он этого не сделает,
Цезарь будет объявлен изменником.
Тогда ему придется выступить против меня открыто,
а это означает гражданскую войну.
Антонию никто не должен помешать!
Хозяин!
Добрые вести!
Сенат соберётся завтра заново.
Формально это будет всё та же сессия,
поэтому вы всё ещё имеете право наложить вето на решение.
Если Помпей не попытается остановить меня.
А он очень даже может.
Собери людей.
Ворен...
Собирай всех.
Бегите и прячьтесь.
Бегите и прячьтесь.
Тринадцатый идёт
И сеет вокруг смерть!
Я положила побольше мускатного ореха,
как тебе нравится.
Иди за меня замуж, богиня!
Что?
За такого свинтуса, как ты?
И, кстате, я уже замужем,
спасибо злым духам.
Ты не права, подруга.
Он хороший, твой мужчина.
Хороший, говоришь?
Многие годы, я ночами лёжа в постели
умоляла богов вернуть его домой.
Я слышала то про ту битву, то про эту...
И представляла себе его,
лежащим мёртвым где-нибудь в кровавой грязи.
Мне было так одиноко.
Так одиноко!
Восемь лет я проплакала.
Каждый день девочки спрашивали:
"Когда папа вернётся домой?
Сегодня? Когда?"
А теперь, когда он дома,
а бы хотела, чтобы он вернулся в Галлию.
он холодный,
и грубый как зверь.
Ни одного доброго слова
ни мне ни своим дочерям,
ни разу с тех пор как он дома...
Ну, у него мало опыта в обращении с женщинами.
Все эти годы, пока я с ним служу,
у него ни разу никого не было.
"Пулион", - говорил он мне, -
"Пулион, старый друг,
меня дома ждёт жена,
Ниоба её зовут,
и она дороже мне, чем все женщины Галлии.
Спасибо тебе за добрые слова,
но я же знаю, что ты врёшь.
Вы с ним не друзья.
Он мне говорил.
Да?
Ну... у него дурной характер.
Что угодно может сказать.
Антоний собирает всех.
Если уже можешь стоять на ногах,
сбор в доме Атии.
Здесь всё, что осталось.
Будет больше, когда продам рабов.
Сиди с девочками в доме,
пока не станет ясно, что опасности нет.
Это печально, что ты несчастлива,
потому что я глубоко привязан к тебе.
Поговорим, когда вернусь.
Всё это так забавно.
Октавия, дорогая, будь хотя бы ты поживее.
А то Бедный Антоний может подумать,
что уже умер и плывёт через воды Леты.
Поговори с ним,
поспрашивай о чём нибудь.
А то вид такой, как будто ты родилась в Германии.
Командующий Антоний,
вас не раздражают крики моей матери?
Не понял?
Когда вы совокупляетесь с моей матерью,
крики стоят на весь дом.
Меня они крайне раздражают.
Вот меня и заинтересовало,
как относитесь к ним вы?
Может они вам нравятся?
Как доказательство вашей мужественности.
Столько язвительности,
и ради чего?
Ты позоришь только себя.
А похоже она тебя изобразила!
Мы только продемонстрируем силу.
Они должны знать, кто главный на форуме,
но никаких столкновений!
Антоний не должен пострадать!
- Убьём их всех!
- Ни в коем случае!
Строгий приказ Помпея.
Кто затеет драку, вечером будет висеть на кресте.
Повторяю - никакой крови!
Дайте проход!
Дайте проход, я сказал!
Расступитесь, подонки!
Отходим ко мне.
Отходим.
Все ко мне!
Никакой крови!
Вот ты и добился, чего хотел, Катон.
У Цезаря не остаётся выбора.
Когда придёт весна,
он с легионами перейдёт через Альпы
и пойдёт на Рим.
Умерло пять человек.
Три от поноса,
два в драке.
Десять в госпитале.
Восемь отсутствуют, предполжительно сбежали.
- Господин.
- В строю: 236 человек.
Седьмая когорта
12 умерших:
шесть от поноса, шесть в драке.
Трое в госпитале.
Трое отсутствуют, предположительно бежали.
В строю: 242.
Солдат, намного ли ты опередил Марка Антония?
Не больше часа, господин.
- Общий сбор!
- Господин!
Приказом Сената,
Гай Юлий Цезарь
объявлен врагом Рима.
Все добропорядочные граждане обязаны
наносить ему
максимально возможный урон.
После стольких лет
Помпею удалось меня удивить.
Я, конечно, надеялся спровоцировать некоторую агрессию,
но попытка убийства трибуна?
Прямо на форуме?
Не знал, что у него такая чёрная душа.
Уверен, что его надоумил Катон - этот червяк безумный.
Неплохое вино!
И что теперь?
Послушаем, что скажут солдаты.
Не смей смывать!
Сейчас как раз то, что нужно.
Будто царь Леонид при Фермопилах.
Смирно!
Кого из твоих людей я могу упомянуть?
Тита Пулиона.
Он снёс голову первому, кто бросился на меня.
Солдаты!
Помпей и Сенат
официально объявили
Гая Юлия Цезаря
Врагом Рима!
Нет!
Они объявили меня преступником.
А это означает, что и вы все
теперь такие же преступники!
Нет!
Они лишили трибуна возможности наложить вето.
Народный трибун Марк Антоний
и 50 солдат тринадцатого легиона
были атакованы тысячью Помпеянских подонков.
Нет!
Народный трибун
подвергся нападению
прямо на ступенях Сената!
Можете ли вы представить себе более ужасное святотатство?
Наша любимая Республика в руках безумцев.
Сегодня чёрный день,
сегодня я стою на распутье -
или подчиниться требованию закона,
отдать свою армию на волю Сената
и стать свидетелем падения Республики
в хаос и тиранию!
Или вернуться домой
с мечом в руке,
чтобы сбросить маньяков
с Тарпейской скалы!
Да! Да!
Легионер Тит Пулион, выйти из строя!
Тит Пулион!
Когда 50 храбрецов из тринадцатого
на форуме сражались с тысячью помпеянцев,
спасая трибуна,
легионер Тит Пулион пролил кровь первым!
Здесь 500 денариев!
Благодарю, господин.
Ты со мной, Тит Пулион?
Ты пойдешь за мной в Рим?
Да.
Да, господин!
Конечно!
Тит Пулион со мной!
А вы?
Вы со мной?!
Да! Да!
Ты очнулся.
Воды?
Мы движемся.
Судя по шуму, весь легион.
Куда?
Река.
Что за река?
Это же Рубикон.
Спокойней.
Это бунт и измена,
а я не изменник!
Уже слишком поздно,
мы в Италии.
Ты уже в любом случае мятежник,
хочешь того или нет.
Цезарь...
Цезарь, что ты наделал?
У него не осталось выбора
после того как Помпей пытался убить Марка Антония.
И ты ещё имеешь наглость заявлять об этом?
Всмысле?
Ты же знаешь, кто кого на самом деле пытался убить.
Не понимаю, о чём ты говоришь.
А, теперь уже неважно.
В любом случае мы уже покойники.
До конца недели нас уже развесят на крестах
вдоль Аппиевой дороги.
Всё будет хорошо.
- Выпей ещё воды.
- Я лучше умру от жажды.
Не валяй дурака.
Пей.
Цезарь в Италии!
Что?
Не может быть!
Цезарь в Италии!
Ты слышала?
Слышала.
И что теперь будет?
Война теперь будет.
Ах ты мой прожорливый поросёночек.



Серия 3

СОВА В ТЕРНОВНИКЕ
Что случилось, мама?
Кончено.
Кончено!
Из-за этого идиота мы все погибли!
Нам придется покинуть Рим!
Цезарь перешел Рубикон.
Он на италийской земле
с оружием в руках.
Это государственная измена.
И все это с одним-единственным
легионом, ты только подумай.
Это уже не просто измена,
а измена пополам с самоубийством.
Это все, хозяйка?
Ты уже слышал?
Странно.
Какая глупость.
С одним легионом.
Хотел бы я знать,
на что он рассчитывает.
В те времена, когда я
уничтожил иллирийских пиратов,
помню, был тогда
один старый морской волк,
родом, если не ошибаюсь,
из Либурнии...
Бог с ними, с иллирийскими пиратами.
Что теперь делать?
Я уже распорядился.
Я собираю мои легионы.
Ты его сокрушишь, верно?
Без сомнения.
Бедняга уже все равно что мертв.
Ты возьмешь наших
убийских конников
и разведаешь все дороги и укрепленные
позиции на подступах к городу.
Продвигайся, пока не встретишься
с явным сопротивлением.
При встречах с мирными гражданами
распространяй эти воззвания.
Если сопротивление так и не будет оказано,
отправляйся прямиком на форум
и прибей это к дверям сената.
Господин.
Ни грабежей, ни насилия, ни поджогов.
Вопросы?
Никаких, господин.
На этом все.
Отчего у твоего Ворена
такой похоронный вид?
Он твердолобый республиканец.
Он считает, что мы совершаем
ужасное преступление,
почти святотатство,
и за это боги
жестоко накажут нас.
- Возможно, он и прав.
- Если мы проиграем - то да.
Но если мы победим, то нет.
Антоний, я просто осуществляю
свои законные права.
- Конечно.
- Ты думаешь, мы можем ему доверять?
- Кому?
- Люцию Ворену.
Тринадцатый легион для него
и отец, и мать.
Он последует за его орлом
даже к черту в задницу.
Я велела тебе
не приходить сюда.
Я должен увидеть моего сына.
Ты его увидел.
Теперь уходи.
И держись подальше.
Пощади, Ниоба.
Я схожу с ума.
Ты не можешь вот так бросить меня.
Могу.
Я не передумаю.
И не надейся.
Ты любила меня когда-то,
ты снова полюбишь меня.
Никогда я тебя не любила.
Лги себе самой, сколько хочешь,
но не лги мне.
Отойди.
Ты знаешь, что теперь больше
никогда не увидишь своего мужа,
знаешь ведь, а?
И он, и все они обречены.
Почем тебе знать.
Все это знают.
Пусть так, но я его жена.
Уходи.
Уходи.
Клянусь Плутоном,
если ты не уйдешь...
Все хорошо.
Он уходит...
Убирайся.
Ты обещала, что никогда
больше не увидишься с ним.
Я его не звала.
Я велела ему уйти.
Не слишком похоже.
Ты бы могла признаться папе во всем.
Ты не виновата.
Если бы мы с тобой
поговорили с ним...
Никогда.
Ты поклялась.
Ты думала, что он умер.
Папа поймет.
Он убьет нас всех.
Ты... Ты часто говорил, что знаешь,
как обращаться с женщинами.
И я не бахвалился.
От Нарбонна до Фив девчонки
кричат мое имя во сне.
Да мне не нужны советы, как
с ними обходиться в постели.
Это насчет того, как им...
понравиться.
Я и в таких делах дока.
Моя жена, она...
Ты слышал ее слова,
она меня ненавидит.
И что ты хочешь узнать?
Ну, очевидно что: как сделать,
чтобы она перестала меня ненавидеть?
Вовсе не очевидно.
Я-то думал, что ты нарочно
добивался ее ненависти.
И вовсе не нарочно.
К чему бы мне это делать?
А мне почем знать?
Ты же у нас умник.
На то могла быть тысяча причин.
Я ее люблю.
И хочу, чтобы она меня тоже любила,
иначе так и останусь ее рабом.
Я этого не выдержу.
Ну и какая разница,
что она к тебе чувствует,
если мы все сдохнем
через неделю-другую?
Мы-то умрем, но кто из живых
помянет мое имя?
Кто вознесет за меня молитвы
Прозерпине и Плутону?
Кто плеснет вина на мою могилу?
Ну, если дойдет до этого,
то могу все сделать и я.
Уж в такой малости
можешь на меня положиться.
Спасибо.
Но это не одно и то же.
Кроме того...
Ты ведь тоже погибнешь.
Сегодня вечером я собираю небольшой
прием, и ты мне нужен, чтобы...
Боже... Благовония?
Самая малость.
Отвратительно.
Тебе больше подходит
запах лошадиного навоза.
Мне нужно, чтобы ты привел побольше
людей и расставил их снаружи
приветствовать моих гостей,
когда они соберутся.
Вечеринка? Разумно ли это
при нынешнем положении дел?
Благовония, советы...
И что же дальше?
Я просто хотел сказать,
что помпеянский сброд жаждет крови.
- Лучше бы залечь и затаиться.
- Залечь и затаиться?
Я не ящерица.
Меня не запугать.
Как угодно.
Однако это будет стоить дороже.
Тебе уже уплатили сполна.
Больше народу - больше цена.
Я велю Кастору
поговорить с тобой о цене.
Мне нужны не деньги.
А что же тогда?
Ты знаешь, чего я хочу.
Что-то вроде этого?
- Ты забыл свое место.
- Мое место с моей семьей.
Только одно слово - и я вернусь туда.
Выполни все, что я тебе велю,
и я прослежу, чтобы ты был
вознагражден по справедливости.
Благодарю тебя, госпожа.
Передовой пост Помпея.
Значит, и его легионы недалеко.
К базарному дню мы со всем тринадцатым
легионом уже будем висеть на крестах.
Слава богам, отец уже умер и не увидит,
что его сына распнут как предателя.
Так лучше погибнуть в бою,
чем на кресте, а? Вперед!
Стой! Мы тут не для того.
Мы "продвигаемся, пока не столкнемся
с явным сопротивлением".
Вот наш приказ.
И мы его выполним.
А почему нет?
Ребята готовы, верно я говорю?
Стыкнемся!
За мной!
Отставить!
Нет! Отставить!
Чертов идиот!
К оружию! Защищайтесь!
Вспомните, чему вас учили!
Щиты!
- Держать позицию!
- Держать строй!
Держать строй!
Назад, трус!
Держать строй, трусы!
Вернитесь!
Разведчики Цезаря всего
в тридцати милях от Рима.
В тридцати милях?
Невероятная скорость.
Конечно, людей у него совсем мало,
это облегчает передвижение.
У него под началом не армия,
а кучка вооруженного сброда.
Это невозможно, аморально,
против всяких правил.
Боги! Ведь сейчас даже не время
для войн. До марта далеко.
Не думает же он напасть на Рим?
Я считаю, что именно так он и поступит.
Как он может надеяться на победу?
Сейчас проблема в том,
что в нашем распоряжении только
три легиона для обороны города.
Трех более чем достаточно, я уверен.
В обычное время да,
но большинство людей -
зеленые новобранцы, вроде тех,
которых разведчики обратили в бегство.
А остальные - воевали в Галлии
под началом Цезаря...
Им нельзя доверять.
Рим беззащитен!
Мои легионы формируются
со всей возможной скоростью,
но потребуется
по меньшей мере четыре дня,
чтобы собрать силы, достаточные
для обороны города.
А Цезарь в двух днях пути.
В этом суть проблемы.
И что же нам теперь делать?
Мы совершим тактическое отступление к югу.
Тактическое, понимаете?
Оставить город?
Хрень господня!
Ты свихнулся?
Не смей говорить
со мной в таком тоне.
Друзья, давайте все же разберемся.
Нет ли альтернативы отступлению?
Никакой. Мы отойдем в Корфиний.
Там будет место сбора моих легионов.
Когда они будут готовы,
мы просто вернем город обратно.
До самой весны Цезарь
не получит подкреплений.
Италийские города закроют
перед ним свои ворота.
У нас будут все преимущества
в живой силе и ресурсах.
Так что? Фактически это вовсе нельзя
называть унизительным поражением?
Это победа весьма своеобразного вида?
Остынь, Катон.
Ты не можешь оценить ситуацию
с военной точки зрения,
иначе бы ты знал, что мои решения
всегда абсолютно правильны.
Ты уже потерял Рим,
даже не обнажив свой меч.
Ты потерял Рим!
Вы видели?
Помпеянская сволочь
в двух шагах от нас!
Отвратительно!
Если бы не Тимон и его люди,
они бы уже подожгли дом.
На это у них кишка тонка.
Этот самоубийственный мятех
обратил всех против нас.
Клянусь, если бы Цезарь
оказался здесь,
надавала бы ему по шее.
- Он погубил нас.
- Я в этом не уверен.
Я думаю, что позиции Помпея
более слабы, чем кажется.
Думаешь, думаешь, думаешь... Ты только
и делаешь, что думаешь, глупенький.
Все наши друзья от нас отвернулись,
трусливые душонки.
Мы, Юлии, теперь как прокаженные.
Не стоит преувеличивать.
Не все твои друзья тебя покинули.
И я не забуду об этом.
Вы хорошие и верные люди.
Конечно, очень соблазнительно
отречься от Цезаря,
однако именно сейчас
это бы выглядело
слишком вульгарно, по-рабски.
Вы остаетесь для охраны дома
но и думать не смейте, будто
хозяин и я уезжаем навсегда.
Мы вернемся, самое позднее,
к началу следующего месяца.
И, когда я вернусь,
те из вас,
кто не исполнил свой долг
как положено, заплатят жизнью.
Генерал, эскорт ждет.
Гней.
Дарио, эскорт готов?
- Готов, господин.
- Тогда вперед.
Муж мой, а сокровищница?
Да, конечно.
Дарио!
Ты должен вывезти в безопасное место
казенного золота столько,
сколько получится.
Набери себе команду
и открой кладовые на Капитолии.
Времени мало, так что
сделай все, что в твоих силах.
Мы, будто Одиссей и его спутники,
пробираемся к выходу из пещеры циклопа.
Мы будем сидеть тихо, как мышки, верно?
Подойди.
- Извини за все это.
- Не надо слов.
Я не против небольшого приключения.
Все будет хорошо, я тебе клянусь.
Я и не сомневаюсь.
Уходим.
И помните, ни звука.
Бей!
Как это милосердно.
Вместо того чтобы продолжать жизнь,
полную стыда и позора,
нас изобьют и изнасилуют,
а потом ревущая толпа
разорвет нас на части.
Я думаю, что эти звери
не позволят вам уйти.
Если хотите, можете
остаться на ночь.
Благодарю тебя,
это было бы замечательно.
Стой, стой.
Не туда.
К Аппиевым воротам направо.
А нам вовсе не туда.
Что?
Конечно, лучший способ
порадовать женщину - преподнести
ей теплое,
еще бьющееся сердце врага.
Они говорят, что это не так,
но на самом деле
они текут от этого,
как октябрьское небо.
Это не мой случай.
Ну, если нет,
то просто говори с ней.
Говорить?
- Но о чем?
- А неважно.
Все дело в тоне, в голосе.
Это как будто, когда надеваешь
седло на норовистую лошадь.
"Ну, лапушка.
Шшш, давай, давай."
Понимаешь, всякое такое.
- И все?
- А что еще?
О! Говори ей все время,
как она красива.
Всякий раз, как увидишь ее,
говори ей об этом,
даже если это неправда.
А что еще?
О! Вот еще, чуть не забыл...
Когда ты с ней сношаешься, есть
такое местечко, в самом верху ее органа...
Как маленькая горошина.
Так ты займись этой горошинкой,
и она распустится,
что твой цветок.
Откуда ты знаешь это о ней?
Да у всех баб есть такое!
Спроси кого хочешь.
Хо-хо-хо, красотка.
Догоняй!
- Поехали с нами!
- Садись сюда!
Ты меня осчастливишь!
Вот что ее осчастливит.
Ну-ка. Сюда.
Поехали!
Я убью Октавию,
а Мерула позаботится обо мне,
но если у нее не получится
и я буду еще жива,
тогда меня убьешь ты.
После этого ты должен
убить себя.
Тебе нельзя оставаться в живых.
Я и не думал об этом, госпожа.
Октавиан, кого бы ты предпочел,
чтобы тебя убили?
Я уже достаточно большой,
чтобы справиться с этим.
Ах, ты мой смелый маленький мужчина.
Сервилия...
Не могут ли мои люди
оказать тебе эту услугу?
Спасибо тебе, но я уверена, что мы
как-нибудь обойдемся своими силами.
Очень хорошо.
Мама, я бы хотела,
чтобы не ты убивала меня,
если ты, разумеется, не против.
Ну почему ты все время мне возражаешь?
До сих пор сердишься на меня?
- Так ты приказываешь?
- О, добрая богиня!
Похоже, ты вовсе не слушаешь,
что я тебе говорю...
Цербер рычит нам в спину,
а ты продолжаешь досаждать мне
своими смехотворными
переживаниями.
Если бы ты только позволила мне
и Глабию жениться заново...
О, снова про Глабия!
Мне плевать на Глабия!
Я мочусь на это ничтожество!
Вот именно, мамочка, ты и умрешь
точно так же, как жила...
- Переполненная своим ядом!
- Слушайте!
Я не буду с тобой спорить.
Кастор, непременно перережь горло
Октавии прежде, чем займешься моим.
Нет, Кастор, позволь
мамочке проделать это.
Я не осмелюсь лишить ее
последней радости в жизни.
Это было бы так
непочтительно!
Слушайте!
Консул Гней Помпей Великий
покинул город.
Он повелевает всем патрициям
и всадникам последовать его примеру.
Те, кто останутся,
будут считаться
- врагами Рима.
- Трусы!
Так ты уже слышала.
Не знаю, что из этого
всего получится.
Тот, кто захочет войти,
войдет все равно.
Поможешь мне, ладно?
Видно, твой муж
все-таки вернется домой.
Похоже на то.
Не очень-то ты этому рада.
Как это я не рада?
Он мой муж.
Как скажешь.
Прости.
Я просто болтала.
Болтаю всякую чушь.
Я сама не знаю, Рисса.
Я так стараюсь любить его, правда.
И я не знаю, хочу ли,
чтобы он вернулся.
Я бы этому не поверил,
если бы сам не видел.
Люди Помпея оставляют город,
оставляют Рим,
Сенаторы взгромоздились
на лошадей.
Забавное зрелище,
что и говорить
Боги.
Мы
в чертовски неловком положении.
Если мы останемся,
то окажемся сторонниками
Цезаря и мятежников.
А если уедем,
то будем на стороне Помпея
и сенаторов. Третьего не дано.
И что тебя беспокоит?
Цезарь - наш близкий друг,
но то, что он делает...
Я не знаю.
Решать тебе.
Значит, Помпей.
Мы должны быть с Помпеем.
Республика важнее
любых дружеских уз.
- Ты согласна?
- Ты так решил.
Значит, Помпей.
Помпей, да.
Нельзя терять время.
Вели своим рабыням подготовиться
к отъезду как можно скорее.
Я не еду.
Что ты имеешь в виду?
Я прождала Цезаря восемь лет.
Я не могу теперь уехать.
Ты не можешь остаться,
тем более, если уеду я.
Разумеется, я могу остаться.
Я могу делать все, что пожелаю.
Матушка, все, кто останется,
объявлены врагами Рима.
- Так объявил Помпей.
- Цезарь может его одолеть.
Да, он может захватить Рим на неделю,
на месяц, пускай даже на год,
но потом какой-нибудь
другой честолюбец
убьет его и займет его место,
и тогда ты станешь
любовницей убитого тирана.
Матушка. Мы знаем,
что происходит потом.
Пусть решают боги.
Я не могу перестать любить его.
Мать, пойми же!
Ты... В тебе говорит
неудовлетворенная похоть.
Я куплю тебе здоровенного дюжего
негра на рынке, и покончим с этим!
Ты лучше поезжай.
Не сердись на меня.
Быть может, мы расстаемся надолго.
Уезжай.
Прощай, мама.
Прощай, милый.
Ваша дочь ушла.
Когда?
Только что. Я послала
следом за ней мальчишку.
Нужно положить конец
этой бессмыслице.
Созови своих людей.
Что?
Сейчас же.
Почему ты не оставил город?
Я не мог уехать,
не повидавшись с тобой.
Тут ты в опасности.
Все знают, что ты за Помпея.
Не волнуйся.
Я уеду на рассвете.
- Все, что у меня есть.
- Вот спасибо.
Но это не ограбление.
- Атия.
- Я дам тебе время,
чтобы ты воззвал к своим богам.
Прошу тебя...
Позволь уйти моим людям.
Извини.
Мне приказано.
Дай мне меч.
Что они такое, звезды?
Звезды?
Дырки в небесных сферах.
Дырки, через которые к нам
пробивается божественное сияние.
А они большие, эти дырки?
Большие.
А кажутся маленькими только потому,
что до них сотни миль.
Такие большие, чтобы в них
мог пролезть человек?
Я думаю, да.
Ну, начать с того, что человек
никогда не сумеет до них добраться.
А почему нет?
Ну, а как?
Можно бы взлететь на большущей птице.
Это все не так просто.
- Почему?
- Это наука. Философия.
Трудно объяснить.
Что ты, Нума, это вовсе
не обязательно.
Прошу тебя подняться.
К чему такие церемонии,
да еще между старыми друзьями.
Тысяча благодарностей, Атия.
Мы смиренно молим
о покровительстве вашей семьи.
Очень жаль, что некоторые утверждают,
будто я сторонник Помпея.
А это разве не так?
Все его сторонники давно бежали из города.
А ты остался из опасения, что
разграбят твои фабрики и склады.
Заверяю тебя, это не так...
Кастор.
- Пять тысяч денариев.
- Так много?
- Я... Я...
- Прошу тебя, не будь вульгарен.
Я тотчас отдам распоряжения.
Где твой человек, Дарио?
Давно бы ему следовало появиться.
Дарио мой самый преданный слуга.
Он не подведет.
Но что, если он пропал?
Чем мы заплатим легионам?
Как мы накормим их?
Не имею ни малейшего понятия.
Ты, Катон, суетлив, как женщина.
Дарио вернется с таким количеством
золота, что его хватит на все легионы.
В любом случае мы снова будем
в Риме еще до весны.
Так что перестань причитать.
Ерунда какая-то.
Нас давно должны были перехватить.
Почему Рим не обороняется?
Наши ребята их здорово напугали, а?
Солдаты республики не бегут с поля боя,
тут какой-то хитрый трюк или маневр.
Тогда мне нравится этот трюк.
Если только это не боги,
которые отвернулись от Рима.
Если бы Марс следил за нами,
он бы не допустил
бы такого бесчестья.
Ну, может, он вляпался в какое-нибудь
дерьмо, и это его отвлекло от нас.
Вот такие богохульники
и привели нас на край пропасти.
Если богов не почитают,
то зачем они будут помогать нам?
Где же войска?
Может, они обошли нас с флангов?
Спросим у возчиков.
Что-нибудь у них разузнаем.
- Мир вам, граждане.
- Капитан.
- Вы едете из города?
- Ну да.
Что там происходит?
Вы - люди Цезаря.
Это так.
Фортуна подставила
вам свое лоно.
Помпей бежал.
Город ваш.
С чего ему бежать?
Вы, ребята, оказались
чересчур прытки для него.
Он не успевает
вовремя собрать свои армии.
Он со своими сторонниками
отступает к югу.
И сенаторы с ним.
Видал?
Ты малость ошибся.
Ну и наслаждайтесь
победой, парни.
- Чего ты хочешь за эту девку?
- Не продается.
А что в повозке?
- Зерно.
- Покажи, солдат.
Тут нет солдат.
Значит, почудилось.
У вас у всех солдатские сандалии,
и я подумал, что вы солдаты.
Значит, я не прав?
Но зачем бы девяти крепким воинам
сопровождать повозку с зерном?
Я не обязан тебе ничего показывать.
Всегда предан госпоже.
Мне бы хотелось верить тебе,
Прокулюс, однако
я уж и забыла, когда ты в последний
раз был на моем утреннем приеме.
Ты, верно, болел.
Зоб разболелся, не так ли?
Ах, да...
Зоб, как вы и сказали.
Жирные и алчные людишки
часто страдают от этого.
Я велю заколоть сову,
чтобы тебе полегчало.
Что за вздор ты городишь, тварь.
Это еще что за мерзость?
Подбрасывать трупы
к дверям честного дома?!
Уберите это!
Вот что вы натворили!
Город не охраняется.
Значит, так оно и есть.
Республика пала.
Ну, а небо все еще на месте,
и земля не вырвалась из-под ног.
- Странно.
- Божьи мельницы мелют медленно.
В свое время боги покарают нас.
Давай вернемся и заглянем
в ту повозку. И отвяжем девку.
Это не наше дело.
У нас приказ.
Продвигаться, пока не
окажут явное сопротивление.
- Бедная девочка...
- Ты обязан подчиняться мне.
Ты злобный ублюдок,
вот в чем твоя беда.
В тебе нет места для любви.
Можешь как угодно ластиться к Ниобе,
это тебе все равно не поможет.
Она ни словечку не поверит.
Хвала Геркулесу,
очнулась наконец.
Я начала беспокоиться.
Воды?
Бедная моя девочка.
Значит, это был не сон.
Глабий мертв.
Да.
Мне жаль.
Почему ты на меня так смотришь?
Смотрю - как?
Будто я...
- А ты?.. - Как ты смеешь
меня подозревать? - Так это ты?
- Как ты смеешь задавать мне
такие вопросы? - Это ты его убила?
Нет, не я!
И мне больно, что
у тебя даже возникла
такая ужасная мысль.
Посмотри на меня!
Дочка...
Клянусь масками
всех моих предков,
что я ничего общего не имею
с убийством Глабия.
Мама, как ты думаешь,
кто сделал это?
Улицы полны трупов.
Это мог быть кто угодно.
"Вот слова Гая Юлия Цезаря,
потомка Венеры по прямой линии,
проконсула Галлии,
славного предводителя
северных легионов.
Граждане! Я вернулся в Италию
с единственным стремлением
утвердить мои законные права.
Я не намерен обладать
единоличной властью.
Я не назову своим врагом никого
до тех пор, пока он сам
себя не объявит моим противником.
Более того, собственность моих
противников не будет отчуждена
и сами они будут в безопасности
до тех пор, пока их мирное противостояние
не обратится в прямое насилие.
Наконец, каждому,
кто поднимал оружие против меня,
но теперь об этом сожалеет,
я с радостью предлагаю
полное прощение.
Те, однако,
кто продолжит упорствовать
в прямом сопротивлении
моим законным правам,
погибнут от того меча,
который подняли.
Вот слова Гая Юлия Цезаря,
находящегося под покровительством
Юпитера Капитолийского."
Что ты делаешь?
Я исполнил мой долг
и нагрешил достаточно.
Я ухожу в отставку.
Дезертирство!
Я мятежник и изменник.
Отчего бы еще
и не дезертировать?
Ты не можешь просто так
уйти из Тринадцатого.
Удачи, Пулион.
Венере, Дарительнице новой жизни,
я посвящаю эту жертву.
Я Люций из семьи Воренов,
трибы Стеллатина,
который был центурионом
первого копья первой когорты
тринадцатого легиона.
У меня есть жена.
Ее зовут Ниоба.
Венера, пусть она полюбит меня
так же, как я люблю ее.
Я приношу тебе мою кровь,
чтобы моя просьба исполнилась.
Прости. Я не хотел испугать тебя.
Ты очень красивая.
Я понял, что, может быть,
это из-за моей неопытности
я не обращался с тобой так,
как бы следовало.
- Как я был бы должен.
- Не надо, пожалуйста.
Когда ты вышла за меня замуж,
тебе едва исполнилось тринадцать,
и мы расстались почти сразу же.
Но ты теперь женщина,
а что я знаю о женщинах?
Всю жизнь я только тянул
солдатскую лямку.
И ничего больше не видел.
Я был угрюмым,
недоверчивым и бесчувственным.
Но я же не каменный.
Я могу измениться.
Я клянусь тебе жизнью
сына нашей дочери.
Я сумею измениться,
если ты только этого захочешь.
Прошу тебя, скажи,
если тебе это не подходит,
и я уйду от тебя навсегда,
без обиды и затаенной злобы.
- Это я во всем виновата.
- Да почему же?
Я...
Я не была...
Прошлое ушло.
Мы сможем начать сначала?
Я готов рукоплескать тебе.
Ты вот-вот въедешь в Рим
как кровожадный захватчик,
а выглядишь спокойнее
воды в неподвижной чаше.
Хорошо, что со стороны
кажется именно так.
Гракх!
Ну-ка, что-нибудь повеселее.



Серия 4

Вор у вора.
День был жаркий,
но похоже, что ночью
быстро похолодает.
- Так оно и должно быть зимой.
- Послезавтра мы доберемся до Капуи,
и ты ляжешь спать в хорошем теплом доме.
Хотя и у козьей шкуры
есть свои прелести.
А мы теперь как изгнанники
на своей же родине.
Мы не изгнанники.
Мы маневрируем.
Как ты заявляешь,
мы маневрируем,
а тем временем тиран
утверждается в Риме.
Да, в моей палатке
я сплю сладко и крепко,
как ребенок.
Хотя сегодня это
вряд ли удастся.
Извини, что тебя
беспокоят эти крики.
С ним скоро закончат.
У Квинта есть склонность
к делам такого рода.
Ну да, надеюсь.
Твой сын Квинт?
Я и не знал, что он тоже с нами.
Прибыл утром из Бриндизия.
Ну, наконец-то.
Не похоже, чтобы вопли
способствовали аппетиту.
У Квинта есть свои недостатки,
но он верный и бесстрашный воин.
Чего еще может желать отец?
Никто не спорит.
Этот пес наконец признался.
Пришлось с ним повозиться.
Ты весь в крови.
Умойся.
Где Дарио? Где золото?
Как ты и думал, он убил Дарио.
Они повезли золото на север,
по Фламиниевой дороге,
и угодили прямо в лапы
конного разъезда Цезаря.
Двое римских солдат,
да германцев двадцать душ.
Почти вдвое больше.
Неудивительно, что эта
мразь разбежалась.
Золото досталось разведчикам.
Невероятно.
Час назад был гонец из Рима.
Золота у Цезаря нет.
Отец, от моего Вольпия
нельзя утаить ничего.
Если золото не у Цезаря, так значит,
разведчики оставили его себе.
- Отправляйся искать их.
- Разумеется.
Теперь же!
Вот видишь, судьба
уже начинает улыбаться нам.
Без золота Цезарю будет
гораздо труднее
управиться с Римом.
Ну, нам-то тоже
не слишком хорошо без золота.
Без золота
ему придется применить силу.
Едва польется кровь,
как народ обратит
против него свой гнев.
А без поддержки народа он ничто.
Для благополучия самих же граждан
объявлено военное положение.
Не позволяется собираться
в общественных местах
более, чем по трое людей.
Объявляется
комендантский час.
Всякий, кого застанут на улице
после наступления темноты,
будет задержан и подвергнут
упрощенному судебному разбирательству.
Слава полководцу Гаю Юлию Цезарю,
спасителю нашей республики.
Стой!
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Юпитер наисовершеннейший величайший.
Назови свое имя, гражданин.
Гай из рода Юлиев,
по прозванию Цезарь.
Теперь говори.
Смиренно прошу, чтобы
авгуры провели гадания.
Рим должен узнать,
что боги одобряют
мои действия.
Ты вторгся в пределы Города
с оружием в руках.
Я должен предупредить, что
знамение вряд ли тебя устроит.
Боги знают, что я хочу мира.
Народ тоже должен узнать об этом.
Да будет так.
Мы проведем гадания
в первое же ясное утро.
Да укажут птицы волю богов.
Как оно, старина?
Хреново.
Раб мятежника.
По меньшей мере
это удачливый мятежник.
Чаши весов еще колеблются.
А как ты, сын мой?
Настоящий кошмар - это служить
кровожадной бабе.
Насчет сегодняшнего приема.
Цезарь просил обойтись без моллюсков.
Вот список гостей.
Надеюсь, твоя хозяйка в курсе,
какая честь ей оказана?
Еще бы не в курсе.
Та, кто принимает у себя Цезаря,
теперь первая дама Рима, ты понимаешь.
А как же жена Цезаря?
Кальпурния.
Цезарю нужно, чтобы она была
безмятежна и привлекательна.
Сохраняла достоинство и...
ничего более.
Она у нас на положении статуи.
Занятный выбор гостей.
Каждый из аристократов и патрициев,
кто только остался в городе.
Он же не собирается их всех
тут и поубивать, а?
Это вряд ли.
Такие сюрпризы
моей хозяйке не по нраву.
Сервилия...
Но зачем было приглашать ее?
Неужели между ними еще
что-то может быть?
Эта изношенная старая сандалия?
Конечно, нет.
Кое-что в ней еще осталось.
Я не позволю этой женщине
встать между мной и Цезарем.
Почему Сервилию пригласили на прием?
Юния Сервилия,
почему она приглашена?
Неужели не понятно?
Из-за ее сына.
И ради этого ты меня будишь?
Ну конечно. Он хочет, чтобы Брут
остался его другом хотя бы символически.
И все.
Он потеряет лицо,
если Брут окажется в числе его врагов.
Тут замешана не любовь,
а только политика.
Боги мои!
Женщина, дай мне поспать!
Козлиные яички, госпожа.
Да не мне, дурень, Октавиану.
Позови Деметрия.
Съешь их, пока они еще теплые,
мой мальчик.
- Твой член обретет крепость дуба.
- Я не хочу их.
Вздор, тебе нужно.
Твоя натура приобретает
все больше женственных черточек,
и мне это совсем не нравится.
Я еще только мальчик и ношу буллу.
Это вполне естественно...
Вот когда мой дедушка был в твоем возрасте,
ни одна рабыня не избежала его внимания.
Род Юлиев славится мужской силой.
Так что делай, что велено,
- и съешь их.
- Не стану.
Не выйдешь из-за стола,
пока не съешь все.
Деметрий, я о приеме
сегодня вечером.
Никаких моллюсков.
И убедись, чтобы миног не переварили.
Пусть опускают их в кипяток,
только чтобы убить, и сразу наружу.
Я жду.
Ты мой хороший.
Братец.
Неужели матушка велела
убить Глабия?
Нет конечно.
Ты уверен?
Ну, я не могу доказать,
но почти уверен в этом.
Поклянись камнем Юпитера!
Я клянусь Юпитеровым камнем.
Если это она,
если она убила его,
то, клянусь фуриями, я
разорву зубами ей горло.
В Нарбонне я бы на это
закатил десяток таких пиршеств.
Но ведь у нас улицы
забиты трупами и солдатами,
и приличные люди опасаются
покидать свои дома.
По моему мнению, ты выбрал
неудачное время.
Ну а как я могу начать
новое дело без пиршества, а?
Тем более сегодня благоприятная дата,
так что все пройдет хорошо.
Помнится, в тот год, когда Сулла
в последний раз ввел армию в город,
- все дома были забрызганы кровью.
- Цезарь не Сулла.
Он объявил военное положение
не для кровопролития,
но для сохранения мира.
Поживем - увидим.
Клянусь Церерой и Бахусом,
ты не будешь разочарован.
Была бы только свинья,
а я устрою тебе пиршество
хоть в царстве Гадеса,
если будет нужно.
- Ага. Только знай плати.
- Муза, жена торговца маслом,
на свое обручение вместо
устриц подала мидий,
и ей это долго помнили.
Смеялись над ней на улице.
Божественный Янус,
это пиршество мы посвящаем тебе.
Я смиренно молю, чтобы ты
был благожелателен
и милостив ко мне
и моим домашним,
и чтобы ты благословил
новое предприятие,
которое я затеваю сегодня.
Люций Ворен, его честь Марк Антоний
приказывает тебе явиться.
- Сейчас?
- Нет, конечно. Через год.
Ворен, дорогой мой товарищ.
Едва тебя узнал
без чертова меча в руке.
Убирайся, Катон.
Забавно, ага?
- Я зову его Катоном.
- Это твое право.
Ну, тебе-то это
забавным не кажется.
Итак...
Как тебе живется на гражданке, а?
До сих пор
все достаточно неплохо, господин.
Знаешь, мне бы, конечно,
следовало подвесить тебя
на кресте за дезертирство.
Я не дезертир.
Я отслужил мой срок.
Я не нарушал запретов.
А вот ты...
А вот я - что?
По сю сторону Рубикона
все римляне - граждане, а не солдаты.
Не нарушая закон,
- я не мог оставаться в армии.
- Глупости.
Ты словно жрец, который
не видит дальше своего капюшона.
Еще со времен основания Рима...
Прошу тебя, пропусти
про основание Рима, Ворен.
Жизнь меняется.
Она как вода, а не камень.
Тогда боюсь, что мне
придется утонуть.
Как ты не видишь, что
драгоценная твоя республика
издохла давным-давно?
Пойми, что Цезарь пытается
спасти Рим от полного краха!
Мне так не кажется.
Довольно.
И каким паршивым дельцем
ты намерен занять свои дни?
Буду ввозить галльские товары.
Рабы, трюфели, вино.
- Что-то вроде этого.
- Бакалейщик?
Добрый воин вроде тебя
будет пересчитывать коробки
и марать бумагу?
- Ты так скоро свихнешься.
- Может случиться и так.
Ты нужен мне, Ворен.
Ты нужен Цезарю.
В легионе не было лучшего солдата,
никого не уважали так, как тебя.
Нас ждут жестокие схватки.
Схватки против римлян.
Кровь у всех одного цвета.
Неужели ты будешь так же спокоен,
зная, что Тринадцатый
идет в бой без тебя?
По возвращении в легион
Ты будешь назначен
префектом ветеранов.
С оплатой по первому классу,
и единовременный бонус.
Скажем...
Десять тысяч сестерций.
Я выбрал свой путь,
куда бы он меня ни привел.
Ты меня огорчил, Ворен.
Ты глубоко огорчил меня.
Иди.
Убирайся.
Доброго дня, гражданин.
Ворен...
В следующий раз, возможно,
я не буду так мягок с тобой.
И что это значит?
Я не уверена.
Но похоже, что твоя тайна
останется нераскрытой.
Не уверена?
Знаки неясны.
А что в этом хорошего?
Скажи мне, что ты скрываешь,
и я сумею сказать точнее.
Тут замешан ребенок.
Это мальчик?
Младенец.
Ничего.
Оставим это.
Как угодно.
Если тебе интересно,
то вот здесь видно,
что твой муж разбогатеет.
Он станет богат, как Крез.
Это уже кое-что, не так ли?
Спасибо.
Хорошо.
Готово.
Воды.
А какова я была восемь лет назад?
Точно такой же.
- Восемь лет.
- Восемь лет...
...и грязные галльские шлюхи.
Когда он видел в последний раз
настоящую даму, а?
И такую прелестную?
- Пахнет цветами.
- Увядающими?
Пятьдесят тысяч для каждого из
чиновников магистратуры.
Сколько-сколько?
Я хочу купить их с потрохами,
а не на время.
И не забудь про расписки.
А сколько для
помощников преторов?
Нуль.
Когда они прознают, сколько получили магистраты,
они примутся клянчить столько же.
И мы останемся вовсе без средств
даже на содержание города.
Очень скоро придется убивать богачей
и конфисковать их состояния,
иначе колодец иссякнет до дна.
Очень скоро.
Я не собирался никого убивать
без абсолютной необходимости.
Прекрасная и благородная позиция,
так мы их точно
застанем врасплох.
Оставь свои придирки на потом.
Я старалась одеться
подобающим образом.
Тебе это удалось, дорогая.
Выглядишь царственно,
но без излишней роскоши.
Хорошенькое начало для новой жизни,
если никто из гостей так и не явится.
Не беспокойся.
Они придут.
Может, нужно было выждать,
как ты и советовала.
Они придут.
И вот еще что,
когда они все-таки придут,
старайся время от времени
просто улыбаться.
И не рычи на них.
Кто это?
Эраст Фульмен. Помнишь?
Почетный гость.
Строительство, страхование
от пожара, оливковое масло.
Люций Ворен.
Ниоба.
Благодарю тебя, что пришел,
добрый сосед.
Я знаю, как нелегко решиться
на это в такие дни.
Ну, что такое пара-тройка
солдат на улице, а?
Моя жена, Филлис.
Прошу.
- Садись и позволь предложить тебе вина.
- Благодарю.
В глотке совсем пересохло.
Сестра.
Все в порядке?
Все в порядке.
Не волнуйся.
Спасибо тебе.
Неужели это маленькая Лидия?
Быть не может!
- Здравствуй, Люций.
- Сколько прошло времени, а?
- Это мой муж, Эвандер Пульхий.
- Добро пожаловать, Эвандер.
- Это честь для меня, Люций Ворен.
- Спасибо тебе за свинью.
Все лавки закрыты, мясо можно
раздобыть только чудом.
Счастлив был помочь.
- Большое спасибо за приглашение.
- Тебе спасибо.
Тебе спасибо, Сервилия.
Я не могла не пригласить тебя.
Что бы с тобой ни стряслось,
мы по-прежнему останемся
друзьями, правда?
Готова спорить,
ее рабыня-косметичка бесподобна.
Но в одной постели с Цезарем?
Абсурд.
Дорогу проконсулу Гаю Юлию Цезарю,
сыну Венеры,
предводителю галльских легионов.
Расступитесь и откройте ворота.
Прошу вас, будьте проще, это же всего
лишь я, ваш дядя Гай. Поднимите головы.
И все вы, поднимите головы.
Милая моя племянница.
Досточтимый дядюшка,
добро пожаловать домой.
Юния Сервилия, приятная
и почетная встреча.
Восхитительно.
Счастлива встрече с вами.
Мне так жаль, что твой сын
сейчас не рядом с тобой.
И мне тоже жаль.
Я надеюсь,
что ты простишь его отсутствие.
Он твой друг навсегда.
Мне все понятно.
Прошу передать Бруту мои
наилучшие пожелания
и уверения в том, что он
никогда не получит повода
пожалеть о нашей дружбе.
Это относится и ко всем
присутствующим,
независимо от того,
чьими сторонниками
вы были в прошлом.
- Оружие есть?
- Нет, господин.
- Откуда?
- Из Этернума, господин.
- Род занятий?
- Собираем трупы, кости.
Вообще возимся с мертвяками.
В таком разе ты явился по адресу.
А это что за люди?
Они скифы, хозяин.
Не говорят на нашем языке.
Проходи давай.
Прошу! Пустите меня!
Эй, ты!
Скажи своим образинам держаться
подальше от приличных женщин.
Будет сделано.
Ты, без сомнения, откусил немалый кусок
от добра этих злобных галлов.
Да, не жалуюсь.
В такие неспокойные времена
полезно иметь живые деньги в наличии.
Человек не унесет на себе ни дом,
ни землю, если придется бежать,
коли поставил
не на ту партию.
Верно.
Ты думаешь, кто возьмет верх?
Трудно сказать.
Ты, небось, надеешься,
что одолеет твой патрон, а?
Если ты имеешь в виду
Цезаря, то он более не мой патрон.
Так о твоем капитале.
Я полагаю, что ты собираешься
давать деньги в рост под проценты.
Нет.
Я выкупаю обратно все это здание, так
что свободного капитала у меня не останется.
Мне нужно будет много складских помещений
для моего торгового предприятия.
- Буду в основном ввозить рабов.
- Рабов?
Хорошо, тогда имей в виду,
у меня есть друзья,
богатые друзья.
Будет нужна помощь,
приходи ко мне, ага?
Еще вина сюда, дорогуша.
Есть даже такие невежи,
которые уверяют, что появление
белой птицы в южном квадранте
не предвещает ничего -
ни дурного, ни хорошего.
Таковы варварские
нововведения нашей эпохи.
Варварство.
Как будто бы мы какие-нибудь сирийцы.
- Я согласен с тобой на все сто.
- Словно сирийцы.
Или даже скифы.
Будучи верховным авгуром, мне
приятно слышать твои речи.
Мне-то говорили, что ты
- придерживаешься новомодных взглядов.
- Да нет, пустые сплетни.
Я считаю, что религия должна быть
уделом наших уважаемых жрецов.
Простым воинам вроде меня лучше
всего заниматься своими делами.
Отрадно слышать.
Октавиан, что ты уселся там,
как поденщик.
- Скажи что-нибудь остроумное.
- Я не могу сказать ничего такого.
Ты же знаешь, мама, что я не умею
поддерживать застольную беседу.
Тогда ты.
Какой-нибудь стишок, а?
Она может читать их наизусть
страницами без передышки.
"День и ночь распахнута дверь в обиталище Дита.
Вспять шаги обратить и к небесному свету пробиться –
Вот что труднее всего!"
Не самый удачный выбор,
моя милая, но ничего.
Ты знаешь, она потеряла своего мужа.
Лучше уведи свою сестру.
- Я говорила тебе, что нельзя ее приглашать.
- Я не могла иначе.
Показалось бы странным,
если б ее тут не было.
Переговори с Эвандером,
хорошо?
Мясник, тебе пора увести
свою жену домой.
Она не хочет идти.
Так заставь ее уйти, ага?
- Нам пора.
- Еще нет!
- Мне тут нравится.
- Нам пора.
- Пусти меня, любовь моя.
- Лидия, ну пожалуйста.
Пусти меня.
Иначе я расскажу нашему храброму воину
такую славную историю.
Ты чего хочешь?
Погубить нас всех?
Я люблю тебя.
Почему ты меня не любишь?
Прости.
Прости меня.
- Лидия, пожалуйста.
- Я твоя жена.
У нас уговор!
Ты поклялась Персефоной!
Ты клялась, что будешь держать
себя в руках.
- А разве я не держу себя в руках?
- Если мой муж...
Твой муж дурак и слепец!
Ты слышишь меня?
Он дурак и слепец!
Отстань от меня!
Отстань!
Отстань от меня!
Жена?
Цецилия.
Скажи мне,
как поживает Цецилия?
- Благодарю, она здорова.
- Прекрасно.
Должен признаться, я забыл
о ее последнем дне рождении.
- День рождения?
- Да, я знаю, это моя оплошность.
Может быть, она простит мою неучтивость,
если я пошлю ей подарок.
В самом деле,
это не так уж необходимо.
Так трудно подобрать подходящий
подарок для женщины, верно?
Что обожает одна,
другая и видеть не может.
Не предложить ли ей деньги?
Вот хорошая мысль.
К примеру, сто тысяч сестерций?
Это очень щедрый дар.
Должен признаться, что привычки
моей жены очень дорого обходятся.
О, так всегда.
Чем женщина лучше, тем она дороже.
Сто пятьдесят тысяч.
Если б я только позволил,
она бы наряжала рабов в шелка.
По утрам на завтрак
она заказывает устриц.
Ей нужно быть очень осторожной.
Когда всасываешь устрицу,
легко поперхнуться.
Двести тысяч.
Чрезвычайно щедрое предложение,
и, должен заметить,
весьма своевременное.
Она окажется перед тобой
в неоплатном долгу.
Единственный ее долг передо мной будет в том,
чтобы помнить обо мне с признательностью.
Она всегда так и делает.
Так и не будет ничего дурного,
если она продолжит в том же духе.
Мы понимаем друг друга.
Запиши.
Двести верховному авгуру.
Он что, Мидас,
чтобы так сорить деньгами?
- И туда, мимо швейной мастерской.
- Большое спасибо.
Завтра первым делом мы
пойдем к жрецам Януса
и очистим этот день от несчастья.
Обойдется в копеечку, но...
Дурной знак есть дурной знак.
Никуда не денешься.
Незачем и тратить деньги попусту.
Твоя сестра с мужем
больше никогда не придут сюда.
Как скажешь.
Можешь не унижаться.
Здравствуй, плебей.
Где центурион Люций Ворен?
Кто его ищет?
Его честь Квинт Помпей.
Ты бы лучше не нарывался.
Говори, где золото,
да побыстрее, пес.
Что за золото?
Я не понимаю.
- Теперь понял?
- Не совсем.
- Я не понял, что за золото?
Вот тупой попался, а?
Эта шлюха, похоже, твоя жена.
Взять ее.
Я не могу сказать о том,
чего не знаю.
Я не знаю ничего
ни о каком золоте.
Ты отлично знаешь, что
я разыскиваю золото из сокровищницы,
которое ты отбил
у людей моего отца.
Я ни у кого не отбивал золото.
Тебя обманули.
Обманули.
Ведь это ты командир разведки
тринадцатого легиона?
Я был им.
На той неделе
не ты ли остановил повозку с зерном
- на Фламинской дороге?
- Это было.
Ее сопровождали переодетые солдаты.
Мы разогнали солдат
и оставили повозку.
Ты и не думал заглянуть внутрь?
Времени не было.
Мы выполняли приказ.
Насколько могу судить,
твоя повозка все еще там.
Ложь.
Порежь ее.
Ну же, дай мне!
Ребята, это вам в честь
моего доброго друга Люция.
Что вы все хмурые такие?
А это еще кто?
Благородный господин Квинт Помпей,
начальствующий над Тирренской флотилией.
Бич Нептуна.
Ого... Бич Нептуна.
Им нужна повозка с золотом
из сокровищницы.
Золото из сокровищницы?
Вот это да!
Не испытывай мое
терпение, деревенщина.
Пошел вон, недоносок.
И забери этих уродов с собой.
Вот как я себе
это представляю:
Малыша Квинта мы
теперь же спустим в Тибр,
раздобудем повозку,
проберемся туда, где
я закопал золото,
выроем его и быстрее ветра
помчимся на побережье.
- С первым приливом отплывем в Испанию.
- Не мешай мне. Я думаю.
А что, я плохо придумал?
Что не так?
Даже если забыть о страшном кощунстве,
которым является
похищение священной
римской собственности...
Ну а мне-то откуда было знать, а?
... так ты еще на носилках
разъезжаешь по улицам,
горланя песни
и разбрасывая направо и налево
украденное богатство.
К утру все в Риме будут знать,
откуда у тебя золото, что ты и где ты.
А ты тут.
В моем доме.
Ну, так и что же нам теперь делать?
Тебе придется вернуть его.
Если ты прямо сейчас
отправишься к Цезарю
и задобришь его, приведя сына Помпея
как пленника, то он может пощадить тебя.
Вернуть золото?
Мне бы не хотелось.
Это не совет.
Это - приказ.
Вот я пришел к тебе поделиться
добром, что послали мне боги...
Приказ!
Черт побери.
Ворвались в мой дом,
мою жену чуть не зарезали,
и все по твоей милости!
Хорошо!
Очень хорошо!
Но ведь ты пойдешь со мной вместе, а?
Ты эту кашу заварил,
ты ее и расхлебывай.
Отлично.
Тогда я пошел.
Удачи вам, господин.
Извините.
Я постараюсь вернуться побыстрей.
Прости, дорогая.
Пулион, мошенник.
Что ты натворил на этот раз?
Я...
Ваша честь...
- Люций Ворен велел мне идти к вам и...
- Вольно, солдат.
Кто это?
Квинт, сын Помпея.
Так и есть!
Квинт, старый хрен,
рад встретить тебя
в таком виде.
Объясни.
Ну, дело было так, ваша честь.
Он... Этот явился, чтобы
разыскать золото.
Что за золото?
То золото, которое ребята Помпея
украли из сокровищницы, господин.
Так оно не досталось Помпею?
Нет, господин.
Но я ведь и не подозревал,
что это золото из сокровищницы,
иначе бы я его и пальцем не тронул.
Но...
Но, господин,
там еще была эта девчонка...
Оставь девчонку.
К делу.
Где золото?
Оно в надежном месте, господин.
Я его закопал
в глухом лесу
в паре миль от Фламиниевых ворот.
Благодарю.
Ты заплатишь за это!
- Поумней ничего не придумал.
- Оставь его.
Мне жаль,
что мы встретились вот так, Квинт.
Я всегда испытывал глубокое уважение
к твоему отцу и его семье.
Поцелуй мой зад,
подлый пес.
Каков красавчик, а?
Не бойся.
Тебе не причинят вреда.
Я отсылаю тебя обратно к твоему отцу
с предложением о перемирии.
Перемирие?
Тише.
Ты что, спятил?
Мы приперли их к стенке!
Успокойся.
Я предлагаю достойные условия перемирия.
Если же волнения
не прекратятся,
то это случится не по моей вине,
а из-за твоего отца и его сторонников.
Мой отец не нуждается в перемирии.
Еще два месяца, и твою голову
выставят на форуме.
Мерзавец!
Посади его на лошадь.
Ах, ты, гадкая.
Никогда не говорила,
что Цезарь так влюблен в тебя.
Не так уж и влюблен.
Я же видела, как он смотрел на тебя.
Как бык на Европу перед тем,
как похитить ее.
И я не могу его обвинить.
Такая...
красота.
Такая красота.
Ты слишком добра.
Ты добра безмерно.
Цезарь не выделяет меня среди остальных.
Как и я его.
И какая скромность.
Кальпурния, ну разве она не прекрасна?
В ней нет этого похотливого начала,
которое обычно проявляется
в женщинах ее возраста.
Быть может, ей известен
некий тайный эликсир.
Сдается мне, что ты ратуешь
за ветреное поведение.
Извини, я не хочу
беседовать на эту тему.
Ты еще пожалеешь,
что отпустил его живым.
У него злобный
и мстительный нрав.
До того, как со мной будет покончено,
я пожалею еще о многих, кого пощадил.
Отправляйся с Пулионом за золотом.
Легионер Пулион.
Ты вор.
Вор неопытный и недалекий.
Но в прошлом ты служил
нам верой и правдой.
Так что мы посчитаем твою глупость
за некий вид честности,
и ты не будешь наказан.
Больше того, я намерен
наградить тебя.
Кто я такой, чтобы
спорить с Фортуной?
Очевидно, что она
возлюбила тебя.
Когда выкопаете золото,
выдай ему сто монет.
Спасибо, господин.
Как угодно.
И еще, Антоний,
никогда не оспаривай мои решения
в присутствии
наших врагов.
У тебя отличная память,
так что дважды повторять не стану.
- Я понял.
- Свободен.
Эй, люди!
На-конь!
Живей!
Вперед!
Что ты насупился,
премудрый совенок?
Марк Антоний прав.
Мне кажется, что сейчас тактически
неверно заключать перемирие.
Зависит от его условий.
Ты выдвинешь требования,
которые Помпей не сумеет принять,
но они подойдут
Цицерону и сенаторам.
Быстро понял...
Держитесь, хозяин,
люди видят.
Господин, проведите нас
в укромное место.
Что с ним?
Его отравили?
У него приступ падучей болезни.
Это скоро пройдет.
Господин, прикройте дверь,
прошу вас.
Ему нужен врач?
Нет!
Любой ценой мы должны скрыть
его болезнь.
Никто не последует за вождем,
которого Аполлон
покарал эпилепсией.
Поклянитесь Оркусом,
что никогда не расскажете об этом.
Как ты себя чувствуешь, муж мой?
Ничего серьезного.
Идем.
Атия.
Я устал.
Думаю, что мы покинем твой дом.
Конечно, как пожелаешь.
Доброй ночи, дорогая.
Тебе понравился прием?
Да.
Твоя племянница Атия
чрезвычайно учтива,
а рассуждения верховного авгура
о религии были очень поучительны.
Сожалею, но я сейчас
не поеду домой вместе с тобой.
Но тебе нездоровится.
На самом деле все прошло.
У меня неотложные дела.
Дела ночью?
Это необычно.
Тем не менее это необходимо. Я должен быть
готов выступить из города
и начать преследование Помпея,
едва тот отвергнет перемирие.
А он его отвергнет?
Мне так кажется.
Что-то не так, матушка?
Я так одинока.
Я совсем одна.
- Что он предлагает?
- Смешно!
- Что он предлагает?
- Ничего.
Ничего,
о чем бы стоило говорить.
Но он предложил перемирие.
На каких условиях?
Переимирие с этой мразью?
Вы что, бабы?
Я затрахаю их псами!
Тихо там.
Выметайся!
Извините.
Ему крепко досталось.
Однако он прав.
- Перемирия быть не может.
- Конечно, нет.
Но Цезарь не требует
слишком многого.
- Неприкосновенность. Сложить оружие
с обеих сторон. - Мне сложить оружие? Мне?
Я законный консул Рима.
Он - преступник.
Как нас можно равнять
друг с другом.
Может, он и преступник,
но он владеет Городом.
- Нужно руководствоваться фактами.
- Факт в том, что он изменник!
Давайте по-честному.
Консул,
Его условия
на удивление умеренны.
Он не убивал твоих сторонников,
не грабил твое имущество.
Нужно серьезнее рассмотреть
это предложение.
Ты что же,
не понимаешь его замысел?
Он пытается расколоть нас.
Но перемирие по меньшей мере
поможет нам выиграть время.
Квинт прав!
Вы - бабы!
Глупцы.
Скажи мне, что ты любишь его.
Скажи мне это,
и я уйду,
и никогда не вернусь больше.
Я люблю его.
Клянусь душами моих детей,
я его люблю.
Тит Пулион, какая радость!
- Так они отпустили тебя?
- Ну да.
Где Ворен?
Он в святилище Януса.
Замаливает грехи.
Вы встречались с Эвандером Пульхием,
мужем моей сестры?
Эвандер, говоришь?
Мир тебе, солдат.
И тебе.
Налить тебе воды?
Спасибо...
Присядь.
Великий Юпитер, будь милостив
и ниспошли нам ясные знамения
в предначертанных границах.
Пророчества благоприятны.



Серия 5

НАЗАД ДОРОГИ НЕТ
"Мой дорогой друг...
Гай,
как мы оказались
в такой нелепой ситуации?
Ради мира и справедливости
я принимаю..."
Сенат и римский народ
уполномочили меня принять
условия перемирия.
"...Сенат и римский народ
уполномочили меня принять
условия перемирия..."
Нет, не "перемирие"...
Это бы значило, что
мы признаем его как правителя,
а ведь он фактически преступник.
Ты прав.
Он преступник.
"...уполномочили
меня согласиться
на приостановление
враждебных действий
при соблюдении условий из
твоего последнего письма.
Жду твоего ответа."
- Достаточно хорошо.
- Достаточно хорошо?
Такой позор и унижение
достаточно хороши?
Мы не мужчины.
Мы - черви.
Это грубо.
Тем более, черви не могут
удирать с такой скоростью, как мы.
Цезарь
так и не выступил из Рима,
а почему, знают только боги.
Тем не менее
его легионы гонят нас
из города в город
с невероятной легкостью.
Мы скорее овцы, чем черви.
Если бы наши новобранцы устояли,
если бы были деньги на наемников...
Да, но деньги есть у него,
а у нас их нет.
Давайте перейдем к делу,
ради которого собрались.
Помпей, ты должен написать о том,
когда ты согласен с ним встретиться
- для переговоров лицом к лицу.
- Никогда.
Им незачем встречаться.
Спор идет между Цезарем и сенатом.
Это формальная
необходимость.
Я не встречусь с этим
человеком. Никогда.
Он был мне как сын.
Неважно,
кем он был для тебя.
Только благодаря
милости Юпитера
он еще не насадил наши
головы на копья.
Милости?
Юпитер не дарит
свою милость трусам.
- Полегче, Катон! - Ты принял
позорную капитуляцию!
Это не капитуляция!
Великий Помпей не сдается!
Мне нужно время.
Перемирие даст мне это время.
Веррус Хорта шлет тебе
три меры янтаря
и сообщает, что он
покинул знамена Помпея.
Он препоручает свою жизнь
твоему безграничному милосердию.
- Хорта?
- Педераст, бледная кожа, рыжий,
- имения в Тускуле.
- Теперь он мой, бедняга.
Пошли ему немного денег
и льстивое письмо.
Назначь его квестором
или еще кем-нибудь.
Если ты будешь столь щедр к каждому,
кто отвернется от Помпея,
то пойдешь по миру. Такие
каждый день появляются десятками.
Разумное проявление милости
дороже десяти тысяч воинов.
Если на свою последнюю монету
я куплю трон, то цена хороша.
- Трон?
- Это метафора. Что еще?
Атия приглашает тебя
сегодня на обед.
Снова?
О, Добрая Богиня.
- Только не сегодня.
- Что ей передать?
Ничего.
Уже во второй раз ты
отвергаешь ее приглашение.
Я не обязан
отчитываться перед Атией.
Как скажешь, решение, может,
и не из лучших, но вполне смелое.
Как говорится, раб мечтает
о смелости, как рыба о полете.
Вот так говорится, да?
Очень остроумно.
"Взыскуя только мира
и справедливости,
пытаясь предотвратить
бессмысленные убийства римлян,
Гай Юлий Цезарь
публично призывает
изменника
Гнея Помпея Великого
принять перемирие
и сложить оружие."
Что ты делаешь?
Это довольно занятно и требует
художественного вкуса.
Странный мальчик.
Только что кухонная прислуга
рассказала мне про тебя
нечто очень странное.
Хотела бы я знать,
с какой стати
ты и Цезарь
прятались в чулане?
Что?
Мы там...
Это ерунда.
Ерунда?
Не похоже на ерунду.
Ты соблазнил его,
скрытный лисенок.
Да нет же.
Я не уверена,
насколько это пристойно,
учитывая, что он твой
двоюродный дед, но кто знает,
что такое пристойность
во времена вроде наших?
В любом случае,
ловко проделано.
Посмотрим, сумеет ли Сервилия
затмить нежного юношу вроде тебя.
Какое у нас будет влияние!
Это не так.
Хороший любовник -
скромный любовник.
Ему стало плохо.
Я помогал ему, вот и все.
Конечно, так все и было,
голубчик мой.
Но в будущем не нужно
выказывать столько страсти.
Мужчины любят,
когда ты играешь в недотрогу.
Мама, может
оставишь его в покое?
Так. Сегодня я пригласила Цезаря
и Марка Антония на обед.
Нужно постараться,
чтобы ты выглядел
- особенно привлекательно...
- Я не его любовник!
Не лги мне.
- Ты знаешь, я не люблю,
когда ты лжешь мне. - Я не лгу!
Он страдает.
Ужасно страдает.
Страдает? От чего страдает?
Кто заставляет его страдать?
Я... Я больше не буду
говорить об этом. Я поклялся.
К черту клятвы!
Я твоя мать! Говори.
Прости, я не скажу.
Ты очень огорчаешь меня.
Цезарь велел передать,
что не сможет быть вечером.
Неважно.
А почему?
Неизвестно.
Тит Пулион опять
спит на лестнице.
- Ему больше некуда пойти?
- Он недолго пробудет в Риме.
Скажи, когда вернется
тот юнец? Твой муж?
- Критон.
- Критон.
Когда он пригонит скот?
- В ноябре, а что?
- Я продаю сегодня рабов.
У нас будет достаточно денег
для твоего приданого.
Так что, когда Критон вернется,
вы с Люцием сможете поселиться
у него и начать
настоящую семейную жизнь.
Спасибо, папа!
Спасибо!
Нам будет не хватать тебя.
Ноябрь?
Так скоро.
Им все равно придется
уйти когда-нибудь.
- Да, конечно, но в ноябре?
- Я понимаю, что это тяжело.
Но это должно случиться.
До них будет так далеко. Ты же
знаешь, как живут гуртовщики.
Но, мама, я хочу уйти к нему.
Я хочу быть вместе с моим мужем.
Я знаю, я знаю.
Конечно.
Ты должна будешь уйти.
Просто это тяжело.
Привет.
Водички не нальешь?
Присядь.
Ты должен быть в лагере.
А что там делать? Тоска.
Возьми хлеба.
Нет, спасибо.
Что-то мне не по себе.
Пьешь слишком много.
Да не в этом дело.
Шлюха была с гнильцой.
А где твоя девчушка?
Девчушка?
Черт!
Я знаю, где-то тут!
Я знаю.
Да брось ты.
Даже если не отыщем эту,
добудешь другую.
Мне не нужна другая.
Я хочу Ирину.
Скоро ты отправишься
на юг за Помпеем.
Ты не сможешь таскать
ее за собой в обозе.
А может, я не вернусь в лагерь.
В любом случае скоро
окончится срок моей службы.
Уйдешь из Тринадцатого?
С чего это?
- Ты же ушел.
- Я не ты.
Что ты будешь делать
на гражданке?
Я не могу вот так
бросить ее.
За тебя думает
твой член.
Не в этом дело.
- Я не касался ее.
- Тогда на что она тебе?
Просто нравится смотреть на нее.
Становится мирно на душе.
Вот она.
Хвала Аполлону.
Это его девчонка.
Не вопрос.
Пусть заплатит, что должен,
- и забирает ее как есть.
- Да какой долг?
Это ты мне должен доплатить
за то пойло, которым тут торгуешь.
Пулион!
Сколько?
Я все отдам,
как только смогу.
Еще бы.
Так что ты собираешься
с ней делать?
Я не хочу ее.
Еще раз?
Я не хочу ее. Спасибо,
что ты подумал об этом, но...
Но тебе нужна рабыня. Ты
все время толковала об этом,
и вот она. Пулион не может
держать ее у себя,
а нам это ничего не стоит.
А я не могу оставить одного
из твоих галльских рабов?
Я же говорил, что мои
галлы совсем дикие.
Помоет пол
и перережет тебе горло.
А эта воспитана
в строгости и послушании.
Что в ней не так?
У нее странный взгляд.
Я свихнусь с тобой!
Девчонка останется.
Успокойся, дорогая.
Успокойся.
Как я могу успокоиться,
ведь Пулион
нарочно привел эту маленькую
ведьму шпионить за мной.
Он знает, Рисса, знает.
Такой-то здоровенный простак?
Если бы он что-то и заподозрил,
то сразу бы пошел к Ворену
и рассказал обо всем, верно?
- Так бы и сделал.
- Ты так думаешь?
- Он ничего не знает.
- Правда?
Уверена. Ну, видел он Эвандера
рядом с твоим домом.
Ну и что?
Он родственник, ему можно.
- Это верно.
- Ты дергаешься из-за пустяков.
Боги, пусть это будет правдой.
Бедолага согласился
на все твои условия.
Сенат утвердит твой статус,
ты получаешь пост консула,
право на триумфальное шествие,
а Помпей удалится в Испанию.
Да он бы взял в рот у Поски,
если б мы вежливо попросили.
Подозрительно хорошо.
Я совершенно не предполагал,
что Помпей примет все.
Ты думаешь, что это уловка?
Сомневаюсь.
Он и немногие его
сторонники загнаны в угол.
Он слаб и слабеет еще
день ото дня.
Мы можем раздавить его,
когда захотим.
Но теперь, когда он
согласился на перемирие,
я бы уподобился гнуснейшему
тирану, если б напал на него.
Вон, Поска считает, что я должен
бы принять перемирие.
- Заключить мир.
- В обмен на что?
Мир сам по себе
великое благо.
Расхныкался.
Таран коснулся стены - назад
дороги нет. Пощады не будет.
У Помпея немного солдат,
но с ним сенаторы.
Он действует
в рамках закона.
Они сенаторы в Риме.
За стенами города это
три сотни жалких стариков.
Так говоришь ты, Антоний,
но остальные согласятся с Поской.
Они вынесли на суд общества
эту жалкую капитуляцию.
Об этом узнает вся Италия.
Если я не тиран,
а просто выступаю
за свои законные права,
то отчего я не принимаю
такие почетные условия?
Он отказывается
от личной встречи
с нами?
Очень хорошо.
Так просто.
Толпа сможет
это понять.
Он отказывается встретиться
со мной лицом к лицу,
один на один.
Он отказывается
от встречи со мной!
Верно, именно так.
Перемирия не будет.
Мы идем на него.
Терпение.
Он в западне.
Мы выступим, когда придет время.
Когда?
Когда придет время.
Но мы уже давно
должны были оставить Рим.
Яблоко поспело, пора его сорвать,
а мы просто сидим тут без дела?
Помпей - не яблоко,
а я не крестьянин.
Вызови мой эскорт.
Люций Ворен,
центурион первого копья.
Я ждал, когда
ты появишься.
Я больше не в армии,
гражданин.
Я пришел, чтобы
продать моих рабов.
Ах, да...
Кровавый понос.
Ничего нельзя было сделать.
Понос?
Я оставил их тут,
несмотря на зловоние,
чтобы ты видел, что
я не обманываю тебя.
Некого винить.
Просто Фортуна
отвернулась от тебя.
Мальчишке повезло.
На сколько он потянет?
Можно взять за него
хорошую цену.
Окупит счет за кормежку
и еще останется.
За кормежку?
Я же не заморил их голодом.
Шевелись!
Ничего не осталось?
Почему же ничего?
За него можно взять
хорошую цену, когда окрепнет.
- Что это? - Папа
привез его из Галлии.
А что же теперь делать?
- Давайте его оставим!
- Мы его продадим,
только откормим
хорошенько.
Ну а что будет дальше?
- А как его зовут?
- Никак его не зовут!
Назовем его Рубио, как
моего голубя, который умер.
У нас нет сбережений.
Не волнуйся.
Я придумаю что-нибудь.
И опять.
Это разгром.
Проявить ли мне
милосердие?
Думаю, нет.
Как ты оплатишь проигрыш?
Все, что я имею, и так твое.
Что еще я могу тебе дать?
Больше не оставляй меня.
Я никогда тебя не оставлял.
Люди с ума сходят от скуки.
Только сегодня пришлось рубить
руки образцовому легионеру
за то, что он
прикончил гражданского.
А потом...
надо было слушать
богатея-отпущенника,
он вопил
несколько часов
только потому, что один из моих
центурионов охмурил его дочерей.
До чего же все это нудно.
А виноват во всем
твой дядюшка.
Давно пора двинуть
легионы на юг
и разгромить Помпея.
Люди это понимают,
вот и тревожатся.
Конечно...
Он пытается сделать вид,
что это какой-то хитрый план,
хотя каждая собака в лагере
знает, что он совсем обабился
со своей Сервилией.
Он не расстанется с ней.
А вот я...
Сама видишь,
еще мужчина.
Это невыносимо.
Невыносимо!
Мама, пожалуйста, успокойся.
Не выходи из себя.
Какая разница,
с кем он делит ложе?
Пустяки.
До чего ты похож на своего
отца. Яблочко от яблони.
Если б он
не прохлаждался в постели
с этой ведьмой,
он бы разгромил Помпея.
Это не пустяки.
На кону будущее республики.
С каких пор тебя начала
беспокоить судьба республики?
Я чрезвычайно озабочена
судьбой республики.
Было бы очень неразумно
поднимать суматоху
вокруг всего этого.
Ну, конечно.
Я не опущусь до того, чтобы
самой мараться в этой грязи.
Эта мерзкая интрижка
и сама выплывет на свет
без чьих-либо усилий.
Прибыл наставник.
Хорошо!
Прибыл твой наставник.
Он ожидает на заднем дворе.
Наставник?
Что за наставник?
Тебе пора начать учиться
всему, что должен уметь мужчина.
Как сражаться,
как обладать женщиной,
как сдирать шкуру со зверя,
и все такое прочее.
У меня впереди куча времени.
Еще успею.
Кучу времени ты потратишь
на бессмысленные каракули.
Ты можешь читать бредни
этих старых греков,
пока кровь из глаз не брызнет,
все равно не станешь умнее.
Я не согласен с тобой.
У греческих философов
есть чему поучиться.
Ну что ж,
вот тебе греческий философ.
Я договорилась с тем
твоим солдатом.
С Вореном?
Постой-ка.
Нет, не тот
мрачный республиканец,
он мне не нравится.
А другой - веселый и грубоватый.
- Пулион.
- Вот-вот.
Какие у этих плебеев
замысловатые имена!
Пулион.
Защищайся!
Щит.
Щит.
Не размахивай им.
Щит.
Хватит!
Воды.
Ерунда какая.
Во мне нет воинской жилки.
У меня от напряжения
прикинется лихорадка.
Я это чувствую.
Это просто с непривычки.
Дай срок.
Я видел, как ты убивал.
В тебе сидит хороший боец.
Это не убийство.
А занудное махание мечами.
Я думаю, что я бы
убивал людей без труда,
если бы знал, что они не сумеют
ответить мне ударом на удар.
Да не бойся ты, малыш,
Мы сделаем из тебя
настоящего рубаку.
В лучшем случае -
заурядного фехтовальщика.
- Все лучше, чем ничего.
- Ты неправ.
Кладбища кишмя кишат
заурядными фехтовальщиками.
Лучше уж вовсе не брать меча в руку,
чем не владеть им в совершенстве.
Не смей!
Извини.
Молодой господин...
Хочу посоветоваться с тобой
- по одному деликатному делу,
если ты не против. - Я не против.
К примеру, если ты что-то увидел,
что бросило на кого-то тень...
Какое-то ужасное подозрение.
Ты бы сказал ее мужу
о своих подозрениях?
Подозрениях в чем?
Другой мужчина.
Я полагаю, что мы говорим
о Ворене и его жене.
Я не называл имен.
Мне кажется, что не стоит
говорить только о подозрении.
Стоит предать огласке
подозрение в измене,
как оно почти обретет
силу доказательства.
А если ты ошибаешься?
Тогда твоя ошибка будет
стоить Ворену его чести.
Нужны факты.
Без фактов придется молчать.
Я знал, что ты
попадешь в яблочко.
Отвергает перемирие.
И что теперь?
Что теперь?
Ты счастлив, а?
Быть рабом.
Тебя не обременяет свобода.
От тебя не требуют решений.
Плыть по течению.
До чего же покойное состояние!
- Эраст Фульмен.
- Центурион.
Я пришел просить
у тебя совета.
Всегда счастлив помочь другу.
Я хочу одолжить денег,
а мне говорили, что у тебя
есть связи среди ростовщиков.
Есть.
Есть связи.
Но я несколько удивлен.
У тебя же были средства.
Мои рабы пали
от кровавого поноса.
Мне бы только достать денег,
тогда я отправлюсь на север
и прикуплю еще рабов.
У меня надежные связи
в Нарбонне.
Для этого тебе понадобится
большой кусок.
Верно.
Не могу.
Не хочу такого гражданина,
как ты, толкать в эту трясину.
Грязная штука,
ростовщичество.
Не заплатишь вовремя,
получишь кучу неприятностей.
Свести тебя с ростовщиком -
все равно,
что запереть двух
волков в одной клетке.
Кому от этого лучше будет?
Ты прав.
Ты прав. Извини, что
занял твое время.
Центурион. Есть ведь и другие
способы заработать.
Бывают моменты, когда само
присутствие такого человека
- дорогого стоит.
- Такого человека, как я?
Жесткого мужика.
Центуриона первого копья
из славного легиона Цезаря.
- Я же в отставке.
- Неважно.
Выправку не скроешь.
Твоя воинская стать и моральные качества
пригодятся в деловых переговорах.
Если ты не против, я бы сам
попросил твоей помощи.
Ввел бы в курс дела.
Спасибо тебе, однако,
я так и не понимаю, чем
конкретно я должен заниматься.
Ты будешь сопровождать меня,
чтобы люди были сговорчивее.
Никому неохота связываться
с центурионом первого копья.
Телохранитель.
Хорошие деньги.
Я говорила!
Я говорила тебе!
Прости,
это сильнее меня.
Я не могу...
Будь ты проклят!
Будь она проклята!
Я твоя жена.
Я.
Это я твоя жена.
Лидия!
Замечательно.
Не слишком похож на солдафона?
Похож на человека,
занятого серьезным делом.
Я не деловой человек.
Простой охранник.
Это только начало.
Сервилия, подстилка Цезаря
Подайте, подайте, прошу вас.
Да что такое со всеми?
Сосет у Цезаря
Эй, Кальпурния!
Кальпурния!
Да уж!
Цезарь дерет Сервилию
- Кальпурния...
- Не унижай себя оправданиями.
Я и не собирался.
Отделайся от нее -
и больше ни слова об этом.
- Давай не будем...
- Иначе только развод.
Может быть, и это
тебя не убедит.
Как хочешь,
мне все равно.
Сейчас мы не можем развестись.
Нам нужна поддержка ее рода...
Я знаю.
Цезарь трахает Сервилию.
Центурион,
- ты как раз вовремя.
- Гражданин.
Почему мы не могли
встретиться на форуме?
На форуме сделки завершаются,
публичное подтверждение.
Хватит твоих тевтонских напевов!
Если ты не можешь не свистеть,
будто бездельник-пацан,
так свисти хотя бы
добрую римскую песенку.
И она ругалась,
что я как слон.
Тандит,
мой добрый друг,
- неплохо выглядишь.
- Эраст Фульмен.
Целую ноги твоей матушки.
Присаживайся.
Угощайся,
не хочешь ли чего выпить?
- Вина бы выпил.
- У нас нет вина.
- Не выпьешь молока?
- Молоко?
А что, мочу
уже всю выпили?
Шутка.
Очень смешно.
Мне грустно говорить о том,
что привело меня к тебе, Тандит.
Я в глубокой печали.
Я думал, что мы оба
деловые люди,
я думал, что мы друг
друга понимаем,
однако вот что
получилось.
Вот что.
Я задам тебе
только один вопрос.
Где мои деньги?
Где мои свиньи-ищейки,
добытчицы трюфелей?
Пятьдесят свиней ты получил,
как и заказывал.
Пятьдесят полумертвых
и хилых свиней.
- И лишь одна натаскана
на трюфели. - Глупые хрюшки.
Им что же, не хватает желудей?
На хрена им трюфели,
когда желудей навалом.
Я уплачу тебе четвертую часть.
В знак дружбы.
Ты отдашь мне все до драного
денария, сука дерьмовая!
Ну, что ты,
зачем нам ссориться.
Мне говорили, что индусы верят
в жизнь после смерти. Это так?
Тела наши умирают и обращаются
в прах подобно вашим.
Но наши души живут вечно.
Неплохо устроились.
Значит, ты не боишься умереть?
Не боюсь.
Сломай ему руку.
Сломай ему руку!
Отдай мои деньги,
срань обезьянья.
Поцелуй меня в задницу!
Перережь ему горло.
Режь!
Да ты что?
Что случилось?
Что-то не так?
Скажи мне.
Эраст Фульмен велел мне
убить человека.
Ты отказался?
А что мне еще
было делать?
- Я не бандит.
- Нет, конечно.
Ты и не мог поступить иначе.
Но как мы теперь заплатим за жилье?
Чем будем кормить детей?
Он пришел!
Я так рада!
Я уж думала, что ты...
Извини, я не могу остаться.
Я пришел попрощаться.
Попрощаться?
Я выступаю на юг
против Помпея,
и мы больше с тобой
никогда не увидимся.
Что?
Никогда?
Никогда.
Не шути так.
Я не шучу.
И это из-за каких-то
дурацких рисунков?..
Сервилия,
все кончено.
Как ты можешь это говорить?
Мы любим друг друга.
Будь уверена,
это не потому,
что я разлюбил тебя.
Мне приходится идти на
это против моей воли.
Однако я стою
перед выбором,
и я должен делать то
что нужно республике.
Республике ?!
Что веселишься, матушка?
Так просто.
Просто так?
И не вынашиваешь
никаких хитрых планов?
Никаких, моя милая.
Если ты только сама
не предложишь что-нибудь
этакое.
Что за суматоха?
Завтра мы отправляемся на юг.
Отлично!
Если поторопимся, то уже к концу
месяца Помпей станет грызть землю.
А ты останешься здесь с Тринадцатым
и будешь следить за порядком.
Следить за порядком?
Я оставляю город на тебя.
Поска будет тебе помогать.
Но это же смешно!
Я солдат, а не нянька.
Проклятье, это приказ!
Я размышлял...
Я устал и нездоров!
У меня тут неподалеку ферма.
Там чудесно в это время года.
Я думал,
а не уехать ли мне туда?
И пробыть там до сбора урожая?
Не хочешь со мной?
Ты очень добр.
Но я намерен остаться здесь.
Ни к чему хорошему
это не приведет.
Не знаю.
По крайней мере,
здесь пахнет морем.
Если ты не уедешь, тогда,
наверное, и я останусь.
Было бы слишком
похоже на бегство.
Ну и пусть.
Ты-то сам все равно бы
знал, что это не так.
Разумеется, я бы знал.
Но у меня нет такого
величественного
и блистающего
древнего имени, как у тебя.
Мое мне приходится
полировать постоянно,
иначе покажется
слишком тусклым.
Значит, я должен остаться.
Прости, старина.
Боец!
Ты на посту.
Генерал примет тебя.
Это переписать.
Что тебе надо,
гражданин?
Я передумал, господин.
Я готов принять
ваш предложение.
Мое предложение?
Поступить на
сверхсрочную службу.
Если условия прежние.
Я сказал, что ты можешь
поступить на сверхсрочную?
Извините, господин,
но так и было.
И какие условия я предлагал?
Префект ветеранов, оплата
по первому разряду, премия...
Какое щедрое предложение.
Ну надо же было тебе
отказаться.
Обычно, я никогда не предлагаю
одно и то же дважды,
но тебе везет.
Цезарь в походе,
я остался один.
И мне понадобятся
надежные люди.
Так что я подтверждаю
должность префекта
и девять тысяч сестерциев.
Спасибо, господин.
Люций Ворен,
в обмен на мою щедрость
я ожидаю беспрекословной
преданности.
Слепой преданности.
До самой смерти, господин.
Ну, вот ты и снова дома.
Свободен.
Сюда его.
Хозяйка...
Вот один из тех, кто
рисовал гнусные картинки.
Недолго запирался, а?
А?
Вот тварь!
Кто нанял его?
Тимон,
еврей-лошадник.
Человек Атии.
Подайте одеться.
- Вот и все.
- Они приняли тебя обратно?
Примут.
Префект ветеранов, первый разряд,
девять тысяч сестерциев.
Я продался тирану.
Так было нужно.
Спасибо тебе.
Боги Юниев,
заклинаю вас этим приношением
вызвать
Судьбу, Мегеру и Немезиду
как свидетелей
этого проклятия.
Душами моих предков
я проклинаю
Гая Юлия Цезаря.
Да иссохнет его член.
Да треснут его кости.
Да увидит он, как его легионы
захлебнутся в собственной крови.
Боги подземные,
я отдаю вам
его члены,
его голову,
его рот,
его дыхание,
его речь,
его руки,
его печень,
его сердце,
его чрево.
Боги подземные,
да увижу я, как глубоки
будут его страдания,
и возрадуюсь я
и принесу вам жертвы.
Душами моих предков
я проклинаю Атию из Юлиев.
Да отдерут ее псы.
Да погибнут ее дети,
да сгорят ее дома.
Пусть она живет долго
в горькой нищете и позоре.
Боги подземные,
я отдаю вам
ее члены,
ее голову,
ее рот,
ее дыхание,
ее речь,
ее сердце,
ее печень, ее чрево.
Боги подземные,
да увижу я, как глубоки
будут ее страдания,
и возрадуюсь я
и принесу вам жертвы.
Ну вот, приятель.
Что вам надо?
Расскажи, что было
между тобой и Ниобой.
С Ниобой?
Ничего.
Никогда.
Клянусь Юпитером, никогда!
Пусть фурии вырвут мне глаза,
если я вру!
А что ты делал, когда
я застал тебя с нею?
Моя жена...
Мы с ней повздорили.
Я приходил к Ниобе
за советом, вот и все.
Я разревелся,
если по-честному,
а Ниоба меня утешала.
Я бы никогда...
Я бы никогда...
Может, он и не врет.
Врет.
Нет! Нет!
Врет.
Если он говорит, что ты врешь,
то я ему верю.
Этот парень страшно умен.
- Нет, прошу вас, умоляю!
- Цыц.
Тебе же будет хуже.
Мы знаем, что ты врешь.
Ты понял, мы знаем это?
Мы должны будем тебя убить.
Я никогда к ней
не прикасался.
Ну, Эвандер.
Твоя жизнь кончилась.
Вопрос вот в чем,
как ты хочешь умереть?
Мы хотим услышать правду.
Если так и станешь запираться,
мы тебя будем пытать.
И ты умрешь после многих
часов мучений и ужаса.
А если скажешь все
по-честному, то умрешь быстро,
без боли.
- Пожалуйста.
- Эвандер,
скажи правду.
Пытай его.
Хрень господня,
ну ты даешь.
А я еще думал, брать тебя
с собой или нет.
Ну так начинай.
Знаешь, я на самом деле
никогда никого не пытал.
И не знаю, как это делать.
Не знаешь?
На то есть специалисты!
Давай отрежем ему
большие пальцы?
Неплохо.
С этого и начнем.
Ниоба и я были любовниками.
Признаюсь!
Убейте меня,
если так нужно.
Стой!
Что еще?
Ничего.
Убейте меня!
Ты снова врешь.
Ты у врат Плутона.
Ты смеешь врать
на пороге смерти?
Я больше ничего не скажу.
Отрежь ему
большие пальцы.
Ребенок!
- Ребенок мой!
- Ребенок?
Что за ребенок?
Люций.
Малыш.
Пожалуйста, убейте меня.
Пожалуйста.
Люций?
Сын его дочери?
Сын Ниобы.
Мой сын.
Он мой.
Мы похоронили это зло.
Ты никому никогда
не расскажешь об этом.
Ворен ничего
не должен узнать.
Никогда.
Никогда.
Отец Марс Предстоящий,
этот человек честно бодрствовал
всю ночь в твоем храме.
Мы просим тебя взять его
под твое покровительство.
Пусть его враги бегут от него.
Пусть стены их городов рушатся.
Пусть ему достанутся
их скот и женщины.
Этот человек
теперь посвящен в ветераны.
Господин.
Они отплыли в Грецию.



Серия 6

ЭГЕРИЯ
Я подумал...
Я подумал...
Мы с тобой могли бы
вместе съездить в Байи.
После следующего
базарного дня.
Говорят,
там замечательно
- и нет таких толп...
- Чудесная мысль, но...
Но что?
Я не могу
оставить Лидию одну.
- Я нужна ей.
- Ты нужна ей.
Эвандер пропал два месяца
назад. С ним какая-то беда.
Похоже на то,
что с ним беда.
Похоже, что он мертв!
Пулион, подъем!
Подъем!
Пора к Марку Антонию.
Отвали, сдохни,
свинодёр.
Хорошо.
Спасибо, милая.
Не нужно
благодарить рабов.
- Подумаешь, дело какое.
- Дисциплина падает.
Что это ты такой
приветливый с самого утра?
Снова Ниоба?
- Как вы с ней?
- Не понимаю я ее.
Все эти ахи-охи насчет
ее чертова зятя.
Женщины!..
Может, она... Она...
Она - что?
Ну, я не знаю.
Женщины, понимаешь?
Могучий соратник
покорителя Галлии,
Марс и Беллона преисполнены
гордостью за твои деяния.
- И скажу я... - О, хрень господня,
что за дерьмо ты несешь?
Человече, переходи
ближе к делу!
Сию минуту, ваша честь.
Я...
Прибыл Публий Сервилий.
Отлично. Значит, всех
посетителей побоку.
- Пошел вон.
- Я...
Нет, ты - пошел вон!!
Начальствующий над конницей
и народный трибун Марк Антоний
примет ваши прошения
завтра.
Ворен!
Вон!
Синтия,
дай мне грушу, солнышко.
Сервилий,
дорогой мой старый друг.
Ну, как ты?
Хорошо, хорошо,
благодарю тебя.
Прости, но разве мы
раньше встречались?
А разве нет?
Без понятия.
Я всегда так начинаю
разговоры с гражданскими.
Так вежливей,
правда?
А это, несомненно,
твоя прекрасная жена,
имя которой
ускользнуло от меня.
Поппея.
Что за цветок.
Извини за весь этот разгром.
Вкусы Помпея, на мой взгляд,
оставляют желать лучшего.
Я решил добавить красок
в цветовое решение.
Как скажешь.
Мы уверены, что у тебя
получится превосходно.
Прости, мне нужно обсудить
кое-что с твоим мужем.
Конечно.
Притворитесь, как будто
меня здесь нет.
Невозможно.
Но я попробую.
Значит, так...
Разумеется, ты в курсе,
что Цезарь
оставил меня на хозяйстве,
пока он в Греции.
Ну да. Он там развлекается,
гоняя Помпея
со всей его братией.
А меня оставил тут,
марать бумагу и ловчить,
словно я какой-нибудь
чертов штатский.
И все-таки я намерен извлечь
из ситуации максимум пользы.
Или я стану
хорошим политиком,
или я сдохну.
Или же ради этого
сдохнет еще кто-нибудь.
Итак, получается,
что ты -
старейший из тех сенаторов
которые остались в Риме.
И это честь для меня.
- А еще ты помпеянец-перевертыш.
- Я...
Поэтому мне пришло в голову,
что было бы забавно
сделать тебя
на этот год консулом.
Консулом?
Ты так добр...
Разреши, я закончу.
И мне угодно, чтобы
на очередном заседании Сената
была немедленно обсуждена
и принята пара
законодательных инициатив.
Я уверен, что ты будешь
счастлив помочь мне с ними.
- Я... Я...
- Инициатива первая:
Сенат утвердит
избрание Цезаря как твоего
со-консула на следующий год.
Он, разумеется,
так и останется диктатором.
Но гораздо приятнее звучит,
если он будет консулом.
Более дружелюбно.
Ты понял?
- Я... Я понял... Я должен...
- Инициатива вторая:
ты выдвинешь
следующий законопроект:
отныне и впредь в каждой
италийской провинции
одна треть всех, занятых
на работах со скотиной или
земледелием, должна состоять
из вольноотпущенников
или полноправных граждан.
Я не понимаю.
Рабов многовато,
вот в чем штука.
Они выполняют всю работу,
а свободное население
страдает от безработицы.
Так что нужно создать
новые рабочие места.
Но это потребует
чудовищных затрат!
Вот именно.
Но раскошелиться придется
только немногим толстосумам,
которые завладели
всей землей.
И пусть утешением им
послужит сознание того,
что в кои-то веки им удалось
свершить нечто патриотическое.
Все это выглядит чрезвычайно...
смело,
чтобы не сказать большего.
Почти гибельно.
Вполне может быть,
что ты прав.
Но честно говоря, мне плевать,
кто пострадает от этого -
бедняки, богачи
или вообще все скопом.
Цезарь желает, чтобы
закон был принят.
Он - мой друг,
и я сделаю все для этого.
Или ты предпочитаешь,
чтобы я,
не обращаясь к сенату,
созвал народное собрание,
а ты уже сам приведешь
ему свои аргументы.
Такой блестящий оратор
вроде тебя легко убедит их,
что Цезарь ошибается.
- Это необязательно.
- Хорошо.
Хорошо.
У меня все.
Я и не знаю, что сказать.
Тогда промолчи.
Будет лучше.
Конечно, ты знаешь Поску,
доверенное лицо Цезаря?
Он посвятит тебя
во все подробности.
Поппея...
голубка моя,
если муж твой умрет,
приходи,
и я женюсь на тебе, ага?
Что ж, он держит
свое слово, верно?
Что?
Цезарь и Марк Антоний,
они хотят добра для народа.
Вот что тебя мучило?
Что Цезарь окажется просто
еще одним таким же тираном?
Но вот - и он,
и Марк Антоний
пекутся о рабочих местах
для безработных.
Не на что
теперь пенять, а?
Он вершит суд, а рядом с ним -
шлюха и карлик-уродец.
Думаешь, Цинциннат или Марий,
или даже Гракхи
- запятнали бы себя подобным
окружением? - Кто-кто?
Ну, кто бы спорил, у Марка
Антония есть свои закидоны.
Не пойду домой.
Надо выпить.
- Выпить? Тебе?
- Я. Напьюсь. И что с того?
Да я не против.
- Ой!
- Прости.
Пора бы тебе
успокоиться.
Как я могу?
Два месяца одно и то же.
- Ну что, все?
- Сиди ты смирно!
Ты не подцепишь славного нового
муженька с таким кислым личиком.
Не хочу я другого.
Я хочу Крития.
Нельзя тебе быть
замужем за гуртовщиком
теперь, когда
твой отец - префект.
- Не по чину.
- Я ей говорила.
Он ей не пара.
Слава богам, вы не успели
еще отдать за нее приданое.
Не бойся, подыщем тебе
кого-нибудь получше, кто бы
- был тебе ровней.
- Никого я не хочу!
Неприлично оставаться без мужа.
Да еще в твоем возрасте.
- И она говорит о приличиях.
- Ты о чем это?
Ты знаешь, о чем.
Придержи язык.
Или что?
Ну, что ты сделаешь?
Успокойся, родная.
Все хорошо.
Мне было казалось, что все
пошло на поправку, но опять...
Может, мне ее поучить
немного, как ты думаешь?
Я не знаю.
Это обычно срабатывает,
если ты бьешь
ее постоянно.
Хорошая порка
раз или два в день,
пока не станет,
как шелковая.
Правда, так можно ей и
наружность попортить.
Было бы жаль уродовать
такую красотку.
А она красавица, верно?
Красавица.
Это да.
Рабы, деньги, все такое.
И что я получаю взамен?
Да ничего.
В доме жалобы и причитания.
Моя жена даже не спит со мной.
Почему это?
Говорит, что не может, пока
с нами остается ее сестра.
А сестра-то тут при чем?
Какая разница?
Что с ней такое?
Что с ней такое?
Что такое со мной,
почему она со мной
так обращается?
Так может тебе ее бросить,
раз ты из-за нее
так страдаешь?
Нет!
Я ее не брошу.
Я скорей умру,
чем оставлю ее.
Ничего, браток.
Все образуется.
И кто, спрашиваю я,
оказавшись перед
непреодолимой силы
строем цифр и фактов,
которые я привел в своей речи,
мог бы возражать против
очевидных выводов из нее?
Итак, я прошу вас,
почтенные отцы-основатели,
поддержать меня
при обсуждении
этой важнейшей патриотической
инициативы, которая призвана...
Кто хочет высказаться
против предложения?
Никто не выступил против.
Голосование не требуется.
Предложение принято.
Пусто.
А здесь...
Нет вина,
так можно и воды.
Спасибо, голубушка моя.
Так вот, Лидия, я поспрашивал
тут кой-кого, понимаешь,
насчет твоего мужа,
Эвандера.
Поспрашивал?
Хотел про него что-нибудь
разузнать для тебя.
Видишь ли, у меня есть
знакомцы такого сорта.
Эти ребята могут знать,
что к чему, когда люди пропадают.
Короче,
они мне шепнули,
что он по глупости
связался с одной
мерзкой греческой шайкой
по ту сторону реки.
Сильно проигрался,
вот в чем дело.
Проигрался?
Эвандер никогда не играл.
Ну, ясно же, это такая вещь,
которую муж держит
в секрете от жены, а?
Так о чем ты?
Извини, что говорю такое,
но похоже на то,
что он никогда не вернется.
Видать, убили его.
Ты уверен?
Так мне и сказали.
Готов.
Убит.
Неправда.
Мой тебе совет,
лучше забудь про него.
Начни новую жизнь.
Неправда.
Все не так уж плохо.
Есть люди,
которые любят тебя.
Держись их.
Верно ведь, Ниоба?
Пускай лучше
начнет новую жизнь.
Пусть рассчитывает на тех,
кто ее любит.
Забудь Эвандера.
Забудь о прошлом.
Ну, а я пошел.
Без глотка вина буду
весь день как разбитый.
Нет!
Лидия, ну пожалуйста.
Мне так жаль.
Так жаль.
Тебе жаль?
Тебе не кажется, что
жалеть уже поздновато?
Тебе не было жаль
трахаться с ним?
Тогда тебе не было жаль.
Мочусь я на твою жалость!
Не тс-с-с! Не тс-с-с!
Это ты тс-с-с!
Ты шлюха, и ты украла
у меня мужа!
Я не крала!
Он сам пришел ко мне!
Он пришел ко мне!
Я никогда его не любила.
Я люблю мужа!
А вот если бы ты...
Если бы ты могла...
Если бы я могла что?
Родить ему ребенка.
Вот ты о чем?
Прости.
Пожалуйста, прости меня.
Пожалуйста, прости меня!
Прости!
Будь ты проклята, сестра!
Я проклинаю тебя
именем Фурий.
Я сохраню твою тайну
ради ребенка,
но никогда больше
не обращайся ко мне.
Осторожней!
Молодец.
Молодец.
Октавиан, а тебе идет
немножко свирепый вид.
Такой миленький.
Правда же?
Правда.
Тит Пулион хороший наставник.
Как жаль, что
Цезарь не с нами.
Он бы немедля забрал
тебя в свою свиту.
Может, тебе бы стоило
отправиться к нему в Грецию
и напоить своей меч
кровью помпеянцев.
- Какие глупости, мама.
- Ну, а почему нет?
Если мы не поторопимся,
Помпей, Катон и прочие недоумки
уже будут мертвы, и Октавиан
упустит свой шанс прославиться.
Он еще ребенок.
Ну, нет.
Совсем нет. Он теперь
настоящий маленький мужчина.
Я все-таки думаю, что
мужчина - это не только
умение обращаться
с мечом.
Октавиан,
а ты уже
с кем-нибудь переспал?
Мама, ну пожалуйста.
Это значит "да"
или "нет"?
Нет, но...
Тит Пулион, разве не велела
я тебе уладить и это?
Уверена, что велела.
Я...
Виноват, госпожа.
Разберусь.
Разберись.
И не тревожься, дорогой.
Это на самом деле пустяки.
Стоит тебе вспрыгнуть
в седло, как говорится,
а природа-мать дальше сама
подскажет. Не так ли, Пулион?
Уж это точно, госпожа.
И учти, чтобы никаких ваших
солдатских страшных волчиц.
Какая-нибудь чистая
миловидная девочка.
Конечно,
чистая и миловидная.
Отлично.
Велю Меруле
сшить тебе тогу.
Что еще?
Может, ты позаботишься о том,
чтобы он убил кого-нибудь?
Это случится само собой.
У нас, Юлиев, всегда под рукой
найдется пара-тройка врагов.
Здоровья моему ребенку.
Моей дочери.
Прошу сына,
здорового сына.
- Я...
- Ну, доброй ночи.
Доброй ночи.
Муж.
К чему все это?
Я думала, что тебе будет приятно
немного побыть со мной вдвоем.
Я отослала девочек
и Люция к Клариссе.
А Лидия?
Ушла к друзьям.
- Садись, пожалуйста.
- Я не голоден.
Но...
Могу и еще поесть.
Прости.
Сядь рядом.
Все хорошо.
Садись же.
Я один со всем не справлюсь.
Мои месячные в порядке...
Если ты хочешь
лечь сегодня со мной.
Я хочу.
Я очень хочу.
Дорогой мой
Марк Антоний,
Надеюсь, что ты пребываешь
в лучшем здравии,
чем мои надежды
на победу.
Я гонялся за Помпеем
по всей Греции,
но он решительно
уклонялся от боя.
Я думал, что это результат
обычной его бестолковости,
однако оказалось, что
старик еще соображает.
Пока он избегал сражений,
к нему с востока прибыли
десять легионов,
которые серьезно превосходят
по численности мои силы.
И теперь кот
рычит на пса,
а Помпей
угрожает мне.
Некоторое время
я еще сумею уходить
от его преследования,
но это ненадолго.
Мои люди измучены,
припасов не хватает,
вскоре нам придется
остановиться и принять бой.
Прошу тебя, приведи ко мне
тринадцатый легион
со всей возможной
скоростью.
Проклятье.
Созвать легатов легиона?
Нет.
Погоди.
Мне нужно все обдумать.
Это чудесно.
Очень тебе идет.
Немного вызывающе.
Мне бы что-нибудь попроще.
Какой прок в простоте?
Мы берем это.
Ну, а это...
Божественно.
О, божественно.
Антонию понравится. Он любит,
когда я наряжаюсь по-восточному.
- Сколько за всё?
- Пять тысяч.
Грабеж.
Тогда четыре с половиной.
Три.
А мы можем
себе это позволить?
При нынешнем положении дел,
когда Цезарь в Греции,
не стоит ли нам
выглядеть поскромнее?
Не беспокойся ни о чем,
милочка,
у меня все
продумано наперёд.
Хозяин, пришел Тит Пулион.
Скажи ему, что
мне нездоровится.
Он, наверное, сможет
зайти на той неделе.
Ничего подобного.
Октавиан будет готов
пойти с ним
сейчас же.
И дай ему кошелек.
Ты уже достаточно долго
- откладывал это событие,
дорогой. - Мама...
Сегодня же ты с кем-нибудь
переспишь, иначе я
сожгу твои жалкие книжонки
на заднем дворе.
Убирайся.
Дайте дорогу.
Дорогу благородному господину.
Дорогу.
Не волнуйся,
молодой господин.
Ничего в этом нет такого.
Если в этом ничего нет, то зачем
вокруг него столько разговоров?
Скоро узнаешь.
Вай, вай!
Прочь отсюда!
Вот спасибо, не хватало
нам тут еще простой солдатни.
Ну-ну, угомонись,
моя прелесть.
Мы пришли сюда ради
молодого господина.
И деньжат
у нас хватает.
О, конечно же,
извините меня.
Не хотела
никого оскорбить.
Обслужить молодого
господина - честь для нас.
А что бы ему хотелось?
Он в первый раз.
Без особых извратов.
Разумеется, у нас
есть всё, что нужно.
Быть может,
немного экзотики?
Или очарование юности?
Простая и нежная.
Малость худощава, а?
Он и не почует,
что вошел в нее.
Что там был, что не был.
Более крепкая,
но она подобна нимфе,
очень изящная.
А эта только что
с корабля...
- Эта подойдет. - Постой,
молодой господин.
Торопиться не надо.
Это же важное решение.
- Давай поглядим на...
- Эта подходит вполне.
Уверена, что ты останешься
исключительно доволен.
Эгерия, иди, готовься.
А теперь об оплате...
О! Ну да.
И сколько ты просишь?
Тысячу.
Ни хрена себе!
За такой куш я бы поимел половину
всех нарбоннских шлюх, не считая
- их матерей. - Но мы не в Нарбонне,
где бы это ни было.
Ладно, голубка.
Мы заплатим.
Но девка должна быть горячей
самой Елены Троянской
с горящими углями
в заднице.
Говори.
Гней Помпей Великий
приветствует тебя.
Он надеется, что ты удобно
разместился в его доме.
Ничего, сойдет.
- Ближе к делу.
- Дело в том,
что Цезарь обречен,
и ты вместе с ним,
если только не согласишься
на заключение сепаратного мира.
И?
В этом случае милость и
щедрость Помпея будут безмерны.
Насколько?
Он подарит тебе жизнь.
И провинцию.
И денег - достаточно для
достойного существования.
А с чего он взял, что я так
дорого ценю мою жизнь?
А почему ты еще
не отбыл в Грецию?
Не ухмыляйся.
Придешь завтра.
Тогда я дам Помпею
окончательный ответ.
Да не туда.
И прикройся.
Свободен.
Ты раздеться сам?
Интересный у тебя акцент.
Не понимать.
Откуда
ты родом?
Откуда родом...
Не знать.
Ты не знаешь,
откуда ты?
Рим меня взять
очень маленькая.
Убить мать, отец, брат,
Взять меня.
Понимаю.
Печально.
Повернись, хорошо?
На четвереньки.
Неплохое местечко.
Чисто так.
Я вот думаю,
если уж я
вместе с ним...
И не мечтай.
Нет, нет, нет.
Нет, по-настоящему. Бейтесь!
Ну же, бейтесь, чтоб вас!
Бей!
Так-то лучше!
Отлично.
Молодчина, Синтия!
Молодчина!
Вот молодец!
Да не пугайся, глупышка.
Просто царапина.
Вот так.
Да, Поска, в чем дело?
Должен напомнить тебе, что
вечером обед у Юлии Атии.
Черт возьми.
Ну, бегите.
Где он?
Где он может быть?
Занятой человек.
Политика.
Политика?
Он обещал быть.
Кастор!
Послать на виллу Помпея...
да нет - Марка Антония
и выяснить, где он
сейчас находится.
"Где находится Антоний"...
Сию минуту, хозяйка.
И не говорить, что
посыльный от меня.
Не говорить, что от вас.
Стой. Он поймет,
что это от меня.
Никого не посылать.
Не пошлю никого.
Придет - так и придет,
мне все равно!
Добро пожаловать,
господин.
Извини, что так безбожно
опоздал. Делам нет конца.
Ты меня простишь?
Конечно.
Признаюсь, совсем забыла,
что ты должен был прийти.
Так что
я приятно удивлена.
Подожди немного, я пойду и
оденусь как следует.
А вот и он,
юный Аполлон!
Как всё прошло?
Это было... славно.
Славно?
Можно и так сказать.
Как он?
Как бык.
Что с тобой?
Ничего.
Скажи мне.
Марк Антоний не хочет отправиться
в Грецию на помощь Цезарю.
Я поклялся в верности
бесчестному человеку.
Что ж, тогда и ты
не поедешь в Грецию.
- Мы будем вместе.
- Это так, и все же.
Но ведь ты сам всегда говорил,
что дело Цезаря неправое?
Да беда не в этом.
Тут дело
в моральном принципе.
Что же ты за идиот!
Не голоден?
После стольких лет на солдатской
каше я неприхотлив в еде.
Да еще и эти известия из Греции
не прибавляют аппетита.
Да уж.
Неужели все так плохо? Цезарь
всегда сумеет выкрутиться.
У Помпея десять человек
против его одного.
Арифметика не знает жалости.
Я боялась чего-нибудь
подобного.
Что же ты теперь
намерен делать?
Не знаю.
Ты обладаешь властью.
Народ тебя любит.
Только потому, что пока
еще не узнал меня поближе.
Если ты только захочешь,
то станешь повелевать Римом.
Я не думал об этом.
А стоило бы.
Стоило бы
об этом задуматься.
Сейчас меня занимает
нечто совсем другое.
Воды.
Мог бы проспать неделю.
Я вот подумала.
Нам бы пожениться с тобой.
Жениться?
С чего это тебе вдруг
вздумалось именно жениться?
А, может, я тебя люблю.
Шутишь.
Но на какой-то миг
ты меня почти напугала.
Я не шучу с тобой.
Ох ты, дорогуша.
Прошу, не пугайся,
я не хочу разжалобить тебя.
Я мыслю стратегически.
Если Цезарь проиграет,
мне не так-то легко
будет наладить дружбу
с помпеянцами.
- Мне понадобится защита.
- Точно.
А я-то тут при чем?
Если проиграет Цезарь,
то и я вместе с ним.
Только если ты присоединишься
к нему в Греции.
Но если ты
останешься в Риме,
то у тебя очень
выигрышное положение.
Народ за тебя,
город в твоих руках.
Только денег не хватает.
И пока твое имя
остается незапятнанным...
- Но я не патриций.
- Именно так.
И, соединившись с моим родом,
ты получишь и деньги,
и громкое имя,
и сможешь стать царем,
если только того пожелаешь.
Тогда бы и ты стала царицей.
Я бы стала твоей любящей
и покорной супругой.
И все это, если бы
я решился предать друга.
Друга. Твоего кровного
родственника.
Но ты для этого
чересчур благороден?
Мне нравится
играть в благородство.
Но я не считаю, что тебе
понравится погибнуть из-за игры.
А вдруг ты ошибаешься?
Цезарь обречен в любом случае.
Но ты слишком умен, чтобы
впустую разделить его участь.
До сегодняшнего дня
я и не подозревал,
какая же ты на самом деле
гнусная старая гарпия.
Убирайся.
Убирайся!
Спасибо, Пулион.
Становись!
Смирно!
Уже светло, а мы в постели.
Какая роскошь.
Разврат.
Отец!
Тебя спрашивает этот карлик.
Его светлость
Марк Антоний
приказывает тринадцатому легиону
собраться на Марсовом поле.
Зачем?
Куда мы отправляемся?
В Грецию.
Трибун!
Что мне передать Помпею?
Ах, ну да.
Извини.
Я и забыл о тебе.
Кожа суховата.
Умастите его как следует
перед тем, как подарить.
О, Добрая Богиня.
Я боюсь и спросить.
Дары для Сервилии.
Как ты хорош!
Покажись-ка.
Я так тобой горжусь.
Вот, наконец, ты
и настоящий мужчина!
Зачем нам дарить
подарки Сервилии?
Старая ворона в прекрасных
отношениях с Катоном и остальными.
Когда разгромят Цезаря и
его пса Антония...
Если их разгромят.
Когда их разгромят, нам
понадобится ее дружба.
- И ты считаешь, что можно
ее купить за это? - Почему нет?.
Что может быть лучше
длинного уда?
Ты полагаешь, что
этого недостаточно?
И это после всех
твоих козней против нее?
Каких козней?
Что я имела против нее?
Ну, пожалуйста!
Я же не идиотка.
Это же из-за тебя
Цезарь с ней порвал.
Ну и что, если так?
Она-то об этом не знает.
Ты уверена?
Она ведь
тоже не дура.
Сервилия не любит таить
свои чувства. Если бы она
знала хоть что-нибудь, мы
бы уже слышали об этом.
Тебе виднее.
И это так.
Во всяком случае, ты
преподнесешь ей дары
и постараешься
проникнуть в ее мысли.
Она всегда была
очень к тебе расположена.
А ты поедешь в Медиолан.
- Тебя отвезет Тимон.
- В Медиолан?
Да, у них там
очень неплохая академия.
- Не понимаю.
- Теперь ты мужчина.
А Рим сейчас небезопасен
для мужчин из рода Юлиев.
Что за ногти на ногах!
Подстричь их и накрасить,
и украсьте голову цветами.
И пошлите с ним еще немного
льда. Скажем, шесть бочонков.
Шесть бочонков льда.
И перестань
так глупо таращиться.
Я знаю, что делаю.
Твоя мать слишком добра.
Чем вызвана такая щедрость?
Это знак дружбы.
Дружбы.
Поблагодари свою мать
за ее... дружбу.
Я надеюсь, что придет день,
когда я сумею отплатить ей
за ее дружбу.
Хорошо.
Прости меня.
Постой.
Пожалуйста, прости мне
мою язвительность.
Не за что извиняться.
Я знаю тебя с тех пор,
когда ты была еще маленькой.
У тебя всегда была
добрая душа.
Я знаю,
что бы ни говорили другие,
но ты ни в чем не виновата.
Я это знаю.
Я... Я не...
Дело в том, что я не могу...
Все в порядке.
Не стоит.
Передай своей матери,
что я благодарна
за подарки и что
я, как и всегда, высоко
ценю ее дружбу.
Ты должна как-нибудь зайти
ко мне снова. Хорошо?
Хорошо.
Обещаешь?
Хочу, чтобы между нами
не было ничего дурного.
Обещаю.
Веди себя хорошо.
Будь послушна.
Я буду ждать на улице.
Да защитит тебя Беллона.
И пусть хранит Юнона тебя.
Флотилия
направляется
в Грецию с войском
под предводительством
Марка Антония.
Рздача хлеба
в этом месяце
проводится Капитолийским
братством мельников.
От братства мельников
только лучшее зерно.
Настоящий римский хлеб
для настоящих римлян.
Что за дерьмо!
Я промок насквозь.
Мы в полной
безопасности.
Богатые жертвы были
переданы в дар Тритону.
Если Тритон не может нас уберечь
от воды, то пусть сосет у меня!
Когда же ты научишься вовремя
затыкать свой грязный рот?!



Серия 7

ФАРСАЛЬСКАЯ БИТВА
Вот если бы отступить
на побережье
через Фессалию,
то мы сумели бы продержаться
до того, как начнутся дожди.
Стоит нам двинуться на восток,
как они отрежут нас здесь.
Ну да.
Не пойдет.
Готово.
Карта себя никогда
не нарисует по-другому,
если это то,
чего вы сейчас ждете.
Он прав.
Мы просто сразимся с ними
именно здесь, где стоим.
И разобьем их.
Еще бы! Конечно,
мы их раздавим.
На пищу червям,
все их проклятое войско
пойдет на пищу червям.
На пищу червям.
Поменьше крови на этот раз.
Провозись еще немного,
и тебя уже будет брить Помпей.
Торкват тоже должен
что-то получить, нет?
Может быть,
пост претора?
Если Торкват
станет претором,
то Варрон должен
получить не меньше,
иначе мы так и погрязнем
в этих разборках.
Но что тогда
мы предложим Лабиену?
- Македонию?
- Вифинию.
Македония обещана Либию.
Изюм для своих,
а остальным - крошки, а?
Македония и Вифиния
пока еще не в наших руках,
а мы их уже делим.
Не будем жарить
непойманных кроликов.
Наш добрый кролик
уже попался, есть ему нечего,
он потерял почти
две тысячи солдат.
Думаю, что можно
с уверенностью сказать,
что кролик готов
для котла.
Что загрустил, Брут?
С чего бы это?
Извините.
Нет, Цезаря необходимо
разгромить, дело достойное,
нельзя покоряться тиранам...
И все же я не в силах
радоваться этому.
Он был мне как отец.
Сочувствую тебе.
Когда мы ударим?
Ударим?
Мы уже ударили.
Мы повалили его,
но ведь еще не добили, а?
Когда мы нанесем
последний удар?
В нем не будет нужды.
Если мы просто удержим его
на том же месте с месяц,
или больше, то остатки его войска
распадутся и исчезнут сами по себе,
- без усилий с нашей стороны.
- Но благородно ли это?
- Цезарь изгнал нас из Рима,
выдавил из Италии,
убивал наших друзей,
захватил нашу республику.
Теперь вполне благородно только
ступать по колено в его крови.
Вот именно, по колено.
Но вы хотите, чтобы за
нас поработал голод!
Мы должны напасть на Цезаря
и уничтожить его во славу Марса,
- иначе победа будет
неполной. - Он прав.
На родине произведет впечатление
победа, добытая в бою.
Ты - Помпей Великий.
Ты сокрушаешь врагов,
будто они из глины.
Если не будет эффектной битвы,
народ разочаруется в тебе.
Вести из Греции.
Марк Антоний в безопасности,
но большинство его кораблей
с подкреплением для
Гая Юлия Цезаря
погибли в море.
Цезарь окружен
превосходящими
силами врагов.
Войска республики, сената
и Помпея Великого
вполне готовы одержать
решающую победу
в ближайшем будущем.
- Вот ты где.
- Вот я где.
Я просила Тимона
прислать охрану,
и получила кучку
клоунов и недоумков!
- Неужели.
- Цезарь обречен,
сомненья нет,
и мы останемся без защиты.
Мы почти что лежим
голые на улице!
Ты должна пойти к Сервилии
и попросить у нее людей,
- чтобы расставить их снаружи.
- Почему?
Чтобы нас дополнительно
защищало ее имя, глупышка.
Я хотела спросить,
почему должна идти я?
Ха, будто бы мне самой
понравилось унижаться перед нею.
Думаю, нет.
Я не пойду
унижаться ради тебя.
Да не упрямься.
Она же не откажет.
- Ты так думаешь?
- А с чего ей отказываться?
Помнишь те чудесные дары,
что я посылала ей?
Что она тогда сказала?
Ничего.
Ничего.
- Но что-то же она сказала.
- Она ничего не сказала.
Ты очень самоуверенна,
вот и все.
Ты думаешь, что можно купить дружбу
за раба с длинным удом,
- черепаховые пластины...
- И шесть мер льда!
Я бы не хотела идти.
Ты бы не хотела идти.
Тебе бы больше понравилось
быть растерзанной подонками
среди догорающих обломков
дома твоей матери.
Откровенно говоря,
мне все равно.
Сегодня Цезарь на коне,
и ты злорадно ликуешь,
завтра он в беде,
и я должна унижаться?
Я хочу просто, чтобы наконец
кончилась эта гадкая война,
так или иначе.
Октавия, она закончена.
Именно поэтому ты должна
пойти к Сервилии.
Я знаю, это тяжко,
но ничего не поделаешь.
Лидия.
Очень мило.
Не надо.
Я рада тебя видеть.
Я беспокоилась о тебе.
Незачем было.
У меня все очень хорошо.
А вот у тебя, похоже,
не совсем.
Тебе нужны деньги?
У меня есть немного,
если хочешь...
Не сомневаюсь,
что у тебя есть деньги.
Выходит, что твой муженек
удачно подсуетился.
Фортуна любит тебя.
Я не знаю,
жив или мертв Ворен.
Прости.
Прости меня.
Я не хотела так с тобой.
Я так устала, Ниоба.
Я устала злобиться.
Я устала
ненавидеть тебя.
А ты все,
что у меня осталось.
Прости меня.
Налить тебе воды с медом?
Это все без толку!
Мы умрем от жажды
раньше, чем от голода.
Мы можем
выпить их кровь.
- Что?
- Все эти мертвяки,
мы можем пить
их кровь.
Она тоже
слишком соленая.
Еще больше
пить захочется.
В любом случае
она уже загнила.
Ну и ладно.
Все будет отлично.
Здесь мы умрем.
Что ты пишешь?
Послание к Ниобе.
Неплохо.
Хорошая мысль.
Когда закончишь, припиши там
еще мой привет Ирине, ага?
Если места хватит.
О, Грации,
какие же мы красивые.
Если уж я иду побираться,
то не должна выглядеть нищенкой.
Я же не возражаю,
солнышко,
хотя твой вид и напомнит Сервилии,
что за развалина она сама.
Мне просто нравится видеть
тебя снова такой хорошенькой.
Хватит уж изображать,
что твоя жизнь кончена.
Надеюсь, что у твоей матушки
все благополучно.
Это так.
А как твой сын?
Тоже.
Матушка послала меня к тебе,
чтобы просить об одолжении.
Она опасается
последствий
этой последней битвы
в Греции.
И я ее понимаю.
Она слишком усердствовала
с демонстрацией своего влияния.
Она просит тебя одолжить
немного твоих людей,
чтобы те охраняли наш дом
твоим именем.
Ну конечно.
Елена, отправь Аякса и трех
или четырех человек с ним,
- которых он выберет сам.
- Благодарю.
Ты так добра.
Я говорила матери, чтобы
- она и не думала...
- Пожалуйста.
Она получит, что просит.
Прости.
Ты так добра к нам.
- Мы не заслуживаем.
- Не надо.
Я, верно... Я, наверное,
выгляжу ужасно.
Нет, совсем нет.
Выглядишь чудесно.
Я лучше пойду домой.
Так скоро?
Матушка будет беспокоиться.
Что ж, если тебе кажется,
что ты должна...
Октавия...
Спасибо.
Послать гонца в Рим.
Передай им...
Решающая битва
будет сегодня.
Господин! Легионы Помпея
строятся в боевые порядки!
Спасибо, Фульвий.
Ты разучился салютовать?
Нет, господин.
Виноват, господин.
Гракх,
играть общий сбор!
- Пусть Ксенон седлает моего коня.
- Есть!
Мы принимаем бой?
Конечно.
Почему бы и нет?
Их гораздо больше,
трое пеших против одного
и пять против одного конного.
Те из наших, кто не ранен,
все равно голодны, испуганы
и в отчаянии.
Это только нам на руку,
нам нужно пробиваться домой.
Я не думал, что на войне
применима ирония.
Нам надо победить -
или умереть.
А вот у людей Помпея
выбор гораздо шире.
До свидания, Поска.
Цезарь!
Цезарь! Цезарь!
Послать гонца в Рим.
Передай им, что
Цезарь победил.
Господин! Солдаты Цезаря
гонятся за нами.
У меня рука поранена.
Скорее, господин!
Они поймают вас.
Порез неглубокий,
но болит.
Они вас убьют!
Это уже неважно.
Мы разбиты наголову.
Что делать?
Несомненно,
мы еще раз сразимся...
- И победим!
- ...и победим.
Но сейчас нужно побеспокоиться
о своей безопасности.
Наша безопасность - ничто.
Нужно уходить из Греции
и искать свежие силы.
Вот интересно,
а где их искать?
В Африке.
Мы соберем их в городах
этой провинции.
Африка.
Боги мои,
так у нас скоро кончатся
все континенты.
И деньги!
Мы выжали
все возможные налоги
из Греции -
и уже все потратили!
Чем платить Африке, чтобы
она встала на нашу сторону?
Ракушками?
Зачем платить?
Мы римский сенат!
Мы - старики
с запыленными
сандалиями!
Пока мы живы,
мы непобедимы.
Республика будет жить,
покуда живы мы!
Вы можете продолжать
эту войну, если угодно.
Что до меня,
то я ухожу
и сдаюсь Цезарю.
А где твое достоинство?
Твоя честь?
Где-то они остались,
надеюсь.
Не в таких количествах,
как у тебя, конечно.
Цезарь убьет тебя.
Может случиться и так.
Я не боюсь смерти.
Я устал.
Я хочу домой.
Да.
Точь-в-точь как и я.
Брут!
Без твоего имени
дело респуб...
Не смей!
Не смей говорить со мной
о республике!
Если бы я знал заранее,
что придется терпеть
таких жалких соратников
и такую мерзкую пищу,
если бы я знал,
что за старый дурак ваш Помпей,
то я бы никогда
не покинул Рим.
Прости мой гнев.
- Я не в себе.
- Ничего.
Я заслужил твое
разочарование.
Я предлагаю направиться
в Амфиполь.
Меня там ждут
люди и деньги.
Оттуда мы сможем
отплыть в Египет.
Наследники Птолемея -
мои верные друзья.
Быть может...
Быть может, разумнее
передвигаться поодиночке.
Наверное, ты прав.
Лучше так.
Разумеется.
Не понимаю.
Что-нибудь
должно произойти.
Я не собирался
умирать вот так.
- Ты заблуждался.
- Это нечестно.
И все же...
Было бы здорово снова
увидеть мою мать.
Ты думаешь, у них есть
какая-нибудь система
- по розыску людей?
- Что?
Ну, на том свете...
Как они справляются
с розыском?
Там, небось, их
тысячи тысяч.
Наверное.
Может, она
и не узнает меня.
Когда она умерла,
я был еще маленький.
Она еще и напугается,
чего доброго?
Здоровенный страшный мужик
лезет к ней обниматься.
- Посмотри-ка.
- Что?
Этот труп.
Смотри, как он
плавает в воде.
Его надул газ гниения.
Ну и что из того?
Ты что,
напился морской воды?!
- Муж мой, ешь.
- Угу.
Вот, дорогой.
Это.
- Не пересолено?
- Да нет. Вкусно?
Объеденье, мамочка.
О, Добрая Богиня,
как вы перемазались.
Глупышки.
Елена?
Елена!
Муж, проснись!
Наши люди уходят.
Ну, ну, дорогие мои.
Не бойтесь.
Ведь это все
приключение, да?
Первый, кто увидит море
и закричит об этом,
получит персик, когда мы
доберемся до Амфиполя.
Ты, напомни мне свое имя.
- Лисандр. - Лисандр,
далеко ли до Амфиполя?
Совсем близко.
Близко.
Мы все равно поедем туда,
как и хотели.
Ты не должен
рассказывать встречным
о том, кто я такой.
А если спросят?
Мелла.
- Эней Мелла. - Слушаю
и повинуюсь, командир.
А платить кто будет?
Платить?
Тебе уже было уплачено.
Я проводник,
а не телохранитель.
В Амфиполе у меня много людей,
и припасов, и денег.
Тебе заплатят там.
А сейчас при тебе нет?
Денег?
Нет!
Я не намерен терпеть
твоих дерзостей!
Извиняюсь, командир.
Просто спросил.
Отправляемся.
Я свихнусь от того, что ты
все время бормочешь.
Что случилось, из-за чего
ты так надоедаешь богам?
Ничего.
Ну, тогда заканчивай.
Сервилия приглашает тебя назавтра,
вместе посидеть за ткацким станком.
Я не могу.
Да нет, ты можешь.
Я так и велела ей передать.
Я не могу!
Я знаю, как с ней скучно.
Подумать только -
вместе за станком,
но хотя бы недолго мы
должны угождать ее прихотям.
Но...
Море!
Море!
В унисон.
Оба получите по персику.
Мама, смотри.
Они мертвые.
Неплохо, а?
Откуда вы?
Бриндизий.
Римляне?
Я знаю тебя.
Откуда я тебя знаю?
Я никогда тебя не видел.
Да я точно видел
тебя где-то.
Оставь им воды и хлеба,
нам нужно ехать.
Оставить их?
Они едва живы.
У меня нет времени.
Да по-любому скоро стемнеет.
Заночуем тут,
а утром будем в Амфиполе.
Я настаиваю,
чтобы мы ехали.
Успокойся, папаша.
Мы туда приедем.
Отдыхайте, ребята.
Ешьте, пейте,
набирайтесь сил.
Мы с вами еще подружимся.
Эй, ты! Получить хочешь?
Разводи давай
чертов костер!
Я ж тебе говорил,
что все будет путем.
Что-то мне
тут не нравится.
Остановились на привал?
А почему так рано?
Я полагаю, так будет лучше.
Скоро стемнеет.
Кто они?
Откуда мне знать?!
Какое мне до них дело?!
Прости.
Прости.
Я...
Все будет хорошо,
верь мне.
Все будет хорошо.
Помпей Великий.
Этот человек в точности
похож на Помпея Великого.
Вот почему мне показалось,
что я встречался с ним.
Не показывай на него.
- Да ты что!
- Трудно поверить, а?
С ним его жена и дети.
Цезарь утопит
нас в золоте.
Спасибо.
Черт!
Что будем делать?
Еще не знаю.
Спасибо, что пришла.
Матушка настояла.
Я поняла, что ты хочешь
поработать на ткацком станке.
Мне жаль,
что ты расстроена.
В прошлый раз,
что мы виделись...
Это неважно.
Тебе нравится ткать?
Вот и я тоже.
А как твой братец?
- Он еще в Медиолане?
- Да.
Я слышала,
что это чудесный город.
- Здоровый воздух.
- Хозяйка?
Что такое, Елена?
Вести из Греции.
Цезарь победил.
Войско Помпея
все уничтожено.
А мой сын?
Неизвестно.
Не плачь.
Стоять!
Именем Рима!
Смотри, теперь
он называет себя Римом?
Позор.
Кто вы
и куда направляетесь?
Это мы - Рим, паренек,
все, что осталось от него.
Хотим сдаться
твоему командиру.
Брут!
Цицерон!
Как же я счастлив
вас видеть.
Я уж думал,
что вы погибли.
Господин, я...
Я прибыл к тебе,
чтобы с честью,
не умоляя о пощаде,
сложить оружие
и вместе с моими людьми...
Сложить оружие?..
Не будем об этом.
Мы просто
немного повздорили.
А теперь
мы вновь друзья, верно?
Это очень щедро
с твоей стороны
и так подходит к твоей
благородной натуре,
- но я не могу...
- Бедный мой мальчик.
Я виноват.
Я так виноват.
Это я виноват.
Я заставил тебя
сделать трудный выбор.
Все, что ты совершал,
диктовала тебе твоя совесть,
я уверен в этом.
Дай расцеловать
тебя за это.
Благодарю.
Я не забуду твоего
милосердия.
Как я и говорил,
такой щедрый...
Но что с Помпеем?
Скажите мне,
что он жив.
Он жив.
Хвала богам.
Где он?
Он...
Он не намерен
сдаваться.
Это безумие.
Куда ему деваться?
Куда он может бежать?
А Сципион с ним?
Катон?
Они бежали в Африку.
О чем я думаю?
Мучаю вас вопросами,
когда вы, конечно,
хотите есть и пить?
Пойдемте.
Я...
Я думаю, что лучше бы...
Я настаиваю.
Пошли.
Так что пришлось
прямо голыми руками.
Я ухватил этого червяка
и бил его,
бил и бил
его кулаками,
бил,
сколько было сил!
Его отец, Птолемей Флейтист,
двенадцатый царь этого имени,
был моим близким другом.
И всегда меня
ждал теплый прием
в Египте.
Вспоминаю один случай,
когда мы охотились
вместе с царем.
Охотились на львов,
представляете?
Только царь слабо
управлялся с луком,
и нельзя было
точно сказать
убит лев или только ранен.
Привет, друзья.
Ну как вы, получше?
На ногах держитесь?
Держимся.
Скажи мне вот что:
как зовут того римлянина?
Зовут его...
Эней Мелла.
Эней Мелла.
Так он назвался.
Что ты слышал о
Цезаре и Помпее?
Я слыхал, что
была битва.
И?
Вы же знаете,
кто победил.
Скажи нам.
Да я все равно хотел,
чтоб вы были в деле.
О чем он говорит?
Вы сметливые ребята,
что есть, то есть.
Умеете драться.
Мы без вас в одиночку
не сможем справиться с ними.
А вот вместе с вами
мы их одолеем.
Награду поделим поровну.
Неплохо звучит.
Вы заберете
его жену с детьми,
я возьму его рабов.
Убирайся...
- и больше не говори об этом.
- Понятно.
Думаете, что и без
меня обойдетесь, а?
Хотите, чтобы награда
досталась только вам?
- Хрен вам. Так не пойдет.
- Легче.
Хрен вам!
Я вас вернул к жизни,
так ведь еще не поздно
и все переиграть.
Когда я закончу говорить,
ты повернешься и побежишь
- вон туда.
- Туда?
А если вот сюда?
И беги и не останавливайся,
пока не скроешься с моих глаз.
И не медли, или я убью тебя.
Да что на него такое нашло?
Я закончил говорить.
Суровый мужик, ага?
А он ведь предлагал
вполне честную сделку.
- Что все это значит?
- Господин...
Говори! Этот человек
был в моем подчинении!
- Он собирался напасть на тебя.
- Откуда ты знаешь?
Предложил нам войти в долю.
А ты отказался
и заколол его ради меня.
Мы знакомы так недолго,
и ты уже так предан мне.
- Как твое имя?
- Я Люций Ворен.
Префект ветеранов тринадцатого
легиона Гая Юлия Цезаря.
Тит Пулион,
легионер Тринадцатого.
Мир тебе, Люций Ворен.
Я...
Эней Мелла...
из Пергама.
Эней Мелла.
Отныне ты
в моем распоряжении.
Я не понял.
Можешь считать себя пленником
тринадцатого легиона.
Я простой торговец.
Мы знаем,
кто вы, господин.
Я теперь главный!
Ясно вам?!
Ты и ты, закопать его.
Остальные...
- не выпускать их.
- Люций Ворен.
Я должен поговорить
с тобой наедине.
Останешься здесь.
Конечно, я не хочу сказать,
будто я тот,
за кого ты меня
принимаешь,
но я провел некоторое
время на военной службе.
Быть может, мы встречались
в ходе той или иной кампании.
Может, поэтому
я и показался тебе знакомым.
Может быть.
Помнится, тринадцатый...
- был под Алезией.
- Мы были там.
Я всегда жалел, что не был
свидетелем этой осады.
Вы вскопали двадцать пять миль
под укрепления, верно?
- Почти тридцать.
- Тридцать?
- А сколько у вас было людей?
- Шестьдесят тысяч.
А галлов
почти вдвое больше.
Почти вдвое.
Лучшие воины из каждого
галльского племени.
Цезарь - хороший воин.
Могу воздать ему должное.
Припоминаю,
когда он еще был
не старше тебя.
Послал я его тогда
на зимние квартиры в...
куда...
Так о чем бишь я?
Да ладно.
Прошло столько времени.
Хочу спросить вас,
господин, если можно.
Как вышло,
что вы оказались здесь?
Безусловно...
У Помпея были все премущества
по сравнению с Цезарем.
В самом деле.
В самом деле.
Казалось, проиграть
было невозможно.
Такая уверенность в своих силах
всегда предвещает недоброе.
Сражение произошло
на равнине
у реки, а здесь
расположены
невысокие холмы.
Примерно так, видишь.
Войска сошлись здесь.
Мои солдаты хорошо
держали позицию,
так что я послал
мою конницу
на его правый фланг.
Что в подобной ситуации
вполне обоснованно,
- согласись.
- Согласен.
Но эти трусы были отброшены.
Отброшены одной-единственной
когортой из резерва.
Они бежали,
все двести всадников,
и врезались точно
в мой левый фланг,
и смяли мои ряды,
как тряпку.
И все это чертово войско
обратилось в бегство.
И вот я здесь.
Вот как Помпей Великий
был повержен.
Вот как погибла республика.
- Доброй ночи, господин.
- Погоди.
Я не буду...
Я не буду просить милости
или пощады для себя самого.
Но молю тебя...
подумай о том, что станет...
с моей женой и детьми.
Позволь мне
отправить их в Египет.
Там они будут в безопасности
среди друзей.
Подумай о них.
Спите, спите.
Глупо и не по-товарищески,
вот что я скажу.
Глупо и не по-товарищески.
И почему?
Почему?
Он был у нас в руках.
В руках.
Кони.
Шут с ними, с конями.
И даже не золото.
Цезарь одарил бы
нас землей,
полями, садами,
стадами,
толпами рабов
и Плутон знает чем еще...
Заткнись!
Помпей Великий не жалкий раб,
чтобы торговать им.
Не пойму, почему!
Ты много чего
не понимаешь.
А ты слишком много
понимаешь чего.
Этот шторм пережили, кроме вас,
еще только двенадцать человек.
Из пяти тысяч.
Вы уцелели, несомненно,
- для какого-то великого
предназначения. - Ну, да...
знаете, господин...
- Интересные вещи рассказывает.
- Правда?
Господин, по пути сюда
мы встретили
Гнея Помпея Великого с семьей
в сопровождении нескольких рабов.
Где?
По дороге на Амфиполь,
с караваном мулов.
Караван мулов.
Это здорово.
Он собирается отплыть
в Египет, господин.
С семьей и рабами,
говоришь.
- Солдат с ним не было?
- Ни одного, господин.
Ни одного солдата,
ни одного.
Ах, бедняжка.
Почему же тогда,
раз все так и было,
- вы не захватили его?
- Вот в чем загвоздка.
Мне показалось,
что было бы неправильно
так поступить.
Объяснись.
Его руки тряслись,
господин.
Его одежда была в пыли,
а в глазах дрожали слезы...
Он сломлен.
Я не счел необходимым
удерживать его.
Хочу добавить, что
легионер Пулион
был против моего решения,
гоподин.
Ты не счел необходимым.
Ты не понимаешь, что Помпей
может быть сломлен, будто
наложник для стыдных утех,
и все равно останется опасен?
Пока он еще жив,
он будет знаменем,
вокруг которого
будут собираться
наши враги!
Покуда он еще в состоянии
держаться в седле,
он опасен!
- И ты не счел необходимым
задержать его? - Нет, господин.
Да кто - во имя сыновей Плутона -
дал тебе право
судить и рассуждать?!
Господин, я понимаю,
что не выполнил свой долг,
и почтительно прошу
вашего прощения.
Моего прощения просит он.
Тебя бы следовало бичевать,
а потом подвесить на кресте.
Запомни на будущее,
что только я имею право
на милосердие.
И никто больше.
Ясно?
Ясно, господин.
Свободны.
Не хочу спорить с тобой,
но ты с ним был
неоправданно мягок.
Он позволил
улизнуть Помпею,
а ты даруешь ему жизнь?!
Да его надо было
примерно наказать!
Любого другого,
кого угодно - наверняка.
Но этих двоих...
Они вернули
похищенного орла.
Теперь они выжили
после бури
которая сгубила целое войско,
а на песочке встретили Помпея.
Их оберегают
могущественные силы,
и я не посмею
поднять руку
на человека
с такими покровителями.
Поска.
Передай Фульвию,
что мы снимаемся.
Нам надо в Египет.
Генерал Помпей,
господин.
Помните меня?
Люций Септимий.
Центурион Септимий,
по-старому.
Я был с вами в Испании.
Четвертый легион,
третьей когорты.
Люций Септимий, ну конечно.
Как же тебя занесло
именно сюда?
Работаю на гиптяшек,
господин.
Знаю, господин, занятие
не слишком-то почтенное.
Но нужно же человеку
зарабатывать на хлеб, а?
Конечно.
Но что здесь
происходит, солдат?
Не слишком похоже
на теплый прием.
Вы знаете египтян, господин,
у них все не по-людски.
Забавный народец.
Так и есть.
Ну...
Веди, друг.
Простите, господин.



Серия 8

ЦЕЗАРИОН
"Большая награда обещана
тому, кто вернет рабыню,
похищенную
или сбежавшую
из дома Клавдия Аппия.
Прощение Цезаря получили
и не могут
подвергаться преследованиям
вернувшиеся из Греции
Публий Сервиллий Каска,
Марк Туллий Цицерон,
Гай Кассий Лонгин
и Марк Юний Брут.
Изменник Помпей
бежал в Египет.
Славный Цезарь преследует его."
На пле-чо!
Шаг вперед!
Нале- Напра-во!
Шагом марш!
Узрите Птолемея,
образ бога и обеих владычиц,
повелителя земель
Пчелы и Тростника.
Узрите Птолемея,
сына Ра,
божественного рождением.
Приветствую...
Насколько долго снизошло на нас
благословение твоего присутствия?
Не слишком надолго.
Мы будем безутешны.
Если только Преславный
Воитель озаботится
раскрыть цель
своего пребывания у нас,
то подданные Могучего Льва
были бы счастливы
оказать тебе
всю возможную помощь.
Очень мило с их стороны.
Как продвигается
подготовка к войне?
К войне?
Мы ни к какой войне
не готовимся.
Что ж, тогда меня
ввели в заблуждение.
Мне передавали,
что сестра Могучего Льва
оспаривает
его право на трон.
Не говори о ней.
Я мочусь на нее!
Я на нее испражняюсь!
Это правда.
Наша возлюбленная принцесса
послушалась дурных советов
и выдвинула какие-то
смехотворные притязания.
Но
она не располагает
иной поддержкой,
кроме кучки
изменников и варваров.
Как его зовут?
Дейлог Пергамский.
Может собрать десять легионов.
Дейлог Пергамский
выставит для нее
десять легионов.
Ничтожный бандит.
Уверяю тебя, нет ни малейших
оснований для того,
чтобы тревожиться насчет
претензий Клеопатры.
Где она?
Ну, этого никто не знает.
Мы считаем, она скрывается
где-то на юге.
Он лжет.
Она у них в руках.
Эта вражда между вами
должна прекратиться.
Рим желает, чтобы
в Египте воцарился мир.
Нельзя прерывать поступление
ваших кораблей с зерном.
Мы поддерживаем полный
порядок в стране,
от Маяка до
нильских порогов.
Превосходно, в таком случае
вам будет нетрудно
выдать мне Помпея Великого.
Мне не нравятся его манеры.
Он свободен.
Господин,
помнишь ли ты,
о чем мы говорили?
Про крокодила и лисицу?
Позволь преподнести
ему наш сюрприз!
Хорошо, давайте.
Покажите ему.
У нас есть дар для
Преславного Воителя,
и мы считаем, что он
весьма порадует его сердце.
Мы собирались повелеть
приставить ее к телу,
и чтобы двигались руки и ноги,
как в представлении мимов,
со зверюшками и прочими...
Молчать!
Позор роду Птолемеев
за такую дикость.
Позор!
Однако...
Он твой враг.
Он был римским консулом!
Консулом Рима.
Погибнуть столь
жалким образом...
Быть расчлененным,
подобно грязному воришке...
Позор!
Где прочие его останки?
Ну... Э... Его кремировали,
разумеется, со всеми
положенными почестями.
Со всеми надлежащими
церемониями.
Я вернусь завтра,
и чтобы к тому времени
вы представили мне того,
кто умертвил Помпея.
Капитан говорит, что
ветер благоприятный.
- Хорошо.
- Мы можем отплыть,
когда ты пожелаешь.
Возьми половину наших людей
и немедленно отправляйся в Рим.
Я даю тебе почетное поручение
объявить о смерти Помпея.
Я последую за тобой,
когда улажу все дела здесь.
Уладишь дела?
Какие дела?
Они на грани
гражданской войны.
Ее нужно
предотвратить.
Зачем?
Пускай дурачки повоюют.
Война нарушит
поставки зерна.
Без хлеба из Египта
Рим начнет голодать.
Было бы неразумно
не вмешаться.
Но как ты вмешаешься
едва с половиной легиона?
Я не собираюсь воевать.
Я всего лишь выступлю арбитром
между двумя сторонами.
Ты говоришь об этом,
будто это так просто.
Единственное, что их объединяет,
так это их ненависть к Риму.
Он прав.
Птолемей сыграет на ней и поднимет
весь народ против общего врага.
Я покорил Галлию.
Я победил Помпея Великого.
Думаю, что сумею справиться
с мальчишкой и евнухом.
За мальчишкой стоят
сто тысяч воинов.
Я в курсе!
И тем не менее он
всего лишь мальчик.
Похоже, что ты позабыл
о нашей собственной войне.
Она еще не закончена.
Еще на свободе
Катон и Сципион.
Дай им время, и они
соберут новое войско.
Когда они сделают это,
я разобью и его.
Рад слышать,
что ты так уверен в себе.
Любой другой посчитал бы,
что ты вконец потерял голову.
Я потеряю голову, только
если проиграю мое дело.
И помните:
она - принцесса древнего рода.
Отыскав ее, вы обязаны
выказывать ей всемерное уважение.
Вы должны подчиняться
всем ее приказам
в пределах разумного.
Понятно, господин.
Надеюсь на тебя, Ворен.
Хочешь что-то сказать?
Насчет Помпея Великого.
Это моя вина, господин.
Если бы не мои действия,
он бы не отправился сюда
навстречу своей гибели.
- Если бы я выполнил свой долг...
- Это так.
Свободен.
Убийца Помпея?
Увы, он сбежал.
Найдите его.
Между тем
эти документы
свидетельствуют
о займах, которые
были предоставлены
славному отцу его нынешнего
величества, Птолемею Двенадцатому.
Именем республики
я требую
возврата долгов.
Семнадцать тысяч тысяч драхм.
Семнадцать?
Нелепо!
Возможно, четыре.
В документах перечислены
все денежные суммы,
выданные Помпеем и иными
представителями республики,
которые теперь не в состоянии
лично потребовать уплаты.
Это несправедливо!
Посмертные обязательства
этого типа закон передает
под юрисдикцию ныне
действующего консула,
то есть Гая Юлия Цезаря.
- Таков закон.
- Римский закон.
Неужто есть
иной закон,
ты,
женоподобная тварь?
Тысяча извинений.
Простите нас.
Вот!
Вот все твои займы.
Как неприятно...
Его величество забыл,
что он - вассал Рима.
Вассал?
Вассал?
Я не вассал!
Я царь!
Я...
Сесть!
Благодарю.
Когда ожидать
уплаты долгов?
Ваша честь, у нас не хватает
наличных денег даже для своих нужд.
Наши крестьяне работают
не в полную силу,
как следовало бы...
Отчего?
Кое-где козни Клеопатры
послужили причиной волнений.
Ничего страшного.
Что ж, не хочу показаться
совсем несговорчивым.
Я согласен на десять
тысяч тысяч драхм.
Даже чтобы собрать такую сумму,
потребуется немало дней.
В таком случае
мне достанет времени
разрешить ваш спор
с принцессой Клеопатрой.
Превосходное намерение.
Но увы, кто знает,
где сейчас Клеопатра?
Не беспокойтесь об этом.
Я найду ее.
Кровь и огонь!
Так печет, будто
у Вулкана в заднице!
Ну и дырища!
Гиптяшные божки совсем недоумки,
коли сотворили такое местечко.
Не отзывайся дурно о богах
на их родной земле.
Дерьмо.
Видел я ихних богов.
Тита Пулиона не испугает
никакой ублюдок,
даже с собачьей башкой.
Ну и дурак.
У них древние и могучие боги.
Египет был великой державой
задолго до Рима.
Да ну?
Что-то они с тех пор
поиздержались, а?
Да и вообще,
что мы тут торчим?
Ждем.
Да знаю, что ждем, но кого?
Узнаю, когда увижу их.
Ну и пожалуйста.
Он сказал "вассал"!
Подлый варвар!
Да он просто шантажирует нас.
Если мы не заплатим,
он посадит на трон Клеопатру.
Если только...
Если он сумеет ее найти.
А он может это сделать.
Он отыщет ее.
Она должна была умереть сразу же,
когда мы только поймали ее.
Значит, нужно
заняться этим теперь.
Она должна умереть.
Согласен.
Мои люди доберутся до нее
к исходу дня.
Пусть он ждет.
Клеопатра!
Ваше царское величество?
Хутто просит дозволения
говорить с тобой.
Ударь меня.
- Ночь или день?
- Ночь.
Он может войти.
Царица...
Новости из Александрии.
Говори, червь!
Я глубоко сожалею о том,
что должен сообщить.
Пусть царица готовится
к путешествию в загробную жизнь.
Когда?
Сейчас.
Молись.
Привет, дамочки.
Напасть на Цезаря?
Вы серьезно?
Почему нет?
С ним лишь
несколько сотен.
Сколько людей можешь
собрать ты?
Ты станешь
освободителем Египта.
Твое имя
останется в веках.
Однако моему бренному
телу повезет меньше.
Рим будет мстить.
Забудь о Риме!
Рим обречен.
Римляне сцепились друг с другом,
как бешеные псы.
Через десять лет на месте Рима
останутся лишь руины.
Может и так,
но что будет через год?
Возможно, ты прав.
Следовательно, надо
затаиться и выждать.
А может быть, дело в том,
что ты не способен
повести народ за собой?
У Цезаря горстка людей.
Я могу одним словом
поднять весь город.
Подумай об этом.
Нельзя ли
одолжить у тебя Септимуса
на ненадолго?
Я был бы весьма признателен.
Конечно.
Посланец от Птолемея Тринадцатого
просит разрешения войти, господин.
"Птолемей, Дающий Воду,
образ бога и обеих владычиц,
повелитель земель Пчелы и
Тростника, царь царей, сын Ра,
извещает Преславного
Воителя, и прочая, прочая,
что тот, кто доставил это письмо,
является убийцей Помпея."
Он достаточно хорош собой.
Хороший, крепкий подбородок.
По мне - так злобный старик.
Еще.
Бренная плоть твоей
божественности уже позеленела.
Дай сюда.
По прибытии в Александрию она
не сумеет держаться на ногах.
Я зову это ничтожеством.
Так я ничтожна?
Она отлично умеет
бить своих рабов,
но она не в силах
отказаться
от трубки,
- и она это знает.
- Дерзкая карлица.
Ничего ты не знаешь.
Выбрось это.
Выбрось... это.
Так я ничтожна?
У этой принцессы-гиптяшки
славный передок.
Ее предок был
соратником Александра.
Ты не смеешь
так говорить о ней.
Но это правда,
и она чертовски хочет меня.
Ты бы видел ее,
когда я уделал того нубийца!
Потекла, как из тучки!
Пулион, посмотри на меня.
Она - принцесса
царской крови.
Коснись ее,
и ты умрешь.
Я же не дурак.
Я просто говорю,
что она меня хочет.
Чудесно.
Чудесно!
Ничто так
не возбуждает мужчину,
как смердящая
холодная испарина.
Цезарю покажется, что он
на Олимпе
наедине с Афродитой.
Цыц, свиное отродье!
Что ты понимаешь в мужчинах?
Покуда Цезарь мужчина,
он будет моим.
Она чувствует себя
так уверенно.
Он станет моим,
или я умру.
Так что он станет моим.
Да будет так, о Изида!
Я бы хотела только, чтобы
он сейчас же оказался тут.
В эти дни между месячными
семя войдет в меня,
как в весеннюю почву.
Пойдем.
Ты, пойдем.
Такой рыжий!
Чем могу служить
вашему высочеству?
Пахнет кожей.
И оливками.
Недурно.
- Сойдет.
- Царица велит,
чтобы ты вошел в нее.
Не понимаю.
Ты должен возлечь с нею.
Неправильно. "Возлечь" говорят
про то, от чего получаются дети.
Именно это!
Итак,
получи детей.
Не бойся.
Я не боюсь,
я просто не могу
выполнить вашу просьбу!
Это не...
Это не в наших обычаях.
Женщины не используют
таким образом римских мужчин.
Давай же,
тебе понравится.
Мой царица искусная любовница.
Чего он ждет?
Пусть делает, что велено!
- Давай я подсоблю тебе.
- Прочь!
Прошу прощения вашего величества,
но я не сумею вам угодить!
Я не раб,
чтобы мной так помыкали!
- Со всем почтением.
- Он отказывается?
Это...
насекомое меня отвергло?!
Ты смеешь противиться
дочери бога солнца?
Пулион! Немедленно явиться
к принцессе Клеопатре
и исполнить все ее приказания!
- Что?
- Что слышал!
- В чем дело?
- Иди давай.
Легионер Тит Пулион
прибыл, госпожа.
- Боги, ну и дела, скажу я тебе.
- Не хочу ничего знать.
Если хочешь жить,
ни слова никому об этом.
Почему?
Я только выполнял приказы.
И до чего же классные приказы.
Прикинь, что сделает Цезарь,
если он об этом узнает?
Я не дурак.
Я пообещал принцессе.
Я не буду болтать.
Ты не сумеешь удержаться от болтовни,
даже чтоб спасти свою жизнь.
У тебя рот дырявый,
как решето.
Господин, принцесса Клеопатра.
Дочь двух быков,
повелительница земель
Пчелы и Тростника!
Хороший удар, ваше величество.
Благодарю вас.
Что такое,
мой маленький муж?
Какой ты смешной
на отцовском троне.
Я никогда не хотел
вредить тебе.
Конечно, ты не хотел.
Я уверена,
что тебе заморочил голову
этот старый мерин.
- Госпожа...
- Оно не смеет говорить.
Оно должно умереть!
Это он...
Не я.
Он подговаривал его,
а не я.
Это он!
Становись!
И ты, Пулион.
Кальпурния...
Она твоя третья жена?
Это так.
Она родила тебе сына?
Нет.
Как печально.
Человек без сыновей
не имеет будущего.
Я никогда об этом
не задумывался.
Печально.
Но ничего.
Ты уже захватил порты
в верховьях Нила?
Ты должен немедленно
завладеть ими.
Кто владеет портами,
тот владеет Египтом.
Несомненно,
это хороший совет,
- для того, кто хочет владеть
Египтом. - Но ты же хочешь.
Иначе зачем ты здесь?
И зачем было
так героически
спасать мою жизнь,
если не для того,
чтобы я стала
твоей подставной царицей?
А тебе бы
не хотелось быть ею?
Мои желания
ничего не значат.
Ты освободил меня
из заточения.
Я - твоя рабыня.
В "черепаху"!
Как дела?
Ничего.
Хотя мне не спалось.
Всю ночь напролет
кропал скверные стишки,
а на рассвете
отдал их кухарке,
чтобы она растопила ими
огонь в очаге.
Есть в этом
некое волшебство.
Моя больная совесть
преобразилась
в жаркое и пирожки.
Нет причин, чтобы
болела твоя совесть.
Мы делали только то,
что должны были делать.
Думаю, Сатурн сказал нечто подобное,
после того, как пожрал своих детей.
Все упирается в один вопрос:
что случится, если Цезарь
не вернется из Египта?
Цезарь выходил из куда
худших передряг, чем эта.
Большую часть года он провел
осажденным в Александрии.
Возможно, удача
отвернулась от него.
Ну что за дураками
мы предстанем,
если так и будем пресмыкаться
перед именем уже убитого.
Если Цезарь погибнет,
то у этого подонка
Марка Антония
руки будут
окончательно развязаны.
Похоже, ты прав,
но мне нет до этого дела.
Я покончил с политикой.
Нет стыда в том, чтобы
беречься от опасности.
Я и сам не стесняюсь признаться,
что мне хочется выжить.
Но мы все еще сенаторы.
На нас лежит большая
ответственность.
Хочу тебе напомнить,
что мы поклялись в верности.
В верности Цезарю,
а не Антонию.
Катон и Сципион
собрали войско в Нумидии.
Если бы мы
связались с ними,
тогда...
Тогда...
Да это же Цицерон!
Как странно!
Только что думал о тебе.
У меня отличные новости,
и сразу захотелось пойти
к тебе и сообщить о них.
И вот ты здесь.
Что за совпадение!
Забавно, как часто со мной
такое происходит, а?
Бывает, иду по форуму
и размышляю
о какой-нибудь бабенке,
и надо же -
она оказывается
прямо передо мной.
Этакая испанская чертовочка.
С гривой чуть не до попы.
Ей-богу, вы все
ошибаетесь во мне.
На самом деле
я не жесток.
Я знаю, какая у меня
репутация, но ведь
это не так.
В конце концов,
кто из нас не ошибался?
Боги мои, да я и сам
оступился пару-тройку раз.
Я совершал поступки...
такие вещи, о которых
самому стыдно подумать.
Мы все, каждый из нас
несовершенен так или иначе.
Точно так.
Мы все, каждый из нас
несовершенен.
Протяни мне руки,
брат Цицерон.
От всего сердца...
я прощаю тебя.
Не понимаю, о чем ты.
Ничто не ускользает от меня.
Стоит сдохнуть голубю на Авентине,
и я тотчас узнаю об этом.
Так что уверяю тебя, брат,
если я еще
когда-нибудь
услышу, как твое имя
склоняют
вместе со слухами
о предательстве...
Я отрублю
эти пухлые
розовые руки
и приколочу их гвоздями
к дверям сената.
Антоний?
Ты говорил, что у тебя
для нас отличные вести.
Ну да.
Конечно.
Гонец из Александрии.
Цезарь сорвал осаду
и утопил в крови
войска Птолемея.
Он цел и невредим
и повелевает всем Египтом.
Ну что за гениальный мужик, а?
Смир-но!
Слава Цезарю!



Серия 9

ПОСЛЕ УТИКИ
Нам пора.
Скоро стемнеет.
Ты знаешь, они спят стоя.
Слоны.
Потому что если лягут,
то снова встать
уже не смогут.
Правда?
Кто бы мог подумать.
Нам пора идти.
Куда?
Утика недалеко отсюда.
Утика.
Что нам в Утике?
Кров.
Пища.
Я не нуждаюсь
ни в том, ни в другом.
Тогда сон.
Заснуть было бы хорошо.
Итак...
Значит - в Утику.
Ну и ну.
Слушай, Аквиний, и это все,
на что можно рассчитывать?
Неважно.
Неважно.
Принесите воды умыться.
И хлеба... и вина.
Я думаю, сегодня я напьюсь.
Может, хоть сейчас
ты будешь пить со мной?
Думаю, нет.
Веселей.
Мы живы.
Ну да.
Мы живы.
А пока есть жизнь,
есть и надежда.
Боюсь, что если мы чего
и достигли, друг мой,
так опровергли
эту старую пословицу.
Аквиний, хлеб
совсем черствый.
Дай мне твой нож.
Сципион...
У тебя сговорчивый нрав.
Если получится, тебе лучше
заключить мир с Цезарем.
Ну, не знаю.
Я буду делать то же, что и ты.
Я бы не советовал.
- Думай своей головой.
- Как бы то ни было,
не будем сейчас
спорить об этом.
Еще успеем наговориться
на неприятные темы.
Ты извини меня.
Мне нужно облегчиться.
Где-то тут есть
нужное место.
Сюда!
На помощь!
Пусть уходят.
Давай.
Бей крепче, сынок.
До свидания, господин.
Мы вам очень благодарны.
Надеемся, что вас повеселило
наше скромное представление
в этот счастливый день!
В этот счастливый день, когда
возвратился наш славный отец!
В счастливый день, когда
солнце Цезаря воссияло
и навсегда развеяло
помпеянский мрак!
В счастливый день, когда
наши отважные воины
вернулись домой
к своим семьям!
Счастливый день!
- Мир тебе.
- С возвращением.
- Ты теперь насовсем?
- Насовсем. Насовсем.
Я покончил с армией.
Добрая Богиня!
Хорошо, правда?
Да.
А эти кто такие?
Купила в прошлом году.
У нас теперь четверо рабов?
Купила по случаю.
Это на солдатское-то
жалованье?
Доходы с мясной лавки
окупают всё и еще остается.
Мясная лавка?
Я и Лидия неплохо
там развернулись.
Иногда до пяти сотен
голов за неделю.
В основном свиньи, а еще овцы
и коровы для храмовых нужд.
Ирина!
- Очень рад видеть тебя. - И я
очень рада видеть тебя, хозяин.
Ты говоришь по-нашему!
Если тебе это приятно.
Очень.
Конечно, приятно.
Сделать что-нибудь для тебя?
Водички было бы неплохо.
Я кое-что тебе привез.
Нет, дай-ка я.
Чудо какое.
Родительские дни приходятся
на середину месяца.
Будут закрыты храмы
и запрещены свадебные
церемонии.
Народные гуляния начнутся
в цирке, в час пятой стражи.
Вино поставит
Капитолийское братство,
а выпечку -
товарищество мельников.
От товарищества мельников
только лучшее зерно...
Настоящий римский хлеб
для настоящих римлян.
Вот и она, старая жирная
римская волчица.
Хорошо дома, верно?
И немудрено.
Ты провел там два года.
Ты все еще спишь
с моей матерью?
Только когда
она этого желает.
Это объясняет твою
непомерную фамильярность.
Извините меня.
Ничего.
Я просто поинтересовался.
Тем более, что ты прав.
На самом деле
дома хорошо.
Милый мой мальчик.
Как ты хорош.
- Здравствуй, сестра.
- Дай, я тебя обниму.
Заходи и вымойся,
чтобы от тебя не воняло
лошадиным потом.
Тимон, я...
Увидимся позже.
Прошу тебя, матушка.
Мы опоздаем.
Не следует опаздывать.
Это неприлично.
Мне не больше твоего
хочется быть на этом обеде,
но Цезарь обошелся со мной
чрезвычайно милостиво,
так что нужно идти,
если пригласили.
- Честь велит...
- Честь?
Честь.
Ну, если и не честь,
то здравый смысл.
Не могу я просить
у Цезаря милосердия,
принимать из его рук
почести и должности,
а потом отвергать
его дружбу.
Начать с того, как называется
человек, просивший пощады.
Уверяю тебя, матушка,
я понимаю, что
мне нечем гордиться.
Об этом нет и речи.
Если уж я не покончил с собой,
как того требует честь,
то придется тебе мириться
со мной таким, какой я есть.
Мою накидку.
Прошу тебя, останься.
Я извинюсь за тебя
перед Атией.
Разумеется, я пойду.
Я выкажу слабость,
если не появлюсь там.
Ну, может тебе пойдет
на пользу увидеть там его.
Поймешь, что он
обычный человек.
Угасание твоего
чувства не стоит
такой яростной и
бесконечной скорби.
Я не чувствую
ни скорби, ни ярости.
Мое неприятие Цезаря
всецело политическое,
а не личное.
Понтийские воины
удирали от нас,
не останавливаясь.
Не удивительно, что Помпей
так легко победил их царя.
С ними справился бы
и мальчишка с хворостиной.
Что же дальше, господин?
Быть может, Германия?
Боюсь, что через месяц
придется проводить триумф,
а это чертовски
сложное занятие.
И все же простолюдины
обожают такие зрелища,
мы не должны их
разочаровывать.
Как чудесно
видеть вас обоих!
- Прошло столько времени.
- Мы рады быть у тебя.
- Правда, рады.
- Но это траурная накидка?
Очень миленькая.
Кто-то умер?
Великое множество
людей погибло.
Как это верно.
Но теперь все позади,
и мы все-таки живы!
Быть не может.
Октавиан?
Боги, рядом с тобой
я сам себе кажусь стариком.
Прошу.
Он высотой в четыре
человеческих роста,
с длинной шеей,
вроде гусиной,
шкура, как у леопарда, и
бегает быстрее лошади.
Не верю.
Россказни.
Уверяю тебя,
совершенно реальный зверь.
Если повезет, убедишься
на моем триумфе.
Несколько месяцев я пытаюсь
привезти одного такого сюда,
но бедные твари
не выдерживают дороги.
- Они не переносят моря.
- Насколько могу судить,
этот несчастный триумф -
утомительная штука.
Видимо, после него стоило бы
отдохнуть в деревне.
Я бы и сам не прочь,
но после него у меня и
начнется самая работа.
Нужно восстанавливать
основы республики.
Восхитительное намерение.
И с чего надо начинать,
как ты полагаешь?
Есть у меня кое-какие мысли,
но я выслушаю любое мнение.
Вчера я видела
пекаря Малха в паланкине.
Пекарь! Таким вещам я бы
немедля положила конец.
Я разберусь с этим.
Октавиан!
А что бы ты сделал
на моем месте?
Сделал с чем?
С возрождением
основ республики.
Что делать...
Я бы развернул большие
общественные работы,
нанимал бы граждан
и вольноотпущенников
для починки акведуков,
сооружений на Тибре...
Такого типа работы.
Я бы ввел в сенат по меньшей
мере сто новых членов,
в которых бы я был уверен, что они
мои сторонники, а не тайные враги.
О чем это ты, Октавиан?
Я не имею в виду
тебя, Брут,
ты человек чести.
Я уверен, что ты
раскаялся от всего сердца.
Как это мило
с твоей стороны.
Вот что мне вдруг
пришло в голову.
Ведь один из твоих жрецов,
Элий Сикулюс, умер недавно?
Боюсь, что так.
Погиб при Тапсусе.
Именно. Ты займешь его
место в коллегии понтификов.
Понтифик?
Но он так юн?
Я вступил в коллегию
ненамногим его старше.
Истинно так, однако...
Мне казалось, я имею право
- назначать, кого пожелаю.
- Да, в самом деле.
Это великая честь.
Поцелуй руку дяде.
Целую вашу руку, дядя, но, ей-богу,
из меня выйдет неважный жрец.
Не глупи. Ты станешь
чудесным понтификом.
Проследишь за этим,
хорошо?
Я бы хотел больше времени
посвящать стихосложению.
Из него выйдет
чудесный понтифик.
А поэзия может
и подождать.
Не стоило бы ждать
ей слишком долго.
Стихи - удел юных...
Ты не согласен?
Это мы, а у нас
за спиной - стены Тапсуса.
Твой папа стоял вот тут.
И вот по равнине
на нас наступают
со всеми своими легионами,
конницей
и девятью сотнями
боевых слонов
Сципион и Юба.
"Держитесь, ребята," - говорит
Цезарь. "Пусть приблизятся!"
- Позволь мне.
- Нет, хозяин, пожалуйста.
Это моя работа.
Хозяйка рассердится.
Так кто твой
хозяин-то, а?
...баллисты со стен,
а передние подумали, что
это приказ к атаке, и, прежде
чем офицеры сумели остановить их,
вся долбаная армия со всех ног
ринулась на войско Сципиона.
А вот слоны...
Слоны увидели, как мы
с воплями бежим на них,
повернулись и смяли
порядки своих же войск...
Ба-бах! Хаос!
Да не плачь.
Это же все понарошку.
Тебе, небось, скучно торчать
тут все дни напролет.
Да не особенно.
- Уже месяц прошел
с твоей отставки. - Я знаю.
Я хотела сказать,
что спешить некуда.
С деньгами у нас
все в порядке, и вообще...
Но я не могу тут вечно
околачиваться без дела.
Так ты не хочешь
поработать в мясной лавке?
Торговля?!
Просто для того, чтобы
было чем заняться.
Отличное занятие
для префекта, а?
- Запашок, как в старые
добрые времена. - Это точно.
Помнишь, как мы ненадолго
задержались под Авариком?
Вы не втянетесь в дело,
посиживая на заднице.
Нужно подвесить
еще целую кучу туш.
Завтра!
Я верну тебе деньги завтра!
- Отхвати-ка ему нос.
- Нет, не надо...
Эй, прекратите!
Решайте свои проблемы
в другом месте.
- А тебе-то что, ублюдок?
- Без скандалов рядом с лавкой.
А что это еще
за козявка на хрен?
- Я - Люций Ворен.
- Я тебя знаю.
Герой-солдатик? Живешь за улицей
красильщиков, смазливая жена.
Не смей говорить
про мою жену.
Проваливайте.
Это приказ.
Нет, нет, нет. Приказы?
Приказы? Нет, нет, нет.
Ты больше не солдат.
Ты поганый подмастерье.
- Все, ты покойник.
- А теперь уматывай,
и чтобы я тебя больше
не видел на этой улице.
Оба вы
покойники.
Спокойно.
Все в порядке.
Не нужно было
этого делать.
Это были люди
Эраста Фульмена.
Он не снесет
такого неуважения.
Ты его ударил!
Да ерунда!
Эраст Фульмен убьет тебя.
Он просто
мелкий бандит.
Уже не мелкий.
С тех пор, как разогнали банды
помпеянцев, он занял их место.
Он теперь большой человек.
Убивает, кого захочет!
Я не какой-то поденщик,
чтобы со мной не считались!
Я был префектом ветеранов!
Сам Цезарь подарил мне коня.
Спасибо, господин.
Надеюсь, тот обед был не
очень мучителен для тебя.
Я привыкла к мукам.
Я не против.
Ах, если бы ты больше
так не тянулась к нему.
Если бы только меня
так не тянуло к тебе.
Остановись.
Этот твой брат стал
очень красивым юношей.
Похоже, Цезарь очень
интересуется им.
Даже слишком.
- Мама считает, что Цезарь избрал
его в любовники. - Да что ты?
Кухарка говорила, что слышала,
чем они занимались в чулане.
Октавиан настаивает,
что все было не так.
Он сказал, что
эти звуки
были вызваны каким-то ужасным
припадком, болезнью Цезаря.
Матушка не поверила ему.
- Стоит ей утвердиться в мысли...
- Болезнь? Что за болезнь?
Я не знаю.
Он так и не сказал?
Он поклялся
молчать об этом.
Но он сказал "ужасная"?
Сказал про "ужасную болезнь"?
Ты должна выяснить в точности,
что это за болезнь.
Ты должна узнать,
какой бог покарал его.
Как я могу?
Это же тайна.
Ты должна это сделать.
Вот то оружие,
которое я искала.
С помощью богов
я уничтожу его.
Пожалуйста,
не говори так.
А ты бы хотела,
чтобы я лукавила с тобой?
Я бы хотела, чтобы
ты выбросила из головы
мысли об уничтожении
моего дяди.
Я никогда не лгала тебе.
Он все еще обладает
ужасной властью надо мной.
Я бы хотела освободиться,
но просто так он
меня не отпустит.
Ты узнаешь у брата?
Ты станешь от этого
счастливее?
Да, наверное.
Что ты читаешь?
Руководство по толкованию
смысла знамений.
Интересно?
Не можешь себе
представить, что за муть.
Но если я понтифик, то должен изучить
жаргон, на котором они общаются.
Нельзя подводить дядю.
Нельзя подводить дядю.
Мне скучно.
Почитать тебе?
Если хочешь.
"Бедный птенчик,
любовь моей подружки.
Он с колен не слетал
хозяйки милой,
Для нее лишь
одной чирикал сладко,
Хотел бы так же я играть с тобой
и усладить истерзанное сердце."
- Очень мило.
- Тебе не понравилось?
Да нет, ты славно
читаешь стихи, однако
я устала от них.
Раскрой мне тайну.
Тайну?
Что-нибудь такое опасное
и жуткое, чего никто не знает.
Я не знаю ни одной
такой тайны.
Я знаю.
А как насчет Цезаря и его
таинственной болезни?
Какой болезни?
Не лги.
Той, о которой ты
рассказал матушке.
Да это ерунда.
Я просто все придумал.
Так вы были любовниками?
Нет, конечно.
Либо вы были любовниками,
либо это кара богов, постигшая
Цезаря. Так что из двух?
Сестра, богов нет.
Не вредничай.
Я не сомневаюсь, что есть
некая высшая сила, однако
сборище существ, которые так похожи
на нас и вмешиваются в наши дела?
- Совершенно невероятно.
- Ты мне не доверяешь.
Я доверяю тебе.
Ты мой лучший друг.
- Тогда расскажи!
- Почему именно про это?
Какое тебе дело, есть
у Цезаря болезнь или нет?
Мне до него нет дела,
ни капельки.
Просто потому, что это ужасная
тайна, нечто, о чем стоит услышать.
И я не думаю, что у тебя есть
какие-то свои собственные тайны.
Ошибаешься.
Ну, и например?
Я пытал и убил человека.
Врунишка.
Ты помнишь Люция Ворена?
Одного из тех,
кто спас меня в Галлии?
- Так ты его убил?
- Конечно, нет.
Его жена ему изменяла.
Он думает, что его дочь
родила ему внука,
а на самом деле он от его жены
и мясника-полукровки.
Какая грязь!
Вот этого мясника я и убил.
Не сам, конечно.
Небось,
нанял кого-нибудь.
Ты сама просила
про ужасную тайну.
Еще раз.
Что?
С дороги!
Центурион!
Центурион!
Люций Ворен!
Люций Ворен!
Ниоба!
Выглядишь, как всегда,
чудесно.
Филлис просила передавать
наилучшие пожелания.
У тебя красивая жена и дети.
Вот мы и встретились.
Сколько времени прошло.
Что ж... Война позади.
Как тебе мирная жизнь?
Трудно, небось,
привыкается.
Другие правила.
Другие долбаные правила!
Мой человек Урбий говорит,
что ты его смазал по лицу.
Было это?
Было.
Превосходный пример...
Другие правила.
Видишь ли, только я могу
наказывать моих людей.
Обычные граждане вроде тебя
не смеют их и пальцем тронуть.
Если хоть кто-то их
заденет, его ждет кара.
Правила.
Что тебе надо.
Во второй раз
Люций Ворен
проявляет
неуважение ко мне.
В полдень ближайшего
базарного дня
он найдет меня на форуме.
Там он встанет
передо мной на колени.
Поцелует мои ноги и
попросит у меня прощения.
Если он этого не сделает,
я приду сюда и убью его.
Но перед этим он увидит, как
изнасилуют его жену и дочерей.
А потом я сожгу
этот домишко.
Стой.
- Ты все сказал?
- Да.
Тогда можешь уходить.
Доброго тебе дня.
Так значит, жена этого
Люция Ворена - шлюха.
И что мне с того?
Извини, но это все,
что он мне рассказал.
Он клянется, что нет
у Цезаря никакой болезни.
Он лжет.
Неужели тебе не достаточно?
Если Цезарь болен,
то он и так страдает от нее,
знаешь ты про это или нет.
Он страдает,
но он не повержен.
Вернись к своему брату,
вытяни из него правду.
- Но как? Я же пыталась.
- Еще раз.
Пообещай ему что-нибудь.
Есть же у тебя что-то,
чего бы ему хотелось?
О чем ты?
Своей любовнице
юноша расскажет все.
Ты, верно, шутишь.
Как ты можешь?..
Ты знаешь, что он
вожделеет тебя.
Это бы значило предать
моего брата.
Предать мою семью.
Твоя семья - змеиное гнездо.
Ты не связана никакими
обязательствами по отношению к ним.
Они моя семья!
Они любят меня, я...
Как и я люблю тебя.
Ты называешь это любовью?
Я не могу.
- Куда ты?
- Домой.
Подожди.
Твоя мать
убила Глабия!
Мои люди поймали одного
из той шайки, что убила его.
Одного из шайки Тимона.
Прости.
- И слушайтесь Лидию.
- Мама, пожалуйста, идем с нами.
Мое место здесь,
рядом с вашим отцом.
А если вас убьют?
Тогда оставайтесь в деревне,
и в Рим не возвращайтесь.
Ты поняла?
Не возвращайтесь! Будете
деревенскими девочками.
Родня подберет для вас
хороших и красивых мужей.
Попросите благословения
у наших богов.
Заставь Ворена
выполнить условия Эраста!
Умоляй его...
Поцеловать его ноги?
Я бы никогда об этом не попросила,
а он никогда бы не согласился.
И помните всегда, что
вы из семьи Воренов,
старинный и уважаемый род.
И всегда помните,
что мы любим вас.
Я очень-очень
люблю вас.
Теперь уходите.
Идите, идите.
Прощай, сестра.
Ирина, ты так
и не убрала со стола?
Прошу тебя, Ниоба,
пожалуйста, иди с ними.
Не пойду и хватит упрашивать.
Хороший хлеб.
Специально выбирала.
Что уж мелочиться, а?
Осади назад.
Дайте дорогу.
Беги и прячься.
Дорогу консулу
Гаю Юлию Цезарю,
сыну Венеры, предводителю
галльских легионов.
Мир тебе, Люций Ворен.
Ну и трус!
Твоя жена прекрасна.
Как ее имя?
Ниоба, господин.
Поднимись, Ниоба.
Окажите нам честь и испейте
нашей воды, господин.
Буду счастлив сделать это.
Садись.
Я всегда был о тебе
высокого мнения, Ворен,
и мне говорили, что
твои соседи тебя уважают.
- Надеюсь, что так.
- Поэтому я и пришел сюда,
чтобы ты согласился избираться
в магистраты нижнего Авентина...
По моему списку.
Благодарю.
Итак?
Господин, ваше присутствие
здесь - великая честь для нас,
великая честь.
Но,
при всем моем к вам уважении,
я должен отказаться.
Так ты по-прежнему не
одобряешь мою политику?
Со всем моим уважением,
господин,
мне не по душе ваши цели.
Я знаю это.
Стань я магистратом, мне
придется выражать свое мнение.
А ты не станешь выступать
в пользу тирана?
Я не смогу выступать
против своих убеждений.
Превосходно.
Но ты ошибся во мне.
Я не тиран.
Я получил полномочия диктатора
законным образом.
И я сложу их с себя в пользу
народа и сената,
как только смогу.
И мне не будет покоя,
пока вновь в Риме
не воцарится золотой век.
Но что я могу сделать один?
Ты со мной?
Слава Цезарю! Слава!
Слава Цезарю!
Цезарь! Цезарь! Цезарь!
Мне кажется, еще немножко.
Нет, рукава в самый раз,
не трогай их.
Эй, поосторожней с
заколкой.
Так. Теперь, если получится
с той стороны...
На кромке, по подолу...
Чуть-чуть подтянуть там.
Вот. Нет,
просто отлично.
Не знаю.
Мне не очень нравится.
Ищешь что-то конкретное?
Да нет.
Есть у тебя
что-нибудь забавное?
Не думаю.
Ты.
Зачем ты его отослала?
Жарко.
Он мне не нравится.
Глазеет на меня.
В самом деле? Пусть
Кастор выпорет его.
Может я и велю ему.
- Позову другого.
- Нет!
Так славно побыть вдвоем.
Правда?
Наверное.
Иди, приляг со мной.
Прилечь с тобой?
Почему?
Мне так хочется.
Почему?
А почему нет?
Ну... На то
может быть несколько причин.
А когда ты был маленький,
ты каждую ночь залезал ко мне.
Не каждую ночь.
Только когда боялся.
Ты так часто боялся.
Теперь я не боюсь.
А ты прикинься.
Я не умею
хорошо притворяться.
Ты меня удивляешь.
Я думала, что нравлюсь тебе.
Ведь ты теперь мужчина,
верно?
Если хочешь, возьми меня.
Братец...
Скажи мне...
Что это за "ага"?
Вот и цена.
- Ты о чем? - Ты женщина
добродетельная, и знаешь,
что совращать родного
брата - это неправильно.
Но ведь мы с тобой выше
глупых предрассудков.
Но инцест запретен не только
по этическим соображениям.
Он порочен по сути.
Подумай, почему
от него рождается столько
уродов и слабоумных?
- Не смей.
- Не бойся.
Непохоже, чтобы сегодня
ты зачала от меня.
Да и луна убывает.
Я о том, что ты не такова,
чтобы решиться нарушить запрет
из одной только похоти. Значит,
ты хочешь чего-то от меня.
И я думаю, что ты снова поднимешь
ту странную тему о болезни Цезаря.
Что... Что я наделала?
Что я наделала?
Что я наделала?
Что?
Что ты сделала?
Рассказывай.
Обещай.
Обещай, что мама
не узнает об этом.
Какой ты.
С виду, будто
только из прачечной.
Ну, вот.
Недурно получилось?
Очень хорошо.
Так странно.
Нет, не надо, запачкаешь.
А складки сзади
в порядке?
По-моему, да.
Мама, ну возьми же
себя в руки.
В руки? Я еще и не
рассердилась как следует!
Довольно!
Я твой сын, но я уже
не твой ребенок.
Ты не будешь
больше бить меня.
Да неужели?
Переспал со своей сестрой,
маленький извращенец!
Я сама знаю, что буду,
а чего не буду делать!
Успокойся!
Ты не посмеешь.
Как ты могла
замахнуться на меня?
Мое дитя.
Ты убила моего мужа.
Я же говорила тебе, вспомни!
Я говорила тебе,
- что я его не убивала!
- Ты врешь!
Сервилия поймала одного
из тех, кто убивал его.
Одного из шайки Тимона.
И где же этот человек?
Ты сама с ним говорила?
Посмотри на меня.
Посмотри!
Я клянусь
духами моих предков,
камнем Юпитера,
что не убивала твоего мужа!
Ты попалась на
примитивную ложь!
- Ну, я не знаю. - Дурында,
Сервилия наврала тебе!
Она врала тебе, чтобы
настроить против меня.
Бедная овечка моя.
Ирина?
Ирина?
Ирина?
Ирина!
Я иду, хозяин.
Присядь.
Выпей со мной.
У моей мамы волосы были
точно такие, как у тебя.
Но глаза - серые.
Большие такие
серые глазищи.
Она была рабыня. На севере,
на одной из тамошних ферм.
И пахло от нее
деревом и смолой.
Наверное, работала
на лесопилке.
Я так думаю.
Потому и запах такой.
Не знаю,
кто был мой отец.
Скорей всего, тоже раб.
Робкий сукин сын с ошейником,
выгребающий навоз.
У него не хватило духа
умереть, как подобает мужчине!
Я бы вырвал долбаное сердце
у себя из груди и сожрал бы его,
прежде чем встать на колени
перед кем бы то ни было!
Сучий потрох!
- Тише!
- Заткнись там!
Пошли на хрен,
все вы!
Я Тит Пулион, ведь так!
Так или нет?
Так, хозяин.
Хорошая ты девочка.
Но редко улыбаешься.
Ты хочешь,
чтобы я улыбалась?
Я хочу, чтобы
ты была счастлива.
Так лучше.
Выпей винца.
Поди сюда.
Ближе.
Сними платье.
А зачем шапочка?
День Искупления.
Сегодня, что ли?
И ты зовешь себя евреем?
Что?
Ты стал моим ребе?
С дороги! С дороги!
Вы, все!
Нет!
Живей!
Взять ее! Взять!
Сдирай одежду!
Нет!
Нет!
Да помогите же ей!
Спаси меня.
Спаси меня, защити!
Спаси меня, защити!
Приди, спаси меня,
защити, защити, спаси меня!
Нет!
Бежим!



Серия 10

ТРИУМФ
О, боги,
никогда не видел
столько унылых лиц.
На похоронах и положено
иметь печальный вид.
Что ж... Для такой дряхлой
и больной республики
смерть может оказаться
милосердным исходом.
Ты так не думаешь.
Ты в это не веришь.
Кому-кому, но тебе не пристало
шутить насчет тирании.
Я чертовски серьезен.
Нам жизненно необходимо
примириться, наконец,
с Цезарем,
это только послужит
благу Рима.
Благу Рима? Ну-ну.
Как только окончится...
этот фарс,
я удалюсь к себе в деревню
и буду ждать, когда
народ опомнится.
Единственный
достойный выход.
Мой дорогой друг,
у нас нет ни чести,
ни достоинства.
Иначе бы они
повелели нам
присоединиться к Катону
и Сципиону на том свете.
Первым сенат заслушает
Марка Туллия Цицерона.
Я предлагаю, чтобы
Гай Юлий Цезарь
в преддверии посвященного
ему преславного триумфа
был провозглашен
императором
и ему была дарована полная
власть над Римом
на десятилетний срок.
Кое-кто из вас знает,
что между Цезарем и мной
имелись некоторые разногласия.
Несмотря ни на что,
он показал, что в качестве
победителя он настолько же
мудр и милосерден,
насколько неодолим
в сражениях.
Да будет сим положен конец
гражданскому противостоянию
и раздору.
Всей душой я клянусь
ему в своей верности
и призываю вас всех
сделать то же самое.
От всего сердца
поддерживаю
предложение,
выдвинутое
Марком Туллием Цицероном.
Предложение принято
единогласно.
Многие из вас,
присутствующих здесь,
боролись против меня.
Многие мечтали о моей гибели.
И многие, возможно, еще
лелеют эту мечту.
Но я не держу на вас зла
и не стану мстить.
Одного только я требую...
Давайте вместе со мной
строить новый Рим,
Рим, который
предоставит
справедливость, мир,
землю и заработок
всем своим гражданам,
а не только привилегированному
меньшинству.
Поддержите меня,
и все старые споры
будут позабыты.
Выступите против меня...
И во второй раз
Рим уже не простит вас.
Сенаторы,
война окончена.
Хозяйка.
Пришла Юлия Атия.
Атия?
Она здесь.
Она хочет
увидеться с тобой.
Атия...
В моем доме?
Дорогая моя Атия.
Что за чудесная встреча.
Добрая Богиня.
Моя несчастная подруга.
Что они сделали с тобой?
Спасибо за сочувствие.
Присядь.
Прости, что
не навестила тебя раньше,
но, честно говоря, я была
слишком потрясена.
Сама мысль, она...
Какая гнусность.
Такая дама, как ты,
нагишом на мостовой, избитая...
Ужас, ужас.
Но скажи мне по совести,
теперь ты как?
Я очень быстро
поправляюсь.
А злоумышленников
так и не отыскали?
Пока нет, но справедливость
еще восторжествует.
В этом я абсолютно уверена.
Не хочешь ли
воды с лимоном?
Было бы замечательно.
- С Брутом все хорошо,
надеюсь. - О, да.
Как мудро, что он решил
покориться моему дорогому дяде.
Я так боялась, что он
попытается совершить
какой-нибудь нелепый акт
безрассудства.
Мужчины так смешно носятся
со своим понятием о чести, а?
Я пришла, чтобы спросить тебя,
не согласишься ли сидеть
рядом со мной на триумфе?
Хотя мне и нет проходу
от прихлебателей,
выпрашивающих это местечко,
но я подумала: "Нет,
если кто-то и получит
право выбора,
то только моя дорогая
подруга Сервилия,
которая испытала
так много горя."
Очень предусмотрительно
с твоей стороны,
но я боюсь, что
буду еще слишком слаба.
Что ж, очень жаль.
- Но ты уверена?
- Да.
- Если только передумаешь...
- Я дам тебе знать.
Мне говорили, что
Октавия покинула город,
но никто не знает,
где она теперь.
Надеюсь, с ней не стряслось
ничего дурного.
Вовсе нет.
Она на вилле моей кузины
под Пестумом, кружит голову
какому-то юному поэту-недотепе,
с которым там встретилась.
К триумфу она
как раз вернется.
Братец.
Что ты здесь делаешь?
Приехал, чтобы
забрать тебя домой.
- Здесь мой дом.
- Здесь?
Это не твой дом.
Я здесь счастлива.
Я тебе не верю.
Так или иначе, твое место
рядом с твоей семьей.
Мало того, что
ты убежала,
так еще и сюда?
Такая жизнь не для тебя.
Ты хочешь сказать,
что наша семья - для меня?
Мы так прогнили, что зловоние
удручает самоё Мать-Землю.
Это болтовня твоих
чужеземных жрецов.
Только твои деньги
интересуют этих мошенников.
Жрецы не имеют значения.
Они лишь её слуги.
Это дом
Великой Матери.
А Великая Мать ничего
не требует от меня.
- Я червь пред нею.
- Ты не червь.
Ты - женщина
рода Юлиев.
Очень скверная история
с этим твоим побегом.
Он бы дурно сказался
на репутации семьи,
стань о нем известно.
На какое-то время мне почудилось,
будто ты приехал за мной,
- потому что соскучился.
- Что за глупости.
Конечно, нам ужасно
недоставало тебя.
Твоя мать по тебе
тосковала.
Думаю, что грустили даже слуги
и прочая домашняя живность.
А ты?
И я.
Я скучал по тебе.
Я не смогу вернуться.
Что сделано, то сделано.
Но я прощаю тебя.
И твоя мать тоже тебя прощает.
Ты меня прощаешь?
Мать прощает меня?
А что, если я
не сумею простить?
Что бы ты ни думала о том,
сделала она это или нет,
представь хотя бы, что ее
направляла любовь к тебе.
Я никогда ей не прощу.
Ну, как хочешь,
это к делу не относится.
Ты должна
вернуться домой.
Извини,
я не вернусь.
Я бы не хотел
применять силу.
Жрецы защитят меня.
Не защитят.
Я подкупил их.
Совсем незадорого.
Умоляю,
позволь мне остаться здесь.
Что ты делала с собой?
Сограждане,
жители Авентина!
Сограждане!
Сограждане,
жители Авентина!
Я - Люций Ворен
из Стеллатиновой трибы,
ветеран тринадцатого легиона.
Может, кое-кто из вас
меня знает.
У меня хорошие вести.
Цезарь положил конец
тирании патрициев
и добьется того, чтобы
простой народ имел голос
- в управлении государством.
- Убирайся в Галлию,
рыжий выскочка.
Готов признать, приятель,
что я смахиваю на галла,
но я такой же коренной
римлянин, как и ты сам.
Я проливал кровь за Рим.
Мой отец проливал кровь за Рим,
как до него это делали
и его отец, и отец его отца.
Моя жена... Моя жена
родилась тут, на Авентине!
Я такой же коренной римлянин,
как любой тут из вас!
Если вы изберете меня
своим магистратом,
то я клянусь
юпитеровым камнем,
что приложу все усилия для того,
чтобы наступившая эпоха
принесла мир, процветание
и справедливость
для всего Авентина.
Завтра
состоится триумфальное
шествие Цезаря,
которое послужит символом
его любви к римскому народу.
Дерьмо!
Да заткнись ты, твою мать...
Манеры, госпожа, манеры.
Игры и празднества,
которые продлятся пять дней,
суть знак признательности
к доверию и поддержке,
которые народ Рима
оказывает Цезарю.
В обмен на нашу свободу!
Мы продали ему свою свободу
и свою честь!
Я не выступал бы здесь
в защиту Цезаря,
если бы сам не верил,
если бы не знал сам,
что он всей душой болеет
за интересы республики.
"Новая эпоха."
"Завтрашний триумф,
новая эпоха."
Завтрашний триумф есть
начало новой эпохи.
Для всего Авентина.
Для всего Рима.
- Было здорово. У тебя
хорошо получилось. - Спасибо.
Царь всех галлов.
Заставляет задуматься,
верно?
Верно.
Прощай, дружище.
Сделать всё, чтобы он выглядел
получше. Ходячий мертвец какой-то.
Вот вы где, чертяки.
- Еле вас отыскал, столько солдат
повсюду. - Да это сам Тит Пулион.
Чем обязаны такой чести, гражданин?
Пришел пожелать нам удачи?
Ребята, тут вся снаряга, но
куда-то девался нашлемник.
Может, у кого-нибудь есть
запасной, как думаете?
Просто нашлемник.
Я же не меч потерял.
Ты не сможешь идти
в строю с нами.
Ты ушел из легиона.
Ты в отставке.
Да знаю я, но ведь...
Тринадцатый навсегда? И все такое?
В триумфе участвуют только
легионеры. Ты гражданский.
Гражданский?
Я же герой всего долбаного
легиона, вот я кто.
Я не раз спасал
ваши шкуры.
Хоть и не стоило бы
напоминать про это.
А не хочешь снова завербоваться
на службу? Тогда другое дело.
И маршируй вместе с нами,
пока ноги не собьешь.
Я что, мало крови пролил
ради Тринадцатого?
Да не заводись ты.
Я, что ли, выдумал эти
грёбаные правила, а?
Им я и подчиняюсь.
Только легионеры по списку.
И не дергайся.
Заглянешь попозже, я угощу
тебя стаканчиком-другим, ага?
Стаканчик-другой?
Найду чего получше, чем
выпивать с такими, как ты.
Тогда иди, гражданин.
Гуляй!
Ну-ка, барышни,
подъём!
Пора вспомнить,
что вы солдаты!
А не слишком ли?
- В самый раз по-моему.
- Не знаю.
Слишком ярко. Я бы не хотел,
чтобы тога триумфатора
напоминала
царский пурпур.
При свете лучей
он не будет так ярок.
- А ты что думаешь?
- Юпитер во плоти.
Нескромная аналогия.
Чему ты ухмыляешься?
Нелепо, не находишь?
Наряжаться,
играть в бога?
Играть?
Я не играю.
Это вовсе не игра.
Как угодно.
Это не игра.
Дайте другую.
Больше красного.
- Канал вокруг цирка
заполнили водой? - Да.
Еще вчера вечером
он был пуст.
- Я был там с первыми
лучами солнца. - Отлично.
Проследи, чтобы слонам
вовремя дали рвотное.
Не хочу, чтобы колесница
вязла в их лепешках.
Выглядишь гораздо лучше.
Я только так выгляжу.
Может, стоило бы тебя
вывезти за город.
Чтобы...
... тебя исцелили солнце
и свежий воздух.
Ты все время проводишь в постели,
а это не слишком здорово.
Я поднимусь, когда
для этого появится причина.
И не суетись вокруг меня,
проявляя пустую заботу.
Отправляйся на это позорное
представление твоего дружка.
Матушка...
Убирайся!
Иди.
Не подрумянить ли
тебе щеки?
Прошу тебя, милая,
скажи хоть что-нибудь.
Эта ужасная игра в молчанку
меня просто убивает.
- Что они с тобой сделали?
- Ничего.
Заговорила.
Уже кое-что.
Они ко мне были очень добры.
Да уж... До того добры, что
позволяли тебе кромсать себя,
будто какой-то окорок.
Бедная моя
маленькая злючка.
Я до сих пор и не представляла,
насколько мне не хватало
тебя, мрачно
расхаживающей по дому.
- Хозяйка...
У ворот какой-то нищеброд,
он называет себя Квинтом,
родным сыном Помпея.
Он просит защиты
у твоего сына.
Прогнать его.
- Убери руки!
- Проваливай!
Брут!
Боишься говорить
со мной, ты, трус?
Ты трус, Брут!
Клянусь Янусом,
и Юпитером, и Юноной,
клянусь могилой
моего отца,
я, Квинт Валерий Помпей,
я убью этого тирана,
этого сына шлюхи!
Скажу, чтобы Аякс
с ним разобрался.
- Этот ублюдок изменил Риму...
- Постой.
и ты, Брут,
тоже изменник!
Родной сын Помпея, а?
Ну да.
По меньшей мере, думаю,
ты все еще ненавидишь Цезаря.
Я сожгу его заживо.
Я вырву ему глаза, я...
Не горячись.
Ты среди друзей.
Все будет хорошо.
Пусть он помоется и поест.
Цезарь! Цезарь!
Великий Цезарь!
Боги любят тебя, Цезарь!
Цезарь! Цезарь!
"Угощение для
пяти тысяч человек
будет выставлено
на Бычьем форуме.
Рабы и вольноотпущенники
не допускаются.
Граждане, которым
не хватило места,
должны будут
удалиться
по первому требованию эдилов,
следящих за порядком.
Гай Юлий Цезарь повелел,
чтобы в знак
признания заслуг
каждый римский
гражданин
получил из
общественной казны
сумму в размере
ста денариев.
Далее.
Двадцать тысяч
достойных семей
получат во владение
фермы, расположенные
на общественных землях
близ Капуи.
Далее.
В следующем году
все жилищные платежи...
Все жилищные платежи
за проживание в дешевых
многоквартирных домах
будут погашены полностью
из средств
Гая Юлия Цезаря."
Весьма благородно,
и весьма мило изложено,
если можно так выразиться.
Нельзя с тобой
перемолвиться словечком?
Разумеется.
Наедине.
Ты можешь говорить
при Квинте.
Как хочешь. О нем
я и хотел поговорить.
Этот достойный человек
живет тут уже несколько дней.
Не надоело ли ему развлекать нас
своим очаровательным присутствием?
Не обращай внимания, Квинт.
Он не умеет себя вести.
Он останется здесь до тех
пор, пока мне это угодно.
Вот в этом и загвоздка,
матушка.
Я не понимаю,
каким это образом
он в состоянии
угождать тебе.
Что он делает?
Помогает тебе
в написании стихов?
- Он тонкий ценитель.
- Неужели?
- Ты меня удивляешь.
- Он пылок.
Это меня согревает.
Так вели зажечь больше
светильников, чтобы согреться!
Очень неблагонадёжно привечать
сына Помпея у нас дома.
Неужели мы должны заботиться
о своей благонадёжности?
Сам посмотри,
четвертый пункт
предыдущего параграфа
применим только в случае
пожара или наводнения,
кроме особых условий,
оговоренных в приложении.
- Теперь понял?
- Не совсем.
Сомневаюсь, что сумел бы
объяснить всё это попросту.
Ну, можно и отложить,
пока не пройдут выборы.
Незачем зубрить всё это,
если меня не выберут.
Тебя выберут.
Ты так в этом уверен. А ведь
будут и другие кандидаты.
Я вроде бы тебе говорил, чтоб
ты не насмехался надо мной.
Простите, господин. Я считал,
что вы разобрались в системе.
Остальные кандидаты всего
лишь подставные фигуры.
Подставные?
Отсутствие оппозиции
помогает нам сэкономить
уйму сил и средств, однако
приходится создавать видимость,
что человек Цезаря
играет по-честному.
Тебя смущают
эти подробности?
Выборы освящены
Юпитером Капитолийским.
Они суть таинство.
А Цезарь тоже освящен
Юпитером, разве нет?
Знамения авгуров,
триумф,
воля народа.
Все его деяния
священны.
В каком-то смысле
он полубог.
Так считается
только в день триумфа.
А вообще он обычный смертный,
вроде тебя да меня.
Смертный или нет, он
пытается спасти республику.
И занимается обманом
избирателей?
Римский народ как-нибудь
обойдется без чистых выборов.
Римляне нуждаются в работе.
Они отчаянно нуждаются
в чистой воде, в пище,
в стабильной и мирной жизни.
Ты можешь очень много сделать
для своих сограждан.
Ты можешь помогать
спасать республику.
Или же вернись в лавку
и торгуй бараниной и свининой,
грязные руки,
но чистая совесть.
Так что скажешь?
Скажу - что?
Ты меня совсем не слушал.
Да что с тобой?
Прости.
Так чего ты хочешь?
Я хочу освободить Ирину
и отправить ее в деревню,
- если ты мне денег одолжишь.
- Конечно.
Но сперва нужно, чтобы ты сходил
со мной в отдел регистрации рабов
и засвидетельствовал,
что я ее хозяин.
Помедленней. Зачем ты
освобождаешь Ирину?
Иначе не смогу
на ней жениться.
Жениться на ней?
Понимаешь, я...
У меня было странное
противное чувство
пустоты все эти последние
месяцы, и...
Неважно, но я, наконец,
разобрался, что со мной такое.
Я люблю Ирину.
Я ее люблю,
и я хочу детей от нее,
и чтобы она стала
моей женой, и...
Наверное, тебя
можно поздравить.
Так ты говоришь, что
хочешь податься в деревню?
Уйдешь из Рима?
Рим мне не подходит.
Мне нужен вольный воздух,
простор, чтоб развернуться.
А чем ты там
будешь заниматься?
Всегда есть дело для человека,
который умеет работать с мечом.
Ну, раз ты так уверен...
Я все обдумал.
Никогда в жизни я еще
не был так уверен.
Я страшно рад за тебя.
Надеюсь, что ты нашел
свою дорогу в жизни.
Ты еще здесь?
Я думал, что ты удалился
в деревню ради спасения чести.
Так мне и надо.
Посмейся надо мной.
Я сам себе кажусь мелким
в твоем присутствии.
Шучу, старина, шучу.
Мне всегда приятна
твоя компания.
Так вот...
Почему ты мне
раньше не рассказал?
Может, я бы и смог
чем-нибудь помочь.
Ты о чем говоришь?
Это читают повсюду!
Я даже видел список
у храмовой проститутки.
"Призыв к достойным."
Стиль... приемлемый, о нем
можно поговорить и позже,
однако суть воззвания,
выраженные в нем чувства
полны благородства и отваги.
"Сыны республики,
кровь наших предков
призывает вас почтить память
и последовать примеру
Порция Катона, последнего
истинного римлянина."
Кто это написал?
Ты.
О, боги подземного мира!
Матушка!
Матушка...
Ты видела это?
Этот бред?
Конечно, я это видела,
и это не бред.
Это обоснованный протест
против нарушения
республиканских принципов
силами тирании.
Я даже испытываю некоторую
гордость за него.
Ты это написала?
Под моим именем?
Кассий подсказал
несколько удачных
оборотов речи.
Ты, разумеется,
знаком с Кассием.
Разумеется.
Восхитительно.
Квинт.
Очень был рад
застать тебя здесь.
- Давно не виделись.
- В самом деле.
Вы мне позволите
поговорить с моей
матушкой наедине?
Мне очень жаль, что
я обманул твои надежды,
но это... Это зашло
слишком далеко.
Мое имя принадлежит только
мне, и использовать...
Ты не обманул
моих надежд.
Я не могу в тебе
разочароваться, я ведь твоя мать.
- Ты обманул надежды
республики! - О, боги!
Подать перо и бумагу.
Как будто мало того,
что ты держишь в доме этого
бешеного маленького Квинта,
но это...
Это!
- Даже не знаю, что сказать ему.
- Попробуй упасть перед ним
на колени, поцеловать ноги
и взмолиться о прощении.
- Однажды это сработало.
- А тебе не помогло.
А? Может, ты умоляла
не слишком убедительно?.
Ты...
Ты же понимаешь,
что он за это
может убить меня?
Рим оказался в руках
порочного чудовища.
Ты,
прямой потомок
отца республики,
что делаешь ты?
А что бы ты хотела,
чтобы я сделал?
Что бы сделал твой отец?
Что бы сделал его отец?
Неужто бы они
склонились перед тираном?
Они бы при учете
сложившихся обстоятель...
Они бы выкинули его из города,
как последнего бешеного пса!
Выкинули его из города?
И как мне именно
это проделать?
Ты же не один.
Ну да, все эти добрые
господа у нас в доме,
они очень-очень благородны.
Теперь я спокоен.
Они благородные люди.
И есть еще немало
людей высокого положения
и высоких качеств.
Это же не пес
взбесился.
Лучше бы бешенство обуяло меня,
нежели наше имя было обесчещено.
Довольно!
Ты выставишь вон своих
полоумных приспешников
и забудешь про
это безумие.
- Брут. - Кассий, мне приятен
твой визит, однако,
ты сам догадываешься...
Конечно, извини
за вторжение.
Может, как-нибудь
в другой раз.
Хорошо.
Обязательно.
Поклянись камнем Юпитера,
что ты полноправный гражданин
и что ты свидетельствуешь о
принадлежности имущества,
- занесенного в списки, этому
человеку. - Клянусь. Да.
Распишись тут.
Сойдет любая закорючка.
Я могу написать свое имя
не хуже, чем любой из вас.
Готово.
Сорок второй.
Следующий.
Ирина.
Пойди сюда. Хочу
поговорить с тобой.
Оставляю вас одних.
Я только что из отдела регистрации.
Ты больше не моя рабыня.
Ты продал меня?
Пожалуйста,
не продавай меня.
Пожалуйста, не продавай
меня. Умоляю.
Я освобождаю тебя.
Ты свободна.
Вот тут написано.
Спасибо.
Спасибо! Ты самый добрый
человек на земле.
Я люблю тебя, господин.
Я люблю тебя, господин.
А вот платье.
Иди, примерь его.
Посмотрим, как оно тебе.
Тит Пулион, господин. Не знаю,
как можно отблагодарить вас.
Отблагодарить меня?
Да за что же, паренек?
Вы ее освободили.
Мы копили деньги, чтобы
выкупиться на волю,
Но мы и не думали...
Что так скоро.
Сказать не могу, что это
за подарок для нас.
Вы оба копили деньги?
Ты и Ирина?
Мы думали, что станем
отпущенниками Ворена
после освобождения, но
Ирина говорила, что
только с вашей фамилией
она станет моей женой.
Женой?
Законной женой,
конечно.
Мы ведь... уже женаты
в наших сердцах.
Ирина?
Моя Ирина?
Господин?
Господин!
Мертв?
Похоже на то.
Что это было?
Я его убил.
Я это сделал.
Да сам вижу, но почему?
Почему ты это сделал?
Неважно.
Нет, это важно.
Для меня это важно.
Этот парень
принадлежал мне.
- Он меня разозлил.
- Он разозлил тебя?
Он... Он и Ирина,
они были...
А в этом что за важность? Думаешь,
что она так и оставалась девушкой?
И что она все еще твоя,
в полном твоем распоряжении?
Я люблю ее.
И вот как ты доказал
свою любовь?
Тут тебе не бойня, чтоб
забивать людей до смерти.
Это мой дом.
Мой дом!
Ничего себе картинка
для глаз моих детей!
Извини.
Тише, вы!
Я заплачу тебе.
Чем ты мне заплатишь,
чертов идиот?
У тебя нет других денег,
кроме тех, что дал я.
Но, пожалуйста...
не ругай меня идиотом.
Буду ругать тебя, как захочу.
Чертов ты идиот.
Плевать мне на деньги.
Дело в том...
Это же оскорбление.
Посмотри, что ты натворил!
Посмотри на него!
Наверное, ты прав.
Видно, я идиот.
Никогда не был таким
умником вроде тебя.
Тебя никогда не бичевали,
не сажали за решетку.
Ты поднимался
все выше и выше.
И вот, наконец,
ты в этой славной, чистой,
белой тоге.
Неплохая одежка, а!
И всегда остаешься чистеньким,
в какой бы грязи ни кувыркался.
Выкладывай дальше.
Как хочешь.
В свое время
ты шумел, что Цезарь -
изменник и мятежник.
А теперь
он отсыпал тебе кучку монет,
нарезал землицы,
и вот он уже спаситель
республики, и ты целуешь
его царскую задницу.
Встань, ты.
Встань!
Встань!
Я не буду драться с тобой.
Тогда убирайся.
Проваливай и никогда
сюда не возвращайся.
Уходи. Убирайся! И никогда
не приходи сюда.
Ирина, прости.
Прости меня.
НЕ подходи к ней.
Ну да.
Прости.
Я и не думал.
Мне пора.
Ты...
Ты мне веришь?
Друг мой,
конечно, я тебе верю.
Ты мне никогда не лгал.
К тому же, зачем бы тебе
ставить там свое имя,
- а потом отказываться
от него? - Ну, именно так.
И кто угодно... Любой мог
подделать мою подпись
на воззвании,
чтобы придать ему вес.
Несомненно, придется привыкать
к такого рода проделкам.
Интересно, кто бы мог
это написать.
Если бы я знал.
У кого-то явный талант. И впрямь,
редко сочетаются такое низкое
содержание и такая
возвышенная форма.
Нужно будет
сочинить ответ.
Что ж, коль скоро ты и я
представляем ситуацию...
И что же за ситуация?
Надеюсь, что мы с тобой
все еще друзья, правда?
Правда, правда.
Брут, я не сомневался ни в твоей
дружбе, ни в твоей преданности.
Даже когда мы были врагами.
Тит Пулион.
Паршиво выглядишь, дружище.
Я пьяный.
Тяжелые времена
для ветеранов на покое.
Это точно.
В Рим вернулось
слишком много солдат.
Работы на всех не хватает.
Печальная история.
Но что за позор
видеть в подобном положении
такого человека, как ты.
У меня все отлично.
Куча предложений.
Ну, если твои надежды
не оправдаются,
то можешь спросить на
любой улице Авентина
об Эрасте Фульмене.
У меня всегда найдется
для тебя работенка.
Я солдат,
а не убийца.
А в нынешние времена, Пулион,
велика ли разница между ними?
Угощайся.
Когда протрезвеешь,
заходи ко мне.
Потолкуем
о кое-каких делишках.



Серия 11

ДОБЫЧА
- Побыстрее, девочки.
- Уже почти всё.
Ты слишком много
на себя понавешала.
Не так уж и много.
Я магистрат,
а не царь всей Азии.
Дай одно колечко сестре.
Дай колечко сестре!
Кончайте суматоху
и подайте мне накидку.
А то опоздаем.
Патрон, целую твою руку.
Это честь для меня, Мабиний.
Чего ты хочешь?
Я...
Хорошо, прямо к делу.
За последние девять дней
все мои писсуары были разбиты.
Солдаты различных легионов
думают, что очень смешно
опрокидывать их на голову
честным гражданам.
Ну, ну, с чего ты взял,
что это солдаты?
Может, гладиаторы,
косящие под солдат.
Солдат я ни с кем
не спутаю...
Не то, чтоб я был
против них настроен.
Большинство воинов - люди
порядочные, вроде тебя.
Но нынче понабралось столько
всякой чужеземной швали...
- Этого больше не будет.
- Надеюсь, что нет.
Римские граждане требуют
и заслуживают большего,
чем мочиться
в водосточные стоки!
Все утекает до капли!
А как я стану отбеливать
одежду, не имея запасов мочи?
- Что мне делать, если...
- Это больше не повторится.
Благодарю, патрон.
Да хранит тебя Минерва.
Брат Маский.
Брат Ворен.
Большой человек теперь?
Ну, ты и сам не маленький.
Эти римские сучки.
Все время, что я тут, только
сношаюсь, ем и снова сношаюсь.
Следи за языком, брат,
мы же с тобой не в лагере.
Извиняюсь
перед твоими женщинами.
Был бы рад поболтать
с тобой подольше, Маский,
но сперва мне надо
принять моих клиентов.
Они расстроятся, если
не выслушаю всех по очереди.
Конечно, конечно.
Прости мои грубые
солдатские замашки.
Что привело
тебя ко мне, Маский?
Поглядеть, как ты тут...
Похоже, совсем неплохо.
А где же старина
Тит Пулион?
Не знаю.
Я его не видел.
Вот дерьмо!
Вы ж оба были не разлей вода,
как Кастор и Поллукс.
Пулион умер для меня.
Ну, ладно, я рад видеть,
что ты в полном порядке.
- А как наш отец, наш вождь, а?
- Тоже ничего.
Отлично, отлично.
Скажу, не боясь соврать,
твои братья огорчены,
очень огорчены.
Им кажется, что вождь позабыл,
кому обязан своим возвышением.
Денег они больше не получат.
Была же договоренность.
Ну да, ну да.
Уплачено.
Полновесными монетами.
Да еще и с его портретом.
Да отчеканить там
можно, что угодно.
Штука в том, что братьям
недостаточно только денег
для того, чтобы зажить
мирно и достойно.
Деньги когда-нибудь кончатся,
и куда им тогда деваться?
Куда?
Может,
ремеслом каким заняться?
Это вряд ли.
И что же делать?
Не играй словами, брат.
Говори прямо.
Мы хотим землю в Италии.
Цезарь выделит земли
всем ветеранам, когда сможет,
как он и обещал,
но только не в Италии.
Тебе Цезарь дал
землю в Италии.
Я магистрат. Мне положено
иметь доход с земли.
Но это единичный случай.
На все легионы не хватит.
Знатное поместье, небось.
Да я там еще не был.
Все время занят.
Конечно.
Занят-презанят.
- Мы хотим полюбовно...
- Ну так и не рыпайтесь.
Был же уговор.
Но ты замолви ему словечко.
- Да хранят тебя Марс и Беллона.
- И тебя.
Атас, шеф.
Мир тебе, Пулион.
Ну, как оно?
Хочешь жареных сонь?
Попробуй.
Просто объеденье.
Тут лучшие сони в городе.
Так...
Работа для меня есть?
Да постоянно кто-нибудь
напрашивается на меч.
Назови имя.
Беда в том, голубчик, что
тебе не хватает мягкости.
Взять хотя бы последний раз.
Ты гонял этого жалкого клоуна
взад и вперед по всему Авентину,
будто куренка.
Ты бы его еще прижучил
прямо на форуме.
- В другой раз буду осторожней.
- Не знаю, не знаю.
Мне же нужно
заботиться о репутации.
Заказчики мокрых дел
приходят ко мне,
потому что знают: на моих
людей можно положиться.
Именно так.
Надежные люди.
В другой раз я сделаю
все чертовски тихо.
Зайдешь завтра,
в это же время.
Урбий покажет
тебе человека.
Дай мне
немного денег вперед.
Не здесь.
Это приличное место
для достойных граждан.
Чего они от меня
добиваются?
Я не могу создать
новые земельные наделы.
Еще как можешь.
Это называется конфискация.
- И у кого конфисковать?
- У твоих врагов.
Врагов?
А у меня еще есть враги?
Странный вопрос.
Со временем я сделаю
из них друзей.
И превратишь своих
ветеранов во врагов,
если все
так и будет продолжаться.
Возможно ли, чтобы они
обратились против меня?
Они никогда не восстанут
против тебя,
но, если мы
не пойдем им навстречу,
они станут бандитами
и разбойниками.
И запятнают твое имя.
Куда как худо.
Передай Маскию,
что я уважаю
его честность.
Скажи ему, что
мои ветераны - как дети мне,
и всем моим верным ветеранам
я подарю прекрасные земли
в Паннонии.
Хороший плодородный край.
- В Паннонии?
- Говори смело.
В Паннонии тяжелая жизнь,
она на краю света.
Маский откажется.
А Маский пользуется полным
доверием ветеранов?
Он может влиять
на их мнение?
Каждый десятый пойдет за ним,
а если пойдет каждый десятый,
то же будет
и со всеми легионами.
Тогда предложи кое-что
ему персонально.
- Что предложить?
- Решишь сам.
Магистрат Ворен,
в следующий базарный день
будет прием у моей племянницы,
и я прошу тебя и твою супругу
быть моими гостями на нем.
Большая честь для нас,
господин.
Ты смущён.
Моя жена и я, господин,
люди простые.
Ерунда. Тебе следует
привыкать к хорошему обществу.
Ну, и как тебе?
Гораздо удобнее.
Моя спина с трудом выносит
эти хвалебные речи Цицерона.
Он так пышно и высокопарно
превозносит тебя,
что можно подумать, будто
это от чистого сердца.
- Приветствую, магистрат.
- Мир тебе, гражданин.
Муж вернулся.
Спасибо вам, что заглянули.
Да что ты, тебе спасибо.
Приходите еще, пожалуйста.
Я так рада буду принять вас.
Спасибо.
Да прекратите же!
"Принять нас", говорит.
- Я бы...
- Дамы.
Магистрат, господин.
- Муженек...
- А эти еще кто такие?
Я их взяла напрокат.
И очень недорого, кстати.
А как они
впечатляюще выглядят...
Накинь на них что-нибудь,
а то почти голые.
Ты подустал.
Не хочешь прилечь?
Если бы я мог.
"По воле сената и народа
наш любимый отец
Гай Юлий Цезарь
провозглашается
пожизненным диктатором.
Далее,
пятый месяц года
отныне именуется
в его честь июлем."
Стереть это.
Кассий.
Это не поможет. Такие картинки
на каждой стене, повсюду в городе.
Да не волнуйся насчет
этой пачкотни.
Царь Цезарь знает, что
ты его преданный друг.
Да я и не волнуюсь.
Нет, просто... А что, неужели
я так похож на этого уродца?
Сходство есть.
Боги, какой ужас.
Но картинка бессильна
передать твой характер,
присущую тебе
благородную энергию.
Но ведь правда. Твои движения
обладают той же грацией,
которой, как говорят,
отличался и твой славный предок.
Вот потому плебеи
и рисуют тебя на стенах.
- Они в тебе видят его. - Во мне
только мое жалкое имя, и всё.
Простецы. Поговорим
о чем-нибудь другом.
Однако имена имеют
определенный вес, верно?
Назови кота рыбой, но
плавать он не научится.
Плебеи любят свободу.
Твоим именем они...
Они и пальцем
не шевельнут ради свободы.
Плебеи обожают глядеть
на драки себе подобных.
Обходится дешевле театра,
а кровь самая настоящая.
Пойдем,
зайди сюда со мной.
Погляди.
Погляди на это.
Кресло.
И что с того?
Кресло?
Это же трон!
Я считал, что трон должен быть
отделан чуть более богато.
А этот совсем простой и более
смахивает на кресло.
Ты что, ослеп?
Не впадай в истерику.
Твоя мать говорила, что ты трус.
Я начинаю ей верить.
Моя мать
не слишком-то счастлива.
Извини.
Я погорячился.
Я не трус и я не слепец.
Я знаю,
что такое Цезарь.
Я все вижу.
Но я назвал себя
его другом...
Да нет,
я и есть его друг.
Стало быть,
ради этой дружбы
ты дашь республике
погибнуть?
Я просто человек.
От меня не зависят
ни жизнь и ни смерть
республики!
Ты в корне неправ.
Республика зависит
только от тебя.
Народ примирится
со смертью тирана,
только если удар
будет нанесен Брутом.
Так. Ты зашел слишком далеко.
Ему придется умереть.
Ты же его знаешь. Он никогда
не смирится с изгнанием.
Ему придется умереть.
Постой, друг.
Постой!
Ну, так как та
галльская шлюшка?
Бьюсь об заклад, здорово
от тебя поживилась.
Молчи, пока я сам
с тобой не заговорю.
Тот, посередке.
Ауфидий.
Убийца!
Убийца!
Убийца!
Убийца! Убийца!
Убийца!
Убийца!
Он убил Ауфидия!
Убийца!
Он убил Ауфидия!
Ауфидия!
Он убил Ауфидия!
Убийца!
Убийца!
Он убил Ауфидия!
Убийца!
Убийца!
Паннония?
Девятьсот миль до Паннонии.
Не больше шестисот.
Это практически Германия.
Даже еще и не провинция.
Говорят,
там тучные черноземы.
Густые леса,
хорошая охота.
До хрена тевтонских и дакийских
бандитов, не говоря о прочих.
Наши братья
устали от сражений.
Они не согласятся.
Если наши братья
согласятся на Паннонию,
Цезарь будет чрезвычайно
благодарен тебе лично.
- Сколько?
- Пять тысяч денариев.
- Я тебя не понимаю.
- Думаю, ты все понял.
Я был верен моим братьям с тех
пор, как впервые пролил кровь.
Ты считаешь, что я предам
их теперь за пять тысяч?
- Значит, семь.
- Да хоть бы и двадцать.
Я же не так жаден,
как некоторые.
Не так жаден, как кто?
Просто говорю, что моя честь
не продается так дешево.
Ты не предаёшь наших братьев,
соглашаясь за них на Паннонию.
Если они против земли в Паннонии,
они не получат ее нигде.
- Люди с оружием всегда прокормятся.
- Но ведь они смертны,
а их вожаки - тем более.
- Пятнадцать.
- Десять.
Двенадцать.
Двенадцать.
Ну, тогда я пошел, брат.
Рад был повидаться с тобой.
Взаимно.
- Ушел этот тип?
- Да.
- Ну, как тебе?
- Очень красиво.
Я так боюсь,
еле дышу.
Все будет отлично.
Девочка моя, у меня
и так голова забита.
Теперь еще бояться
картинок на стенах.
А я говорю, что те, кто их
рисует, недалеки от истины.
Брут предаст тебя.
Откуда такая уверенность?
Мать принудит его.
Она не успокоится,
пока не погубит тебя.
Готов согласиться, что бедняжка
Сервилия не очень меня жалует,
но чтобы она
желала моей смерти?
Атия, не сгущай краски.
Ладно, я предупредила тебя.
Больше ни слова.
Он не слушает меня.
Ты где-то витаешь.
Надеюсь, это какое-то
прекрасное далёко ;).
- Там хорошо, где нас нет.
- Грамотный ответ.
Помоги мне.
Твоя мать - порочное
и бессердечное создание,
но вышло так,
что я страдаю без нее.
Как я только ни пытался
помириться с ней,
но она всё время чурается
меня, как прокажённого.
Даже отказывается
говорить со мной.
Не согласишься
передать ей от меня,
как несчастен
я стал?
Незачем.
Ее пренебрежение
к тебе притворное.
Она по тебе просто
с ума сходит.
Гнусная, глупая ложь!
Атия, позволь
сказать тебе...
Дочь моя, кто это такая
вон там, у дверей?
Красотка в вульгарном наряде?
Она с Люцием Вореном.
Его жена, наверное.
Как тут красиво.
У них даже
потолки расписаны.
В ней чувствуется этакий
своеобразный уличный привкус.
Давай я их
тебе представлю.
- Наверное, надо пройтись.
- Нет, мы должны ждать.
- Они идут к нам.
- Спокойно, спокойно.
Магистрат,
племянница хочет познакомиться
с твоей очаровательной супругой.
Большая честь.
Ниоба, Атия.
И как грозному воину вроде тебя
достался такой чудный цветок?
Я заметил ее, когда она
была еще молода и неопытна.
Не займешь ли ты
Ниобу разговором,
пока я отвлеку её
удачливого мужа?
Прелестно.
Скажи мне, кто, во имя матери-Земли,
сшил это чудесное платье?
- Я сама.
- Не может быть.
Правда.
Так...
Что говорит Маский?
Он согласился на Паннонию
за двенадцать.
Очень хорошо.
Я не подозревал, что ты
купишь его так дешево.
Теперь буду поручать тебе все
подобные грязные сделки.
Мне не хотелось бы,
господин.
Я просто пошутил.
Понятно.
Садись.
Ты подкупил одного человека,
а спас тысячи, которые
теперь не уйдут на дно.
Я часто тоскую по тому времени,
когда мы были в Галлии.
Война так замечательно
проста и прямолинейна.
- Ворен... - Обращайся к нему
"магистрат Ворен".
Теперь, дружок,
он выше тебя по рангу.
Простите меня,
магистрат Ворен.
Я слышал, как
слуги болтали,
будто Тит Пулион
задержан за убийство,
и его ждет суд.
Это правда?
Да.
Он стал наемным убийцей.
Убил человека днем,
у всех на глазах.
Мы должны что-то
для него сделать.
Мы не должны
вмешиваться.
Не вмешиваться?
Человек, которого он убил,
был Ауфидий Денто,
выборный глава Целийского
союза производителей гвоздей.
Мой открытый противник,
очень популярный в народе.
Меня будут подозревать в том,
что я заказал его убийство.
Я не должен помогать Пулиону,
не то подозрения обретут почву.
А ты заказывал?
Его убийство?
Я даже и не знал, что есть
такой, пока его не убили.
Не представляю, зачем
понадобилось его убивать.
Может быть множество причин
для убийства такого деятеля.
Мне бы не хотелось, чтобы
считали, будто я посылаю
ветеранов убивать моих
политических соперников.
Я так потеряю поддержку
плебейских масс...
Возможно, мы с Вореном
смогли бы...
И никто из моего окружения
не должен помогать ему.
Но ведь у него есть друзья?
Кто поможет ему нанять
защитника на суде?
Он виновен.
Народ должен видеть, что
правосудие одинаково для всех.
Ветеранам надо понять,
что они не стоят над законом.
Мне очень жаль, Ворен.
Я знаю, что он был
тебе братом,
но выбора нет.
Так оно и есть.
Думаю, можно уходить,
если ты только...
Правда?
Тут так хорошо, но я...
Я знаю.
Кастор.
Приведи утром
сюда еврея Тимона.
Доброй ночи, мама.
Доброй ночи, милая.
Не пойму,
что в нем не так.
Я первоклассный законник!
Сюда, сюда! Ко мне!
Иди ко мне, господин!
Лучший защитник! Лучший!
- Так ты неплох, говоришь?
- Неплох?
Я могу добиться
оправдания Медеи.
А что за дело?
Человек по имени
Тит Пулион...
- Гуляй отсюда, еврей.
- Тебе нужна работа?
Лучше уж сразу
в пасть к Плутону!
Ну хоть кто-нибудь?
Кто хочет заработать?
Кто-нибудь?
Было бы легче, если б ты только
назвал имя того, кто платил тебе.
П-п-послужило бы
п-п-признаком раскаяния.
Не могу ничего сказать.
Прости.
Обещал не выдавать.
А может, деньги нужны были,
чтобы помочь больной матери?
Или другу в беде?
Что-нибудь наподобие этого.
Деньги я тратил на выпивку.
А есть... Есть у тебя друзья,
которые бы за тебя поручились?
Хоть кто-то должен быть!
Хороший хлеб какой. У тебя
есть еще его немного?
Тит Пулион, ветеран тринадцатого
галльского легиона,
обвиняется в убийстве
гражданина Ауфидия Денто
из фалернской трибы,
что на Целийском холме.
Иск подан друзьями убитого.
Мы начинаем.
Кто обвиняет от имени
убитого Ауфидия Денто?
Я... Май Нигидий.
Кто защищает Тита Пулиона?
Я-я-я...
Приск Маэвис.
Обвинитель, приступай.
Сограждане,
друзья...
Когда сказали мне,
что погиб Ауфидий,
я был глубоко опечален.
Убили такого достойного
человека! Зарезали!
Закололи мечом средь бела дня
прямо на улице!
Печаль моя была глубока.
Однако я не удивился.
Такие ужасные события
происходят постоянно.
А пропащие субъекты,
вроде этого,
город кишит ими,
словно крысами.
Не буду отнимать у вас время,
подробно доказывая его вину.
Только посмотрите на него!
Двух мнений быть не может.
Мы все знаем, что он виновен.
Когда я вижу, что крыса попалась
в ловушку в моем погребе,
я не задаюсь вопросами о ее
виновности, а велю рабу
- раздавить ее.
- Привет, брат.
И тебе привет, брат.
Паршиво, а?
Что ты тут делаешь? Я думал,
что Пулион мертв для тебя?
Скоро будет мертв для всех.
Да ты у нас крепче алмаза.
Но боюсь, что тут
ты ошибаешься.
Бывает, что ускользают
от ножа и прямо на алтаре.
- Что?
- Пулион не одинок.
Мы не позволим, чтоб нашего
брата терзала грязная толпа.
Еще немного, и эти псы
не завоют, а заскулят.
Когда они его
оттуда поведут,
мы на них набросимся
и отобьем его.
- Отзови их!
- Почему?
Ты не понимаешь,
что поставлено на кон?
- Жизнь брата Пулиона.
- В политическом смысле.
Каковы тут
политические ставки?
Политика. Трахал я политику
в ее жирную задницу.
Если Пулиона отобьют
люди Цезаря, то народ
решит, что это Цезарь
велел убить Денто,
и вся вина падет
на Цезаря.
Ну и что? Пусть Цезарь
сам о себе заботится.
Он пытается восстановить
закон и порядок.
Но что он сможет сделать,
если его ветераны
начнут безнаказанно убивать
людей направо и налево?
И все-таки я не смогу
отозвать ребят.
- Почему это? - Как я буду
после этого им в глаза глядеть?
С тобой может статься
чего и похуже.
Ты им расскажешь?
Конечно, придется, если
ты будешь упрямиться.
Посмотри на нас, брат.
Как мы дошли до такого?
Это все ради
республики.
Оно, конечно,
причина благородная.
Просто отзови их.
Как будто для того, чтоб
еще и усугубить свою вину,
этот солдафон, зверь,
дикарь нивесть из каких мест
отказывается назвать имя
того, кто его нанял!
Цезарь! Цезарь!
Мы не называем имен, гражданин.
Мы же не можем знать наверняка.
Но мы можем догадываться.
Мы можем догадаться
с легкостью,
но мы не можем
знать наверняка.
И это делает данный случай
еще более чудовищным.
Есть ли достойная кара
для монстров вроде этого?
Но возможно,
что мой ученый друг
сумеет опровергнуть
всё, мною сказанное.
Приск Маэвий, говори.
Эт-т-тот человек...
Он не что иное, как
бездумный инструмент.
Орудие,
марионетка.
Нам следует пожалеть его,
а не негодовать.
Пожалеть его...
За то, как низко он пал.
Постой.
Ты считаешь, что он невиновен?
Нет, я просто хочу
сказать, что...
Ну, раз ты не отрицаешь его вину,
то незачем и продолжать.
Ты отрицаешь его вину?
- Нет, нет, господин.
- Очень хорошо.
Тит Пулион
приговаривается
к смерти на арене.
Ты знаешь, что я всегда
относился к тебе как к сыну.
О, боги, еще одна
душеспасительная беседа.
Хороший ход.
Хочу попросить тебя
об одолжении, как отец сына.
Нужно кому-нибудь передать
Македонию вместо идиота Валерия.
Мне бы хотелось,
чтобы это был ты.
Мне, Македонию?
Если ты согласен.
Но почему, во имя всех Фурий,
ты поручаешь мне эту провинцию?
Ты вполне подходишь
для такого поста.
С ходу могу назвать людей,
которые подходят не меньше.
Брут, ты все время
недооцениваешь себя.
Если бы ты только постарался,
то мог бы добиться многого.
В Македонии?
Думаю, нет.
Ты бы поразмыслил
как следует.
Мне нужен кто-то,
кому бы я мог доверять.
- Ты хочешь убрать меня
из Рима? - Вовсе нет.
Я прошу твоей помощи.
Кто-то,
кому бы ты доверял?
А я что,
не могу доверять тебе?
- Так ты сомневаешься во мне?
- Этого я не сказал.
Умоляю, говори прямо.
Я дал тебе повод
усомниться во мне?
Раз ты спрашиваешь,
значит знаешь.
Но уже прошло
несколько лет.
Так, значит, старые грехи
не считаются?
Я ничему не изменял.
Если бы ты сказал мне, что
намерен пойти на Рим,
и попросил бы у меня
клятву верности,
то я бы принес ее.
Я бы подумал,
что ты сошел с ума,
но все равно поклялся
бы тебе в верности,
потому что
видел в тебе моего отца.
- Брут...
- Но ты не спрашивал меня
о моей верности тебе.
Ты потребовал ее
под угрозой оружия.
Я ничему не изменял!
Извини, я погорячился.
Ты никогда не изменял мне.
Так почему ты
не доверяешь мне теперь?
Я абсолютно доверяю тебе.
Настолько, что ты готов
выслать меня из Рима
и сделать
наместником Македонии?
Что ж...
Благодарю.
Польщен,
но не могу принять
это предложение.
Я могу официально приказать
тебе поехать туда.
Как отец,
ты был для меня
как отец...
На год или около того,
не дольше.
Пока город
не утихомирится.
Извини.
Мне нездоровится.
Может быть, мы закончим
эту партию как-нибудь потом...
Опомнись!
Ведь на каждой стене ты
нарисован с ножом у моего горла!
Я был бы дураком, если бы
не придавал этому значения.
Только тиранам нужно
страшиться тираноборцев.
А ты ведь не тиран.
Сам мне столько раз
говорил об этом!
Ты можешь идти.
Янус, Гея и Плутон,
смиренно прошу вас
принять эту тварь
как жертву от меня,
и если эта жертва
вам по нраву,
то даруйте Ирине
долгую жизнь.
Того же прошу я для моего друга
Люция Ворена и его домашних,
если, конечно, это
не слишком много.
И пускай Ирина узнает,
как мне горько от того,
что я натворил.
Живей, солдат, вылезай!
Поосторожней с этим.
Ветеран.
Давай, трус!
Бейся!
Встань и дерись.
Неохота.
Это не по правилам.
Ты должен обороняться.
Нет, если мне неохота.
Я хочу сдохнуть,
вот и все.
Просто возьми и убей меня,
и кончено.
Что за фигня!
Шевелись!
Да что с тобой?
Ты не мужик, что ли?
Вставай и дерись!
Солдат!
Проснись!
Может, отсосешь у меня?
Слышь, ты хоть меч возьми.
Ты встань и держи его,
а мы все сделаем.
Не нужно будет ни бегать,
вообще ничего.
Да ты не мужик...
Чертова баба.
И ты, и весь твой Тринадцатый!
Чертовы бабы.
Помолчи про
Тринадцатый.
Я мочусь на
Тринадцатый!
Все они - свиное отродье.
Вот бы и ты, и все из Тринадцатого
по очереди у меня отсасывали!
Тринадцатый!
Тринадцатый!
Тринадцатый!
Тринадцатый!
Тринадцатый!
Тринадцатый!
Пулион! Пулион!
- А осенью они пропадают.
- Кто?
Угри, все пропадают.
- Да ну?
- Куда?
- Куда что?
- Ну, куда они деваются?
- Угри?
- Ну да, я про них.
Никто не знает.
Это тайна.
Я уж тебя заждался.
Если мы и будем с тобой
еще иметь дело,
то не стоит больше
нанимать ветеранов.
Матушка?
Я больше не связан
с Цезарем узами дружбы.
Я должен
исполнить мой долг.
Я встречусь с Кассием.
Мы посмотрим,
что можно сделать.



Серия 12

ФЕВРАЛЬСКИЕ КАЛЕНДЫ
Пулион! Пулион!
Довольно занятно, хотя
в жизни они куда
более привлекательны.
Ты что делаешь?
Простите, господин, простите.
Пытаюсь добиться сходства.
Кого ты пытаешься добить?
Ты о чем это?
Говори, убийца!
Господин, общество
красильщиков Авентина
заплатило мне,
чтобы я сделал стенную
роспись с изображением
вас, господин, и Люция
Ворена на арене.
Что ты мелешь? Зачем кому бы
то ни было делать такое?
Как зачем, господин?
Господин, вы -
знаменитость.
Повсюду ваши
изображения.
Но, конечно, господин,
у меня получится лучше.
- Знаменитость?
- Вот именно.
- Я? - Весь город, господин,
по вас с ума сходит.
Вы и магистрат Ворен стали
символами братской любви и
чудесного избавления.
Если б вы сейчас оказались в городе,
то вряд ли бы какая римская дама
отказалась бы отворить двери
для могучего Тита Пулиона.
Отпустите меня, господин,
пожалуйста.
Красиво, правда?
Вся эта земля наша,
отсюда и до реки.
Чудесно.
Начинай привыкать
прямо сейчас.
Цезарь вполне может
изгнать меня из города.
Это всего лишь за
спасение Пулиона?
Будем кормиться от земли,
как заправские крестьяне.
- Он не будет так жесток.
- Может быть еще и похуже.
- Например?
- Ничего.
Шучу.
Жалко, что нельзя
подложить одеяло.
Похоже, что нет.
Что ж, если еще когда-нибудь
придется пройти через это,
то я больше не стану
надевать лучшее платье.
Какие же неженки
эти городские девчонки.
Ладно тебе, вот же я легла
и ни слова не говорю.
Скорей бы покончить с этим, пока
я совсем не окочурюсь от холода.
И долго нам так?
Пока жрец не позвонит
в колокольчик.
Юнона, помоги.
- А хороша землица.
- Уж больно сырая.
Черная, жирная
и глины совсем немного.
На такой земле вырастет
все, что хочешь.
А где мы построим дом?
Вон на тех холмах. И от реки,
и от леса недалеко,
господствующая высотка
надо всей долиной.
Это на тот случай,
если галлы нападут?
Бывает всякое.
Не увлекайся. Ты же должен
только притворяться.
Я притворяюсь.
Ага, как же.
Иди к папочке.
Сучка.
Ну, и как все прошло?
Кларисса, погоди, вот сама
увидишь. Просто замечательно.
Уверена, там очень славно.
Что-то случилось?
- Ни за что не догадаешься.
- Да уж куда нам.
- Пулион удрал из больницы.
- Что?
Возчики подобрали его
у Аппиевой дороги, полумертвого.
- Он попросил, чтобы его
сюда принесли. - Сюда?
Он там.
Все боги подземного мира!
Ему нельзя было подниматься,
тем более садиться на лошадь.
Теперь все его раны раскрылись,
как кровавые цветы.
- Бедный дурень.
- Я дал ему отвар белены,
чтобы заглушить боль
и обездвижить его на время.
Если он все-таки
выкарабкается,
то следует соблюдать
полный покой
в течение хотя бы
десяти дней и ночей.
Как только он оклемается,
пошлю его в деревню.
Больше он ни во что
не вляпается.
Как в прежние времена.
Пулион.
Пулион?
Люций Ворен, господин.
Ну за каким лешим
ты сюда поперся?
- А где я?
- В Риме, у меня дома.
Тебе же нужно было быть
в больнице. В Авернуме.
А ты бы тут развлекался
в одиночку? Зачем меня связали?
Развлекался? В одиночку?
Мы же теперь знамениты?
Мы герои?
Песенки, представления,
картинки на стенах, ага?
Дурацкая ерунда всякая.
И что с того?
Ну ты и тугодум, а?
Женщины.
Женщины.
Ни к кому их так не тянет,
как только ко знаменитостям.
Слушай, тебе повезло,
что ты еще дышишь.
Даже если и
выживешь сейчас,
то Цезарь скорей всего
снова бросит тебя на арену,
да и меня с тобой вместе.
И ты думаешь,
что так и будет?
Он нас с тобой
снова пошлет туда?
Узнаю завтра.
Приказано явиться.
"Женщины", говоришь.
Пусти к тебе
сейчас женщину,
ты расползёшься,
как старый мешок.
Точно как в старые времена.
Ну и хорошо.
Теперь твой папа всё реже
вот так смеётся.
Ирина,
я рад видеть тебя.
Все правильно.
Что, не можешь?
Тоже хорошо.
Ирина!
- Что ты тут делаешь?
- Ничего. Ничего.
Не ври. Что у тебя в руке?
Да мы просто говорили.
- Говорили?
- Болтали.
Вот дура!
А если б ты его убила?
Что тогда?
Все бы сразу
на тебя подумали.
Вот так здорово! Отпущенница
убила своего прежнего хозяина!
И куда бы ты
тогда девалась?
- Что бы ты делала?
- Я виноват перед ней.
Иди спать.
И больше не будем об этом.
Она красивая.
Доброй ночи, Пулион.
Да хранит тебя Юнона.
Не бойся.
Нельзя, чтобы Цезарь ждал.
Ирина, когда закончишь с этим,
проверь повязки Пулиона
и перевяжи его заново,
если нужно.
Я?
Ты.
И покорми его овсянкой.
Спасибо тебе.
В этот день,
в февральские календы
диктатор, любимый наш отец
Гай Юлий Цезарь повелел,
чтобы сто новых сенаторов
вошли в состав
сената республики.
На третий день
перед февральскими нонами
в честь новых сенаторов
будет устроено
публичное угощение.
Рабы и вольноотпущенники
не допускаются.
Любое повторение
недавних беспорядков
будет сурово подавлено.
Реку я отведу сюда,
видишь,
нужно прокопать канал
на Ватиканские холмы.
Превосходно.
Ты повернешь реку.
Превосходно и полезно,
я уверен в этом.
Конечно. Так мы
покончим с наводнениями,
и до Марсова поля
будет легче добираться.
А на осушенной земле
я построю
новые здания для
судебных разбирательств.
Также будет сооружен
храм Венеры
Детородительницы.
Еще один храм...
Великолепно.
А нельзя ли с тобой
перемолвиться словечком
об этом... расширении состава...
сената?
Разве что словечком.
Галлы и кельты, старичок.
Патлатые галлы и
размалеванные кельты.
Ты, верно, шутишь.
Он не шутит.
Галлы и кельты?
В сенате?
Представители племен,
которые издавна служат Риму,
- лучшие из их вождей.
- Я поражён.
Прекрасно.
Я рассчитывал именно
на такую реакцию.
А вот и прибыл
герой дня.
Что? Почему не вижу венка
из дубовых листьев?
Скажи мне, Ворен,
что с тобой делать?
Несмотря на мой прямой запрет,
ты осмелился вмешаться
в законную процедуру
казни преступника...
Акт величайшего неповиновения.
Смиренно признаю мою вину,
господин. Мне нет оправдания.
Ты поставил меня перед выбором.
По закону следовало бы тебя
сбросить с Тарпейской скалы.
Но народ, простодушный
по сути своей,
считает тебя и Пулиона
великими героями.
Если бы я наказал тебя,
это бы чрезвычайно
раздосадовало толпу.
Я не хочу гневать народ,
следовательно, не могу
я и наказывать тебя.
Но если я не могу тебя
покарать, я должен
наградить тебя, чтобы не
показаться смешным и слабым.
Слушай же, Цицерон.
Выражая волю народа,
я назначу Люция Ворена
римским сенатором.
Неплохо, а?
Теперь вы все потрясены.
Ворен, а ты будто
поражен взглядом Горгоны.
Простите, господин...
Я ошеломлен.
Что скажешь?
Сумеешь ли ты выступать в сенате
от имени своих сограждан?
Это было бы честью для меня, если
вы считаете меня достойным.
Кто же, если не ты.
Из тебя выйдет
отличный сенатор.
Как трогательно.
Держись поближе ко мне
первые несколько недель.
Присматривайся, учись.
Благодарю, господин.
Прости меня, но я должен,
в самом деле, как друг...
Я должен возразить!
Низкорожденный плебей
в сенате?
Это заходит слишком далеко!
Без обид, Ворен.
Мне бы не хотелось
сражаться на арене, Цицерон.
Приходится ублажать
народ на другой лад.
Да построй же еще один
храм! Убей кого-нибудь.
Народ радуется
буквально всему.
Но не это же!
Я желаю, чтобы сенат стал
собранием лучших людей Италии,
а не просто самых богатых
римских старцев.
Занятное желание.
Ты страшно озлобишь
многих людей
этими твоими галлами,
и кельтами,
и плебеями,
и всем прочим.
Придется удвоить
твою охрану.
Я ему это все время толкую.
Думаешь, он слушает?
Охрана защищает
меня от врагов.
Но кто защитит меня
от моих друзей?
Это же не про меня, а?
Клянусь, я не задумываю
против тебя ничего дурного.
Я знаю.
Не то, чтобы тебе
совесть не позволяла
- замышлять недоброе...
- Вот спасибо.
Но если бы ты хотел предать меня,
ты бы уже давно это сделал.
А ведь было столько
возможностей.
Значит, обойдемся без охраны.
Понадеемся на милость богов.
- Как это верно. Как благочестиво.
- Хватит ворчать,
как старая бабка.
Да кто посмеет
замахнуться на меня,
если все время рядом со мной
непобедимый Люций Ворен?
Ловко.
Мы столько лет вместе,
а ты все еще удивляешься,
что я способен сам завязать
себе ремешки на сандалиях.
Сладких снов,
мужичок.
Мама и я все думаем,
как бы подобрать тебе
хорошего мужа.
Не годится
дочери сенатора
жить непристроенной.
Торопиться некуда.
Не бойся, мы подыщем тебе
хорошего богатого старикашку,
и ты сможешь что ни день
обводить его вокруг пальца.
Такая красавица уж точно
своего не упустит.
Да говорю вам, ни к чему
мне богатый старикашка.
Как это ни к чему?
Ды ты подумай только
про все эти
наряды, и украшения, и рабов,
которые станут твоими.
Меня такие мелочи
не волнуют.
Мелочи?
Мне в твоем возрасте
приходилось глодать
кости с помойки.
Наряды и украшения -
это не мелочи.
Как иначе люди узнают,
что ты из богатого
и влиятельного рода,
и что тебя
есть кому любить и защищать,
холить и лелеять?
Но я хочу выйти замуж
только по любви.
Любовь просто так не возникает,
ее еще нужно заслужить.
Вот было бы странно, если бы
ты любила мужа с самого начала.
Это верно.
Нужно время.
Если ты будешь хорошей и добродетельной
женой, то любовь еще придет.
Вот у нас с твоей мамой
тоже ведь были свои трудности.
И посмотри на нас сейчас.
Теперь мы счастливы.
Ну, наверное.
Раз так...
Это будет добрый такой
пожилой богатей.
Я уж собирался будить тебя.
Что бы тебе ни снилось,
явно это был кошмар.
Еще один вещий сон.
Да ты скоро так
оракулом станешь.
Может послать
за отваром из ивы?
- Сон будет лучше. - Мне
снилось, будто я в деревне.
Ну не надо, я сотни
видел таких вещих снов.
Кровавые дожди,
черных собак,
паромщиков в балахонах...
Сотни и сотни.
И вот он я, все еще
живой и невредимый.
Но я раньше никогда
такого не видела.
Ну, и что теперь?
Бросить Рим и
забиться куда-нибудь
только потому, что тебе
привиделись кошмары?
А почему бы и нет?
Я серьезно.
Как тебе еще
не надоела эта возня?
Надоела.
Я страшно устал.
Но еще столько
всего не сделано.
Боюсь, что несделанного
гораздо больше.
И так всегда - впереди
все больше и больше.
И когда это кончится?
Когда кончится?
Хороший вопрос.
Задам его Поске.
Спи, родная.
Пращуры рода Юниев,
мы просим вашего
благословения
для этого человека
одной с вами крови.
Да будет рука его тверда.
Да будет глаз его зорок.
Да преисполнится его сердце
священным гневом.
Молодец, парень.
Привет.
Привет.
Эй, красотка,
можно задать вопрос?
Угадай, кто я.
Спасибо большое.
Мне приятна
твоя помощь.
Но я дальше
и сам справлюсь.
Постой.
Слушай, а где все?
Я почти уверен, что вон тот
торговал рыбой на форуме.
По меньшей мере
он - римлянин.
Добрый римский рыботорговец -
настоящий патриций
по сравнению с этими
белгами и кельтами,
которые называют
себя "вождями".
Смотри, а вон у того
серьги в ушах.
Рад видеть тебя.
Похоже, что это конец?
Вторжение галлов.
Ну, не унывай так. Они
скоро отправятся восвояси
в свои жалкие
хижины в горах.
Цезарь будет призывать их,
только когда появится нужда
в их поддержке для
очередного беззакония.
Говорят, что тот рыжий, который
следует тенью за Цезарем,
и есть знаменитый
Люций Ворен.
- Это так. - Какая трогательная
привязанность, не так ли?
Словно отец и сын.
Цезарь, видимо, и хочет
произвести такое впечатление.
Он ни на миг не отпускает
от себя этого бедолагу.
Солдат-головорез стал
римским сенатором!
Да не кипятись
ты так, Каска.
Смиренные подданные
царя Цезаря
должны учиться
терпимости, нет?
Пойду-ка я домой
и напьюсь до бесчувствия.
Всем доброго дня.
Старый дурень.
Он знает, я уверен, что он знает.
Ты видел, как он взглянул на нас?
Спокойней, Кимбер. Если бы он
только знал, мы бы уже были мертвы.
Он играет в неведение. Ждет,
когда мы сами себя выдадим.
- Вот именно.
- Да мы и вовсе ему не страшны!
Он считает, что мы трусы.
Так или иначе, нам нужно
поскорее начинать.
Сегодня он ввел в сенат
галлов, кельтов и плебеев.
Завтра придут белги
или вольноотпущенники,
и он не успокоится, пока
не превратит сенат
в подобие борделя!
Нас, добрых патрициев, заглушат
голоса чужеземной дряни.
Нас унизят
и лишат всякой власти.
Нужно начинать
действовать.
А как же свирепый
Люций Ворен?
- Люций Ворен - шлюхин сын.
- Похоже, ты с ним близко знаком?
Я знаю его.
Я его знаю.
Кто такой Люций Ворен?
Ну, вспомни, матушка,
это тот солдат,
который выскочил на арену,
чтобы спасти товарища.
Что-то мне это имя
напоминает.
Цезарь, заигрывая с народом,
сделал его сенатором.
И, когда Цезарь в сенате,
этот верный пес ни на шаг
не отходит от хозяина.
Пес верный и опасный.
Значит, так...
Если мы хотим покончить
с Цезарем в самом сенате,
то нужно при этом разобраться
и с Люцием Вореном.
Ну и его убейте.
Что в нем такого?
Он очень популярен.
- И что? Я убью его.
- Крайне важно, чтобы
народ принял
нашу сторону.
Нельзя убивать
всеобщего любимца.
Это только повредит
нашему делу.
Умрет только тиран.
Так заколем Цезаря во сне.
- Они же не спят вдвоем
с тем солдатом? - Квинт!
А мысль очень неплохая.
Можно было бы
подкупить кого-нибудь
из прислуги.
Подкупить повара.
Подкупить отведывателя блюд.
Отравим его.
Господа, это не какое-то
мелкое сведение счетов!
Мы обсуждаем
высоконравственное деяние,
и совершить его мы должны
как можно более достойно.
При свете дня.
Под сводами сената.
Собственноручно.
Я сам его убью.
Ты прав, конечно.
Извини.
Это все очень
красиво и замечательно,
но как?
Как?
Что ты?
Ты все не спишь?
Я прямо слышу,
как ты мучаешься.
Мне кажется, что все
слишком быстро изменяется.
Будто бы...
Я...
Я иногда просто боюсь.
- Его зовут Люций Ворен?
- Кого?
Солдата, которого
Цезарь сделал сенатором.
Так его зовут?
Люций Ворен.
Ну и что?
Я раньше слышала о нем.
"Дорогая моя подруга,
мне жаль, что так давно я не видела
ни тебя и никого из твоих домашних.
Две наши семьи имеют
так много общего,
что не гоже им
чуждаться друг друга.
Будет ли тебе удобно
навестить меня завтра?
С искренней
привязанностью, Сервилия."
Вот странно.
Неужели?
С чего это вдруг?
Она же меня ненавидит.
И я тебя ненавижу.
Это дружбе не помеха.
Что у нее на уме?
Ничего, что бы делало
тебе честь.
- И что ты?
- Конечно, я пойду.
- Разумно ли это?
- Скорей всего, нет.
Но ее ярость
забавляет меня.
Ты пойдешь со мной.
- Зачем? - Как зачем?
Ты будешь меня охранять.
Кто ее знает, что она задумала,
эта свихнувшаяся старая черепаха?
Пожалуйста,
не говори так о ней.
Так она и есть старая
свихнувшаяся черепаха.
Я-то думала, что ты уже оправилась
от этих своих смешных переживаний.
Ну да. Стараюсь,
по крайней мере.
Тебя все еще тянет к ней.
- Хотя ничего худого в этом нет.
- Да не тянет меня к ней,
просто жалко ее. И себя,
какой я была тогда.
И тебя.
Меня?
Глупая ты гусыня.
- Почему ты так оделся?
- Собираюсь за город...
На денек,
просто проветриться,
размяться.
Хочу наведаться в
святилище Богини полей,
помолиться, чтобы она простила
меня за все дурное, что совершил.
Думаешь, это поможет?
Насчет прощения?
Кто их знает,
этих богов?
Пойдем вместе,
если хочешь.
На сегодня объявлено
заседание сената.
Запрещаются сборища в
непосредственной к нему
близости. Запрещены азартные
игры и проституция.
Да благословят все боги
нашего божественного отца
Гая Юлия Цезаря.
- Добрый день, сенатор.
- Добрый день.
Господин, господин,
уделите минутку внимания!
Вот мое прошение!
Цезарь! Цезарь!
Цезарь!
Дорогая моя Атия,
как я рада тебя видеть.
Просто
замечательно.
И Октавиан!
Ты практически
уже взрослый!
Мне нравится
так думать.
А как красив.
Пойдемте, пойдемте же.
Чудесно.
Ты поменяла
обстановку?
Три-четыре!
Три-четыре!
Три-четыре!
Три-четыре!
Сенатор Ворен,
я насчет твоего
внука Люция.
...Юния Сервилия,
и все это чистая правда.
Ты жив!
Что это за ребенок?
Где Ворен?
Только что был с нами.
Ничего.
Марк Антоний, можно
тебя на пару слов?
Ты, верно, хотела бы узнать,
зачем я пригласила тебя сегодня.
Я немного удивлена.
Понимаешь, мне было очень важно,
чтобы именно я первая
сообщила тебе
о том, что случилось.
Почему?
И что же случилось?
- Требоний.
- Великий Цезарь.
Я знаю, Барка, я знаю.
Я не забыл.
Будет ли мне дозволено,
великий Цезарь, повторно
просить вас о снисхождении
к моему изгнанному брату?
Я еще не решил насчет него.
Убери руку.
Чего вы ждете?
Давайте! Давайте!
- Давайте.
- Давайте!
- Погоди-ка!
- Руки!
Ну же.
Прекрати!
Что с тобой?
- Где он?
- Кто?
Твой сын!
Скажи мне, что это неправда.
Скажи мне!
Скажи!
Скажи!
Скажи!
Скажи мне.
Я думала, что ты погиб.
Люций.
Люций.
Люций,
мальчик ни при чем.
Да будет так
с тиранами вовеки.
Нет!
Итак, с тираном
покончено,
республика восстановлена,
и ты совсем одна.
Не угодно ли
воды с медом?
Нет, благодарю.
Пожалуйста, не бойся.
Я не причиню тебе вреда.
Не сразу.
Вред?
С чего бы тебе захотелось
вредить нам?
Мы же всегда
были очень дружны.
- Политика - для мужчин, я всегда...
- Не сразу.
Я заставлю тебя долго страдать.
Долго и мучительно,
так же, как ты
заставляла страдать меня.
Сначала я хочу увидеть,
как ты спасаешься бегством.
Бросаешь все, лишь бы
спасти свою шкуру.
Забиваешься в какую-нибудь
крысиную норку
в Греции или Иллирии,
куда уж ты сама придумаешь.
Но я отыщу тебя и там.
Спасибо за приглашение.

 

 

////////////////////////////