Большая секунда (1 сезон, 2021 год). Цитаты и фразы из сериала
«Большая секунда» — российский телесериал режиссёра Виктора Шамирова
с Дмитрием Лысенковым и Евгенией Борзых в главных ролях. Его премьера
состоялась 6 августа 2021 года на стриминговом сервисе Start.
Все фразы и цитаты
Серия 1
Чай, кофе?
Что-то я не знаю.
Окей.
А какой там… Какой там у вас кофе?
Не знаю. Дорогая, устроит ли тебя зерно?
Есть машинка, но я не помню
название машинки.
Есть молоко, есть сахар.
И, если хочешь, у меня есть заменитель.
Заменитель чего?
Какие варианты ответов ты видишь сейчас?
Что это может быть: заменитель кофе,
заменитель машинки?
- Что ты орёшь-то?
- Я ору?
И что, мы так и будем общаться?
Кстати, ты прочитал сценарий?
Нет, я не прочитал сценарий.
Я просил, чтобы мне прислали.
Мне не прислали.
Сейчас сяду, буду читать, окей?
А что, как спина твоя?
Ты помнишь про мою спину! Спасибо.
Я тронут.
Так… «Большая секунда».
- Что? Что?!
- Ничего.
«"Большая секунда", первая серия.
Автор – Кира Виноградова.
Все права защищены».
Ты давно сценарии стала писать?
Какое это имеет значение?
Какое сейчас это имеет значение?
Важно, хорошо написано или плохо.
- Важно.
- Марику нравится.
Марик не читал.
- С чего это ты взял?
- Марик не читает сценарии.
Тем более первые драфты
малоизвестных авторов.
Он может производство запустить,
практически не читая сценария.
Ему важно продать идею.
Ну, значит, ему понравилась моя идея.
- Как Маша?
- Нормально.
Сколько ей сейчас?
Ей сейчас десять. Десять.
Ну, это другой человек.
- Опять куришь?
- Пошёл ты в жопу!
Ты зануда.
Всё. Если у тебя больше нет ко мне
личных вопросов, давай читать сценарий.
БОЛЬШАЯ СЕКУНДА
Всё нормально?
Всё супер.
- Ты красивая.
- Да, да.
Что вы там ещё говорите?
Не знаю. Я давно ничего такого
никому не говорил.
Я был женат десять лет.
Первый секс с другой женщиной
за десять лет?
- И до брака ещё два года.
- Двенадцать.
Двенадцать лет.
- Ты хочешь поговорить об этом?
- Нет, нет, извини.
Просто она месяц назад
практически выгнала меня из дома.
То есть не практически, а выгнала.
Собрала вещи. Я прихожу – вещи собраны.
«Я встретила другого человека».
А то, что мы муж и жена,
это уже не считается.
Двенадцать лет.
Ну, технически десять,
но фактически – двенадцать.
И вот так вот, ни с того ни с сего.
Послушай, тут такое дело…
Это не моя квартира.
- А, да?
- Мне подружка ключи дала.
Ну да, ну да. А я смотрю – детские вещи.
Ты не говорила про ребёнка.
А ты не спрашивал.
Ну, пианино…
Ты не говорила, что играешь.
Ну, с другой стороны, да, конечно.
Я и не спрашивал.
Я же тебе говорю, квартира не моя.
- Я понял.
- И пианино не моё.
Я потому и говорю, что понял, да.
Ну вот, я к чему…
Что подруге надо домой вернуться.
Она с дочкой в гостях специально.
- Ждёт от меня звонка.
- Ты замужем?
Нет, я с мамой.
Просто, если ты замужем,
надо говорить сразу.
- Я же говорю – с мамой живу.
- Ну да, да.
- Что, я звоню?
- Кому?
- Подруге.
- А, ну да.
Я могу надеть штаны,
или мне голым бежать на улицу?
Не до такой степени.
И часто ты так ключи берёшь?
Понедельник, среда, пятница.
Серьёзно? А, шутка.
Настроено.
- Не любишь музыку?
- Почему? Нормально.
Между прочим, очень хороший инструмент.
У неё дочка играет?
Нет, она сама учительница
в музыкальной школе.
«И мой сурок со мною».
Ну да, конечно, кто-то должен учить детей.
Но это же не конец жизни,
надо к чему-то стремиться.
Искать пути, выступать, сочинять.
Это, в конце концов, творческая профессия.
А эти до пенсии – второй пальчик, третий.
Их попроси, они уже и сыграть
ничего не могут, кроме «Сурка».
Прости, ты говорил, я не запомнила.
Для каких фильмов ты музыку писал?
Это один был фильм пока.
- Как называется?
- «Парадигма одиночества».
Режиссёр – Назаров.
Наш, местный, между прочим.
Фильм не вышел в прокат.
Он такой, полудокументальный.
Но он был на фестивале
«Саратовские страдания»,
и его почти взяли на «Артдокфест».
Режиссёру понравилось.
Он сказал, что гениально, что музыка
подчеркнула драматургию истории.
Он скоро начинает снимать новый фильм.
Позвал меня, пригласил.
Я сейчас работаю над темой.
Что-то мне это напоминает.
Ну, знаешь, всё что-то напоминает.
Нот всего семь.
- Подруга уже едет, надо сваливать.
- Понял.
Презик выброси, пожалуйста.
Слушай, ты…
очень классная, ты красивая.
Ты… Не знаю.
С тобой интересно, ты умеешь слушать.
Мне было хорошо с тобой и всё такое,
но давай не будем.
Я имею в виду встречаться.
Я сейчас понял, мне так стыдно.
Я всё время думаю о жене,
о том, что изменяю ей.
Я понимаю, это странно: она меня выгнала,
у неё есть другой мужчина.
Значит, у нас с ней всё.
Но у меня, оказывается, не всё.
А вдруг мы можем снова?
А если я буду изменять, то уж точно – всё.
Понимаешь?
- Ты не идёшь?
- Я Надю дождусь.
- Будете меня обсуждать?
- Да.
- Но ведь было не очень плохо, да?
- По-своему.
На самом деле, я бываю лучше.
То есть не то, что бываю прямо лучше.
Просто это был первый раз
после большого перерыва
и с другой женщиной за 12 лет.
Я Наде передам.
- Я бываю лучше.
- Я поняла.
- Ты не обиделась?
- На что?
Что мы больше не встретимся.
Ну, поплачу немного, конечно.
Но, с другой стороны, почётно –
первая другая женщина за 12 лет.
- Ну, пока.
- Пока.
- Не успеем ещё раз?
- Нет.
А почему «Большая секунда»?
Ну как? Это такое многосложное
название, со смыслом.
Большая секунда – это как интервалы
между нотами – до, ре и…
Большая секунда, с другой стороны,
это наша жизнь.
Она кажется большой, а на самом деле
пролетает за секунду.
- А что не так-то?
- Я понял.
Скажи, а что ты дальше
собиралась с ней делать?
Ну, в смысле? С чем, с кем?
Ну, вот с этой твоей учительницей
из музыкальной школы, Ариной.
Вот она трахнулась со случайным мужиком.
Как они познакомились, кстати?
Этот, «Тиндер».
- Надо было переписываться?
- Господи… Да нет, конечно.
Они просто лайкнули друг друга,
встретились в тот же день
и трахнулись – всё.
А, вот как это происходит. Познавательно.
Потом она нажралась с подругой,
на следующий день опоздала
в музыкальную школу,
и её выгнали, потому что
уже хотели выгнать.
А мама больна, нужны деньги.
Пошла, поиграла в переходе,
забрали менты и поломали гитару.
Она идёт одна по набережной
под дождём в ночь.
Что дальше с ней будет, в других сериях?
Ты так это рассказал,
как будто это полная хрень.
- Ну…
- Зашибись. Зашибись!
Послушай.
Мне понравилась первая сцена.
Вот этот разговор после секса.
Я серьёзно.
Ну и прекрасно. Давай только её и оставим.
Остальное всё на фиг тогда, ну что?
Скажи, вот этот Ростислав,
композитор из первой сцены,
он что, больше не появится?
Нет, он больше не появится.
Зачем он нужен?
Он просто дрищ. Он демонстрирует,
какие все мудаки вокруг неё.
Как вот это бесит.
Можно вот это вот не вздыхать,
башку свою не чесать?
Просто нормально сказать, объяснить.
Видишь ли, люди любят истории.
Я не знаю, по какой причине.
Ну, то есть у меня есть предположения,
но это мои собственные предположения,
не наука.
Смотри, мир – очень сложная штука,
и его очень трудно понять.
Невозможно, я бы даже сказал.
- Невозможно.
- Слушай, мне насрать на мир.
Насрать на все твои сложные штуки, ясно?
Если тебе не понравился сценарий,
просто так и скажи:
«Мне не понравился,
ты написала полную хрень.
И вообще, ты полное ничтожество.
Всю жизнь свою что-то там строишь
из себя, выпендриваешься.
А на самом деле ты – никто,
говно на палочке». Да?
Я вообще могу хоть что-нибудь сделать,
что тебе понравится?
Ну что-нибудь? Ну, кроме минета, конечно.
Ты… Ты сам, ты что сделал?
Ну, кто ты такой?
Ты что, «Оскара» получил?
Или вот этого вашего
«Кинотавра» сраного, может быть?
Сидит тут всякие теории развивает,
а сам пишет блевоту всякую.
Я правильно понимаю
наше обоюдное настроение?
Мы не готовы вместе работать.
Пошёл ты в жопу!
Я тогда пойду, скажу Марику.
Он даст тебе кого-нибудь,
кто сейчас может.
Филиппов, наверное. Господи, Филиппов…
Ну, ладно, кто бы ни был.
Ты передай этому человеку вот что.
Можно поменять жанр.
Уйти от часовой драмы на получасовки.
И вот на чём построить арку.
Ариш, ты почему так поздно?
Мам, ты чего не спишь?
Я заснула. Мне приснился плохой сон.
Я проснулась, думала, ты дома.
- Тебя нет, и я стала волноваться.
- Позвонила бы.
Я же не знаю, чем ты там занимаешься.
Чем я могу с Надей заниматься?
Иди ложись, всё в порядке.
Мам, зачем ты меня пугаешь?
Ты что, в чулках?
Я не нашла колготки, я спешила.
Я не знала, что у тебя есть чулки.
Ты что, выпивала?
Я что, не могу выпить с подругой?
- Мне 35 лет.
- Вот именно.
Мам…
Ты была с мужчиной?
Я была в гостях у Нади.
Как ты себя чувствуешь?
Если не хочешь говорить, не рассказывай.
Врать не надо.
Это не твоё, тебе это не идёт.
Если тебе на самом деле интересно,
то температура у меня
сегодня была опять 38,4.
Дышать нечем. Думала выйти
на улицу, не смогла.
Ждала тебя – может, выведешь меня
на свежий воздух.
Если бы я хоть знала, где ты, что с тобой.
Ничего мне не рассказываешь.
Мам, зачем тебе мои рассказы?
Ну как? У меня ведь своей жизни уже нет.
Сколько мне осталось-то…
Мы ведь обе понимаем,
что эта химия ничего не изменит.
Хожу, только себя мучаю.
Каждый раз думаю: уж лучше умереть,
чем всё это проходить.
Ты – всё, что меня держит на этом свете.
Мам, мам, пожалуйста.
Что я должна сделать,
чтобы тебе стало полегче?
Да, я была с мужчиной.
Наконец-то.
Ну?
Мы давно знаем друг друга.
Хороший человек.
Он тоже музыкант, композитор.
- Известный? Как фамилия?
- Ты не знаешь.
Что ещё? Мы нравимся друг другу.
Как его зовут?
- Ростислав.
- Ростислав…
А почему ты не приглашаешь его к нам?
Это неприлично.
Вы давно знаете друг друга.
- Пусть приходит.
- Подожди…
- Что?
- Да мы просто встречаемся.
Я ничего ещё не решила.
И что, я буду каждого в дом тащить?
Какого «каждого»? Когда у тебя хоть кто-то
был последний раз?
В институте? Давай, давай, давай,
зови его к нам.
- Мам…
- Хоть в эти выходные.
- Мама!
- Что?
Я не вижу в этом смысла. Всё.
Да, конечно.
У тебя свои дела, своя жизнь.
Старики никому не нужны.
Пусть умрут уже и никому не мешают.
Не беспокойся, скоро я уйду
из твоей жизни.
Живи как знаешь.
Никто тебя больше ни о чём
просить не будет.
Стоять! Стоять, я сказала!
Дослушай, когда я тебе говорю.
Я же тебя слушала, пока ты говорил
и нёс весь этот бред.
Почему? Почему из всего нужно делать
этот дебильный ситком?
Послушай меня!
Почему надо зрителей считать за идиотов?
Ты понял вообще,
о чём я хотела рассказать?
Ты вообще даже ничего про это не знаешь.
Это же история женщины, её одиночество,
мрак, в котором она
вынуждена существовать.
А ты что предложил? Голимое враньё.
Так в жизни не бывает.
Ну, что ты молчишь-то?
Я что, со стенкой разговариваю, что ли?
Кира, можно я пройду?
Давай, давай. Давай, вали.
Это твой стиль – уходить без объяснений.
- Давай! Ну, давай, никто тебя не держит.
- Спасибо.
В жизни бывает всё что угодно,
на самом деле.
Бывает смешное, бывает грустное –
всё что угодно.
И в ней нет смысла.
Смысл есть в историях, которые люди
рассказывают друг другу, себе самим.
В том, что я предложил тебе, есть история.
Может быть, скромная, может быть,
вторичная, но она же есть.
А если у тебя в пилоте не будет истории,
Марик закроет всю эту шнягу, понимаешь?
Козлина!
- Да.
- Хорошо. Пожалуйста, вернись.
Зачем?
Ну, ладно. Я согласна с тобой писать.
У меня сейчас такие обстоятельства.
Я не могу отказываться от работы и…
Ну, мне это очень важно. Очень.
Пожалуйста.
Ну приведи, покажи его ей,
раз она так хочет.
Его – кого? Я же тебе говорю, я наврала.
Арин, какая разница – кого?
Тебе же на один раз,
чтобы мама успокоилась.
Попроси кого-нибудь.
Мне сейчас завуч по секрету сказала.
На место Киселёвой взяли
нового преподавателя.
- Нина Валентиновна…
- Я её пока не видела.
Но сказали, что взяли по знакомству.
То ли она родственник директора,
то ли кого-то из этих там.
- Вот так всегда у нас.
- Нина Валентиновна, извините, дети ждут.
Коза старая. Эльдар, пять минут.
Слушай, ну, мама же не совсем идиотка.
Она поймёт.
А вы не сидите как два истукана.
Надо за руки друг друга подержать,
помацать там.
Да мне, в общем, даже некого мацать.
- А давай баяниста попросим.
- Надь!
Чего? Он артистичный, он даже рад был бы.
Ну да, ему за пятьдесят, но ничего –
на сторону будет меньше бегать.
Отстань. Всё, пошла. У меня урок.
Проходи.
Настя, заходи. Я сейчас.
- Алло?
- Алло, Ростислав.
- Здравствуйте, это Арина.
- Арина?
- Вчерашняя Арина.
- А, Арина! Здравствуйте.
Ростислав, у меня к вам
совершенно абсурдная просьба.
Но мне это важно.
Это, конечно, не отменяет её абсурдности.
Алло? Вы меня слушаете?
Да.
- Я живу с мамой.
- Да, да, я помню, вы говорили.
- Я к директору.
- Мама больна.
Мне очень жаль.
Она хочет с вами познакомиться.
Со мной? Почему со мной?
- Вы рассказали ей про вчера?
- Отчасти.
Так получилось.
Это всего на один раз.
Вы просто появитесь,
она вас увидит, и всё.
И вы больше про меня никогда не услышите.
- Я даже не знаю.
- Это как игра.
Да какая уж тут игра?
Это же ответственность. Мама больна.
А что я ей скажу? Я буду как бы кто?
Вы будете как бы мужчина,
с которым я встречаюсь.
А что, кроме меня нет вариантов?
Вы очень подходите.
Потому что никто из моих вас не знает,
и мы общаемся в совершенно разных кругах.
Это всего на полчаса.
Вы сможете уйти, когда захотите.
Поверьте, это для меня
всё тоже очень неприятно.
Только ради мамы.
Да, да. Ради мамы, конечно, да.
- Алло, Арина?
- Да, да, я здесь.
- А когда?
- Суббота, воскресенье.
- Воскресенье.
- Спасибо.
Я позвоню.
Ростислав Андреевич? Пойдёмте.
- Добрый день, Татьяна Павловна.
- Здравствуйте.
Кстати, Арина Сергеевна, познакомьтесь,
пожалуйста, это наш новый преподаватель.
Ростислав Андреевич.
Арина Сергеевна.
Проходите, пожалуйста.
Серия 2
- Ну чего, отправляем?
- Ну да, а что?
Не знаю. Может, ещё раз перечитаем?
Ты наизусть, что ли, хочешь выучить?
Давай, отправляй. Чего сопли-то жевать?
- Иди сюда.
- Ес!
Ну что, как теперь тут у вас
всё происходит дальше?
Вон там в потолке есть люки у нас.
Они открываются, и из них
начинают падать деньги.
Мы обычно прячемся под стол,
чтобы не пришибло пачкой.
Да, это очень смешно.
Ну, а вообще, как ты думаешь,
Марик прочитает сегодня?
Марик в Амстердаме.
В смысле? Что он там делает?
Что делают в Амстердаме?
Ну, то есть, ты хочешь сказать,
что всё, в ближайшее время не ждать
от него ответа? Так, что ли?
А когда нам деньги за пилот заплатят?
Ну я серьёзно, харэ!
Ну, если серьёзно…
Вы с ним как договорились?
Про деньги? Мы не говорили.
А какова природа ваших отношений,
если не секрет?
Ну это здесь вообще при чём?
Ну, как тебе сказать…
Марик – человек не то чтобы плохой, но…
Смотри, у нас есть два варианта.
Вариант первый – у нас приняли пилот
и заказали ещё 20 серий.
Вариант второй – у нас не приняли пилот,
что, на мой взгляд, более чем вероятно.
В первом случае с тобой подпишут договор,
и за пилот заплатят недели
через две-три после договора.
И потом, плюс-минус, будут платить
по мере написания серий.
Во втором случае…
- Пиу!
- Ну здрасте, «пиу»!
Мы же писали, работали.
Но ты же можешь писать и дома
сколько тебе угодно, в корзину.
Если твоя работа не пригодилась,
почему тебе должны платить за неё?
Но если у вас с Мариком отношения,
скажем, не просто рабочие,
то он может что-нибудь
подкинуть тебе из жалости.
Ну, и что тогда сейчас-то делаем?
Сейчас расходимся по домам и ждём ответ.
А дальше – по обстоятельствам.
Ну, в смысле?
Сидим вот просто так и ждём?
Ничего не делаем вообще?
Ростислав!
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Заблудились?
- Нет, почему?
Ну, сначала пошёл не туда.
Просто тут в навигаторе
стрелка непонятная.
Просто время уже.
Значит, смотрите. Версия такая.
Вы мой как… мужчина.
Мы встречаемся давно – год.
Нет, полгода.
Ну, у нас как бы любовь,
там всё такое, да?
Но мы ценим свою свободу
и жениться не собираемся.
Вот, я как раз об этом хотел
с вами поговорить.
Арина… Я хотел вам позвонить,
но потом подумал, что лучше в лицо.
Я не уверен, что нам с вами
надо это делать.
Обманывать маму, имитировать
какую-то связь несуществующую.
Почему не надо?
Ну, это же фальшь, обман.
- Всё обнаружится.
- Не обязательно.
Ну, как вы себе это представляете?
Мы реально чужие люди, придём…
Мама же тоже не глупый человек.
Она поймет, что всё это – розыгрыш.
Ну, это уже моё дело.
Я свою маму знаю, я всё сделаю сама.
Если вы будете просто молчать, улыбаться
и поменьше открывать рот,
то всё получится.
Вы будете присутствовать формально,
как декорация.
Я большего от вас и не жду.
Знаете что, я, между прочим,
три года посещал театральную студию.
Всё у меня хорошо с фантазией.
Я могу прекрасно соответствовать
любым выдуманным ситуациям.
Тогда в чём проблема? Я не понимаю.
Вы думаете, я хочу вас подцепить
таким вот идиотским способом?
Нет.
Хорошо.
Идём?
Я понял. Я купил маме торт.
Хлеб тоже я купил?
Хлеб купила я, потому что
вы любите «Бородинский».
«Бородинский».
Маме я сказала, что вы – композитор.
- Я и есть.
- В школе у нас вы как оказались?
Это временно.
- Мама смотрит.
- Где?
Вон, в окне.
Давайте без самодеятельности.
Я вам не говорила меня обнимать.
Действуйте строго по инструкции.
Держите теперь! Она же смотрит.
Мой фирменный.
Арина сказала, вы композитор.
Над чем сейчас работаете?
Мам, Ростик не очень любит
говорить о работе. Да, милый?
Я так люблю творческих людей.
Всегда так хочется с ними побеседовать.
Я и в театр люблю ходить.
Сейчас не могу по состоянию здоровья.
- А в каком жанре пишите музыку?
- Мам!
Что? Я же ни с кем не общаюсь.
В больнице только.
Но там какие разговоры?
Для театра никогда не писали?
- Было пару раз.
- Да? Как интересно.
Расскажите, не стесняйтесь – все свои.
Это было давно, когда я занимался
в театральной студии.
Вы в студии занимались?
У него не очень получалось.
Он не любит про это говорить.
А с актёрами знакомы с известными?
Мне так нравится
это актёр, который… Сейчас.
В этом сериале… Арин, я тебе говорила.
- Я не помню, мам.
- Петров?
- Щугарев
- Да, отличный актёр.
Да? Знаете его, знакомы?
- Что он за человек?
- Нет, я лично не знаю.
Говорят, очень хороший.
Вот и мне так кажется.
- А с кем вы лично знакомы?
- Мам!
Ростислав не этого уровня композитор.
Он сейчас больше пишет детские пьесы
для музыкальных школ.
- Скромная, но важная работа.
- Как мило.
Да, не все хотят быть известными.
Есть ещё на свете люди,
которым дороги духовные ценности.
Конечно, конечно.
Я ничего такого не имела в виду.
Действительно, эта известность,
она так портит.
Вы посмотрите на них –
они же все порочные.
А где вы живёте?
Мам, ну где люди живут? Дома.
А как вы с Ариной познакомились?
- Случайно.
- Очень вкусно.
Я последний раз такой холодец
в детстве ел.
Я же говорила – мой фирменный.
Ростислав, вы меня извините
за нескромный вопрос.
Насколько у вас серьезные намерения
в отношении Арины?
Мам, мы это не обсуждали вообще.
Так давайте обсудим. Ростислав?
Это хороший вопрос.
Я рад, что вы его задали.
У меня наконец появилась возможность
сказать правду.
Я уже говорил Арине,
но готов сказать ещё раз.
Арина, я тебя очень люблю.
Ты – единственная женщина, с которой
я готов провести остаток моих дней.
Я понимаю, что ты пока
не готова, но я жду.
И готов ждать столько,
сколько потребуется – годы, столетия.
Всё, что мог и что не мог, я сделал.
А что вы сделали?
Я был женат, но встретил Арину.
Так бывает, никто не застрахован.
Полюбил по-настоящему.
Понял, что жить во лжи я не могу, и ушёл.
Оставил всё – квартиру,
деньги, всё. Машину.
Детей у нас не было.
Любимая, всё это, все мои жертвы
тебя ни к чему не обязывают.
Всё, что я сделал,
я сделал так, как считал правильным.
И ответственность
за свои решения я несу сам.
Ты придёшь к своему решению,
но, какое бы оно ни было, я его приму.
Вот так.
- А где же вы сейчас живете?
- В бане.
- В бане?
- У друзей на даче банька на участке.
Ну, где-то с половину этой кухни.
Нет, меньше.
- Раскладушка поместилась.
- А удобства?
Ну, туалет во дворе, вода из скважины,
умывальник со штучкой.
Они бы и в дом пустили, но дома пока нет.
- У них стройка.
- Я в ужасе.
- Арина, ты знала всё это?
- Про умывальник?
Я Арине не говорил.
А сейчас зачем рассказал?
Твоя мама задала вопрос, я честно ответил.
Ты просто не интересовалась.
Ростислав, но так дальше
продолжаться не может.
Вы должны немедленно выехать
из этих жутких условий.
Я вижу, вы хороший человек.
Я никогда не ошибаюсь.
Мне редко кто нравится с первого взгляда.
У вас глаза добрые,
и я вижу, как вы любите Арину.
Живите у нас.
Я – в одной комнате, вы – в другой.
Места всем хватит.
Арина, я не против.
Дети, как я рада!
Мам, но это же… Тебе будет неудобно.
- И ты плохо себя чувствуешь.
- Я ничего даже слышать не хочу.
Мне от одной мысли, что у нас будет
нормальная семья, мне становится лучше.
Я даже не помню,
когда мне так было хорошо.
Обещайте, что вы к нам переедете.
Сегодня же.
Ладно, завтра. Обещайте.
Обещаю.
А если он через год ответит?
Я не могу столько ждать.
Ну, мне деньги сейчас нужны.
Такие обстоятельства, такая ситуация,
так получилось.
Давай, напиши ему.
Скажи, чтобы он прочитал срочно.
Нет, нет, не буду. У нас так не принято.
Да просто подсираешь.
Я сама ему тогда напишу.
Ну, ты не забудь подписаться:
Кира Виноградова,
сценарист проекта «Большая секунда».
Он плохо запоминает авторов.
Ты вообще дурак, что ли?
Он же видит мою фотографию.
Он же понимает, кто это пишет.
А, по фотографии он должен тебя понять?
Но твоей фотке в WhatsApp лет сто.
Так, ну, во-первых, не сто.
Во-вторых, я вообще с тех пор
не изменилась.
- Ты серьёзно сейчас?
- Я сейчас тебя ударю.
Это что было?
Вы про какую именно часть нашей встречи
сейчас спрашиваете?
Потому что было много разного.
Вы что, совсем? Я про ваше
звёздное выступление и про последствия.
Я никак не мог предположить, что баня
произведёт на вашу маму такое впечатление.
- Зачем вообще надо было про неё врать?
- Я не врал.
Я правда живу в бане на раскладушке.
Хорошо. Зачем было соглашаться,
когда вас жить к нам позвали?
Трудно было придумать, почему вам
в вашей баньке прекрасно живётся?
Я не знаю… Близость к природе,
муза вас там посещает, пишется лучше.
Вы же композитор.
Босыми ногами по мокрой траве на рассвете
за водой к роднику, в холщовой рубашке.
Это хорошая фантазия, но мне она
не пришла в голову вовремя.
Там, кстати, нет этой романтики.
Там же стройка.
А на любовь ко мне
у вас фантазии хватило.
«Любимая, я буду ждать
тебя века, столетия».
Ну, мне казалось, маме это понравится.
И я был прав. Она давно
не чувствовала себя так хорошо.
Это вас не касается.
Я вам не навязывался. Вы сами попросили.
Я приехал специально из-за города
и сделал всё, как вы сказали,
и даже больше.
Да в том-то и дело. Мне теперь как быть?
Вы же не собираетесь к нам переезжать?
Нет, что вы, нет. Ни в коем случае.
И что я теперь маме скажу?
У ваших друзей – не у тех, у которых
баня на даче, у других –
неожиданно освободилась квартира,
потому что они уехали на полгода.
- В Индию.
- Да.
И вам там, у них в квартире,
будет гораздо лучше.
Потому что вы композитор,
вы сочиняете музыку по ночам.
- И ещё у вас куча аппаратуры.
- И растения там надо поливать.
У них много растений.
И вот это всё случилось именно сейчас.
Мы шли, вам позвонили.
Думаете, мама поверит?
Я буду убедительной.
Спасибо, что помогли.
- Извините, если что не так.
- Ну всё.
И за кошечкой надо присматривать.
У них кошечка.
Смотри, я набросал наши идеи.
На всякий случай, вдруг пригодятся.
- А куда это ты собрался?
- Домой.
В смысле? На фига я себе
кофе тогда сделала?
- Не знаю.
- И что, мне теперь с кофе идти?
Выпей здесь, потом пойдёшь.
Ну, прекрасно. Буду сидеть одна
и, как дура, пить кофе.
Ну, хочешь – я посижу с тобой,
чтобы не как дура.
Ну…
Нет, это как-то по-идиотски получается.
Теперь мне нужно быстро выпить кофе,
чтобы тебя не задерживать.
Я не спешу.
Ну ты видел себя? Ты сидишь
с немым укором, что-то попыхчиваешь.
- Это проекция.
- Какая ещё проекция?
Это проекция тебя на меня.
Ты сидела бы так, если бы я пил кофе,
а ты бы меня ждала.
Слушай, давай лучше помолчим.
Сейчас что ты делаешь?
Изображаю немой укор и вздохи.
Ну, в прошлый раз было лучше.
В прошлый раз у тебя была
настоящая козья морда,
а сейчас ты кривляешься просто.
Прости, я не умею. Научи меня.
Ты же дипломированная актриса
из нас двоих.
Научи, как нужно изображать
такие вещи. Покажи.
Ты неправильно всё делаешь.
Ты сейчас смотришь так,
будто хочешь меня убить.
А надо просто немой укор и вздохи.
Вот я сейчас не играю,
и кофе у меня горячий, кипяток. Понял, да?
- Так что там с деньгами у тебя? Совсем?
- Да так.
- А сколько надо?
- Сама разберусь.
- И всё же?
- Да хрен его знает.
Давай дождёмся, когда ответит.
Если уж действительно не заплатит,
тогда я подумаю.
Как скажешь.
Но, в любом случае,
спасибо, что предложил.
На случай, если Марик скажет «нет»,
что означает, что мы с тобой,
скорее всего, больше не увидимся,
хочу сказать, что мне
приятно было тебя видеть.
Я даже не знаю, что ответить.
Я в курсе, что ты не умеешь говорить
хорошее, поэтому ничего не жду в ответ.
Вот это сейчас зря ты сказал.
- Всё, прочитал.
- Чего, наш пилот?
Да какой пилот? Он моё сообщение прочитал.
Видишь, галочки голубые.
Арин, я всё придумала.
Я перееду в зал,
а вы будете жить в спальне.
Ну, так всем будет удобнее.
Я не буду через вас всё время ходить,
и вы так сможете спокойно
себе там делать всё, что хотите.
И мне удобно.
Если ночью бессонница,
я пойду на кухню, заварю себе чайку.
Вам не будет слышно.
- Арин, это ты?
- Ну а кто ещё?
А что ты молчишь? Я тут говорю, говорю.
- Ты вообще меня слышала?
- Я слышала, мам, но…
По-моему, это отличная идея.
Надо только с кроватью что-то придумать.
В принципе, можно вот этот диван,
на котором ты спишь, передвинуть к вам.
Он же раскладной, но он старый.
Давай купим вам кровать.
У меня есть. Я откладывала.
- Мам…
- Нет, ничего страшного, накопим ещё.
Мне не жалко для вас этих денег.
Как я ждала, как я надеялась,
что у тебя будет то, чего у меня
никогда не было в жизни.
Счастливая семья для женщины, Арина,
это самое важное.
Когда у тебя будут свои дети, ты поймёшь.
За своего ребёнка ты радуешься
больше, чем за себя.
Давай немножко выпьем?
- Мам, а тебе разве можно?
- Сегодня можно.
Ещё чуть-чуть.
За великую силу любви.
Мам, слушай.
Сейчас мы шли когда с Ростиком,
ему позвонили по телефону друзья…
Сейчас. Не забудь, что ты хотела сказать.
Извини. Пока я не забыла.
Может, пианино перетащить в вашу комнату?
Ему же надо как-то сочинять.
Мало ли, ему в голову
что-то придёт срочное,
а он постесняется меня тревожить.
Часто бывает, вдохновение
приходит после этого.
Что-то мне как-то…
- Тебе плохо?
- Нет, нет.
Тебе не надо было пить.
Да я выпила две капли. Дело не в этом.
Мам?
- Таблетки? Накапать чего?
- Сейчас.
- Мам…
- Сейчас, сейчас, сейчас, сейчас.
- Ты только скажи, что принести.
- Сейчас.
Я не умею быть счастливой.
Такое странное чувство.
Не знаю, как с этим справляться.
Только что ты была маленькой девочкой.
Я тебя возила на санках из садика,
у тебя была зебра Сабока-Сибобока.
Как ты по ней рыдала, когда она
потерялась на площадке. Помнишь?
Я помню, потому что ты рассказывала.
А теперь ты взрослая девушка.
У тебя есть мужчина, который тебя любит.
Как быстро проходит жизнь.
Что ты хотела сказать?
Звонили друзья Ростика, и что?
- Сказали, что у них родился ребёнок.
- Да?
- Дочка.
- Хорошо.
Это хорошо.
Спасибо.
Мне кажется, он сегодня уже не напишет.
Серия 3
Здравствуйте.
Спасибо.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
Вы чего там? Помочь, может?
Да, пожалуйста. Я не понимаю, кто я здесь.
У меня занятие через пять минут,
а я не знаю, где и с кем.
- Киселёва, девятый класс.
- Спасибо.
- Пойдёмте, я покажу.
- Спасибо.
- Ну, как там? Как мама?
- Да так себе.
- Ну, вы ей сказали? Всё нормально?
- Нет.
- Расстроилась?
- Я не сказала.
- Почему?
- Она была к этому не готова.
Она уже начала мебель в квартире двигать.
Зачем мебель?
Чтобы у нас с вами в её комнате, которую
она нам отдала, была удобная кровать.
- Вы ключ взяли?
- От чего? От квартиры?
От класса.
Ну, я же даже не знал,
для начала, номер кабинета.
Как я мог взять ключ?
Это наш новый преподаватель, Ростислав…
Андреевич, Журавлёв.
Дайте ему, пожалуйста, от девятого ключ.
Я вот что подумал.
Вы можете сделать это сегодня.
Мама уже немного успокоилась.
Вы придёте домой, скажете: «Ростиславу
предложили пожить в чужой квартире.
Он не приедет, к сожалению.
Передаёт привет».
Поздно. Я недооценила масштаб
маминого включения в ситуацию.
Она хочет полноценную семью.
Но ведь там же, на той чужой квартире,
нужно следить за растениями
и кошку кормить.
Здрасте. Я маму знаю.
Она сейчас выяснит у меня,
где эта квартира,
будет ходить туда к вам,
растения поливать, лишь бы мы жили с ней.
У меня денег столько нет –
снимать квартиру для этих целей.
Кошку ещё арендовать.
- Ну, кошку можно взять из приюта.
- Серьёзно?
Да, часто ищут передержку для кошек,
ещё и приплачивают.
- Передержка?
- Я тоже никогда не понимал этого слова.
Как будто взяли кошку и передержали
на три дня, теперь она никакая.
А это, наверное, наш новый преподаватель?
Здравствуйте, Арина Сергеевна.
И уже окружён вниманием.
Не дают вам начать урок вовремя.
- Нина Валентиновна.
- Ростислав.
Я в четвёртом кабинете.
Если какие-нибудь вопросы –
в любое время. Буду рада.
Спасибо.
- Привет.
- Здравствуйте.
- Ты к Ростиславу Андреевичу?
- Да.
Будем знакомы, я Ростислав Андреевич.
- Митя.
- Очень приятно.
Давай, Митя, заходи.
- А мы соседи?
- Да.
Можем перекрикиваться.
Это он, наш новый препод?
Ты чего, уже с ним познакомилась?
О чём вы говорили?
Тише, обороты сбавь.
Просто помогла ему класс найти.
Блин! Жаль, я раньше не пришла.
Он бы у меня спросил, я бы ему помогла,
завязалась бы беседа и всё такое.
- Скажи, он клёвый?
- Обыкновенный.
Ты ничего не понимаешь.
Ого, сколько листов-то!
Два договора, два акта о приёмке серии.
Копия им, копия тебе.
- Это мой?
- Твоё.
- Что там по деньгам?
- Деньги в конце.
Твоё. Это твоё.
Не хочешь условия договора
сначала почитать?
Нет, зачем мне?
У нас поровну.
В смысле, а как могло быть?
Могло быть по-разному.
А от чего это зависит?
Ну, например, у меня больше опыта.
Я, например, как бы
профессиональный сценарист.
А я как бы кто?
А ты тоже сценаристка, но начинающая.
А у вас что тут, как в армии, что ли?
Есть сценаристы-лейтенанты,
есть сценаристы-майоры.
А вот сразу начинающий сценарист
не может быть крутым?
- Обязательно надо дослужиться?
- Он может.
Поэтому у нас поровну.
Марик спросил меня: «Кому сколько?»
Я сказал: «Пополам».
То есть ты великодушно
решил мою судьбу, да?
А мог бы сказать 30 на 70
или, допустим, вообще 10 на 90?
Мог, теоретически мог.
На хрена ты вообще мне сказал
про эту половину-то?
Чтобы я тебе должна была морально?
Или вообще, чтобы я думала, какой
ты хороший, какой ты клёвый, да?
У меня не было подтекста.
Я сказал, чтобы ты понимала –
всё честно, мы на равных.
Да нет, мы теперь не на равных.
Я теперь себя чувствую ущемлённой.
То есть не будешь подписывать?
Отказываешься от проекта
по причине ущемления?
Назло тебе подпишу, и всё.
- Где зелёненькие, вот здесь.
- Я разберусь.
- Галочка.
- Я разберусь.
Окей.
Пожалуйста, посмотри.
- Что, что?
- Вот здесь ты пропустила.
- Что я пропустила?
- Вот здесь подпись, пожалуйста.
- Вот здесь у тебя галочка.
- Ничего бы не случилось.
Блин.
У меня уже рука устала.
Я забыла, как я расписываюсь.
Столько листов! Можно подумать,
что мы тут столько всего продали
и столько всего купили.
Ничего особенного не купили и не продали.
Четыре месяца нашей жизни.
Ты где? Я тебя обыскалась.
Я всё придумала. Короче, у меня сегодня
как бы день рождения.
Мы его позовём и будем отмечать втроём.
Что? Я хочу устроить свою жизнь.
Он мне подходит.
Ты его ещё не знаешь,
ты видела его две секунды.
Ну вот, как раз узнаю.
В такой обстановке люди
хорошо раскрываются.
Мы посидим, выпьем, узнаем –
женат, не женат.
У тебя день рождения через полгода.
А будет сегодня. Чего тянуть-то?
А с чего мы вдруг его позвали?
Мы вообще практически не знакомы.
С тобой-то уже познакомился.
Теперь надо, чтобы со мной.
А я тебе зачем?
Сидеть, врать про твой день рождения
с малознакомым мужиком. Я пас.
Ты мне нужна для компании.
Не могу же я с ним одна вдвоём сидеть.
Это неприлично.
И к тому же ты должна посмотреть
на него, как он мне будет.
Ты мне подруга или кто?
Когда тебе надо, я тебе квартиру
свою отдаю, между прочим.
Это для меня очень важно.
Это же весело.
Потом будет что вспоминать, поржём.
- Только ради тебя.
- Ес! Спасибо.
Подожди. А тебе-то он как?
- Та сама на него не того?
- Ты обалдела?
- Конечно нет.
- Класс!
Стой! Как я тебе сегодня?
Ничего? Круги под глазами,
есть у меня круги?
- Я панда, да?
- Нет у тебя никаких кругов.
Нормально. Мне кажется, вот на этом
можно сцену закончить.
Слушай…
а почему Марик поговорил с тобой одним,
учитывая, что проект принесла я?
- Прости?
- Ну, почему он вызвал тебя?
Сказал, что принял пилот,
спросил, сколько кому платить?
- А меня почему не позвали?
- Не знаю. Задай ему вопрос.
О чём вы ещё говорили?
В основном он рассказывал
о поездке в Амстердам.
- Тебе?
- Он любит поговорить иногда о себе.
О том, как интересно он живёт.
- Не с женой же обсуждать некоторые темы.
- Какие, например?
Кира, пожалуйста, зачем этот допрос?
Что с тобой сейчас происходит,
я понять не могу.
Ты можешь просто сказать мне, что не так?
Ничего.
Вы меня обсуждали?
Вот столько в процентах
по отношению ко всему разговору.
И исключительно как сценариста,
а не как женщину.
- С чего ты взял, что меня это волнует?
- Что «это»?
Ну, про «как женщину».
Я и спрашивала как про сценариста.
Кира, пощади меня. Я – просто мужчина.
Я не понимаю этих подтекстов.
И о чём ты на самом деле спрашиваешь,
когда что-то спрашиваешь,
и о чём ты думаешь.
Я на самом деле думаю,
когда что-то говорю.
Всё, ладно. Просто не беси меня.
Мы можем вернуться к сценарию?
А мы что, из-за меня,
что ли, задерживались?
Ты знаешь, я, вот вчера
не приняла таблетки, забыла.
Но, что удивительно,
я даже не почувствовала.
Мама, но лучше не забывать всё же.
- Физическое состояние зависит…
- В левой руке собраннее.
…от морального настроя человека.
Все доктора об этом говорят.
Видишь, как важно, какая обстановка дома.
Вы во сколько сегодня придёте?
- Не знаю пока, мам. Может, поздно.
- Поняла, поняла.
Вещи собрать, он ведь живёт за городом.
Мам, мне не очень удобно сейчас.
У меня урок.
Всё, всё, я на секунду. Работай.
Просто хотела поделиться.
- Ещё сегодня в передаче одной сказали…
- Мам!
Ладно, жду.
Молодечик, но ты торопишься. Да?
И почётче артикуляцию.
Давай, со второго периода начни.
Извините. Извините.
Арина Сергеевна,
когда у вас будет пять минут?
Мне надо с вами посоветоваться.
Проходите, Ростислав Андреевич.
Мы уже заканчиваем.
Доигрывай, Дашунь.
Молодец. Но ты торопишься опять, да?
Сама заметила.
Левой, помнишь – собраннее.
И дома поработай над динамическими
оттенками, пожалуйста. Да?
Всё, беги. До четверга.
У меня к вам просьба.
Не играйте со мной в игры, пожалуйста.
Я сейчас нахожусь в очень непростой
жизненной ситуации,
мне эмоционально тяжело быть игрушкой.
И вообще, я никогда не был хорош
в такого рода взаимодействиях.
Скажите мне честно,
чего вы от меня хотите?
Не волнуйтесь вы так.
Я вам про маму рассказала
просто потому, что вы сами спросили.
Всё. Мне не надо,
чтобы вы в этом участвовали.
- Я сама решу свои проблемы.
- Я не про маму.
Как раз этой ситуацией я проникся.
Я про день рождения вашей подруги.
- Надя?
- Да, Надежда.
- Позвала?
- А то вы не знаете?
Да не хотите – не ходите.
В чём проблема-то?
То есть, вы сначала позвали чужими руками,
а теперь делаете вид, что вам всё равно?
- Нельзя так.
- Ростислав, я вас не звала.
У Нади день рождения, она хотела
с вами познакомиться поближе
и использовала этот повод.
Я могла бы вообще в этом не участвовать.
Но Наде будет неловко,
поэтому она позвала и меня тоже.
Странный день сегодня.
Малознакомые люди проявляют ко мне
столько интереса, и всё женщины.
Я не понимаю, как себя вести,
у меня нет опыта.
- Вы же знаете, я не Дон Жуан.
- Да, я помню, помню.
А как вы считаете, это будет нормально,
если я пойду на этот ваш день рождения?
Надин, не наш. Нормально.
- А подарок?
- Не надо.
Поздравите словами.
- А ей сколько?
- Не важно. Не юбилей.
Но Надя не знает, что у нас с вами…
- Как это… Как сказать-то это?
- Был секс?
Нет, не знает. Она вообще про нас
ничего не знает.
И вы ведите себя так, как будто
видите меня второй раз в жизни.
И у вас нет проблем с тем, что Надя хочет
со мной поближе познакомиться?
- Никаких.
- Замечательно.
А, да. Про маму, вот такой вариант.
Меня позвали в небольшой ансамбль, который
как раз едет на длинные гастроли по миру,
и я вернусь нескоро.
- Как вам?
- Мама будет вас ждать.
И будет звонить по Скайпу и просить фотки
на фоне достопримечательностей.
Почему когда я предлагаю,
это всегда «нет»?
А когда ты говоришь:
«Давай двинемся в эту сторону»,
это всегда пишется так, как ты сказал.
- Неправда.
- Да правда. 80 процентов.
Ты что, считаешь?
Я не считаю, но меня каждый раз
это задевает.
Я не понимаю, зачем тогда ты вообще
согласился со мной работать,
зачем ты пошёл на эти вот половины.
Я вообще для тебя
равноценный соавтор или что?
Я сейчас должен какой-то комплимент
сказать тебе как автору?
- Блин, ты вообще меня не понимаешь.
- Я понимаю.
Ты вынуждаешь меня сказать,
какая ты хорошая и талантливая,
как без тебя бы здесь ничего не было.
Пока я этого не сделаю, ты саботируешь
работу идиотскими вопросами.
Охренеть можно просто, охренеть!
Я совсем, совсем о другом тебе говорю.
- О чём? Расскажи мне.
- Я объясняю тебе.
Ты не даёшь мне равноценного права.
Ты вообще не чувствуешь,
что ты доминируешь?
Когда я что-то предлагаю,
ты говоришь: «Да, клёво».
В результате мы пишем
всё равно так, как сказал ты.
Мне на хрен вообще насрать
на твои эти комплименты!
Ты что, не понимаешь, что я хочу?
Я хочу чувствовать себя
полноценным автором. Всё!
Ты не замечала, что в любой роли –
актриса ты, жена или сценарист –
ты всегда занимаешь одну и ту же
позицию – скандальную.
Тебя всегда недооценивают,
не дают тебе того, что ты заслуживаешь.
- Сказать тебе, почему так происходит?
- Нет.
И вообще, между прочим, мы не были женаты.
Все эти росписи, печати,
дорогая, это формальность.
Фактически мы были женаты. Признай это.
И если бы ты согласилась на роспись,
была бы у тебя роспись.
Слава богу, что я не согласилась.
Не пришлось разводиться.
Любое твое предприятие
так заканчивается. Любое.
Потому что вся проблема в том,
как ты оцениваешь других людей и себя.
И когда находится умный человек,
который может рассказать тебе,
в чём твоя проблема,
ты даже не хочешь его слушать.
Да нет, потому что в проблеме
всегда виноваты оба.
А у тебя всегда виновата я одна. И всё.
- Но так не бывает.
- Удивишься, бывает.
Ну все, давай просто признаем,
что это моё предприятие тоже
закончилось как все остальные. Всё!
Зря ты с договором не ознакомилась,
который подписала в двух экземплярах.
- Ну?
- Что «ну»?
Моя реплика не требует продолжения,
я просто констатировал:
зря не ознакомилась.
- Ну, типа что, я не могу уйти из проекта?
- Можешь.
Ты должна будешь выплатить штраф,
возместить убытки.
Какие ещё убытки?
Вот там сидит целый
отдел юристов, они найдут.
Ты дальше не можешь писать
свою «Большую секунду» сама,
потому что уже передала на условиях
отчуждения в полном объёме
исключительные права
на всё сценарные материалы.
И ты можешь попрощаться с этой профессией,
потому что тебя ни сюда
больше не возьмут, ни куда угодно.
Марик имеет влияние.
Он обидчив и злопамятен.
Ненавижу тебя.
Для меня это всё внове,
я ведь никогда раньше не преподавал.
- А как же вы у нас в школе оказались?
- По блату.
- Через друзей директора.
- Интересно.
- И как вам у нас?
- Ну, первый день. Что тут скажешь?
- Дети вас не пугают?
- Почему они меня должны пугать?
Я детей люблю.
С ними проще, чем со взрослыми.
Они честнее.
Они если и врут даже, то по понятным,
уважительным причинам.
- А свои у вас есть?
- Нет, пока нет.
- А чем вы раньше занимались?
- Да, мне тоже очень интересно.
Я играл в ансамбле.
Сольно играл тоже, сочинял немного.
- Так вы композитор?
- Отчасти.
А сыграйте что-нибудь своё.
- Нет.
- Ну пожалуйста.
- Ну нет, мне будет неловко.
- Ну, пожалуйста, пожалуйста.
Ну, хорошо. Я лучше
что-нибудь другое тогда.
Давайте.
Пусть это будет таким моим поздравлением,
раз уж я без подарка.
Ночь прошла, будто прошла боль
Спит земля, пусть отдохнет, пусть
У земли, как и у нас с тобой
Там, впереди долгий, как жизнь, путь
Я возьму этот большой мир
Каждый день, каждый его час
Если что-то я забуду
Вряд ли звёзды примут нас
Если что-то я забуду
Вряд ли звёзды примут нас
Я возьму щебет земных птиц
Я возьму добрых ручьёв плеск
Я возьму свет грозовых зарниц
Шёпот ветров, зимний густой лес
Я возьму этот большой мир
Каждый день…
Ростислав Андреевич, у нас в школе
есть хор учителей.
Не хотите поучаствовать?
Надежда Михайловна, можно вас?
- А это нельзя было здесь?
- Ну, вообще-то да.
Разберётся.
А вы уже решили, что скажете маме?
У меня есть идея, но я не уверена.
А вы что думаете?
Ну, у меня тоже есть вариант,
но сомнительный.
Ну, скажите, мало ли.
Я просто не знаю,
как вы к этому отнесётесь.
Вы скажите, мы узнаем,
как я к этому отнесусь.
Обещаю, я не буду смеяться.
Вы первая. Я уже был два раза первым.
В общем, я подумала насчёт всего этого.
Может, нам… вам на самом деле
у нас несколько дней…
Всё, ребзя, валим.
Мы осквернили детское учреждение культуры.
Вы меня не проводите?
Серия 4
Если у меня с человеком был секс, то это,
пусть даже в мелких каких-то нюансах,
но это всё, это меняет наши отношения.
Ну разве у тебя было такое,
чтобы ты с кем-то встретился,
видел, знал, кто этот человек,
но не помнил, что у тебя был секс?
Ну и потом… Разные вещи.
Одно дело – ты 20 лет назад
с ним трахнулся.
А другое дело – вот, на прошлой неделе,
как у Ростика с Ариной.
Вы меня не проводите?
- Вы далеко живёте?
- Если далеко, то не пойдёте, да?
Ну, у меня просто электричка.
А, да? Мы ненадолго.
Мне просто хочется прогуляться,
проветриться немножко.
Конечно, конечно.
Вы спускайтесь, ждите нас на улице.
Да.
Слушай, такое дело… У меня всё на мази.
Я с ним договорилась,
он идёт меня провожать.
Скажи, что на автобус идёшь.
Тебя ждёт мама,
тебе некогда с нами гулять.
Хорошо? Не обидишься?
Конечно. С чего вдруг?
Чего мне обижаться-то?
Как он, ну, как тебе кажется?
Как я ему? Он вроде как смотрел, да?
Да.
Как думаешь, это будет слишком,
если что? Вдруг, мало ли?
Ну, если что-то сегодня получится?
- Нельзя?
- А Зоя как?
Ну, она – у мамы. Если что,
оставлю её там ночевать.
Ты имей в виду –
тебе работать потом вместе с ним.
Ладно, буду смотреть по ситуации.
Ну что, кто куда? Ты – на автобус?
- А у вас какие планы?
- Я думала пройтись. Вы как?
Ну вы же попросили вас проводить.
Я не попросила, я предложила.
А вы согласились.
Я не отказываюсь.
Ну что, мы тогда пошли?
Сильно вам попало от директора-то?
- Когда? Сегодня?
- Да. А когда это было?
На прошлой неделе.
То есть вам есть что рассказать, да?
В прошлом месяце была…
Ну так что? Даст она ему или что?
- Кто? Надя?
- Ясно, что Надя. Арина-то ему уже дала.
Ну, это ещё вопрос, готов ли он взять,
в том ли он настроении.
Да в каком настроении?
У него последний секс был
на прошлой неделе с Ариной.
Он уже копытом бьёт.
Надя же у нас симпатичная!
Секс с Ариной у них был в четверг,
сейчас у них понедельник.
До этого он жил с женой, с которой у них
секс был… Хорошо, если раз в месяц.
Ну ты что? Раз в месяц в таком возрасте?
Или он какой-то больной?
Он жил с женой.
А что, всем, кто живёт с женой,
им нужен раз в месяц, что ли?
Им, может, нужно чаще.
Но когда люди живут друг с другом много
лет, они перестают друг друга хотеть.
Мне рассказывали, конечно,
про каких-то пожилых людей.
Ему шестьдесят пять, ей семьдесят четыре,
а они всё время, всё время.
- Да ты что?
- У них уже дети взрослые. Серьёзно, ага.
Сейчас ты так не заводись! Ты чего?
Всё время, всё время.
Для меня это легенды городские.
Люди рассказывают их друг другу,
чтобы не так страшно было стареть!
Все мои знакомые после шести-семи лет
брака либо гуляют налево,
либо хранят верность –
и живут в депрессии.
То есть ты со мной жил в депрессии?
Или ты мне изменял?
Я – нет.
Но мы жили-то всего три года.
- А ты мне, кстати?
- Наконец-то поинтересовался!
- Всё-таки да?
- Я бы не назвала это изменой.
- Это было для улучшения наших отношений.
- Заметно они улучшились.
Ну, не факт, что из-за этого.
Ты же всё равно не знал.
Я не хотел об этом думать.
Вот эта вот тактичность,
граничащая с безразличием,
она и приводит людей к тому,
что они ходят налево.
Причём без зазрения совести.
То есть я тебе изменяла, потому что ты
сам вынудил меня к этому тем,
что не спрашивал, изменяю ли я тебе?
Ну, получается, что так.
Ну так что?
Что, нравится ему Надя или нет?
Ты одна?
А где Ростик?
Он сегодня не смог.
Его там пригласили неожиданно
в одном клубе поиграть и…
Пианиста заменял.
Я там с ним немножко посидела, послушала
и поехала. Мне на работу же завтра.
Они поздно закончат.
И мы переезд отложили.
Так…
Пусть приедет к нам после концерта.
Что это он поедет ночью за город?
Мам, у него там вещи. Ему так неудобно.
И потом… Будить тебя посреди ночи?
Он, наверное, с ребятами
посидит после концерта.
Они там будут выпивать?
Ну что за вопрос?
Взрослые люди, сами решат.
Мам!
Это рок-концерт?
Мам, какой рок?
Клуб, ночь. Не Баха же они там играют.
Джаз, мам, джаз.
Мама!
А что? Мне показалось, это будет уместно.
У нас в хозяйственном,
представляешь, нашла со скидкой.
Я так порадовалась!
Где пульт?
«Пульт»?
О, куда-то положила! Так…
Сейчас здесь был у меня в руках.
Да что ж такое? Каждый раз одно и то же.
Может, он – в коридоре?
Нет. Так, подожди, сейчас.
Я была на кухне, ты пришла, я пош…
- У тебя всё в порядке?
- Всё хорошо. Я устала.
В школе целый день этот дрень-дрень!
Приходишь домой, а тут – телевизор.
Это невыносимо.
Я пойду в комнате своей посмотрю.
Спит земля, пусть отдохнёт, пусть
У земли…
Вы поссорились?
Ну Ариша, ну расскажи,
не замыкайся в себе.
Я же мама, я могу что-нибудь
посоветовать, подсказать.
Ну что ты выдумываешь то, чего нет?
Что ты хочешь от меня?
Если ты с ним разговаривала так,
как говоришь со мной,
то неудивительно, что он не приехал!
С твоим характером останешься одна.
Помяни моё слово.
Я сейчас не очень хожу на концерты,
мне неудобно возвращаться.
- Вы за городом живёте? У вас дом?
- Небольшой.
- Вы там с семьёй живёте?
- Один.
Но я женат.
Мы с женой решили пока пожить раздельно.
- Кризис отношений.
- Я взял себе время.
Мне надо разобраться,
насколько всё это вообще мне нужно!
А что случилось?
- Она стала сомневаться, что любит меня.
- А вы её любите?
Я уже не знаю.
Если вы хотите понять, насколько человек
вам дорог, надо его с кем-нибудь сравнить!
А так что? Вы самокопанием занимаетесь.
У вас ни новых чувств,
ни новых впечатлений.
Вы не можете объективно увидеть ситуацию.
Мужчинам эти переживания
никогда не идут на пользу.
Знаете, что появляется?
Комплексы, депрессия, импотенция.
Вы откуда знаете?
Да пожалуйста. Вот у моей подруги
на той неделе произошла история.
Она познакомилась по интернету с мужчиной.
Дошло до секса – он ничего не может.
Комплекс вины перед женой.
Притом что это она сама его бросила.
Нашла себе какого-то кобеля моложе себя,
а этого просто выгнала из дома.
И при этом он надеется,
что она передумает и вернёт его.
А моя подруга – свободная, симпатичная!
И представляете, он не смог.
Он как мужчина не смог.
Ну, вот так мы и пришли.
Вот здесь я живу.
Я, в принципе, спать ложусь поздно,
дочка – у мамы.
Я не знаю, как у вас там с электричками.
А то, если хотите, можем выпить чай, кофе.
Подождите, у вас дочка?
- Вас это пугает?
- А живёте вы на каком этаже?
На четвёртом. А что?
Вы – Надя из музыкальной школы.
Простите, извините. Получается,
что мне пора на электричку.
В другой раз, хорошо?
До свидания, Надя, до свидания.
Возьмите. Это же ваше.
Ну, что-то как-то совсем его
это всё расстроило.
Ни фига себе! «Расстроило».
Не то слово, я скажу тебе!
Ну, ты вообрази себе его ситуацию.
Это молодой парень,
он познакомился с женщиной.
У него первый секс с ней, ещё и на чужой
квартире. Он же старался изо всех сил.
Он корячился, он хотел ей понравиться.
Потом вернулся домой,
вертелся на постели ночью.
Вспоминал. И решил, что, наверное,
всё-таки был не так уж плох!
И на тебе, пожалуйста. Она натрепала
подруге, что он – импотент.
Вы вот по каким признакам понимаете,
что не так уж плох?
Мы, наверное, понимаем всё это по-разному.
Тебе какая-то детализация нужна на почту?
У меня есть свой набор критериев.
У других мужчин, наверное, свой.
Нет, давай выкладывай свой тогда.
Хорошо.
Первое.
Это как стоял?
- Эрекция.
- Она, родная.
Второе – как долго всё это происходило?
То есть сам непосредственно секс,
половой акт?
Сам непосредственно наивный
сексуальный половой акт.
И третье – я понимаю,
что был неплох, по тому, как было ей.
Но по каким признакам ты понимаешь,
что ей было неплохо?
Звуки. Она издаёт звуки.
И по характеру звуков,
и по громкости можно понять.
Лицо. У неё есть лицо.
На лице есть выражение.
По выражению лица.
И по тому, как она дышит, и по тому,
как она двигается, можно понять.
Далее. Был ли у неё оргазм?
Или даже не один? Тогда…
И ещё я скажу тебе. По тому,
как она ведёт себя после.
Чувствует ли она ко мне благодарность?
Или сразу в душ уходит?
- Боже, «ко мне благодарность»?
- А что такого-то?
Ой, я прямо представила,
как она тебе ноги целует!
Нет, ноги не надо, пожалуйста,
у меня там щекотка.
Но в целом.
Слушай, ну а почему
ты думаешь, что вот всё,
что она тебе говорит,
всё, что ты видишь, что это не игра?
Ну вот эти вот глаза, там,
дыхание, благодарность.
Вот это.
Всё это вот. Благодарит. Вот это всё.
Ну ты же не спрашиваешь её об этом.
Ну а смысл спрашивать, дорогая?
Ну ведь никто же правды не скажет.
Всё равно будут беречь
самолюбие, правильно?
А у тебя все такие культурные,
все такие тактичные женщины!
Все берегут твоё самолюбие, что ли?
Понимаешь, проблема мужчин в том,
что они уверены,
уверены, что они почувствуют
и точно поймут имитацию оргазма.
И даже имитацию хорошего секса.
Но это не так. Представления мужчин
и женщин сильно разнятся.
Ты почему-то решил,
что ей было с тобой хорошо.
И считаешь, что ты хорош.
Но если мужчины, я тебя уверяю,
если мужчины хоть раз
расспросят женщин об этом,
и если женщины будут готовы
рассказать им откровенно,
то они узнают много для себя интересного!
Просто все боятся говорить
друг с другом на эти темы.
Боятся уязвить, боятся обидеть.
На самом деле я понимаю,
конечно, если я скажу,
если я задам вопрос, спрошу, он подумает:
«О, какая-то… У неё какие-то проблемы».
И больше меня не захочет, да?
Хорошо.
А если я спрошу тебя, допустим?
«Кира, что нужно,
чтобы я был хорош для тебя?»
Ты можешь мне сказать?
Ну конечно.
Ну вот, например, я считаю, что мужчина
всегда хорош для женщины в сексе,
когда она в него влюблена.
И самое главное – это чувствительность.
И чувственность.
Тогда можно, чтобы он был
даже хоть импотентом.
Можно даже хоть пальцем в нос.
Ну прости.
Я не понимаю сейчас твоих претензий
к нашей общей для всех мужчин
сексуальной безграмотности.
Какая разница, спрошу я тебя,
что тебе нравится, а что не нравится?
Если ты всё равно любишь меня
или не любишь меня?
- А это уже от меня никак не зависит.
- Да нет, нет.
Если я тебя люблю, у меня
может быть с тобой хороший секс.
А может быть ещё лучше секс,
если ты спросишь, что меня…
Ну, что мне для этого нужно.
Ну и вообще… То, что ты сказал,
что от тебя не зависит,
люблю я тебя или нет, вот это не так.
Да ну на фиг!
Ну куда ты пошёл? Что я такого сказала?
Ты же сам спросил.
Мам, кто?
Ростислав.
Кто вам дал право так меня унижать?
Что я вам сделал плохого?
Чем я вас задел? Я хотел вам добра.
Столько помогал!
И в этой ситуации с мамой
я был готов даже, не знаю,
предложить вам приехать
и пожить некоторое время у вас.
Хотя для меня это сплошная проблема.
Но теперь уж точно нет.
Не предложу в любом случае.
- За что? Главное – я не понимаю. За что?
- Ростислав, вы там как? Что случилось?
Случилось то, что я выяснил, кто вы такая.
Вы – лицемерка.
Вы в лицо говорите одно,
а за спиной врёте и топчете.
И делаете из человека ничтожество!
Хотя он вам ничего плохого не сделал.
Даже, наоборот, только хорошее.
- Человек – это вы?
- Да, человек – это я.
Ростислав, попробуйте быть конкретнее.
Что я вам сказала в лицо
и как именно топтала за спиной?
- Что вы рассказали Наде про меня?
- Когда? Про что?
Про то наше с вами первое свидание
в Надиной квартире.
Вы сказали Наде,
что у нас с вами был секс?
Нет, зачем бы я стал ей такое говорить?
- Она сама узнала?
- Нет.
Так она не в курсе?
Она не в курсе, что секс у вас был
именно со мной.
Она в курсе, что секс был с каким-то
убогим импотентом, ничтожеством,
жена которого нашла себе кобеля помоложе,
а этого лузера выкинула на улицу!
И этот идиот ещё надеется,
что его снова возьмут в семью!
Стоит там под своими окнами, плачет.
- Это Надя вам так рассказала?
- Это вы ей так рассказали.
Ростислав, а вам не приходило в голову,
что Надя могла преувеличить?
Но суть-то не меняется.
Или вы сказали Наде,
что я – половой гигант?
А она зачем-то превратила
меня в импотента?
Я не говорила, что вы – гигант.
Про импотента тоже не было.
А что было?
Сказала правду.
Например?
Ну, что всё было так,
как может быть в первый раз.
Ну, то есть… Ну как? Ну, вы
же сами понимаете.
Первый раз – и неловко.
Не знаешь, как сделать, чтобы понравиться.
Я ведь вас тоже не сильно удивила.
В смысле – в сексе в этом.
Вы же сами больше встречаться не захотели.
Я не захотел по другим причинам.
А в плане физиологии
вы меня вполне устроили.
Спасибо.
Мне просто на самом деле это важно знать.
Я боюсь, что у меня комплекс разовьётся.
И с женой ситуация… Ну, вы понимаете.
И вы потом были так недовольны!
Так ли я был плох?
Вам даже нечего сказать?
Надо подумать.
Я жду.
- Мам, можно я поговорю?
- Прости, пожалуйста.
Не хотела тебе мешать.
Я сейчас покушать положу – и уйду.
Алло?
Я здесь.
Я просто… Я просто хотела сказать,
что всё с вами нормально. Не переживайте.
У вас есть потенциал,
просто вы не раскрылись.
Были сложные обстоятельства.
Но я чувствую, что вы можете быть
вполне себе интересны в постели!
Спасибо.
И про жену вашу я не рассказывала
в таких красках!
Ну, может, стоило
всё-таки предупредить меня,
что это та самая Надя,
в квартире которой мы встречались?
- А что бы это изменило?
- Не знаю.
Ну да.
- Как у вас там дома обстановка?
- Всё так же. Мама по-прежнему вас ждёт.
Да, надо что-то придумать.
Надо, конечно, для неё что-то придумать.
А что, вы считаете, это будет совсем
катастрофа, если мы попробуем это сделать?
- Что попробуем?
- Слушайте, не притворяйтесь.
- Вы прекрасно понимаете, о чём идёт речь!
- Может, понимаю, а может, и не очень.
Практика показывает, что я женщин
чаще не понимаю, чем понимаю.
Не надо вилять. Если вы понимаете,
то скажите просто: «То-то и то-то».
Ладно.
Я предлагаю вам немножко у нас пожить.
Я согласен.
- Кира, если я спрошу, ответишь честно?
- Ну?
Ты со мной имитировала оргазм?
Фига себе!
Но это же не значит,
что я не была тебе благодарна.
- Скорее, наоборот.
- Всегда?
Нет, ты что? Обалдел, что ли?
Конечно нет, я же себе не враг.
Как часто?
Так невозможно сказать. Ну это же…
В этом нет никакой регулярности.
Нечасто.
Пятьдесят процентов?
Нет, двадцать семь.
- Зачем?
- Ну как? Чтобы тебя не расстраивать.
У вас же у всех пунктик. Вам кажется:
«Если она кончила, то я крут!
А если нет, то, значит, всё пропало».
А это не так.
Женщине иногда хорошо просто так,
без всякого оргазма.
Она не в том состоянии,
чтобы дойти до оргазма, понимаешь?
А мужчина ждёт, он утяжеляет процесс.
Поэтому нам приходится имитировать.
Но что здесь такого? Это же нормально.
Это нечестно.
Почему человек не может просто взять
и объяснить всё как есть?
Я же не ребёнок. Я пойму.
Подожди, какой человек? Ты о ком вообще?
Да…
Прости.
Есть тут один человек.
Как вот это бесит!
Бесит вот эта хитрожопость!
Я же тебе не враг. Я тебе друг.
Скажи мне честно:
«У меня есть женщина.
И у меня с ней проблемы».
Миллионы мужчин могут сказать это хором:
«У меня есть женщина.
И у меня с ней проблемы».
Давай перечитаем, что у нас получилось.
Серия 5
Здравствуйте.
Здравствуйте. Сейчас я, минутку.
- Американо с холодным овсяным.
- Окей.
Извините, пожалуйста, я проспала.
Ничего, ничего, я тоже плохо спал.
Здравствуйте.
Сейчас я, минутку.
Ладно, давайте мне ещё, пожалуйста,
пирожок с вишней.
- Он же не очень калорийный?
- Нет.
Почему вы плохо спали сегодня?
Я вообще в последнее время плохо сплю,
всё время думаю.
Ну и матрас неудобный.
Я сегодня спала на сердцах и розах.
Мама купила для нас
новое бельё со скидкой.
Она – трогательная.
Разная, я бы так сказала.
Мне кажется, очень важно
обо всём договориться на берегу.
Абсолютно согласен.
Первое.
Как мы видим хотя бы приблизительно
срок, на который вы к нам переезжаете?
Да, да, я тоже об этом думал.
Я не составил список,
но я тоже думал об этом ночью.
У меня список – здесь.
Эти сроки – они хоть как-то,
ну, хотя бы приблизительно…
Как вы их видите? Неделя?
Ну, за неделю ничего не изменится.
Две недели? Что, месяц? Ну а что дальше?
Ну, найдём мы причину, чтобы я уехал.
Мама потребует, чтобы я снова вернулся.
Это же нам как-то с вами
надо, ну, коммуницировать.
Сосуществовать в небольшой квартире
в течение неопределённого времени.
Притом что мы очень-очень разные люди.
Я, конечно, согласился к вам переехать,
но на самом деле я в растерянности.
Ростислав, вы очень эмоциональны.
Это второй пункт. Мы до него дойдём.
Я – такой, какой есть.
Сроки.
Мама быстро очаровывается
и быстро разочаровывается.
Пройдёт немного времени – и она сама
поймёт, что это была плохая идея.
Это сейчас ей кажется, что вы принесёте
в нашу жизнь счастье и гармонию.
Но когда она будет сталкиваться
с вами каждый день,
по сути, с чужим ей человеком,
она изменится и мне сама первая скажет:
«А ты уверена, что он тебе нужен?
Неуравновешенный, мало зарабатывает.
И, ты знаешь, по-моему, он нас не любит».
Вы имеете в виду, что… Я специально
разочаровывать вашу маму не буду.
И представляться ей каким-то типом
неуравновешенным я не собираюсь.
Вам не придётся.
Второй пункт.
Нам надо будет делать вид,
что у нас хорошие отношения.
Я всячески готов.
Да, но вы – такой, какой есть.
Вас слишком легко задеть даже нечаянно.
А когда вы обижены,
то от вас не знаешь, чего ждать.
Ну правда. Вас понесёт –
и вы маме выложите всё
как есть из принципа или желания
меня задеть в ответ.
Вот если бы как-то с вами
нам этот вопрос решить…
Ну, может быть, как вариант –
не обижать меня?
Тупик.
Я могу пообещать,
что я ни при каких обстоятельствах
не расскажу маме правду про нас.
Но я не могу пообещать, что я всегда
смогу изобразить хорошее к вам отношение.
Ну, это можно списать
на естественное в жизни.
Это нормально.
Третий пункт.
Секс.
Вы не волнуйтесь, спать вы будете
отдельно, мы не будем в одной кровати.
Все ваши пожелания, которые вы высказали
в первую нашу встречу, я учла.
И мне это, в общем, тоже не особо надо.
Какие пожелания?
Не заниматься больше сексом со мной.
И последнее – в школе не должны узнать.
В школу и из школы мы ходим отдельно.
В школе общаемся обыкновенно,
как коллеги, бытово.
Что вы? Это можно было
даже не обговаривать.
Я готова услышать ваш список.
В основном всё совпало,
может быть, в нюансах расходится.
Но в целом я думал так же.
Замётано?
И хотел добавить.
Я надеюсь, что у нас с женой
наладится какой-то диалог.
Уже прошло какое-то время –
и, может быть, мы с ней созрели к тому,
чтобы обсудить спокойно эту ситуацию.
Если я смогу к ней вернуться,
что не исключено,
то мне надо будет уехать от вас.
Независимо от того, разочаруется
мама к тому времени во мне или ещё нет.
Ну конечно, конечно.
Что, есть уже какие-то
подвижки с её стороны?
Да, она написала мне,
что хочет со мной встретиться.
Будем надеяться.
Ну что, я первая иду в школу?
Вы – минут через десять?
Вы совсем не съели пирожок.
Хотите – съешьте.
Вы сегодня уже сможете к нам приехать?
Да. Я кое-что захватил
с собой на этот случай.
Уверена, что не хочешь?
Хочу, но не буду.
Меня на кастинг позвали.
Главная роль.
Это что?
Скотина!
Ну что? Идти или что?
Ты хочешь, чтобы я сейчас
решил твою судьбу?
Я тебя спрашиваю, потому что хочу понять,
как ты думаешь. У меня шанс-то есть?
Я всё-таки не играла давно
ничего серьёзного.
- Ты – актриса неплохая.
- Ох, как прямо оценил!
Но давно без практики.
Ты можешь хорошо показаться и плохо.
Ну и что? Это всё так.
Серик или кино?
Серик, но серьёзный. Для одного
из центральных каналов.
Ёшкин кот! «Для одного из центральных».
Я не понимаю, ну почему с такой иронией?
Ну правда. Ну бесит.
Никакой иронии, вообще одно уважение.
Кого играть-то собралась?
Крупскую Надежду Константиновну.
Жену этого шизофреника?
А сейчас не в том дело,
шизофреник он был или нет.
Меня другое смущает.
Что Крупскую предложили мне.
Ты вообще помнишь, как она выглядела?
Тётка, которая в любом возрасте
тянула на шестьдесят.
С выпученными глазами
и базедовой болезнью.
- Ну это странно как-то, хотя интересно!
- Сценарий ты читала?
- Две сцены вот для кастинга мне прислали.
- Дай.
Раз, и два, и три.
- Раз и…
- Ещё разок.
Раз и два.
Раз, и два, и три.
Раз, и два, и три.
И раз, и два, и три.
Раз, и два, и три.
И раз, и два, и три.
Раз, и два, и три.
Раз, и два, и три.
Ну, финал ещё надо подучить, да?
Хорошо. Я тебе задание, значит, записываю.
Учишь фразировку,
работаешь над аппликатурой.
Обрати внимание на штрихи, значит!
Вот я тебе тут…
Обвёл второй палец, третий.
И тут – четвёртым, четвёртым и третьим.
Иначе из-за этого фа-диеза
не хватит пальцев.
- Держи.
- Спасибо.
Ты – молодец!
Спасибо.
До пятницы.
- Да. До свидания.
- До свидания.
Так, ты у нас Катя Кузнецова?
Проходи.
Катюша, здравствуй.
Можешь в коридоре подождать пять минут?
А потом вы познакомитесь
с вашим новым преподавателем.
- Хорошо.
- Хорошо. Спасибо.
Да вы сидите.
Простите, что вторглась так посреди
занятия. Это нормальная практика.
К вам и завотделением
может зайти посидеть, и завуч.
- Вы просто имейте это в виду.
- Вызываю сомнения?
Нет, просто вы – новый педагог.
Мы и за старыми
периодически присматриваем.
Это входит в наши обязанности.
- Вы методичку пролистали?
- Да, конечно.
- Ну, как вам школа наша, как атмосфера?
- Ну, хорошая атмосфера.
С коллегами уже
познакомились с кем-нибудь?
Кое с кем. Поверхностно.
Мне кажется, вам нужно быть поосторожнее.
Вы когда-нибудь работали
в женском коллективе?
Вы примерно представляете
себе, что это такое?
- Наверное, не очень.
- Это сплетни, интриги, лицемерие.
Каждая мечтает подсидеть коллегу,
оговорить её, подставить.
У них же вся жизнь проходит здесь.
Личной-то жизни почти нет ни у кого.
Вот эта нерастраченная энергия
здесь и выливается.
- В музыкальной школе в детской?
- Это женщины, они везде одинаковые.
Любая женщина видит в другой соперницу.
Любая.
Они будут улыбаться вам,
кокетничать с вами.
Но вы никогда не будете знать,
что у них внутри.
Я уже не говорю, что с ними происходит,
когда в женский коллектив приходит
молодой привлекательный мужчина!
Как они сходят с ума, как они начинают
вокруг него плести свои сети.
Вы оглянуться не успеете,
как окажетесь в их лапах.
Ой, извините, пожалуйста!
Здравствуйте, Татьяна Павловна.
Добрый день.
Я тогда попозже зайду.
Ну вот, что и требовалось доказать.
Вы же понимаете, я надеюсь, что можете
стать жертвой Надежды Михайловны?
Не первой, заметьте.
Я её, конечно, могу понять.
Женщина в разводе,
одна растит ребёнка. Это непросто.
Нужна поддержка, мужское плечо.
А у нас тут мужчин раз-два и обчёлся.
Вот каждый и становится мишенью
для таких охотниц.
Ну да, бывают романы, там, голову снесло.
Можно влюбиться и в охранника.
Была у неё такая история.
Но нужно же понимать, где ты находишься.
И подруга её та ещё штучка!
Вы вчера, я заметила,
поближе с ней познакомились?
Ну, что значит «поближе»?
Ну как «поближе»?
Мы просто отметили день рождения
Надежды Михайловны.
Учтите.
Арина Сергеевна – очень непростая женщина.
У неё друзей и в коллективе-то нет толком,
ну, кроме как Надежды Михайловны.
И личной жизни нормальной нет.
А всё из-за её характера.
Эго. Эго – вот самый страшный грех.
Это я только к тому,
чтобы вы были осторожным.
А если возникнут малейшие сомнения,
вы посоветуйтесь сначала со мной.
Катюша, проходи, пожалуйста.
Здравствуйте.
Садись.
К инструменту. Доставай нотки.
Что вы учили до меня?
Нельзя играть человека, не понимая,
что ты хочешь сказать этим.
В чём ты принимаешь участие.
Твой сценарий на самом деле об ужасных,
отвратительных людях,
которые показаны героями!
- Ты две сцены всего прочитал.
- Да мне хватило.
Твой сценарий не имеет
отношения к искусству.
Не имеет отношения даже к развлечению.
Это пропаганда в чистом виде.
Один из центральных каналов, как он есть.
Мало того что они льют людям
в уши помои с утра до вечера
на своих ток-шоу и новостях,
они ещё историю переделывают
под нужную идеологию.
И снимают для этого свои
костюмированные реконструкции.
Неужели тебе не важно,
что ты станешь частью этого вертепа?
Подожди, я не понимаю. Я в шоке от тебя.
Я не знала, что тебя так заводит Крупская!
Да меня не Крупская заводит.
За одно то, что она уничтожила
Чуковского, её разорвать мало.
«Крокодил» – вредная
для советских детей сказка.
«Крокодил». Ты знаешь эту историю?
Человек, который столько мог сделать!
Каждая сказка – на вес золота,
каждое произведение.
Из-за этой невнятной бабы
20 лет человек не писал ничего.
Между прочим, Крупская
сделала много хорошего.
Сколько школ она открыла,
детей безграмотных бесплатно учила!
Это она придумала бесплатное образование,
которое ты получил тоже.
Которое мне ни фига не пригодилось!
И вообще кто бы говорил
об ответственности художника?
Тебе самому-то не стыдно
за то, что ты пишешь?
Твоя совесть чиста?
Чувство вины тебя не мучает за эту муру?
То есть, по-твоему, мы муру,
что ли, с тобой пишем?
Ну а что?
Высокодуховное произведение
с ярким идеологическим посылом, что ли?
Это то, что тебя мучает?
Из-за чего ты ночами не спишь?
То, что тебя как художника
волнует? Ну нет же.
Потому что ты изначально знаешь ещё
на этапе размышления, что есть вещи,
о которых мы говорим, а есть вещи,
о которых можно писать.
Любую острую тему возьми. Всё нельзя.
Загоны, загоны, заграждения,
колючая проволока.
Мы с тобой избрали такой удобный загончик!
Сидим и рассуждаем – любит,
не любит, хочет, не хочет.
Вот и всё наше искусство.
Я не знал, что тебя так
интересует политика!
Она меня не интересует!
Я её просто ненавижу.
Поэтому я в неё не лезу.
Я считаю, что это бесполезно.
И я считаю себя вправе
играть кого угодно и где угодно.
А ты на своём диване можешь сидеть
и вещать о высоких принципах.
Мне наплевать.
Я не хочу сейчас с тобой разговаривать.
Решай сама со своим кастингом.
Ты уходишь? Бросаешь? Потому что я права.
Главное – понимаю: «Это вот оно.
Это мой человек». Я чувствую.
- Ты всё время так говоришь.
- Нет, иногда я поверхностно чувствую.
А иногда – вторым чувством
внутри очень глубоко.
Это даже как бы не я чувствую,
это моё подсознание.
Так…
Он – необычный, он вообще
ни на кого не похож.
Он очень творческий человек.
И я ему понравилась, это точно.
Мы когда у дома с ним стояли,
он так смотрел на меня!
Ещё секунда – и мы бы поцеловались.
И он хотел ко мне подняться,
он хотел меня.
Я это точно знаю, я это видела.
Он был готов.
Но что-то его остановило.
Я не понимаю что.
Я всё время в голове
прокручиваю этот момент.
Что такое он во мне увидел,
что его так отвратило от меня?
Я не знаю, ну что это? Духи, может быть,
ему не понравились. Или тушь потекла.
Или вот эту родинку он за козявку принял.
Всё время такое происходит, чёрт!
И вот это: «Надя из музыкальной школы».
Что это такое? Крылатое выражение?
Что это?
Мем, может быть, как «Наташа,
вставай, мы всё уронили»?
Я не знаю. Я гуглила – ничего не нашла.
Ну что он сказал конкретно,
перед тем как убежать?
«У вас что, дочка?»
«Да, дочка. А что?»
«И вы живёте на четвёртом этаже?»
«Да». А на каком надо? На двадцать
четвёртом, что ли? Я не понимаю.
Может быть, у человека
драма какая-то с этим связана?
Точно, я не подумала.
Может, у него с ребёнком
что-то случилось, да?
Хотя нет, подожди, он сказал,
что у него нет детей.
Точно, жена не хотела.
Он мечтал о дочке, а жена не хотела.
И вот они начали ссориться,
отношения начали очень быстро портиться.
Секса вообще никакого.
И этаж. Они жили на четвёртом этаже.
И это всё ему напоминало
о его разрушенных надеждах.
Я ему сейчас очень нужна.
Ты же знаешь, я могу
лучше всех успокаивать.
Я буду подушкой, я буду ему
той женщиной, которая его обоймёт.
Я буду поить и кормить его,
я буду носить его на руках.
Да, он сейчас очень переживает из-за жены,
но я ему сразу сказала,
что из этого надо поскорее выскакивать,
иначе он будет импотентом.
Погоди, погоди.
Сбавь обороты.
Надо понять, что у него с женой.
Ты хочешь, чтобы у вас начался роман.
И вдруг он к ней вернулся?
Это будет в сто раз больнее.
И надо понять, что его
вчера так расстроило?
Не дави. Ты давишь всё время,
форсируешь события.
- Мужики этого боятся.
- Почему боятся? Что, я кусаюсь, что ли?
Нет, ну, конечно, кусаюсь иногда.
Но совсем в других обстоятельствах.
Они очень кайфуют.
Арина, я думала, у вас урок.
Я вам распечатала ноты для ансамбля.
У меня ученик заболел.
Вообще-то хорошо, когда учителя
задерживаются в школе для репетиций,
а не для своих посиделок.
Надо узнать его место и время рождения.
Дату я уже узнала, в интернете посмотрела.
Мой астролог сказал,
что он – тот самый человек.
Дом Солнца совпадает и Венера.
И по натальной карте у меня сейчас
как раз судьбоносная встреча.
Поэтому я думаю его позвать
в кино сегодня вечером.
Ничего страшного, что я первая позову.
В ситуации, в которой он
оказался, это нормально.
Я бы на твоём месте этого не делала.
Со стороны, поверь, это выглядит не очень.
Мужчина должен оставаться мужчиной.
Дай ему сделать первый шаг.
Он же охотник по своей природе.
А если он вообще ничего не делает?
А сколько ждать, сколько прилично?
- Ну, хотя бы… Сколько? Неделю.
- Ты чего? «Неделю». Я изведусь за неделю.
Три дня – это нормально.
Три дня ему на охоту, а потом уже,
извините, буду брать ситуацию в свои руки.
Ну хорошо.
- Мура.
- «Мура»?
Мы только её и пишем в загончике.
Скотинка на скромной зарплате. Работаем
практически за еду – сенцо, водичка.
Просто бесит.
Если что-то не по тебе, сразу козья морда.
Ну, вообще-то я думал, что я – ослик.
Но если тебе нравится, пожалуйста.
Хорош, ну хватит кривляться.
Ну давай, пошли дальше.
Алёнушка, помоги,
Баба-яга хочет меня съесть.
- Не будем работать сегодня?
- А это и есть работа.
Алёнушка, я лучше не умею.
Ты уже сейчас похож на лягушку.
Мне что, тебя поцеловать,
что ли, чтобы ты расколдовался?
Ну, чего?
Расколдовался?
Просто мне кажется, что важен
не масштаб того, о чём мы пишем.
Понимаешь?
Не острота, не злободневность,
потому что про политику,
я не знаю, про вирусы, про экологию
без нас расскажут другие люди.
Их очень много, они всё время это делают.
Мы должны быть честны в том,
как мы рассказываем о людях,
даже о самых обычных, понимаешь?
Людях с их обычными проблемами.
Мы должны быть внимательны и сочувственны!
Потому что мы живём в очень странное
время, очень хаотичное и страшное.
Может быть, мне не хватает больше всего
сочувствия в людях друг к другу.
Оно могло бы поддержать нас,
может быть, даже спасти.
И если мы будем честны в том,
как пишем, то, может быть,
зритель увидит в наших героях людей.
Может быть, это увеличит его шансы
увидеть людей рядом с собой.
Может быть, это сегодня
важнее любых больших тем.
- Ты будешь доедать?
- Чего?
- Ну, котлетку свою будешь доедать?
- Нет.
Ну…
Ну, вообще я с тобой согласна.
Я уж решила, что вы передумали.
С чего бы я передумал?
- Ну мало ли? В кино кто-нибудь позвал.
- «В кино»?
- Просто не знаю, вы столько ехали!
- Да.
Я шёл по памяти, где-то повернул.
Потом, думаю, уже должны
быть вы, а вас нет.
Оказалось, вообще другая улица какая-то.
- Всё в порядке у вас?
- У меня – да. А у вас?
Не знаю.
- Ну да, да. А что?
- Вы какой-то…
Какой? Нет.
Ну чего? Надо двигаться уже.
- К вам?
- К нам.
Ну что ж, давайте подвигаемся.
Слушай, у тебя есть зубочистка?
Спасибо.
Сейчас присмотрелся – вылитая.
- Кто?
- Крупская.
Отвали ты.
Я знаешь чего подумал?
Сходи на эти пробы. Серьёзно.
Если ты мучаешься, что упустишь шанс
в своей жизни, сходи. Чего ты теряешь?
Ну, если меня утвердят,
я теряю всё это. Наш с тобой проект.
Почему это?
У них съёмки через две недели.
Хаматова отвалилась –
и они срочно ищут замену.
А снимать будут полгода.
Ну, ничего. Загадаем?
Серия 6
Вчера вы не смогли приехать, потому что
играли концерт в клубе с группой. Джаз.
Вы пили после концерта, но немного. Пива.
Это как-то сейчас
должно на мне отразиться?
Просто мама волнуется,
что вы – алкоголик.
Да нет, я иногда только могу бутылку пива
выпить с ребятами после концерта.
Вы сейчас в роль входите или это правда?
Просто пошутил.
Старайтесь при маме не шутить.
Меня ваши шутки дезориентируют.
Иногда вы можете брать меня за руку.
Или вот так легко приобнять меня за плечо!
Вот. Больше не надо ничего, хорошо?
А вы? Вы как-то вправе меня касаться?
Ну, чтобы я был готов.
Я могу, допустим, вот так потрепать вас
по волосам как бы ласково.
Только тут меня не трогайте,
пожалуйста, у меня тут щекотка.
Далековато от головы. Я не могу вас
там трепать по волосам.
Арина, а вы уверены, что то, что мы
делаем, то, что собираемся сделать, это…
- Ну, то есть вы уверены?
- Решили дезертировать?
Ну вы же понимаете.
Если мы сейчас зайдём, то уже всё.
Послушайте, я нервничаю не меньше вашего,
даже больше.
Это моя мама всё-таки.
Если мы провалимся,
дальше жить с этим мне, а не вам.
Давайте вместе прекратим истерики,
отнесёмся ко всему этому как к игре.
Нас ждёт милый и уютный вечер в кругу семьи!
Взбодритесь.
Объясни мне, в чём проблема?
Это что, комплекс тактильности?
Не знаю, что это.
Ну, это выражение такое – «комплекс
тактильности». Я сейчас его придумала.
Это вот когда, например, родственники
стесняются друг друга в щёку поцеловать.
Когда друзья не обнимаются
друг с другом при встрече.
Есть люди, которые даже
детей своих не прижимают к себе.
А я, например, Машку постоянно тискаю,
хотя она уже отбрыкивается.
А я у тебя прохожу как родственник,
друг или дитё?
Ты – бывший почти муж.
Это всё равно что родственник.
Так что тебе нечего переживать.
Объясни мне, в чём проблема? Ответь.
Так, на чём мы остановились?
Да всё на том же. Я жду от тебя ответа.
Ты всё равно не сможешь так работать.
Ну ладно, давай попробуем.
Слушай, прямо одолжение мне сделал.
Пожалуйста, не надейся.
И вот эту вот тряпочку придётся снять.
Ну и, кстати, я хочу, чтобы ты мне
ответил, по какой причине ты отказывался?
Ну смотри, люди ходят. Мы же на работе.
А что, у вас на работе
романов не случается, что ли?
У нас не роман.
Зачем нам, чтобы другие думали,
что у нас роман?
Ну, во-первых, это только
повысило бы твой статус.
Во-вторых, не по фигу?
То есть ты боишься не того,
что у нас это действительно случится,
а того, что кто-то увидит, что ли?
А если так? Если я залезу под стол
и сделаю тебе это,
и никто не увидит, тогда ничего,
тогда нормально?
Тебя не смутит, что между нами
начались отношения, а?
Потому что не людей за стеклом
ты боишься, а себя.
Мама, мы пришли.
Мама!
Спит.
Вы уверены?
Типун вам на язык.
- Что такое типун?
- Больной такой прыщ!
- Откуда вы это знаете?
- Я его всегда желаю.
- Околдовываете?
- Да, и на метле летаю нагая.
Хотите есть?
Я последний раз ел ваш пирожок с вишней.
Рис, котлета.
Вопрос. Если этот диван
с сердцами постелить для нас,
то мы спим в проходной комнате?
И ваша мама – она будет ходить
мимо в любой момент?
Как всё же мы собираемся спать?
Вместе или отдельно?
Спать мы будем в любом случае отдельно.
Ростик, а ты руки помыл?
Нет. Бегу, киса!
- Добрый вечер. Мы вас разбудили?
- Это очень хорошо.
Жаль, что раньше не разбудили,
я же хотела вас встретить.
Ну наконец-то.
- Я руки мыть.
- Я вам полотенчико повесила.
- Ваше – в полоску.
- Спасибо.
- Мама, есть будешь?
- Нет, я на ночь уже нет.
- Ты что, не будешь его ждать?
- Мама, мы без церемоний.
Как знаешь, как знаешь. Вам жить.
Мам, пожалуйста, мы – взрослые люди.
Давай мы как-то сами будем
строить свои отношения.
Вы не хотите спать вместе,
потому что меня стесняетесь?
С чего ты взяла?
Мне показалось, я что-то услышала.
Или я не так поняла?
Это была шутка.
Я сказала Ростику: «Если ты не будешь есть
мамины котлеты, я тебя положу отдельно».
Да?
Как же хорошо, как душевно!
Слушай, у тебя не бывает такого,
когда кажется, что время сместилось?
Ну, вроде я – такая же,
как сейчас, но ещё там.
И вот этого времени между здесь и там
как будто не было.
Понимаешь, о чём я?
Да.
Я тогда думаю обычно,
что бы я стал делать такой,
как я сейчас, если бы оказался тогда?
Типа трахнул бы ты меня в ванной у Шубина
в первый же вечер?
Это ещё вопрос, кто кого.
Я во всяком случае такого не планировал.
Я что, тебе не нравилась?
Нет, ты была хороша
и всячески привлекательна!
Я просто не думал,
что могу заинтересовать тебя!
И потом… Я не считал себя свободным
человеком, меня ждала Юля в Челябинске.
И когда мы поехали
после спектакля к Шубину,
у меня не было мыслей в эту сторону.
Я, между прочим,
тоже ничего такого не планировала.
- Так ты спала с ним тогда? С Шубиным? Да?
- Ну конечно.
Чего, как ты думаешь, я звездой в театре
была, все главные роли играла?
Он обещал от жены ради меня уйти.
- Ты назло ему это сделала тогда.
- Ну, в каком-то смысле.
- Но ты всё равно был мне не безразличен.
- Ты знала меня полдня к этому времени.
Ну и что? В чём проблема-то?
Если я человека знаю – и он мне сразу
нравится, то я делаю это сразу.
Чего зря время-то терять?
И ты тоже интересный такой!
Я тебя знала полдня. А ты?
Ты тоже меня знал полдня, тебя Юля ждала.
Однако ты попёрся со мной, ничего тебя
не удержало, не стал упираться.
Это не было на меня похоже.
- Ты жалеешь, что ли?
- Нет, нет, это стоило того.
Ты про то, что было тогда
в ванной? Или про потом?
Про потом.
Я саму ванную очень плохо помню.
Я вот как раз… Я вот как раз
ванную помню хорошо, а вот потом…
Ну и что было потом-то?
Ну, я проснулся утром, тебя рядом нет.
В коридоре голоса.
Как я понял потом, это мама Машку завела.
Нашёл штаны, трусы надел.
Очень хороший свет был в окне.
Открывается дверь, входит Машка. Топ-топ!
А я даже не знал, что у тебя ребёнок.
- Сколько ей тогда было? Три?
- Три с половиной.
И говорит: «Привет. Как тебя зовут?»
«Костя, – говорю. – А тебя?»
«Маша Виноградова.
Смотри, что у меня есть».
У неё как раз был
период этих лошадок, помнишь?
А потом мы пошли с ней на кухню готовить
завтрак, потому что ей надоели хлопья,
которыми ты её кормила всё время.
- Ты ещё скажи, что я – не мать, а ехидна.
- Мы сделали с ней омлет.
Она говорила «амлет», потому что ам!
Болтала в миске его, потом ела только
из моей тарелки, потому что вкуснее.
А ты смеялась.
И, знаешь, очень сошлось всё – Москва,
премьера пьесы моей и этот как бы успех.
И ты, и эта ночь, совершенно
безумная и неожиданная!
И Машка утром, и этот свет в окне.
Если в конце жизни спросить человека,
когда он был счастлив по-настоящему,
я думаю, что вспомнится
несколько отдельных секунд.
Немного, очень немного, как снимки,
как фиксация, как ощущение момента.
У меня был билет на вечер в Челябинск.
Ты же сказал, что не покупал билет.
Я немножко сошёл с ума.
Жаль, что люди начинают с такого счастья,
а за три года умудряются всё испохабить!
Может быть, нам чаще надо было с тобой
рассказывать про такие штуки?
Тут же дело в том, что мы понимаем это
не сразу, а когда пройдёт время.
Может быть, не раньше,
чем мы этого лишаемся.
Мы не сможем его сами сдвинуть.
Почему? В чём проблема?
Вот я сама могу его сдвинуть.
Я говорила: «Это тяжело».
Почему ты никогда меня не слушаешь, а?
Ариш, покалечишься же.
Я же не одна его буду двигать, я надеюсь.
- Я и так вижу, что он не пройдёт.
- Пройдёт. Ну?
- Арин, на мой взгляд…
- Что значит «на мой взгляд»?
- Есть цифры. Для чего надо было мерить?
- Цифры говорят, что мама права.
Не связывайтесь с ней. Это бывает.
Она устаёт на работе, нервничает.
- Сейчас немного побузит – и успокоится.
- Мама, это что за странный тон?
Ты говоришь обо мне так, будто я –
сумасшедшая: «Не связывайтесь.
У неё так бывает».
- Это что вообще такое?
- Вот.
- А ты чего молчишь?
- Я что-то должен сказать?
Тебе говорят, что я – ку-ку!
И ты соглашаешься, что ли?
Ты с кем приехал жить?
С мамой или со мной?
- Арина!
- Да что «Арина»?
Ну всё, проходит.
Ты чего стоишь? Давай помогай.
Поехали.
Господи боже мой!
- Ковёр.
- Давай, давай.
Давай, давай, давай, давай.
- Поздно уже. Соседи.
- Пусть идут лесом.
Ариш!
Ну Ариша! Ну просто…
Ну ты сейчас всю стену снесёшь.
Мама, иди посиди на кухне, чаю попей.
Вот, меня уже выгоняют в собственном доме.
Надо на спинку. Вот так.
Мы, конечно, можем это сделать,
я далёк от того, чтобы противоречить.
Но я только хочу заметить,
что так он тоже не пройдёт.
Сначала надо попробовать.
Осторожно, ноги.
Господи!
Нет, я не понимаю, не понимаю,
для чего это нужно сейчас делать, а?
Тем более посреди ночи.
Потому что тебе в голову взбрело?
Тебе и я, и Ростик сказали.
Ну не пролезает этот диван.
Не пролезает.
Ну послушай ты разумных людей хоть.
Мама, хватит давать советы.
Серьёзно, это уже невыносимо.
Он у меня именно из-за этого не пролезает.
Я могу сделать так, как я хочу?
Я сказала: «Я не буду спать
в этой комнате».
Мне это неудобно. Значит,
я не буду спать в этой комнате. Всё.
Можешь спорить сколько угодно.
Диван не пролезает.
Это очевидно.
Это твоя глупая, такая баранья упёртость!
Нет вообще никаких мотивов.
Она с детства такая – девочка наоборот.
Я себя с ней так и вела:
«Вот сейчас все ребятишки пойдут спать,
а Ариша будет сидеть одна
на кухне, одетая, в темноте».
Оглянуться не успевала –
всё, а она уже в спальне.
125-й раз: «Ариша…
Когда она была маленькая,
она была таким сложным ребёнком,
с ней было так трудно!
Ариша, тебе в жизни будет
очень тяжело с таким характером».
Так и есть.
Человек к нам приехал, а ты разыгрываешь
какие-то показательные выступления.
Вот он сейчас соберётся и уедет.
И я его пойму.
Давай. Собирай свои вещи, уезжай.
Боже мой! Ростислав, не слушайте её,
я вас умоляю, не слушайте.
Арина, хватит, хватит.
Ну чего ты добиваешься? Чтобы что?
Меня на скорой увезут,
Ростислав уедет. И что?
Мама, хватит манипулировать
своим здоровьем.
Я ради твоего здоровья
что только уже не сделала.
То есть ты считаешь,
что это я виновата, что я больна?
Ты – очень жестокая.
В кого ты такая?
Почему надо быть обязательно в кого-то?
Никогда не думала,
что у нас будут такие отношения.
Хватит играть, хватит всё это изображать.
Я не могу, у меня уже сил нет
это терпеть всё.
Мам!
Мам, ну хватит.
Мам, ну куда ты пошла?
Мама, прости.
Прости.
Когда я был маленький,
у меня мама с папой часто ругались.
А бабушка тогда ещё была жива.
Она выходила и говорила:
«А давайте чаю попьём».
Хорошо так говорила!
А давайте чаю попьём.
А что? Моя бабушка всегда так говорила:
«Чай решает все проблемы».
«Бухгалтерия»?
Чего?
Я что, у тебя написана
словом «бухгалтерия»?
А что ты вообще лезешь в мой телефон?
Это неэтично.
И потом… Нет, с чего ты взяла?
У меня бухгалтерия – это бухгалтерия.
У меня есть контакт бухгалтерии,
мы с ними переписываемся по делу иногда.
По какому делу ты
с бухгалтерией переписываешься?
- Покажи.
- Не покажу.
Покажи, как я у тебя написана.
Не покажу, потому что…
Не покажу принципиально.
Ты почему так со мной разговариваешь?
Слушай, покажи.
Я только что тебе позвонила.
- Я у тебя написана словом «бухгалтерия»?
- Ты с ума сошла?
Почему ты так себя ведёшь?
Объясни мне, пожалуйста.
Ты что, стесняешься назвать меня
моим личным именем?
Знаешь почему?
Потому что твоя кошёлка
тебя может спросить:
«Кто это с тобой работает? Какая-то Кира?»
Она знает про меня? Она знает, кто я?
У тебя что, женщин не может быть
на работе? Что это такое?
- Послушай…
- Тебе не стыдно?
- Мне просто так проще.
- Да что значит «проще»?
Тебе самому не стыдно?
Ну ты же как подкаблучник какой-то,
ты же как трус.
Не можешь написать меня?
Если вам нужно будет ночью в ванную,
идите спокойно, я ничего.
Хорошо.
Мам, только я тебя очень-очень прошу,
умоляю, не заходи к нам без стука.
Даже со стуком не надо.
Ты что? Я же всё понимаю.
Спокойной ночи.
Храни Господь!
«Девочка наоборот»?
Да уж…
Я понимаю, как вы видите
эту ситуацию. Пришли в чужой дом.
Сделали доброе дело,
согласились на эту авантюру.
Думали, будет нормальная семья,
относительно мило!
В воскресенье же так и было почти.
Тут две сумасшедшие тётки устроили
скандал совершенно из-за ерунды!
Истерика, слёзы.
Вы думаете: «Я попал.
Зачем мне это нужно вообще?
В баньке тихо, спокойно. Надо валить».
- Можно вопрос? Мы на ты или на вы?
- Проще на ты, конечно.
Хорошо. Тогда вы – первая.
Хорошо.
Ты. Всё. В общем, я что хотела сказать?
Всё не так, мы не такие уж…
Просто сложный день.
Я понимаю, вы переживаете из-за мамы.
Ты.
Мама переживает из-за меня.
Короче, ты не уезжай пока в свою баньку.
Потерпи ещё несколько дней хотя бы.
- Что вы делаете? Зачем вы тут?
- А где?
И не вы, а ты, кстати.
- Ты – там, я – здесь.
- Нет, нет, ты – гость.
- Я – гость, но я – мужчина. Вставай.
- Нет.
Сейчас Ариша будет лежать
на жёстком холодном полу.
Ей будет неудобно,
она будет вертеться всю ночь.
Не работает, вообще не работает.
А Ростик будет спать на мягкой
тёплой кровати под одеялком.
Никакой больной спины наутро,
никаких сквозняков по полу.
Я не слышу, я не слышу.
Серия 7
Ростислав!
Вы давно проснулись?
Нет, где-то час, наверное.
Вот книжку хорошую нашёл. «Домоводство».
«Иногда дети зовут друг друга Петька,
Гришка, Майка, Зойка и так далее.
И наделяют друг друга
различными кличками и прозвищами.
Родители не могут оставлять всё это
без внимания! Нужно разъяснять детям,
что кличками и прозвищами
они оскорбляют других детей».
Давай уберём постель,
пока мама не начала ломиться.
Вы не заболели? Ты.
Утро. Привыкай.
Что?
Смешно. Мы – как в кино.
Жизнь показывает эпизоды,
мы что-то пропускаем.
В кино пропускают скучные фрагменты.
А у нас – быстрое знакомство.
Тот первый неловкий секс.
И раз – уже в пижамах.
Спим отдельно.
Пора разводиться.
Но у нас есть возможность пережить
отдельные прекрасные моменты!
Первый семейный завтрак
после бурной ночи в домашней кровати.
Кстати, да.
Надо договориться, как ночь прошла.
Было?
Ты что, думаешь,
мама может напрямую спросить?
Может.
Ну, тогда, я думаю, было. Ну было, было.
Ты тогда веди себя
при маме соответственно.
- Это как?
- Как ты себя ведёшь утром после секса?
- Так же, как утром и без секса.
- Господи!
- А у тебя есть заметная разница?
- Конечно.
Сейчас я скажу. Я более рассеянная.
Лёгкая улыбка появляется иногда.
И такая как бы внезапная дрожь.
Ощущение, что всё хорошо.
С нетерпением жду завтрак.
Хочу всё это увидеть.
Если я буду счастлива, а ты –
такой, как вчера, получается,
ты для меня всё сделал, а я тебе – ничего.
Ты тоже подыграй.
Ты же три года ходил в театральную студию.
Давай, погрузись.
- Ну, было что-то такое.
- Что? Когда?
Вот это?
Нет, не это, вот перед этим.
Нет. Ещё.
Вот. Во, во.
- Так и идти?
- Ну да.
Прости, пожалуйста,
напомни, как маму зовут.
Анна Петровна.
- Любишь оладьи?
- Ну, не знаю. Я их так давно не ел!
Господи, я сейчас заплачу!
Вопрос. Нам надо на кухню
как-то с выходом заявиться?
Или я могу сначала сходить в туалет?
Иди, только недолго, я тоже хочу.
Ты меня напугала.
Так и до обморока недалеко.
Привет.
А где Ростик? Спит ещё?
В тубзик пошёл.
Ну как?
- Чего, мам?
- Как ночь прошла? Как спали?
- Кровать же совсем узкая.
- Пристроились.
Я вам точно не мешала?
Ну, мне показалось,
что вы меня как будто стесняетесь.
С чего ты так решила?
Может быть, я, конечно,
спала – и ничего не слышала.
Мам, подожди, ты хочешь
и это контролировать?
Хочу только одного –
чтобы ты была счастлива.
А если, допустим, кровать старая
и скрипит, какое уж тут счастье?
И ему, Арина, это тоже нехорошо.
Он не скажет, но подумает.
Для мужчины это ещё важнее.
Хочешь, чтобы он опять в свою баню ушёл?
Знаешь, когда баня свободна,
это большой соблазн.
Доброе утро, Анна Петровна.
- Не надо по отчеству.
- Ну не Аня же.
Просто мама. А я оладушки пеку.
Скоро завтракать будем.
- Ростик, всё в порядке? Ты выспался?
- В каком-то смысле.
Я была права.
Невозможно на этой кровати спать вдвоём.
Посмотри, у тебя лицо – как у мученика.
Разве?
Я понимаю, Ростик, ты – человек вежливый,
тебе неловко сказать.
Но я и так всё вижу.
Но имей в виду, сплю я очень крепко.
Можно стучать, скрипеть,
издавать необходимые звуки.
Я не проснусь.
Ты, главное, знай, я – на твоей стороне.
Спасибо, мама.
Я пойду зубы почищу, хорошо?
Зачем ты меня спрашиваешь?
Это твой дом.
Для меня-то зачем?
У тебя что, был сейчас с кем-то секс?
Мама?
- Фу, ты что?
- Что значит «фу»?
Ну, не в смысле, что мама – фу,
в смысле – фу, что ты такое подумала!
Мне нужен другой вариант
лица после секса, тот не работает.
Причём я не готов взять на себя
ответственность за провал.
Мне изначально этот вариант
не очень нравился, когда ты его выбрала.
Выбрать бы получше…
Не-а, это не после секса, это до.
Как будто ты готов трахнуть и меня,
и маму, и соседку, и собаку на улице.
- «Собаку»?
- Опять фу?
Сколько у тебя ограничений!
Чего мама-то сказала?
Сказала, что крепко спит.
И если я займусь с тобой сексом,
она меня поддержит.
Дети, через десять минут – завтрак.
Ты чего?
Думаю, как маму успокоить в перспективе.
Как ты думаешь,
это в той комнате будет слышно?
Ну, если дверь закрыта, то вряд ли.
Вот это уже похоже.
Обалдел ты.
Мне надо понять пределы.
- Это, наверное, перебор, да?
- Это она сейчас точно слышит.
Прямо сейчас, в данный момент.
Реально?
Она нас сейчас слушает 100 процентов.
Я не хочу, чтобы она подумала,
что я раз – и всё.
Примерно так и было однажды.
Я уже говорил, я объяснял почему.
Я извинился.
Не очень хорошо с твоей стороны
припоминать сейчас всё это.
Я бываю лучше.
Ты много болтаешь. «Я бываю лучше».
- Хочешь, докажу прямо сейчас?
- Держи себя в руках.
Ты хотя бы постанывай.
Ты же не хочешь, чтобы мама подумала,
что ты – холодная, как скумбрия.
Я не буду стонать, как идиотка!
Ты не похож на человека,
который заставит меня стонать.
Ты пробовала один раз,
первый раз вообще не считается.
Ты тоже, извини меня…
Я не могу сказать, что зажигалка.
Я же не могу сам от себя заводиться,
ты тоже должна что-то делать.
А я должна была изображать страсть к тебе?
Зачем ты со мной тогда вообще пошла?
В тебе не было ни страсти,
ни желания ко мне.
Ты легла со мной в постель
от отчаяния? Больше не с кем было?
- Меня уговорила подруга. Надя.
- Наша Надя?
- Это в которой мы квартире…
- В которой, да.
Она считает, что это необходимо
для женского здоровья.
У меня давно не было,
так сложились обстоятельства.
Не у одного тебя личная драма.
То есть это Наде нужно, чтобы ты сексом
занималась? Сама ты не нуждаешься?
Когда есть объект страсти, нуждаюсь.
А если так, ради здоровья,
какой смысл? Не очень.
Да, я тоже не кобель, как выяснилось.
Не хочешь помочь?
Я уже устал за двоих отдуваться.
Ты же умеешь подстраиваться под партнёра?
А ты?
Но я первый начал.
Но я же девочка.
Ну хорошо, давай задавай ритм.
Как тебе приятнее?
Я подхвачу.
Ты сделай лицо, как во время секса.
Тебе это поможет.
Так? Не знаю, не уверен.
О том и речь, а так надо два часа.
И что, есть люди, которые могут?
Те, которые целый день
с перфоратором работают, наверное, могут.
Потом их колбасит – не остановишь.
Ладно, всё.
Я устала.
Нет, нет, нет, ещё не всё.
Мама думает, что мы меняем позы.
А сейчас какая, по-твоему?
Ты – сверху.
А с перфоратором до этого,
получается, был ты?
Получается, так.
Ну всё, твоё самолюбие удовлетворено?
Ты теперь гигант секса?
Или нам надо ещё полчаса поскрипеть?
Ну ты хоть пикни, как будто получила
удовольствие. И закончим.
- Как пикнуть?
- Ну, как ты это делаешь, когда…
Я делаю это молча.
Ну хоть лицо меняется?
Или совсем как партизанка?
Я на себя в это время в зеркало не смотрю.
Слушай, если ты такой
эмоциональный, пищи сам!
- Мама поймёт, что всё закончилось.
- Я не пищу.
- Это что было?
- Это был ты.
Я так не делаю.
Вот именно так ты сделал
в нашу памятную встречу, когда покакал.
- Фу!
- Чего ни скажи, всё тебе фу!
Не мухлюй.
Я всё.
Обиделся, что ли? Ну правда?
А я скажу, что, по-моему, был момент,
когда тебе было небезразлично
и даже хорошо.
А я не говорила, что мне было плохо.
Не пора ли нам на завтрак?
- Как? С лицом выходить, без лица?
- Как хочешь.
Сейчас интереснее на её лицо посмотреть!
- Давай, удачи. Я – в ванную.
- Стой, не бросай меня.
Ростик, всё готово. Заходи.
Ростик, можно с тобой
посоветоваться по-матерински?
У нас соседи снизу очень эти…
Как сказать? Проблематичные.
Они твоё присутствие у нас
заметят обязательно так или иначе.
Посплетничают, весь дом узнает
рано или поздно.
Мы тут живём всю жизнь,
все дети друг у друга на глазах выросли.
Меня начнут расспрашивать:
«А кто это у вас?
Кем он Арине приходится?»
Что им отвечать, как думаешь?
Мне кажется, Анна Петровна, можно выбрать
вариант, который вам больше по душе.
И пользоваться им.
А если я скажу, что ты – её жених,
что вы подали заявление, всё серьёзно?
Ты не будешь возражать?
Ну, тут ещё есть вопрос,
как Арина к этому отнесётся.
Ну, отношение Арины во многом зависит
от твоей настойчивости.
Я помню, ты говорил, что готов ждать
её столько, сколько потребуется.
Но ведь так можно всю жизнь прождать.
Надо действовать.
Ты можешь. Я вижу, в тебе это есть.
Поднажми на неё – она согласится.
Подождите, мы всё ещё обсуждаем
вариант для соседей или уже…
Ну, лучше всегда говорить правду людям,
соседям – тем более.
- Ты меня понял.
- Теперь – да.
И если тебе нужна моя поддержка
в этом вопросе, только скажи.
Что у вас с лицом-то у всех?
А что у нас? Ничего.
Обо мне говорили?
Да. О тебе, о Ростике,
о вашей дальнейшей жизни совместной.
Ты садись, я не буду вам мешать.
У меня передача начинается,
программа эта по «Культуре» моя любимая.
Забыла, как… Давайте, давайте. Остынет.
Ну, ты как хочешь, а я буду есть.
Что было?
Мама считает, что я всё-таки должен
добиться твоего согласия на брак.
А то что мы тут живём, кроватью скрипим?
Надо определяться.
Соседи опять-таки не в курсе.
Ты найдёшь момент, скажешь маме,
что ты не готов к свадьбе,
не готов к обязательствам.
Ты ещё слишком молод.
Соберёшь вещи – и уедешь.
Ты выставляешь меня каким-то козлом,
который живёт, пользуется!
Ест оладушки, а теперь не хочет жениться.
Скажи, что это ты не готова,
что это ты хочешь, чтобы я уехал.
А то ты такая белая и пушистая,
всё ради мамы!
А на самом деле использовала меня –
живого человека.
А теперь хочешь нанести маме удар
ради своих эгоистических интересов!
- И выставить меня козлом и интриганом!
- Да ты недолго будешь козлом!
Просто выскажешь – и уйдёшь.
И мама тебя никогда не увидит, и ты её.
Что значит «недолго»?
В её памяти я буду козлом навсегда!
Какая тебе разница,
кем ты будешь в чьей там памяти?
Главное, что тебе это никто
не скажет в лицо.
Я чувствовать себя буду козлом!
Я этот груз моральный буду
всю жизнь в себе носить.
Тебе это не знакомо?
Но это же неправда,
ты же притворяешься козлом!
- На самом деле всё не так.
- Для мамы это будет реальный удар.
Неважно, играю я или нет.
Поэтому я буду вполне реальным
козлом, а не выдуманным!
Подожди.
Ты сейчас что, хочешь сказать,
что я тебе говорю «уезжай»,
а ты тут как бы что,
будешь жить против моего желания?
Если ты так хочешь, я, конечно, уеду.
Я готов уехать когда угодно,
хоть сию минуту.
Но дело не только во мне теперь.
А ещё в одном живом человеке, которого ты
втянула в свои игры по слабости характера.
И вы с мамой за столько лет не смогли
установить доверительных отношений!
Обманываешь пожилого человека, больного.
Ты что, думаешь, вы мне так сильно нужны?
Я прямо хочу тут с вами жить
на коврике, как собака Шарик?
Скрипеть кроватью в каком-то ритме?
Это не твоё дело – судить об отношениях
с мамой, о которых ты понятия не имеешь.
Ты согласился – всё,
ты должен играть по моим правилам.
Не должен.
Тогда знаешь что?
Сейчас собирайся и иди отсюда на хрен!
И я сама расскажу то, что ты
мне якобы сейчас рассказал.
- Что я рассказал?
- Что ты не готов к отношениям.
И что слово «свадьба» тебя напугало
до усрачки! И что ты, в сущности, козёл!
Давай собирайся.
Тогда… Знаешь, что я сделаю?
Знаешь, что я сейчас сделаю?
Я сейчас пойду и скажу маме, что всё,
что ты обо мне расскажешь, неправда.
Вот ты козёл и есть, оказывается!
- Я вызову милицию.
- Это уже глупость какая-то!
- Подумай сама, что ты им скажешь?
- Тогда – скорую. Я скажу, что ты – псих!
Да, эта идея намного лучше.
Давай вызывай.
Иди на фиг!
Мы оказались в этой точке только потому,
что ты не можешь сказать маме правду.
И чем дольше ты врёшь,
тем становится только хуже.
Если тогда ты боялась, что мама огорчится,
теперь она огорчится ещё больше.
А дальше – ещё больше.
Спасибо, Анна Петровна.
Оладьи – восхитительные!
На здоровье, Ростик.
Ладно, как ты представляешь себе
дальнейшее развитие событий?
Мы что, в ЗАГС пойдём?
Ну, мы же можем сказать, что мы сходили.
Ты же знаешь маму, а рубашку рвёшь за неё.
Ты ещё не понял,
что она пойдёт вместе с нами?
И заявление подавать, и расписываться.
Как ты себе это представляешь?
Фальшивый паспорт,
чья-то подпись, усы себе наклеишь?
- Что?
- Поглажу.
Спасибо.
А свадьба?
Мама захочет свадьбу.
Ты ещё с нашими родственниками незнаком,
с твоей стороны родственники.
Мама обязательно захочет их увидеть.
Или ты скажешь, что ты –
сирота из детдома?
Давай, эта жалость
добавит ей любви к тебе.
Так далеко я не думал!
Так подумай, поищи вон в «Домоводстве»,
что там пишут о таких ситуациях в семье.
Что правильно, что неправильно.
«Платье-халатик для будущей мамы.
Уход за грудным ребёнком.
Соусы к рыбным блюдам.
Арбузы солёные, сушка груш.
Трусы для мальчика, матроска.
Перевод нагрудной вытачки
под кокетку в сборки.
Шапочка Буратино и шарфик.
Очистка замёрзших стёкол.
Как продлить жизнь ёлки?»
Может, сказать, что мы просто
не сошлись характерами?
Оба. Это обоюдное решение.
Важно вовремя разойтись,
чтобы потом дети не страдали.
- И ты не козёл сразу!
- Так вдруг не сошлись?
Только что всё нормально было.
Чтобы не сойтись, нужно время.
- Сколько?
- Не знаю.
- Я за час могу понять.
- Я, может, за пять минут могу понять.
Только это не наша история,
мы прошли сильно дальше.
- Три дня, четыре?
- Не знаю, решай сама. Твоя мама, не моя.
До выходных.
В субботу объясняемся, ты сваливаешь.
В воскресенье я отдыхаю.
До субботы я постараюсь дотерпеть.
Кто только всё это будет играть?
А кто всё это будет снимать?
Серия 8
Надо убить маму.
Что ты смотришь? Нашу маму надо
на хрен замочить!
- Анну Петровну?
- Другой у нас нет.
- Давай не будем.
- Блин!
Хорошо.
Давай обсудим.
- Зачем?
- Чтобы всем стало хреново!
Что у нас всё время сопли в сахаре,
апипя, сюськи-пюськи?
В жизни так не бывает, в жизни всё жёстче.
В жизни всё страшнее, по-уродски всё!
В жизни только человек настроился
на позитивную волну – хренак, всё, облом!
Сдохни, сдохни, собака,
со своими надеждами и планами.
- Что-то случилось?
- У меня? Нет. У меня всё зашибись.
Я тебе рассказываю, как в жизни бывает.
У Арины мама больна. У неё онкология.
А мы используем её ситуацию
ради нашей истории.
А что у неё на самом-то деле?
Какой диагноз? Сколько ей осталось?
Человек химию делает.
Она, по идее, должна
еле притаскиваться домой.
Пластом лежать.
А она всё завтраки готовит, скачет.
Вообще я хочу, чтобы люди понимали,
что жизнь – это боль.
Они полюбили старушку, думают,
всё так и будет теперь – завтраки,
оладушки, кроватки.
А оно хренак – и всё! Похороны, слёзы.
Гадская верёвка, что ты хочешь от меня?
А ты чего опоздал?
Что, ты не мог позвонить?
Наряжался, что ли?
Хорошо, допустим, мы убили Анну Петровну.
Дальше что делаем?
Дальше как раз всё ясно.
Дальше всё понятно. Они, понимая, ч…
Вернее, так.
Они, думая, что они были нужны друг другу
только ради мамы,
понимают, что всё не так.
Но бо… но боятся признаться друг другу.
И вот начинается их сложный путь,
омрачённый трагедией
потери близкого человека.
Их путь друг к другу.
Этот путь друг к другу у нас
начинается только в восьмой серии, да?
Даже с конца восьмой начинается.
А в восьмой он помогает ей всё это
пережить, всю эту ситуацию организовывает.
И, кстати, Надя может здесь их засечь.
Надя понимает, что Арина была с Ростом.
Возникает дополнительная трагедия
потери близкой подруги.
И Надя в порыве может даже
покончить с собой, отравиться.
Что? Так бывает.
Но она не будет этого делать до конца,
потому что у неё же всё-таки ребёнок.
Поэтому она вовремя останавливается.
Арина вынуждена уйти из школы.
Здесь же работает Надя.
И теперь все уже знают,
что вот такая история.
Что Арина переспала с Ростом.
Коллектив её осуждает – Арину.
Надя вообще не хочет с ней разговаривать.
И вот Арина больше не может жить
в этой ситуации, она уходит из школы.
Чтобы не голодать, она ищет себе
учеников, частных учеников находит.
Или знаешь что? Нет.
Лучше она пусть… Лучше пусть
она идёт в кабаке играть.
Ночами играет.
И пить начинает.
Ну что? Запивает. Это нормально.
Квасить начинает.
И вот эта ситуация вся её так доводит,
что она практически тоже
пытается покончить с собой!
Но она… Но она режет вены.
Ну хватит. Я серьёзно тебе говорю.
А Ростик успевает её спасти.
И в этот момент выясняется,
что она беременна.
Потому что, ну, потому что тогда,
когда он её успокаивал,
когда мама померла,
от трогательности момента они трахнулись.
Что? Так бывает.
«Большая секунда». Автор – Кира
Виноградова. Все права защищены.
Слушай, мне нравится многое.
У меня даже есть предложение к тебе.
Смотри, Надя тоже беременна.
Когда были поминки, Арина выпила
успокоительное и уснула.
А Надя всё убирала, помыла всю посуду
и попросила Роста проводить её до дома.
И там прямо в прихожей
набросилась на него.
Это было на таком эмоциональном градусе!
Такое бывает.
И вот они, беременные, лежат
в одном роддоме.
Но на разных этажах.
И Ростик бегает между ними.
Одной – яблоки, другой – апельсины.
И просит врача не выписывать их
в один день.
Но врач забывает, у него много рожениц.
И Ростику надо принять решение,
кого встретить с цветами, а кого бросить.
Любит он Арину, но у неё девочка,
а он хотел мальчика.
У Нади есть мальчик,
но Надю он не любит.
И он принимает решение поменять детей.
- Такое бывает. В роддомах путают детей.
- Слушай, пошёл ты в жопу!
Свинячья машинка, что ты хочешь?
Ну?
Что случилось? Расскажи.
Всё случилось.
Знаешь, кто будет играть
Крупскую? Ходченкова.
- Как они могли?
- Хватит. Хватит уже стебать.
Я вообще не стебусь.
Ты была бы лучшей Крупской, правда.
А кто Ленина-то?
Не знаю, Машков какой-то там
или Хабенский. Я уже не помню.
Я ехала и в новостях в интернете услышала:
«Вот начались съёмки. Крупская…
В главной роли…» Тра-ля-ля!
Я, между прочим,
хорошо сыграла на съёмках.
И режиссёр меня хвалил и спрашивал
о моих планах, что я в театре играла.
Даже сказал, что хочет взять немедийных.
В результате всё равно
потом берут медийных.
Козлы, блин!
Я понял.
Мы убиваем маму из-за Крупской.
Ну как ты, Ростюша?
Что-то плохо выглядишь.
- Ты нормально себя чувствуешь?
- Я тебе звоню.
Ты мне звонишь? В смысле?
Зачем ты мне звонишь?
Жанна, мне уходить, у меня работа.
Я тебя уже 40 минут жду.
А где телефон? Я что, в машине его забыла?
Надо забрать. Как считаешь, надо забрать?
Ладно, мы быстро, ничего не случится.
Хотя мне должны звонить.
Я заказала полотенца в салон.
Потрясающие полотенца
из бамбука! Новая серия.
Экологически чистые. Тебе не нужно?
Ты что пил? Кофе?
Ладно, не буду уже заказывать,
нет времени.
- Так, что мне нужно от тебя?
- Жанна!
Мне тоже многое надо с тобой обсудить.
Но я теперь не знаю как.
- У меня же не на две секунды разговор.
- Сейчас, подожди.
Сначала я, а то ты меня собьёшь –
и я всё забуду.
- Что у тебя с работой? Нашёл?
- Я пока…
Мне предложили… Я – в музыкальной школе.
Преподаёшь? Прекрасно!
Значит, ты теперь устроен и можешь
решить вопрос со своим жильём.
Мне звонил Никитин, им пора сносить баню.
Им неудобно тебе сказать.
Но ты их задерживаешь.
Ты можешь съехать?
- Прямо сейчас?
- А что? Ну, хотя бы завтра.
- Хорошо. Мне надо только вещи забрать.
- Чудесно!
Жанна!
- Я всё-таки хотел про нас поговорить.
- Да, обязательно.
Мы для того и встретились. Подожди, ключи.
Ключи от нашей квартиры у тебя с собой?
Тебе же они больше не нужны.
Я хочу их Артуру отдать.
Я не нашла ещё один комплект.
Там вот этот ключ с ямочкой.
Его уже не сделать.
Ну и вообще… Что это они у тебя?
Как-то это некрасиво!
Я час назад уже должна была
быть на Ленина.
Я уже три раза им сказала,
что еду, буду через пять минут.
А сама – к тебе.
Слушай, я тебе там вещи привезла.
Пойдём заберёшь, а то потом забудем.
Что-то ты мне не нравишься.
У тебя нет депрессии?
Уже сто раз звонили.
Я подала заявление на развод. Нужно будет,
чтобы ты пришёл и подписал потом.
Это быстро – пять минут.
У нас же нет детей.
Что-то… Ты вроде хотел
поговорить о чём-то?
В другой раз.
Прекрасно!
Слушай, у меня есть отличный психолог!
Если ты тяжело переживаешь расставание,
он тебе поможет.
Не отказывайся, нечего тут стесняться.
Я тебе скину контакты.
Всё, потом, а то уже всё, спешу.
Скажешь – от меня.
Ну вот если бы ты, ты, Костя,
был на моём месте, что бы ты стал делать?
Ну как я на твоём месте?
У меня не было бы этой проблемы.
Мне же твоё актёрство
и на фиг не сдалось, правда?
Нет, ну если бы ты хотел быть актёром.
Вот ты с твоими мозгами,
но на моём месте.
Ну… Ну я бы, знаешь, наверное,
ходил в свободное время на пробы.
Как хобби. Я сделал бы это хобби.
У всех есть слабости творческие.
Кто-то там фотографирует,
кто-то в караоке поёт.
Ну ни фига себе хобби!
Вообще-то это моя профессия.
Можно сказать, дело всей моей жизни.
Ну, оно останется делом твоей жизни,
которое не приносит тебе
ни денег, ни удовольствия.
И мучит тебя, когда ты занимаешься им.
И когда ты не занимаешься.
Такое досталось тебе дело твоей жизни.
Ну что тут поделаешь?
Ну что, ты хочешь сказать, что я –
неталантливая и не смогу стать звездой?
Конечно талантливая.
Но дело-то не в этом.
Стать звездой после сорока,
прости, дорогая, очень трудно!
Ролей очень мало для этого возраста.
А известных актрис этого возраста –
их как собак нерезаных.
Потому что известными-то они стали раньше,
когда были моложе.
Когда ролей было больше для них.
А теперь так получается,
что предложение превышает спрос.
И вскочить в этот поезд из ниоткуда
практически невозможно.
Ну что, раз, два, три, ёлочка, гори.
Синим пламенем.
Та-да!
Так, давай теперь сублимируем
вот эту вот мощную энергию,
которая во мне завелась, в работу.
На чём мы с тобой остановились?
Ты хотела убить маму.
Мамочка! Мама!
Ой, Ариш, ты быстро прибежала!
- Ты как, что? Давай скорую.
- Нет, нет, нет, мне уже лучше.
Сейчас совсем будет хорошо.
Ты пришла – и совсем будет хорошо.
Уверена?
Нет, нет, нет, нет, нет.
В больницу увезут. Не хочу.
Смотри, отпустило. Даже нормально.
Мне так неловко,
что я вытащила тебя с работы!
Я испугалась.
Мам, всё ты правильно
сделала, что позвонила.
Ой, девочка моя! Как хорошо,
что ты у меня есть!
Вот ты приходишь – и мне спокойно.
Бедные люди, у которых нет детей!
Бедные люди!
Вы уже думали о ребёнке?
Я уверена, что Ростик будет хорошим отцом.
Ему это нужно.
Я вижу.
- Мы подумаем.
- Я знаю, Ариш.
К сорока рожать уже тяжело.
Надо же ещё воспитать.
Я вряд ли буду хорошим помощником.
- Если вообще буду.
- Мам, я не хочу это слышать.
Ты будешь жить долго, всё.
Знаешь, мне Ростик
чем-то папу твоего напомнил.
Какой-то своей ранимостью.
Я ведь, как папу твоего,
больше никого так сильно не любила!
У тебя что, был кто-то ещё после него?
Конечно был.
Я ведь женщина.
И не один.
Я в дом никого не привела.
Не хотела тебя ранить.
Между мной и тобой я выбрала тебя.
Мам, прости меня.
- За что?
- Ни за что, просто прости, и всё.
Я тебя очень люблю.
Так, пошли, мне уже получше.
Тебе ещё в школу вернуться надо.
- Мам, ну какая школа?
- Не спорь со мной.
Проводишь меня – и беги.
Какая погода стоит!
Какая жизнь прекрасная штука!
Да я знаю, что всё это дурь
про маму и полный бред!
Я просто хочу, чтобы ты понимал,
откуда это всё идёт.
Дело не в том, что я обижена на весь свет.
Просто как будто бы живём отдельно,
а пишем отдельно.
Как будто мы живём сложно,
а пишем примитивно.
Можно подумать, что у нас какой-то
большой концертный рояль.
На котором мы играем
только «Чижика-пыжика».
И самое смешное,
что нас же никто не заставляет.
С палкой никто не стоит, мы сами выбираем.
И всё равно…
Ну вот ты.
Ты же в прошлом драматург.
Причём хороший.
Ты же писал то, что тебя волновало.
А сейчас ты пишешь по задаче
какого-то дядьки.
Ты как с этим живёшь?
Ну, просто мне интересно, как ты нашёл
этот компромисс внутри себя?
Ты же умный и глубокий человек.
Извини, но тебе лет-то
уже до хрена всё-таки!
Тебе не всё равно,
что после тебя останется?
Тебе это разве не важно?
Ты понимаешь, что всё это –
довольно разные вопросы, да?
Нет. Это всё один и тот же вопрос.
Я хочу понять, тебе нравится
то, что ты пишешь?
Ты не идёшь на компромисс с самим собой?
Или ты уже не творец?
Или тебе неважно выплёскивать то,
что касается лично тебя?
Это всё тот же один вопрос,
я правильно понимаю?
Естественно. Ну ты не придирайся к словам.
Ты просто пойми суть – и ответь.
Только не задавай этот
один вопрос ещё раз.
Хорошо?
Тебе кажется, что я предал
своё призвание за деньги.
И что особенно стыдно – не за большие.
Наступил на горло собственной песне.
Нет.
Я тут ночами пьесу писал.
Однажды чувствую – так спать хочется!
Это как с сексом, знаешь.
Однажды думаешь – заняться или поспать.
- У тебя же было такое?
- Да, слава богу, нет!
Ну, важный рубеж в жизни.
Кое-что начинаешь понимать о себе.
- Печалит?
- Немного.
Но можно побольше поспать.
Так вот, поспал, значит,
на следующую ночь и на следующую.
А потом думаю: «Дай перечитаю,
что я там писал-то».
Открыл.
Чушь.
Глубокомысленная претенциозная чушь.
Хорошо. Нашёл свои старые
пьесы – та же чушь.
И, знаешь, так мне стало легко и хорошо!
Я, оказывается, не художник.
- Значит, нечего и мучиться.
- Нет, ну как?
Ну… Ну, вот эта же пьеса твоя,
в которой я играла. «За ветром ветер».
Она же прекрасная!
Нет.
- Ты просто сдался?
- Нет.
Я вышел из боевых действий,
что и тебе, кстати, рекомендую сделать.
И, возвращаясь к нашей маме, я не считаю,
что наш сценарий имеет
отношение к искусству.
Но?
Наш сценарий не имеет
отношения к искусству, но?
Я сказал, что хотел. Всё.
Нет, ну как будто ты не всё,
что хотел, сказал.
Наш сценарий не имеет
отношения к искусству.
Но у него есть какая-то оригинальная идея,
он отличается от остальных.
Или, допустим, у него живенькие диалоги,
ну, свои оригинальные интонации.
Прости, я перестал понимать,
на каком берегу мы сейчас с тобой стоим.
Нам всё же нравится то, что мы делаем?
Или это ниже нас – творцов,
умных и глубоких людей?
Нет, нам нравится.
Но разница между тобой и мной в том,
что я не вижу в этом предела
и не хочу на этом останавливаться.
Я не стою на этой ступеньке, и всё.
Нет, я не двигаюсь вверх.
Ну а что тогда? Вниз катишься?
Я не двигаюсь в какую-либо сторону.
Ни влево, ни вправо.
Вот смотри. Видишь вон там номер 309?
- Ну?
- Стол.
Лампочки.
Ёлочка.
Ты напротив.
Вот я нахожусь в 309-й комнате.
И я о мире, кроме того,
что я сейчас назвал,
сейчас, в сущности,
ничего особо и не знаю.
А зачем мы с тобой всё это пишем?
Ведь ответ может быть
сегодня один, а завтра – другой.
И он, этот ответ, он на удивление
не так уж важен!
Возвращаясь к сценарию,
раз у нас с тобой не искусство,
пусть мама ещё поживёт.
Понимаешь, какая штука?
Технически ты играешь хорошо.
Но ты как будто не понимаешь – зачем.
Будто экзамен по химии сдаёшь.
Отбыл номер – побежал с пацанами гулять.
Но ведь в этот момент,
когда ты играешь, ты живёшь.
И музыка даёт тебе возможность
жить сложнее, интереснее!
Быть другим человеком.
Лучше себя обычного.
Хотя бы на эти несколько минут,
пока она длится.
Позволь?
В правой руке ярче веди
мелодическую линию.
А в левой – окончание тише.
Иначе статично получается.
Очень чувственно.
Я бы сыграла немного иначе.
И в первую очередь мы нахлёстываем
широкий конец на тонкий.
То есть вот так мы скрещиваем.
Второе, что мы делаем, – это оборачиваем.
И продеваем его внутрь.
Вот так вот у нас получается.
Та-дам!
Ну давай, эрегируй.
Ещё давай, ещё.
Говори: «Что это за такая красивая женщина
в таком красивом платье?»
- Кто эта красивая женщина?
- Ещё и в таком платье!
- Жаль, что я незнаком с ней.
- В таком красивом платье!
Такое платье на ней!
Где она взяла его – это платье?
Я, кажется, помню,
где она взяла это платье.
Да, да. Всё-таки вспомнил?
Слушай…
Такое забудешь!
Главное, что все эти
продавщицы там охренели!
Сто процентов они поняли,
что мы там делали.
- Нет.
- Да, да. Поверь мне, да.
В примерочной столько времени люди
не проводят просто так!
Ну и потом… Я всё-таки
звуки какие-то издавала.
Нас могли оштрафовать.
Ну и что? Хорошо.
Прикольно.
Это нормально.
Красивое платье!
И ты по-прежнему в нём прекрасна!
- Галстучек пытался завязать?
- Да.
У меня не очень получается.
Но, как думаешь, не слишком всё это
выпендрёжно ради новогоднего корпоратива?
Нет, нет. Очень хорошо. Тебе идёт.
Но просто меня бесит, что на тебе будет
какой-то кошёлкин галстучек.
Не сам же ты его себе купил.
- Ксения. Её зовут Ксения.
- Ну извини, я забыла.
Пойдёт?
Мне кажется, мы сегодня с тобой
будем самой красивой парой!
Слушай, тут есть такое обстоятельство,
чтобы ты была в курсе.
Ксения… Она попросила меня,
чтобы она могла пойти на корпоратив.
И я не видел причин ей отказывать.
Просто, ну, чтобы ты была в курсе.
Пойдём, я вызову такси.
Я сама себе такси вызову. Езжай.
Серия 9
Ну что?
- Всё плохо с мамой? Увезли в больницу?
- Нет, с чего ты взяла?
- Ну, ты так сидишь…
- Дошла. Отвела домой.
А что тогда?
Колись. Я вижу, что-то не так.
Ничего. Нормально всё у меня.
Бесит, когда вижу, что что-то не так,
а ты говоришь: «Ничего».
Я тебе всегда всё сразу рассказываю.
Это не со мной. Маруська.
Помнишь Маруську?
- Одноклассница.
- Да. Вляпалась в историю.
Ей нравится один человек. Точнее,
она думала, что он ей не нравится.
Вернее, она думала,
что она ему не нравится.
И чтобы не страдать, она решила,
что он ей тоже не нравится, и сказала ему.
Теперь есть вероятность, что не то что она
полюбила, слегка влюбилась.
- А он что? Типа не любит?
- Да вот и нет. Тут непонятно.
Есть шанс, что слегка полюбил.
Ну она же ему как бы сказала,
что между ними – ничего.
Поэтому он никак себя не выражает.
Вот она теперь думает, как ей обратно
раскрутить всю эту историю.
Они уже трахались?
Ещё до того, как всё это понеслось.
- Ну, однажды.
- И как?
Тебе одно всё интересно! Дело не в этом.
«Как»? Как обычно бывает в первый раз.
Вопрос в том, как ей теперь себя проявить,
когда она уже сказала ему, что нет.
Потому что если она сделает
первый шаг, то она будет как дура!
Вдруг он не залюбил её?
Вдруг ей всё это показалось?
Нужен ещё один секс.
Если мужчина влюблён,
он в сексе проявляется лучше всего.
Потому что в этот момент он открыт,
он не может скрывать свои эмоции.
Это единственный момент,
когда можно схватить его за яйца.
Что, она теперь сама предложит?
А в этом как раз ничего
страшного нет. И постыдного тоже.
Ну, если что, скажет ему:
«Ну, был такой порыв».
Что такого?
Ты всё время сидишь
и боишься себя предложить.
И меня неправильно настраиваешь.
Я выжидаю твои три дня – и что я вижу?
Соня-флейтистка стоит
в коридоре с Ростиславом.
Губища свои выпятила натренированные.
Чуть ли не всю голову ему облизала.
Стоит там, что-то хихикает, как идиотка!
Готова уже в коридоре с ним трахаться.
А он ведётся, представляешь?
Глазками своими хлоп-хлоп, уши развесил!
Она же вся такая тонкая,
рафинированная, беззащитная!
Всегда нуждается в мужской поддержке:
«Я – не такая, я жду трамвая».
Сучара!
- Когда это было-то?
- Да сегодня, когда ты к маме бегала.
Вот ты сказала: «Не педалируй».
А тут вон все уже педалируют, кроме меня.
Слушай, не делай из него секс-символа.
Можно подумать, что его вся школа хочет.
Да так и есть. А кого тут ещё хотеть?
Короче, всё, я больше ничего не жду.
Я сегодня зову его в кино
со всеми вытекающими.
Иначе такими темпами на его флейте
будет играть Сонечка.
Вот так и передай своей Маруське.
Действовать надо быстро.
Я хочу понять,
что тебе даёт эта уверенность?
Почему ты решила,
что он вообще с тобой пойдёт?
Ты меня сейчас как будто унижаешь.
Да нет, просто чего мы от человека ждём –
это очень часто не совпадает с тем,
чего он на самом деле хочет,
если он вообще хочет.
Почему женщины всё время уверены,
что мужчины обязательно нас хотят?
Вот как раз от этой твоей неуверенности
все твои проблемы.
А меня всегда хотят.
- Здравствуйте.
- Привет, Насть. Проходи.
Всегда и все.
Ты, что ли?
- Что, так изменился за каникулы?
- Ну, вообще-то что-то есть не то, да.
- Кофе будешь? Идём.
- Идём.
Ну что, как прошли праздники? Скучал?
- Ты имеешь в виду в целом или по работе?
- Я имею в виду по мне.
- Да.
- Не ври.
- Не вру.
- Да ладно?
Что такого?
Просто мне всегда казалось,
что я тебе по фигу!
Нет.
Ну, получается же, что ты все праздники
провёл со своей мышью, а скучал по мне?
- А так-то зачем?
- Ну что?
«Мышь» – это нормальное слово, это
необидно. Мышь, мышка. Ничего такого.
Ещё скажи, что она – не мышь.
- Ну, где был? Что делал?
- Мы ездили в Сочи на Новый год.
То есть… То есть ты зашибенно провёл
время, ты летал в Сочи со своей мышью!
Ходил там по берегу моря,
гулял, а скучал по мне?
Послушай, я говорю тебе правду –
и ты сразу на меня наезжаешь.
Если ты задаёшь вопросы, будь
хотя бы готова услышать честный ответ.
Иначе у нас с тобой не получится диалога.
Просто это странно получается.
Ты с одной женщиной отдыхал,
а скучал по другой.
Это типичнейшая человеческая ситуация.
Это нормально.
Это нормально, если тебе с ней плохо.
Если мне с человеком хорошо, я по другому
мужику не скучаю, я не думаю о нём.
Не слишком откровенно
мы с тобой заговорили?
«Не слишком откровенно»? Да ты что?
Я же тебя без трусов видела,
и ты меня без трусов видел.
- «Не слишком откровенно». Боже мой!
- Это было давно – без трусов.
У тебя за это время что-то изменилось?
Что-то отсохло? Или что-то выросло?
Я, например, осталась такой же прекрасной!
Кира, чего ты хочешь от меня?
Слушай, мы ведём себя как дети.
Мы зря тратим нервы и время.
Мы же оба прекрасно понимаем,
к чему всё это придёт!
Прийти несложно.
Вопрос в том, что даст
это нам обоим после?
Вопрос в том, что даст нам это сейчас?
Тем взрослые люди и отличаются от детей.
Они думают о последствиях.
Не надо всё время думать о будущем,
всё время бояться того, что случится.
Ты не знаешь, что случится.
И я не знаю. Никто не знает.
Ну что?
Давай вспомним, что у нас
там было в прошлой серии.
- Алло?
- Ну всё, я была права. Он – с ней.
- Чего?
- Ну что?
С чего ты так решила?
Потому что я его,
как дура, позвала, а он отказался!
Спешил куда-то.
Чуть на пороге не споткнулся.
Когда глаза уже ни хрена не видят,
об одном мысли!
- Прямо такой?
- Нет, я вру.
Короче, всё, если он из нас выбирает её,
то пошёл тогда в жопу!
Совсем берега потерял.
Без разбору всех подряд, что ли?
Других вариантов нет? Только флейтистка?
Ну не директор же и не Нина Валентиновна.
Хотя я уже и этому не удивлюсь.
Ну, не знаю. Мог же он просто
куда-то пойти, не знаю, по делам.
Тогда не бегом и с другими глазами.
А он меня не видел, он был такой.
И что теперь?
Это, получается, я буду младшим сыном?
Почему «сыном»?
Ну, если у нас всё-таки случится,
то я буду что,
донашивать его после флейтистки?
- Ты же сама сказала: «В жопу!»
- Вдруг он всё-таки не с ней?
Я же точно не знаю.
Послушай, ты уверена,
что он тебе действительно нужен?
Ты придумала себе какой-то проект,
бьёшься в стену.
Ты же его даже толком не знаешь.
Надо сначала выяснить,
был он с Сонькой или нет.
По ней будет понятно.
Я сразу поняла,
когда она с охранником трахнулась.
Вот давай завтра на неё посмотрим.
- Всё?
- Пока. Целую.
Ты прости, что я не звонил, не заходил.
У меня там образовались
некоторые проблемы.
Женщины. Ну, ты знаешь.
Но я думал про то, что мы…
О чём мы с тобой говорили.
У меня, в общем-то, даже есть темка.
Я тебе на днях покажу.
А у тебя как? Двигается с проектом нашим?
Да.
В общем, когда люди, ну, слышат
про замысел, они просто охреневают все!
Там начинается вот это, знаешь:
«Назар, ты – гений, классик при жизни».
Давай.
- А что там? Когда съёмки?
- Скоро.
Знаешь, осталось буквально
пару сцен поправить.
Я недавно тут в депо был
в старом, в разрушенном.
Ты знаешь, такая энергетика!
Вот просто с ног валит.
Я такую сцену придумал ломовую!
Короче, герой – он стоит на закате.
Над ним – дырка в крыше.
И оттуда свет прямо падает отвесно.
А он – мокрый, грязный,
весь в кровище и плачет.
Или, может, не надо ему плакать?
Он герой же всё-таки, а?
Мне кажется, это сильно. В крови и плачет.
Точняк. И музыка твоя мощная. И катарсис.
И прямо, знаешь, так берёт
зрителя просто за яйца – и держит!
Ну, тогда та тема, наверное, не подойдёт.
Нужна другая.
Напой.
Я не знаю.
Так, наверное, не очень понятно будет.
Там всё-таки гармония движется,
не только голос.
Чувак, давай.
Ну, в общем, как-то так. Я ещё не додумал.
Круто! До мурашек просто.
Только мне кажется,
это что-то такое знакомое!
Назар, это так, ну, это рыба.
Мелодия ещё не сформировалась.
И потом… Я плохо спел.
Ты не волнуйся, что похоже.
Главное, чтобы похоже было на хорошее.
Ну, для той сцены, где кровь и слёзы, –
это, наверное, так себе.
Но если, скажем, герой идёт по улице,
у него не очень хорошо всё,
его бросила жена,
ему негде жить и, в общем, непонятно,
что со своей жизнью дальше делать,
это может зайти.
«Его бросила жена».
Грандиозно!
Как же мне это в голову-то не пришло, а?
Ну всё, всё, всё сложилось,
всё понятно теперь.
Надо буквально, там, я не знаю,
пару сцен переписать – и всё.
И вот она – история понятная.
А то эти, блин: «В чём фишка,
в чём фишка?»
Уроды тупорылые!
Назар, ты что тут завис? Там – люди.
Люди могут идти лесом,
если их что-то не устраивает.
- Дверь – вон там.
- Ну, это как-то, ну, неуважительно.
Ну мы всё понимаем. Ты – большой художник.
Ты, может, Михалков, может быть,
даже Кончаловский, брат Коган.
Но вот этот хавчик и бухлишко
тебе народ приносит.
Забирай.
- Забирай.
- Это не моё. Я шмурдяк не пью.
Тогда ладно.
Нет, ну это как в детской страшилке:
папа ушёл – не вернулся,
мама ушла – не вернулась.
- Вы что делаете-то?
- Мы с композитором обсуждаем проект.
Вам не понять.
- Что, реально композитор? Как Бетховен?
- «Реально как Бетховен».
Только Бетховен был глухой,
но оба – гении.
Понятно?
Ребят, идите сюда.
Тут живой композитор есть.
- «Композитор»?
- Как Бетховен. За искусство потрём.
И мечтаю только лишь о том
Чтобы скорее от тоски мятежной
Воротиться в низенький наш дом
Я вернусь, когда раскинет ветви
По-весеннему наш белый сад
Только ты меня уж на рассвете
Не буди, как восемь лет назад
Не буди того, что отмечталось
Не волнуй того, что не сбылось
Слишком раннюю утрату и усталость
Испытать мне в жизни привелось
И молиться не учи меня, не надо
К старому уже возврата нет
Ты одна мне помощь и отрада
Ты одна мне несказанный свет.
Вот прямо в самую попал в сердцевину.
- Ну до слёз просто.
- Давай ещё что-нибудь.
Сейчас я вспомню, как начинается.
Налей что-нибудь композитору.
Правда, я не знаю, как по отчеству.
Ну что он всухую поёт?
Девушки, поухаживайте за маэстро.
- Вы что пьёте, Ростислав?
- Простите, что вы сказали?
- Водку он пил в последний раз.
- А начинали с коньяка.
Вот теперь тогда уже водки.
Тихо. Кому не нравится – вышел вон.
Цените искусство, твари!
Давай.
Ну так что? Трахнет он эту тёлку?
Нику? Как думаешь?
Ну, с одной стороны, почему бы нет?
Ростик – свободный человек,
Ника, надеюсь, не отвратительна!
Ростик выпил, что упрощает многие вещи.
Может.
А с другой стороны что? Что это ему даст?
К чему это всё его приведёт?
Любой мужик, оказавшись
в такой ситуации, воспользуется.
И будет неправдой, если мы их не трахнем.
Будет неправдой,
если мы будем идти по схеме.
Да, многие мужики поступят так,
но вполне даже многие поступят иначе.
Нам же надо понять этого конкретного
уникального человека.
Да, проще думать о людях как о типажах.
А вот дать себе труд понять
другого человека, другого, не тебя…
В его сложности, в его собственной правде,
которая так иногда отличается от твоей,
что даже не найдёшь вообще точек…
Ну хватит уже.
Ну можешь просто сказать, просто?
Что этому уникальному человеку может
помешать трахнуть Нику уникально?
Что?
Он может не захотеть,
потому что мало её знает.
Ой, да ладно! А то вам это важно?
Ты говоришь сейчас обо всех
мужчинах скопом, ты заметила?
Ну он же с Ариной
тоже в первый раз пошёл.
Он её мало знал, однако он согласился.
Ну вот с Ариной речь уже
не о характере, а о судьбе.
Арина неслучайна.
- Для нашей истории?
- Да.
Потому что она неслучайна для Ростислава.
Он может сам этого не понимать, неважно.
А Ника случайна. Прости, Ника.
Слушай, а когда ты со мной
в первый раз пошёл,
ты понимал, что я для тебя
неслучайна была?
Я, конечно, не понимал, но, судя
по дальнейшим событиям, то да, была.
А мышь? Она тоже неслучайна?
Она – твоя судьба?
Перерыв.
Я же историк, я педагог по профессии.
Я тебе как историк скажу.
Его роль недооценивают.
Он заводы построил по всей стране
в каждом регионе.
Театр. Я не сталинист, конечно,
но мне просто не нравится, когда гульно.
Я сейчас книгу, ну, делаю.
Осталось только с создателем договориться.
Там просто диффузия историй.
Обложка такая будет красивая, красная!
Назар, скажи честно. Просто это важно.
Будет этот проект?
- Якой?
- Кино.
- Будет.
- Когда?
- Чувак, это будет грандиозно!
- Это я понял, но сроки?
Важны сроки для плана,
для жизни. И деньги.
Я ведь за «Парадигму одиночества»
тогда ничего не получил.
Старик, ну ты же тогда
на будущее работал.
- Я тебя предупреждал.
- Ну вот оно – моё будущее.
Я уже в нём по уши.
Скажи честно, будет кино?
Слушай, ну у тебя же работа
есть какая-то, ты там что-то где-то же…
Ну да, но…
Ты работу не бросай.
Но кино будет, сука, гениальное!
Мы всем просраться дадим! Я тебе обещаю.
Профсоюз хочу сделать
для творческих людей.
Зарплата чтобы была хорошая,
чтобы идеи никто не воровал.
У нас город большой,
талантливых художников человек сто.
Слушай, я привёз тебе сувенир из Сочи.
Ну, Новый год же был.
Вот, смотри, это варенье.
Вот здесь – фейхоа, а здесь – инжир.
Это местная штука у них.
Может быть, Машке тоже понравится.
Это так мило!
Я прямо вижу, как ты поехал
со своей кошёлкой в Сочи.
Нашёл там время и место,
тайно купил для меня подарок.
Каким-то образом прятал его.
Или у вас чемоданы разные?
Или, может, ты ей сказал,
что это для бухгалтерии?
А может, она знает, кто я?
Может, она знает, кто мы друг другу?
Ну, просто она на корпоративе
так на меня смотрела!
Как будто мы с тобой
трахаемся с утра до ночи.
Прямо ни строчки не написали.
Как будто у меня рот всё время занят.
Извини, всё, что она там несла…
Мне даже неловко как-то было.
И все, кстати, поняли,
что она немножко дура!
Ты сама знаешь, как ты выглядела, когда
с Мариком обжималась под видом танцев.
Как кто? Я – свободная женщина.
Это был, между прочим, танец.
Имею право к нему прижаться.
И он хотя бы привлекательный,
в отличие от некоторых!
Кстати, может быть, у вас крутой секс?
Может быть, она такая крутая в сексе?
Ну, бывает такое. Ну, женщина – страшная,
не очень умная, а в сексе прямо богиня.
Хотя что-то не похоже на неё, вряд ли.
Ну, ты, кстати, привет ей передавай.
Мало ли что? Вдруг вы вместе
подарок выбирали с ней?
- Я же не знаю.
- Мы расстались.
- Что?
- Мы расстались.
Подожди. Как? Расскажи, объясни мне.
Где это случилось? В Сочи или уже здесь?
Она от тебя ушла или ты?
Скотина!
Совесть есть?
Арина, пожалуйста, давайте
обойдёмся без этой сцены.
Мне не очень хорошо.
Мне нужно в душ
и немного поспать перед занятиями.
Нам терпеть друг друга осталось два дня.
Давайте проживём их как взрослые люди.
Взрослые люди так себя не ведут.
Взрослые люди чувствуют
ответственность перед теми,
с кем они договорились пожить до субботы.
Офигеть, конечно, можно вообще!
Трахается и квасит с флейтисткой,
а ко мне приходит в душ и поспать.
Я не понимаю, почему я должен
оправдываться за свои действия?
Я – свободный человек.
У нас с вами всё это игра, вы помните?
Хорошенькая игра,
когда я не сплю всю ночь.
Потому что я думаю,
что с тобой что-нибудь случилось.
Дело не в том,
что ты трахаешься с флейтисткой.
Об этом потом узнает вся школа.
Дело не в этом.
Ты можешь играть сколько тебе угодно
с флейтисткой или без.
Но надо ответственно написать:
«Я сегодня не приду».
Надо предупреждать тех,
с кем у тебя какие-то отношения.
А можно я хотя бы просто узнаю,
кто такая флейтистка из школы?
Пожалуйста, не надо только вот этого.
Я даже не представляла,
что ты такой кобель!
Ты казался приличным мужиком.
- Спасибо.
- За что?
- За первое, за второе?
- Кобель был первым? За него.
Типичная мужская позиция.
Вместо того чтобы просто извиниться,
ты начинаешь что-то выкручивать,
что-то отпираться, что-то врать.
Даже если в постели застукаешь
прямо живьём с какой-то бабой,
всё равно: «Это не я, ничего не было».
А я готов нести ответственность
за любых участниц вашего оркестра.
И у всех просить прощения. Но можно потом?
Мне сейчас очень плохо.
Спасибо.
- Мама знает, что я не ночевал?
- Нет.
Я просила тебя сто раз. Когда ты пьёшь
со своими музыкантами, хотя бы закусывай.
Посмотри на себя. Как свинья.
От тебя перегарищем разит за километр.
Ты уже выглядишь как алкан пьяный,
прокуренный, помятый.
Такие на улице валяются.
Поздоровайся с мамой хотя бы. Пусть видит.
Извините.
Не спеши.
Спокойно.
Слушай мелодию.
Тише левую руку.
Тише окончание.
Веди мелодию.
Допевай фразочку до конца.
Тише окончание.
Серия 10
Мам, ты прости, пожалуйста,
что тебе приходится всё это наблюдать.
Для тебя это стресс.
И мне самой это не очень радостно.
Пора этот эксперимент заканчивать.
Я, конечно, предполагала, что он выпивает,
но чтобы прямо так, в такой стадии…
Я с ним даже больше встречаться не буду.
Проснётся – пусть собирает
свои вещи и уматывает, да?
Если бы ты знала,
как я на папу твоего сердилась!
Чуть ли не из дома выгоняла.
В молодости это сложно понять.
Кажется, покричишь, поссоришься…
Он послушает – и всё изменится.
А вечером приходит –
опять на ногах еле стоит.
Я уже по шагам слышу, что он выпивши.
Он ещё в дверь не позвонил, а я уже знаю.
Так это надоедает! Кажется, убила бы.
Ты, конечно, не помнишь.
Что там в семь лет?
Я помню только, как он
меня на плечи сажал.
Как мы с ним в «Зорьку» играли.
Он был для меня лучшим человеком на Земле.
Хотела на нём жениться.
Он был очень светлым человеком,
когда не пил.
Но тогда я не понимала,
что это беда, это болезнь.
Надо помогать человеку, а не ругать его.
Одному очень сложно с этим справиться.
Он был добрым, слабым, очень восприимчивым.
Мир воспринимал очень глубоко.
Таким людям тяжело в реальности жить.
А так выпил – и всё вроде
повеселее, полегче.
Столько лет прошло,
а я до сих пор виню себя!
Что тогда не помогла ему, не поддержала.
Может, он и жил бы до сих пор.
Мам!
Не бери на себя больше, чем есть.
Мужчины гораздо слабее нас.
Это только кажется, что женщины – хрупкие.
А на деле оказывается наоборот.
Ты – сильная, у тебя характер волевой.
Ты с детства такая.
А Ростик? Посмотри на него.
Творческий человек, композитор.
Ему сложно.
Он все тревоги, все проблемы
в десять раз сильнее переживает.
А ты, Арина, иногда как скажешь ему!
Вроде тихо, спокойно,
а у меня уж у самой мурашки идут.
Дело, конечно, твоё.
Тебе жить – ты и решай.
Но если ты сейчас его бросишь, не дай бог,
с ним что-то случится, куда-то пойдёт…
Ты же знаешь, как они пьяные.
Ты себе этого не простишь, поверь мне.
Просто удивительно! Такое ощущение,
что он – твой сын, а не я тебе дочь.
Ты во всём его готова оправдывать.
Чем он тебе так понравился?
Ты меня спрашиваешь,
а я даже объяснить не могу.
А в нём трогательность есть.
Редкая на сегодняшний день.
Жалко такого человека потерять.
Я о тебе думаю, не только о нём.
Может, у меня чувство вины случится,
если я всю жизнь, как в аду,
с алкоголиком буду мучиться?
Это ничего?
А если потом ребёнок родится?
Тоже в результате
без отца останется, как я?
Если ты сделала всё, чтобы ему помочь,
но это его не спасло,
тебе хотя бы будет проще
жить после, а не как мне.
Моя главная задача – уберечь тебя
от ошибок, которые потом не исправишь.
Иначе зачем я тут вообще нужна?
Не торопись.
Просто не торопись принимать решение.
Тебе плевать?
Может, со мной что-нибудь случилось?
- А случилось?
- Да. Я проспала.
Я сначала долго не могла заснуть,
потом мне надо было рано вставать.
Отвозить Машу в школу. Потом я вернулась,
легла на пять минут – и всё.
Понятно.
А ты чего мне не позвонил,
не написал, не спросил, где я?
А чего ты не написала, когда проснулась –
и поняла, что опаздываешь?
А я смотрю – ты не пишешь.
Думаю, может, и ты опаздываешь.
Что? Такое бывает.
Человек видит, что ему не пишут.
Думает: «Может, они сами опаздывают?»
Что я буду палиться?
Всё.
Всё, всё, всё.
Я готова.
Ты обиделся, что ли?
На тебя – нет.
Просто каждый день так не делай, и всё.
У тебя что-то изменилось в жизни?
Ты какой-то загадочный,
но не такой, как надо.
Я тут перечитал наши серии,
пока тебя ждал.
Что-то смущает?
Мне бы понять отношение Марика
ко всему этому на самом деле.
Хорошо выглядишь.
Женщина всегда хорошеет после секса.
- У тебя был секс?
- Очень смешно.
А ты считаешь, что ты был так плох,
что я могла этого не заметить?
Ой, что это помельтешило перед глазами?
Я даже сексом это назвать не могу.
- А у тебя был?
- Ну…
Так, сейчас внимательно, очень внимательно
выбирай слова, пожалуйста!
Послушай, я был потрясён тем,
что я открыл для себя впервые саму идею.
Так вот что это такое, оказывается!
Ну что? Развей, пожалуйста.
Мне это очень важно.
Скажи как есть.
Я готов развить сколько угодно,
но, может быть, в другой обстановке?
Подожди, ты делаешь мне предложение?
Ты умеешь ухаживать?
Ну, может быть, перейдём сейчас к работе?
Конечно. Да, естественно. Я готова.
Только работа.
Не надо вот эти вот сопли
в сахаре разводить.
- Зачем?
- Погода хорошая сегодня. Заметила?
Да, конечно, заметила. А я спешила.
Хотелось прогуляться, пройтись пешком,
а всё из-за тебя.
Нет бы написать: «Не спеши,
не торопись, Кирочка, гуляй.
Я тебя подожду».
- Сексуально, да?
- Что?
Ну вот это вот:
«Не торопись, Кирочка, я тебя подожду».
Ну, это как будто мужчина говорит женщине.
Я понял тебя.
Я так и буду действовать, да.
Не торопись.
- Ниже, ниже голос.
- Не торопись.
«Я тебя буду ждать».
Ну ладно, давай. Давай. Посидим
на Мясницкой. Там, короче, всё решим.
Давай, у меня совещание.
- Здорово. Ну как вы?
- Здорово, Марик.
- Пишете? Здорово, красавица!
- Привет.
Костян! Что, проблемы
какие? Я могу помочь.
Сейчас к ребятам заходил,
они второй сезон пишут «Битвы кафешек».
Улёт!
Разрыв.
Будет третий сезон, потом – четвёртый.
Там всё хорошо.
Ну, я иногда захожу, им шутки
подкидываю, всякие различные ситуации.
Я же с Гоа прилетел. Ребята, десять дней.
Солнце, красотища, всё включено!
- Здравствуйте.
- Привет.
Да?
- Сонь, можно к тебе?
- Конечно, проходи.
Хотела с тобой насчёт отчётного концерта…
Нашла для ученицы ансамбль.
Есть у тебя кто-нибудь,
кто сможет с ней сыграть?
Могу Сашке Плотниковой дать.
Я как раз думала для неё
что-нибудь подыскать на концерт.
Соф, есть таблетка?
Голова сегодня просто раскалывается.
То ли погода меняется,
то ли дождь будет.
Я ночью вообще не спала.
- Ты – нормально?
- Я вроде ничего.
Я, правда, ещё вина вчера выпила.
Ты как на вино? Нормально реагируешь?
Меня от вина прямо тошнит.
Я люблю что-нибудь покрепче.
Кончилось.
Хорошо, что ты спросила, а то вдруг
у меня голова заболит, а я и без таблетки?
Извини, пожалуйста.
Извини, пожалуйста.
Да ладно. Чего ты? Я всё понимаю. Роман?
Ну, хоть перспективный? Не женат, надеюсь?
Разведён.
Давно у вас?
Практически только началось.
- Ты, я смотрю, уже поплыла.
- Ну, есть с чего. Он – такой!
- У меня такого никогда не было.
- Какого?
Ну…
Он такой чуткий, эмоциональный,
так любит музыку! И так меня чувствует!
Можно я расскажу, да?
Мне просто так хочется
с кем-нибудь поделиться!
Здесь ни с кем нельзя. Прямо сразу
всё разнесут, а меня просто прёт.
Да не разнесу, не волнуйся.
Ты – единственная,
кому можно доверять.
Понимаешь, я сначала не думала,
что у нас с ним может что-то получиться.
Мне казалось, что я не в его вкусе.
И я всё-таки… Ну, внешность
у меня такая немодельная!
В глаза не бросаюсь. Специфическая.
Вот.
И я даже боялась с ним заговорить.
А потом была такая ситуация…
В общем, ну, мне пришлось.
И вот прямо с первой фразы он начал
мне отвечать. Я поняла – я ему нравлюсь.
И не просто нравлюсь, прямо горит.
Прямо такое сильное желание!
От него даже этого не ждёшь.
Такой тихий, интеллигентный человек!
И что, у вас прямо так
сразу всё случилось?
Ну, практически да.
Потому что с первого взгляда
же всё было понятно.
И он так себя ведёт, что я себя
с ним чувствую очень свободной.
Понимаешь? Ну, я как-то стеснялась
своих каких-то проявлений.
Ну, боялась своего тела,
там, звуков каких-то. Вот.
А он… Как сказать?
Ну, он дал мне такую возможность.
Он говорит: «Кричи, кусайся, делай
что хочешь. Мне нравится».
И, знаешь, такая страсть во мне открылась!
Можно я скажу, да?
У меня в эту ночь три оргазма было.
Вот даже сейчас он мне
какую-то ерунду пишет,
а у меня внутри ну просто
всё вот так вот сжимается!
Ой, сколько времени уже!
Сейчас ученик придёт.
Только ты никому-никому,
пожалуйста, ладно?
И знаешь что? Меня мучает
только один вопрос.
Это же ничего, что ему шестьдесят пять?
«Шестьдесят пять»?
Старый, да? Но он так отлично выглядит!
Соня, главное, чтобы ты была счастлива.
А на остальное ты наплюй.
Спасибо.
Короче, сейчас еду на встречу.
С людьми очень серьёзными познакомился
абсолютно случайно.
У них своё производство. Молочка.
Они там делают всё.
Сыры лучше французского.
Короче, они раз – и мне говорят:
«Ты не мог бы про нас веб-сериал
запустить, чтобы как-то продвинуть?»
Я говорю: «Что у вас? Коровы?»
Я им сразу сказал:
«Коровы у вас разговаривают.
Реально друг с другом,
только люди этого не слышат».
Короче, коровы, понимаешь?
У них сельское хозяйство разваливается.
И они хотят это всё прибрать к рукам,
но они же не могут, они же коровы.
И они, короче,
на какого-то пастуха-алкоголика…
Ну, чтобы оформить на него юрлицо. И всё.
И он двигает типа делами, а рулят коровы.
Ну как вам? Напишете?
- Марик, но мы сейчас другое пишем.
- Понятно.
Ещё вот что. Если расширить, взять
много денег и сделать такой проект…
Пригласить звёзд, такое
масштабное финансирование!
Типа этого пастуха пригласили
на проект «Песни со звёздами».
Он просто типа похож на какого-то
известного артиста.
А играть в нём будет, там, Паша Прилучный
или, там, Саша Петров.
Это дороже, но всё равно.
Да? Его приглашают на эту программу,
а коровы ему подпевают.
Нет, там должен быть, конечно,
певец. Блин!
Типа, там, Элджей, там… Кто там?
Федук, не знаю, «Little Big» и все эти.
- Что скажете, а? Возьмётесь?
- Марик, мы сейчас пишем другое.
Да я понимаю, но вы же допишете.
Дальше надо что-то делать.
Вы сейчас на какой серии?
На десятой из тринадцати.
Ну? Вам осталось-то, господи!
Два дня работы – и пишите дальше.
Или вот что ты мне говорил?
Вот это вот? На двоих один ларец-то.
Про доставку.
А в чём проблема, ребят, я не понимаю?
Вам финансирование не приходит?
- Деньги платят вам?
- Более-менее.
Марик, послушай, я хотел о другом
на самом деле с тобой поговорить.
Ты вообще читал то, что мы пишем?
Ну, слушай, я читал пилот.
И потом… Я в вас уверен. А что?
В чём проблема?
Может, найдёшь время и почитаешь?
Тут дело такое… Мы
не то что плохо пишем.
Мы пишем немного для нашего
телевидения. Необязательно…
Я не хочу, чтобы потом
у тебя были проблемы.
Ты куда это отдавать собрался, скажи?
Там кто-то будет это читать,
проверять? Не знаю, редактор.
Кость, а что у вас там? Я не понимаю.
Политика, обнажёнка, мат? Что?
Нет. Ну я не первый год, нет.
С цензурой всё окей.
- Меня волнует вопрос формата.
- Послушай, друг, ты глубоко копаешь.
Всё проще, но если для тебя это важно,
я тебе поясню весь расклад.
Я взял проект «Вместе, но отдельно».
Там был хороший бюджет, я его освоил,
у нас была подготовка.
Сняли пилот – пилот не пошёл.
А каналу надо как-то
за эти деньги отчитаться.
Поэтому вы вот сейчас пишете то же самое,
но как бы другое. И название тоже другое.
Мне нужно, чтобы вы это быстрее дописали,
чтобы я это снял.
А каналу вообще неважно,
какого качества будет это кино.
Они поставят по три серии ночью.
Его вообще никто не увидит, понимаете?
Главное – отчитались, галочку поставили.
И все довольны.
Поэтому снимать его на каком-то уровне
вообще нет смысла.
Потому что я в минус уйду.
А сниму я его дёшево.
Возьму артистов за пять копеек, ряжика
какого-нибудь дешёвого сниму, и всё.
Отчитались. Андерстенд?
Ребят, вас не должно это волновать.
Вы пишете серии – вам за них платят.
Вы, главное, это быстрее допишите.
И дальше вон сколько вариантов!
Работа есть.
Хотите – пишите вместе,
хотите – по другим группам раскидаю.
Чего вы паритесь? У вас всё хорошо.
Это у меня всё плохо.
Ладно, если что, вы знаете,
я здесь, я всегда.
Если какие-то проблемы, я помогу.
Так что, если что, заходите.
Ну вот видишь? Совсем по-другому
у тебя звучит уже.
Хорошо соединила двумя руками.
Ты сама-то чувствуешь?
Знаешь, что хорошо?
Только поработай над тем,
чтобы перенос рук был скорее.
Да? Чтобы вот эти вот скачки
быстрее происходили.
Здесь и здесь.
Тогда на сегодня мы с тобой,
Насть, закончим.
Ничего, что я на пять минут пораньше?
Мне просто нужно.
Конечно, конечно.
Ростислав Андреевич, спасибо вам большое.
Мы так рады, что вы у нас теперь ведёте!
А то до этого я не знала,
что и делать с Настей.
Брошу – и всё.
Всей семьёй не могли уговорить,
а теперь бежит.
Уже сказала, что хочет стать пианисткой.
Побольше бы таких преподавателей!
Спасибо.
Пойдём, Настюша.
- До свидания.
- До свидания.
До свидания.
Ростислав, я немножко
подумала, проанализировала.
Наверное, мне стоит извиниться за утро.
Просто я нервничала действительно.
Вдруг что-то случилось там?
Плохо спала, вот и сорвалась слегка.
Понятная ситуация. Человек не всегда
может держать себя в руках.
Ты сейчас извиняешься? Или что происходит?
Тебе необходимо прямо эти слова услышать?
Это ты пришла с объявлением.
Я ничего не заказывал.
В общем, что? Извини меня, пожалуйста.
- Хотя ты тоже был неправ.
- Не удержалась.
Слушай, человек пришёл извиниться.
Каждый извиняется как может.
- Мне и так это непросто.
- Подвиг я оценил.
- Непонятно. Оценил – это извинил или что?
- Я тоже был неправ кое в чём.
Мы оба хороши. В общем, я не обижаюсь.
Вот.
Я ещё подумала, если там
действительно всё плохо – в этой бане…
Ты можешь остаться у нас на подольше,
пока не решишь с жильём.
Спасибо за предложение.
Я, наверное, уеду.
- Куда?
- Домой.
К родителям.
В Белую Калитву.
Почему?
Ну чего я тут?
Семья моя, получается, распалась, всё.
Композитор? Да никакой я не композитор.
У меня, если честно, и голоса своего нет.
Всё вымучиваю, всё на что-то похоже.
Чего ещё? Жить негде. Работа…
Я с этой зарплатой
едва комнату смогу снять.
Я мог бы попробовать
вернуться к халтуре, но зачем?
За что я держусь, я не понимаю?
У меня здесь, в общем-то, никого нет.
А там, в Белой Калитве, всё-таки дом,
я там всё знаю.
Когда ты собрался ехать?
Да вот где-то завтра.
Мне надо вещи из бани забрать,
остальные уже здесь.
И от тебя свои вещи я забрал.
Не волнуйся.
Тебя никто не отпустит из школы.
Ты что, думаешь, раз – и пошёл, что ли?
Заявление написать, отработать.
Ну, я схожу сегодня к директору, поговорю.
Мне кажется, она поймёт.
Ну ты потом напиши.
И вообще… Ты же не уедешь,
не попрощавшись со мной?
Не думал, что тебе это важно.
Хорошо, я попрощаюсь.
Только до отъезда, а не из поезда.
Ариша!
Мама!
Что случилось?
Мне нужно с тобой очень срочно поговорить.
- Ростик собрал вещи и ушёл.
- Тихо, давай потом.
Потом уже поздно.
Он был в эмоциональном состоянии,
забрал все свои вещи.
- Он не вернётся, понимаешь?
- Хотя бы не здесь. Подожди меня на улице.
Я сейчас приду.
Я только дам ученику задание.
Иди, иди, иди, жди меня.
- Анна Петровна!
- Наденька!
Что ж ты к нам всё не заходишь? Как дела?
Да ничего, ничего. Бывало лучше. Как вы?
Как вы себя чувствуете?
Вот как у Ариши всё наладилось,
мне сильно полегчало.
Ну ты же знаешь, да,
что Ростик к нам переехал?
«Ростик»?
Ростислав – музыкант, с которым они…
- «Ростислав»?
- Мне так нравится!
Надеюсь, что они поженятся.
Ты куда это собрался-то?
Хочу воздухом подышать,
пройтись, в магазин могу сходить.
Тебе ничего не нужно? Печеньку, шоколадку?
Да никуда ты не пойдёшь.
Может, ты с моста скинешься?
Я же вижу, ты – готичный.
Тут до ближайшего моста полчаса фигачить.
Ну вот как раз.
Полчаса тебе подготовиться морально.
Давай, давай, раздевайся.
Или ты хочешь, чтобы я в дверях
стояла, тебя задерживала?
Ты же знаешь, я могу.
Но просто перед людьми неудобно будет.
- Ну, давай уже, рассказывай.
- Что?
Ну что он такого сказал?
Ну что тебя так опрокинуло?
Ну никто не увидит наш шедевр,
ну да. Ну, небольшая трагедия. Ну?
Ну будут другие проекты.
Ну вот, например, про фермера.
Я уже хочу. Коровы говорящие.
Если для тебя «Говорящие коровы»
и наша «Большая секунда» –
одно и то же, я не понимаю,
с кем я разговариваю.
На меня-то ты чего злишься?
Я тебе что плохого сделала?
Ну ты же знаешь, я в любом случае за тебя.
Я иногда думаю о моменте,
когда я всё брошу, перестану бороться.
Скажу всему и всем: «Идите на х…й!»
Так я жду этого!
Женщинам, Марику, государству этому,
курсу рубля, эпидемиям.
Потеплению, загрязнению, своим болезням.
Необходимости бриться и стричь ногти,
ходить на работу.
Быть вежливым и разговаривать с людьми.
Всему: «Идите на х…й, я устал!»
И я стану свободен от мира, наконец.
И, наверное, умру после этого
довольно скоро.
Ну, этот момент – он же не сейчас.
Он же ещё не наступил.
Я не вижу в себе сил
продолжать писать нашу историю.
Всё, что мы сделали,
будет изуродовано бездарными людьми!
И спущено в унитаз после этого.
Я – как строитель на полигоне
для стрельб, понимаешь?
Я устал создавать объекты для разрушения.
Ну а раньше?
Ну ты же из года в год писал эту фигню!
И тебя это не парило.
Ну так-то, если честно.
Я был шестерёнкой.
Меня можно было заменить
кем угодно – и не заметил бы никто.
А сейчас я говорю своим голосом.
Это, может, слабый, некрасивый,
незаметный в шуме голос, но это мой голос!
А у тебя – свой. Ты говоришь
своим голосом.
И такая возможность, поверь,
у тебя в жизни будет очень нечасто.
Может, никогда больше.
«Говорящие коровы».
Ты серьёзно?
Ну, дописывать-то всё равно надо.
Вот я не знаю как.
Вот животное! Дожрал моё варенье.
Слушай, а что это был за жест в конце?
Он так взял за плечо, как будто у вас…
- Тебе какое дело-то?
- Как будто у вас с ним было.
Я бы сказал: «Было недавно».
Недавно. Когда?
На Гоа ты с ним определённо
не ездила, значит… Когда?
Корпоратив новогодний.
Обиделась, что я не один пришёл, –
и вперёд, да? Лишь бы с кем?
Это с мышью – лишь бы с кем,
а я – с нормальным.
Между прочим, многие мечтают.
Откуда ты знаешь? Может, он мне нравится?
Я что, исповедоваться перед тобой должна?
Только потому, что мы с тобой
разок трахнулись?
Ты ничего не должна.
Ты не против, если мы не будем
сегодня больше работать?
Конечно. Прекрасно!
Я сама хотела побыстрее уйти.
Пока.
Серия 11
Анна Петровна!
Наденька! Что ж ты к нам всё не заходишь?
- Как дела?
- Да ничего. Бывало лучше. Как вы?
Как вы себя чувствуете?
Вот как у Ариши всё наладилось,
сильно полегчало.
Ты же знаешь, да,
что Ростик к нам переехал?
- «Ростик»?
- Ростислав – музыкант, с которым она…
- «Ростислав»?
- Мне так нравится!
Я думаю, они поженятся.
Уже встретились. Ну что, мамуль?
Пойдём на улицу?
Подожди, мама говорит, у вас тут
изменения большие в жизни.
Можно и так сказать.
Пойдём, а то у меня времени мало.
Подожди, мама говорит, ты замуж собралась.
Я?
Мам, ты что? Когда это я такое говорила?
Ты сама не говорила.
Я сказала, что я на это надеюсь.
- Мы все на это надеемся.
- Что у вас с Ростиком будет свадьба.
А Ростик – это…
Это один человек. Я тебе потом расскажу.
Мама, пойдём.
Это всё больше мои фантазии.
Что-то я всё рассказываю.
Чепуху какую-то несу.
Он всего три дня живёт у нас.
Это же ничего не значит.
Вот.
Ты же знаешь Арину. Сейчас вспыхнет –
и выгонит его, бедного, на улицу!
Ему и деваться некуда.
Тут и рассказывать, может, нечего было.
Пока что. Вот. Всё это неважно.
Главное, чтобы все были здоровы.
Да.
Арин, а когда ты с ним познакомилась?
С Ростиком?
Полгода или сколько там?
Ариша рассказывала.
- Так это не наш Ростислав?
- Какой ваш?
Который у нас в школе
преподавателем работает.
Нет.
Наш – композитор.
Пока, Наденька. Ну, заходи к нам.
Ростик!
Здравствуйте, Ростислав Андреевич.
- А ты что здесь делаешь?
- Я?
Ростислав, вам задали вопрос.
Что вы тут делаете?
Знаете что?
Достали.
Да, это тот самый Ростислав.
Он работает здесь.
Всё всем расскажу потом.
Мама, езжай домой, пожалуйста.
Не волнуйся. Вечером вернусь –
всё объясню.
Ростик, иди куда шёл.
- К директору.
- Вот туда и иди.
Можно?
А меня куда отправишь?
Сама придумай.
Я с тобой ещё не закончила.
«Мама смотрит на Арину так, будто видит
её впервые, и медленно уходит к выходу.
- Арина остаётся одна».
- Слушай, а это понятно будет?
Смотрит так, как будто впервые.
Как это сыграть-то вообще?
«Ты кто? Арина? Ты дочь моя или кто?
Я тебя впервые вижу».
Кир, актёры сыграют как смогут.
Может, так, может, ещё хуже.
Мы на это никак не повлияем.
Ну-ка, посмотри на меня,
как будто ты меня впервые видишь.
Перестань, я – не актёр.
Ну что ты выпендриваешься?
Ты всегда смешно показывал.
Что это? Уже смотришь?
Ну, у тебя плохо получается.
Ты не так на меня смотрел в первый раз.
Я смотрю не как впервые, я смотрю так,
будто впервые увидел
в тебе другого человека.
Совсем не одно и то же.
Ну, как будто этот новый другой человек
тебе не нравится как женщина.
Кир, я понимаю, куда ты меня тянешь.
Я туда не пойду.
- К сцене есть вопросы?
- К сцене – нет, а к тебе есть.
Я не понимаю, что происходит-то?
Ну, это даже как-то непорядочно.
Ты делаешь вид, как будто
мы с тобой просто работники.
Это же не так.
Я хочу понять, что с тобой произошло
за два дня, пока мы с тобой не виделись.
Если к сцене нет вопросов,
давай перейдём к следующей.
«Ростислав – в кабинете директора».
Как думаешь, начнём с входа?
Или пусть они уже разговаривают?
Нет, так невозможно.
Невозможно в таком настроении.
Мы как будто с тобой отстранённые люди.
И пишем отстранённо.
А от этого получается плохо.
Но это же не так.
Мы же не просто люди, между нами
была и, получается, снова возникла связь.
А ты делаешь вид, что мы просто коллеги.
Я хочу понять, что произошло за это время?
Что случилось? Цунами?
Землетрясение? Новый вирус?
Комета к нам летит? Что?
Тебе нужен ответ? Или тебе нужно
просто сбросить раздражение?
Так я раздражаюсь, потому что
я не понимаю, что происходит.
Подожди, мышь, что ли, к тебе пришла?
Мышь вернулась, да?
Точно, за вещами приходила.
Я же видела, у тебя на сушке
там труселя её висели.
На стуле там халатик в этих дурацких
кружавчиках, тапочки её с пушком!
Пришла такая вся:
«Ой, я жить без тебя не могу, котенька!»
Да?
Заплакала, ты её пожалел
такой, по головке погладил.
Она такая – раз-раз-раз! В спаленку такая.
Ну ей же плохо, она сразу свалилась.
И тут ты такой.
Ну, дурное дело – нехитрое!
Что? Ясно. Всё и произошло, да?
А она такая: «Я так скучала
без тебя, котенька!»
Да? Так было?
Что ты смотришь на меня?
Ну, может, где-то я ошиблась, да?
Может, не котенька, а хренотенька, да?
- Котопупсик.
- Ну вот. Да.
Чуть-чуть, чуть-чуть промахнулась. Извини.
Правдоподобная интересная история!
Нет, ко мне она не имеет отношения.
- Что, не приходила?
- Нет.
Труселя хоть её с сушки убери.
Стыд какой-то.
Приведёшь кого-нибудь…
Давай всё же пропустим вход.
И Ростик как будто уже сказал директору,
что хочет уйти из школы.
Потому что зачем повторяться, да?
Значит, интерьер, кабинет директора
музыкальной школы «День».
Ростислав Андреевич, а по какой причине
вы хотите уйти из школы?
Я уезжаю домой в Белую Калитву.
Что так вдруг?
Что-то случилось?
Так получается.
Дома всё у вас в порядке? В Белой Калитве?
- Родители, близкие?
- Они – да, они – да.
- Чего? В порядке.
- Это хорошо.
Что… Что мне нужно?
Написать что-то? Заявление?
- А может, у вас с коллективом нелады?
- Что вы? Коллектив – прекрасный!
Я так рад, что познакомился,
попал в такую атмосферу!
Как жена ваша?
Её не смущает, что вы работаете в женском
окружении, повышенное внимание к вам?
- Вы ведь женаты, да?
- Мы разводимся.
- Что случилось?
- Наверное, всё к тому шло.
Оказалось, что мы – разные люди.
Просто она заметила это раньше, чем я.
Но теперь я тоже заметил.
Ростислав, может, кофе?
Ну, не знаю. Если это удобно.
Почему нет? Мне несложно.
Конечно, развод – это всегда неприятно!
Но вы ещё молоды,
привлекательны, у вас есть харизма!
Вы без труда найдёте себе другой вариант.
Простите, что я касаюсь этой темы.
Может быть, какие-то
материальные проблемы?
Ну что? Что тут поделаешь?
Это моя ситуация. Я живу в своей ситуации.
Ростислав, вы можете принять
любое решение, какое хотите.
Это ваше право.
И я не буду вас останавливать.
Вы – взрослый человек.
Но я хочу, чтобы вы знали.
Я хочу, чтобы вы знали, что для нашей
школы это будет огромная потеря.
И я не просто так это говорю.
Я давно работаю в школе.
И я знаю цену каждому преподавателю.
Есть учителя, обычные училки,
а есть педагоги от Бога.
И чтобы это увидеть и понять,
мне много времени не нужно.
Вы ведь раньше не преподавали.
Вы можете этой своей
способности недооценивать.
Не придавать ей значения. И это было бы
абсолютно вашим делом, если бы не дети.
Мне жаль детей, которые могли бы
полюбить музыку благодаря вам.
А если вы уйдёте, они попадут
к плохому учителю, бросят школу.
А ведь среди них могут быть будущие
Рахманиновы, Ростроповичи, Горностаевы.
Конечно, материальные проблемы важны.
И если вы уедете, наверное, вам будет
проще выжить в практическом смысле.
Но достаточно ли вам
будет этого выживания?
Давайте помолимся.
Попросим Господа помочь нам принять
правильное решение.
«Ростислав не очень
понимает, как себя вести».
Ну да.
Отлично! Идём дальше.
«Интерьер кафе "День"».
Идём.
Это взгляд, как будто увидел впервые?
Я, наверное, поделюсь с тобой мыслями,
которые пришли мне в голову
за эти два дня выходных.
Если ты будешь так добра
поменять мизансцену!
Потому что вот эта мне не очень комфортна.
Я понял, что мы более
разные люди, чем я думал.
У нас разное понимание
отношений, ответственности.
Разное понимание допустимых
рамок поведения.
Это нормально.
Это не говорит о том, что я считаю
себя лучше или хуже тебя.
Мы просто разные.
Ты это уже сто раз сказал.
Но мне не нравится то, что происходит
со мной, когда мы входим в отношения.
Я начинаю злиться на тебя за то, что ты –
не такая, какой я хотел бы тебя видеть.
А если мы – приятели, то я готов принять
тебя такой, какая ты есть.
Я не хочу больше злиться.
Это разрушает.
Это мешает работе.
Наверное, всё.
Хорошо. Давай. Что у нас там дальше?
«Арина и Надя». Поехали.
- Кофе поставим им?
- Можно, да.
Допустим.
А почему, когда я тебе сказала,
что он мне нравится, ты не рассказала,
что это тот самый чувак,
с которым ты трахалась в моей квартире?
Потому что он тебе понравился,
а мне было с ним не очень.
Зачем я тебе буду рассказывать,
что он мне не очень?
Я-то не планировала с ним
никаких дальнейших отношений.
А тебя это могло отвратить.
То есть ты так сильно за меня переживала?
Позвала потом при этом к себе мужика жить.
И выслушивала мои переживания на его счёт.
Когда я тебе звонила,
рассказывала про него.
Я его в кино зову,
а ты киваешь головой и знаешь,
что вечером он придёт
к тебе домой. И молчишь.
Я тебе говорю: «У меня не было на него
никаких планов».
Я не собиралась с ним жить.
Так получилось из-за мамы.
Мы изначально договорились,
что через несколько дней он свалит.
В результате и свалил.
Скажи честно, когда он у тебя жил,
вы ещё раз трахались?
- Клянусь, нет!
- Почему?
Потому что мы с ним так договорились.
Ещё на старте при заселении.
Ну и потом… Я уже знала,
что он тебе нравится.
Гуманно.
А где же он спал?
На коврике в коридоре?
В прихожей под дверью?
А маму ничего не удивляло,
что жених на коврике спит?
Мы спали в маминой комнате.
Я спала на кровати, а он – на полу.
Ты хочешь, чтобы я в это поверила?
- Я тебе правду рассказываю.
- А я теперь не знаю, какая твоя правда.
Я теперь не знаю,
когда тебе верить, а когда нет.
Мы столько лет с тобой дружили!
Мне даже в голову не могло прийти,
что ты можешь быть такой интриганкой!
Что мне ещё надо сделать?
Я сказала тебе всё как есть.
Так получилось.
Я бы изначально тебе призналась,
но одно стало цепляться за другое.
Надо было тогда уже найти правильный
момент, но он никак не находился.
По-дружески я ничего
такого ужасного не сделала!
Я понимаю, если бы я с ним спала,
роман крутила параллельно с тобой.
Замуж за него собралась, а сама слушала
твои страдания по его поводу и кивала бы.
Это да. Тогда бы я была сволочью!
Но так-то нет.
То есть ты вообще ничего
к нему не испытываешь?
Просто честно, только честно.
Я теперь не могу сказать объективно.
Офигеть!
Знаешь, что больше всего
меня в тебе поражает?
Ты всегда так уверена в своей правоте,
в том, что умнее других!
Одна знаешь, как надо,
всё правильно делаешь всегда.
Знаешь, я всё время чувствую,
что я не соответствую чему-то.
Каким-то твоим высоким критериям.
У тебя стопудово должна была быть
другая подруга.
Гораздо круче меня по всем пирогам!
Умнее, интеллигентнее, глубже и приличнее.
А приходится дружить со мной.
Хотя нет, у тебя вообще не должно быть
подруг, потому что нет такой,
которая бы тебе соответствовала.
И мужика такого нет.
Бедный Ростик!
Небось, точно так же на него смотрела.
«На коврик. Место. Сидеть. Апорт. Голос.
Пошёл вон из моей квартиры».
Ты давно это в себе носишь?
Ты считала, что я отношусь к тебе
высокомерно? И терпела это, получается?
Да я не хотела заострять на этом внимание!
У каждого свои загоны.
Мне казалось, что в тебе есть и хорошее.
Ты мне казалась одинокой.
Должна же быть у тебя подруга.
Почему не я?
Я надеялась, что когда-нибудь ты заметишь,
что вокруг тебя никого нет, кроме меня.
Почему?
Ты никогда не задавалась таким вопросом?
Почему люди к тебе не тянутся?
Почему мужиков у тебя нет?
Ты – нормальная, симпатичная!
Ты никогда не думала, что это не они
плохие, а с тобой что-то не так?
Может, задумаешься? Ты всё-таки не дура!
Я ждала.
Что ж ты мне не сказала?
Да потому что тебе бесполезно говорить.
Ты никогда никого не слушаешь.
Ты даже сейчас, я вижу,
сейчас остаёшься при своём мнении.
Я тебе говорю, а ты считаешь себя правой.
Ты считаешь, что в этой ситуации
ты повела себя нормально.
Ты даже не понимаешь, что ты сделала.
За всё время нашего разговора
ты не сказала: «Извини».
Элементарно.
«Извини меня, Надя».
Я бы тебя поняла, может быть.
Захотела понять хотя бы.
Браво!
Мы все рады, что вы – с нами.
У нас очень хорошая школа.
У нас как семья.
И я надеюсь, что и вам здесь будет уютно.
«Я надеюсь, что и вам здесь будет уютно.
Нина Валентиновна выходит из зала».
Может, написать оценку Ростиславу
как напоминание режиссёру,
чтобы не забыл снять?
У нас же будет плохой режиссёр,
ты помнишь?
Слушай, я подумала над тем, что ты сказал.
И у меня есть к тебе два вопроса.
Что это в моём поведении не совпадает
с твоим представлением об отношениях?
А второй?
А второй будет вытекать из твоего ответа.
Ладно, обойдёмся без оценки
Ростислава, наверное.
Я не могу тебе доверять.
Ты не отвечаешь за своё поведение.
И в этом, возможно,
кроется твой особенный шарм!
Твоя индивидуальность, которая привлекает
многих! И меня привлекла в своё время!
Но продолжительное время рядом
с таким шармом находиться очень трудно!
А для меня и вовсе невозможно.
- Ты что, приревновал к Марику?
- Марик – это частность этого проявления.
Точно.
Ты к нему приревновал, но это же смешно.
С Мариком было до тебя,
вернее, между тобой и тобой.
А когда с тобой, то уже не было.
Значит, я правильно всё понял,
когда ты пришла.
Марик дал тебе работу,
потому что ты дала ему.
Блин, как пошло! Отвратительно!
Марик дал мне работу,
потому что ему понравился мой сценарий.
- Который он не читал.
- Это неважно. Сейчас не об этом речь.
Просто смешно ревновать к Марику.
Ты считаешь, что я могу получить работу,
только если я с кем-нибудь
пересплю, что ли?
А мои отношения с Мариком тебя
вообще не должны касаться, ясно?
Я говорю о том же. Я согласен с тобой.
Твои отношения с кем угодно
не должны меня касаться.
С кем хочешь, с тем и спи.
Я готов это принять до тех пор,
пока это не касается меня.
И здесь, прости,
я не могу с собой справиться.
Может быть, это у меня
такое старомодное воспитание!
Может быть, гены – странноватые,
но меня кроет, когда я вижу,
как ты себя ведёшь. И даже не просто
ведёшь, а можешь повести в любую секунду.
- В любую секунду.
- Да поняла я, поняла.
Что ты так разволновался-то?
Ладно.
Переходим ко второму вопросу.
Почему мы не можем просто трахаться?
Без отношений?
Почему мы обязательно
должны быть коллегами-друзьями?
Мы же можем быть коллегами-любовниками.
А просто друзьями мы всё равно
уже не сможем быть.
Потому что в истории написано:
«Были любовниками».
Всё.
Это даже очень выгодно,
что между нами есть половая связь.
Это сближает.
Это даёт возможности для творчества.
Мы с тобой расстались в прошлой жизни,
потому что у нас не было
совместной работы.
А теперь будет другая фишка.
Теперь нам хорошо будет вместе и работать,
и заниматься сексом.
Ну, такие любовники-творцы.
Это очень круто!
Смотри, ты будешь меня трахать
и писать на моей спине сценарий.
Когда есть такая хорошая перспектива,
почему её не использовать?
Я так не умею.
Я не умею просто так.
Прости, мне очень жаль.
Ну, это какой-то тупик.
Что у нас там?
«Интерьер квартиры Арины.
Ночь».
Рыбку купила. Смотрю – ты.
Остаёшься?
Ну, я подумал, а чем не спорт?
Я сейчас на спорте.
Ты, кстати, не видела, когда приходила?
Там мужик вот таких собак таскал!
Я подумал: «Может,
на вечер взять парочку?»
- Да? А где?
- Ну, вон там стоят.
Это где, где? Я что-то там никого не вижу.
Ушёл, наверное.
Ну, пойдём перехватим.
Голова?
Помогите.
Ты в последнее время слишком нервничаешь.
Я очень удивилась, когда сегодня Ростика
в школе увидела.
Я так поняла, он у вас работает?
Извини. Я тебя, наверное, подвела.
Я не знала, что ты с Надей не делилась
вашей с Ростиком ситуацией.
Я думала, она – близкая подруга.
Вы всё рассказываете друг другу.
Не всё.
Ну, вот это правильно.
Личное надо оставлять при себе,
чтобы никто не сглазил.
Только мне одно странно.
Что ты мне не рассказала,
что вы вместе работаете.
Мне-то можно. Я всё-таки мама.
Ты, наверное, мне не доверяешь?
У меня, если честно, тоже много вопросов
накопилось за последнее время.
Я, конечно, не лезу к вам, держусь.
Но мы же вместе живём.
Я должна понимать,
на каком свете я нахожусь.
Знаешь, это очень обижает,
когда тебя считают человеком,
недостойным того, чтобы сообщить ему
какую-то информацию, ввести в курс дела.
Вы чего боитесь-то? Что я что?
Или я такая старая,
что уже не смогу воспринять чего-то там?
Я не хочу тебя сейчас дёргать.
Я понимаю, что тебе не очень хорошо.
Но когда-нибудь я узнаю, что происходит?
А то это, знаешь, это как-то
не по-человечески по отношению ко мне.
Мам, ты сейчас только послушай,
не перебивай меня, пожалуйста.
Мы с Ростиславом знакомы
не полгода, а неделю.
Мы – не любовники.
У нас разные жизни вообще.
Не собираемся быть вместе.
Ты переживала, что я одна. Я соврала тебе
про мужчину. Ты хотела его увидеть.
Я думала, это на один раз.
Покажу его тебе – и всё.
Ростик мне просто подыграл.
Мы не хотели тебя уж так обманывать!
Мы не думали, что ты захочешь,
чтобы он жил здесь.
Потом – одно, другое.
Ты так реагировала,
так радовалась всему этому!
Я просто не смогла.
Не хватило сил тебе сказать правду.
А со школой – это совпадение.
Это неважно вообще.
Просто он у нас работает учителем.
Самая страшная моя версия была такая.
Тебе неловко, что у тебя служебный роман,
и вы от меня это скрывали.
И поэтому странно себя вели,
шептались по углам.
А от Нади скрывала,
чтобы она по школе не разнесла.
Но хуже я уже ничего придумать не смогла.
А тут вот как?
Главное – кем ты меня выставила?
Что я каким-то шутом гороховым
себя всё это время вела.
Я к чужому человеку так прониклась!
Почти готова была его полюбить, принять.
А теперь даже не знаю,
как его назвать. Кем?
Так притворяться…
Вы разыгрывали передо мной комедию,
а потом уходили в комнату и смеялись?
Получается, что я была для вас идиоткой?
Ты не просто меня разыграла, а выставила
перед чужим человеком дурочкой!
Не кто-то там со стороны, а родная дочь.
И теперь я… Я не знаю, как теперь
вместе с тобой жить.
Думала, единственный мой близкий человек.
Теперь и тебя лишилась.
Серия 12
Привет!
- Всё-таки едешь?
- Вещи из бани забрал.
Баню сносят, так что…
- Что директриса? Поговорил с ней?
- Поговорил. Помолились вместе.
- О чём просили?
- О даровании разума.
- Как дела у мамы?
- Нормально.
- Может, тебе помочь?
- Как ты мне поможешь?
- Инструмент могу понести.
- Нет, дай.
Слушай…
Ладно.
- Не тяжело тебе?
- Мне – отлично!
Мама со мной не разговаривает, потому что
я вчера рассказала ей про нас всю правду.
- Всю-всю?
- Всю.
Ну, кроме нашего первого свидания
у Нади в квартире.
Если мама узнает,
что мы познакомились в интернете,
в первый же день переспали
в чужой квартире,
она решит ко всему прочему,
что я – доступная.
Нет, ты – не доступная.
С этим я не согласен.
Я тоже не согласна.
Но маме этого не объяснишь.
Она уже считает меня предателем и врушкой.
А тебя – кривлякой бессовестной.
Я не только пьяница, я ещё кривляка.
Бессовестный!
С другой стороны, маму можно понять.
Мы её обманывали.
Это плохо, это бесчеловечно.
Если бы она ещё не узнала хотя бы…
Прости, можно вопрос?
А зачем ты ей рассказала?
Потому что… Потому что мне
надоело врать.
Так вдруг? Врала, врала – и вдруг надоело?
Чтобы ты знал, мне это
вообще не свойственно.
Я всегда всем говорю правду.
В первый раз в жизни пошла на эту
махинацию – и исчерпалась очень быстро.
Есть ощущение, что если бы я была врушкой,
я жила бы очень счастливо.
И все вокруг – тоже.
- Что же теперь делать?
- С Надей тоже не очень дела.
- Тоже всю правду?
- Всю как есть.
Теперь и в школу идти страшно,
и домой тоскливо.
Не надо только на меня так смотреть,
как будто все умерли.
Ничего, выплыву.
Всё отлично! Я всё контролирую.
У меня есть версия, что человек,
может, не в одну секунду влюбляется.
Ну, то есть он как бы был уже влюблён,
но не понимал, что он влюблён.
- Но он задумался об этом или нет?
- Может, даже не задумывался.
Не думал, нет, не думал.
И происходит какая-то секунда,
какое-то событие.
- Когда он понимает.
- Спусковой крючок, да.
Я тебе рассказывал, как я влюбился
в старших классах?
Девочка пришла из класса в школу
в колготках в ромбик.
Серьёзно. Всё, капец! Два года страданий.
- Да ладно?
- Да.
Так ты чего? В девочку влюбился
или в колготки, фетишист?
Я не знаю. Я помню эти колготки,
белые волосы тоже помню немножко.
- Кудрявенькая она была?
- Кудрявенькая.
Но я – не фетишист.
Я… Если бы я был фетишистом,
я бы застрял на колготках в ромбик.
Собирал бы, допустим, их всю жизнь.
И это была бы очень удобная штука.
Допустим, тебе нравится женщина.
Надевай, смотри.
У меня есть на твой размер.
И я уже люблю.
А потом поднадоело – и я говорю: «Снимай».
- Всё, снимай.
- Всё, всё, расстались. Досвидос.
Больше неинтересно, да!
И в шкаф их опять до следующей женщины.
Любил бы много раз в жизни.
Каждый раз искренне.
А что? У меня тоже такое было,
кстати, с отцом Маши.
Он стакан поставил на синтезатор.
Ну, он там что-то играл, пел на гитаре.
Синтезатор рядом стоял.
Всё нормально, все дела.
Потом закончил петь,
взял этот стакан, отпил.
Поставил обратно ближе уже –
ко мне на синтезатор.
И вот то, как он поставил этот стакан,
как его пальцы обнимали этот стакан…
Это решило всё.
Я прямо подумала: «Ну всё, ты приехала.
Всё главное в твоей жизни случилось».
Вот и с Ростиком… Видишь?
Такая же штука.
Он как бы не любил её, ну,
это просто приятная женщина!
Но вот она роняет сумку –
и он видит, как она растеряна!
Это, кажется, очень собранная,
жёсткая женщина.
Как она растеряна в эту секунду,
как она расстроена!
И дальше он присаживается ей помочь
в следующую секунду.
И помогает собирать вещи,
но это уже другая жизнь.
После секунды понимания.
Всё, он уже любит.
- Здравствуйте, Анна Петровна.
- Забыл что-нибудь?
Я пришёл извиниться.
Сейчас.
Анна Петровна, не ругайте,
пожалуйста, Арину.
Она вас очень любит,
беспокоится и переживает.
У неё были хорошие цели изначально,
ну и потом тоже.
Просто она не знает, как вам помочь,
как сделать лучше.
И от этого иногда принимает
странные решения.
Но она так больше не будет.
Простите её, пожалуйста.
- А зачем вы за неё просите прощения?
- Я и за себя могу, конечно.
Да, бесспорно, я тоже виноват,
что принял участие.
Пришёл в ваш дом, создавал иллюзию,
кроватью скрипел.
Вы не подумайте, мы раздельно скрипели.
Ничего не было предосудительного.
Ел ваши оладушки.
Очень вкусные на самом деле.
Тут я не врал. Очень вкусные.
Но всё это было ради вас.
Чтобы вы были спокойны
за Арину, за её будущее.
- Простите меня, пожалуйста.
- Ростислав, вы же взрослый человек.
Вы разве не понимали, что ложь
рано или поздно выйдет на поверхность?
Я надеялся, что, скорее, поздно.
И на самом деле был план, что мы с Ариной
как будто разойдёмся характерами
через некоторое время – и я уйду. И вы
ничего не узнаете, что мы вас обманывали.
А, и ещё Арина сделала меня алкоголиком,
чтобы вы не сильно переживали,
когда я уйду, ну, что вы немного теряете!
Целая постановка.
Я же три года в театральной
студии занимался.
Хорошо.
Тогда поставьте себя на моё место.
Что бы вы чувствовали?
Это очень сложно, конечно, понять,
что там у другого человека
в голове происходит.
Но ведь, пытаясь понять другого,
мы проецируем на него себя,
я думаю, то есть мы видим в других людях
своё отражение с поправками на пол.
Может быть, на возраст,
на культурные особенности.
Ну, то есть на глупость,
по нашему мнению!
Но ведь другие люди – они другие.
Слушай, ты иногда простые
вещи так заморачиваешь!
Я не знаю, что сказать.
Мне очень жаль.
Давайте я ещё скажу.
Вы, может, мне не поверите. И это
совершенно справедливо. Я всё равно скажу.
Вы можете как угодно ко мне относиться,
но у меня к вам очень тёплое отношение.
То есть в этом я не притворялся.
Я не к тому говорю, что вы должны
меня простить из-за этого.
Меня и Арину.
Я просто подумал,
что вам будет приятно знать!
Вот я к чему.
Вам надо с ней помириться.
Обязательно.
Вы сейчас сердитесь,
это понятно. Есть на что.
Но вы попробуйте поставить себя
на её место.
Вы же её знаете.
Она всё должна контролировать.
Но вашу ситуацию, вашу болезнь
она контролировать не может.
А вы ведь для неё
самый главный человек на свете.
Она сходит с ума от бессилия.
И хватается за любые глупые идеи!
Ну вот я оказался такой глупой идеей!
Может быть, если бы другой человек
был на моём месте,
может, всё… Всё бы и лучше получилось.
Но ведь я совсем не подарок.
Ей пришлось меня терпеть.
Спать со мной в одной комнате.
Я, кстати, на полу спал.
В общем, до свидания.
Я, наверное, уезжаю. Кстати, знаете?
Домой к родителям в Белую Калитву.
Вы, главное, будьте здоровы.
Берегите себя.
Никому чужому дверь не открывайте.
Всего доброго.
Интересно! Я сейчас подумала, что мы знаем
наших персонажей лучше, чем живых людей.
Так и есть.
Люди вообще любят персонажей больше,
чем друг друга.
Потому что выдуманных героев можно любить,
а живых людей – невозможно.
Это полечка, милый!
Мизинец ты заваливаешь всё время.
Держи кисть.
Начни с доминанты. Сейчас.
Да, мам?
Я больше не могу
разговаривать сама с собой.
У меня сейчас голова разорвётся
от этих мыслей, сердце лопнет.
Ты меня слушаешь?
- Мама, у меня урок. Это очень срочно?
- У тебя всегда урок.
У тебя никогда нет на меня времени.
А времени у нас осталось очень мало.
- Ты хоть это понимаешь?
- Мам, я понимаю.
Ты накрутила себя, ты переживаешь,
но давай мы с тобой дома поговорим.
Мне сейчас совсем неудобно.
У меня ребёнок тут.
Пожалуйста, Максим, играй дальше.
Я не знаю, кого я воспитала.
Обманщицу и манипулятора.
- Кого?
- Манипулятора.
Ты манипулируешь людьми,
ты пользуешься ими, как пешками.
А когда они уже тебе не понадобятся,
ты их вышвыриваешь.
Люди для тебя не имеют никакого значения,
как будто это не живые души.
Про кого ты говоришь? Ты
себя имеешь в виду или кого-то ещё?
Как ты могла подсунуть вместо себя
человека, который за тебя извинялся?
У тебя что, у самой мужества не хватило?
И это моя дочь.
Ты чего рот открыл? Повторяй.
Повторяй вторую часть.
Я сейчас.
Ты меня слушаешь?
Привет.
Я хотела тебе рассказать…
- Ты здесь ещё? Ты – со мной?
- Да. Какого я подослала человека к тебе?
А то ты не знаешь!
Я сыта по горло твоей игрой.
Арина Сергеевна, ну вы как-нибудь взяли
под крыло нашего нового преподавателя?
Окутали бы его своим теплом.
Что-то он стал хандрить, уезжать собрался.
Его бы надо приободрить.
Подтянуть его к общественной
жизни коллектива.
Заинтересовать чем-то, чем-то творческим!
- Вы же понимаете, о ком мы говорим?
- Да, хорошо, да. Я подумаю.
- Ты со мной или с кем?
- Я здесь.
- Я жду объяснений.
- Подожди.
Я так и не поняла, о ком идёт речь.
Кто к тебе от меня приходил?
Я сейчас трубку вообще положу.
Мам, послушай, ну серьёзно.
Ты можешь назвать одно имя?
Кто к тебе приходил?
Я без этого не знаю, что тебе говорить.
Ростислав.
Приходил Ростислав и говорил:
«Простите Ариночку. Она такая хорошая!
Она так переживает! Она ничего
плохого вам сделать не хотела».
- Тебе самой вот за это всё не стыдно?
- Когда это он успел?
Полчаса назад ушёл.
Мам, это недоразумение. Я его не просила.
Я даже не знала, что он к тебе пойдёт.
Я видела его с утра в школе.
Мы говорили о другом.
С чего вдруг я стала бы его
к тебе подсылать?
Это не в моём характере совершенно.
Я уже запуталась,
что в твоём характере, а что не в твоём.
Нет, я этого не делала.
Даже если так, почему за тебя…
Привет.
… чужой человек извинился, объяснился,
десять раз попросил прощения?
А ты даже ничего не сказала?
Ты вообще в курсе, что он уезжает?
Может, он из-за тебя и уезжает?
Довела человека. Ты кого хочешь доведёшь.
Я без валокордина уже не живу.
У меня вот руки трясутся.
Мам, если я тебе сейчас скажу «прости»,
тебя же это не устроит.
- Конечно. Эти формальности мне не нужны.
- Ну, тогда тем более.
Я сейчас больше ничего сделать не смогу.
Если ты выплеснулась,
тебе стало полегче, я рада.
Ты, главное, знай, что мне не всё равно.
Я приду вечером. Я подумаю,
что тебе сказать неформально.
Ты только поешь где-нибудь.
- Утром ничего не тронула.
- А ты не нервничай.
Я не хочу, чтобы ты нервничала.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. Привет, Насть. Как дела?
- Была на сольфеджио.
- Пятёрку по диктанту получила.
- Ты – крутая!
- Пока.
- Пока.
До свидания.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. Здравствуй, здравствуй.
- Привет.
- Здравствуйте.
- А я вас жду.
- А я пришёл. Пойдём.
- Здравствуйте, Надежда Михайловна.
- Здравствуйте.
Всё, пошла.
- Ну что, ты готова?
- Да.
Проверим.
Ростислав Андреевич!
У меня есть к вам один небольшой разговор.
У вас найдётся минута?
Сейчас?
Ну да, если можно. У меня как раз обед.
Саш, тогда открывай кабинет,
доставай ноты. Я сейчас.
Ростислав, скажите честно,
у меня есть шанс?
Шанс на…
Ну вы же не можете не понимать,
что вы мне нравитесь.
Это?
То есть я правильно понимаю,
что вы хотите роман?
В некотором роде да.
Ну только не молчите.
Просто скажите «да» или «нет».
Мы же взрослые люди.
Я всё пойму, я не обижусь.
Надя, нет.
Хорошо.
Только ничего не объясняйте, ладно?
- Не рассказывайте мне, какая я хорошая!
- Почему?
Вы действительно хорошая,
и красивая, и привлекательная!
Поверьте мне как мужчине.
В вас есть страсть. Это важно.
Ещё мне очень нравится,
что вы – прямой и искренний человек.
Что вы не хитрите и не прячете.
Мне очень льстит, что я мог понравиться
такой женщине, как вы.
Это, в общем, для меня даже неожиданно,
потому что в рейтинге вы, конечно, выше.
В каком рейтинге?
Правда, что за рейтинг?
Ну, обычный рейтинг. Чемпионат.
Ценность мужчины или женщины
с точки зрения женщин или мужчин.
Вертикаль.
Кто красивее, кто талантливее,
кто богаче, кто сексуальнее!
Если человек находится здесь,
то он и партнёра себе будет
искать здесь или чуть выше.
Я себя вижу здесь, а вас – вот здесь.
А её вы где видите?
Вы её любите, что ли?
Я сам не знаю.
Вы идите.
Вас там ученица ждёт.
Вы обязательно очень скоро
найдёте себе достойного человека.
У вас всё будет хорошо.
У вас просто не может быть иначе.
- До свидания.
- Пока.
Мне звонила мама.
Почему ты не сказал,
что собираешься к ней идти?
Я решил внезапно. Появилось окно.
Ну, ещё у меня было представление,
что ты будешь против.
Ты знал, что я буду против,
но всё равно пошёл?
Ну да.
Мама перенервничала. Ей нельзя.
Она и так сейчас живёт в стрессе.
Валокордин вон пьёт теперь, руки трясутся.
Какой ужас!
Я хотел совсем другого эффекта.
Ей надо было узнать, как ты переживаешь,
что тебя это тоже мучает!
Ты-то сама никогда не скажешь,
а со стороны виднее.
Мне показалось, что я повлиял, что она
прислушалась. И теперь всё наладится.
Тебе это зачем?
Ну, знаешь, ты тоже не преувеличивай.
Да, я знаю, жестокий мир,
никакого сочувствия к ближнему.
На улице плохо будет – все мимо пройдут,
дай бог не ограбят!
Но давай оставим некоторым людям право
на проявление добра
без всяких объяснений, да?
Я хотел вам добра. Всё.
Не понравилось – извините. Постараюсь
больше не попадаться вам на дороге.
Может, ты – святой?
Может, ты с неба свалился?
Арина, чего ты хочешь от меня?
Ничего я не хочу.
Просто пришла сказать спасибо.
- Спасибо за что?
- А что тут непонятного?
Ну, вообще-то я довольно много
для тебя сделал.
Я имела в виду твой поход
к маме без спроса.
Конечно, это не помогло.
Только хуже стало.
Но у тебя были хорошие намерения,
вот за это и спасибо.
И потом… Что это за уточнение?
«За что спасибо?»
Тебя поблагодарили – воспринимай.
Скажи спасибо, что сказали спасибо.
- Спасибо.
- На здоровье.
Ну и что? Чего ты там решил? Уезжаешь?
- Думаю.
- Ты давно думаешь. Всех перебаламутил.
Второй день всего.
Я жду, когда ко мне
придёт правильное решение.
Оно может долго не прийти.
Что делать-то будешь?
Пока вот смотрю хостелы поблизости.
По названию мне нравится «Баба Рая».
Тебе как?
Я бы из такого не вылезала.
Ну, решено.
Подожди.
Нечего тут сосаться по углам
в детском учреждении, извращенцы!
Блин, может, написать
всё-таки им диалог – Арине и Наде?
Чтобы понятно было,
как они здесь оказались?
С чего вдруг она дала
ключи от квартиры, да?
Да, потому что мы можем не поверить
на автомате, что это произошло.
Они претендовали на одного мужчину.
И Арина получает мужчину,
на которого она претендовала. И вот так…
Чтобы подруга вот так вот дала ключи?
Ну, просто ты не веришь,
что женщины бывают благородными.
А они бывают.
Если мы ещё и диван Наде сломаем,
она меня точно никогда не простит.
И тебя.
Тише.
Странно, что их не будет.
Ну, то есть будет какое-то
бездарное воплощение.
И никто его не увидит, что и к лучшему.
Странно, что не будет ребят.
У них не будет жизни дальше.
Ну, в параллельном пространстве
они же всё равно будут жить сами по себе.
Вот эта энергия, которую мы создали,
она же где-то материализовалась.
Нет.
Нет.
Серия 13
Ты что-то вовремя.
Кофе здесь всё-таки дерьмовый!
Я с первого дня знал,
что тебе не понравится.
Ну что? Что у нас там осталось с тобой?
- Финал.
- Прекрасно! Я готова.
Я – нет.
Мне, в принципе, не срочно, но хотелось
бы получить какой-то комментарий.
Мы сейчас с тобой о чём думаем?
Я вертел в голове одну идейку.
Я не знаю, как она тебе покажется.
Что, если нам с тобой,
допустим, пожениться?
- Нам с тобой что?
- Перестань, ну ты слышала.
Я сказал: «Пожениться».
Давай, конечно, отыграй свои реакции все,
а я потом продолжу.
Извини, извини, пожалуйста.
Просто… Всё, всё.
Остальное я приберегу на развитие темы.
Всё.
Мы сегодня закончим с тобой.
И потом неизвестно, как часто
будем видеться! И будем ли вообще?
Мы не знаем, как сложится жизнь.
Никто ничего не знает, особенно сегодня.
И отсюда, собственно, предложение.
Продолжай.
Но у нас есть с тобой печальный опыт.
Если мы изменились или готовы
меняться в будущем,
мы можем постараться его не повторить.
Понимаешь?
- Давай реакции. Давай.
- Дальше, дальше.
Есть вещи для меня принципиальные.
Есть более важные, есть менее,
но в целом все важны.
Готова?
Я сейчас себя чувствую Белкой и Стрелкой,
как будто ты меня в космос запускаешь.
Мы должны расписаться.
Без дураков, как положено!
Я должен быть уверен, что ты тоже выбрала
меня, а не кого-нибудь когда-нибудь.
Меня. Я – твой муж до конца наших дней.
Это всё. Это решено.
Если мы – муж и жена,
то у тебя не может быть ситуаций
с другими мужчинами, даже разовых.
Все важные решения в нашей жизни
мы должны принимать вместе.
Не так, что ты так прибежала,
две минуты назад всё решила.
Все должны подорваться и делать то,
что ты скажешь. И никак иначе.
Вместе.
Финансовые решения. На что мы можем
потратить? Сколько мы можем потратить?
Мне не жаль. Ты знаешь это.
Но надо думать о завтрашнем дне.
Потому что мы оба знаем, каким мрачным
он может оказаться внезапно!
Тем более есть ребёнок. И вот о Маше тоже.
То, что я слышу от тебя, и то,
что я помню, – это не воспитание.
Это ребёнок, брошенный на бабушку. Или она
одна сидит целыми днями дома в планшете.
Ест неизвестно что, уроки… Непонятно,
делает или нет. Ты же не проверяешь.
Воспитание – это система,
это терпение изо дня в день.
И я хочу, чтобы мы с тобой
были в этом вместе.
Ну да. Всё, наверное.
- Не холодно?
- Нет, хорошо.
- Я мог бы встать и найти одеяло.
- Лежи.
Расскажи что-нибудь поинтереснее!
От нас до галактики Андромеды
два миллиона световых лет.
А до Луны – три дня на ракете.
- Не может быть. Ты врёшь.
- Зуб даю.
Что мне от твоего зуба? Мне надо понимать.
- Реально три дня?
- А ты что, собралась?
Ну да.
Что тут делать? Сплошные проблемы.
Там спокойно. Нет никого.
Я ж туда не одна теперь полечу. С тобой.
- Мне страшно.
- Отлично!
Я уже, в общем-то, собран.
Можем уехать ко мне в Белую Калитву.
Это практически как Луна. Другая планета.
Хочешь уехать?
Только если с тобой вместе.
А там будет лучше?
Нам везде будет чудесно!
Тогда на Луну.
На нас само слово действует. Ты заметил?
Луна.
Луна.
Дураки!
Мама.
Ответь.
Потом.
- Почему?
- Потому что я не знаю что.
Она будет волноваться.
Я ей написала, что сейчас перезвоню.
Что ты так официально? Трусы надел.
Я по тебе понял, что шутки кончились.
Вопрос вот в чём.
У нас квартира до утра.
Ну да.
Понимаешь, что будет с мамой,
если я не вернусь сегодня?
Надо ехать.
Нам надо вместе переночевать
и вместе проснуться.
Роман начинается не с вечера, а с утра.
Ты не кивай давай.
Подскажи с решением, что такое маме
сказать, чтобы она дождалась до утра?
Скажи правду. Как мне сейчас сказала.
Я бы на месте мамы не обиделся точно.
Я знаю, это непросто.
Но разговаривать с родителями
надо как с людьми, как с друзьями.
На равных.
Ты считаешь, что мама всегда хитрит,
всегда выворачивает всё в свою пользу.
Манипулирует, изображает что-то.
Но ты не думала, что она
всё это делает из страха,
что ты не поймёшь её,
если она будет честна с тобой?
Вы обе как будто ходите кругами
вокруг простых вещей.
Попробуй не бояться.
Попробуй быть открытой.
Расскажи ей всё как есть.
Ну хорошо, допустим. Я маму знаю.
Ей сразу плохо, давление, нужна помощь,
скорая, я должна быть срочно рядом.
И при этом я всё равно плохая дочь.
И ночь мы с тобой профукали.
Ты всё заранее знаешь.
Ну, поэтому вот либо нападаешь
на маму сразу, либо хитришь.
Попробуй не знать.
Были времена, когда вам
было хорошо друг с другом?
Ну вот и говори с ней,
как тогда говорила.
Попробуй.
Если что, ну, поедешь домой.
У нас ещё сколько таких
ночей будет! И утр после них.
Алло?
Привет, мамуль.
Нет.
Нескоро я к нему вернусь обратно
Ты только будь, пожалуйста, со мною
Товарищ Правда, товарищ Правда!
Ты только будь, пожалуйста, со мною
Товарищ Правда!
Я всё смогу, я клятвы не нарушу,
Своим дыханьем землю обогрею!
Ты только прикажи – и я не струшу.
Ой!
Раз, два, три.
Ты чего дерёшься?
Ты что?
Это же папа.
Чтобы не поругались.
Если между нами возникла преграда,
если мы обошли с разных сторон
столб или человека, надо так сказать.
Столб мне тоже никогда не нравился.
Но что нужно хлопать…
Я вообще об этом был не в курсе.
Ещё сказать: «Раз, два, три». Вслух.
Это важно. Иначе не сработает.
Если человек не знает, я стараюсь его
потихоньку хлопнуть и шёпотом сказать.
Но обязательно сказать.
Раз, два, три.
Чтобы он не подумал, что я – ку-ку!
Я же не знаю, кто как к этому относится.
Ну, мне кажется, если помеха – низкая,
то это не в счёт.
Если между нами нет преграды,
то между нами сохраняется связь.
- Можно не шептать, не хлопать.
- Всё считается. Высота неважна.
Всё, что между, всё считается.
Это для каких-то сомнительных
связей считается.
А для нашей… Тут можно стену поставить –
ничего не изменится.
Между нами нет стены.
Ну что мы? Как? Я тебя жду?
Или ты надолго?
Как?
Давай подожди меня полчасика.
Если там затянется, я тебе напишу.
Скажешь ей, что это я.
Я хочу.
Ну, передавай привет, если что.
«Будьте вы все прокляты во веки вечные!»
«Кстати, Ростик тебе привет передавал».
Так не будет.
Ну, посмотрим.
Выживу – расскажу.
Всё, пошла.
Луна.
Почему?
Потому что я не смогу
выполнить твои условия.
Я могу, конечно, попытаться.
Даже если очень захочу.
Но сколько это продлится?
Сколько я смогу быть не собой?
Ты же хочешь жить не со мной.
Ты хочешь жить с какой-то другой Кирой.
Я, конечно, могу попытаться сыграть это
для тебя, но на сколько меня хватит?
Я подумал, что прошло время – и мы
с тобой лучше понимаем, чего лишаемся.
Время прошло, но мы-то не изменились.
Ну вот что? Когда мы вошли
в эту комнату первый раз,
ты посмотрел на меня и подумал:
«Ой, это другой человек!»
Ну нет же, ты же увидел
во мне всю ту же Киру.
И стал кричать на меня из-за этого кофе.
И я тут же увидела в тебе того же Костю.
Постарел только немного.
Четыре года всего.
Ну, проглядывается.
И вот этот вот заменитель
стал использовать вместо сахара. Всё.
А, вот ещё мышь приобрёл! А так-то?
Всё.
Но, слушай, у нас таких, какие мы были,
какие остались, у нас было хорошее.
Понимаешь, я думаю,
что мы любим друг друга в прошлом.
Ну, в том моменте,
в том первом моменте всплеска.
Мы не любим друг друга в настоящем.
Потому что если бы мы любили сейчас,
то мы бы позволяли друг другу быть собой.
Мы бы не раздражались,
не ругались, не спорили.
А просто принимали любые проявления,
любые жесты.
И я бы не вспоминала, как это было
в прошлой жизни, тогда.
Я бы просто любила тебя сейчас.
Потому что когда человек любит,
он принимает другого в любых проявлениях.
Неважно, что тот сделает.
Никак это не изменит отношение.
И в этом случае не нужны условия.
А у нас этого нет.
Мам, ну что так смотришь на меня?
Пытаюсь понять, что с тобой происходит.
Что-то хорошее.
У меня происходит что-то хорошее.
Я надеюсь.
Мама, ну улыбнись. Ну что ты такая?
Ну всё же хорошо.
Что ты ищешь? Тебе подсказать?
Да сама не знаю.
- Завтракала?
- Кофе и круассан.
Прямо как в Париже.
Лучше.
Это ты с ним была тогда в чулках?
Неделю назад ты пришла выпивши в чулках.
В середине ночи, считай. Очень поздно.
И я вытянула из тебя клещами,
что, оказывается, есть мужчина.
И ты наврала мне, что это был Ростик.
А это был вот этот Круассано?
Да. Это был тот, который этот.
Ну что, я опять буду вытягивать из тебя?
Еле утра дождалась.
- Что только не думала…
- Сейчас всё будет.
Никаких интриг, никакого вранья. Я обещаю.
Мам, сядь хотя бы.
Не сяду.
Тогда я тоже встану.
- Мама, я влюбилась.
- Это я уже слышала.
Но это же главное. Разве нет?
Он очень хороший человек. И что бы ты
о нём ни думала, он лучше меня гораздо.
Ну, это несложно.
Спасибо, мам.
Он меня тоже очень любит.
Но?
Женат?
- Почти разведён.
- Арина, это он тебе голову морочит.
Поверь мне, женатые не уходят.
Они просто обещают,
а у себя там детей рожают снова.
Дачи строят. А тебе только
круассаны остаются. И то нечасто.
Это Ростик.
Это что, вы меня хотите
в сумасшедший дом отправить?
«Арина и Ростислав сидят молча, потом
поворачиваются и, немного отстраняясь,
смотрят друг на друга».
«Авторы сценария: Кира Виноградова
и Константин Миронов».
Сначала будет написано:
«Автор идеи: Марк Овчаренко».
- С какой это стати?
- Тут так принято. Не спрашивай меня.
Слушай, ну а вот сейчас
мы всё это отправляем – и что? Всё?
Ну, типа всё-всё?
Я вообще могу сюда не приходить?
И никто даже не спросит: «Где Кирочка?»
Ну, если ты не работаешь в другой группе,
конечно, никто не спросит.
Я рекомендую тебе воспользоваться
твоим контактом.
Вышеупомянутым. Марика Овчаренко.
Позвони ему, лучше зайди. Визуальный
эффект всё-таки. И скажи: «Я свободна».
Ну, в смысле работы. В остальном
вы сами решайте. Как у вас? Не знаю.
Слушай, не хочу я больше связываться
с вашим Мариком.
- Почему? Раньше хотела. И неоднократно.
- Раньше хотела. Раньше всё было не так.
А теперь всё изменилось. Напрягает.
Не люблю я, когда меня
принуждают к связям.
Ты понимаешь, да, что у тебя не будет
вариантов при таких условиях здесь?
Я знаю.
- Планы?
- Планы – в планах.
Ты сам-то что будешь делать?
Пойдёшь к нему напоминать
о себе или уже сходил?
Ну вот сейчас отправим, да и пойду.
Про коров будешь писать?
Про коров ему уже пишут
какие-то кавээнщики из Абхазии.
Исходные заказчики отвалились,
он теперь хочет получить господдержку.
Потому что это социально значимая тема.
Это русские коровы, и они дают
лучшее в мире русское молоко.
Я хотел на самом деле уйти.
И у меня есть идеи для пьесы.
Но потом подумал: «Хорошо,
напишу я пьесу, а жить на что?»
Пойду, наверное, к Филиппову
«Битву кафешек» писать.
У них 40 серий. Им авторы всегда нужны.
Ну тогда что? Отправляем?
Прости.
За что?
- Хочешь – за всё, хочешь – по пунктам.
- Хочу по пунктам.
Прости за то, что наврала тебе с чулками,
что это долгие отношения.
Боялась, что ты будешь в ужасе,
если расскажу, что познакомилась
с мужчиной по интернету!
И в первый же вечер с ним переспала.
Вообще-то я в ужасе!
Ещё прости за то, что когда ты
захотела его увидеть,
я не смогла сказать, что вру,
и привела его к нам.
В общем, неизвестного человека с улицы.
Из интернета – ещё хуже.
Потом ты захотела, чтобы он жил с нами.
И я опять не смогла сказать правду.
И мы врали тебе вместе.
Но самое главное…
Самое главное – за то прости,
что когда я тебе рассказала всю правду,
мне не хватило совести сразу извиниться.
Ты простила?
А как вы собираетесь дальше существовать?
После того, что ты мне рассказала?
Да. Это новая у нас теперь проблема.
Я понимаю, после всего
ты можешь его не принять.
Значит, буду встречаться с ним на стороне.
Я теперь его не брошу.
А где он сейчас-то?
Во дворе ждёт.
Ну позови. Пусть зайдёт.
Думаешь, я его съем, что ли?
- Что, спина?
- Да. Это нормально.
Мне врач сказал,
если нервничаю, это нормально.
Врач ему сказал…
Да я бы тебе без любого врача
то же самое сказала.
- Я делаю упражнения.
- Ну, потому что ты – молодец!
Блин, и на хрена всё это было?
Ну вот ты, я.
То, что мы встретились,
время здесь провели.
И что? После этого – ничего?
Пустота, что ли?
Должен же быть какой-то знак, что-то между
нами должно было произойти, измениться.
Я не понимаю, произошло?
Желание найти во всём смысл – слабость,
нормальная человеческая слабость.
У меня тоже бывает желание,
чтобы хоть что-то было не зря.
Но, дорогая, мы с тобой взрослые люди!
Правильный ответ на этот большой вопрос…
Зачем всё это было?
Незачем.
Ну, лучше бы я тебя не спрашивала.
Ну чем мы хуже Арины и Ростика?
Они как-то там встретились,
обрели, тра-та-та!
А как про нас, так «незачем»?
Эй, товарищи, ну, те, кто пишет там
мою историю!
Я не прошу уже счастья, бог с ним!
Дайте мне просто понимание.
В том и разница между
людьми и персонажами.
Жить значит не знать.
Если появилось ощущение,
что ты во всём разобрался,
возможно, тебя кто-то придумал,
может, даже ты сам.
Ты не живёшь, что, конечно,
намного комфортнее.
Всё, ну прямо всё для меня
теперь прояснилось.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Ладно, пошли уже.
Мам!
Вот, он пришёл.
Здравствуйте.
Может, это судьба?
По-разному люди встречаются.
Бывает и так.
Ну, на вранье сошлись,
но вы же не со зла. Не со зла же?
Мам, ты что, не обижаешься?
Я решила, что нет.
А что я должна обижаться?
Вы же мне плохо сделать не хотели,
вы хотели мне сделать хорошо.
Себе даже в ущерб,
ради блага другого человека.
Святая ложь. Есть такое понятие.
Ну, начали с вранья.
Но важно ведь, чем закончили.
Любовью.
Я же вижу. Вы сами не представляете,
как вы подходите друг другу!
Со стороны-то виднее.
Что вы как неродные? Садитесь.
Ну вот, теперь у нас будет
настоящая семья, а не придуманная.
Дай Бог, дай Бог!
Молчу, молчу, чтобы не сглазить.
Что-то я совсем
переволновалась, растерялась.
Что нам… Чай? Что нужно?
Что сделать? Скажите.
Хотя какой чай?
Зачем я к вам пристаю?
Вы сами разберётесь, не хочу вам мешать.
Я вообще сейчас гулять пойду.
Я всё равно собиралась.
Я не из-за вас, не думайте.
Только бы внуков дождаться.
Увидеть хоть одним глазком,
не умереть раньше.
А диван вам всё-таки купим.