Преступный закон (1988 год). Цитаты и фразы из фильма

Адвокат для убийцы / Criminal Law (1988)

«Преступный закон» (англ. Criminal Law) — художественный фильм режиссёра Мартина Кэмпбелла в жанре триллера.

Все фразы и цитаты

 «Кто сражается с чудовищем,
тому следует остерегаться,
чтобы самому не стать чудовищем.
Если ты долго смотришь в бездну,
то бездна тоже смотрит
в тебя». Ницше.
АДВОКАТ ДЛЯ УБИЙЦЫ
Полиция Бостона.
- Это ужасное преступление.
Трагедия для всех, кого она коснулось.
Сложный ребус для тех, кто
видел его последствия.
Кто знает, почему совершаются
такие преступления?
Но если мы оставим виновника
преступления безнаказанным,
значит, мы что-то проглядели.
Ибо чтобы понять, что им двигало,
мы должны заглянуть
в темные закоулки его души.
К счастью, наша задача намного
проще. Она проста и ясна как... как…
Проста и ясна как этот
стакан с чистой водой.
И дабы предотвратить еще одну
трагедию – смерть еще одного человека,
вам нужно решить – тот ли
человек обвиняется в содеянном.
Чтобы помочь вам принять такое
решение, я продемонстрирую вам…
Я продемонстрирую вам, что обвинение
целиком и полностью базируется
на опознании очевидца.
Неплохо, согласитесь.
Опознание очевидца.
Но в ходе судебного разбирательства
я вам покажу то,
о чем умолчала сторона обвинения.
А именно, что опознание очевидца
является самой ненадежной формой
свидетельских показаний.
И в нашем случае на такое
опознание нельзя положиться.
Так что, к концу нашего
разбирательства вы придете
к совершенно ясному
и однозначному решению.
- Кролики.
- Одноразовые памперсы.
- Да.
А заодно я купила там
на завтрак апельсиновый сок.
- Вы пошли за подгузниками?
В такой поздний час?
- Да. Они мне срочно понадобились.
- Зачем?
- Протестую, Ваша честь.
Если мистер Чейз не знает,
для чего существуют памперсы.
- Мистер Чейз, что Вы
хотите этим сказать?
- Миссис Монро, у Вас нет привычки
покупать памперсы впрок?
- Есть. Но они закончились.
Могу поклясться.
Я была уверена, что видела
их в шкафу, но я…
- Что?
- …ошибалась.
- Вы ошиблись на предмет
такой знакомой и обыденной вещи
как пакет с памперсами.
Но абсолютно уверены,
что это именно тот человек,
которого Вы видели всего несколько
секунд сквозь пелену дождя
на другой стороне улицы
при очень плохом освещении.
- Ваша честь, я протестую
против такого допроса свидетеля.
Не вижу никакой связи между тем, что
свидетельница не обнаружила памперсов
и опознанием ею обвиняемого.
- Протест отклонен.
Мистер Чейз, может, Вы
хотите перефразировать
свой вопрос, касаемый опознания?
- Нет, Ваша честь. У меня всё.
- Свидетель может быть свободен.
Следующее заседание
состоится завтра в 9 утра.
Просьба к присяжным не обсуждать
между собой это дело. Всего хорошего.
- Чего это окружной прокурор
так любит памперсы?
- Потому что и он, и они в дерьме.
- Забавно. Похоже, своей свободой
я буду обязан памперсам и Вам.
- Я передам Вам его завтра. И не надо
плотно заклеивать конверт.
Он должен открываться легко.
- Уверен на все 100. Да. Встретимся
на полчаса раньше и еще раз все обсудим.
Да. Договорились. Пока.
- Доброе утро, Джин. Все хорошо?
Ты же собиралась поддержать.
- Пришла взглянуть на тебя.
Когда-то ты был хорошим прокурором.
- Теперь я хороший адвокат.
Просто сменил команду.
Значит, прокол в опознании.
- Мы показали ей несколько
фотографий. Она его опознала.
Она и сейчас уверена, что это он.
- Это уже неважно.
Моя задача выиграть дело. Думаешь,
присяжные усомнились в ее словах?
- Конечно.
- Я тоже. Я не могу рисковать.
Пойдем посмотришь.
- Бэн.
У нее все время перед
глазами стоит этот труп.
И у меня тоже.
- И у меня. Я видел фотографии.
- Ты видел только фотографии.
- Брось, Джин. Ты
не хуже меня знаешь,
как можно было с уверенностью
сказать, что это он,
а не похожий на него человек.
Разве этого достаточно,
чтобы судить, обвинять, казнить?
Ты злишься, потому что проигрываешь.
- Это не игрушки. Женщину
изнасиловали и зверски убили.
Уж не знаю, в какой
последовательности.
- Бэн.
- У меня дела.
- У меня тоже.
- Последний свидетель со стороны
защиты, мистер Хобар Джексон.
- Поднимите правую руку. Клянетесь
ли Вы говорить правду,
одну только правду
и ничего кроме правды?
- Клянусь.
- Назовите суду по буквам свое имя.
- Хобар Джексон.
- Мистер Джексон, преступление,
о котором сегодня идет речь,
было совершено в ночь
на 12-е сентября прошлого года.
Где находились в это время Вы?
- В исправительной колонии в Крадеги.
- Что Вы там делали?
- Отбывал пожизненный срок за убийство.
- Ваша честь, этот человек
сидел в тюрьме.
Я не понимаю, какое
это имеет отношение.
- Ближе к делу, мистер Чейз.
- Вас судили, признали виновным
и дали Вам пожизненное.
- Без права на помилование.
- Но сейчас Вы на свободе.
- Да. Потому что поймали
настоящего преступника. Вот он.
- Ваша честь, это возмутительно.
- Свидетель ошибся.
- Я требую у защиты показаний.
- Это необычный случай
в судебной практике.
- Ох. Я знал, что рискую.
- Поздравляю. Я решил, что Вас
за это посадят. Игра стоила свеч.
Вы явно все просчитали. Я потрясен.
Я сам когда-то хотел стать юристом.
Давно это было. Но я правильно
сделал, что я передумал.
Я бы так не смог.
- Здесь больше падений,
чем вдохновений.
- В жизни бы не усвоил все
эти статьи и прочие хитрости.
Но Вам это явно по вкусу. Да?
- Это круче, чем поднимать тяжести.
Невиновен.
Виновен.
- Не виновен.
- Поздравляю.
- Вы сделали это.
Слава богу, сделали.
- Вы молодец.
- Приятно иметь умного клиента.
- Вы отлично провели дело.
Классно выстроили защиту.
- Это в нашем деле главное.
- Спасибо, мистер Чейз.
Я Вам очень благодарна.
- Рад был помочь.
- Пойдем.
- Приятно слышать
слова благодарности?
- Обычное дело. Я
их постоянно слышу.
Доброе утро, Изабелл.
- Вы вчера хорошо себя вели?
- Нет. Плохо. Напился как скотина.
- Я тоже. Хороший мальчик.
- Доброе утро, Изабелл.
- Еще один.
- У меня пока для тебя ничего
нет. Дело о краже рогаликов.
- Чистой воды оговор.
Теперь, когда все уже позади, хочу
еще раз поблагодарить тебя за помощь.
- И теперь я могу попросить
тебя об одном одолжении?
Фамилия подзащитного Поттер.
Обвиняется в покушении на убийство.
Имеет судимость. Утверждает,
что все было по-честному.
А пострадавший говорит,
что Поттер на него напал.
- Забирай.
- А-а.
Мне придется хорошенько
над ним поработать.
И я хочу, чтобы оно
было полностью моим.
- Хочешь быть взрослой? Тогда на личной
жизни можешь поставить крест.
- Тебе верю.
Но это еще не значит, что
мне не понадобится твой совет.
- (Телепередача.) Согласна данным опроса
работников правоохранительных органов,
преступность набирает силу.
Статистика, предоставленная криминалистами
разных университетов показывает,
что за последние пять лет преступления,
заканчивающиеся убийством
стало в два раза больше.
Стражи правопорядка вынуждены
все чаще и чаще
применять личное оружие.
Переходим к местным новостям.
Полиция просит быть осторожными
всех жительниц Эусвальда.
Это связано с тем, что в прошлую
ночь произошло убийство.
Может быть, речь
идет о серийном убийце.
Жертва была изнасилована
и убита с особой жестокостью.
И еще один странный штрих –
у нее во рту был кляп из памперса.
Далее в новостях.
У «Меналтэ» фокус настраивается
быстрей. Даже лучше, чем мы ожидали.
Никаких улик в деле об убийстве
29-летней Филис Гилдер,
которое было совершено
этой ночью в Эусвальде.
Некоторые детали дают
возможность предположить,
что это дело рук серийного убийцы.
Полиция просит всех
жительниц города Эусвальда…
- Мистер Фишер.
- Точно.
- Я Бэн Чейз.
- Точно.
Выкладываетесь по полной.
- Точно.
Я давно восхищаюсь
тем, как Вы работаете.
Я изучил много Ваших дел.
- Это видно. У меня,
действительно, много дел.
Интересных, важных,
беспрецедентных дел.
Когда надоест быть большой лягушкой
в маленьком болоте – звоните.
- Точно.
(Стуки по стеклу.)
- Вас к телефону.
(Звонок телефона.)
- Да.
- Бэн, Вы мне нужны.
- В смысле?
- Я подумал про Вас, когда
в новостях сказали про памперс.
- Мартин, что Вам нужно?
- Хочу Вас нанять.
Подумываю о том, чтобы возобновить
занятия по уголовному праву.
- Вас задержали по делу
об убийстве в Эусвалде?
- Нет, пока. Встретимся
в 11. В парке у Риверпойнт.
На лужайке для пикника.
- Сегодня? Вы с ума сошли.
- Дело срочное.
- Проклятие.
Черт.
Мартин!!!
Мартин!!!!
Мартин!!!
Откройте! Откройте! Мне
нужно срочно позвонить.
Мне нужно позвонить. Срочно!
- Что случилось?
- Там мертвая женщина.
Ее убили в парке.
Пожалуйста, откройте.
- Замолчи.
- Дайте телефон.
Мне нужно позвонить.
- Подождите. Сейчас принесу.
Давайте я.
- Скажите, что убита женщина.
- Где? Где?
- Я там был. В парке.
Белая. Лет 20-ти.
Длинные черные волосы.
Может, темные.
- Дженат.
- Мисс Фолвард говорит, что
погибшая уехала на ночное дежурство
как обычно, в 10.15.
Машину оставила где всегда.
Ты подъехал приблизительно
в четверть одиннадцатого.
То есть, сорок минут назад.
Что ты можешь вспомнить?
Скажем, о человеке с собакой.
- Они бежали.
- Европеец или темнокожий?
- Европеец, кажется.
- Кажется?
- Было темно. Дождь стеной.
Как я мог разглядеть?
- Высокий? Низкий?
- Не обратил внимания.
- Может, он живет поблизости?
А что за собака? Какой породы?
- Не знаю.
- Немецкая овчарка или пудель?
- Я тебя умоляю. Собака писала.
Спроси об этом у столба!
- Плохо, Чейз. Может быть,
что-нибудь вспомнишь про машину?
Когда ты подъехал, там были машины?
- Там стояло две машины.
- Одна «Фольксваген», да?
- Да.
- А вторая?
- Больше и темнее.
- Понятно. Больше, темнее. Браво.
Заметил, когда они уехали?
- Нет. Я думал о девушке.
- Ладно. Пошли. Поговорим о девушке.
- На прошлой неделе я слышал
про убийство в Эусвалде.
Рот жертвы был заткнут
памперсом. Труп обезображен.
Труп был обгорелый?
- А что?
- Этот убийца – маньяк. Может,
у него такой метод сокрытия
следов изнасилования?
Волос с лобка, семени, при вскрытии ничего
не покажет. И личность нельзя установить.
- Ты уверен, что она была изнасилована?
- Брось, Мезел. Не мне тебе
рассказывать. Ты сам знаешь.
- Что здесь делают Карл и я, я знаю.
- Это он обнаружил труп.
У меня к тебе еще один вопрос.
Ты как-то ушел от ответа.
Что ты здесь делал?
- Гулял. Я раньше здесь
бегал. Люблю это место.
- Гулял? Под дождем? Поздно вечером?
А почему поглядывал на часы?
- Не знаю.
- Я вижу, ты мало что знаешь.
Сынок, с радостью посмотрю,
как ты будешь потеть.
Это я тебе обещаю.
Так что лучше попытайся вспомнить
что-нибудь действительно стоящее.
- Бэн. Иди, помоги мне.
А Пэгги пускай
займется своими делами.
- Суровый начальник.
- Я знаю.
- Собрались выбрасывать
свою коллекцию цитат?
- Ненавижу цитаты. Лучше
поделись своими знаниями.
Сила мудрых мыслей. Смертельное оружие,
выдуманное интеллектом человека. Чепмен.
- Я больше не нуждаюсь
в оружии. Я разоружаюсь.
Тем более, некоторые из этих
книг бесполезны. Они цитируют меня.
- Я постоянно Вас цитирую.
- Единственное, что бессмертно.
- Помните, я рассказывал,
как пришел в адвокатуру?
Вы тогда сказали, что
защищать труднее, чем обвинять.
И вместо того, чтобы засадить
за решетку плохих парней,
мне придется защищать и плохих,
и хороших. А иногда очень плохих.
Я никогда не боялся разочароваться.
Я получал наслаждение от этой игры.
Такое, что боялся выгореть
дотла. О совести даже не думал.
Всегда считал себя очень умным.
- Ты такой и есть. Я
никогда в тебе не сомневался.
- Сейчас я собираюсь совершить
не очень умный поступок.
- Мы должны работать,
несмотря на ошибки.
Поэтому у карандаша два конца.
С одного грифель – с другого ластик.
- Это стереть не удастся.
- А других способов
успокоить совесть нет?
- Нет.
- Тогда тебе не нужен совет
старика из библиотеки.
- Кто это сказал насчет карандаша?
- Я, минуту назад.
Выйдет в следующем издании.
- Как она тебе?
- Красавица.
Непозволительная роскошь для меня.
- Она как маленький остров.
Тихая гавань в большом городе.
Вдали от суеты. Тебе нужно стать
за штурвал. И купить такую же.
- Чтобы разбираться в яхтах,
нужно, чтобы ими владели
несколько поколений твоих предков. Я
же пока разбираюсь в дорогих машинах.
- Давай как-нибудь выйдем на ней.
Извини меня за вчерашнее.
- Извини?
- Натерпелся ты от легавых?
Зря ты вызвал полицию.
Нужно было просто уйти.
- Нет. Не зря. Но я не сказал
им, зачем туда пришел.
- Все равно они ко мне заявятся.
Мне нужен хороший адвокат.
Даже невинному человеку
нужен хороший адвокат.
- Цена выросла. Гонорары
в два раза больше предыдущего.
- Не разочаровывай меня, Бэн.
- Послушайся моего совета, Мартин:
между нами не должно быть панибратства.
- Я их немного испачкал.
Но от этого они хуже не стали.
А какой у меня фирменный
соус. Пальчики оближешь.
- Все, о чем мы говорим, останется
между нами. Слово адвоката.
- Тогда я спокоен за свой рецепт.
- Речь не только о рецепте.
- Я хочу узнать, почему
ты взялся за это дело?
- Мне важно знать, что
на самом деле волнует людей?
Мне хочется выиграть дело.
Насчет остальных - не знаю.
- Значит, тебя только
это волнует? Твои амбиции?
А как же торжество правосудия?
- В уголовном праве нет системы,
которая бы гарантировала
бы правильный результат.
Моя задача - использовать систему
во благо своего клиента.
- Мило. Но примитивно. А меня,
друг мой, интересует справедливость.
Одно «но». Я не адвокат.
Я мститель.
В любом случае, ты прав.
У меня есть алиби.
Улик им не найти.
Меня там никто не видел.
- И я тоже?
- И ты тоже.
- Все в порядке.
- Были на Аляске?
- Пару раз.
Мечтаю там обосноваться на пенсии.
- Ну да. Конечно. Трудный день.
Я весь день проговорила
с полицейскими.
Больше всех с дамочкой.
Как же она меня достала.
Я рассказала ей не только всю
подноготную Дженет, но и свою.
- Она хорошая.
- Да, хорошая. Хорошая.
Я про Вас кое-что узнала,
от детектива из уголовной полиции.
Я думала, Вы случайный свидетель.
Псих, который любит
гулять под дождем.
Я думала, Вы были искренне
расстроены увиденным.
Я удивилась, когда узнала, что Вы
адвокат, который ведет подобные дела.
И что главным подозреваемым
является человек,
которого, благодаря Вам, оправдали.
- Сейчас я удивлю Вас еще больше.
Час назад я согласился
снова его представлять.
- Меня это нисколько не удивляет.
Я думала, что разозлюсь,
но мне просто тошно.
Счастливо оставаться, гавнюк.
Выпустите меня.
- Выслушайте меня!
Выслушайте меня. Спокойно.
Я Вам все объясню. Останьтесь!
Ради Дженет.
Говорите, Вам тошно. А я только
что обедал с этим подонком,
который вчера это сделал.
- Это сделал он?
- Да, черт возьми. Это сделал он.
В прошлом году, на прошлой неделе,
прошлой ночью. И сделает еще
не раз, если его не остановить!
Я буду представлять его для того,
чтобы найти очень веские улики.
- Постойте. Он уже
был Вашим подзащитным.
Вы изучили все материалы
дела и не нашли против него
ни одной существенной улики.
- Я, как адвокат, не обязан
заглядывать ему в душу!
- А как человек?
Господи.
Зачем он Вас туда позвал?
- Если бы я знал.
- И с чего Вы взяли, что
Вы умнее полицейских?
- В конце концов, он
сам все расскажет.
- А скольких человек он
тем временем убьет?
- Это нечестно.
- О какой честности может идти речь?
- Дженет была знакома с Долин
Кларк или Филис Гирбер?
- Мезел меня об этом спрашивал.
Это убитые девушки? Да? Нет.
Она ничего про них не говорила.
Я недавно вернулась в город.
Мы дружили с ней со школы. Пока меня
не было, она унаследовала дом родителей.
Мы отлично с ней уживались.
Пару месяцев назад.
Боже, неужели это
случилось только вчера?
- Понимаю. Если что-нибудь
вспомните, звоните.
- Идите сюда. Слышите?
- Покрашено так, чтобы ее
было легко заметить.
Слово «полиция» написано
большими буквами.
Благодаря этому, ее можно быстро
найти в случае любой необходимости.
Это относится и к людям,
находящимся в машине.
Пусть форма полицейского
вас не пугает.
Это такая специальная одежда,
потому что люди, которые ее носят –
выполняют необычную работу. Но
на самом деле они самые обычные люди.
И запомните еще одну вещь. Если…
(Сигнализация.)
- Пустите, пустите.
- Приходи к нам через 10 лет.
- Ты говоришь об адвокате,
который обманывает своего клиента.
- Чисто гипотетически.
- Не быть ему больше адвокатом.
- Возможно. Он собирается
действовать в одиночку.
Его невозможно отговорить.
- Постой.
Но этот адвокат еще и
потенциальный свидетель.
Это он нашел труп?
- Ему дадут отвод.
Но его показания не являются важными.
А его клиент имеет право быть
представленным адвокатом.
Пока суть да дело, адвокат
успеет найти доказательства вины.
И анонимно передать их полиции.
- Карл просил передать тебе
копии. Фотографии занесу позже.
- Хорошо. Спасибо, Эдди.
Твой герой дурак, если
собирается действовать в одиночку.
- Он бы принял помощь от человека, который
искренне хочет остановить этого мерзавца.
- Собираешься сам судить,
осудить, казнить?
Ладно. Выкладывай. Но только факты.
- Он назначил мне встречу.
Но вместо него я там нашел ее.
И все. Скажи я это для протокола,
я бы выбыл из игры.
Он устроил мне экзамен. Я бы
его провалил, назови я его имя.
А так вся игра впереди.
- Снова игры. Он не ошибся
с выбором партнера.
- Только так я что-то могу сделать.
Так ты со мной?
- С тобой.
- Доктор Тиль скоро освободится.
- Черт.
- Мистер Чейз.
Мой сын не разрешает
входить в его комнату,
а тем более, в гардеробную.
- Извините. Просто комната
такая необычная.
- Никому. Я сама не была
здесь уже много лет.
- Мартин сам ее обустроил?
- Пойдемте со мной.
- Чтобы его защищать, я должен
побольше о нем узнать.
- Защищать? С какой стати?
Полицейские спросили у меня,
где он был вчера. Вот и все.
- Неважно, что они Вам сказали,
миссис Тиль. Но ему грозят неприятности.
Серьезные. И я не могу ему помочь,
если Вы не поможете мне.
Мистеру Тилю следовало
бы придти в суд.
- Никакого суда на этот раз не будет.
И как я уже говорила, отец Мартина
предпочитает жить в доме на острове,
в окружении своих собак.
- Его сыну могли дать
пожизненное заключение.
- Сэндли считает, что судить
Тилей могут только Тили.
Остальное неважно.
- А какие у Мартина с ним отношения?
- Просто замечательные.
- Наверное, ему нелегко.
- Мы спорили, что важнее:
учиться в медицинской школе
или родить наследника. Он до сих
пор не может меня простить.
Может, поэтому Мартин не хочет жениться
или заводить серьезных отношений.
Он истинный Мартин Тиль Четвертый.
Пятый вряд ли появится.
- Так, где он был вчера вечером?
- Я работала в кабинете и,
как Вы сами видите,
пройти мимо меня
незамеченным он не мог.
- А это кто?
- Один из Тилей. Мартин Первый.
Мы зовем его Пират.
Это он построил дом.
- Семья всегда была богатой?
- Стала богатой, благодаря ему.
Ходило много слухов насчет того,
как он разбогател. Даже
намекали на грязные деньги.
Всего хорошего, мистер Чейз.
- Я с Вами свяжусь.
- Надеюсь, этого не понадобится.
- А я тебя ждал.
Один ноль в пользу Бэна.
Насчет алиби ты угадал.
- Почему ты меня не предупредил?
- Ты сам догадался. Полиция тоже.
- Они профессионалы. Тебе не удастся
спрятать этот подземный ход
и избавиться от него тоже.
- Это бездоказательно.
Еще в детстве он служил
мне местом для игр.
- Ну да. А что еще они найдут?
- Когда-нибудь ты
узнаешь все мои тайны.
Останемся ли мы
после этого друзьями?
- Так-так. Это уже интересно.
- Мистер Чейз, Ваш клиент
уже обвинялся в убийстве?
- А другие свидетели были?
- Кто к нам пришел. Спец
по грязным делишкам.
- Где Стилбер?
- Интересно, зачем она тебе
понадобилась? Тони, где Джин?
- На выезде.
- Слышал? На выезде.
Только у тебя ничего не выйдет.
Из-за тебя этот маньяк вышел на свободу.
У тебя есть дела,
вот и занимайся ими.
Я займусь твоим дружком.
Так что, мало не покажется.
- У тебя есть улики?
- Практически. Нашел, можно
сказать, брешь в его алиби.
- Заклинаю тебя: не торопись
в суд. Ты проиграешь.
- Ты меня достал. Сперва
стоял над обгорелым трупом
и рассказывал мне сказки на ночь.
Теперь собираешься защищать
главного подозреваемого,
который уже обвинялся.
- Присяжные его оправдали.
Его освободили в зале суда.
Дело закрыто.
- Оправдали. Освободили.
Дело закрыто. О, боже.
- Что случилось?
- Успокойся.
Лучше скажи, почему
чего ты так долго?
- Пришлось перечислять все
добрые дела твоих предков.
А также всю недвижимость,
которой владеет твоя семья.
- А как же моя репутация? В прошлый
раз я показал себя примерным узником.
- В прошлый раз. Говорит
не в твою пользу.
Мартин, теперь они
с тебя глаз не спустят.
- А их нельзя обвинить в предвзятости?
- Я сделаю все возможное.
Уезжай на остров.
Сиди там тихо. Ни с кем не общайся.
- Долго так сидеть?
- Спешить тебе некуда. Такие
преступления не имеют срока давности.
- Кто-то нечаянно вылил
бензин из газонокосилки
и прямо в люк, ведущий
в подземный ход. Бывает же такое.
- Пусть это даже сделал искусный
умелый пиротехник. Но почему вчера?
- Только мы с тобой знаем,
как он был мне дорог.
- Мартин. Это не я сжег беседку.
- Знаю. Это сделал я. Теперь
мы полноправные партнеры.
- В чем Вас обвиняют? Что
Ваш клиент может сказать
по поводу вчерашнего пожара?
- Мой адвокат сделает заявление.
- Спасибо, что пришли.
Люди имеют право знать,
как из-за ошибки свидетеля полиция
начинает преследовать невинного человека.
Как законопослушный гражданин
становится объектом нападок.
- Вчера вечером Мезелю
был анонимный звонок.
Похоже, пожарные истоптали
у Тилей весь двор.
- Временное законное проникновение
в частное владение...
- Не перебивай. Звонивший намекал,
что пожар должен был скрыть нечто,
имевшее отношение к убийству.
Но когда Мезель туда приехал,
пожарные уже сделали свое дело.
- А Мартин обрел право
на защиту собственности?
- Он был в ярости. Подумывал
выписать повестку в суд.
- Или вообще не думал?
- Пей молоко.
Короче, Мезель нашел подземный ход
и дошел по нему до комнаты Мартина.
- Что?
- Не знаю.
- Прекрасно. Он проник в частное
владение, обыскал их, не имея ордера.
И все, что он там обнаружил,
судом не засчитается.
- Паркс сказал то же самое.
- Паркс?
Ты же не будешь этим заниматься?
- Меня там не было.
Но Мезель считает,
что его обвел вокруг пальца ты.
- Если бы.
- Я не могу его остановить.
Он хочет просить Паркса,
чтобы тебе дали отвод,
поскольку ты являешься
важным свидетелем.
- Сам Паркс на такое не решится.
А значит, несколько дней у меня есть.
- Дней? А тем временем мы
вернемся в самое начало.
- На поле назад. Нет, на два.
С алиби пролетели и Мезель
пытается вывести меня из дела.
Ему, что, больше нечем заняться?
- Чистая органика.
Ни удобрения тебе,
ни искусственных красителей.
- Спасибо. Не хочу.
- У этого типа свой фирменный почерк.
Сперва заткнуть рот жертвы памперсом,
а потом сжечь с помощью паяльной лампы.
- Что?
- Предварительно изнасиловав и
убив жертву. Но он работает очень чисто.
Он не оставляет ничего,
кроме трупа под дождем.
И всегда в дождь.
- Простите, что напугал Вас.
Я звонил Вам домой.
- Как Вы меня нашли?
- По знакомству.
Значит, Вы работаете редактором?
- А Вам какое дело? Что Вам нужно?
- Вас подвезти?
Ладно, к Вам может
заявиться Мезель,
начнет расспрашивать обо мне.
- Уже приходил. Я Вас не выдала.
Сама не знаю, почему. Зачем Вам играть
в кошки-мышки с этим ублюдком,
которого пора отправить
на электрический стул.
- Вот что значит, как Вы
думаете. Что я слышу!
Я жду, когда он мне
расскажет. Мне и только мне!
Хоть что-нибудь! И тогда ему конец!
- Этим ее не вернешь.
Ее уже ничто не вернет.
- Я должен был засадить эту тварь.
А вместо этого я выпустил
убийцу на свободу.
Каждый раз, когда звонит
телефон или я включаю новости –
у меня замирает сердце.
Я отвезу Вас домой.
Может, где-нибудь поедим?
- Я не могу надолго
оставлять собаку одной.
С тех пор, как Дженет
ушла и не вернулась,
собака стала очень беспокойная.
Давайте поедим здесь,
вместе с собакой.
- С собакой?
- Да.
Ладно. Я что-нибудь
приготовлю. А Вы поучитесь.
- Работа грязная. Но так надо.
Сперва счищаешь все дерьмо,
а затем обжигаешь.
Ты приехал не для того, чтобы
посмотреть, как я это делаю.
- Хочу узнать о твоих интересах.
- Тогда идем.
Это Фенси. Забраковали за экстерьер.
И теперь она со мной.
По-моему, она красавица.
- По-моему, тоже.
- Главное – характер, а не стандарты.
Глупцы. Я могу уйти от них
уже через полчаса.
Спрятаться в зарослях,
а потом свернуть в протоку.
- Я же говорил, тебе это нравится.
- Брось ты свои адвокатские
штучки, Бен. Мне очень нравится.
Я был бы рад остаться здесь
навсегда. Плыть себе и плыть.
Но у меня много дел.
- Рыть подземный ход?
- Издеваешься надо мной.
- Мартин, ты сам только и
делаешь, что смешишь меня.
Ты сказал, что мы партнеры,
а сам ничего не рассказываешь.
- Я тебе не верю.
- Подземный ход. Он достался мне
в наследство от Мартина Первого.
Истинного Мартина Тиля. Вот это
был мужчина. Свободный, как ветер.
Уж он-то знал точно, как
надо очищать и обжигать.
Тебе это должно понравиться.
Он верил в закон возмездия.
- Око за око? Зуб за зуб?
- Жизнь за жизнь. Так он и делал.
И на меньшее не соглашался.
Как-то он увидел, что
человек бьет кнутом собаку.
И выхватил у него кнут и
стали им бить его. Тот закричал:
«Но ведь это не твоя собака». А мой
предок сказал: «Это божья тварь.
И я за нее мщу». Такое
мщение прекрасно. Согласись.
- Знаешь, что мне
во всем этом не нравится?
Ты знакомишь меня с природой,
историей, рассказываешь про собаку.
А про себя не слова.
- Я рассказываю тебе про себя.
Мститель. Вот роль,
которая мне уготована.
Вот зачем я пришел в этот
мир, полный страданий.
Вот почему эта крошечная искра
не потухла, а успела разгореться.
Очень правильно, что меня пощадили.
- Пощадили?
- Знаешь, ты прав. Всему
можно найти оправдание.
- Тиль. Врач-акушер. Гинеколог.
Акушер-гинеколог.
- Пойдемте ко мне в кабинет.
Эми, увидимся завтра.
- Я знал, что Вы акушер.
Но я не видел никакой связи.
Вы делаете аборты?
- Я занимаюсь планированием
семьи. Контролем за рождаемостью.
Стерилизацией и
прерыванием беременности.
- Вы обсуждаете свою
работу с Мартином?
- Нет. И не собираюсь
обсуждать ее с Вами.
- В прошлый раз Вы сказали, что
в ночь убийства Мартин был дома.
Теперь мы оба знаем,
что алиби у него нет.
- Он говорит, что это еще не улика.
- Формально. Речь идет об искренности.
Мартин, естественно,
знает о Вашей деятельности.
Естественно. А еще он знает, что Вы
сами хотели прервать беременность.
Хотели избавиться он него.
- Он не мог Вас сказать.
- Вы должны были сказать.
- Я говорила по существу.
А за грубой правдой, мистер
Чейз. Идите к Сеймону.
Это он ему все рассказал,
вернее, свою версию.
Когда Мартину было 14 лет.
Он хотел отнять его у меня.
Зря старался. Я потеряла его,
когда ему исполнилось 8 лет.
- Мы единственные близкие ему люди.
Он сам хотел мне все
рассказать, но не смог.
- Это был экстренный случай.
Происходило все в этой комнате.
Женщина долго тянула. А потом
решила сама избавиться от ребенка.
Ее состояние было очень тяжелое.
Мы с медсестрой пытались
изо всех сил ее спасти.
И совсем забыли про дверь.
А дверь была открыта.
Я повернулась, чтобы положить плод.
Он погиб еще до ее прихода сюда.
Я собиралась положить его на поднос,
когда увидела… увидела Мартина.
Он стоял и смотрел на меня. Я
никогда не забуду этого взгляда.
Я хотела ему все объяснить, но
он ничего не хотел слышать.
Психотерапевт также не мог
вызвать его на разговор.
Лишь однажды ей удалось его
разговорить. И он сказал, что его мать…
Сказал ей, что его
мать убивает детей.
- Так. Кунжутное масло.
Соевый соус. Имбирь. Чеснок.
- У меня есть чеснок.
- У тебя есть чеснок.
- Есть чеснок. Короче, мне
нужен чеснок. Пошли, дружок.
Сперва я выдам перл, а потом
ты будешь со мной откровенна.
Справедливо?
Жизнь – странная штука. Я
никогда не постигну ее странностей.
Вчера я чуть не убил Мартина.
Тогда это казалось единственным
правильным решением.
Сегодня я готов его холить и
лелеять. Дженет делала аборт?
- Да. Я тогда жила в Калифорнии.
Отцом ребенка был некий Хэлл.
Я его никогда не видела. Они жили
вместе. Дженет забеременела.
Она хотел ребенка.
А Хэлл нет. Они разругались.
Потом расстались.
А причем здесь это?
- Объясню, когда все
закончится. Но ты была права.
- В чем?
- Дело это личное.
А что ты? Почему ты одна?
- Наверное, не встретила...
- Стоящего парня.
- Нужно поговорить. Срочно.
Ты совершил большую глупость.
- Какую?
- Ходатайство на опечатывание
медицинских документов доктора Тиль.
Мог бы предупредить меня заранее.
- Гэлли, ты, что, не читаешь газет?
Ходатайство дает нам один шанс
на возражение правового порядка.
- Не подай ты ходатайство,
возможно, они сами бы его попросили.
А теперь прокурор
обязательно их затребует.
- Уже затребовал.
Паркс, он взялся предоставить
доказательство судье Элману,
который почти 30 лет
прослужил прокурором.
И тот с радостью даст Парксу все,
что надо. Если тот возьмется за дело.
- Вот значит что.
- Что?
- Брось, Бэн. Элман сам изучит
документ. Без свидетелей.
- И что?
- А то, что если встретит там
знакомые фамилии, то даст зеленый свет.
- И что?
- Не прикидывайся.
Если прокурор докажет,
что погибшие ходили
на прием к дом его матери, твой клиент
не выйдет на свободу до судного дня.
И ничто его не спасет.
- И да свершится правосудие.
Он виновен.
Меня каждую
ночь мучают кошмары.
Я сделал все для того, чтобы
преступник вышел на свободу.
И он снова это сделал.
- Что значит «преступник»?
- И он снова это сделал.
- Большинство наших клиентов
вновь совершают преступления.
Поэтому защитники и
становятся защитниками.
Наши защитники хоть
что-нибудь, да сделали.
А вот доказать их вину,
установить мотив преступления
и просить о соответствующем
наказании – работа прокуроров.
Признать виновным – это дело
присяжных. А карать – дело Господа.
А ты должен заботиться
об интересах клиента.
И если осознание его вины
мешает тебе это делать,
ты должен отказаться
от защиты. Других вариантов нет.
- Я должен был исправить свою ошибку.
- Паркс, что там,
в медицинских картах?
- Их там нет. Ни одной из них.
Элман изучил документы
без свидетелей и ничего не обнаружил.
Он запретил мне апеллировать
к ним в суде, выгнал меня.
Никаких имен. Прости, Карл,
я, правда, хотел тебе помочь.
Не понимаю, зачем Чейз попросил
их опечатать? Не вижу смысла.
- Как там моя просьба насчет него?
- Мы этим уже занимаемся.
- У меня нет права подписи.
У меня только есть право выбора.
- И все же по рукам.
- По рукам.
- Бэн, распишитесь здесь. Остальное
подождет до следующего раза.
- Кэрол, позвони миссис Корбит,
скажи, что я встречусь с ней завтра.
- Звонил мистер Элман по поводу
предварительного слушания.
Оно состоится завтра в 4.
- Скажи, что я приду.
- Тихо. Это всего лишь почтальон.
- Получите.
- Идем.
- Хэлл! Хэлл!
- Что?
- Я Эллин Фокнер, подруга Дженет.
- Как Вы меня нашли?
- Ваша новая подружка подсказала.
- Слушаю.
- Я хочу знать, где Дженет
делала аборт. Ведь Вы…
- Проваливай.
- Ладно, спрошу у Вашей приятельницы.
Женщина, у которой я снимаю комнату,
рекомендовала мне свою клинику,
но я не уверена, что это та самая.
Проверьте, пожалуйста, обращалась
ли к Вам Дженет Волан.
- Извините, спросите об этом у нее. Мы
не даем информацию о наших клиентках.
- Я понимаю. А о врачах даете?
- Вот список наших врачей.
Здесь фамилии и звания.
Миссис Бейкер, пройдите в третий кабинет.
- Доктор Тиль. Знакомая фамилия.
А она хороший врач?
- Мы не записываем к конкретному
врачу. У нас все врачи хорошие.
- И последний вопрос.
Когда вы закрываетесь?
- Обычно в половине шестого.
Сегодня немного припозднились.
- Отлично. Спасибо. Я приду.
- Здравствуйте. Вы
позвонили Бэну Чейзу.
Говорит автоответчик. Оставьте
сообщение после сигнала.
(Сигнал автоответчика.)
- Бэн, это Эллин. Я, кажется,
нашла необходимые документы.
Они в женской консультации
на углу Паруа Пэрела.
И, по-моему, у меня есть
возможность это проверить.
Сейчас почти половина
шестого, я перезвоню.
- Привет, Бэн. Это я. Всю неделю
не могу застать тебя в офисе.
У тебя очень умная секретарша.
- В женской консультации на углу
Паруа Перела. И, по-моему…
- Эллин?
- Это Сибел Тик. Я Вам уже звонила.
- Я не получал сообщения.
- Мистер Чейз, так никто не делает.
Я говорила с Мартином. Рассказала ему
документы. Почему Вы ему не рассказали?
- Когда?
- Перед тем, как подавать ходатайство.
- Нет. Когда Вы с ним говорили? Где он?
- Сегодня днем.
- Где Вы, черт возьми? Что
мне делать с этими картами?
Они все были здесь: и Долин Кларк,
и Филис Гирбер, и Дженет.
Они делали здесь аборт. Ими занималась
не доктор Тиль, но у нее был доступ…
- Вижу, Вы знаете, кто я. И это
честно, поскольку я знаю, кто Вы.
Вы – подруга Дженет. И,
полагаю, также подруга Бэна.
Его маленькая помощница.
Как же я промахнулся.
Бедный, неверный Бэн.
Это Бэн виноват. И ты это знаешь.
- Нет. Нет!
- Эллин.
- Нет, нет!
- Тихо-тихо. Эллин, это я.
- Бэн.
- Мартин, ты меня напугал.
- Мама дома?
- У себя в кабинете работает.
- Спасибо.
- Вернулся.
- Занята убийством детей?
- Доктор Тиль! Доктор Тиль!
- Да. Мартин?
- Ты предал меня, Бэн.
- Где ты?
- Ты сам во всем виноват.
- Ты у матери?
- У меня нет матери.
- Мартин. Как это понимать?
- Так, что нас осталось
лишь двое. Ты и я.
Мне нужно тебя увидеть.
Завтра в 9. В Ливерпоэнт.
Приходи один. Обещай мне, Бэн.
Обещай мне, Бэн.
- Обещаю.
- Это он звонил.
- Я его убью.
- Он того не стоит.
- Я должен.
- Я видела сейчас твои глаза.
Мне знаком этот взгляд.
Я видела его у мужей, матерей, отцов.
Иногда, когда я вечером
смотрюсь в зеркало,
я тоже наталкиваюсь на этот взгляд.
Но утром я понимаю, что закон главнее.
Я всегда это помню.
- На это он и рассчитывает.
Ты его арестуешь, зачитаешь права,
он воспользуется правом позвонить
лучшему адвокату и все пойдет по новой.
- А альтернатива есть? Убить его?
- Это будет самооборона. Или
будет выглядеть, как самооборона.
- Главное – не то, как это будет
выглядеть, а чем будет по сути.
- Это будет правильно.
- Бэн, тогда ты уподобишься ему.
- Бэн. Я здесь. Иди по трубкам.
- Я нарушаю режим.
- И потом, ты не принес цветы.
- Отлично выглядите.
- У меня нет повода
для переживаний. Я умираю.
- Я не знал. В нашу
последнюю встречу...
- Конечно, знал. Все
люди всегда умирают.
- Не напоминайте мне об этом.
- Об этом не лишне вспоминать.
Это единственное,
что мертвые могут сделать для живых.
- А что я могу сделать для Вас?
- Новые цитаты принес?
- Я думал, Вам уже это не интересно.
- Привычка – вторая натура.
- Мне припомнилась одна старая цитата.
Такой вещи, как правосудие нет
ни в зале суда, ни за его дверями.
Клерос Дэрол.
- И как ты ее понимаешь?
- Что закон и правосудие
– две разные вещи.
Это не одно и то же. По меньшей
мере, не здесь и не сейчас.
- Нигде и никогда.
- И никогда не будут.
- И к какому выводу ты пришел?
Окончив юридическую школу,
я поехал в Вашингтон.
Единственное, что я хотел увидеть –
это справедливый Верховный суд.
Для меня он был чем-то вроде небожителя.
Я подошел к суду и стал неподалеку.
Я увидел Луиса Брандайса.
Мне посчастливилось увидеть самого
Зевса. У меня остановилось дыхание.
Он же, не заметив замерзшей
лужицы, поскользнулся
и совершил фантастический кульбит.
Я кинулся к нему и помог
ему встать. Он не ушибся.
И совсем не был сконфужен.
В отличие от меня.
Поблагодарил и удалился.
Потом я поднял глаза и увидел,
что лужицу скрывала тень от сверкающей
статуи, символизирующий правосудие.
Брандайс был самым обычным человеком,
который пытался удержаться на ногах
ради идеала, который
всегда стоит выше нас.
Закон – это лишь тень
правосудия. Он не сверкает.
И он даже не той же формы.
Но они связаны.
И мы знаем, что он отбрасывает тень,
и только к тени нам дано прикоснуться.
- Мне пора уходить.
- Мне тоже.
- Исключено. Нет.
- Другого выхода нет,
Мезель. Ему нужен я.
Если я приду не один, он не выйдет.
- Почему ты не сказал нам это вчера?
- Я должен это сделать.
- Что, Бэн?
- Короче, я хочу, чтобы вы его взяли.
Для этого вы должны меня послушаться.
- С какой стати?
- Все будет запротоколировано.
И скрыть ты ничего не сможешь.
- Меня это не волнует, Джин. Давно.
- Освободился?
- Ну, так как?
- Хорошо. Если ты нас убедишь.
- На мне будет микрофон.
- Ты все еще его адвокат.
- Это ненадолго. Я возьму самоотвод.
Скажу, что не хочу его представлять,
постараюсь вынудить его
рассказать про смерть матери.
- С чего это он будет
с тобой откровенничать?
- Я его знаю.
Знаю неплохо. У нас
с ним особенные отношения.
- Если он что-то заподозрит,
он тебя убьет.
- Это моя забота.
- Послушай, сынок, уж не думаешь
ли ты, что мне тебя не жаль.
Это наша работа.
И вот что я тебе скажу:
Он убийца. И не просто
убийца. А псих. И он тебя убьет.
- Я понимаю.
- Ладно.
- В 9. В парке у Ливерпоэнт.
- В 6 приходи к нам.
Мы тебя экипируем.
- Ублюдок!
Ублюдок, ты же обещал!
Ты дал мне слово! Дал мне слово!
- Люблю дождь. Вслед
за очищающим огнем приходит
смывающий следы дождь.
Я рад, что мы снова вместе, Бэн.
Нам ведь было так хорошо.
- Срочно звони в группу захвата.
Всем покинуть здание!
- Приятно узнать всю правду.
Даже если ты остался один.
Если у тебя никого нет.
- Чего ты от меня хотел?
Чтобы я их задержал?
Нашел невинные жертвы?
- Невинные?! А как же их дети?
Они еще больше невинны, чем
ангелы. Ну да, все это в прошлом.
Но дело не в этом, Бэн. Ты упустил суть
того, что я пытался тебе рассказать.
- И в чем же суть?
- В том, что ты сам судья и
должен вершить правосудие.
Любой ценой.
Ты был молодец.
Ты был большой молодец.
Ты спас мне жизнь. Я этого
не забуду. И докажу это.
Твоя жизнь зависит от одного
движения моего пальца.
Я могу тебя убить или пощадить.
Но разве это важно, если ты
не спасешь собственную душу?
Ты считаешь, меня нужно остановить?
А я считал, что остановить
нужно мою мать.
Но я следовал своим
убеждениям. А ты?
А если бы я рассказал тебе, что
собираюсь симулировать умалишенного
и через год оказаться на свободе?
Ты мог бы поступить,
согласно своим убеждениям?
А если я отдам тебе пистолет?
Если бы я спросил тебя: Какое
наказание я должен понести
за нападение на Эллин? Я хотел
ее изнасиловать, хотел ее убить.
Хотел ее сжечь. Каков
будет твой приговор?
Покажи, чему я тебя научил, Бэн.
Спаси себя.
Спаси меня.
Бедный Бэн.
- Назад!
 

////////////////////////////