Возвращение в Зурбаган (1990 год). Цитаты и фразы из фильма

«Возвращение в Зурбаган» — советский драматический телевизионный фильм 1990 года, снятый режиссёром Олегом Гойда на Киностудии имени А. Довженко по заказу Гостелерадио СССР. В главных ролях — Светлана Рюмина, Виктор Никитин и Лена Кириллова.

Все фразы и цитаты

 ВОЗВРАЩЕНИЕ В ЗУРБАГАН
- Какие мы с тобой смешные.
- А помнишь, у меня тогда и купальника
приличного не было?
- Помню. Но это нам тогда совсем не мешало.
А тут!
А тут!
Эх, Танька, Танька, где мои 20?
- Там же, где и мои, Стар.
Ну, ты-то хоть куда.
- Ну, а то!
Считай, почти 8 лет как на курорте.
Да и ты тоже, я смотрю, в форме.
И ты, и я.
Не такие мы с тобой уж и старые, Таня.
Давай ляпнем за это.
- Давай.
- Ну, а как наши ребята поживают?
- Жорка в официанты подался.
В ресторане "Ассоль" вышивает.
Живет не тужит.
Кстати, такой же бесшабашный.
Ну, а Кашкин где-то на стройке пристроился.
Знаешь, в твоей квартире живет.
- Да знаю.
Знаю.
Пускай живет.
- Ну, а Кисель...
- Видел Киселя.
Солидным стал, респектабельным.
Кстати, помнишь, какой я ему
фингал поставил из-за тебя?
- Ну, допустим, не ты ему, а он тебе.
- Ага! Чужими руками.
Ладно, замнем для ясности.
Тащи гитару, сбацаем что-нибудь,
что-нибудь клевенькое из
нашего старого репертуара.
- Не надо, Стар. Нелю разбудим.
- Нелю? Это еще кто?
- Дочь моя.
- Ну, дела!
Уезжал, никакой Нелли не было,
вернулся - и нате вам.
Во сколько же это лет вы,
гражданочка Никеева,
заимели-то ее, дочь эту самую?
- Может быть, спросишь еще и от кого
я ее заимела?
- А то я не знаю.
- Не знаешь!
- Стар, а дальше-то что?
- Не знаю.
Кисель мне назавтра свидание
назначил у тебя в кафе.
- Начинается.
Только не говори, что у меня был.
Не проговорись.
- Ты чего делаешь?
- Репетирую.
Ой, извините!
Я думала, это к маме дядя Толя вернулся.
- Умоляю, прекрати.
Я не дядя Толя.
- А как тебя зовут?
- Выйди. Оденусь, тогда и познакомлюсь.
Ну, и как тебя звать-величать?
- Нелли Эдуардовна Рожкова.
- Эдуардовна?
А почему не Анатольевна,
раз дядя Толя здесь жил?
- А вот почему:
я, когда родилась, Нелли
Никеевой числилась без отчества;
потом Нелли Станиславовной Тайгуб стала.
Это по дяде Стасике.
Потом, в детсаду - Нелли
Исаевна Эпельбаум.
Потом дядя Толя к нам приехал из Якутии.
Он - геолог.
А уж вначале первого класса
мама за дядю Эдика вышла.
Вот с тех пор-то я - Нелли
Эдуардовна Рожкова.
- М-да, лихо.
Слушай, а почему ты всех
своих пап дядями называешь?
Почему не папами?
- Не успеваю.
Только привыкну, только
хочу его папой назвать,
а он уходит.
А тебя как зовут?
- Володя, дядя Володя.
Стар, фамилия потому что моя Старков.
Правда не только по этому.
- А еще почему?
- Ну, star - это значит
по-английски звезда.
А я и вправду когда-то звездой был:
на гитаре играл, стишки пописывал.
- Стихи?
Какие?
- Долго рассказывать.
Мама твоя знает. Мы же с ней в школе
в одном классе учились. Ну ладно, мне пора.
- Ой, мне тоже пора в школу.
А ты меня проводишь, Стар?
- Ну что за вопросы, Нелли Эдуардовна?
Рябиновые бусы как рассвет. Признаний...
- Дом-то наш совсем в дедушки записался.
Да. Я ведь тоже здесь жил когда-то.
Привет, Каша!
Привет!
- Стареем, Стар, стареем.
- Не потому Стар, что стар.
Star - значит звезда по-английски.
- Да ладно, ладно, знаем.
Мы все с ним знаем.
А я вижу, ты все по старым адресам ходишь.
- Идешь?
- Твой, что ли?
- Мой.
- Чего у тебя нос такой? Отец побил?
- Ага. Так звезданул, что
даже кровь из носа пошла.
- За что?
- Да ни за что.
Понимаешь, Рыжикова вчера фломастер
в классе потеряла, а я нашел.
Ну и не хотел сразу отдавать,
порисовать хотел.
А она своей маме пожаловалась.
А ее мама - моей.
А моя - папе. А он...
"Я, - говорит, за всю
свою жизнь даже карандаша
не украл. Мне, - говорит,
- чужой копейки не надо.
А ты..." Да как звезданет.
Знаешь, сколько я крови потерял?
Другой бы на моем месте давно уже умер.
- Неужели правда? Неужели он
никогда и ничего не крал?
- Никогда. Он у меня в
этом смысле железный.
- Слышишь, Володя, ты не думай,
мы твою квартиру на
законных основаниях заняли.
Ну, это после того, как твоя мамаша того.
Нас из полуподвала и...
- Да не шебуршись ты, Каша.
Успокойся, я на квартиру
претендовать не собираюсь.
- Так, может, это... Там мебелишка
осталась, светильничок, этажерочка.
- Не надо.
- Сердил, привет!
- Привет!
Рыжикова, привет!
- Привет!
Артынов, привет!
- Привет!
У нас какой урок первый?
- Чтение.
- Дядя Володя, а вот наша
учительница Антонина Семеновна.
- Здрасьте, девочки!
- Здравствуйте!
- Не бегите, не бегите.
Дверью не хлопайте. Здрасьте!
Здрасьте! Дверью не хлопайте.
Здрасьте, девочки!
- Здравствуйте!
- Здравствуй! Маму приведешь, помнишь?
А, здрасьте! Здравствуй, Рожкова!
Здрасьте!
- Добрый день!
- Здрасьте!
Очень хорошо. Наконец-то вы явились.
Я уже несколько раз
настоятельно просила Рожкову
пригласить кого-либо из
родителей для беседы.
Дело в том, что она
систематически не готовит
домашних заданий. Здрасьте!
- Здрасьте!
- Нарушает дисциплину.
- Здрасьте!
- А если мне скучно.
- Здрасьте!
- Вот. Вот и сейчас, и сейчас.
Ну сколько можно, Рожкова?
Немедленно иди в класс.
Немедленно!
- Вы не совсем верно поняли ситуацию.
Видите ли, я... я не отец.
Во всяком случае, мне
ничего об этом неизвестно.
Просто проводил девочку до школы,
помог ей через дорогу перейти.
- Жаль, очень жаль.
Неля предоставлена самой себе.
Отца нет, а мать... она...
Как бы это сказать помягче?
Это слово сейчас стало таким модным.
- Вы что свечку над ней держали?
- Идет.
- О, какие люди!
Привет, Кисель!
Татьяна, здорово!
- Спасибо, Танечка! Будешь нужна, позову.
- Ты что не успел утром под
простыней поздороваться?
- Плохо себя ведешь, Стар.
Я тебя третий раз приглашаю,
а ты ноль внимания.
- Да работы навалом, Кисель.
Надо ж показать себя.
Сам знаешь, откуда я заявился.
А они снизошли, взяли.
- Взяли.
Взяли, потому что я велел.
А там, в пионерлагере, ты
разве заботы не ощущал,
не чувствовал?
- Чувствовал. Ох, чувствовал!
Спасибо тебе.
- Да не за что, Стар, не за что.
- За спасибо теперь хрен кто по морде даст.
- Должен ты мне, Стар.
Много должен.
А вместо благодарности
ты на 7 минут опоздал.
Мы ж на работе, Стар.
Мы от и до, а ты нас под выговор
подвести хочешь, премии лишить.
- Ну, ну, ну, не злись, Кисель.
Я ж не на Ниссане,
я ж на своих двоих.
Знаешь, полюбил почему-то в
последнее время пешочком
по городу прогуливаться.
Соскучился, наверное, вот и...
Хорошо. Люди, море, осень.
Хорошо у вас тут, на земле.
- То, что машины у тебя нет, -
дело поправимое. Мы ж не чужие.
Жизненный опыт, можно
сказать, вместе приобретали.
Я не виноват, что тебе не повезло.
Умнее будешь.
- Это ты прав, умнее буду.
А что касается должка,
думаю, заплатил я все сполна еще тогда.
Я же один сел, никого за собой не потащил.
А мог бы.
Так что не должен я тебе ничего.
- Ну, что мы все о долгах, Стар?
Давай лучше о деле.
Есть у меня одно к тебе клевое предложение.
- Никаких предложений. С этим баста.
Я сам по себе, ты сам по себе.
- Стар, да ты, по-моему, боишься.
Страхи замучили, да?
Фобии по-научному.
- Мир нынче такой.
Всех нас фобии, как ты говоришь, одолевают.
Войны мы страшимся, что ли,
катастроф, трагедий будущих.
И поэтому авансом нервничаем, суетимся,
скалимся и на своих, и на чужих.
Все время норовим ближнему подлянку кинуть.
- Да ты, я вижу, там философом стал, Стар.
- Да, было время подумать
обо всем этом на досуге.
- Ну, ладно, ладно.
Я понял тебя, Стар.
Но я все-таки тебе советую: ты подумай.
Посиди здесь на воздухе, морем
осенью полюбуйся и подумай.
Это тебе не в долг.
Подъемные, так сказать.
Бери и подумай.
И еще, ствол отдай вот ему.
И чем раньше, тем лучше.
- Ну ты даешь, Кисель.
Я же сказал, что нет его у меня, нет.
Когда брали, успел во
дворе в сортире утопить.
- Отдай. Пошли.
Отдай, Стар, отдай.
- Ну что, Стар?
- Послал я его.
- А деньги?
- Взаймы взял.
- Ох, зря. Деньги зря.
Ведь не отлепится.
- Посмотрим.
А ты? Ты-то чего на
цырлах перед ним бегаешь?
- Да, на цырлах, на полусогнутых,
потому что одна, без мужика дочь рощу.
А он... он все может.
А мне, между прочим,
надо и о себе подумать.
Ну чего ты пялишься?
Что, красивая?
Да, я нравлюсь, нравлюсь мужикам.
А что еще нужно?
- А я Нелю утром в школу проводил.
- Зачем? Она у меня с пяти лет одна
по городу шастает.
- Скажи, а чья она?
Ну, если не от Киселя, то я даже подумал...
- Не надейся, не твоя!
А нам никого и не надо.
Я ее сама воспитаю.
- Воспитаешь?
Уже воспитала.
Девчонка привыкнуть не успевает:
то один дядя, то другой.
Не слишком ли быстрая смена декораций?
Подожди, когда-нибудь
она тебе все припомнит!
Думаешь, напялила на нее
заграничные шмотки,
скрипку заставила мордовать
и все, воспитала?
Да, ну ясно. Зато, все как у людей.
Комплекс матери-одиночки.
Подожди. Если и дальше
так пойдет, она же...
Она же по твоей дорожке...
- Ну, говори.
Ну договаривай, договаривай.
Ты же еще не все сказал.
Что она? По какой дорожке?
- Скурвиться!
- Господи!
- Прости.
- Что я такое сделала?
- Прости меня.
- Господи!
- Прости меня, Таня.
Прости меня.
- Лучше бы ты не возвращался.
- Знаешь что, давай-ка вечером
к Жорке в кабак завалимся.
Ты же слышала, Кисель
сказал, я сегодня богатый.
- Почему ты думаешь, что этот Старков,
что он твой папа?
- Чувствую.
Знаешь, как он ушами шевелит?
Весь в меня.
- А ты у него в паспорте записана?
- А как это?
- А так.
Все дети должны быть записаны
в паспорте родителей.
Я знаю. Мой папа всегда,
когда меня ругает, кричит:
"Ты у меня в паспорте записанный.
Я за тебя ответственность несу".
Слушай, а когда этот Старков
станет твоим папой,
он тебя бить будет?
- А как же. Он же папа.
Если будет за что, обязательно побьет.
Твой же тебя утром лупил.
- Ага, так звезданул.
- Хочешь, я у Рыжиковой тоже
фломастер украду завтра же?
- Зачем?
- А чтоб тебе не обидно было.
- Да не стоит.
Слушай, а мать тебя колотит?
- Еще как.
А что ты делаешь, когда
твоя тебя отметелит?
- Реву.
Но я дома плакать не люблю.
Я убегаю из дома, прячусь и там,
в этом месте, плачу.
- Где же ты прячешься?
Здорово! Слушай, а давай теперь туда
вместе прятаться и вместе плакать.
- Давай.
- Сережка, а что такое Бог?
- Не знаю.
- А помнишь, в газетах в те времена писали:
"Выпускники средней школы приняли решение
всем классом остаться в деревне"
или "Выпускники решили всем классом
поехать на молодежную стройку"?
- Но ведь и вправду ехали:
одни по душе, другие добровольно,
третьи как я.
- Да, серенькими мы
получились у нашей родины.
Не вышли звезды.
А теперь гадаем все кто виноват.
Может, Анна Ивановна, наш
классный руководитель,
а может, и участковый милиционер.
А вот еще говорят, что во всем этом виноват
Лазарь Моисеевич Каганович.
- Да ладно, ребята, поздно уже.
Стар, пойдем.
- Э, нет, в кои-то веки.
Сейчас мы с вами устроим бал официантов.
Момент.
Дима, я тебя прошу, задержись, а.
- Хорошо.
- Девочки! Тоня Полканова, не уходи.
Так, кто у нас тут еще остался?
- Видишь, живет не тужит.
- Бал официантов.
- Ребята, проходите.
- Бал официантов!
- Ура!
- Жора, ну что тебе сбацать?
- Попурри из нашего старого репертуара.
- Окей.
- Мама, ты скоро?
Мы со Старом на катер опоздаем.
- Иду, иду. Уже подрумянилось.
Так.
- Хорошо.
- Так.
- Ешь, ешь.
- Вкусно.
- Ну, а друзей у тебя много?
- Настоящий только один - Серега.
- Это Кашкин, что ли?
- Ага.
Мы с ним даже иногда плачем вместе.
- Это зачем?
- Когда грустно становится.
- Ну, а в классе?
- Да есть две девчонки:
Рыжикова и Бурденко.
Рыжикова, правда, дура, но усидчивая.
У нее коллекция фломастеров есть.
Целых 150 штук.
Засохшие правда, потому
что она ими не пишет
и не рисует.
Еще бы, у нее папа в загранку ходит.
Ото всюду ей эти фломастеры привозит.
Знаешь, мы с мамой тоже чуть за границу
не уехали, когда я еще Нелли
Исаевна Эпельбаум была.
А Бурденко...
Ой, она такая модная эта Бурденко.
Мы ее Бурдой прозвали.
- Ну, а тебя как прозвали?
- Рожа, потому что Рожкова.
Неудачная фамилия.
- Ты чего?
- Да вот.
- А чего? Правильно написано.
Коза через букву "о" пишется.
Проверочное слово - козы.
- Козы!
- Ну, чего ты ржешь?
А хочешь, пойдем сейчас на эту Садовую, 2
и купим эту козу.
- Хочу.
Что мы с ней будем делать?
- Ну, мало ли что.
Пасти, доить. Придумаем.
- Придумаем.
- По-моему, это здесь.
Ну вот, все правильно, Садовая, 2.
014881.
- Рубль.
- Ага.
- Хорошо.
014882.
- Нет.
- Мимо!
017440.
- Опять мимо.
- Мимо.
- А что? Что было?
- Ковер.
- 017440.
- Нет. Мимо.
- Мимо!
- Я тебе...
- Мимо.
- А был велосипед "Орленок".
- Да, был, был.
298450.
- Мимо.
- Мимо.
- А что было?
- А был цветной телевизор "Славутич".
- Черт!
399145.
- Нет, мимо.
- Промах.
- А, между прочим, был пылесос.
- Пылесос, пылесос.
298903.
- Как, как? 29....
- 298...
- Извините за вторжение.
Мы насчет козы.
- Насчет козы?
Ну, это тогда вам к Кузьминичне.
Это у нее коза.
- Да, да, коза с той стороны.
- А что, купить хотите?
- Посмотрим.
- Дело, дело. Пойдемте, провожу.
Хорошая коза, мичуринская.
Между прочим, козье молоко
способствует поднятию тонуса.
- Да? Очень интересно.
Сюда?
- Сюда.
Юрка! Юрка, ко мне.
- Есть кто живой?
- Жива, жива еще! Не надейтесь.
Кто вы такие? Чего вам надобно?
Комиссия, что ли?
Чего уставились?
- Да козу, бабуля, смотреть пришли.
- Козу?
Это еще зачем?
- Вы объявление давали?
- Объявление?
Какое объявление?
- Как какое?
"Продается коза. Садовая, 2".
В городе висит. Детским почерком.
- В городе, говоришь?
Кто же это? Кто это? Как это?
Как это? Что детским, говоришь, почерком?
Юра. Юрка, это ты писал?
Отец заставил?
Хороший же мальчик.
Вот вчера играл молотком и
нечаянно пальчик себе убил.
Так не заплакал.
В рот пальчик сунул и морщится.
- Бабушка, а можно козу вашу поглядеть?
- Конечно, можно. Пойдем.
Хвораю я, зябну. Пасти ее не могу.
А соседи комиссией грозятся.
Говорят, запах.
Ну какой от нее запах?
Ну понюхай, ну понюхай ты.
Ну понюхай. Ну что, пахнет? Ну пахнет?
- Нет, как будто не пахнет.
- Ну, вот.
Стой смирненько, Машенька. Стой смирно.
- Вольно.
- Бабушка, а можно мне ее погладить?
- Ну, конечно, можно.
Погладь, деточка, погладь.
Вот так. Машенька.
Я когда здоровая, пасу
ее на детской площадке.
Там травка хорошая.
Или в канаве возле рыбного завода.
А вот теперь захворала и она на привязи.
А может, и впрямь уступить вам ее?
Машенька. А, Машенька,
ну что пойдешь от меня
к хорошим людям?
- Понимает, понимает.
Стар, она все понимает.
- Только я вас предупреждаю:
у нее молока нет.
Разве только что на шашлык.
Нет, не отдам.
- Ну что, купил?
- Слушай ты, пижон в рассрочку,
если ты еще когда-нибудь бабке этой
и ее козе подлянку устроишь,
комиссиями их пугать будешь и
объявления по городу лепить,
то я тебя...
Ну, ты меня понял.
Ребята, Рыжикова, вы меня
Рожей больше не называйте.
Я теперь не Рожкова, а Старкова.
И прозвище у меня теперь будет Стар, ясно?
Star - значит звезда по-английски.
- Здрасьте!
Максименко.
- Я.
- Макуха.
- Я.
- Петин.
- Я.
- Павленко.
- Я.
- Рожкова.
- Антонина Семеновна, вы меня теперь
не Рожковой называйте, а Старковой.
- Это почему же?
- Вы же видели, со мной новый папа недавно
в школу приходил.
Фамилия его Старков, а зовут Владимир.
Значит я теперь Нелли
Владимировна Старкова.
- Как тебе не стыдно,
Нелли Эдуардовна Рожкова?
Сначала один папа, потом другой.
Человек тебя просто через улицу перевел,
чтоб под транспорт не попала движущийся.
А ты сядь, Рожкова.
- Вы мне не верите, не верите, да?
- Не верю.
- Да я же у него в паспорте записана.
Если не верите, не буду сидеть тут.
- Куда это ты?
- Не буду и все!
- Вернись! Рожкова, вернись!
А ну, прекратите немедленно!
Тихо!
- Антонина Семеновна!
Антонина Семеновна, никакая она не звезда.
А она, знаете, кто?
- Рожа.
- Рожа.
- Рожа, Рожа, Рожа, Рожа, Рожа!
- Нет, я - звезда.
Сами вы Рожи, а я - звезда.
Сами вы борды-морды.
А ты, Рыжикова...
Рыжий рыжего спросил:
"Где ты бороду красил?"
"Я на солнышке лежал,
кверху бороду держал!"
Лает рыжая собака. Рыжую увидел бяку.
Подержала между лап, потом зубами цап.
- Стар, я все думаю.
Ты к кому явился:
ко мне или к ней, к Нелле?
Я же сказала: не твоя она. Успокойся.
Не твоя.
- Да успокоился я, успокоился.
- Стар, а ты тогда из-за меня сел?
Из-за меня?
- При чем тут ты?
- Помнишь, ты мне целый
чемодан шмоток приволок,
шикарных шмоток?
Сказал, что купил, а я поверила.
Целый вечер крутилась перед
зеркалом, примеряла.
А помнишь, там туфельки были
с каблучками разной высоты?
Посмеялись тогда.
- Помню.
Ты их надела и шкандыбала по
комнате туда-сюда, туда-сюда.
- А помнишь, ты стихи подарил мне?
- Стихи? Нет, не помню.
- А я помню.
В стоне чаек, в пене моря,
обращенный к всем Богам,
я люблю тебя мой город,
несравненный Зурбаган.
Если я тебя покину,
бросив жизнь на абордаж,
ты мне сниться будешь вечно,
Грином посланный мираж.
- Эх, Танька, Танька!
- Я люблю дождь.
Когда идет дождь, кажется,
что живешь на даче.
- Серега, а давай в кино пойдем.
- Давай. Только у меня денежек нет.
- И у меня нет.
- А давай к моему папе зайдем на стройку.
Это недалеко.
- А даст?
- Конечно. Он мне всегда дает.
Это здесь.
Мотоцикл тут, а папы не видно.
Наверное, пошел звонить.
Он всегда мне в это время домой звонит.
ЦУ всякие дает:
чтобы я ботинки после улицы снял
и на тапочки поменял,
чтобы руки перед едой вымыл.
Маме не доверяет.
- Каждый день тебе звонит?
Ни разу не пропустил?
- Ни разу.
- А мне никто не звонит.
ЦУ никто не дает.
Так! Копеечки чужой не возьмет?
Ха-ха! Какие мы честные-пречестные.
- Ну ты не очень, не очень, а то...
- Я, что ли, виновата,
что папа у тебя такой.
- А ты... У тебя и такого нет.
- А мне такого и не надо.
У меня лучше будет.
- А твой... твой Старков... он сам бандит.
Я своими ушами слышал.
Папа с мамой говорили.
- Врешь ты, врешь!
Ты - каша манная, тараканная.
- Сама ты врешь.
Тоже мне звезда называется.
Рожа ты, рожа!
- А папа твой обыкновенный
вор, воришка, вор, воришка.
Вор, воришка!
- А ты... Твоя мама - проститутка!
Загорелся фонарь на горе Метайдат.
И блистает маяк над горой Метайдат.
Темный месяц встает из-за церкви.
И летучая мышь осторожно
порхает рядом с моим окном.
Натянул ветер провода,
оборвался ход воздуха.
Небо вдруг потемнело.
Месяц вдруг посветлел.
Что случилось, не знаю.
Что случилось, не знаю.
Только знаю одно: этот город прекрасен.
Освещает его лишь гора Метайдат.
Что случилось, не знаю.
Что случилось, не знаю.
Только беленький кот из чужого
двора объясняет мне все.
- Внимание! Уважаемые посетители
Парка культуры и отдыха,
наш кооператив "Восторг"
ежедневно приглашает всех
на площадку аттракционов.
Вас ждут веселые развлечения
и активный отдых.
Посетите наши аттракционы.
- Да, слушаю.
- Неля? Неля, это я, дядя Володя.
- Здравствуй, Стар! Ты куда исчез?
- Дела, Неля, дела.
Ну, а у тебя как жизнь?
Что делала сегодня?
- Так к девочке одной после школы зашла.
Телик у нее посмотрела.
- Что дома не могла посмотреть?
- У нее телевизор цветной.
- Дождь был. Ботинки не промочила?
- Нет.
- Неправда.
Я же вижу, что промокли.
- А разве по телефону видно?
- А дома что делала?
- Посуду мыла.
- Молодец! Хвалю.
А теперь что будешь делать?
- Обедать.
- Обедать?
Что-нибудь сама приготовила?
- Нет. Мама мне суп в термосе оставила.
- Ага. Тогда вот что:
ты суп в тарелку осторожненько вылей,
а картошку, если она
застрянет, вилкой достань.
Только поосторожнее, поаккуратнее.
Колбу вилкой не расколи, поняла?
- Дядя Володя, ты мне ЦУ даешь, да?
- Ну, ЦУ, если хочешь.
- Дядя Володя, это правда,
что ты раньше бандитом был
и в тюрьме сидел?
- Слушай, Неля, возьми-ка скрипку,
поиграй что-нибудь.
- Прям по телефону.
- Ага, по телефону.
- Хорошо, сейчас.
Слушай, Стар.
- Неля, ты дома?!
Уйду я из этого кафе, слышишь?
Уволюсь к чертовой матери! Надоело.
Ох, как все надоело.
И уедем мы с тобой доченька далеко-далеко.
В другой город уедем.
Неля, хочешь уехать в другой город?
Неля.
Неля, ты где?
Неля!
Неля, ты?
Ты что придумал, подлец?
Даже ребенка не пожалел.
Поняла. Да, я все поняла.
Сволочи вы, бандиты, понял?!
Стар! Володя!
Старков, ты где?
Стар, Стар, чтоб ты пропал!
Стар, чтоб ты сдох!
- Прекрати!
- Тоже мне добренький, святой.
- Прекрати!
- Да кому нужна доброта твоя?
Да я тебе никогда...
- Прекрати!
Прекрати! Объясни толком, что произошло.
- Они... они Нелю... они...
они ее выманили.
Господи!
- Успокойся.
- Ой, увезли.
- Успокойся!
- Он позвонил, сказал, что если...
- Успокойся.
- Чтобы я с тобой поговорила.
- Успокойся, успокойся.
Успокойся.
- Сделай что-нибудь.
Не посмеют.
Тоже мне мафиози выискались.
- Что-то надо делать.
- Успокойся, успокойся.
- Что-то надо делать, Стар.
- Успокойся.
Успокойся.
Успокойся, успокойся.
Иди домой и жди.
Я все сделаю сам.
Ты один?
- Один, один. Проходи.
Я рад, что ты пришел.
Проходи, садись.
Поговорим, потолкуем.
Ну, и...
Ты чего?
Ты чего, Стар?
Стар, ты что? Стар!
- Должок хочу вернуть.
- Стар, ты с ума сошел? Стар!
Стар, ты что?
Ты что, Стар? Ты что? За что?
Мы же как братья.
Мы же росли в одном дворе,
в одном классе, Стар.
- Это тебе за то, что ты и двор,
и класс наш продал.
- Стар, Стар, мы же... мы
же жизненный опыт, Стар.
- Это тебе за мой жизненный опыт.
- Стар, ты что?
Стар, это же не я, это Танька твоя,
Танька твоя. Я здесь ни при чем.
- Это тебе за Таню.
- Все, хватит.
Хватит, Стар.
Ты сдвинулся, Стар.
- Если с Нелей, с дочкой моей,
что-нибудь случится, ты
меня знаешь, Кисель.
А ну, звони.
- Стар, Володя, ты меня любишь?
- Да.
- Тогда спаси меня, Стар. Спаси меня.
- Знаешь что, давай-ка вместе
на этом колесе прокатимся.
Только ты и я, и больше никого.
Пошли.
Пошли, пошли.
Я сам ни разу еще на этой бандуре
не катался. Сапожник без сапог.
- Ты сумасшедший, Стар. Ты сумасшедший.
- Старкова Нелли Владимировна.
- Я.
 

////////////////////////////