Волк (1 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Волк (1 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

 

Режиссёр: Геннадий Островский

Бывший разведчик расследует преступление сталинской эпохи. Детективный сериал по роману Александра Терехова


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

Русский, вставай.
Пришёл приговор нашего суда.
Тебя убьют как преступника и шпиона.
Здесь написано.
Тебя расстреляют.
Ты понял?
Да понял я, понял.
Русский, сейчас тебя убьют
и отрежут голову.
Как твоё звание, как?
Зачем пришёл убить Али-Абу Исаева?
Кто тебя послал?
Здравствуйте! "то говорят из
туристического агентства "Факел России".
- Алло! Вы нас слышите? Алло!
- Да.
Мы вас немного потеряли.
Сейчас за вами приедет такси, заберёт,
отвезёт в город недалеко отсюда,
километров 12. Вас поселят в гостиницу,
где вы сможете помыться, переодеться.
Там вас ждёт билет на самолёт
и ваши утерянные документы.
У вас в аэропорту будет около часа,
чтобы купить родным сувениры.
Вы меня слышите? Алло, алло!
Русский! Русский!
Здравствуйте.
Это Леонид Гольцман
из Института военной истории.
Я отправлял запрос на человека по фамилии
Безрук, Иван Безрук,
или, может быть, Илья,
я знаю только первую букву.
Возможно, он работал в Военной
контрразведке
или в следственных органах НКВД.
У него была любительская камера.
Он мог быть связан с убийством
Нины Уманской.
Да, я понимаю, что вы не уголовный розыск.
Гольц.
Покажи барабанщика.
Я тороплюсь, Кузьмич.
Покажи.
Да я не брал с собой.
Гольц, ну, не будь ты евреем, а.
Ну, что вы думаете,
я его каждый день с собой таскаю?
Что я, псих, по-вашему?
Гольц, а хочешь,
я тебе за него 5000 рублей дам?
5000 рублей и трубача.
В обмен.
Сорок второй год, Перемышльский комбинат.
- В будёновке?
- Ну.
Только деньги завтра,
а трубача потом ближе к выходным.
Я же не таскаю его с собой, как и ты.
Ну, ты что, Гольц?
Ну, и гад же ты, Гольц!
Так товарищи не поступают.
Я тебе трубача предлагал.
Гордый стал, да?
Все, между прочим, говорят.
Вот теперь ходи оглядывайся,
как бы что на башку-то не прилетело!
Москва, первый Просёлочный переулок,
дом 4, квартира 23.
И. Безрук.
На кого ты смотришь, Нина,
что ты хочешь сказать мне?
Она мертва.
Что он говорит?
Я понял.
Говорит, что понял.
Понял - это хорошо.
Волк Александр Васильевич.
Зачитываю опись сданных на хранение вещей.
Сверяйте.
Паспорт внутренний на имя
Волка Александра Васильевича, 37 лет,
уроженца города Москвы - один.
Зарубежный паспорт - один.
Свидетельство о рождении - одно.
Мобильный телефон - один.
- Медаль "За отвагу" - одна.
- Ваня!
Катушка...
Катушка Нельма.
Друг подарил.
Зачётная вещь для рыбалки.
Одна.
Орден Мужества.
Один.
Наградное оружие.
Автоматический пистолет Стечкина.
Один.
Спасибо.
Волк?
Товарищ генерал. Так точно!
Вот.
Ну, командировочные получил.
Рад, что ты вернулся.
Рапорт про тебя читал
полковника Садовничего.
Не хвалит тебя твой начальник, не хвалит.
Не могу это обсуждать, товарищ генерал.
Я старший группы, я виноват.
Да, кто тогда по нам только не прошёлся.
Да, кстати, Гольцману спасибо скажи
за то, что вытащили тебя оттуда.
Ходил старик, бился, даже к самому ходил.
Ветерану не смогли отказать.
Так точно.
- Сын у него недавно погиб.
- Как погиб?
Дача сгорела, то ли газ взорвался,
то ли ещё что-то.
Ну, в общем мутная история без концов.
Так, ты сейчас отдыхать?
У тебя отпуск сколько, месяц?
Сорок восемь.
Ну, вот и хорошо.
Как только отдохнёшь, сразу ко мне,
и я тебя в Тулу пристрою
на оружейный завод секретчиком.
Так точно.
А Садовничий твой, кстати,
сейчас внизу в столовой.
Только что его видел, борщ ест.
Подпишите, начальник.
Заходил к вам в кабинет, а вас нет.
Я обедаю, подполковник.
Хотите меня ещё сегодня увидеть?
Ну, я подожду.
Это что?
На увольнение.
В целях гигиены.
Не могу с некоторыми офицерами
в одном учреждении рядом находиться.
Тошнит.
Я не возражаю.
Да, Евгений, уши не спрячешь.
Я тебя почти два года не видел.
Ну, с тех пор, как ты трусанул
из посольства
и своих подчинённых умирать оставил.
А шерсти на ушах у тебя ещё больше стало.
Да, смешно.
Ну ладно, на меня всё свалил, но там
ребята погибли, ты бы про них не врал,
нехорошо.
Они ж не ответят.
У них жёны, дети.
Ванька Попов у меня на руках умер.
Я дал объективную оценку происшедшему,
Волк.
Ни больше, ни меньше.
Объективную.
Объективную, гнида!
Ты мне рапорт залил!
Ты мне новый подпишешь!
Волк, успокойся.
Посмотри на меня, Волк.
Всё, всё, тихо.
Успокойся, держи себя в руках
Всё, всё, всё.
Кто там?
Вообще-то бояться не надо.
Я тут подарки принёс
мальчику Славе передать.
А я дома, я Слава.
Я не могу открыть.
А какие подарки?
Привет, Слава. Я тут тебе верблюда принёс.
На нём даже, по-моему, ездить можно.
А где мама или бабушка?
Они поехали за продуктами.
А ты кто?
Я дядя Волк, зубами щёлк.
В общем, я друг твоего папы Ивана.
Ты его не помнишь?
Мой папа Валентин, папа Иван
когда-то был, но я его не помню что-то.
Мама с бабушкой не любят,
когда о нём говорят.
Славик.
Славик, а я уверен, что ты очень похож
на своего папу Ивана,
потому что твой папа герой.
О таких, как твой папа, песни сочиняют
и фильмы снимают, потому что он
Родине служил, а Родина его не забудет.
Когда вырастешь,
я тебе всё о нём расскажу,
всё сможешь узнать и будешь им гордиться.
Ты, главное, расти большой и здоровый.
Ладно?
Гольцман слушает, говорите после сигнала.
Здравия желаю, товарищ генерал-майор.
Садись.
Отставным здравия не желают.
Знаю о твоих приключениях, Одиссей.
Облажались вы знатно.
Так точно, товарищ генерал-майор.
Лёнька умер.
Слыхал уже?
Да, сказали, знаю.
Сказали.
Сказали, несчастный случай,
баллон с газом взорвался.
Всё сгорело подчистую,
ничего не осталось.
До того давно не виделся с ним.
А о чём с ним говорить?
Дети в Америке, жена тоже.
Это ж ты их познакомил.
Нет, это он.
Что он?
Нас познакомил.
А они в институте вдвоём учились.
Это я знаю.
И что?
Потом со мной жила.
А потом?
Ушла к нему пять лет назад.
Слава богу, жена не дожила.
Вертеп.
Слава богу.
Я проголодался.
Яков Михалыч, я приехал сказать,
я очень благодарен вам.
Я знаю, вы много хлопотали за меня,
ходили.
Если вам нужна какая-то помощь,
в любом смысле,
ну, не знаю там, просто человеческая...
Я очень благодарен.
Мне благодарности твои не нужны,
оставь при себе.
Его надо найти.
Кого, Яков Михалыч?
Кто Лёню убил.
Вы же сказали, что это несчастный случай.
Это они сказали в Следственном комитете.
Думают, двинулся папаша от горя.
Его убили.
Звонил он мне, прямо в тот день.
10 декабря в восемь вечера.
Что-то хотел сказать, а я слышал,
что это он, и не стал.
Слышал и не стал.
Ладно!
Нанять я тебя хочу, Волк.
Деньги у меня есть, заплачу нормально.
Договоримся.
Яков Михалыч, я, конечно,
очень благодарен вам, но я не специалист.
Это не моя компетенция, и я не прокурор,
не следователь.
Я стрелять могу, взрывать, но...
Значит договорились.
Вот тут у меня результаты экспертизы,
акты осмотра, фотографии с места.
Взгляни, может что-то пригодится.
Ещё.
Он на блошином рынке какой-то ерундой
торговал, выменивал барахло какое-то.
Я приходил, спрашивал, ничего не нашёл.
Надумаешь с Ольгой встретиться,
она здесь сейчас, в Москве.
Приехала.
Квартиру здесь сдаёт.
Внуков мне не привезла.
Боится, что их дед - генерал КГБ -
отберёт у неё.
Вот её телефон на всякий случай.
Пирожки - гадость.
Раньше лучше были.
Его надо найти.
Ты мне обязан, Волк.
Ты помни.
Прежде чем что-то спросить у умного
человека,
подумай, нужно ли тебе об этом знать.
Целую вечность тянулась эта дорога,
ведущая в темноту.
Никто не мог вспомнить,
было ли у неё начало,
и мало, кто узнает, будет ли у неё конец.
Только дорога знала.
Эта бесконечная полоска,
разделяющая землю на фрагменты.
Серая, мрачная, залитая дождём,
какие тайны хранит она ото всех?
Далеко ли отправлялись люди,
идущие этой дорогой?
Что ждало их в конце это пути?
Возвращались ли они назад этим же
маршрутом или выбирали другой...
- Господин Миргородский!
- Чего?
Более живописный, светлый,
ровный, а главное новый.
Командир.
- Останови машину!
- Зачем?
Останови, говорю!
Мне кажется, что всё это уже со мной было.
- Что ты имеешь в виду?
- Девушка, дорога, дождь...
Слава России, командир!
Это странное чувство повторения.
Давно тебя не видал, давно.
И что ты не заходил?
Я уже даже не помню, когда.
Да работа, в командировках.
- Ты как?
- Я? Отлично!
От клиентов отбоя нет.
Вон, "Эмку" купил 1939 года.
Бриллиант.
Исполнил мечту детства.
Ничего, ничего, летом полетим.
Командир, ты ж вроде погиб?
- Да нет.
- Как нет?
Кто ж мне говорил?
Кто-то из конторы.
Я, помню, тогда обалдел.
Всё нормально, Боря.
Ну, нормально, значит, нормально.
Ты садись, поговорим.
Мне помощь твоя нужна, Боря.
У меня друг детства погиб,
Гольц, Лёня Гольцман.
Последние пять лет мы не общались,
ну, разошлись, как в море корабли.
А что так?
Я этим делом занимаюсь,
а он человек других свойств, гражданский.
Я там всё посмотрел, что есть, документы.
Скорее всего, несчастный случай,
пожар, ну мало ли что.
Может узнать, кто этим занимался,
на каком уровне.
На каком уровне?
Участкового надо найти,
он нам всё расскажет.
Хороший участковый -
это четыре следственных комитета.
Зачем тебе всё это, если не секрет?
Отцу его кое-чем обязан.
Надо сделать.
Старик правду хочет знать.
Здравия желаю.
- Приём населения по вторникам.
- Мы не население, мы друзья полиции.
Из общества поклонников
старшего лейтенанта Кобзева,
бессменного обладателя звания
"Следопыт года" районного УВД Жихарева.
Чего?
В главке на втором этаже в кабинете 14
по работе с участковыми
нам рекомендовали
исключительно как человека,
знающего ответы на все вопросы.
Какие вопросы?
Леонид Гольцман, ты сам выезжал.
Пожар, дача, труп без следов взлома.
Александр Васильевич, его лучший друг.
А я лучший друг Александра Васильевича.
И нам очень дорога память о друге.
Любые сведения: всё, что видели, нашли.
Не было там ничего, всё сгорело.
Ну, не верю я, что такой человек
с намётанным глазом и ничего не увидел.
Старший лейтенант Кобзев
и ничего не увидел?
Да, говорят, на месте ядерного взрыва
и то пуговицу нашли.
А Кобзев не нашёл?
Подумай, лейтенант,
вдруг что-нибудь вспомнишь.
Размеры нашей благодарности
прямо пропорциональны размерам
твоей оперативной памяти. Понимаешь?
А, кстати, твой непосредственный
начальник, Михейчик,
нам очень тебя рекомендовал.
- Вы и Михейчика знаете?
- Мы всех знаем.
И Михейчика, и Министра обороны.
Всех.
Мы серьёзные люди, брателла,
мы правду ищем.
Ну что, ты против правды?
Ребят, да вы что?
Я просто сыну взял.
Ну, думаю, что валяются в золе.
Всё сгорело, а они только оплавились.
Вроде взрослый человек,
а в солдатики играл.
Вот.
Вот, возьмите.
Зачем они мне.
Статуэтки, подстаканники, эксклюзив.
Простите, я ищу Гольцмана Леонида.
Вы не подскажете, это не его магазин?
Ну, допустим. А ты ему кто?
Я его знакомая, меня зовут Маша.
Мы с ним договорились встретиться,
у него телефон выключен.
Не знаете, где его найти?
Помер он.
Как помер?
Так.
У нас это обычное дело, помер и помер.
Схоронили уже.
В доме сгорел.
Заснул и сгорел.
А, погоди, а может, ты ему деньги должна?
Да нет, он насчёт коллекции
хотел поговорить про солдатиков.
Стой, стой, стой, погоди, погоди.
Поди, поди, поди.
Коллекция? А солдатики у тебя с собой?
Нет, это дедушкины.
Я не брала.
Дедушкины?
А они в будёновке?
В будёновке.
А я ж его друг.
Лёнин друг, да, мы с ним вместе,
всё время вместе, мы с ним не разлей вода.
Мы с ним, как братья, нас все знали.
Знаешь что,
а можно я к тебе приеду посмотрю?
- А ты мне телефончик напиши.
- Зачем?
Ну, зачем?
Потому что он мне друг.
Я теперь вместо него.
Ты мне пиши, пиши, пиши,
пиши телефон, пиши.
Ну хорошо.
Я приеду, не бойся, посмотрю и всё,
тем более я теперь вместо него.
Спасибо.
- До свидания.
- До свидания.
Стой!
Я не прощаюсь, позвоню.
Только ты не говори никому.
То есть пожар этим солдатикам не страшен?
Да, да, пишу, ага.
Всё, спасибо.
Пока, да.
Сергеичу привет, давай, давай,
и папе привет, ага!
Так.
Командир, докладываю: солдатики железные,
температура плавления
1538 градусов Цельсия.
Людей, имеющих в России и Украине
серьёзные коллекции, пара десятков,
но это профессионалы.
Остальные - любители, им несть числа.
Вот, я думаю,
твой друг как раз из их числа. Подожди.
Блошиные рынки, барахолки,
подворотни - вот их удел.
Каждый собирает, что хочет, главное,
собрать как можно больше солдатиков
одной серии.
Но за них не убивают, командир, нет.
Украсть могут, но не убивают.
Случаев не было.
А он раньше собирал?
Нет, не припомню.
Историко-архивный закончил,
но, вроде, нет.
Это она?
Оля Гордина.
Красивая девушка, но не в моём вкусе.
Я всё, что меньше 75 килограмм,
не рассматриваю.
Извини.
Я, знаешь, я вообще считаю,
нам надо на законодательном уровне
просто запретить худых баб и журналы мод.
Вот, чтобы наши журналы и наши бабы
больше 75 килограмм.
Командир, следствие закончено, забудьте.
Грусть-тоска.
На море надумаешь, я с тобой.
Ты кто? Из какого взвода?
Встать, хватит жрать!
Из четвёртого.
- Фамилия?
- Рядовой Безрук.
- А взвод где?
- Там, за бруствером.
Ладно, потом разберёмся.
Присоединяешься к моему взводу.
Вперёд!
А ну, встать!
Вперёд, я сказал!
Хватит жрать, вперёд!
Маш!
А ты почему от меня
такую квартиру скрывала?
- Что?
- Ну, почему мы сюда раньше не приходили?
Ну потому что, когда мой дед был жив,
мы с тобой не были знакомы.
А его родная сестра
не очень любит знакомиться.
- А когда он умер?
- Полтора года назад.
- А сколько ему было лет?
- 88.
- А ей?
- А ей? Ей 72.
А, ну, ну тогда ещё точно лет 10 ждать.
А женщины ещё и подольше живут.
- Чуев, тебе не стыдно?
- Нет.
Такая квартира в центре Москвы,
набитая антиквариатом!
Знаешь, сколько денег можно получить,
если её продать?
А потом купить три однушки и сдавать их?
Да.
Она мрачная какая-то,
здесь жить невозможно.
Мне так страшно здесь.
Петь!
Ещё бы!
Здесь бывали Берия и Молотов.
И даже Сталин обедал.
А кто твой дедушка, не Хрущёв?
Нет, Чуев, это ты - Хрущёв.
Николай Иваныч прежде всего был...
- Вот здесь, ещё вот.
- Ага.
Очень хорошим человеком.
Он олово нашёл на Кольском полуострове.
Заслуженный геолог.
А его отец был первым заместителем
председателя Моссовета Сергеева.
Между прочим, герой СССР,
и лежит у Кремлёвской стены.
И все сюда приходили, и Сталин, и Черчиль,
и Молотов, и Рузвельт приходил.
И все здесь были, и решали судьбы мира.
А ты, продавать...
- И Рузвельт тоже?
- Да, и Николай II.
И Мата Хари приезжала. И ничего не трогай.
Пожилые люди этого не любят.
Не любят. Уборщицу пусть наймут.
Угу.
Не любят они.
В Нью-Йорке август.
Настоящая жара.
Так страшно подумать,
что фашисты уже взяли Курск.
А папа говорит,
что они нас никогда не победят.
Я ему верю.
И я ему верю.
Сергеев, из-за меня могут погибнуть люди.
Я уезжаю навсегда.
Не ищи меня больше. Соня Р.
А кто такая Соня Р.?
Кто может погибнуть?
Чуев, сейчас мы погибнем,
если Галина Ивановна придёт!
Давай вставай.
Подожди.
Может, это, правда, можно продать?
Чуев, тебе лишь бы продать!
Ведь это чьи-то дневники.
Скажи, это же чьи-то письма?
"Дорогая подруга,
спасибо тебе за твои римские открытки.
Я часто вспоминаю наши прогулки
по Пьяцца-дель-Пьере
и жгучих итальянцев,
которым мы напропалую кружили головы".
Нахим, а Нахим!
Как у евреев выглядит бог?
Что? Не знаю.
У нас, понятно, как человек.
Иисус Христос, он Бог и человек.
У евреев как?
Ну, вот ты, когда молишься,
ты кого себе представляешь?
Ну, там лицо какое-нибудь, фигуру?
Я не молюсь, Лёва, уже давно.
На днях на приёме в Гредэйр-клубе
был американский режиссёр из Голливуда.
Он в меня, кажется, влюбился.
Он поляк и говорит, что меня надо снимать
в кино, что я настоящая звезда
и похожа на американскую кинозвезду
Дину Дурбин.
Впрочем, мы с ним ещё не целовались.
Сеанс через полчаса.
Здесь пешком.
According to the Germans, more than
38 thousand prisoners were captured.
Things are even worse on
the South-western Front.
Чего они так радуются?
Радуются, что нам крышка.
Говорят, что немцы через неделю
войдут в Москву.
А ты что думаешь?
А я думаю, Лев Петрович, что они дураки
и не знают, с кем связались.
Батый за год уничтожил
десять миллионов русских.
Почти всё взрослое население
Киевской Руси.
И где теперь Батый?
А где мы?
Мы в Нью-Йорке.
Пьём виски с раннего утра
и собираемся в кино.
Надеюсь, когда нам стукнет по 16, война
уже закончится, и мы, наконец, увидимся.
Твоя Тита.
Добрый вечер.
Приятного вечера.
А я и забыла,
какой ты высокий, чёрный, такой побитый.
- Упал с парашютом?
- Типа того.
- Ты ещё не генерал?
- Почти.
Кстати, место неплохое.
На тебя не похоже. Сам выбирал?
Рекомендовали.
Что ты хотел узнать по поводу Лёни?
Всё, что можешь рассказать.
Кроме того, что мои дети потеряли отца,
и всё это ужасно, больше ничего.
Хотя в России это может произойти
с каждым и в любой момент.
Всё как всегда.
Здесь ничего не меняется.
Что-то ещё?
Я не знаю, но его отец
попросил разобраться в этом.
Его отец. У него все вокруг шпионы,
враги и предатели, особенно я.
А я просто хочу жить хорошо
и счастливо и никогда этого не скрывала.
Может быть, всё так и было, дом сгорел.
Он и до этого горел,
один раз даже на моей памяти.
Он горел 20 раз.
Лёня там мог сжечь кого угодно.
Он был абсолютно рассеянный и близорукий.
Ходил как слепой.
- А у него были солдатики?
- Солдатики?
Слава богу, не дошло.
Собирал всякий хлам.
Жил какими-то прошлыми временами,
богом забытыми людьми.
Давно умершими.
Ты стала другой.
Послушай, Волк,
я не вдова твоего бывшего друга.
Не была у него на кладбище
и не ношу траур.
Мы развелись год назад. Ты не знал?
Нет.
Он потерял право на грин-карту.
Ему её уже почти открыли.
Ему нужно было только один раз приехать
и всё.
Он не поехал к нам из-за какого-то моста.
Это было важнее.
А потом его вообще лишили визы,
и он не смог больше к нам приехать.
- Какого моста?
- Я не знаю.
Какой-то мост, тема его диссертации,
каменный мост или что-то в этом роде.
Там было что-то спрятано,
очень большая тайна.
- Какая тайна?
- Волк, с меня довольно вашей романтики.
Два романтика с большой дороги,
которые украли у меня молодость.
- Ну, не скажи, кое-что осталось.
- Спасибо.
Ты, как всегда, необыкновенно любезен.
Я пойду. Я раздумала есть, ты поешь сам.
Надеюсь, у тебя хватит денег
расплатиться за воду.
Максимум, на что ты всегда был способен,
это хинкали.
Хинкали, между прочим,
очень дорогие в Москве.
Что, что?
Так нельзя, нехорошо.
Что нехорошо, что нехорошо?
Он же увёл меня от тебя.
Нет, Оля, это ты ушла от меня сама.
А его больше нет.
Командир, машину останови.
Я тебе что сказал, машину останови!
Гольцман слушает, говорите после сигнала.
Яков Михалыч, это Волк.
Вы извините, что я это говорю,
но я не буду этим заниматься.
Вы меня извините.
И я никому не должен.
Всем, кому был должен, я отдал.
Найдите кого-нибудь другого, я не смогу.
Давай так немного полежим.
Хорошо.
Слушай, а кто такая Соня Р.?
Что это за папка?
Чуев.
Хорошо, не хочешь, не говори.
Просто если ты мне не доверяешь,
значит ты меня не любишь.
Тогда зачем быть вместе,
зачем строить планы на совместную жизнь,
возлагать друг на друга надежды?
Хорошо.
По пунктам: я тебя люблю.
Соня, так звали девочку, которую любил
мой дедушка, когда был мальчиком.
Он просил меня помочь её найти.
Но я не нашла и всё.
Они все учились в одной 175-й школе
с детьми Сталина и Молотова.
Мой дед там учился.
И он её не нашёл, Соню, эту девочку.
А зачем он её искал?
Петь, ну как зачем?
Любил.
Всю жизнь?
А что, тебе странно?
А ты сможешь любить меня всю жизнь
до 100 лет,
когда я буду старая, страшная старушенция?
Ну, подожди, подожди, а...
я там прочитал про какую-то Титу.
А кто это?
Тита, имя какое-то странное.
Не знаю.
Подружка этой Сони. Они дружили.
Дочь какого-то дипломата.
Послушай, Чуев, они давно умерли.
Я не хочу этого касаться.
Мне в этом что-то не нравится.
Здравствуйте, товарищи.
Hello.
Good evening.
Please, come in.
Come here, fast!


Серия 2

Да. Да, звонил.
Хотел поздравить вас с праздником
всех влюблённых и сообщить,
что вы выиграли главный приз:
поездку на двоих к морю.
Как с кем? Со мной. Это я, Рит, Волк.
Я был на буровой, Рит. Да.
На буровой,
в Норвежском море нефть добывал.
Было очень опасно, опасно и дико холодно.
И только воспоминание о тебе
удержало меня на плаву.
А понять и простить, Рит?
Я понял, всё, я понял.
Не буду, давай, хороших выходных.
Да.
Надя. Наденька.
Отправил вам 2500 эсэмэсок про любовь
и ни на одну не получил ответа.
Надюша, поехали со мной к морю вдвоём.
Я понял.
А я тебя знаю.
Ты самая красивая девушка этого вечера.
А как самая красивая девушка вечера,
ты получаешь главный приз:
поездку на двоих к морю. Полетели?
- А ты что, нефтяник?
- Я?
Да.
Смотри.
И таких ещё пять.
Заработал на пенсию.
Там столько за день получают.
И не похож ты на нефтяника.
- А на кого похож?
- На дайвера.
Вроде как вынырнул откуда-то,
а откуда, не знает сам.
Точно.
Ну что, поедем?
Давай в такси и в аэропорт.
Давай.
Вряд ли получится.
Дело в том, что я здесь не одна,
я с Расулом.
А ему это вряд ли понравится.
Понял.
А ладно, давай с Расулом.
А что, море большое, всем места хватит.
Он не согласится.
Да ладно.
- Тебя как зовут?
- Неважно.
Неважно? Интересное имя "Неважно".
Ты послушай, там море, зурбаган.
Разве не красиво?
Ты что, блин, Ваня, совсем больной?
Напился, да?
Слушай, ты прости, он гость столицы,
ты ему объясни, что так делать нельзя.
Пусть он ведёт себя прилично.
Ты что, идиот?
Будьте добры, салфетки.
Тихо, тихо, тихо, мой хороший.
Сильно больно?
Руку убери.
Спасибо.
Да, Боря.
Я в модном месте.
В клубе "Нью-Бэйз".
Это место для молодых и продвинутых,
Боря, для крутых, для нас с тобой.
Давай, я жду тебя.
Ага, давай.
Господин Фрэнк Джексон, вам известно,
что сегодня
кассационный суд Мексики
отказал вам в апелляции?
Ваше заключение сокращено
всего на 4 месяца!
Вы не хотите назвать своё настоящее имя?
Вы собираетесь умереть под чужим?
Вдова Троцкого уверяет, что убийца её мужа
русский шпион, исполнивший волю Сталина?
Это так?
Кто нанял вам ваших адвокатов?
Советское посольство?
Правда ли говорят, что посол в США
Уманский просил у Президента Мексики
личной встречи по поводу
вашего освобождения?
Кох, что случилось?
Ты будто ошпаренный?
Да чепуха, не может быть такого.
Бред собачий.
Мне показалось, это был Уманский,
советский посол в США.
Действительно чепуха!
Хватит, довольно!
Никаких вопросов.
Время для фото вышло.
Господин Фрэнк Джексон, чем вы будете
заниматься 20 лет вашего заключения?
Господин Фрэнк Джексон!
Я ж поехал туда лыжные курорты поднимать,
устраивать туристический рай.
Я ж советник по внешним сношениям,
практически член Совета Федерации по делам
национальностей, в общем.
Почти министр.
А туда уже другие министры понаехали и
решили меня там оставить, закопать в снег.
Командир, он меня спас.
В горах Кавказа
чуть не осталось моё сердце.
Вот шрам, видишь, остался?
Раздвинь, посмотри.
Не бойся, не бойся.
Борь, на минуту.
О, командир!
Здравствуйте. Извините.
Утро красит ясным светом?
Это кто?
Галина из Минска. В универсаме работает.
В аэропорту познакомились.
Не в моём вкусе.
Я вообще, знаешь, в кресле ночевал.
А это?
Алёна. Она с тобой вчера была в Москве.
Красивая девушка.
А там в комнате?
А там? Книги в аэропорту купили.
Толстой, Достоевский, Чехов.
Ночью, представляешь?
Презервативы нельзя купить,
книги - пожалуйста.
Вот, спасибо нашим депутатам.
Слушай, а была певица, ну, странная такая?
Певица?
Не знаю, не было никакой певицы.
Извините, пожалуйста, Борис,
а здесь есть подогретый бассейн?
А то я в гостиницах никогда не плавала.
Я не знаю.
Есть, Галина, есть.
Мы его вдвоём сами нагреем.
Каменный мост, там было что-то спрятано,
очень большая тайна.
Папа.
Доброе утро.
Ты вернулся.
Ты обещал вернуться вчера вечером.
Я тебя ждала.
Я опоздал, но я вернулся.
И я всегда возвращаюсь к тебе,
моя голубка, где бы я ни был.
Ты же знаешь.
А почему ты здесь?
Я ждала тебя.
Я вчера ходила в кино.
С кем?
Одна.
Мама не пошла со мной.
Ей надоел этот фильм, а мне нет.
И мне нет.
Особенно песенки. Я хочу их выучить.
А где ты был?
Я ездил по делам.
А мама говорит, что ты тайно ездишь
в Мексику, что у тебя там любовница.
Нет, Тита, это не так.
Совсем нет.
Там в тюрьме сидит один мужественный
человек, он попал в беду.
Ему нужна наша поддержка,
он должен знать, что он не один.
- Папа!
- Да.
Скажи мне правду.
А дядя Нахим и Эйтингер
и Лев Петрович Васильевский, они убийцы?
Это тебе тоже мама сказала?
Нет, я заметила, когда они приезжают,
что-нибудь обязательно случается.
В прошлом году переводчик Кривицкий
выпал с десятого этажа.
А в позапрошлом директора нашей
постоянной выставки передавил грузовик.
Не преувеличивай.
В этом году всё нормально, никто не погиб,
не придумывай себе страшные сказки.
Но они здесь.
- Кто?
- Дядя Нахим и Лев Петрович.
Они приходили вчера в посольство,
мы пили с ними чай, я и мама.
Лев Петрович спрашивал,
как найти товарища Свирского.
Из нашей медслужбы. Хотел подлечиться.
- Товарища Свирского?
- Да, доктора Свирского.
У него жена умерла от пневмонии.
Да. Да, бедняга, один совсем потерялся.
Он сидел там, мёртвый.
В кинотеатре у нашего посольства.
Из него натекла кровь. Целая лужа.
Его ударили ножом.
- Тебе показалось, Тита!
- Мне не показалось. Я его видела.
Нина.
- Папа, они с тобой ничего не сделают?
- Нет, конечно.
Пообещай мне, пожалуйста, что ни с тобой,
ни с мамой ничего не случится.
- Пообещай мне.
- Я обещаю тебе, Тита.
Но ты ничего не видела, тебе показалось.
Слышишь, показалось.
Да, папа, мне показалось.
Ступай к себе.
Опять.
И мне дай.
Ты чокнутый.
Ты в курсе, что ты меня украл?
Ну, так ты на улицу выбежала,
драться со мной полезла.
Так ты меня унёс.
Иначе б ты меня убила. Пойду пройдусь.
- Куда?
- Ты собирайся, скоро в музей пойдём.
Что-то вертится в голове, не пойму что.
Знаю и не могу вспомнить.
Вспомним, командир,
обязательно всё вспомним.
А вечером клёв пойдёт, девушки сварят уху,
и тонкий жареный лучок
покроет грубые ржаные горбушки
в пальцах двух белокурых дев.
А может, всё неспроста, Боря?
Там ведь убийство произошло,
на Каменном мосту.
Какое убийство?
Сын Министра авиапромышленности
Володя Шахурин
убил дочь посла в Мексике Нину Уманскую.
Выстрелом из пистолета.
Когда? Вчера?
Нет. В прошлом веке, почти 80 лет назад.
Мальчики!
У посольства нет на это комментариев!
Напишите от себя гневную отповедь.
Мы будем требовать тщательного
расследования смерти товарища Свирского!
Происки врагов!
Месть белоэмигрантов!
Фашиствующих подонков!
Свирского нашли в кинотеатре.
Весь в крови.
Наверное, самоубийство,
не смог пережить смерть жены.
Ты сможешь. За тебя я спокойна.
Хватит болтать дочери всякую ерунду.
У меня нет любовницы.
И перестань пить, я тебя прошу.
Эта не ерунда.
Может, она приехала за тобой сюда.
Твоя тихая московская стерва.
Или в Мексику, откуда я знаю.
Или нашёл там ещё кого-нибудь.
Спасибо, что не клеишься
к нашей горничной.
- Они приехали вдвоём? Лев с Нахимом?
- Да.
Остановились в отеле "Адлон"
возле Центрального парка.
Они говорили, зачем приехали?
Константин Алексаныч,
там товарищи из Москвы.
Очень бы хотели повидаться.
- Они там?
- Нет, они внизу, ждут вас в машине.
Хорошо. Передайте, что я сейчас выйду.
Расул десятый раз звонит.
Что мне ему сказать?
Правду. Это проще всего.
- Какую правду?
- Что была со мной в музее.
- Ты думаешь, я дура, да?
- Нет.
- Ты женат?
- Был.
- Был? А куда она делась?
- Ушла к другу.
- А друг где?
- Лёнька умер.
- Она к тебе вернётся?
- В Америке с двумя детьми. Не вернётся.
Лёнька отбил её у меня,
а теперь спрашивать не с кого.
- А где ты работаешь?
- А я не работаю, я в отпуске.
Буду книжки читать.
- А до отпуска где работал?
- На Кремль.
- На Кремль? Врёшь.
- Нет.
На Кремль,
который на Красной площади стоит?
На Красной площади -
собор Василия Блаженного.
Многие путают.
А я тебе нравлюсь?
Нравишься.
- А что мы завтра будем делать?
- Завтра гулять, пока деньги не кончатся.
- А потом что?
- Потом на рыбалку поедем.
Знаешь что, Волк, пожалуй,
на рыбалку ты поедешь один.
- Выпьешь?
- Да пошёл ты!
Командир!
Вот, распечатал тебе,
не поленился, знакомься.
Нина Уманская пятого июня 1943 года
должна была улететь в Мексику
со своим отцом Константином Уманским.
Костю назначили туда нашим послом.
Третьего июня 1943 Володя Шахурин,
сын любимца Сталина,
наркома авиапромышленности Шахурина,
провожает Нину домой.
По Каменному мосту.
Просит девочку: не улетай, говорит,
я люблю тебя.
Ну, подросток, что с него взять.
Ну а девушка, ясное дело, не соглашается.
Володя достаёт из кармана пистолет
и стреляет в Нину.
Наповал.
Прямо в сердце.
А потом - себе в висок.
Хоронили на Новодевичьем.
А, доложили Сталину.
Сталин сказал: "А, волчата".
И всё.
Информация из открытых источников.
- Они рядом жили?
- Дети вместе учились, в одной школе.
А там и дочка Сталина училась,
и дочка Молотова.
И всех остальных.
Элитная школа для детей
кремлёвских вождей.
Не хотел бы я там сдавать родную речь.
Тухлое дело, командир.
Покрытое гробовой доской.
Чую, за ним стоят твои люди правды.
И в основном уже мёртвые.
Они, когда живые молчат, почище мёртвых,
а уж к мёртвым лучше вообще не соваться.
Особенно без финансовых ресурсов.
На фото как живая.
Странное чувство. Будто я что-то знаю,
но не могу вспомнить.
Будто знаю, что со мной что-то случится,
или уже случилось,
и не могу вспомнить, что.
С тобой такое бывает?
- Это шизофрения, господин посол.
- Не согласен.
Такое случается под воздействием алкоголя
или усталости.
И присутствует неотвязно как триппер.
Знаешь, что он есть,
но не можешь вспомнить откуда.
Ерунда. Наверное, просто старею.
Зато у тебя дочь красавица, говорят,
она знает пять языков?
Про неё американские газеты пишут.
Слушай, а почему она Тита?
В детстве любила разглядывать часы, я ей
объяснил, что это уходит время тик-так,
тик-так - а она повторяла: ти-та, ти-та.
Что случилось со Свирским?
Что с ним было не так?
- Почему вы его убили?
- Это смешно, Кость.
За кого ты нас принимаешь.
Говорят, он страдал душевно из-за жены.
Не вынес разлуки.
И перерезал себе горло в кинозале.
Он много болтал.
Будто её отравило НКВД.
Будто у нас не хватает каких-то свобод.
Выжил из ума.
Другим неповадно будет.
Вы приехали по мою душу?
Мы твои друзья, Костя.
Да вы многим были друзья.
Немцы проходят по 100 километров в день
к Москве.
Я не понимаю, зачем ему это надо!
Что он думает с этой своей трубкой?
Император думает,
что каждый должен заниматься своим делом.
Всё должно идти, как шло.
Иначе машина сломается.
Попросим Господа, Костя, дать нам силы
выдержать всё, что мы сможем,
и не пролить крови больше, чем необходимо.
У него двое детей.
Я постараюсь его уговорить.
Я прошу вас, пожалуйста.
Не волнуйся, это на всякий случай.
Объясни ему, что ему надо просто сесть
к нам в машину, тогда всё будет в порядке.
Здравствуйте! Товарищ Уманский!
Я не сильно опоздал?
Мне сказали, вы меня хотели видеть?
Да, Карен Георгиевич, хотел!
Давно с вами не виделся!
Как поживаете, как ваши дети?
К вам есть один серьёзный разговор.
Это товарищи со мной,
специально приехали к вам поговорить!
Конечно. Конечно. Надо поговорить, да.
Я приболел.
Но к вам я не мог не приехать, конечно.
Надо поговорить.
Хуан! Хуан, можешь заглушить мотор,
но это недолго.
Скоро поедем. Я только поговорю.
Это Хуан, водитель, местный,
очень хороший парень,
я попросил его меня подвести,
это для вашей Титы.
Скажите Ниночке, что это ей
на день рождения, мы помним,
у неё день рождения был в августе!
Ну вот.
Это роликовые коньки.
Тоне немножко велики, а Ниночке,
я думаю, будет в самый раз.
А потом мы у вас их заберём.
Большой дефицит, между прочим.
Карен Георгиевич,
телефонограмма о вашем возвращении
пришла три месяца назад,
а вы до сих пор здесь, это нехорошо.
Могут бог знает что о вас подумать.
Вы понимаете?
Идёт война.
Вы всё-таки секретарь торгпредства,
мы несём за вас ответственность!
А вы нас подводите!
Мы же все болеем.
Я болею, жена болеет и дочки болеют,
мы же все медицинские справки,
все объяснительные.
Не, ну как же, как же так можно
было подумать, мне 56 лет.
Это может быть очень опасной инфекцией,
я только в этом смысле,
чтобы, не дай бог, не привезти на Родину!
Товарищ Даген, садитесь в машину.
Мы посадим вас на самолёт.
Нет.
Не валяйте дурака.
Вы просто должны улететь домой.
А потом мы привезём к вам
вашу жену и детей.
Нет. Нет. Мы же все болеем.
Я буду говорить только с товарищем
Уманским,
это территория иностранного государства.
Товарищ Уманский, скажите им,
вы не имеете права.
- Товарищ Даген.
- Товарищ Уманский, вы должны им сказать!
Я буду жаловаться президенту республики.
Мне сам товарищ Сталин орден вручал!
Я буду жаловаться товарищу Сталину.
Товарищ Даген, мы хотим вам помочь,
не делайте глупостей, не валяйте дурака,
товарищ Даген.
Хуан, быстрее, быстрее, заводись быстрее,
мы уезжаем, это плохие люди.
Быстрее, Хуан!
Товарищ Уманский!
Товарищ Уманский!
Ещё и шофёр!
Товарищ Уманский!
Стой, дурак!
Яков Михалыч, Яков Михалыч, вы дома?
Я к Яков Михалычу в гости.
Я Волк.
- Какой волк?
- Это фамилия.
Старый знакомый.
Вот звоню, а он трубку не берёт.
А вы, наверное, домработница?
Я знал старую, Галина...
Почему старая? Нормальная была.
Все у вас старые.
Товарищ Гольцман, наверное, в библиотеке.
Он всегда рано утром уходит.
Звоните ему.
О, да что такое?
Яков Михалыч!
Товарищ Гольцман не разрешает!
Вы кто такой, а?
Он меня заругает. Нельзя.
Ну, куда вы? Куда, куда?
Я же вам говорю, его нет.
Он меня заругает, уходите!
Я полицию... товарищ Гольцман...
Пейте, пейте, пейте. Когда вы его видели?
Вчера вечером позвонил,
попросил прийти пораньше убраться.
Он умер, да?
Я сейчас вызову скорую.
А вы пойдёте, откройте им шлагбаум.
Ага, ага, хорошо, открою.
Хорошо, открою, открою. Господи.
Папа, это я. Твой сын.
Не хочешь со мной поговорить?
Знаешь, я подумал,
что мы так давно не виделись.
Я подумал, что я соскучился по тебе.
Вдруг ты тоже, просто виду не подаёшь.
Вообще у меня всё нормально, пап.
Я с тобой хотел посоветоваться
по одному важному делу.
Ну да, это успеется, успеем.
Вообще я хотел сказать тебе,
что я тебя люблю.
Смерть приходит ко всем, рано или поздно.
К рядовым и маршалам,
к солдатам и императорам.
Даже, говорят,
товарища Сталина не миновала.
Смерть - это наше будущее,
которое остаётся после нас
нашим потомкам навечно.
Если ты только прожил свою жизнь чисто,
смело и прямо.
Сухих - это старая гвардия.
Ну, у него с будущим всё в порядке.
Салют. Кремлёвская стена.
А вот у тебя с этим хреново.
Смело, не взирая ни на что.
Я слыхал, ты рапорт об отставке подал?
Я у тебя обходной лист не подписывал,
Горевой.
А что, напрасно.
Ну, в смысле, жаль, что уходишь.
С каких пор Служба собственной
безопасности стала такой трогательной?
Мне всегда жалко, когда хорошие люди
от нас уходят на сторону.
Неизвестно,
чем они на этой стороне займутся.
Неизвестно чем, неизвестно чем.
Служа Отчизне своей не за страх,
а за совесть.
Как наш генерал.
Сухих о тебе расспрашивал. Тебе позвонят.
Так что жди, хорошего, плохого - не знаю.
Он просто так не спрашивает.
Товарищу Гольцману
нечего опасаться за будущее.
Он его заслужил.
Вечная память.
Товарищ генерал, машина вас ожидает.
Товарищи!
Я проработал с Яковом Михайловичем 18 лет,
это был кристально чистый человек!
Волк Александр Васильевич?
Моя фамилия Карапетян,
я из нотариальной конторы.
У меня к вам поручение
от Гольцмана Якова Михайловича.
Может, после панихиды?
Вы знаете, он просил,
сразу после его смерти.
На всех направлениях,
где бы он ни работал...
Это вам.
...он нёс это звание, как подобает!
"Я, Гольцман Яков Михайлович, заключаю
договор с Волком Александром Васильевичем
о том, что исполнитель обязуется провести
цикл необходимых оперативно-следственных
мероприятий
по розыску виновных и раскрытию
преступления об убийстве
Гольцмана Леонида Яковлевича".
Твоя подпись, да?
Юр!
Вот, знакомьтесь, Юра.
Был изгнан из многих достойных заведений
за недостойное поведение.
Драки, насилие
и распространение наркотиков.
Нет, нет,
только употребление и то пару раз.
Юра.
Ты нам принеси с Александром Василичем
что-нибудь за упокой души
его старшего товарища.
Косил в психушке, был взят мной на поруки,
перевоспитан,
теперь достойный член общества.
Мастер коммуникации,
компьютерный гений, в моём консалтинге
занимается экономическими вопросами
и связями с местной общественностью.
Ага, спасибо. Ну что, за упокой души!
А от чего он умер?
Инфаркт, сердце не выдержало.
У него в папке было пару имён,
я бы обратил внимание:
некто Кузьмич, сосед Гольца по рынку
и тоже коллекционер солдатиков.
А ещё Стогниенко Илья Андреевич.
Частный экскурсовод.
У него зарезали отца. Он был историк.
Писал о советских дипломатах,
о Константине Уманском в том числе.
Из-за этого зарезали?
Сын сказал Гольцу,
что зарезали после того,
как стал искать человека по имени Безрук.
Кто такой Безрук?
Когда командир взвода Чалый потребовал
от рядового Безрука прекратить есть
и подчиниться приказу,
тот выстрелил командиру взвода в грудь,
причинив тем самым тяжёлое сквозное
ранение правой стороны грудины.
Приговорён к высшей мере наказания -
расстрелу.
5 октября 1941 года.
Начальник особого отдела майор Прошкин.
А чего жив?
После вынесения ему приговора,
нанёс товарищу майору тяжёлые увечья:
сломал руку и проломил голову.
Товарищ майор отправлен в госпиталь
в тяжёлом состоянии.
Что-то мне не верится,
что этот Иван шестерых немцев зарезал.
Ты, Васильевский, жирный стал, ленивый,
разожрался,
а он - жилистый, быстрый, вечно голодный.
А там суп.
Поднимите.
Вроде неглупый.
Хорошо, глаз цел, не вытек.
Нарком уродов не любит.
Мы люди правды, Безрук.
Слыхал о таком ордене?
Мы ему служим.
Мы все знаем про человека.
Всю правду.
Без утайки.
Жить хочешь, Безрук?
Будешь у нас работать.
Не нравится он мне.
А по мне ничего.
Плохо только, что ничего не боится.
Ну, а что ты молчишь, дурачина?
Тебя же убьют сейчас.
Лопату возьми.
Вон к той воронке давай.
Глубже копай.
А, чёрт!
Копай, копай.
С другой стороны, Безрук, тебя в детстве
в яме с голодными нашли, так?
Без имени и фамилии?
Ну вот, значит, туда и вернёшься.
Хорош.
Иди.
Не надо.
Его расстреляли уже.
Закапывай.
Что?
Дяденьки, не надо, пожалуйста,
прошу вас, дяденьки!
Не надо, пожалуйста.
Стреляйте, дяденьки,
пожалуйста, стреляйте!
Куда ты пошёл?
Дяденьки, товарищи хорошие, пожалуйста,
на надо, дяденьки, я вас прошу, стреляйте,
дяденьки, пожалуйста.
Дяденьки, я прошу вас.
Назад, сказал!
Дяденьки, пожалуйста,
родные мои, я вас прошу!
Пожалуйста, не надо, хорошие!
Товарищи, я понял, не надо,
дяденьки, стреляйте!
Я прошу вас, не надо!
Дяденька, ну, пожалуйста!
Не надо, я прошу!
Не надо.
А, не надо, прошу вас!
Товарищи, не надо, не надо,
я вас прошу, я вас умоляю, товарищи!
Не надо, нет, нет!
Не надо!
Берём.
Может, не стоит на это тратить жизнь,
командир?
Ну что, девочка мертва, мальчик мёртв,
друг твой мёртв, отец его мёртв,
историка этого зарезали.
Компания, конечно, приличная, но что-то
как-то не хочется к ним присоединяться.
Гонорар Гольцмана передали.
Так, а с другой стороны,
в чём смысл жизни, командир,
а, когда её почти не осталось? Скучно.
А где радость июньского утра?
Сладость первого поцелуя?
О чём мечтать?
О здоровой старости,
чтоб не "под себя"? Смешно!
Она пела в этом баре. "Нью-Бэйз".
Певица, похожая на Нину Уманскую.
Я её видел.


Серия 3

Правую включай.
Выключай.
Что вы хотели?
Я ищу певицу, она пела здесь неделю назад.
У нас здесь много певиц.
Видите, вот афишки,
программки, берите, изучайте.
Что-то ещё?
Да. Она пела песню иностранную.
Я не могу напеть, нет слуха.
Послушайте, ваша фотография
висит на пульте у нашей охраны.
Вы здесь персона нон грата.
Вам вход воспрещён.
Почему?
Вы устроили здесь грандиозную драку,
избили наших постоянных посетителей.
До потери сознания!
Ваш друг вас от тюрьмы отбил,
вы это понимаете?
Какая драка, какая тюрьма?
Так, потолкались чуть-чуть.
Угу, потолкались.
Уходите. Уходите.
Послушайте, позвоните,
если вы вдруг вспомните про...
Нет, ваш друг обещал,
что вы больше не придёте.
Уходите, пожалуйста, иначе вас выведут.
Господин Рохас.
Сеньор Рохас.
Мы вам очень благодарны
за ту бескорыстную помощь,
которую вы оказываете Советской стране,
несмотря на такое трудное время.
Дашкевич.
Мы в Министерстве
ежедневно слушаем сводки по России.
Вы отчаянно сражаетесь.
Это производит впечатление.
Спасибо.
Мы выстоим и победим.
Я в этом не сомневаюсь, господин посол.
Счастливой дороги.
Пошли быстрее.
Дашкевич, поехали.
Парень, слушай, извини, у меня вопрос.
Тебя как зовут?
Ну, Гера, допустим.
Гера! Допустим! Слушай, я певицу одну ищу.
Какая певица? Я не знаю, какая певица!
Ну, ты же тут работаешь, верно?
Я просто фанат, песня понравилась,
а она здесь пела где-то дней пять назад
с ансамблем. Ты ж знаешь ансамбли?
У нас ансамбли каждый день меняются!
У нас три зала!
Ага, я понял.
Это, слушай, взгляни вот.
Подожди.
Вот она на неё похожа.
Просто фанат.
Стар.
Вроде она.
Стар?
Похожа вроде.
Да, и зовут так, да, Стар?
- А где она?
- Откуда я знаю.
Она осенью тут пару раз спела.
Она же того, чокнутая на всю голову.
Путешественница во времени.
Во времени?
Ну да.
Вштырит себе, что надо, и путешествует,
куда хочет.
Туда, сюда.
Под звёздным небом.
А где живёт, знаешь?
Откуда я знаю? Я ж их не нанимаю.
А кто нанимает, а?
Ты что, вообще не в теме?
Да, я? Ну, слушай...
Это клуб. Понял? Это не опера.
Здесь документы не спрашивают.
Приходит чувак, говорит:
"Вот чувиха, хочет у вас выступить".
Приводит с ней музыкантов.
Её слушают, башляют взнос, всё.
Потом бабки делят.
А этот чувак, он кто?
Ну, который предлагает?
Игорёк, кажется.
Игорёк? Слушай, а он ещё придёт?
Гер, ну ты прости, я просто фанат.
Я специфики даже не понимаю, там.
С такими крутыми, как ты,
никогда не общался.
Слушай, погоди, старик.
Ну, если вдруг Игорёк, Стар
или музыканты появятся.
Ну, вдруг, случайно.
Ты набери мне, просто позвони.
Ладно?
И ты не представляешь
размер моей благодарности.
Огромной благодарности.
Сегодня мы начинаем сбор средств
в помощь героическому советскому народу.
Я уверен, что в этом зале и за его
пределами находится столько наших друзей,
что эту помощь почувствует любой боец
на всём огромном участке фронта
от Баренцева моря
до стен неприступной Москвы!
Пропаганда -
это они умеют лучше всех в мире.
Немцы вот-вот возьмут Москву.
Скоро большевики все пойдут под нож.
Но дочь у него настоящая красавица.
Да, её под нож жалко.
Гитлеровская агрессия
против моей страны будет сокрушена.
Нина, зачем ты надела мою одежду?
Это неприлично, тебя все обсуждают.
Ты не можешь здесь находиться
в таком виде.
Мамочка, пожалуйста, здесь один человек.
- Какой?
- Николас Павликовский.
Он ассистент голливудского режиссёра.
Он говорит, что я звезда! Что я Стар.
Ты маленькая дурочка.
Какая ты смешная.
Счастлив вас видеть. Да.
Очень рад.
Да, добрый вечер.
Да, очень приятно.
Добрый вечер.
Ми верим в вашу победу.
Благодарю вас.
Мы вместе с вами.
Вас срочно вызывают в Москву.
Да.
Дамы и господа, большое спасибо.
Ваша помощь неоценима.
Там чёрный выход на мусорку отдельный.
Ну, ты понял.
Что скажешь?
Неплохо.
Неплохо!
В центре столицы почти бесплатный офис.
Командир, нам по уставу нужен
коммерческий директор,
мне пришлось выбрать самого себя
в результате тайного
голосования акционеров.
Или, может, ты сам хочешь?
Нет.
Наши свидетели.
Думаю, с некоторыми из них
придётся побеседовать лично.
Данные взяты из архива внешней политики,
дело тысяча триста.
Юре это стоило 100 баксов.
Представляешь, меня б уже
и за пятьсот туда никто не пустил.
Вот, что значит молодость и красота.
Вот, Володя Шахурин, Нина Уманская.
Фотография сделана за несколько дней
до происшествия.
Дней через пять он её убьёт.
Папа, что-то случилось?
Нет, дочка.
Ничего, всё в порядке.
Я думаю, мы сегодня наберём кучу денег.
Ты видела, сколько здесь ходит богачей?
А это что?
А это меня вызывают в Москву.
Да.
А я? А мама?
Нет, пока нет, меня одного.
Надеюсь, вы останетесь здесь.
Папа, я поеду с тобой.
Не говори ерунды.
Я скоро вернусь. Это ненадолго.
- Папа.
- Тита, деточка, перестань.
Я разрешаю тебе выпить бокал шампанского.
Хочешь?
Целый бокал.
Только горло не простуди. Оно холодное.
Папа разрешил.
Нина.
Вы не узнаёте меня?
Ай эм Николас Павликовский.
Мы с вами вместе танцевали,
обсуждали Дину Дурбин.
Я ещё сказал, что вы очень на неё похожи.
Don't you remember?
Такое не забывается.
Я пришёл,
чтобы выразить вам свою солидэрити.
Я и мои друзья зе йонг
синематогрэфист оф зэ стьюдио...
У тебя есть папироски?
Йес.
Зэ сигарэтс.
Подожди.
Мне папа разрешил.
Пошли.
Извините.
Нина, ты мне очень нравишься.
Ты так красива!
Безумно красивая.
И, поверь, ты можешь мне доверять.
Нина, ты безумно красива,
ты так прекрасна, ты стар.
Ты звезда.
Помолчи, Николас.
Дай мне сигарету.
Прошу.
Подожди. Пепельница.
Я уеду домой скоро.
Я скоро уеду к себе на Родину.
Я найду тебя, да, вот увидишь.
Война всё равно когда-нибудь закончится.
И когда война закончится,
мы снова будем вместе.
Мы будем писать друг другу.
И однажды я женюсь на тебе.
Мы никогда не встретимся.
Мы не сможем друг другу писать,
и ты не женишься на мне.
Но почему?
Я знаю, я просто знаю.
Слушается дело об убийстве
на мосту или "дело волчат",
по определению товарища Сталина.
Он же Иосиф Джугашвили, он же Коба,
он же Иванович, он же Император,
он же Спаситель отечества,
он же Кровавый тиран.
Включай, Юр.
Краткая историческая справка: четверг,
3 июня 1943 года в столице проходит
выставка трофейного вооружения,
захваченного у немцев.
Сталинградская битва уже позади,
но Курская дуга ещё впереди.
В Советской армии ввели погоны.
Пехоте достался малиновый цвет,
артиллерии - красный, авиации - голубой,
кавалерии - светло-синий.
10 июня советские войска
овладели станцией Прокофьевка.
И освободят моего маленького дедушку
и бабушку.
Так, наш первый свидетель -
командир круглосуточного поста
по улице Серафимовича,
милиционер Железняков.
Около 19 часов он услышал, что за домом,
со стороны Каменного моста,
были произведены
два-три одиночных выстрела.
Он немедленно оказался на месте
происшествия, где слышались выстрелы,
вместе с постовой Степанчиковой.
Свидетели есть?
Стоять, не двигаться!
Кто-нибудь видел?
Врача позовите.
Стоять, всем стоять, я сказал!
Есть свидетели?
Доктор, давай сюда, скорей!
Мальчик жив, пульс прощупывается.
Открытая рана в области черепа.
Грузите его быстро!
В больницу Грановского.
Быстрее!
Берём.
Все назад, сюда нельзя!
Назад, назад!
Сюда нельзя.
Подождите!
А девочку куда?
Девочку?
Девочку в морг.
Ну, скорее всего вот здесь они и лежали.
Ну да, вот здесь их и нашли.
А вот здесь собрались люди.
У девочки была насквозь
пробита затылочная кость.
Пуля застряла в позвонках. Умерла сразу.
Он стрелял ей в затылок?
Да, возможно,
она отвернулась в этот момент.
А пистолет?
Исчез.
Командир, это дело было немыслимым
для того времени, я уверен,
туда были брошены лучшие сыскные силы.
Почему в одних материалах говорится,
что он стрелял ей в сердце,
в других - в затылок?
Наверное, в сердце красивее.
Девочку похоронили сразу, без экспертизы?
Пока выясняем.
Её отец, Константин Уманский,
через сутки после её смерти
отбыл в Мексику вместе с супругой,
на место работы.
То есть даже не похоронил?
Получается так.
Мальчишка через сутки скончался,
так и не приходя в себя.
Почему он убил её?
Любовь, Ромео и Джульетта.
Она собиралась с папой в Мексику,
он просил остаться.
Ромео и Джульетта?
Провожал девочку по мосту, она сказала:
"Я уезжаю с папой в Мексику", -
и он взял и бабахнул в неё
из неустановленного пистолета?
Думаешь, был кто-то ещё,
тот, который их убил?
А потом убил твоего друга
Гольцмана через 100 лет? Зачем?
Не знаю.
Но у меня не сходится.
Боря, пистолет исчез, свидетелей не было.
Почему они сразу решили, что мальчик -
убийца? Откуда такая ясность, что он убил?
Откуда такая уверенность,
что всё произошло именно так?
Девочка мертва.
Мальчик мёртв.
И никто не слышал их последнего разговора.
Понимаешь?
Пожалуйста.
Готов?
Туда иди.
Здравствуйте.
На первое грибной суп, на второе,
на ваш выбор, курочка или рыбка.
На третье чай с пирогом
с капустой и мясом.
Что вы будете?
А всё сразу можно?
Можно.
Степан Цурцумия, диверсант-подрывник.
Олег Алиев, фронтовая разведка.
Пехота.
Артиллерия.
Капитан Рудковский.
Это что, рай?
Лучше, столовая НКВД.
Встать!
Я - нарком Берия, кто не знает.
Кушайте хорошо.
Кто хорошо кушает, тот хорошо работает.
Советский народ вас кормит, поит,
отрывает от себя последнее,
чтобы вы хорошо работали.
Вы - мой специальный отряд!
Вас собрали со всех фронтов,
самых сильных, смелых,
чтобы чистить от грязи советскую жизнь
и чтобы безжалостно,
повторяю: без-жа-лост-но,
расправляться с врагами и шпионами.
Враг у ворот.
Кто хорошо будет чистить врагов,
того наградим,
кто плохо - живьём шкуру сдерём,
язык вырвем и с голой жопой
на мороз отправим.
Да, я пошутил.
Кто здесь тот солдат,
который 6 немцев зарезал
и двух советских командиров покалечил?
Есть?
Есть.
Я.
За немцев хвалю,
а за советских командиров ругаю.
Дисциплина слабая.
Будем подтягивать.
Кушайте.
Сесть!
Шесть немцев?
Они что, карлики были?
Слушай, по-моему ненастоящие?
А торгует без сертификата.
Урод, дерьмо какое!
Ходит тут, щупает. Бабу свою щупай!
Это антиквариат, а не помидоры.
Сертификат ему подавай, а!
Да я плевать хотел на твои сертификаты!
Это подстаканник 38 года
с серебряной подставкой, урод.
Здравствуйте.
Как поживаете?
Как работа, как дела?
Хотите поменяться, товарищи?
Ну вот, товарищи, тут Лёня наш...
Воры!
Всё разграбили, разбили.
А тут и нет ничего.
Я вот замок новый в дверь вставил.
Ну, мало ли, товарищи придут.
Фамилию Безрук от Лёни не слышали,
не говорил?
Нет.
А про Каменный мост у Дома правительства?
Не слыхал.
Это его вещи, всё что осталось?
Да, всё что есть.
Я себе-то ничего не брал:
мне чужого не надо.
А вспомни, может ему угрожал кто-нибудь,
звонил, может?
Да что вы?
Тихий человек, еврей, не пил, спокойный.
А может, приходил кто?
Не, никто не приходил. Я не видел.
Ну, покупатели заходили.
Писал он здесь что-то.
Сидел, писал.
А что писал, Кузьмич?
А я почём знаю?
Я как ни зайду, а он всё пишет
чего-то там, пишет, пишет.
Кто его поймёт, фанатик он и есть фанатик.
Мы как с вами договорились: я вас приведу,
вы мне солдатика, правильно?
Да, конечно.
Давайте без обмана, а.
Олег Кузьмич, а что в сейфе было?
Да откуда я знаю, не знаю.
Откуда мне знать-то, что там в сейфе было?
На то он и сейф. Не знаю.
Олег Кузьмич, мы так с вами до солдатика
не доберёмся, только до районного суда.
Мы ведь с вами знаем, что там лежало.
Слухи-то давно ходят, что там лежало.
Кое-что ведь там лежало?
Ну, лежал там барабанщик его, лежал.
Так они его не взяли, кинули в пыли,
валялся, а я подобрал.
А Лёня мне ещё тогда говорил:
"Бери, Кузьмич, ты хороший человек".
Только, говорит,
пусть пока у меня полежит.
Ну, евреи - они хитрые.
Один был солдатик?
Ну, один. А сколько?
Вот у вас ещё.
Олег Кузьмич, послушай.
- У тебя один солдатик.
- Ну.
- А у нас два.
- Ну.
Если мы тебе отдадим наших двух,
у тебя получается три, правильно?
Ну.
А где остальные?
Ага, да если б я знал!
Ну, сколько их всего в коллекции было?
- В буденовской?
- Конечно, в буденовской, какой же ещё?
Ты же не можешь не знать.
Ну, 12.
Вот, 12.
А у кого остальные 9?
Ты их знаешь?
А, я вам скажу,
а вы к ним меняться пойдёте.
Да хоть режьте, не скажу.
Солдатика.
Александр Василич!
Солдатика.
Александр Василич, подожди!
Олег Кузьмич сказать хочет.
Слушай, не надо.
Я вспомнил, у Дашкевича есть.
Да, не нужно, правда, всё.
Дашкевич старик совсем старый.
Так, может, он умер уже, раз старый?
Не, не, живой, я сам видел.
Приходил сюда, Лёню искал.
Сморщенный такой, старенький.
Лёня мне про него ещё раньше говорил.
Вот у него трубачи есть,
сколько - не знаю.
- И зачем приходил?
- Ну, про Лёню спрашивал.
Говорит: "Где Лёня?"
Я говорю: "Умер, сгорел".
Он говорит: "Я так и знал". И пошёл.
- Так и сказал?
- Так и сказал, да, и пошёл.
Понятно.
Ну, стойте!
Девчушка была ещё.
Вот.
Какая девчушка?
Приходила, сказала,
что Лёня ей встречу назначил.
Ну, такая, ну, руки, ножки.
Расстроилась, когда узнала.
Как зовут?
Маша, да, Маша, Мария. Так сказала.
Вот у неё пулемётчики есть.
- Телефон не давала?
- Нет, мне зачем?
Кузьмич.
Да, давала, звонил, только она всё
равно не продаёт и вам не продаст.
Телефон давайте.
Солдатики, товарищи.
Сначала телефон.
Не, не отдам ему второго, это Лёнькины.
Лёнька бы ему сам не отдал.
Товарищи!
Вот, во.
Чуев, я не могу.
Маша.
Я умираю, опять.
В нашем личном плане написано,
что к семнадцатому числу
ты должна делать адхо мукха, написано?
Значит должна делать.
- Ты сама написала, я тебя не заставлял.
- Заставлял.
Я предлагал, ты согласилась.
Петь, ну не мучай меня,
ты же хороший человек.
Я не плохой и не хороший.
Если мы не будем выполнять своих планов,
мы никогда не достигнем того,
чего должны достичь.
Ты написала, что к весне должна
получить повышение на работе?
Значит, должна получить!
Написала, что 17-го
должна сделать адхо мукху.
Значит, должна сделать.
Я вот написал,
что через год стану миллионером.
Значит, стану миллионером.
Чуев, с этой адхо мукхой я умру намного
раньше и не застану это счастливое время.
Это мой, по поводу интернета.
Делай, делай, я отвечу.
Скажи, плохо работает.
Да.
Я могу поговорить с Марией?
А вы по поводу интернета?
Это её муж.
Вы знаете, у нас очень плохо работает,
просто безобразие какое-то.
Нет, я не на счёт интернета,
я насчёт солдатиков.
Солдатики из буденовской коллекции:
трубачи, пехотинцы, барабанщики.
Я их коллекционирую
и хотел бы с ней поговорить.
Меня это очень интересует.
Во всех смыслах.
Чуев, я сейчас умру.
Вы хотите их купить?
Да, очень.
Она их продаёт?
Дело в том,
что эти солдатики принадлежат мне.
- Вам?
- Да, да.
Это наша семейная реликвия
и очень дорогая, как вы понимаете.
И цена на них довольно высока.
Если вы понимаете, конечно.
Да, безусловно понимаю,
более того, меня интересует всё,
что связано с этой коллекцией
и с людьми, которые ей занимались.
Любые фотографии, документы, письма,
я куплю всё.
Мне сейчас просто,
мне не очень удобно говорить,
я вам на этот телефон перезвоню, хорошо?
Да, конечно. Я буду ждать.
Я Волк, Александр Васильевич Волк.
Я Пётр, Пётр.
Я вам перезвоню.
Спасибо.
Всё, сказали, там на линии
какая-то поломка.
За три квартала нынешнего года
за содействие
советник мексиканского правительства
господин Рохас
получил от нас 7500 долларов наличными,
дважды.
Императорский сервиз на 29 персон
из запасников Русского музея,
12 беличьих шкурок, три бобровых.
А также выкурены сигары.
Более 200 высшего качества.
Могу предоставить подробный отчёт затрат
в рублях,
из учёта стоимости доллара 40 копеек,
на сегодняшний день:
поездки, бензин и гостиницы.
Списать это как консультативные услуги?
Или как представительские подарки?
Вы неплохо считаете, Дашкевич,
особенно для вашего возраста.
Я воспитывался в Детском доме
имени Первой Коммуны.
Там научили.
Моих родных убили белые.
Извините, Слава. Я не знал.
Товарищ Уманский! Вы же вернётесь, правда?
Товарищ Сталин лично
подписал вам свою фотографию.
Это после нашей встречи
с Гербертом Уэллсом.
Великим фантастом.
Товарищ Сталин спросил его, можно ли
действительно изобрести машину времени,
как в его романах.
Уэллс сказал, что невозможно, и товарищ
Сталин потерял к нему всякий интерес.
Слава, садитесь.
Напишите Рохасу вот что:
"Сколько бы немцы ни прошли до Москвы,
нашим танкам понадобится много нефти,
чтобы гнать их обратно, до Берлина.
Мы можем задуматься
о покупке мексиканской,
если они задумаются о моей просьбе.
Вытащить из тюрьмы человека,
которого обвиняют в убийстве врага
Советского государства Троцкого - это
гуманитарный акт, и он будет оценён
как знак поддержки справедливой борьбы
советского народа
с фашистскими захватчиками".
Отправьте это как можно скорее.
Галина Ивановна, вы дома?
Это жених вашей племянницы,
я документы забыл.
Война должна окончиться победой,
великой победой.
После такой войны должно произойти
что-то такое,
и тогда мы придём и возьмём власть.
Где ты была, Нина?
Гуляла.
А с кем?
С молодым человеком.
Он сказал, что любит меня.
А ты?
А я не знаю.
Когда ты уедешь?
Я думаю, совсем скоро, до конца недели.
Ешь мороженое, тает.
Оно в Москве почему-то вкуснее,
вот не понимаю только, почему.
Всюду мы это мороженое ели, тоннами ели.
А в Москве вкуснее всего.
Вот почему так - не понимаю.
Давай потанцуем, дочка.
А мороженое?
Это будет танец с мороженым.
Мне Николас сказал,
что будет любить меня всегда.
Даже через 100 лет. Разве такое бывает?
Бывает.
Один мой знакомый встретил девочку,
когда ей было 17 лет.
Не смог её забыть.
И всю жизнь помнил.
И любил.
Они не вместе?
Это ты?
У тебя есть любовница, она в Москве.
Мама очень страдает из-за этого,
ты знаешь?
"Она его за муки полюбила!
А он её за состраданье к ним!" Кто сказал?
Шекспир.
Мама всё преувеличивает.
Красивая песня, Тита. Надо запомнить.
Папа, они убьют тебя там,
я знаю, как всех других.
Почему Сталин вас убивает, почему вы
все боитесь его, почему ты не бежишь?
Нина, замолчи!
Идёт страшная война!
На твою родину напал враг!
Ничего страшнее его нет! Ничего!
Сталин - это знамя,
под которым мы его победим!
Наше знамя!
Если знамя упадёт, мы погибнем!
Ты слышишь?
Неужели ты так не любил свою дочь,
что даже не похоронил её?
Или здесь что-то другое?
Безрук.
Безрук.
Безрук!
Безрук, а сколько тебе, по правде, лет?
Ты придумал себе дату рождения
или не помнишь?
Слушай, ты с Донбаса?
Правда, что твои мамка и папка
тебя с голодухи сожрать хотели?
Может, ты их сам сожрал?
Признайся, сожрал мамку?
Ладно, Лев Петрович.
Пошли, Безрук.
Вот твоя комната.
Будешь здесь пока.
Пока так.
На первое время.
Где твои документы?
Давай.
Давай их сюда.
То, что ты Безрук,
будем знать только мы, больше никто.
Документы у тебя будут другие,
фамилия другая.
Безрука мы расстреляли.
Его больше нет, будет другой.
Так что, когда к тебе придут и скажут:
"Безрук", - это значит,
что к тебе пришли люди правды.
Значит, пришли мы.
Тогда вышел и положил голову на плаху.
Понял?
Да.
Давайте, за победу!
Он ещё и пить не умеет.
Теперь задание.
От наркома, товарища Берии.
Есть сведения,
что один человек - предатель.
Шпион.
Предал наше дело.
Зарежешь его.
Сделаешь так, будто ограбил.
Сейчас?
Нет, скажут когда и где.
А чем?
Точно не этим.
Ты таких отродясь в руках не держал
и вряд ли когда будешь.
Постарайся, чтоб быстро.
Чтоб даже не понял, чтоб не мучился.
Ладно, Нахим, зато пытать не будут.
Похоронят нормально, семью не тронут.
Радоваться за него надо, радоваться.
А кто он?
Потом порвёшь.
А дальше что?
Дальше, если немцы Москву возьмут,
будешь немцев резать, пока тебя не кокнут.
А если нет, тогда своих продолжишь.


Серия 4

Ты уверена, что тебе это надо?
Сейчас, секунду.
Командир, командир, подъём, к тебе гости.
Я же говорил.
Алёна, это точно он?
Вот это вот человек,
который тебе очень нужен?
Его ты искала?
Ты сейчас посмотри внимательно,
а то потом поздно будет.
Я тебе эсэмэски писала, а ты не отвечал.
Так ты ж написала: "Не отвечай".
Сволочь.
Не отвечай - это значит отвечай.
А где Расул?
Ты же с ним отдыхаешь
в Стамбуле или в Дубае.
Я, пожалуй, пойду.
Боря, нет, не уходи,
я с ним ни на минуту не останусь!
Я с тобой ни на минуту не останусь.
Кто бы сомневался.
Товарищ Уманский! Товарищ Уманский!
Надо ехать! Влетит мне.
Сейчас. Подождите.
Искра?
Ты Искра, девочка?
Тебя зовут Искра?
Да.
Мама дома?
Мама моет Диму. У нас горячая вода.
Целый таз.
Кто там, Искра?
Костя, господи, приехал.
Приехал только что.
Дима спит всё время.
Три года, а всё как маленький.
Спит и спит.
Будто хочет всю эту войну проспать.
Впустишь ненадолго?
Да, да. Конечно.
Просто не ожидала.
Заходи.
Вот кукла, она говорящая.
Только на английском.
И вот ещё, это тебе.
А это Диме, проснётся - будет играть.
И вот это тебе.
Нравится?
Это тоже тебе.
И вот ещё.
Устала, устала.
Давай поспи, потом поешь.
Никто не будет есть, поспи и поешь.
Пойдём?
Ложись?
Ложись.
Ещё повыше, вот так.
Тася, а ты?
Хочешь копчёной колбасы?
Копчёная итальянская, настоящая салями.
Поешь.
Я не голодна, у нас есть паёк.
Живём, как в баре, соседи разъехались.
Все эвакуировались, одна соседка осталась.
Иди сюда, иди.
Они не проснутся.
Они будут...
Большой Каменный мост был признан
лучшим местом для разглядывания Кремля,
а, возможно, и всей русской жизни,
названной Черчиллем
"тайной, покрытой мраком".
Черчилль, Черчилль, господа. Черчилль.
Но с последним высказыванием
мы можем не соглашаться.
Помогите мне, пожалуйста, подержите.
Благодарю вас.
Да, да, иногда этот мост уважительно
называли восьмым чудом света.
Однажды весной по нему проехал первый
космонавт Земли Юрий Гагарин.
Из Внуковского аэропорта
на Красную площадь
и, как говорится, в вечную память.
Прошу.
Юрий Гагарин.
Мост, на котором мы сейчас стоим,
был построен при товарище Иосифе Сталине
архитектором по фамилии Щуко.
В 38 году. Прошу.
Окончание строительства совпало с казнями
так называемых "антисоветских
троцкистских гадов".
И всего их было казнено за один только
этот год порядка 120 000 тысяч человек.
Вот так.
Русские, господа, и строили,
и казнили тысячи лет, знаете ли! За мной!
Прошу.
За мной.
Большой каменный мост.
Ой, ну что вы, зачем же, не надо было.
Лишнее это, господа.
Это ж просто моя работа.
Илья Андреевич, давайте,
давайте за знакомство.
За вашу работу.
За истинный праздник души.
Угу, благодарю.
Присоединяюсь к сказанному.
Ой, я, знаете, на экскурсиях обычно сплю.
Простой человек, что с меня взять.
Но на вашей не заснёшь.
Очень рад, очень.
А когда спят, это тоже неплохо.
Спите себе на здоровье.
Вот когда дети, это хуже: очень шумят.
Самого себя не слышу.
А вообще про что заказывают?
Про дома знаменитостей, про Мавзолей,
ходит ли Ленин по ночам?
Про пытки, где кого четвертовали.
Закусывайте.
Меня как простого человека
волнует один вопрос, Илья Андреич:
кто убил детей на Каменном мосту
в июне сорок третьего?
Помните, это же ещё Карамзин...
Карамзин написал: "В смирении великодушном
страдальцы погибали на Лобном месте,
как греки в Фермопилах,
требуя лишь одного - справедливости".
Справедливости, Илья Андреевич.
Мы у кого ни спросим, все молчат.
Господа, что ж мы молчим-то,
всё равно ж помирать?
Господа, я вспомнил, господа.
Вспомнил, мне ж пора, господа.
Что же это я совсем забыл.
Совсем. Совсем. Мне звонят.
Вот, звонок отключён.
Побегу.
Илья Андреич, ну, вы ж не допили.
Давайте ещё по одной.
Не, побегу, побегу, господа, простите.
Простите. Очень, очень благодарен вам.
Очень, очень, простите.
Побегу.
Простите.
Карамзин, Фермопилы.
Долго готовился?
Да, не ожидал, даже водку бросил.
Нетипично для экскурсовода.
Я не знал, что с тобой.
Твой муж жив?
Пропал без вести.
В самом начале. В июле.
Я работаю у Литвинова.
Он снова взял меня стенографисткой.
Печатаю какие-то бюллетени.
Работа спасает меня.
Мой сын болен.
С ним что-то не так.
Он даже не разговаривает.
Если бы я знала, что мы будем жить в такое
страшное время, я бы не рожала детей.
Ты стала любовницей Литвинова?
У тебя с ним роман?
Почему ты не отвечаешь?
Мы не виделись почти три года!
У тебя своя жизнь, семья, какое ты право
имеешь спрашивать меня об этом?
Я не спрашиваю.
Прости.
Немцы вот-вот войдут в Москву.
Ты понимаешь, Костя?
Ты понимаешь, что с нами будет?
Что будет с тобой? Ты знаешь?
Меня отозвали. Ничего не сказали.
Везут в гостиницу.
Шофёр ждёт внизу.
А твоя семья? Дочь?
Там.
Я ему нужен, я уверен.
Я много знаю. Много умею.
Я написал подробную докладную записку о
Мексике. Император знает, что это значит.
Он поймёт.
Он не мыслит только сегодняшним днём.
Я так ждала тебя.
А ты сейчас уйдёшь.
И я снова буду ждать. Чего?
Почему ты не женился на мне?
Я бы бросила всех.
Ну, товарищ Уманский!
Я вас три часа жду!
Я же под трибунал пойду!
Я позвоню сразу, как только узнаю,
что со мной.
Мы придумаем, что нам делать.
Я тебя люблю!
Слышишь?
И это главное.
Товарищ Уманский!
Ну, товарищ Уманский!
Алло.
Тася, это Литвинов.
Уманского отозвали в Москву.
Мне только что сообщили.
Вы меня слышите?
Да.
Его заменят. Это уже официально.
И, очевидно, мною.
Мне в Америке нужна стенографистка.
Вы поедете со мной?
А Костя?
Что с ним будет?
Что-что?
Я не понимаю.
Его арестуют?
Вы попросите за него?
Вы поедете со мной? Вы меня слышите?
Я вас не слышу.
Да, вы попросите за него?
Алло.
Твой чай.
Кто?
Сорок вторая, охренел?
Машину свою убирай с пожарного места!
Что?
- Какую машину?
- Обыкновенную машину. Иди переставляй.
Какую машину?
Секундочку.
Здравствуйте.
В чём дело?
В чём дело?
Товарищ!
Гос... господа, в чём дело?
Что, что вам надо?
Кто вы такие, господа?
Кто, кто вы такие?
Я закричу, я сейчас полицию вызову.
Илья Андреич, ну как же так,
свои же товарищи, историки.
Водочку не допили, надо допить.
Нехорошо. Садитесь.
Что вы от меня хотите?
Мы же сказали.
Хотим узнать, кто убил Володю и Нину.
Я не знаю, я впервые слышу.
- Я закричу.
- Илья, кончай придуриваться.
И про Лёню Гольцмана тоже впервые?
Илюш, кто убил Лёню?
Кто, знаешь?
Его убили?
Скорее всего.
Я его друг.
Вам что-нибудь известно об этом?
Ничего. Я знаю, был пожар.
Отец его говорил, и всё.
Вы менялись с ним солдатиками?
Это папины.
Мы встретились с Лёней
на пресс-конференции,
приехали мексиканцы по поводу
установления дипломатических отношений.
Выпили.
Потом я обмолвился про солдатиков.
Договорились созвониться.
Потом узнал про его смерть,
был на похоронах. И всё!
Давай тихонечко выпьем за упокой
нашего общего друга.
Давай, давай.
И за папу твоего покойника.
Говорят, умер нехорошо.
Заходи, Папаша, заходи.
Садись.
Спасибо, что приехал.
Чай будешь?
Нет, спасибо, я уже пил.
Литвинов меня знает больше всех,
и я его больше всех.
Больше жены, Папаша?
Как она, твоя англичанка?
Не сбежала в Лондон?
Работает.
Преподаёт язык офицерам!
Живёт на паёк, как все советские люди.
Вижу старого большевика.
Мы решили дать тебе поработать, Папаша.
И товарищ Молотов тоже не против.
На какую должность претендуешь, Литвинов?
На вашу, Молотов.
Ну, товарищ Молотов ещё не всё хорошее
сделал для партии.
Поедешь в Америку послом, Папаша.
Прежний не справился, Уманский,
твой ученик, между прочим.
Американцы его не полюбили.
Наверное, плохо старался.
А нам нужны танки, самолёты, машины,
цветной металл, сапоги, тушёнка.
Всё, что возьмёшь у этого
старого лиса Рузвельта.
Он тебя любит, лично знает,
все богатые евреи Америки верят тебе.
Мне меньше верят.
У твоей жены Айви там хорошие связи.
Она там как своя, знает,
как беседы вести, не то что наши фроси.
Справишься?
Ради Победы я готов патроны
в две смены таскать.
А, таскать не надо.
Поедешь на этой неделе.
Давай, провожу.
Я вернусь, товарищи.
Что в Москве, Папаша, что на улицах?
Что видел?
На улицах пусто.
Булочные закрыты. Грабят магазины.
А милиции нет.
Попрятались?
Грабят?
Ничего, выйдут, когда надо.
Я думал, будет хуже.
Как ты думаешь...
у них разные лица?
Разные, Коба.
А для меня они все на одно лицо.
Я их каждые три дня меняю.
От долгого стояния дурные мысли
в голову приходят.
Они думают: вот ходит,
который немцам полстраны просрал.
Русскую армию погубил.
Грузин хромой. Такой-растакой.
А ты идёшь и думаешь...
какой из них?
Если этот, то в спину, а если тот
за углом, то в лицо.
А тебе я верю, верю.
Иди. Лети.
Немцы уже в Ельце.
Правда.
Но мы - здесь.
Здесь.
Один вопрос, Коба!
Какова судьба товарища Уманского?
Ошибки бывают у каждого.
Он честный, опытный товарищ.
Я за него головой ручаюсь.
А кто за твою голову поручится?
Знаешь?
Мой папа погиб.
Его зарезали в 1980 году.
В день закрытия Олимпиады, 3 августа.
Здесь, в нашей подворотне.
Он проводил меня домой.
У мамы был другой мужчина.
Вы видели это?
Я не знаю, зачем я побежал назад.
Наверное, не хотел прощаться.
Папа лежал в подворотне.
У него было перерезано горло.
Потом выбежала мама, вызвала скорую.
- Убийцу не нашли?
- Нет.
Какие версии выдвигались?
У папы был портфель. Старый, кожаный.
Он исчез.
Что там было?
Не знаю.
Илья Андреич, ваш отец занимался Уманским?
Он занимался советскими дипломатами
из плеяды Литвинова.
Почти все они были уничтожены Сталиным,
все!
А потом его заинтересовала гибель
Уманского в авиакатастрофе.
Константин Уманский
погиб в авиакатастрофе?
Да.
В январе 45 года.
Он летел из Мексики в Коста-Рику.
Самолёт рухнул на взлёте.
Все погибли.
После их гибели остались вещи
на складе Музея внешней политики,
они были никому не нужны.
Папа купил там солдатиков.
Солдатики были в Мексике?
В вещах Уманского?
Да, кажется.
Я не знаю точно.
Какие ещё вещи были у вашего отца?
Я не знаю. Я устал.
Уходите, пожалуйста!
Уходите!
Я устал.
А что Уманский,
что о нём скажете, уже приехал?
- Здесь.
- Да?
Товарищ Сталин.
Слабый человек, провалил наше дело.
Шпион.
Мы обсуждали это.
Я помню, помню.
Несёт всякую ерунду о будущем,
о Мексике, о Меркадере.
О будущей революцию в Латинской Америке.
Разве нам сейчас до этого?
А почему не про будущее?
Почему не до этого?
Товарищ Молотов.
Именно сейчас, и именно до этого!
Или вы по-другому думаете?
Или вы думаете,
что нам не надо о будущем думать?
Может, ты думаешь, что его у нас нет?
Товарищ Сталин, я...
Принесите его доклад.
Я подумаю, что с этим делать.
Иди.
Уманский.
Будущее.
Уходите.
Я устал, устал.
- Уходите, немедленно.
- Илюша, что у него было в портфеле?
Но ты ведь хочешь найти убийцу
своего отца?
Ты ведь хочешь нам помочь?
Разве таким мечтал видеть тебя твой отец?
Жалким алкоголиком, трусом?
Ты посмотри на себя, на кого ты похож?
Мы будем приходить к тебе каждый день,
Илюша, каждый день.
Я буду спать на твоём мосту.
На твоём диване буду спать.
Вместе спать будем.
Я у тебя буду жить, Илюша.
Не надо, хватит.
Я всё скажу, всё.
У папы был... была плёнка, киноплёнка.
Старая киноплёнка.
В коробке.
Ржавая железная коробка.
Однажды он показал мне её.
Это было в общежитии аспирантов МГУ.
Папа там жил.
На плёнке была девочка
на роликовых коньках.
Она смеялась.
Смотрела прямо в камеру,
будто в меня, и смеялась.
И всё.
Очень коротко.
Больше там ничего не было.
Что за девочка, Нина Уманская?
Я не знаю.
Девочка была очень красивая,
в такой юбочке...
Человек по фамилии Безрук.
Кто это? Вы упоминали его имя.
Безрук.
Папа его искал.
Да, его фамилия была написана
на железной коробке.
Безрук. Я запомнил.
Синим химическим карандашом.
Точно.
Безрук.
Я запомнил.
Товарищ Уманский!
Товарищ Уманский, это срочно! Вы где?
Товарищ Уманский!
Товарищ Уманский!
Товарищ Уманский, это очень важно!
Товарищ Уманский!
- Товарищ Уманский!
- Что случилось?
Вам срочно надо, того... выйти.
- Выйти?
- Выйти.
Пропуск в бомбоубежище надо.
- Сейчас начнётся.
- Я спущусь.
Нет, нет, прямо сейчас, со мной надо.
Понимаете? Прямо сейчас. Сейчас начнётся.
Я за вас, того... головой отвечаю.
Хорошо, хорошо.
Перед государством прямо отвечаю!
Товарищ Уманский, да, пожалуйте.
- Сумасшествие какое-то.
- Товарищ Уманский!
Отменяется, товарищ, отменяется!
Отменяется, отбой.
Приказано отменить.
Отменяется, отменяется.
Пришёл некий Безрук и всех убил.
Зачем убивать-то было?
Потому что на плёнке была Нина?
А если не Нина, то зачем?
Да, Юра.
Да.
Понял.
Самолёт Уманского взорвался в воздухе
у Мексики, погибло 17 человек.
И тогда получается, у нас две новости.
Начни с хорошей.
Мы всё ещё живы.
Погодите, господа, погодите!
Стойте.
Я должен вам сказать.
Мама мне рассказала.
Лет за пять до папиной смерти
к нам приходили из КГБ.
Они узнали,
что папа встречался с американцем.
В начале семидесятых.
Американец приходил к нам домой, сюда.
Один раз.
Я не помню, мне было тогда три годика.
А потом американец написал папе письмо.
Он искал Нину Уманскую.
- Нину Уманскую?
- Да.
Он хотел узнать, что с ней случилось.
Он работал кинооператором в США.
Папе сказали, что он шпион
и чтобы он больше с ним не встречался.
Иначе у нас будут неприятности.
Это его письмо.
Папа им не отдал.
Я верил, что кто-нибудь придёт, я знал.
Спасибо.
Кто-нибудь захочет узнать,
зачем погиб мой добрый папа.
Мы с вами свяжемся.
Кто-нибудь захочет, я верил!
Я верил!
Галина Ивановна, вы можете ещё раз
рассказать, что у вас украли?
Алло, алло, Петь, прости, что отвлекаю.
Ну да, тут Галину Ивановну ограбили.
- Ограбили?
- Да, её квартиру на Маросейке.
Ночью кто-то залез по балкону,
тётя на даче была.
И что украли?
Всё разбито, разбросано.
Так что украли-то?
Фотографии украли, солдатиков, Петь,
документы, всё украли.
Да уж...
Да. А следователь говорит, что они потом
могут всё это вернуть или подбросить.
Так ведь бывает, Петь?
Вернуть?
Да кто тебе вернёт?
Я ж тебе говорил,
надо было ставить сигнализацию.
Говорил или нет?
Петь, не кричи, пожалуйста.
Прости, я на работе задержусь.
Ты там держись.
Целую тебя.
Господин Паперно, это Чуев.
Вы сможете подождать деньги
до воскресенья?
Нет, нет, я никуда не прячусь.
Я здесь.
Вы знаете мой адрес.
Фирма на том же месте.
Так у вас и расписка есть.
Я верну всё к воскресенью.
К воскресенью.
Спасибо за доверие, господин Паперно.
Дорогой мистер Стогниенко.
Я очень счастлив, что познакомился с вами.
Когда в Мексике мне сказали,
что один русский учёный в Москве
интересуется Константином Уманским,
я не рассчитывал, что мы так
скоро встретимся.
Сегодня важный день.
Сегодня, благодаря вам,
я встречу человека,
который даст мне все ответы
на мои вопросы.
И точка в моей жизни будет поставлена.
Да.
Здорово, командир. Не спишь?
Пока нет.
Значит, наш Павликовский пока
не подходит под критерии розыска.
Видимо, "Оскара" он не получал.
Завтра начнём обход свидетелей,
пока с живых.
Извини, я тебя не дождалась, заснула.
- Что ты делал?
- Письмо читал.
Какое письмо?
Человека, который любил Нину Уманскую.
Приезжал сюда в семьдесят пятом.
Ну, вот видишь, любил, искал, приезжал.
А ты по мне даже не скучал.
Ты знаешь, что ты не волк?
Ты очень похож на дворового пса:
такой же растерянный,
неустроенный, лохматый дворовый пёс.
Хочешь, я буду называть тебя своим псом?
Пёс так пёс.
А я буду твоей кошечкой.
- Согласен?
- Ладно.
Почему ты не ешь, тебе невкусно?
Так не очень удобно.
Я хочу быть тебе полезной,
хочу ухаживать за тобой.
Раньше вот ни за кем не хотела,
за тобой хочу.
Хочу быть тебе нужной,
хочу помогать тебе во всём.
Ты и так помогаешь.
Чем? Тем, что приготовила ужин и заснула?
Волк, я хочу по-настоящему тебе помогать,
понимаешь?
Правда хочешь?
Да!
Хорошо.
Да, очень, быть с тобой хочу всё время
и быть тебе полезной.
Что для этого нужно?
Ничего особенного, общаться, быть
приветливой, располагать к себе людей.
Так ведь это так просто.
- Безрук?
- Да.
Операция отменяется.
Ваши новые документы готовы,
они лежат в вашей комнате.
- Вам понятно?
- Да.
Хорошо. Ждите наших указаний.
Здравствуйте, я Нина Уманская.
Здравствуй, Ниночка.
Ты будешь учиться в классе специальном,
эвакуированном из Москвы.
В нём учатся, в основном,
дети членов нашего правительства.
Пойдём, я тебя представлю.
Да.
Пойдём.
Так, здравствуйте.
Садитесь.
Ниночка, проходи.
Ребята, познакомьтесь. Это Нина Уманская.
Наша новая ученица.
Нина жила в Нью-Йорке с мамой.
Её папа дипломат, Константин Уманский.
А теперь она будет учиться в нашем классе.
Ниночка,
а сколько лет ты жила в Нью-Йорке?
Четыре года.
А до этого в Москве?
Два года в Риме, ещё в Вене,
до этого, да, в Москве.
О! А как же ты к нам добралась?
Расскажи, пожалуйста,
наверное, была долгая дорога?
Не очень, вообще-то.
Мы где-то месяц плыли через Гавайские
острова в обход немецких подводных лодок.
Потом через Сингапур, Индию, Багдад.
Там мама заболела лихорадкой,
и мы две недели жили
при Международной католической больнице.
Потом летели над Персидским плоскогорьем,
летели, летели через Ташкент, Алма-Ату.
И прилетели.
Нормально.
Ну и хорошо.
Выбирай себе свободное место,
где тебе понравится.
А мы вспомним прошлый урок,
открываем тетради.
Можно к тебе?
А, да, конечно.
Я Нина.
Сергеев Коля.
Будем знакомы.
Я Света Молотова.
Для этого начертим таблицу по временам.
Я Галя Куйбышева.
Мы можем вместе ездить до школы,
у меня есть шофёр.
А ты что, накрашенная?
Немного.
Сегодня вообще-то поскромничала, а что?
Ничего себе.
- Ирина Никоновна.
- Да.
Можно мне выйти на минутку?
Я быстро, ага.
Прошедшее время глагола указывает на то,
что называемое глаголом действие
происходило или произошло до момента речи.
Пример: "Мой отец служил на фронте".
Я Володя Шахурин.
Привет.
Училку не слушай, она дура.
Тебе кто больше нравится,
Шопенгауэр или Ницше?
Не помню,
кого-то из них читала на немецком.
А какое у тебя кредо по жизни?
Zapatero, a tus zapatos, аmigo.
Чего?
"Каждый сапожник, к своим сапогам".
Как говорят испанцы.
Что называемое глаголом действие
происходит сейчас,
то есть в данный момент.
Пример: "Мой отец воюет на фронте".
Будущее время показывает,
что называемое глаголом действие,
произойдёт после момента речи.
Например: "Мой отец пойдёт на фронт".
Вам помочь?
Вы здесь живёте? Это ваш ребёнок плачет?
Острый нож вижу.
Ты беги от него, беги, пока не поздно.
Что?
От кого?
От суженого своего.
Хочешь судьбу твою тебе скажу?
Подойди сюда ближе, подойди.
Убьёт он тебя скоро, дура, убьёт.
Вот увидишь, так всё и будет, так и будет.


Серия 5

Вы знаете, кто убил Нину Уманскую?
Я телевизор не смотрю давно.
Но сдаётся мне, что вы не оттуда.
Зрителей нашей программы очень волнует,
кто виновен в смерти Нины Уманской.
Региональное телевидение,
из передачи "Памяти моей следы".
Я училась в 175-й школе и знаю их всех,
как облупленных.
Нина Уманская была холёная и высокомерная.
В чулках.
Нина Володю любила, и он её тоже.
Знаете, любовь сразу видна.
Я всё видел, на мосту их было трое!
А говорят, что Нину убил Вано из ревности,
а всё свалили на Шахурина.
Я вам так скажу: её время убило, время.
Я такое знаю...
Здесь у нас все расстрелянные
в этом доме до самого низу.
А рядом... Видите ряд?
Все будущие наркомы.
И все погибли.
Ваш дедушка тоже нарком?
Нет, мой - колхозный плотник,
но тоже погиб в сорок первом.
Нас интересует всё, что связано
с Константином Уманским, с его семьёй.
- Уманский?
- Да, да.
Дипломат?
Это у которого дочь, так сказать, какая-то
скандальная и не очень приличная история.
Вот правда говорят, что Володя Шахурин
убил девочку на почве безответной любви?
Вовка Шахурин?
Да, он, вихрастый мальчишка.
Он из-за солдатиков вон во дворе дрался
с Вовкой Тимошенко.
Солдатиков?
А пистолет?
Из какого пистолета он мог стрелять.
У него не было пистолета.
Был у него пистолет, был.
Он всех на дуэль вызывал.
Пойдём стреляться и всё!
Людмила Аркадьевна,
это у микоянчиков был пистолет.
У детей Микояна: Вано и Серго.
Они с ним даже в школу ездили,
хвастались всем.
Вано был в Нину сильно влюблён.
В первую очередь,
что сделает наша организация,
когда придёт к власти,
разрешит курить 10-б в открытую.
Хотя нет, это во вторую.
В первую - отдадим японцам Дальний Восток,
чтобы они вместе с нами ударили по немцам.
Разобьём немцев,
объединимся с американцами.
Вместе с ними ударим по японцам,
заберём обратно Дальний Восток
и тогда уже разрешим курить
10-б в открытую.
Слушай, подожди.
А что ты меня сегодня на уроке
вызвал поговорить, а сам не вышел?
А, да это я по поводу геометрии,
я уже сам разобрался.
О, знаю я эту геометрию в шёлковых
чулочках по фамилии Уманская.
Знаем, видели.
Ты, Шахурин, о ней не думай.
А это что так?
Ну, когда есть такие парни, как я. А?
У меня трёхлинейка дома почти новая,
маузер, пулемёт "Шмайсер".
Ещё мотоцикл отремонтирую завтра.
И после этого
с кем она пойдёт, твоя геометрия?
Что ты этому противопоставишь, геноссе?
Ум, Вано.
Пойдём, пойдём.
На таких ум не действует,
на таких кое-что другое действует.
Другой подход, Шахурин!
Я таких видал-перевидал, с виду крепость,
а если что, сразу на спинку падает.
Сейчас я тебе!
Э, пацаны, вы чего?
Успокойтесь!
Мочи его, мочи, давай!
Души, души, мочи!
Души, души, мочи, бей!
Бей, бей!
Мочи его, мочи!
Сильнее!
Всё, успокойся.
Мы с тобой ещё поговорим, геноссе!
Ещё поговорим!
Ты чего, что, взбесился, что ли?
Мы познакомились с Ниной Уманской
в пионерском лагере
для детей советских дипломатов.
Она генетически отличалась
от всех остальных советских детей.
Она была очень артистична,
она пела, отлично танцевала.
В неё были влюблены все.
Ну а когда она приехала
из Америки в Москву,
у неё уже были серьёзные отношения
с Володей Шахуриным.
Ей было не до встреч со мной.
Серьёзные отношения?
Конечно, она его любила.
Она говорила вам это?
Ну, это было очевидно.
Тогда почему он убил её, если так любил?
Володю-то я плохо знала.
Вы лучше найдите Лёвку Коренблюма
и спросите у него.
Он с ним дружил.
Найдите его, он вам расскажет.
А передайте Лёвке, что Эрка из 18 подъезда
хочет с ним увидеться.
Не забудете?
Нет, конечно, найдём, передадим.
Спасибо. Какой вы милый.
А ведь она в него влюблена была,
в этого Коренблюма.
Точно.
Надо же, столько лет прошло.
Оказывается, любовь не умирает.
Мы же его найдём, правда?
Нет.
Коренблюм умер лет 15 назад.
Как умер?
И почти все, кого она знала - тоже.
А почему ты ей сразу не сказал?
Она же будет...
Она же будет надеяться, что мы его
найдём, что мы ему расскажем всё.
Лучше б мы вообще ничего не знали.
Ну, знаем, что ж поделать, такая работа.
Я не хочу никуда больше ездить,
я не хочу больше ни с кем говорить.
Это волшебный вещмешок, если его открыть,
сразу пропадёт плохое настроение.
Проверь.
Мама?
Да.
А кто там живёт над нами,
кто там всё время плачет?
Цыганка Милена. Из Болгарии коминтерновцы.
Цыганка?
Её мужа забрали. Это её ребёнок.
На мужа показания дала из-за ребёнка.
Их с ребёнком выпустили,
а Вако пропал, кормить нечем.
- Нина, я...
- Я в школу опаздываю.
В этом Куйбышеве даже погулять негде.
А ещё здесь столько калек,
я прям смотреть не могу.
А в магазине даже кофе не продаётся.
А у мамы давление скачет,
папе приходится нам самолётом присылать.
А мой папа, когда соскучился,
прислал за мной самолёт,
и я на один день к нему
в Москву прилетела.
Всю ночь бомбили,
а я ни чуточки не боялась, конфеты ела.
Нин, а Шахурин тебя уже пригласил
в усадьбе погулять?
Ещё не успел.
Он всех приглашает.
Будь с ним поосторожнее,
а то он пока не поцелует, не успокоится,
а потом всё, даже не смотрит на тебя.
Дурак.
- Значит, с тобой уже целовался?
- Да. Нет!
Я ему такого повода не давала,
я ему сразу: от ворот поворот.
Фу, целоваться. У него здесь есть одна.
Сонька. Все знают.
Она здесь в школе учится?
Нет, она из простых, она в обычной.
Так что гигиеной там и не пахнет.
А давайте, кто последний до угла добежит,
тот за всех математику решит!
Да, давай.
Я первая!
Нина, хочешь увидеть
магнетический эксперимент,
приходи после урока к часовне
у старой усадьбы.
Я ненавижу Нину Уманскую,
я хочу, чтобы она умерла.
Здравствуйте.
Ты Нина Уманская?
Да, я.
Я Соня Рыкова, подруга Володи.
Ну что, ты готова к нашему
магнетическому эксперименту?
Да, готова.
Нина, Соня, ну где вы?
Давайте быстрей сюда!
Садитесь.
Садитесь.
Садись, садись.
Это магический гиперборейский круг.
Я заключу в него всё своё эго, свою волю,
энергию и направлю на ваше сознание.
И узнаю все ваши мысли.
Володя сказал, ты из Америки вернулась?
Да.
Ну и как тебе тут у нас?
Ничего, весело.
Он всегда такой?
Какой?
Сумасшедший.
Всё, что находится внутри
гиперборейского круга, подчиняется мне.
Немцы овладели мистической энергией
Гималаев, поэтому они всех побеждают.
Но мы русские - гиперборейцы.
Русский дух сильнее.
Володя необыкновенный человек.
Он просто влюбился в тебя,
ты разве не видишь?
Но это ничего, я не буду вам мешать.
Послушай, он обыкновенный мальчик,
просто болтает всякую чушь,
и ты ему веришь.
Соедините ваши руки, чтобы пальцы
тесно переплелись, тесно, тесно.
А мы здесь не сгорим?
Думайте только о моих словах,
ни о чём больше.
Мои слова сейчас важнее всего.
Закройте глаза.
Ваши руки тяжёлые и непослушные.
Тяжёлые и непослушные,
они слушают только мой голос.
Я владею вашими руками и вашими душами.
Я ваш Демиург.
- Демиург - это кто?
- Бог, создатель мира.
Молчите.
Когда я скажу "три",
вы заснёте и не сможете разжать руки.
Вы слышите только мой голос.
Один мой голос в чёрной пустоте Вселенной.
Я говорю "раз", вы заснёте.
"Два", вы спите.
"Три".
Я не сплю, я пошутила.
Соня, ты спишь?
Она спит, я её уже гипнотизировал однажды.
Нет, она притворяется так же, как и я.
Она красивая, странная.
Она тебе нравится, правда?
Да, она мой верный друг.
Мне ты нравишься.
Очень сильно.
Сразу, как только ты вошла.
Хочешь, мы всегда будем вместе?
Ты мне не нравишься совсем, гипнотизёр.
Что ты о себе возомнил? Ты мне никто!
А я тебе не верю.
А мне всё равно, веришь ты мне или нет.
Держись от меня подальше
и не смей приставать ко мне в школе,
или лучше вообще туда не ходи!
Понятно?
Ты в неё влюбился, да?
Я всё слышала.
Тебе больно?
В Куйбышеве у Володи Шахурина
была девочка из бедной семьи, Соня.
Она была в него влюблена,
а он её бросил из-за Нины Уманской.
Помню, когда Нину убили, её мать
волокли по двору, не могла ходить.
А меня тоже все любили.
Только у мужа удар случился,
не хотел меня узнавать.
Ты, говорит, не моя жена.
Моя жена была красавица,
а ты старуха страшная.
Так и не признал до смерти.
Я больше не хочу это смотреть.
Я вообще не понимаю, какой смысл в этом.
Я тебя в машине ждать буду.
Это всё?
Нет, командир, не всё.
Давай включай.
Нам повезло, это фотография моста сверху,
сделанная с дирижабля
30 мая 1943 года за три дня
до смерти детей.
И когда мы будем знать чуть больше,
мы сможем с ними пройти всю дорогу.
Можем рассчитать их путь по минутам.
И это ещё не всё.
Вот здесь, под мостом лестница.
Это максимум?
Да.
Вот здесь что видишь?
Дверца какая-то.
Ага, а ниже?
Какая-то чёрточка.
А что, если это не чёрточка,
а это щель от приоткрытой двери, тень.
Ну, что, если эта дверь была приоткрыта?
Кто-то ж её открыл?
Ну, понятно, что может быть рабочие.
Но, может, кто-то ещё?
Тогда 3 июня 1943 года за этой дверью
мог кто-то стоять.
Нет!
Не так.
Люби меня.
Да нет же!
Люби меня.
Люби меня.
Однажды я видел, как они во дворе
американский танец танцевали.
Нинка и Софка, ну, подружка.
Дуэтом, так сказать!
Ну, такого никто никогда не видел.
Вырядились, вымазались, в общем,
как на маскараде, чудные такие,
такие тоненькие, как тростиночки.
Так их время косой и срезало.
Время.
А поподробнее рассказать не хотите?
Что, вы всё-равно не поймёте.
Боитесь?
Я боюсь?
Что я боюсь, что мне бояться-то?
Да я уже на том свете скоро буду.
Не сегодня-завтра.
Так, может, даже и завтра.
Назад, стой, приказываю, назад!
Разойдитесь, разойдитесь!
Тише, тише, всё хорошо,
маленькая, потерпи.
Всё хорошо.
Сейчас всё закончится, не бойся.
Нет!
Нет!
Первая игуменья Новодевичьего монастыря,
Елена Девочкина,
похоронена рядом со своими келейницами.
Когда на колокольне бьёт полночь, камень,
накрывающий могилы,
сваливается на бок
и женщины встают из гробов.
Елена Девочкина выделяется золотым
нагрудным крестом: он блестит,
и мантия её длиннее, чем у келейниц.
Эта легенда подтверждена
многими свидетельствами,
в том числе совсем недавними.
А вы их тоже видели?
Я ночью стараюсь по кладбищу не ходить.
И вам не советую.
Прямо по аллее мальчик, памятник
которому вы видите,
Дима Димитров, сын Георгия Димитрова.
Которого Гитлер обвинил
в поджоге Рейхстага.
Эта тёмная история безусловно интересна
с исторической точки зрения,
которой, впрочем, мы касаться не будем.
Кипнис Артур Янович?
Моя фамилия Волк.
Мне очень нужна ваша помощь.
Вообще-то я Иоанович,
я немец русский или наоборот,
на всякий случай, если вас это не смущает.
Меня нет.
Вы знаете всех, кто здесь лежит?
Да.
Все могилы, все двадцать семь тысяч?
Немного больше, включая тайные склепы.
И, знаете, на этом кладбище, как нигде
чувствуется, что Россия - это империя.
Жаль, если она таковой не останется.
Кто именно вас интересует?
Меня интересует ситуация 1943 года.
Шахурин и Уманская.
- Мальчик и девочка, погибшие на мосту.
- Да.
К сожалению, я обсуждаю
частные могилы только непосредственно
с их родственниками.
Я родственник
Константина Александровича Уманского.
Чёртов настой!
Врач сказала, бронхи.
Приходится пить всякую гадость.
Насколько мне известно,
у него был племянник.
Именно так, это я.
Я слышал про вас.
Ведь это вы передали фотографии дяди
в Харьковский музей?
Да.
Заслуженный учитель РСФСР,
Дмитрий Ильич Камышан.
Инвалид второй группы, 75 лет.
Хорошо сохранились, Дмитрий Ильич.
Из каких вы органов, внутренние, внешние?
Хотя я не сотрудничаю ни с какими:
бронхит, слабое здоровье.
Это личное дело.
У меня погиб друг,
он занимался Каменным мостом.
Его убили.
А у меня умерла жена
и мне больше нельзя курить.
Бронхит.
Это очень печально.
Вы не курите?
Угостите сигареткой.
Врач сказала, одну в день можно,
даже полезно.
Он был историком, ну, вроде вас.
А у нас все историки: и тот был историк,
и этот, и Ключевский, и Карамзин.
Даже они умерли, и ничего.
500 долларов, Артур Янович.
Я пишу книгу.
Я обещал жене, что не умру,
пока не допишу её.
"История московских кладбищ",
большой труд.
Зачем мне тратить на это время,
если дело моей жизни не завершено.
Артур Янович, девочку убили 3 июня
во второй половине дня.
4 июня отец с матерью вылетели в Мексику.
Получается, они её не похоронили.
А кто тогда хоронил?
Где?
Её сожгли?
Шахурин ещё не умер, следствие
только началось, а Нину уже сожгли?
Какой смысл вообще был жечь,
ну только если
Уманский не взял урну с собой в Мексику?
Или её захоронили с мальчиком Шахуриным,
то есть с её убийцей?
Хотя я уверен, что убивал не он.
Как вас зовут?
Волк.
Освободить товарища Литвинова
Максима Максимовича от должности посла
в Соединённых Штатах с переводом
на другую ответственную работу.
На его место назначить послом исполняющего
обязанности второго секретаря посольства
Громыко Андрея Андреевича.
Это тот товарищ Громыко,
который раньше у тебя работал, да, папа?
Да.
А почему ты не ешь?
А как же товарища Громыко назначили
послом в США,
если он плохо знает английский язык?
Значит, он умеет многое другое.
Литвинова теперь арестуют?
Налей мне чаю.
Почему арестуют?
Товарищ Литвинов сделал всё, что мог.
На фронте почти треть
американской военной техники.
Это просто здоровая рабочая ротация.
Да, да конечно, здоровая ротация.
Сахар будешь?
Да!
Очевидно, теперь эта машинистка,
Петрова, тоже вернётся?
Ты совсем не умеешь варить яйца.
Она ведь туда с Литвиновым улизнула.
Но теперь-то назад, да.
Возможно, с тобой поедет сюда повидаться.
Нет, с ума можно сойти!
Она в гостинице остановится
или прямо здесь поживёт?
Печенье будешь?
Нина, ты в школу не опоздаешь?
Я иду.
И суток не прошло.
Тебе очень идёт это платье, Тита.
Я не говорил?
Строгое.
Но оно мне нравится больше других.
Я сегодня работаю в Интерколлегии,
можешь прибежать ко мне на обед.
Папа, а кто раньше жил в нашей квартире?
Их тоже убили? Как цыганку?
Может быть, я сплю в постели убитого?
На его подушке?
Тита, хватит!
Я просто хочу знать, чья это квартира,
кто здесь жил, что здесь случилось?
Что в этом такого?
Тита, ну, ну, не сердись,
пожалуйста, всё будет хорошо.
Вот увидишь.
Ты не бреешься.
Ну, только сегодня.
И ты пьёшь.
Каждый день!
Не пей.
Сейчас очень страшное время,
гибнут миллионы.
А мы всего лишь песчинки.
Папа!
Я не песчинка.
Я не песчинка!
Я знаю, чёрт возьми!
Шахурина Владимира сожгли 5 июня,
как только он умер, в тот же день.
И сразу выдали справку о смерти
для захоронения на Новодевичьем.
Так быстро?
Без всякой экспертизы?
Родители не потребовали
никакого разбирательства?
Это странно, но так.
Девочку захоронили
только после смерти отца.
Ровно через два года 3 июня 1945 года.
Только после похорон Уманского.
Девочку похоронили почти тайно.
Без слов и выстрелов. Иначе бы я знал.
И где она была всё это время?
Что с ней было?
Я постараюсь это выяснить.
Но не обещаю.
Ещё хотел сказать, что каждый год в день
рождения Нины на её могиле находят цветы.
16 августа.
Каждый год.
Их кто-то приносит.
Кто?
Очевидно, тот, кому она дорога.
Деньги пришлёте мне на счёт, половину
сейчас, половину потом, когда закончим.
700 долларов.
Да.
Командир, мы нашли Дашкевича.
Будьте осторожней по дороге.
Целый час прождал.
Петь, да успеем мы, Петь.
Я всю неделю думала о том, как мы поедем
к дедушке на дачу, разведём костёр,
понатыкаем шашлыков,
пожарим мясо, баньку растопим.
А куда мы едем?
Сейчас в полицию быстро заедем вместе.
В какую полицию?
Петь, ну не злись.
Тётя попросила буквально на одну минуту.
Ей участковый сказал заявление подписать.
Ты знаешь, он такой въедливый человек,
он их точно найдёт, Петь.
Он даже про тебя спрашивал,
кто ты, что ты.
Говорит, пока не доказано обратное,
ничего нельзя отрицать.
Представляешь, такой смешной,
что даже тебя подозревает, Петь.
Скажи ему, что это я.
Что?
Что это я украл.
Петь, ты что такое говоришь?
Скажи, что я украл,
раз ты с ним так считаешь.
Разбил стекло, пролез ночью.
Всё, чтобы продать эти чёртовы бумаги,
этих дурацких солдатиков.
Чтобы заработать кучу денег,
чтобы наконец жить начать нормально,
пить, бухать, жрать, гулять.
Покупать дорогие вещи, трусы, носки!
Всё!
Я балдеть хочу, понимаешь, балдеть,
а не карабкаться по стенке, как таракан!
А тебя вниз, вниз!
Петь! Петь, да ты что
такое говоришь, Петь?
Так и скажи ему, так и скажи!
Пускай посадит меня,
пожизненно пускай посадит!
Потому что я не таракан,
я не таракан, я не таракан!
Петь, ну прости меня, пожалуйста, Петь.
Ты просто устал.
Мы всего достигнем, Петя, всё сможем.
Ты у меня самый лучший, самый умный, Петь.
Ты будешь богатым, самым богатым, Петь.
Петь, ну прости, что я так сказала, Петь.
Поехали домой.
Сегодня 1 ноября 1942 года.
Ровно через неделю - 25 годовщина Великой
Октябрьской социалистической революции.
Но на этот раз я не испытываю той сильной
радости и душевного подъёма,
которые испытывала всегда.
Я уже десять дней не видела Володю Ш.,
я ждала его после уроков,
чтобы выяснить, в чём дело,
и встретила Нину У.
...Она сказала, что не знает, в чём дело.
В школу Володя совсем не ходит.
Мы пошли к ней домой.
Она подарила мне помаду.
Надела на меня своё платье и чулки,
и накрасила глаза, как взрослой.
Сказала, что мы с ней теперь будем друзья,
несмотря ни на что.
А когда я сказала,
что Володя не ходит в школу из-за неё,
чтобы не видеть её и не страдать
из-за любви к ней, она только рассмеялась.
Сказала, что любовь - это счастье
и наслаждение, а никакая не мука.
Но я вижу,
что она сама в него сильно влюблена.
Просто не хочет показывать это.
Она противится этому
чувству изо всех сил.
Я её понимаю,
но сама противиться уже не могу.
Мне стыдно это писать,
но я ненавижу Нину У.
Я хотела бы, чтобы она умерла.
Чтобы исчезла с земли.
Но Володя всё равно любит только её.
А меня нет.
А меня нет.
А меня нет.
Мам, звонят!
Открой. Это, наверное, твой врач.
Володя, это врач?
Здравствуйте, я Нина Уманская.
Я принесла Володе домашнее задание.
Его давно не было в школе.
Мне поручили узнать, всё ли в порядке.
Ниночка, Володя болен, ему нельзя долго.
Мама, я уже здоров.
Про... проходи, пожалуйста.
Да, можешь не разуваться,
у меня ещё сегодня не помыли полы.
Это твои солдатики?
Тут иногда детвора приходит, играет.
Я не успел ещё, не успел убрать.
Это ты из-за меня в школу не ходишь?
Ерунда.
Болею просто.
Ну, я так и думала.
Ты читаешь на испанском?
"Дон Кихот"?
А, учусь.
Давно?
Дней пять.
Поэтому не ходишь?
Дочитаю и приду.
Ну, судя по всему,
ты в школу никогда не придёшь.
"В скромной деревушке провинции Ламанчи
жил идальго по имени Дон Кехана.
Как и всякий дворянин, он гордился
своим благородным происхождением,
свято хранил древний щит и родовое копьё,
и держал у себя на дворе
тощую клячу и борзую собаку".
Красиво.
Да, я думаю, я быстро осилю,
дней за десять.
Я учу по 100-200 слов в минуту.
Так что долго не затянется.
Может, ты просто гений?
Может быть.
А можно листок и ручку?
Да, пожалуйста.
Сейчас проверим,
как ты запоминаешь 100 слов в минуту,
гений Шахурин.
Отодвинься от меня.
У тебя красные пятнышки на шее,
как у котёнка.
Это что?
Это аллергия на таких, как ты.
Смертельная болезнь.
А я не боюсь.
Ты хочешь, чтобы я ушла?
Ладно, я пошутил.
Всё.
Давай запоминай.
Тут не 100, поменьше.
Давай, давай, хвастун.
Всё, проверяй.
Всё?
Muerte, patria, amor,
Guerra, bebe, lagrimas.
Смерть, родина, любовь,
война, ребёнок, слёзы.
Dolor, miedo, verguenza,
furia, impotencia.
Печаль, страх, стыд, ярость, бессилие.
Pasion, dolor, ninos, amor.
Страсть, горе, дети, любовь.
Ты гений или ты просто чокнутый?
Сказать правду?
Да.
Нина, я очень сильно тебя люблю
и я очень рад,
что ты пришла, иначе бы я умер,
может быть.
Ты правда чокнутый.
Знаешь, что мне сказала одна цыганка?
Она сказала, что ты убьёшь меня.
Она так сказала.
Да, слушаю.
Александр Василич, простите,
что так поздно.
Это Пётр Чуев.
Не терпелось вам позвонить.
Я уладил некоторые проблемы
с коллекцией Сергеева,
ну, о которой мы с вами говорили.
Теперь она свободна.
А вы не могли бы перечислить все лоты.
Я послал вам часть снимков.
Это порядка 20 предметов:
дневник девушки Сони, школьные записки,
стихи, фотографии, письма.
Всё сталинской эпохи.
У меня очень много желающих.
Да, я понимаю, конечно.
В таком случае цена составит
50 тысяч долларов наличными.
50 тысяч...
Да, да и не позднее субботы.
Если вас это интересует, конечно.
Я могу немного подумать и вам перезвонить?
Можете, но меньше не будет,
будет только больше.
Срок до конца недели. Думайте.
Да, я понимаю. Спасибо.


Серия 6

Вы кто?
Здравствуйте, товарищ Дашкевич.
Я из центра социальной помощи.
Медсестра?
Да.
Лекарство принесли?
Да, конечно.
Здравствуйте.
Вы у меня уже были?
Я вас не помню.
Правильно, я перешла
недавно из другого района.
Ну, проходите.
То одна, то другая.
Я буду жаловаться,
вы так и знайте.
Идите за мной.
Пальто здесь повесьте.
А вы знаете, вы на моего дедушку похожи,
Вячеслав Семёнович, прямо одно лицо.
Надо же, бывают такие совпадения.
Сколько ему лет, дедушке?
Дедушке уже 64 где-то.
Да, молокосос он ещё,
пусть лет тридцать поживёт.
Ну, где лекарство?
Да, да, здесь.
Вот.
Вот.
Ой, это инсулин.
Господи боже мой...
А давайте мы с вами окна откроем,
чтоб всех микробов отсюда...
Ничего не надо открывать!
Так, сначала вот что:
наполните мне ванну.
Ва... ванная - там.
Вода - 23 градуса.
Померьте градусником.
Там соль лежит.
Насыпьте по рисочке.
А можно у вас водички попросить?
В горле пересохло.
Или я могу сама налить.
Не надо, стойте здесь.
Водички...
Покупать надо.
Водички ей.
Спасибо.
Присаживайтесь, присаживайтесь.
Кто вы такие, что вам надо?
Мы из газеты "Московский гудок",
мы звонили вам.
Вы не берёте трубки, бросаете,
двери нам не открываете.
Читатели интересуются
вашим героическим прошлым.
Мы не можем обмануть их ожидания.
Какое прошлое?
Я не воевал.
Вы меня с кем-то путаете.
Нет, нет, нет,
Вячеслав Семёнович.
Август 53-го года.
Статья о заигрывании
Советской власти с Латинской Америкой.
Сейчас.
"Через руки этого скромного человека,
похожего на школьного учителя,
проходила легализация
всех секретных агентов ОГПУ в Мехико.
И не только".
Да я агентом никогда не был!
Американцы врут, как всегда.
Я завхоз, бухгалтер.
Им и оставался.
Имел дело... только с цифрами.
Вы нам тогда некоторое-то разъясните.
18 мая Президиум
Верховного Совета СССР
утвердил Константина Уманского
послом в Мексике.
3 июня 1943 года
дочь Уманского, Нина,
гибнет на Каменном Мосту
от выстрела Володи Шахурина.
4 июня 1943 года,
на следующий день, заметьте,
Константин Уманский вылетает в Мексику,
даже не похоронив единственную дочь.
Почему?
Дальше.
25 января 1945 года
Константин Уманский гибнет
вместе со своей женой в авиакатастрофе
по дороге в Коста-Рику.
Но где всё это время его мёртвая дочь?
И всё это время,
вплоть до похорон товарища Уманского,
товарищ Дашкевич находится
рядом со своим руководителем.
Читатели нашей газеты...
"Московский гудок"...
"Московский гудок", интересуются,
какое он имеет отношение ко всему этому?
Мне надо принять лекарство,
у меня диабет.
Это строго по часам.
Конечно, мы понимаем,
Вячеслав Семёнович, конечно.
Вы получите своё лекарство, как только
ответите на несколько вопросов.
Где вы познакомились с Лёней Гольцманом?
В сентябре приезжали мексиканцы.
Была годовщина установления
дипломатических отношений с Москвой.
В музее МИДа - аукцион
для нужд дипломатов.
Он купил несколько вещей:
коробку с плёнкой...
Плёнкой? И что было на ней?
Я не знаю.
Нина Уманская?
Я... я... я не знаю.
- Кто такой Безрук?
- Я не знаю!
Что вы там трогаете?!
Господи боже мой, мне плохо!
Уходите, уходите!
- Люди, люди!
- Дедушке, дедушке - ванну.
Ванну дедушке набери, пожалуйста.
Спасибо.
Слушай, дед.
Ты прожил почти век.
Пора бы уже исповедоваться.
Что ты делал в этой Мексике?
Бумажки перекладывал?
Я казначей!
Через меня проходили все деньги.
Огромные средства!
Кто сколько папиросок выкурил?
Дураки!
Мы были самые сильные в мире.
Они были у нас здесь!
Здесь...
Англичане, американцы.
Оставался один шаг.
Мексика взорвалась бы, как бомба!
Уманского взорвали, убили. Кто?
Американцы, англичане?
Да хватит! Вы не понимаете,
что ему лекарство нужно?
- Пожалуйста!
- Я тебя очень прошу, выйди, пожалуйста.
Секретарша посольства.
Тройновская Лилия.
Она была там. В самолёте.
В самолёте?
Мы видели списки - никто не выжил.
Этого не может быть, Вячеслав Семёнович.
Кто убил Уманского, НКВД?
Пожалуйста!
Юра, Тройновская Лилия -
секретарь Уманского в Мексике.
Была в списке погибших в авиакатастрофе?
Проверь.
И в списках живых проверь.
Вы - никто...
Понял. Высылай адрес.
Тройновская Лилия Яновна.
Она выжила, командир.
Я хочу прочесть вам письмо,
которое я выбрала
как пример мужества и героизма
советских людей в военное время.
Это письмо разведчика Егорьева
его любимой,
найденное в нагрудном кармане
после его гибели на высоте 2014
в районе кубанской станицы Тихая.
"Знаешь, о чём я мечтаю ночью
или когда бываю один?
Ну, во-первых, конечно, о победе.
Потом - о тебе.
Вот приезжаю я в Москву.
Навстречу идёшь ты со своими подругами.
А я, между прочим, приехал не один,
а с товарищами.
Мы идём по широкой улице.
Разговариваем, смеёмся.
Всем хорошо и весело.
Мы заходим в ресторан.
Знаешь, ведь я никогда не был
в настоящем ресторане.
Садимся за столик,
кругом - мраморные колонны,
хрустальные люстры.
На столе - бутылки,
лимонад жёлтый с пузырьками
и всякие разноцветные штучки:
пирожные, конфеты.
А я читаю вам стихи..."
Егорьеву было всего 19 лет.
Девушку Риту, которой он
писал это письмо, так и не нашли.
Ниночка, а откуда у тебя это письмо?
От военных корреспондентов.
Они дружат с моим папой.
Дали переписать.
Ну, я не могу сказать, что я вижу здесь
пример глубокого патриотизма.
И не вижу здесь
лютой ненависти к врагам
и непоколебимой веры в партию,
Сталина и Ленина.
Конечно, скорее, выпить рюмку
в ресторане - это неплохо...
Но в теме домашнего задания
говорилось немного о другом.
Но это настоящее письмо.
Этот разведчик погиб.
Спасибо, Ниночка. Садись.
Кто ещё хочет поделиться с нами
своими примерами мужества и патриотизма?
Я. Можно?
Давай, Шахурин.
Я приведу такой пример
советского героизма и патриотизма.
Когда в Советский Союз приезжал
господин Черчилль,
это было в прошлом году, он встречался
с товарищем Сталиным
и членами советской делегации.
И там, среди членов
советской делегации,
был товарищ Шахурин,
нарком авиапромышленности.
И товарищ Сталин сказал:
"Он отвечает за обеспечение фронта
боевыми самолётами.
И если он этого не сделает,
мы его... повесим".
Тихо!
Какой же здесь патриотизм, Владимир?
- Ты что?!
- А что?
Тебе говорят - повесят,
а ты всё равно работаешь.
Шахурин!
Да ладно, я пошутил.
Шахурин, выйди из класса.
Давай-давай, иди.
Ты что издеваешься? Быстро выйди вон!
Шахурин!
Шахурин!
- Шахурин...
- Что он делает?
- Давай обратно!
- Чего творишь?
Куда полез, Шахурин?!
Володя, не дойдёшь!
Отойдите от окна, Молотова!
- Он же сейчас упадёт!
- Пропустите меня!
- Ну, Володь, давай!
- Отойди, Молотова!
Шахурин, ты что хулиганишь?
Я твоему отцу позвоню!
Я сейчас к директору пойду, Шахурин!
Шахурин!
Шахурин, держись.
Держись, миленький, держись.
Только держись, пожалуйста, держись.
Шахурин!
Он не упал там?
- Где он?
- Давай, Володя. Давай.
Ну, Шахурин.
Ты доиграешься!
А твоему отцу я всё равно позвоню.
Так, все - быстро от окна,
Все - быстро в класс, урок не закончен!
Быстро - от окна все!
Бу!
Ты сумасшедший?
Зачем ты это сделал? Ты чокнутый?
Да, я чокнутый, потому что я люблю
Нину Уманскую.
- Люди!
- Ты что!
Я чокнулся от любви!
Эй, слышишь, я влюбился
в Нину Уманскую!
Жених и невеста, жених и невеста!
Бабушка, расскажи, как ты летала
на самолёте из Мексики?
Лёня, ты смешной мальчик.
Я ничего не помню, мне ж было 18 лет.
Помню Хуана.
У него жёлтая куртка.
Он идет по проходу самолёта
и подмигивает мне.
Он красивый мужчина.
Он сказал: "Ты выйдешь за меня,
когда прилетим?"
И поцеловал меня в щёку.
Вот сюда.
Сначала в самолёт грузили тяжёлые мешки.
Их складывали в хвост самолёта.
А я вертелась, мне хотелось
увидеть Хуана.
Я даже пересела поближе,
прямо сразу за товарищем Уманским
и Раисой Михайловной.
Раиса Михайловна не хотела лететь.
Она в посольстве оставила
какие-то вещи и... переживала.
А товарищ посол её успокаивал
и сказал, что все вещи им вернут.
Лиля, что ты бормочешь?
Я тебя не понимаю.
Смотри вот сюда и говори, что хочешь.
Я скоро.
И вот мы полетели. Была ночь.
И было совсем темно.
Внизу горели факелы.
И вдруг раздался удар.
Все закричали ужасно. Ужасно.
А потом был хлопок.
И я увидела, как вспыхнул
товарищ Вдовин,
помощник товарища посла.
Как лист бумаги.
Он сделался красным,
как головёшка.
А потом... я увидела товарища посла.
Он был весь в крови. И он тянул меня
из самолёта по проходу.
А кругом валялись
разорванные части людей.
Я никого не узнавала.
Товарищ посол сказал,
что самолёт может взорваться,
чтобы я ползла подальше, в поле.
И потом товарищ посол появился снова.
Он тащил свою жену, Раису Михайловну.
А потом я увидела фары машины.
Она ехала по полю. Прямо к нам.
Из машины вышел человек в пальто,
и он побежал к самолёту.
Товарищ Уманский закричал:
"Помогите мне! На помощь! Помогите!"
Человек сказал ему:
"Скоро ты её увидишь".
И выстрелил в него.
Несколько раз.
Уманский упал.
А человек выстрелил в Раису Михайловну.
Он меня не заметил.
Я лежала, мне было страшно.
Я старалась не шевелиться.
И в поле было тихо.
И всё было тихо. Только самолёт горел.
У него не было крыльев,
и он потрескивал тихонько.
А потом взорвался.
Больше я ничего не помню.
И никому ничего не рассказывала.
Даже про Хуана.
Как странно, я помню куртку
и не могу вспомнить лицо.
Я больше не помню Хуана.
Я не могу его вспомнить.
Боря!
Боря!
Кто её снимал?
Это правнук её, за год до смерти.
Крепкий парень оказался.
Вон две бутылки пришлось уговорить.
Он ещё что-нибудь сказал?
Да нет, сказал,
что все её считали чокнутой.
Что у нас по этому самолёту, Юра?
Самолёт "Дакота-ДЦ-3".
Товарищу Уманскому был предоставлен
лично президентом Мексики.
Самолёт был новый,
в прекрасном состоянии.
Причина катастрофы ясна?
Ошибочный расчёт в пилотировании.
Через 25 секунд самолёт
рухнул на землю.
И... взорвался при ударе.
Следы взрывчатки?
Не обнаружены.
От нас приехала следственная группа
во главе с генералом Суходеевым.
Дважды Герой Советского Союза.
Помощник наркома Берии.
В 56-м умер
при невыясненных обстоятельствах.
Экспертиза тела Уманского?
Нет, не проводили.
Наша сторона отказалась.
Что было в этих тяжёлых мешках,
которые грузили в хвост самолёта?
И кто это был - человек в пальто?
Неизвестно.
Получается... он её спас.
Выходит, свою родную дочь бросил,
не похоронив,
а какую-то чужую девочку спас.
Характер не сходится.
А что, если причиной его смерти
было то, что везли на борту?
Что там могло быть?
Оружие, секретные документы?
Может, плёнки Уманского?
Из-за девочки на роликовых коньках
взрывают посла Советского Союза
в Мексике.
Из-за какой-то девочки,
возможно, его дочери.
На роликовых коньках.
Которая никогда не была в Мексике.
У меня не сходится.
Допустим, она видела
этого убийцу в пальто.
Видела, как он стрелял.
Слышала, как он сказал Уманскому:
"Скоро ты её увидишь".
Кого он имел в виду?
Нину, его мёртвую дочь?
Он издевался или жалел?
И это странно, Боря, очень странно.
Ты что, уходишь?
Да, ненадолго.
Надо кое-что проверить.
А что, ты к ней голодный поедешь?
К кому?
Ты что, в неё влюбился?
В кого?
В эту певицу, в эту...
Стар.
Я тебе - по барабану, скажи?
Ты ведь влюбился в неё.
Просто возьми и признайся.
Ты ведь ездишь туда в этот "Нью-Бэйз".
Стоишь там часами.
Ты и ночью вчера там был.
Ты что, дурак?
Ты думаешь, ты самый умный?
Ну, ты влюбился в неё.
Ну, просто скажи мне,
а я ей глаза выцарапаю.
Понимаешь, Алёна...
Она очень похожа на Нину Уманскую,
девочку, которую убили.
И это очень странно.
Я должен разобраться в этом.
Нет.
Нет, Нина Уманская умерла,
а ты ищешь именно эту.
Просто скажи, ну, скажи,
скажи мне честно - ты в неё влюбился.
И я уйду.
- Без проблем.
- Алёна, это ерунда.
Я скоро.
Поцелуй меня.
Я скоро.
Здравствуйте. К Сергееву
из класса в 12-ю.
Здравствуйте. К Сергееву
из класса в 12-ю.
Быстро, быстро.
А вдруг там кто-нибудь есть?
Да нет никого.
Вон Сергеев вчера со своими
картофан пекли.
Выселили всех.
Эй, кто-нибудь!
Я говорю - нет никого.
Знаешь, кто такие Бонни и Клайд?
Нет.
Такая парочка грабителей в Америке.
Парень и девушка.
Ездили по Штатам на машине,
грабили банки.
Любили друг друга больше жизни,
жили припеваючи.
Хотел бы так?
Конечно.
И что с ними случилось?
Их застрелили.
Диалектика: герои всегда погибают.
А у нас даже пистолетов нет,
чтобы грабить.
Да и банков вроде бы тоже.
А я, когда к власти приду,
разрешу частную собственность,
открою рестораны,
магазины и кучу банков, чтоб грабили.
У тебя было много женщин?
Не боись, своё дело знаю.
Нет, я хочу знать.
Зачем?
Это не интересно.
Как раз-таки интересно. Кто? Соня?
Соня мне как сестра. Так, один раз
под гипнозом целовались, и всё.
Ага, под гипнозом.
Кто ещё?
Была одна немочка
под Куйбышевым.
Их там целая колония была.
С подробностями. Имя?
Зоя.
Запомнил её.
Давай дальше, что было?
Я...
взял её руку,
она ответила мне понимающим пожатием.
И всё, Аустерлиц пал.
Куда пал?
На дно.
Мы на лодке катались.
На лодке?
Не утопились?
Зачем?
Ну ладно, покатались, что было дальше?
А дальше я сказал ей:
"Мы странно встретились
и странно разойдёмся".
Всё, расстались без сожалений.
Со мной так не выйдет.
Я знаю.
А ты?
Ты с кем там целовалась
в своих Штатах Соединённых?
Ни с кем.
Никого.
Правда?
Я дочь дипломата.
И что?
А дипломаты никогда не врут?
Просто иногда не говорят правду.
Тихо! Стой.
- Да это...
- Там кто-то есть.
- Да это кошки, наверное.
- Нет.
Там кто-то есть.
Тише ты, тише, не плач, нас услышат.
Вы кто такие?
Чего вы здесь делаете?
Говорить умеешь?
Подожди.
Не бойтесь.
Идите сюда.
Не бойся, не бойся.
Иди сюда.
Как тебя зовут?
Ларион Сванидзе.
А девочку?
Софико Сванидзе.
Твоя сестра?
Да.
Только она маленькая,
ничего не понимает, плачет всё время.
А вас что, забыли, что ли?
Подожди, а где ваши родители?
Папы нет давно.
А маму в милицию забрали.
Но её скоро отпустят.
Нам мама сказала здесь сидеть тихо,
пока за нами тётя Тамуна не придёт.
Тише!
Совсем глупая, не понимает,
что нас в детский дом заберут.
Вы давно здесь сидите?
Два дня. Нам мама хлеб оставила,
мы съели, а тёти Тамуны всё нет и нет.
Мы не хотим в детский дом, мы не сироты.
- Они есть хотят, слышишь?
- Ага, сейчас.
Сидите, сейчас.
Сейчас я принесу, сидите.
Всё хорошо, всё хорошо, ладно?
Вот, ешьте.
Ешьте. Ешьте, не бойтесь.
Сейчас мы вам ещё принесём. Ешьте.
Я большой.
Я могу долго не есть.
Давай, давай.
Тётя Тамуна скоро придёт.
Нам мама сказала.
Мы отсюда не уйдём.
Я всех победю!
Нас никто не заберёт.
Сванидзе, их отец - враг народа.
Его ещё до войны забрали.
Я сейчас.
Сидите здесь.
Я скоро вернусь.
Здравствуйте.
Сергеев!
К тебе целый день сегодня шастать будут?
Чего?
Я ничего не понимаю, Володя.
Ну какая посылка?
Сейчас приедет папа, будем обедать.
Сынок, ну, неужели ты не можешь
это сделать попозже?
Нет, мам, ну ты что?!
Надо посылку собирать на фронт.
В классе все собирают. Скоро отправлять.
Володя, на фронт, но торт...
он испортится, он не доедет, сынок!
И молоко скиснет.
И масло твоё растает.
На фронт лучше консервы, сухари.
Точно, консервы.
Он дома?
Дома.
Хорошо.
Позови.
- Что-то случилось, Алексей?
- Позови.
Володя, папа приехал, будем обедать.
Мам, не могу я. Тороплюсь.
- Володя!
- Сядь.
Ну, посиди уже с отцом.
Хоть супу поешь.
Бегает натощак.
Поешь и побежишь,
ничего страшного не случится.
У них там в школе какая-то...
посылка на фронт.
С хлебом.
Ты что творишь, сынок?
Кого это там... товарищ Сталин
хотел повесить?
А, да это я в шутку.
А, в шутку.
Директор школы звонила.
Леонова Ольга Фёдоровна.
Депутат, между прочим,
Верховного совета.
Он, может, у нас больной?
Может, малохольный?
Или, может, просто идиот?
- Алексей!
- Что - Алексей?
Ты знаешь, что твой любимчик объявил?
На всю школу в сочинении объявил:
"Товарищ Сталин сказал Черчиллю,
что он меня повесит,
если я буду
плохо самолёты делать".
А что такого?
Я не знал, что это военная тайна.
Что?
Ты сам говорил?
Что?
- Что товарищ...
- Что, что я говорил?
Я не для того говорил.
- При том...
- Я не... Цыц!
- При том, это же правда.
- Цыц!
Что товарищ Сталин всех нас повесит
за милую душу, если что.
Ты где этого набрался?
От кого?
Кто это тебе говорил?
Соня.
Ты чему его учишь?
Я, я - ничему...
Музыке, языкам.
Володя, ну, что ты такое говоришь?
Такова диалектика.
Сущность неограниченной власти
в империи.
Сейчас немножко приутихло,
пока война идёт,
а война закончится, он сразу
за всех возьмётся, понятное дело.
Володь, ну, я прошу тебя.
Да, мама, так и будет.
Сперва - за взрослых, потом - за детей.
А, может, наоборот, как царь Ирод.
Диалектика. Засранец!
Мальчишка!
Диалектика?
Да тебе рот зашить надо.
Колючей проволокой.
Гвоздями... заколотить.
- Хорошо.
- Хорошо?
Хорошо?!
- Алексей!
- Что - Алексей, что?!
Я тебя высеку!
Я тебе язык вырву,
на цепь посажу!
Нин!
Вячеслав Семёнович!
Вячеслав Семёнович!
Ещё три.
Акопов, ты, что ли?
Да.
Волк?
Узнал?
Да, командир.
А чего стрелял тогда?
Ты дернулся, а я - на автомате.
Не попал?
За стрельбу ставлю двойку.
Я не в обиде.
Больше стрелять не будешь?
Ты один?
Да.
Я без оружия.
Я выйду, Серёг?
Я выхожу.
Кто послал?
Заказчик.
Имя?
Я не скажу.
Ты же знаешь - так не делается.
А деда убить, которому сто лет?
Это работа.
Акопов, мать твою,
какая, к чёрту, работа!
Ты боец, а не убийца.
- У тебя мать, сестра.
- Мать, сестра, жена - какая разница?
Всё, проехали.
Какой у нас выход, командир?
Ты меня отпустишь?
Сдашь?
Какой выход?
Чего искал?
- Что сказали.
- Нашёл?
Я не знаю, я сделал, что сказали.
Какой у нас выход, командир?
Ты меня сдашь?
Позвонишь в ментовку?
Позвоню, пристрелишь меня?
Послушай, Серёга.
Ты отдашь мне то, что нашёл, эту сумку.
А я тебя отпущу и дам тебе сутки.
А завтра в три встретимся
на Пресне в чебуречной.
Помнишь?
Ну, мы ещё оттуда с ребятами
в баньку ходили перед каждым вылетом?
Ну, и решим, чего делать.
Ты молодой парень,
у тебя Орден Мужества.
Я поговорю в конторе
с кем надо, всё решим.
Хорошо.
Я ухожу.
Пока отбрось телефон в сторону
на всякий случай.
- Это всё?
- Да.
Ну, это не кино.
Да уж, не Канны.
Судя по маркировке, плёнка выпущена
1 апреля 1942 года
на "Фабрике киноплёнки № 8" в Казани.
Аппарат, скорее всего,
американский - "Белл-Хауэлл".
Такие привозили дипломаты
и актёры в 30-х и 40-х.
- А что на грузовике написано?
- На каком грузовике?
Который в кадре проезжал.
Над кабиной плакат,
на нём что-то написано.
Ну, кто ж теперь скажет?
Ну, написали, поставили.
А ещё она что-то говорит.
Красивая девушка, что ж ей
молчать, что ли?
Значит так, я хочу знать,
что именно она говорила.
Хочу увидеть каждый кадр,
знать, что на этой плёнке.
Ну, это практически-то невозможно.
Это полная реставрация,
каждый кадрик!
У нас такого нет.
Плёнку надо отмыть,
размягчить, очистить,
положить в реставрационную машину,
потом пропустить
через глянцевые барабаны.
Где это взять? Здесь же не Голливуд.
Всё умерло.
Ну, хотя, надо поискать.
Может, где-то есть.
Может, в Красногорске есть.
Надо же людям помочь, да?
- Да.
- Вот, по губам - Митягин сможет.
- Не слышал, где он?
- Говорят, спился Митягин.
В общем, ребят, будет непросто.
А мы простых путей не ищем.
Правильно, товарищи?
Давайте - за великих профессионалов,
благодаря которым ещё живо русское кино.
- Вот.
- За ваше служение.
За великий советский кинематограф,
за Эйзенштейна, за святое дело.
А Родиону нашему можно тоже?
Родиону - нужно.
Как говорил один известный режиссёр,
моего племянника крестил:
"Силой русского человека
заставить трудиться нельзя".
- Это точно.
- Только хуже будет.
А, но он добавлял,
что если русский человек
трудится одухотворённо,
то равных ему в мире нет.
Родион, ты нам флешечку оцифруешь?
Обязательно.
А эта девушка красивая, что с ней?
Убили.
Что с ними будет, куда их денут?
Обычно таких сдают в тюрьму
детоприёмника НКВД.
Там их вроде даже кормят.
П-потом распределяют по детдомам.
Или к мамашам - по тюрьмам.
Ты так спокойно об этом говоришь?
А что мы можем по-поделать? Диалектика.
Дурак.
Нет, можно организовать
восстание против тирана.
Если хочешь знать,
я сейчас как раз собираю
решительных ребят
для тайной организации.
Исторический опыт говорит,
что все восстания обречены на провал,
если не будут соблюдены
четыре решающих фактора.
- А у нас пока вообще ни одного нет.
- Хватит.
Я не могу слушать эту белиберду.
Хватит!
Ну-ка?
Смотри, что там, видишь?
Ну?
Знаешь, что это?
Дверь.
А что за ней?
- Склад.
- Склад?
Это тайная дверь.
Мне про такую дверь папа рассказывал.
Про какую - такую?
Как у Герберта Уэллса.
У него есть рассказ про дверь в стене.
Если её открыть
между шестью и семью часами вечера,
можно оказаться в прошлом или в будущем.
Но это кого как пропустят.
А кто пускает?
Я, дурачок.
Смотри.
Побежали!
Здравствуйте.
Александр Васильевич, добрый день.
Вот адрес, который был
на железной коробке:
Сокольники, Первый просёлочный
переулок, 4, квартира 23,
вот этот подъезд.
Но если хотите войти, ключей нет.
Вряд ли нас ждёт встреча с прекрасным,
командир, одни крысы.
Открой.
Александр Васильевич,
вы только осторожней.
Дом аварийный, под снос.
Не ждала Алёнушка братца Иванушку.
Командир, ну, будем реалистами.


Серия 7

Что ты знаешь?
Что ты говоришь?
О!
Опять они - твои покойнички!
Ты больной, да?
Ну, скажи мне, ты больной?
Тебя в дурку надо сдать.
- Алёна!
- Не подходи ко мне, я тебя ударю.
Я вещи пришла забрать, меня Расул ждёт.
Подожди, нам нужно поговорить.
Нам с тобой
больше не о чем разговаривать.
Так, фен.
Мне нужен нормальный мужчина,
который бы любил только меня.
- Ты что, Алёна?!
- Не прикасайся ко мне.
Мне нужен... нужен мой дом,
мой мужчина и моя семья.
Мне 28 чёртовых лет!
Это понятно?
Я думала, ты именно тот мужчина,
который меня любит, которого люблю я.
Или, хорошо, пусть будет просто мужчина,
который любит только меня,
который думает только обо мне
и у которого есть большой кошелёк.
У тебя нет ни первого...
ни второго, ни третьего.
Алёна, я объясню: я заключил контракт,
я должен делать свою работу.
С кем ты... с кем ты заключил контракт?
- С мёртвым?
- Это моя работа.
Они все мёртвые,
от них даже костей не осталось.
А я живая!
Я живая!
Здравствуй, дорогой дневник.
Я не писала тебе целых три недели,
но на это у меня были веские причины.
Я - в Москве.
Да!
Нам с тётей разрешили
вернуться в Москву!
Не знаю, как это случилось!
Боюсь даже думать, но вдруг к этому
приложил руку сам Володя Ш.
Или его всемогущий отец.
Это совсем близко
от его дома на Уланском,
и я снова посещаю
свою старую 6-ю школу.
Я очень счастлива, что вернулась,
потому что теперь
могу видеться с Ниной У.
Лучше подруги, чем Нина У.,
нет на всём белом свете.
Она решила выучить меня
испанскому языку.
И мы вместе поём
пару её любимых песенок на испанском.
Иногда я ловлю себя на мысли, что думаю,
как бы на моём месте поступила Нина.
Что бы она сказала или сделала.
После Нины У. все остальные люди
кажутся мне теперь
скучными и никчёмными.
Без неё я тоже кажусь себе такой.
Я никогда её не предам.
Хотя...
на самом деле,
это она увела у меня Володю Ш.
"Соня, ты мне очень понравилась
ещё в Куйбышеве,
но я думал, ты гуляешь с Володей Ш.
Скажи, как ты ко мне относишься?
Это очень важно.
Просто: да или нет. Сергеев".
Идиоты!
Привет, Соня.
А, Сергеев, привет.
А ты знаешь, что Нины и Володи
сегодня на уроках не было?
И Володьке отец вообще шпацундун
устроил за сочинение.
Слыхала?
А мне какая разница?
А я думал, ты их ждёшь?
Я тут мимо проходила просто.
Сижу.
А можно с тобой?
Садись, места много.
А говорят, скоро девчонок
и мальчишек разделят.
Как до революции.
Я - только за.
Девчонки вообще от учёбы отвлекают.
А у Володьки может вообще быть
тройка по геометрии,
тогда ему - вообще каюк.
Мне это не интересно.
Сонь, подожди, а?
Можно я тебя сфотографирую?
Сфотографируй.
Так.
Ага, ещё раз.
Так.
Всё?
Сонь, стой!
Я же поговорить с тобой хотел.
Я тут вспомнила кое-что,
мне бежать надо.
Потом поговорим. Пока.
Но, но это важно, Соня, очень важно.
Мы ещё успеем, давай!
Потом поговорим, пока.
Соня, подожди!
Боря, а тут три странных человека
в чебуречной,
смутно похожих на пришельцев,
не от тебя?
Командир, командир, ты не переживай,
это друзья Юры.
На меня работают. Зашли, то-сё...
Как трубка?
Почти новая.
Минус 20 баксов из бюджета.
Ресурсы тают, командир.
Слушай, Боря, не надо им
за мной ходить, это плохая идея.
А стоять в чебуречной
в центре Москвы - это хорошая идея?
А она быстро ездит?
Она не ездит, она... плывёт.
Акопов не придёт.
Ты это прекрасно понимаешь.
Придёт кто-нибудь другой
и всадит в тебя обойму.
А мне бы этого очень не хотелось,
хотя по мне, наверное, это плохо видно.
Так что давай, извини.
Вы садитесь, садитесь.
Тебя как зовут?
Фашист.
А мама как зовёт?
А мама - никак.
Не видал никогда.
По малолетке Олегом звали.
Олег, не надо за мной ходить,
иди домой, ладно?
Не могу.
Борис Львович сказал -
быть поблизости, но не мешать.
А Юра сказал - делать всё,
что сказал Борис Львович.
Олег, не волнуйся за меня.
Стреляю я хорошо, дерусь - ещё лучше.
Ты иди домой.
Ладно.
Но я ж не мешаю?
Пожалуйста.
- Здравствуйте.
- Два эспрессо и пирожок.
- Вам с сахаром, с собой?
- Нет, здесь.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Пиццу с курицей и грибами и капучино.
- Вам с собой?
- Да.
Эспрессо, капучино и пирожок.
С собой.
Здравствуйте.
Акопова Светлана?
Я Волк, я звонил тебе.
Помнишь, твой брат Сергей
познакомил нас на своей помолвке?
Мы ещё шутили, что тебе надо
замуж за меня выйти.
Ну конечно, когда подрастёшь.
А я сменю фамилию на казахскую: Волкын.
Я уже выросла, побывала.
Я ищу твоего брата,
ты не знаешь, где он?
Нет. Следующий.
Когда вы виделись в последний раз?
Я работаю.
А я с удовольствием
подожду тебя после работы.
Удели мне несколько минут.
Ты же любишь своего брата?
Хорошо, я выйду.
Здесь есть двор с другой стороны.
Спасибо.
Катя! Катя, встань, пожалуйста, на кассу.
Здравствуйте.
У меня только пара минут,
нас за это ругают.
Да даже одна.
Где Сергей?
Я не знаю, правда.
Когда родишь?
Через два месяца.
Кто счастливый отец?
Нет отца, и не надо.
Нам и так хорошо.
А мама ваша где?
Мама умерла два года назад.
И я не знаю, где Сергей.
У него после контузии стало вдруг
здоровье портиться: зрение, голова.
Его лечили, лечили, так и не помогло,
только хуже стало.
С работы, сказали, сам увольняйся,
Чтобы - не мы. Уволился.
Кредитов набрал, а чем отдавать?
Жена ушла, пил. Всё.
Света, ты понимаешь,
что Сергей - в беде? Где он?
Он позвонил по скайпу, сказал,
чтобы я никому ничего не говорила.
Что ему хана.
Сказал, что если будут его искать,
чтоб я лучше ехала в Ростов к родне.
А как я уеду?
У меня же здесь работа, ипотека.
Сейчас, подожди минуту.
Погоди, погоди.
Эй, что надо, падла?
Э, ты что делаешь? Э!
Что творишь-то, а?
Всё, всё, всё!
Ты кто такой? Ты чего здесь делаешь?!
- Мы, мы, мы просто сидели.
- Что - сидели?
- Мы, мы, мы тёрли.
- Что - тёрли?!
С Вахой, с Вахой сидели,
про закупку тёрли.
Извини, братан, мы не знали,
что это твой двор. Извини нас, извини.
Мы поедем, не знали, что...
Тебе правда лучше уехать.
Ну, родишь, а потом вернёшься.
Так лучше будет.
Если брат объявится, ты скажи.
Я буду ждать его, как договаривались,
он знает.
Понимаешь меня?
Просто скажи ему.
Ну всё, иди.
Ой!
Привет, Нин, мы, кажется,
на дачу собирались?
Ну, то есть ты говорила, что мы поедем.
Сказала, чтоб мы
около школы встретились.
Но это ничего страшного,
я как раз зашла сказать тебе,
что ничего страшного. Ладно, пока.
А, чёрт, Сонь!
Я забыла!
Прости, пожалуйста, проходи.
Вот сюда проходи.
Нина, кто там?
Это Соня, мама, мы вместе
на дачу собирались.
Мы уже не едем.
Ну, то есть уже не собираемся.
Ну, может, еще засобираемся.
У нас всегда так, не обращай внимания.
Мы то едем, то не едем. Садись.
Папа всё время ждёт,
что ему настоящую работу дадут,
и мы куда-нибудь поедем.
А ничего не дают.
Мама расстроена,
у неё голова болит.
А папа уже там, на даче.
Машины нет, сломалась,
а отвезти нас некому.
А на электричке нельзя?
Это дача товарища Литвинова,
бывшего наркома иностранных дел.
Там только по спецпропускам.
Он хороший человек.
Его жена, Айви Вальтеровна,
тоже очень хорошая.
Она жрица свободной любви,
так мама говорит.
Жрица?
Ну да.
Только я не очень понимаю,
в чём это выражается.
Если она жрица,
у неё же должен быть храм?
А она английский офицерам преподает.
А почему ты в шляпе?
Почему я в шляпе?
А чёрт его знает!
Вставай.
Вставай.
- Сними.
- Что?
Пальто сними.
Папа из Мексики привёз.
Я хотела в ней в гости поехать.
Расстегни.
Он всегда по две привозит.
Маме не понравится - я возьму,
я не возьму - мама.
Красиво?
Да.
Раздевайся.
Давай.
- Мама!
- Да?
А где лак для ногтей, ты не брала?
А ты ж вчера брала, куколка.
Во что-то играете?
Да, в сестричек.
Мама, а где лак для ногтей, ты не брала?
А я же тебе сказала.
Ты не слышала?
Получилось!
Вот дурочки.
Да.
Ты уверен?
Хорошо, скажу.
Нет.
Я - нет.
А мне там делать нечего,
ты сам знаешь почему.
Нина, твой отец нашел машину, поедете
с Семёном Михайловичем, ему - по дороге.
Да, только не докучайте ему
дурацкими вопросами, он во дворе ждёт.
Да, ура, мы поедем, да!
Семён Михайлович отвезёт нас.
- А кто такой Семён Михайлович?
- Будённый.
Поехали.
- Переодевайся.
- Да.
- До свидания.
- Пока, мам.
Нина!
Я тебя очень люблю.
Хочу, чтоб ты это знала.
Конечно, мам.
Мне снился плохой сон.
Будто я держу твою жизнь...
в маленькой коробочке, как ниточку.
И проснулась в ужасе, будто она...
затерялась, ниточка, я не могу её найти.
Мам, пока.
Стоп.
Назад.
Вот грузовик.
Что там написано?
Имя убийцы крупными буквами.
Что, из-за этого убили Дашкевича?
Ну а из-за чего?
Фотографии из сумки Дашкевича,
ну-ка, ещё раз покажи.
Так, а вот этих двоих мы знаем,
Уманский, Дашкевич, остальных двоих - нет.
Они могут быть кем угодно. Что ещё?
Что такое было у Дашкевича,
чего мы не понимаем?
Командир, ну, хорош.
Возможно, они принадлежали девочке.
И после катастрофы самолёта достались
Дашкевичу среди прочих вещей Уманских.
Возможно.
Но убивать из-за часов...
Что ещё?
Тетрадь бухгалтерского учёта,
148 листов.
Очевидно, за все годы
мексиканской экспедиции.
Да, читал.
Статья расходов - девушки.
- Да.
- Надеюсь, не съеденные.
Скорее всего, проститутки.
И всё исписано мелким почерком,
сам чёрт ногу сломит,
не разобрать ничего.
Да-да-да, я копаюсь в этом,
Александр Васильевич.
В тетради есть одна фамилия,
которая совпадает с фамилией свидетеля,
с которым вы уже встречались.
Она несколько раз обведена
и вообще выписана отдельно.
Долгов.
Долгов, и что?
Что? Александр Васильевич,
я так же, как и вы,
ищу хоть какую-нибудь закономерность.
Юра, нам нужно всё,
что ты сможешь на него нарыть.
Ты Чуев?
Что?
Паперно твой долг нам передал.
Он наш клиент.
Теперь деньги будешь нам должен.
Что?
Ты ему 50 тысяч был должен.
Теперь нам должен 70.
Не отдашь на этой неделе -
будет 100, потом 200, а потом...
Это шутка какая-то, да?
У меня - нет.
Найдёшь.
У нас все находят.
Связь будет односторонняя,
мы тебе позвоним.
Николай - это я.
Э, эй...
Эй! Да что вы себе выдумали-то? Эй!
Так.
- Алло!
- Алло!
Господин Паперно?
Здравствуйте, это Чуев.
- Да, господин Чуев.
- А кто это был?
- Где был?
- Ну, только что, да, от вашего имени.
- Я не знаю.
- Мы же с вами договорились, Вадим, да?
По поводу чего? Я не понимаю.
Ну, по поводу моего долга.
- А, долга...
- Мы ж договорились, да, Вадим?
Ну, это день-два - не больше.
Это же шутка какая-то?
Вы мне ничего не должны.
Я не знаю, о чём вы говорите.
Вы что-то путаете.
Не звоните мне больше.
Всего вам доброго.
Петь.
Всё хорошо.
Поехали.
Девочки!
А вы как в школе учитесь, хорошо?
Хорошо.
Молодцы.
А вы лошадок любите?
Очень.
Это хорошо.
Лошадки, они хорошие.
Как ты думаешь...
у него усы настоящие или нет?
Хочешь потрогать?
- Ты что?!
- А я всегда хотела.
Нина, Нина, не надо!
Девчонки.
А вы какую-нибудь
весёлую песенку знаете?
А то как-то ехать скучно.
А я знаю - про вас.
"Веди, Будённый, нас смелее в бой!
Пусть гром гремит, пускай пожар кругом,
пожар кругом!
Мы беззаветные герои все!
И вся-то наша жизнь есть борьба.
Будённый - наш братишка,
С нами весь народ.
Приказ - голов не вешать
И глядеть вперёд!
Ведь с нами Ворошилов,
Первый красный офицер,
Сумеем кровь пролить за СССР".
Ура!
"Веди, Будённый, нас смелее в бой!
Пусть гром гремит,
Пускай пожар кругом, пожар кругом.
Мы беззаветные герои все..."
Шахурин старший.
В конце войны клепал самолёты
не хуже немецких.
После войны отсидел шесть лет
за любовь к дорогим автомобилям.
Умер в 53-й городской больнице
для ветеранов партии
в 75-м в полном одиночестве
с зашитым ртом.
Всё излил в мемуарах "Крылья победы".
О мёртвом сыне - ни слова.
Да.
Александр, это Чуев. Вы приняли решение?
- Вы не ответили.
- Да, я решил.
Готов встречаться, обсуждать.
У нас все в силе, Пётр.
Нет, нет, ничего обсуждать не надо.
Я получил другое предложение,
более выгодное, от другого покупателя.
Теперь цена 75 тысяч долларов.
Мне предлагают 80 тысяч долларов,
но вам я готов отдать за 75.
И это только,
только из-за личной симпатии.
Это очень большая сумма.
Но вы имеете дело
с уникальными материалами:
записки, письма, загадочные смерти,
уникальные солдатики.
Алло, слышите меня?
Да.
До конца недели я хочу получить
точный ответ.
Иначе я всё продам.
Деньги - все и сразу.
Да, хорошо.
До конца недели.
Хорошо, так и поступим.
Сталин не знает Запада, Костя.
Он не понимает его.
Если бы на месте фюрера была парочка
каких-нибудь восточных шахов или шейхов,
император их бы перехитрил.
Мексика - это не Запад,
Максим Максимович.
Мексика - это Россия
американского континента!
В Мексике мы можем сделать то,
о чём мечтали.
Социалистическая революция.
Справедливость - для всех.
Всеобщая грамотность.
Бесплатная медицина!
Без страха. Без убийств. Без голода.
Нинка, начать сызнова!
20 миллионов крестьян - за нас!
Они крестят новорождённых
под звуки "Интернационала".
Если мы освободим Меркадера,
он поведёт их к восстанию.
Костя, вы большой романтик.
Да.
Но это атавизм.
Он себя изжил лет 20 назад.
Я романтик.
Сегодня нам отключили
правительственную связь.
Наше авто они не могут исправить
уже две недели.
Мы не можем никуда выехать.
Недалеко от нашей дачи,
по дороге в Москву,
стоит чёрный автомобиль.
А в нём сидят какие-то люди.
Может быть, нас завтра арестуют,
или устроят автомобильную катастрофу,
или просто... убьют.
Не знаю, что делать с семьёй, с детьми.
Литвинов говорит, что застрелится.
У него под подушкой - пистолет.
А я ношу... в сумочке.
Не знаю зачем.
Тася, он вам не понадобится.
Вас окружают сильные мужчины.
Много.
Деточка, и не только знал,
но даже с ним выпивал.
Но это было давно,
ещё в юности, в Лондоне.
Не будем об этом говорить.
Хватит.
Давайте выпивать.
Кто скажет тост?
Я!
Нет, вы и так выпиваете.
Я!
Да, Соня. Налей.
Ну, хорошо, деточка.
Спасибо.
Товарищи.
Недавно мы праздновали День Рождения
Владимира Ильича Ленина!
Я очень люблю
этот светлый, замечательный день.
Все люди, которые знали
Владимира Ильича, они счастливые люди!
Максим Максимович, вы лично знали
Владимира Ильича Ленина!
Это большое счастье!
Это получается, что я через вас
тоже знала Владимира Ильича Ленина.
Ой.
Ура! Ура!
- Ура.
- Я хочу выпить за вас.
Картошечки.
Я сама.
А моя англичанка знала Карла Маркса.
Литвинов...
Правда?
У него склероз на старости лет.
Ты путаешься, папаша.
Ну, ну, ладно, ну,
её отец знал Карла Маркса,
а она - через отца,
я - через мою англичанку.
Значит, мы все знали Карла Маркса.
А кто ваш отец?
Вальтер-Фабиан...
- Гумбольдт Лоу.
- Гумбольдт Лоу.
Её отец, а отец её отца, то есть дед
этой несчастной англичанки,
он был революционером в Венгрии.
А с Марксом они пили
в лондонском пабе, как обычно.
С Карлом Марксом?
В Лондоне всегда пьют.
Да, это было в...
тысяча восемьсот...
- Семьдесят восьмом году.
- Семьдесят восьмом году.
Вот поэтому я на ней и женился.
Женился на ней.
Ездили на кобыле,
пахали на корове.
Мужчины, в этом вы все.
Всегда над нами.
Девочки, нам пора бороться
за равноправие полов.
И шкафов, и буфетов.
Нет, нет, за полное равноправие
во всём:
в работе, в творчестве, в любви.
Если мужчины позволяют
иметь себе любовниц,
то мы будем позволять
иметь себе любовников.
- Безоговорочно.
- Секундочку!
А если я не позволяю себе?
Значит, это не ты.
Ну, согласен.
Согласен.
Ах, да.
Товарищ Литвинов, а каким он был?
Ну, Карл Маркс был простым человеком...
Откуда ты знаешь?
Соня, мой дедушка мне рассказывал.
Костя, тише! Тише, пожалуйста.
Костя!
Тише, подожди, кто-то идёт! Подожди.
Это ваш сын?
Как тебя зовут?
Не хочешь мне сказать?
Дима почти не говорит.
Не знаю, будет ли вообще говорить.
Но он добрый мальчик.
Я научила его играть в шахматы.
Скажи: "Ти-та".
Ти-та.
Это очень просто,
как стрелочки у часов.
Ти-та, ти-та.
Идёмте в салочки играть.
Мам, мы пошли в салки играть.
Ты ему понравилась.
Ты не куришь?
Нет, мама просила не курить.
Ты больше похожа на отца.
Он тебя очень любит.
Ну ладно, мне надо
возвращаться к столу.
Ты его любовница?
Нет смысла отпираться.
Я знаю.
Это так мелко - красть чужое.
Прости, я его люблю.
Так получилось.
А он вас - нет.
И никогда с вами не будет.
Дети, ну-ка побежали,
побежали, побежали!
Ну-ка, соньки, я сейчас вас
всех подогоняю, всех!
Всех, всех, всех!
Догоню, догоню!
Пропусти его. Пропусти, сказал.
Где она?
Да пошёл ты!
Где Стар?
Она всюду, чувак, она Кроули,
она чокнутая Кроули,
и ты ее не найдёшь, понял? Чувак!
Тебе нужна Стар? Отпусти его.
- Да.
- Ты уверен?
А я?
Нет.
Хорошо.
Тогда у нас с тобой будет уговор.
Я тебе её приведу,
но ты сюда больше - ни ногой.
Уговор?
Уговор.
Пойдём.
Что ей сказать? Ты кто?
Волк!
Стой здесь.
Волк.
Нин...
Я выпила почти бутылку вина.
У меня так голова кружится.
Что это у тебя?
Какие-то красные пятна, и на шее.
Ты обожглась?
Нет.
Они иногда выступают. Это аллергия.
Выступают, пропадают.
На руках.
На ногах - всюду.
Так бывает, не обращай внимания.
А почему?
Мама говорит, что...
что это у меня с детства.
Процесс, плохо изученный наукой.
Больно?
Нет.
Я немного устала, давай спать.
Спать?
Так рано?
Нина, я не хочу спать.
Давай еще немного посидим?
Нин?
Такой хороший вечер,
что жаль засыпать.
Благодаря тебе я знаю
таких замечательных людей.
Как они весело шутят, как...
свободно говорят на разные темы.
Какой у тебя
замечательный, умный отец.
Я бы тоже хотела себе такого отца.
Я бы хотела быть похожей
на тебя, Нина, во всём.
Делать всё, как ты.
Смотри.
Помнишь, ты учила меня
песенке на испанском?
Это твой почерк?
Да.
А это?
- Тоже? Тоже твой?
- Мой.
Подожди.
Это ты?
Я научилась писать, как ты.
Теперь я могу писать за тебя сочинения,
если тебе будет лень.
Никто об этом не узнает.
Нин.
Если б я была мужчиной,
я бы выбрала тебя.
А ты?
- Не знаю, я об этом не думала.
- А я думала.
Если б я была Володей,
кого бы я выбрала?
Тебя или себя?
Я б выбрала тебя, Нин.
Конечно, тебя.
Перестань, Сонь,
хватит шутить, давай спать.
-Я не шучу.
Если б я была Володей,
я бы выбрала тебя.
Хочу умереть за тебя, Нин.
Мне никто не нужен, кроме тебя.
Я Володя. Я твой Володя.
Нет!
Мне так не нравится.
Ты не Володя. Ложись спать.
Прости меня.
Я хочу умереть.
Вот увидишь, совсем скоро
я покончу с собой, и всё.
И никто об этом даже не узнает.
Вот увидишь, совсем скоро.
Хочу умереть.
Не хочу больше жить.
Соня.
Всё в порядке.
Ты просто немного выпила.
Нет, нет, ты ничего обо мне не знаешь,
я очень плохой человек.
Ты ничего обо мне не знаешь,
я предала маму.
Мы с ней вместе заболели тифом
в поезде "Москва-Куйбышев".
Она умерла, а я осталась.
Нас высадили.
Она хотела со мной попрощаться,
а я не пошла. Я испугалась.
Я уже тогда начала выздоравливать,
я к ней не пошла, я её предала.
Я очень плохой человек,
Нина, очень плохой человек.
А ты хорошая.
Я пришла.
Кто ты?
Ты Стар?
Это я. А это ты.
Подожди.
Как зовут тебя?
Остановись.
"Божий ангел...
зимним утром тайно обручивший нас,
С нашей жизни беспечальной
Глаз не сводит потемневших".
Тише, все спят, тише.
"Оттого мы любим небо,
Тонкий воздух, свежий ветер
И чернеющие ветки
За чугунную ограду".
Пусти. Уйди, Костя, ко мне нельзя.
"Оттого мы любим строгий,
Многоводный, тёмный город
И разлуки наши... любим,
И часы недолгих встреч".
Костя, Костя, пожалуйста.
Костя, Костя, пожалуйста.
Здесь твоя дочь, ну
неужели ты не понимаешь?
Нельзя ко мне приходить.
- Стыдно, Костя.
- Стыдно?
- Да.
- Это Аня Ахматова.
Может быть, она ещё жива, может быть.
Может быть, её ещё не убили.
И мы тоже живы.
Чего стыдиться? Что живы?
Стыдиться, что я люблю тебя всю жизнь?
Пожалуйста, тише, Костя.
Сядь, сядь.
Мне не стыдно.
Я не буду этого стыдиться.
Мне не стыдно.
Я не буду этого стыдиться.
Дайте мне папироску.
Папа в последнее время много пьёт.
Почти всегда.
Как вы познакомились?
Я была тогда такой, как ты.
Почти.
Мне было 17.
Работала конторщицей в центре печати.
Он работал рассыльным.
Потом уборщиком.
Потом секретарём председателя правления.
Потом уехал.
Приказали.
Почему вы не остались вместе?
Была война.
Потом ещё.
И ещё.
И сейчас.
А ваш муж?
Он пропал без вести, погиб.
Был ещё муж, Вальтер.
Немецкий коммунист.
Думал спастись от Гитлера.
Его забрали здесь в 38-м.
Не суди нас, Нина.
Это жестокое время.
Людей сминают, как траву.
Думаю, ты понимаешь,
о чём я говорю.
Я понимаю.
Но я не буду травой.
Я просто так не дамся.
Я не буду сидеть сложа руки и ждать,
когда за мной придут.
Как эти жалкие мужчины.
Если б у меня был пистолет...
Будешь стрелять?
Зря смеётесь, я просто так не дамся.
Ты отчаянная девочка, Нина.
Я хочу тебе сделать подарок.
Не стоит, вы и так много всего сделали.
Я знаю.
Но ты от этого не откажешься.
Погоди.
Это бельгийский Браунинг,
остался от мужа.
Я никогда из него не стреляла.
У меня просто не хватит на это смелости.
Это мне?
Я очень надеюсь, что он тебе
никогда не пригодится.
Нина!


Серия 8

Да.
Ты где, командир?
Под мостом, за дверью,
где мог стоять убийца.
Зачем?
Там давно пусто.
Знаешь, кто такой Алистер Кроули?
Пока нет, командир.
Великий маг, оккультист и каббалист.
Создатель колоды гадальных карт Таро.
Считал, что в пространстве вселенной
есть тропинки,
через которые наше сознание
может путешествовать
сквозь пространство и время.
У него несколько тысяч
последователей по всему миру,
и Стар, эта певица, видимо, одна из них.
Командир, послушай,
выбирайся оттуда, там ничего нет.
Техника и ржавые отбойники.
Нет там никакой дыры
во времени, командир.
Ну, ну, свои, свои. Свои, свои,
пушку опусти, опусти пушку.
Ну что, Нахим, кто был прав?
Ладно, бутылка - с меня.
Ну как он почувствовал?
Мы ж на цыпочках крались.
Машину у дома заглушили.
Как ты почувствовал?
Тебя в клетке возить надо
и в цирке показывать.
Убьёт он нас когда-нибудь.
Поскользнётся. И не таких видали.
Таких - не видали.
Ну, чего встал?
Может, пропустишь?
Проходите, товарищи.
Здравствуйте, Долгов.
Здорово, Долгов.
Здравствуй, дорогой.
Ну что, Долгов, чем угостишь
товарищей перед дальней дорогой?
Чаем могу.
С сахаром.
Чаем с сахаром?
Ты нормальный человек, Долгов?
Меня в 17 лет белые
под Керчью хлопнуть хотели
и то водочки глотнуть предложили,
а ты - чаем.
Может, ты иностранец?
Ладно, давайте - мою.
Всё равно проспорил.
Думал, отметим по прибытии.
По прибытии, Нахим, мы это дело
в ресторане отметим.
А твой кальвадосик - так, баловство.
Ну, вот чтоб колеса смазать.
Правильно, товарищи?
Правильно.
А что ж вы, товарищи,
не пошутите, не матюкнётесь, э?
- Цурцумия!
- А?
Семейная жизнь налаживается?
- Родит скоро.
- О! Время бежит, а?
Только "горько!" кричали - уже родит.
Я поторопил.
"Больше мальчиков родил -
победу приблизил".
Товарищ Берия сказал.
Я всё равно быстрее приблизил:
у меня уже двое.
Ты, Долгов, когда приближать начнёшь?
Долгов у нас скромный,
девушек боится.
Мы ему каких только ни предлагали:
толстеньких, худеньких, жидовочек...
Простите, товарищ Эйтингер.
Комсомолочек. И не берёт.
Товарищ Рудковский,
а вы, как представитель
бывшего правящего класса,
умудрённый в таких тонких делах,
скажите нам, может, он... того?
В Сухуми.
Когда туда прилетите,
вас никто встречать не будет.
Там все думают, что вы морские офицеры,
приехали залечивать раны,
дышать морским воздухом.
Для прогулок вам дадут машину.
Эти двое...
которых надо убрать...
будут жить в санатории "Амра".
Они пара.
Зовут Роза и Роберт.
Стрелять в них нельзя.
Действовать тихо. Незаметно.
Тут - молоток и сапёрная лопатка.
Надо сделать так,
будто это автокатастрофа.
Надо, чтобы все так подумали.
Тела потом оставить на месте.
Не трогать.
Они изменники и предатели.
Их немцы под Тегераном завербовали.
Должны валяться на земле, как собаки.
Чтоб другим неповадно было!
Рудковский - старший.
Пора.
Моя программа работает
на методах статистического алгоритма.
Она не только определяет
произносимые человеком слова,
основываясь на артикуляции...
но и содержит 16 языков.
Я хочу знать,
что говорит девочка на камеру.
Мне совершенно очевидно,
что мы имеем дело...
с дифтонгом...
удвоением гласных.
Ударения по слогам различны.
Она произносит
два различных слова.
E-st-oy mu-er-to.
"Эсетой муэртэ". "Эсетой муэртэ".
Она знает испанский?
Ну, скорее всего.
Тогда она говорит...
Estoy muerto.
И что это значит?
Минуточку.
"Я умерла".
Или, скорее: "Я мертва".
Здравствуйте, Артур Янович.
Всё никак не могу вас застать.
Говорят, вы болеете?
Есть немного. Болею.
Полип.
Врач сказал, надо вырезать.
Но говорит, ничего страшного.
Главное - не расстраиваться
раньше времени.
Раньше - нельзя.
Позже - уже некому,
а во время - не до того.
Надо книгу дописать.
Угостите сигареткой?
А вам можно?
Врач сказал, расстраиваться нельзя.
А так - можно.
Владимира Шахурина... сожгли мгновенно,
как только он умер 5 июня 43-го года.
В больничном морге ходили слухи,
будто бы... ночью перед смертью
к мальчику приезжал Сталин.
Сталин? К мальчику?
Слухи.
Но, если они из морга, им можно верить.
Девочку, Нину Уманскую,
сожгли 4 июня.
Утром, шестую по счёту из 22-х человек.
Урна для захоронения не выдана.
А кто потом её похоронил?
Вот тут немного странно.
Урну Нины захоронили
к родителям.
Об этом очень хлопотала
Анастасия Петрова.
Секретарша бывшего
наркома Литвинова.
Так говорят.
Чего ждали Уманские?
Собственной смерти? Участка на кладбище?
Им было всё равно?
Всё, что было там...
уже было, понимаете?
Смотрящий за прошлым
зорко следит за этим.
И не надо пытаться, Волк.
Не стоит.
Понимаете?
Ах, море!
Роберт.
Возьми, пожалуйста.
А теперь буду тебя снимать.
Снимай море!
Только тебя, Роза, только тебя.
Долгов.
Убьёшь мужа молотком.
Цурцумия, поможешь.
Алиев.
Убьёшь женщину.
Сделаем.
Здравствуйте.
Здравствуйте.
Товарищ.
Закурить не найдётся?
Да, конечно.
Роберт!
Долгов, добей бабу!
Бей его!
Роберт!
Готова.
Тащите её сюда!
Роберт Карлович Гриве.
Роза Яновна Вольф.
- Ничего жидовочка была.
- Да сука она!
Чуть зрения не лишила меня.
Так, Алиев.
Завести сможешь?
Загоним на ту гору.
И скинем.
Как будто автокатастрофа.
Пусть валяются, как собаки.
Цурцумия, Долгов, тащите к машине.
Не трогай.
Что?
Не трогай.
Ты что делаешь, э?
- Так нельзя.
- Здесь похороним.
Ты нарушаешь приказ.
Рудковский!
Он нарушает приказ!
Долгов!
Ты чего делаешь?
Людей нельзя так бросать.
Ты чего, сдурел?
Мы бросим - нас бросят. Нельзя.
Должна быть могила.
Долгов, ты нарушаешь приказ.
Приказ был бросить,
как после автокатастрофы.
Ты слышишь меня?!
Ты нарушаешь приказ, лейтенант.
Я старший группы.
Я на тебя подам рапорт,
я приказываю тебе!
Вы что-нибудь ещё желаете?
Счёт, пожалуйста.
Александр Васильевич!
Здорово, командир.
Рад тебя видеть, особенно - живым.
Слушай, а как там пацан?
Как операция? Проснулся?
Тут такое дело, командир...
Вроде, знаешь, две пули-то нормально
вытащили, которые в спине и... в груди.
А вот эта одна, которая в голове...
Так вот, её не смогли.
Говорят, из-за неё...
Что из-за неё, Боря?
Ну что, умер пацан час назад.
Как умер?
Олег умер?
Да. Ну, там уже Юра оформляет.
- Куда оформляет?
- В морг.
Он подмосковный, а морг - московский.
А у него... остался кто-то?
Я не знаю, там, родные?
Сестра. Она на год младше.
Их в детстве разлучили,
отдали по разным семьям.
Он её долго искал.
Ну чего, парни, давайте рюмочки.
Жук, давай присоединяйся.
О, Коротыш пришёл.
Привет. Спасибо, что пришёл.
Спасибо.
Так. Вот...
Александр Васильевич, сейчас.
Да.
Для тех, кто не знает,
Александр Васильевич был там с Олежкой.
Он же отвёз его в больницу.
Врач сказал, хорошо,
что так быстро привезли.
Ещё сказал, хорошо,
что лысый - брить не надо.
- Но не спасли всё равно.
- Да, не верится.
Да, познакомьтесь, Александр Васильевич,
это Леночка, сестра Олежки.
Не знаю, что делать с ней,
третий день уже не ест, не пьёт.
Лена, поешь, пожалуйста.
Ну, Лена, брат бы тобой был не доволен.
Ладно.
Борис Львович там делами разными
занимается, он попозже подойдёт.
Начнём без него.
Свинья, скажешь?
Не, не, я не могу. Пусть - Жид.
Ладно, давай я скажу.
Лен, ты не переживай, мы тебя не бросим.
Мы за брата твоего найдём этих утырков
и раком поставим.
Всё?
Всё.
Александр Васильевич, а знаете,
кстати, кличка почему Фашист?
Можно, расскажу, пожалуйста?
Это было в колонии.
У нас начальник был, бычара, в общем.
Невзлюбил он нас что-то.
Меня, Жида вон, Юрку.
И его, Олежку.
Бил нас сильно, сука.
Ну, мы что-то не выдержали тогда.
Снотворным его накачали
и свастику на жопе вырезали.
Фашист вырезал, а мы придумали.
Не, это Юра придумал.
- Да-да.
- Мы пахали.
Да.
А потом ещё все ржали как раз всю ночь.
Да, ржали. Но самое-то смешное было,
когда он проснулся утром.
Пошёл на себя в зеркало смотреть:
у него жопа такая здоровая, красная...
А, самое главное, дико так закричал:
"Где этот фашист?!"
Все, все проснулись, а мы так и дрыхли.
Да, дрыхли...
Да, было чего вспомнить.
Да, слушай, было столько историй.
О памятнике договаривался.
К лету поставят.
Главное, могила в хорошем месте.
Берёзка растёт.
И кладбище в Бирюлёво хорошее.
Прикинь, не ожидал.
Взял бы я Акопова сразу, он был бы жив.
А я не взял.
Мы сняли записи
с камер видеонаблюдения.
Посмотрим, что там.
В любом случае,
они нас заметили, командир.
Теперь мы в деле.
В любом случае.
Мой Русланчик прямо влюбился в Долгова,
просто не оттащить.
Да-да, в Долгова.
Они вот и сейчас вместе.
Ты моё золотце.
А мой всех детей любит,
такой он добрый, такой хороший.
Мне мама говорила: "Не выходи замуж
за грузина: все грузины на баб падкие".
Я говорю: "Мама, ты знаешь,
кто товарищ Сталин по национальности?"
Она испугалась, аж заплакала:
"Товарищ Сталин - бог!
Какой же он грузин,
что ты такое говоришь?!"
Пойдём танцевать?
Пойдём.
Да, потанцую с тобой, мой маленький.
Чего, Долгов, гуляешь?
Важное задание выполнил?
Про это...
не говорили.
Спасибо.
Кушать хочешь?
Нет, спасибо, товарищ нарком,
я только из ресторана.
Садись.
Ты кого-то знал из них?
Из тех.
Розу?
Роберта?
Никого.
Кто-то тебе...
говорил о них до того?
Товарищ Васильевский сказал,
что они предатели родины, шпионы.
Что их немцы завербовали в Иране.
Их надо уничтожить.
Здесь готовят вкусную здоровую пищу.
Всегда проверяю.
Чтобы наши бойцы были...
здоровыми.
Крепкими.
И ещё сильнее любили
нашу советскую родину.
Почему ты их похоронил?
Говори, не бойся.
Я знать хочу.
Может быть, ты в бога веришь?
Это не плохо.
В бога можно верить.
Я их землёй присыпал сколько мог.
Что?
Ты землёй присыпал?
Ты кто?!
А?!
Шпион?
Предатель?!
Кто ты?!
Я так валялся.
Как падаль.
Не должен человек, как падаль, валяться.
Вы бы тоже так не хотели.
Интересно.
Не думал об этом.
Не думал.
А что ты закопал -
это правильно. От зверей спас.
А вот мы допустили ошибку.
Просчёт.
И товарищ Сталин нам на него указал.
Но ничего.
Мы всё исправим.
Мы их заново похороним.
Красиво.
В хороших гробах, с музыкой,
чтобы все видели.
Надо...
надо вперёд смотреть.
Как товарищ Сталин.
Он вперёд смотрит далеко, в Мексику.
В подбрюшье Америки.
Уманского убить тебя посылали?
Меня.
Теперь, раз не убил,
будешь по нему работать.
А Мексика - это...
это бомба.
А мы будем... фитиль.
Вот как товарищ...
Уманский красиво излагает.
И дочка у него очень красивая.
Будешь ею заниматься.
Сегодня ночью тебе баб привезут.
А то про тебя нехорошие слухи ходят.
Иди переоденься.
Иди.
Мы сняли все записи
с камер видеонаблюдения.
Вытащили лицо этого человека.
Выложили в сети
в программе распознавания лиц.
И проверили сразу
по нескольким разделам.
Это Стерлинг.
- Стерлинг?
- Вадим Стерлинг.
По кличке Хмурый.
Состоял в одной из групп
"Оккупай-педофиляй".
Они, якобы, очищали общество
от западного растления,
на деле же вымогали деньги
у гомосексуалистов.
Знакомились с ними в сети,
договаривались о встрече.
А после...
выкладывали в сеть вот такие ролики,
если те отказывались платить.
- Ребят, не надо.
- Бери!
Нет, я больше не буду,
пожалуйста, ребят.
- Если платили - тоже выкладывали.
- Где он сейчас?
Должен быть в тюрьме.
Два года назад получил
восемь лет за соучастие в убийстве.
Или мы сильно ошибаемся
в его местоположении.
- Кто?
- Дед Пихто! Участковый твой пришёл.
Открывай, а то дверь сломаем.
- Ну, где он?
- Где Вадим?
Я откуда знаю где?
В тюрьме.
Где твой пасынок, а?
Где Стерлинг?
Я тебе сказал, я убью тебя!
- Где Стерлинг? Где твой пасынок?
- Угомонись.
Всё, всё, всё.
Всё.
Тварь!
Юр, ты останешься. Держи.
Они отморозки.
Так что просто держись за мной.
Слушаюсь, командир.
Рад, что жив, командир.
Как раз вовремя,
о тебе говорили.
Стой на месте, не подходи.
Я говорил, что так просто
с тобой не сладить.
Они не поверили.
Там, в коридоре, Стерлинг?
Да, лежит. Ждали тебя.
Я подумал, слишком жирно им будет
просто так командира моего завалить.
Слишком жирно.
Ты Гольцмана убил?
Кто послал тебя?
Кто послал? Назови имя.
Оглянись назад, командир.
Может, увидишь.
Командир!
Командир!
Где Стерлинг?!
Где Стерлинг?!
Стерлинг ушёл, Юра.
Я тебе обещаю,
мы его обязательно найдём.
Так нельзя, так нельзя!
- Я убью его, убью!
- Тихо, тихо, тихо!
Тихо, Юра, тихо.
Тихо.
Где ты достал его, Боря?
В детской психушке познакомились.
Такой... интернат на Сахалине.
Его туда из колонии отправили, а я туда
польские консервированные компоты возил.
Страшное место.
Убили бы его там.
Потом ещё пару раз вытаскивал.
С ним ещё пару пацанов.
Где один, там и пять.
А многие там так и остались.
Детишки.
Лёню Гольцмана убил Стерлинг, это факт.
И от нас ушёл.
Доказательств нет.
И спросить некого - одни трупы.
И это плохо, Боря.
Ну, кое-что у нас есть.
По Петру Георгиевичу Чуеву, 32 года,
уроженец города Коломна.
Пытается вести в Москве
туристический бизнес, крайне неудачно.
Это что?
Копия постановления о возбуждении
уголовного дела по факту ограбления
квартиры Сергеевой Галины Ивановны,
78-ми лет.
Чуев проживает с её племянницей, Марией.
Он ограбил.
Уверен?
А ограбление инсценировал.
Кстати, фамилия Сергеев -
это фамилия деда Марии,
он был заместителем
председателя Моссовета.
И учился в 175-й школе.
Той самой, вместе с Ниной и Шахуриным.
У меня один вопрос: море или горы?
Мам, я в горы хочу.
- Ну, может, на море лучше?
- Да, тоже хорошо.
- Хорошо.
- Николай.
А я ведь как раз хотел...
- О господи!
- О господи, что это?!
Ты должен брать трубку,
просто брать трубку.
- Хорошо.
- Ты меня услышал?
Ничего страшного, это...
это рабочие моменты...
Ничего сложного, просто...
есть недопонимание.
Сейчас. Одну секунду.
- Это бандиты, да?
- Почему вы не вызываете полицию?
Николай, я прошу вас.
Это мои клиенты, Николай. И моя фирма.
Я вас очень прошу, я всё...
я всё верну. Всё верну.
Мне сейчас через час-два
должны уже буквально принести деньги.
Просто бери трубку, придурок!
- Постойте, ну, присядьте, присядьте.
- Знаете, мы, наверное, пойдём.
- Я всё объясню. Постойте!
- Мы вообще никуда не поедем.
Александр Васильевич,
вы как раз вовремя.
Мне нужны деньги, деньги, прямо сейчас.
75 тысяч долларов.
Иначе я продам
всю коллекцию на "Сотбис"! Слышите?
Вы можете мне сейчас
прямо привезти их?
- Денег не будет.
- Что?
Вы должны вернуть коллекцию на место,
вы её украли.
Что значит - украл?
Кто?
Вы. А ограбление инсценировали.
Я украл?
Верните коллекцию на место,
или мы будем вынуждены
заявить в полицию.
- Хорошо.
- Вы меня поняли, Пётр?
- Я привезу.
- Ждём вас.
Хорошо.
Могу я предложить вам десерт?
Нет, нет, я больше не могу.
Заберите, пожалуйста.
Где ты был?
Да...
такси вызывал.
Тут дешевле.
Богатые люди всегда экономны.
Чуев, ты такой смешной.
Такой наивный человек.
Я? Нет.
Ты хоть представляешь,
сколько мы здесь денег потратили, Петь?
Да ладно тебе.
Ты знаешь, сколько
эта бутылка шампанского стоит?
- Ну?
- 15 тысяч рублей, Чуев.
- Это пенсия учительницы.
- Мне стыдно, Петь.
Маш, а чего?
Ну, так и должен жить
настоящий человек.
И мы будем так жить.
Иначе в чём смысл жизни? А?
Маша.
Я хочу выпить за тебя.
Ты восхитительна.
Ты смелая, целеустремлённая.
Ты всего достигнешь. У тебя...
у тебя всё получится.
Только ради тебя.
И только с тобой.
Маша, я хочу за тебя выпить.
Ваше такси - на входе.
Красный лимузин, водитель Вагиф.
- Какой Вагиф?
- Маша.
Ты сейчас сядешь в такси...
и поедешь домой, поняла?
Петя, а ты?
А я...
А целоваться в машине?
Мы же хотели, Петь.
Маша, я приеду через 30 минут.
Это будет большим сюрпризом.
- Большой сюрприз?
- Да.
Только не спрашивай какой.
Иди и жди.
- Не раздеваться?
- Нет.
Петь, может, я тебе поесть приготовлю?
Маш!
Маша!
Я поняла.
Петя, я поняла.
Я тебя жду, Петя.
А, подожди,
наличка у тебя есть на такси?
У меня - карта.
Так.
А что мне выпить лучше
после шампанского на повышение?
Возьмите коньяк или кальвадос.
Отличное продолжение вечера.
- Так...
- Может, барную карту?
Карту...
Она же ключи забыла.
Как она домой попадёт?
Вот недотёпа.
Я сейчас.
А, ну, карту принесите, хорошо?
Сейчас, я секунду.
Убери эту штуку, убери.
Ты раненый или больной?
Милый, ну, давай мы тебе
настроим дуло твоего танка.
Поднимаем.
Иди сюда.
Куда побежал? Иди сюда.
Иди сюда.
Иди сюда.
Не оставляй позицию, милый.
- Открой.
- Открой дверь.
Открой дверь.
Открывай, будь мужчиной.
Чего?
Дверь открой.
Чего?
Дурак!
Возьмём тебя полностью.
Ну что ты! Ну что ты! Иди сюда.
Милый, сладенький, иди сюда.
Эй, ты нас слышишь вообще?
Ну, подойди ко мне.
- Я могу всё...
- Ау?!
Ты там что?
Сидит там...
Выходи.
Александр Васильевич!


Серия 9

Чуев!
Петя?
Дома Чуев?
Нет, его нет.
Кто вы? Где Петя?
Значит, сбежал.
А деньги на тебя повесил.
Теперь ты нам будешь денег должна.
Вместо него.
Каких денег?
300 тысяч баксов - на сегодня.
Завтра - на полтинник больше.
Машина его где? Здесь, у подъезда?
Что? Я ничего не понимаю.
Вы что, шутите?
Машина где его? Ситроен?!
Ты что, оглохла?!
Машина - моя.
И не кричите, пожалуйста.
Что вы делаете?!
Что вы делаете?
У тебя есть квартира, та, в центре.
Хочешь жить - продай её,
заплати долг и живи спокойно.
Помогите мне!
Мужик, мимо проходи...
Спасибо большое.
Они бы меня убили, наверное,
бандиты проклятые.
У тебя пальтишко не здешнее,
красивое, туфельки, чулочки.
Видели, что одна идёшь,
поживиться захотели.
Это подруги.
Я в гостях была.
Чулок порвала.
Меня Соня зовут.
Соня Рыкова.
А вас как?
Николай. Долгов.
Спасибо вам большое, Николай.
Вы с фронта, да? Проездом?
Демобилизовался по ранению.
Вот здесь я живу.
Ну, ты давай осторожнее.
В Москве шпаны развелось
много. Повылазили.
Травить их надо. Как тараканов.
До свидания.
Николай, подождите!
Я... я хотела вам сказать...
что я всегда буду
хорошо о вас вспоминать.
Очень хорошо.
Чтоб вы знали.
Вдруг больше не увидимся.
Увидимся.
Маша, здравствуйте.
Меня зовут Волк. Я интересуюсь
архивом вашего деда.
Мы можем поговорить?
Если вы сделаете хоть шаг, я буду орать.
Я буду орать так, что весь дом
сбежится и вся полиция приедет.
Я так заору, что здесь
все стены обвалятся.
Я буду орать и орать, орать и орать.
И вы ничего не сможете сделать.
Вы ничего не сможете мне сделать.
Галина Ивановна, это я.
Я принесла продукты.
Маша, тебе не надо меня бояться.
Я был другом Лёни Гольцмана.
Я не бандит.
Давай поговорим. Я могу помочь тебе.
- Вы точно не бандит?
- Нет.
Я зайду?
Вы не будете кричать?
- Не буду.
- Мы просто поговорим, и я уйду.
Проходите.
Стойте здесь.
Проходите вон туда.
Что они хотят от тебя?
Они какие-то сумасшедшие,
требуют, чтобы я вернула им деньги.
Будто бы Петя им должен какие-то деньги.
Сколько он должен?
Я уже запуталась, сначала они сказали -
300 тысяч долларов, теперь уже больше.
Они сумасшедшие, они сказали,
что заберут у меня эту квартиру,
а если нет, то они меня покалечат.
- Ты заявила в полицию?
- Конечно.
Вы что, думаете, я буду это терпеть?
Я пошла и написала заявление,
что они разбили мне машину.
На кого?
Сказали, надо писать
на неустановленных лиц.
И пока нет неустановленных лиц,
они ничего сделать не могут,
и кто эти неустановленные лица,
я должна установить сама.
Вы знаете Петю?
Немного. По телефону.
Он обещал мне продать коллекцию
твоего деда, но слишком заломил цену.
Петя?
Вы что-то путаете.
Он не мог вам обещать.
Вы что? Вы не знаете?
Её же украли. Эту квартиру ограбили.
Вашу квартиру ограбил сам Пётр.
Нет, вы что!
Узнаёшь?
Вот здесь число.
Он прислал мне её
на следующий день после ограбления.
Мне очень жаль.
Послушайте, меня не надо жалеть,
я не нуждаюсь ни в какой жалости.
Я сама с этим разберусь. Хорошо?
Всего доброго.
Я не хочу пугать...
Но если Пётр им должен денег,
то они сделают то, что обещают.
Покалечат тебя, тётку,
заберут эту квартиру.
Что же мне делать?
Меня очень интересует
одно дело: "Каменный мост".
Бумаги твоего деда, что там было?
Письма, записки,
дневник одной девочки, фотографии.
Какой девочки?
Она пропала на мосту
после этого убийства.
Дедушка очень любил её.
Надеялся долгие годы,
что она когда-нибудь найдётся.
Как её зовут?
Соня. Она дружила с девочкой,
которую убили.
Соня Рыкова?
Ты читала её письма, дневник?
Вы что, думаете,
можно читать чужие письма?
- Вы бы стали читать чужие письма?
- Я бы стал, можешь не сомневаться.
Мне нужен Чуев, вернее архив,
который он у тебя украл.
Вы мне поможете?
Если получу архив.
Иначе...
боюсь, нет.
А у вас они могут отобрать квартиру?
У меня - нет, точно.
Я согласна.
Девушка отдаст бумаги,
если отобьём Чуева.
В бумагах - дневник Сони,
подруги Уманской, он нам нужен.
С Чуевым тяжёлый случай, командир.
Некто Паперно
переуступил его долг вот им.
Эти отжимают всё.
Нет денег - берут жену,
нет жены - забирают дом.
Нет дома - дальше лучше не думать.
Их бригадир - Игорь Евгеньевич Татаринов.
Очень малоприятный человек.
И все они ходят под Лёней Ташкентским.
Кличка Дедушка.
Божий человек, храмы строит.
А в машине кто?
Машина - на Николая Фёдоровича.
Личный поручитель Татаринова.
Есть его номер?
- Набрать?
- Давай.
Командир, ты только с ним повежливее:
три ходки,
одно убийство по неосторожности.
Николай Фёдорович!
Я вот здесь сижу на лавочке,
напротив машины,
вот я руку поднял, машу вам.
Можете на меня посмотреть?
Да-да.
Хочу с вами обсудить
оптимизацию долга Чуева.
Оптимизацию чего?
Долга Петра Чуева.
Мы - контора, которая занимается
оптимизацией долгов.
Вы - по удовлетворению долговых исков.
А мы - по их оптимизации.
- Всё верно?
- Хочешь бабло за него принести - неси.
До понедельника - 300,
после понедельника - 350.
А куда нести?
Сюда.
Я могу поговорить
с Игорем Евгеньевичем Татариновым?
Можешь. В морге.
Чего делаешь, командир?
Ну, ты ж просил повежливее?
Я - повежливее.
Ты что-то тревожный, Боря?
Тебя что-то тревожит?
Ну, в основном-то здоровье, конечно.
Слышать хуже стал,
и аллергия на цветение в этом году.
Никогда раньше не было.
Командир, грыжа - в пищеводе,
киста - в правой почке, да и челюсть...
Ты что делаешь?
Ты что творишь, ты урод?!
Николай, я не закончил,
а ты трубку бросаешь, это невежливо.
Ты что, охренел?!
- Николай, услышь меня.
- Ты что, охренел, что ли, урод?!
Наша фирма в моём лице хочет обсудить
оптимизацию долга Петра Чуева
с Игорем Евгеньевичем Татариновым.
Скажи об этом Игорю Евгеньевичу,
если ваша фирма хочет получить долг.
Погоди.
Ну, или я буду приходить сюда
и долбить твою машину кирпичами.
Большими кирпичами.
А ты же любишь свою машину, Николай?
Пошли.
Товарищ Долгов, а у вас есть друзья?
Сослуживцы есть.
Друзья все погибли, да?
По-разному.
А в каком звании вы служили на фронте?
Можно потише?
Капитаном уволился.
А сейчас где служите?
Это военная тайна.
Правда?
Я не шучу.
Понятно.
А я иногда люблю шутить.
И Нина с Володей любят.
Володя Шахурин - это мой друг.
А Нина Уманская - моя подруга.
Она очень красивая.
Они могут идти по мосту, смеяться.
Товарищ Долгов, а где ваша жена?
Не завёл.
Обожглись?
Чего?
Это я шучу, не обращайте внимания.
Ничего, вы ещё женитесь.
Сейчас мужчин мало, женщин много,
на вас спрос большой.
Нет, конечно, вы женитесь по любви.
Это я уже никогда не смогу,
а вы ещё сможете.
А ты почему не сможешь?
А это военная тайна,
и никто её не должен знать.
У меня кинокамера есть.
Серьёзно?
Я снимать умею.
Настоящая, как в кино?
Почти.
Но снимает хорошо, всё видно.
Плёнка есть.
А где она?
Дома.
Могу тебя снять, если хочешь.
Память будет.
Пошли?
Пойдёмте.
Я вообще очень люблю кино.
Я бы из кинозала не выходила,
там бы и жила.
А вот Володя Шахурин говорит,
что кино - это жизнь в пучке света.
Только наша жизнь коротка, а свет вечен.
Красиво, да?
Мы с Володей познакомились
в Куйбышеве в эвакуацию.
У него оказалась
феноменальная память.
Оказалось, что он...
Проходи.
Проходи, проходи.
Он поспорил с Ниной, что за две недели
выучит испанский язык.
И выучил, вы представляете,
товарищ Долгов?
А вы знаете какие-нибудь языки?
Проходи.
Проходи, проходи, не опасайся.
Да я не опасаюсь, товарищ Долгов,
что вы, вы же мой спаситель.
Мне вообще кажется, что мы с вами
уже очень давно знакомы.
А где ваши соседи?
В трубу улетели.
Куда?
Шучу я так.
Ладно, проходи. Я... камеру надо.
А вы мне её покажете?
Тяжёлая.
Иностранная.
Ну и что, много вы людей
уже на неё наснимали?
Мух снимал, троллейбус, дождь.
Людей ещё не снимал.
Ты - первая.
А вы что, уже снимаете?
- А что мне делать?
- Чего хочешь.
Ну...
Я даже не знаю.
Ну что, как я там
выгляжу, лучше, чем муха?
Ничего.
Даже не знаю, что мне делать, а...
А давайте я вам покажу Нину Уманскую?
Ну, как бы она сделала.
О, она бы могла. Сейчас.
Здравствуйте.
Я Нина Уманская.
Раз, два, три, четыре.
Tu me haces algo a mi.
Dime, por que sera.
Ну как?
Ничего.
Весело.
Здравствуйте. Вас ожидают?
Ожидают, ожидают.
- Этот?
- Да, он.
Ты хотел говорить
с Игорем Евгеньевичем Татариновым.
Давай.
О, я тут как раз карпа заказал,
твоего любимого.
Будешь?
Ешь с богом, Татарин.
Это тебе - можно.
А мне - нельзя, я и так жирный.
Ну, говори.
Здесь все свои.
У меня друг есть, хочу помочь ему.
А ты вытащи его сюда, и всё.
- Дальше мы сами решим.
- Как решите?
Я знаю, что у вас есть вопросы
к моему другу насчёт денег.
У вас есть подтверждающие
документы о долге?
Сами понимаете, сумма большая,
300 тысяч долларов,
а наша фирма работает
только с подтверждёнными данными.
Ты что, разговаривать приехал?
Что у тебя есть? Дом? Фирма твоя сраная?
Всем ответишь, понял?
Я думал, здесь серьёзные, мыслящие
люди сидят, оказывается - хулиганы.
Не договоримся мы до хорошего, не будет
сотрудничества между нашими фирмами.
Соображаешь?
Нормально себя чувствуешь?
Сейчас или вообще?
Молодец.
Вообще - нормально.
Семьи вот нет.
А детям нормальная семья нужна,
а я трудоголик.
А вот Игорь Евгеньевич,
у него нормальная семья, да.
Жена Ирина Петровна, вторая.
Любовница, медсестра Юлия. Трое детей.
Завод цементный в Мытищах,
на тёщу оформлен.
Два ресторана узбекской кухни.
Ну, в общем, серьёзный человек.
Дедушка, любовницы у меня
давно уже нет, Дедушка, врёт он.
Я от Юленьки избавился,
как только отцу Иннокентию пообещал.
Вот тебе крест, Дедушка!
Старая информация, паренёк.
Ты откуда про меня знаешь?
Готовились.
Работа такая.
Покажи ему расписку, Татарин.
Да вот она.
Вот, предъявляет.
Взял в долг у Паперно
50 тысяч американских долларов
и пропал!
Паперно плачет, дети плачут,
кушать хотят.
Мы же должны помочь партнёру?
Да.
А правила сам господь учредил.
Да.
Взял - верни.
Да эту суку отвезти в лес, зарезать,
а Чуев пускай у своей дуры
квартиру продаёт.
Понимаете, что вам - Чуев?
Пылинка, пустяк, а так вы ему
жизнь сохраните просто так.
Разве не хорошо?
Какой ты добрый человек, а?
Да?
Вот в России - где только
добрых людей не встретишь.
Сколько ты за своего друга
нам денег вернуть хочешь?
Ну, мы на фирме посовещались:
отдадим всё, что есть.
Облигации валютного займа,
зимой будут розыгрыши.
Долю в бизнесе, десять процентов.
В каком бизнесе, дружок?
В бизнесе Чуева.
Он раскрутится, я уверен.
Ему надо дать только немного времени.
А денег сколько, я не понял?
Пять тысяч долларов моих лично.
Больше нет.
На улице есть кто?
Две машины, человека четыре.
У одного рожа, как у бирюка,
остальные - непонятно, вроде малолетки.
Поехали.
Через чёрный ход тащите его.
Скажете, что напился.
Говори.
Дедушка, пять тысяч - последние.
На подарок твоему внуку Витюше любимому.
Умный мальчик, поёт хорошо.
А у меня ребята злые, без головы.
Зачем ему врагов наживать?
Карму портить?
Ну а так хоть от меня
на подарок останется.
Мне это не нравится.
Кто на него наткнулся, ты?
Кто этот Паперно, что за хрен?
Посмотрите, что в карманах у него.
Отдай расписку ему.
И чтоб я его рядом
больше никогда не видел.
Это тебе за машину, урод.
Убирать?
Нет. Буду карпа есть.
По данным правоохранительных органов,
не известно, была ли это
криминальная разборка
или бытовая ссора,
это предстоит установить следствию.
Один из убитых, Сергей Акопов, бывший
работник правоохранительных органов.
Следствие проверяет его причастность
к другим подобным эпизодам
в этом районе.
Это Сухих.
Меня интересует один человек.
Я хотел бы... с ним повидаться.
Его фамилия...
Волк.
Подполковник Волк.
Маша, привет. Это Волк.
- Не разбудил?
- Нет, я не сплю.
Вы поговорили? Что они сказали?
Ну, поругались немного, а так - ничего.
Атмосфера была приятная, доброжелательная.
Но рыбу я б там
заказывать не рекомендовал.
И что теперь будет?
Будет всё хорошо, Маша.
Я проверил, во дворе никого нет.
И у них нет к вам претензий,
ни одной: ни к тебе, ни к твоей тётке.
А к Чуеву?
И к Чуеву тоже.
Теперь твоя очередь, Маш.
Да, я всё помню,
я вам сразу позвоню. Извините. Спасибо.
Борис Львович,
Александра Васильевича увезли.
Летом 1943-го года
меня, старшего следователя Смерш,
вызвал к себе...
Сталин.
Осторожненько.
Эй!
Эй!
Ну, давай здесь показывай.
Отвернись.
Хорошо придумано.
Так Бонни носила.
Главное, не оставляй свидетелей.
Браунинг - игрушка.
Хотя бьёт сильно и кучно.
За какие заслуги достался, не скажешь?
Я сказала.
На день рождения подарили,
на будущий, добрые люди.
Если они такие добрые,
может, они тебе пулемёт подарят?
Не болтай, а.
Так, стреляем по разу, потом меняемся.
По правде, без обмана.
Конечно, по правде.
- По очереди.
- Ага.
Знаем мы вашу правду дипломатическую.
Становись.
Держи двумя руками.
Крепко держи, целься - под обрез.
На курок жмёшь плавно.
С выдохом.
Пусти.
Я знаю, я в тире стреляла.
- Чёрт!
- Моя очередь, отдай!
- Да пусти, пусти!
- Я ещё не стрелял, ты уже стреляла!
- Это мне подарили.
- Моя очередь.
Нет.
Ты меня любишь?
Кажется, да.
Полюбила.
Повтори ещё раз.
Полюбила тебя.
Правда.
А про дверь в стене там под мостом -
тоже правда?
Да.
- И мы там спрячемся?
- Да.
В прошлом или будущем,
и никогда не расстанемся?
Нет.
Кто это?
Это что, могилы?
Как?
Иди сюда быстро!
Тормози.
Давай выгружай.
На выход.
Первый пошёл.
Давай выходи.
Что они делают?
Что они делают?
Что они делают?
Что они делают?
Что они делают, боже!
Они убили их!
Они их убили!
Фашисты!
Это фашисты!
Дай пистолет.
Дай пистолет.
- Нет.
- Дай пистолет.
Володя, это фашисты.
Стой, сиди!
Слушай меня,
по моей команде - бежим, поняла?
Бежим, и не оглядывайся.
Даже если не можешь бежать - продолжай.
Не оглядываясь, не останавливаясь,
иначе нам крышка, поняла?
- Ты поняла меня?
- Да.
Ложись!
Бежим!
Вон двое!
Вперёд!
Давай за ними!
Вон они!
Здесь они были.
"Чуев Пётр. "Роман о любви".
Петя!
Петь!
Маша?
Ты как меня нашла, Маша?
Я так тебя рад видеть,
если бы ты только знала, Маша.
Как ты меня нашла-то?
Ты на машине, на электричке?
Я так и думал, что ты приедешь,
так и думал.
У меня ключи от дачи пропали.
Ничего такого.
Зачем же ты так сделал, Петь?
Я же не смогу тебя простить.
Ты понимаешь?
Прости меня, Маш.
Ты должна меня простить.
Ты взял документы дедушки.
Мне сказал об этом незнакомый человек.
Сказал, что ты украл их, хотел продать.
Ты хоть понимаешь, Петь,
как это неприятно?
Я украл, да.
Глупо оправдываться. И что?
Ты, ты ж не знаешь всех обстоятельств.
Ты не знаешь, какую борьбу я вёл.
- Маша!
- Ладно, пока, Петь.
Нет, нет, не пока.
Я ж всё делаю ради нас, Маша!
Я всё делаю ради тебя.
Меня загнали в угол.
Мне нужны были деньги.
А ты вместо того, чтобы...
Предаёшь меня, да?
Бросаешь меня, да?
Хочешь, чтобы меня убили?
Меня убьют, Маша, меня убьют
эти бандиты или посадят в тюрьму.
Разгромили офис.
Они приходили ко мне, Маша.
Не волнуйся, тебя не убьют,
я договорилась.
Что?
Ты... ты договорилась?
Да, мне пообещали, что тебя не тронут.
Они приходили к тебе?
- Они нашли тебя?
- Это не важно.
Ты можешь забрать все свои вещи,
они сложены там, в квартире.
Я туда не вернусь.
Маша, я не хочу, чтобы ты говорила
обо мне в прошедшем времени.
Маша!
Не злись на меня, Маша.
Я не злюсь. Мне, мне надо идти.
Я заберу бумаги, они не твои.
Прощай.
Нет, нет, не прощай.
Я всё...
Я всё-всё делал ради тебя!
Я всё-всё делал ради нас с тобой.
- Не надо.
- Маша!
Остановись...
Можно к тебе?
Мы ненадолго. В лесу заблудились.
Да, конечно.
Да, мамуля, не переживай,
Да, всё в порядке, говорю же.
А, заблудились в лесу чуть-чуть, вышли,
на электричку сели, доехали,
сейчас у Сони Рыковой с Ниной
уроки учим.
Мам, всё, давай.
Всё, давай, целую. Пока, давай.
Здрасте.
Володя, иди сюда.
Нина совсем замёрзла.
Ничего, пусть отогреется.
Так, всё.
А ты чего стоишь?
Давай садись, тоже раздевайся. Давай.
Давай сюда куртку.
Это тоже снимай. Насквозь мокрое.
Давай-ка.
Ничего.
Тётка на занятия к ученице уехала,
всё успеет высохнуть.
Так, всё.
Ой, у тебя здесь царапина.
Где?
А, да я... брось.
- Больно?
- Не-а.
Ладно. Так, вода.
Сейчас.
Всё, вставай.
Представляешь...
Со мной такое случилось,
на меня шпана напала.
Давай, давай.
Но один хороший человек меня спас.
Капитан, фронтовик,
очень взрослый хороший человек.
Мы с ним разговариваем
на разные темы, беседуем.
Ну, ты не подумай ничего,
он слишком взрослый.
На.
Он меня на кинокамеру снял.
Как настоящую актрису.
Сонь, подожди секундочку, хорошо?
Сейчас.
- Они нас найдут?
- Не-а.
Я ни в кого не попал.
Они нас не видели, пистолет выкинули.
Там была женщина.
Они убили её и бросили в яму.
Целое поле убитых.
Диалектика.
Он...
тиран, ничего не поделаешь.
Мы должны убить Сталина.
Застрелить, и всё.
Они на нас не подумают.
И он больше никого не убьёт:
ни детей, ни женщин.
Нам нужен пистолет. Ты достанешь?
Пистолет... достану.
Вано всегда с собой Вальтер носит.
Но, по моим расчётам,
где-то 98,9 процента, что мы погибнем.
Если, конечно,
там цунами не случится.
Ты боишься?
Тогда я сама.
Стрелять ты не умеешь - мажешь.
Погибнуть я не боюсь.
Так, наверное,
было бы даже лучше.
Геометрию пересдавать бы не пришлось.
Либо мы, либо он.
Он нас всё-равно убьёт
рано или поздно, ты понимаешь?
Понимаю.
Ты готов?
Ты готов?
Я готов.


Серия 10

Садитесь, Волк, не стойте.
Здесь хорошее место: деревья, небо.
Начинаешь ценить простые вещи.
Правда, поздно.
Гольцман был о вас хорошего мнения.
У него погиб сын,
насколько мне известно?
Да, Леонид.
Мы дружили с детства.
Но он ведь не из наших?
Нет, историк.
Его убили, сожгли в доме на даче.
Серьёзное обвинение.
Есть подозреваемый?
Да, Безрук. Это его фамилия.
В сорок третьем году он, возможно,
жил в Сокольниках, в Просёлочном переулке.
Он убийца, и я найду его.
Это сколько ж ему может быть лет?
Вы льстите людям нашего возраста.
Вот, чтобы согнуть пальцы в кулак,
приходится долго строгать веточки.
Ну конечно, не он сам,
а те, кого он нанимает.
Всех, кто так или иначе имеет
отношение к этому делу, они убивают.
Какому делу?
К убийству на Каменном мосту
3 июня 43-го года.
Мальчик Володя Шахурин
убил девочку Нину Уманскую.
Потом её отец взорвался в авиакатастрофе.
Хочу узнать правду.
"Правду охраняют батальоны лжи".
Так Сталин сказал.
А император знал, что говорил.
Вы можете взглянуть на эту фотографию?
Узнаёте на ней кого-нибудь?
Эти двое: Эйтингер и Васильевский.
Лучшие диверсанты отряда Суходеева.
Погибли нелепо:
перевернулись в машине на ровном шоссе.
Это нож Васильевского.
Взял на память.
Ни разу не точил.
Товарищ генерал, можно узнать,
зачем вы меня вызвали?
Был такой человек Орлов.
Настоящая фамилия известна
только небесной канцелярии.
Финансовый гений.
Переправил к нам испанское золото
в 36-м году.
Потом - обратно по всему миру.
Банки, акционерные общества.
Это приносило государству
большие проценты.
Естественно, через подставных лиц.
Сейчас бы это назвали офшором.
Как он это делал -
до сих пор никому не известно.
И вот однажды наши советские люди
пригласили его на корабль,
который стоял в зарубежном порту,
поговорить о смысле жизни.
Орлов всё понял, ударился оземь и исчез.
Вместе с дочерью и женой.
Но не стал обличать кровавый режим,
а написал императору: "Если не будете
меня искать
и не тронете моих родных,
не раскрою агентуру
и прочие финансовые дела".
Сталин скомкал письмо и сказал:
"Не трогайте эту мразь".
Я помогу вам, Волк, с одним условием.
Всё, что вы от меня узнаёте -
это наше внутреннее дело.
Наше внутреннее дело.
Я думаю,
речь идёт о большом предательстве.
Но это наше внутреннее дело.
Вы меня поняли?
Так точно.
Бежим, бежим, я тебе кое-что покажу!
Стой, Саш!
Подожди меня, я с тобой.
Они всегда такие спокойные?
Да нет, до того, как ты заехал,
носились тут, как полк тараканов.
Проголодались, наверное.
Ну что ж, товарищи школьники,
а я вот вас не всех знаю.
Хотел бы познакомиться.
Вано, кто напротив тебя сидит?
Владимир Шахурин.
Сын нашего наркома.
Очень похож на отца.
Володь, что ты такой хмурый,
кушаешь мало?
Я не хмурый.
Они из-за тебя волнуются, Иосиф,
их можно понять.
А что тут волноваться?
Я же не страшный.
Когда люди за столом сидят -
они все равны.
Тебя как зовут?
Артём Хмельницкий!
А, это твой отец за выставку
трофейного оружия отвечает?
Так точно, товарищ Сталин!
Отец за артиллерию отвечает,
и сын громкий.
Придём, обязательно придём.
А что это за девочка такая серьёзная,
на меня не смотрит?
Это Нина Уманская,
наша одноклассница.
Нина Уманская?
Красивая.
Дочь нашего посла.
Я слышал, товарищ Уманский
скоро в Мексику работать отправляется, да?
С папой поедете?
Собираюсь.
Собираетесь.
А это хорошо, что собираетесь.
Будете представлять там всех советских
школьниц. Я хотел бы узнать у тебя,
у других тоже - у всех.
Что значит для вас жизнь?
- Жизнь?
- Да.
Это счастье.
Счастье?
Интересно.
Так не думал об этом.
А кому вы своей жизнью обязаны?
Можете сказать?
Папе и маме.
Не только им.
Не только им, если смотреть шире.
Своею жизнью, тем, как ты живёшь,
как ты учишься,
одеваешься, отдыхаешь,
ты обязана простым советским людям.
Советскому народу.
Понимаешь, Нина?
Твоя жизнь принадлежит родине.
Да пусти ты!
Пусти меня, ты ничего не понимаешь,
ты глупый мальчишка!
Возьми себя в руки, Нина!
Я тебе сказал, успокойся!
Ты глупый мальчишка,
ты не понимаешь, это не игра.
Пусти!
- Нина, не надо, только не сейчас!
- Пусти!
Вы чего там?
Вано, а мы тут прокатиться решили.
Прокатиться?
А ну, айда!
Товарищ Сталин уехал, а мы - за ним!
Может быть, и нагоним.
Давай, Вано, заводи коня.
Айда!
Ну, залезайте давайте!
Николай, прыгай!
Понеслась, Вано!
Быстрее! Быстрее!
Быстрее! Быстрее!
- Всё в порядке?
- Да.
Тут всё, ничего не потерялось?
Да, кажется, ничего.
Солдатики тоже здесь.
Я бы только хотела попросить:
тут личные вещи и записки моего деда.
Я бы не хотела, чтобы это стало
достоянием широкой общественности.
Ну конечно, не стоит и говорить.
Я могу идти?
Погоди. Расписка.
Чуть не забыл.
Это для Чуева нечто вроде индульгенции.
Пусть не теряет.
Мы расстались.
Но я передам, то есть перешлю.
Погоди, расстались, а, в смысле, того?
Во всех.
Просто расстались, и всё.
Извините, мне надо идти. Много работы.
Погоди, Маш.
Ну ничего, расстались и расстались.
Честно говоря, он себя некрасиво повёл.
Ты это, давай, может,
как-то посидим выпьем?
А то ты бледная.
Нет, вы мне не нравитесь.
Извините.
В смысле? Не понял.
Вы очень грубый человек, вы всё знаете,
как надо, всем указываете, берёте,
что хотите.
Вы грубый и чёрствый.
Мне такие не нравятся.
А какие нравятся?
Не нравлюсь я ей.
У меня семь солдатиков.
Четыре моих, три - Сергеева, ещё два -
у Кузьмича, два - у Стогниенко. 11.
А всего - 12.
Получается, где-то ещё один у кого-то.
Где-то ещё.
Товарищ Долгов!
Сердце моё переполняет отчаяние.
Помогите мне.
Подскажите, как поступить.
Мне больше не с кем поделиться,
кроме как с вами - человеком,
который спас мне жизнь.
Мои друзья хотят совершить
страшное убийство.
Помогите мне.
Товарищ Долгов!
Товарищ Долгов!
Привидение ищешь?
Там что-то было в этих дневниках?
Да.
Соня Р. была здесь.
Она была в гостях у взрослого мужчины,
фронтовика, как она пишет.
И если это был Безрук.
Она была у него 28 мая 43-го года.
А мы можем достать список жильцов
с 28 мая 43-го включительно?
В СССР человек без прописки жить не мог.
Даже Сталин был прописан у себя на даче.
Адрес прописки должен быть у всех.
А сколько лет хранились сведения?
Да как всё у нас: один день или вечность.
Чего сказал Сухих?
Сказал, что в Мексике
было очень много денег, очень.
И после смерти Уманского они пропали,
исчезли.
Контора знает про это.
Но они не нашли.
Ну наконец-то!
Наконец-то понятно,
из-за чего весь этот сыр-бор.
И ещё.
Нам открывают доступ к делу на мосту.
Всего на сутки.
Дядя Долгов, а это что? А это?
А вы кто, вы кто, дядя Долгов?
Русланчик, Руслан,
да что ж ты за человек-то такой?
Точно управдом будет.
А что стоим, ребята, что-то случилось?
Слушай, а давай - ко мне поедете.
К тебе?
Ну а что.
Вот тебе ключи от квартиры,
подъезд ты знаешь, а я - в магазин.
Тут пешком недалеко.
Баранки вон Русланчику куплю,
чайку попьём.
Не были ж никогда?
Хочу, хочу!
Давай, а я бегом.
А то дома шаром покати.
Русланчик, сядь, я сказал, сядь.
Софья!
Товарищ Долгов, я вас искала,
я у вас дома была, а вас не было.
Я здесь.
Это хорошо.
Я вам записку бросила в квартиру.
Записку в квартиру?
Товарищ Долгов, помогите мне,
я не знаю, как мне быть.
Они хотят убить товарища Сталина.
Кто?
Кто?
Володя и Нина.
Так.
Давай сейчас пойдём с тобой руки помоем.
Посмотрим у дяди Долгова...
Ну, ты, как таракан, себя не веди.
Ты, как таракан, себя не веди.
Так, всё, а вот сейчас точно,
сейчас точно моем руки, ну всё!
Давай, руки все насухо надо вытирать.
Дядя Долгов сейчас придёт,
что-нибудь принесёт.
Что, фотографом решил заделаться?
А нас с Русланчиком сфотографируешь?
Сфотографирую.
Ага.
Ты что?
А ты что?
Я? Нет, ничего.
А ты чего?
Забыл?
Чего забыл?
Забыл.
Да что забыл-то?
Забыл.
Да что забыл-то? Что забыл-то?
Не знаешь?
Товарища Сталина убить хотят, а ты забыл.
Я?
Записку нашёл, прочитал и забыл.
Скрыть хотел?
Да ладно, как я мог, Долгов.
Зашёл, смотрю - лежит что-то.
Я девчонке сказал, чтоб молчала,
чтоб пока - никому.
Пока до конца не выясним.
Правильно.
Мы же теперь их заговор раскрыть сможем,
понимаешь, Долгов?
Нам же теперь Героя Советского Союза
присвоят!
Долгов, а?
Ура!
Говорю, нам Героя Советского Союза
присвоят!
Ура, дядя Долгов, ура!
Писать нельзя, переписывать нельзя,
фотографировать нельзя,
ксерокопировать нельзя, выносить нельзя,
брать с собой в туалет нельзя.
Работают камеры.
А читать можно?
Можете.
У вас есть десять часов для ознакомления.
В восемь утра его отберут.
Прокуратура СССР.
Город Москва.
Дело номер Р700... Я всегда вслух читаю.
А читать же можно?
Дело номер Р788/55 "Об убийстве
Уманской Нины Константиновны".
Начато 3 июня 1943 года.
На 38 листах.
Шейнин Роман Львович,
назначен главным следователем
по личному распоряжению прокурора СССР
товарища Бочкарёва.
Милиционеры Железняков и Степанчикова,
допрошены лично по горячим следам.
Сержант, заходите.
В ночь с 3-го на 4-е июня.
Садитесь.
Я майор Шейнин Роман Львович,
старший следователь МГБ.
Расскажите, что вы видели на мосту.
Обходя участок в 19:00,
я увидел народ, бегущий и кричащий.
Их застрелили.
Я - туда.
На спуске с Большого Каменного моста
я увидел гражданина и гражданку
с простреленными головами.
С постовой Степанчиковой
мы вызвали карету скорой помощи.
Я прибежала на место событий
минуты через три.
Через три, почему так решили,
вы что, слышали выстрелы?
Нет, но люди кричали.
А вы видели оружие на месте?
Нет. Товарищ сержант нашёл гильзы.
Гильзы были от Вальтера, я узнал.
Сейчас такого трофейного много бродит.
Этот Шахурин, он самоубился.
Почему вы так решили?
Так у него штанцмарка, характерный
оттиск от ствола пистолета у виска.
Бывали у меня такие случаи,
известное дело.
Сначала - в женщину, а потом - в себя.
Я шла с работы из Кремлёвки
в магазин дома правительства
и на Большом каменном мосту
встретила девочку.
Она шла с двумя или тремя мальчиками.
С двумя или тремя, Тася Львовна?
Это важно.
С двумя точно, с двумя мальчиками.
Я ещё обратила внимание, потому что
она громко смеялась.
Так счастливо.
А через минут десять, когда я вышла
из магазина,
мальчик и девочка уже лежали в крови.
Мальчик был ещё жив и прерывисто дышал.
Он что-нибудь сказал?
Нет, не слышал.
А когда женщину поднимали, у него глаза
были приоткрыты, и там мелькнуло что-то.
Вы нашли кого-нибудь,
кто видел момент выстрела?
Нет, никого вроде не видала.
Хотя людей там было множество.
Мне особо запомнилась одна дама.
Дама? Какая дама, чем запомнилась?
Она узнала потерпевшую
девочку и сказала: "Нина".
Я услышала.
Опишите её.
Она брюнетка, хорошо одета:
серый плащ и сумочка иностранная.
У нас таких нет.
Вань, Вань, ну?
А, что?
Пожалуйста, расскажи, Вань.
Здрасте.
И что?
Я не знаю. Я забыла. Может быть.
Да.
Да.
Нас солнцем утро встретило,
Счастливый день грядёт,
И нас родная партия
За Сталиным ведёт.
Шагает пионерия,
Оркестр играет марш.
"За Родину, за Сталина!" -
Сегодня лозунг наш!
Мамочка, тебе нравится?
Это мои работы. Да.
Очень.
Нас солнцем утро встретило,
Счастливый день грядёт,
И нас родная партия
За Сталиным ведёт.
Шагает пионерия,
Оркестр играет марш.
"За Родину, за Сталина!" -
Сегодня лозунг наш!
Алло! Костя, это Тася.
Алло! Ты меня слышишь?
Да, Тася?
Костя, поговори со мной.
Ты меня слышишь? Алло!
Тася, Нины не стало.
Такое несчастье, она умерла.
Ты слышишь? Ты меня слышишь?
Да.
Да, я знаю.
Держись, пожалуйста. Алло!
Ты знаешь?
Тебе сказали?
Нет, я видела, случайно.
Я шла по мосту.
Ты видела?
Да, я видела.
Я шла по мосту, ещё не было семи.
Там стояли люди, много людей.
Они там лежали рядом друг с другом,
Нина и мальчик.
Костя, а что там случилось, почему?
Следователь Шейнин сказал, что Володя
стрелял в Нину из пистолета, скорее всего.
Он мне звонил, сказал, что они разберутся.
Алло!
Костя, а из какого пистолета,
он не сказал?
Его пока не нашли, но он сказал,
что это Вальтер - гильзы от него.
Спросил, нет ли у меня Вальтера.
Такая случайность.
Завтра мы должны были улететь в Мексику.
Мы собирались улететь ещё два дня назад,
но у Нины заболело горло.
Мы боялись, что у неё ангина,
и перенесли вылет на два дня.
Чёрт возьми, нужно было не ждать,
а просто сесть в самолёт.
Алло! Костя, а когда вы теперь полетите?
Я не полечу, я не смогу.
Я понимаю всю важность,
всю ответственность.
Я не могу, я уже сказал им.
Я провалю всё к чёрту.
Моей жены нет дома.
Она ещё ничего не знает.
Она на собрании женского комитета,
они пекут пироги для раненых.
Я не знаю, что мне ей сказать.
Боюсь, она этого не перенесёт.
Костя, послушай, тебе нужно держаться,
тебе нужно работать.
Ты слышишь? Алло!
Алло! Костя! Кость, я тебя люблю!
Что бы ни было, как бы ни было плохо,
тебе нужно держаться.
Да, хорошо.
А ты уже дома?
А на улице столько красивых женщин.
Так странно.
Господи, такое страшное время,
а женщины цветут.
Тебе, наверное, непросто сейчас ходить
по улицам - шею себе сворачиваешь.
Что-то случилось?
Рая, держись, случилось большое несчастье:
Нину сбила машина.
А что значит - сбила?
А где она?
Рая, случилось несчастье, Нина умерла.
Но мы вместе, нам надо держаться,
ты слышишь?
Я не понимаю, что ты говоришь.
Когда умерла?
Два часа назад, около семи вечера.
Случайность, сбила машина на мосту.
Они переходили с Володей,
и их сшибли мгновенно.
Она ничего не почувствовала,
не испугалась, ничего не увидела.
Мгновенно.
Ударилась головой о камень.
Володя, кажется, ещё жив.
Он в больнице.
А Нина где?
В морге. Я только оттуда.
- Ты видел её там?
- Да.
Как будто это кто-то другой,
даже не похожа.
Будем считать, что наша девочка уехала,
просто уехала, осталась жить в Америке.
Живёт там счастливо,
катается на коньках, ест мороженое.
Просто мы не можем увидеться.
Вот и всё.
Рая, мы вместе.
Мы должны это пережить.
Ты слышишь меня?
Да.
Мне надо в ванну.
Ты знаешь, мы пекли пироги с капустой -
руки все в капусте.
Судебно-медицинская экспертиза трупа
гражданки Уманской Нины Константиновны,
года рождения 1928,
произведена в прозекторской морга
Московского университета 04.06.1943
в 00:50
судебно-медицинским экспертом
майором медицинской службы
патологоанатомом Гречко А.С.
Общий цвет тела: трупно-бледный.
Волосы на голове запачканы кровью.
Входное пулевое отверстие - на левой
половине головы в области теменного бугра,
круглой формы, выход -
на правой половине головы.
Выстрел, следовательно, производился
слева направо, снизу вверх, сзади.
А какое расстояние?
Стреляли с 25-30 сантиметров.
Что подчёркивает, что стрелявший находился
чуть ниже убитой.
А почему ж тогда выстрел произведён сзади?
Ну, возможно, девочка
в этот момент отвернулась.
Испугалась, пыталась избежать смерти.
Но расположение тел однозначно
говорит о том, что стрелял Шахурин.
Выстрел был произведён в височную область.
Работа мозга почти парализована,
мы сделали всё, что могли.
Он умирает, товарищ Сталин.
Он нас слышит?
Сказать с достаточной точностью,
что чувствует сейчас мальчик, мы не можем.
Зрачки под веками хаотично движутся,
но, возможно,
это нарастает внутриглазное давление.
Если медики не возражают,
я побыл бы один с больным.
Да, да, конечно.
Останься, Лаврентий, останься.
Открой ему лицо, хочу посмотреть.
Волчонок, но не трус, смелый,
не то что другие.
На такое решился, да, Лаврентий?
Наверное, многие хотели бы этого.
Он любил дочку Уманского?
Да, Иосиф.
Любовь. С этим не понятно, что делать.
Все отцы могли бы столкнуться с этим,
все отцы.
Девочка мертва?
Да. Уманский - в невменяемом состоянии.
Пришлось отменить вылет.
А когда он будет готов?
Очень многое стоит на карте, Лаврентий.
Мы понимаем, Иосиф.
Мы стараемся.
Стараетесь?
Где твой сын, Лаврентий?
Дома.
Только прилетел из Ленинграда.
Закончил первый курс
Ленинградской военной академии с отличием.
Горд за него, Иосиф.
Подумай о нём, подумай о своём сыне,
Лаврентий.
Хорошо подумай.
Вот говорят,
скоро люди будут жить 150 лет.
Мне до этого - рукой подать.
Боюсь вот, что про меня потом врать будут.
С того света за всеми не уследишь.
Вон император на кунцевской даче
при семи свидетелях помирал.
А кто правду знает?
Никто.
Как помер?
Подзывал ли кого прощаться?
Или, как сейчас врут,
широко перекрестился на икону?
Откуда у него на кунцевской даче икона-то?
А?
Два сына погибли.
Дочь сбежала
и умерла в одиночестве на чужбине.
Жена застрелилась.
А империя рухнула.
А всё ради чего, а?
Вот меня часто спрашивают,
чего бы я хотел в этой жизни более всего?
А всего ничего: уснуть, как в детстве,
быстро
и проснуться на рассвете от счастья.
От того, что мать на кухне гремит посудой,
в школу,
от того, что дождь за окном,
и можно будет кораблики пускать.
И Колька, друг, побежит.
И можно заснуть и спать до утра.
Членов Совбеза на отпевание ждут.
Надумали Орден Андрея Первозванного
ему посмертно вручить.
Алмазный.
Человек 92 года прожил - не успели.
Времени не хватило.
Чем объяснишь?
Может, алмазы закончились, ищут.
Ладно.
Сухих просил тебе помочь,
если ты попросишь.
Ну, говори.
Можно, я начну?
Иван Александрович Сухих при встрече
упоминал человека по фамилии Орлов.
В тетради Дашкевича также упоминается
некто Орлов В.,
а рядом выписаны цифры
в иностранной валюте.
Дальше.
Тогда, если можно узнать, в какие именно
банки Орлов В. вкладывал эти деньги?
Послушай, ты откуда его взял?
Он из Мытищ.
Иван Александрович также
сообщил о больших суммах
переведённых в Мексику средств.
Цифра в 37 миллионов
американских долларов,
выведенная в тетради Дашкевича, корректна?
Эти деньги могли быть вывезены из Мексики,
Например, самолётом.
И сгореть вместе с ним, например.
И что?
И что с того?
Могли сгореть, могли не сгореть.
В таком случае, как нам получить доступ
к документам о финансировании подобных
операций службой внешней разведки?
Слушай, парень, ты иди погуляй.
Пойди, пойди погуляй.
Горевой, ты поможешь?
Ты не человек системы, Волк, ты ушёл.
Ты работаешь на себя,
на свои моральные принципы.
Мотаешься, носишься, собой любуешься,
какой ты хороший.
Понимаешь?
Ни за что, ни за кого не отвечаешь.
А системе нужно равновесие.
Система поддерживает равновесие,
а равновесие поддерживает государство.
Не помогу.
Значит, ты против Сухих?
Я сказал, что не помогу, но не сказал,
что буду мешать.
Это уже лучше.
Погодь.
Сухих просил тебе передать.
На.
Настоящий раритет.
Пользуйся.
Он нам что-нибудь сказал?
Нет. Но это тоже кое-что, Юра.
Равновесие - то, что нас держит.
Равновесие.
Клинок обоюдоострый.
Хороший подарок.
А если бы они не сгорели, эти 37 млн
в самолёте Уманского, если бы они там были
и не сгорели, то на сегодняшний день
что бы на них можно было купить?
Много чего.
Большой футбольный клуб, например.
Это 300 миллионов долларов.
А если б они у нас были
в начале девяностых?
На залоговых аукционах всю урановую
промышленность могли бы купить, например,
и тяжёлое машиностроение,
и пару великих русских рек.
Это надо проверить, Юра. 90-е.
Кто что покупал, компании, люди, фамилии.
Кто они сейчас, где.
- Это надо проверить. Понял?
- Да.
Да.
Это Суходеев.
Ты знаешь, что Уманская убита?
Да.
Если Уманский в Мексику не полетит,
копай себе могилу, Долгов.
Тихо, тихо, тихо. Тихо, тихо, тихо.
Тихо, тихо, тихо.


Серия 11

Александр Николаевич, наконец-то!
Что с моим сыном?
Я ничего не понимаю!
Я работал!
Жена позвонила только около часа ночи!
Её не пустили к нему.
Алексей Иванович, десять минут назад,
в 7 часов 42 минуты смерть вашего сына
установлена официально.
Он скончался.
Володя умер?
Да, мне больно говорить вам об этом,
но это так.
Держитесь.
Я могу взглянуть на него?
Алексей Иванович?
Вы понимаете, что там случилось, на мосту?
Как это могло быть?
Нет.
Я не понимаю.
Ничего не понимаю.
Алексей Иванович, я никому не говорил.
Но около пяти часов я зашёл к Володе.
Он как будто очнулся,
на мгновение пришёл в себя.
И сказал: "Дверь".
Он повторял это несколько раз,
как будто искал её.
Вам это ни о чём не говорит?
Нет.
Не знаю.
У Володи были личные вещи.
Вы можете их забрать.
Если, конечно, разрешит следователь.
Вано Микоян.
15 лет 9 месяцев, живёт в Кремле,
в квартире отца Анастаса Микояна,
члена Политбюро, члена Совета обороны.
Третьего человека в государстве.
Он здесь.
Меня зовут Шенин Роман Львович.
Я старший следователь,
занимаюсь тем делом,
по которому тебя сюда привезли, Вано.
Твой вальтер с тобой?
Да.
Ты подтверждаешь, что это твой вальтер?
Да.
Не хватает двух патронов, товарищ майор.
Он пока побудет у меня
до окончания следствия.
Пошли.
Где ты взял пистолет?
Отец подарил.
В общем, он не разрешает его
из дому брать, но я иногда беру.
Отец не знает.
Расскажи, как он попал к Володе Шахурину,
а потом вернулся к тебе.
Сегодня в четыре часа дня я зашёл домой
к Володе Шахурину.
Мы с ним немного поговорили и поиграли.
О чём поговорили?
Во что играли?
Ну, поиграли в солдатиков.
У него коллекция очень хорошая, редкая,
ему Будённый подарил.
А говорили о Нине Уманской.
Что говорили?
Ну, ну, ну, Вано, не стесняйся,
говори, как есть.
Мы должны во всём разобраться.
Из твоего пистолета убили девочку.
Мы должны снять с тебя все подозрения.
Как ты к ней относился?
Хорошо.
Она мне нравилась очень,
да и всем ребятам, и Володе тоже.
Он её любил.
Я когда сегодня днём к нему зашёл,
он сидел у окна и вдруг говорит:
"Смерть - это вечность её не видеть".
Я говорю: "Володя, ты чего?", а он
говорит: "Да сам не знаю, просто так.
Ты не поймёшь".
Но я понял, что он имел ввиду.
А что он имел в виду?
Она в Мексику должна была улететь.
Он переживал из-за этого,
страдал, не хотел, чтобы она улетала,
хотел удержать её.
Дальше что?
Мы сидели у Володи, и вдруг он говорит:
"Помнишь, ты мне свой вальтер
обещал дать поносить до вечера?"
Ну, я и дал, а потом забыл.
Забыл... Скажи,
а как вы втроём оказались на мосту?
Они вдвоём собирались прогуляться в ЦПКиО,
там сейчас начинается выставка
трофейного оружия.
Ну, вы, наверное, сами знаете,
туда весь город ломится,
даже сам товарищ Сталин посетил.
Мы встретились с ними на мосту.
От Володькиной квартиры
до туда пять минут хода.
А у меня в полвосьмого урок немецкого.
Я говорю: "Ну ладно, Нина, наверное,
нескоро увидимся, счастливого пути".
Мы пожали друг другу руки, и я пошёл.
Почти сразу,
спустя минуту я услышал выстрелы.
Я бросился назад,
потому что вспомнил про пистолет,
потому что, если бы отец узнал,
что я его отдал...
Я взял пистолет и бросился прочь.
На ступенях никого не было. Я не видел.
Лишь внизу какой-то старик и кричал:
"Сюда, сюда, скорее!"
Они остались там, Володька с Ниной,
на лестнице.
Старик, какой старик?
Инвалид Осипов находился приблизительно
в 100 метрах от моста. Где-то здесь.
Начал своё движение
сразу после второго выстрела.
Одновременно с ним
Вано побежал якобы за своим пистолетом.
Но он был намного дальше от лестницы,
потому что, если мы ему верим,
то он где-то минуту шёл по мосту
и оказался вот здесь.
Ему надо вернуться, добежать до лестницы,
взять пистолет и побежать обратно.
Осипов не мог его не заметить!
Он точно видел человеческую фигуру
с пистолетом в руках.
Это фальшак, а?
Сговор?
Роман Львович, кого вы прикрываете?
Я поднял голову на шум проезжающей машины.
Она проехала по верху,
точно такая, как ваша.
Похожая.
После чего на моих глазах
мальчик выстрелил в девочку.
После выстрела дети всё время находились
в зоне вашего внимания,
вы всё время их видели?
Нет, оттуда, похоже, не видно.
Осипов, идите на своё место,
где вы в прошлый раз слышали выстрелы.
Дело было раскрыто почти за сутки по
горячим следам, видно, была такая команда.
Ну, спешка подразумевает некоторые ошибки.
Спешка, да.
А в документах нет протокола осмотра
места происшествия, расположения трупов,
пятен крови.
Положение гильз
неизвестно?
Где гильзы-то?
Где гильзы?
Пистолет почистили, отпечатки стёрли,
свидетеля подготовили.
Всё дело опирается на показания инвалида,
которого легко запугать.
Не верю, не верю я, Роман Львович,
вашим следственным экспериментам.
Давай.
Я его не видел.
Всем спасибо, товарищи.
Мне всё ясно.
Мы закончили.
Развози всех.
Хорошо.
Я пройдусь.
Ладно, можешь не провожать.
А как они оказались на лестнице, Боря?
Они шли по мосту, они очень торопились
в ЦПКиО на выставку оружия,
а потом вдруг побежали вниз
по лестнице назад.
Они что-то увидели, что-то их напугало,
и они решили спрятаться под мостом?
Тогда что их напугало?
Машина.
Инвалид сказал, что видел машину,
но почему-то об этом не говорил Вано.
Его кто-то об этом спрашивал?
Славно поработали, Роман Львович.
Да, картина в целом подтверждается,
доказательства практически собраны.
Вот я всегда мечтал работать в уголовке:
доказательство - царица обвинений.
Всё просто.
- Не, ну не всё.
- Да всё, доказал и обвинил.
Совесть чиста, начальство довольно,
всё, пошёл домой спать.
Я бы хотел сказать,
обратить ваше внимание.
Возникает одна маленькая неувязочка:
место нахождения пистолета в деле
указано не совсем точно.
Он мог находиться только в руках Шахурина
или, если бы выпал, лежал бы ниже.
Но тогда бы Вано не хватило времени
убежать незамеченным от Осипова.
Одну-три секунды он должен был бы
затратить на то,
чтобы вытащить пистолет из руки Володи.
Тоже самое было бы, если пистолет выпал
и ему пришлось спускаться за ним.
Но пистолет лежал
рядом, с другой стороны ладони.
И что?
Там кто-то был.
Тот, кто подобрал и положил не туда.
В спешке на успел вложить в руку,
времени не было.
Но вы же не хотите внести это
фантастическое предположение в протокол?
Идите спать, Роман Львович,
идите, ни о чём не думайте.
Ну, вы хорошо потрудились,
теперь наша очередь.
Алло.
Уманский?
Да.
С вами говорит старший лейтенант НКВД
Безрук.
У меня для вас важная информация.
Ваша дочь Нина жива.
Что?
На мосту с Володей Шахуриным
была другая девочка.
Она погибла.
Я не могу сейчас объяснять вам
подробности, могу сказать только,
что речь идёт о государственной тайне.
Если вы хотите увидеть вашу дочь живой,
слушайте меня внимательно.
О том, что я вам сейчас сказал,
никто не должен знать.
Вы меня поняли?
Я вас понял.
Я понял.
Уманский, возьмите себя в руки.
Ваша дочь Нина жива.
Вам сейчас нужно делать ваше дело.
Делайте его так хорошо,
как только вы можете.
Отдать ради этого всё,
жизнь, если придётся.
Идёт война, и вы понимаете,
кто в ней должен победить.
Перед отлётом вы сможете увидеться с ней.
Работайте, ни о чём не думайте,
мы обо всём позаботимся.
Вы поняли меня, Уманский?
Да, я понял, понял вас.
Ваша дочь Нина жива.
Когда освободили Минск?
3 июля сорок четвёртого.
Если точнее, между третьим
и четырнадцатым июля сорок четвёртого.
Второй Белорусский фронт
в результате операции "Багратион".
То есть эта плёнка была снята
через год после смерти Нины Уманской.
То есть в сорок четвёртом она была жива.
Получается так.
Нина Уманская была жива
через год после своей смерти.
Ну, если у нас с тобой не галлюцинации
или она не воскресла из мёртвых,
что маловероятно.
Значит третьего июня сорок третьего
на Каменном мосту убили не её.
Это не она лежит с простреленным
черепом вниз лицом на лестнице.
Алло!
Да, я вас понял.
Я буду просто стоять.
Я вас понимаю, просто стоять.
Я сейчас выйду.
Уже выхожу.
Сейчас выйдешь, помашешь папе.
Выходи.
Нина!
Нина!
О господи!
Деточка.
Теперь понятно, почему Уманский
улетел в Мексику и не похоронил дочь.
Я себе задавал этот вопрос столько раз
и никак не мог найти ответа.
А ему некого было хоронить, Боря.
Его дочь не убили.
Сразу после кремации они уехали
в тот же вечер, бросив урну с прахом.
А потом отец стал получать плёнки.
Ну, некто Безрук из дома в Сокольниках
стал посылать ему плёнки
в железных коробках с обратным адресом,
зная, что он никогда не проверит.
С какой целью?
Ну, как?
Сказать Уманскому, вот смотри, Костя,
твоя прекрасная дочь жива,
с ней всё в порядке, вы скоро увидитесь,
она передаёт тебе привет.
Ты, главное, работай на благо Родины,
а мы тут о ней позаботимся.
Только работай лучше.
А если это не она?
Не Нина Уманская, Соня.
Смотри, как похожи.
Не настолько, Боря, не настолько,
чтобы их перепутал родной отец.
Надежды, командир.
Надежды сильнее здравого смысла.
Надежды туманят глаза.
Если это Соня...
Её любил мальчик Сергеев,
но она любила Володю Шахурина,
любила и ненавидела Нину,
носила её платья, была у неё дома.
У нас есть её прощальная записка.
Она пишет, что из-за неё погибнут
какие-то люди.
Кого она имела в виду:
своих друзей Володю и Нину?
Девочка на плёнке говорит: я мертва.
Она заложница, Борь, кто бы она ни была.
Братская Мексика,
наш верный союзник в борьбе с фашизмом.
Уманский хорошо работает.
Товарищ Сталин им очень доволен.
Во многом благодаря тебе.
Долгов.
Уманский просит о встрече с дочерью
как можно быстрее.
Очень просит.
Мы можем показать ему эту девочку близко?
Что думаешь, Долгов?
Я думаю, что в ночь убийства
он был в шоке, поэтому ничего не понял,
но сейчас нет.
Прошёл год.
Девочки в это время быстро растут.
Она могла сильно измениться.
Рискованно, товарищ нарком.
Рискованно?
А снимать её рядом с домом
было не рискованно?
А если бы её кто-нибудь увидел, а?
Кто-то из знакомых проходил мимо, а?
Ты что задумал, Долгов,
говори, я тебя вижу.
Товарищ Уманский нервничает,
беспокоится о своей дочери.
Если снять её в людном месте,
он успокоится, удостоверится,
что с ней всё в порядке,
перестанет нервничать,
будет ещё лучше работать.
А, ты не хочешь её отпускать, верно?
Она твоя Галатея.
Ты знаешь, кто такая Галатея?
Никак нет, товарищ нарком.
Ты хитрый человек, Долгов, очень хитрый.
Я тебя вижу.
Когда человек хитрит, ему есть что терять.
А если человеку есть что терять,
ему можно доверять.
Добрый ты, Долгов, балуешь её.
Смотри не забалуй.
Не спите, смотрите, чтоб не сбежала,
шустрая.
Не помню, чтобы я была на похоронах
Уманского в феврале 45-го года.
Не знаю, была ли мама его любовницей.
Это было так давно.
Искра?
Ты Искра, девочка?
Искра.
Вообще я не люблю вспоминать прошлое,
какой в этом смысл?
А это Диме.
Вот, мамины артефакты, которые вы просили.
Осторожно.
Это всё, что у меня осталось от неё.
Искра Петровна,
это бирка вашего брата из роддома, верно?
Да.
Дмитрий, мой сводный брат,
сын от второго маминого брака.
Мальчик родился сумасшедшим.
Мама промучилась с ним всю жизнь.
До самой смерти.
А скажите, а что с ним случилось потом?
Не знаю, не помню, не интересовалась.
Знаю только, что он был младше меня
на пять лет, отличался отменным здоровьем.
Я Анастасия Владимировна Петровна.
Я родилась в мае 1902 года в Москве.
В девичестве носила фамилию Флам, по отцу.
Отец, Владимир Павлович Флам,
1870 года рождения, юрисконсульт.
Умер в 1936 году.
Пойдём, Дим.
Искра Петровна, перед тем,
как с вами встретиться,
я встречался с дочерью
вашей бывшей соседки.
Она по-прежнему живёт в той же квартире.
И она рассказала странную вещь.
Да.
Будто её мама говорила ей,
что в начале зимы сорок пятого года
у вас в комнате жила некая девочка.
Девочке было лет 16-17.
Она была то ли нелюдимая, то ли
нездоровая, ни с кем не разговаривала.
Это продолжалось недолго,
и потом девочка исчезла.
Не знаю.
Не помню я никакой девочки.
Скажите, а ваш брат мог что-то знать
об этом, ну, или видеть эту девочку?
Дочь соседки сказала, что у него была
хорошая память, он писал,
отвечал на вопросы, даже пел неплохо.
Мы закончили.
Искра Петровна, после смерти вашей матери,
кто отвёз вашего брата в интернат
для умалишённых? Неужели не вы?
Я искал в трёх в Москве, не нашёл.
Вы не скажете, в каком именно?
Не знаю.
Это случилось 30 лет назад.
А когда его увозили, он знал,
что его мама больше к нему не придёт?
- Он знал, что она умерла, или он ждал её?
- Уходите.
Он знал, что он останется один?
Вон!
Пошёл вон!
- Вы выходите?
- Да, мы выходим.
Пойдём.
Давай, вставай, пойдём.
Держись.
Стойте здесь.
Подожди!
Подожди!
Кто ты, кто?
Ты подруга Нины?
Почему ты в её одежде?
Говори.
Почему ты молчишь, говори.
Ти-та, Ти-та.
Вот, пожалуйста.
Это их комната?
Ну да, вот Анастасия Владимировна
здесь всю жизнь так и прожила.
Вот, вещи, которые остались,
я всё в коробки сложила и,
вот, на антресоль запихнула.
Ну, думала, Искра, может,
когда заедет заберёт.
Ей это не нужно.
Это я рисовала, мне лет 15 было,
я мечтала художницей стать.
Не смечталось.
Ну вот, это, это Дима.
Знаете, он взрослый был, а выглядел вот,
вот совсем как ребёнок.
Это он в шахматы играет.
А вот это Анастасия Владимировна,
видите, с книгой.
- Красиво.
- Да.
А это, вот, Анастасия Владимировна,
видите, на машинке печатает.
А это, это мама моя с кошкой.
Мама с кошкой.
Такие каракули.
Это я за Димой записывала.
Ну, он когда сам с собой играл,
бормотал что-то неразборчивое.
А я себе придумала, ну, что это такая
военная тайна, ну, как бы шифр шпионский.
Жерминель.
Вермишель.
Верминель.
Я его не боялась, он спокойный был,
хоть и сумасшедший.
Однажды только,
когда сюда к Анастасии Владимировне
пришёл какой-то иностранец,
они смотрели какую-то фотографию
и Дима вдруг так разволновался.
Как закричит!
Кричит и не останавливается.
Кричит и не останавливается.
Иностранец? Вы помните, когда это было?
Да.
Это семьдесят пятый год.
Простите, я сейчас.
Командир, это Павликовский.
Вот здесь он и лежал.
Вот здесь.
Товарищ Шахурин очень плох.
У вас есть десять минут, не больше.
Да, да.
Мне сказали, вы американец.
Да. Меня зовут Николас.
Я ищу Нину Уманскую.
Я завтра улетаю, моя виза кончается.
Последний раз я встречался с ней
в Нью-Йорке в августе сорок первого года.
Больше мы с ней не виделись.
Я ищу её всю жизнь.
И что из этого?
Я прошу вашей помощи.
Помощи?
Нина Уманская лежит на кладбище
вместе с моим сыном.
Чем я могу помочь?
Скажите, что произошло тогда на мосту?
Как она погибла?
Мой сын не убийца, это всё,
что я могу вам сказать.
Всё остальное - ерунда.
Про наше время болтают много ерунды.
А вы и верите!
А всё было по-другому.
А как, Алексей Иванович?
Вы просидели в тюрьме семь лет,
вас посадил Сталин, говорят, только за то,
что у вас было три автомобиля.
Хватит!
Это вас не касается!
Американец. Это не ваше дело!
Да что вы в этом понимаете?
Мой сын не убийца.
Всё.
Я встречался с Анастасией Петровой.
Я был у неё, Алексей Иванович,
и она сказала мне,
что в сорок шестом году перед тем,
как вас посадили, вы встречались с ней.
Она показала вам девочку, больную девочку.
Петрова не знала, что с ней делать
и вы её куда-то отправили или спрятали.
В другой город?
Куда?
Где она?
Она здесь, Алексей Иваныч.
Вермишель.
Верминель.
Вермишель.
Ти-та.
Дима, пойдём.
Дяде нужно поговорить, потом доиграете.
Кто ты?
Я Нина Уманская.
Куда вы её спрятали, скажите правду.
Нина жива?
Это ведь была Нина?
Что?
Петрова выжившая из ума старуха.
Жила с сумасшедшим сыном
и сама стала сумасшедшей.
Всё это ерунда.
Единственное, что я могу сказать,
что мой сын Володя
был хороший советский мальчик,
никого не убивал, трагически погиб.
А я живу.
Любовь, правда.
Да зачем вам наша правда?
Что вы в этом понимаете?
А хотите правды, хотите, хотите правды?
Вот она, вот здесь вся правда.
Вот здесь всё описано.
Здесь, читайте, поймёте.
А если не поймёте, не надо.
Ступайте.
Вы устали?
Хотите чаю?
Что?
Как твоё имя?
Нина.
Я же вам говорила.
Шахурин умер через два месяца после этого.
А книгу тот иностранец так и не взял.
Обронил.
Сейчас она у вас?
Тогда американец был этот, знаете,
вроде как человек с того света.
Хотела ему вернуть, он уже ушёл.
Он подписал книгу Павликовский
не просто так.
Флам, понимаешь, Боря, Флам?
Это фамилия Таси Петровой,
фамилия её отца, ну, её девичья фамилия.
Шахурин подписал книгу
её девичьей фамилией?
Ну, если Павликовский приходил получить
ответ, то, возможно, он написал ответ.
Ответ-то на что?
На что ответ, командир?
"Фламо".
Латинская группа.
Она там поёт.
Понимаешь?
Группа "Фламо": ретро, джаз, латино.
Плавим мозги, выезд в любую точку.
По организационным вопросам Игорь Тор.
Вот телефон, вот адрес.
Что-то я ничего не понял.
Какая связь?
Ну как, это и был ответ Шахурина
американцу: Флам, искать Флам.
И мы её нашли, чокнутую певицу
из секты Кроули,
которая путешествует
во времени со своей группой.
Вот он.
Привет, Гера, как дела? Давно не виделись.
Это он.
Тор, да?
Мы с вами по телефону говорили.
Вы обещали, что Стар выступит в десять.
Ты не мент?
Мент?
Игорёк, я - фанат.
Ты обещал, что Стар споёт.
Она приболела.
Приболела?
Игорёк, у меня там 15 голодных пацанов.
Они сейчас зайдут и всё тебе расхреначат,
всю твою богему.
Оно тебе надо?
Она приболела, не споёт.
Но ты её увидишь.
Другое дело.
Лаве сколько? Бабок сколько?
Штука баксов.
Давай.
Тихо, тихо, тихо.
Сначала певица.
А ты куда, чувак?
Я с вами. Я тоже фанат.
Нет, фанат один - он.
Ты давай назад, тебе нельзя.
Всё, всё, всё, всё, стоп!
Спокойно! Всё, всё, тихо!
Ты никуда не пойдёшь!
Это серьёзно.
Или он идёт один, или никто!
Всё, расходимся.
- Боря, посиди в зале.
- Командир.
Посиди, всё хорошо.
Значит так, идём только вдвоём, ты и я.
Да? Все остальные остаются. Да?
Ты идёшь, нет?
На телефоне.
Так, мы вдвоём.
Игорёк, не дай бог!
Никто не поможет. Понял?
Она где-то здесь.
Ты уверен, что тебе это надо, чувак?
Ты ищешь Стар?
Да.
Ну пошли.
Ну, как добрались?
Хорошо.
У вас здесь прям подземелье, я смотрю.
Вы хотите увидеть Стар?
Да.
Да вы присаживайтесь, присаживайтесь.
У нас здесь небольшой ашрам.
- Ашрам?
- Угу.
Место духовной работы.
Это, знаете, когда работает наша душа,
а тело отдыхает.
А можно задать вам один вопрос?
Вы верите в бессмертие?
Ну, если родился от смертных позвоночных,
бессмертным быть не можешь.
Ну, с этого все начинают.
Знаешь, задавал себе один вопрос:
неужели один,
ну, хотя бы один из миллиарда
живущих на земле не способен жить вечно?
Умирают все: и богатые, и бедные,
и чёрные, и белые, и полосатые.
Ну, я позволил себе, конечно,
несколько усомниться в этом.
Значит, вы все бессмертные кроули?
Нет.
Нет, это, конечно, несколько упрощённо.
Я, мы, извините, мы - путешественники.
Сознание и память ведёт нас к гибели,
они знают, что мы смертны.
Мы хотим от этого избавиться, да?
Но это не просто.
А Стар?
А она смогла, она от этого избавилась.
Она уже путешествует.
Ветер бессмертия унёс её.
А вы её почему-то преследуете.
- А мы этого не хотим. Да?
- Нет, нет.
- Нет, нет.
- Не хотим.
Либо вы перестанете её преследовать,
либо, либо вы будете одним из нас.
Всё ж просто!
Я, к сожалению, не могу, ребят.
Я хочу просто с ней поговорить.
Когда я смогу её увидеть?
Ой, вы меня не понимаете.
Я вас понимаю.
Нет.
Нет, нет, нет, вы меня не понимаете,
а жаль.
У вас был шанс.
Пейте, пейте, пейте, пейте
и ветер бессмертия унесёт вас к ней.


Серия 12

Александр Васильевич, вы как?
Юр, помощь нужна?
Нет, парни, идите.
Хорошо, что мы за вами поехали.
Они вас хотели в шахту сбросить,
а там высота - метров 20.
Мы им говорим: "Ребята,
вы что делаете, это ж не хорошо".
А где Боря?
Борис Львович? Вот: он и девушка.
Он сказал, вы её искали.
Встать?
Сейчас, сейчас, сейчас. Не торопитесь.
Вот, тихо, тихо, тихо.
Воды дать вам?
Командир, живой?
Не рано вскочил, может, ещё полежать надо?
Меня зовут Волк.
А ты Стар, да?
У тебя есть другое имя?
Ты чего здесь делаешь?
Тебе сколько лет?
Эй! Ты чего молчишь?
Командир, ты на руки её посмотри,
она сейчас вообще ничего не понимает.
Чем ты колешься?
Ты бухая?
Ты совершеннолетняя? Ты в хлам!
Язык покажи мне свой!
Язык покажи мне свой!
- Ты откуда такая взялась?
- Командир, хорош.
"Моя дорогая любимая девочка.
Писать тебе это письмо -
самое большое счастье на свете.
Друзья, которые находятся рядом с тобой
и оберегают тебя,
попросили меня не разглашать
эту переписку.
Даже мама не знает об этом.
Мне очень трудно молчать.
Я даже не представляю,
что с ней случится от радости.
Я смотрю на тебя по ночам
в зале посольства.
Ты так выросла за это время,
это такое счастье, Нина.
Какое счастье - знать об этом.
Надеюсь, я прошу все силы небесные и
человеческие, что скоро увижу тебя воочию.
Девочка моя, Тита.
Моя единственная и прекрасная дочка.
Я так тебя люблю.
Твой отец".
Поешь.
Выпей.
Не хочу, спасибо.
Совсем не ешь - худая стала.
Шоколад не хочешь.
Может, сгущёнки?
Не хочешь.
А чего хочешь?
А, может, ты в тюрьму хочешь?
Что ты там бормотала на мосту?
Думаешь, Уманский по губам прочитает?
Думаешь, самая умная, да?
Неприятностей хочешь?
Я хочу спать, я устала.
Не придуривай.
Сама не знаешь, что делаешь.
Думаешь, самая умная?
В тюрьму хочешь?
Знаешь, что будет с тобой?
Заболела?
Это аллергия,
болезнь, плохо изученная наукой.
Скоро они появятся здесь,
и здесь, и вот тут вот.
Я стану уродиной, и меня отпустят.
Ты ничего не сможешь с этим сделать.
Тебе придётся искать другую Нину.
Разденься.
Отвези меня к папе.
Когда ты отвезёшь меня к папе?
Они снятся мне с мамой,
они снятся, и я плачу.
Каждую ночь плачу.
Не придуривай.
Ты не Нина, ты Софа.
У тебя - тётка, у тебя мама умерла
от ожогов в коммуналке.
Отпусти меня.
Нет.
Тогда я убью тебя.
Давай.
Я Нина Уманская.
Мы поменялись там, на мосту,
мы хотели всех запутать,
Володя пошёл с Соней, а я осталась.
Не подходи ко мне!
Ты думаешь, я не смогу?
Давай!
Ты думаешь, я не смогу?
Давай, это просто, давай.
Давай.
С предохранителя снять забыла,
а так бы убила.
Молодец.
Документов у неё нет никаких.
Ничего не ест, только пьёт.
Не знает, кто она, где,
сколько лет, откуда.
Вся обколотая.
Мы едем к вам.
Мы торопимся.
Ну, что они сказали, ей помогут?
Это в Подмосковье что-то типа санатория.
Они на этом специализируются,
но никаких гарантий не дают.
У неё тяжёлая деперсонализация
и полная потеря личности.
Но она не Нина Уманская, командир.
Ты меня понимаешь?
Она может быть кто угодно,
но это не Нина Уманская.
Отпусти меня.
Я не могу тебя отпустить,
пока не узнаю, кто ты.
Отпусти меня, пожалуйста.
У меня много денег, я тебе всё отдам.
Каких денег?
Очень, очень, очень много денег.
Только они не здесь, они в Швейцарии,
в швейцарском банке, я тебе всё отдам.
Я богатая наследница.
Отпусти меня, выпусти меня!
Странное чувство, командир,
будто всё это уже было.
Дорога, девочка.
Только вот - что дальше - не помню.
Куда мы едем?
Тебе там помогут.
Помогут?
Хорошо.
Пожалуйста, я хочу пить.
"Чтобы отправить голосовое сообщение,
говорите после сигнала".
Александр Васильевич, это Юра.
Вы, наверное, в дороге.
Я наконец-то достал список жильцов
дома в Сокольниках.
Значит, человека по фамилии Безрук
в списке нет,
но есть жилец по фамилии Долгов,
Долгов Николай Ефремович.
Фронтовик. Вы помните?
Помните?
Был прописан в квартире 23 с сентября
1941-го года по февраль 1945-го.
Возможно, девочка ходила к нему.
Вряд ли это совпадение.
Я очень жду вашего звонка.
Александр Васильевич, хорошей вам дороги.
Сходи, Борь.
Лучше ты, командир.
Только воду или что-то ещё?
Литвинов!
Макс!
Товарищ Литвинов?
Товарищ Литвинов, поедете со мной.
Поторапливайтесь.
Меня куда, генерал, на расстрел?
На расстрел - в другую сторону.
Вам надо сесть вот в эту машину.
Идите.
Меня зовут Кох.
Я знаю.
Мы когда-то встречались в Америке.
Однажды. В Американском посольстве.
Я писался с вами - встретиться по линии
МИДа, но получилось, как получилось.
Меня привезли сюда.
Я к вам с важным поручением,
господин Литвинов.
У нас мало времени.
Не думаю, что из этого выйдет какой-нибудь
толк, потому что я в большой опале.
Мы знаем.
Тем не менее вы пользуетесь
большим доверием у нашего президента.
У вашего - тоже.
Константин Уманский - ваш друг, ученик,
насколько мы знаем.
Последний номер "Таймс".
Избран человеком года.
Честно скажу, у меня таких друзей нет.
Ну, я не думаю, чтобы он сейчас
стал сильно афишировать нашу дружбу.
Я хотел бы,
чтобы вы прочитали секретный доклад ФБР
президенту Рузвельту о вашем друге.
Это довольно большой документ.
Здесь факты, только факты.
Где ты был всю ночь?
Читал.
Отчёт ФБР о деятельности Уманского
в Мексике.
Они с тобой этим делятся?
Ну, то поделились,
даже вон журнальчик дали.
И что они пишут в отчёте?
Пишут, что Советский Союз
в лице своего посла Уманского
полностью контролирует Мексику.
А кто контролирует Мексику, англичанка,
тот контролирует всю Латинскую Америку:
Никарагуа, Сальвадор, Чили.
Молодёжь учит испанский,
на свадьбах поют "Интернационал",
из советского посольства посылаются
нелегалы в Штаты,
чтобы вести там шпионскую деятельность
в пользу Советского Союза.
Ты понимаешь, англичанка,
грядёт Советская Мексиканская республика?
Было уже две попытки освободить
господина Д.
Меркадера, убийцу Троцкого.
И они уверены,
что третья попытка будет удачной.
Они пропустили вражескую армию
у себя под носом...
и теперь не знают, что с ним делать.
С кем, с Уманским?
Его популярность в Мексике такова,
что если он захочет избраться президентом,
то его выберут.
А от тебя они чего хотят, чтобы ты
возглавил его предвыборную кампанию?
Нет.
Они хотят,
чтобы я лично попросил товарища Сталина.
Ну, что? Чтобы товарищ Сталин
лично попросил товарища Уманского
прекратить всякую
революционную деятельность
и заодно вывести оттуда
все наши финансовые активы.
Чтобы ты попросил Сталина?
Таки да, чтобы я попросил Сталина.
Это ты...
А за это Рузвельт готов рассмотреть
некоторые вопросы мирового устройства
на паритетных началах,
так сказать, баш на баш.
Мы не лезем в их Латинскую Америку,
они не лезут в нашу Восточную Европу.
Но мы - уже там.
Всего 500 километров от Берлина.
Но они готовы нам не мешать.
А что будет с ним?
Они его убьют, Айви.
А потом - тебя.
Я могу фотографии посмотреть?
Смотри.
Ладно, мне пора.
У Юры компьютер был.
В сейфе лежали документы, их нет.
А мы откуда знаем, что там лежало.
Ты мне сейчас скажешь,
что там бриллианты лежали, а мы - ищи?
Александр Васильевич, тут это,
продать можем.
Да и покупатель вроде есть.
Но что-то продавать неохота.
Её Борис Львович любил очень сильно,
наверное, вам бы отдал.
Возьмёте, кстати?
Не, разобью.
А это возьмёте?
Мне тут Юра документы на почту посылал
все на всякий случай.
Вот, может, пригодится, да?
Давай потом.
Поспать надо, неделю не спал.
Мы их найдём, всех найдём и убьём.
Мы закончили, мы не ищем никого.
Так как же так?
Нельзя так, Александр Васильевич.
Так нельзя, ну!
Иди домой.
Мы больше никого не ищем!
Я прошу тебя, Свинья, хватит, не надо.
Иди домой, я тебя очень прошу.
Я слушаю.
Это Берия.
Принято решение организовать
встречу Уманского с его дочерью.
В Мексике.
Ты понял меня?
Ты полетишь.
А она полетит со мной.
С его дочерью.
Ты понял меня?
С его дочерью.
Я понял, товарищ нарком.
А что с ней будет, её не тронут?
Все инструкции получишь от меня лично.
Понял?
И никому - ни слова.
Она тебя дождётся.
Я обещаю.
Болит?
"АБКДД" - это что?
Детский дом в Абакане.
Живи, как собака, но сдохни в могиле.
Но ты не собака.
Ты хуже.
Я буду там...
куда ты полетишь.
Точка.
Твоя Тита.
Точка.
Всё.
Всё правильно, молодец.
Я скоро уеду, может быть надолго,
пока не знаю.
А как же я, товарищ Долгов?
Товарищ Долгов, как же я?
Товарищ Долгов, а как же я?
Товарищ Долгов, как же я?
Товарищ Долгов, вы мне обещали, как же я?
Товарищ Долгов, пожалуйста,
товарищ Долгов,
не оставляйте меня здесь одну,
пожалуйста, товарищ Долгов.
Пожалуйста, пожалуйста.
"Дорогой папа.
Со мной всё хорошо.
Мы скоро с тобой увидимся.
Мне разрешили с тобой встретиться.
Я буду там, куда ты полетишь.
Твоя Тита".
"Я буду там, куда ты полетишь".
Рая, ты готова?
Скоро за нами приедет машина,
мы сможем ехать в аэропорт.
Я не знаю, что брать, Уманский,
вообще не соображаю.
Что: платья, костюмы?
Куда мы едем?
Мы летим в Коста-Рику.
Теперь твой муж - посол на полтора
континента, от Мексики до Аргентины.
А за нами полетит революционная буря,
которая подарит этому древнему континенту
новую жизнь.
Понимаешь?
А вещи Нины, они здесь останутся?
Нет, я их отнёс в подвал, вниз.
Они заперты.
Вот ключ.
Хочешь, он будет у тебя.
Уманский, я не хочу никуда улетать,
слышишь?
Я не хочу лететь.
Я хочу остаться здесь.
Оставь меня здесь, я не хочу лететь.
Рая.
Я не могу тебе всё сказать.
Я знаю, я много раз тебя обманывал,
много сделал плохого,
но поверь мне на этот раз, я прошу тебя.
Мы к ней ближе, чем ты думаешь.
Слышишь?
Ближе, чем ты думаешь.
Только ни о чём не спрашивай.
Пожалуйста, ни о чём не спрашивай.
Александр Васильевич - это из бюро
ритуальных услуг, по поводу гробов.
Мы по поводу захоронения и отпевания,
у нас хорошие условия,
комплексная программа.
Александр, а за справочками в
морг почему не заезжаете?
Простите, а вы - к кому?
Я?
Я скорее "от кого".
Ой, простите, пожалуйста,
вы ж к нам с утра из Москвы приехали, да?
Товарищ Васильевский, извините,
понимаете, мы ж завтра летим в Коста-Рику.
И целых 18 человек, это ж целая делегация.
И надо ко всем бумаги подготовить:
эти бумаги, паспорта.
Голова просто уже пухнет. Простите.
Это уже сегодня?
Что?
А, да. Получается, уже сегодня.
Ну, тогда хорошего вам нового дня,
товарищ Васильевский.
Лиля.
Вы не хотите остаться в посольстве?
Как это - остаться?
Ну, голова пухнет, болит.
Лететь далеко, долго.
Зачем вам лететь?
Можно остаться, и всё.
А мы вечером за вами подъедем,
возьмём в город, выпьем водки местной.
Из этого, из кактуса.
Гадость, конечно, но ничего.
Нет, что вы? Никак нельзя.
Кто ж с товарищем Уманским полетит?
Он же без меня не справится.
Нет, нельзя, извините.
Это всё?
Да, Лиля, всё.
До свидания.
Много писем написали?
Да, достаточно.
А почему они все вдруг
должны улететь отсюда?
Слава!
Выпить хочешь?
Тридцать девять.
Я не пью.
До ста лет хочешь дожить?
Хочу и не вижу в этом ничего плохого.
Это не плохо, Слава, это скучно.
Ничего хорошего ты там не увидишь,
будешь дряхлый и никому не нужный.
Да, и сдохнешь один.
По мне, так лучше сразу: раз, и всё.
Сорок четыре.
Сорок четыре мешка.
Будьте осторожней по дороге.
В аэропорт ехать два часа.
По дороге, Дашкевич,
если на нас кто напасть может,
так это только мы сами.
Но мы здесь - значит, опасаться нечего.
Мы здесь, Слава, мы здесь.
Чему ты радуешься, Нахим?
На себя не похож.
Скоро войне конец, Лёва!
Он сказал, или ты слышал?
Слышал.
В Крым с тобой поедем,
будем там Рузвельта с Черчиллем охранять.
Приедут к нам решать
послевоенное устройство мира.
Значит, император их нагнул. Значит,
как решит, так и будет: кому - пестик,
кому - тычинка.
Хотя нам, маленьким людям, чего:
как жили, так и будем.
Бежать, стрелять, да, Нахим?
Лучше б подыскали нам
пухленьких смугленьких мексиканских чикас.
Воду зальём, через час будем в аэропорту.
Погрузим это сраное золото и айда гулять.
А правду говорят, товарищ Орлов,
что один человек вытащил из Испании
три тонны золота
и даже на зубы себе не взял?
А правду говорят,
что советские за рубежом долго не живут?
Дохнут от тоски по родине?
Они и на родине дохнут быстро.
Не, моя пулька ещё не отлита.
Не дождутся.
Нахим, почему они вдруг срочно решили
вывезти все деньги из Мексики?
Почему решили лететь с военного аэродрома?
Почему не летят с гражданского?
Почему отказались взять на борт
посла Коста-Рики и его семью, а?
Почему не взяли генералов
из военной делегации?
Президент Мексики выделил Уманскому
свой личный самолёт!
Ты чего, Лёва?
Костя счастлив, у него есть надежда.
Мы дарим её ему.
Не знаю, тоскливо с самого утра,
мысли разные в голову лезут.
Моей голове это ни к чему.
Нахим!
Может, соскочим, а?
И ищи ветра в поле.
Нахим, соскочим, а?
Ну что, ну где твои еврейские мозги?
И чёрт с ними со всеми, со всем их миром!
Долгов, ты что здесь делаешь?
Ты в аэропорту должен быть.
Убить тебя приехал.
Вот, всё, дело сделано.
Вот теперь всё.
Нахим!
Нахим, ты жив?
А, ну что ж ты?
Не боись, полковник,
я тебя хорошо закопаю, волки не съедят.
Нет, только не ты.
А, нет, только не ты!
Долгов, давай грузить мешки!
Давай, давай грузить мешки, Долгов, давай.
Александр Васильевич, это Юра.
Я уже вам звонил.
А у вас - снова автоответчик.
Вот что хотел сказать:
в списках жильцов дома
в Сокольниках человек
по имени Безрук не значится.
Но значится жилец по фамилии Долгов.
Долгов Николай Ефремович.
Фронтовик, помните?
Вы знаете, кто убил Нину Уманскую?
Я вам так скажу, её время убило.
Время.
Однажды я видел, как они во дворе
американский танец танцевали,
Нинка и Софка, ну, подружка их.
Две тоненькие, как тростиночки.
Я больше в жизни таких не встречал.
Не было таких больше.
А я вот тут встретил одну,
очень на Нину похожа, прямо одно лицо.
Есть такие, встречаются.
В клубе одном девочка певица
песню пела иностранную,
а я не запомнил, слуха нет.
Вот теперь ищу, никак найти не могу.
Похожа так, что такого быть не может.
Такую не забудешь точно.
А ты ищи.
Ты парень вёрткий, ты найдёшь.
Я таких вижу.
Ищи, ищи.
Значит, я нашёл, а ты забрал.
Я нашёл, а ты забрал.
Меня зовут Хуан, значит, Иван.
Мы оставили её вещи.
Это не важно.
Не важно.
Скажи мне что-нибудь, пожалуйста.
Я ни о чём не спрашиваю,
но скажи мне что-нибудь.
Что ты тогда сказал.
Рая, мы летим к ней.
Прости мне, я не мог сказать,
но я не могу больше молчать.
Она жива, мы летим к ней.
Ты понимаешь, Рая?
Ты понимаешь?
К ней?
Как дела? Надеюсь, всё хорошо, сеньорита?
Рая!
Рая!
Девочка моя!
Рая!
Я сейчас вернусь!
Рая! Рая! Рая!
Раечка моя!
Раечка!
Раечка!
Раечка!
Рая! Рая! Рая!
Рая, посмотри на меня!
Я сказал тебе правду.
Посмотри на меня, Рая!
Ты должна жить, должна!
Раечка, это правда.
Эй, помогите!
Моя жена умирает, помогите!
Помогите!
Безрук, вы Безрук?
Где моя дочь, она жива?
Скажите мне, она жива?
Я должен её увидеть, должен.
Я должен к ней долететь.
Слышите, Безрук!
Ты долетел.


Серия 13

Так никто и не подходил?
Никто, Александр Васильевич.
Видео покажите.
Александр Васильевич, это поместье целое.
Машина прямо оттуда и выехала.
Александр Васильевич,
надо вертолёты и прибор ночного видения.
О! Жид-то прав!
Ночью - зависнуть, лестницы спустить.
Так, ясно.
Держи.
Сидите здесь, следите за машиной.
Если кто-то подойдёт, просто позвоните мне
и больше ничего не делайте. Ясно?
Ясно.
Дядя Долгов, а вы море видели?
А океан?
А кашалота?
А что вы мне привезли?
Русланчик, тебе шоколадку привезли.
Я уже почти всё съел.
Так, нельзя так много шоколада.
Всё, хватит.
А что ещё - мне?
Дядя Долгов, а что у вас в чемодане?
Можно посмотреть?
А там есть пулемёт?
Русланчик, хватит!
Я хочу шляпу, как у дяди Долгова,
я хочу быть, как дядя Долгов.
Я хочу быть как дядя Долгов.
Ты чего так себя ведёшь, а?
Ты вот шляпу надел,
а Русланчик уже хочет, как ты, быть.
Точно управдомом будет.
Что с Софой?
С ней всё хорошо, скоро увидишь.
Совсем скоро.
Чемодан - на стол.
Садись, садись.
Я арестован?
Тебе всё расскажут, всё подробно.
Ты смотри, Долгов, ты ж говорил, раньше
музыки не слушал, говорил, слуха нет.
Может, ты ещё и поёшь?
Это подарок.
Это всё - подарок?
Вот это - тоже подарок?
Чулки. Ты что, жениться собрался, Долгов?
Нет?
Ладно, нам тебя обыскать надо.
Ты уж извини. Встань.
О!
Товарищ полковник поносить дал
или навсегда подарил?
Где же дарственная надпись -
"На память дорогому другу"?
- Где Софа?
- Сядь, Долгов.
Сядь, тебе сказали.
Сядь!
Пиши рапорт.
Я всё написал уже на имя наркома.
Значит, плохо писал,
раз ещё раз просили написать.
Значит, не всё.
А ты всё пиши.
Лейтенант Сухих!
Я!
Давай оформляй опись задержанного.
Есть.
Где Софа?
Сонька?
Она чокнутая.
Силой кормили.
Силой?
А ты как думал?
Есть отказывалась.
Чуть мне морду всю не расцарапала.
Чокнутая.
Да я её просто приласкать хотел,
пока тебя-то нет.
Убью я тебя, Алиев.
Точно убью.
На, вот, тебе!
Прадедушка, прадедушка, а что ты
мне подаришь на мой день рождения?
Ты мне подаришь свои медали?
Ты самый лучший,
ты самый хороший человек.
Я тебя люблю больше всех.
Знаешь, почему?
Почему? Почему?
Потому что ты герой!
Ой!
Ура! Ура! Ура!
Русланчик!
Ура!
Встань, Долгов!
Куда делись деньги?
Сгорели во время взрыва.
Я изложил это в рапорте, товарищ генерал.
Ты знаешь, сколько на борту было денег?
44 мешка, согласно описи.
Они были погружены в самолёт
вместе с мешками дипломатической почты.
Почему взорвался самолёт?
Есть вероятность,
что пилот допустил ошибку при взлёте.
Хвост задел ограждение.
Была ночь,
взлётная полоса была плохо освещена.
Нельзя также исключать вероятность
диверсии: взрыв на борту.
Чьей диверсии?
Аэропорт что, не охранялся?
Охранялся отрядом мексиканской гвардии,
но, видимо, этого было недостаточно.
Там ночью горят только факелы.
По прилёту в Мексику я обратил
на это внимание полковника Васильевского,
но он оставил моё замечание без ответа.
Послушай, Долгов.
В этой камере сидел маршал Блюхер,
целый маршал, Долгов.
Он стоял вот в этом углу на коленях.
И в руке держал свой выбитый глаз.
Говори правду, Долгов.
Не доводи до этого.
Что с Рудковским?
Погиб в перестрелке с предателями.
Я изложил это в рапорте, товарищ генерал.
Ты кого называешь предателями,
своих товарищей?
Которых ты убил из-за угла, гад!
Потом взорвал самолёт!
Где деньги, говори?!
Кто приказал убить Васильевского,
Эйтингера - лучших моих сотрудников?
Говори, гад!
Товарищ Суходеев!
Я думаю, что товарищ Суходеев не совсем
прав в отношении наших товарищей.
Я думаю, что некоторые пытались свалить
на других
свои ошибки и разгильдяйство!
Собирайтесь, товарищ Долгов,
поедете со мной.
Иду, иду уже, иду!
А, Волк!
Думал, уже не придёте.
Заснул.
Пойдёмте.
Куда?
В коридор.
Душно лежать.
Давайте.
Что?
Сигареты. Вы принесли?
Здесь можно курить.
Может, вам нельзя, Артур Янович?
Вы что, врач, что ли?
Врач сказал - можно,
чтобы не было стресса.
От стресса быстрее помирают. Давайте.
Врач молодой, хороший.
Говорит, там полип.
Напомните, что вас интересует?
Захоронения на аллее Чекистов
на Новодевичьем.
А, да, аллея Чекистов.
Туда давно не хоронят, она закрыта.
Кто именно вас там интересует?
Алиев Руслан Аликович. Я вам говорил.
Да, да, я посмотрел.
Алиев Руслан Аликович, председатель Совета
директоров концерна "Тепловые машины",
умерший в марте 2000-го года.
Но он не чекист.
Но он захоронен на аллее Чекистов,
куда, кроме чекистов, никого не хоронили.
И это странно.
Если он не чекист, а...
Если он не чекист,
почему его туда захоронили?
На каком основании, Волк?
Я не знаю, Артур Янович.
А я знаю!
На аллее Чекистов лежит его отец,
Алиев Алик Гасанович.
Захоронен 6 февраля 1945 года.
А также мать, Алиева Ольга Семёновна.
Похоронена в тот же день, понимаете,
в тот же день.
Умерли в один день, понимаете?
Возможно, это семейная драма
или несчастный случай.
Также в этот день похоронен чекист
по фамилии Цурцумия, Степан Георгиевич.
Вероятно, коллега.
- Цурцумия?
- Да.
Их могилы рядом, понимаете?
Они умерли в один день.
Ну, в те времена в один день
могли похоронить целый народ.
Значит, когда ваш Руслан Аликович умер,
его просто захоронили к родителям.
И вся разгадка.
Скажите, а эти "Тепловые машины"
имеют отношение к делу Уманского?
Самое непосредственное.
Разрешите взглянуть?
Родители погибли в один день.
Сколько лет было тогда их сыну?
Ну, судя по дате смерти, лет семь.
Значит мальчик Руслан в семь лет
лишился родителей, остался сиротой,
а потом выбился в генеральные директора
крупнейшей корпорации в Европе.
Ну, а что здесь странного?
Ничего.
Напротив, возможно, у него был влиятельный
покровитель, а он был сослуживцем отца.
И он помог ему выбиться в люди.
И он тоже похоронен на Новодевичьем?
Вряд ли.
Но это он убил Уманского и многих других.
Это он, и он жив.
Любопытно.
У вас есть доказательства?
Если вы про орудие убийства - нет.
Тогда что есть?
Ничего.
Ну, почти ничего.
Но я уверен - это он.
Дайте свой телефон.
Я свой оставил в палате.
Это Елизаров,
специалист Донского крематория.
Если захотите из меня сделать мумию,
то лучше него никто не справится.
Немного заносчив, но мне
он, думаю, не откажет.
Попросите его отвести вас
на цокольный этаж.
- Цокольный этаж?
- Да.
Там работал и его отец.
Династия в некоторых случаях, это неплохо.
Вам будет любопытно.
Позвоните ему.
Можно мне ещё несколько сигарет?
Я вас благодарю.
Тороплюсь, надо поработать, пока все спят.
По ночам они очень кричат.
Кроме сигарет, Волк,
мне от вас ничего на надо.
Живите долго.
Вряд ли увидимся.
Серёжа, я в среду не могу.
Потом. Я в среду не могу.
Давай - на четверг.
В четверг подъезжай, с утра буду.
Мужчина, вы куда?
Наконец-то дождался!
Думал шофёра уже отпускать.
Я от Виктора Сулеймановича
из политсовета "Народного фронта",
президиум "Единой России". Помните?
По личной, так сказать,
просьбе, сам приехать не смог.
Не барское это дело.
Но очень просит.
Кипнис Артур Янович у вас в шестой палате,
это его родственник.
Вот просит решить вопрос
об его отдельном содержании.
Кипнис не спит. А ему работать надо.
Работа, сами понимаете, очень важная.
Ну, просят все у нас, вы понимаете,
что у вас сейчас одноместных палат нет.
Но завтра, в принципе, после обхода
можем решить вопрос о его переводе
в сдвоенный бокс.
Нормально.
Душевая, туалет на двоих,
там будет телевизор, холодильник.
Было бы здорово.
Он курит, а ему вообще можно?
Кипнис?
Кипнис Артур Янович.
Так, у него рак лёгких, четвёртая стадия.
Рак лёгких?
Ну да.
Если хочется - слава богу,
пусть курит человек, пьёт, ест.
Всё, что угодно.
Запрещать нет смысла.
Ну да.
Может быть, операция?
Может быть, можно что-то сделать?
Про вас говорят, что вы бог.
Бог. Если бы.
Кипнис.
Кипнис.
Ну, в принципе, можно попробовать.
Удалить хотя бы первичную опухоль,
сделать анастомозик.
Через трубочку, типа, будет дышать.
Ну, а потом терапией продлить жизнь.
Да, продлить, конечно.
Ведь ему нужно работать, а закончить.
Когда?
Понимаете, я оперирую практически
круглые сутки, с утра до ночи.
- А если во вторник?
- Да.
Вторник прямо с утра, в семь.
Я так и передам Виктору Сулеймановичу,
да, что - вторник в семь утра.
Большое спасибо.
Большое спасибо.
Просто это очень важно, что...
Большое вам спасибо.
- Во вторник.
- Да.
- Во вторник.
- Да.
Этот? Этот?
Вон тот.
Садись.
Водки.
Иди.
Хватит, мы сами.
Ну, давай, за тебя, Долгов.
Ты молодец.
Всё правильно понял,
ситуация сложная, не простая.
Ну, как в Женеве, красиво?
Солнце.
Тепло.
Люди улыбаются.
Орлов хорошо помогал?
Да, довёз меня до Лиссабона,
посадил на корабль.
Всё помнишь?
Напиши здесь.
"Ферминэль Жэнивьев" - что это?
Название банка в Женеве.
Орлов сказал - хороший.
А вот это?
Это номер счёта и ячейки.
Цифры и знаки.
А это слово - код, его надо знать.
Без него не выдадут деньги.
Каменный мост?
Молодец, неплохо.
Орлов знает?
Нет.
Код - только вы и я.
Это хорошо.
Товарищ нарком, что с Софьей?
Дома, тебя ожидает, как и обещал.
Попрощайся с ней.
Утром увезут.
Увезут?
А что ты думал?
Попрощайся и забудь.
С ней дело иметь нельзя,
использовать больше нельзя.
Зачем она?
Ненормальная девочка, больная.
Болтает много, кричит.
Одни проблемы делает.
Балласт.
Балласт надо оставить там.
Дети, все - на улицу, все - за стол!
Давайте, побежали, ну.
Она пришла в себя, Николай Ефремович,
эта певица Стар.
Привести её сюда?
Не надо.
Я сейчас сам приду.
Она нас слышит?
Слышит.
Она слышит, но плохо реагирует.
Врачи говорят,
у неё отмирают нервные окончания.
Она почти ничего не ест.
Её нельзя оставлять здесь,
Николай Ефремович, лучше увезти.
Есть люди, учреждения,
которые помогут нам с этой проблемой.
Если вы согласны.
Иди, потом.
Иди, иди, ступай.
Ты кто?
Тебя как зовут?
Знаешь, что это?
Солдатик Володи.
Какого Володи?
Моего Володи.
Ты знаешь, тебе вскроют голову,
и ты перестанешь меня дурить.
Володи.
У Володи было 12 солдатиков.
Софа!
Софа!
Софа! Соф!
Долгов!
Ты вернулся.
Вернулся.
Что они с тобой делали?
Алиев тебя трогал?
Сначала ты уехал, ничего было.
Потом он обозлился, приставать стал.
Но меня просто так не возьмёшь,
я нож прячу.
Видишь, я...
Пусть только сунется.
Ничего, главное, ты вернулся.
Они сказали, что ты не вернёшься,
что ты уехал, что ты плохой, предатель.
А я не верила.
Всё, я вернулся.
Я здесь, я вернулся.
А что со мной будет?
Меня отпустят?
Меня отпустят к папе?
Соня, ты Соня.
Соня, тебя отпустят.
Скоро отпустят.
Совсем скоро.
Будешь делать всё, что ты хочешь,
будешь жить, как хочешь, ходить,
где хочешь, гулять, где хочешь.
Будешь учиться. Учиться пойдёшь.
Война окончится, будем жить по-другому,
хорошо будем жить.
Слышишь меня?
Наряды будут, много нарядов.
Деньги - в банке.
Банк большой, большой банк.
Колонны мраморные, люстра до пола.
Представляешь?
"Ферминэль", слышишь?
"Ферминэль Женевье".
"Ферминэль".
Будешь приходить туда,
брать деньги, сколько захочешь.
Одни кончились,
а ты пришла и другие взяла.
Они опять закончились,
а ты опять пришла и взяла.
А они не кончаются, представляешь?
"Ферминэль" - слово смешное,
как "вермишель".
Уедем, никто нам не нужен.
Будем жить хорошо.
Хорошо жить будем.
Можно я коньки с собой возьму?
Коньки - можно.
Можно.
Значит, Артур Иоаннович попросил
показать вам цокольный этаж?
Любопытно.
Это связано с Константином Уманским,
с обстоятельствами его смерти в 1945-м.
Я очень интересуюсь этим делом, и Артур
Иоаннович сказал, что вы мне поможете.
Интересно.
Вы - второй человек за всё это время,
которому это интересно.
Здесь в январе 45-го года лежал Уманский.
С тех пор тут ничего не изменилось.
Может быть, только чуть подкрасили стены.
Садитесь.
Беда России: ремесленники
не вырастают в мастеров.
Все хотят быстрых денег.
Никто не жаждет красивой работы.
Садитесь, садитесь.
Мой отец работал в спецбригаде
по подготовке к похоронам
крупных советских чиновников.
Часто процедуры с телами происходили
инкогнито: они не знали, с кем имели дело.
Пару раз приходилось работать с телами,
которые выкапывали из могил.
Он никому не рассказывал,
чем он занимался, его бы расстреляли.
На этой фотографии - Константин Уманский
после того, как его доставили из Мексики.
Сказали, что этого человека
хотят захоронить в открытом гробу.
Здесь видно, как он обгорел.
Особенно конечности и волосы,
но с этим умели справляться даже тогда.
Обратите внимание на другое.
Это фотография его головы.
Две больших одинаковых дыры
в центре черепа.
Вы видите?
Перед смертью ему всадили две пули
калибра 11/43.
Чуть выше переносицы.
Одна вошла в другую,
и просто разворотили ему лоб.
Такое было не скрыть.
И открытый гроб отменили.
Его сожгли вместе с другими погибшими
в самолёте.
И всё.
Дело было сделано.
Скажите, у вас есть негативы
этих фотографий?
Когда отец мне показывал это, он сказал:
"Вот улика, которую убийце
будет трудно оправдать в суде".
Вы говорили, что я - второй,
кто интересовался этим делом.
Кто же всё-таки первый?
Здорово.
Не люблю футбол.
Грязь месить.
То ли дело волейбол: паришь над сеткой,
как говорится, вопреки законам Ньютона.
Твоя визитка?
Допустим.
Говорил, контора Уманским не интересуется,
нет ей дела до этого.
Нет.
Я вообще последний год дорабатываю,
потом - на пенсию.
Пускай вон молодые работают.
А ты зачем визитку
в Донском крематории оставил?
Трудоустроиться решил?
Ну а что, почему нет? Место тихое,
клиенты спокойные, не склочные.
Ну, ходил.
В частном порядке.
Сухих перед смертью письмо написал наверх,
чтобы обратили внимание.
Ну, меня попросили узнать,
что там с этим самолётом, ну,
чтобы людей зря не будоражить.
- Пойдём?
- Куда?
Пойдём.
Ты хотел посмотреть?
Ну вот, смотри.
Что посмотреть?
Что с самолётом произошло.
Его взорвали,
а Костю добили двумя выстрелами.
Свидетельница - Тройновская.
Я видел её запись.
Её, правда, украли, ну, это ничего.
Альбом, середина шестидесятых.
Девочка, которая его рисовала,
ну, ей было лет 13.
Она приходила в дом Анастасии Петровой,
подруги Уманского.
Вот мальчик Дима, да, за шахматами.
Сын Петровой.
Больной ребёнок, не совсем вменяемый,
а девочка, она,
ну, записывала за ним все его слова,
всю болтовню.
Нечто вроде шифра.
И что?
Вот, прочти, там не сложно.
Это что, игра такая?
Просто прочти.
Вер-ми-шель.
Вермишель.
Фер-ми-нэль.
Вермишель, ферминэль.
"Ферминэль Женевьев" - швейцарский банк.
Старый респектабельный банк,
ему лет 200.
Имена своих клиентов не выдаёт.
Там лежали деньги, те самые, из самолёта.
Тебя же про них просили узнать?
Просто контора не любит, когда без спроса
берут её деньги и не возвращают,
ей это не нравится.
Откуда больной мальчик Дима мог знать
про этот банк в шестидесятых?
Интересно, да?
Я тоже об этом подумал.
Ему об этом сказали, и он просто
болтал эти слова, которые ему сказали.
Либо попросили: запомни и повторяй.
И он просто повторял.
Кто сказал, зачем?
Нина Уманская, ну или та, другая,
которая выжила,
которую выдавали за Нину Уманскую.
Соня Рыкова, её подруга.
Она жила у Петровой, Петрова спасла её,
когда, видимо, она сбежала от людей,
которые её удерживали.
А они присылали Уманскому плёнки, ну,
якобы с его дочерью после её смерти.
Понимаешь?
Нет.
Ладно.
Девушка, которую я нашёл, певица Стар.
Её украли.
Она очень похожа на Нину Уманскую.
И она знает про банк.
И ещё я могу сделать два вывода:
либо она путешествует во времени,
ну, либо она - внучка либо правнучка
одной из этих девочек.
Так, ладно,
я никому всё вот это не расскажу.
Это - в психушку!
Долгов Николай Ефремович.
Узнаёшь?
Послушай, полковник,
у меня мало времени.
Я не знаю, кто ему приказал, но это он
убил Уманского, и он забрал деньги.
А потом основал империю "Тепловые машины",
крупнейшую корпорацию во всей Европе.
Это он основатель.
Это всё можно легко доказать.
Если предположить, что он забрал деньги,
которые должны были сгореть в самолёте,
и положил в банк, а потом,
когда Союз развалился,
взял их и привёз сюда, всё сходится.
Да?
А если не взял, если не положил,
если не привёз?
Допустим, ты не больной псих
и вот это так оно и есть, но ты знаешь,
что связано с этими деньгами?
Ну, куда они были вложены,
что на них было построено?
Больницы, дома, железные дороги,
виллы, стадионы, аэропорты?
Ты знаешь?
Я не знаю.
Да здесь всё рухнет, посыплется всё,
как матрёшки одна за одной, одна за одной.
Здесь пустыня будет.
Может, и хорошо?
Построим всё заново.
Оно и лучше - на новом-то месте.
Он убийца, он убил моих друзей:
Лёню Гольцмана, Борю Миргородского,
двух пацанов несчастных, молодых совсем.
Он эту девочку, певицу, у себя удерживает,
она - у него.
И что ты предлагаешь,
чтобы спецгруппа штурмовала его поместье?
Или 40 этажей его офиса
из-за кокой-то больной девочки.
Он старик, ему сто лет.
А тебе предъявить нечего.
Какие-то невнятные фотографии
с неопознанным телом,
бред какого-то больного мальчика,
какие-то плёнки, какая-то сумасшедшая.
Предъявить тебе нечего.
Да.
Он появился, Александр Васильевич,
хозяин машины.
Да, хорошо.
Да, ага, я вижу.
Понял.
Ты где?
Я возле подъезда.
Дружище, я фотограф.
Здорово.
Стой здесь, жди меня.
Ладно.
Ничего не делай, Стерлинг.
Здесь стой.
Просто стой. Стой, стой, стой.
Минералку любишь?
Сказали - купить, привезти.
Кому?
В усадьбу Долгова.
Я работаю шофёром по хозяйству.
Самого старика знаешь?
Он живёт там?
Не знаю. Пару раз видел.
Фашиста ты убил, братана нашего?
А Юру? А Бориса Львовича?
Я не знаю.
Кто нанял тебя?
Акопов.
Акопова - кто?
Я не знаю.
Леонида Гольцмана ты убил?
Я не убивал.
Акопов сказал - привезти к нему
на машине на дачу.
Я привёз, и всё.
Я просто возил и ждал в машине.
Они убили.
Меня почему не убили?
Тебя, сказал, не трогать,
ты должен был найти какого-то человека.
Сказал, вначале пусть найдёт,
потом - тогда и тебя.
Девушку?
Наверное, девушку, не знаю.
Она живёт там, в усадьбе? Где она?
Я не знаю.
Ничего не знаешь, да?
А кого знаешь?
Кто велит минералку покупать?
Евгений Иванович Садовничий,
начальник службы безопасности.
- Это его квартира, я делаю здесь ремонт.
- Всё?
Евгений Иванович Садовничий, полковник
ФСБ, начальник службы безопасности
в "Тепловых машинах".
Ничего не путаешь?
Ничего не путаю.
Вам всем хана.
Я работаю на спецслужбы. Вы все трупы!
Алло! Вадим?
Да.
Зайти?
Всё взять? Зачем?
Окей, ладно.
А какой этаж?
Понял.
Вы с Вадимом?
Да.
Проходите.
Проходите, проходите.
Он там.
Вадима давно знаете?
Нет, только узнал.
Он меня должен отвезти на работу.
Работу?
Да, я фотограф, я фотографирую.
Что фотографируете?
А, дни рождения, свадьбы,
корпоративы - куда приглашают.
Сейчас куда пригласили?
В Подмосковье,
в усадьбу к Долгову Николаю Ефремовичу.
У его правнука день рождения.
Хорошо.
Сейчас здесь поработаем,
поснимаем, потом туда поедем.
- Работали там уже?
- Нет.
В первый раз мне позвонили и сказали,
что меня туда отвезёт Вадим.
Не нравится ему. Сейчас всё скажет.
Я девушку молодую ищу, певицу.
Её украли. Ты знаешь, где её держат?
Певица Стар.
Я не знаю никакой певицы, честное слово.
Я работаю в "Тепловых машинах",
в пиар-отделе.
Меня там все знают.
А они знают, что Вадик - убийца, ну,
в "Тепловых машинах", что он людей убивал?
Или ты с ним за одно?
Я никого не убивал, честное слово.
Я просто фотограф.
Я вам клянусь.
У меня плохое настроение, фотограф,
мне тяжело говорить.
У тебя есть снимки поместья Долгова?
Нет. Есть фотография его семьи.
Я фотографировал свадьбу внука.
Я могу показать. У меня есть.
Покажи.
Его внук младший,
он женился недавно совсем.
Сейчас, секундочку, я вам всё покажу.
Вот его свадьба на яхте.
Это внук Долгова?
Да, младший. Есть ещё старший.
Сейчас ещё...
Кто их отец?
Алиев Руслан Аликович.
Он, к сожалению, умер лет десять назад.
Николай Ефремович
его усыновил после войны.
Усыновил.
Да, Николай Ефремович
основал нашу корпорацию.
Она очень большая,
её знают все во всём мире.
Пойдём.
Ну как, Вадик, вспомнил, где девушка?
Видишь, не хочет вспоминать,
хочет плавать в ванне с минералкой,
чтобы Толик с Лёликом намазали
ему задницу мылом.
Я их лично не знаю, но они, говорят,
большие специалисты
по части мужских причиндалов.
Я должен был снимать детский праздник,
можно я пойду,
пожалуйста, я никому не расскажу.
Конечно, не расскажешь.
Ты лучше снимешь, и мы всем это покажем.
Да, Вадик?
Как - нет?
Ты смелый парень, тебе нечего бояться.
Здравствуйте.
Хороший мальчик.
Работаем!
Давай, фотограф, сними,
только художественно.
Что они будут с ним.
Ребята, пожалуйста, я не буду это снимать!
Ребята, пожалуйста, я никому не скажу.
Он вспомнил, где она.


Серия 14

- Здорово!
- Здорово.
Это кто?
Фотограф на праздник. Он со мной.
Стекло открой.
А это?
Ассистент его. Приборы будет носить.
А в багажнике что?
Минералка, как обычно.
Покажи.
Болик и Лёлик. Помни про них.
Пойдёшь первым.
Дёрнешься - башку прострелю.
А... а я?
А ты здесь будь, не ходи никуда.
Я сюда врачей возил с Садовничим,
она здесь была.
Позвони ему, узнай, где она.
Я не знаю, я ему никогда не звонил.
Он всегда звонил, если надо было ему.
Я номер тоже не знаю,
он не определяется у него.
Стой!
Она здесь.
Там.
Я ничего не скажу, я ничего не скажу.
Вас всех убьют!
Здорово, Долгов.
Ну всё, прощание окончили.
Здравствуй, дорогой.
Ты уж на нас зла не держи.
Работа, как говорится, есть работа.
Ты собирайся, поехали.
Куда?
В санаторий за город, в Бутово.
Там хорошо, свежо, воздух чистый,
вид хороший.
Я не поеду.
Долгов, скажи им, что я не поеду.
Долгов, ты мне обещал.
Скажи, что я не поеду.
Надо ехать, Софа, они тебя не обидят,
надо ехать, не бойся ничего.
Долгов, скажи, что я не поеду,
ты обещал, я не поеду!
Товарищ Долгов говорит,
поэтому и не тронем.
- Всё, поехали!
- Пожалуйста! Нет! Нет!
Ты что, Коля?
Собирайся, Софа. Поедем, собирайся.
Не бойся. Бери коньки, рюкзак.
Поедем, Софа, поедем, не бойся.
Долгов, а мы тебя...
А где Алик?
Алик?
Алик?
Алик!
Собирайся.
Софа!
Софа, не надо, не придуривай.
Я прошу тебя, я тебя увезу,
я тебя спрячу от всех.
Опусти пистолет, Софа.
Я не Соня, я Нина Уманская.
Торт, ура, ребята, торт!
Побежали скорее!
- Торт!
- Ребята! Стойте, стойте, стойте!
Торт!
Ребята, подождите.
Давайте ещё раз поздравим нашего
Русланчика с днём рождения.
Итак. Три-четыре!
С днём рождения!
- С днём рождения! С днём рождения!
- Кто приехал?
- Ты кто, фотограф?
- Да.
Снимать там надо, там день рождения.
Понял. Примерялся просто.
Принял я, иди, иду.
Присаживайтесь.
Здравствуй, Безрук.
Скажи, чтобы она ушла.
Давай, давай, не будем шум поднимать.
Чай готов, Николай Ефремович.
Потом, Олечка, потом.
Нам нужно 20 минут - сделать
несколько атмосферных снимков.
Я... я тебе позвоню.
Хорошо.
Всё-таки хороший у тебя бассейн, Безрук.
Хоть рыбок лови.
У меня, между прочим,
спиннинг на воздух берёт.
Нельма.
Друг подарил.
Лёнька Гольцман.
Ты его убил.
Гольц. Не помнишь?
Кто это вообще?
Я рад, что ты неплохо выглядишь,
старик, значит, до суда не сдохнешь.
А как ты меня нашёл?
Так это не я.
Это девочка, Соня Рыкова.
В апреле-мае 1943-го она бывала в гостях
у одного фронтовика в доме в Сокольниках.
У фронтовика была камера,
невиданное для того времени дело,
ну, и девочка писала об этом в восхищении.
Жилец по имени Долгов.
Был там прописан.
А на железных коробках с плёнками,
которые получал Уманский,
оказался тот же самый адрес.
Только с другой фамилией.
Безрук.
Вот мы и подумали,
что это может быть один и тот же человек.
Который его убил.
Слушай, иди домой.
У тебя кровь.
Я скажу, чтоб тебя не трогали.
Ты любил её?
Я знаю.
Только кого из них двух?
Кого из этих девочек, которые танцевали
во дворе дома на Набережной?
Ты тоскуешь по ним, Безрук?
Мне нужна Стар.
Она здесь, у тебя?
Верни мне Стар, Безрук.
Я дам тебе немного времени, прежде чем
у тебя всё отберут и выбросят на помойку,
как старое чучело.
Поверь мне, это хороший обмен.
Я дочь Степана Георгиевича Цурцумии.
Я утверждаю.
Долгов жестоко убил моего отца
Цурцумию Степана Георгиевича.
Нанёс ему 20 ударов ножом.
Моя мать всю жизнь
боялась говорить об этом.
Сам Берия защищал его.
А ещё он убил семью Алиевых.
Алика Гасановича он тоже заколол ножом.
А его жене свернул голову и задушил.
У них было двое маленьких детей,
самый младший
вскоре умер совсем маленьким.
А старшего ребёнка Долгов усыновил.
Никто, Безрук,
не будет ходить к тебе на кладбище.
Никто не придёт.
К убийце своей семьи не ходят.
Ты же не рассказывал им об этом,
не стал их огорчать?
Знаешь, я могу ведь на громкую
это сейчас поставить.
Попрошу вон у аниматора микрофон,
встану рядом и выступлю.
Весело будет.
Где Стар?
Я это сделаю, Безрук, ты знаешь.
Прямо сейчас.
Где она?
Да. Николай Ефремович.
Возвращайтесь сейчас.
Возвращаться?
А что с ней?
Без неё.
Возвращайтесь, вы мне нужны.
Без неё, без неё.
Я вас жду, это приказ.
А, хорошо.
Без неё...
Русланчик, тебе не холодно?
Давайте угощайтесь!
- Русланчик!
- Я к прадедушке!
Прадедушка.
Я тебя ищу!
Пойдём мой торт задувать. Пойдём.
У тебя есть время.
Прадедушка, а кто это?
Прадедушка, почему ты не отвечаешь?
Прадедушка, пойдём есть торт.
У меня ещё есть время кое-что сделать.
Прадедушка, куда ты уезжаешь?
Иди погуляй.
Соня!
Тут к тебе пришли.
Ну ты даёшь, подруга.
Пора вставать.
Жара, лето,
а ты уже целую неделю валяешься.
Или, может, ты помирать собралась?
Так я не дам.
Нин, извини, я тебя просила не приходить.
Я не просто так просила.
Конечно, не просто так.
Я тебе мороженое принесла.
Мне просто нельзя, у меня горло.
Будешь?
Ну ладно, придётся самой.
В Москве самое вкусное мороженое.
Вот везде я это мороженое ела,
а в Москве всё равно самое вкусное.
В Мексике такого не будет.
Где ещё такое попробую.
И когда?
Может, никогда.
А!
Я тебе тут принесла.
Сейчас.
Вот платье, в котором ты,
как я, а я, как ты.
Помнишь?
Так.
О!
Вот ещё.
Ещё вот.
Тут бумаги кое-какие.
Я их тебе оставлю.
С собой брать не хочу.
А то будут проверять, а я не хочу,
чтобы рылись, а выбрасывать жалко.
Ой, серёжки, вторая пара, на память.
Тебе очень идёт.
Носи их всегда.
Ой, рюкзак.
А, пусть тоже остаётся,
в школу будешь ходить.
Самое главное.
Ролики!
Нин, забери это всё, мне ничего не надо,
и ролики тоже не нужны,
и я всё равно на них кататься не могу.
Так я тебя научу.
Ну-ка давай вставай.
Вставай, вставай, вставай!
Давай, давай, давай!
Давай, я от тебя не отстану.
Пожалуйста.
Ты быстро научишься.
На "раз".
Ты же, как я.
Поехали!
Поехали.
Правая нога, левая.
Правая, левая.
Поехали.
Поворачивайся.
Так, я тебя поддержу.
Поехали, не бойся.
Левая, правая, левая,
правая, левая, правая, давай!
Ой, Соня!
Соня, тебе не больно?
Нет.
Я возвращаю ваш поцелуй, мадам!
Сонь, ну ты чего?
Ты из-за меня, что ли?
Ну, я же скоро вернусь.
Ты не вернёшься.
Что ты такое говоришь?
Я знаю, что я говорю, Нин.
Ты не вернёшься.
Сонь, к тебе тут ещё.
О, Нина, Соня, привет.
А я как раз зашёл твоё здоровьице
проверить, а тут и Нина.
Ну, я смотрю, ты уже получше.
А я, представляете,
геометрию сегодня сдал на "пять".
Параллелепипед.
Повезло.
А мы, представляешь,
сегодня с Ниной в ЦПКиО идём.
Жалко, конечно, что ты болеешь.
Но Тёмка Хмельницкий всё равно
только два билета мог достать.
Народу, говорят, тьма будет,
Сталин, Молотов.
Короче, всё Политбюро.
- Товарищ Сталин?
- Ага.
Ладно, я побегу.
Последний день, много дел.
Прощай, Сонь.
Ну, я тоже тогда побежал.
Володь, подожди минутку,
я тебя очень прошу.
Поцелуй меня, пожалуйста, и пойдёшь.
Сонь.
- До свидания.
- До свидания.
Володенька, пожалуйста,
поцелуй меня один раз, и пойдёшь.
Я тебя очень прошу, Володенька.
Пожалуйста, останься со мной,
я тебя очень прошу, Володенька.
Хоть на ночь, хоть как, пожалуйста,
останься со мной, Володенька.
Пожалуйста, я всё для тебя сделаю, всё,
что захочешь, Володечка, пожалуйста.
Помнишь, как нам было хорошо вдвоём?
Сонь, ты чего?
Всё в порядке.
Я к тебе ещё приду.
Выздоравливай.
До свидания.
- Здрасте.
- Здравствуй.
Странная она сегодня.
Переживает, наверное,
из-за твоего отъезда.
Она добрая, хорошая.
Ты зачем явился, чтобы это сказать?
За тобой и...
Я тебе позвонил, твоя мама сказала,
что ты к Соне побежала, и я ждал-ждал,
не дождался, зашёл.
Может, ты передумал?
Ты чего?
Если передумал,
то просто возьми у Вано Вальтер, и всё.
Я сама справлюсь не хуже, чем ты.
Что, злишься на меня? Ревнуешь, что ли?
Целовался с ней?
Я?
Я слышала. Не бойся, говори.
- Ты чего?
- Я уже давно выше этого.
Один раз, и всё. Она мой друг.
Просто по дружбе обнялись, и всё.
Дурак ты, Володя Ш., она любит тебя.
Останься с ней. Тебе же лучше будет.
Не могу.
Я люблю Нину У.
Очень люблю Нину У.
Очень люблю её.
Слушай, возьми солдатиков моих
на всякий случай.
Если что, пусть тебе останутся.
Ну, вдруг улетишь.
Беги домой, Шахурин.
Встретимся в половине седьмого на мосту.
Хочу быть красивой.
Алло!
Соню Рыкову к телефону позовите,
пожалуйста.
Младшая Рыкова, тебя к телефону.
Да.
Алло! Соня, это товарищ Долгов.
Я знаю, что у тебя были гости.
Не хочешь мне ничего рассказать?
На выставку вооружений собрались в ЦПКиО.
Там будет товарищ Сталин
и всё руководство.
Подтверждается.
Ну, чего мы тогда мечемся?
Берём деток, везём их на Лубянку.
Там с них три шкуры спустят.
Это не просто детки, Рудковский.
Это сын наркома,
на самолётах которого мы летаем.
И дочь посла, который очень важен
для товарища Сталина.
Так Суходеев сказал.
Завтра она должна лететь с отцом
в Мексику,
и если её арестуют, что с ним будет?
Что ж ты предлагаешь, отпустить её?
Дотянуть до отлёта хочешь?
Мне кажется, Безрук,
ты просто выгораживаешь эту свою евреечку.
А вдруг это всё ерунда, неправда?
А Сонька завидует, ревнует.
Ну, наговорила со злости подруге,
чтобы отомстить.
Вы представляете, если всё не так?
А если - так?
Я сам видел записку,
она в ней всё точно указала.
Не, она не врёт.
Надо их брать.
Героями будем.
Если брать, то с поличным в парке,
с пистолетом.
Пусть идут.
Если всё - правда,
там на месте их и возьмём.
И будешь героем.
Ну, давай иди, а мы подстрахуем.
Иди.
Мы пришли, Безрук.
Сонь, привет.
Как дела?
Ты куда?
Подожди, Сонь, у тебя чемодан, что ли?
Ты болела?
Я тебе столько раз писал,
ты что не отвечала?
Ты уезжаешь куда-то? Подожди.
Ты, ты говорить, что ли, не можешь, а?
Ну, ну, тогда напиши, а.
Напиши!
Сейчас.
Возьми, ручка.
Сонь, подожди, какие люди?
Подожди, Сонь.
Какие люди?
Если ты про Володьку,
то с ним всё в порядке,
он только что у меня был,
живее всех живых.
Геометрию сдал на "пять ", гад.
А я - на "тройку ".
Он мне тетради приносил на сохранение
и сейчас с Нинкой встречается на мосту.
Что с ним сделается-то?
Сергеев, возьми,
пусть у тебя пока побудет.
Я потом за ним забегу.
Потом забегу.
Когда потом, Соня?
Соня, когда потом?
Ну Шахурин, а,
обскакал меня на повороте, молодец!
Как ты умудрился "пятёрку"
получить, скажи?
Ты всегда на "тройках" выезжал.
В чём секрет?
А, согласись, Вано, что нелегко было,
тем более по сумме углов параллелепипеда?
Теперь понимаешь, как я велик?
О, теперь батя тебе точно мотоцикл купит.
Да, и всё, разрушится твоя монополия,
Вано.
Гений Шахурин! Я всегда это говорила.
Чего ты радуешься, Нина?
Вот уедешь ты в Мексику,
а он станет наших девочек возить, катать.
Знаешь, сколько желающих?
Лучше останься, оставайся.
Я говорю, оставайся, первой будешь.
Нет, мальчики, какой мотоцикл?
Меня ждут там мексиканские офицеры
на белых конях.
Так, стой. Я так с вами до выставки дойду.
У меня же немецкий, мне бежать надо.
Ну, счастливого пути, Нина.
Когда ещё увидимся!
Можно я тебя поцелую?
Можно.
Один раз, в щёчку.
Счастливо погулять.
А что это он тебя целовал?
Он хороший мальчик.
Он тебе дал?
Да, и пять патронов.
Так тепло сегодня.
А мама говорила, что будет ветер.
Ты не боишься?
А что бояться?
Тёмка Хмельницкий сказал,
они обязательно пройдут по главной аллее.
Там будет хор стоять,
за которым я спрячусь.
Ты их окликнешь,
чтобы остановились, и всё.
Тиран упадёт, толпа побежит, а мы вслед
за ней - прямо в подъезд к Сергееву.
Володя, стой.
Там у машины - человек, видишь?
Чего?
Вышел из машины.
Мы в него стреляли в лесу в Бутово.
Кажется, да.
Отвернись, постоим. Не подавай виду.
Обними меня.
У тебя глаза красивые.
Они нас замучают, Володя.
Я знаю.
А я не выдержу.
Володя, если что, сделай так, как говорил.
Мне от тебя не будет больно, я знаю.
Это всего мгновение.
А я?
А ты скажешь, что это всё я,
и будешь жить.
Нет, Нинка, что за ерунда!
Не бойтесь, я друг.
Володя, Нина, бегите! Они всё знают.
Положи пистолет, Володя.
Не подходите.
Ты кто? Я вас не знаю.
Володя, я друг, я хочу помочь.
Положи пистолет.
Я обещаю, вам ничего не сделают.
Володя, не верь ему, он всё врёт.
Товарищ Долгов, вы всё врёте.
- Пожалуйста, Володя, не верь ему.
- Я убираю пистолет.
Это я, это я всё рассказала,
это я вас предала, я. Это я.
Я хочу помочь. Отдай пистолет.
Смотри, я убираю пистолет.
Володя, я прошу тебя, ты обещал.
Теперь ты.
Я хочу помочь, Володя.
Нина, но мы же никогда больше не увидимся!
Увидимся, увидимся там, за дверью.
Володя! Володя! Володя!
Володенька!
Нет!
Пускай сам разберётся.
В связи с гибелью почётного председателя
Акционерного общества "Тепловые машины".
Хотя судебные органы уже завели речь
об аресте активов компании,
высшее руководство ФСБ хранит молчание.
Так а что тут говорить, да?
Правильно?
Кто знает - тот поймёт.
Что тут говорить.
Вот. Что врачи говорят, когда выпишут?
Сразу, как тебя пускать перестанут.
Я, между прочим, тебе апельсинов принёс.
А мне нельзя.
А я ж не знал.
Так что теперь, забрать, что ли?
А может, в холодильник.
Или, может, всё-таки забрать, а?
Ты за этим пришёл?
Да нет, я... я... я уже сейчас пойду,
я не люблю все эти больницы вообще.
Короче, тут это,
про девчонку твою эту чокнутую.
Ну, про Стар.
Короче, её отец из больницы забрал,
и она теперь у него.
Отец?
В общем, мы его нашли и посодействовали.
У них вообще, вот это, вся семья,
а, ненормальная.
То есть это, вот это, мама её,
она с собой покончила.
Вот. Её бабушка воспитывала.
Вот, тоже странная.
А мама бабушки этой, она, вообще, того.
За Нину Уманскую себя выдавала.
Да. Её после войны отвезли,
вот это, в Куйбышев, спрятали там.
И она с собой покончила в этом всём.
Короче, ты почитаешь, там всё: кто, кого,
чего, куда.
А, я ж чуть не забыл!
Вот.
Это тебе.
Говорят, ты коллекцию собираешь.
Двенадцать?
Тяжёленький такой.
Даже не думал.
Волк, перевязка у вас через две минуты.
И не опаздывайте.
Слушай, я пойду.
Не люблю эти больницы.
Я апельсины заберу, ну
что добру пропадать. Правильно?
Как её зовут?
А, Нина.
Ты звони, в общем, встанешь и давай звони.
Пока.
Странное чувство, командир,
будто всё это уже было:
дорога, девочка...
Только вот, что дальше, не помню.
Последнее, что меня занимало:
кто приносит цветы на её могилу
в день её рождения, 16 августа?
А это ты.
Ну и что, какая разница.
Зачем?
Дедушка просил.
Раньше он носил, теперь - я.
А зачем?
Странный вы человек.
Не "зачем", это память.
Всех надо помнить и любить,
если вам это не понятно.
Это же так просто:
помнить и любить, и всё.
Вы принесли солдатиков?
Забыл.
Вы больше не забывайте,
пожалуйста, это нехорошо.
Вы обещали вернуть.
До свидания.

 

 

////////////////////////////