Августовская рапсодия (1991 год). Цитаты и фразы из фильма
«Августовская рапсодия» (яп. 八月の狂詩曲, Хатигацу но кёсикёку) —
кинофильм, одна из последних и наиболее значительных работ Акиры
Куросавы. Фильм посвящён теме памяти об атомной бомбардировке Нагасаки и
тому, как для современного человека, не затронутого трагедией лично,
вообще возможно аутентично выстраивать своё отношение к этому событию и
говорить о нём, в том числе через разницу между поколениями и нациями.
Все фразы и цитаты
Фильм Акиры Куросавы
АВГУСТОВСКАЯ РАПСОДИЯ
Исполнительный продюсер
Тору Окуяма
Продюсер
Хисао Куросава
По роману Киёко Мураты
Помощник режиссёра
Исиро Хонда
Помощники продюсера:
Микэ Иноуэ, Сэикити Иидзуми
Операторы:
Такао Саито, Масахару Уэда
Композитор Синитиро Икэбэ
В фильме также использованы
мелодии Шуберта и Вивальди
В ролях:
Сатико Мурасэ — Канэ
Хидэтака Ёсиока, Томоко Отакара,
Миэко Судзуки, Мицунори Исаки
Хисаси Игава, Тосиэ Нэгиси,
Тёитиро Каварасаки, Наруми Каясима
а также Ричард Гир
Автор сценария и режиссёр
Акира Куросава
Странное было лето.
Во время каникул один необычный
случай следовал за другим.
Мальчик розу увидал...
Да брось ты этот орган!
Вконец доломаешь его своей настройкой!
Я его починю. Точно починю!
В колледж я поступил.
Теперь точно
больше никаких экзаменов.
Я решил...
больше не браться
за учебники этим летом.
И у меня будет уйма времени,
и я точно починю этот старый орган.
У нашего Татэо что ни слово —
«точно» да «точно». Три раза подряд!
Пришло письмо с Гавайев.
Фотографии!
Я прочитаю.
Спешу рассказать,
что семья сына Судзудзиро...
встретила нас в аэропорту Гонолулу.
На папе леи*!
[* Гавайская цветочная гирлянда,
надеваемая на шею.]
Мы знали, что покойная жена Судзудзиро
была американкой,
и всё же нас поразило то,
что все члены семьи —
типичные американцы.
Потрясно!
Это же лимузин, «кадиллак»!
Вот его сын Кларк с женой Натали.
И их дети, Майкл и Эмили.
Майклу и Эмили
примерно столько же, сколько нам.
А Эмили какая хорошенькая!
— Татэо, ты в неё уже втюрился?
— Дурочка!
Но все они говорят на ломаном
японском, и это нас успокоило.
Представляю, каково им было!
Папа не силён в английском.
3а 20 минут...
мы доехали до дома Судзудзиро...
и сразу пошли к нему.
Он болеет и не встаёт с постели.
Бабушка, это твой старший брат?
Он выглядел лучше, чем мы ожидали.
Он был так рад,
что крепко пожал нам руки...
и никак не хотел нас отпускать.
Но его очень расстроило то,
что бабушка не приехала.
Он всё время спрашивал нас,
что там с ней,
а мы не знали, что ему ответить.
Когда бабушка отказалась ехать...
и мы решили посетить
его от её имени,
мы, наверное, сделали что-то не то.
Конечно, мы её близкие родственники,
но для Судзудзиро мы всё-таки
посторонние люди.
Он хотел видеть именно свою
последнюю сестру, оставшуюся в живых,
бабушку.
И нам её не заменить.
Судзудзиро, полежав
с закрытыми глазами,
приоткрыл их и сказал,
что бабушке всё-таки
стоит к нему приехать...
вместе с внуками на летних каникулах.
Он сказал: «Так будет лучше всего».
Хорошо придумано, советую вам
так и поступить.
— Поехать...
— ...на Гавайи.
Мне тоже кажется,
что это неплохая идея.
Бабушка, пожалуйста,
подумай ещё раз.
Добраться до Гавайев не тяжелее,
чем съездить из Нагасаки в Токио.
Правильно!
Присоединяюсь к его просьбе:
пожалуйста, приезжай на Гавайи
вместе с внуками,
повидайся с Судзудзиро.
С наилучшими пожеланиями
Тадао
Бабушка, это замечательная идея!
Соглашайся обязательно!
— Мы поедем на Гавайи!
— Вот здорово!
— Вот это будут каникулы!
— Бабушка, поедем! Поедем, пожалуйста!
Подождите! Тут ещё моя мама написала...
Дорогая бабушка, Судзудзиро
предложил нам поселиться у него,
мол, зачем нам какие-то отели.
Мы решили воспользоваться
его гостеприимством.
У него огромный особняк.
Мы здесь абсолютно
ничего не делаем.
Сад очень красив, а окна с видом
на океан — лучшего и не пожелаешь.
Бабушка, приезжай, пожалуйста!
Ёсиэ
Смотрите! Вот это домище!
Выглядит как целый отель!
Ещё одно письмо!
От Кларка, сына Судзудзиро.
Написано катаканой*.
[* Одна из слоговых азбук,
использующихся в японском языке.]
Только поглядите!
Дорогая тётушка!
Я — сын...
Вашего старшего брата...
Судзудзиро Харуно.
После того, как мой отец...
приехал из Японии...
на Гавайи в 1920 году,
он всю жизнь занимался ананасами...
и стал настоящим американцем.
Он скоро умрёт,
оставив мне своё огромное хозяйство.
Я постоянно слышу от него, что перед
смертью он очень хочет увидеться с Вами,
своей младшей сестрой.
Пожалуйста, приезжайте
и повидайтесь с моим отцом.
Искренне Ваш
Кларк
Так трогательно!..
Очень.
Ну правда же, бабушка,
поедем на Гавайи!
Ты слышала, как тебе пишут? С твоей
стороны будет невежливо не поехать.
Но это всё так странно...
Может быть, здесь какая-то ошибка.
Да брось ты! Вот если бы
ты, бабушка, была миллионершей,
какой-нибудь мошенник мог бы
выдать себя за твоего брата.
Но ведь нет дураков,
чтобы втираться в родство
с нашей неимущей бабулей!
Первым делом надо учесть,
что они богаты!
«Судзудзиро Харуно».
Конечно, моя
девичья фамилия — Харуно,
но я не могу припомнить
никакого Судзудзиро!
Я ведь родилась в бедной семье,
которой лишь на детей и везло.
У меня было больше
десятка братьев и сестёр.
Больше десятка?!
Кстати, этот Судзудзиро
ведь американец, да?
— Как же он может быть моим братом?
— Об этом написано в письме.
Он эмигрировал на Гавайи
и принял американское гражданство.
Но в Америке или где —
бабушкин брат он и есть
бабушкин брат.
Этот Судзудзиро твой брат,
без вариантов!
Конечно! Иначе зачем
бы он тебя так разыскивал?
Я понимаю,
к чему вы клоните, но...
Пора поесть фасоли!
Упрямство во всём!
«Кому он тут нужен?»
Телевизора так и не завела.
А сколько я упрашивала её
купить этот холодильник...
До сих пор не соглашается
на стиральную машину.
Говорит: «Всё можно перестирать
и без этой штуковины».
Летний зонтик, лысая башка!
Вкусно, очень вкусно!
Когда вы едите вместе со мной,
еда становится вдвое вкуснее.
Бабуль...
Давай с завтрашнего дня
готовить будет моя сестра.
Я уверен, так будет лучше для всех.
И тебе, бабушка, проще.
Обо мне не беспокойся.
Если говорить прямо,
твоя стряпня
приводит нас в отчаяние.
Другими словами, нам нравится
совсем не такое.
В общем, твоя еда жуткая гадость.
Извини, бабуль,
но эта тыква с фасолью
и тыква с курицей...
так переварены в соусе,
что одно не отличишь от другого.
— Оно всё такое чёрное, размокшее, пересоленное...
— Татэо!
Я думаю, бабушка готовит так плохо,
потому что у неё вставные челюсти.
Главное, чтобы получалось мягко,
а остальное неважно.
— Но наши-то зубы настоящие!
— Синдзиро!
Молодчина, Синдзиро!
Классно сказал.
Правда-правда.
С завтрашнего дня благодаря тебе
еда будет даваться мне легче.
У вас что, только пожрать на уме?
Нет, так легко вы не отделаетесь.
Завтра нам ехать в Нагасаки за продуктами.
— Синдзиро, тебя тоже касается.
— А я останусь здесь.
У меня есть план, как убедить
бабушку повезти нас всех на Гавайи!
Вот! Это у нас будет
главная цель летних каникул!
Все на Гавайи! Точно!
Добьёмся своего!
Так судьба стучится в дверь!
[Начало Пятой симфонии Бетховена.]
Под этим красивым городом Нагасаки...
лежит другой Нагасаки,
уничтоженный ядерной бомбой.
Дедушка погиб, когда сбросили ту бомбу?
— Да.
— А как же спаслась бабушка?
Она была дома, по ту сторону горы,
в 10 километрах от эпицентра.
Но она говорила мне, что её волосы
стали такими именно из-за бомбы.
Она ведь в тот же день
поехала в Нагасаки, искать дедушку.
Школа, в которой он работал учителем,
была рядом с эпицентром.
И она его нашла?
Школа сгорела до основания,
всюду лежали обугленные трупы...
Опознать дедушку было невозможно.
Хотите, съездим посмотрим ту школу?
Знаете, бабушка тоже
здесь преподавала.
Она уволилась, когда вышла замуж.
Она, конечно, была счастлива?
Не знаю.
Когда умер дедушка,
папа был ещё совсем маленьким,
а бабушка была беременна
мамой Минако.
И остаться совсем одной...
Наверняка бабушке было очень тяжело.
Дедушку...
так и не нашли,
но я думаю,
что он здесь.
В тот день мы долго
гуляли по Нагасаки,
стремясь узнать как можно больше
о давней трагедии.
А эта церковь уцелела,
несмотря на бомбу?
Нет, её восстановили.
Но кое-что оставили таким,
каким оно стало после взрыва.
Ангелы как будто плачут.
Атомная бомба разорвалась
прямо над этим местом.
Португалия...
Это монументы,
присланные разными странами.
Чехословакия...
Италия...
Польша...
Болгария...
СССР...
Китай...
Бразилия...
Куба...
Голландия...
Не вижу американского.
Что тебя удивляет?
Это Америка сбросила бомбу.
«Мне так хотелось пить!»
«Дайте воды...»
Они все умирали с этими словами.
Но сегодня для большинства людей...
атомная бомба — как предание
из далёкого прошлого.
Время идёт,
и люди забывают
даже такие...
страшные события.
Разве можно так это оставить?
Мне так жаль бабушку и дедушку.
Западное мороженое*. Хотите?
[* Традиционное японское мороженое —
колотый лёд с добавками.]
Бабушка!
Бабушка!
Вы так поздно...
Где вы были?
Но ничего, всё хорошо, всё хорошо.
Что-то случилось?
Надеюсь, бабушка не сочтёт
эту еду слишком острой.
Приятного аппетита!
Мне так неудобно. Бабушка сложила руки
в знак почтения к моей стряпне.
— Ну так ведь правда было вкусно!
— Ещё как!
Теперь мы все на тебя рассчитываем.
Посмотрите!
Что это?
Чтобы подтолкнуть бабушку к поездке
на Гавайи, сегодня я завёл речь о Судзудзиро.
И она взялась вспоминать
имена всех своих братьев.
Тэцутаро.
Додзабуро.
Дзюсиро.
Сёгоро.
Кугиноскэ.
Натакити.
Кувата.
Судзукити.
Набэ.
Канэ, Кёко.
Во всех именах есть китайский
иероглиф, обозначающий металл.
Похоже, наш прадедушка,
бабушкин отец, был с причудами.
Канэ.
Это сама бабушка, да?
— Их одиннадцать!
— Одиннадцать?
Она говорит, что было ещё двое или
трое, но не может их вспомнить.
Один из тех, кого она забыла,
и есть Судзудзиро?
Вот здесь Тэцутаро,
а потом Додзабуро.
Думаю, что Судзудзиро
должен быть между ними.
Я даже более чем уверен.
«Судзу» — тут тоже есть металл.
Даже если бабушка сумеет его вспомнить,
она не поедет на Гавайи. Я уверен.
Да почему?
Она не любит Америку,
и ничего удивительного,
раз дедушка погиб от атомной бомбы.
А ведь он прав.
Ни мы, ни наши родители не знали войны.
А уж атомная бомба...
Все мы, конечно, о ней слышали.
Но для нас это всего лишь страшная сказка.
Мы никогда не сможем понять,
что почувствовали люди,
когда атомная бомба
разорвалась над их головами.
Например, моя мама.
Как узнала о богатом родственнике
на Гавайях, так пришла в восторг.
Это мерзко, ведь правда?
И мой отец туда же.
Даже не побыл с бабушкой.
Сразу помчался на эти Гавайи.
Сестра!
Вот, полакомьтесь.
Мне очень приятно,
что вы так за меня переживаете.
И я очень вам благодарна.
Но знаете, вот уже много лет
как я перестала злиться на Америку.
Со времени смерти дедушки
прошло почти полвека.
Сейчас я не могу сказать,
что люблю...
или не люблю Америку.
Всё это было из-за войны.
Война виновата.
Во время войны погибло
много японцев...
и не меньше американцев.
И вот что,
я не думаю, что из-за этого
Судзудзиро, или как его там,
вы можете плохо
говорить о родителях.
Это я вроде как заставила
их лететь на Гавайи...
ради удовольствия ни с кем вас
не делить, пока они в отъезде.
Я бы хотела, чтобы вы провели здесь
все летние каникулы.
Этот богатый человек на Гавайях
ничего для меня не значит.
Я только благодарна ему за удовольствие...
пожить вот так вместе с вами.
Да кушайте же!
Бабушкин арбуз очень вкусный.
Спасибо!
Дедушка часто на нём играл.
Я знаю, что старею,
и этот орган стареет вместе со мной.
Я его точно починю.
Ты опять сказал «точно»!
Их было так много...
И все они умерли.
Все — от бомбардировки?
Нет, кто-то умер тогда,
но некоторые умерли ещё в детстве,
а некоторые — в дальних краях.
Вот этот, Натакити,
был, помнится, моим седьмым
или восьмым братом.
Он уехал из дома и устроился
подмастерьем к сапожнику в Нагасаки.
Но через 5 лет обучения,
как раз когда он мог уже
открыть свой магазин,
он дал маху.
Что он сделал?
Этот мой старший братец Натакити...
сбежал с женой своего мастера.
Ты почему не в постели?
Я не хочу спать.
А что было с Натакити дальше?
Наш отец рассвирепел...
и запретил ему переступать порог
родного дома.
И Натакити пришлось
построить хибарку...
высоко в здешних горах...
и влачить там жалкое существование,
продавая свою обувь за гроши.
Они жили в том месте,
где два обугленных кедра,
поражённых молнией,
стояли у тропинки,
по которой они когда-то сбежали.
А почему они поселились именно там?
Когда они убегали,
женщина, державшаяся
за руку Натакити,
увидела те деревья...
и сказала, что эти два кедра похожи...
на влюблённых,
совершивших двойное самоубийство.
Вот они и построили
свою хибарку рядом.
— Странная история.
— В ней есть что-то зловещее.
Пойду спать.
И я.
Я так сегодня вымоталась.
Спокойной ночи.
— Давай завтра сходим посмотрим на них.
— Куда? На что?
На те два дерева-самоубийцы,
сожжённые молнией!
Ты что! Это же было так давно...
Их там уже не осталось.
Я их не вижу. Но бабушка
сказала, что они всё ещё здесь.
Горелые деревья сохраняются навечно,
потому что не гниют.
Вон они! Те самые! Идём посмотрим.
Может, посмотрим отсюда,
и хватит?
Не знаю почему,
но мне немного страшно.
«Два кедра похожи на влюблённых,
совершивших двойное самоубийство».
«Мы беглые влюблённые».
«Не поселиться ли нам возле них?»
Ты что делаешь?
Прости! Я что-то увлёкся.
Дурак! Я пошла!
Подожди! Эй, подожди!
Что случилось?
Что-то странное. К бабушке
пришла какая-то старушка.
Ну и что? Что тут не так?
Да понимаешь, они просто сидят друг
против друга и смотрят одна на другую. Вот.
Ни слова не сказали за всё время!
Уже целый час так.
Бабушка, посмотри, можно ли
это письмо посылать на Гавайи.
Всем привет. Бабушка склоняется к тому,
чтобы поехать на Гавайи.
Так будет дипломатично.
Надо считаться с их чувствами.
Но сначала она хочет удостовериться
в том, что Судзудзиро — её брат.
Даже по фотографии, которую вы
прислали, она не может его вспомнить.
Возможно, дело в возрасте
или в его болезни.
Если у вас есть снимок
Судзудзиро в молодости,
пожалуйста, пришлите его
как можно скорее.
И пусть Судзудзиро попробует вспомнить
имена своих братьев.
Если среди них окажутся
Тэцутаро, Додзабуро и Дзюсиро,
это совпадёт с бабушкиными
воспоминаниями...
и докажет, что Судзудзиро вправду
её старший брат.
Пишу наскоро. С уважением...
Отлично придумано.
Татэо, ты даёшь!
Как, нормальное письмо?
— Спасибо вам всем за такие хлопоты.
— Тогда я завтра же его отошлю.
Но письмо может разминуться с папой.
У него есть работа,
и ему пора бы возвращаться.
Не, он не приедет.
Пусть увольняют,
у него теперь есть ананасы.
Бабушка, эта женщина, которая была
у тебя сегодня, — зачем она приходила?
Поговорить со мной.
Да вы же ни слова не сказали.
Вы обе просто сидели
и ничего не говорили.
А потом она поклонилась тебе
и ушла без единого звука.
Иногда для понимания
не нужно слов.
Её муж тоже погиб...
в Нагасаки, как ваш дедушка.
Поэтому она иногда приходит сюда.
Посидит молча
и так же молча уходит.
Бывает, люди разговаривают,
а сами при этом молчат.
Вот этот, Судзукити,
самый младший мой брат,
был слегка не в себе.
Когда у него после бомбардировки
выпали волосы,
он заперся у себя в комнате
и перестал показываться на людях.
Но в летнюю жару...
он не выдерживал взаперти.
Когда вставала луна, он
крадучись выбирался из дома...
и уходил далеко в горы, поплавать
возле водопада. Вот так вот.
Кстати, очень красивый водопад.
Надо вам сходить туда как-нибудь.
А чем он занимался у себя в комнате?
— Он всё время рисовал картинки.
— Какие картинки?
Почему-то он постоянно рисовал глаза.
— Глаза?
— Глаза, вот такие.
Пока не кончалась бумага,
он просто без отдыха рисовал глаза.
Жуткий тип!
Наверное, эти глаза
не давали ему покоя.
Он боялся, что кто-нибудь
увидит его без волос,
и ему казалось, что людские глаза
преследуют его повсюду.
Наверное, вот такие.
Смотри: похоже?
Да-да, точно!
Именно такие были рисунки.
Вообще-то...
ты очень похож на нашего Судзукити.
Как две капли воды.
Молодец бабушка!
— Давайте сегодня спать с открытой дверью.
— Почему?
Мне почему-то страшно.
Как только я закрываю глаза,
эти нарисованные глаза следят за мной.
Хватит тебе! А то мне тоже
кошмар приснится!
Трусишка!
Так что, нам бабушка правду рассказывала?
Как-то не верится,
что этот прибабахнутый Судзукити...
ходил сюда плавать по ночам.
На то он и прибабахнутый.
Тут ведь страшно холодно?
Бабушка говорит, что здесь
живёт водяной, каппа.
Перестань! Не надо опять о таком.
Давайте перекусим.
Кстати, если попадёшь на Гавайи,
что будешь там делать?
Для начала слопаю ананас!
Небогатое у тебя воображение.
Хотя что тут странного, если в тебе
заново воплотился Судзукити.
Ты его двойник, в том числе
по прибабахнутости.
Синдзиро,
он же пошутил.
А ты, Татэо, чем займёшься?
А я знаю. Он будет ухаживать
за дочкой Кларка.
Сделаешь ей предложение?
Дурочка ты!
Эмили нам родня.
Она в кровном родстве с бабушкой.
На ней нельзя жениться.
Вы что, ничего такого не знаете?
По законам Менделя
при близкородственном браке...
вероятность рецессивной мутации
у потомков очень велика.
Это азы евгеники.
Глаза змеи! Это их рисовал Судзукити!
Видели?
Они и есть!
И бабушка там.
Что они делают?
Читают сутры.
Иногда бабушки собираются вместе...
и читают заупокойные молитвы.
Вот поэтому дома и нет
жертвенника.
Уже август.
Скоро годовщина бомбардировки.
9 августа.
День смерти дедушки.
У других тоже выпали волосы,
как и у бабушки.
В здешних местах много таких.
Судзукити был из их числа.
А ведь бомба упала далеко отсюда.
Глаза змеи?
Глаза на рисунках Судзукити...
вовсе не змеиные.
Это глаза вспышки.
Вспышки от взрыва.
Где-то вот здесь.
В тот день,
когда завыла сирена
воздушной тревоги,
мы с Судзукити вот с этого
самого места...
смотрели на гору,
заслоняющую Нагасаки.
Как вдруг небо раскололось пополам
и ослепило нас взглядом.
Огромный глаз...
выглянул из трещины.
Огромный глаз...
свирепо уставился на нас с братом.
Мы так и смотрели на небо,
словно окаменев.
Что-то страшно загромыхало,
земля заходила ходуном.
Судзукити был вне себя от ужаса.
Он застыл...
и всё глядел и глядел...
в эти громадные глаза на небе.
С тех пор глаз так и преследовал его.
Он уже не видел ничего другого.
И всё рисовал свои картинки.
Мне тоже никак не забыть тот глаз.
Никакие глаза больше не испугают
меня так, как он.
Луна тоже ярко сияет,
но в ней нет ничего страшного.
Лунный свет приятен.
Однажды в такую же лунную ночь...
случилось необычное...
Нет!
Не рассказывай нам больше
страшных историй!
Я никогда...
вам их и не рассказывала.
С кухни
я вдруг услышала голосок:
«Эй, эй!»
Поглядела...
и увидела...
странного мальчика,
просунувшего голову в окно.
Он сказал:
«Ваш Судзукити...»
Опять Судзукити?
«Ваш Судзукити чуть не утонул в озере».
«Я его вытащил...»
«...и принёс сюда».
«Он лежит на траве рядом с домом».
Именно так тот мальчик и сказал.
Такой тощий — кожа да кости,
и будьте уверены,
сам насквозь мокрый,
даже с волос ещё стекала вода.
Я в ужасе выбежала во двор.
И увидела...
Судзукити. Он там лежал,
словно оглушённый.
А что было дальше с тем
тощим мальчишкой?
Когда я оглянулась,
он исчез.
Не понимаю: как худенький мальчишка
смог дотащить Судзукити до дома?
Это же был каппа.
Каппа?
Папа потом обсуждал это
с другими деревенскими,
и все сошлись на том,
что этот мальчишка был каппой.
Тощие ручки и ножки вроде огурцов,
зелёное как лист лицо...
Только каппа, больше некому.
Бабушка хорошо умеет рассказывать
всякие небылицы.
Мы сами виноваты, раз слушаем.
Какие небылицы? Это старческое слабоумие.
Возраст уже такой.
Что такое?
Там в окне был каппа!
Прекрати молоть ерунду!
Синдзиро! Ах ты...
Ну подожди!..
Господин Судзудзиро
подтвердил имена братьев.
Пожалуйста, решайтесь.
Тадао
Ну что, бабушка?
Я поеду.
Но скоро годовщина смерти дедушки.
Я поеду после поминальной службы.
Ну, как вы тут?
Бабушка согласилась ехать?
Да. А вы не получили
телеграмму с подтверждением?
Нет, боюсь, мы были уже в пути,
когда вы её посылали.
Наверное, нам и незачем было
так срываться сюда.
Я-то думал, невозможно, чтобы дети —
и уломали бабушку.
Бабушка сказала, что поедет сразу
после поминальной службы.
Вы так и написали в телеграмме?
Да, он так и написал.
9 августа — день, когда
дедушка погиб при бомбардировке.
И бабушка поедет после того,
как посетит службу.
Это непродуманно.
Будет очень неудобно,
если Кларк прочитает эту телеграмму.
Почему ты так считаешь?
Как почему?
Потому что он американец.
И когда он узнает, что дедушка
погиб от атомной бомбы,
ему будет ещё как неудобно.
Сложная ситуация.
Папа, ты хочешь сказать,
что вы съездили туда...
и так и не рассказали Судзудзиро,
Кларку и той семье про дедушку?
Конечно, нет. Есть вещи,
о которых не обязательно упоминать.
Это папа!
Папа и мама!
Спасибо...
за все ваши хлопоты.
Вы тоже немалый путь проделали.
Матино сказала мне,
что вы сразу направились сюда.
Я давно не видел бабушку
и решил её навестить.
Я тоже. Она всё это время
присматривала за нашими детьми.
Мне следует её поблагодарить.
Ну а как было на Гавайях?
Я тут навёл справки и выяснил,
что у них огромное
ананасовое хозяйство...
и консервная фабрика при нём.
А дом Судзудзиро, говорят,
всё равно что замок. Это правда?
Мама,
ты приехала сюда к бабушке.
Что же ты о ней не спросишь?
Ужин был вкусный,
а плохой привкус всё равно остался, да?
Потому что разговор взрослых
был неприятным.
Съедим-ка их сувенирчик.
Татэо,
это ведь странно, правда?
Чего они скрывают всё о дедушке?
Они, как бы сказать помягче,
щадят чувства Кларка и Судзудзиро.
А если сказать порезче,
то это дипломатия и расчёт.
А если сказать как есть, то они
не хотят портить отношения,
которые у них неожиданно
установились с богатой семьёй.
Постой. Хочешь сказать, бабушкой
они просто пользуются как предлогом?
Какой ужас.
Такой у взрослых подход к жизни.
Мне всё равно противно.
А тебе нет?
Мне? Мне-то что.
Займусь-ка я органом.
Ананасовое хозяйство
просто гигантское, по любым меркам.
Восемь тысяч акров с гаком!
Над консервной фабрикой
высятся шесть громадных труб.
В патио у них шикарный бассейн.
Жена Кларка одолжила мне купальник.
А я, понимаешь, не умею плавать!
И ещё Кларк устроил нам
экскурсию по фабрике.
А ты знал, что у них
есть филиал в Токио?
Знаю я. У них представительства по
всему миру, во всех крупных городах.
Скажи, жена Кларка — она какая?
Такая милая! Совсем
не похожа на богатых японских жён.
Она отменила все дела и тратила на нас
время, как на собственную семью.
Почему бы и нет?
Вы же близкие родственники.
Точно, так и есть!
А что касается здешнего
представительства фабрики...
Мне кажется, Кларк хочет,
чтобы я там работал.
И вряд ли на низкой должности,
могу себе представить.
Я это обдумаю.
Не очень-то хотелось прожить
жизнь мелкой сошкой!
Верно.
Что ж, придёт время —
попрошу вспомнить и обо мне!
А сейчас выпьем.
Спасибо.
Какие же вы все жалкие...
И чем только думаете?
Будто попрошайки.
Я еду только потому,
что этот Судзудзиро — мой старший брат.
И учтите, я хочу с ним встретиться
не потому, что он богат.
Сюда, все сюда!
А что там?
Чудесная лунная ночь!
Подышим прохладой!
Дедушка любил смотреть на луну.
Он всегда говорил, что
созерцание луны очищает душу.
Он часто выходил в сад
и стоял глядя на луну.
А у бабушки сильный характер, да?
Нет, просто она
человек старой закалки.
В общем, отстала от жизни.
Она говорит как педагог.
И дедушка наверняка был таким же.
Они оба были школьными учителями.
Со строгими моральными устоями.
А мы сейчас...
расстроили бабушку.
Как нехорошо.
Надо тебе как-то это исправить.
Не беспокойся.
К ней быстро вернётся
хорошее расположение духа.
А вдруг она опять
откажется ехать на Гавайи?
Сам знаешь, какая она упрямая.
У меня есть мысль.
Почему бы вам, Тадао и Ёсиэ, не остаться
на годовщину дедушкиной смерти?
Чтобы полностью посвятить себя бабушке...
и проводить её на Гавайи
в хорошем настроении.
Я не могу.
У меня много работы в офисе.
Почему нет? Твой отпуск
ещё не истёк.
И кстати, в случае чего...
открывается дорога
в консервную компанию, так?
Но мне надо оформлять паспорта
на бабушку и на детей.
Не беспокойся,
это я возьму на себя.
Самое главное для нас —
сохранить бабушкин настрой.
Если она опять затвердит своё «не поеду»,
это будет проблематично.
Получил вашу телеграмму.
Кларк уже едет к вам.
Судзудзиро
Так и знал, что та телеграмма
всё испортит!
Американцам не нравится, когда
им напоминают об атомной бомбе.
Для японцев, живущих в Америке,
это особенно больная тема.
Я думаю, им стыдно за американцев.
Интересно, зачем Кларк сюда едет?
Ну, я думаю,
он, наверное, хочет...
внести окончательную ясность.
Понимаю.
Предложит нам обо всём забыть.
Кстати, мне, наверное, пора ехать.
Тогда и мне тоже.
От меня здесь уже ничего не нужно.
Ты не возражаешь?
До чего же обидно!
Сколько хлопот, и всё впустую.
А всё ты со своей телеграммой!
Прекратите!
Нечего обвинять Татэо.
Это я сказала ему так написать.
И я...
не понимаю, что плохого в том,
что мы написали правду.
Вот ещё глупости!
Они сбросили бомбу и не любят,
когда им об этом напоминают?
Неприятно — ладно,
не держите в памяти!
Но меня возмущает то, что они
требуют умолчания от других.
Они заверяют, что устроили взрыв,
чтобы остановить войну.
Прошло уже 45 лет.
Но взрыв не остановил войну!
Они по-прежнему убивают людей!
Видите ли,
во всём виновата война.
Люди идут на всё,
чтобы выиграть войну.
И рано или поздно она убьёт нас всех.
Так, теперь нам надо в зал прибытия.
Время ещё есть,
он нескоро выйдет.
Да, но...
Какое-то тягостное чувство.
Если он и правда приехал
сюда для того, о чём сказала мама,
не хочу я этого Кларка видеть.
Сбежим?
Мне подумать страшно, как я буду
представлять Кларка бабушке.
Мне тоже.
Тут ничего не поделаешь.
Татэо, ты не думаешь, что мы не очень
хорошо поступаем с Кларком?
А кого это волнует?
Он приехал разорвать
отношения с бабушкой.
— Здравствуйте!
— Здравствуйте!
Спасибо, что встретили.
Что же вы сразу...
не рассказали нам о дяде?
Знал бы я раньше...
[Говорит по-английски.]
Когда мы узнали...
о дяде,
мы все плакали.
По Нагасаки сейчас никак не скажешь,
что сюда когда-то упала атомная бомба.
Люди забывают всё, и очень быстро.
Но я никогда не забуду!
А давайте сходим туда ещё раз.
Туда — это к школе?
Да. Пойдём к дедушке.
Где Нагасаки?
Города ещё не видно.
Он по ту сторону горы.
Не понимаю,
куда подевались дети?
Они не захотели встречать Кларка.
Точно говорю.
Это всё наша вина.
Наша...
недалёкость.
Но Кларк!
Мы такого и не ожидали.
Кларк, вы хотели бы
что-нибудь посмотреть в Нагасаки?
Да, хотел бы.
Хорошо, тогда мы
заедем в отель, а потом...
Мне не нужен отель.
Я хотел остановиться у тёти.
Но сначала я должен увидеть одно место.
Место, где умер дядя.
Как, вы все здесь?
Кларк приехал извиниться перед бабушкой.
Он узнал о дедушке только из телеграммы.
Но, папа, ты же говорил...
Прошу прощения.
Я говорил глупости.
Привет.
Мой сын Татэо и моя дочь Минако.
Меня зовут Кларк. Как поживаете?
Мой сын Синдзиро.
Моя дочь.
Какие милые.
[Говорит по-английски.]
Я так рад, что с вами познакомился.
После 9 августа...
приглашаю вас всех...
на Гавайи вместе с тётей.
Мой дядя...
погиб здесь?
А это...
памятник детям, погибшим в тот день.
С этими детьми...
умер мой дядя.
Где именно это случилось?
Так и не известно.
Не известно?
В тот день...
весь город был в огне.
Сюда набились люди
в поисках убежища.
Но школа тоже сгорела.
Сгорели люди,
железо... всё.
Это те, кто учился в одной школе
с погибшими здесь детьми. Schoolmates*.
[* англ. «одноклассники»]
Они...
меня пугают!
Они...
прошли через ад.
Глядя на этих людей...
Тот день в Нагасаки...
Я разделяю их боль.
О-кей!
Для тебя о-кей,
а для Кларка слишком коротко!
Ноги будут свешиваться.
Он одного роста с Джоном Уэйном.
Может, добавить ещё эти?
Мы выставили себя дураками.
Ты так не считаешь?
Думаю, ты прав.
Мне правда очень стыдно.
Где Кларк?
Он вышел с бабушкой в сад.
Как там они?
Смогли найти общий язык?
По-моему, всё хорошо.
Кажется, они прекрасно общаются.
Я ужасно жалею, что не знал о дяде.
Мне действительно очень жаль.
Ничего.
Вы родились и прожили
всю жизнь в Нагасаки.
А мы...
до сих пор не можем всё это осознать.
Это было неправильно.
Мы были неправы.
Ничего.
Папа сказал мне:
«Кларк! Поезжай...»
«...и сделай для тёти всё,
что в твоих силах».
Так и сказал.
Всё в порядке.
Всё замечательно.
Большое вам спасибо.
[Говорит по-английски.]
Нет. Это вам большое спасибо.
[Говорит по-английски.]
Вы сделали меня очень счастливым.
[Говорит по-английски.]
Очень, очень счастливым.
[Говорит по-английски.]
Где Кларк?
Они с бабушкой разговаривают
на скамейке.
Я видел, как они
пожали друг другу руки.
Такое чувство, будто увидел
что-то очень хорошее.
Всё отлично!
Мальчик розу увидал...
Он полностью настроен!
Я же говорил, что настрою его точно!
Ну что?
Песню.
Мальчик розу увидал,
Розу в чистом поле,
К ней он близко подбежал,
Аромат её впивал,
Любовался вволю.
Роза, роза, алый цвет,
Роза в чистом поле!
Браво!
Вы пели как ангелы. Изумительно.
[Говорит по-английски.]
Добро пожаловать!! [англ.]
Это комната дяди?
Вот это — ваша кровать.
[Говорит по-английски.]
О боже.
[Говорит по-английски.]
Неплохо!
Благодарю.
Ну, надо её испытать.
[Говорит по-английски.]
Ух, хорошо!
[Говорит по-английски.]
Вот это кровать! Настоящая кровать!
[Говорит по-английски.]
Что там висит наверху?
[Говорит по-английски.]
— На снимках — дядя?
— Yea, here*. [* Да, вот он (англ.).]
И вот.
[Говорит по-английски.]
Это дедушка.
[Говорит по-английски.]
Какой молодой...
[Говорит по-английски.]
45 лет назад.
[Говорит по-английски.]
Эту фотографию сделать...
[Говорит по-английски.]
в год, когда он умирать.
[Говорит по-английски.]
9 августа 1990 года
Вон те большие иероглифы...
Что они значат?
«Все мы да встретимся
и воссоединимся в ином мире».
Морской лещ поднимается по водопаду!
Да нет, Кларк!
Карп.
Карп поднимается по водопаду.
Будь я проклят!
Ошибся!
Кларк!
Что это?
[Говорит по-английски.]
Отец Кларка...
Судзудзиро-сан скончался.
Это Кларк.
Кларк уже улетел.
На другом самолёте.
Вот мы и дома.
Кларк-сан сожалеет всей душой.
Он говорил, что ему невыносимо
тяжело уезжать от нас вот так.
Старший брат!
Прости меня!
Почему я не поспешила к тебе!
Старший брат!
Ты приехал ко мне?
Поторапливайся,
а то опоздаешь на самолёт.
Нет. Я решил не уезжать.
А как же твоя работа?
Синдзиро, иди посмотри,
как там бабушка!
А что с ней такое?
Что-то не то.
Бабушка спит и храпит как грузчик.
Как она?
Поела рисовой каши,
а теперь опять спит.
Пойдём-ка и мы ложиться.
Кажется, будет гроза. Я задвину двери.
Бабушка!
Бомба!
Ты что, бабушка?
Бабушка! Что такое?
Бомба! Вы оба, накиньте это быстрей!
Лучшее средство от бомбы!
Многих спасло то, что они были в белом!
Чем раньше, тем лучше.
Давай прямо сейчас
отвезём её в больницу.
Она спит.
Может, пусть поспит ещё немного.
Ну брат!
Бабушки там нет!
Это...
дедушкина одежда.
Зачем она её развесила?
Часы у неё в голове
пошли в обратную сторону.
Она вернулась в дедушкино время.
Здравствуйте!
Да?
Ваша бабушка только что заходила ко мне.
Как вдруг она увидела...
облака и сорвалась с места.
Бросилась бежать к Нагасаки.
Облака сегодня...
точно такие же, как тогда.
Наверное, она вспомнила,
что случилось в тот день.
И проживает его заново!
Бабушка!
Бабушка!
Мальчик розу увидал,
Розу в чистом поле,
К ней он близко подбежал,
Аромат её впивал,
Любовался вволю.
Роза, роза, алый цвет,
Роза в чистом поле!
Стихотворение Гёте «Дикая роза»