Город шпионов (1 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

Spy City 2020

Режиссёр: Мигель Александр

1961 год. Английский шпион Скотт Филдинг отправляется в Берлин с важной миссией — вычислить шпиона среди сотрудников посольства Великобритании, а, возможно, и среди ее союзников. В столице Германии нарастает напряжение, ведь каждый второй здесь — шпион или двойной агент. Один неверный ход может спровоцировать ядерную войну между мировыми державами, чьи войска разделяет лишь воображаемая черта.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Вы что, табличку не видели?
Мужской туалет закрыт.
ГОРОД ШПИОНОВ
Да, миссис Кэллоуэй?
К мистеру Скотту — два джентльмена.
Настаивают на встрече.
Вот они.
Капитан Скотт? Филдинг Скотт?
Да?
Чем могу помочь?
Будьте добры, пройдемте с нами, сэр.
Вам — прямо, сэр.
Вас ожидают.
Здравствуйте.
- Я…
- Мистер Скотт, полагаю.
Председатель вас ожидает.
Вам — в лифт.
Зеленая кнопка.
Спасибо.
Так-так, Филдинг Скотт,
искренне рад вас видеть.
Сто лет прошло. Как дела?
У меня для вас интересные новости.
Наверняка.
Так дело закрыто?
Формально — нет.
Но закроют. Даю вам слово.
Но вам решили дать шанс
доказать свое рвение.
Этакое взыскание.
И что меня ждет?
Общественные работы?
Вы вернетесь в Берлин.
Боюсь, у вас нет иного выхода.
Вас могли посадить.
- Вы убили британского агента.
- Я только защищался.
Саймон Хэлдейн хотел убить меня.
А теперь вам предлагают вернуться.
Дело Хэлдейна — это, само собой,
ужасное недоразумение.
Большой запутанный клубок.
Скотт, мы вас ценим.
И вы нужны нам в Берлине.
- Вы его знаете?
- Да.
Манфред Циглер. Мой немецкий друг детства.
Он жил у нас до войны.
Работает с русскими
над их космической программой.
Разработал новую систему наведения
для межконтинентальных
баллистических ракет.
Революционную, судя по всему.
- А при чем тут я?
- Он хочет сбежать.
И он ясно выразился:
исключительно при вашем участии.
Чтобы вы, Филдинг Скотт, всё организовали.
Одно условие.
Я поеду в Берлин.
Встречусь с Манфредом. Договорюсь.
Но после этого
мое дело будет закрыто.
Официально.
Президент Соединенных Штатов
Джон Кеннеди и Никита Хрущев,
председатель Совета министров СССР,
первый секретарь ЦК КПСС,
встретятся на саммите в Вене
третьего и четвертого июня.
Учитывая нейтральный статус Австрии,
запланированная встреча должна снизить
напряженность между двумя державами.
Это будет первая встреча двух лидеров
после того, как президент Кеннеди
вступил в должность
20 января этого года.
Помимо прочего, Хрущев и Кеннеди
обсудят окончание испытаний
ядерного оружия,
а также конфликт между востоком
и западом в Западном Берлине.
Райнхарт, тише! Соседи услышат!
Может, давай их пригласим?
Очень смешно.
На работу не идешь?
Нет, у меня выходной.
- Спасибо.
- Но у меня встреча.
Мне предложили выступить в клубе «Подвал».
Ты что, рехнулся?
Хочешь снова в тюрьму?
Нет, Элиза, не хочу!
Но я должен это сделать.
И потом, меня шесть лет не трогали.
Может, уже забыли.
Они ни о ком не забывают.
Я уже давно как мышь под веником.
Мне надо вернуться в Западный,
хозяйка что-то подозревает.
Переезжай ко мне, если хочешь.
И я потеряю работу.
Ну хоть подумай.
Своя квартира — это же здорово!
Мне нужна квартира в Западном ради адреса.
Надо туда ездить, чтобы меня там видели.
Тише ты. Не так громко!
Осторожней, ладно?
Разрешите?
Ну, что скажете?
У меня новый начальник.
От комитета связи с авиацией.
Запишите его имя.
«Комитет связи с авиацией».
Вы поставляете мне банальщину.
Работайте лучше,
от вас ничего не поступает.
Я не виновата.
А если меня заподозрили?
Тогда бы вас давно арестовали.
Я делаю всё, что приказывают.
Стараюсь как могу.
Так попросите о переводе,
не зря же вы там работаете.
Я кое-что принес.
Здесь миниатюрный фотоаппарат.
А сюда
вам надо нажимать.
Чтобы сделать снимок. Вот.
Не знаю, сколько я еще смогу
спасать Райнхарта от тюрьмы,
раз от вас нет важных сведений.
Кстати, как он?
Хорошо.
- Не шалит?
- Нет.
Хорошо.
- Доброе утро, мистер Скотт.
- Доброе, Элиза.
Мистер Питри хочет видеть вас у себя.
Через десять минут.
Похоже, дело срочное.
Хорошо, сейчас подойду.
- Как прошли выходные?
- Заурядно.
Войдите.
Вы хотели меня видеть.
Да, доложите о проделанной работе.
Не знал, что докладывать нужно вам.
Скотт, я здесь главный
и хочу знать, что происходит.
Вас сюда прислали — вы работаете на меня.
На меня.
Понимаете?
- Значит, буду докладывать.
- Хорошо.
Так доложите.
Что там с Бетховеном?
- Сложно всё устроить.
- Да, я именно об этом.
Я должен обладать
такими сведениями, а их нет.
В дальнейшем — будут.
Могу я задать вопрос?
- Разумеется.
- Зачем нам американцы и французы?
На пробу.
Совместная операция.
Проявление солидарности и прочее.
Это полезно. Три головы лучше одной.
Эффективнее.
В теории.
Мы тут все союзники.
Пожалуй, пойду.
Да, кстати.
Саймон Хэлдейн был моим другом.
Неужели?
Очень интересно.
- Зачем вы его убили?
- Он пытался убить меня.
Это была самозащита.
Это решительно невозможно.
Все так говорят,
но я был там и знаю, что произошло.
Любопытно, что никто не задает
один вопрос.
- Какой же?
- Почему Хэлдейн пытался меня убить?
Не знаете?
Нет.
Я так и думал.
Я найду ответ на этот вопрос.
Когда-нибудь.
Манфред.
Черт возьми.
Филдинг.
Слава богу, ты здесь.
Даже не верится.
Вот теперь я верю, что всё получится.
Я бы пожал тебе руку, но…
Здесь Штази.
Иногда за мной следят, иногда — нет.
Ты привел Траудэль и Биргит.
Траудэль волнуется.
Ты ведь ее успокоишь?
Не бойся. Я приехал всё устроить.
Можешь расслабиться.
Боюсь, это невозможно.
За тем зданием через две минуты.
Две минуты.
Сделайте одолжение.
Посмотрите на меня.
Вы не видите,
что я здесь с женой и дочерью?
Мы проводим вместе выходной.
Не желаете оставить нас ненадолго в покое?
Хотя бы на один день.
Мы могли бы приехать на трамвае.
Я знаю. Им нужно твое изобретение.
Да.
Ты и твоя волшебная машина,
чем бы она ни была.
Что это?
Инерциальная навигационная система.
Поплавковая гироплатформа, если точнее.
- Для меня слишком точно.
- Да.
В общем, каждую неделю
я забираю в квартиру одну деталь.
Меня очень скоро разоблачат.
Я могу собрать ее,
но она очень хрупкая,
нужно быть аккуратным.
А размеры?
Поместится в два багажника.
Грузовых.
Всё надо аккуратно упаковать.
Хрупкость невероятная.
Без этих компонентов я не повторю
платформу, в этом и проблема.
А что делает эта знаменитая
поплавковая гиро… штуковина?
Дает ракетам невероятную точность.
До пары метров.
Если захочешь слетать на Луну…
Или сбросить атомную бомбу на город…
Да.
- Или сбить бомбардировщик…
- Именно.
Такой точности еще не было.
То есть до сих пор.
Понятно, почему ты так популярен.
Ты сможешь?
Вопрос решаем.
Хорошо, что ты здесь.
Сможешь обойтись без риска?
Попробуем не рисковать.
У нас богатый опыт.
- Но когда ты…
- Траудэль, пожалуйста.
За нами следят.
Если нас поймают,
это обернется полным кошмаром.
Вас не поймают.
Обещаю.
Привет, Биргит.
У меня для тебя подарок.
Спасибо. Английский шоколад.
На моей родине есть еще.
Осторожности ради.
- Филдинг, быть может…
- Да, да.
Мне пора.
Костюм этот снять.
Ты ведь не дипломат?
Кто ты, какой-то шпион?
Я дипломат.
Просто коллеги хорошие.
Эй, вы там!
Подойдите сюда!
Ты уж извини.
Твоей фамилии не было в дипсписке.
Дурацкая ошибка.
Мне позвонили. Приехал как смог.
Это герр Хемпель.
Он помог нам с документами.
- Спасибо.
- Не за что, мистер Скотт.
Больше не повторится.
- Большое спасибо.
- Господа.
- А кто он?
- Детектив.
Для передачи нужно разрешение полиции.
- Мне бы тебя не отдали.
- Приятно знать.
- Доброе утро, Джордж.
- Доброе.
- Новости о Бетховене?
- Скоро будут. Чаю?
Будь добр. Питри становится одержим.
Вот как? Он придет?
Естественно. Не пропустит.
- Помяни черта.
- Скотт, Бразертон.
Я видел агентов ЦРУ на лестнице.
Они довольны?
Давайте наконец вытащим Бетховена.
И довольны будут все.
Доброе утро, господа.
Торренс, приветствую. Вы знакомы?
Это Конрад Грир, прибыл на той неделе.
Насколько все знают.
Филдинг Скотт,
да чтоб мне пусто было!
Я так понял, вы хорошо знакомы.
Боюсь, слишком хорошо.
- Палермо, да?
- Нет, Таормина. Февраль 44-го.
- Ты был в том баре…
- Господи боже!
- Давай не будем об этом.
- Да, уже пора начинать.
- Один город, четыре армии.
- В том-то и прелесть.
Рад, что ты с нами. Добро пожаловать.
- Спасибо.
- Французы тоже будут?
Да. Всегда можно рассчитывать на то,
что французы чуть-чуть опоздают.
Как Вена?
«Раздражает» — вот,
пожалуй, отличное слово.
Бетховен уже принял решение?
Да, он готов. Нервничает.
- Просит поспешить.
- Гироскоп?
- Да. Всё упаковано.
- Хорошо.
Чем раньше, тем лучше.
Макс, ну наконец-то.
- Бонжур.
- Бонжур.
Мы самую малость задержались,
как говорят у вас.
Макс Дэлавэйни — Конрад Грир.
- Очень рад.
- Рад встрече.
- Бонжур.
- Вот бы поставить перед нами флажки.
- И зачем же это?
- С ними было бы поживее.
«Поживее»…
Я за флажки.
Это была шутка.
Спасибо. Прошу прощения.
Судя по всему, возникла путаница
с моим паспортом.
Здравствуйте.
Я Филдинг Скотт.
- Связной Бетховена.
- У нас есть фото Бетховена?
Чтобы Конрад знал, о ком идет речь.
Итак,
это и есть Бетховен.
Прости, это не я давал кодовое имя.
А Бетховен уже решил, куда поедет?
Да, настаивает
на Оксфордском университете.
- Вас не устраивает?
- Нет.
Мы будем рады.
Уже после того, как он доставит товар.
У меня скоро новая встреча с Бетховеном.
Он в отчаянии.
Просит нас поторопиться.
Ясно.
И как мы собираемся вывезти его
и его чудесную систему наведения?
Мадам Блох, что скажете?
Что?
Когда его забирать?
Я предлагаю один из дней
во время предстоящего приема.
Все будут в Потсдаме.
Идеальный момент. Возьму обычную команду.
Они эффективны.
Бетховен — здесь.
Мы пойдем в американскую зону
кратчайшим путем.
Им всё разъяснили?
Конрад этим займется, верно?
Да-да, конечно.
Когда мы закончим,
то переправим посылку к вам.
Мне очень жаль, но у меня встреча.
Так что я лучше поеду.
Держите меня в курсе.
- До свидания.
- До свидания. Рад знакомству.
Может, сходим выпить?
Я знаю…
славное место.
Северина, мне так жаль.
Я 14 месяцев этого ждала.
- Я думала, ты погиб.
- Я не мог связаться.
Знаешь, как это было опасно
для нас, для тебя?
Нет-нет. Прости, ты мог сказать
после убийства.
- Но…
- Идиот, я думала, это тебя!
- Меня вывезли…
- Я думала, ты мертв!
Меня вывезли из Берлина через два часа,
- меня просто выгнали!
- И тут я вхожу и вижу тебя.
Что я должна чувствовать?
Я пойму, если ты сейчас уйдешь
и не захочешь меня видеть.
Мне правда очень жаль.
Ну здравствуй.
Отель «Кайзер».
Не думала, что мы сюда вернемся.
Но вот мы снова совершаем ту же ошибку.
Я всё еще не понимаю, почему
британский агент хотел тебя убить?
Хэлдейн…
И я не понимаю.
Но я всё выясню.
А если тебя снова попытаются убить?
Нет.
Всё изменилось.
Моя должность,
а с ней — моя ответственность.
Но я буду осторожен.
Ты убил британского агента.
Вряд ли такое простят или забудут.
Но я тоже не забыл.
Пусть это их тревожит.
Ты скучал по мне?
Нет, ни секунды.
Ты кого-то ждешь?
Райнхарт, это я.
Черт.
Прости. Это Георг, парень из клуба.
Что ему нужно?
Обсудить мой репертуар.
Ты же не серьезно?
Иду.
- Привет.
- Привет.
Я принес выпить.
- Прости.
- Мне зайти позже?
Нет, проходите. Это Элиза, моя девушка.
Здравствуйте.
- Ты уходишь?
- Мне нужно в Западный.
Я ищу человека,
немца.
Его зовут Клаус Фислер.
И мне очень нужна твоя помощь.
Что за Клаус Фислер?
Он был офицером СС в Париже
с конца 43-го до мая 44-го.
Он пытал моего мужа, пока тот не умер.
Десять дней.
Моим мужем был Франсуа Блох.
Член Сопротивления.
Соболезную, я…
Мне не дали увидеть его тело.
Видимо, там были такие увечья…
Но мне отдали его кольцо.
И я поняла.
Клаус Фислер вернулся в Германию.
А в 45-м он просто пропал.
Но я его искала.
И сейчас я обнаружила,
что он здесь, в Берлине.
Разумеется, живет под фальшивым именем.
Где-то в британском секторе.
- Понятно.
- Да.
И я подумала… надеюсь,
ты поможешь мне его найти.
Это Фислер?
Да, других фотографий нет.
И то, что он на свободе,
где-то в Берлине, живет обычной жизнью —
это просто недопустимо.
Его надо поймать
и предать суду.
Не задерживайтесь. Я догоню.
Всё нормально, просто ногу свело.
Эй!
Блестящая мысль. Всё хорошо?
Нет, Штази теперь приходят каждый день.
Хорошо, что мы осторожны.
Давай за мной.
Так я смогу догнать остальных.
Представь, если бы я остался в Англии.
А теперь бегу в Англию.
Вряд ли Траудэль еще выдержит.
- Что?
- Ты слышал?
Нет.
Как будто мотор.
- А так мы их догоним?
- Да.
Бегите дальше, ребята!
Я проверю, как там Манфред.
Всё готово?
- Все компоненты?
- Да. Упакованы.
- Все?
- Конструкция сборная.
- Есть все детали.
- Хорошо.
- Сюда.
- Это важно.
- А когда мы уедем?
- Уже вот-вот.
Ах, герр Циглер.
Решили прогуляться за городом?
Кто ваш друг?
Я британский дипломат.
Позвольте, я покажу свой паспорт.
Я заблудился.
Этот господин любезно мне помог.
У этого «господина» серьезные…
Манфред!
Это мой друг. Пришел меня искать.
Ты где?
Манфред!
Манфред!
Филдинг, что нам делать?
Филдинг, нет. Так нельзя.
У него двое детей, не надо.
Ну ладно. Теперь придется спешить.
Пока его не нашли. Сделаем всё завтра.
- Завтра?
- Да, завтра!
В двенадцать. Будь готов. Беги!
Руди! Я здесь.
Отходил в кусты.
- Как ты?
- Мне уже лучше.
Спасибо.
В чем дело?
О чем ты думаешь?
Надо забирать Бетховена сегодня.
Боже, сегодня?
Планировали на среду.
- Что случилось?
- Обстоятельства изменились.
Ясно.
Как скажешь.
- Посмотрим, сможет ли команда…
- Без команды.
Мы с тобой. Всё устроено.
Что происходит? Что за обстоятельства?
- Ты уверен?
- Да, уверен.
Сегодня. Мы с тобой.
В полдень. Берем Бетховена.
Да, именно, товарищ генерал,
мы хотели бы привлечь ваше внимание
к происходящим инцидентам.
Нецелесообразно, если гражданская
авиация Берлина будет…
Как бы сказать? Вроде «горячей картошки».
Этими воздушными трассами
давно пользуется весь мир.
И будет хорошо, если мы согласимся
на те же самые формальности.
Готова?
- Я расскажу одну историю…
- Да.
…про пилота.
По фамилии Возневский.
В общем…
Это еще минимум на два часа.
Снаружи через пять минут.
Зараза!
Надо уходить.
- Уезжаем!
- Нет!
Третий этаж.
Они уехали. Или их забрали.
Откуда ты знаешь?
Ты сказал, они готовы.
Манфред?
Уходим отсюда.
И быстро.


Серия 2

- Филдинг Скотт?
- Да.
Будьте добры, пройдемте с нами, сэр.
Вы вернетесь в Берлин.
- Вы убили британского агента.
- Хэлдейн хотел убить меня.
Итак, это и есть Бетховен.
Работает с русскими
над их космической программой.
Разработал новую систему наведения
для межконтинентальных
баллистических ракет.
Филдинг. Слава богу, ты здесь.
- Один город, четыре армии.
- В том-то и прелесть.
Мы пойдем в американскую зону
кратчайшим путем.
Северина, мне так жаль.
Я 14 месяцев этого ждала.
Штази приходят теперь каждый день.
Надо забирать Бетховена сегодня.
Без команды.
Мы с тобой. Всё устроено.
Вы вконец рехнулись?
О чем вы думали?
Доброе утро.
Во что вы играете с Севериной Блох?
Нельзя так эвакуировать объект.
А как же американцы?
На час раньше, и…
Была нужна полная команда!
А не парочка идиотов.
Мы с мадам Блох
вполне могли вывезти объект.
Вы ответите за это в Лондоне,
я умываю руки.
Я виню вас, Скотт, а не Северину Блох.
И я виню себя.
Что с гироскопом?
Пропал.
Разумеется.
Я отвечу в Лондоне.
И беру на себя всю ответственность.
Мадам Блох не принимала решения.
- Только я.
- И всё же, для протокола.
Только она и знала об этом.
Помимо вас, разумеется.
ГОРОД ШПИОНОВ
Вы посмотрите, как они это подают.
«Полное торжество, все перестали уезжать.
Какой триумф».
Его изобретение сохранят,
и мы не знаем, чем нам это грозит.
- Это были Советы?
- Советы, но с помощью Штази.
Они хотели, чтобы мы всё увидели.
Нас впустили, дали уйти.
Предупреждение.
«От нацистов — всем немецким ученым.
Нацелитесь на запад — и мы убьем вас
и вашу семью».
Но…
Как думаете, откуда они узнали,
что мы заберем его именно в тот день?
Знали только вы. И француженка.
За ним по пятам ходили Штази.
Кто-то рассказал им
о нашем интересе к Бетховену.
Наверняка.
Славная была семья.
Это война, Скотт.
Может, и холодная, но война.
А на войне неизбежны потери.
Надо было доложить вам.
Это было довольно странно.
Нас с Бетховеном чуть не взяли Штази.
За мной следили.
Меня остановила полиция.
Поэтому пришлось действовать независимо.
Мне надо вернуться в Берлин.
Выяснить, кто предал нас
и убил Бетховена и его семью.
Вы слишком рискуете, Скотт.
Хэлдейн, теперь Бетховен…
Берлин — яма со змеями. Там очень сложно.
Не осложняйте ситуацию еще больше.
А в этом случае разве риск не оправдан?
Если вы дадите мне полномочия,
деньги, инструменты, я…
- Нет, простите, но…
- А я не уверен, Иэн.
Скотт в чем-то прав.
Его кто-то предал.
Отправь его в Берлин.
Главное, чтобы ваши чувства
не затмили суждений.
Никогда, сэр.
Но прошу, я должен сделать всё по-своему.
Хорошо. Делайте по-своему.
Выясните, кто предатель.
А затем вам следует убить его.
Или ее.
Я бы всерьез присмотрелся
к этой француженке.
Спасибо.
Они уехали. Или их забрали.
- Откуда ты знаешь?
- Ты сказал, они готовы.
- Я ищу человека.
- Они уехали.
- Немца.
- Откуда ты знаешь?
Его зовут Клаус Фислер.
И мне очень нужна твоя помощь.
И мне очень нужна твоя помощь.
Они уехали.
Откуда ты знаешь?
У меня до сих пор в голове эта картина.
Все трое…
В чем мы ошиблись?
Что произошло?
На нас с Бетховеном
в лесу наткнулся Штази.
Поэтому ты так спешил.
Недостаточно.
Просто один из провалов.
В нашем деле такое бывает.
Я нашел этого Фислера, которого ты ищешь.
- Нашел?
- Ну, не совсем.
Досье.
Допрашивали русского, всплыло имя Фислера.
Русского? Невозможно.
- Это не может быть он.
- Почему ты так уверена?
Наверное, другой Фислер.
С русскими там связи нет.
Есть связь с Парижем. Это важно.
То, что Фислер делал в Париже в 44-м,
не связано с русскими.
Буду искать дальше.
Кто этот Далар?
Дахар. Наш бейрутский связной.
Устрой ему встречу с Филдингом Скоттом.
И зачем?
Мы можем снять сливки.
- А если Скотт откажется?
- Не откажется.
- Вы так уверены?
- Это касается Саймона Хэлдейна.
- Скажи ему так.
- Хорошо.
Позвоню, но ничего не обещаю.
Я полностью в тебе уверен.
Старые боевые товарищи!
Устрой встречу.
Фотография к этому относится?
Давай устроим встречу и посмотрим, хорошо?
- И что мне с этим делать?
- С чем?
Вы прекрасно знаете, с чем.
По какой-то причине
вы остаетесь в Берлине. Почему?
После фиаско с Бетховеном.
Это полный, постыдный провал.
Почему Лондон не устроил вам порку?
Лондон не считает меня виновным.
Чушь!
Вы пошли за Бетховеном раньше.
Самостоятельно.
Недостаточно рано. Бетховена уже сдали.
Я ничего не мог поделать.
Что происходит, Скотт?
- На самом деле.
- Ничего не происходит.
Лондон считает, что я полезен в Берлине.
«Предоставить мистеру Скотту
всю поддержку Берлинского отдела».
И без ограничений по финансам.
Это карт-бланш, мать вашу, Скотт,
даже у меня его нет.
Я так понимаю,
тут какая-то другая повестка.
Удивительно.
Я начал подозревать, когда вы вернулись.
И сделал пару звонков в Лондон.
Информация не сошлась.
Если вы понимаете.
После убийства Саймона Хэлдейна
вас выгнали со службы
и хотели отдать под суд.
Так мне говорили.
Почему вы вернулись?
Откуда у вас вся эта…
власть и влияние?
Никто не уходит из службы, вы же знаете.
Из какой дыры вы выбрались, Скотт?
Что тут происходит?
Вы скоро поймете,
что этот телекс — от «Си».
Он официальный.
И спущен с самого верха.
Вы врете.
Я нахожу это оскорбительным, сэр.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Я принесла вам папки
с расписаниями рейсов.
Я ухожу.
- До завтра.
- До завтра.
Конечно, могу, хотя особо не хочу.
Тогда вперед.
В наше понимание общества
обычно не входит так называемое «дно».
Но именно оно меня всегда интересовало.
Я хотела показать этих людей
и изобразить их бок о бок
с нашими должностными лицами.
И чтобы зритель сам решал,
кто есть кто.
Фройляйн Фарбер.
Вы знаете английский?
Да.
Хорошо.
Мы могли бы встретиться завтра утром?
Ваша выставка прекрасна.
Да, скажи им!
Всё так!
Это нам и нужно!
Браво!
Бис!
Мой начальник был здесь
два дня назад и забыл очки.
- Их никто не находил?
- Как его зовут?
Филдинг Скотт.
Мне жаль, но у нас не было
гостей с таким именем.
Он англичанин. Симпатичный, темноволосый.
Можно вас угостить?
Ну да, два дня назад
приходил англичанин, но не Скотт.
Ну конечно.
Наверное, использовал другое имя.
- Для незаметности.
- Понимаю.
Мы не знаем, когда ждать эту пару.
- «Пару».
- Всегда в последнюю минуту.
Значит, не фотографироваться?
Нет. Меня правда впечатлила выставка.
Вы знаете людей на фото?
Разумеется.
На эту книгу у меня ушло два года.
Надо же! Вы не могли бы меня представить?
- Зачем это мне?
- Зачем кому-то что-то?
Я знаю владельцев галерей и выставок,
людей со связями.
Я бы вас представил.
Зачем мне уезжать?
Мне здесь нравится.
Это мой дом.
Три миллиона немцев хотят.
Разве не это вызвало напряжение?
Не знаю, долго ли еще
русские будут просто наблюдать.
Я остаюсь.
Многим здесь нравится, знаете ли.
Сейчас лучше, чем было. Подумайте.
Простите. Я не хотел…
Кто вы такой, мистер Скотт?
Просто британский дипломат.
Которого прислали в Берлин.
«Дипломат»…
Что ж, мистер британский дипломат.
Я не хочу менять свой адрес,
но меня всегда интересуют деньги.
Взгляните на это.
Благодарю.
Кто это?
Бывший офицер СС.
Живет в британском секторе.
Полагаю, под вымышленным именем.
Я подумал, вы и ваши…
cтранные друзья мне помогут.
Я попробую.
Знаю нескольких старых солдат.
Считайте это первым взносом.
На покрытие расходов и так далее.
Это очень щедро.
Я щедр со своими помощниками.
Тогда, думаю, мне очень понравится
с вами работать.
Я была на задании на Кипре в 55-м.
На задании? Вы были военным фотографом?
Да.
Оказалась рядом с бомбой ЭОКА.
Господи боже.
Могло быть хуже.
Я могла погибнуть.
Рад, что вы живы.
Алло, я хотел бы заказать рейс
в Гамбург на завтра.
Да.
Да, и номер в отеле.
На одну ночь.
Филдинг, Скотт.
С, К…
О…
Т-Т, да.
Спасибо.
Мистер Скотт, приятно познакомиться.
Я Ахмед Дахар.
Мой друг из Америки послал меня к вам.
Я работаю в Бейруте, независимый связист.
Я не бывал в Бейруте.
- Но ваши друзья бывали.
- Вот как?
Да. Один конкретный друг — Саймон Хэлдейн.
Простите, какое это
имеет отношение ко мне?
Это может быть опасно.
Опасно? Каким образом?
Это связано с Хэлдейном. И фотографией.
Я не знаю о фотографии, а Хэлдейн мертв.
Может, вы не понимаете, насколько
вы связаны с Саймоном Хэлдейном.
Значит, у него был какой-то секрет,
и это связано с фотографией.
Спасибо за сведения.
- Практикую немецкий.
- Это так называется?
Два скотча.
Итак, Бетховен…
Боже, это был
охрененно-первоклассный провал.
Да, он был твоим другом.
Но как они узнали?
Кто-то сболтнул.
Но кто? Мы все об этом знали.
Кто-то сегодня пылок?
Да, мы все знали:
французы, британцы, американцы.
Ты же пошел раньше.
- Ну, тебя кто-нибудь видел?
- Это неважно.
За ним постоянно следили. Штази.
Господи, а Штази откуда узнали?
Да не знаю я!
Поэтому я и здесь.
Только поэтому меня и вернули.
Найти предателя.
Меня выгнали из МИ6.
За убийство Саймона Хэлдейна.
Да, я убил Хэлдейна.
Убил британского оперативника,
потому что захотелось!
Большое спасибо.
Спасибо.
Как прошла встреча?
С Дахаром?
Даже не знаю.
Это было предупреждение.
Вот забавно. Всё это как-то связано
с Саймоном Хэлдейном.
- Это мне интересно.
- Почему?
Вернее, Торренсу Данну.
Он ищет пропавшие сведения.
Информацию ЦРУ.
- Что ты передавал Хэлдейну?
- Не знаю.
Может, фотографию?
Может быть.
Дахар говорил о фото.
Между Бетховеном и
Саймоном Хэлдейном есть связь.
Данн ищет пропавшее фото.
Не знаю, что на нем.
Да он и сам не знает.
Но хочет найти. Очень.
- Это секрет.
- Вот зачем ты в Берлине.
У всех свои задания.
- А что стало с конвертом?
- Не знаю.
Я бежал и всё бросил.
Очень жаль.
Массовое бегство через железный занавес.
Каждый день тысячи людей стоят в очереди,
чтобы попасть в Западный Берлин.
Они рискуют жизнями,
чтобы сбежать из безнадежной
красной Восточной Германии.
Принимают только лучших и умнейших.
Боже, сколько людей.
Сначала у новоприбывших
берут отпечатки пальцев.
ГДР долго терпеть не будет.
Затем они ждут следующие этапы.
Число прибывающих растет с каждым днем,
а места становится меньше.
Молодежь и старики живут
вместе, в тесноте, пока…
- Всё хорошо?
- Да, спасибо.
Ежедневная гигиена обязательна,
чтобы сохранить базовый уровень жизни.
Элиза.
Да.
Вы всегда можете со мной поговорить.
Да. Спасибо, сэр.
Ульрике Фарбер.
Герр Густль сейчас в клубе.
По коридору налево.
Спасибо.
Герр Густль?
Хенни Восс — мой хороший друг.
Только поэтому я встречаюсь с вами.
Он ваш дядя?
Да.
Дядя Хенни, любимый дядя.
Назовите еще раз ваше имя.
Ульрике Фарбер.
Мне нужно кое-кого найти.
И дядя Хенни сказал,
что ваш клуб, ваша организация
даст мне такую возможность.
Его зовут Клаус Фислер.
Кажется, он был в СС.
Живет в Берлине.
Но возможно, один из ваших коллег…
ваших товарищей знает,
как мне его найти.
И зачем он вам?
Для ясности: я его не знаю.
Он здесь не бывает.
Речь идет о наследстве.
Это вопрос денег.
И разумеется, мы заплатим вознаграждение.
Это вопрос очень больших денег.
Ясно.
Можно оставить фотографию?
Я поспрашиваю.
Конечно.
Спасибо.
- Для меня?
- Да, для вас.
Мы нашли Фислера. Вот адрес.
Герр Ландау! Одну секунду.
Я опоздал.
Простите.
Со мной можно по-английски.
Во сколько вы открываетесь?
Мы открываемся ровно в девять.
Спасибо. Тогда до встречи.
До завтра.
Мадам Блох.
Вы прелестны.
Люблю тебя после душа.
Вот как?
Очень мило.
- Ты не хочешь снять одежду?
- Может быть.
- Так веселее.
- Знаю.
Но сначала я должен кое-что сказать.
Говори.
Я нашел его.
Где он?
Простите. Боюсь, я не понимаю,
о чем вы говорите.
Вы сделали фотографию?
Да.
А потом услышала выстрелы.
Как мне показалось.
Вы не сказали, что так будет.
Я не думал, что так выйдет.
Зачем убивать?
Она сказала, что Фислер пытал
и убил ее мужа в Париже в 1944-м.
Нет. Это не он.
- Прошу прощения?
- Это не он.
Почему не он?
Потому что Клауса Фислера взяли в плен
русские под Киевом в 1943-м.
Его вернули на родину
по обмену заключенными в 1952-м.
Так что он не мог быть в Париже
в 1944 году, не так ли?
Он был в России почти десять лет?
- Кто вам сказал?
- Его приятель из СС, Фабиан Залюс.
Зараза.
Конрад?
Да, Филдинг Скотт.
У меня небольшая проблема.
Зачистка.
Без команды.
Это…
Какой адрес?
- Бертранд-штрассе.
- Бертранд-штрассе.
- Двадцать один.
- Двадцать один.
- Шарлоттенбург.
- Шарлоттенбург.
Я подожду.
Спасибо.
Уходите.
И я хочу встретиться с этим Фабианом…
- Залюсом.
- Да, с другом.
Я всё устрою.
Несите деньги.
Да.
Кстати, тут на кухне собака.
Вот черт.
- Вам не нужна?
- Нет, спасибо.
Это ваша проблема.
Я очень благодарен.
Дело срочное.
Что с вашим отделом зачистки?
Он же у вас отличный.
Оставим это между нами? Хорошо?
Да. Наверное.
Кто это был?
Бывший офицер СС.
Твое дело?
Не совсем.
Но это связано с Бетховеном.
C Бетховеном?
Ты серьезно? Как?
Скажу, когда что-то узнаю.
Ладно. Поехали.
Собака нужна?
Вообще-то,
всегда хотел завести.
Привет. Привет, малыш.
Как тебя зовут?
Ты пойдешь со мной.
Да. Идем.
Идем. Вот так. Сюда.
Я твой должник.
Да. Это уж точно.
- Филдинг Скотт.
- Господа вас уже ждут.
- Комната — налево за углом.
- Благодарю.
- Вы как?
- Мне тут не нравится.
И почему бы это?
Манфред Густль.
- Филдинг Скотт.
- Здравствуйте.
Фабиан Залюс.
Спасибо за встречу.
Вы знаете английский?
Могу попробовать,
но это он у нас англоговорящий.
Вы знали Фислера во время войны?
Да. Мы были в одном полку.
Пока его не взяли.
И он не служил в Париже?
Нет.
Это вот Густль был в Париже.
А мы, бедные ублюдки, сидели в России.
Что вы скажете про Фислера?
Конечно.
Ваше время дорого.
Информация не бесплатная.
Спасибо.
Вы же помните, что Клаус Фислер
провел в России десять лет.
Семь из них — после войны.
За такое время может случиться всякое.
Когда мы встретились,
он был не тем Клаусом, что раньше.
Да, но мы все не такие, как раньше.
Разумеется.
Клаус стал очень скрытным.
У него не было денег,
но он открыл свое дело.
Турагентство «Ландау Райзе». Я был там.
Он работал с беглецами с востока.
Его завербовали
или переквалифицировали?
Я не знаю.
Благодарю вас.
Кто этот англичанин?
Что он здесь делает?
У вас есть новости о Клаусе?
Нет, он пропал. Может, уехал на восток.
Нам пора. У нас еще одна встреча.
Большое спасибо вам.
Большое спасибо.
Что вы делали во время войны,
мистер Скотт?
Я был солдатом.
Командиром.
Вы встречаетесь с друзьями-командирами?
Нет.
А эти старые солдаты всегда на связи.
Вермахт, нацисты… СС.
Мы забываем: война кончилась 16 лет назад.
Нас привели к Фислеру.
Помогал людям на востоке.
- Интересно.
- Да.
Интересно знать, куда уезжают люди.
Ты бежишь с востока.
Находишь новый дом на западе.
Но у тебя так и остается семья в ГДР.
Брат, тетя…
Родители, бабушка с дедушкой…
И государству полезно знать,
где оказываются люди.
Простой рычаг.
Семья.
Думаете, Фислер занимался этим?
- Работал на ГДР?
- На ГДР и Советы, да.
Почему эта женщина убила его,
если он не был в Париже?
Я не знаю.
Но спрошу ее.
Спасибо.
Вы знаете,
такое всегда ценно.
Я позвоню вам снова.
Ваши деньги всегда приветствуются.
Услуги такси включены.
Фислер исчез.
Ничего об этом не знаю.
Есть новости про Удо Хоффа?
Это всё, что мне нужно.
Мы еще ищем Хоффа.
- Я его видела.
- Где?
Это неважно.
Но я знаю: он на востоке.
Нужна информация.
Вряд ли я смогу помочь.
Тогда и я не помогу вам.
- Мадам Блох, пожалуйста.
- Я знаю: он на востоке.
Найдите и сообщите.
Вы выяснили что-нибудь по Фислеру?
Сначала найдите Хоффа.
Мне здесь нравится.
Очень мирно.
Мы точно одни.
Тем лучше для разговора со мной.
Я покажу тебе фотографию.
Значит, ты за мной следил?
Да.
Ты и Клаус Фислер
за две минуты до твоего выстрела.
Скучать по нему не будут, это я обещаю.
По тому, кто убил твоего мужа?
У тебя есть сигарета?
Клаус Фислер никогда не был в Париже.
Я знаю.
Не он убил твоего мужа?
Нет.
Это был некто Удо Хофф.
- Я всё еще его ищу.
- Удо Хофф?
Зачем убивать Клауса Фислера?
Затем…
Затем, что он собирался
очень усложнить мне жизнь.
Так ты использовала меня,
чтобы найти Фислера.
А ты за мной шпионил.
Лучше расскажи, что происходит, Северина.
Фислер работал на КГБ на полставки.
Его внедрили в 1952-м,
когда он вернулся из советской тюрьмы.
Я посчитала его полезным.
- Он ведь был в СС.
- Как ты на него вышла?
Мы разрабатывали русского агента.
Он рассказал мне про этого Клауса Фислера.
Как зовут этого русского?
Неважно. Разработать его и не вышло.
Я хотел бы знать его имя.
Его звали Любков.
Любков.
Любков познакомил меня с Фислером.
Сказал, тот поможет.
Но у него были другие планы.
Взамен ему была нужна информация от меня.
Какая информация?
А как ты думаешь? Секретная.
- И ты ее выдала?
- Нет.
Но он стал настойчив. Очень настойчив.
Он начал мне угрожать.
И я решила: пусть…
он пропадет.
Исчезнет.
Но я не знала, где он прятался,
не знала имени, псевдонима.
Пришлось просить тебя.
Ты сдала Клаусу Фислеру
информацию по Бетховену?
Бетховену?
Я?
Ты сошел с ума?
Думаешь, я сошла с ума?
Нет, не сошла. Но одержима.
Полна решимости найти этого Удо Хоффа.
Я не предавала Францию.
Бетховен был немецким ученым.
Мы же союзники, нет?
Работаем вместе,
на одной стороне, или ты не слышал?
Признаю, я ошиблась с Фислером.
Он хотел мной управлять.
Я подпустила его слишком близко.
Я совершила ошибку и избавилась от нее.
Вообще-то, избавился от нее я.
Это уже неважно.
У Фислера было много врагов.
Кто-нибудь убил бы его однажды.
Прости, Филдинг.
Я была слишком…
Ты прав. «Одержимой» — то самое слово.
Я не думала, и…
Надо было сказать.
Я бы сделал для тебя всё.
Зря ты полезла к Фислеру.
Это же такой большой риск.
А ты зря не сказал, что будешь следить.
Так что…
Что теперь будем делать?
Продолжать.
Найдем того, кто предал Бетховена.
Ты знаешь, что я убила Фислера.
У тебя есть улики. Свидетель.
Почему ты сняла шарф?
Мне стало жарко. А что?
Ничего.
Как ты и сказала,
по Фислеру скучать не будут.
Но как сказал кто-то другой:
«Знание — это власть».
Зачем мне власть над тобой?
Ее можно считать полезной.
Мне не нужна власть.
Мне нужна ты.
Только ты.
Хорошо.
Это чувство взаимно.


Серия 3

Это война, Скотт.
Может, и холодная, но война.
- Мне надо вернуться в Берлин.
- Делайте по-своему.
Выясните, кто предатель.
А затем вам следует убить его. Или ее.
Я бы всерьез присмотрелся
к этой француженке.
Мой друг из Америки послал меня к вам.
Это связано с Хэлдейном.
И фотографией.
Данн ищет пропавшее фото.
Хочет найти. Очень.
Вот зачем ты в Берлине.
Его зовут Клаус Фислер.
Бывший офицер СС.
Я подумал, вы и ваши
странные друзья мне помогут.
Меня всегда интересуют деньги.
Я нашел его.
Где он?
Так ты использовала меня,
чтобы найти Фислера.
Ты знаешь, что я убила Фислера.
Что теперь будем делать?
«Знание — это власть».
Мне не нужна власть.
Мне нужна ты.
Почему мы встречаемся здесь днем?
Что происходит?
Какая ужасная ошибка —
не взять с собой оружие!
Ты бы поступил так же. По протоколу.
Ты мог попытаться убить меня
из-за Фислера.
Сомневаюсь.
Это система страховки, вот и всё.
Мне были нужны гарантии.
Я совершила ошибку. Скверную ошибку.
Не знала, как ты отреагируешь.
Что именно ты сказала
своему советскому другу, Любкову?
Я не имею отношения к смерти Бетховена.
Тебе лучше рассказать мне всё.
Абсолютно всё.
Можно я закурю?
Я пошла к Советам,
к Любкову,
потому что пыталась
найти убийцу своего мужа.
Удо Хоффа.
Это была моя ошибка.
Он задавал вопросы.
Что происходит с беженцами?
Что на кону здесь, в Берлине?
Важные вопросы, общие вопросы,
стратегические…
Будем ли мы воевать за Берлин?
И так далее.
Потом ко мне приставили Фислера,
и вопросы стали серьезнее.
Они требовали документы,
подробности операций.
Я знала, что сама влезла в ловушку.
Вопросы про Бетховена?
Нет.
Никогда. Я выкрутилась.
Но у меня не было времени,
и я попросила тебя найти Фислера.
Чтобы он замолчал.
Я искала только Удо Хоффа,
это всё, о чем я думала.
Я узнала, что он был на востоке.
Я клянусь, Филдинг.
Клянусь тебе, клянусь
своим мертвым замученным мужем.
Расскажи всё, что знаешь про Любкова.
И ты свободна.
ГОРОД ШПИОНОВ
Не двигайся. Не двигайся.
Ты такая счастливая.
Я мечтала.
И думала о том, как воплотить свои мечты.
Я тоже.
Ты бы видела их лица,
когда я был на сцене.
- Так ты выступил?
- Да.
Меня действительно слушали.
О чем ты мечтала?
Да так, пустяки.
Расскажи.
Давай.
Если мои мечты исполнятся,
тогда это изменит для нас всё.
Понятно.
Стучать не умеешь?
В чем дело?
Какие-то неприятности?
Да, неприятности.
Но не у меня, а у вас.
Кто-нибудь еще знает?
Пока нет.
Я знаю всё.
Портье в отеле «Кайзер» мне очень помогла.
Я знаю, сколько ночей
вы провели там с мадам Блох.
Мне это не нравится, мистер Скотт,
но у меня дурная и сложная жизнь,
я хочу это изменить.
Это очень простой обмен.
Купите мое молчание.
И твоя жизнь станет гораздо сложнее.
Что тебе нужно? Деньги?
Нет, я…
Я хочу уехать из Берлина в Англию.
Найдите мне место
в лондонском университете,
мне не нужны Оксфорд и Кембридж.
Да уж.
И да, немного денег.
Я так и думал.
Ты с ума сошла.
У меня есть квалификация и знание языка.
Вот как?
По стипендии или по обмену.
Мне всё равно как, это цена за молчание.
Ты ведь не представляешь, что делаешь?
Ты же понимаешь,
что просрешь всю свою жизнь.
Я так не думаю, мистер Скотт.
Понимаете, я знаю,
что мистер Питри будет рад узнать
о ваших отношениях с мадам Блох.
Между вами нелады,
я слышала его приступ гнева.
Тысяча долларов наличными
в моем столе утром.
Денег не будет — я пойду к мистеру Питри.
У вас месяц,
чтобы найти мне место в университете.
Я хочу изучать экономику.
И еще, мистер Скотт, я не дура.
Я записала всё: даты, время,
свидетелей — и отдала адвокату.
Если со мной что-то случится:
я потеряю работу, или
мне будут угрожать, или я исчезну —
он передаст всё мистеру Питри.
Я продолжу работать на вас.
Можете ходить к мадам Блох, мне всё равно.
Как ты добра.
Вы хотите быть счастливы, и я тоже.
Пошла на хер из кабинета.
Тысяча долларов наличными.
Пошла вон.
- Завтра утром.
- Живо.
Ты сраный тупой кретин.
Филдинг Скотт.
Третий секретарь посольства в Бонне.
Что он делает в Берлине?
Обеспечивает охрану воздушных трасс.
Я говорила:
он от комитета связи с авиацией.
Да, а я вот не уверен.
Нам нужно больше информации по Скотту.
Это всё, что я знаю.
У него ужасно скучная работа.
Думаю, о нем можно выяснить
гораздо больше.
Мы терпеливые люди, Элиза.
Но терпение не вечно. Выполняйте долг.
Не забывайте, что ждет Райнхарта,
если не справитесь.
Это было в 53-м году!
В восстании участвовали сотни тысяч.
- Он был студентом.
- Да, я знаю,
и очень строптивым студентом.
Если бы не вы и ваша работа,
он бы еще сидел в тюрьме.
Хорошо. Я постараюсь.
И я уже добыла вам его фото.
Я сильно рисковала.
Да, этого мы и хотим. Выполняйте долг.
Мы не просим большего.
Его зовут Василий Любков.
Кто он такой?
Официально большой начальник в
Восточногерманской торговой комиссии.
КГБ.
Он там полковник.
Чего ты от меня хочешь?
Походи за ним.
По вторникам и средам он в Западном.
Посещает пленумы правительства.
Зацепи его там.
Что в нем интересного?
Он что-то знает о смерти Бетховена.
Встречается с людьми вроде Фислера.
Помимо прочего.
Один из них — наш информатор.
Хорошо.
- Я посмотрю.
- Как собака?
В хороших руках.
Доброе утро, мистер Скотт.
Спасибо. Я получила.
Мы поняли друг друга?
Вам принести кофе?
Сдачу оставь.
Чтоб меня.
На кой он с ним встречался?
Бог знает. Я проверил.
Любков аккредитован
в русской торговой миссии в ГДР.
Как управляющий. Всё открыто.
- Он из КГБ.
- Откуда ты знаешь?
Есть источник.
Он в Берлине полтора года. И всё чисто.
И встреча с Данном в кино? Нет, нечисто.
- Может, вербовка?
- Мы бы об этом знали.
Ты бы точно знал.
Да.
Оставь фотографию. У меня есть копии.
Скажи мне.
Что ты делал в Гамбурге?
- Что-то интересное?
- Откуда знаешь про Гамбург?
- Данн сказал.
- А он — откуда?
Понятия не имею. Просто сказал.
- Спросил, знаю ли я что.
- Откуда Данну знать, где я был?
Хороший вопрос.
Он знает о наших встречах?
Нет!
Издеваешься? Ты же знаешь паранойю Данна.
Но я ведь тоже параноик.
Почему Данн знает, что я был в Гамбурге?
- А в чем дело?
- Как знать.
Может, это решение текущего дела.
- Кстати, спасибо.
- Да, ну…
Мы же на одной стороне.
Ты найдешь способ расплатиться.
Может, Данн ищет пропавшее фото.
И просит Любкова помочь.
Да, это возможно.
Вкуснятина!
- Останешься на ужин?
- Нет, спасибо.
- У меня друг придет.
- Я пойду.
Буду держать в курсе о Любкове.
Счастливо!
Да.
Скотство.
Как жизнь?
Вообще, довольно скучно.
Вы не похожи на тех,
кому нравится скучная жизнь.
Люблю скуку. Тоскую по скуке.
Ему можно доверять?
Он полицейский. Можно верить полиции?
А мы знакомы.
Он помог мне с «фопос».
Зачем вам встречаться?
У меня к нему пара вопросов.
Я решил, что лучше через вас.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Инспектор Одон Хемпель.
Филдинг Скотт, британское посольство.
Мы встречались.
Приятно снова увидеться.
Друзья Ульрике — мои друзья.
Итак.
Что вновь привело вас в Берлин,
мистер Скотт?
Неоконченные дела.
Кофе, Одон?
Охотно.
Да, я помню убийство Хэлдейна.
Я только начал работать в Берлине,
раньше был в Кёльне.
Ясно.
Я был другом Саймона Хэлдейна.
Его жена попросила меня вернуться
и узнать всё, что смогу.
Это было ограбление?
Что-то украли?
Кошелек? Паспорт?
Вроде нет. Если честно, мистер Скотт,
удивительнее всего в деле Хэлдейна
то, что его закрыли.
Быстро закрыли — кажется, за двое суток.
Ничего подозрительного? Улики?
Кроме убийства — ничего. Ему сломали шею.
Синяки по всему телу.
И конечно, смерть официанта.
Невинный свидетель.
Знаете, одно
из тех берлинских преступлений,
о которых никто не говорит.
У англичан есть выражение. Как это…
«Замести под ковер».
И очень далеко.
Да. Это мы умеем.
Он спрашивал про Саймона Хэлдейна.
Интересно. Что именно?
Сказал, жена Хэлдейна
попросила расследовать…
Саймон Хэлдейн не был женат.
Что его интересовало?
У нас здесь не курят. Потушите.
Простите.
Что его интересовало?
Думаю, мотив.
Он хотел понять, знаем ли мы,
почему убили Хэлдейна.
И подозреваем ли мы что-нибудь.
Нет. Он искал что-то другое.
- Он упоминал фото?
- Фото? Нет.
Нет, фотографии мы не обсуждали.
Мистер…
Мистер Данн, разрешите просьбу?
Официальную просьбу.
Спасибо.
Я хочу перевестись из полиции.
- Думаю, я буду полезнее вам…
- Нет, неверно.
Вы будете полезнее нам и БНД в полиции.
Наши люди внутри — это хорошо.
В просьбе отказано.
Сообщите, если Скотт
снова с вами свяжется.
Конечно. Как скажете.
Линда.
Линда, я не могу найти отчеты.
Да, но…
Положи ты их в нужную папку,
я бы их нашел.
Эй?
Ты где?
Я здесь.
Что это за место?
Моя новая квартира.
Это называется «минимализм».
Итак…
Ты меня простил?
А ты меня простила?
Ты снова мне веришь?
Как можно кому-то верить?
Нам нужно начать всё сначала.
Товарищ Фробен.
Входите, входите.
Невероятная честь.
Спасибо за приглашение.
Я хочу выпить за того,
кто так блестяще провел операцию.
- Коньяку?
- Спасибо, с удовольствием.
Не хочу даже представлять,
что случилось бы,
если бы важное изобретение Циглера
попало в руки наших врагов.
Нам нужны такие, как вы.
Люди, что защищают достижения социализма
от сил капитализма и империализма.
К вам есть лишь один вопрос, товарищ.
Я хотел бы его обсудить.
Так уж необходимо было убивать всю семью?
Женщину и девочку?
Самое чистое решение.
Учтите, товарищ,
слишком много насилия
провоцирует ответное насилие.
Это вопрос равновесия.
Да.
Понимаете ли…
Я научился одной вещи — и научился хорошо.
Сорняк можно выполоть
только с корнями, никак иначе.
Иначе он отравит весь сад.
Я больше не буду
встречаться с вами вне конторы.
Захотите поговорить —
можно поговорить на работе.
Почему?
Вы можете попытаться меня убить.
Всё кончено, Элиза.
Расскажи Питри всё. Это уже неважно.
Предупреждаю, мистер Скотт. Я не шучу.
И я тоже.
Всё изменилось.
У них теперь вопросы поважнее,
я теперь цель.
За мной следят.
Ничего не изменится, даже если
скажешь, что я серийный убийца.
У вас меньше месяца.
Я хочу начать учиться осенью
и переехать в Лондон в августе.
Лондон осенью.
Там красиво.
Это мечта.
- Я пойду к Питри.
- А ну, сядь, Элиза.
Я дам тебе второй шанс.
Лондон станет реальностью,
но ты для меня кое-что сделаешь.
Что?
Поезжай в Восточный.
На встречу.
Это не опасно.
Если я пойду на эту встречу,
- я поеду в Лондон?
- Да.
Я гарантирую тебе место
в университете. Обещаю.
У меня еще одно требование.
Помогите моему парню.
Мы поедем в Лондон вместе.
Да, звучит логично.
Что именно я должна сделать?
Пойти в бар и встретиться с ним.
- Привет, Ульрике.
- Привет.
- Он уже здесь?
- Да.
Здравствуйте. Я Филдинг Скотт.
Спасибо вам.
Торвальд. «Айнбрэхер».
Ульрике, не называй меня так.
«Взломщик». Это оскорбление.
Прости, а как лучше тебя называть?
Ну, «интервенционист»?
«Тюреффнер».
«Открыватель дверей».
Мне надо открыть двери.
Я уже как агентство по найму.
Это я!
Хорошо вышло? Нет?
Да, очень хорошо.
Место охраняется.
- Я невидимка.
- Это помогает.
На втором этаже.
Второй, третий, четвертый…
Для меня не проблема.
Лестницы и двери — не мое.
Вы же «открыватель дверей».
- Это всё, что от меня требуется?
- Да, всё.
Запросто.
Любой друг Ульрике — друг Торвальда.
Кофе или виски?
Предупреждаю: он не в лучшем настроении.
А будет только хуже.
Вы с ума сошли, мать вашу?
Я думаю, Любков — это ключ.
Который откроет мне всё.
Не просветите?
Он — кое-чей связной в Западном.
- Чей?
- Скажу, когда возьму.
Вы говорите, он полковник КГБ.
- Вы понимаете последствия?
- В том-то и смысл.
- Слышали про ящик Пандоры?
- Да.
Иногда нужен катализатор —
подстегнуть события ради ясности.
Это мягко говоря.
Я бы сказал «нет»,
но понимаю, что это бесполезно.
Я передам в Лондон,
что не санкционирую эту…
операцию ни в коем случае.
Всё дерьмо, что вы извергаете,
польется на ваш же стол.
И возражений у вас нет?
Абсолютно никаких.
Я могу хотя бы знать,
когда это случится?
Скоро.
«Скоро».
Спасибо.
Более тысячи беженцев в день
переходят в Западный Берлин.
В два-три раза больше обычного количества.
Это реакция на строгие ограничения
перехода границ,
введенные правительством ГДР.
Число беженцев не было столь большим
со времени восстания 53-го года.
Запреты привели
только к росту числа беженцев.
Люди боятся, что перейти границу
с каждым днем будет всё сложнее.
Власти союзников в Западном Берлине
отправили официальную жалобу
властям Восточной Германии.
Мистер Скотт.
Кажется, мы не знакомы.
- Вы меня знаете?
- Конечно.
Меня зовут Виктор Коврин.
- Как у вас дела?
- Хорошо.
Как вам ваша командировка в Берлин?
Буду откровенен, довольно скучно.
А как вам командировка в Берлин?
Расстройство. Сплошное расстройство.
Может, пора на пенсию.
Мы будем скучать.
Хорошая шутка.
Скучно бывает всегда.
Скука и расстройство.
Очень важно,
чтобы расстройства было меньше.
Уверен, вы можете в этом помочь, так ведь?
Я думаю,
совсем наоборот.
Знаете, здесь, в Берлине, провокация —
это мать расстройства,
а расстройство — отец конфронтации.
Взять, например, ученого Манфреда Циглера.
Вот что бывает,
если сманивать
наших умнейших людей на запад.
Человеческая трагедия.
Мне понравился наш разговор, мистер Скотт.
Дамы и господа!
Ваше здоровье.
Сегодня.
Шампанского.
Сию секунду, фройляйн.
Прошу вас.
- Можно?
- Прошу.
Добрый вечер.
Я могу предложить вам что-нибудь выпить?
Я пью только шампанское.
Шампанского! Шампанского!
Нет. Нет-нет-нет.
Нет.
Прийти в мой дом
и осмелиться на такое!
Ты такая элегантная.
Сегодня ночью
я для тебя всё сделаю.
Ведь ты такая элегантная девчонка!
Ты такая…
Садись!
Как он?
Кроме обычного «начальство сюда!» —
довольно смирный.
Беспокойства не доставляет.
Ладно, пусть помаринуется еще сутки.
Вы как, ребята? График нормальный?
Грех жаловаться, сэр.
Нам нравятся премиальные.
Хорошо.
До завтра.
Стучите по двери периодически.
Светом поморгайте, чтоб не спал.
И не тратьте всё сразу.
Так точно, сэр.
Я хочу поговорить о смерти ученого
Манфреда Циглера и его семьи.
Я требую официальное лицо.
Здесь только я официальное лицо.
Я официально протестую против задержания.
Протест официально зафиксирован.
Теперь поговорим о смерти
ученого Манфреда Циглера?
И его семьи.
Я ничего не знаю об этом человеке.
Вы — полковник КГБ.
Конечно, знаете.
Я управляющий из Москвы
- в торговой комиссии…
- Мы будем играть в эти игры?
Вы зря тратите время, кем бы вы ни были.
Вы встречались с ним
в Западном Берлине.
Это было недоразумение.
Я думал, речь пойдет о регулировании
импорта-экспорта между ГДР и рынком…
И вы всегда устраиваете
встречи в кино днем?
Но это не я придумал.
Я просто приехал по адресу.
- Вы знаете некоего Фислера?
- Нет.
Вы знаете некую Северину Блох?
Я не знаю мадам Блох. Нет.
Вы видели Фислера в компании мадам Блох?
Нет. Я не знаю этих людей.
Откуда вы знаете, что она «мадам»?
Полагаю, все женщины ее возраста замужем.
И сколько ей лет?
Раз вы ее не видели.
Я не встречался с этими людьми.
На сегодня это всё.
Скотт.
Что происходит? Почему такие проверки?
Хотят усложнить нам жизнь, вот и всё.
Может, сходим к твоей тете в другой раз?
Я так больше не могу!
Разве нельзя жить нормально?
- Прости.
- Уходим.
Но ведь правда.
Поехали в Англию.
О чем ты говоришь?
Я нашла способ оставить всё это позади.
Элиза, я на это не пойду, ты знаешь.
Это моя страна. Я нужен ей.
Хочешь всю жизнь стоять в очереди?
Я — нет.
Я хочу, чтобы мы были счастливы.
Счастливы и свободны.
Элиза. Я никуда не уеду.
Ты это знаешь.
Спасибо вам, мистер Любков.
Вы мне очень помогли.
- Помог?
- Да.
- Как?
- Дело не в том, что вы сказали,
а в том, чего не сказали,
это очень многое подтвердило.
Я не понимаю, о чем вы.
И в знак благодарности
я хочу вас отпустить.
- Что? Вы меня отпускаете?
- Да.
Я отправлю вас в Восточный Берлин.
Зачем это вам?!
Я очень благодарен за вашу помощь.
Если я вернусь в Восточный,
меня убьют.
- Наверняка.
- А мне-то что?
И вы здесь больше не нужны,
вы становитесь проблемой.
Я прошу политического убежища.
Нет-нет, не пойдет.
А Коврин будет вас искать,
захочет поговорить.
Вы немного поболтаете и расскажете ему
о нашей маленькой беседе.
Но теперь кое-что изменилось.
Василий.
Я твой единственный друг.
Если будет грозить опасность,
запомни этот номер,
набери и скажи,
что «плохо себя чувствуешь».
Я вытащу тебя из Берлина за сутки. Обещаю.
Телефонные линии перерезаны.
Уверен, человек с твоим статусом
и интеллектом сможет позвонить.
Это всё, что нужно?
Просто позвонить? Как вы это сделаете?
Оставь это мне.
Чем меньше знаешь, тем лучше.
Скотт.
Спасибо за…
всё.
Я хочу вернуться в Западный.
Выметайся!


Серия 4

Я пошла к Советам, к Любкову,
потому что пыталась найти
убийцу своего мужа.
Его зовут Василий Любков.
Что в нем интересного?
Он что-то знает о смерти Бетховена.
Чтоб меня.
Мы не знаем, когда ждать эту пару.
Всегда в последнюю минуту.
Я знаю всё. Купите мое молчание.
Я хочу уехать из Берлина в Англию.
Нам нужны такие, как вы.
Так уж необходимо было убивать всю семью?
Самое чистое решение.
Мистер Скотт.
Меня зовут Виктор Коврин.
Иногда нужно подстегнуть
события ради ясности.
Теперь поговорим о смерти
ученого Манфреда Циглера?
Я ничего не знаю об этом человеке.
- Я хочу вас отпустить.
- Что?
Я твой единственный друг.
Если будет грозить опасность,
запомни этот номер, набери и скажи,
что «плохо себя чувствуешь».
Ваш вопрос предполагает,
что кто-то в Западной Германии
хочет, чтобы мы собрали строителей
в столице ГДР, чтобы
построить стену. Я прав?
Я не знаю о таких планах.
Большинство рабочих столицы
заняты на стройке жилых домов.
Они полностью загружены на этих проектах.
Никто не собирается строить стену.
Я уже говорил раньше…
Привет. Доброе утро.
Доброе утро.
Ты не очень устал?
Я вымотан.
ГОРОД ШПИОНОВ
Мистер Скотт?
Какой приятный сюрприз.
Мистер Коврин.
Какое совпадение.
Мы проезжали мимо, я выглядываю в окно,
и боже ты мой — Филдинг Скотт!
Да, какое совпадение.
Вы живете поблизости?
Вы знаете, где я живу.
Я знаю многое, но не знаю всего.
Например, я ничего не знаю про Бейрут.
Бейрут?
Забавно. Вы там бывали?
- Нет. А вы?
- Никогда.
Я рад, что заметил вас, мистер Скотт.
Вы приехали в Берлин,
и всё стало куда увлекательнее.
В комитете связи с авиацией?
Вы там работаете, да?
Наверное, интересно.
Есть свои плюсы.
Что ж, доброго вам вечера.
Может быть, скоро мы встретимся снова.
Мы работаем тщательно.
Никогда ничего не выбрасываем.
Хорошо. Нам бы такой порядок.
Здесь всё. Все улики
по убийству Саймона Хэлдейна.
Вы не могли бы расписаться?
Я вижу, вы уже проверяли улики, сэр.
Да. Дважды.
Но я что-то упускаю.
Все их изучали.
Британцы, американцы,
берлинские криминалисты.
Раз за разом.
В этой коробке нет тайн.
Тут что-то должно быть, но этого нет.
Такова жизнь.
Ее вечная загадка. Не так ли?
Тут что-то должно быть, но этого нет.
Мне насрать на вечные загадки жизни.
Есть что по Любкову?
Новостей нет.
Похоже, его отпустили.
Он — в Восточном Берлине.
Что? Отпустили?
Зачем его отпускать? Чушь какая-то.
Питри сказал, что понятия не имеет —
равно как не имел отношения
к захвату Любкова.
Похоже, это личная операция Скотта.
Скотта?
Такое возможно без одобрения Питри?
Это необычно.
Но я верю Питри.
Он явно расстроен положением дел.
Всё это очень странно.
И кто же такой этот Скотт?
Если у него есть полномочия
независимо захватить русского агента
и отпустить его…
Я бы сказал, что он
довольно опасный человек, не так ли?
Тот, за кем нам необходимо следить.
Да.
И что мы будем с ним делать?
От меня что-нибудь требуется?
От тебя требуется за ним следить.
Выставь слежку.
Мы знаем, как вести себя с Питри.
Но со Скоттом ситуация меняется.
Будь осторожнее.
Да, вы правы.
Мадам Блох?
Да?
Меня прислал Любков.
У нас есть информация про Хоффа.
- Где Любков?
- Пройдемте со мной.
Вас встретят на втором этаже.
Я подожду здесь.
Прошу вас.
Как приятно познакомиться, мадам Блох.
И товарищ Любков хорошо отзывался о вас.
Мне сказали, у Любкова есть информация.
Он сказал мне,
что вы крайне упорно
ищете информацию о некоем…
человеке
по имени Удо Хофф.
Я лишь прошу вас
выполнить вашу часть сделки.
Я скомпрометировала себя
перед своими людьми.
И Василий Любков обещал
мне взамен найти Удо Хоффа.
- Всё, чего я хочу.
- Ваши поиски окончены.
Удо Хофф мертв.
Прошу, прекратите, мистер Коврин.
Я видела Удо Хоффа собственными глазами.
Значит, ваши прекрасные глаза вас подвели.
Почему вы работаете с такими людьми?
С такими, как Удо Хофф.
Вы воевали,
чтобы уничтожить этих нацистов.
Больше 20 миллионов русских
погибли на войне.
А сейчас вы работаете рука об руку
с этой мразью, с нацистами.
Вы не понимаете, мадам Блох.
В этом новом мире
не всегда получается выбирать коллег.
Так вы признаете.
Вы знаете Удо Хоффа?
Я ничего не признаю.
Я хочу сказать, что искать мертвеца
не просто бесполезно.
Это может быть и опасно.
Бросьте это дело, мадам.
Мне больше нечего вам сказать.
Что случилось?
Я ездила в Восточный.
К Виктору Коврину.
Господи боже.
Сказали, есть новости по Удо Хоффу.
- И они были?
- Нет.
Но меня предостерегли,
чтобы я его не искала.
И тебя снова отпустили?
Да, я закончила встречу.
Повезло, что с тобой не закончили.
Он не хотел, чтобы я узнала, но…
Коврин подтвердил, что Удо Хофф жив.
Так он — в Восточном?
Да. Я же говорила, мне доложили.
Разве это мудро?
Меня сейчас не волнует мудрость.
Удо Хофф — в Восточном,
это я знаю наверняка.
«Где-то в Восточном».
Сложно будет вычислить.
Ты поможешь мне его найти?
Коврин тебя предупредил,
я бы на твоем месте воспринял это всерьез.
Я вот воспринимаю.
Если меня хотят убить — пусть убивают.
Я не оставлю жизнь убийце моего мужа.
Да, а я не дам им забрать тебя у меня.
- Так ты мне не поможешь?
- Нет, не помогу.
Пожалуйста.
Прекрати его искать.
Спасибо.
Я плохо себя чувствую.
Да.
Надо встретиться. Срочно.
Я знаю это место.
Да, смогу там.
У закусочной.
Хорошо.
- Мы все равны!
- Супер, Райнхарт!
Да! Замечательно!
Элиза?
Что ты здесь делаешь?
Не ждал тебя увидеть.
Что скажешь?
Это прекрасно. Очень хорошо.
Совсем как тогда.
- Кажется, им правда нравится.
- Как тогда, Райнхарт.
Ты знаешь, что с тобой было,
мы этого не переживем.
Будешь продолжать петь —
тебя снова посадят.
Успокойся, Элиза.
Обо мне никто не знает.
Рекламы нет, я прихожу и играю.
Нет! Они всё знают, о тебе всё знают.
Ты должен прекратить.
Прошу, прекрати.
Всё встает на свои места.
Обещаю, всё изменится.
Стой!
Эй! А ну, стоять!
Помогите! Помогите!
Спасибо.
Еще одна ушла.
Поверить не могу.
Спасибо.
У меня есть важная информация по Берлину.
Берлину? Что за информация?
Я скажу одному человеку.
Я буду говорить только с англичанином.
Что за человек? Как его зовут?
Его зовут Филдинг Скотт.
Мы не знаем никакого Филдинга Скотта.
Лучше скажите, что у вас за информация.
Скажу только Филдингу Скотту.
Зачем вы пришли во французскую зону,
если вам нужен англичанин?
За переходами следили.
Только здесь было безопасно.
Она не будет говорить со Скоттом, ясно?
Разумеется.
Я дома!
Уже пьешь?
Для бокала вина никогда не рано.
Восхитительно.
Пришла почта. Я оставил на столе.
Спасибо.
- За тебя.
- За тебя.
Привет.
Что случилось?
Мы встречаемся с тем,
кто может знать про Хэлдейна
и его связи в Бейруте.
С кем?
Не знаю. Я получил сообщение
с предложением встречи.
Не знаю, от кого.
- Может, ловушка.
- Но не среди белого дня.
В «Оливенбаум», так что, наверное…
Есть новости о Любкове?
Да, он сбежит.
Господи.
Да, а дальнейшее многое нам скажет.
- Всё хорошо?
- Да, разумеется.
- Мне пора ехать.
- Увидимся.
Да, до скорого.
Ульрике Фарбер? Я Северина Блох.
Подруга Филдинга Скотта.
Вас прислал он?
Нет. Он не знает, что я здесь.
Но я знаю, что у вас есть то,
что мне нужно.
Правда? И что же?
Можно войти?
Думаю, вы знаете, что это.
Видимо, вы тоже «дипломат».
Такая же, как Филдинг Скотт.
Да, в своем роде.
Откуда вы знаете мистера Скотта?
Он мой…
коллега.
Мы работаем вместе как союзники.
В Западном.
Он интересный мужчина.
А вы очень интересная женщина.
Мне нравятся фотографии.
Вам лучше не говорить месье Скотту
о моем визите.
Вы меня сфотографировали.
Это правда.
Можно мне негатив?
Разумеется, я заплачу. Большую сумму.
Я не продаю негативы.
Может, сделаете исключение?
Всего один раз.
Хорошо.
Я сделаю исключение.
Я сказала, что готова заплатить
большую сумму.
Но не говорила, что готова убить вас.
Кто знает, что имеет в виду
«дипломат», говоря хоть что-то.
И правда.
Спасибо.
Сосиску, пожалуйста.
Спасибо.
Кофе, пожалуйста.
Спасибо.
Спасибо.
Что будем делать?
Стойте здесь.
Сколько?
Пять минут.
Пойдете к церкви на краю площади.
Я буду ждать в синем «Опеле».
Садитесь рядом.
Что дальше?
Мы отвезем вас в Англию.
Это безопасно?
Куда он делся?
Вот он!
Что случилось?
Да, это он.
Не знаете, кто его убил?
Нет.
А кем был человек на рынке?
Связной.
Хотел поделиться информацией.
Почему он не пришел к вам в офис?
Не знаю.
Это он хотел прийти на рынок.
Вы знаете, кем он был.
Нет.
Мы не успели поговорить.
Он был русским.
Правда?
Чиновник из торгового консорциума.
- Ерунда какая-то.
- В каком смысле?
О чем ему со мной разговаривать?
Вы мне скажите.
Может, это ошибка.
Может, он обознался.
- Что же с вами такое, мистер Скотт?
- Простите?
Когда вы в Берлине — людей убивают.
Уверяю вас, я ни при чем.
Может, дело в Берлине.
Возможно, вы правы.
Кем был убитый?
Не знаю, мать его.
Кто-нибудь знает?
Неважно, это дела британцев.
Да, но убитый на цветочном рынке
мог быть кем-то важным.
- Убийство средь бела дня!
- Может быть. Возможно.
Почему его не опознали?
Убийцу нашли, ты знал?
Нет. Кто это был?
Какой-то мертвый говнюк
на складе рядом с Тегелем.
Деньги рядом с телом — явно оплата
за выстрел, а потом его самого убили.
Зачем убивать убийцу?
Затем, что это чисто. Аккуратно.
Расследование остановят,
найдя убийцу, еще и мертвого.
Почерк мафии.
Мафии?
Ты был на Сицилии. Ты же знаешь.
Цель убита, потом убийца цели убит.
Почти всегда, почти мгновенно.
Нет больше загадки. Дело закрыто.
Да, но сейчас мы в Берлине.
Когда вы со Скоттом были на Сицилии?
В 44-м. Он был там до меня.
В какой роли?
Десантник, приписанный к спецавиации.
Подумай. Сицилия. Мафия.
Мафия правила Сицилией
со вторжения в 43-м.
Скотт знает их ходы.
Да, но вряд ли Скотт стал бы
устраивать убийство на рынке,
а потом убивать убийцу. Какой ему интерес?
Это связано с Бетховеном,
мать его, ты сам сказал!
Не знаю как, но это всё объясняет.
Всё, что делает Скотт,
связано с Бетховеном.
А Скотт — не коммунист?
Что? Разумеется, нет.
Почему? Почему ты так уверен?
Думаешь, он двойной агент?
Это неважно.
Сейчас абсолютно ясно только одно:
мы должны разобраться с Филдингом Скоттом.
Разве ты не видишь?
«Раскрыть» и «обличить» —
такие слова он использовал.
Он напрямую спросил,
не думаю ли я, что ты коммунист.
Господи.
Может, это он метафорически?
А может, луна сделана из сыра.
Да, может, ты прав.
Убийство его напугало.
Не видел, чтобы Данн так нервничал.
Если он хочет раскрыть меня,
это доказательство. Ты не видишь?
Да ну тебя к черту. Данн — предатель?
Сливает данные русским? Я в это не верю.
Да, и с ним надо разобраться.
Кстати, у меня жучки в квартире.
Зачем Данн встречался с Любковым?
Это ключевой вопрос.
Кто хотел, чтобы Любков замолчал?
Данн.
Любков бежал, был готов говорить.
Может, это связано с тем фото,
которое он ищет.
Я вижу, ему сложно смириться. Он одержим.
А теперь Любков мертв,
и он хочет раскрыть меня.
Может, он боится того,
что Любков сказал на допросе.
Думает, что он рассказал
мне про фотографию.
Головоломка сложилась!
Да.
Господи, Данн что, и правда параноик?
Ему повсюду мерещатся враги.
- И правда повсюду.
- Ну раз уж раскрывать меня,
почему он не идет к Питри?
Поделиться страхами.
Рассказать о тревогах,
начать расследование.
Арестовать меня. А я скажу.
Потому что он хочет,
чтобы это была миссия ЦРУ.
Он впадает в панику.
Филдинг.
Будь осторожен.
Данн одержим своими идеями.
Не волнуйся.
Я буду осторожен.
Увидимся в субботу.
А кто платит?
За счет ЦРУ.
Какого хрена мы не встречаемся в кабинете?
Не хочу, чтобы разговор записали.
- Господи боже!
- Любков мертв.
Я знаю.
Вы представляете дерьмо,
которое польется на нас от русских?
- Вы знаете, кто убийца?
- Разумеется, нет.
Вы что, с ума сошли?
Любков хотел к нам.
Он волновался.
- Боялся.
- Кого?
Я не знаю.
- Коврина?
- Вы спровоцировали Коврина.
Захватили Любкова,
отпустили, а потом его убили.
Вы знаете, что Торренс Данн встречался
с Любковым в Западном Берлине?
Что?
Они что, были информаторами?
Не знаю. Всё сложно.
Очень многие ставили на Любкова,
включая меня.
Данна и Коврина.
- И я задумался.
- О чем же?
Что именно знал Любков?
Какая информация у него была?
Зачем его надо было убирать?
Не знаю. Ни малейшей, мать его, мысли.
Что случилось в Бейруте?
В Бейруте?
- Теперь вы меня запутали.
- А вы подумайте.
Поразмышляйте.
Может, и сообразите.
Однажды, Скотт,
мы с вами,
когда этот фарс закончится,
мы рассчитаемся.
Жду с нетерпением.
Мадам Блох?
Что случилось?
- Вы вся мокрая.
- Вам помочь?
Нет, всё хорошо.
Это просто вода.
Что с ней такое?
Откуда мне знать? Не наше дело.
Приятного аппетита.
Я буду говорить с Филдингом Скоттом.
Простите, но придется со мной.
Докажите, что не работаете на русских.
Оставите нас?
Я видела вас
в штаб-квартире КГБ.
В моем кофе был
красный восклицательный знак.
В кружке, на дне.
Русские — повсюду.
Докажите, что вы на них не работаете.
Как вы могли видеть меня в КГБ?
Я была немецкой секретаршей.
У Василия Любкова.
Вы знаете, что его убили?
Я назову вам дату.
Дату?
Я слушаю.
13 августа.
Через месяц?
Да.
Что важного в этой дате, 13 августа?
Именно в это воскресенье?
Я скажу Филдингу Скотту.
Не привыкну к тому,
как меня волнует твой вид.
Это удивительно.
Каждый раз — как в первый раз.
Спасибо.
Ты милый.
Зачем пригласила?
Ко мне подошел человек.
В магазине.
И плеснул мне водой в лицо.
- Господи, что?
- Это предупреждение.
От Удо Хоффа.
Удо Хоффа? Откуда ты знаешь?
Просто знаю.
- Тогда остановись.
- Нет.
Я ведь совсем близко.
Он знает обо мне и напуган.
Будь осторожнее.
Ты знаешь, на что он способен.
Я знаю.
Не волнуйся. Я буду осторожна.
Что не так?
Я не должна говорить тебе это, но…
Я в тупике.
У нас перебежчик. Женщина.
Кодовое имя — Ртуть.
Ртуть?
Она дала нам дату — 13 августа.
И?
Она молчит.
Требует разговора с тобой.
Она была секретаршей Любкова.
Чего она хочет?
Как обычно: денег, паспорт,
новую жизнь во Франции.
В обмен на одну дату в календаре?
Что это может быть?
Русские окружат город и введут танки?
Может быть.
В таком случае это Третья мировая.
Да, мистер Грир. Всё забронировано,
для вас — особенный столик.
- Это я. Есть хочу.
- Да.
Добро пожаловать в «Оливенбаум».
Прошу за мной.
Могу я предложить господам выпить?
- Джин-тоник.
- Ничего, спасибо.
- Ты в порядке?
- Да, конечно.
Где Матеас?
Маттиас.
Маттиас.
Сегодня не работает.
Спасибо.
Спасибо.
О чем ты думаешь?
В плане еды.
Ну так что происходит?
Я слишком хорошо тебя знаю.
Меня шантажируют.
Скотство.
Фото меня с Маттиасом.
Дерьмо.
Этот обед.
Этот ресторан.
Тебя хотели вытащить сюда.
Он возвращается.


Серия 5

Все улики по убийству Саймона Хэлдейна.
Все их изучали.
Тут что-то должно быть, но этого нет.
Искать мертвеца не просто бесполезно.
Это может быть опасно.
Вы знаете Удо Хоффа.
Обо мне никто не знает.
Они всё знают, о тебе всё знают.
Ты должен прекратить.
Я плохо себя чувствую.
Что будем делать?
У меня есть важная информация по Берлину.
Помогите! Помогите!
Берлину? Что за информация?
Я скажу одному человеку.
Его зовут Филдинг Скотт.
Что же с вами такое?
Когда вы в Берлине — людей убивают.
Меня шантажируют.
Тебя хотели вытащить сюда.
Вы знали эту женщину,
герр Бразертон?
Да. Да, знал.
Ее звали Фредерика Шталь.
Как вы поняли, что я ее опознаю?
У нее в кармане был ваш номер телефона.
Что?
Какая-то ерунда.
Я…
Я поговорю минуту с коллегой наедине?
Прошу, пожалуйста.
Филдинг, эта женщина выполняла
мелкие поручения.
Водитель. Курьер.
Забрать, оставить, прочее.
Самое большее — наружка.
Она не убивала. Никогда.
Еще раз, как ее звали?
- Фредерика Шталь.
- Давно она с нами?
Несколько лет. Но почему у нее мой номер?
Да, почему у нее твой номер?
Я не знаю. Не знаю, чтоб ее.
Джордж, ты заказал покушение?
Конечно нет, господи.
Какого хрена происходит?
Может, она работала не только с нами.
Может, она киллер в свободное время.
Я ничего о ней не знаю. Твою мать.
У нее был с собой мой номер.
Питри знает, кто она?
Да, он с ней работал. Как и все.
Она была надежной.
Но как связная, а не убийца.
Спасибо, герр Хемпель.
Мы подтверждаем личность женщины.
Она иногда работала на консульство.
Жаль, что ее застрелили.
После покушения на убийство.
Это было не покушение. Она преуспела.
- Но вас она не убила.
- Пыталась.
Целью были вы или ваш коллега?
Взять ее живой было бы куда лучше.
Мы бы узнали что-нибудь.
Да. У меня тоже были к ней вопросы.
К сожалению,
мне пришлось спасать свою жизнь.
Разумеется.
В любом случае спасибо, господа.
Я вас больше не задерживаю.
Увидимся, Филдинг.
Я могу задать вопрос?
В последний раз вы сказали,
что пришли в полицию
во время расследования по Хэлдейну.
Да, всё верно.
Тогда что-нибудь нашли?
Доказательства, улики?
Мы забрали с места всё, что могли.
Была еще свидетельница.
Она видела убийцу Хэлдейна,
но плохо смогла описать.
Молодой мужчина в синем костюме.
Темные волосы.
А теперь у нас
еще один мертвый британский служащий.
Любопытное совпадение.
Надеюсь, это не будет
еще одним закрытым делом.
Как дело Хэлдейна.
- Британцы проверили всё.
- Всё.
Потом вернули обратно,
улики хранятся в архиве.
Как и по другим закрытым делам.
Может, однажды мы узнаем больше.
Может быть.
ГОРОД ШПИОНОВ
Маттиас.
Простите, не хотел вламываться.
Соболезную вам.
- Вы были с ним?
- Да.
Я пытаюсь понять, что произошло.
- Вы что-нибудь нашли?
- Нет.
Пока нет, но…
Я разберусь, обещаю.
Вы правда ему нравились.
Это я знаю.
Спасибо.
Филдинг? Всё хорошо?
Да и нет.
У вас, случайно, нет гостевой?
- Сейчас она свободна.
- Прекрасно.
Можно остаться на пару ночей?
Буду признателен.
На здоровье. Входите.
Спасибо.
Да?
Привет. Это я. Я не появлюсь пару дней.
Скажи, я заболел. В санатории.
Я… Хорошо.
Всё хорошо?
Ты должна кое-что сделать.
Даже из здания выходить не надо.
Простой вопрос.
Был ли Олдос Питри
в Берлине на неделе от 19 марта 1960-го?
Запиши даты.
Но узнать об этом невозможно.
Ты умная и находчивая, Элиза.
- Ты найдешь способ.
- Это будет сложно.
Сложности надо преодолевать,
как ты мне напомнила.
Я в тебе не сомневаюсь.
19 марта 1960-го.
Услуга за услугу, Элиза.
Раз уж мы понимаем друг друга.
Хорошо. Я попробую.
Да, это снова я.
Ты должна сделать кое-что еще.
В этом «санатории»
у вас много дурных мыслей.
Это очень важно.
Ты должна пойти в кафе «Хольст».
- Там ведь убили Саймона Хэлдейна?
- Да.
Ты хорошо осведомлена,
на тебя можно положиться.
Той ночью там убили официанта.
Мне нужно его имя.
У меня два условия.
Я слушаю.
Первое: вы выполните свою часть сделки.
- А второе?
- Не звоните больше.
Идет.
Два охранника с ней круглые сутки.
Она думает, мы отправим ее в Париж.
- Чтобы она начала новую жизнь.
- А вы не отправите?
Нет.
Она так думает, но ничего нам не дала.
Только дату без уточнений.
Очень странно. Зачем ей со мной видеться?
Полная ерунда. Информация же для всех?
Британцам, французам, американцам…
Это важно всем нам. Очень странно.
Она мне не верит.
Потому что видела меня в КГБ.
Когда я говорила с Ковриным.
Понятно.
Мне нельзя пускать тебя к ней.
- Но?
- Но…
Для тебя я нарушу правила.
Спасибо.
Мне так жаль Конрада.
Да.
Его шантажировали.
Он хотел меня подставить.
Это ужасно.
Знаю, вы были знакомы.
У нас были приключения на войне.
Как у многих.
Герр Любков говорил о вас с Ковриным.
«Настойчивый мистер Филдинг Скотт».
«Настойчивый»?
Кто это сказал? Коврин?
Он спрашивал у Любкова,
упоминали ли вы Бейрут.
И что ему сказал Любков?
Сказал, что вы спрашивали про Бейрут.
Я поняла, что вы не дружите с Советами.
Поэтому я хотела говорить с вами.
Эта дата…
Воскресенье, 13 августа.
Что вы знаете?
Есть сигарета?
Всё крутится вокруг этой даты.
13 августа.
Все увольнительные отменены
на эти выходные.
Все перевозки прекратятся в полночь
с субботы на воскресенье.
Будут отменены поезда
в Берлин и из города.
Именно Василий Любков курировал
всё транспортное сообщение
между Советами и Восточной Германией.
Но свежие войска не вводят?
Нет. Еще с прошлого года.
Войска полностью собраны.
С января этого года.
И никаких увольнительных на выходные?
Да.
И железную дорогу остановят
в полночь субботы 12 августа.
Никаких перевозок.
Так что случится в этот день?
Я не знаю.
Но это будет важно.
Идем.
Вам нужна железнодорожная станция.
Шеневайде.
Там Любков встречался с людьми.
И что я могу там найти?
Ваши ответы.
Почему вы не скажете сейчас?
Когда я поеду в Париж?
Мы еще не решили.
Она не ела три дня.
Это меня беспокоит.
Следите, чтобы ела и пила.
Будет отказываться — доложите.
Думаешь, она скажет им обо мне?
Не думаю.
Я восхищаюсь твоей уверенностью.
Ее не интересовали французы.
- Только ты.
- Видимо, я неотразим.
Вполне отразим.
Часто тут бываешь?
Это мое любимое место в Берлине.
- Оно шикарное.
- Для меня — только лучшее.
Хороший вкус.
Такого за деньги не купишь.
Отчитывайтесь мне
по состоянию ее здоровья.
Сообщайте о подозрительном поведении.
И берегите ее. Чтобы ничего не случилось.
Я собиралась сказать…
Я нашла того, кто приведет меня к Хоффу.
Кого?
Ему нужны деньги.
Он сказал, что знает новое имя Хоффа.
Где ты его нашла?
Для меня наводят справки.
Я покупаю информацию.
Ты уверена, что сведения верные?
Да, абсолютно.
Что ж…
Пойдешь к нему —
обязательно возьми меня.
- Для безопасности.
- Хорошо.
Я на это надеялась.
Обещай.
Обещаю.
А было весело.
Досада какая. Мне понравилось.
Можете открыть, пожалуйста?
Что именно вы празднуете?
День, когда я очнулась от комы в Никосии.
Когда врачи сказали мне, что я поправлюсь.
Боже мой.
Да, это стоит отметить.
Жаль, вас не будет на празднике.
Придут мои добрые друзья.
Они могли бы рассказать вам
много интересного.
Правда? Например?
Некоторые считают,
что лишь вопрос времени,
когда Берлин оцепят.
Оцепят?
Люди всерьез нервничают.
Интервенционист!
- Спасибо, что пришел.
- Не за что.
Здравствуй, Ульрике.
Итак, что именно я должен сделать?
Ничего особенного. Мелочь.
Но я пойду с тобой.
Скверная мысль. Любитель.
Не думаю, что мистер Скотт — любитель.
Ни в малейшей степени.
Кстати, а что мы ищем?
Понятия не имею.
- Пойму, когда увижу.
- Черт.
Скотство.
Ты можешь быстрее?
Хочешь быстрее — не торопись.
Что с этим будут делать?
Строить концлагерь?
Хотите бокал вина?
Вы знаете, где Филдинг?
Ушел.
Кажется, по какому-то важному делу.
Он вернется сегодня?
Должен.
Можете передать ему от меня сообщение?
Очень важное.
Нет никого лучше меня
для передачи важных сообщений.
Скажите, что моя встреча будет сегодня.
На стадионе. В полночь.
Вы точно не хотите бокал вина?
Нет, спасибо. Мне нужна свежая голова.
Господи боже.
Подержи.
- Простите, Элиза.
- Простите.
- Доброй ночи, сэр.
- Доброй.
Элиза? Что вы?..
Простите, сэр. Ваша папка.
- Хорошо.
- Это не срочно.
- Доброй ночи.
- Доброй.
У голодного нет совести.
Это горькая правда.
Значит, ты отрицаешь утопию?
Нет, лишь пустые мечты.
Спасибо.
Здравствуйте.
- Я рада, что вы добрались.
- А я-то как рад. Спасибо вам.
Это Филдинг.
- Здравствуйте.
- Привет.
Рад познакомиться.
Мадам Блох заходила.
Просила передать сообщение.
Давно?
- Час или два назад.
- Что за сообщение?
Она сказала, что встреча будет
сегодня на футбольном стадионе.
В полночь.
Мне нужна ваша машина.
Боюсь, я вас не вижу.
Пожалуйста, выйдите на свет.
Я должен убедиться, что могу вам верить.
Пожалуйста, выньте руки из карманов.
Вы отведете меня к Удо Хоффу?
Я хорошо заплачу. Деньги — со мной.
Да, конечно, я могу отвести вас к Хоффу.
Но…
Я должен знать, что вам можно верить.
Пожалуйста.
Это ты.
Хофф.
Да, я Удо Хофф.
Имел удовольствие
близко познакомиться с вашим мужем
в Париже.
А теперь я познакомился
и с милой супругой.
Иногда жизнь слишком добра.
Понимаете, никто не знает, кто я.
Я предупреждал, мадам Блох.
Как вы думаете,
почему вам плеснули водой в лицо?
Ты покойник.
Нет. Вовсе нет.
Прости…
Отлично выглядишь.
Есть выпить?
Доброе утро.
Выглядите плохо, как самочувствие?
Не волнуйтесь. Ничего не было.
Вы бы и не смогли.
Почему я голый?
Вы всего себя заблевали.
Господи.
Прелесть какая.
Так что случилось?
Вчера ночью убили Северину.
Соболезную.
Эта линия защищена?
Хорошо, переключите.
Скотт! Где вы?
Меня слышно?
Слышно. Я полагаю, линия надежная.
- Я в Берлине, в автомате.
- Хорошо.
У меня есть дата.
13 августа.
Советы собираются «обустроить» Берлин.
«Обустроить»?
Окружить и оккупировать.
Я видел фото с доказательствами.
Вы уверены?
Это маловероятно. Большой риск.
Да, согласен.
Похоже, пороховая бочка готова взорваться.
Я видел приготовления.
Километры колючей проволоки.
- Вы уверены насчет даты?
- Да. У меня новый источник.
С востока, я ее проверил. Она была в КГБ.
13 августа.
У меня есть прогресс и по другому делу.
Всё очень сложно.
В таком случае встретимся лично.
Верно. Конечно.
И где вас черти носят?
Питри сказал,
вы болеете где-то в санатории.
Нет, я неподалеку.
Просто не показываюсь.
Ясно. Как с вами связаться?
Лучше, если я свяжусь сам.
Позвоню завтра в это же время.
Нет-нет-нет. Прошу, садитесь рядом.
К сожалению,
у нас возникла проблема
с Райнхартом.
- Не представляю почему.
- Представляете.
Он снова поет глупые песни.
И молодежь его слушает.
Скверно, Элиза. Мы так не договаривались.
Мы выпустили его,
потому что вы стали работать на нас.
Но ведь я работаю на вас.
Да.
Но этого недостаточно.
Мы разочарованы.
Если вы его не сдержите…
Я обещаю.
Элиза…
Есть другая возможность.
Намного проще.
Элиза, вы очень…
привлекательная девушка.
И…
Быть может,
если мы с вами пообщаемся лично…
На выходных. Только вдвоем.
Абсолютно неформально.
Это бы помогло Райнхарту.
- У меня большие связи.
- Я поговорю с ним.
Он больше не будет, обещаю.
Подумайте о совместных выходных, Элиза.
Пожалуйста.
Единственный способ. Только мы.
Нет.
Элиза, какой сюрприз.
Что случилось?
Элиза, что случилось? Ты как?
- Расскажи.
- Я больше не могу.
Я не могу дальше так.
Чего не можешь?
Элиза…
Я помогала Штази последние шесть лет.
Давала информацию,
чтобы тебя оставили в покое.
Что? Это невозможно.
Ты работала с этими уродами
шесть лет за моей спиной?
Только я могла тебя защитить.
И ты решила это за меня, Элиза?
Ты с ума сошла?
Только благодаря этому
тебя снова не посадили!
Я лучше сяду в тюрьму, чем буду
смотреть, как ты на них работаешь!
Ты не понимаешь.
Это человек, офицер Штази, он…
Он трогал меня.
Запустил руку мне под платье.
Ты понимаешь?
Запустил руку мне под платье,
а я сидела там ради тебя!
Элиза, скажи мне, кто это сделал.
- Я ему череп разобью!
- Не трогай меня.
Прости. Прости, Элиза. Прости.
Элиза…
Мне жаль.
Вот сволочь…
Я помню нашу первую встречу, будто вчера.
Я хотел помахать тебе,
но у меня в руках был транспарант.
Я мог только смотреть.
«Свобода мысли».
Точно. Я сам его нарисовал.
Ты всегда поступал так, как считал нужным.
Это меня в тебе и привлекло.
Ты просто стоял там и улыбался мне.
И выделялся из толпы.
Ты улыбнулась в ответ.
Кажется, я тебе просто глупо ухмыльнулась.
У тебя была ошибка на транспаранте.
Что?
Ты пропустил букву «Б» в «свободе».
Серьезно?
Значит, я тогда весь день ходил
с транспарантом,
где было написано «Своода мысли»?
Да.
Боже.
Нет…
Теперь всё кончилось?
Я поеду с тобой в Англию.
Правда?
Может, найду работу в клубе,
буду петь немецкие протестные песни.
- Ты серьезно?
- Да.
Ты сказала шефу, что я поеду с тобой?
Я его шантажировала, Райнхарт.
Хочешь познакомиться?
Это он.
Райнхарт, это мой шеф.
Райнхарт, приятно познакомиться.
Элиза говорила о вас только хорошее.
А вы почти как Бог — можете всё исправить.
Ну… Не совсем как Бог,
но у Него за пазухой.
Ладно, я оставлю вас обсуждать дела.
Рад знакомству.
- У тебя есть новости?
- Да.
Мистер Питри был в Берлине в марте.
Не уверена насчет дат,
но по въездным он вернулся в Лондон 22-го.
Он был в Берлине. Ты уверена?
Да, он был в Берлине. Это официально.
Питри уехал 22-го.
Саймон Хэлдейн был убит 21-го.
Да.
Мне нужно узнать еще кое-что.
Когда вы вернетесь в офис?
Я не знаю.
Жизнь сейчас очень сложная.
Что вам нужно?
Ты должна добыть папку
на бывшего эсэсовца, Удо Хоффа.
Она — в фонде документов.
Он был в Париже в 44-м, это может помочь.
Удо Хофф. Париж 44-го.
Я постараюсь найти.
Как с вами связаться?
Я позвоню.
Нашла что на официанта?
Вольфганг Риттер.
Риттер…
Я как будто информбюро.
Ну, так и есть.
Ты сможешь войти?
Что это за место?
Берлинский уголовный архив.
В теории — возможно.
У каждого здания есть слабости.
Дайте подумать.
Составляй свой план, но не слишком долго.
- Я пойду один?
- Нет, я пойду с тобой.
Что ищем на этот раз?
Опять колючую проволоку?
Нет.
Желтый конверт.


Серия 6

Эта дата…
Воскресенье, 13 августа.
Что вы знаете?
Никаких перевозок.
Так что случится в этот день?
Я не знаю.
Я помогала Штази последние шесть лет.
Давала информацию,
чтобы тебя оставили в покое.
Торвальд. «Айнбрэхер».
«Взломщик». Это оскорбление.
А как лучше тебя называть?
Ну, «интервенционист»?
«Тюреффнер».
Там ведь убили Саймона Хэлдейна?
Ты хорошо осведомлена.
Той ночью там убили официанта.
Мне нужно его имя.
Что ищем на этот раз?
Желтый конверт.
Я нашла того, кто приведет меня к Хоффу.
Обязательно возьми меня.
Это ты. Хофф.
На полминуты раньше —
и она была бы жива.
Кто ее убил?
Контакт.
Дипломатический контакт?
Она была «дипломатом», как и вы?
У нас больше обязанностей,
чем простая дипломатия.
Мне не стоило об этом шутить.
Жизнь — сложная штука.
С этим ничего не поделаешь.
И не говорите.
Я бы хотел поблагодарить.
И извиниться за ту ночь.
Не стоило приходить в доску пьяным.
Не надо было вас беспокоить.
Нет, я польщена, что вы решили вернуться.
Забавно. Я действовал на инстинктах.
Ну…
Инстинкты в целом — это хорошо.
Я предпочитаю доверять инстинктам.
Это ваша знакомая?
Да, видимо, она.
Оставлю вас вдвоем.
- Входи.
- Спасибо.
- Ты нашла?
- Да, это было легко.
Я знаю этого человека.
Ты знаешь Удо Хоффа?
Его зовут не Удо Хофф,
а Август Фробен.
Август Фробен?
Откуда ты знаешь?
Здесь сказано, что он исчез.
Он отвечает за наблюдение
за моим парнем Райнхартом —
вы встречались.
Райнхарт сидел в тюрьме.
- В Западном?
- Нет.
В Восточном в 1953-м
были студенческие демонстрации.
Райнхарта арестовали
и объявили врагом народа.
Посадили в тюрьму.
А это его инспектор по надзору?
Можно сказать и так. Да.
Он наблюдает за Райнхартом.
Можешь выйти на связь?
Да, это возможно.
Я хочу встретиться.
Организуешь рандеву?
- Скажете зачем?
- Да.
Чтоб он страдал.
В таком случае — с удовольствием.
Связь со мной — здесь.
И — никому, поняла?
Конечно. Я позвоню.
Элиза?
Спасибо. Это и правда прогресс.
Пока.
ГОРОД ШПИОНОВ
Филдинг Скотт.
Она умерла у меня на руках.
Вы были там с мадам Блох?
Я опоздал.
Кто ее убил?
У меня есть подозрения.
Я их проверяю.
Если будет нужна помощь — дайте знать.
Я хочу найти сукина сына.
Вы можете кое-что сделать.
Я хочу поговорить с Ртутью.
О боже мой.
Охрана, шевелитесь!
- Пусть кто-нибудь ее снимет.
- Так точно.
Вам нужна помощь?
Доброе утро, сэр.
Доброе утро, Скотт.
Пусть русские делают что хотят,
что бы это ни было.
Перекрывают дороги. Воздушные пути.
Перерезают провода.
Это не изменит общей ситуации.
И это лучше, чем Третья мировая.
Будь моя воля, я бы отдал им Берлин.
Пусть забирают. На здоровье.
Это ваше личное мнение или правительства?
Правительства.
Неофициально, конечно.
Мы ведь боремся за наши ценности.
Это разделит семьи.
Это повлияет на жизни сотен тысяч,
если не миллионов людей.
Возможно, кое-что мы сумеем сделать.
Вы сейчас в поле, Скотт.
Можете действовать. Добраться до Коврина.
Пусть он знает, что мы знаем.
Минус элемент неожиданности.
Они могут передумать.
Если я останусь в живых.
Наши уже дважды пытались меня убить.
Сперва Хэлдейн,
потом официантка в ресторане.
Я говорил о встрече в Берлине?
С арабом из Бейрута.
Этот город всё время всплывает.
Он сказал, моя жизнь — в опасности.
Лично моя.
- Вы никогда не были в Бейруте.
- Вот именно.
Это меня и удивило. Связь не выстроить.
Если я ничего не упускаю.
Мне лучше вернуться.
Вы не думаете, что мы находимся
в очаге капитализма
внутри коммунистической страны?
Нет, не думаю.
Иногда приятно вспомнить.
Что Саймон Хэлдейн делал в Бейруте?
Если можно спросить.
Я бы не спрашивал.
Не задавайте мне вопросы о Бейруте.
Вы очень умный человек.
Прекрасный оперативник.
У вас есть важная задача,
и вы — в шаге от завершения.
Возвращайтесь в Берлин
и найдите предателя.
Я буду держать вас в курсе.
Мистер Скотт.
Какой приятный сюрприз.
Так трогательно, мистер Коврин.
Я и не знал, что вы религиозны.
Можете прочесть?
Владимир Кузнецов.
Он был моим адьютантом.
Лучшим и старым другом.
Один город. Одна улица.
Его убили
за несколько дней до конца войны.
Полагаю, вы тоже были солдатом.
Да, на Сицилии.
И в других местах.
Хотя бы это у нас общее.
Два солдата на одной стороне.
Чего вы хотите, мистер Скотт?
Чтобы вы знали, что мы знаем.
Что вы хотите огородить город.
Вам стоит задуматься.
Начнется Третья мировая.
Я не знаю, о чем вы говорите.
Мне пора, простите.
13 августа.
Я видел доказательства.
Я видел всё.
На секунду предположим, мистер Скотт,
что вы говорите правду.
Думаете, я был бы в состоянии
что-то с этим сделать?
Может, и нет.
Но мы ведь оба были солдатами.
Мы и сейчас солдаты в каком-то смысле.
У нас есть свои обязанности.
Одной мировой войны нам явно достаточно.
Мистер Скотт, всегда приятно встретиться.
А мне всегда интересно вас послушать.
Я хотел спросить про Бейрут.
Это имеет отношение к фотографии?
Да, которую я отдал Хэлдейну
в Берлине.
Ваше время дорого.
И у информации есть цена,
как вы мне напомнили в прошлый раз.
Это ваш заработок?
Продажа информации?
Чем я могу вам помочь?
Я хочу знать, что Хэлдейн делал
в Бейруте в 1953-м.
Операция «Аякс» —
слышали о ней что-нибудь?
Операция «Аякс»… Да, это было в Иране.
Именно. Иран в 1953-м.
Операция «Аякс»
проводилась в 53-м из Бейрута.
Совместная операция МИ6 и ЦРУ.
Быстрое свержение
премьер-министра Мосаддыка.
Которого не любили
британцы и американцы. Врага.
Но мы его убрали.
Кажется, арестовали.
Пусть даже он был демократически избран.
Мосаддык стоял у вас на пути.
У вас, британцев.
Вы создали нефтяную индустрию Ирана.
Полностью.
Она приносила вам много денег.
Потом пришел Мосаддык
и национализировал вашу нефть.
С вашей точки зрения,
он украл ее у вас.
Он должен был уйти.
В данном случае американцы вложили
огромные деньги в план «Аякс».
И эти деньги были потрачены с толком.
Это был полный успех.
Мосаддык ушел навсегда.
Всем стал заправлять шах.
И шах стал очень добрым другом
Британии и США.
И нефть снова начала течь.
А на пресловутой фотографии —
те, кто прибрал к рукам деньги?
Может быть, и так.
Но тот, кто найдет это фото,
будет обладать настоящей властью.
Мне нравится костюм. Хорошая мысль.
Точно использую в будущем.
Рад, что помог твоей карьере.
- Да?
- Слесарь.
У вас утечка газа в подвале.
Туда.
Шутишь?
Единственный путь в здание архивов.
Ты же сказал, это будет просто.
Прекращай. 25 метров. Пустяки.
Ну вперед. Ты первый.
Я первый. Смотри, как я делаю.
Я посмотрю, как ты умрешь.
Скотство.
Боже мой!
Вот черт.
Ладно.
Ты собираешься найти здесь фотографию?
Я рассчитываю на великолепную черту
твоих сограждан всё систематизировать.
Немецкий порядок.
Нет, это слишком рано.
Спустимся на этаж.
Гёте.
Он-то что сделал?
58-й?
Это уже ближе.
Февраль 1960-го.
Совсем близко.
Черт.
Повезло.
Вот он. «Хэлдейн».
Нет. Хэлдейн нам не нужен.
Кто такой Риттер?
Он был официантом.
Табличку не видели?
Это просто мусор.
Официантом и уборщиком.
Мужской туалет закрыт.
Боже правый.
Господа, предлагаю тост…
Господи.
- И прибыль.
- Нашей нации.
Да.
Чтоб меня.
Подержи.
Чтоб меня.
Виктор Коврин.
Боже мой.
- Всё готово.
- Спасибо.
Это самоубийство, Скотт. Ты понимаешь?
Питри дал ордер на твой арест,
тебя ищут по всему Берлину.
Хватит болтать.
Выключи двигатель.
Я должен извиниться.
Странный способ извиняться.
Я думал, что ты ложка дегтя
в берлинской бочке, но ошибся.
Извинения приняты.
Что заставило передумать?
Я нашел фотографию, которую ты ищешь.
Боже мой.
- Кто на ней был?
- Ты скоро узнаешь.
- Как ты ее отыскал?
- У меня свои методы.
Давай вернемся в Бейрут 1953-го.
Мы избавились от Моссадыка.
Иранский шах ел у нас с рук.
Мы вернули свою нефть.
Деньги потрачены с толком.
Лучшее возвращение инвестиций.
Русские присутствовали в Бейруте
в 53-м или 54-м?
Конечно, были слухи.
Русская граница с Ираном —
1200 километров.
Им не нравилось то,
что мы делали в Бейруте.
Но я не видел русских.
Они держались на расстоянии.
Виктор Коврин?
Коврина не было в Бейруте.
Я бы знал. Британцы знали бы.
Последний вопрос.
Зачем ты встречался с Любковым в кино?
Была информация, что Любков созрел.
Готов был перейти за хорошие деньги.
Я встретился с ним,
чтобы понять, стоит ли он того.
И конечно, я спросил про фото,
которое ты нашел.
Он ничего не знал.
Ты спрашивал его про Бейрут?
Я мог упомянуть город.
Фотография была оттуда. А что?
Ты не мог этого знать.
Но он упомянул Бейрут,
и это стоило ему жизни.
Ты вне подозрений.
Не продолбай.
Слушай, Скотт. Не уходи… Скотт!
Я попрошу вас об услуге.
Это страховка.
Если со мной что-либо случится
или я попрошу — отправьте.
Не хотите рассказать, что это такое?
Раз я буду вашей страховкой.
Да, справедливо.
У вас есть печать? Пожалуйста.
Это свидетельство
о тайном соглашении офицера КГБ
и британской секретной службы.
Это динамит.
На одной фотографии — три человека.
Кто эти три человека?
Их имена ничего вам не скажут.
Но вы знаете, о чем они договаривались?
О миллионе долларов.
- Может, и больше.
- О миллионе?
Кто его получил?
Все трое.
Украли.
И поделили между собой.
Подонки.
Что будет дальше?
Дальше…
Я уеду отсюда и влезу в неприятности.
Опять.
Звучит опасно и выматывающе.
Поэтому я люблю скуку.
Простите.
Я пришла к мистеру Фробену.
Меня зовут Элиза.
Здравствуйте. Это портье.
К вам пришла фройляйн Элиза.
Конечно.
Герр Фробен ждет. Номер 455.
Спасибо.
Дверь открыта! Входите.
Мистер Скотт.
Я ожидал другого человека.
Но раз уж вы здесь, давайте отдохнем?
Я знал, что вы будете здесь.
Элиза сказала.
Я хочу переметнуться. На сторону ГДР.
- О, правда?
- Да, разумеется. Подумайте.
Не отказывайтесь от возможности.
Я действующий офицер МИ6,
подумайте, как это полезно.
Меня дискредитируют, выкинут.
- Мне нужны деньги, безопасность.
- Безопасность?
- Да. Да.
- У меня?
Безопасность у меня? Думаешь…
Я должен…
Удо, Удо, Удо.
Удо, Удо, Удо.
Да.
Я должен объяснить, чтобы ты понял,
почему я это делаю. Да.
Я не хочу умирать.
Ты должен понять, что иногда…
Иногда приходится платить.
Так что это за Манфреда.
- И его милую жену.
- Нет!
И прекрасную дочь.
А это — за Северину и Франсуа Блохов.
Просто иногда приходится платить.
Ты понимаешь?
Иногда происходит возмездие, Удо Хофф.
Всё хорошо. Всё хорошо.
Всё хорошо. Иногда…
Я не хочу умирать, молю.
Какого хрена, Скотт?
Вас не учили стучаться?
Что ж, смотрите,
кто наконец свалился на наши головы.
И нашел кое-что интересное.
Думаю, тебе лучше оставить нас, Олдос.
- Вы уверены?
- Просто сделай, как я прошу.
Да.
Да, конечно.
У вас сутки.
Делайте что хотите. Застрелитесь.
Сдайтесь, бегите. Мне насрать.
Через сутки это фото будет
во всех газетах Британии.
У вас сутки, чтобы решить,
что делать со своей жизнью.
Как это порядочно, Скотт.
Еще кое-что, пока вы еще здесь.
Почему Бетховен?
Зачем вы сдали Бетховена
и всю его семью Советам?
Из-за Коврина.
Коврину был нужен громкий успех.
Нечто зрелищное.
Любков начинал подозревать.
А ГДР хотели быстрой реакции
на поток эмигрантов, на утечку мозгов.
Коврин был нам полезен.
Он помог вывезти деньги из Бейрута.
Он попросил нас дать ему то,
что укрепит его позиции.
Простое квипрокво.
Послушай…
Бетховена должны были арестовать.
Я был шокирован произошедшим.
Оперативники Штази совсем с ума сошли.
Поэтому вы убили Любкова.
Да.
Всё по протоколу, должен сказать.
А что Питри?
Питри?
Он не входил в нашу группу.
Олдос Питри попросту
терпеть тебя не может.
Потому что он был другом Хэлдейна.
Саймон Хэлдейн был шафером на его свадьбе.
И вы шантажировали Конрада Грира,
чтобы заманить меня в ресторан.
Да. Боюсь, что да.
Ты подобрался слишком близко.
Я полагал, что в двойном убийстве
агентов МИ6 и ЦРУ обвинят Советы.
Поставь себя на наше место.
ЦРУ дало нам чемоданы долларов.
Сотни и сотни тысяч долларов.
- Безо всяких вопросов.
- Операция «Аякс».
Мы…
Мы пообедали,
чтобы отметить нашу удачу.
Оказалось, это был не тот ресторан.
ЦРУ следили за ним.
Обычная программа.
Посмотреть, кто зашел.
Несколько фото — как подтверждение.
Ресторан, популярный у иностранцев,
дипломатов, журналистов…
Шпионов.
Какая-то скотина из ЦРУ
сфотографировала нас и сдала.
Коврин нам говорил.
Все телефоны ЦРУ в Бейруте были с жучками.
До него дошел слух,
что этот поразительный груз
едет к Данну в Берлин.
И я на всякий случай его перехватил.
Точно так же.
Это был, как говорится, динамит.
Его надо было доставить Саймону Хэлдейну.
Он специально приехал
тогда из Лондона в Берлин.
Надо было доставить ему
инкогнито.
Кто подложил мне конверт?
- Бразертон?
- Да.
Бразертон понятия не имел, что это было.
Наш «полезный идиот» Бразертон,
как говорится.
Я сказал ему, что делать.
Можешь за него не волноваться.
Почему Саймон Хэлдейн пытался меня убить?
Ну…
С другой стороны, ты вовсе не идиот.
Мы не знали,
не проверил ли ты содержимое
конверта, который доставил.
Это просто работа по протоколу.
«Работа по протоколу».
24 часа.
Какого хрена происходит, Скотт?
Взгляните.
Господи боже.
- Это Виктор Коврин.
- И два ваших друга.
Должен признать, я считал предателем вас.
А это оказался ваш босс.
Боже мой.
- Что с ним теперь будет?
- Я ставлю на самоубийство.
Он ведь не сбежит, не так ли?
Его дорогой друг Коврин —
в той же самой куче дымящегося дерьма.
Удачи.
Ты снова мне веришь?
Как можно кому-то верить?
Я нашла того, кто приведет меня к Хоффу.
Пойдешь к нему — обязательно возьми меня.
Давай. Работаем.
Они никого не пропускают. Это граница.
Что происходит? На ту сторону нет прохода.
Твоему шефу можно верить?
Всё устроено. Вот увидишь.
Простите.
Нам надо пройти, там живет моя тетя.
Невозможно. Закрыто.
Но почему? Что случилось? Надолго?
Навсегда.
Мы строим стену.
Идем, Элиза. Найдем другой путь.
Но я работаю на западе.
Где я могу пройти?
У меня западные документы.
Хорошо. Вам надо на Фридрихштрассе.
А как же мой парень?
Западные документы?
Нет.
Тогда нет. Восточным немцам нельзя.
Больше нет.
Давай, Элиза. Идем.
Уходите отсюда.
Вы же солдаты. Это возмутительно!
Что всё это значит?
Ульрике!
Назад!
Элиза!
Идем домой.
Элиза!
Назад! Убирайтесь.
Мы здесь! Здесь!
Мы тоже не знаем, что происходит.
Так же нельзя!
Коврин!
Мистер Скотт!
Доброе утро!
Этот день войдет в историю.
И вы очень гордитесь.
Я вам кое-что покажу.
Что вы можете мне показать, мистер Скотт?
Всё кончено.
Мы победили. Игра окончена.
Фотография — у меня.
Понятия не имею, о чем вы.
Фотография из Бейрута.
Вы сумасшедший, мистер Скотт.
Вам нужно следить за своим здоровьем.
 

////////////////////////////