Актрисы (1 сезон, 2023 год). Цитаты и фразы из сериала

«Актрисы» — российский драматический сериал 2023 года режиссёра Фёдора Бондарчука.

Все фразы и цитаты

Серия 1

АКТРИСЫ
[мужчина]
«На мели мы лениво налима ловили,
Меняли налима вы мне на линя.
О любви не меня ли вы мило молили
И в туманы лимана манили меня?»
Йоу!
«33 корабля лавировали, лавировали,
лавировали, лавировали,
да не вылавировали…»
Да не вылавировали,
да не вылавировали… 33 корабля.
[делает дыхательные упражнения]
Гбде, гбда, гбдо, гбдо! Гбде…
Внимание, актёры, прозвучал второй звонок.
- Гера, пройдите на «ручки»!
- Гбде…
- Внимание, прозвучал второй звонок.
- …гбдо, гбда, гбдо! Гбдо!
[Гера, напевая] Галя, Галя, Галчонок мой!
Галина, ты где? А где моя Галина?
[девушка] Привет!
[Гера] Верочка! Приветствую, коллеги!
- Здравствуйте!
- Привет!
- Здрасте!
- Ну чего, готовы?
- Ну да, готовы.
- Сотрясём историю?
- Ага!
- Конечно!
[хором] С богом!
[по-японски] Удачи!
[неразборчивые разговоры]
[глубоко дышит]
[неразборчивые разговоры]
[шёпотом] А какая готовность, господа?
[дирижёр] Ждём только вас.
- Контрабас?
- Контрабас готов.
- Гобой?
- Отсутствует в составе оркестра.
Я помню.
Господин дирижёр,
меня одолевают смутные сомнения.
Мне кажется, скрипка не готова.
Маша, Мария, ну откуда столько агрессии?
- Так, ребят, собираемся.
- Мм?
[дирижёр] Не отвлекаемся.
[женщина] Гера!
Гера! Подъём! Дала третий раз.
Любочка, я тебя обожаю. Дала третий раз.
Дорогие друзья, приветствую…
Кому я всё это в трансляции
объявляю, непонятно.
- Подъём!
- Иду, иду.
- …выключить мобильные телефоны…
- Третий звонок.
[аплодисменты, музыка обрывается]
[Гера] Ты тоже хорош.
Живым людям венки разносишь.
А ведь наверняка пионер.
[раскаты грома]
Я бы в твоём возрасте
за такое дело не взялся бы.
[мальчик] Я не знал, что вы живой.
- [Гера] А если бы знал, не понёс бы?
- [мальчик] Нет.
[Гера] Спасибо и на этом.
[раскаты грома]
[мальчик] Я пойду.
Подожди!
А чего они сказали?
Сказали: 5-й этаж, 20-я квартира.
Сказали постучать, спросить
Зилова и отдать. Вот и всё.
Ну.
Видишь, как просто?
Дай сюда.
А сколько смеху? А!
Смешно или нет?
[Гера] Ну, почему ты не смеёшься?
У тебя, наверное, нет чувства юмора.
Витя Зилов, СССР, первое место!
[аплодисменты]
Объявляется антракт в 15 минут,
монтировщики, пройдите на сцену.
- Антракт в 15 минут!
- Любонька, родная, просил же
в правой кулисе для меня
заряжать чай с молоком.
Опять не было!
[Люба] Господа реквизиторы, обеспечьте
чай в правой кулисе, вашу мать!
[шёпотом] Гера, я прошу прощения.
Первый акт — просто потрясающе!
Кхм. Я — Коля Истов.
С ребятами вот в массовке играю.
Недавно ввёлся.
Ну, посетители кафе, [неразборчиво] —
вот это вот всё.
Наслаждаюсь, учусь, так сказать.
Дело хорошее, Коля,
главное — с этим не затягивай,
с наслаждением в массовке.
[раскаты грома]
[тихо] Да, я согласен.
[аплодисменты]
[неразборчивые разговоры]
[Гера] Ой, ой, я прошу прощения.
- Привет!
- [Гера] Привет!
[скрип лифта]
Эй, кто-нибудь! Это кто-нибудь?
Эм, понимаете, в чём дело,
я в лифте нахожусь
с невероятно высоким уровнем
эмоционального напряжения.
Что с этим делать, ума не приложу.
Передай, что всё в порядке.
Вот! Мне сообщают,
что ситуация уже нормализовалась.
Всего хорошего.
[грохот открывающихся дверей]
Извините!
Я не знал, что вы встречаетесь.
Он у нас в массовке занят.
А так его нигде и не видел.
Ну, он прекрасный актёр на самом деле.
Просто ему пока не прорваться никак,
сам понимаешь.
[Гера] Ох, помню я то время,
когда не прорваться!
Я бы туда назад не хотел. Не, не хотел бы.
О!
Это тебе!
Спасибо.
Главное теперь — не встретить поклонницу,
которая тебе их подарила.
- Это, кстати, правда.
- Угу.
[девушка] Как спектакль?
[Гера] Как обычно, гениально!
Разве когда-то было по-другому?
[девушка усмехается]
[гудки]
[сирена скорой помощи]
[смех с улицы]
[музыка стихает]
- Гер, смотри!
- [шум из телевизора]
[женщина]
Отправила им твоё новое портфолио.
Позвонила их кастинг-директору,
она подружка моя.
[телефон вибрирует]
Всё рассказала про тебя,
что ты хочешь у них сниматься,
что слышал про то, что они запускаются.
Ну, вот это всё.
- А она что?
- Ну как обычно.
Всё покажу режиссёру, всё расскажу.
Если будут вести — позвонит.
Понятно. Как обычно.
А чего ты прикипел-то к этому…
Срыв, нерв? Как там?
Нерв, Лариса, не срыв!
Фильм называется «Нерв».
Могла бы уже и запомнить.
Ну да, да, «Нерв».
Слушай, подпиши вот это для радио.
[Лариса] Ну а чего тебе туда так надо-то?
Потому что это артхаус, Лора.
Потому что это умное кино
для умного зрителя.
И мне туда нужно для творческого роста.
И мне странно, что сейчас
я тебе это объясняю,
- а не ты мне, понимаешь?
- Всё, всё! Не заводись. Я понимаю.
Просто там денег нет, никогда.
Зато смысл есть.
Ну тоже не всегда.
- Ну ок, если ты так хочешь…
- [телефон вибрирует]
Ну что молчишь?
Смотрю, как ты уже забыла,
о чём мы только что с тобой говорили.
Да блин, у меня один артист
до площадки не доехал.
- Разруливаю.
- Угу.
Гер!
Это всё видно на твоём лице.
[Лариса] Если я вижу, то и другие тоже.
Только я тебя люблю,
а другие — нет.
С этим надо завязывать.
А что мне ещё надо, Лор?
М?
Зачем ты мучаешь меня?
[Гера] Получаешь от этого удовольствие?
А ты?
Я люблю тебя и хочу простого — быть рядом.
И я всё готов для этого сделать.
Только я свободен, а ты нет.
[Гера] Кормишь меня завтраками уже год.
Тогда сам поговори с Виталиком.
Сам ему скажи о нас.
Но он же твой муж, Наташа!
Ты сама должна сказать ему.
[Гера]
Сколько можно жить в обмане, во лжи?
А дети, Вова?!
[режиссёр] Стоп, камера! Что такое, Гер?
Слушай, ну это, это же, ну это…
Ну это же вот херня прям,
вот классическая просто.
Ну, это не имеет, коллеги,
к драматургии никакого отношения.
Это бессмысленный набор букв.
Я не понимаю, чего мы здесь пробуем!
А главное — зачем?
Гера, мне жаль, что тебе не нравится.
- Ты читал сценарий, знал, куда идёшь.
- Да не читаю я эти сценарии.
Жалко мне три часа своей жизни
тратить на эту вот… литературу.
А тебе, Стасик?
Оленька, прости меня!
[хлопок дверью]
О! Степан Витальевич! Какими судьбами?
Здорово, Гер, ну какими судьбами
я здесь бываю? На пробы иду!
Если ты на проект «Больная кровь»,
не ходи.
Я их там всех разнёс. Кто эту х…ню пишет?
У меня в голове не укладывается.
Чего ты хотел? Ну, судя по названию,
какой-то сериал для дневного прайма.
Что может быть хорошего?
Так оптимист я, Стёпа!
- [Степан] Ага.
- Всегда надеюсь на лучшее,
а читать времени нет.
- Да, давай, давай.
- [Гера] Удачи.
[церковные песнопения]
[шёпотом] Здрасте!
[песнопения стихают]
[колокольный звон]
Можно было бы и подойти к телефону.
Ты же видела, я звонил, писал.
Я не хотела.
Напомни, пожалуйста,
это по-христиански так себя вести?
Ну ты про христианство
знаешь так же хорошо,
как я про шарикоподшипниковый завод.
Я, кстати, неплохо разбираюсь.
- Твою мать, Гер! Ну!
- Что?
Что тебе смешно-то всё бесконечно?!
Артист, господи…
- Я не хочу с тобой разводиться.
- Так, ну хватит. Ну…
- Я не хочу и не буду.
- Ты шутишь, что ли?
Нет.
Ну мы уже всё решили.
Ну у нас встреча в загсе назначена
через несколько дней.
Чего ты начинаешь?
Мы решили. Но, Поль…
Что «Поль»?
Ну что?
По каким цехам в театре
ты ещё не прошёлся?
Девочки-гримёрши? Костюмерши?
[Гера] Я не хочу это снова обсуждать.
Простите, а можно
с вами сфотографироваться?
- Просто так неожиданно, вообще!
- Конечно!
Полечка, погоди секунду.
- Давайте…
- Обожаю ваш последний сериал.
[Гера] Спасибо.
Спасибо! Простите, фотография смазалась.
[фанатка] Можно ещё разочек?
[Гера] «Кукушка кукушонку купила капюшон.
Кукушка купила капюшон кукушонку».
Ми, мэ, мо, ма, мо.
Маэстро. Я вас всех приветствую.
[играет грустная музыка]
- [Маша] Привет!
- [Гера] Привет!
Ну как, осилим второй спектакль?
Думаю, да.
Маэстро! Вот сегодня
я вижу, скрипка готова.
Гера, даю третий раз!
Зарядись, пожалуйста, на точку.
Любонька, ну как же с тобой скучно-то, а!
Ну я и так на точке.
Ну куда я отсюда денусь?
Ну ты не видишь? Я кокетничаю.
По тебе готовятся все службы,
ты нужен на точке, пожалуйста.
[Гера] Слушаюсь!
Повелительница тьмы!
[Люба] Начинаем!
[музыка стихает]
Ой, девчонки,
вот это очень вкусные штучки.
[Люба] Берите! Кто вино закусывает.
Так, всё? Есть? Ага!
[Гера, громко] Любовь моя. Созрели слова!
Ой, ой, ой!
- [Гера] Созрели слова!
- Ой!
У всех налито?
- [мужчина] Да, сейчас, сейчас!
- У всех? Там есть? Угу.
Любонька! Ребята!
Ни для кого не секрет, что наши цеха —
это в первую очередь люди.
Им не дарят цветов. Они как бы за кадром.
Я исправляю это досадное недоразумение.
[радостные возгласы]
Им не аплодируют.
Поаплодируйте, пожалуйста.
[аплодисменты]
Но без них, друзья мои,
не было бы вообще ничего.
Даже занавес не открылся бы
без нашей многоуважаемой Любови!
Ну да.
Единственный человек,
который на весь театр
с абсолютно серьёзным лицом,
при наличии, надо сказать,
мощного микрофона,
объявляет: «Дала один раз!»
[все смеются]
[Гера] «Дала второй раз!»
Любовь!
[Гера] Любонька, родная!
Давай нам всегда свои звонки.
Будь всегда рядом с нами.
Ты нам как родная,
ты нам как мама, ты нам как няня!
- Любим тебя! С днём рождения, родная!
- Спасибо!
- [хором] Ура!
- [Гера] С днём рождения!
[хором] С днём рождения!
Жень, а ты помнишь,
мы «Дворянское гнездо» в Ярославле играли?
[жизнерадостная музыка]
[Люба] Поздняков без состава играет.
Там режиссёр Болотов, он вообще
не умеет с составами работать.
Ну ладно, неважно. Короче, Ярославль!
А Поздняков до этого говорил,
что на поезде он не поедет,
он поедет на автомобиле,
что там Дивеево рядом,
он хочет монастырь посмотреть.
Ну в общем, ну ладно, чего!
15:00, световая репетиция, Позднякова нет.
[Люба] Нет, нет, нет, нет, звоню.
Ой, мощный спектакль.
Камера вообще не передаёт.
Не передаёт.
Театр — он для глаз, не для телефона.
Очень жалко, что они этого не понимают.
Ну, я про зрителей.
Очень жаль.
- [Маша] А какая твоя?
- Вон та.
А мы же чай попьём?
[Гера]
Попьём, конечно. Почему же не попить?
[Маша] Я скрипку забыла.
Погоди! Так у нас же спектакль завтра.
[Маша] А инструмент оставлять нельзя.
Я здесь подожду!
- Вячеслав Юрьевич, добрый вечер.
- О! Привет, Гер!
Всё пытаюсь к вам на разговор попасть!
Записываюсь у секретаря,
и никак не совпадаем.
Совпадём, обязательно!
Сейчас суета такая.
Я филиалом занимаюсь активно.
- И как?
- Что «как»?
Ну, филиал.
Ну пока строится ещё.
Доводим проект, ну, знаешь,
дела-то не творческие!
- Вот, Вячеслав Юрьевич!
- Ау?
Я как раз вот по поводу творческих дел
хотел поговорить.
- Гер! Гер, я всё!
- Сейчас, что ли, хотите?
Нет, разговор серьёзный.
Не хотелось бы на ходу.
Ага.
Вот.
Я подумал, что чай — это банально.
Ну, как минимум.
- Прошу!
- Спасибо!
Я вообще не пью,
ну, тем более у нас спектакль завтра.
А мы за вечер, за встречу,
за искусство.
- У тебя много книг. Красивые.
- Угу.
Редкие издания. Я их коллекционирую.
А им нормально здесь? Ну, на балконе.
Они мне сами не докладывали. Но я думаю…
Ну ты понимаешь…
Ладно, неудачная попытка пошутить.
[раскаты грома]
А можно я прямо?
Конечно.
Я хочу тебя поцеловать.
Уже целую.
[музыка обрывается]
Я так люблю наш спектакль.
Я тоже.
Знаешь, я почти не вижу,
как ты играешь, ну, только на слух,
но меня всё равно пробирает прямо.
[Маша] Ты так здорово вживаешься в образ.
Очень жизненно.
Спасибо большое.
А сколько ты их отыграл всего,
ну, спектаклей?
160, где-то около того.
Обалдеть!
Ты есть не собираешься?
Остынет, невкусно будет.
Да я чуть-чуть. Спасибо.
А как это — 160 раз играть одно и то же?
У нас, по ходу, интервью начинается.
Нет, извини.
Можем просто помолчать.
Ешь.
[Маша] Мне просто было интересно.
Слушай, родная,
ну чего тут интересного-то, а?
Вот ты сама человек творческий,
играешь там в своём оркестре, я не знаю,
какого-нибудь Стравинского
по десятому кругу.
Тебе это как, а?
Но один концерт на другой
никогда не похож.
Ну так вот со спектаклем то же самое.
[тяжело дышит]
Извини, пожалуйста,
я не хотела тебя злить.
Да это… это ерунда всё.
Не обращай внимания.
[Гера] Ты, вообще, как сегодня?
Какие планы? М?
Ну,
у меня вечером театр только,
и домой заехать переодеться.
Мне сейчас просто по «Скайпу»
надо будет пару звонков сделать,
а потом ещё встречи деловые. Понимаешь?
Ну а вечером, после спектакля, что?
[ритмичная музыка]
Вот посмотрим, какой он будет,
163 спектакль.
Секундочку.
Прошу.
Спасибо.
Красивые.
[Полина] Привет.
Зачем пришёл?
[шёпотом] Зачем ходят в церковь, Поля?
Что, уверовал неожиданно?
В том числе.
Хочу послушать, как ты поёшь.
Но это тебе не театр и не консерватория.
Адресом ошибся.
[мама] Ты точно не будешь обедать?
[Гера] У меня спектакль скоро.
Через три часа.
[мама] И что?
А то, мамуль, что вся моя энергия уйдёт
на переваривание еды.
- Мам, ну это…
- Слушать ничего не буду.
[шум из телевизора]
Просто неловко как-то.
Ну, придёт кто-то, а тут иконостас целый.
Ловчее некуда.
[мама] У меня сын — звезда. Я горжусь.
Не мешай мне это делать.
[звук нажатия на клавиатуру]
[шум дождя]
[женщина] Музыка пошла!
[играет блюз]
Волны пошли.
[режиссёр]
Не стойте пустые. Берите внимание.
Подумайте о том, что, не знаю…
что у каждой красивой женщины
есть мужчина, которому она надоела.
Поставьте «Гамлета»
у нас вы, бога ради.
Вы самый сильный режиссёр,
о наш Геннадий.
Мы можем спереди тут встать
и там вот, сзади.
Поставьте что-нибудь уже,
о наш Геннадий.
В театре много так
у нас любых актёров
И не хватает так
хороших режиссёров.
Поставь Шекспира, Гена, нам,
поставь Лескова.
Наш Гена лучший,
ну а что же здесь такого?
- Стоп, пожалуйста.
- [женщина] Музыка, стоп!
Оксан, ну ты издеваешься?
Я же всё вижу. Давай как-то поактивнее.
Сцена как лупа, увеличительное стекло.
Так, прогоняемся в полную ногу.
Ещё раз!
Андрей Иванович,
надо девочек на грим отпустить,
давайте следующий номер,
а они потом вернутся.
Хорошо.
Проходим, номер «Фантазёр».
А-а-а!
М-м-м! А-а-а! А! А! А!
[неразборчивые разговоры]
Коль, можем поговорить?
- Тебе очень надо?
- Очень!
Хорошо, поговорим.
- Не перебарщиваешь?
- С чем?
С вниманием к нему.
Я хочу знать одно,
когда мы перестанем быть мартышками
на юбилейных концертах для режиссёров,
в спектаклях которых мы не играем, а?
Когда-нибудь.
Лично я в них поэтому и участвую,
чтобы на меня обратили внимание.
Угу. Я жду одного — банкета.
Сегодня нажрусь.
- А сегодня «Утиная охота» на основной?
- Угу.
Как же Коля будет одновременно
в спектакле играть
и на юбилее выступать?
Окс, твой Коля там массовка.
Заменили, невелика потеря.
Перестань, а!
Там срыв спектакля, похоже.
Гера Кулдин не явился,
к телефону не подходит.
Вот что делает алкоголь с нашим братом.
- [Оксана] Здорово!
- Привет!
Ну ты прям нарядилась!
- Нормально или слишком?
- Нормально. Туфли?
Спасибо! Погнали, всё!
Давай, пошли.
- Девушка со мной.
- Здравствуйте! Спасибо.
Я буду тихо стоять в углу
и привлекать внимание ваших режиссёров.
[Оксана смеётся]
[женщина] Тихо.
Дорогие мои,
разрешите сегодня надоесть
вам окончательно.
[Геннадий] Во-первых, хочу вам
сказать огромное спасибо.
Это было талантливо и красиво.
[аплодисменты]
[Геннадий] И я тронут.
Э, я тронут,
что нечасто со мной случается.
[заикаясь] Концерт в честь моей,
к сожалению, немалой даты.
- [Люба] Угу.
- [Геннадий] Ах! Думал ли я?
Честно? Думал.
[все смеются]
Э, ещё мне хочется
сказать огромное спасибо
за этот вечер, за банкет
художественному руководителю
нашего театра.
Вячеслав Юрьевич, дорогой!
И конечно же, директору нашего театра.
Олечка Владимировна, за вас!
[радостные возгласы]
Всё, всё, всё, всё, я замолкаю.
Выпиваем, радуемся жизни… Ура!
- [хором] Ура!
- [безрадостно] Ура!
[аплодисменты]
- [жизнерадостная музыка]
- Здрасте!
[хмыкает]
[шёпотом] Покажи, кто худрук. [кашляет]
[Оксана] Сзади нас стоит, Гене руку жмёт.
- [подруга] А Геннадий — он кто?
- Просто режиссёр при театре.
А рядом с ним кто такая стоит?
- [Оксана] Блин, Алён!
- Всё!
Ты говорила, что будешь
молча стоять в углу. М?
Девочки! Предлагаю выпить
за театр и за Оксану,
которая наконец-то пустила
меня к вам на вечеринку.
Добро пожаловать.
Сильно!
Видела, наш как быстро ушёл?
[Ольга] Видела.
Ты думаешь, ему приятно видеть,
как тебя любит труппа, а его нет?
[Геннадий]
Ну ладно, Оль, спасибо, конечно.
Ты думаешь, я не знаю, чьих рук это дело?
Концерт, организация — конечно, ты!
Перестань. Театр должен тебя чествовать.
Да… Прям чествовать? Слушай, а…
Вячеслав Юрьевич, как ты думаешь,
как к этому всему относится?
А как он должен к этому относиться?
У него в голове всего два вопроса:
«Сколько стоит?» и «Зачем это надо?».
Всё остальное — лирика.
Ай, понятно.
[шум дороги]
[сирена скорой помощи]
[хлопок]
- [телефон вибрирует]
- [орёт сигнализация автомобиля]
Хм, театру нужен…
[телефон вибрирует]
настоящий художественный руководитель,
а не то, что у нас есть.
Извини, управление звонит.
Ещё этот Гера, говнюк, пропал.
Может, нашёлся?
Да, слушаю!
[смех]
Девчонки, давайте,
может, в караоке пойдём?
- Давайте!
- Тебе на сцене не хватило?
Слушай, давай то, что было на сцене,
мы вспоминать не будем.
Почему? Это же было талантливо и красиво.
- Талантливо!..
- [Ольга, громко] Что?
[все разговоры стихают]
[Оксана] Что такое?
[Ольга] Спасибо.
Чего случилось?
Может, ошибка.
Что?
Вот только позвонили.
Наш Гера Кулдин…
выпал в окно…
насмерть.
[Геннадий] Господи, спаси и сохрани!
[играет «Арлекино» Аллы Пугачёвой]


Серия 2

[плач]
[Оксана] Алён, пожалуйста, перестань!
Мне пора собираться. Пойдём.
Я раньше поеду, мне надо помочь там.
[всхлипывая] Я не могу этого понять,
принять я не могу.
[Оксана] Ну никто не может.
Представь, как Поле или Гериной маме, а.
Ну зачем ты мне это говоришь?
- Мне ещё хуже от этого будет!
- Господи боже!
Чего ты орёшь-то, а?
Я два килограмма соли бухнула,
чтобы успокоиться! Мне глаза щиплет!
[Оксана] Где этот душ?
Нормально?
[Оксана] Всё, всё!
Ну чего ты?
Вот это состояние нужно запомнить.
[шёпотом] Потери. Понимаешь?
Как оно накатывает на тебя.
Ты не бегаешь по квартире, рыдая.
Вот так лежишь в ванне
перед поминками друга, можно сказать,
и плачешь тихо.
Как эта смерть проникает
в тебя, ты чувствуешь.
[тоскливая музыка]
Пойдём!
[хлопок дверью]
[неразборчивые разговоры]
[Ольга] Доброе утро!
Всех, кто уже в театре,
просим собраться в арт-фойе.
Родственники могут пройти
на сцену, попрощаться.
Зал ещё закрыт, людей нет.
Спасибо.
[шум дороги, музыка продолжается]
- Ну, чего там?
- Да сейчас! Большая она, спадает.
Блин! Гера — это вообще
Георгий или Григорий?
Какое полное имя? Я всё время путаю.
Не знаю. Тебе что,
со сцены говорить, что ли?
Нет, просто интересно. Ну?
Сейчас, передавить боюсь.
[спокойная инструментальная музыка]
- [Алёна] Окс, я тут пока или куда?
- [шёпотом] Да, да, стой.
- Мм. А я сильно опоздала?
- Нет.
[Алёна] А цветы как?
Проход через кулису, там ребят покажут.
- А, ну, я тут пока постою.
- Да.
Хотя… пойдём, пойдём со мной. Давай.
[неразборчивые разговоры]
[Оксана] Здравствуйте.
- Вот тут постой.
- [Алёна] Ага.
[Ольга] Тсс! Ходим не как лошади.
Оксана здесь.
Нам ещё кто-то нужен.
Я бы хотела.
Давайте позже. И успокойтесь.
Нет, я сейчас пойду.
Ну хорошо.
Только постоять придётся несколько раз.
Людей катастрофически не хватает, пробки.
Там перекрыли что-то, пробки.
- Вон Коля может.
- [Ольга] Коля!
- [шёпотом] Иди сюда.
- [Коля] Да?
Четвёртым будешь.
Хорошо. [откашливается]
[Ольга] Ну чего, заряжаемся?
Давайте, давайте, давайте.
Сейчас музыка закончится, и я вас выпущу.
Тсс!
[музыка стихает]
Пошли! Пошли, пошли, пошли.
- [тоскливая инструментальная музыка]
- [вздыхает]
Коллеги, позвольте сказать несколько слов.
- [шёпотом] Да, конечно.
- Спасибо!
Потеря — это всегда боль.
[мужчина]
И в потере должна быть своевременность.
Когда уходят наши родители —
это естественный ход вещей.
Но когда наши дети — это невозможно.
Гера, по сути, ребёнок.
[мужчина] Наш друг.
Земля ему пухом.
[музыка продолжается]
[отец Полины]
Полечка, я тут пару слов подготовил.
Ты не будешь против, если…
Пап, извини, я сейчас.
[девушка] Здравствуйте.
[Алёна] Поленька!
Прими ещё раз мои соболезнования.
Всё… Всё хорошо, хорошо.
Ты как, ничего, держишься?
Тут вообще тяжело. Ты же знаешь.
Да, понимаю.
Все смотрят.
Да перестань, никто не смотрит.
Мы… Мы сегодня…
Что сегодня?
Должны были в загсе встретиться.
Разводиться.
[музыка стихает]
Идите, спинки держим. Давайте!
Родственнице плохо стало, откачивали.
- Ну как вы тут без меня, справляетесь?
- [работница] Вроде да.
[Ольга] Куда это она пошла?
Ну, к микрофону, похоже.
Гера был большим актёром.
О нём сегодня и вообще
будут говорить многие.
А кто это у нас вообще?
- Почему мы не говорим как о человеке?
- Я не знаю.
А?
Он был чувственный.
За маской шуток и своей известности,
- он был ранимый.
- Вы чего? Совсем, что ли?
[Маша] Да, ранимый.
Это главное слово о нём, наверное.
И что-то ранило его так сильно,
что он настолько рано решил закончить…
[Маша] Простите, мне сложно говорить.
Мы встречались в последнее время.
Вот это поворот!
У них что, роман, что ли, был?
Она сейчас что сказала?
- Это кто вообще?
- [Алёна] Не знаю.
Умирать не так страшно.
Страшно, что какая-нибудь
не первая скрипка скажет,
что была твоей последней любовью.
- Да хорош ржать!
- И ты уже не поспоришь!
Убери её немедленно со сцены!
Там родственники сидят.
- Мне этот балаган не нужен.
- Жень, но это твоя ответственность.
Ну ты что?
- Люб, убери её со сцены!
- Ой, Полиночка, мои соболезнования.
- Я тебя прошу, убери её со сцены.
- Да, да!
- Спасибо.
- [Люба] Лёш!
- Примите мои соболезнования.
- [музыка обрывается]
[Коля] Ой-йо!
- Сука!
- [Алёна] Пойдём, пойдём.
Пойдём-ка! Пойдём, пойдём!
Чудно.
Это что такое?
Откуда она, сука, выскочила-то?
[Полина] Как стыдно!
Я тут и так, вообще,
в идиотском положении.
Только ушла из этого театра.
И тут приходишь на похороны
к собственному мужу,
где выступает его любовница.
Это что такое? Как так-то?
[Ольга] Монтировщики, пройдите к сцене,
потихоньку забирайте цветы к выходу.
Монтировщики, пройдите к сцене.
[отец Полины] Дочь. Я тебя ищу везде.
- [Алёна] Здрасте.
- Здравствуй, Алёна!
Поль, ты не против, если я пойду скажу
пару слов о зяте в микрофон?
- Против!
- Почему?
Я хотел бы выразить мои соболезнования.
Так ты вырази их мне!
[Полина] Пап, ты мне скажи.
Или так охота на сцене
постоять, поплакать?
Артисты все!
[Вячеслав откашливается]
Друзья, коллеги,
я попрошу минуточку внимания.
[Вячеслав] Я…
с Герой был знаком не так давно,
всего два года, как руковожу театром.
Но вы знаете, придя сюда,
я вдруг сразу почувствовал,
кто здесь опора актёрская.
[Вячеслав] Кто является
центром репертуара в театре.
Тяговой силой. И это, конечно же, он.
По заслугам и по достоинству.
Земля ему пухом.
[шум от столовых приборов, скрип стульев]
- [Оксана] Молодой человек.
- Да!
Можно цветы по столам разложить.
- Портрет куда-нибудь пристройте!
- Хорошо.
- Ты где была? Я тебе пишу...
- Слушай, там портрет на сцене забыли.
Монтировщики уже начали
спектакль на завтра выставлять.
А что с Герой делать — не знают.
К тому же цветов кучу наоставляли.
Я принесла.
Идут тебе похороны.
Ну и свадьбы, наверное, тоже.
Чего?
[Алёна] Ну, сразу есть куда
свою пионерскую отвагу применить.
Перестань. Кто, если не я?
[Алёна] Что-то такое звучало
у Маркса и Энгельса — сто пудов.
Девочки, а тут свободная рассадка или как?
- А вы семья или друг?
- Я его агент.
Пойдёмте к нам за стол, я вас провожу.
Спасибо.
[неразборчивые разговоры]
Слышал? Столп репертуара, опора театра.
- Что он там ещё нёс?
- Угу.
А ведь именно он у Геры
всё это за два года и отобрал.
Сейчас стоит умничает.
И его вклад в Герину смерть имеется.
Ну.
Герка всё в своём театре каким-то
лишним себя чувствовал всё время.
[Геннадий] Ещё этот старый репертуар.
Ты абсолютно права.
Кстати, о репертуаре.
На носу «Утиная охота».
Нужно искать замену.
Ну, Олечка, ну не сегодня.
Давайте завтра всё решим, а?
- Да перестань!
- Что?
В этой части праздника обычно все палятся.
Тот ещё праздник!
Он очень хотел на один фильм
попробоваться.
И они решили его позвать.
Я звонила ему рассказать об этом
через несколько минут, как он…
- Ой, господи!
- Ну всё, всё, всё, всё. Выпить?
Только закусывать не забывайте.
[Геннадий] Друзья. [откашливается]
Разрешите сказать несколько слов.
Вы знаете, вот сейчас
поминки, столы, люди.
Я бы назвал это «праздником смерти».
Вспоминая Геру, мы что-то ещё
сейчас можем сделать для него.
[Алёна] Красиво загоняет.
Ещё бы он так хорошо
спектакли ставил, как болтает!
Ну, как говорится, не мешки ворочать.
Люба, а вы почему не с супругом за столом?
Так мы ж на работе. Дома и насидимся.
[Оксана, шёпотом] Люба наша — жена его.
Кого? Геннадия?
Повезло-то как!
А меня всегда поражало,
как это у вас всё так строго.
30 лет брака — сумели договориться.
Ой, девчонки, неважно это всё!
Герку жалко.
[Люба] Фух… Давайте-ка за него.
Как за живого!
[унылая музыка]
- А вы дружили, да?
- Да.
Ну, я лучшая подруга его жены,
бывшей почти, Полины Кулдиной.
Это она его довела.
- Ну, тут я бы поспорила.
- Довела, довела.
- Ну как посмотреть всё-таки.
- Что она хотела от артиста? Что?
Чтоб он перед ней на тумбочке сидел?
[Лариса] Ну не бывает так.
Ой. Бедная мамочка Герина.
- [Лариса] Её домой увезли, видели?
- Да.
Невозможно такой ужас вынести.
А у вас дети есть?
- Нет, нету.
- [Лариса] А у меня дочь.
12 лет. В артистки хочет. Зараза.
А что за проект такой?
Ну, куда Гера так хотел,
про который вы ему звонили?
«Срыв»! Или как его? «Нерв»!
А!
Господи, там этот режиссёр…
- Курабин, артхаус.
- Я поняла. Поняла.
[Оксана] Коль!
Привет!
Перестань, пожалуйста, меня сталкерить.
Чего? Ты уходишь?
Да! Окс, я ухожу. Ты не видишь? Я ухожу.
Ну, я не виновата, что меня утвердили
в эту сказку, а тебя нет.
Ты не виновата, да, конечно.
Просто… для меня лично, девушка,
которая не думает об интересах,
творческих интересах своего парня,
больше мне не интересна.
Вот и всё. Всё, Окс!
- Ты серьёзно?
- [Коля] Да.
Так мы расстались или поссорились?
[Алёна] О!
- [Женя] Аккуратно!
- Посмотри, понесли.
Красота какая!
[парень] Так! Тихо, тихо!
Я Польку, конечно, люблю,
но ведёт себя не по-христиански, что ли?
Ну я не знаю, вы как-то больше дружите.
Ну вот я тебе и говорю —
поминки продинамила.
Эту Машу по лицу ударила.
А должна не бить, а свою подставлять.
Полька же у нас по православной стезе.
Я думала, как идут в церковь,
так сразу про душу. А ни фига!
Они успели развестись?
Не-а. Сегодня должны были.
Так что она у нас вдова.
Ничего нас, актёров, не лечит.
Ни церковь, ничего.
Только смерть.
Умер — и автоматически перестал париться.
[Оксана] Алён! Может,
тебе притормозить с алкоголем?
Поехали домой?
Слушай, а чего он из окна-то выпрыгнул?
Слышала что-то?
Ну, коротко говоря, потолок в профессии.
Мм.
Репертуар играл старый,
новый худрук ролей не даёт.
В большое кино
после его сериалов не берут.
Плюс выпивал.
Ну, так в театре говорят.
Ну, тут и я бы из окна сиганула.
Чего, мужику под полтинник.
[Алёна] Вариантов взлететь уже нет.
Все неправильные выборы как бы сделаны.
Это не жизнь.
Чего ты несёшь?
Поехали домой.
А чего ты не пьёшь, я не поняла?
У меня завтра смена.
Какая смена?
[ритмичная музыка]
[Оксана] Спасибо.
Так, значит, после этого кадра
переодеваем Оксану
в зелёный костюм под графику с лягушкой.
Мы готовы!
- Можем, да?
- Можем.
- [режиссёр] Оксан, готова?
- [Оксана] Да!
Внимание, группа! Приготовились к съёмке!
- Мотор.
- Мотор идёт!
Э, надо прям в камеру смотреть?
Да! Да, да, Оксан.
Прямо перед собой в объектив смотри.
Мотор идёт?
- Мотор идёт!
- Камера идёт!
- [девушка] 51, 7, 2!
- [режиссёр] Внимание, приготовились!
И начали.
[Оксана, уныло]
Ах, Иван-царевич, что же ты наделал?
Если б ты подождал три дня,
я бы навечно была твоей.
А теперь прощай.
- Замажь потом вот здесь вот…
- Ищи меня за тридевять земель,
- за тридевять морей.
- [режиссёр] Ага, спасибо!
В тридевятом царстве,
в подсолнечном государстве.
У Кощея Бессмертного.
[режиссёр] Стоп!
[музыка обрывается]
[мужчина] Молодцы!
Кажется, мы нашли с вами
что-то такое правильное.
Мы ещё покрутим, повертим,
как там получится.
Вы, Алёна, очень высокий градус
взяли, прям здорово.
Спасибо. У меня сейчас
состояние такое, всё на роль.
Что имеете в виду?
Похоронили вчера Геру Кулдина, слышали?
- Слышал.
- Друг мой.
- [мужчина] Соболезную.
- Да уж. Но сцена хорошо пошла.
[вздыхая] Спасибо вам большое ещё раз
и, надеюсь, до встречи.
- Ребят! Время!
- [Алёна] Не будем отвлекать, да?
- Ещё раз спасибо.
- Спасибо.
Здравствуйте.
- Ой, Алён, привет!
- Привет!
- Рада видеть!
- Привет! Как дела?
[актриса] Отлично. Кручусь. Как ты? Туда?
[Алёна] Всё хорошо! В работе вся.
- Ладно, обнимаю, опаздываю на встречу.
- Давай, давай! Обнимаю, целую. Пока.
[играет рок-музыка]
Эй! Эй! Девушка, вы что делаете?
Дядь, с дороги уйди! Чего непонятно?
[сигнал автомобиля]
Ты кому сейчас стукнул, сука?
Да вы меня сейчас чуть не задавили.
А ты не видишь, девушка в машине сидит,
уехать собирается?
Чего ты встал со своим фотоаппаратом?
Я должен был проверить,
оплачена ли у вас парковка.
Она у вас не оплачена.
А мне нечем платить. Нечем! Понятно?
Всем нечем.
Не сравнивай нас,
тебе всегда будет нечем. А я…
Я актриса, понимаешь?
- Ого! А я мог вас где-то…
- Нигде!
Нигде ты меня не мог видеть.
[музыка обрывается]
Да это вообще, мам, я сама рада.
Просто, видишь, не могу улыбнуться.
Да ты у меня талантище просто! И красотка.
Как прошло? Хвалили тебя?
Да нормально.
Так красиво, мы в павильоне снимали,
потом в театр забежала.
В театр ты каждый день забегаешь.
Мне… Мне про съёмки интересно.
Да там немного сегодня было.
[мама]
Из тебя клещами тянуть — не вытянешь.
С первым съёмочным днём тебя, доченька!
- Спасибо.
- Ты что-то не очень весёлая
для такого события.
Из-за твоего коллеги, да?
- Ах! Ой, царство ему небесное!
- [скрежет ключа в замке]
- Ладно, всё, Алёнка пришла.
- Привет ей!
Я пойду. Целую, мам.
И не рассказывай ей ничего.
- Мам, перестань, она моя подруга.
- Нет у вас там друзей!
Ну ладно, как знаешь! Пока!
Всё, пока.
Да! Здорово!
Слушай, его уже неделю обещают починить.
Квартира… Нужно на хрен съезжать отсюда.
- Ничего не ладится.
- Я не спрашиваю, как прошло, очевидно…
Да хреново! Просто максимум хреново!
- Чего случилось-то?
- Мм.
Сначала было всё нормально.
Ну, мне так казалось — реж адекватный,
партнёр мудаковатый, ну ничего,
приладились друг к другу. Мм…
- Так…
- Прощаемся, то-сё и…
И?
- Заходит кто?
- Кто?
Ну вот кто может зайти?
- Нет! Да ты гонишь?
- [громко] Да! Да!
- Нет!
- Нет! Стрелова!
- Расстегни.
- Ага!
Прикинь!
Мои дети, ну, если они у меня будут,
спросят: «Мама, а почему у тебя
не состоялась карьера актрисы?»
[Алёна] А я скажу:
«А потому что вашу маму на пробах
обходила другая тётя — вот почему».
Да… Это вообще похоже на издевательство.
Когда уже кастинг-директора
научатся разводить актёров,
чтобы они не видели друг друга?
[Алёна громко вздыхает]
Ну ведь просто из уважения
к нашей расшатанной психике.
Я, б…дь, вообще молчу, они тупые все.
Ну ладно, тебе же ещё не отказали.
Слушай, я уверена,
что она пришла и сделала всё хорошо.
Без души, но ремеслом владеет.
А режиссёры это любят.
Это я играю в зависимости от луны,
дня цикла, настроения.
А Лера, сука, робот.
- Да, это так.
- [автомобильная сигнализация орёт]
Как твой первый съёмочный?
Да нормально, там коротенькая сцена была.
Да не прибедняйся.
Гримёрша сказала, что у меня щёки
как у девушек с картин Кустодиева.
- А там худые или толстые?
- Второе.
- А, удали комки Биша.
- Чего?
- Ну, вот эти.
- Спасибо!
Вообще, я, знаешь, обижена на тебя.
Гера сначала — это п…ец полный,
потом ты ещё скрыла, что тебя утвердили.
Просто не хотела сглазить.
- Я тебе подруга или кто?
- Подруга.
Поэтому непонятно, почему ты злишься.
Хотя могла бы порадоваться.
Потому что мой агент — ленивая жопа.
Или просто ставит
на других своих актёров-звёзд.
А у меня ни работы,
ни денег, ни популярности.
И мне вдвойне обидно,
что ты от меня скрываешь свои успехи.
Ладно, я так больше не буду.
Обещаю!
Пойду съем чего-нибудь.
[Алёна] В бешенстве тотальном.
Да нормальные у меня щёки.
[гудки]
[девушка] Алло!
Мариночка, привет, не спишь?
Нет, случилось что-то?
[Алёна] Ну, случилось то,
что у меня нет работы.
Опять начинается.
Про проект «Нерв» Курабина слышала?
[Марина]
Ну слышала, да, запустились они, и что?
- Вот очень хочу на пробы туда. Очень.
- Алён, это артхаус, там не платят.
[Алёна] Но зато это фестиваль и репутация.
Пробей меня туда, пожалуйста, поработай.
Стёп! А ты чего хочешь от меня?
Как спектакль прошёл?
Вот этот вопрос —
он как издевательство звучит.
На днях актёра похоронили. Друга!
Да, вот именно! Вот это состояние
ты на текст положи. Хорошо?
- [мальчик] Мама!
- Да!
Пап!
Кстати, к нам французский режиссёр
в театр приезжает.
«Хор нищих» ставить будет
на большой сцене.
В театр красиво вернуться хочешь?
Всё, да я готов! Ну дайте шанс!


Серия 3

Ваш паспорт, пожалуйста,
и паспорт супруга, соответственно.
Пожалуйста.
[звонит стационарный телефон]
Заполняйте заявление.
Я вам на месте выдам
свидетельство о смерти.
Образец.
[женщина] У нас система отлажена,
всё быстро сейчас можно сделать.
[Полина] Угу.
[неразборчивые разговоры]
[писк принтера]
Вот, напротив фамилии распишитесь.
В реестр, для отчётности.
[звонит стационарный телефон]
Я вам сочувствую, Полина Константиновна.
[женщина] Это кошмар, такое горе.
По-женски прямо соболезную.
- Спасибо.
- [шум принтера]
Да, это всё… ужасно всё это.
[женщина] Такой артист, обожала его.
Такая в нём харизма была, жизненность.
Мы с Герой в этом загсе женились.
- М-м.
- Вот так вот.
Искренне хочу тебе помочь, не понимаю чем.
Да нормально, мне помогают.
Да, Стёп, мне Бог помогает.
И мне не нравится твоя ирония
на этот счёт.
Никакой иронии. Какая ирония?
Почему? Я искренне спрашиваю.
- Стёпа Суворов, красава!
- Здрасте. Спасибо.
Пойдём пообедаем вместе?
Стёп, а ты чего хочешь от меня?
А… Я хочу с тобой пообедать.
Я вдова.
- Свеженькая, новенькая вдова.
- Поль, Поля,
я просто хочу с тобой быть,
есть, пить, ходить. Вот и всё.
При чём тут вдова? Тем более что…
Считаешь, это правильно?
Ну, нам так можно?
Да, конечно, я считаю,
что это правильно. Ну почему нет?
В конце концов, это уже смешно немножко.
[Полина]
А я вот не считаю, что это так смешно.
Стёп, ты меня прости.
Ну пожалуйста, прости.
Я сама позволяю тебе приходить ко мне.
Вот это вот всё, да.
В загс пришёл со мной,
- а так делать не надо.
- Так…
Не надо делать.
Не надо так делать, пожалуйста.
Не надо так делать.
Прости меня, умоляю.
Всё, что между нами случилось, это…
это было прекрасно, прекрасно.
Пусть там и останется, пожалуйста.
Я тебя прошу. Пожалуйста, пусть там.
- Поля!
- Там пусть…
[Стёпа] Полина!
Полин! Поля!
[музыка стихает]
[шум дороги]
Внимание, финал!
[женщина] Народ, пройдите на сцену.
Внимание, народ, пройдите на сцену.
[ритмичная музыка]
- Колян, пахнет, спалишься.
- Нормально всё будет. Не зуди.
- А куда ещё-то? Куда?
- Давай-давай, это спор.
От сушек связки садятся. Поверь мне.
Хорошо,
что он в этом спектакле не говорит.
И нескоро заговорит.
Ну-ка, тихо! Вы больные?
Там спектакль идёт! Или вы не в курсе?
Быстро замолчали и заряжайтесь к выходу.
[Женя] Имейте уважение к работе актёров,
вас на сцене слышно.
[шёпотом] Извините.
- [все смеются]
- [Коля] Чего ты ржёшь всё время, а?
- Убери ты эти сушки на хрен!
- Коль, ну, полегче.
- [Коля кашляет]
- [звонок в дверь]
- Привет.
- [Коля] Привет, мамуль!
- Есть будешь?
- Да, не то слово, буду.
[кашляет]
Где папа?
Эм, с машиной возится в гараже.
Полетело у него там что-то.
Как спектакль прошёл?
[кашляет]
- Что не так опять?
- Мам, ты прости, просто…
вот этот вопрос —
он как издевательство звучит.
Я в этом спектакле играю массовку.
Ну, вот, ну, народ. Просто народ.
- [Коля] Как он мог, по-твоему, пройти?
- О господи! Да где тут издевательство?
Работал бы на заводе,
тоже нельзя было ни о чём спросить.
- Я не на заводе работаю, мам.
- Успокойся.
Все работают. Какая разница где?
Ой, а артист ваш как?
Который с балкона выскочил?
Мы с папой читали.
Как? Ну, как может быть? Он никак.
- [отец] Всех приветствую.
- [мама вздыхает]
- Пап, есть будешь?
- А чего же нет, когда да!
- Коля.
- [Коля хлюпает]
Что?
- Как спектакль прошёл?
- Да блин! Вы издеваетесь?
[ритмичная музыка]
[Коля кашляет]
Когда я приближалась к железной дороге…
Когда я поскальзываясь шла…
Когда не знала иного дела, как идти…
Идти и думать о тебе.
О тебе…
Да б…дь!
[откашливается]
И думать о тебе и о метафизике тебя.
Об обостряющемся чувстве пустоты,
которое вот уже съело часть моего горла.
Оно уничтожило мои рёбра.
Оно стёрло всё испытанное и забрало опыт.
И я иду с одной тупой
голодной мыслью о тебе.
О тебе!
Я думала: вот дойду до вывески
любого города, оно выльется из меня,
оно исчезнет. Но…
Вот он, мой город…
Вот мой причал, вот я дошла, и ты со мной.
Тебя не вырезать.
Ты как болезнь, которой хочется
болеть смертельно долго и…
обязательно смертельно.
Хух!
[трогательная музыка]
[Алёна] Раф, ко мне! Ко мне! Молодец!
Рядом! Рядом иди, рядом!
Мам!
[музыка обрывается]
[Алёна] Мам, ну вы где все?
Привет! Собаку в дом не пускай.
Заходи, я сейчас.
[раскаты грома]
- Привет. Привет, Кир.
- Привет, Алён.
Меня это бесит уже.
Ну а что я могу сделать?
Ну не покупай ты эту кукурузу,
одна химия и сахар.
[тихо] Слушай, почему он меня стал
по имени называть последние полгода, а?
Ну, может, он в протесте. Возраст такой.
- Сама с ним поговори.
- Я-то поговорю.
Но ты тоже должна объяснить,
чтобы это с двух сторон шло.
- [Кирилл] Мама!
- Да.
Я ушёл погулять на колонку с друзьями.
Хорошо, сынок, иди.
[шёпотом]
Ну какой он тебе сынок? Он мой сын.
Вот сама ему всё и объясни.
[ритмичная музыка]
Смотри, эта сцена, но её нет.
Это твой закадровый текст в финале.
Мне кажется, здесь есть эта… та самая
энергетическая спрессованность. Да?
- [режиссёр] Давай его попробуем?
- Да, это отличный текст.
Всё в порядке?
Да.
Просто на днях актёра похоронили, друга.
[музыка стихает]
Да, я читал.
Гера.
Кулдин.
Ну конечно, Кулдин. Ужас.
Ты знаешь, мне всегда кажется,
что он по спирали саморазрушения шёл.
Можно сказать, достиг
своего метафизически.
Мм, не знаю.
Мы хотели позвать его сюда
на главную роль, на пробы.
Ты знаешь, мне нравятся такие
вроде сбитые лётчики, что ли.
А для меня как для режиссёра
это пластилин для взрослых.
Да, лепится трудно, но можно выжать
что-то совершенно новое.
- Да, наверное.
- Вот, да! Вот именно!
Вот именно это состояние
ты на текст положи. Хорошо?
Но на сдерживании.
Как бы имея всю горечь потери за спиной.
- Угу.
- [режиссёр] Вот.
Давай, как будешь готова, скажи.
[Оксана] Я готова.
[режиссёр] Угу.
- Сюда?
- Да.
Приготовились.
Начали.
Когда я приближалась к железной дороге…
Когда я поскальзываясь шла,
когда я не знала иного дела,
кроме как идти.
[возвышенная музыка]
Идти и думать о тебе, о метафизике тебя.
Об обостряющемся чувстве пустоты,
которое вот уже почти
уничтожило моё горло.
Оно съело мои рёбра…
Стёрло всё испытанное и забрало опыт.
Только не спрашивай, как дела в школе.
- Не буду.
- Отлично.
Слушай, может,
ты мне список вопросов составишь,
о чём тебя можно спрашивать, о чём нельзя?
- Ну может, и составлю.
- Ты, смотрю, умный стал.
Впитываю окружающую среду.
- Ты на что намекаешь?
- Ни на что вообще.
- Я тоже умная.
- Да, но ты не моя окружающая среда.
[музыка стихает]
- [мама] Идите есть.
- [Кирилл] Идём, мам.
Кир.
Я поговорить с тобой хотела.
- Почему я не называю тебя мамой?
- Да.
Ты когда уезжаешь?
Завтра.
Ну, просто у меня
очень важные пробы. Понимаешь?
Вот поэтому.
Раф, пойдём.
[Раф порыкивает]
- Коль.
- Да.
- Заходи. Давай.
- [Коля] Угу.
А чего ты ко мне с этим вопросом пришёл?
У нас вроде как по этим вопросам —
художественный руководитель.
Ольга Владимировна,
ну мы же с вами всё прекрасно понимаем
про художественного руководителя нашего.
[Коля] Да и… я извиняюсь.
Просто его цифры интересуют,
не люди, не искусство.
Ну, как директора театра в прошлом,
а вы уникальный человек.
[Коля] В этом смысле, ну…
Ну, вы исключительны, вы неравнодушны.
Поправьте, я, может быть, неправ.
Поправьте меня, ну, заранее извиняюсь.
Но ведь только же похоронили.
[ритмичная музыка]
[Ольга] Надо подумать.
Спектакль в репертуаре стоит через неделю.
Аж через неделю.
А я хотела поставить замену спектаклю.
А я и текст весь знаю.
Ну, мизансцены, я практически всё знаю.
Правда. И я сейчас в возрасте,
когда Гера выпускал спектакль.
Ну дайте шанс. Ну п…
Ольга Владимировна, всё,
ну вот, ну сходится пазл.
Правда, я готов. Ну дайте шанс.
Я позвоню вашему режиссёру.
[Ольга] Если он согласится…
Коль, а ты сам-то потянешь?
[музыка обрывается]
Сейчас вы обидели меня, конечно,
Ольга Владимировна.
Я пять лет жду, как потянуть что-то.
Не массовку, не народ, а роль настоящую.
И наконец такое.
[Коля смеётся] Э…
Ну, я имею в виду, чтоб помочь театру
в трудной ситуации — мой шанс.
- Напор хороший?
- Да.
- [мужчина] А бойлер?
- [Полина] Нет, бойлера нету.
- [девушка] А вот мебель вот эта?
- А. Всё выставляю.
Это хорошо. А сдаёте квартиру почему?
Потому что.
Потому что себе новую купила.
[девушка] Ничего себе,
сколько у вас книг-то вообще!
А вот книги бы забрать, да, Ань?
[девушка] Угу.
[мужчина] Книги заберёте же?
Нет, не заберу.
В смысле не заберёте?
Так, вообще-то, не делается.
Мы, если сюда переедем, захотим же
по-своему всё как-то расставить.
[мужчина] Ну да.
Ну всё, давайте, ребята.
Идите.
Куда идите? Не понял.
Отсюда.
[девушка, недовольно] Так… Окей.
[бодрая музыка]
[сирена скорой помощи]
[раскаты грома]
[шум дороги]
[музыка продолжается]
[музыка обрывается]
[шум дождя]
[Алёна] Время моё уходит, понимаешь?
Ну, типа такой красивой, как сегодня,
я уже не буду никогда.
Мне уже мои биологические
профессиональные часы
каждый день по башке стучат.
[Алёна] То я слишком молодая,
то слишком взрослая.
[смеясь] Потом стану пожилая,
вариантов уже никаких.
[Алёны вздыхает]
Просто иду сегодня на пробы,
а внутренне их уже не прошла.
Такая бесконечная зависимость.
Только вдумайся в суть самого слова…
лицедейство.
[Полина] Действовать чем? Лицом.
Зависеть от чего? От лица.
[сирена скорой помощи]
Слушай, а тебе стало легче,
когда ты из всего этого ушла?
Не знаю.
Путаю следы косматого.
Он думает, что я на сцене,
а я раз — и не на сцене.
[обе смеются]
[Алёна мычит]
Поль…
Ты прости меня,
что я тебя всем этим гружу.
Такой период у тебя сложный.
Одной непросто справляться.
Я должна научиться быть одна.
Должна…
понять, что одной можно,
что это не так уж и сложно.
Со мной Бог.
Я с тобой.
Нас трое.
[Полина вздыхает]
А Гера с этого балкона вышел?
[Полина] Угу, с этого.
Ты знаешь, ты тоже хорош, вот так вот…
живым людям венки разносишь.
А наверняка пионер.
Я в твоём возрасте
за такое дело не брался бы.
Я не знал, что вы живой.
Мм.
- А если бы знал, не понёс бы?
- Нет.
[Люба] Ну как?
Как кусок из сердца вырвали.
[Маша] Я работать не могу.
Есть не могу.
Ничего не могу.
[Люба] Машунечка, девочка моя.
Я же не знала, что у вас роман-то был.
Ой, батюшки, что ж делается?!
Так вот он почему на пузе
у оркестровой ямы всё время лежал?
Ну, да.
Он такой нежный был, такой…
Так, всё, давай иди умываться.
Тебе ещё на скрипке пиликать.
Э, подожди, а можешь
чуть ближе с венком стоять ко мне?
Я хочу аккуратно потрогать его,
чуть поближе.
- Но я тогда со световой точки уйду.
- Ничего страшного, ребята подстроятся.
Просто чуть поближе. Хорошо?
Ещё. Аккуратно.
[шмыгает носом] Вот так. Э…
Сейчас. [вздыхает]
А меня уволили.
Ну, после того,
как я правду на прощании сказала.
А я просто хотела побыть там,
где он ещё не так давно был.
Привет. Колю вводят? Офигеть!
Я только сейчас узнала.
Да, вот дождался парень своего часа.
Но мы по-другому репетировали.
Слушай, я чуть-чуть деталями роль обживаю,
а ты… вообще, будь готов.
Я в каких-то нюансах, в каких-то мелочах
- по-другому буду работать. Хорошо?
- [пищит микрофон]
Видишь, как просто всё, да?
А вы чего? Что случилось?
Мы Герку вспоминаем сидим.
Н-да, это жесть, конечно.
И Полину жалко, хоть они и разводились.
Да тоже бедная девочка.
Так они успели развестись или нет?
[тихо] По-моему, не успели.
Да у них там всё сложно.
Он гулял от неё.
Она ж поэтому вроде из театра ушла.
- Ага.
- Потом она от него гуляла.
[скулит]
[тихо] Ой! Простите. Вы, кажется, с ним…
Последняя с ним гуляла, да. Иди давай.
[ритмичная музыка]
[Люба] Ну, моя. Всё. Тсс, тсс!
Эй!
Витя Зилов. СССР. Первое место…
Тихо, тихо, тсс, тихо.
Монтировщики, занавес я буду закрывать?
Через пять минут пускаем зрителя.
Значит, мне очень хочется сказать
огромное спасибо вам, ну, всем.
Ну, правда, вы так мне помогли ввестись в…
Всё время рядом были.
Вы, ну, мои партнёры, друзья.
[Коля] Спасибо огромное. Эм…
Немножко больно за Геру.
[Коля] Потрясающий артист.
Я наблюдал из-за кулис за ним.
- То, что он делает, это…
- Мм.
[Коля] Не знаю, я учился у него…
Короче, тут даже слов нету.
И очень надеюсь, что он был бы рад
такому выбору актёра на его роль.
Вот, хочу сказать спасибо руководству.
[Коля] За доверие.
За предложение в первую очередь.
Я сразу согласился, не думал.
Ну, я так воспитан, надо помогать.
Э… Вот.
Ну…
За вас. Да, партнёры, да.
[мужчина] Да, давайте выпьем.
Ну, ура, ура!
- Ура!
- Ура-ура!
- [Люба] Поздравляем, Коль.
- Спасибо, спасибо большое, спасибо.
[жизнерадостная музыка]
- Круто, что ты пришла.
- Ну ты позвал.
Так бы я после нашего разговора
на поминках…
Окс, ну пожалуйста, давай не вспоминать.
Да? Просто ты сказал, что тебя
не интересуют такие девушки, как я.
- Которые не заботятся об интересах…
- Окс, у меня премьера.
Да?
Эм, мне радостно, я устал.
«Устал» — это глагол, а ты уставший.
- Ну ты же поняла меня.
- Угу.
[Коля] Угу.
[шёпотом] Поехали ко мне в гости?
Поехали.
[скрип двери лифта]
[звонок в дверь]
[мама] О! Вы компанией.
- Прекрасно. Проходите.
- [Коля] Привет.
[музыка продолжается]
Толь, иди скорее.
Николай коллегу по театру привёл.
Э, вы вместе с Колей играли сегодня?
Оксана. И очень приятно.
Нет, я не играла. Я просто смотрела.
- И очень хорошо.
- Проходите.
В крайней степени приятно, папа, Анатолий.
Э, на кухню побежала Люся.
Ну что, предлагаю выпить
по рюмашечке за успех.
- Господи…
- Мы ещё не видели, нас ещё не звали,
- но я верю, что это так.
- Пап, иди на кухню, а!
- Поставь цветы.
- Прошу. А где у нас ваза? А!
[Толя] Люсь, где ваза?
Пожалуйста.
- [Оксана] Ого.
- [музыка обрывается]
[священник читает молитву]
[телефон вибрирует]
[шёпотом] Извините.
[Полина] Да. Алло. Алло.
[Наташа] Полин, привет.
Удобно говорить? Как дела?
Э, привет. Да, удобно.
Про как дела глупый вопрос.
Всё знаю, новости читала.
Прими мои соболезнования.
[Полина] Да, Наташ, спасибо.
Слушай, мне тут проект прислали на тебя.
Хотят пробы.
[Наташа] Я знаю, что ты теперь
не в профессии, вот это вот всё…
Но я почитала. Это прям твоё.
Может, попробуешься ради интереса хотя бы?
[спокойная музыка]
Полина, ты тут?
Тут, да.
[Наташа] Ну, что скажешь?
Текст финальный — закадровый,
но мне кажется,
здесь есть правильная
энергетическая такая спрессованность.
- Да, да.
- Вот его интересно попробовать.
Нет, это замечательно.
Ну, такая поэтическая проза.
Ну, по крайней мере,
у меня такие ассоциации.
Спасибо, я сам писал.
- Давайте почитаем, а потом снимем.
- Да, конечно.
- Аккуратнее.
- Извините.
Эмоциональная кульминация внутри.
- Такое яростное одиночество.
- Да, понятно.
- Но не унылая. Да?
- [Алёна] Да-да. Понятно.
- Когда герой потерял всё… Да.
- Сюда, сюда?
Но не может с этим смириться.
И он действует по состоянию.
- [Алёна] Угу.
- [режиссёр] Вот вы Геру Кулдина знали?
Знала, да.
Снимались вместе и…
общались. Просто ужас какой-то! Извините.
Вот, вот.
Вот это состояние подложите под текст.
Если оно вам близко, если оно трогает.
- Угу.
- Да? Либо ещё что-то другое.
Это я так, пример состояния.
- Я поняла.
- Уровень жизни и смерти.
Угу.
Почитаем?
Да.
[грустная музыка]
Когда я приближалась к железной дороге…
Когда я спотыкаясь шла,
когда я не знала другого дела,
как идти и идти…
И думать о тебе.
[скрежет ключа в замке]
[музыка обрывается]
- Доброе утро.
- [Алёна] Предположим.
[Оксана] Здорово.
- [Алёна] Где была?
- [Оксана] У Коли.
[Алёна] Зачем?
[Оксана] Ну, позвал. Сваришь на меня тоже?
А он же тебя вроде послал,
насколько я помню.
Ну, мы помирились. Он мне всё объяснил.
[шум воды]
Ну хорошо.
[Оксана]
Ты какая-то странная. Не в настроении?
На пробах вчера была,
у Курабина, фильм «Нерв».
Куда Геру посмертно звали. Слышала?
Не-а. Как прошло?
Мм.
Хорошо. Режиссёр интересный.
Угу.
Помнишь, я тебе говорила,
как по Чехову важно запоминать,
фиксировать состояние?
Вот он меня просил Герину смерть
под монолог положить.
- Хм. Интересно. Хм.
- Интересно.
А ещё интересно, что и ты там была.
Сидишь, молчишь, как будто не была.
Ну просто боюсь уже всех твоих реакций.
- Да, была.
- Пошла ты в жопу!
[шум дороги]
[тихо] Пошла ты сама в жопу.
Слушай, ты можешь в ответ
хоть что-то внятное сказать?
Чего ты сидишь, молчишь как овца?
Коля тебя твой послал — ты пошла.
Назад пригласил — вот ты ползёшь уже.
В кино утвердили — молчишь.
На пробы сходила — сказать боишься.
Ты меня бесишь уже!
А у тебя есть сын,
которого ты ото всех скрываешь,
чтобы казаться моложе
и порядочнее, чем ты есть.
Поэтому пошла ты сама в жопу!
[ритмичная музыка]
- Ты откуда знаешь?
- [стук]
[Оксана] Ты видела, где мы живём?
Тут всё слышно.
Вот и съезжай с этой квартиры,
я её первая сняла!
[музыка обрывается]
[Стёпа] Привет.
Привет.
[Полина, тихо]
Ну, тут такая странная ситуация.
Меня на пробы позвали.
Агент мой старый позвонила мне.
Там какой-то артхаусный проект.
[Стёпа] Так.
Но ты же ушла из всего этого. Или?
Хочу разок вот попробовать.
Хорошо. А если утвердят?
[Полина] Ну а с чего вдруг?
Столько лет не утверждали, а тут что?
Стёп, я не знаю. Я не знаю вообще.
Чем я могу помочь?
Порепетируй со мной.
Сцену. Ну, просто помоги разобрать.
Мне кажется, я уже забыла,
как это делается.
А потолки у вас сколько?
Метра три, наверное. Дом кирпичный.
Там кухня, две комнаты.
Давай мою сначала посмотрим.
Давайте. Мило у вас.
Это да.
Эм, мебель вся остаётся,
собственность хозяина.
Ну, светло. Балкон.
Угу.
[шум дороги]
Вот, огромный балкон, и вид вроде ничего.
- [девушка] Шумно, наверное?
- Да нет, ничего не слышно.
Хорошо, а я могу познакомиться
с соседкой, посмотреть?
Да, конечно.
[Алёна кричит] Дверь закрой!
Пять минут дай мне, пожалуйста.
- Угу.
- [Оксана] Спасибо.
Ты чего делаешь-то, а?
[Оксана] Ты сама сказала:
съезжай, найди мне соседку.
[хлопок дверью]
Спугнула.
Как раз обед объявили.
Угу.
Вот.
Спасибо.
[музыка обрывается]
- Точно не будешь?
- Оу! Я не ем кинокорм принципиально.
[жужжание мухи]
М. Слушай, я бы поспал
полчасика после обеда.
- Я быстро.
- Угу.
В общем, я хочу перевезти Кирилла
от родителей в Москву, ко мне.
Угу. Зачем?
Ну, потому что, во-первых, я его мама,
а он начал, надо сказать, забывать.
- Угу.
- Да. Ну, ты-то можешь не кивать.
О тебе он вообще не вспоминает.
В общем, я хочу, чтобы Кирилл жил со мной.
Тебя может видеть периодически.
Ну, если вдруг тебе захочется
побывать в роли отца.
Ну, если уж тебе захотелось
побывать в роли матери,
может быть, и я подтянусь.
- [Стёпа] Что от меня требуется?
- [иронично мычит]
Вопрос роскошный.
Неожиданный.
Даже не представляешь ответ.
[неразборчивое объявление на площадке]
[жужжание мухи]
Деньги.


Серия 4

[шёпотом] Как я это всё не люблю.
[вздыхая] Костюм мне дольше искали,
чем это мероприятие идти будет.
[Оксана] Ладно, уже пришли.
- И ты очень красивый.
- Спасибо.
Так они пиарят этот Каннский приз,
типа награду получили с этим фильмом.
На самом деле аутсайдерская награда.
Грамота.
- Даже не в основном конкурсе, блин.
- Ну всё!
Фильм был в Каннах — и точка.
А чего он там получил —
это совсем неважно.
Ну да.
[неразборчивые разговоры]
- Он хоть поздоровался с тобой?
- Мы пришли пять минут назад, мам.
Нет, не поздоровался.
Иди подойди, пусть знает,
что ты тут. Давай.
Ты имеешь в виду,
чтобы он знал, что ты тут?
Ой, ты смотри, умный вырос.
Ладно, я пойду похожу, поболтаюсь.
Возьми пока попкорн,
пригласительные с местом на всякий.
Мне сладко-солёный.
Солёно-сладкий. Короче, ты понял.
[Кирилл] Угу.
Понимаете, это такое счастье,
когда происходит, э…
синергия между режиссёром и актёром, да?
Это всё-таки очень важная вещь
для такого фильма, как «Нерв».
[Стёпа] Пьёшь?
- Везёт!
- [Кирилл] Привет, пап!
[Стёпа] Ой-ё-ёй!
[девушка] Извините!
Можно с вами сфотографироваться?
- Здрасте, давайте.
- Сфоткаешь, пожалуйста?
Да, конечно.
И я сейчас не хочу спойлерить
ни в коем случае,
но я уверена, что наш фильм —
он должен затронуть сердца зрителя.
Приблизить его к умному кино, к артстриму.
Всё-таки мы говорим
на понятном каждому языке.
- Спасибо.
- [Стёпа] Спасибо.
- Это мой сын. Кирилл.
- Привет.
Мы снимали последовательно
в хронологическом порядке.
Сейчас это очень редко
можно себе позволить в кино.
Да, это потрясающе просто!
У меня, например, была возможность
прожить жизнь героини последовательно,
а не вразнобой, как обычно снимают.
Потому что обычно начинают
снимать с финала самого.
[клубная музыка]
- [музыка обрывается]
- [Курабин выдыхает]
Я уже стоять не могу. Скоро там?
Каблуки эти дурацкие.
Блин! Прости, прости.
Смешно, что мы все туда пробовались,
- а сыграла в итоге Полька, да?
- Угу. Обхохочешься просто!
Я думаю, может, тоже в церковь
податься? Тогда всё получится.
[шёпотом] Я сама уже готова в церковь.
Кстати, к нам французский режиссёр
в театр приезжает.
«Хор нищих» ставить будет
на большой сцене.
Это интересно.
Тебе это только куда сейчас?
Это и обидно.
Пятиминутная готовность,
собираемся к выходу на сцену.
Угу. Так, собрались!
[клубная музыка]
- Так.
- [Курабин] Давайте, давайте.
Хух. Господи!
[шёпотом] Спаси и сохрани.
[Полина] Та-та-та.
[Курабин] Давай, давайте, друзья!
Ну шикарно, великолепно! Ну!
- [Курабин] Давайте, давайте, смелее!
- Спасибо.
Ну сейчас посмотрим,
чего они там наснимали.
Да хорош!
Какая Полька красивая стала.
[Оксана] Вот что значит,
когда нормальная работа появляется.
Сразу какой-то лоск, запах успеха.
[музыка продолжается]
[Курабин] Добрый вечер, дамы и господа,
дорогие друзья, уважаемые коллеги.
Наконец-таки этот день настал.
Мы снимали это кино три года.
[аплодисменты]
[Алёна] А я хорошо выгляжу?
У меня нет вариантов, конечно, хорошо.
Зараза! Можно было просто ответить.
По возрасту не положено.
…это Игорю Ступникову…
[радостные возгласы]
- Как там папа?
- Супер!
Мм. Ясно! Хорошо.
Главное — подробно рассказал.
[Курабин] И, конечно, невероятной,
потрясающей Полине Кулдиной.
[радостные возгласы]
Ну и самое главное — приятного просмотра.
А чего, на афтепати-то пойдём?
Нас пригласили, нет?
Ну, да. Надеюсь.
[играет торжественная музыка]
- Я тоже.
- [музыка стихает]
- Спасибо!
- Угу.
- [ритмичная музыка]
- Куда ты вино-то, Окс?
Это для сосудов.
- [Оксана] Мне врач разрешил.
- [Коля вздыхает]
Кстати, беременность — это не болезнь.
- Про коньяк ты то же самое говорила.
- Угу.
- [сигналы автомобилей]
- Пока!
Ты дверь только на верхний замок
не закрывай, а то не попаду, понял?
- Да, понял.
- Может, поднимешься со мной ненадолго?
- [Алёна] Время детское.
- Нет, я не хочу.
Я в твоём возрасте всё хотела.
Ладно, дуй домой. Зануда!
[музыка обрывается]
Спасибо, дорогие друзья, что пришли.
[радостные возгласы, аплодисменты]
[Курабин] Самая волнительная часть позади.
И мы всей съёмочной группой
хотим поблагодарить вас за внимание.
[аплодисменты]
В общем, мы всех вас приглашаем
к самой лучшей части любого фильма —
к банкету.
[ритмичная музыка]
С премьерой! С премьерой, мои дорогие!
Э, мне джин-тоник. Ты что будешь?
Эм, текилу!
- Текилу.
- [бармен] Хорошо.
Ну ты чего?
Да… Нормально всё.
Тебе что, кто-нибудь
какую-нибудь гадость сказал?
Нет!
[Полина] Ну всё тогда, тем более, чего ты!
Гера мог сыграть вместо этого актёра.
[Лариса] Он очень хотел тут сниматься.
Ему прям пошла бы эта роль.
Гера, конечно, блестящий актёр.
Да.
И человек тоже.
Человек, да.
- Это что?
- Спасибо!
Чек, напитки, которые вы заказывали,
не входят в счёт мероприятия.
Ага! Вот, понимаешь?
- Что?
- Что, наше кино!
Мы даже, сука,
нормальной премьеры недостойны.
Неужели нельзя было заказать
алкоголь для людей,
а не для свиней? Простите.
Слушай.
Я тебя понимаю. Ты рефлексируешь,
прямо сейчас вот на взводе весь.
Я сама хожу тут,
каждому в глаза заглядываю,
чтобы вообще понять, как им,
ну, на самом деле.
[музыка продолжается]
Полина, ты заглядываешь
в глаза, чтобы понять,
понравилось ли им, как ты сыграла.
Ну да.
А я снял это кино.
Полностью.
Вот в чём разница!
- [бармен] Могу посчитать?
- [Курабин] Конечно.
А вы, кхм, ну так, случайно,
не набираете новых актёров?
Не набираю.
- Ясно.
- Вы для кого интересуетесь?
Я для себя вообще-то.
Вы актёр?
[Лариса] Я думала, вы Герин друг.
Ну, я актёр.
- Ну, всё равно не набираю.
- Угу.
Полна коробочка, у меня уже
голова трещит от договоров.
[мужчина] Имитация смысла.
Для целевой аудитории.
А для какой целевой аудитории? Непонятно.
Для начитанного образованного зрителя.
- Не для дурака, Слава! Вот и всё.
- Слушай.
- Для меня работают два критерия.
- А.
Если, допустим, не придираться
и забыть, что я сам режиссёр.
Конечно.
Я чувствую что-то, когда я смотрю
произведение, или не чувствую — всё.
А я почувствовал.
И Канны тоже почувствовали.
Я тебя умоляю.
Это даже не параллельная программа.
Простите. Можно я тоже скажу,
раз уж я сижу тут?
[Слава] Да, конечно!
- Меня зовут Оксана, и я актриса.
- [Слава] Угу.
И мне кажется, я —
целевая аудитория этого фильма.
Я сочувствовала героям и истории.
Да, я не всё поняла, но всё почувствовала.
А мы могли вас где-то видеть?
[энергичная музыка]
В театре.
И ещё я в сказке снималась,
она не вышла. Царевну играла.
- [Слава] Мм.
- Спасибо, что пришли.
Эм, поздравляю с премьерой!
Серьёзное высказывание!
- [Курабин] Спасибо!
- Поздравляю.
Вообще тупое состояние.
[Стёпа] Угу.
Я не понимаю,
нравится им, не нравится.
Вообще не понимаю.
Кому — «им-то»?
Ну, им.
Режиссёрам всем, продюсерам.
[музыка продолжается]
- [Полина] Я не понимаю.
- [Стёпа] Хух.
Мне кажется, мне все одно и то же говорят.
«Полина,
очень интересное кино, отличное кино, да.
Надо с этим переспать».
Вообще ни слова конкретики.
- Что я, например, сыграла.
- Да!
- Мм? Да? Да!
- Да!
[Полина мычит]
Поль, притормози, во-первых, с выпивкой.
Надо со своей премьеры
уходить на своих ногах.
Ой, кто это говорит?
Ты трезвенник-язвенник, да? Да-да…
Поль, угомонись!
[ритмичная музыка]
- [Полина] Руку убери! Пожалуйста.
- [Лариса] Всё, дорогая, всё!
Пора притормозить, правда, давай!
- Лор, ты туда же, да? Угу.
- Да, да.
- Всё!
- Всё, всё и всё!
- [Лариса] Да?
- Да, притормозила, всё, да.
И угомонилась, кстати, тоже.
А вообще, всё вместе.
[Полина кряхтит]
[музыка стихает]
Чувствую себя каким-то изгоем,
никому не нужным.
[мама] А Коля где?
Да при чём тут Коля?
Не знаю, выпивает где-то.
Я тебе про общество это, понимаешь?
Ничего, ничего. Вот выйдет твоё кино,
и все про тебя узнают.
Оно уже два года на полке лежит.
[смеётся] Подумаешь,
в советское время и дольше лежали.
Ну, знаешь, мам,
сейчас не советское время.
[мама] Ну это как посмотреть.
[играет поп-музыка]
- Где Оксанка?
- Господи! Я не видел, не знаю.
Нормально, а то родит ещё.
Алён, это вряд ли.
Натанцевал себе чего-нибудь?
Алён, я просто отдыхаю.
Да ладно, тут никто не отдыхает,
тут все работают.
[музыка продолжается]
Дверь не перепутал?
Я Полину жду.
- А чего, сама не справится?
- Нет.
Мм. Деньги не забудь перевести.
А я забывал когда-то?
Ну, когда-то вообще не посылал.
Алён, ты, может, зайдёшь уже,
а то описаешься?
Разберусь.
[Полина] Пожалуйста.
[Алёна] Привет.
Алёнка? Алёнка!
[унылая музыка]
А вторую серёжку?
Я так рада тебя видеть!
- Я…
- Сдаёшь стеклотару?
Да…
Вот, пожалуйста!
- Смешно, да, конечно, что у актёров…
- Угу.
- Распишитесь, пожалуйста.
- …ничего своего нет.
Вот здесь.
Как ты вообще? А?
- Благодарю. До свидания.
- Как дела? Съёмки как твои?
О!
Да пока без особых успехов.
Блин! Милая моя,
- ну, просто не пришло твоё время.
- Угу.
Ты же такая красотка!
Ты, ты, ты безумно одарённый человек.
Ну, тебе не может не повезти.
Ну ты понимаешь.
Ну ты помнишь, как у меня? Нос не тот.
Волосы не те, уши не те.
А потом всё сразу то.
И все твои минусы становятся
твоей индивидуальностью.
- Я в туалет.
- [Полина] Алёнка!
[Полина хнычет]
Я очень скучаю по тебе. А ты?
Полин, это уже бред какой-то. Вот правда.
Ну Стёпа, он свободный был.
Ну я в чём виновата-то? Господи!
[Полина] Ну, ну в чём я виновата?
Что успешной стала?
- [Полина хнычет]
- Да… да, п…
[Полина кашляет]
[музыка обрывается]
В этом… нет любви к человеку.
Просто в каких-то местах отвратительно,
и поэтому ну очень интересно смотреть.
[интригующая музыка]
- Это метафизика.
- [Коля] Наверное, наверное.
Но а эта вот метафизика —
она как бы для кого?
Для зрителя, для себя самого
и своей команды,
как бы понимающих этот мир? Или…
Это Мамлеев.
- [Коля] Мм.
- Он между адом и здесь.
Да. А как понять-то это обычному зрителю?
Ну вот этот, такой набор кадров?
Как понять?
Сейчас поймёшь.
[вздохи]
[Коля] Блин!
[Стёпа] Чш-ш, чш-ш!
- [Алёна] Забирай.
- [Полина] На ручки!
- [Лариса] Э, позвольте.
- Да.
[музыка продолжается]
Пожалуйста!
[Полина, хныча] И не надо мне…
- Давай надень, надень, я тебе говорю.
- Не надо мне, пожалуйста!
- У меня сумка там.
- У меня, у меня твоя сумка.
- Давай, садись в машину.
- Давай залезай. Давай, давай.
- Снимать не надо.
- [Стёпа] Пальто возьми.
[сигнал автомобиля]
[Коля] Да ёпт!
[тихо] Поехали отсюда.
Да… Сегодня всё сложилось.
[музыка обрывается]
[телефон вибрирует]
[Лариса]
Ну не знаю, ну, зарубежные проекты,
не думал об этом?
[Стёпа] Ну а как?
Чтоб мне там начать сниматься,
это надо на английском идеально говорить.
- [Лариса] Ну да.
- [Стёпа] Я не говорю идеально.
- Опять, считай, всё сначала.
- [Лариса] Да.
[неразборчивые разговоры]
[Лариса и Стёпа смеются]
[Лариса] О, наконец-то!
Ну привет.
О, Лор!
- А ты не уходила, что ли?
- Не уходила.
Было поздно, я осталась.
[Полина] Это хорошо. Это очень…
Стёпе было куда себя применить.
Да, Стёпочка?
[Стёпа] В смысле «применить»?
- Я тебе предлагал абсорбент выпить.
- А я не хотела твой абсорбент.
- [Стёпа] Чтобы утром было хорошо.
- А мне хорошо. Очень хорошо, спасибо.
Вчера кто-то снял,
как ты с премьеры уходила.
М. И что?
[тревожная музыка]
Перепечатали. Сколько 30?
- Ну, уже за 50 изданий.
- [Стёпа смеётся]
- Мм.
- Ну, что ты пьёшь и так далее.
[Полина] Мм. Хм.
Интересно, да, получается как?
Пьёт-то у нас Стёпа.
Ст?па в завязке,
а вот ты распеленалась.
- [Полина] Угу.
- Откровенно говоря.
- [Полина] Угу.
- [Лариса] Угу.
А знаете, что я вам скажу?
Идите в жопу. Ладно? Любя вас, прошу.
[Ольга] Говорит, зараза,
чтобы мы его не ограничивали
только актёрами труппы нашего театра.
Он хочет рассмотреть весь ассортимент.
А у меня труппа 75 человек,
и все сидят без работы.
Оля, он серьёзный европейский режиссёр.
- Вы ещё удачно с ним договорились.
- Не вы, а я.
Олечка, ты, ты, ты.
Иди на все его условия.
[Ольга кричит] Да я иду.
Это просто я жалуюсь.
Ну.
[Ольга] Мишель, Миша, Мишка.
И вашу Любу я поставлю
помрежем на спектакль.
Ну спасибо, Ольга Владимировна.
Потому что я благородная.
Благородная.
[неразборчивые разговоры по телику,
шум с кухни]
[говорит на французском]
[говорит на французском]
[Оля говорит на французском]
[на русском] Здравствуйте.
[Ольга] А, чайку и какое-нибудь пирожное.
Голова раскалывается сегодня.
- Похоже, глюкоза упала.
- [переводит на французский]
Так, открываем. Мм.
На роль Поли у нас пробуется… Так…
[переводит на французский]
- Ну, труппу пролистываем.
- [переводит на французский]
- [говорит на французском]
- Спасибо.
Да, труппу он увидел. Там всё понятно.
Хорошо.
- Так. Лера Стрелова, 37 лет.
- [переводчик, на французском]
[Ольга] В театре не работает,
только в кино снимается.
Фактурно могла бы попробоваться.
[переводит на французский]
Слишком старая.
[энергичная музыка]
Она прекрасно выглядит.
Так. Света Буреева — не то.
- Так, Пурнушева Катя.
- [Мишель говорит на французском]
- Эта интересная.
- Восходящая звезда.
[переводит на французский]
- Он говорит про Свету.
- Нет, я её пролистнула.
- [переводит на французский]
- Света не работает у нас в театре.
Она в другом театре
и там играет все главные роли.
- И что?
- [музыка обрывается]
А то, что нельзя брать актрису
из театра-конкурента.
[переводчик, на французском]
И по-человечески, говорят, она не очень.
[переводит на французский]
Оля, я приехал в ваш театр, ничего не зная
о ваших внутренних проблемах и конфликтах.
Я бы хотел остаться в этом непонимании.
[переводчик] Пожалуйста,
не засоряйте эфир, а Свету отложите.
[папа Полины поёт]
[Полина мычит]
[громко] Пап,
у меня и так голова раскалывается.
Можно без этих песен твоих?
[папа] Читал в новостях,
как ты отметила премьеру.
Зачем ты это читаешь?
Мне интернет сам подбрасывает.
Я даже не искал.
Должен донести до тебя, что тебя
как актрису не украшают такие новости.
[папа] Должны писать о твоей работе,
а не о степени алкогольного опьянения.
Твоя игра должна преобладать
над бытовыми обстоятельствами.
[Полина] Угу.
Вот именно поэтому тебя
и не позвала на премьеру.
Потому что стал бы учить меня,
как надо в кино играть.
Как будто я могу переснять это кино, б…дь!
Или сыграть как-то заново.
- [папа] Не матерись.
- Спасибо!
Звучит убедительно. Но я-то знаю почему.
[Полина] Да? И почему же?
Потому что папа работает в театре
за пределами Садового кольца,
в кино папу не берут.
- Да ты бредишь.
- По возрасту не положено вроде.
[Полина] Пап.
Папочка,
давай без разборок.
Ну я приехала к тебе…
ну посидеть просто,
ну, помолчать, если хочешь.
Хорошо.
Давай этюд на органическое молчание,
как в институте. Помнишь такое упражнение?
Помолчим.
«Самоубийцы — мотоциклисты,
самоубийцы спешат упиться,
от вспышек блица бледны министры —
самоубийцы, самоубийцы,
идёт всемирная Хиросима,
невыносимо,
невыносимо всё ждать,
чтоб грянуло, а главное —
необъяснимо невыносимо…»
[Коля] Окс, ты сошла с ума? Ты чего орёшь?
Всё нормально? Я испугалась.
Случилось что?
Нет, я просто стихи читаю.
Ты же прекрасно знаешь,
я учу текст «Старшего сына»,
готовлюсь к вводу. Зачем ты это делаешь?
Так я тоже хочу поддерживать
свою актёрскую форму.
По-моему, это нормально.
Чего ты так разговариваешь со мной?
Тише, Оксаночка. Ты не ругайся, не надо.
Ты тренируйся, сколько тебе влезет.
Просто главное,
чтобы моя внучечка там не нервничала.
Да я-то не ругаюсь.
Это Коля голос повышает. Вы чего?
А Коля, он волнуется за тебя,
потому что он тебя любит.
- [кашляет]
- [Люся] Ну артистка!
[унылая музыка]
О… [вздыхает]
[Коля] Блин.
Ну чего ты надулась? Ну прости.
Только и можешь,
что вводиться в чужие роли.
[Коля] Сейчас не понял, что?
Ничего, извини, что отвлекла.
Всё хорошо.
[Коля вздыхает]
[Коля] Угу.
Отдыхай, отдыхай.
А знаешь что, лучше сходи погуляй,
тебе свежий воздух нужен.
Спасибо!
[хлопок дверью]
[музыка продолжается]
Ты это специально, да?
Я два часа провела на лестнице,
пока ты своей великовозрастной попой
не нащупал вибрацию телефона.
Я не специально.
Я тебе десять раз сказала:
закрывай на нижний замок, не на верхний.
Я не специально.
У меня утром были пробы,
и я на них была без лица,
потому что не выспалась.
А пробы мне нужны,
чтоб зарабатывать деньги.
Но ты же об этом не думаешь!
Тогда отправь меня назад к бабушке.
Я ж тебе мешаю.
Ну, Кир!
Конечно, не мешаешь.
Ну, просто учитывай меня и мои просьбы.
[Алёна] Ну я же тебе мама, а не подружка.
Чувствуешь разницу?
Тогда и веди себя как мама.
[Алёна вздыхает]
Так. Ну, разобралась?
Да блин, нет пока.
Тут же должен свет где-то включаться, да?
Опа!
[Лариса] Новость хорошая для тебя есть.
Давай.
В театр красиво вернуться хочешь?
[спокойная музыка]
Так…
Главная роль. «Хор нищих».
[Лариса] Режиссёр — француз.
Значимый мужик в Европе.
Я читала про него.
Хочу.
Да, хочу.
Но будут пробы.
А скажи мне, а правильно ли актрисе кино…
ну, и в будущем, да, возможно, театра…
- Тебя ещё не утвердили.
- …сниматься…
…становиться экспертом
вот этих вот грилей…
Что тут у нас?
Кабачки, пылесосов. Скажи?
Время такое, все эксперты во всём.
Сказала ты, получая с этого
свой процент, да?
Ну, во-первых, ты всегда
можешь отказаться.
А во-вторых,
в чём попало сниматься
ты не хочешь, а деньги любишь.
Ладно…
[музыка продолжается]
Чего там, когда у них пробы?
Нет, ну надо же напомнить,
да, этому театру, кто есть кто!
[музыка обрывается]
[шум из телевизора]
- [Люся] Чего ты не умылся?
- [Коля хмыкает носом]
Как девица накрашенная сидишь.
[Коля] Торопился, мам.
Сейчас я всё в душе смою.
Оксанка спит, не дождалась тебя.
Она вообще о тебе не заботится.
Живёт как в гостинице.
- Что будет, когда она родит?
- Ну что будет?
[Коля] М?
- Хорошо будет всё!
- Угу.
Или не будет, я не знаю.
[шум дождя]
- У тебя там работа новая намечается?
- Не намечается.
[тихо] Не намечается…
И финансовые стеснены.
[Люся] А у Оксанки аппетит.
А сейчас ещё и родит и…
[Коля вздыхает]
Я вот думаю,
может быть, тебе ещё раз в театре
свою кандидатуру выдвинуть
как-нибудь поярче?
Может, хватит, мам?
[Коля] Я… Ну…
Ну я зависимый человек.
Вот если тебя не берут никуда…
Ну вот не берут.
Ты со своей кандидатурой
хоть обвыдвигайся.
Я… Я не голоден!
[говорит на французском]
- Люба, подойдите!
- [Люба] А?
Что?
Напомните, кто это?
Ну, актриса прекрасная.
В нашем театре раньше работала.
[переводит на французский]
[переводчик] Почему ушла?
Ну, она в церковь ушла,
решила завязать с профессией.
[переводит на французский]
- [Люба] Угу.
- [переводчик] А сейчас вернулась?
Ну, сейчас вернулась, получается.
- [переводит на французский]
- А вот.
[Полина] Здравствуйте.
[переводчик] Э, представьтесь, пожалуйста.
[на французском] Полина.
- [говорит на французском]
- [Полина, на французском]
[переводчик] Пожалуйста, начинайте.
[играет бодрая музыка]
Мекки и я… Любовь по велению Бога.
Будем любить мы друг друга до гроба.
[обе поют] Зачем мне волноваться?
В кого ж ещё влюбляться?
Не в эту ли стерву? Смех какой!
Смех один!
Все теряют рядом со мною рассудок.
[обе поют] Стать и харизма,
и мой голос, и плечи,
[обе поют] А у кого есть ещё такие?
Ла-ла-ла.
[обе поют]
Тебе, стерва, ответить нечем!
[музыка обрывается]
[откашливается]
[переводчик] Спасибо!
Тебе, стерва, ответить нечем!
[громко] Нечем!
[жизнерадостная музыка]
[музыка продолжается]
[музыка стихает]
[энергичная музыка]
Есть ещё место в большом городе Москва,
где не будет пробоваться Полина Кулдина?
- Я хорошая актриса?
- Ты блестящая актриса!
[крики]
Сука, я разнесу здесь всё сейчас!
Мне эта роль необходима!
- Ты чего, дебил, что ли?
- Ну прости, пожалуйста!
Я им не позволю тут меня ещё раз унизить!
[кричит на французском]
- Всем до всего тут есть дело!
- И-го-го!
[Мишель ругается на французском]
Да это… какой-то!
Свечку хочешь поставить?
[говорит на французском]


Серия 5

[распевается]
[девушка] Девушка, извините.
Девушка, можно потише?
Потише будет дома, это театр.
Я в курсе. Я, вообще-то, здесь работаю.
[продолжает распеваться]
[Стёпа] И ты здесь?
[Алёна] Привет!
Для лёгкой сипотцы в голосе хорошо.
Ты чего здесь делаешь?
Аналогичный вопрос.
Ты пробуешься на Мэкки-Ножа?
Нет. Я в это наигрался.
Тем более утвердили уже
Васю Камышева из ТЮЗа.
М! Это круто очень.
Но, правда, говорят,
что он не в себе немного,
но это, кажется, даже хорошо для роли.
[Стёпа] Полина пробуется на главную роль.
Я в группе поддержки. Скоро приедет.
Интересно, есть ещё место
в большом городе Москва,
где не будет пробоваться Полина Кулдина?
Так она не Кулдина уже.
Суворова?
Девичью скоро вернёт. Обещала.
Давай, накурилась уже.
В общем, я пробуюсь на ту же роль.
[Стёпа] Я уж понял.
Удачи. Искренне.
[женщина] Алёна Суворова,
пройдите на сцену. Алёна Суворова.
[играет жизнерадостная музыка]
Стоп! Стоп!
[говорит на французском]
Номер убийцы.
Но я готовила «Мэкки и я».
[говорит на французском]
Ну, посмотрите ноты
пять минут — и попробуем.
[шёпотом]
Я текст знаю, а с нотами сложнее.
[шёпотом] Я наиграю мелодию.
[играет спокойная музыка]
[Полина] Вообще не понимаю,
чего меня повторно пробовать-то?
Всё же понятно.
[Стёпа] Это же театр.
Тут законы кино не работают.
Я вообще считаю,
что в кино тоже надо пробоваться.
В конце концов,
не только тебя выбирают, но и ты.
А я лекцию не заказывала.
[интригующая музыка]
И в театре я работала.
И я не позволю меня тут ещё раз унизить.
- [Стёпа] Поль, пожалуйста.
- [телефон вибрирует]
Твоя прошлая неизвестность
и не непопулярность — это не унижение.
Это говорит мне человек,
который популярен…
с какого, с четвёртого курса?
[играет напряжённая музыка]
Когда в полночь убийцы
обезглавят ваш город,
И в ваш дом войдут как в свой,
Как бы вы ни хотели,
как бы вы ни старались…
А кто там пробуется сейчас,
кстати, не знаешь?
Нет.
Протяните им руку
и с ними в их рядах
Плюньте в спину — и вы мертвец.
Закутайтесь в украденные меха
И внутри осознайте конец.
[Алёна]
Вы задумались, вздохнули и прошептали:
«А как же выбрать мне?
Как выбрать мне…»
Будет этой ночью
По-особенному тихо,
Когда крикну: «Я выбрала! Я!»
И они услышат:
«Я выбрала их! Не себя.
Я выбрала их!»
И я достану своё оружие
И, распахнув окно,
дам по городу залп!
Стоп!
[на французском] Спасибо.
[говорит на французском]
Алён, подойдите сюда к нам.
[Мишель говорит на французском]
- Можно пять минут? Выйдете?
- Да, конечно.
Спасибо.
[переводчик откашливается]
[Мишель] Алёна!
[Люба] Хм!
- Привет, Полин.
- Привет!
Сейчас они там поговорят,
попросили меня выйти, и ты зайдёшь.
Да, а кто там пробуется?
Так Алёна, подружка твоя.
Алёна. Всё прекрасно. Вы отлично поёте.
- Э, опыта в театре у вас?..
- Есть.
Но это перформансы всякие,
театральные иммерсивные представления.
В общем, творческие наработки.
[переводит на французский]
Окей, окей.
[Мишель вздыхает]
[говорит на французском]
У нас будет довольно много
танцевальных номеров.
А! Секунду, сейчас.
[Алёна] Танцую.
Гибкая, как не знаю что.
[переводит на французский]
Эм, Мишель говорит, это прекрасно.
Да, я по мимике его вижу,
что он этого не говорил. Но спасибо.
- [Алёна] Вас как зовут?
- Илья.
Илья, вы переведите, пожалуйста,
сейчас слово в слово, что я скажу.
[напряжённая музыка]
Мне эта роль необходима,
просто позарез нужна. Это моя мечта.
Я готова пахать тут с утра до ночи,
приносить этюды, наработки, что угодно,
следовать любому вашему
революционному методу.
Слов «нет», «не хочу»,
«не могу», «не буду»
вы не услышите от меня. Пожалуйста.
Окей.
[музыка обрывается]
Ну вы закончили?
А то там уже Кулдина пришла.
[Илья переводит на французский]
А?
Как только мы закончим,
вы узнаете об этом в первую очередь.
Пусть Кулдина пока покурит.
Ну я поняла.
[говорит на французском]
Спасибо, это всё на сегодня.
- Всё?
- [Мишель, на французском]
Пока да.
Носить зелёный в театре —
это плохая примета.
[на французском] Спасибо. До свидания.
Здрасте ещё раз.
Здрасте, Алён.
Просто хотела узнать,
как всё прошло, на ваш взгляд?
Ну, да…
прекрасно, по-моему.
Вы отлично пели и шпагат.
И вообще — супер.
Он не сказал, что я больная,
после моего монолога и шпагата?
Нет. Ничего такого не говорил.
Ясно.
- Может, пирожок?
- Нет, спасибо.
- Полина! Здравствуйте!
- Здрасте, Полина.
Здрасте!
- Привет, красотка.
- [Алёна] Привет!
Пропустите?
- Да, конечно.
- Спасибо.
А ты чего тут делаешь, в святая из святых?
Хм. То же, что и ты.
Пробовалась на «Хор нищих».
- А, ну да.
- [Алёна] Да.
Я у вас салфеточку возьму?
[спокойная музыка]
- Симпатичная такая история, да?
- Угу.
- Можно выброшу?
- Конечно.
Спасибо.
Я, правда, сама ещё пока не понимаю,
я вообще смогу участвовать или нет.
График, вообще, какой-то
неподъёмный просто.
Ну, Поль! Ну так ты уступи мне.
Ну, раз дел много.
Ну я думаю пока.
Я понимаю ситуацию твою, конечно.
Алёна, может, всё-таки пирожок?
Тогда и компот.
А я салатик буду зелёный.
- Спасибо.
- Простите, Полина, да?
Да.
- Полин, Мишель примет решение на днях.
- [Полина] Да, конечно.
[Илья] Поэтому вы определяйтесь поскорее.
Ну, просто чтоб не тратить наше время.
Хорошо?
[Илья] Очередь.
- [работница] 50 рублей.
- По карте.
- Прикладывайте.
- Угу.
[электронный писк]
Вы можете выбрать вариант отдельной палаты
со своим душем и туалетом,
ну, чтоб как дома.
А сейчас я вам покажу люкс. Вот.
Да, мы, наверное, пропустим люкс.
Что следующее?
А! Вот премиум, пожалуйста.
Немножко тоже пугающе звучит.
Ага. Ну тогда стандарт или общая палата.
- Стандарт.
- Да, стандарт. Стандарт — отлично!
- [врач] Валь! У нас стандарт свободен?
- Никого, смотрите.
- Отлично.
- Пойдёмте.
- [шёпотом] Ты как?
- Нормально.
[врач] Тут скромно, но со вкусом.
Ванны нет. Душ на этаже. Телевизора нет.
Ну, сейчас же всё на планшетах.
Пройдитесь, осмотритесь.
Спасибо.
[Коля, шёпотом] Ой, блин.
[Оксана] Чего случилось?
Да ничего, нормально всё.
[Оксана] Как тебе палата?
Да вроде супер. Тебе как самой, нравится?
Коль,
что случилось?
А?
Да блин…
[ритмичная музыка]
[Оксана] Как, блин, надоело это всё!
Как квашеная капуста, которую хочешь,
как я сейчас, гормонально.
Но не можешь, не дают.
Сидишь просто и смотришь, как другие едят.
[Оксана] Угу.
[врач] Ну что, родители, определились?
- Да, да.
- Да.
[музыка обрывается]
- Спасибо большое, очень вкусно!
- На здоровье.
Я еду по контейнерам разложила
в холодильнике и подписала.
Спасибо. Мама, а ты когда уезжаешь?
Уже неделю живёшь.
Гостеприимно с твоей стороны.
Мамочка, родненькая!
Спасибо тебе большое,
что заботишься о нас с Кириллом,
готовишь нам вкусную домашнюю еду.
Но с чего ты вдруг решила жить
с нами, мамочка, милая моя?
- А ты куда такая красивая собралась?
- На встречу по работе.
Ешь, остынет. Пока!
Я ушла.
[интригующая музыка]
[хлопок дверью]
Ба, забери меня отсюда.
Я ей не нужен, и ты не нужна.
[бабушка]
Ну что ты такое говоришь? Господи!
Ну конечно же, ты ей нужен. Ну.
Она перевезла меня,
чтоб папа ей деньги отправлял на меня,
а не тебе. Понимаешь?
Чтоб она тоже могла их тратить.
Не наговаривай, Кир. Она хорошая мама.
Ты молодец, ба.
Что не сдаёшь её.
У меня как-то с отцом контакта
больше, чем с ней.
У тебя прекрасный отец.
Вот что правда, то правда.
И дай бог ему здоровья и съёмок побольше.
Он нам так помогает.
[громко]
Сука, я разнесу здесь всё сейчас! Б…дь!
- Слышали меня или нет, там?
- [играет рок-музыка]
Откройте, б…ди!
Твою мать, мудак, уйди отсюда!
Как он так сорваться-то успел?
И где, главное?
Что ты мне показываешь?
Что ты показываешь мне?
Да вчера ходили на презентацию
какого-то говна за деньги.
- Выхватил пару коктейлей незаметно.
- А ты куда смотрела?
Меня ещё обвини!
[Стёпа]
Вы на этом балконе вонючем сгорите!
- Урою! Урою!
- [Поля] Б…дь, а чего делать-то теперь?
Ну ничего, обещали приехать
уже минут через 20.
Упакуем его в клинику на недельку,
не волнуйся, всё будет хорошо.
[Стёпа] Б…ди! Б…ди. Где? Где? Где?
Где, б…дь?
[музыка продолжается]
Проститутки! Б…ди!
Сука!
Алло, да, я!
- Чего ты делаешь, Стёп?
- Выпивку можешь мне привезти?
- Чего ты делаешь?
- Суки, б…дь, вылили,
выбросили куда-то всё! Ни х…я нет.
Понял, ситуация какая?
C какого перепуга вы на мероприятия
за деньги стали ходить?
Да с такого, что он не снимается
уже восемь месяцев.
Могла бы обратить на это внимание.
Всё на себя же.
Пошёл ты на х… тогда!
Чего ты мне звонишь-то, сука?
[Стёпа] Сука!
Собрался в рекламе кваса сниматься.
Отговариваю.
[Лариса] Лицо благородства
и надежда нашей страны…
- [Стёпа] Сука!
- Ну какие квасы?
Ещё в сухарях осталось сняться —
и с серьёзной карьерой можно завязывать.
[музыка продолжается]
Вот куда он пошёл?
[Полина] Не знаю я, куда он пошёл.
[трогательная музыка]
Ну не реви, не реви. Ну всё будет хорошо.
[музыка обрывается]
- Я скучаю по театру.
- [Коля] Господи…
Окс, ну по кругу гоняешь, ну правда.
Не переживай, родишь —
вернёшься. Ну чего ты?
[Оксана усмехается]
Да. Теперь буду милфой.
Чего ты ржёшь?
Ну будешь, ну что теперь?
Другие роли, другие возможности,
чуть жизнь поменяется.
Да… Тургеневских девушек, уходящих
в монастырь, теперь тоже не сыграешь.
Ой, господи…
Ты бредишь, мне кажется, мать.
Коль, а чего ты куришь перед спектаклем?
[спокойная музыка]
Для состояния.
Я хочу играть из свободного тела.
А может, ты хочешь с пробкой позаниматься?
Или стрельниковскую гимнастику сделать?
- Может, тебе с пробочкой позаниматься?
- Может, тебе с пробочкой позаниматься?
- Чуть поменьше болтать будешь?
- Чуть поменьше болтать будешь, а?
[Оксана, смеясь] Чего ты делаешь?
Какой ты хулиган!
- [Коля] Ой, всё, ты же такая хорошая.
- Стой. Ай-ай!
- Пожалуйста, больно! Живот!
- [Коля] Прости.
Прозвучал второй звонок.
Коля, пройдите на сцену.
Прозвучал второй звонок.
- Так.
- [Оксана] Хорошего спектакля.
- Я хороший?
- Да.
- [Коля] Красивый?
- Нет.
[Коля] Зараза какая.
Люблю тебя. Всё, я пошёл.
[музыка продолжается]
- Ни пуха ни пера!
- [Коля] К чертям собачьим!
- [на английском] Сломай ногу!
- Пошёл!
- [Коля] Всё, пока!
- [хлопок дверью]
[Илья, смеясь] Вечный студент.
Я бы на самом деле учился бы и учился.
Об аспирантуре думаю.
Ой, если бы на актёрском была
аспирантура, я б тоже пошла.
А на педагога? Не думала?
Актёрского мастерства там…
Нет!
Ты что, нет ничего хуже,
чем быть теоретиком.
Когда сам не состоялся,
но ты учишь других, как состояться.
Это, знаешь… ну в общем, понимаешь…
Ну…
У вас это понятие очевиднее,
на самом деле.
Успешный, неуспешный. Наверное.
[сирена скорой помощи]
Да хотя что такое успех вообще? Ну…
Вот дерево, оно успешное?
Ну, в природе же нет такого понятия,
только у нас.
Ну, ты философ, получается.
Выходит, что так. Да.
О, смотри, эта девушка.
Кулдина! Из столовой.
«Из столовой» — это ты хорошо сказал.
Э, нам на 21:30, два.
- Угу.
- [Илья] Пожалуйста.
А ты когда, получается, институт закончил?
Пять лет назад.
Когда, блин?
[Илья] А что? Пять лет.
- Это тебе, получается, сейчас 27.
- Ну да.
- [Алёна] А.
- А тебе?
А мне… мне достаточно лет…
- Пошли, как говорится.
- Как говорится. Так.
[Илья] Нам с тобой, э… туда.
[медитационная музыка]
- [звук уведомления]
- [музыка обрывается]
[музыка продолжается]
- [телефон звонит]
- [музыка обрывается]
Неужели нельзя поставить
на режим «не беспокоить»?
Я не могу.
У меня один артист там, другой сям,
третий запил, четвёртый проспал.
Вообще не мой день сегодня!
[шум дороги]
[Алёна] Так. Всё, давай,
ты домой, а я по делам.
- Куда ты постоянно убегаешь?
- По делам, сынок, по делам.
Мам, мне не пять лет, я же понимаю,
что у тебя дела личные.
Когда мне будет что рассказать,
я тебе обязательно расскажу.
Ты про замок помнишь?
- Да, помню.
- Вслух, пожалуйста.
На верхний замок не закрывать,
только на нижний.
Люблю тебя.
Давай!
Кир!
Репутация у него…
какая-то расхлябанная.
Что вы имеете в виду?
Ну…
Либеральная.
Вячеслав Юрьевич,
мы же с вами не в Госдуме, мы в театре.
Вы решили мне об этом напомнить,
Ольга Владимировна?
[Вячеслав] Тогда я вам напомню,
что у нас государственный театр.
- Идейно под присмотром.
- Всё зависит от того,
как с этими людьми наверху разговаривать.
А тема? Тема?
Богатеи, нищие, проститутки, воры.
[Вячеслав] Этот Мишель точно разовьёт
на этом фоне какую-то повестку.
Он-то потом во Францию, а нам тут жить.
[Геннадий смеётся]
Запахло Советским Союзом?
- Манка и компот!
- [интригующая музыка]
Геннадий, вы бы шли…
в столовую. Проголодались, очевидно?
[Вячеслав] В общем, пусть начинают.
Движемся по плану,
а там по факту посмотрим.
Кто у них помреж?
Люба, супруга Геннадия Сергеевича.
Вот пусть докладывает ситуацию.
[музыка обрывается]
[тихо] Мудак. Мудило. Мудозвон.
Да ладно, Оль, не шипи.
А чего он тут Госдуму устроил?
Не знает, не умеет
художественно следить за спектаклем.
[Геннадий]
Поправлять. Не умеет, понимаешь?
- Поэтому ему удобна цензура.
- А я теперь должна звонить твоей жене,
чтобы она мне стучала обо всём,
что происходит.
Если тебе неудобно,
я сам могу её попросить.
- Я тут ещё директор театра.
- Это хорошо. Что будет есть директор?
- Гречку.
- [Геннадий] Гречку, пожалуйста.
[работница] С вас 350.
- А мне котлету и брокколи.
- [Ольга] Слушай!
А ты знаешь, до чего сейчас
додумалась моя голова?
- До чего?
- [интригующая музыка]
А пусть этот Мишель,
Мишенька, ставит всё, что он хочет.
Не понял. То есть…
не следить и не цензурировать?
Да.
И чем жёстче, тем лучше.
Пусть делает всё, что хочет.
А на премьере мы оскандалимся. И…
- На выход?..
- …дорогой Слава.
- Спасибо.
- [Ольга] Ну может быть, не сразу.
А там сверху товарищи будут знать,
что он несговорчивый, нестабильный.
[Геннадий] Ох, какая ты всё-таки, а!
Ген, держи себя в руках, мы же в столовой.
Пожалуйста, Ольга Владимировна,
проходите к кассе.
Спасибо. Компот дайте мне, пожалуйста.
Дайте компот, пожалуйста,
Ольге Владимировне.
- 150.
- [Геннадий] Я заплачу.
[женщина] Мы сейчас смотрим на город
с одной из этих древних возвышенностей.
Как ты нашёл питерскую штуку
с крышами в Москве?
Ну, я же лингвист.
Что?
[спокойная музыка]
Я лингвист!
[неразборчивые разговоры радиогида]
Я лингвист.
Да?
И ты всемогущ, да?
[музыка обрывается]
Не мой день, не моя жизнь —
вообще всё не моё!
Даже блендер — и тот не мой, рекламный!
Квартира Стёпина.
Даже ты агент Геры!
Слишком много выводов о жизни
из-за одного не утверждения, согласись!
Это было принципиально для меня.
Они меня унизили.
Показали мне, что вся моя звёздность
им вообще не интересна!
- Это режиссёр сделал выбор, не театр.
- Угу.
Это не чья-то злая шутка,
это профессиональное решение.
Ну нельзя себя так разрушать.
- Я хорошая актриса?
- Ты блестящая актриса!
- Правда?
- Чистейшая правда.
[напряжённая музыка]
[Полина] Кого утвердили?
Не сказали.
Да наверняка
какую-нибудь театральную мышь,
у которой нет таких графиков,
как у тебя. Да 100 процентов!
[Алёна кричит] Да, да, я счастлива, да!
- Да!
- [Илья] Алён!
Ты свалишься до премьеры. Аккуратней. Ты…
У меня роль мирового репертуара
в главном театре страны!
И лингвист там мой! Мой лингвист!
Мой!
[кричит]
[Коля] Тихо-тихо-тихо. Дыши. Спокойно.
Окс, может, уберём их?
Немножко как-то не до этого сейчас, нет?
[Оксана тяжело дышит]
Нет!
Пусть снимают нас на память! Это важно!
[Коля] Важнее, чтоб ты родила без стресса.
- Заткнись!
- Хорошо, я понял, да-да.
Я понял. Тихо-тихо. Тихо-тихо.
Может, сесть?
- [Оксана] Нет, просто отстань от меня!
- Ага, ага. Тихо, да, всё.
[Оксана кричит]
[играет песня «У тебя такие глаза»
Майи Кристалинской]


Серия 6

[Мишель] Стоп!
[Мишель, на французском]
[Илья]
Э, здесь нет энергии, ребят! Энергии!
[Мишель говорит на французском]
Да, это кабаре, да,
здесь любовь, расставания,
всё легко для Мэкки, но энергия!
Вася! Нет ничего.
А должен быть… должен быть шар!
Шар, который тебя жжёт здесь изнутри.
Он должен тебя разжигать,
чтобы у тебя температура
поднималась до 40 градусов.
Жжёт! Жжёт, крутится.
У тебя должно быть 40 градусов,
он должен греть тебя!
40 градусов, чувствуешь, здесь?
Ну, пока умом чувствую.
Ну только на сцену вышли.
- Я тебе говорил, я долго разгоняюсь.
- [на французском]
Я клянусь, будет шар, будет что хочешь.
[Вася, громко] Дай распределиться просто.
Вась, это невозможно,
это должно быть сейчас.
Сейчас. Не когда-то потом, а сейчас.
Алён.
У тебя изменения здесь в сцене.
Это не как обычно, это не как всегда.
Я хочу видеть в тебе…
[Мишель говорит на французском]
[Илья] Я хочу видеть
фанатичность в твоих глазах.
[Мишель, на французском]
[запинаясь] Ты уже не та девочка, которая…
- [Мишель, на французском]
- [Илья, на французском]
[Илья, на французском]
Алён, то же самое, не спи,
это температура 40!
- То есть всё то же самое.
- [Мишель, на французском]
[умиротворённая музыка]
[Илья] Ку-ку!
[Алёна] Ты чего здесь?
Да Мишель меня отправил
за какими-то эскизами, он забыл.
- Да неважно.
- Аккуратнее, я вся в иголках.
Да? Ты ёжик?
Ты понимаешь,
что я из-за тебя плохо репетирую?
Понимаешь, лингвист?
Не понимаю.
Я счастлива, и это мне мешает.
Алён, да почему?
Ну потому что процесс должен
быть мучительным, трудным.
- Хорошо, когда актёр в жопе.
- Да?
Условно. Тогда ему есть что преодолевать.
[Илья] Прости меня.
Но я не понимаю, категорически,
чувствую себя дураком.
Ты роскошна,
ты потрясающе играешь.
Что ещё нужно?
[Алёна]
Ну хоть где-то ты должен быть дураком.
Зато мой самый любимый.
Сволочь, ненавижу тебя.
- Нашла иголки, продолжаем.
- [музыка обрывается]
[Илья, на французском]
Точно расскажет всем!
Да ладно тебе, она даже ничего не поняла.
Ты не знаешь театр!
Ты мне говорила,
что ты сама его не знаешь.
Я его, может, не знаю, но чувствую.
Всё как в кино.
Всем до всего тут есть дело.
Ну расскажет, ну и чего?
Актриса для режиссёра
должна быть как бы свободной
для правильной атмосферы.
Чего, блин?
Ну, между главной героиней и режиссёром
должна быть энергия.
- Как тебе объяснить? Всё возможно.
- Алён!
Понимаешь? Но это только энергия,
не больше.
- Чего?!
- [напряжённая музыка]
Да, я актриса. И это хреново для тебя.
[свист чайника]
Скажи мне, а кто из актёров не пьёт?
Приведи, поставь сюда.
[Полина]
Да много кто. Это вообще не модно уже.
Главное…
Я в шоке просто от того,
как всё изменилось.
[Полина]
Он ещё такой агрессивный стал сразу.
Бил тебя?
Нет, конечно!
- Значит, не такой уж и агрессивный.
- Да? Мы на балконе от него прятались!
Может, он и ударил бы, я не знаю.
Не люблю я в жизни
сослагательное наклонение —
ударил бы, не ударил бы. Бы.
Короче, пап, мы с Ларисой сейчас
едем в клинику, забираем его.
Потом там встреча с психологами,
но это неважно. Я съехать от него хочу.
Временно или навсегда, я не знаю.
Чтоб прочувствовал всё!
У тебя сначала поживу.
Потом квартиру буду искать уже,
если со Стёпкой не разрулится.
- Пожалуйста, приезжай.
- Угу.
Только у меня своя есть гёрлфренд.
Приходит иногда.
Чего, прямо гёрлфренд?
Ладно, недельку-другую не поприходит.
А у тебя Герина квартира есть. Или сдала?
Не сдала.
Я не могу там.
[Полина] Ни сдать её не могу,
ни жить там не могу.
[трогательная музыка]
Ну ладно, это у тебя девичье.
Три года прошло с лишним.
Ну что я должен делать?
Я тебе ключ от дома оставлю?
Я просто сейчас на пробы сначала лечу,
потом в клинику забирать его.
Ты… Ну ты прямо завтра утром приходи,
ну, типа с переездом помочь.
Курьер тебе на что, не пойму.
Господи, пап!
Ну, когда отец приезжает
дочь из п…еца забирать,
это же гораздо круче, чем когда курьер!
Не кажется так?
Не выражайся, с отцом разговариваешь.
Ну?
Баранки гну! Приеду.
[музыка продолжается]
[шёпотом] Скажи «папа». Моя красавица!
Ты моя малышка такая.
[вибрации]
Ты чего, мне улыбаешься?
Улыбаешься мне? Эй!
Окс, мне кажется, она мне улыбается.
Иди посмотри!
Эй. Бусина! Бусина-бубусина!
Красивая, да?
[Оксана всхлипывает]
Мать! Ма, ты чего, мать? Эй!
Мать!
[вздыхает]
- Окс, иди сюда.
- [Оксана] Не надо!
Ну иди сюда, ну что случилось?
Всё, всё, что случилось?
- Ничего!
- [вибрации]
Я какая-то долбаная корова просто,
молокоферма, я ужасная.
- Успокойся, пожалуйста, успокойся.
- Не надо меня трогать!
Да я не трогаю, просто успокойся.
[плач ребёнка]
- Успокойся!
- Мне конец.
[Оксана] Мне конец, просто,
мне кажется, у меня жизнь закончена.
Я вообще не понимаю, зачем я…
Недостойна этого ангелочка.
Зачем я эту девочку привела в этот мир?
Чем я вообще думала? Ты, блин, чем…
[шёпотом] П…дец, б…дь!
[Оксана всхлипывает]
Ну всё, иди. Выйди.
[спокойная музыка]
Окс, зачем опять-то выйти? Ну пожалуйста…
Потому что мне надо
все эти трубки дурацкие брать.
[Оксана] Я не хочу…
Такая влажность, знаешь.
- Все обои, видишь, пузырями пошли.
- Мама!
- Пожалуйста, какая влажность?
- Что?
Ты знаешь что!
- Я Оксане сварила грудку куриную.
- [плач ребёнка]
Вот не сейчас. Точно не сейчас!
[музыка стихает]
А чем она собралась мою внучку кормить?
Духом святым?
Ладно, я вот этот долбаный зверь!
- Белка!
- [Полина] Мм. Белка.
Угу.
Вроде вся такая бодрая, да?
С хвостом пушистым.
Но вы ведь почему-то выбрали именно её.
Угу.
[спокойная музыка]
Только я вот какая белка.
Белка в могиле.
Можно?
Спасибо.
И этот долбаный конь топчется
по ней вот так вот.
И-го-го!
- Топчется прям! И-го-го!
- Полин. Пожалуйста, успокойся!
Это болезнь коня топчется,
не он сам, понимаете?
[врач]
Зависимость топчет вас, и вам больно.
Да он и есть его зависимость!
Чего вы это разделяете-то
бесконечно, я не понимаю?
Хорошо. Хорошо.
[врач] А что в этот момент
делает вот этот персонаж?
Эм, Лариса, можно Полина покажет?
А, конечно-конечно.
[музыка стихает]
[напряжённая музыка]
[шёпотом] Так вот ходит вокруг. Вот ходит.
Защищает?
Нет.
[музыка обрывается]
Утаптывает песок.
[бодрая музыка]
Утаптывает, утаптывает, утаптывает…
Чтобы прям хвоста не было видно!
Да ты обалдела, что ли?
Это я-то песок утаптываю?
[музыка обрывается]
- [сигнал автомобиля]
- Едем домой.
И никаких расходов по съёмным квартирам,
мамам, папам и всего этого психоза.
Не позволю!
[Стёпа] Хорошо.
Что хорошо-то, что хорошо?
Это она мне сказала, а не тебе.
Потому что я жертва, а не ты!
[Лариса] Успокойся!
Выходите!
- Куда?
- Зачем?
В церковь пойдём.
Постоите, помолчите, помолитесь.
Я к любым конфессиям приложусь,
чтобы сохранить это всё.
Наш с вами союз. Люблю вас! Всё, на выход!
- На храм.
- Спасибо, спасибо!
Ой, привет!
- [Полина] Привет!
- Привет, Полюшка, солнце моё!
- [Полина] Привет.
- Рад тебя видеть.
[Полина] Привет-привет.
- [священник читает молитву]
- [музыка стихает]
[Лариса] Постой спокойно,
подумай, помолись, ты же умеешь.
Ты меня привезла в мою церковь,
у меня девчонки там.
Свечи вот хочу ещё поставить.
- [Лариса] Все?
- Да, все.
- Полина!
- Всё, стою!
[церковные песнопения]
Свечки хочешь поставить?
[песнопения обрываются]
Я не буду это есть.
Пожалуйста, прекратите мне готовить.
То есть как это, как это?
Как это не будешь?
Ты мою внучку кормишь.
Пожалуйста, вы меня
этой своей белой кухней для кормящих
просто с ума сводите. Это же прошлый век.
Толя!
- Толя! Толя, иди сюда!
- [мычит]
При чём тут дядя Толя?
Люся, прекратите, ребёнок же спит.
Ну, ну чего тебе,
мурлыка моя, я же в гараж.
[Люся] Подождёт твой гараж.
Ну-ка, рассуди нас.
С молодой, кормящей мою внучку
матерью Оксаной.
- О боже!
- [Люся] Я готовлю.
Я забочусь, чтобы у неё было
сбалансированное питание.
То, что ест она, ест моя внучка.
А она не хочет?
- Да!
- Да! Да.
И объясни, пожалуйста, папе Толе,
почему же ты отказываешься, а!
[ритмичная музыка]
Потому что я не хочу есть белую кухню.
[Оксана] Я не хочу, это невкусно.
И я сама позабочусь о своём питании.
Ты слышишь её?
Оксаночка, девочка моя,
ну съешь, ну хотя бы чуть-чуть.
Ну что тебе, сложно, что ли?
Мне сложно. Мне сложно.
Мне, блин, сложно!
Всё, всё, вот это…
Ты вот это вот видел? Ты это видел?
А ты!..
[плач ребёнка]
Не доводи её. И себя.
Не доводи.
[Толя] Я в гараж, вернусь очень скоро…
Толя! Толь, давай хоть я тебе заверну, а?
Отпустило как-то.
- [Полина] Да.
- [Стёпа] Да.
Между нами какая-то даже другая энергия.
- [Стёпа] Угу.
- Чувствуете?
Всё-таки это чудо какое-то, эта церковь.
Я же говорила.
Я вас люблю.
[спокойная музыка]
[Полина мычит]
Каждую по-своему.
Полина,
ты более хрупкая, ранимая.
Простите меня, пожалуйста,
я сделаю всё, что…
[музыка стихает]
[Ольга] Любонька, вам кофе
без сахара или с сахаром?
Без, Ольга Владимировна.
Сахар и так скачет.
- Ну тогда конфеты я вам не предлагаю.
- Спасибо.
В общем, я не вижу там
какого-то прямого желания
сделать что-нибудь
скандальное или политическое.
[Люба] Так всё, образами.
Ну, а конкретно какими образами?
Да там конкретного вообще ничего нет.
Премьера на носу, а конкретного ничего.
Эти французы, кстати, в этом отношении
ничем от нас не отличаются.
Эх, Люба, вот это «ничего конкретного»
вы можете описать?
Могу: воры, проститутки, ад, рай…
Власть, похоть. Ну вы же читали пьесу.
«Расскажем о мерзком весёлой песней!» –
вот так Мишель говорит.
- А вы сами-то придёте смотреть?
- Обязательно.
Только уже на первый показ со зрителем.
[Люба] М.
А он никого чужого сейчас не пускает —
процесс у него.
[Ольга] Угу.
[Алёна]
Он, конечно, художник, этот Мишель.
Ну вот я чувствую процесс
прямо по Станиславскому.
Только вышли на сцену всё собирать,
а спектакль уже видно.
[Оксана] Да, это странно.
Обычно такое ближе к премьере бывает.
- И то не всегда.
- Не, не, не, не, не, тут другое.
Ты знаешь, попахивает высказыванием.
Ну вот считай,
вот сейчас схватки, а роды на днях.
- Извини, тупое сравнение.
- Ага.
Короче, кайфую я у вас в театре.
Слушай, долго она спать ещё будет?
Мне на репетицию скоро бежать.
Чего?
А, не, ничего, извини.
Это гормональное, наверное.
Прости, ты расскажи мне ещё,
мне всё интересно.
Чего ты извиняешься?
Думаешь, я не помню всё это?
Вон, Кира — лось, я этот месяц
после родов не забуду. Ад!
Нет, почему? Я счастлива,
что у меня есть дочка.
Правда, это чудо.
Оксан, оставь эту романтическую историю
кому-нибудь другому.
Правду говори.
[ритмичная музыка]
- Это ад!
- Да.
Я была свободная и независимая,
в самом начале карьеры.
А теперь я навсегда… Навсегда просто…
Просто вслушайся в этот слово:
навсегда привязана к этому человеку.
- К этому комочку счастья.
- Оксан.
К этому ребёнку,
которого я даже не осознаю.
И я даже не знакома ещё с ним. С ней!
[Алёна] Вот, да!
И почему говорят,
что я должна любить с самого начала?
Не должна.
- И я не люблю!
- Ну, потому что ты живой человек.
- Я люблю тебя!
- [Алёна] Я тебя!
Несмотря на то,
что ты играешь в моём театре,
репетируешь роль моей мечты,
и у тебя охрененный роман,
я тебя всё равно люблю.
- [музыка обрывается]
- [Оксана всхлипывает]
[Алёна] И я тебя люблю.
[играет спокойная музыка]
? Любил захаживать
я к Дженни по утрам. ?
? А после… ?
А Мишель как-то отреагировал?
Ну я не помню.
Ну, хмыкал, скрипел,
хрипел, вот это вот всё.
Они же по-французски между собой.
Но я поняла, что у тебя
роман с нашим лингвистом.
Хороший мальчик.
Человек он, а не артист. Всё!
[Люба] Так.
Кому бордель,
А нам родимый дом.
Супер, занавес пошёл!
[актриса] …там, где были мы вдвоём,
Где я считала, он в меня влюблён.
Все шлюхи рядом Мэкки ждут на час.
Но выбирал он одну из нас.
- Здравствуйте!
- Здрасте!
- Здравствуйте, творцы!
- Привет!
[актёры поют]
[на французском]
[музыка стихает]
Вася!
[Мишель, на французском]
[Илья] Что я должен сделать…
[Илья]
…чтобы ты начал нормально репетировать?
[Илья] Скажи мне!
[Илья] Может быть, нам всем
дружно у тебя отсосать?
[напряжённая музыка]
- Что?
- [Илья и Мишель, на французском]
[Мишель, на французском]
[Илья]
Ты тянешь всех нас в эмоциональную яму.
[Илья] Все смотрят в телефоны,
эти болтают, Люба…
- [Илья] …заснула.
- Да это п…дец какой-то!
[Вася орёт] Я живу здесь,
ночую на этой сцене. Я сутками тут!
- Я устал! Всё, обед!
- [на французском]
[Илья] Я здесь объявляю обед.
Ты пока объявил
только групповой минет для меня!
[Вася] Для этого жду всех в столовой!
- [крики из колонок]
- Ольга Владимировна,
а что у них там происходит?
Вы слышали сейчас?
Слышала.
Нормальное творчество.
А, ну, творчество рождается в спорах,
конфликтах — это нормально.
Здоровая репетиция перед премьерой.
Ну а по форме-то как выглядит,
вы контролируете всё?
Конечно, контролируем,
всё как договаривались.
- А вы пойдёте смотреть?
- Так не пускают же!
До первого прогона
у нас из зрителей никого.
В истерику впадает.
Ну так и не надо переживать,
всё нормально, абсолютно.
Он же не самоубийца, всё нормально будет.
- Вы думаете?
- Уверена!
Ну, приятного аппетита.
- [Ольга] Вам тоже.
- Спасибо!
Когда в полночь
убийцы обезглавят ваш город
И в ваш дом войдут, как в свой.
Как бы вы ни хотели,
как бы вы ни старались,
Ваш выбор теперь такой.
Протяните им руку и с ними в рядах
Плюньте в спину — и вы мертвец.
Закутайтесь в украденные меха
И внутри осознайте конец.
[Кирилл] Мама! Мам! Вообще-то, уже ночь!
Мама, как обычно, скрывала просто,
что у неё есть сын.
Как обычно?
Ну, я не скрывала и не как обычно.
Просто Илья не спрашивал меня
о детях, я и не говорила.
Звучит мощно.
Тогда, конечно, к тебе никаких вопросов.
Так, эм…
Предлагаю проехать эту ситуацию.
То, что у тебя есть сын, — это здорово.
Но то, что такой взрослый, — это…
идеально.
Согласна, это удобно.
Да… Ну, чего?
Я предлагаю по такому поводу
заказать пиццу.
[музыка обрывается]
Дочь!
Поля!
Поль!
[отец Полины] Ой!
- [Лариса] Здрасте!
- Ой-ой-ой!
Как-то неловко вышло. Э…
- Тут твой папа.
- Константин Андреевич, здравствуйте!
- Я поеду. Здрасте!
- Пап!
[отец Полины] Да?
Не, не, не, ты…
Ничего страшного, я поеду.
Ты просто просила меня и…
- Да это неважно, неважно.
- Пап, пап, подожди.
Пап, это так максимально всё неловко!
- Пожалуйста, пап!
- Ну да, очень неловко получилось.
[отец Полины]
Отдыхайте, я себе сам вызову такси.
Приснился какой-то ужас просто.
- Пап!
- [Лариса] Да нет никакого ужаса.
Просто я осталась переночевать,
а… а спать негде.
Ларис, ну не надо этого цирка,
ну пожалуйста, ну! Иди, ну. Иди.
[музыка продолжается]
- Пап, ну ты же актёр?
- [отец Полины] Что?
- Ты — актёр. Да.
- Актёр.
[Полина] Ну ты должен понимать.
Этот план солюбви.
Ну, сложно найти, в общем.
Мы вместе с ребятами там:
с Ларисой, со Стёпой.
Короче, мы вместе.
Если бы жива была твоя мать…
Да, и узнала бы про всех твоих гримёрш,
костюмерш, да…
Пап, а мы честны, в отличие от тебя.
Не смей при посторонних…
Вообще-то, посторонний здесь только ты.
Твоё нравственное падение —
п…дец какой-то,
это от твоей распущенности.
Ох, п…дец, Полина. П…дец.
- [неразборчивые разговоры]
- [музыка обрывается]
[Лариса смеётся]
- Чего вы ржёте?
- Чего ты стоишь-то?
[распеваясь]
Уже премьера, вашу мать! Вашу мать!
- Мать!
- Да, уже первый прогон на зрителя.
Уже придут, уже обосрут.
- Уже придут, уже обосрут.
- [Илья] Алён, да перестань, а!
Алён, я грущу.
А чего такое? А?
Ну, как? У нас такой период заканчивается.
Мы работали вместе, я привык
к этому всему, к театру, к тебе.
Так переезжай ко мне.
И не будем скучать.
Бросай маму свою, чемоданчик бери.
- Бросай маму свою, чемоданчик бери.
- Ты серьёзно?
? Ну конечно, друг мой Мэкки! ?
Да перестань, подожди. Скажи.
Я серьёзно.
Давай.
Серёж, отметь, пожалуйста,
микрофоны по фамилиям,
нам неудобно ориентироваться по цифрам.
[актёр] Ещё нужно помнить, у кого какие.
- Всегда же так делали!
- Ну давайте по именам героев.
Слушай, там проститутка 1, проститутка 2,
- чего ты упираешься, я не могу понять?
- Всем доброе утро!
- Доброе!
- Кто-то встал с той ноги?
Ой, я тебя умоляю, я всегда с той встаю!
- Ну да!
- Видела, чего вчера было вообще?
- Да я тебя об этом и спрашиваю.
- Как он меня вы…ал при всех прямо!
- Слушай, ну это кошмар.
- Да это круто. Это кайф, это мясо!
Сразу ясно, про что играть!
Волна пошла.
Сразу шар этот его хренов закрутился.
Проснулись, ребята! Премьера!
[энергичная музыка]
Здравствуйте!
Здравствуйте! Очень приятно!
Проходите, пожалуйста.
Вот первые два кресла — ваши.
[музыка стихает]
[на французском]
[Илья] Друзья!
[Мишель, на французском]
Это наш первый спектакль со зрителем.
- [Мишель, на французском]
- Мы делаем это для себя, не для них.
Это мы формируем правила игры.
[хмыкает] Не выпрыгиваем из штанов,
остаёмся в своих.
[Мишель] Окей?
- [хором] Раз, два, три! Спектакль!
- [Мишель на французском]
[энергичная музыка]
[музыка обрывается]
Всё, спорт, папа, спорт.
Форму надо держать.
- Хорошая.
- Очень хорошая.
Бицепс, трицепс — тут всё можно.
[Толя] Только…
- Держи эти шуру… шуру… Не знаю!
- Шурупы, мам.
Коля, ты чего, издеваешься, а?
Прости, малыш, мне буквально одну дырочку,
и я всё, я заканчиваю.
Оксаночка, мы уже закончили.
Какого чёрта это надо
в восемь часов вечера делать?
Ну, я… Пока не перегорел, я бы…
- Пока не перегорел? Понятно!
- Хорошо!
Зай, ну, я просто думал,
займусь спортом, ты тоже.
Как-то подтянусь.
Всё, прости, прости меня, пожалуйста.
Прости, я закончил, правда.
Давай я помогу тебе это золото
сейчас в пакетики — и в морозилку.
- [звонок в дверь]
- [энергичная музыка]
Что это, доставка?
Нет, это мама приехала.
- [Коля] В смысле — мама?
- Мама. Моя мама…
- приехала познакомиться с внучкой!
- Здравствуйте!
- У меня тоже есть мама!
- А предупредить — нет?
- Доченька!
- Здравствуй, мама!
- Нет, пожалуйста.
- [Коля] Давайте я помогу.
[мама Оксаны] Ну…
Коленька, здравствуйте!
Здрасте. Вы разувайтесь.
- Коль, ты чего, дебил, что ли?
- Прости, прости!
[музыка обрывается]
[плач ребёнка]
Здрасте.
[актриса] Кто в рай не хочет?
[играет унылая музыка]
Даже и злодей.
Но обстоятельства,
они сильней.
[актриса] Мир на вранье.
Мир из вранья.
Как встал с горшка, так сразу врать.
Не обманите хоть себя.
Что обстоятельства вам не сломать.
Ужасен мир,
убог и плох.
И сволочь каждый человек.
[выстрел]
[играет бодрая музыка]
[хором]
Хорошим быть — ну кто бы не хотел?
Благотворительность —
прекраснейшее слово.
Господь не помнит разве добрых дел?
Добро в кредит даю,
Добро в кредит даю.
А что же здесь такого?
Однако в жизни всё
чуть-чуть сложнее.
[Алёна] Такая сволочь человек,
хоть вырви глаз.
Ах как же хочется нам
жить в миру со всеми!
[Алёна] Но обстоятельства,
Но обстоятельства,
[хором] Но обстоятельства…
сильнее нас!
Однако в жизни всё
чуть-чуть сложнее.
Такая сволочь человек,
хоть вырви глаз.
Ах как же хочется нам
жить в миру со всеми!
Но обстоятельства,
Но обстоятельства,
Но обстоятельства…
сильнее нас!
[музыка обрывается]
[говорит на французском]
Уважаемые зрители, поклонов не будет.
[играет песня «Псих» группы «NEMIGA»]
Как проклятье какое-то на меня!
Чтоб у меня никогда ничего
не получалось. Никогда!
Алён! Пандемия!
- Ты так боишься.
- Это хрен знает, что вообще такое.
[интригующая музыка]
Я так соскучилась по тебе.
Я открою тебе своё сердце.
А может, мы друг друга больше не любим?
Жить здесь невыносимо!
- Невыносимо?
- Да!
Отвратительные — все вы, все!
Устроили здесь содом!
Ты вылетишь отсюда.
Ух, вух ты!


Серия 7

[плача] В жопу!
Всё в жопу упало, пропало!
Годы старания в жопу! Это как…
Это как проклятие какое-то на меня,
чтобы у меня никогда
ничего не получалось. Никогда!
- Я только начала — и всё, и вот!
- Эй, эй, сейчас так у всех.
Да мне насрать на всех!
С высоты, с высокой башни,
с колокольни — со всех мест!
На всех! Я говорю про себя. В жопе я!
[громко плачет]
Мне очень сложно подобрать слова,
чтобы тебя успокоить.
Прошу тебя, пожалуйста. Всё, тихо.
Ты куда пошёл?
Я с Антоном на улице повейпить.
Какой вейпить?! Ты больной,
нельзя никуда ходить, никуда!
- [фоновая музыка]
- Прости, Кир. Прости меня, пожалуйста!
Тише ты, тихо.
[громко плачет]
Вика подходит к двери…
ну, звонит в звонок.
Не отвечает никто. Дальше стучит в дверь.
[музыка обрывается]
[Коля] Тишина. Вика:
«Я же знаю, что ты слышишь меня.
Знаю, что ты там, за дверью».
- Треск паркета. Это, ну…
- Угу.
Ну, как бы ремарка для звуковой атмосферы.
И Сергей:
«Я здесь».
Какое-то время ещё молчат.
[откашливается]
Вика…
[звуки сирен]
…«Если ты откроешь,
если ты простишь меня,
я открою тебе своё сердце».
[умилённо мычит]
[смеются]
Огонь!
Не знаю, блин, метафора, сердце…
Может, не сердце?
Как-то два раза, да,
слово «открыть» подряд. Тупо, да?
Коль,
ну ты же в процессе.
Не оправдывайся, ладно?
[шумно выдыхает]
Хорошо.
Ну ещё, конечно, надо пораб…
ну, чуть-чуть, доработать это всё.
Эм…
Прости, я могу у тебя побыть здесь один?
Да, конечно, Коль, считай это
своим творческим пространством.
[неуверенно] Просто дома вообще, это…
- Никак мне там не сосредоточиться.
- Да, да, я всё понимаю.
Для того чтобы войти в правильное
потоковое состояние, нужна тишина.
Блин, ты такая крутая.
Понимаешь меня.
Сюда никто не может прийти?
Да нет.
У мамы продажа что-то притормозилась.
Но она в курсе, что я прихожу сюда
побыть как бы одна.
[смеются]
[телефон вибрирует]
Прости.
- [телефон вибрирует]
- [Коля вздыхает]
Ай-яй…
[телефон вибрирует]
Да, Окс, привет.
[Оксана] Алло, ты скоро?
[звуки сирен]
Э-э…
[неуверенно] Знаешь, я…
чуть-чуть ещё хотел погулять.
Слушай, а чё у тебя так тихо?
Э-э…
Нет, почему, в каком смысле? Тут просто…
[шмыгает носом]
Ну, как бы ни одного человека вокруг.
Ты скоро?
Да, я говорю, я хочу
ещё чуть-чуть погулять,
Ну, пару часиков.
Да в смысле пару часиков?!
Ты хочешь меня довести, а?
Тут все хотят гулять, и Вафля,
она очень востребована.
Хорошо, я тебя понял.
Давай только, да, без истерик.
- Да? Спокойно.
- [звуки гудков]
[вздыхает]
Коль?
Тебе эмоционально пять лет.
Жан, мне уже 35, и это факт.
Грустный факт.
Ты не можешь ей позволять
контролировать тебя так.
Прекрати, сейчас всё под контролем.
Мы договаривались.
Ты не защищаешь её,
потому что я не нападаю.
Я хочу лучшего для тебя, Коль.
- [лай собаки]
- [тоскливая музыка]
[скулеж собаки]
[лай собаки]
Ё-моё, Вафлю в туалете закрыли.
[смеётся]
[откашливается]
Не надо!
Что?
Шутить на религиозную тему не надо.
- Я и не собиралась.
- Мм.
Я по твоему дыханию чувствую.
Спиной чувствую,
как ты там уже шуточку подготовила.
- Ты так боишься?
- Лор, я очень боюсь.
Это хрен знает что вообще такое.
Хочешь, я скажу тебе, что это?
Это вирус по типу гриппа.
Человечество уже такое переживало
и не вымерло.
Это искусственно
созданный вирус — это раз.
И два — от него люди умирают.
И очень даже активно.
У тебя в твоём кругу кто-то заболел?
В нашем кругу кто-то заболел ковидом?
- Нет, слава богу.
- Вот!
Так что давай не фиксироваться на этом.
- И поменьше смотрим новости, хорошо?
- Угу.
[весёлая музыка]
А всё готово, кстати. Всё, жду вас уже
на вечерний просмотр кино.
А это что?
[музыка стихает]
- [музыка продолжается]
- Давайте не будем нарушать традиции.
Посмотрим, что сегодня
нам приготовил Стёпа.
А я вас сегодня намерен поразить
своим кинематографическим вкусом.
Франция, 67-й год.
[тихие звуки видеоигры]
Илюш!
[звуки видеоигры]
[Алёна] Илюш, ну ты где там?
Я, конечно, дико извиняюсь,
что беспокою вас.
Всё-всё-всё-всё, ну правда,
один раунд остался, заканчиваем. Секунда!
Последние связки срываю,
чтобы до тебя докричаться.
Мне нужно текст выучить
английский на пробы.
Да всё выучим, я же лингвист, ты помнишь?
О, проснулись.
Илюш, если через пять минут,
если ты не придёшь…
[говорит на английском]
Он придет.
Тебя вообще не спрашивали,
партизан ты хренов.
- Да, Марин, привет!
- [Марина] Алё, дорогая, привет-привет!
Ну что, как твои дела, как вы там?
Вскрываюсь уже от этого всего.
А так, конечно… Есть новости?
Ну, допустим, есть.
[интригующая музыка]
Так?
У тебя же сериал выходит наконец-то.
Да я уже мысленно раздаю интервью
и репетирую текст
на вручение какого-нибудь приза.
Ну, вот ты, в общем-то, правильно делаешь.
Я как раз по поводу интервью.
Тебя приглашают в «Кино в деталях»
под выход проекта.
- Но нам надо обсудить.
- [удивлённо вдыхает]
Учитывая эпидемиологическую обстановку.
- Ты понимаешь.
- Чё тут обсуждать?
Ну, как, в смысле что обсуждать?
Алён, пандемия! А они работают.
Ну, там они, конечно, проверяют всех,
делают тесты, это понятно.
Но как-то опасно.
Марин, я иду.
Пока!
[выдыхает]
Тут, ну, такой небольшой монолог у Вики.
Угу.
«Когда любовь уходит,
это словно закончились дожди
в привычный осенний день,
словно зимой нет снега
или весной забыли распуститься цветы.
Словно…
на земле умолкло всё,
чтобы эту любовь проводить.
Словно проводы в последний путь».
Там четыре раза слово «словно».
Проводить проводы.
- Блин, это я легко исправлю.
- Коль!
- Ты как бы в суть вслушайся.
- Коля!
Отец опять в гараж убежал.
Я не знаю, как с ним разговаривать.
Пандемии, кругом люди мрут как мухи.
- Он чё, с Вафлей ушёл?
- А с кем ещё?
- Конечно, с Вафлей!
- Ну, вообще-то, это моя собака.
И я тоже хотела выйти и пройтись с ней.
Мне свежим воздухом нужно дышать,
в отличие от вас всех!
То есть тебя сейчас волнует твоя прогулка,
а не то, что пожилой человек
вышел в опасность, в вирус с головой.
Это…
Хватит, хватит тут
свои брёвна жечь! Еретичка!
Так, ладно, я пошла кормить Веру.
Пожалуйста, не надо.
[напряжённая музыка]
А что опять не так, а?
Потому что она не будет есть ваши котлеты.
Да? Почему?
Потому что там хлеб, глютен,
а у неё аллергия.
Ну надо же, а как же мы вырастили
целое поколение-то, а?
- А я вот не знаю!
- На глютене, на лактозе.
И смотри-ка! Все живы, никто не умер.
Мы уже тысячу раз это всё обсуждали, а?!
Коль, может быть,
ты как-то включишься в разговор?
Какой разговор, о котлетах?
Нет, в разговор о том,
что жить здесь невыносимо!
- Что?
- [Коля вздыхает]
- Невыносимо?
- Да!
Посмотрите на неё,
ей прям невыносимо жить, а!
Она живёт не в своей квартире,
на иждивении мужа-артиста.
А это всё равно что значит
на иждивении нищего!
- И ей ещё невыносимо!
- Мам, блин, ты что несёшь такое?
Сынок, она паразитирует на тебе, на мне!
И ведь чем ей больше даёшь,
тем ей больше надо!
Это очень провинциальное качество, очень!
[Оксана тяжело дышит]
Что? Что такое, что ты там распыхтелась?
- [торжественная музыка]
- Господи…
Коля, снимай квартиру,
мы должны отсюда съехать.
- Успокойся.
- Я спокойна!
- Угу. Она, конечно…
- Мы должны отсюда съехать!
Спокойна, конечно.
Она вперёд ковида меня в могилу вгонит.
На какие деньги
ты предлагаешь мне её снимать?
Вы уже давно живёте
на пенсию отца, спиногрызы!
Короче,
либо ты находишь квартиру,
либо я к маме в Саратов уезжаю
вместе с Верой.
Так что ищи деньги!
В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов.
- [музыка стихает]
- [Коля выдыхает]
Ой… Ой…
Я не верю, что всё это происходит.
И не говори!
Оль, не верю.
Придётся осознать.
А как ты думаешь, ничего не поменяется?
Ген, ни-че-го.
Всё уже давно поменялось.
Я вас поздравляю, это ваш кабинет.
Геннадий Сергеевич,
вы стали официально худруком
главного драматического театра страны!
О!
- Садись!
- [Геннадий смеётся]
Ну, подожди, официально —
это ещё когда труппа…
[смешок] узнает.
Официально — это когда министерство
документы подписывает.
Слушай, не порть мне момент, господи.
А я не понял, а где всё?
- Это наш бывший худрук Юрьевич…
- Ага.
…всё вывез.
Даже люстры пытался скрутить.
Молодец.
- Угу.
- Добросовестно.
Зато всё заново, всё с чистого листа.
Мы так долго ждали этого, Оль.
[печальная музыка]
[громко выдыхает]
Я так соскучилась по тебе.
Оль,
я тебе благодарен,
что ты была рядом со мной, что…
[смешок] Я даже ещё
не до конца это понимаю.
Напьёмся?
Имеем право.
Даже если завтра вымрем,
момент запомнится.
Чего?
Ты… Ты чего?
Ну ты…
Ты на карантине с Любой, а я одна.
Если завтра действительно вымру,
то некому даже будет сообщить о смерти.
Чё это такое?
Оль, ну зачем это? У нас же есть пропуск.
Мы можем здесь теперь,
в кабинете встречаться.
Оль, пожалуйста, ну не начинай ты сегодня.
А когда наступит этот самый момент?
Не сейчас ли самый подходящий,
когда конец света?
Я не брошу Любу в карантин.
Я её не брошу — точка!
После!
Надо как-то плавно
к этому всему подготовиться.
У неё какие-то всякие болезни
разные сопутствующие,
она в зоне риска.
Это… Это жестоко!
Я умоляю тебя, пожалуйста,
не смотри на меня так.
Не буду.
Простите меня, господин худрук.
Вот. Благодарю вас за понимание.
Давайте это отметим весело.
Наливайте!
Ольга Владимировна.
Да, вот мы прошли «Хлебцы»,
«Мужские стрижки» вижу, да.
Всё, серая дверь.
А, я вас вижу, да, мы подходим.
- О-о!
- Да.
[Оксана] Сука, как же круто!
- Здрасьте!
- Здравствуйте!
Здрасьте.
[Оксана мычит]
[Оксана] Я мечтала об этом.
Угу.
Я тоже.
[Оксана смеётся]
Это, конечно, вынос мозга
со всеми этими ограничениями.
Пока мы дома сидим, они там решают
свои вопросы, как обычно.
Слушай, но этот вирус искусственный,
это же понятно.
Чё Китай ещё за жопу не взяли, неясно.
Ну, думаю, там посложнее.
Заговор на более высоком уровне, мировом.
Ну пусть уже договорятся скорее
и выпустят нас, суки!
Ну а ты-то не боишься положения?
Нет, не боюсь.
У тебя хоть кто-нибудь,
вообще, болел этой короной?
- Пока нет.
- Вот и у нас нет.
- Обрезаем или спиливаем?
- Режьте всё!
Не, ну я не то чтобы боюсь,
но так, остерегаюсь, типа того.
Тоже режем всё.
Слушай, а что у нас в театре, не слышала?
Не-а.
Вячеслав Юрьевич даже элементарно
сбор труппы по «Зуму» не устроил.
У всех такое было, кроме нас.
У меня какие-то деньги из театра пришли —
поддержка пострадавшей отрасли.
Копейки!
Ну, знаешь, вообще-то,
если бы не эти копейки,
нам бы родительской пенсии
на всю толпу не хватило бы.
Ну, сорри, конечно. Ну хоть что-то.
[весёлая музыка]
- Знаешь, куда я еду?
- Куда?
К Бондарчуку!
Нет. Нет!
- Да!
- Нет!
Простите, пожалуйста.
Вообще. Сериал мой выходит,
я там играла стендап-комика, бабу.
Дико крутой!
Да, да, я помню, ты говорила.
Ну а ты не боишься туда идти к нему,
в этот ковидник?
Ты чё? Мы же сейчас только обсуждали
про версию гриппа,
мировой заговор, вот это всё.
А, да, да, точно.
Просто…
Ну а вообще, здорово.
Будем смотреть!
[смеётся]
- Готова?
- Угу.
Так. И!
[писк]
Начали!
Сейчас мы с вами лишены приятных
и привычных бьюти-процедур.
Мы остаёмся дома, и это наш вклад
в борьбу с коронавирусной инфекцией.
Но нам, девушкам,
также хочется быть красивыми.
И этот массажёр дарит нам с вами
такую возможность.
Невероятное удовольствие.
[смех]
Ой, хорошо, хорошо как!
Режим расслабления, например.
[смех]
- Встроенными в массажёр пальчиками…
- Вы мем новый видели?
Я в группу кинул про Наташу.
[смеётся] Наташ!
Наташ, вставай, мы всё уронили,
Наташ, пандемия!
- Стоп!
- [смеётся]
Ничего, что мы тут снимаем?
Блин, вы постоянно снимаете что-то.
Что так агрессивно сразу?
Всё, я ухожу! Извините, пожалуйста.
Ну просто мем классный,
я в чат кинул, посмотрите.
Извините, извините!
Ларис, скажи мне,
он на карантине превратился в идиота?
Или я раньше просто не замечала?
Ещё разок?
Я дозвонился Ремезову.
Он дал согласие на конец
следующего сезона.
«Крейцерова соната». М?
- Неплохо.
- Угу.
Тильдикову позвонил. Тильдикову.
Весна следующего сезона,
но он про название будет ещё думать.
- А это ход.
- Вот!
Только вопрос,
правильный или неправильный?
Ход от противного, Оль.
Труппа ждала его художественным
руководителем, не дождалась.
Ну, скоро узнает об этом.
А бонусом его, Тильдикова, спектакль.
Ген, он слишком мощный.
[вздыхает]
То есть, я хотела сказать, харизматичный.
Метил на твоё место.
Придёт, начнёт тут воду мне мутить.
Не начнёт.
И из планов: я поставлю спектакль…
Геночка!
«Леди Макбет Мценского уезда».
А это…
ход.
[звуки видеоигры]
Оторвитесь на секунду.
[вздыхает]
Офигенно!
А ты куда собралась?
На «Кино в деталях». Нравится?
В смысле?
На передачу иду,
какой тут смысл может быть?
А мне повейпить выйти нельзя?
Ну, что позволено Марсу,
не позволено Юпитеру. Или как-то там.
То есть тебе можно
выйти из дома в толпу людей,
а мне даже на улицу нельзя?
Ты тон для начала смени,
мы с тобой не подружки, ты меня ещё поучи.
- Илюша, ты куда собрался?
- Не, не, не. Не втягивай меня.
Нет, как раз хотелось бы,
чтобы ты втянулся
и урезонил своего друга Кирилла.
- Эгоистка ты, Алёна.
- Ты меня довести хочешь?
Это несправедливо, «ю ноу».
«Ай ноу», вашу мать! Детский сад!
Я мать, в конце концов,
и моё решение не обсуждается!
[Кирилл] Ага, мать не хер взять!
[хлопок дверью]
Так, дыши. Дыши.
[пафосная музыка]
Подъёмная 12А.
[звук заводящегося двигателя]
[говорит на французском]
[музыка стихает]
[вздыхает]
[раздражённо] Стёп!
Поль.
Стёп, ну не надо, ну!
Ну Поль.
У меня съёмка через час по «Зуму».
Я не займу много времени.
[раздражённо] Ну я прошу тебя!
[Стёпа разочарованно мычит]
А нам не пора ещё
по твоему календарику, а?
Не пора. Овуляция только через три недели.
Давай тогда для души.
Стёп, ну отстань, ну!
Поль, ну блин, почему так агрессивно-то?
Стёп, иди к Ларисе, пожалуйста.
Но я не хочу Ларису, я хочу тебя.
А должен хотеть обеих!
Потому что в этом суть этого союза!
- [вздыхает]
- Я не знаю…
Я уже вообще запуталась, в чём тут суть.
[дверь открывается и закрывается]
Доброе утро!
Готовлю вам сырники на рисовой муке,
тестирую здоровое питание.
[смеясь] Но не факт, что это можно есть.
Не хочу я есть.
[Полина шмыгает носом]
Ого! А что так злобно, солнышко?
Стёп, мы тут не курим!
Ну мы договаривались, нет?
Так, сырники подождут.
- Что случилось?
- В смысле подождут?
Сырники подождут, Стёпа!
Что происходит?
Вскрываете меня!
Я, б…дь, я… Я тут уже с ума с вами схожу!
Чем мы заслужили такое бешенство?
[Полина] Мне тяжело.
Я боюсь заболеть. Я…
Я боюсь этого замкнутого пространства.
Я одна во всём этом, я одна.
Я… Я одна зарабатываю.
- О…
- Я тебе помогала в этом как-то, нет?
Или это теперь за работу не считается?
- [шмыгает носом]
- Я этот дом снял для вас.
Стёп.
- [весёлая музыка]
- А ты ведь счастлив на карантине?
Я да. Я счастлив.
Ты как-то говоришь об этом,
как будто я виноват.
А знаешь почему?
Ну, конечно.
Потому что всё устаканилось,
мы вместе наконец-то.
Х…я.
Не поэтому.
А потому что, сука, карантин!
Он как бы оправдывает
твою невостребованность,
ты как бы вообще ни при чём.
А что такое? Я сижу дома,
все же сидят, да?
И Стёпочка сидит дома!
Ты ведёшь себя как ребёнок.
Спасибо, мамочка, я в курсе!
[шмыгает носом]
Я веду себя как ребёнок,
который вам правду говорит.
- Поль.
- М?
Иди ты на хрен.
Нашла мамочку, сучка.
Сучка!
[музыка обрывается]
Я тебе сейчас эту сигарету
в жопу затолкаю.
[звонок в дверь]
- Кто?
- [Полина] Я, пап, открывай!
Дочь, господи, как я соскучился!
- Ну-ка, иди ко мне!
- Приветик!
- Быстренько-быстренько!
- Нет! Дальше отходи! Отходи!
- Не будем обниматься, не будем.
- Как скажешь.
- Дочь, у тебя всё в порядке?
- У меня всё отлично.
В мире не очень, а у меня всё ок.
[шум из телевизора]
[Полина вздыхает и шмыгает носом]
[шумно выдыхает]
Здравствуйте.
Присаживайтесь.
Здрасьте.
- Ты что, там будешь сидеть?
- Да.
[Полина шмыгает носом]
Это называется забота о ближнем.
Меня зовут Елена, мне очень приятно
с вами познакомиться.
Ага, да-да, и мне.
Пап, как пахнет! Мм!
[половник гремит]
[гремят столовые приборы]
А вы съехались на время карантина или как?
Мы съехались полгода как.
Просто ты давно не появлялась.
Мм.
Даже не рассказал мне.
Понятно. Пап, суп очень вкусный.
М, Елена!
- Елена же?
- Да.
Елена, а у вас как,
и своя квартира имеется?
- Имеется, конечно.
- С какой целью интересуешься?
- Ну как…
- Поля у нас очень известная артистка.
Очень востребованная.
Но на свою квартиру
пока как-то не заработала.
[смеётся]
Я не артистка.
Я что-то упустил?
Я актриса, папа. Актриса!
Тебе было бы приятно,
если бы тебе говорили, что ты артист?
Ты же не циркач какой-нибудь?
Да, слава богу? [смеётся]
Да меня хоть жопой назови,
лишь бы работа была.
[вздыхает]
Мы с Леночкой работаем в одном театре.
Она художник по костюмам.
Мм.
Любишь ты, папа, цеха.
[неразборчиво]
Значит, если ты что-то ещё подобное…
Смотри на меня!
- М?
- На меня в глаза!
…скажешь — вылетишь отсюда.
- Поняла?
- Угу.
[шум из телевизора]
[из телевизора] Я уже не раз говорил,
меня завораживают люди,
успех к которым пришёл не сразу.
Когда многие на их месте перестали бы…
Леночка, сделай, пожалуйста,
погромче телевизор.
Алёнка, Полина подруга.
[из телевизора] …Алёны Суворовой,
звёзды сериала «Тебе будет смешно»,
который, судя по рейтингам
и количеству просмотров,
многие из вас уже видели.
И сегодня Алёна у меня в гостях.
Здесь, в студии
программы «Кино в деталях».
[музыка программы]
Алёна, у меня первый вопрос к вам:
вы где были всё это время?
Не, ну правда. Вы сами упомянули,
что долго шли к успеху в кино.
А вот до кино, что вы делали до кино?
[Алёна вздыхает]
Спасибо большое, что вы меня пригласили.
Я действительно долго шла,
по дороге уставала.
Ну, на самом деле
меня просто не утверждали.
А не утверждал кто, продюсеры? Режиссёры?
Да, думаю, все.
Поэтому я очень благодарна
режиссёру, продюсерам,
что они не побоялись
и утвердили именно меня.
Ну, я действительно долго ждала этого.
Алён, знаете, какой вопрос хочу задать?
[Алёна] Нет, наверное, не знаю.
[ведущий] Нам ждать второй сезон?
Ну, об этом пока рано говорить. Я надеюсь.
Ну, по крайней мере,
моей героине есть что делать,
куда развиваться, это точно.
А что за фильм у Алёнки выходит,
я не расслышал?
Что-то про стендап-комиков.
Название типа «Тебе будет смешно».
Она там играет женщину-стендапера.
Вообще, агрессивное такое название, да?
Типа приказ:
«Тебе будет смешно», — и всё тут.
Талантливая девочка. Долго ей не везло.
Слава богу, сложилось.
Вы меня простите, конечно,
но не верю я в эти дружбы.
Неужели?
Ну как это сказать?
Актрисы дружат до тех пор,
пока у одной из них в тарелке
не появится что-то поинтересней,
чем у другой.
Поля и Алёнка — это исключение.
Счастливое актёрское исключение.
Угу.
[из телевизора, поют] Каплю в нос,
каплю в другой, мы здоровы всей семьёй!
- [пшикает в нос]
- [шмыгает носом]
[смеясь] Ты чё, капли в нос рекламируешь?
[смеётся]
[смеясь] Ты же актриса,
как сама выразилась, а не фармацевт.
Вот ты язва, а!
[тихо смеются]
Никогда не думал
поработать над собой, пап?
[откашливается]
[Полина] Нет, правда, не думал?
Чтобы не произносить вслух
всякую глупость,
а для начала обработать её в голове, да?
Угу.
[Елена смеётся]
Лен, что?
Нет, ничего.
[смеясь] Вы просто очень похожи с отцом.
[смеются]
[музыка из телевизора]
- [смеётся]
- [папа Полины вздыхает]
[поёт] Капли в нос! Капли в нос!
[смеются]
- [звонок в дверь]
- [дверь открывается]
Спасибо, пап.
Кирилл, ты с тестом, надеюсь?
Если нет, я вызову.
Ларис, потом решим.
- Давай, давай. Голодный?
- Да.
[смеются]
[вздыхают]
Ты же не спишь с ней, правда?
[шумно выдыхает] Нет, конечно.
Посмотри на меня.
[шумно выдыхает]
Скажи теперь в глаза.
[смеётся]
Жанна, я не сплю с ней.
[жизнерадостная музыка]
Я люблю тебя.
[вдыхает] И я тебя.
- Коль.
- Что?
Ты слышал, скоро карантин снимут?
Слышал. Мы можем не говорить про это?
[Коля шумно вздыхает]
Я хочу, чтобы ты пообещал мне.
- Что ты уйдёшь от неё.
- Уйду.
- Как ты быстро ответил.
- [смешок]
Нет, но я, конечно, не против
того, чтобы ты
виделся с Верочкой и был ей хорошим папой.
Я тоже.
Один ребёнок — это не проблема.
Мы же справимся?
Угу.
Иди ко мне.
Люблю тебя.
И я тебя.
[неразборчивые разговоры]
[резко вдыхает]
[мама Коли] Вот отсюда
можешь выпить. Вот отсюда.
А!
Кап-кап-кап-кап-кап-кап-кап!
- Так, переливай. Переливай туда.
- [вдыхает]
[Вера, неразборчиво]
А… А ку… А куда нам выливать?
Чё такое?
[Оксана, нервно] Б…дь.
Чё это такое было? Чего?
Ну ты меня и похоронишь.
Чё такое было?
Дождалась бабушка твоя. Дождалась!
[играет «К водопадам» группы «Сироткин»]


Серия 8

Блин, Окс, обязательно
это при мне делать?
Извини, пожалуйста,
что я, беременная, заболела ковидом
и мне надо колоть себе
кроворазжижающие,
чтобы у меня, не дай бог,
тромб не пошёл и я не умерла.
Ладно. Прости. Я…
Да, я понимаю. Прости.
Слушай, ты присылай мне вещи,
пожалуйста, потихоньку.
[Оксана]
Чтобы я тут как-то обустраивалась.
[заикаясь] Ну, ты помнишь, да,
всё-таки эта квартира временная.
На карантин,
нам через маминых знакомых сдали.
Да, я помню, но живу-то я сейчас
и хочу, чтоб было уютно.
И надеюсь, что отсюда
мы уже в нашу переедем.
[Оксана] Как мама себя чувствует?
Ну, вроде хорошо пока,
тьфу-тьфу. [откашливается]
А ты?
Тоже… хорошо…
Скучаю по тебе.
И я по тебе тоже скучаю.
Слушай, не давай, пожалуйста,
ей кормить Веру там котлетами.
Да-да, я помню, котлетами, пельменями,
хлебом, пакетированными соками.
- Помню.
- Да, спасибо.
Как короткий метр?
- [Коля] Пишу.
- Мм.
- Эм, не вернулись запахи?
- [Оксана] Нет.
Ладно, я пойду,
а то что-то меня уже накрывает.
[Коля] Хорошо.
Целую.
[Коля] Целую, да, пока.
[музыка стихает]
Доброе утро.
Доброе.
Не-не-не…
Ну а чего, чего сразу «не-не-не»?
У меня «Зум» важный скоро.
[Стёпа мычит]
Ну, Степаш!
Да блин! Ну, я же тебя просил:
не называй меня так. Ну!
Степан. Иди к Поле, ладно?
[жизнерадостная музыка]
- [Полина мычит]
- [Стёпа, шёпотом] Поля. Поль!
Стёп, ну б…дь!
Чего происходит-то, Полина?
[музыка обрывается]
Чего происходит?
Ничего, что у тебя сын на веранде?
- Если тебя это не смущает…
- [неразборчиво]
…мы настолько уже свободные люди,
так можем и его к нам пригласить.
[Стёпа тяжело дышит]
Ну так мы детей не сделаем,
с таким рвением.
[Полина] Я на пробы сейчас еду.
Надо собраться. Дай мне штаны.
Какие пробы? Ты же ковида боишься.
Иконами всё обставила.
- [Стёпа] Там ПЦР проверяют.
- А-а!
[Полина] Я на прошлой неделе
уже два раза туда ходила на пробы.
Всё там нормально.
Степаш, иди к Ларисе. Ладно?
Я не Степаша, ты поняла?
Я не мальчик тебе,
чтобы гонять меня из комнаты в комнату!
[жизнерадостная музыка]
Ты чего?
Мы и так можем?
Р-р-р!
Тигр.
- Выйди на кухню, нам поговорить надо.
- Сейчас, я тут…
Выйди на кухню прямо сейчас!
Пожалуйста!
[Стёпа кричит] Лариса, сюда иди!
[Полина] Тигр…
[Стёпа] Это надо прояснить всё.
Вы за кого меня обе держите?
- За…
- За сбитого лётчика, я в курсе.
Ты сказать даже не дал.
Потому что у тебя
всегда есть на всё ответ.
[Стёпа] Всегда есть ответ.
И всегда, знаешь, так, около правды,
чтобы никого не обидеть.
[Стёпа] Аккуратненько так.
Такая хорошая эмоция, такая краска.
Вот что здесь, что там.
Такая прямо краска, мужская такая.
Прямо ух!
А у меня хватит ума проигнорировать
это, Поля, хватит ума.
Ребят, что происходит? Я не понимаю.
У меня «Зум» через 15 минут.
Давайте ускоримся.
Вы меня не хотите больше,
физически, как мужчину.
Конечно хотим!
Может, мы друг друга больше не любим?
Не думал об этом?
А ты?
Не думала?
Я думаю, что любовь — это полная хрень
из вашего актёрского мира.
Вернее, то, что вы из неё делаете.
Некая такая любовь.
Вот уважение, страсть,
интерес, юмор, дело —
вот это действительно существует.
Это у меня в наличии.
[Лариса] Я всё сказала.
Вот выйдете с карантина,
будете много работать,
забудете об этих соплях.
Уж поверьте. Всё, у меня «Зум».
Поль.
М?
[Стёпа] А если вот ты сейчас…
вдруг задаёшься этим вопросом, что,
может быть, мы не любим друг друга,
то зачем мы пытаемся сделать ребёнка?
Ну б…дь, ну ты… Ты вообще, что ли, ну?
Что вы пытаетесь?
Потому что мне за 40.
Потому что я потратила
на нашу эту с вами жизнь годы,
потому что мне нужен ребёнок.
Мне нужен ребёнок.
Фантастические свиньи!
Просто фантастические!
[эпичная музыка]
[хлопок дверью]
Пап, можно спрошу?
Да, спрашивай, конечно.
Извини, что с улицы выгнал там.
Да всё окей.
А вы, ну, втроём живёте,
я правильно понял?
Втроём, да.
- [музыка обрывается]
- [Стёпа] А ты что имеешь в виду?
Ну, то, что вы физически
втроём живёте, я и так понял.
Я имею в виду, как пара.
В смысле как трио.
Как-то неправильно нам это с тобой…
Как-то… Слушай, да…
Пап, ну правда, я уже не ребёнок.
Ну, получается, что да,
как трио, полиаморы.
[Кирилл смеётся]
Ну, то есть возможен и квартет, да?
Да ну, перестань, чего ты, Кир!
- Круто.
- Да чего крутого-то?
Что? Свобода, разнообразие,
по-моему, классно.
Сын,
я тебе в этом не пример, правда.
Не равняйся на меня в этом.
[грустная музыка]
Это…
поиск взрослого человека,
уставшего от жизни.
Я тебе другого желаю.
- [телефон вибрирует]
- Понимаешь?
А мы можем поставить интервью
в 13:00 в четверг?
[Марина] А, да, окей.
Запрошу у них «Зум» на час.
Ты про пробы помнишь к Берегову?
Раз хотят живьём посмотреть,
значит, заинтересованы.
Да, конечно, помню.
О, супер! Ты по рекламе видела?
Я предложение кидала.
[Алёна] Какое?
Э, купальники, наши, красивые.
Оплата за пост.
Марин, ещё раз:
я актриса, не модель,
не блогер, не Полина Кулдина.
Я понимаю, хорошо.
Просто я рассказываю тебе
обо всём, что есть. Окей?
Всё, целую.
Записываю себе в график. Пока.
- Так, а теперь капай в эту дырочку.
- Угу.
Люд, ну что мне теперь,
каждый день инструкцию читать?
Ты цены на эти тесты видел?
О чём и речь! Ты уже третий делаешь.
Я в зоне риска. Ты тоже.
А она принесла нам «корону».
Лучше я узнаю, что я заболела, до ИВЛ.
Солнышко, ну, мне кажется,
что ты на неё давишь, очень.
На кого?
На Оксану.
Ну она же всё-таки мама нашей внучки.
Ещё и беременна сейчас вторым.
И я ей очень сочувствую,
что она такая неуравновешенная,
и внукам нашим тоже сочувствую,
что у них мать — актриса.
- Ну, папа — актёр.
- [Люся] Угу.
А это вот совсем неважно.
Это вообще другое дело.
- Угу, угу.
- Наш сын — мужчина.
И пусть он думает, где заработать.
А потом, ты же знаешь,
что я давлю-давлю,
но я же не передавливаю.
Ну да, да, конечно.
Чего-то. Давай, на, проверь тест.
Без очков не вижу.
Может, сейчас и вопрос
этот вообще сам отпадёт.
Просто к вечеру сдадите меня на ИВЛ.
Ну-ну. Тьфу, тьфу.
Ну не надо так говорить.
[сюсюкается]
- Ну, вот, ковида нет. Я в гараж.
- [скрежет ключа в замке]
[Коля] Здрасте!
Что там за «здрасте»?
[Коля] Привет, пап. Папа.
- [девушка] А, Жанна, очень приятно.
- [Коля кашляет]
- Здравствуйте!
- Привет, мам.
Это вам.
Э, витамин C и зефир для настроения.
Меня Жанна зовут.
[заикаясь]
Поставьте это всё на пол, Жанна.
Я продезинфицирую.
Мам, э…
Жанна, ну, мой редактор.
Помогает мне со сценарием.
Чуть-чуть хотим поработать.
А, да, я знаю, ваша невестка заболела.
[Жанна] У меня вот свежий тест.
Тест тоже, положите туда всё.
Я продезинфицирую и посмотрю.
Вы проходите. Чай не предлагаю.
- Проходи.
- Да, конечно.
- [Коля] Вот, в комнату, направо.
- Угу.
[напряжённая музыка]
[Коля мямлит]
Вера в саду, да?
- Вера? Твоя дочь?
- Да.
[Люся]
В саду, да. И я скоро за ней пойду.
Пожалуйста, не начинай,
я тебя очень прошу.
- Что «пожалуйста»? Вот же, писатель…
- Отойди. Прошу тебя.
[Толя] Я в гараж.
Буду нескоро.
[музыка обрывается]
[режиссёр] История о том,
что родственные связи,
как у ваших героинь…
- [Полина] Мм.
- [режиссёр] Они сёстры.
Что они не гарантируют
человеческой близости.
Это труд всех, чтоб она была.
И вы, две абсолютно разные женщины,
внутренне боретесь.
Вы прислали только три серии.
Да, сценарий ещё дорабатывается.
Посерийник удалось прочитать?
- Да, конечно.
- [режиссёр] Хорошо.
Тогда просто почитаем, безответственно.
У меня четыре сцены. Мы с какой начнём?
Мы обычно начинаем
со сцены моего развода.
Сцена на кухне, где я говорю,
что ухожу от мужа.
Ой, извините.
Ну вот это уже лишнее.
Да я здорова, ребят, не сомневайтесь.
56-я, да, Жень?
Да, да, сцена номер 56.
Да, вот она.
Обожаю, когда актёры на парных пробах
дают понять,
что они тут не просто пробуются,
а уже утверждены.
- Полиночка…
- Ладно, ребят, давайте почитаем.
О…еть, б…дь!
Ты всё сделала правильно, Оль.
Стоило ли ждать десять лет брака?
Это для меня единственный вопрос.
Я бы развелась с ним два ребёнка назад.
Как в анекдоте про девочку,
похожую на жопу, помнишь?
- [мужчина смеётся] Нет, не помню.
- Тебе смешно, а почему смешно?
Смешно, да?
- Я не знала.
- Да нет, просто…
- Да.
- [разговоры по телику]
А что, не должно быть?
Нет, наоборот, должно быть.
Просто проверяю.
Сериал, вообще-то, так и называется —
«Тебе будет смешно».
Если ты не заметил.
- Тихо. Что ты кидаешься?
- Давай, смотрим.
[Алёна]
Она ж смеётся! Мне плохо, Стас! Стас!
Я не хотела этого добиваться.
Или хотела.
Но никто не сообщил мне,
что жить так невыносимо!
Вау!
[играет весёлая музыка]
Круто.
Круто — и всё?
Ну, это замечательная серия.
Алёш, просто
мы по второму разу смотрим.
Я не знаю, что ещё сказать.
Кайф.
Вообще-то, я кишки на экране
выворачивала, плакала.
Тебе кайф, круто?
Алёш, ну, а чего ещё сказать?
- Ты восхитительная актриса.
- Восхитительный чизкейк внизу.
Пицца восхитительная,
которую мы заказываем,
суши восхитительные!
Нельзя так про актрису, нельзя!
[электронный писк]
[усмехается]
[интригующая музыка]
[музыка продолжается]
[неразборчивые разговоры]
[Люба] Олечка Владимировна, привет!
Люба, здрасте!
- Геннадий Сергеевич, добрый день!
- Добрый, добрый день! Здрасте.
А вы просто посмотреть или по делу?
Посмотреть новыми глазами
на Генино хозяйство.
В данный момент
вы осматриваете моё хозяйство.
Напоминаю, это мой кабинет,
директора театра.
Соскучилась, Оля, по людям, по стенам.
Это карантин этот
всю душу из нас вытряс.
А потом эти волнения
с Гениным назначением.
Ну счастье-то какое!
Вот есть справедливость
на земле. Гена — худрук!
Ой!
Да.
Геннадий Сергеевич, мне бы
с вами по делу переговорить.
[Геннадий] Конечно.
Любочка, ты погуляй по театру.
А вы, Ольга Владимировна, ко мне
в кабинет через пять минут зайдите.
Спасибо.
Ах!
Ну что, пойду прижмусь
к занавесу, что ли?
Пойду.
[Люба] Рада была вас видеть.
Вы как сёстры тут, едины абсолютно —
это с одной стороны.
- Ну и разные, конечно.
- Угу.
Вот на этой разнице
мы и строим историю.
Пока мне не прислали
последние серии, они в работе.
Вы прочитали три?
- Да.
- И посерийник, да?
Да, я прочитала.
А когда съёмки планируются?
Осень-зима, планируем,
насколько это возможно в наше время…
- [режиссёр] Ну, планировать…
- Да.
Хорошо. А за сестру вы прочитаете?
Нет, мы вам партнёршу пригласили.
- Кать, а где Лера?
- Да, я сейчас узнаю.
[хлопок дверью]
Привет, дорогая.
- Лера, привет.
- За кофейком ходила. Привет!
- Не целуемся.
- Ну, какие тут поцелуи?
- Ой, невозможно дышать в этих масках.
- Не говори.
Я тебя, кстати, поздравляю
с «Тебе будет смешно».
Спасибо.
Правда, ребята название, конечно,
выбрали. «Тебе будет смешно»!
А если не будет смешно?
Постпродакшн — мои друзья.
Я им, конечно, говорила,
что рискованно, но…
Ну, по-моему, весело вышло.
Весело? А вы досмотрели?
Да, шесть…
Восемь. Но это всё-таки драмеди,
на мой взгляд.
[режиссёр]
Ну, можно и так сказать. Угу.
Чего, ребятки, почитаем?
- [стук в дверь]
- Да.
О, Олечка, заходи.
Геннадий Сергеевич, мне нужно с вами
решить несколько важных вопросов.
Первоначально открытие
театрального сезона.
Второй — ремонт вашего кабинета.
Я нашла строительную бригаду,
она готова выйти.
Ну перестань.
Хорошо, перестала.
- Само как-нибудь рассосётся.
- Прости меня за эту сцену.
Да уж.
- Крестьянин торжествует…
- [Геннадий] Ну прости.
Ген,
а когда ты перестанешь
так меня унижать?
Когда снимут карантин.
Мы откроем сезон. Я всё решу.
[Ольга]
Не хочу больше это слушать. Тошно.
А давай отвлечёмся, а?
Давай поговорим про мой кабинет.
Ну, каким ты его себе представляешь, м?
[грустная музыка]
Гена,
мне так одиноко.
Я всю жизнь отдала этому театру.
Ты — третий худрук,
при котором я работаю.
Но первый, которого я…
люблю.
Детей у меня нет и, ясно уже, не будет.
У меня есть ты и театр.
И ставки у меня высокие.
Я — директор.
И делить тебя с помрежем я не буду.
Это ты понимаешь?
Оль, я понимаю.
Каждое слово понимаю и чувствую тебя,
вот чувствую.
Всё будет хорошо.
Мы с театром с тобой.
[музыка стихает]
- Ты за руку его ловила, этого скотину?
- [Оксана] Нет, но у меня сходится.
Просто я не могу понять с кем.
Я уже всю квартиру обыскала.
Тут ни фото, ничего тут.
Блин, вообще ничего нет
в этой квартире.
[мама] Ты живот свой видишь, дочь?
Послушай меня внимательно.
Ничего не говори, ничего,
пока точно не убедишься.
Будь умной, в конце концов.
Какой смысл быть умной, мам,
если он мне изменял весь карантин, а?
Это он меня заразил, точно.
Он принёс от этой суки заразу.
[мама] Тихо, тихо, тихо.
Сама мне рассказывала
про подпольный маникюр.
Тем более что он и не болел же.
Ты чья мама: моя или его, а?
Ой, прямо руками. Ну отлично!
Моя бусина-бубусина голодная.
Кто так хорошо ест бабушкины котлеты?
- Молодец!
- [скрипы, стоны]
Вот так вот, сейчас вот мы их. Угу.
- [Вера] Мультики.
- И мультики.
[шум из телевизора]
Всё.
Ух, вух ты!
Люблю тебя.
[Коля] Я тебя тоже.
Сейчас, подожди.
[Коля вздыхает]
Моя мама спрашивает, будем обедать?
[Жанна] Твоя мама просто лучшая.
Будем.
Коль!
М?
Твои родители уже в курсе про нас.
Осталась Оксанка.
Она, кстати, когда с карантина
с моей квартиры собирается?
[Коля выдыхает]
Ну я не знаю. Ну давай я спрошу,
как она чувствует себя?
[Жанна] Нет, ну…
она, конечно, может остаться
на какое-то время, если захочет.
Я же не совсем сука.
[грустная музыка]
[Коля] Хорошо.
Реши это.
[Илья] Ну, окей.
Она тебе чего по итогу сказала?
[Илья смеётся]
Йо, бро, я тебе перезвоню. Да, давай.
Привет!
[Алёна]
Что тебя так рассмешило? С кем болтал?
Да там, так.
Илюш, врёшь ты так себе.
Ну с Кириллом.
О! А вы общаетесь?
Да. А вы нет?
- А мы нет.
- Мм.
Для меня это странно.
Угу.
Ты его мама всё-таки.
А он мой сын и должен меня уважать.
[Алёна] Ну и как ему там живётся?
Глаза не отводи.
Хм. По-моему, хорошо.
Ну, хорошо, что хорошо.
Нам, в конце концов,
без него тоже неплохо.
- Кофе будешь?
- Угу.
[Илья] Слушай, а ты, кстати, знаешь,
что… [откашливается]
папа Кирилла, Полина Кулдина
и их агент живут вместе?
В смысле?
Ну, в смысле, вместе.
Как пара, только втроём.
[напряжённая музыка]
Нет, я не знала. Я не понимаю.
Б…дь, что за бред?
Ну, спят вместе там, все дела.
Типа свободные отношения.
Тебе смешно?
- Ну, это смешно.
- [Алёна] Смешно?
Ну, немного…
Смешно, что Кирилл
в этом б…душнике ковидном?
[Илья]
Ал?н, ты его сама туда отправила.
Измена мужчины — это норма.
Измена женщины — это б…дство.
Прости меня за мат,
но ты уже взрослый парень. М?
[Полина] Слушайте, ну, вы зря,
конечно, со мной не поехали.
Я так прекрасно прогулялась по городу.
Там вообще никто никого
уже не проверяет.
Народу, кстати, вообще нет.
- Пробок нет тоже.
- Привет.
- Привет, ребят, как вы?
- Привет.
В прошедшем — «я любил»…
В прошедшем — «я любил» —
печальнее могил.
- [девушка] Может…
- Прости, прерву тебя.
Эм, извини, всё хорошо, но не играй
каждую строчку руками. Зачем?
То есть у тебя получается:
и я туда, и эти могилы.
Точно. Да.
- Здрасте.
- Здравствуйте, тётя Полина.
- А мы с вами что?..
- Это Алла, дочка Ларисы.
Да. Да, мы с вами виделись,
когда мне было лет 12.
Здорово.
Здорово, что зашли.
Можно тебя на минутку?
- Но я занимаюсь.
- Угу, да. Сейчас продолжите.
- Я его сейчас верну.
- [Алла] Угу.
[хлопок дверью]
[Стёпа] Что ты делаешь, тётя Полина?
Ты чего делаешь?
В смысле, что я делаю?
Меня Лариса попросила
заниматься с её дочкой.
Она хочет быть артисткой.
Я ей помогаю, занимаюсь.
Что не так опять?
- Нравится заниматься с юной Аллой?
- Нравится.
Ну мы же договорились на вечер. Забыл?
Ст?п, детей делать.
[Стёпа вздыхает]
Я не понимаю уже, Поля,
кому и что здесь надо. Я…
Давай я позанимаюсь, и мы всё сделаем?
Нет.
Мы сделаем это сейчас.
Время — сейчас. Сейчас и сделаем.
[эпичная музыка]
Окей.
[Стёпа] Да ну и…
Это необязательно.
[Лариса] Полина! Поль?
- Что, Ларис?
- Тебе режиссёр звонит, Берегов,
хочет утверждать на пилот.
[Стёпа] Да!.. Я же…
- Вот так, да, уже в туалете е…тесь?
- Ага, если бы…
- [Полина] Штаны надень.
- [Алла] Всё в порядке?
- Алло.
- Штаны надень, твою мать.
[музыка стихает]
- Пап?
- Всё хорошо. Фух!
Пап!
[эпичная музыка]
[мужчина] Здравствуйте.
А вы… вы что здесь делаете?
Вообще-то, живу. А вы?
- [женщина] Оксана?
- Да.
А я вас знаю. Вы вместе с моей дочкой
в театре работаете.
- С какой дочкой?
- С Жанной.
Только что вы здесь делаете,
я не понимаю?
Это моя квартира, я её продаю.
А ещё у ребят, конечно,
изумительные ткани.
А на блузке, если вы посмотрите…
[звонок в дверь]
[музыка стихает]
Коллеги, я на секунду прервусь.
- [Алёна] Где он?
- Алёна? Что случилось?
- Где он?
- [Лариса] Кто?
Где мой сын? Я забираю его
отсюда, из этого б…ушника.
Ну нормальное такое начало!
- Где Кирилл?
- Ничего себе гости!
- [Полина] Вон он, на веранде.
- Ты иди к себе. Да всё хорошо.
- Ал?н!
- Ничего интересного. Иди, иди, иди.
- Ал?н!
- [Алёна] Сынок!
Мам, ты чего здесь?
[Алёна] Прости меня.
Прости меня, пожалуйста. Поехали домой.
Я во всём виновата, прости.
Ал?н, ты не охренела,
в карантин сюда припёрлась?
[эпичная музыка]
Вы грязные, отвратительные!
Все вы, все!
Устроили здесь содом,
а он смотреть на это должен?
- Что?
- Да нет здесь никакого содома!
- Пойдём.
- [Полина] Маску надень!
Живёте втроём, впятером — мне насрать.
Но, чтобы он всё видел,
не позволю. Ясно?
Маску надень! Я сейчас полицию вызову.
- Где Стёпа?
- В туалете.
[Алёна] Сядь, сядь! Я…
[Полина] Идиотка!
Маску надень, я тебе говорю.
[Алёна] Вот, тварь, ты где!
Алён, маску надень! Маску надень!
- Маску надень.
- [Алёна] Дверь открой, сука!
[музыка продолжается]
Смешно? Открой дверь, я тебе сказала!
Дверь открой мне, скотина такая!
- Открой! Дверь открой, тварь!
- [Стёпа смеётся]
[звонок в дверь]
О, Оксана, детка, что случилось?
- Где он?
- Ты же на карантине.
Где ваш сын, ублюдок?
Где?
[музыка усиливается]
Мама, мама!
[Вера] Мама!
[тревожная электронная музыка]
[музыка продолжается]
[музыка продолжается]
[музыка стихает]
Ты же говорила про достоинство.
Что я — актриса, что я — редкая птица.
С Оксаной меня связывает
только ребёнок.
Два! Две штуки!
Это чего за бред-то такой?
Это я замужем
за этим театром всю жизнь!
Скучали? Вот он я!
Я скажу ему, что я вас люблю.
Я тоже тебя люблю.
Я люблю тебя. Абсолютно любую.
[тревожная музыка]
Малышка плачет уже девять месяцев,
пока папа её спит с другой тётей.


Серия 9

Он пьёт, он ленится.
Он не работает, не развивается вообще.
Он…
Он такой неинтересный стал, пап.
- Он…
- А она?
Ну вы же втроём живёте, а она что?
А что она? Она…
Мамой мне стала как будто.
Контролирует.
И не любит, а бдит меня.
Ты что с этими афишами
делать-то будешь?
А нас затопили,
вон полоски по стене пошли.
Заклеим, красиво будет.
А Елене нормально,
что моя мама тут везде висеть будет?
Ленка умнее всего этого. Нормально.
Так мы о чём?
[со вздохом] О Стёпе.
Ага. Так ты от этого Стёпы своего
неинтересного ребёнка хочешь?
Пап, мне 40!
Блин, мне за 40.
Ну как бы не до жиру, хоть от него уже.
Тебе не надо иметь детей.
В каком это смысле?
Ну а в каком это может быть смысле?
В самом прямом.
Нет, расшифруй, пожалуйста!
Чехова возьми,
он тяжёлый, угол пригладит.
Ты настолько эгоистичная, Поль.
Ты такая слепая и глухая,
извини, ну, в метафизическом смысле,
понимаешь?
Что ты его сделаешь
очень несчастливым, этого ребёнка.
Ты настоящая актриса,
ты в своей орбите живёшь.
Она у тебя махонькая такая,
но ты только в ней.
И ты там прекрасна.
А любовь, дети…
Хоть ввосьмером живи,
ничего не получится.
[трагичная музыка]
Как ты можешь мне это говорить?
Именно ты.
Как ты можешь?
Мне 65.
И я только пару лет назад
понял про себя то же самое.
И перестал задавать вопросы,
почему я такой,
почему ты такая выросла.
Ленка рядом — и слава богу.
Так что я могу.
Ты…
Ты… Ты моя единственная дочь.
Я когда это говорю,
я же и себе приговор выписываю.
Внуков не будет.
[смешок]
На тебе всё закончится, скакание это…
[Полина шумно дышит]
Лен, что ты там стоишь?
Заходи уже, я слышу, как ты дышишь.
Полина, сделайте тест,
пожалуйста, я вас очень прошу.
Вы не соблюдаете карантин.
Ваш папа в зоне риска.
Вы там стоите и подслушиваете.
А вы кто такая?
- Я вас вижу второй раз в жизни!
- Тихо…
- Вы кто такая?!
- Ещё слово скажешь —
я тебе объясню, кто ты такая.
Вылетишь отсюда. Хорошо?
[драматичная музыка]
Блин! Сука!
[тяжело дышит]
Ах ты сволочь!
Ненавижу тебя! Тварь!
[тяжело дышит]
Зай, ну пожалуйста, не говори такие…
Я хочу, чтоб ты сдох!
Я просто…
Послушай… Ну как мне
надо было тебе сказать?
- Отойди!
- Ну как? Ну пожалуйста… Ну я…
- Отойди!
- Ну я боялся просто потерять тебя, ну!
[Коля, неразборчиво]
[Коля тяжело дышит]
- Я люблю тебя.
- Что?
С Оксаной меня связывает
только ребёнок.
Два!
Два ребёнка. Две штуки!
Скотина ты бессмысленная!
Ну пожалуйста!
[Жанна тяжело дышит]
Вот это всё
будешь искать на помойке.
Там!
[музыка обрывается]
[мама Оксаны]
Расселась на полу. Дует же!
[мама Оксаны] Ведёшь себя как ребёнок.
Какая разница, где я сижу, мам?
У меня жизнь разрушилась.
Да ничего не разрушилось.
- Эта Жанна ушла из квартиры?
- Да.
- А ты осталась.
- И что?
Ты его жена, у вас двое детей. Почти.
- У тебя все права, а у неё никаких.
- [громко] Да при чём тут это?
Тихо! Они там на кухне.
[всхлипывая] Ты же…
Ты же говорила про достоинство.
Что я…
Что я — актриса.
Что я должна гордиться собой,
что я редкая птица. Мам!
Ты на квартиру-то
заработала себе актрисой?
Куда съедешь сейчас?
При чём тут это-то?
Актриса ты моя актриса.
В прошлом всё это:
театр, кино.
Ты теперь жизнью живёшь.
Взрослой жизнью.
Тут другие правила.
Если веришь моему опыту,
сиди спокойно дома.
Тут уж не до достоинства.
Тут выживать надо.
[шмыгает носом]
Ну, ну, ну.
[целует]
Ну тише, тише, тише, тише…
[звуки жарки еды]
Готово!
Почти.
Идите сюда, мне одной скучно!
[Кирилл] Мам! Что тут происходит?
Алёна учиться готовить, по ходу.
[Алёна] Э…
[Илья] Мм!
Происходит попытка приготовить
завтрак по интернет-рецепту.
Сырники на рисовой муке.
Больше похоже на блины,
но зато вкусно.
[Илья] Мм, мм.
Готовлю кофе!
- Нам отойти подальше?
- Нет, всё под контролем.
Это что, праздник какой-то или что?
Я не понимаю.
Происходит праздник
счастливого материнства.
- Да какое материнство? Ему 15 лет!
- Счастливого.
- Илюш!
- Ну чего, ему правда 15!
А я вот, например, за твоё
новое материнство очень топлю.
[Кирилл] Эй, я ещё тут!
Ну ты хоть кивни, что услышала намёк.
[со вздохом] А…
Кир…
Э…
Меня всегда бесило, когда говорили,
что никогда не поздно чего-то там.
Но я из тех людей, которые считают,
что время не обманешь
и многое бывает поздно.
Я просто хочу любить тебя,
чтобы ты это видел,
чтобы ты это чувствовал…
[вздыхает]
…а как — не знаю.
Это же не поздно?
Мам, я тоже тебя люблю. Спасибо.
[целует]
Пробуйте, не бойтесь.
[всхлипывает]
Это что такое-то?
Это что за бред-то такой?
Я себя прекрасно чувствую! Это что?
Может, это ошибка какая-то?
Что это?
Давайте вызовем официальный ПЦР.
Если он подтвердит, то…
Не, не, не, не, не,
Лена, Лена, Лена, Лена, Елена!
Так не пойдёт.
У меня встреча через час с режиссёром.
Вы понимаете, что это такое? Встреча!
Какая встреча, вы что?
Папе ничего не говорим,
он от страха сразу заболеет.
- Где же это?
- Скажите, вам есть куда уехать отсюда?
Ну чтобы не подвергать всех опасности.
Да, есть. Есть.
Только я туда не хочу.
[смеётся]
Очевидно, в жизни не всегда
получается так, как вам хочется.
Чего сидим? Против кого дружим?
[интригующая музыка]
- Как ты себя чувствуешь?
- Хорошо. А как надо?
[нервно] А как надо?
Так и надо — хорошо, да?
- Так, ладно, всё, я поехала.
- Куда ты поехала?
- Карантин никто не отменял.
- А пропуска отменили.
Отдай сумочку, пожалуйста. Пожалуйста.
Всё уже вовсю работает.
А у меня встреча по проекту.
Тогда спроси, не нужны ли им
статные мужчины за 60.
- Обязательно!
- Нет, я серьёзно!
Я тоже. Ну что, я…
- Хорошего вечера, да, Елен?
- Да, да, да, хорошего.
Я сегодня у подружки ночевать останусь.
У тебя же нет подруг!
Я слышу всё!
[дверь закрывается]
Никак не отреагировала на мою шутку.
Про материнство.
Про то, что Кирюше 120 лет,
а я всё пытаюсь? Ты про эту шутку?
[со вздохом] Нет. Я про то,
что я очень не против,
чтобы ты эти чувства
материнские освежила.
- [со вздохом] Илюш!
- Что?
- Ну Илюш!
- Что?
Ну какие дети? Я только жить начала.
[грохот посуды]
[Ольга] Поставь какое-нибудь видео.
Надеюсь, вайфай у нас мощный.
[Геннадий] А ссылка
мне на почту придёт?
Да. Да, на почту тебе и всей труппе.
[Геннадий] Угу.
- Ген!
- А?
- Гена, слышишь меня?
- Угу.
Посмотри на меня.
Маску сними.
[Ольга вздыхает]
Всё хорошо.
Слышишь?
[писк]
- Господи!
- Что?
[писк]
«Зум» просит обновления.
Ну, то есть не просит, а предлагает.
Ничего не трогай,
убери руки от компьютера.
Вот. Вот. Молодец. Всё.
У тебя всё хорошо,
ты готов к встрече с труппой.
У меня будут карточки,
я буду тебе их периодически показывать.
Ты только читай, и всё будет нормально.
[писк]
[Геннадий] Твою мать.
Нажми «не сейчас».
- Не сейчас.
- Угу.
Ну всё, у нас ещё десять минут.
[Геннадий шумно выдыхает]
[звуки шагов]
Собираешься куда?
Вообще-то, карантин ещё.
Нет, никуда не собираюсь.
Зачем тогда красишься?
Ой, вы хотите дружить? А?
После всего, что случилось?
Или что происходит-то, а?
Я хочу сказать,
что если ты решишь, что вы с Колей
больше не можете быть вместе,
то я пойму.
Вы поймёте?
Вы! Так?
Мы с Толей поднимем двоих.
Мы уже обсудили это.
[напряжённая музыка]
Мам,
сходи, пожалуйста, за Верой в сад.
Так в пять же надо забирать.
- А ты чего такая расстроенная?
- Оксана, ты неправильно реагируешь.
То есть вы поднимете, да?
Вы уже всё решили?
Да мы… Оксаночка,
ситуация очень сложная, очень.
Мы просто выражаем тебе
свою поддержку с этим предложением.
- В-вот… Вот так надо понимать.
- Ты всё-таки актриса.
Профессия нужна.
Ты мать в первую очередь.
А о чём речь?
Слушай, ну вспомни,
какая ты была весёлая, воздушная.
Без дела девушке молодой,
относительно, никак нельзя.
Хотите прикол?
Моё дело — моя семья.
Было моим делом,
я туда все годы положила. Всё!
Все яйца в одну корзину.
И это чё, это такая благодарность
за почти двух внуков?
Ну из благодарности
мы тебе это и предлагаем.
Тебе нужно вернуться в профессию.
[плача] Вы чё, думаете,
меня кто-то ждёт в этой профессии, а?
Кто меня в ней ждёт?!
Я в неё даже прийти ещё не успела,
чтобы возвращаться.
Сразу занялась семьёй.
Этим провальным проектом!
Не надо так говорить. У тебя двое…
почти двое прекрасных детей.
Вы хотя бы приблизительно себе
представляете вообще,
чем мы занимаемся с вашим сыном?
Чего это за дело такое, а?
Доченька, пойдём, надо успокоиться.
Вы же ни хрена…
никто ни хрена не понимаете.
Всё! Всё, не будет ничего!
Всё, я больше ничего не сыграю,
все шансы упущены. Всё!
Срок годности, понимаете,
срок годности истёк. Всё!
Я больше не сыграю
ни юную героиню, ничего.
Вот моё лицо,
измученное недосыпом и токсикозом.
Вот тело моё огромное!
Всё, у меня больше нет другой жизни.
Нет и не будет никогда.
Девочка моя, ты не кричи так.
Там малыш внутри тебя плачет сейчас.
[смеётся]
Малышка плачет уже девять месяцев,
пока папа её спит с другой тётей.
И я не отдам вам детей! Ни одного!
- [мама Оксаны вздыхает]
- Оксаночка!
[неровно дышат]
[пение птиц]
[звуки видеоигры]
[Степан кряхтит]
[Степан] Полина где?
Спи, тебе капают снотворное
и витамины разные, тебе спать надо.
[громко] Где?
Ещё раз повторяю членораздельно.
Полина поехала к папе погостить.
А, бросила меня, да?
Нет, не бросила, ей просто тяжело
видеть тебя в таком состоянии.
Когда ты поправишься, она вернётся.
Она же такая сука…
Ты знаешь же, потому что ты тоже сука.
Тебе лучше помолчать, Степан.
Береги силы.
Извини, пожалуйста, что я говорю.
Но она ушла дальше.
Ей новое надо. Надо, и всё.
А тебе не надо.
Мне надо, чтобы ты лежал
спокойно и восстанавливался.
Ты старая просто,
тебе уже ничего, наверное, не надо.
Медсестру позову, она с тобой посидит.
- Используешь нас, б…дь!
- [ритмичная музыка]
Удобно устроилась, да? Актёр под боком,
можно его любить при случае.
Ты чё,
алфавит решил во рту погонять
в разных последовательностях?
Сука ты неблагодарная!
[дверь открывается]
[медсестра] Поменяем составчик?
Конечно, поменяем, да,
проходите, пожалуйста.
[Степан выдыхает]
Прости, малыш.
Ты поправишься — и поговорим.
[грохот склянок]
Тётенька, сделайте хорошо, да?
[протяжно] Составчик.
Ну конечно, Степан Витальевич.
Тем более вы такой актёр замечательный.
- [смешок]
- Сделаем всё в лучшем виде.
Спасибо большое. Спасибочки.
Ты чё присел?
А чё, тоже хочу послушать,
чё худрук новый скажет.
Вы же все этого… Тильдикова хотели?
Угу. Можно подумать,
нас кто-то спросил.
Ты чего такая недовольная сразу?
Я, между прочим, тоже там работал.
Я — часть коллектива.
Ладно, сиди. Только ты это,
громко печеньками не хрумкай.
- Угу.
- Кир!
Кир!
- Тихонько, ладно, у меня «Зум».
- Ага.
Пришёл Прокоп — кипел укроп,
ушёл Прокоп — кипел укроп.
Господи, прости и сохрани.
[Ольга] Гена, господи!
[Геннадий вздыхает]
Геночка, будешь нервничать —
одну под язык. Помнишь, да?
- Угу.
- Всё.
- Люба!
- Да?
- Здрасьте.
- Здравствуйте.
А давайте сразу границы расставим?
Сегодня официальный сбор труппы
и руководящего состава театра
в моём лице. И только.
Вы сейчас о чём?
Я жена художественного руководителя.
Ну это семейные дела.
Оля, мой муж меня сам пригласил.
Пиджак дай.
На.
[Люба вздыхает]
[печальная музыка]
[звук дождя]
Чуть не опоздал.
- Какая красивая ты.
- [Оксана откашливается]
- Где Верка?
- С мамой.
Супер.
[шёпотом] Супер.
Я не буду с тобой сидеть в одном кадре.
Э-э…
Не понял?
Иди в другую комнату, в свой «Зум».
Может, ты успокоишься, Окс?
Я дома у себя вообще-то.
Выйди.
Иди с Жанной посиди.
Я, просто чтоб ты знала,
вот этот дурдом —
я терплю из последних сил, ясно?
Выйди, а!
- [шумно выдыхает]
- [динамичная музыка]
[хлопок дверью]
- Дорогие, э, мои!
- [голоса из компьютера]
Как хорошо,
что мне не надо представляться,
ведь мы прекрасно знакомы.
Я рад всех приветствовать.
[все вместе] Здравствуйте!
Пожалуйста, отключите микрофоны.
Микрофоны отключите, пожалуйста!
[Геннадий] А потом,
если захотите что-то добавить,
по мере надобности их включайте.
Хорошо? Договорились? Спасибо!
Итак, дорогие мои, мне очень жаль,
что нам приходится встречаться, э…
при таких обстоятельствах,
вот таким образом.
Но театр, конечно, дело живое,
но мы работаем
с тем, что есть.
Привет-привет, Ген.
«Хор нищих» не хотите вернуть?
- Ты микрофон выключила?
- Да.
Э… У нас очень много планов.
И нам грозят снять карантин
буквально неделями,
но мы активно и много работаем.
Я готов огласить нек…
некоторые названия будущего сезона,
но с небольшой оговоркой.
Да, жизнь не стала легче,
только труднее.
А театр — место,
где зритель ищет спасения
от своей непростой жизни, от быта.
И зритель хочет отдыха сердцу.
Хочет отдыха души.
Да, нужно чувствовать пульс времени
и эту зрительскую
потребность удовлетворять.
Поэтому из репертуара уйдут
некоторые названия спектаклей,
которые отгремели своё.
Такие спектакли,
как «Утиная охота» и «Старший сын».
[шёпотом] Твою мать.
Эм…
Я считаю, что возрождение водевиля
и комедии на сцене нашего театра
как никогда уместны.
И я хочу поставить как режиссёр
«Лев Гурыч Синичкин» Дмитрия Ланского.
«Лев Гурыч Синичкин» Дмитрия Ланского…
[смеётся]
…и первый возьму эту крепость водевиля.
[телефон вибрирует]
Алло! Да, Марина, здравствуйте!
Оксаночка, здравствуйте!
Как ваши дела, как здоровье?
После карантина,
долгого расставания мне хочется
объединить и соединить труппу
совместными инициативами.
Вот одна из моих идей —
восстановить старую традицию
субботников на кладбище.
- [смеётся] Господи.
- Где есть аллея актёров нашего театра.
Э, когда мы ухаживаем за могилами —
мы уважаем память.
И только тогда мы уважаем себя,
дорогие мои.
Помните проект?
Ваша «Сказка о царевне»?
Конечно, помню.
Ну так вот, выходит на платформе
в цикле новелл. Представляете?
Не прошло и скольки там? Пяти лет, да?
- Э, да.
- Ну вот.
А выходит на следующей неделе.
А на меня вышли с запросом на интервью.
Вы как на эту тему?
Я просто чего спрашиваю:
не все актёры охотно пиарят долгострои.
Я охотно! Я готова пиарить и…
[смеётся] Очень готова! И…
В смысле, я готова пиарить, да.
Спасиб…
- О, ну отлично. Всё, супер!
- Угу.
Я тогда пришлю вам издания,
которые вас запрашивали, окей?
Угу. Всего доброго, до свидания.
[громко] Да! Йес! Йоу!
[целует]
[из компьютера] Всем здравствуйте.
Геннадий Сергеевич, здравствуйте.
Простите, а вы…
Я Мария Скворцова.
В прошлом играла в оркестре при театре.
Я хотела бы быстро сказать,
спросить, если можно.
[Геннадий] Угу.
У Геры Кулдина скоро юбилей.
И очень важно было бы
почтить его память…
[вздыхает]
…устроить мероприятие.
[Геннадий] А…
Дорогие мои, не судите строго.
Я в этом деле человек новый —
и в интернете, и на посту худрука.
Э, да, возможно,
у вас есть какие-то вопросы?
- Я был бы рад нашему диалогу.
- [писк телефона]
Смело включайте звук и спрашивайте.
Скажите, а когда будет известно…
Геннадий Сергеевич,
подскажите, пожалуйста…
[Геннадий] Друзья, ну подо…
Ну давайте как-то по порядку по…
[все говорят]
Стоп!
Коля Истов!
- Николай, пожалуйста!
- Да, эм…
Геннадий Сергеевич, я прошу прощения.
Как бы, вот, для тех, кто сейчас…
- Здравствуйте.
- Эм…
…потерял всю работу, ну вот,
в частности я, например, два спектакля.
В театре планируется, возможно,
какие-то лаборатории?
Новых.
Может быть, возможность новых проб,
отрывков или какие-то
заявки спектаклей?
- Или теперь только вот водевили?
- [вздыхает]
Э…
Ну, Коля, хороший вопрос.
Блин! Нет слов!
Просто, сука, ни одного слова!
Ой, ужас! Реально.
Слушай, ну он же предлагает
мыть могилы.
Объединять труппу!
А…
Он снял два названия моих.
И, по-видимому, он ещё не всё сказал.
Ну Илюш, ну успокойся уже.
Я работаю в этом театре, не ты.
Малыш! Ты не можешь быть
в большем ужасе, чем я.
[плеск воды]
- Извините.
- Что?
Но у тебя же есть ещё другие, да?
Мам, это…
две мои главные роли.
Напомни, это те, которые ты играешь
вместо артиста, который умер?
Ты это специально сейчас делаешь?
[заикаясь] Подожди, подожди, Коля.
Ну, ты же теперь этот, сценарист.
Ты не должен зависеть
от своих каких-то там ролей.
Да, спасибо, пап, блин.
Спасибо большое.
[Оксана] Йес! Да!
[всхлипывает]
У-ху!
Я говорю с тобой о детях,
я предлагаю устроить настоящую семью.
Ты мне отвечаешь, что…
у тебя только жизнь началась,
у тебя театр, ты играешь.
- Ну?
- Ну, вот я послушал это выступление.
Ну и чего, ты серьёзно, да?
Ты вот, ради этого можно не рожать?
[со вздохом] Во-первых,
может, он волновался.
Во-вторых, я всегда мечтала
работать в этом театре.
И в моих планах пережить
не одного худрука, а многих.
В-третьих, у меня ещё есть и кино.
То есть я в твой сложный график
со своими желаниями не вписываюсь?
[громко] Блин, Илья!
Ну мы о театре говорили,
как ты на это-то опять вышел?
- Ну, Илюш…
- Нормально.
Да блин!
[Алёна озлобленно рычит]
[ритмичная музыка]
Чего-то я разнервничался, а?
А по-моему, неплохо получилось.
А ты чего молчишь, неплохо же?
- Плохо, Ген, плохо.
- Чего?
Что ты такое нёс?
Что ты там вообще нёс?
Подожди, ты тон-то смени.
Какой водевиль ты собрался возрождать?
- «Лев Гурыч Синичкин»?
- Да.
- А как же «Леди Макбет»?
- А сейчас не время Лескова.
Сейчас надо курс менять в театре.
Сейчас должен быть в театре
курс на радость.
- Какая такая радость?
- Вот такая!
Театр — не цирк!
Он не развлекает и не веселит.
Театр отображает реальность, он…
Он её преобразует, сука!
Он задаёт зрителю вопросы.
Одухотворяет его.
И вообще, Ген,
он не подсовывает сладкий попкорн,
когда за окном и так хреново.
Ну вспомни, мы же с тобой…
Мы же с тобой мечтали,
много раз говорили о том,
каким должен быть наш театр,
когда ты станешь
его художественным руководителем.
Оля, ты тон поменяй.
[неразборчивые разговоры]
- Мы команда или как?
- Мы команда.
Команда художественного руководителя
театра и директора театра.
Ты позиции-то не путай.
А сейчас я пойду к журналистам
и дам комментарии.
Если вы, конечно, не против,
Ольга Владимировна.
Пожалуйста, друзья, художественный
руководитель театра Геннадий Сергеевич.
[Люба вздыхает]
Нервировать его прекратите.
[телефон звонит и вибрирует]
Да, Елена, здравствуйте.
Полина, здравствуйте.
Полина, папу положили в больницу.
Как?
Зачем?
Он же нормально себя чувствовал.
Мы померили сатурацию,
она была низковата — 80%.
Уже сделали КТ — поражение лёгких 50%.
[глубоко вдыхает]
[Елена] С виду никаких симптомов,
только слабость к вечеру.
Может быть, вы себе тоже измерите?
Ну, на всякий случай сатурацию.
Лена, у меня нет ковида, понятно?
Я абсолютно здорова, ясно вам?
[громко] И я не виновата, понятно?!
[играет «Плачу на техно»
групп Cream Soda и «Хлеб»]


Серия 10

[Лариса] Да б…дь!
Разберёт она это говно
или нет когда-нибудь?
Весь дом засрала
этим бартерным хламом, сучка!
[Стёпа]
И пришла девица к озеру изумрудному
и окунула пёрышко трижды в воду.
[жизнерадостная музыка]
Пошли круги по воде.
Зажмурилась девица и сказала трижды:
«Да сбудется, что загадала!
Да сложится, что нагадала!
Да улыбнётся тот, о ком мечтала!»
[Стёпа] И намокло пёрышко.
И понесла река его к другому берегу…
[музыка обрывается]
Девушка, мой отец лежит тут у вас
в красной зоне. Ну вы о чём вообще?
Ваш доктор сейчас спустится.
Я его уже пригласила.
Мы не имеем права впускать никого
в красную зону,
кроме врачей и пациентов.
Он должен был вас предупредить.
Послушайте, у моего папы
80% поражения лёгких.
80%! Мне нужно к нему попасть.
Он лежит у вас тут уже месяц!
Ничем не могу вам помочь.
- [Полина] Слушайте, вы знаете, кто я?
- [медсестра] Что вы имеете в виду?
Я известная актриса.
Мой папа тоже актёр.
Э, Полина Константиновна, здравствуйте!
Алексей Дмитриевич Усов,
главврач. Мы говорили с вами…
- Алексей Дмитриевич.
- Наденьте, пожалуйста, маску.
Да, да, да, конечно.
[Полина] Алексей Дмитриевич,
слушайте, ну, тут такая ситуация.
- Меня не пускают к папе.
- [врач] Угу.
Я его дочь.
Я актриса, папа тоже актёр.
У папы ковид, 80% поражения лёгких,
и он на связь не выходит.
Мы не можем вас пустить в красную зону.
Это невозможно.
Ваш папа в стабильно тяжёлом состоянии.
Мы держим ситуацию под контролем.
Пока он в реанимации.
[Полина, плача]
Слушайте, ну, я популярный человек. Я…
[врач] Нас это мало волнует. Извините.
Со всем уважением к вашему творчеству.
Я же могу его не увидеть
больше никогда. Ну как это? Ну!
[Полина] Ну как это возможно?
Мне жаль. Но я надеюсь,
что ваш папа выздоровеет.
[врач] Я могу лично передать
ему посылку, если хотите.
[Полина] Да. Передайте.
Только скажите,
что я с Еленой вместе приходила.
- Угу.
- Ему приятно будет.
[врач] Хорошо.
[унылая музыка]
[Стёпа] Привет!
[Стёпа выдыхает]
[Лариса]
Стёп, а чего ты так читаешь плохо?
Прости.
В каком смысле «плохо»?
Наигрываешь, как будто
тебе переплачивают за это.
Кстати, тебе платят, я что-то упустила?
[музыка стихает]
Нет, не платят.
[Стёпа] Это для детей, это сказка.
Поэтому наигрываю.
Спасибо за комплимент.
[Лариса]
Ну, кроме меня, никто не скажет.
Карантин закончился.
Ты зачем эти сказки читаешь?
А на меня работа после карантина
не посыпалась, как ты обещала!
Вот и читаю, куда зовут, что просят.
Да всё будет, не беспокойся.
[вздыхает]
Полина уже месяц на связь не выходит.
Каждый день звоню.
Дай ей время.
Не дам.
В смысле?
Я из запоя вылез,
потому что ты мне обещала,
что Поля вернётся,
что ты с ней поговоришь.
А теперь что?
Зачем мне было оттуда вылезать?
Мне там было замечательно.
Мне там прекрасно было, в моём запое.
[Лариса] Я верну её, обещаю.
[Стёпа] Не верю тебе больше.
А помидоры сладкие, узбекские?
[мужчина] Наши. Сладкие отошли уже.
Виноград пришёл прекрасный. Попробуйте.
[Алёна] Спасибо. Килограмм возьмём.
[Илья] Штучек шесть нам взвесьте.
Здравствуйте! А можно с вами
сфотографироваться, пожалуйста?
Обожаю ваш сериал «Тебе будет смешно».
Просто обожаю! Давай,
вертикально сфотографируй.
[Алёна] Извините, я не фотографируюсь.
[девушка] Почему?
Ну, просто не фотографируюсь.
Хорошего вам дня!
[девушка] Ладно, спасибо.
А чего ты с ней не сфотографировалась?
Не хочу.
В смысле? Ты же актриса,
а она твой зритель.
Ты представь, какое для неё событие,
что она встретила тебя на рынке?
Илюш, ну я-то тут при чём?
Не понимаю, правда.
Во-первых, я плохо выгляжу.
Во-вторых, даже если бы я выглядела
хорошо, это моё право не хотеть.
Я же не обезьянка.
Может, с икрой возьмём?
Ну, человеку же было бы приятно.
А мне было бы приятно не болтаться
странным селфи в чужих телефонах.
Я делаю то, что должна,
на сцене и в кино,
а всё остальное не должна.
То есть так долго добиваться успеха,
чтоб тебя узнавали,
чтоб просто отказываться от людей,
которые тебя полюбили?
- [цокает языком]
- Чем-то напоминает историю со мной.
Илюш, но ты же ещё мой парень,
пока не муж.
Не забегай вперёд.
[хмыкает носом]
[гудки]
[Полина] Чёрт!
Алло, Лен! Ну не пустили, ну суки!
- Да это понятно. Я говорила тебе.
- Лен, простите меня.
Простите, пожалуйста, я…
ну простите за всё это.
[сирена скорой помощи]
Ну…
Ну что «ну»? Ну, вы же понимаете всё.
[хныкает]
Простите. Ужас какой!
[Лена] Поль, девочка,
главное, чтоб ты понимала.
Угу. Понимаю.
[Коля] Это свидание, Оксан?
[играет спокойная музыка]
Не очень понимаю.
[Оксана] Нет, не свидание.
Какая тема встречи?
Может, видел, на платформе
вышла моя сказка?
Нет, не смотрел ещё.
Ну да, я видел, да, что-то лежит.
У меня появились предложения по работе.
Пару проб, и в один проект
меня утвердили на осень.
[хмыкает]
- Ого!
- Ого, да!
Так вот, я рожу
через пару недель-месяц,
я хочу как можно скорее
выходить работать.
А как это возможно чисто технически?
А у тебя что, какие-то планы по работе?
Кино? Театр?
- Пока нет, Оксан, я пишу.
- [Оксана] Мм!
Про театр ты сама всё прекрасно знаешь.
Ну вот и замечательно.
Значит, дети какое-то время
побудут у тебя.
[откашливается] Оксан, э, в каком…
У тебя гормоны? Прости, ты чего несёшь?
Нет, Коля, просто пришло
время побыть отцом.
- Угу.
- Я буду зарабатывать на их будущее,
пока ты пишешь что-то не меньше,
чем «Братья Карамазовы».
А ничего страшного,
что ребёнку мама нужна?
Мама, ой, давай, давай, расскажи мне,
чего ребёнку нужно? Ну давай.
[откашливается]
[Оксана]
А то я ж не знаю, чего ребёнку нужно.
И это не значит, Коля, что ты оставишь
детей на сумасшедшую мамашу!
Это моё условие.
Пошла в жопу, Оксана!
[хлопок дверью]
- Гена! Гена! Ген! Генаша!
- М?
Мм! Слушай, я такая довольная
хожу, такая счастливая!
А чего так, Любань?
Как это чего? Театр наш!
Родной, любимый, наш!
Да, да, да, наш. Мой, да, да.
Люб, я работаю, у меня встреча ещё.
- Ты просто так пришла?
- Я быстренько.
Слушай, девочки из пошивочного
молниеносно переобулись.
Любят меня теперь, понимаешь?
Я их гоняла как сидоровых коз —
то они пуговицу не пришьют,
то они что-нибудь не принесут.
А сейчас иду, они такие мне:
«Здравствуйте, Любовь Андреевна!» —
и улыбочка такая соответствующая,
как будто ничего не было.
- Всё?
- [Люба] Всё.
Люб, мы с тобой в театре
всегда соблюдали границы.
- Угу.
- Мы не смешивали личное и рабочее.
- Угу.
- Ну давай придерживаться этого курса.
[Геннадий] Ну что это?
Ах! Давай, давай!
Мы же воспитанные культурные люди.
- Просто я так счастлива за тебя.
- Я тоже счастлив, мне работать надо.
- Конечно, конечно.
- [Геннадий] Ага.
И ты, Люб, стучи,
когда приходишь в кабинет.
[Люба вздыхает]
Ещё чего?
- [напряжённая музыка]
- Чего?
Может, мне к тебе
через приёмную записываться?
- Ну, через приёмную не надо, конечно.
- Ген!
- Ты давай не перегибай, ладно?
- Ладно.
Тебе не идёт.
И мне не нравится. Ты понял?
Ладно, ну хватит.
А я тебя буду любить
и во всём-во всём поддерживать.
Ты уйдёшь когда-нибудь, а?
[стук в дверь]
И очень важно сделать это в театре,
Гера проработал здесь около 15…
20 лет.
20 лет, да, и скоро
у него был бы юбилей.
[Маша]
А деньги на банкет мы соберём с гостей.
С финансами сейчас сложно
у вас после пандемии, наверное.
Вот, и я подумала,
что в портретном фойе
было бы хорошо всех собрать.
Я, вообще-то, не знаю, обычно
театр несёт расходы на похороны,
на поминки,
а на посмертные дни рождения…
Геннадий Сергеевич.
Позвольте мне сказать?
Да, пожалуйста.
Театр должен нести расходы
не только на то, что в реестре,
но и на понятийные вещи. Если хотите.
Это мне говорит директор театра?
- А на какие финансы?
- Извините.
Ну я же сказала,
мы соберём с гостей, с актёров.
С актёров?
Актёры нищие. Нищие!
Я оплачу.
Спасибо.
[Полина] Привет!
[музыка стихает]
Так рада вас видеть.
Очень соскучился по тебе.
А я по нам.
[Полина] Хм!
Куда поедем?
Поесть или к психологу-наркологу?
[Лариса] Я начну. Попробую.
Мы прожили четыре года.
- Счастливых?
- Да.
Очень.
Мы взрослые люди, и уже не время
скакать в поисках новинок.
Нужно работать над тем, что есть.
А есть у нас многое.
Звучит прекрасно.
Поль, ты иронизируешь?
Я просто не понимаю сейчас.
Не, не, я искренне говорю,
что это здорово звучит.
Прям как в жизни.
Меня задело то, что вы хотели завести
ребёнка, а мне не сказали об этом.
Я почувствовала себя лишней,
ненужной. Ну, вот это всё.
Но я готова это пережить.
[Лариса] Я понимаю, Поль,
что тебе хочется развития.
А материнство — это оно есть.
- Я знаю…
- Да, хорошо, хорошо.
Ты мудрая.
- Стёп!
- Да?
[Полина] Ты чего скажешь?
А, я думаю…
Ну ты давай что-нибудь только
политкорректное, в твоём стиле.
Я думаю, что нам надо попробовать…
вдвоём с тобой.
[Полина] Ага.
А чего так?
Потому что я несчастлив в этом.
Я хочу простого…
[Стёпа] Хочу жить с одной женщиной.
Её любить одну.
Только её одну, только тебя.
Что, Ларис, не по плану всё прошло, да?
[Полина] Не по графику?
Вот вы, конечно…
Столько времени в одной квартире жили
и даже не поговорили друг с другом, да?
Полина, ты мне скажешь что-нибудь?
[тишина]
Ну ты даёшь!
[Полина] В церковь снова, да? Мм.
Ты крутая. Очень крутая. Очень.
Ты любишь жизнь,
ты прямо гвозди в неё вколачиваешь!
Гвозди стабильности. Молодец.
[Стёпа] Полина!
- Ты скажешь мне что-нибудь?
- Угу.
Скажу.
Я скажу вам, что я вас люблю.
Что я вам очень благодарна.
И что туда я пойду одна.
[спокойная музыка]
Спасибо тебе,
что ты нас снова сюда привезла.
[Полина] Очень вовремя, правда.
Спасибо.
[мужчина] Господи, спаси и сохрани.
[девушка] Аминь.
[музыка продолжается]
- Здравствуйте!
- Да, здравствуйте!
[девушка] Здрасте!
[телефон вибрирует]
[Полина] Да, алло!
[женщина] Полина, здравствуйте!
Это репертуарная беспокоит.
Хотели вас пригласить на день рождения
и вечер памяти Геры Кулдина
в эту пятницу.
У вас получится быть?
Получится.
- Да, конечно, получится.
- [женщина] До встречи.
[музыка усиливается]
«Подшит крахмальный подворотничок,
На голенище серый шрам от стека,
И вот легли на спусковой крючок
Бескровные фаланги человека.
[Кирилл]
Пора! Кто знает время сей поры!
И вот она воистину близка.
Ах! Как недолог путь от кобуры
До выбритого начисто виска.
[музыка стихает]
Закончилось движение и сдуло
С назначенной мишени волосок.
С улыбкой смерть уставилась из дула
На аккуратно выбритый висок».
- Ты зачем это читаешь?
- Привет!
- Я думал, ты только вечером.
- Зачем ты это читаешь?
Я буду поступать после школы
на актёрский, вот зачем.
Мне не сказал, а ему сказал?
[Алёна] Сидишь, слушаешь, радуешься.
Ну а чего не радоваться-то?
Ну, ты думаешь, это хорошо?
- Хорошая затея, да? Мм.
- Ну а чего? У Киры здорово получается.
Ну если талант есть,
то чего не попробовать?
Попробовать?
А знаешь, что для меня значит
поступить в театральный институт?
- Мам, ну что ты начинаешь?
- Что?
Приговор!
- Да почему? Ты ж сама училась.
- Поэтому я могу об этом говорить.
- И ты востребованная, проектов вагон.
- Если ты поступишь,
ты приговор сам себе выпишешь
на вечную зависимость,
- на вечную боль и неудовлетворённость.
- Ты же тоже снимаешься, у тебя…
Ты востребованная.
Я не понимаю такой реакции.
[напряжённая музыка]
А ты думаешь, что меня
это сделало счастливой, да?
Ну, что я стала сниматься.
Я думала, что сделает.
[Алёна] Я мечтала об этом.
А оказалось, что нет.
Оказалось, что актёру
всегда недостаточно.
И лет актёру становится
больше с каждой минутой.
И все эти проекты,
в которые ты вкладываешь всё,
потом за столом пять минут
обсуждают куча идиотов,
завистников, людей,
которых волнуют только они сами.
Другим нравится только неуспех.
И у всего этого искусства
нет ни значения, ни влияния
на умы, о котором ты мечтал!
Это всё развлечение в картинках!
Двигающихся, разговаривающих,
а ты на это жизнь кладёшь.
- И детей своих, да, Алёна?
- Да, Кирилл, и детей своих.
И чего ты мне тут тогда рассказываешь
о своих страданиях?
[Илья] Тише.
Потому что я хочу тебя
уберечь от этого.
Ну ты же моё детство решила не беречь.
- Значит, стоило этого!
- Кир, сейчас остановись.
- Или нет?
- Кира!
Нет, Кирилл, не стоило.
[музыка стихает]
[Илья] Тише.
Не, не, не, слушай, вот это вот —
держать деньги в одном банке…
[Коля]
Ну, это глупо, я за карантин понял.
Пишу сейчас.
Готовлю короткий метр, почти готово.
Коль, ты крутой.
А я на гитаре научился играть.
Мы с моей Иркой всякие
грузинские блюда готовили.
Жаль, она не пришла,
уехала к родителям сейчас.
Чего-то нас понесло, короче.
По пять килограмм, кажется,
набрали, пока дома сидели.
[ритмичная музыка]
Сациви даже научились делать.
Всякие хинкальки лепили и эти, как их?
- [парень] Эти комочки шпината…
- Опа!
А кому у нас тут будет сегодня смешно?
А с кем мы ухохочемся?
- Алёна Суворова, привет!
- Коль, давай без объятий.
Ёлки-палки! Очень грубо, Алён!
- [Коля] А Илюха где?
- Работает, не смог. А Жанна тут уже?
- А, Жанна? Может, не надо?
- Ну не надо, так не надо.
Пхали! Они, понял, пхали называются!
[Коля] Я понял.
[Геннадий] Дорогие друзья!
Друзья, коллеги, актёры, родственники.
[Геннадий] Мы знали и любили Геру.
Он был человек с большой буквы.
И, встретив его, всегда
хотелось улыбнуться,
потому что он был преисполнен
этого человеческого обаяния,
этого добра.
[женщина] А позволите?
- Пожалуйста! Мама Геры, пожалуйста!
- Позволите?
[музыка продолжается]
[мама Геры] Дорогие мои дети!
Моё материнское сердце
сегодня радуется,
потому что я чувствую и знаю,
как радуется Гера,
что вы сегодня собрались.
Давайте сегодня говорить о нём.
[мама Геры] Давайте веселиться.
Ему бы этого очень хотелось.
[мама Геры] За вас!
[Алёна] Всем здрасте!
[музыка продолжается]
[шёпотом] Привет.
[Люба] Дорогие мои!
[музыка продолжается]
Вы для меня все как дети.
Для нас — для меня и Геннадия,
вашего теперь творческого отца.
- [Лариса] Поль.
- И Гера, конечно, для меня…
Я поеду.
Мне вставать завтра рано.
Да и тяжело это всё.
- И столько в нём жизни!
- Можно?
Да, конечно.
[Люба] Столько силы мужской…
Я съехала от Стёпы.
- [Полина] Правильно.
- Психика у актёра, конечно…
- Ну, я всё равно тебя люблю и…
- [Люба] …расшатанная.
Я очень хочу, чтобы мы справились
с нашей личной ситуацией и жили дальше.
[Люба] Гера своё заплатил.
- Ты про работу?
- [Люба] Пусть ему там будет хорошо.
Да, но не только.
Да справимся, конечно.
Работаем дальше, всё нормально.
Хорошо.
[музыка обрывается]
- Ну пока.
- [Полина] Угу. Пока.
[шёпотом] Люба, здравствуйте.
- Простите, что опоздала.
- Угу. Я хорошо сказала?
Да, просто замечательно.
Вы всегда это хорошо делаете.
Ну садись там.
Ох, да.
[неразборчивые разговоры]
[Жанна] Привет.
[Оксана]
Я на неё как-то свысока смотрю.
Мне её даже жалко.
Это солидно в твоём положении, Окс.
Вот что значит,
когда появляются перспективы.
Рабочие перспективы.
- Лучшее лекарство.
- Перспективы налицо.
[Оксана смеётся]
Я хочу, чтоб… чтобы ты умер,
чтоб ты сдох прямо здесь и сейчас.
Жанна, ну я…
- Я… [вздыхает]
- Ты сволочь! Недочеловек, б…дь.
[Коля] Блин, ну хочешь,
давай я на колени встану, хочешь?
Ты просто проклинаешь меня
24 часа в сутки. Я так… Ты…
Просто реально умереть могу,
энергетически.
Так умри.
[интригующая музыка]
Никогда тебя не прощу.
Хоть из окна прыгай, я не прощу.
Жанн! Пожалуйста!
Скажи, ты сумасшедшая?
Ты не видишь, что я с тобой?
[Коля] Я не с ней! Ты не видишь это?
Ну послушай, у нас был разговор. Был!
Мы поговорили. Я сказал,
что просто буду заботиться о детях.
Много на себя возьму,
когда малыш родится.
Она заработает, она съедет, всё!
Всё. Она заработает и съедет, ну пож…
[Коля] Б…дь!
Мы делаем выставку в МДТ в ноябре.
Там будут фотографии Геры
со всяких фотосессий,
его любимые книги.
[Маша] Мне кажется, это очень важно.
Полина, кстати, а позволите в квартиру
заехать, их забрать на время?
- Да, конечно, в любое время.
- [Маша] Спасибо большое.
[мама Геры]
Машенька очень занимается всем этим.
Я всё-таки пожилой человек,
сил на всё не хватает.
Да, Маша, вы правда молодец.
Я от чистого сердца сейчас говорю.
Ты, Полечка, тоже молодец.
Все обиды в сторону. С пониманием.
И с благодарностью.
- [мама Геры] Угу.
- Я бы вот так не смогла.
[Ольга] Гена.
[Ольга посмеивается]
А прекрасный вечер у нас получился!
После него можно сразу на кладбище…
могилы намывать. Всё, как ты хотел!
Оля, остановись с алкоголем.
[Ольга] А раньше ты не останавливал.
Нам было весело.
Ты понимаешь, что нам мешают
это твоё панибратство
и твоя фамильярность?
Кому?
[тревожная музыка]
[Ольга] Нам?
С тобой?
[Ольга посмеивается]
А ты чего, выше меня?
[Геннадий] Да.
А нет, тебе кажется. Я выше!
[Ольга]
А мне тут нашептали, что ты свою…
Любу…
завтруппой сделал.
Сделал.
- [Ольга] Ну и дурак!
- Всё, хватит!
[Ольга, истерично] Нет!
Это я сказала: хватит!
Это я замужем за этим театром
всю жизнь!
И я развожусь!
[Ольга, громко] Я подаю на развод!
- Примите заявление! Что?!
- [Геннадий] Ой, б…, прости.
- [музыка стихает]
- [Ольга всхлипывает]
Ольга Владимировна, скажете про Геру?
Мне кажется, очень важно
было бы именно вам.
М. Да.
Угу.
Позже.
[истерично смеётся]
Хорошо сидим. Геру уже не вспоминаем.
Хм. Ну почему? Тосты какие были!
Да я не об этом.
Господи,
никто никого долго не помнит.
Только семья.
Вот я о чём. Понял?
- Понял.
- [Алёна] Ну и всё!
[парень] Смотрела «Господа Головлёвы»?
Да.
- [Алёна] А ты?
- Угу.
Втиснулся в эти 50% зала.
Ну и расскажи. Как тебе?
[парень] Давай!
А, извините, пожалуйста!
[неразборчивые разговоры]
[звон бокала]
Ну ребят, ну!
[Маша]
А, этот вечер, спасибо вам за него!
Я так скучаю по Гере.
И вы тоже, я знаю.
[Маша] Много слов было сказано,
я не буду тратить ваше время.
Только скажу, что десятого ноября в МДТ
будет открыта выставка в его честь.
[Маша] Там будут его фотографии
и любимые книги.
Он очень любил читать
и коллекционировал их.
Так вот, мы с Тамарой Юрьевной
приглашаем вас.
[трогательная музыка]
[Алёна] Угу.
Спасибо.
Поль!
Ну чего ты, мать,
сидишь и слушаешь всё это?
Да всё хорошо. Привет!
[Алёна] Привет!
Я знаю, мы не подруги больше.
Ну, чтоб ты со мной делилась.
[Алёна] Хочу сказать.
Знаешь, я в каком-то раздрае адском.
Я скучаю по тебе.
[шёпотом] Я по тебе тоже.
[музыка продолжается]
А ты знаешь, мы вместе будем
у Берегова сниматься?
Да. Знаю.
Сёстры.
Здорово!
Я не знаю, как ты, а я очень рада.
Может…
а может, мы назад всё вернём?
Людей так мало в жизни,
просто мизер какой-то.
Ну, в определённый момент
ты думаешь, что встречаешь своих,
а потом понимаешь, что нет.
- [Алёна] Не работает так!
- Вообще не работает.
Тоже поняла.
[музыка усиливается]
Сейчас, сейчас, девчонки, звук не идёт.
Ты беременная.
[Оксана] Спасибо.
Ты умная. Не пьёте.
Одна я — как обычно.
Раз, раз! А чего, он не работает?
Ну сейчас, секунду.
Ой, девочки.
Я тоже рада видеть вас. Очень!
[Оксана смеётся]
А мне кажется, было бы здорово,
если бы вы снова…
Это, конечно, не моё дело,
но если бы вы с Алёной как раньше, да…
Да! Трижды да!
Ну, столько времени, конечно, прошло.
- Угу.
- Странно, да?
Даже не знаю, с чего начать.
А скажи мне, что мой бывший муж…
И я успокоюсь.
Ага!
- [громко] Мы расстались. О!
- [смеются]
- Чего, заработал, да?
- Готово!
- Спасибо!
- Все трое?
[музыка продолжается]
Все трое.
Это очень приятная новость!
Воу!
А мы с Колей тоже.
Оксанка, мне очень жаль.
Ой, не, не, не, не, не!
Оксанка у нас намерена стать звездой,
- так что всё ок!
- А!
- [Оксана] Угу.
- Слушайте!
- А давайте втроём жить?
- [Оксана] Ты чего?
- Не, подожди!
- Приехали!
Ты у нас профессионал в этом деле.
Расскажешь, как там что устроено.
- [Оксана и Полина смеются]
- Нет.
[обе] Вшестером!
Ты с прицепом, да и я тоже.
Чего несёт, а?
Девчонки!
[Алёна] Ой, я вас люблю!
Я вас тоже люблю!
[музыка обрывается]
Есть на далёкой планете
[Оксана] Город влюблённых людей.
Звёзды для них по-особому светят,
[Оксана] Небо для них голубее.
Белые стены…
[громко] Скучали?! Вот он я! Не спать!
[Оксана]
Люди не ссорятся, люди не спорят.
У вас должна быть гражданская позиция!
Должна быть!
На улицах вон что. Страшно?
Страшно очень, сука!
Не будьте рабами!
Молодёжь!
Расселись по своим зарплатам сраным,
сидят такие на массовочках.
А надо людьми быть!
[неразборчивые крики]
Вы живёте вашу жизнь,
а не она живёт вас!
- Посидим, помолчим.
- [крики Стёпы]
Всё само пройдёт.
Голову надо включать!
Давай, налей, чего ты смотришь?
[Оксана] И печаль уйдёт.
Посидим, помолчим.
[Оксана] Не нужны слова.
Виноваты мы, а любовь…
[аплодисменты]
[Алёна, громко]
Они отмену крепостного права
рифмуют с нашим контекстом!
А вы мне пьесу дайте, ребят!
Вы мне театр дайте!
Я сама всё срифмую, сама!
Я сама знаю,
что там с чем переплетается.
А мне понравилось очень!
Они же тоненько делают,
понимаешь? Не в лоб!
Гибнет душа сначала, потом тело.
А я вообще понял, что название,
ну, «Господа Головлёвы»…
Господа! Какие господа? Оно ироничное.
[Алёна] Точно!
Господа!
Слушай.
А ты чего меня в туалет-то привёл, а?
Валер?
[спокойная музыка]
Ну так, чтоб тихо поговорили.
В туалете?
О театре?
Я обожаю говорить о театре.
[тихо] Я так скучаю по этому.
[шёпотом]
На тебя свет так красиво падает.
Прямо кино какое-то сразу.
[вздохи]
Ольга Владимировна, спасибо вам
большое, что вы ответили.
Я понимаю, что такое время,
эта суета и…
[музыка стихает]
Давай… Давайте ближе к делу.
В общем, я хочу вас попросить,
чтобы вы всех посадили за стол
и выключили свет. Всё!
Всё остальное я сделаю сам.
Я вон, я колонку принёс,
музыку включу, там свечка…
Ну, в общем, главное,
просто чтоб все сидели…
Ну и чтобы Алёна была.
Там уже многие не в кондиции.
Ого, так быстро?
Не быстро.
Нормально.
Угу. Ну…
Ну ничего, хорошо.
Ну хорошо, значит, тех, кто есть, да.
Просто это сюрприз.
И мне кажется, это так круто.
Ну, и Алёне это будет
очень-очень приятно.
При зрителях?
- Вот да!
- Поняла.
[Илья выдыхает]
Ну так что, как мы делаем?
Там ещё поминки.
Хрен с ним!
[спокойная музыка]
Стой здесь.
Жди сигнал.
Хух!
[неразборчивые разговоры]
[Ольга, громко] Так!
Алёну Суворову кто-нибудь видел?
[стоны]
[парень] Алён! Алён, ты здесь?
Тебя зовут!
Алёна!
[Илья, тихо] Так, чуть-чуть.
Она войдёт, когда я уже…
В общем, ну, когда она уже зайдёт,
когда я уже встану,
вы меня чуть-чуть поддержите.
[играет романтичная музыка]
Что происходит?
Илья, ты чего?
Это наша песня. Ты помнишь?
Прометей.
Алён.
Я люблю тебя.
Уф!
[Илья] Всю.
Абсолютно любую.
[на английском] Ты знаешь.
[на английском] Знаю.
Алён.
[девушки умиляются]
[аплодисменты]
Будь моей женой!
[радостные возгласы]
[Илья] Ты согласна?
[музыка продолжается]
[музыка стихает]
[сирена скорой помощи]
[Стёпа] Поль, ты больная?
Фу, не надо! Не надо,
ты чего, не делай этого!
[оба кричат]
[Полина нервно смеётся]
[жизнерадостная музыка]
[Полина смеётся]
[музыка стихает]
[играет песня «Не забывай»
Юрия Антонова]
Если любовь не сбудется,
Ты поступай как хочется.
[Алёна] И никому на свете
Грусти не выдавай.
Новая встреча — лучшее
[Оксана] Средство от одиночества.
Но и о том, что было,
Помни, не забывай.
[Алёна] Хух!
[все] Мечта сбывается
И не сбывается.
Любовь приходит к нам
Порой не та.
А всё хорошее
[все] Не забывается.
А всё хорошее
И есть мечта.
Пусть о любви нечаянной
[Полина] Кто-то сказать осмелится.
Если поверишь в это,
Сердце не закрывай.
В сердце необитаемом
Снова любовь поселится.
Но и о том, что было,
Помни, не забывай.
[Алёна] Ух!
[все, под плюс] Мечта сбывается
И не сбывается.
Любовь приходит к нам
Порой не та.
Но всё хорошее
Не забывается.
А всё хорошее
И есть мечта.
 

////////////////////////////