|
|
Дом с лилиями (1 сезон, 2013 год). Цитаты и фразы из сериала
Режиссёр: Владимир Краснопольский, Валерий Усков После окончания Великой Отечественной войны фронтовик и коммунист Михаил Говоров занимает высокую партийную должность в одном из областных центров и со всей семьей переезжает в загородный дом. На первых порах ни сам Говоров, ни члены его семьи не обращают особого внимания на легенды, которыми окутано их новое место жительства. По преданию, на дом наложено проклятие, и ни его владельцы, ни их дети и внуки не будут счастливы в любви.
Серия 1 ДОМ С ЛИЛИЯМИ БОДРАЯ МУЗЫКА ИЗ РЕПРОДУКТОРА -Пас, давай пас. -Даю пас, забивай. Гол! СИГНАЛ КЛАКСОНА -Стоять, пароль! -Брысь. Чего под колеса-то лезете? -Пароль. -Победа, победа. -Проезжайте. -Эх, пацаны... -Дяденька, дяденька, вы моего папу не видели? -Может, моего видели? -Дяденька, дяденька... -А где заведующую найти, а? -Можно я вас проведу? -Проведи. Егорыч, побудь здесь. -А вы Сталина видели? -Сталина? Видел Сталина. -Честное слово? -А? -Честное слово? -Да, честное слово. -Здравствуйте. -А пистолет у вас есть? -Пистолет есть. Здравствуйте. -А пострелять дадите? -Пострелять - нет, это опасно. -Здравствуйте. -Здравствуйте. -А на танке вы ездили? -Здрасте. А? На танке? Ездил на танке и на самолете летал. -Ого, сколько у вас орденов. -Это медаль за отвагу, а это орден. А это за ранение. -Пулей? -Михаил Иванович, а вот это было на девочке. Я, конечно, сняла, сами понимаете. Узнаете? -Тася. -Вот то самое неотправленное письмо, по нему я вас и нашла. Извините, мне пришлось его вскрыть. "Здравствуй, любимый мой Мишенька. У нас родилась девочка, я назвала ее Лилечкой, надеюсь, ты не против". -Где она? -Идемте. Кроватей не хватает, дети спят по двое. -А ты не мой папа? -Пока нет, Оля. Нам дальше. Матрасы набивали соломой, так зиму и пережили. -Папа... -Нет, нет, это не ваша. Идемте. -Дяденька, ты мой папа? -Нет, мой. -Нет, мой. -Дядя Валера, забери меня отсюда. -Ты точно не мой папа? -Дети, вас обязательно всех заберут. Пойдемте. Я должна вас предупредить. Девочка после контузии, очень нервная, невыдержанная, неуправляемая. И самое главное - она совсем не разговаривает. -Ты за мной пришел? -Совсем не разговаривает? -Дядя военный, забери меня отсюда... -Нам дальше. Вот ваша Лиля. -Лилечка, твой папа приехал. Заберет тебя, домой поедете. -Лиля, Лилечка... Лилечка, я твой папа. Лилечка... Ой, ручки холодные какие. Подержите. Ну-ка, иди ко мне, иди сюда. Вот. Лилька, дочка, иди ко мне. Спасибо. Домой, родная моя, домой поехали. ДЕТИ: Дяденька, приезжайте еще. -Осторожно. Я сказал: осторожно. Приедем, ребята, обязательно приедем. -До свидания. -Вольно! -Мам, не хочу в детский сад. -Коть, что случилось? -Там Лелик плюется. -Опять? Ну, если Лелик слов не понимает, возьми и плюнь в ответ. Я разрешаю. -Как разрешаешь? -Вот так. Не бойся никого. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Давай сам. -Кого в такую рань несет? -Управдом, наверное. Карточки, наконец, принесли. Мишка, милый мой. -Рита, Риточка, ну всё, всё, я дома. -Дядя военный, а у меня уже вот зуб выпал. -Зуб выпал... Коть, это наш папа с войны вернулся. -Костя... Сынок, золотой ты мой. Вырос-то как, а? Смотри-ка, мужик. -Мне уже 6 лет. Папка родной... -Ой, а что же это я? Мишенька, я сейчас, я быстро. -Сынок... Ну-ка... -С возвращением, Михаил Иванович. -Евсей Ильич, соседушка, живой? -Как видишь, только слегка подремонтированный. Осколком прошило еще под Курском. -Под Курском? Обидно. Но главное, что живой, верно? -Мишенька... Твое любимое. Похудела, да? -Вот мы и добрались. Аккуратненько, так, так, так... Здравия желаем. Гвардии старшина Семенов. -Вот, познакомьтесь, это Егорыч, мы с ним всю войну вместе прошли. -Так точно. -Мой ординарец и шофер. -Здравствуйте. -Здравия желаем. -С победой. -Ага. -Ой, девочка какая хорошенькая, ваша? -Она моя дочь, ее зовут Лиля. -Не совсем поняла. В каком смысле? Приемная? -Нет, Лиля - родная дочь. -Мам, ты чего, там же папка? -Рита, я тут подарки из Германии привез. Ну ты посмотри хоть. -Кто она? Ну эта твоя... слова не подберу. Значит, повоюем, постреляем, шашкой помашем и под юбку? -Ну осади, осади, детей разбудишь. -Жди меня, и я вернусь, только очень жди... Я тебя так ждала, Миша. Ты знаешь, что твой ребенок недоедал? Я одна с маленьким ребенком... Господи... -А за то, что дождалась, спасибо. И прости. Я виноват. -Полковая? Военно-полевая, так как-то она называется, да? Шлюха? -Не смей. -Я смею. Я смею. Партия родная, интересно, куда смотрела? Ну ничего, ничего, теперь эта дрянь узнает от меня, как с чужими мужьями любовь крутить. -Ну хватит об этом! Не узнает она. Нет ее больше, погибла. Тс-с, спи, спи. Рит... Рит, ну хватит уже нрав показывать, сколько можно? У меня с сорок четвертого не было никого, клянусь. -Так я и поверила. Год в Германии был. Тебе там что, фрау пресными показались? -Перестань так со мной разговаривать. -Не могу ее видеть, не могу. Забирай и отвози в детдом обратно. -Чтоб этого слова "детдом" я больше не слышал, ясно? У нас теперь с тобой двое детей - Константин и Лилия Говоровы. -Что это? Метрика. Лилия Михайловна. Отец... Ну это понятно. Мать... Маргарита Говорова? Ты как это сделал? Как ты посмел эту... на меня записать? -Она не эта. Она наша дочь, ее зовут Лиля. -А ты меня спросил, прежде чем такое ярмо на шею вешать? Как с ней жить? Она же немая. -Я не спрашиваю, а принимаю решения. И тебе придется смириться, ясно? -Это ты всё испортил. Ты жизнь нашу поломал. Я тебя так ждала... Забыть никогда не смогу и простить никогда не смогу. -Доброй ночи, Евсей Ильич. -Что, Михаил Иванович, не спится? -Да. -У одного рука, у другого нога. Молодец, что палочку бросил. -Да эта нога то болит, то не болит. Осколок, сам понимаешь. Выпьешь? -Нет, нет. -А я махну. Евсей Ильич... -А? -А ты в госпитале до сих пор работаешь? -А как же? Конечно. -Тут такой вопрос. Дочка моя... ...ну, наша после контузии не говорит совсем. Не знаешь, лечат такое? -Да, война, война... Обычно говорят, что контузия может исчезнуть, если человек попадает в подобную ситуацию. То есть если клин клином. -Ну ты даешь... Это что же, ей опять под бомбежку? -Упаси бог, ну что ты говоришь? Это, ну, случай какой-то, потрясение. -Потрясение... -Ты картошку будешь? -Нет, спасибо. -Спокойной ночи. -Ага. ЗВУКИ ВЗРЫВОВ "Мишенька, любимый мой, я молю Бога, чтобы ты остался жив. Любовь к тебе - это самое лучшее, что со мной случилось". Эх, Таська, Таська... Лучше б нас этой бомбежкой накрыло. -Ах... -Опять каша... Горячая. -Коть, подуй. -Мне папа сказал, что это моя сестра. -Ешь. -А что, она с нами будет жить? -Ешь, опоздаешь в детский сад. А я на работу. -А эта? -Разрешите? -Разрешаю. -Товарищ первый секретарь горкома, прибыл в твое распоряжение. -Я тебя, чертяку, с прошлого года дожидаюсь. -Дементий... Да ранило меня. 10 мая, представляешь? Все победу празднуют, а я в госпиталь. Ну, подлатали, а потом остался помогать немецким товарищам партийную работу налаживать. -Осведомлен. Ну, Миха, ну красавец. Орденов, медалей - портреты малевать. А меня зацепило под Киевом. От гангрены нога загорелась, еле спасли. Комиссовали в конце сорок третьего. Обидно было до злости. К черту. Присаживайся. Читай. -Кадры решают всё. Сталин. -Вот лозунг большущего социального и политического смысла. Поэтому, друже, не хрен прохлаждаться. Есть мнение доверить тебе промышленность. Принимай станкостроительный завод. Только что из эвакуации, черт те что творится. Цеха надо восстанавливать, людям негде жить. План не дают, а меня область за горло берет. Вот это и есть первая и главная задача. -Понял, понял. -Как же я рад, что ты вернулся. Михас... -О... -Мы еще с тобой землю потопчем, не пропадем. ГОЛОСОМ СТАЛИНА: Сейчас такие времена, что человек человека должен держаться вместе. Ты же мой человек? -Твой, твой, Дементий. -Рассказывай: как жена, как сын? -Всё хорошо. За встречу. -За встречу. Так что переезжай в новый дом и начинай работать. СИГНАЛ КЛАКСОНА -Здравия желаю, Говоров Михаил Иванович. -Степан. Ну как вы к нам, надолго? -Ну это как получится. -Как получится, да, как получится. -Здесь же невозможно жить - дом вот-вот развалится. -А вот это вы зазря, дамочка. Эту домину построил в тысяча восемьсот... каком-то затертом году купец из местных. Ох и богатый был человек! Вот здесь конезавод держал неподалеку. Эксплуататор и капиталист, по-нынешнему говоря. Ну и гуляка был знатный - заграницы, там, девочки, цыгане... Слаб был на женский пол. -Как все мужчины. Да, Говоров? -Егорыч, за Лилькой присмотри. -Да, да, пусть поспит пока. -Вот это место у нас страшным называется, тут женщина самоубийство совершила. -Как это? -А приехал как-то купец прямиком из Парижа и застал свою жену с управляющим. Заревновал сильно. Так их обоих не нашли. Сказывают, его утопил вон там. Если хотите, я вам покажу. -Ой, нет, спасибо. -А жена не выдержала и повесилась. Вот в этой комнате. Купец не стал это дело обнародовать, не велел ее хоронить и тут же в этой комнате и замуровал. -А что это, замуровал? -Замуровал - это... -Послушайте, вы нам детей-то не пугайте, товарищ. -А я не пугаю, я чистую правду сказываю. Спросите любого про дом с лилиями. -С лилиями? -Да. -А лилии здесь при чем? -Дама та очень цветы любила, особливо лилии. -Ну что ж, дом с лилиями, так дом с лилиями. А у нас своя Лилия есть, десятый сон, наверное, видит. ЗВУК ВЗРЫВА -Мама! -Котя, иди сюда. -А это что? -Да чего испугались? Это мины выковыривают. -Михаил Иванович! -Чего, Егорыч? -Она только что от взрывов проснулась и сказала: "Страшно". Слово сказала! -Папа... -Заговорила, слышишь? -Заговорила. -Егорыч... Тихо, тихо. Скажи еще что-нибудь. -Котя, мама, папа. -Котя, мама, папа. Ты слышишь? Егорыч... Душенька. Ай да доктор, именно об этом он говорил. Ну-ка, давай еще. -Рано радуешься, Говоров. Нам про этот дом столько страхов рассказали... -А я в эти россказни не верю. Мы есть кто? Материалисты. Наведем порядок, приберемся, отремонтируем, да, Егорыч? Будем жить. Степан, открывай дом. -Ну пошли. -Смотри-ка, заговорила. Ну пошли, Котька, за мной. -А у нас завтра будет экскурсия в ботанический сад. -О, что ты говоришь? -Ой... Смотри, маргаритка распустилась. Какая ты у меня милая, какая ты у меня ласковая. -А знаешь почему? Потому что цветы, если их любят, всегда похожи на свою хозяйку. -Ты, моя маргаритка, на маму похожа. Будешь такой же красивой, как моя мама. ОБЪЯВЛЕНИЕ: Внимание, на третий путь прибыл пассажирский поезд сообщением Ветровск - Свердловск. Стоянка поезда 20 минут. -Заходи, сынок. -Ну что, будем здоровы. -Я две возьму и закусочку возьму, что ты переживаешь? Две минуты и всё. Ну пожалуйста. -Пять девяносто, пожалуйста. -Таська... Ты, что ли? Как же ты тут, Тася, в этом шуме-гаме? -Да как-то... Я сначала слышала плохо, контузия. А потом привыкла. Тут жизнь кипит, люди меняются, так и не замечаешь, что ты одна. У меня ж после войны не осталось никого. -Что ж замуж-то не вышла? Ну да, конечно, такого, как наш товарищ политрук, поди найди. -Да не искала я. Егорыч, миленький, ты же знаешь что-то про Мишу, про товарища Говорова? -Жив-здоров Михаил Иванович. -Ясно. Хорошо. Слава Богу. Главное, здоров. -Слушай, не приглядишь за ребенком? Я за дом выскочу, а то невмоготу уже. -Я не умею. -Да он спокойный. -Сколько ему? -Ему 2 месяца. -Моей Лилечке было чуть меньше. Погибла она, поезд разбомбили. -Погибла? Погибла ты, нам сказали. А что ж ты, если его по-прежнему любишь, что ж ты не искала-то его? -Что ты? Я же знала, что у него семья. Я и на фронте ни на что не надеялась, просто любила и всё. Да и дочку нашу я не уберегла. -Дочку, говоришь, не уберегла? А ты знаешь, Тася, ты ведь ничего... -Спасибо вам огромное. Мой маленький... -Может, я и не должен тебе этого говорить... Только как не сказать-то? Живая ведь твоя дочка, живая. Мы ее с товарищем политруком еще в 1946-м отыскали. Она теперь в его семье живет. Говорова Лилия Михайловна. Вот так. -Папа... -Котя, сынок, что случилось? -Я хотел салют приготовить. -Салют? Какой салют? Ты что, патроны в костер бросал? Тебя же убить могло, Котя. Ты что, не понимаешь, что ли? Маргарита, Варвара! -Миша, что случилось? -Ты где это взял? А ну-ка, давайте все сюда. -Котя... Ой, кровь? -Кровь, кровь. -Варвара, дайте. -Батюшки... -Что такое, сынок? Дай сюда... -Ой, мам, больно! -Прости, прости. Ну что случилось? Больно? -Полюбуйся вот сюда. Он патроны в костер бросал. Вы куда смотрите? -Ой, не доглядели. -Не доглядели... Он погибнуть мог! Так, ты где взял патроны? -Лилька дала. -Кто? -Мальчик мой... Вот видишь, это всё твоя Лилька, а ты на мальчика насел. ты посмотри, что у него с лицом, там же кровь. Покажи мне глаз? -Маргарита, подожди. Константин, я жду. Ты где взял патроны? -В школе. Леха у папахена стыбзил. -У папахена... Что за блатняк такой? -Не кричи. -Значит, так. Со двора ни ногой. Возьмешь Пушкина, к завтрашнему дню наизусть. Про попа и про Балду. Еще раз наговоришь на сестру - выпорю. Наврешь - выпорю. Увижу патроны - выпорю. Варвара, отведи его в комнату, приведи в человеческий вид. -Господи, ну как же ты нас напугал. -Котя, что случилось? -Доигрался твой Котя. -Ну всё, успокойся. Живой, живой. -Как ты думаешь, он всё понял? -Время покажет. -Ты что? -Коньячку дай. -Миш... Сейчас. -Помру я с вами. -Пошел по базару поглядеть кое-какого товару. Навстречу ему Балда, идет, сам не знает куда. Нужен мне работник - конюх, повар и плотник. Где мне найти такого служителя не слишком-то дорогого? Вот тебе! -Ну, читай, что выучил. -Жил-был поп, Толоконный лоб. Пошел поп по базару Посмотреть кой-какого товару. Навстречу ему Балда Идет, сам не зная куда. "Чего, батька, так рано поднялся, Чего ты взыскался?" "Нужен мне работник..." -Стоп, отставить. Поп ему в ответ... Давай сначала, с чувством, с толком, с расстановкой. -Жил-был поп, Толоконный лоб. Пошел поп по базару... -Доброе утро всем! -Навстречу ему Балда Идет, сам не зная куда. "Что, батька, так рано поднялся?.." -Доброе утро. Толоконный лоб. -А поп ему в ответ: "Нужен мне работник: конюх, повар и плотник. А где мне найти такого..." -Папа! Папочка! Папа! -Что, дочуля? -Папа, кто-то лилии растоптал. -Ну-ка давай посмотрим. Ух ты... -Это соседские собаки напакостили. -Ну не плачь, не плачь. Собаки, говоришь? Только собаки в ботиночках были и в очень знакомых каблучках. Котя, а ну-ка, поди сюда. -Котя, это ведь не ты, правда? -Нет. -Это не он. -Ага, ну ближе, ближе подойди. Посмотри. Кто это сделал, ты? -У тебя во всем Котя виноват. -Значит, так, сын, я сейчас уезжаю, а вечером я с тобой очень серьезно поговорю. -Хорошие мои, милые мои... -Ты думаешь, мамочка, мне не обидно? Почему он только меня всегда ругает? Будто я не сын ему, а непонятно кто. Только свою Лильку и любит. -Это ведь не ты, правда? -Ненавижу ее. -Вот, держи, подставь под цветочек. Ой, господи, надо же... Молодец, Лилечка. -Здравствуйте, тетя Варвара. -Ой, здравствуй, племяш. -Как дела, карамелька? -Почему это я карамелька? -Потому что я люблю конфеты, а самая любимая конфета - это карамелька. -А я не люблю. -Вот, побалуешь своих ушицей. -Ой, спасибо, племяш. Ну идем, я тебя покормлю. -Мамочка, открой, я тебе цветочки принесла, чтобы тебе веселей было. Мам... -Лиля... Ты опять в моей комнате? Я же предупреждала... Лиля... -Мамочка, я не специально. -Тебе кто разрешал входить в мою комнату? -Я никогда больше без спроса не войду. Мамочка, прости, пожалуйста. Мамочка, не надо, я больше ничего никогда трогать не буду. -Мерзавка. Убирай. -Мам, я только цветы принесла, мамуль, я больше не буду... -Я тебе сказала, убирай. Убирай! -Я больше не буду. Мамочка, не надо! -Дрянь! Никогда не смей входить в мою комнату! -Маргарита Васильевна, вы что? Так же убить можно. Лиля, это я, Сергей, всё хорошо. -Ты что здесь делаешь?! Ой, господи... господи, что я делаю? -Варвара, где мой портфель? -Всё хорошо, не волнуйся, я тебя никогда в обиду не дам. -Это что? А что случилось? -Я мамочке только хотела лилии подарить... Мамочка не виновата, мне совсем не больно. -Что не больно? Так... Ты этим ее била? -Ты что, женщину позволишь себе ударить? -Ты не женщина, ты чудовище. Я-то думал, бабье у тебя сердце, хоть что-нибудь шевельнется в нем, пожалеешь девчонку, а ты... Завтра же при всех у дочери попросишь прощения. -Я ее ненавижу. И унижаться не собираюсь. -Ты слышала, что я сказал. -Кофе нести? -Всё, я первая. -Да она всё по тарелке размазала. -Мне можно идти? -Нет, Лилечка. По-моему, мама тебе хочет что-то сказать. -А что? -Я была неправа. -И... -И извини меня, Лиля. -Мамочка, я тебя люблю, очень-преочень. -Ну что ж, будем считать, этот вопрос мы решили. На повестке дня вопрос следующий. Я определил Константина в суворовское училище. Там его воспитают настоящим мужчиной, достойным членом нашего общества, а не маменькиным сынком. -Нет, мальчик никуда не поедет. -Это мое слово, и переиначивать я его не буду. Константин поедет. -Коть, а хочешь, я с тобой поеду? -Нет, Лилька, мне самому нужно, ведь я не маменькин сынок. -Ну как хочешь. -А если тебя что-то не устраивает, Маргарита, можешь перебраться в город. -Куда? В коммунальную квартиру? -Мне собираться? -Да, мы завтра уезжаем. Я в командировку на месяц, а ты, сын, в училище. Варвара, спасибо, всё было очень вкусно. -Да мам, не волнуйся, я с удовольствием буду там учиться. ГРОМКОГОВОРИТЕЛЬ: Закончил работу съезд работников горкомов и райкомов партии, посвященный подготовке и срокам проведения уборочной... -Михаил Иванович, столько работы за месяц накопилось. Тут женщина уже несколько дней приходит, всё вас спрашивает. Ну вот куда она сейчас ушла? Гражданочка, товарищ Говоров приехал. Михаил Иванович, может, примите? -Приму. -Проходите. -Таська... Серия 2 -Столько работы за месяц накопилось. Тут женщина уже несколько дней приходит, всё вас спрашивает. Вот куда она сейчас ушла... Гражданочка, товарищ Говоров приехал. Михаил Иванович, может, примете? -Приму. -Проходите. -Таська! Тася... Ты... ...жива? Тася... Руфина Степановна! Тасенька... Ну, что-нибудь... -Может, нашатырь? -Да! Тасенька, сейчас... Ну-ну, давайте быстрее. -Сейчас. А ну-ка. -Всё-всё-всё, Тася... Подожди, подожди. Тасенька... Таська! Я же думал, не увижу тебя больше. Тасенька! Тасенька! Таська... Неужели это ты? -Миша... Миша! Какое счастье! Слава богу, Миша. -Таська, подожди, подожди! Ну-ка, дай-ка посмотреть на тебя. Таська... Жива. А где коса? -А коса... До пояса, помнишь? -Помню. Я всё помню, что с нами было. -Я знаю, я страшная, старая... -Нет. -Я после контузии плохо слышу. Считай, вернулась с того света. Мишенька, где Лиля? Мне Егорыч рассказал. -С Лилькой всё хорошо. Она здорова. Выросла. В школу уже ходит. А сегодня... -День рождения. -Да. -Миша, спасибо. Спасибо тебе, что ты не оставил мою дочку в детдоме. Спасибо. -Так она же и моя дочь. Я ее очень люблю. Ты... Ты... Ради Лильки приехала? Ты ее забрать хочешь? Лилька считает своей мамой Риту. Мою жену. Я ее даже в метрике так и записал. Тасенька, ну я же тебя похоронил... Я ж не знал! Почему ты не объявлялась? Всё могло быть по-другому. -Я была уверена, что дочка погибла, и нас больше ничего не связывает. Я же с самого начала знала, что у тебя семья. -Да-да. Семья... -Смотри под ножки. Не спеши, не спеши. Маргарита Васильевна, какая у нас помощница! -Молодец! -Сейчас еще салатик принесу. СЛЫШНЫ ГОЛОСА ГОСТЕЙ ЗВУЧИТ ВАЛЬС -И поклон. Раз и два. -Ну что, Маргарита Васильевна, кажется, всё готово. Зовите гостей. -А сейчас, товарищи, я вам рекомендую хванчкара. -Беги. -Грузинские друзья прислали. -Шульгин... -Между прочим, любимое вино самого товарища Сталина. За товарища Сталина! -Что-то Миша задерживается. Не знаю, что могло случиться. -Ешкин кот! Завтра же он будет вызван на ковер и будет отвечать по всей строгости. -Давайте все пройдем к столу. -Мамочка, мамочка... -Да, моя хорошая? -Можно? Шульгин, сядь. -Лилечка... -Давайте папу подождем? -Согласен. Слово именинницы для меня закон. Но с тебя танец. Прошу прощения. -Ну хорошо, давайте танцевать. -Красавица моя! -Варварушка, а давайте-ка тряхнем стариной. -Давайте. -Так... Значит, через ворота не пойдем. Здесь дыра в заборе, мы незаметно. Пошли-пошли. Чтобы никто не видел. Тася, давай. Сюда. Сюда-сюда... Тася... Вот, это она. -Я ее поймаю. Иди сюда. Поймаю! -Ой, взрослая какая! -Ну а что ты хочешь? Семь лет прошло. -На тебя похожа. -Да. -Мамочка! -Тасенька, подожди. -Пусти меня к ней. -Тася, подожди. Ты обещала, что только посмотришь. Ну что ты ей скажешь? -Как что? Правду. -Ты понимаешь, какая сейчас это будет травма для нее? Да еще и в день рождения. Тасенька, ну? -Пусти! Пусти! -Хорошая моя... Тася... -Пусти меня к ней! -Нельзя вот так прийти и разрушить все жизни разом: Лилькину, Риткину, Котькину, мою. Тася... -А ну-ка... -Это... ...жена твоя? -Да. -Красивая. Куда мне... -Тасенька... Хорошая моя... Мне идти надо. Тебя сейчас отвезут в гостиницу, а завтра мы обязательно встретимся и поговорим, да? -Дай поцелую. -Папа! Папа! -Лилечка моя... -Мишенька... Ну наконец-то. Я так соскучилась. Месяц с тобой не виделись. Я старалась. Праздник твоей дочке устроила... нашей, нашей дочке. Я оговорилась. -В кабинете переночую. Мне поработать еще надо. -Подожди. Что происходит с тобой, Миша? -Здравствуйте. -Привет. Поехали. Тебя не узнать. -Да, я хотела, чтобы дочка меня увидела и не испугалась. Я весь день как на иголках. Так хочу обнять ее. -Ты обнимешь ее, Тася. Я всё придумал. Будешь жить у нас в доме. Будешь Лильку видеть каждый день. -Мишенька, спасибо. Спасибо тебе... Погоди. А как же твоя жена? -Она не узнает. Никто ничего не узнает. Никто ничего не узнает. Нам на кухне нужна помощница. Да и няня Лильки, Варвара, уже давно не справляется. -Ты хочешь, чтобы я была кухаркой у собственной дочери? -Ну да, пока так. Потом разберемся. Главное, Тася, Лилька к тебе привыкнет. Тася... А ты что, видишь другой выход? Тася, я ее уже никогда никому не отдам. Никогда. -Какой ты стал, Мишенька... Такие страшные слова говоришь - и голос не дрогнет. -Тасенька, поверь... Это сейчас единственный выход в нашей ситуации. Тася... Ну, поехали! Проходи. Садись. Вот. Рита! Маргарита! -Да-да, дорогой... Я здесь. -Вот, познакомьтесь. Это моя жена, Маргарита Васильевна. Это Тася... Таисия, наша новая помощница по кухне. -Здравствуйте. -Угу. А рекомендация у нее есть? -Разумеется. Ее Шульгин рекомендовал. Она раньше у Шульгина работала. -Угу. А до этого? -Я в буфете работала. -Где? -В буфете. На узловой станции. -На вокзале, что ли? -Да, на вокзале. -А вы всегда так тихо разговариваете? Вы понимаете, в какой дом попали? -Ну хватит. -Что хватит? Говоров, я хочу знать, кого я впускаю в свой дом... ...к своим детям. -А у вас много детей? -А вас не предупредили? У нас сын, дочь. Вы должны быть порядочной, чистоплотной и пунктуальной. Вы вообще понимаете значение этого слова? -Ну это уже все границы переходит. -Хорошо. И последнее. В доме никаких мужчин. Варвара! -Да-да, Маргарита Васильевна? О, Михаил Иванович... Здрасте. -Покажите, пожалуйста, новенькой ее комнату. -Да. -Здрасте. Прошу. -Страшненькая... Ну ничего, будем надеяться, что она вкусно готовит. -Как же ты по-хамски с людьми разговариваешь! Мне стыдно за тебя. Чтобы я больше этого не слышал. -Мы что, с тобой будем еще и из-за прислуги ругаться? -Не смей ее так называть! -А как мне ее называть? "Ваше величество", что ли? Бог с ней, с прислугой. Давай о нас поговорим. Ты что это такое ночью устроил сегодня? Ты меня игнорируешь? Я тебя как женщина больше не волную? -Ну вот... Здесь будешь жить. Как раз со мной по соседству. А хозяева у нас - люди сурьезные, но добрые и сердечные. Так что не боись. Всё будет хорошо. -Няня! Няня! -Ау? Чего? -А где наша книжка, которую мы с тобой вчера читали? -Книжка? Ой, не знаю, может, мышка утащила своим мышатам почитать? -Ну тебя, няня! Она мне очень нужна. -Ну раз очень нужно, пойду у мышки спрошу: может, вернет. -А ты кто? Я Лиля. Сережа называет меня карамелькой. -Как-как? -Карамелькой. Это его любимые конфеты. Ты чего плачешь? -Это я от радости. -А я думала, что у тебя что-то болит. -Уже ничего не болит. Уже всё хорошо. -Ой, не хотела мышка книжку отдавать... Так понравилась, прям до дырочек зачитала! -Спасибо. -Пожалуйста. -Ой, козюлька... А ты чего слезами брызжешь? -Простите, это я... Со мной бывает. -Ты мне это брось. Хочешь здесь работать - ребенка не пугай. Да и хозяйка тоже сырости не любит. Хватит разговоры разговаривать, пошли воды натаскаем. Вечером Лильку купать. Пошли за мной. -Михаил Иванович... Миша... -Ох... Тасенька... -Михаил Иванович, я там чай приготовила в кабинете. Маргарита Александровна сказала, что ужинать не будет, и уехала. Может, вам чай сюда принести? -Да нет, спасибо. Только что так официально? А ты чего улыбаешься? -День хороший очень, радостный. Поделиться хочется, а не с кем. -А со мной можно? -У нас очень хорошая дочка. Такая ласковая... Добрая девочка. Спасибо тебе, Миша. Это такое счастье. -Да... Тасенька... Вот... Вот, возьми, это твой. -Крестик. -Мне его заведующая детдомом отдала. Я его сразу узнал. -Надо же, сохранился. Я его, как только Лиля родилась, сразу на нее надела. -Так вот по нему и нашел. Я на него часто смотрел, тебя вспоминал... Нас вспоминал. -Миша... Когда она пошла? Ну, первый шаг когда сделала? -Не знаю. Я Лильку забрал - ей уже два годика было. Она ведь тогда и не разговаривала совсем. До сих пор детский дом перед глазами стоит. -Ой, Миша, сколько я всего пропустила в ее жизни... Ну, про первый зуб, конечно, не буду спрашивать. А... Что она сказала? Слово первое... -Папа. -Папа... -Мне б так хотелось, но первое слово она сказала: "Страшно". "Страшно". Взрывов испугалась. Но зато так начала говорить. "Страшно". -Бедная. Как же ей досталось... -В эту войну нам всем досталось. Зато теперь всё хорошо. Люлюке здесь нравится. Цветы выращивает. Тася, иди ко мне. Тася... Я к тебе приду сегодня? -Нет. ШЕПЧЕТ МОЛИТВУ ...но да избавимся Тобою от бед: Ты бо еси спасение рода христианскаго. Аминь. -Тася... Тасенька, ну я же знаю, что ты не спишь. СТУК В ДВЕРЬ Тася... СТУК В ДВЕРЬ Тася... -Не открывай. Не открывай. СЛЫШИТ СТУК В ДВЕРЬ -Батюшки... Вот те и кухарка. Ни стыда, ни совести. -Доброе утро, мои лилии, доброе утро, мои милые. Мне сегодня такой сон приснился. Я потом вам его обязательно расскажу. Вы мои хорошие... Вы хорошо спали? -Каша для Лили готова? -Да, почти. -Отойди. Тарелку принеси. Солено. -Варвара, я вас чем-то обидела? -Стыд ты, девка, потеряла. Не успела порог переступить, уже шашни с хозяином крутит. И учти: еще раз замечу - хозяйке расскажу. Пулей отсюда вылетишь, поняла? -Варвара, вы всё неправильно поняли. -Да что тут понимать? Учти, я теперь за тобой приглядывать буду. На чужой каравай... -Доброе утро. -Доброе утро, Михаил Иванович. -Доброе утро. -Таисия, кофе принеси. -Тася... Ну как спалось на новом месте? -Прекрасно, Михаил Иванович. А вам как? -Плохо. -Работали? -Думал. Тася... -Миша, не надо. У тебя семья. -Семья... Не получается у нас. После войны чужими стали совсем с Маргаритой. -Миша, я здесь ради дочки. Я хочу видеть, как она растет. Это для меня самое главное. Сколько бы ты ни стучал ко мне, я не пущу. -Тасенька... -Ой! -Кофе. -Варвара... -Всё, давай. И вот так каждый день. Слушаю тебя, Риточка. -Дементий... Мы давно друг друга знаем. -Угу. -Скажи... Только честно. У Говорова кто-то есть? -В смысле? -Шульгин... В смысле бабы. -Ешкин кот... Какими глупостями ты забиваешь свою головку! Нет у него никого. Да и... Я Мишку знаю сто лет. Человек достойный, честный, коммунист, мыслящий на государственном уровне. Мы с ним рабфак прошли, институт, комсомол... Теперь, вон, партийная работа. Ты уж извини, извини, Рита, но для нас главное что? Поставленная партией задача, а не семейные дрязги и противоречия. Мы что, в бирюльки здесь играем? Пашем, вон, по 20 часов. Я сам на этом диване ночами сплю. А если он мало уделяет внимания, то... ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН Ну прости его. Вера, я просил... Хотя бы 15 минут можно меня не беспокоить? Извини меня за прямоту, но... В семье очень многое зависит от женщины. Нам ведь, мужикам, что нужно? Забота, ласка и тарелка супа. -Кстати, о супе. Спасибо тебе большое за повариху. Я, правда, пока не знаю, как она готовит... Но твое внимание... ...всегда приятно. Всего доброго, Шульгин. -Бабье-глупье. Какая к черту повариха... Я платье новое купила. И шляпу. Как тебе? -А тебе самой как? -Мне очень. -Главное, чтобы тебе нравилось. -Что это с тобой сегодня, Говоров? СИГНАЛИТ МАШИНА -Ну наконец-то! Объявился! ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН Ах ты... Говоров. Да, Руфина Степановна, документы я подписал. СЛЫШНЫ ШАГИ Нет, на стройку сам поеду. Всё. СТУК В ДВЕРЬ Заходи, заходи! -Здравия желаю, Михаил Иванович! -Ну! -Маргарита Васильевна, ну вы... -Здравствуйте! Спасибо. -Егорыч! -Прибыл в ваше распоряжение. Ну, приболел маленько в отпуске, вы уж не обижайтесь. Крышу полез латать, ну и сверзнулся. -Да получили мы твою телеграмму. Рад тебя видеть. -А уж я-то как! -Михаил Иванович, можно? -Проходите. -Здравствуйте. Ваш чай, Михаил Иванович. -Вот, Егорыч... Познакомьтесь. У нас новый человек. Таисия. Знакомьтесь. -Это... -Это наша новая кухарка. Спасибо, вы свободны. -Егорыч... Егорыч! Ты как, с дороги не устал? А то мне в город надо, Егорыч. -Так считайте, я уже в машине, Михаил Иванович. Как полагается. -Всё правильно понял. -А я вот не поняла. Куда это ты на ночь глядя, Говоров? -Производственная необходимость. Кстати, в суворовское я позвонил, у Коти всё в порядке. Ну... -А поцеловать? -Да... Платье действительно хорошее. -Спасибо тебе. -Не спрашивай ни о чем, Егорыч. И не смотри на меня так. Ты могила, понял? -Да тут можете не беспокоиться, товарищ подполковник. Я и так молчал как могила, никому ни гу-гу, даже вам... Ну, про это, как... Таську на вокзале встретил... Как не удержался, всю матку-правду ей про Лильку выложил. Нет. Вам-то я хотел рассказать, предупредить. Даже, вон, это... Телефон междугородний нашел. Телефон-то нашел, а... Там меня... В общем, как-то... -Ну чего мнешься, Егорыч? Так и скажи. Струхнул, гвардии старшина? -Точно. -Вот. -Струхнул маленько. Ну не в свое дело я влез. Тут у вас... ...жена, должность, положение. А там... Таська, фронтовая любовь. Ну и каша заварилась из-за моего длинного языка... Что теперь будет-то? -А что будет... Расхлебывать будем, Егорыч. -Да... -О! По ночам надо спать, товарищ первый секретарь, а не разбазаривать казенное электричество. Грубая политическая ошибка. -Пьешь? Ты что, пьян? -Я? Самую малость. Будешь? -Ну, красавец... За что хоть пьем? -Ну... За женщин. -За женщин - это святое. -У меня к тебе один конкретный вопрос. -Ну? -Еще хочешь? -Нет. -А что если... ...я разведусь с женой? -Зараза, у меня аж... ...от таких слов ногу свело. У тебя что, чердак съехал? Таки нашел себе бабу на стороне. Ритка прям как в воду глядела. Такой допрос мне здесь устроила. -А ты меньше ее слушай. -Теперь послушай сюда, друже. Есть мнение поставить тебя вторым секретарем горкома. И обком одобрил твою кандидатуру. И как на хрен я тебя, разведенного, с двумя детьми продвигать буду? Ты котелком подумал?! -А я лучше выпью. -Моральный облик партийца еще никто не отменял. -Да люблю я ее! Ты понимаешь? Я ведь думал, я ее потерял навсегда. А здесь нашел. -Хватит ерунду молоть. Люди насмерть загибаются, чтобы страну из руин поднять. Я как та загнанная лошадь от усталости падаю каждый день. А у него любовь! Тьфу! -А я что? Я тоже вкалываю без разгибу! -Вот я и удивляюсь, когда ты всё успеваешь! Кстати, Ритуля про какую-то повариху говорила. -Повариха не повариха... Она женщина. -Дурак. Дурак! Сломаешь всю свою жизнь. До гроба будешь партогом в каком-нибудь совхозе сопли жевать. Ты фронтовик, ты жесткий руководитель. А сейчас я вижу перед собой тряпку. -Ты с тряпкой-то!.. У меня четыре боевых ордена. -Да знаю. Значит так, орел... Ты мне ничего не говорил. А я ничего не слышал. -Шульгин... Дементий, ну послушай... -Допивай коньяк, проспись. И иди мириться с женой. -Шульгин... -У тебя Ритуля - такая красавица, вах! Что тебе еще, дураку, нужно? -Шульгин, Шульгин... Да. Ты, кстати... ...вот с этими шуточками под Сталина... ...завязывай. -Так я ж любя. И только при своих. -Ну, при своих так при своих. ЛАЙ СОБАК, КОШАЧЬЕ МЯУКАНЬЕ -Котенька, как красиво! -Зажигай. -Тася, Тася, Тася! Иди посмотри. -Что? Что случилось? ХОРОМ: Раз, два, три! Елочка, гори! -Ура! -Молодец! Как красиво! СТУК В ДВЕРЬ -Ой, кто это? -Дед Мороз пришел! -Кто это к нам пришел... -Тук-тук! -Здравствуй, Дедушка Мороз. -Это я, Дед Мороз - Красный Нос! -Здравствуй, Дедушка Мороз. -А подарки у тебя есть для наших деток? -Мама, какая я детка? Я уже в Деда Мороза лет сто не верю. -Сто? -Папочка, а я тебя узнала. -Ты смотри, какие взрослые стали. Не обманешь никак. А подарки вам нужны? -Нужны. -Ага. -Так, ну что ж... Приготовились. -Показывай. -Дочулька-лапотулька, тебе... ...настоящие... ...снегурки-коньки. -Мамочка! Смотри! Тася! Смотри, снегурки! Давай скорее наденем. -Пойдем померяем. -А тебе, Константин, будущему защитнику, почти что комсомольцу... Вот, держи. Батя, это что? Это ФЭД? -ФЭД. -Вот это да! Спасибо, батя! Молоток! -Смотри, дожил. "Молоток" и "спасибо". Кстати, с пленкой и готов к употреблению. -Дедушка Мороз, какой ты молодец. -Так... Маргарита, иди сюда. Иди. -Ну-ка, Дедушка Мороз... Ну, посмотрим... -Закрой глаза, отвернись. -Мой первый снимок. Сфотографию вас. -Вот это да... -Ну? -И... -Какая красота! -Каракулевый полушубок! -Маргарита Васильевна... Королева. -Дед Мороз, спасибо. -Красота! -Мама, папа... Сейчас вылетит птичка. -"Продолжаем новогодний концерт классической музыки". -Так, а теперь Варвара. -Ой! А мне-то за что? Я ж уже не маленькая! -А ну-ка посмотри: настоящий оренбургский платок. -Михаил Иванович, да я же... Я же о таком всю жизнь мечтала! -Улыбнись! ХОРОМ: "Барыня-сударыня, барыня-сударыня, Барыня..." -Ну... Как конечки, понравились? -Да, нравятся. А Тасе, Тасе, что ты подаришь Тасе? -Ну что ты, ничего не нужно. -Тася, подождите. Ну а как же... Так... Тася... Вот, часы. -Ну что вы? Не нужно, это же очень дорого. -Но вы же должны знать, когда завтрак, обед и ужин. -Спасибо вам... ...Михаил Иванович. -Так! А теперь... Трофей, Евсей Ильич! Держи. -Повернитесь все, я снимаю. -Спасибо. -От фронтовика фронтовику. -Варвара, помогите, пожалуйста. -А ну-ка... -Ой, глаза ни к черту... -Похвастайтесь подарком, Таисия. -Маргарита Васильевна! -Надо же... Упали. Я такая неловкая. -Это же... Вы же... Вы же... -Что? -Тася... Тася, ты куда? -Я сейчас, сейчас приду. Сейчас... -Варвара... Скажите мне... Между моим мужем и этой... ...есть что-нибудь? -Да Бог с вами, Маргарита Васильевна. Вы что? Да и... Кто он, а кто она? Что вы... Михаил Иванович просто широкой души человек, вот и делает такие подарки. Ну вы же ко мне его не ревнуете? А мой платок, поди, дороже, чем ее какая-то побрякушка. Маргарита Васильевна... Ну... -Так, дочуля! -Потянула-потянула-потянула... Оп-па! Держи. Ильич, готовь бокалы. -Батя, мне шампанского. -Я тебе! Хотя можно, можно! В этом году всё можно. Варвара, Маргарита, давайте к столу, быстрее. -Побежали. Ну? -Спасибо вам. -И не думайте об этом. Да? -Давайте, давайте. Что вы там засиделись? -Слушаемся, товарищ генерал. -Пошли, пошли, время! Готовь бокалы. Давайте, давайте, ну! ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Ура! -Кто-то звонит. Уже поздравляют. -Котя, не смей. Нет. -Говоров. -Миха... Миха! Это я. -Дементий! Ну ты где? Мы уже все за столом. Двенадцать часов почти. Пирог сейчас будет горячий. -Миха, мне час назад сообщили... За мной придут. -Говоров, пять минут до Нового года, держи. Какие могут быть дела? Пойдем за стол. За Новый год, за день грядущий! Давай, давай. Говоров, с тебя тост. -Давай, батя, ты можешь. -Ну да, да. -Ну что ты? -Ну давай, папа. -Давайте я скажу. Первый тост - за самого близкого и дорогого для каждого советского гражданина человека - за великого Сталина. -Ура! -А теперь я. -Давай, Лилечка. -В небе столько звездочек Нету в синеве, Сколько дум у Сталина В светлой голове! Ура! -Ура! Молодец. Молодец. -С Новым годом! -Умница. -С Новым годом! -Ой, какое хорошее вино! -С Новым годом! -Извините, я сейчас. -Миша... Ты куда пропал? Ну это неприлично. -Чемодан? Что происходит? -Мне надо уехать. У Шульгина неприятности. -Неприятности? -Ну... Назовем это так. Серия 3 -Миш, ты куда пропал? Это неприлично. Чемодан? Что происходит? -Мне надо уехать. У Шульгина неприятности. -Неприятности? -Ну, назовем это так. -Он что, тоже оказался врагом народа? -Слушай, не говори чепухи! -Миша, ну ты же... Ты же ничего не сделал плохого. Может все обойдется? -Да все знают, что я человек Шульгина. -Тебя что, тоже могут арестовать? -Поеду я, разузнаю все, но надо быть готовым ко всему. -Миша, я тебя умоляю, ты не уходи, родной. Не уходи. Ты же не вернешься. -Рита, ну все. -Мишенька! -Все, я поехал. -Миха, ты? -Я, Дементий. Я. Что с тобой? -Ногу скрутило, сил нет. Дай водички. А я уж гнал машину, не знал, застану тебя или нет. -Ну теперь толком можешь объяснить? -Миха, один человек хороший, хоть и из органов... Не смейся, там тоже люди есть. ...Он меня и предупредил, многим рисковал. Оказывается, они ко мне давно присматриваются. -Но неужели это из-за твоих шуточек над... -Бери выше. По меньшей мере шпион английский. ЗВУКИ ПОДЪЕЗЖАЮЩЕГО АВТОМОБИЛЯ И КЛАКСОНА Как, впрочем, и весь бывший секретариат обкома. Вот такие вот дела, братишка. -А этот твой хороший чекист обо мне ничего не говорил? -Нет, к счастью. На фронте самое поганое время - это перед боем. Вот и сейчас. Быстрее бы уже приехали, мать их душу. Ждать невыносимо тягостно. Миха, давай выпьем. -Шульгин, мы с тобой честные коммунисты. Что партия поручала, то и выполняли, не щадя ни себя, ни других. Они там должны понять! Это ошибка! -Хрена лысого они поймут. Ты многих видел, которые оттуда вышли? Я еще в сорок восьмом нехорошее почуял, когда они начали чистку по регионам. Я... ЗВУКИ ПРИБЛИЖАЮЩИХСЯ ШАГОВ -Гражданин Шульгин? -Да. Только не гражданин, а товарищ. -Гражданин Шульгин, вы арестованы. Вам придется проехать с нами. -Я понял, майор. Не будем тянуть резину. -А вы, товарищ? -Я знаю товарища Шульгина много лет. Он честный коммунист, предан делу партии. Он войну прошел! -Мы разберемся. А вам, товарищ Говоров, я настоятельно рекомендую покинуть этот кабинет. -Майор, ты как разговариваешь со старшим по званию! Я подполковник! -Знаю. Говоров Михаил Иванович, родился 17 октября 1916 года в деревне Каменный Ключ Валуевского района Курской области. Русский, из рабочих. Член партии с 1939 года. Рекомендацию вам давал Шульгин. Женат, двое детей: Константин и Лилия Говоровы. Продолжать? Ну что стоим? Изымайте все документы. Шульгин, на выход. -Давай, Миха. -Я переверну весь обком, я дойду до ЦК. Рокоссовский поможет. Мы с ним ещё со Сталинграда. Он, кстати, тоже был арестован ещё до войны в 1937-м. -Миха, таких друзей, как ты, у меня только ты один. Давай, друже. -Миша. Мишенька. Живой. Ну что? -Плохо, Рита. Плохо. Все очень плохо. -Что плохо? -Все плохо. -Тихо, тихо. Риточка, иди сюда. Рита. Успокойся. -Нас что, тоже могут арестовать? -Могут, Рит. Все может быть. -Я не могу. Я не смогу в тюрьме. Я не могу. Я... Я не выдержу в тюрьме. Я же умру. -Рита, Рита. -Костик, Котенька. Он же ребенок совсем. А Лилька? С ними что будет? -Рита. Послушай меня, ты сейчас поедешь на квартиру. Возьми мои бумаги в столе, собери свои вещи, самое необходимое. Слышишь меня? Вы должны уехать. Уехать. Ты поняла? -Уехать. Уехать. Да, это очень правильная мысль. Уехать надо. -Котя, вытащи все из стола. -Мам, тут ящик не открывается. -Дай-ка. -Мам, давай я? -Тебя этому в суворовском научили? -Ты же сказал, что она погибла. А она у меня здесь, под носом, бесстыжая. -Рита, прости. Но если тебе будет легче - бей. Виноват я. -Сколько же в тебе намешано. И хорошего, и гадкого. То ты ангел, то ты скотина. -Да как и в каждом человек, Рит. Как и в тебе. Ну давайте уже, поезжайте. -Мама! Мамочка! Подождите меня! Я с вами хочу! -Простудится коза-то. -Мамочка. -Егорыч, останови. -Лиля, куда безо всего? Простудишься. Лиля! -Мамочка! -Доченька! -Я с вами хочу! -Лиля, ты простудишься. Наденьте. Ты простудишься. -Пусти меня! Я с мамой хочу. -Немедленно одевайся. Одевайся. -Ну поезжайте вы уже. Иди ко мне, Лилечка. Пошли. -Котя, я с вами хочу! -Потаскуха. -Мамочка! -И дочь твоя такая же будет. -Лилька, мы скоро приедем! -Михаил Иванович, да вы не волнуйтесь. Пересидим. Изба у меня теплая, добротная. Харчей раздобудем. Господи! Да не надолго же прощаемся. Скоро увидимся. -На тебя надеюсь, Варвара. -А Лильке в деревне еще и понравится. -Да. -Ну что, лягушка-путешественница, готова? -Я не лягушка. Я Карамелька. Меня так Серёжа называет. -Карамелька, Карамелька. -А что такое потаскуха? -Господи! Батюшки, да где ж такому научилась-то? Неужели в школе? Ты смотри, глупостей не повторяй. -Морозец под вечер знатный. Всем здрасте. -Заходи. -Привет, Карамелька. Я тебе новые санки смастерил. Стоят за дверью и дожидаются хозяйку. -Ну хватит разговоры разговаривать. Давай бери чемоданы, да пошевеливайся. Пока еще доберемся. -Что там добираться? Два часа и будем на месте. Ну, залазь. -Опа. Всё, мы поехали! -Лилька. -Ну чистый жених и невеста. -Что ты сказала? -Ой, да не слушайте вы меня, Михал Иванович. До свидания. Всего хорошего. -Да, давай, Варь. -А что это с Лилькой? Засмущалась, даже со мной не попрощалась. -Влюбилась твоя дочуня, вот что. -Вот Евина дочка. Девять лет, а туда же. Хотя я где-то читал, что девчонки, только рождаясь, уже о любви мечтают. Природа. Вот, это вам на первое время деньги. Возьми. Ну... -Он дочку сберег и тебя сохранит. Возьми. -Да нельзя мне, и не верю я. -Ничего. Это на время, пока всё это не кончится. -Ну, с богом тогда, что ли? ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА -Говоров слушает. -Михаил? Приветствую. Надеюсь, узнал? -Узнал, Петр Алексеевич. Я ведь хотел к вам попасть. Мне сказали, вы на бюро, а у меня к вам неотложное дело. -У меня тоже. Есть мнение рекомендовать тебя на место Шульгина. Что молчишь? От радости язык проглотил? -Петр Алексеевич, подождите, с Шульгиным ведь ничего не ясно. Я об этом и хотел... -Все предельно ясно. Ты меня понял? -Я этого так не оставлю. -Дурак. Антисоветская деятельность - вот весь твой Шульгин. Сегодня на бюро он исключен из партии. -Петр Алексеевич... КОРОТКИЕ ГУДКИ -Михаил Иванович. -Да. -Держи. -Да ты чего, Егорыч? -Держи. На всякий случай. Как на фронте. -Ну ладно. ГОЛОС ШУЛЬГИНА: "Как же я рад, что ты вернулся. Мы еще с тобой землю потопчем. Не пропадем. Сейчас такие времена, что человек человека должен держаться вместе. Ты же мой человек". -Мы еще повоюем, Дементий. ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА ТИШИНА ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА ТИШИНА РАДИО: "Разоблачен заговор медиков-террористов. Растоптавшие священное знамя науки состояли в наемных органах у иностранной разведки. Некоторое время тому назад органами государственной безопасности была раскрыта террористическая группа врачей, ставивших своей целью путем вредительского лечения..." ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА -Говоров слушает. -Михаил Иванович, разрешите вас поздравить. -Хотите поздравить с новой должностью? -Да. Разрешите поздравить вас от лица сотрудников горкома партии, поздравить вас с вступлением в новую ответственную должность первого секретаря горкома партии и пожелать вам успехов... -Валяйте. -Развернуться лицом. -Дементий. -Вот и встретились, Мишка, ешкин кот. Значит это ты, извините, вы, высокопартийное начальство? Тюремные новости быстро разошлись. Что ж, поздравляю. -Жалобы есть? -Есть. Клопы, паразиты, замучили. Никакого от них житья. -А я скажу. Сивохин Аркадий Иванович фамилия моя, доцент кафедры марксизма-ленинизма в учительском институте. Я хотел написать в комиссию при ЦК, чтобы объективно рассмотрели мое дело. Так не дают ни чернил, ни бумаги. -Распорядитесь, чтобы товарищу всё предоставили. -Товарищ Говоров, я же говорю, средств катастрофически не хватает. У меня и так перерасход на содержание заключенных. -Пусть заключенных. Они же люди. В камерах грязь, смрад, дышать нечем. Я буду докладывать на бюро обкома. -На то вы и партийная инспекция. У нас в МГБ секретов от партии нет. -Товарищ Говоров, я лично просил ускорить приведение приговоров в исполнение. Тогда, как вы сами понимаете, условия улучшились бы содержания. -Вон. -Простите, что? -Я сказал: вон отсюда! -Ну, знаете ли, из своего кабинета... -Пшел вон. -Хорошо. -Ты что с Шульгиным сделал, сволочь? Я на фронте языков так не пытал. А то были враги, фашисты. -Полегче, подполковник. Бьют его, потому что не сознается. -Потому что не в чем сознаваться. Я хочу видеть его дело! -Я его не веду. А если бы вел, не имею права. -Какой это на хрен партийный контроль тогда? Ширма, фикция? -Я бы на вашем месте подбирал слова, а то недолго и к Шульгину отправиться. -А ты меня не пугай. Пуганый. -Вот тебе бумага, а вот чернила. А вот ответ из ЦК. Может, еще у кого жалобы есть? -А то, что не сдержался, извиняй, майор. Можешь сдачи дать. -Ладно, проехали. И запомни, подполковник, мы тут и не таких перемалывали. Многие тут в слезах и крови ползали. Я понимаю, что Шульгин твой друг. Понимаю, что ты первый раз в тюрьме, спишу на эмоции. -Переведи его в тюремную больницу. Помрет ведь. -Донос на него был. Это всё, что я знаю. Кто-то свой из горкома, так что ты там поосторожней. -Ты можешь узнать кто? -Умерь свой пыл. И подумайте о том, что я вам сказал, Михаил Иванович. ВНУТРЕННИЙ ГОЛОС: "Кто? Кто же из вас Иуда? Этот? Или этот? Думай, думай, Говоров. ЧИТАЕТ ДОКЛАД Может быть этот? Может и этот. М-да. Ничего, я тебя все равно вычислю". -Егорыч, собирайся. В Москву поедешь. Вот это письмо надо Рокоссовскому передать. -Самому маршалу? -Да. Считай это боевым заданием, Егорыч. Как на фронте. Передашь через охрану, а лучше лично Константину Константиновичу. Письмо очень важное, поэтому тебя прошу. Я бы и сам поехал, да не могу - весь как на ладони. -Да не волнуйся, Михаил Иванович. Сделаем как полагается. -Рассчитываю на тебя, Егорыч. Руфина Степановна, ко мне в кабинет заходил кто-нибудь? -Нет. Я вчера после вас уходила и сегодня пришла раньше всех. Разве что уборщица. А что случилось? -Нет, ничего. Руфина Степановна, зайдите ко мне. -Слушаю, Михаил Иванович. -Напомните мне, кто такой Трухманов? -По-моему, инструктор орготдела. Я уточню. Извините, я еще не всех знаю. Его пригласить? -Но сначала личное дело. -Хорошо. -Михаил Иванович, к вам Трухманов. -Пусть войдет. -Прошу вас, товарищ Трухманов. -Товарищ Говоров, я очень рад, что именно вы назначены на этот ответственный пост. Разрешите лично... Понял. Нарушил субординацию. Извините. -С органами давно сотрудничаете? -О чем вы, товарищ первый секретарь? -Бдительность, бдительность и еще раз бдительность. Так, товарищ Трухманов? Я знаю, что именно вы раскрыли глаза товарищам из органов на Шульгина. -Это был мой гражданский долг. -Разумеется. -Можете рассчитывать на меня. -Спасибо. Я учту. Идите. -До свидания. -Сволочь. ШУМ ВЕСЕЛЬЯ -Ты часом не заблудился? -Да нет. Гуляю просто. А что? МГБ запрещает? А ты что тут делаешь? -А я живу здесь. Вышел к форточке покурить, смотрю, Михаил Иванович собственной персоной. Дай, думаю, составлю компанию. -То-то я чую, что хвост за мной. Ловушку устроил? Да, майор? И как? Очередную звездочку дадут за меня или нет? -Дурак. Я тебе его сдал не для того, чтобы ты с пистолетом около его дома разгуливал. -А для чего? -Чтобы ты был осторожен и знал, кто рядом работает. -Осторожней. Зоенька, останьтесь, детка. Потанцуем, а заодно подумаем, как встретить восьмое марта. -Да вы что, белены объелись? Хам! Люся, подождите меня! -Сучка крашеная. Как бы пожалеть не пришлось. -Сволочь. -Не дури. Отдай оружие. Иди домой. -Уйди с дороги, майор. Ты один? Включай патефон. -Зачем? -Танцевать будем. ВЫСТРЕЛ Нечего щупать. Готов. Теперь можешь меня арестовать. -Если всех убивать, кто доносы пишет, пуль не хватит. Ты к чему-нибудь здесь прикасался? -Нет. -Оружие сдай. Или в меня тоже выстрелишь? -Зачем? Это предатели, гниды. А ты делаешь свою работу, понимаю. А то, что там служишь, не мне судить. Сдается мне, что ты и есть тот самый хороший чекист-эмгэбист, о котором Шульгин говорил. -Шульгин вообще любит чушь молоть. -Полегче. О мертвых плохо не говорят. -Почему о мертвых? -Мои передачу носили. Не взяли. -Потому что друг твой в лазарете. Очень плох, но жив. Пока жив. -Жив, значит. А все равно, я не жалею, что прикончил эту сволочь. Ну, давай. Куда теперь поведешь, гражданин начальник? -Прямо. Пока к машине. -Я тебе задал вопрос. -А я тебе ответил. -Ну что, чемодан я уже давно собрал. Белье, провизия. -Предусмотрительно. Иди, я подожду. И не додумайся сбежать. -У меня есть время попрощаться? -До шести утра. -Что б ты ни говорил, а ты и есть тот самый хороший чекист. -Все мы хорошие до поры до времени. -Ты почему еще здесь? Ты почему вернулась? -Тебя жду. -Меня ждешь? Я же сказал, я приказал, чтобы духу вашего не было в этом доме! -Лиля с Варварой уже в деревне. Не волнуйся. -Но ты-то почему здесь, Тася? Ты что, не понимаешь? Это опасно. -Ты меня ругай, не ругай. Кто я тебе? Прислуга? Миш, не могла я уехать. -Таська. -Миша. Я тебя никуда не отпущу. Миша. -Как же я люблю тебя! Господи! Кажется, всю жизнь любил, сто лет и три недели. -А помнишь, как ты стучался ко мне в дверь? Я тогда из последних сил держалась. Губу прокусила до крови, чтобы не крикнуть, как люблю тебя. -А я-то думал, только мне одному тошно. Хорошо, что ты вернулась, ослушалась меня. -Рано еще. -Я не ухожу. Тася, ты Лильке пока не говори, что Маргарита - не ее мать. Мала еще, не поймет. Да и к Ритке она привязалась, как это ни странно. -Мне иногда так хочется крикнуть ей "доченька", но я себя останавливаю. В самом деле, кто я? Кухарка. Может, Варвара права, мне нужно учиться, чтобы кем-то стать, чтобы ей не было за меня стыдно. -Ну что ты? Почему ты думаешь, что ей будет за тебя стыдно? А потом, я теперь тебя никуда не отпущу. Хотя... Тася. Ты вот что, ты замуж выходи. Нет, ты послушай. Выходи замуж. Лилька пусть повзрослеет чуть-чуть, выберешь подходящий момент, 16-18 лет, расскажешь ей все о нас. Подожди. Обычно они никогда не опаздывают. 6:15 уже. Ничего не понимаю. -Миша, так тебя, наверное, отпустили. Ну и правильно. Какой же ты враг народа? Миша. Ты что, не рад? -Я не знаю. -Ну как? Я знаю. Миша, ты свободен! Слышишь? Миша! Ты свободен! Ты сам говоришь, что они никогда не обманывают. -Таська! Тасенька! -Миша. ЛАЙ СОБАК Миша. Миша. -Что? -Это я. -Все-таки пришли? -Нет. Тебя к телефону срочно с работы. -Говоров. -Здравствуйте, Михаил Иванович. Тут к вам товарищи пришли. -Руфина Степановна, завтра. Все завтра. -Это товарищи из МГБ. Они просят вас срочно приехать. -Да. -Ждем вас. Он сейчас приедет. Прошу вас, проходите. -Что случилось? -Из МГБ просят приехать. -Как? Я думала, они забыли всё. -Нет. Они ничего не забывают. Серия 4 -Пожалуйста. Может вам тоже чаю? -Нет, спасибо. А мне кажется, товарищ майор, что это обычная бытовуха. Пусть этим уголовка занимается. Погибший еще тот фрукт был! Выпить не дурак. По женской части ходок знатный. -Как у тебя все просто. А вдруг действовал не убийца-одиночка, а группа? Застрелен не просто гражданин, а инструктор горкома партии! -Думаете, заговор? ЗА ДВЕРЬЮ: -Добрый день. -Здравствуйте, Михаил Иванович. -Здравствуйте, товарищи! -Майор безопасности... -Полищук - я помню, встречались. -Очень хорошо, что вы помните, товарищ Говоров. -Присаживайтесь. Я вас слушаю. -Ваш сотрудник найден сегодня в своей квартире убитым. -Так... -Трухманов его фамилия. Что можете о нем сообщить? -Трухманов? Новость, конечно, трагичная. Только вот, боюсь, не смогу вам быть полезен, я здесь человек новый. Вы лучше поинтересуйтесь у Шульгина. Он с ним работал плечо к плечу. Несколько лет. -Ну полагаться на показания чуждых партии элементов, коим является гражданин Шульгин, мы не можем. Не имеем права. -Ну тогда ничем не могу вам помочь. -Оставь нас. -Слушаюсь. -Руфина Степановна, я занят. Майор... А как это произошло? Подробнее. -Трухманов застрелен у себя дома в упор. -Оружие? -Пистолет ТТ. Ищем. И обязательно найдем. Вам, товарищ Говоров, отдыхать больше надо. Смотрю, глаза у вас красные. Все работаем? -Слушаю. -Таська! Я сегодня хочу твоих щей и водки! -Водки? -Да, и... От Варвары домой нашу юную помощницу привези. Домой! -Будет исполнено, товарищ подполковник! Так, ну давай. Теперь забирай. Давай-давай, аккуратно. И еще. И кидай в кастрюлю. Только аккуратно, не обожгись. -А ты пельмени лепить умеешь? -Конечно умею. -А пирожки? -И пирожки с капустой. -Как папа любит. -Точно, как папа любит. -А у тебя есть дочка? -Так... Ну и где же наши щи? Что вы тут настряпали? Запах! Вкуснотища! Лелька, а с чего ты решила, что у Таси есть дочка? -Мама говорила, я помню. -Ну мама... Она ошиблась. Ну то есть, ошиблась. А может, ты неправильно поняла. Нет никакой дочки. -Михаил Иванович, это очень жестоко с вашей стороны - напоминать мне, что я потеряла дочь. Лилюша... У меня была дочка. -Как? Была? -Я ее очень-очень любила. Но я ее потеряла. -Как это - потеряла? -Война была страшная. Понимаешь? -Но ты же ее найдешь? Да? -Ну конечно. Обязательно найду. Слышишь? Ну давай, за дело. ИЗ РЕПРОДУКТОРА: Дорогие товарищи и друзья, центральный комитет коммунистической партии Советского Союза извещает, что 5 марта в 9 часов 50 минут вечера после тяжелой болезни скончался Иосиф Виссарионович Сталин. -Наш вождь Сталин умер! Тася, Сталин умер, Тася! Варвара! Варвара, Сталин умер! -Батюшки! Господи! РАДИО: Перестало биться сердце соратника и гениального продолжателя дела Ленина, мудрого вождя и учителя коммунистической партии и советского народа Иосифа Виссарионовича Сталина. -Опасный криз был. Беречь себя уже надо, уважаемый. -Беречь... Не каждый день такие события происходят. -Благодарите Варвару за то, что вовремя дала лекарство. -Ты не представляешь, какая же там жуткая давка была! Ужас! Не передать! -Няня! -Да-да, Лилечка. -Дай попить. -На. Пей, деточка. -Народу со всех краев съехалось. Тьма! С любимым вождем попрощаться. Вот и... -Ерорыч, а ты что, самого Сталина видел? -Какое там! Меня в стену так впечатали, что ребра до сих пор ноют. -Бедный, Егорыч. -Это что, у меня на глазах человека насмерть затоптали! В двух шагах от меня был и... Ай! -Лилечка, иди погуляй. Не слушай его. -Апосля их в грузовики в кузова покидали вот так, как будто кули какие! И из Москвы, из Москвы! А там!.. Вот так! -Пьяненький ты, Егорыч, вот и чепуху какую-то несешь. По радио и в газетах про это ничего не было. -Дурища ты темная! Я сказал, как оно на самом деле было! А ты хочешь верь, хочешь... Только я за них, за сердешных! Не чокаясь! Но задание Михаила Ивановича я выполнил! Конверт товарищу Рокоссовскому передал! Он мне руку пожал! "Спасибо, - говорит, - Егорыч". -Молодец! -Доброе дело сделал, гвардии старшина. Вот так вот! -Говоров. Слушаю. -Ну здравствуй, любимый муж. Узнал? -Узнал. -Не слышу радости в голосе, Говоров. Когда нам возвращаться? -Да отдыхайте пока. Думаю, еще рано. -А я так думаю, что в самый раз. Ты же теперь на повышении. Что может плохого случиться? А я устала сидеть в этой дыре. От твоего Крыма тошно! Ну что ты молчишь?! Я понимаю... Ты не хочешь, чтобы мы возвращались из-за твоей кухарки?! Мы тебе с сыном будем мешать там развлекаться?! -Рита, осади! Думай, о чем и где говоришь! -Хочешь ты этого или нет, дорогой... А мы с Котей после майских праздников возвращаемся! Все! КАШЛЯЕТ -Держите. -Спасибо. -Присаживайтесь, товарищ. -Простите, я не ослышался? Это вы меня товарищем назвали? -Да-да, вас. Присаживайтесь. А у нас для вас радостная новость. В результате тщательной проверки было выяснено, что вы, товарищ Шульгин, были арестованы ошибочно. Без всяких на то законных оснований! -Ошибочно... Ну и что? Что дальше? -Вы реабилитированы! Вы прямо сегодня будете освобождены из-под стражи. -Как вы сказали? -Да можете хоть сейчас идти. Да и на парад успеете. Сегодня же праздник - День международной солидарности трудящихся, так сказать. Ну что вы сидите? А хотите, мы вас на машине отправим? Со всеми удобствами, так сказать. -Нет, не надо. Не надо. На той же, что и брали, - спасибо, не надо. Товарищ начальник, ничего, что я вас товарищем называю? -Нет. -Костыль мой верни. -А ваш костыль где-то затерялся. Но ничего, есть вот, так сказать, новый. Вот! Владейте! И символ праздника. Ваш вопрос в Москве на самом верху решался. Серьезные люди о вас хлопотали. Сам маршал Советского Союза Рокоссовский. Так что... Да, вот, так сказать... Ну а вы на нас зла не держите. Вы же понимаете, это работа. -Да, ну что вы. У вас было очень уютно. Прощайте! -Всего хорошего! Расцветали яблони и груши, Поплыли туманы над рекой. Выходила на берег Катюша, На высокий берег, на крутой. Выходила на берег Катюша... -Пожалуйста, попросите остановить здесь. Спасибо. Спасибо, товарищи женщины! -А может, останешься? -На дорожку молочка выпей настоящего! А то когда еще выпить-то придется. -Да это первое дело - мясо, да кости нарастить! Да, девочки?! -Это точно! -Какой мужчина! -Оставайтесь, ну оставайтесь! -Какое молочко, давненько такого не пил, спасибо! Ну выпускайте. -Да оставайтесь! -Пропустите. -Девчата, мужика теряем! -Ну что, бывай, служивый! -Спасибо. Счастливого пути! -Счастливо! -Эй, кто в тереме живет?! -Дементий! Дементий, как же так?! Мне сказали, тебя только пятого отпустят! Я бы тебя сам встретил! Дементий... -Наверное, хотел к празднику отчитаться. Ну, Мишка, здоров, ешкин кот! -Живой чертяка! Живой! А весу в тебе не больше трех пудов осталось! -Главное, что кости целы! Почти что целы. А мясо нарастет - так женщины говорят, они знают. -Нарастет... -Мишка, ты извини, что прямиком к тебе. Мне же и идти не к кому. Ни одной родной души. -Да! А как же мы?! -Вот и поживу у тебя. За постой обязуюсь аккуратно платить. -Дементий! -Михаил Иванович, я в магазин. Здравствуйте! -Здравствуйте. Я Шульгин. Извините за внешний вид. Только что с острога. -Здравствуйте! А я Тася. Мы же вам передачки носили. Ужасно за вас рада! Я скоро приду. -Ух, какая! -Во! Э, Дементий! Пойдем-ка водки выпьем! -Красивая! -Ну с возвращением! -Водочки - это хорошо! -Ура! Мамочка приехала! Тася, Варвара, мамочка приехала! Ура! Мамочка! Мамуля! Мамочка! Я по тебе очень скучала. -Варвара! -Здравствуйте! -И я по тебе очень соскучилась! И больше никогда от тебя никуда не уеду! И всегда рядом с тобой буду, Лилечка! -Привет, Лилька! -Привет, толоконный лоб! -Ты мне расскажешь, как ты без мамы жила? -Да. -А я тебе привезла много подарков! И главный знаешь, какой? Большой! Закрой глаза. Что у нас тут такое? -Это кукла? -Нет. -Холодно. Все равно не угадаешь. ладно, смотри. -Лилии! Мамочка, я тебя очень-очень люблю! -И я тебя! И я тебя очень люблю! Пойдем. Котя, догоняй. -Я сейчас, мама. -Дай я понесу. -Пора тебе за ум браться, девка. Сживет тебя Маргарита Васильевна со свету! Кто же захочет брошенкой ходить?! -Ты это о чем? -Видала я все! Что ты глаз положила на нашего хозяина! То ручку ему пожмешь, то прижмешься. Тьфу, стыдоба одна! -Плохо ему, Варвара. Очень плохо в последнее время. -Что он сам тебе про это сказывал? -Тут и говорить не надо. Видно по глазам его. Видела, сколько у него седых волос появилось? -Ой, дурища! Ты что, в него влюбилась, что ли?! -Я его давно люблю! С фронта еще. -А... -Ты здесь? Ну вот и хорошо, что зашла. А это что? -Это тебе. Кальвадос. Подарок с юга. -Спасибо. Так что за спектакль ты устроила во дворе? -Говоров, тебе не угодишь. Не люблю нашу дочку - плохо. Люблю - снова плохо. -Не говори чепухи. С чего это вдруг такая неожиданная любовь? -Я так понимаю, ты прислугу в доме менять не собираешься. -Нет, не собираюсь. -Жаль. Я надеялась. Неужели ты... Неужели ты ее так любишь? Развод я тебе не дам! А если будешь настаивать... Партбилет положишь на стол! -Неужели ты меня так любишь?! -Раньше любила! А теперь мне сына поднимать надо! И на библиотекарскую зарплату я это делать не собираюсь! Кроме того, я не хочу, чтобы это все, мой дом достался твоей пэ-пэ-жэ! Походно-полевой жене! -Что ж, предельно откровенно. -Я рада, что ты меня понимаешь. А этот твой Шульгин долго собирается здесь жить? -Этот Шульгин здесь будет жить столько, сколько надо! -Спасибо тебе, Котя, за эту лилию! Она очень красивая! А ты знаешь, что в этих лилиях живут крохотные человечки? Такие маленькие, как зернышко. А ночью они все встают со своих кроваток и качаются на цветах. А еще у них есть фея. Фея лилий. -А брата-дурачка, который весь этот бред выслушивает, у них нету? -Ты чего смеешься?! Это фея, она охраняет их! Я ее сама видела! -Это та, которая в заброшенной комнате замурована? -Да! Пойдем, я тебе покажу! Смотри! Вон из этого окна второго этажа она вылетает. Я сама ее видела! -И долго ее ждать? -Смотри, смотри! Ну вот, видел? -Ничего не видел. -Как - не видел? -Так, не видел. -Да ну тебя! Неинтересно с тобой играть. -Ну что? Заждались, удальцы? -Ну есть маленько. -Вот кашу просит. А не тут-то было! Мы с Тасенькой такой супчик с крапивой накухарили - пальчики оближешь. Мишка, помнишь, как в окопах по весне первую крапивку дожидались? Витамины. Давай-давай. -Мне чуть-чуть. -Приятного. Погуще, погуще. Мужик все-таки. -Бурда диетическая. -Котя! -Спасибо. -А по шеям? -По-моему, вкусно. -Так, и мне. Спасибо, Тасенька. -Ну, с приездом. За хозяйку. -Ну что, вкусно? -Вкусно. -Язык проглотишь, как Шульгин говорит. Тася вообще очень вкусно готовит, верно, папа? -Да, этого у нее не отнять. -Суп невозможно есть. Что у нас там по меню дальше? -Ты смотри. -Жаркое? Варвара! -А? -Принесите, пожалуйста, горчицу. -Сейчас несу. -Компот? -Вот. -Замечательно. -Что... Да что же это... -Так... -Маргарита Васильевна, не надо. -Надо! -Маргарита Васильевна, да что же вы... -Святая ты моя стряпуха. Всем она помогает, всех она спасает. Вот. Теперь будет не компот, а чудеса на постном масле. Время подавать! -Господи! Ну и язва эта наша Маргарита Васильевна. Ой, Тася, Тася, ну ты же добрая, работящая. Бежать тебе из этого дома надо. Говорят, это вообще нехороший дом: здесь счастья никогда никому не было. Да уж, наверное, и не будет. -Ты же знаешь, что я не могу. -А вот этот цветочек зовут маргаритка. Я назвала ее в честь моей любимой мамочки. А все белые цветочки зовут василисками. Я с ними разговаривала каждое утро. Сама их сажала, поливала - они у меня воспитанные. Ты обязательно с ними подружишься. -И ты хозяйка этой красоты? -Да, я. Дядя, а вы к кому? -Папа проснулся? Позови, пожалуйста. -А вы тогда подержите Любушку и, пожалуйста, будьте с ними поаккуратнее. Дядя, они уже идут! Спасибо вам за Любушку. -Мирон, а что в такую рань? -Здорово. -Чего-то стряслось? -В Москве арестован Берия. -Берию? Арестовали? -Как? Это точно? -Враг коммунистической партии и советского народа. Буржуазный перерожденец и старый агент мусаватистской разведки. -Ешкин кот... -Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. -А скажите, зачем дядю арестовали? У нас в школе в учебнике его портрет есть. Он хороший. -Хороший, хороший он, очень хороший. -А его выпустят, как тебя, Шульгин? -А вот любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Ну давай, иди. Пойдемте-ка, кофейку выпьем. -Берия, Берия вышел из доверия. Так сволочи и надо. -Поеду, мужики. Третью ночь не сплю. -Мирон, я все хотел тебя спросить, по Трухманову что-нибудь выяснили? Он, конечно, был небольшого ума, но ответственный товарищ. Кому он мешал? -Ничего не могу сказать. Дело не раскрыто... -Ты, майор, заезжай вот так, запросто - на уху, в баньке попаримся. Я рад буду. -Интересно, и когда вы подружиться успели? -Приложил мне товарищ Говоров по морде прямо в тюрьме. С тех пор и дружим. -Я не понял. -Да... -Поеду. -Ну-ну... -Раз мы с тобой такие друзья, верни мне пистолет. -У меня останется. Пальчики там интересные. Чего смотришь, подполковник? Жизнь - дорога длинная, всякое может случиться. -Да, любопытная у нас с тобой... ...как это называется? Дружба. -Ага. А главное - крепкая, водой не разольешь. На всю жизнь. -Давай догоняй! -А гитары взяли? Давайте сюда уже. -Как водичка? -Вода холодная. -Вперед. Ты что? Водитель не должен так головой крутить. -Ребята, давайте выпьем за именинника. Серега, любви, удачи тебе и будь здоров! -Большое спасибо. -Спасибо, Егорыч. -Эй, коза, а это чье? -Спасибо. Привет. -Привет, карамелька. -А я сама машину вела. Видел? -Здорово. Молодец. -Пошли-ка, пошли. Наклонись. С днем рождения. Это тебе. -Спасибо. -Только никому не показывай - это секрет. -А если очень хочется прочитать? -Потом. Или отдай обратно. -Нет. -Отдай! Отдай! -Ну все, сдаюсь. Давай мы его с тобой спрячем. -Давай. -Все. Купаться пойдешь? -Пойдем. Я скоро приду. -Догоняй тогда. Давай иди сюда! Оп! Оп! Эй, карамелька! Эй, ну ты у меня получишь! -Девчонки, посмотрите, что я нашла. -Что ты там нашла? -Читай. -"Сережа, я тебя люблю. Карамелька". Сережа, иди, я тебе что-то покажу. Иди, иди. -Я сейчас. -Иди что покажу. -Ты куда? -А вы зачем открыли? Я просил вас? -Ну что тут такого? Думали посмеемся. -"Думали". Лошади думают - у них бошки большие. -Ой, ну подумаешь. -Во! -Это нечестно. -Стой! Лилька! Ну видите, что вы наделали? Дурье. Ну дурочка, я тебя тоже люблю. Зачем топиться-то, а? Маленькая. -Надо же, сколько цветов Лилька вырастила. Красивые, правда? -Миша, не надо, пожалуйста. Не надо. Жена твоя вернулась, сын. Не дай Бог, Лиля нас увидит. -Все давно спят. -Миша... -Ну хорошо, будь по-твоему. Я к тебе приду. -Нет. -А почему нет? Ты же говорила, что любишь. -Мы прощались тогда. Я думала, что не увижу тебя больше. Я пожалела тебя, прости. -Тася, не ври. Не в землю - на меня посмотри. Я ведь больше просить не буду. -Я знаю. -Тася... Тася! Тасенька. Тасенька... ...ну у нас же с тобой дочь. Мы должны быть вместе, Тасенька. -Ну ты же понимаешь, что так не может больше продолжаться. Я прошу тебя, отпусти нас. Пожалуйста. Ты будешь жить своей семьей, а мы с дочкой вдвоем. -Ни тебя, ни Лильку я никуда не отпущу. Не проси. -Ты же понимаешь, что мы все будем несчастны: и ты, и я, и Маргарита. -Тася... -Ой, Говоров, сколько страсти! Ты сейчас кого целуешь? Ее или меня? -Значит, Лелька, коза наша, твое родное дитятко? Ой, батюшки, бедолажная ты моя, бедолажная. Это все дом виноват, точно тебе говорю. -Ну при чем здесь дом? -А-а, при чем... Люди зря баять не будут. Его прокляла первая хозяйка, что от любви сгинула. Да, ее где-то тут в стенке замуровали, и она по ночам стонет. Слышала? О-о, еще услышишь. А когда лилии расцветают, так она бродит промеж них и танцует, вся облитая луной. -Ну хорошо, ребенок в это верит, но ты же взрослая женщина. -Хочешь верь, хочешь не верь. Только ни одна женщина в этом дому счастливой не была. И не будет. -Ой! Доброе утро, мои лилии, доброе утро, мои хорошие. Доброе утро, фея. А я письмо получила. -"Дорогая моя карамелька! Я ухожу в армию, и целых три года мы с тобой не увидимся". -Ничего себе! Целых три года! Целых три... -Так... Куда папироску? Тебе нельзя. -Тебе, между прочим, тоже. -А-а!.. Ты пошел? -Ну, пошел. -Нет, ты что, правда пошел? Ты что, не видишь? Под вилку попадаешь. -Ну попадаю. -Дементий, да что с тобой сегодня? -Друже... Мне очень нравится Тася. Я хочу на ней жениться. -Здрасте, приплыли! Прыткий ты, однако. Так, шах, и ферзь - тю-тю. -Почему же прыткий? Я все про нее знаю. Только вчера, дурак, понял. Слышал ваш разговор. -А-а... Ну раз слышал, так должен понимать: люблю я ее. -Любишь и мучаешь. Дочкой решил удержать. -Это ты мне сейчас упрек бросаешь? Друг, да я ради тебя на такое пошел! -Это ты о чем? -Ни о чем. Пусть сама решит. Хотя ответ я и так знаю. Тася! Тась! Тася, вот мой лучший друг товарищ Шульгин сватается к тебе. Пойдешь за него? -Товарищ Говоров, я как-нибудь и сам справлюсь. Спасибо за помощь. -Пожалуйста! Сам... Ну давай. Сам... -Тася... Говоров, ты мне всю спину прожжешь, выйди. -О-о! Нет уж, с чего это? Я должен это видеть, слышать. Давай-давай, Шульгин. -Тася... Тасенька... Черт, все красивые слова как-то повылетали. -Дементий Харитонович... Вы очень хороший. Вы очень добрый. -Красивый. Подсказываю. "Но люблю я другого". Так? -Нет, не так. Но вы не все про меня знаете. Дело в том, что Лиля... -Я в курсе. -В курсе он, в курсе. Уши у него большие, вот такие! -Ну хватит. Значит... ...вы мне отказываете. -Хах! Ну что за вопрос? Естественно. -Я согласна. Да. -Что?! -Михаил Иванович, вы помните, мы как-то говорили с вами: когда Лиля повзрослеет, я смогу сказать ей, что она моя дочь? -Да. -Так вот, я решила сделать это на ее 16-летие. -Ну? -И после этого, Дементий Харитонович, я выйду за вас замуж. Конечно, если вы готовы будете так долго ждать. -Да. -Папа, папочка! -Да, дочунь? -А где билеты продают? -Дочунь, да какие на х-х... хризантемы билеты? -Я в армию уезжаю! -Что? -В армию поеду. -Ну, вы меня совсем убьете. Поеду-ка я на работу, там поспокойнее будет. -Пап, да ты не волнуйся. Я не одна. Я с Сережей поеду. -А-а... -"Дорогой Сережа, в армию меня не пустили, сказали, нос не дорос. Теперь жду, когда он вырастет". "Дорогой мой Сереженька! На днях мне исполняется 16 лет. Давно от тебя нет писем. Но я все же надеюсь, что ты вырвешься на мой день рождения". Серия 5 "Целина от тебя никуда не денется". -Сережа. Сереженька. Сережка вернулся! -Да что ты всё о Сереженьке своем думаешь? -Котька... -Письма ему строчишь... Ты брату родному хоть бы малюсенькую весточку написала. Хотя я понимаю, Сережа, он целину поднял, в звеньевые выбился, и сам такой герой-красавец. -А ты знаешь, он комсорг бригады и передовик. И еще ему медаль вручили. Представляешь? Вот у тебя есть медаль? -Лиля, я только... на орден рассчитываю. -Ой, Котька, какой ты у меня красивый. Красивый-прекрасивый. Что, скажи, от девчонок отбоя нет? -Ну... Первым делом мы испортим самолеты, ну а девушек испортим мы потом. -Котя... -От винта! Держись. Взлетаем на счет "три". Раз, два - и полетели. Держись за штурвал, держись! -А-а! -Никита Сергеевич определил важнейшую задачу этой семилетки. Я лично проеду по всем объектам, я проверю каждый трест. Далее... На следующей неделе хочу видеть все предложения о снижении себестоимости строительства. Надеюсь, это понятно, товарищи? Вопросы? Ну тогда за работу, все свободны. -Варвара, вам телеграмма, по-моему, от Сергея. -Ух ты, от Сергея. Ой, точно. Где ж мои очки-то? Да. Смотри: "Тетушка (зпт) приезжаю пятого (зпт) хочу успеть именины Карамельки". Молодец. "У меня сюрприз (зпт) везу..." Чего? "Везу невесту". Совсем сдурел хлопец. Девка по нему сохнет, а он в подарок невесту везет. Бить его некому. -Тася... Тась, Шульгин пришел. При параде, при одеколоне... Страшно серьезный. И даже без костыля. -Что-то он рано. Ну ладно, подождет, пока я тут управлюсь. -Как я вам? А туфельки? Мамочка подарила. -Ну красавица. -Ну, коза, ты теперь просто королевна. -Варвара, Сережка не писал? Приедет, не приедет? -Не писал. Уже целых 3 месяца не писал, паршивец такой. Зачем он тебе нужен? Серый гусь белому лебедю не товарищ. -Нужен. В СССР, между прочим, все люди равны. -Дементий... -Ой. -Здравствуй. -Здравствуй. -А чего ты так рано? -А я на машине. ЗАГС работает до пяти, еще успеем подать заявление. -Как, уже? Сегодня? -Чего ты испугалась? Ты же сама сказала: в день рождения Лильки. А заявление можно подать заранее. -Прости, просто... У меня сейчас Лиля на уме - как ей сказать, когда? Да и поймет ли? У нее Маргарита с уст не сходит, а меня она едва замечает. -Показываю в последний раз. Итак, коленки согнули, вправо-влево, вправо-влево. Плечами, плечиками... Мама, не сиди, не сиди. -Не пойду я... -Встаем, встаем и пробуем. Танцуют все. Коленки согнули, вправо-влево, вправо... И с плечами, с плечиками. Молодец, Варвара, умница. -Мама, смотри. -Опусти юбку, Лиля, что ты делаешь? -Тасенька, не изводи себя. Лилька Михайловна умная, правильная девушка. Всё будет хорошо. Давай, бери паспорт и поехали. Из-за Михи, да? Забыть его не можешь? -Ну что ты, Дементий? -Тася... -Ну что ты? -Кхе-кхе... Ишь, прилепился - не оторвать. -И тебе здрасте, Говоров. Мы с Тасей подаем заявление. -А не рановато ли, братуш? -Да куда уж больше? Семь лет любимую женщину жду. Мы же договорились - в день рождения? -А день рождения только завтра. А до завтра еще дожить надо. ИЗ ДОМА: -У меня получается? -Что ж там происходит? Сумасшедший дом! -Миша... -Ой, Говоров-Говоров... -Вот, молодцы, девочки! Получается, молодцы! Батя, присоединяйся! Давай, учись, учиться надо. Пригодится. -Папа, ты чего? -Это что такое? -Музыка на костях. -На костях?! -Бать, спокойно. Видишь, ребра? А музычку ребята знакомые нарезали. -Музычку? Вот музыка! Шульженко, Бернес... А этого убожества чтобы я в нашем доме не слышал больше! -Миша... -Ты безнадежно отстал от жизни. -Что?! -А то. -Папочка, ну это же последний писк. -Вот пусть они там у себя в капитализме и пищат! -Да, суров Говоров. -Мне кажется, он больше расстроился из-за нас с вами, чем из-за этой пластинки. -Лиля... Лилечка, ты уже взрослая. Много лет назад я пообещала твоему папе, что в день твоего 16-летия я расскажу тебе правду. Понимаешь, была война... Нет, не так. Лиля... Лиля, детка, ты уже взрослая, ты должна понять... Так сложилась судьба, мы встретились с твоим папой в страшное время. Лиля... Как же это сказать? Лиля, Лиля, детка, ты уже выросла, ты должна меня понять. Так сложилась судьба. Было страшное время, война, много смерти вокруг, а я влюбилась. СТУК В ДВЕРЬ Кто там? Миш, ты чего? -Тась, поговорить надо. -А, ну заходи. -А ты с кем тут шепчешься, сама с собой, что ли? -Нет, это я репетирую завтрашнее объяснение с Лилей. -Ага, завтра день рождения. И хорошо, пусть будет завтра. И правильно. А это что? -Это я ей купила в подарок. Плащик, кажется, итальянский. Нравится? -Итальянский... На толкучке, небось, брала? И не стыдно? -Миш, ты поговорить о чем-то хотел. -Да, да. -Лиля, если у тебя завтра день рождения, это еще не значит, что тебе просто так можно будить человека. -Но то человека... -Ты смотри, допрыгаешься у меня. Чего хотела? -Котька, а помнишь, я рассказывала тебе о замурованной фее, которая живет в стене и по ночам охраняет лилии? Помнишь? -Ну. -Я хочу ее найти. -Ну и зачем тебе сдалась эта замурованная чувиха? -Как? -Чу-ви-ха. Пополняй словарный запас. -Да ну тебя. -Так зачем она тебе? -Ну интересно же, романтично. Вот представляешь, мы ее найдем и освободим. А на самом деле, я очень не хочу, чтобы в нашем доме были тайны. И очень хочу, чтобы в нем все были счастливы. -Ой, фантазерка, тебе бы только сказки писать. -Ну, Коть... -И вообще, мне говорили, что призраков тревожить не стоит. К несчастью! -Да ну тебя. -Погнали лучше спать? -Не пойду. -Погнали. -Не пойду. -Ну тогда скелетищам передавай большой... привет! -Да ну, Котька! -А меня подушка ждет. -Ну и пожалуйста. А я вот позову Варвару, мы найдем фею и освободим. И я приглашу ее на день рождения. -Удачи. -Сядь, сядь, Тась. Сядь, прошу тебя. Завтра, ну... Ты же обещала... Неужели пойдешь за Шульгина? -Миша... Он хороший, и он любит меня. -Ну да. А как же я? Как же я, Тась? Ну, посуди сама: Котя - он уже отрезанный ломоть, а Лилька - она школу через месяц закончит, в Москву поступит, там, глядишь, замуж выйдет. Один остаюсь. Я же... Я без тебя не смогу. Совсем очерствею. -Не уговаривай, Миш. -А я вот не пущу тебя никуда. -Что, запрешь в этой комнате? -Вон в той, там, где женщина замурована. -Ну да, это ты можешь. И будет нас двое - я и дама-призрак. -Тась... Не бросай меня. -Мишенька, иди спать. Я прошу тебя, иди. -Тася... -Не надо, уходи. Миша, я прошу тебя, уходи. Нет, не надо. -Ну подожди, ответь, я тебя прошу. -Вы... вы... Это же подло, мерзко и низко. Как ты мог, папочка? -Лилька, ты не так всё поняла. -Я уже не маленькая. Потаскуха! -Лилька, прекрати. -Да, именно потаскуха. Теперь я вспомнила, как мамочка тебя называла. Я теперь понимаю значение этого слова, оно тебе очень даже подходит. Как я тебя ненавижу. -Лиля... -Как мамочка из-за тебя намучилась. Мамочка умная, красивая, добрая, самая лучшая на свете, а ты связался с этой... Она же страшная убогая мерзкая лицемерка... -Миша, не трогай дочку! -Бородавка и чувиха. Чего вы на меня уставились? Пополняйте свой словарный запас. Особенно ты, мерзкая повариха. -Пошли, скажем Лильке правду. -Правду? Какую правду? Правду, что ее мать необразованная кухарка? Что всех обманывала, что ей врала 16 лет и спала с ее отцом, хотя он был женат на другой? Раньше было слишком рано, а теперь - слишком поздно. Слишком поздно, Миша. -Поговорим? -Ну проходи, поговорим. -Ты помнишь, что у меня сегодня день рождения? -Я помню. -Ну что, папочка, сделаешь своей любимой дочуне подарок? -Ну что ж, я готов. -Выгони ее. Это будет для меня самый лучший подарок. -Лилька, ты не знаешь, но... ...не могу. -А ведь ты был для меня самым лучшим, самым главным человеком в жизни. Не мама, не Котя - только ты. Знаешь, когда здесь висел портрет Сталина, я подходила к нему и шептала: "Спасибо тебе, дорогой Сталин, за лучшего папочку на свете". А когда стала больше понимать, подходила и шептала: "Спасибо, что ты его не тронул". Я тебя так любила, папа. -Лелька... -Нет больше Лельки, она выросла, ей сегодня 16 лет. -Лелька... СТУК В ДВЕРЬ -Уходи. Я же сказала: уходи. -Прогоняешь? Не поздоровавшись? -Дементий... -Тасенька. Поздравляю тебя с днем рождения Лильки Михайловны. -Дементий, пожалуйста, забери меня. Меня родная дочь ненавидит. -Заберу, обязательно заберу. Прямо сейчас? -Да, прямо сейчас. -Пойдем, милая. -Лилька... Лиль, давай уже спускайся, за тобой послали. А ты раньше не могла это барахло пособирать? -Значит, не могла. -Что... Чучело огородное... Лиль, это что? -А что ты в этом понимаешь? -Тут и понимать нечего, это пошлость и вульгарщина. -Ну вот еще... -Нет, если бы ко мне такая герла приперлась на свиданку, я бы ее отправил умываться тут же. Эй, ну, Лиль, ну... Лиль, вот это что такое? Это что за цвет? Ты как кошка драная... -Р-р-р! -Елы-палы, а губы... Значит так, Лилька, бегом умываться, а то батя рассвирепеет... -Вот и пусть свирепеет. -Ты чего? -Я, может, этого и хочу. -Лиль... -Коть... Котенька, мне так плохо. -Лиль, ну не надо. -Мне так плохо. Я тебе даже сказать не могу из-за чего. Не хочу я этого всего дня рождения. -Ну не плачь. Так, пятен не оставляй! -Ну вот, еще и ты! -Ладно, давай так: я сейчас спущусь и нахамлю им всем. Пошли. Пошли-пошли, вставай. -Балбес. Туфли... -Пороли тебя в детстве мало! -Я не знаю, ну, может, у вас это по-другому? -Она такая взрослая стала, смотрю на нее... -Котька, а может, им действительно того, а? -Шагай. -Ой, я так нервничаю сегодня. -А что нервничать? Дочуня сегодня совершеннолетняя стала. -Ну, давай, шагай, тебя гости ждут. -Ты куда? -А я сейчас приду. Давай, иди-иди. -Ты Тасю не видела? -Нет, а что? -Ничего. Спросить нельзя? -Это что такое? Это что за вид? Я в первый раз такое вижу, Лиля... -А Симонова что скажет? У них такой приличный мальчик растет... -Ну и пусть растет. -Рит, не трогай ее. Характер выказывает Лилька твоя. -Папа, а ты сегодня Тасю не видел? -А что? -Ничего. Спросить нельзя? Здрасте. -Ну прямо барышня. -Товарищи, ну... -Да-да, просим к столу, проходите. -Я вас всех поздравляю. -Посмотрите, надо же, какая красавица. -С днем рождения, солнышко. -Присаживайтесь. -Занимайте места. -Варвара, поставь цветы в воду. -16 лет назад такой маленький кулечек вынес из роддома... -Лилечка, сюда. Красавица моя. -Дочуня, мы с мамой тебя очень любим. У тебя сегодня будет знаменательный день, надеюсь, ты всё поймешь. Ты стоишь на пороге новой жизни, и пусть она у тебя будет счастливой и долгой. -Лучше, чем у нас. -Как - еще лучше? -Да, да... Ну а теперь вот подарок наш. -Интересно какой. -Ну что ты, Лиля? Ну посмотри хотя бы. -Только ради тебя, мамочка. Еще один конверт? Прям в цирк не надо ходить. Ты у нас, пап, как Эмиль Кио. Или как там его?.. Олег Попов? Только без собачки. Еще один конверт. СИГНАЛ КЛАКСОНА -Ну... -Ну что, именинница, садись за руль, прокатись на обнове! -Вот, "Москвич", 407-й... -Ну, Михаил Иваныч... -...последняя модель. Владей. -Покажи мастерство, пусть люди увидят, чему тебя Егорыч научил. -Откупиться хочешь, папочка? -Смелее, мы же с тобой даже по ямам ездили. -Ну что ты? Прокатись. -Мама, ты что, не видишь, что она обалдела от счастья? -Ну что ж ты? -Так давайте лучше я прокачусь? -Котя... -А чего? Она ж всё равно права только в 18 получит. А я с утра ни капли в рот не брал. -Только попробуй хоть одну царапину сделать. -Всё в лучшем виде. Пишите письма. -Красота-то какая. Мать честная... Ну, царский подарок. -Ну, а теперь можно и выпить. Давайте за стол. И запомни, дочь, не бывает идеальных отношений, так же как и идеальных семей. -У меня будет по-другому. -Ну что, давайте, шампанское кому? -Мне фужерчик. -Пожалуйста, конечно, всегда пожалуйста. -Вкуснотищи-то сколько... -С днем рождения, солнышко. -Давай, опа... Ну вот мы и дома. Ага, спасибо. Ну, пойдем. -Сережа... -А? -Что-то боязно мне. -Почему боязно? -А вдруг я твоей тете не понравлюсь? -Ты что? Варвара у меня мировая, она тебя полюбит как родную, вот увидишь. Ну что, совсем устала? -Угу. Тогда, может, сразу к тебе в деревню? Ты говорил, это ближе. -Динара, милая, пойми, у Карамельки сегодня день рождения. Не завтра, не послезавтра, именно сегодня. Я почему так спешил? -Сереж, а она красивая? -Она ребенок. А ты у меня красивая. -Сережка... -Ну пойдем. Пойдем скорее. -Серега! Серега, ты, что ли? -Костя? Константин? Здорово, Константин Михайлович. Ух, ничего себе, ну ты здоровый лось. Карамелька мне писала, а я и представить не мог. -А ты-то, с бородой, мужик-степовик. -Ну да... -Вижу, не один. -Это невеста моя. Знакомьтесь: Динара, Константин. -Как там у вас это?.. Салям алейкум. -Алейкум ас-салам. -Очень приятно. Ну, с какого гарема ты умыкнул сию восточную царевну? -Откуда умыкнул, там таких больше нет, понятно? -Жаль. -Слушай, как именинница поживает? -Так вы сейчас сами всё увидите. Давай, сажай свою царевну в машину. -Ух ты, даже так? -Давай-давай. -Спасибо. Давай, садись. -Здорово. -Ах, какая красотища здесь. А там, куда глаз ни кинь, везде степь. Одна степь - и больше ничего. Вековая дернина, пронизанная корневищами. Они же, черти, как проволока. Ничего, и это нам, корчагинцам, под силу было. -А почему корчагинцам? -Нашу бригаду называют "корчагинцы". -А почему? -Потому что корчаги выкорчевываем. -Здравствуй. Ну, что там? Ух ты, молодец, Евсеич, не забыл поздравить. Ты ж пенсию не забудь пораньше принеси. -Теть, Варвара! -Ой, приехал! -Ну, здравствуй, здравствуй, моя хорошая. -Дорогой... -Посторонись! -Ой, поколол-то, господи. -Ладно... -Зарос, прямо как Карл Маркс какой-то. Ой, на отца стал похож. Только похудел. -Ну ладно, есть маленько. Знакомьтесь: это моя невеста Динара. -Здравствуйте. -Здравствуйте. -Знакомься. -А мы вам подарки привезли. -Давай-давай. -Ты что творишь? -Что? -Девка все глаза проглядела, ожидая тебя, а ты невесту привез. -Подожди, какая девка? -Дурень, Лиля! -Лилька, бегом сюда. -Ну чего? Машину поцарапал? -Ничего подобного. Кстати, поздравляю, наконец-то привела себя в божеский вид. -Мама уговорила. -Правильно сделала. Значит так, сейчас без нервов, спокойно, я там твоего целинника привез. Да подожди ты... -Что, у меня глаз нет? -Так она ж маленькая была... -Была. -Вот. -Да мне-то за что? -Сережка! Сережка... -Лилька, привет. -Сережа... Как же я тебя ждала. -С днем рождения, Карамелька. Хотя язык не поворачивается называть тебя так. -С днем рождения. А я Динара, Сережина невеста. А мы вам тоже подарки привезли. -Какая невеста? Сереж, как же так? -Я... -Варвара... Предатель. -Что ж ты натворил? Ох, дурень! Дурья голова!.. -Сережа, я ничего не понимаю. -Да, ребята, лучше б я вас не привозил. Ладно, будем выходить из штопора. Давайте я вас пока к Варваре отвезу. Давай, Серега, не обижайся. -Поехали, поехали. Держи. Черт... "Миша, я ухожу с Шульгиным. Так будет лучше для всех". "Лилечка, я не спала всю ночь. Можешь меня презирать, но молчать я больше не стану, хотя после вчерашнего мне не хватает смелости сказать тебе правду в глаза, поэтому пишу: я твоя мама". -Тася... -Письмо тебе. Ушла она. "Миша, я ухожу с Шульгиным. Так будет лучше для всех". "Хотя после вчерашнего мне не хватает смелости сказать правду тебе в глаза, поэтому пишу: я твоя мама. Если ты захочешь меня найти после всего, то найдешь у Дементия Харитоновича, я выхожу за него замуж. Люблю тебя, единственная моя радость. И буду ждать". -Лиля? -Мамочка... -Ну-ну-ну... -Я ведь его так ждала. -Нельзя распускаться, что бы ни случилось. -Мамочка, а как это сделать? Научи меня. Кому мне верить? -Мне верить. Я же твоя мама. -Спасибо. -Тасенька... -Спасибо. -Дементий Петрович, поздравляем, счастья вам. -Спасибо большое. -Совет да любовь. -Мира и лада вам в семье. Молодец, что с Шульгиным сошлась, не век же тебе в вековушках сидеть. А он мужчина положительный, в соку. Может, еще ребеночка родите, а? -Ребеночек - это хорошо, это есть в наших планах. -А что, Котьку вон какого вырастила - и вашего вырастит. -Ты молодец, всё правильно, Таисия... Шульгина, я полагаю? -Шульгина, Шульгина. -Поздравляю, друже. Тебе досталась лучшая женщина, которую я знал в своей жизни. -Ну-ка, Варвара, подержи. -Дементий Харитонович, у вас же нога. -Ну хватит "Харитонович", договорились? -Ой... сейчас получится. -Давай, подавай. И - раз. О... -Ой, извини. Я же говорила: не умею. -А если тезисно... -Котя... -...то даже медведя можно научить кататься на коньках. -Ой... Лови! -Учти, в воду я больше не полезу, сама будешь нырять. -Ну играй тогда сам с собой. А как я узнаю, что клюет? -Как поплавок потонет - так и тащи. -Поцелуй меня. -Смотришь в книгу, а видишь фигу? -Ну, давай, смотри внимательно. -Ты чего, сеструха? Ты правда в него втюрилась? -Котенька, увези меня, пожалуйста, домой. -За поплавком следи. -Эй, френды, предлагаю обзорную экскурсию на новеньком "москвиче" с музычкой. -Не-не, я пас. Я на целине рыбалку во сне видел. У меня ж тут свое место прикормленное. -Ой зануда ты, звеньевой. А ты, звезда гарема? Что смотришь, поехали? -Можно? -Ну конечно, можно. Поезжай, посмотришь наши красоты, а то, кроме целины, не видела ничего. Только на горячую уху не опаздывать. -Да не опоздаем. Удачи. -Опа. Смотри. -А дом мне ваш очень понравился. Такой большой, необычный, как в кино. -Ну... -Машина красивая. Твоя? -Конечно, моя. Ну а чья, Лилькина, что ли? А я на днях вообще в космос улетаю. -Как Белка и Стрелка? -Да, третьим буду. -Смешной ты, Костя. С тобой так здорово, интересно. Сережа молчит всё время. -Ну, будем надеяться, когда-нибудь разговорится. -Тась, Тасенька, ты где? Иди ко мне. Ну чего ты стоишь? Иди. -Ну не могу я так сразу, Дементий Харитонович. Я в гостиной лягу? Я там постелила, можно? -Можно. Я сказал, можно! -Прости. -Котик, тебе хорошо было? -Да. -И мне. -Так ты еще и куришь, бесценная? -Балуюсь, пока никто не видит. Скажи, а... -А. -А как ты теперь за своего жениха замуж пойдешь? -А я теперь не пойду. Теперь ведь у меня есть ты. -Вот я тебя два дня знаю, а ты уже подкладываешься под первого встречного. -Ну почему ж сразу - подкладываешься? -А как ты это называешь? Любовь? -А хоть бы и так? А потом, ты не первый встречный. -О... Ну, конечно, не первый, у меня же папка там, ну, секретарь горкома, да? Или ты скажешь, что ты этого не знала, да, звезда гарема? -Ну ты и скотина. -Так я и не отрицаю. -Рита... Рита, проснись. Черт-те что происходит! -Что случилось? -Утро скоро - Коти нет, машины нет. Сергей издергался весь. Невеста его с Котей уехала. -Что, они вдвоем уехали? -Лилька говорит, вдвоем, только вдвоем. -Миша, что это значит? -Что значит? Вот сын вернется - у него и спросишь. -Папочка, может, поехать поискать? Сережа собрался пешком идти. -Поедем, поедем, дочь. -Что случилось? -Сережа, у нас машина остановилась, она заглохла и остановилась... -А вы чего не спите? -Котенька... -Понятно. -Правду я говорю, Сереж. Новая машина заглохла, я не знаю почему. Мы пытались... -Мы вас всю ночь искали, так переживали. -Что вы, совсем с ума сошли? О, и целинник здесь... -Ну чего, Константин Михайлович? Ехали, ехали и машина сломалась? -Да. Знаешь, бывает, машины ломаются. -Сереж, у нас машина заглохла... -Ты помолчи, лучше пуговицу правильно застегни. -Ты чего, звеньевой, охренел? -На. -Сережа, они же сказали, что машина сломалась... -Сережа... -Отстань от меня, ты мне противна! -Чего они? Что происходит, объясни. Тебе не больно? -На чужой каравай рот не разевай. Серия 6 -Заглохла, остановилась... -Котик, что происходит? -Серёженька! -Тебе не больно? Папа... -На чужой каравай рот не разевай. -Да вы что? Пап... Серёжа... Что вы его все бьете-то? Котенька, я ничего не понимаю. -Господи, какая ты ещё дурочка. -Котенька, так ты что, с этой Динарой, не знаю, как это сказать... -Лилька, хватит. Я и так себе противен. -Зачем ты это сделал? -Ты правда хочешь это знать? -Да. -Ради тебя. -Что? Меня? -Ну теперь-то твой передовик-целинник свободен. Ты же этого хотела? Я видел, как ты плакала. -Котя... Котя, это же мерзко. Это же подло. А если бы кто-то вот так со мной? -Убил бы. Ладно, давай, садись в машину. Я устал и спать хочу. -Всё, любовь прошла, завяли помидоры. Не о чем больше говорить. Уезжай. Ну чего сидишь-то? Вставай, на выход. -Серёженька, ну прости меня, пожалуйста. Я не знаю, помутнение какое-то. Я таких, как Костя, не встречала. Ты сам знаешь, какие у нас парни в совхозе - портянки да телогрейки. -Понятно. Форма для тебя важнее содержания. На беленький костюмчик заграничный позарилась? Ещё и комсомолка. -Вот именно. Я для тебя комсомолка. Я для тебя не любимая девушка, а боевая подруга! Скучно с тобой, Морозов. Правильный, идейный. Значит не простишь? -Я сказал: уезжай. -А вот и уеду! А напоследок тебе скажу, что я только после Кости, после ночи этой поняла, что жить хочу не с передовиком производства, а с мужчиной. Прощайте, товарищ комсорг. -Скатертью дорога. И чтоб ноги ее здесь больше не было. Бить тебя некому. -Да ладно. Я-то чего? -С добрым утром. -Пришёл всё-таки, предатель? -Ну а как же? В конце концов, Карамелька, я к тебе приехал на твой день рождения. -Спасибо. -К вам можно? -Раньше не спрашивал. -Только сегодня понял, как я соскучился. -С невестой сравниваешь? -Нет, зачем, что ты? Любуюсь тобой. Совсем барышней стала. -Иди вон к своей невесте. Когда свадьба-то? -Свадьбы не будет. Выгнал я её. -Ты серьёзно? -Серьёзно. Ну не сердись. -Знаешь, Серёжа, ты предатель. Я тебя полжизни люблю, а ты привёз какую-то невесту. -Полжизни? Звучит здорово. -А ты ещё смеёшься? Ты не смей смеяться! Слышишь? Я должна быть твоей невестой! Помнишь это место? -Ну конечно. Кстати, и кукушка, по-моему, та же самая. -А что, может, и дождалась нас. Серёжка, ты не обижайся на Котю. Он хороший, самый лучший брат на свете. А это всё из-за меня. -А ты-то тут при чём? Это я ошибся. Сильно ошибся. Так, только не вздумай меня жалеть. Ладно? -Знаешь, ты меня испугал, когда ударил Динару. -Я тебя разочаровал? -Немножко. Просто и папа, и Котя... Всё стало так сложно и запутанно. А знаешь что, Серёж, можешь подождать месяц? -А что будет через месяц? -Я школу закончу. Знаешь, мой один знакомый ждал целых семь лет. Не важно, кого он ждал, хотя она абсолютно этого не стоила. -Лилька, ты делаешь мне предложение? -Ну чего ты смеёшься? -Ну что ж, сударыня, я не в силах вам отказать. -Серёжка! Побежали скорее. -Варвара, Лилька не пришла? -Да нет пока. Да не волнуйтесь вы, дело-то молодое. -Молодое? А вот где она? Выпускные на носу. Она хоть готовится? Дочка у меня на золотую медаль идёт, в МГУ собирается. Не знаю, как отпущу. В голове не укладывается. -У нашего папы доченька на первом месте, а уж потом жена, сын. -Ладно. -А какие подарки дарит - весь город гудит. Представляете, машина на день рождения?.. -Значит, заслужила. -О-о! Лилька у меня - свет в окошке. Умница. Ну, за дочку. -Ой, здравствуйте, дядя Мирон. -Здрасте. -Лилечка, садись. -Мамочка, папочка, как хорошо, что вы дома. Я замуж выхожу. А-а, не сейчас. -Хоть на этом спасибо. -Через месяц. Сейчас. Сережа. Сережа, давай быстрее. Вот. -Здрасте. -Проходи. Проходи-проходи. Это ты назло делаешь, да? Хочешь отомстить Котьке? Значит так: хоть пальцем Лильку тронешь - мокрого места не оставлю! -Михаил Иванович, не надо кричать. Я этого не люблю. -Чего-чего? -Не шумите, говорю. Лилька все напридумывала. Между нами не было ничего. Во всяком случае, пока. -"Пока"? Ты кто такой, чтоб иметь виды на мою дочь? -Да я знаю. Знаю, что надо много учиться, многого достичь. Но я сумею, не сомневайтесь. -Ну и хорошо. А пока... ...вот тебе Бог, а вот - порог! -Берегите ее. Она у вас замечательная. -Знаю! -Сережка. -Я пришел тебе пожелать спокойной ночи. Или доброго утра. Рассвет скоро. -Сережка. А когда мы увидимся? Я после школы на речку приду. -Лиля, в школу опоздаешь. -Бегу, мамочка. Доброе утро, Варвара. -Доброе. -Доброе утро. Доченька, сядь нормально поешь. Не хватай куски. -А позавтракать? -Не успеваю. -Здрасте-пожалуйста. Вон, Михаил Иванович тоже ушел не позавтракавши. Сережка тоже улетел и не позавтракал. -Что? -Куда улетел? -Куда? На целину свою. Привет передавал, кланяться велел. -Он не мог. Варвара, подожди. Ты что-то путаешь. Он не мог улететь. -Да что же я, совсем из ума, что ли, выжила? Господи, что же я сказала? -Да он не мог меня второй раз обмануть! -Варвара, как - улетел? Он же... Лилечка. -Мам... Мамочка, не мог он меня второй раз обмануть. Помоги мне. -Ну, хороший мой, ну конечно, но чем? -Дай мне денег на билет. Я за ним поеду. Я его очень люблю. -Ну что ты в любви понимаешь, господи? -Я понимаю, что умру без него. -Лиля, от любви еще никто не умирал. Сядь и ешь. ПЛАЧЕТ -Мамочка, ну я тебя прошу... Прошу. -Будешь? Ну бери, не стесняйся. Ой, у меня еще плюшки такие на меду есть. -Бери, дочка, бери. -Спасибо. -Говоров, я такое сделала!.. -Пройди в кабинет. -Мне надо это срочно. Хорошо? Ну, что еще? -Я ей денег дала. На билет. Бес попутал. -Кому? Я ничего не понял. -Лиля уехала. К этому своему Сереже, на целину. -Дуры! Что одна, что другая. Поезд какой? -Пассажирский. -Ясное дело, не товарный. Не реви. Не реви. Руфина Степановна, срочно соедините меня с начальником вокзала. -Куда путь держишь? -К жениху. -Слыхал, Кузьма? Дите к жениху едет. Ты чего, брюхатая? -Ну, скажешь тоже. Стыда у тебя нет. -Гони, гони, Егорыч! Вот он! Стой! Стой! СИГНАЛИТ Тормози! Стой! Егорыч, туда. -Вроде не станция еще. -Эй, да наш 13-й веселый, будет возле каждого столба останавливаться. -Похоже, встречный пропускаем. -Не хочу больше. Спасибо. Я так наелась. -А ну-ка, мужики. -Осторожнее. -Папа. Егорыч. -Все, дочуня, приехали. Конечная. -Я не вернусь. Я не вернусь. Я не вернусь! -Еще как вернешься. -Отпусти. У меня же там вещи. -Егорыч, возьми вещи. -Это же сам товарищ Говоров. -Будет брехать. -Вот тебе крест. Я его узнал. Видел его на первомайской демонстрации. Я сам видел. -Ну что, Егорыч, готово? -Я все равно сбегу. -Куда? В степь? Да ты хоть понимаешь, какие там условия? Жара, пыль, вода соленая. Это тебе не здесь на даче с мамой да Варварой под боком. -Ну и пусть. Я его люблю. -"Люблю"... Ты хоть знаешь, о чем говоришь? -Слышали! Мама говорила, что я ничего не знаю о любви. Это вы ничего не знаете о любви! -Все. Я больше чепуху эту слушать не намерен. Ну что, Егорыч, скоро? -Готов замок. Тютелька в тютельку. -Дай-ка я проверю. -Ага. Люлюша, ну не перечила бы ты отцу. Он знает, что для тебя лучше. Разве это дело - под замком сидеть? -Предатель! Мучители, угнетатели, тюремщики, деспоты! -Ну вот. Теперь я вижу, дочь готова к поступлению. Сколько синонимов мы знаем. Хорошее советское образование. А ну-ка, дай веник. На, подмети, успокойся. А мы пойдем. Егорыч, пошли. Ишь ты. Еще раз сбежит - головой ответите. Это понятно? -Понятно, Михаил Иванович. -Долой крепостное право! Долой крепостное право! Я есть хочу, я пить хочу. Изверги, тюремщики. -Лилечка, прости меня. -Опа. Ну что, доченька, зубную щетку не забыла? Давай, кто я там у тебя? Сатрап? Деспот? Кто еще? -Почему я такая несчастная? Это действительно проклятый дом. -Или кто-то очень непослушный ребенок. Пошли домой. Женился Шульгин. Счастлив, влюблен, жена-красавица. Так что наш друже взял верх над жизнью, и не до нас ему теперь. -Михаил Иванович, а ты никак завидуешь? -Да с чего ты взял, чекист? -Как дочка твоя? Подарки на свадьбу готовите? -Да типун тебе на язык. В 16 лет какая свадьба? Не знаю, что и делать. Учиться надо, а у нее любовь в голове. Такие фортеля выбрасывает. -Одно утешение - у меня сын. Но тоже свой характер показывает, оболтус. А твоя это из-за того парня, что я у вас видел? -Да. -Я его знаю. У меня память фотографическая. Правда, фамилии пару дней вспомнить не мог. Он же Морозов? -Морозов. А почему ты его вспомнил? -Я же говорю: у меня память фотографическая. -Погоди-погоди, Мирон, на этого Морозова у вас что-то есть? -В наших архивах много интересных документов можно найти. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Алло. -Алло, здравствуйте. Это Таисия Шульгина. Можно мне с Лилей поговорить? -Моя дочь в вас не нуждается. Более того, она вас видеть не хочет. Вам это понятно? -Маргарита, прошу вас, не кладите трубку. Просто скажите мне, как Лиля. ГУДКИ Алло. ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ -Тасенька, а у меня окно. Решил забежать посмотреть на тебя. На. -Спасибо. -А почему глаза на мокром месте? -Я с утра совершенно не изменилась. Ты обедать будешь? -Да. "Я, Таисия Александровна Шульгина, прошу зачислить меня на первый курс медицинского училища". Тась! -Да? -Это что? -Заявление. -А почему медицинский? Ясно. Тась, посмотри на меня. "Эх, яблочко, куда ты котишься? К черту в лапы попадешь - не воротишься". Тась, ты хочешь быть сиделкой? Делать мне уколы, банки, клизмы? Так мне этого не надо. Мне нужна жена, а не патронажная сестра. -Прости, Дементий, я хотела как лучше. -Скажи, пожалуйста, ты видишь во мне только инвалида? Я тебе так противен? Я тебя жду каждую ночь, не тороплю. Тась, но мы не можем жить как соседи. Я хоть и инвалид, но все-таки мужчина. А ты умная молодая и красивая женщина. Ты моя жена. Моя жена, ешкин кот! -Дементий, я приду к тебе. Я приду. -Тась! Только жалости и одолжений мне не надо. -Но я стараюсь полюбить тебя, Дементий. -Постарайся. Только поскорее. -Звал, папочка? -Да, дочуня. Вот дядя Мирон поговорить с тобой хочет. -Лилюш... ...ты знаешь, где я служу? -В органах. Должность какая-то большая. -Вот-вот. Только в 1953 году должность у меня была меньше. Время было суровое. Аресты, если помнишь. -Да, время страшное было. -Да. МГБ привлекало старшеклассников, активных комсомольцев в помощь: когда понятых привести, когда в обыске поучаствовать. Вот тогда к нам и попал Сергей Морозов. -Сережа? -Сам, кстати, явился: "Хочу помочь родным органам очистить страну от гнид". Доброволец, так сказать. -Он мне ничего такого не рассказывал. -Дочуня, таким не принято хвастаться. -Папа, это что, получается, он и к нам тогда бы мог прийти? Тебя арестовать, маму... Я не верю. -Тебе документы показать? Подпись его? -Да, покажите. -Завтра заезжай ко мне на работу. Хоть и не имею права, но для тебя сделаю исключение. -Беги, доча. И документ такой есть? -Наивный вопрос, товарищ Говоров. -М-да... Ух! СТОНЕТ -Дементий, я пришла. Что? Что с тобой? Тебе плохо? -Нога. Зараза, скрутило. -Давай я сделаю что-нибудь. Укол. -Я уже сделал. Не хочу, чтобы ты видела меня таким. -Господи... Ты же мокрый весь. Давай я врача вызову. -Выйди отсюда. -Тебе же плохо. -Выйди отсюда! СТУК В ДВЕРЬ -Да. -Ну что, пап, была я у Пырщика. Видела бумагу. Если б ты знал, как мне плохо. -Лиля. Подойди ко мне. Иди сюда, доча. У тебя всё еще будет. И любовь, и радость. Вот поступишь в МГУ, начнется новая студенческая жизнь. Знакомства, впечатления. -Не хочу. Я теперь не хочу. И в Москву не поеду. -Вот так новость. -Девчонки из класса поступают в наш пед на филфак, я с ними поеду. -А... -Что, разочаровала я тебя? -Нет, ну что ты. -Я тебя очень люблю. Давай мы не будем больше никогда ссориться. Мирись, мирись, мирись - И больше не дерись. Если будешь драться - Я буду кусаться. -Дочунька. -Скажи Егорычу, чтоб снял замок. Не сбегу я. -Да? -Не сбегу. -С пылу с жару. -Ух ты! Красота какая. -Так, дочуня, за твой первый студенческий день. -И мне можно? -Нет. -Студентам сегодня можно, только осторожно. Особенно под Варварин пирог. -Варвара, жениться на тебе, что ли? Нет, серьезно, мне твои пироги даже во сне уже снятся. Я бы тебе даже ни разу не изменил. Честно. -Пустозвон. А если я соглашусь? Фату готовить? -Мама, благословишь союз? -Я? -Кажется, машина подъехала. -Тихо-тихо. -Ой... -Кого ждем? -Свои все дома. Давайте. -Дочуня, за тебя. Варвара, кто там? -Лучше в горло кость, чем такой гость. -Варвара. -Здравствуйте. Ой, Костя, хорошо, что ты здесь. -Кхм... -Девушка, милая, я таких справок с десяток могу достать. -14-15 недель беременности у нее, оказывается. -Это в поликлинике мне выдали. Можете проверить. Костя, я тебе даже в училище звонила, хотела, чтобы ты со мной сходил. Но тебя не позвали. А вообще, я в Москве комнату снимала, в университет готовилась. Но теперь какая учеба? Деньги закончились, а домой с пузом и не замужем мне нельзя. -Простите, с чего вы вообще взяли, что это Костин ребенок? Может, это Сергей постарался, вы же в его невестах числились. -Мать, ты гений. А чего мы молчим, звезда гарема? -Котя... -Я вам уже устала повторять: у нас с Сергеем ничего не было. Мы решили подождать до свадьбы. -Да, сказки рассказывай кому-то другому, а я точно знаю. -А я знаю, что ребенок твой. И по срокам всё сходится. Это же ваша внучка или внук. Она же уже дышит. Мне почему-то кажется, что будет девочка. Мне придется оставить ее в роддоме. А потом детдом. -Ой... -Значит, всё ясно. Пусть Константин женится. Другого выхода я не вижу. -Миша! -Что - Миша? Ты слышал? -Сейчас первый раз, отец, ты от меня услышишь "нет". Я не собираюсь ломать себе жизнь. -Константин! Динара, будете жить здесь. -Спасибо. -Да... -Ты что здесь делаешь? -А я теперь у вас жить буду. Твой папа так сказал. -Папа сказал? -А где у нас масло? -У нас? -Давай. -Оставь, там есть еще. -Дурья твоя голова, что ж ты натворил? Что ты натворил, зачем? -Не начинай. Без тебя тошно. -Господи. -Всё, ладно. Спасибо. -Дай и мне. Ты очень расстроен, Котик? -Дай сюда. Я не расстроен. Я зол. Я зол на отца и... ...на себя. -Из-за меня? Я во всем виновата. -Малая, не говори глупостей. Ты-то тут при чем? -Котик, ты самый лучший в мире брат. -Я в курсе. Только твой самый лучший в мире брат... ...совсем не знает, что ему делать дальше. ГУДИТ МАШИНА -Сидоров! -Здравия желаю. -Говорова позови. -Говоров, на КП. -Костя! -Чего? -На КП тебя вызывают. Давай быстрее. -Ты чего приехал? -Пора расставить все точки над i, сын. Динара скоро родит. Ты должен жениться. -Я же говорил: нет. -Не думал я, что выращу труса, не способного отвечать за свои поступки. -Не будь ты моим отцом, я бы тебе за такое врезал. -Курсант Говоров, ко мне! Дурак! Да пойми ты: если есть хоть один шанс, что это мой внук, я не допущу, чтобы он рос в детдоме. Я там был. -А ты пойми, что я ее не люблю. -Плевал я на твою любовь. Ребенок-то при чем? Он же не виноват. -Всё, я свободен? -Ладно. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Из комсомола тебя выпрут, из армии - тоже. О МиГах можешь забыть. Ну что, веришь, что я тебе это устрою, сын? СТУК В ДВЕРЬ -Лилечка, ну что, начались студенческие будни? -Угу. -А у меня для тебя кое-что есть. -Снова от Сергея? -Да. -Унеси, пусть вон ей пишет. -Ну что, ладно. Это ж не простое письмо. Смотри, написано "звуковое". Значит, с голосом. Он тебе сказать что-то хочет. Ой, до чего наука с техникой дошла. -А эта навсегда поселилась? -Да ладно, поселилась и поселилась. Ты слушать будешь? -Заниматься надо. -А! Ну заниматься так заниматься. "Здравствуй, Карамелька. Ты, наверно, злишься, что я уехал не простившись". -Вот еще! И не подумала. "Не обижайся, пожалуйста. Ты не представляешь, как важны для меня твои письма. Понимаю, многое изменилось между нами после моего приезда. Я очень хочу тебя увидеть, услышать, что ты меня полжизни любишь. Я уже месяц учусь в Москве на подготовительном, на литфаке, и работаю внештатным корреспондентом. В общагу прихожу только спать. Живем весело и дружно. Постараюсь вырваться повидать тебя зимой, на каникулах. Не вздумай ни с кем встречаться и целоваться без меня. Я жутко ревнивый. Целую тебя, до встречи". -Ревнивый он. На ревнивых воду возят. -Котик... Откройте же мне. Котик! -Прошу. -Котик, подожди меня. -Котя такой мрачный, а ты, Говоров, всегда сына любил меньше, чем свою Лилю. Ее бы никогда наверняка не заставил... -Помоги. -...насильно выйти замуж. И сын твой вроде не сын, а пасынок какой-то. -Во-первых, он мужик. -И что? -Ему надо взрослеть уже. -Тише. -Принимаем поздравления. -Да. -Константин и Динара Говоровы. -Поздравляю, дети мои. Сын... Ну, проходите, Динара. Чувствуйте себя как дома. Давайте я вам помогу. Раздеваемся. -Спасибо. -Присаживайтесь, вы у нас будущая мама. -Да. -Так, Варвара, накрывай на стол. -А что накрывать-то? Нечего накрывать, всё сгорело. Не знаю, как получилось. -Шампанское открывайте, Варвара. -Как прикажете. -Как прошло всё, Егорыч? -Михаил Иванович, расписали быстро. Всё как полагается. В свидетели меня записали и дамочку одну взяли. -Ну, отлично. -Михаил Иванович, куда можно цветочки поставить? -Цветочки? Сейчас поставим. Варвара! -Да. -Вазу давай. -Сейчас. -Вы знаете, я, честно говоря, не так нашу свадьбу представляла. Ни музыки, ни платья, ни гостей, всё как-то быстро. -Мы сейчас с тобой такой праздник закатим. Садись-садись. -Котька, может, останешься? Мы тебя так ждали. -Котя, ты куда? -А я в этом доме жить не намерен, ни дня и даже ни минуты. Да, отец, ты же хотел еще одного Говорова? Так вот, ты его получишь, только вместо меня. А я через неделю получу назначение и уеду. -А как же я? Я ж твоя жена. -Так и наслаждайся. А что, звезда гарема, ты же хотела тут жить. -Константин. -Она ж хотела? Пусть живет - только без меня. Мама, только ты не волнуйся. Прости, я пока у друзей поживу. Мама, всё будет хорошо, не плачь. Мама... -Я к тебе приеду. -И я приеду, честное слово. Куда бы тебя ни направили, хоть на край света. -Всё, мама... Ну что, если тезисно, то... честь имею! -Не волнуйтесь, Михаил Иванович. Вот я рожу, и Костя вернется. Да, он мне еще спасибо за сына скажет. Я чувствую, будет мальчик. Котик! -Михаил Иванович, я вам не нужен сегодня больше? -Свободен. -До свидания, Маргарита Васильевна. -Спасибо вам, Егорыч, до свидания. Доволен? Сегодня, Говоров, ты сына потерял. Осталась дочь. Смотри, не потеряй хотя бы ее. -О! А где все? Вот ваза, шампанское. -Варвара, да иди ты с этим шампанским. -Угу. Как прикажете. Серия 7 -Поберегись! Давай, давай, родимая! -Здорово, дядя Коля. Ну что, до хаты подкинешь? -Здорово, Серега. Садись, подвезу. С ветерком! -Спасибо. Ну что? А где Лилька? -Ой, зря ты приехал, племяш. Ни за какие коврижки не хочет она сюда идти. Помоги. Отказалась наотрез. -Я ничего не понимаю. На письма мои не отвечает. Может, она встречается с кем-нибудь? -Да ни с кем она не встречается. Уж если б она встречалась, я бы знала. А так... ЩЕЛЧОК ЗАМКА -Карамелька... Карамелька моя... Привет. Это я, не пугайся. Ну ты чего? Это тебе. Держи. Нравится? Знаешь, я не сильно в этих украшениях понимаю. Не могу я без тебя. Люблю. -Как я ждала эти слова! -Прости, что раньше их не сказал. Я за тобой приехал. Ты пойдешь за меня? Ты чего? Лилечка, ты чего? Успокойся, ну. Да ты что плачешь-то? Лилечка. Тише, тише... -Михаил Иванович... Просыпайтесь. -Что, Динара? Началось?! -Нет. У вашей дочери в комнате посторонний мужчина! -Что?.. -Я сама видела, как он крался. -Ну-ка, иди, я сейчас. -Карамелька моя, я... Нет, я понимаю, для тебя это может быть неожиданностью, но для себя я в мыслях уже все решил: ты и я вместе, понимаешь? Конечно, может быть, вначале будет нелегко, но ничего, прорвемся, проживем. У меня стипендия, я буду подрабатывать. Кстати, представляешь, мои очерки о целине в "Комсомолке" напечатали. Надеюсь, возьмут внештатным на какое-то время, а потом - в штат корреспондентом. -Это что? Ты как в дом попал, сукин сын? -Михаил Иванович, я понимаю, надо было зайти днем, поговорить серьезно. Я забираю Лильку в Москву. -Что? Паршивец! Вон отсюда! -Папа, прекрати. Я с этим стукачом никуда не поеду. Я все знаю: как ты на аресты ходил, как людей невинных мучил. -Я?.. -Ты бы и меня арестовал? Маму? Папу? Варвару? Небось, рука бы не дрогнула. Добровольный помощник МГБ. -Я?! Да вы... Да вы... Я никого не мучил, это чушь! Михаил Иванович, да, мне предлагали в 1953-м действительно сотрудничать с органами, но я отказался. -Не ври мне, я видела бумагу, в которой твоя подпись о согласии сотрудничать. -Такой бумаги в природе не существует! -Папа, скажи ему, пожалуйста. -Я тебе вот что скажу, газетчик Морозов, уйди от греха. -Да... ...ловко же вы все устраиваете, товарищ Говоров. А я думал, вы хороший человек, все хотел быть похожим на вас. Лиля, ты сейчас должна сама решить кому верить: отцу или мне. Я не лгу. -Во как! Ну что ж... Ну давай-давай. -Ладно. Бывайте. -Ну что, получил от ворот поворот, товарищ комсорг? -Ничего, прорвемся. На, ешь витаминчики, подкрепляйся. ПРОИГРЫВАТЕЛЬ: "Я очень хочу тебя увидеть, услышать, что ты меня полжизни любишь. Я уже месяц учусь в Москве на подготовительном, на литфаке, и работаю внештатным корреспондентом. В общагу прихожу только спать. Живем весело и дружно". -Весело ему. Обхохочешься. -"Не вздумай ни с кем встречаться и целоваться без меня - я жутко ревнивый". -Не надоело его болтовню слушать? Две недели прошло, а ты все убиваешься. -А тебе чего? -Началось у меня, "чего". Схватки. -Сейчас! -Давай, это... вези в больницу, дома нет никого. -Сейчас я отцу позвоню, он машину пришлет. -Ой, мамочки, мне страшно. -Не повезу я тебя сама. Мало ли еще что случится. -Ой, больно. Мама... -Лилечка. -Мама, мамочка... Она уже три часа рожает. Это долго? Мамочка, а ты меня долго рожала? -Лиля... я не помню. -Может, мы папе позвоним? -Родит - позвоним. Успеется. -О, Маргарита Васильевна, Лиля, все хорошо. Родила. Мальчик, 3600, 52, здоровый. Только... -Что? -Мне неловко. У нас такой случай впервые. -Договаривайте. -Одним словом, сами сейчас все увидите. Я вам принесу халаты. -Я никогда новорожденных не видела. Мама, а как такое может быть? -Не надо, пожалуйста, не надо! Простите меня. Я не знала, что ребенок не Костин, честно. -Что?! -Я правда не знала. У нас в общежитии столько парней-иностранцев. Простите, пожалуйста, меня, я правда не знала! -Мама! -Не надо, пожалуйста! -Не надо, мама. -Дрянь! -Потаскуха! Как дала бы тебе сейчас! -Ну, дрянь... -Вот, к сожалению, такая котовасия. -Силантий Андреевич, об этом никто не должен знать. Как вы это сделаете, меня не волнует. Если по городу поползут слухи и прозвучит фамилия Говоровых, я буду знать, что эти слухи из роддома. И здесь будет новый главврач. Вы это понимаете? -Конечно. А как же. -Вот и чудесно. -Маргарита Васильевна, вы поплачьте, вам легче будет. Успокойтесь. Сейчас валерьяночки выпьете. А насчет этого поговорят-поговорят и забудут. -Не надо. Я надеюсь, вы меня поняли. До свидания. -До свидания. -Разрешите? -Войдите. -Товарищ полковник, младший сержант Говоров по вашему приказанию прибыл. -Проходите, присаживайтесь. -Ты? -Ну, здравствуй. Неважно выглядишь, сын. -Если пришел извиняться, давай тезисно. -Вот... -Впрочем, других извинений я от тебя и не ждал. Ладно, тогда я тезисно. Про Динару я знаю - мама звонила. Домой я не вернусь, поэтому, когда закончу училище, попрошусь куда-нибудь подальше, например, к белым медведям или на Кубу, там, говорят, скоро будет жарко, а я как раз помогу. -Ты, это, Котя... -Ну а чего? Вы как раз вздохнете свободно, будет у вас идеальная семья Говоровых без непутевого пижона. А теперь прости, у меня обед. Честь имею. -Настоящий Говоров. "-Дорогой Котик, ты помнишь, как я назвала тебя самым лучшим братом в мире? Так вот, беру свои слова обратно. Лучший брат хотя бы изредка интересовался судьбой своей сестры". Между прочим, я закончила третий курс без единой четверки. Приезжай скорее. Приезжай скорее. Целую, Люлька. -Тасенька... -А? -...видимо, никогда не научусь. -Сейчас. -Тась, а почему еще не при параде? Там же все коллеги будут со своими женами. Я тоже хотел похвастаться своей супругой. -Дементий, я не поеду. Я все равно в твоей этой партшколе никого не знаю. -Вот и хорошо, я тебя представлю. Похвастаю, что у меня жена студентка. Кстати, ты студенческий билет получила? -Не надо, пожалуйста, я прошу тебя. И не говори никому. Я и так переживаю, что всю эту учебу не по годам затеяла. Ну вот. -Спасибо. Это я переживаю. Ну-ка, ну-ка... А то я, значит, здесь вечерами куковать буду, а ты там со студентами шуры-муры, да? -Ты что?! -Старушка моя. Может, все-таки передумаешь и поедешь? -Нет. Езжай один. -Ну ладно. Как знаешь. Тогда у меня еще есть время с Говоровым встретиться. Встречу назначил. Передать что-нибудь? -Нет, ничего не надо. -И на этом спасибо, жена. -Здравствуйте, это скорая? Скажите, пожалуйста, как бы мне позвонить в морги? СИГНАЛ АВТОМОБИЛЯ Дементий, где ты был? -А ты где сделала прическу? -Ну слава богу, заметил наконец. Ты выпил, что ли? Я уже в больницу звонила, и в милицию, и в морги. -Это хорошо - волновалась жена. Ну-ка, иди сюда, моя курица. Иди сюда. -Что это? -Где? -Вот это! -Помада. Она, это... проявляющаяся. Какого-то модного цвета. О, вспомнил! Она сказала, цикламен. Это что, ревность? Это хорошо. Хорошо. Тася! Это хорошо. ПОЕТ: Скажите, девушки, подружке вашей, Что я ночей не сплю - о ней мечтаю... -Замолчи! -...что всех красавиц она милей и краше. Я хотел признаться ей в любви, но слов я не нашел. Не нашел. -Так, все, приехали. Пойдем-ка пообедаем. -Спасибо, меня жена дома кормит. -Ну, пошли, пошли. Егорыч, а ты что сидишь? -Не, Михаил Иванович, помилуй, с меня прошлого раза хватит. -Ну ладно. -Миша, у меня совсем нет времени. Зачем мы сюда приехали? -Пошли. Сейчас сам все увидишь. -Ну что, наелся? -О, посмотри-ка, Тузик. Тьфу ты! Вот люди, а? В столовую - с собакой. Ну... смотри. Вот. Нравится? -Да, особенно запах. -То-то! Смотри, смотри. Приятного аппетита. Ну? Смотри. Грязь, мухи, столы без скатерти. Салфетки видишь где-нибудь? -Нет. -Салфеток нет. А еда! Пойдем-ка, я тебе покажу. Вот, смотри. Мы с Егорычем давеча заехали сюда случайно, так я чуть не отравился. Ну-ка, понюхай. -Ой... -Эй, вы чего хулиганите?! А еще приличные люди! Вы чего носы сюда суете, а?! -Вот это что такое? -Это рыба, и пахнет она рыбой, потому что у нас сегодня рыбный день! Кушать будете? -А рыба - осетрина второй свежести? -А ну, давайте топайте отсюда. Осетрину ему подавай! У нас, между прочим, чтоб вы знали, не наливают. -Не наливают? Это не для нас. -Ну, ты все понял? -Нет, девочки, вы видели?! Вы их видели?! -Тузики... Ну, что скажешь? -А что? -А не засиделся ли ты, Дементий, в партшколе? Хочу, чтобы взял на себя потребкооперацию. А то видишь, они мне рапортуют, мол, все в ажуре. А на поверку выходит... сам видел. Начальника их я уже погнал к лешему за плохое и неумелое руководство. -Да ты что? Я ничего в этом не понимаю. -Нет таких крепостей, Дементий, которые б не взяли большевики. Разберешься. Хозяйство у нас большое: 79 потребобществ, полтыщи почти магазинов, ларьков, лавок, 39 предприятий общественного питания, базы, хлебопекарни. 15 лет, как война позади, а мы только-только выходим на довоенный уровень. А народ должен жить хорошо. -Должен. -Вот. Подумай, Дементий, я тебя прошу. С женой посоветуйся. -С женой? О Тасе хочешь спросить? В институт поступила - на филфак. -Куда?! -Туда же. -Молодец. Привет ей передавай. -Передам. -Девчонки, представляете, мне выпал пятый билет. Я его так не хотела, но пришлось как-то выкручиваться, не хочется же тройбан схлопотать и без стипухи остаться. -Но ведь выкрутилась? Молодец. -Здравствуй, Лилечка. Как давно я тебя не видела. Какая ты стала... -Девочки, пойдемте, а то на консультацию опоздаем. -Ты что, разве не прочла мое письмо? -Кто это? -Да так... никто. -Женщина, осторожнее, машина. -Дементий, какое счастье, что ты у меня есть. -Вот это да! И я очень рад. -Прости меня. -А я ехал мимо, и так захотелось тебя увидеть. А теперь объясни, почему глаза на мокром месте и почему такое желание попасть под машину? -Она сказала мне, что я никто. -Кто сказал? -Я же ей все объяснила в письме. Это значит, что она не поняла меня и не простила. -Понятно. Хочешь, я с ней поговорю? -Нет. -Закрой глаза. -Что? -Глаза закрой. -Ой, клубникой пахнет. Откуда, Дементий, зимой?! -Из оранжереи. Опытный образец. Вот - кооперация может, когда хочет. -Как вкусно! -Вкусно? Должны же мы догнать или перегнать загнивающую Америку? -Никогда ничего вкуснее не ела. Не очень хорошо. -Ты что, меня стесняешься? -А еще есть? -Остальное дома. ДЕВУШКИ ПОЮТ: Пам-пам-пам-пам-парам-пам. -Слышишь, какие биксы? -Да ну их! Давай рассказывай. -Давай пригласим к нашему шалашу. ПОЮТ: Раз, два, туфли надень-ка, Как тебе не стыдно спать? Славная, милая, смешная енька Нас приглашает танцевать. -Лилька, а ты видела, как на тебя тот блондинчик с физмата смотрит? -Да? -Видать, понравилась ты ему. -Да я его даже не заметила. Мне другой парень понравился - в таком стильном галстуке. Но он на меня не смотрел! -Зато Симка на него смотрела. -Как? -Ты чего говоришь? Не смотрела я ни на кого. -Смотрела! -Девочки! ПОЮТ: Раз, два... -Давай побежали - развлечемся. Быстрее давай, шевелись. ПОЮТ: Славная, милая, смешная енька Нас приглашает танцевать. -Вы что? -А потанцевать с вами можно? -Нет. -А как насчет культурно отдохнуть? У нас и портвешок есть. -Нет, спасибо, мы не пьем. -Знают взрослые и дети: портвейн полезнее всего на свете. -Ребята, оставьте нас в покое, мы не пьем. -Да тихо ты! Стой! -Пропустите нас. -Придурки, ходите мимо! -Милиция! -Какая милиция? -Убери руки! -Давай, иди сюда. -Не трогай меня! -Да отпусти ты! -Больно! -Да отпусти ты меня! Кто-нибудь, помогите! -Мужики, вы чего? Отстань от нее, гнида! Дешевый твой потрох! Ах ты, сука! Чего сидишь? Дура, беги! -А ты откуда взялся, защитничек? Ну что, очко заиграло? -Ребят, быстрее! -Получи! Скорее, пожалуйста! Эти рожи на нас напали! -А нас-то за что? Не виноваты мы - это они напали на нас. -Разберемся. Ну что, граждане хулиганы, документы предъявляем. -А нету - дома на рояле забыл, а маменька не напомнила. -Понятно. Филиппов? -Я! -Вот двоих умников в камеру. Пускай протрезвеют, а утром будем разбираться. Заодно проверим, не тунеядцы ли. -Ты и ты, на выход. -Начальник, без оскорблений. Кто тунеядцы? Знаем мы: "Кто не работает, тот не ест". -Ты мне поговори еще! Ваши документы. -Пожалуйста. -Так... Камышов Родион... -КАмышев. -Камышев Родион Петрович, 1940 год рождения. Ну рассказывайте. -Ну что... Я шел с работы, а тут эти крики... -Послушайте, товарищ совершенно не виноват, он нас спас. А этот с рассеченной бровью - у него в руках была разбитая бутылка. Он нас чуть не порезал. Спасибо вам большое. -Да не за что. -Будьте добры, ваши документы. -Мои? -Да. -А у меня только студенческий. -Давайте студенческий. Так, Говорова Лилия Михайловна. Простите, а вы, случайно, не родственница?.. -Самая настоящая. Это дочка Говорова! -Зоя! -Симка, а ты чего молчишь? -Да, вы проверить можете. -Девочки, прекратите, папа меня убьет. -Ну хорошо, мы проверим. -Ой, скоро три года, как Котя дома не был. Сначала Куба, теперь Алжир. Господи, когда же это все кончится? Ты бы хоть позвонил по этим своим каналам, узнал бы, что с ним. Похлопотал бы, чтоб его в Союз перевели. -Пусть служит. Раз не пишет, значит, нет такой возможности. Так, Маргарита, это еще что такое? -Я не железная. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Говоров. Когда? Понял. Только что закончился пленум ЦК. Хрущева сняли. -И что теперь будет? -Ничего. Назначат нового. Будем наводить новые мосты. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Да что происходит? -Говоров. Что?! В каком отделении? Этот день никогда не закончится. -Теперь что? -Лильку в милицию забрали! -Подожди. Я с тобой, Говоров! -Серега, давай держи. -Давай, я тебя там жду. -Значит, вас Лиля зовут? -А что, в милиции не запомнили? -А вы злючка. -А еще кто-то назвал меня дурой, помню. -Я? Да никогда. Простите. -Прощаю. А вы студент или аспирант? -Нет, берите выше. Доктор наук. -А вы остряк, доктор наук. -Стараюсь. Если честно, я студент пятого курса, будущий агроном. ПРИСВИСТЫВАЕТ Ничего себе! А если не секрет, кто сегодня цветы подарил? -А что, Родион, вы уже ревнуете? -Представьте себе, уже - да. Жалко. -Что - жалко? -Что вы уезжаете. -Намекаете на то, чтобы я вас подвезла? Как защитника? -А почему бы и нет? -Ну садитесь. -С удовольствием. А музычку можно? ИГРАЕТ МУЗЫКА НАПЕВАЕТ -Не надо на меня так смотреть. -Я вас нервирую? -Нет. Просто я не люблю, когда на меня так смотрят. -Должен же я видеть, кому вручил свою жизнь. -Боитесь? -Не то что боюсь, жизнь, она дается только один раз. -Не волнуйтесь, вы свою проживете до логического конца. Да, я с пяти лет вожу машину. -В таком случае я спокоен, как в танке. -Издеваетесь? -Нет. -Да. -Нет. -Ну тогда держитесь. -Лиля, тормозите! Занесет! Осторожно! Лиля, руль держите! -Не трогайте руль, я сама! -Однако... Как говаривал Киса Воробьянинов, все-таки вы, Лиля, машину водите не с пяти лет, а с двух. -Смейтесь, смейтесь. Я же знаю, что хорошо вожу машину. И потом, если бы вы не схватились за руль, я отлично бы вырулила. -Ну да. -Да. -Короче... Прошу. -Что вы хотите? -Место женщины на пассажирском сиденье. Осторожно. Прошу. Ну что, поехали? -А вы умеете? -Посмотрим. Как говаривал Киса Воробьянинов, главное - это начать. Красивое место. -Да, у нас красиво. Ну вот и приехали. -Прошу. -Спасибо. Спасибо, что доставили. -Не за что. Могу быть личным водителем. Ключи. -А как же вы обратно доберетесь? -Пешком. -Троллейбусы здесь не ходят. -И буду думать о вас. -Ну тогда счастливо. -Счастливо. Лиля. Вы знаете, мне почему-то очень хочется тебя... вас поцеловать. -Дурак вы, доктор наук. -А может, и дурак. Да, неслабый домик. НАПЕВАЕТ -Очень ждем. До свидания. -Давай, поешь. -Спасибо. -На здоровье. -Варвара, у нас в субботу вечером будут гости. -Да? -Будем удивлять. -Ну что ж! -Лилечка, я тебя попрошу в субботу вечером дома быть. Приедут Семеновы с Вадиком, а он очень хочет с тобой познакомиться. -Мама, я вот ни с кем не хочу знакомиться. -Почему? Лиля, он замечательный мальчик, интеллигентный, он Первый медицинский заканчивает, у него перспективы большие. Он способный, талантливый. -Ты что, меня сватаешь? -Нет. Выпрямись. Я тебя очень прошу быть в субботу вечером дома. -Ну, мама. -Можешь мои сережки надеть. -Хотя... я буду. -Ну и прекрасно. Варвара, я вас попрошу ваш пирог с вишней сделать, хорошо? -Конечно. Ой, невеста выросла. Ну, пока. С Богом, коза! -Ты? Вы. Родион, зачем? -Доброе утро. Это тебе. -Спасибо. -Я же говорил тебе, что женщина должна ездить на пассажирском сиденье? Говорил. -Ну припоминаю что-то такое. -Тогда ваши ключики. Прошу. Осторожно. -Ну ладно. -Приехали. Прошу. -Спасибо. -Ключики. -Родион, а что вы... ...ты делаешь в субботу? -Еще не знаю. -Я хочу пригласить тебя к нам в гости. Мама хочет с тобой познакомиться. Она просто поведена на докторах наук. -А, докторах наук? Я и забыл. Тогда, конечно, приду. -До встречи. -До свидания. -Пока. -Здравствуйте. Лилька, подожди меня! -Здрасте. Давай читай дальше. -Так: "Пельмени нужно есть ложкой". -Это я знаю. -А почему ложкой? -А это чтоб сок не вытекал, салабон. -Умно! "Рыбу едят специальным ножом и специальной вилкой". Чего вылупился? Так написано. -А картинка есть? -Нет. -Хоть бы посмотреть на эти специальные ножи. СТУК В ДВЕРЬ Вносите! -Ваша рубашка, сэр. -Так. -Натуральный нейлон. Поставишь хоть одно пятно - пеняй на себя. Убью. -Ладно, убьешь. -Давай. Красота. Здесь хорошо. -А это что? "Мад ин Рома-ни-я". -Кстати, не вздумай гладить. -Нет, удавка не нужна. -Хорошо. -Да, нам так не жить. -Ну? -Во! -Ой, Лилечка. -Извините за опоздание. Добрый вечер. -Добрый. -Ну, все, теперь ждать никого не будем. Прошу к столу. -Мама, ну давай еще чуть-чуть подождем. Ну пожалуйста. -Лиля с детства такая - без папы никуда. -Лилечка, детка, Вадюша так хотел с тобой познакомиться. -Лиля. -Вадим. -Очень приятно. -Взаимно. -Добрый день! Войти можно? -Да-да, входите. -Лилечка и Вадим так хорошо смотрятся. -Привет. Дверь открыта. Это тебе. -Спасибо. Проходи. Мама, это мой друг - Родион. -Здрасте. -Вадим. -Родион. Серия 8 -Лиля. -Вадим. -Очень приятно. -Взаимно. -Войти можно? -Да-да-да. Входите. -Лилечка и Вадим так хорошо смотрятся. -Привет. Дверь открыта. Это тебе. -Спасибо. Проходи. Мама, этой мой друг - Родион. -Здрасте. -Вадим. -Родион. -А это, вообще, кто? -Очень приятно. -Мне тоже. -Ну а теперь можно за стол. Пойдемте? Давай, проходи. -Спасибо. -Прошу к столу. -Маргариточка, это кто? Ты его вообще знаешь? -Честно говоря, нет. -А наш Вадюша был на Таганке. Представляете, входные билеты накалывали на штыки актеры-красноармейцы. -Режиссерский замысел. -Ой, Лилечка, приезжайте к нам в Москву. Вадюша поводит вас по театрам. Он у нас там завсегдатай. -Да. -А поэтические вечера! Боже мой. -Роскошные. -Скажите, Родион, а как вы относитесь к творчеству Андрея Вознесенского? Вы вообще читали? -Ну... -А я тоже не читала. Это что, преступление? -Лиля, веди себя прилично. Все она читала. Лиля очень начитанная девочка. Обожает театр. Обожает. Простите, пожалуйста, как называется ваша деревня? Я просто с самого начала не услышала. -Поселок. Поселок Ленина. -У вас там колхоз или совхоз? -Мам, прекрати. -А что? Мне просто интересно, правда. -Колхоз. Колхоз меня послал на обучение. Я будущий агроном. Должен же кто-то в этой стране заниматься сельским хозяйством. Разве это дело, что мы зерно закупаем за границей? -Добрый вечер. Сидите. -Папочка. -Дочуня. -Привет. -А это тот самый Родион, про которого я тебе рассказывала. -Родион? Ну вы продолжайте, Родион, продолжайте. Очень интересно рассказывали. Может, и я у вас чему-нибудь научусь. -Это вряд ли, Михаил Иванович. Молодой человек узко мыслит. Простите, узко. Понимаете, ему невдомек, что в закупке за рубежом у них есть своя экономическая целесообразность. -Чушь. Я как будущий агроном знаю, что нельзя кормить зерном скот. Миллионы тонн уходят в навоз! -Родион, но мы же за столом. -Не нервничай. -Извините. Спасибо за угощение. Я пойду. -Как?.. -Пойду расширять рамки своего политического мировоззрения. А по дороге закажу билеты в театр. -До свидания. -До свидания. -До свидания. -Живет у нас сосед Букашкин. Кальсоны цвета промокашки. Но, как воздушные шары, Горят над ним антимиры! До свидания. -А что это было сейчас? -Мама, это же твой любимый поэт - Андрей Вознесенский. -Да?! -Мама, да! -Снобы. Вы вели себя возмутительно. -Лиля. Лиля. -А что, парень с юмором. Что-то в нем есть. Давай. -Родион, подожди. -Зачем ты меня позвала? Хотела матери насолить? -Вообще-то, да. Извини. Отпусти! Мне больно. Ты сейчас злой. Я не хочу так. Уходи. -А по-другому я сейчас не могу. -Варя, ну хватит мне уже подсовывать статьи Сергея с его портретами. Мне это неинтересно. -Как скажешь, коза, как скажешь. -А что это так вкусно пахнет? -Сырнички твои любимые. -А у тебя есть негорячие? -Да вон, на тарелке лежат. -О, отлично. -А из-за кого? Из-за того парня, что вчера приходил? -Варя, а ты помнишь, что сделали с твоей любопытной тезкой? Помнишь, да? То-то же. Все, побежала в институт. Пока. -Да, насильно мил не будешь. СИГНАЛИТ -Ну что, Лилька, наши все на 7 ноября собираются. Придешь? -Неохота. Зачем другим настроение портить? Вон еще один ухажер бежит. -Здравствуйте. -Парниша, а вам чего? -Вы прекрасны, спору нет, но ваша подруга меня просто очаровала. Скажите, вы к нам оттуда надолго? -Не понимаю. -Зато я прекрасно понимаю. Я понял, что вы спустились на землю, чтобы всем показать, что такое неземная красота! -Он что, ку-ку? -Я не ку-ку. Я не ку-ку, это вы ку-ку. Вы по утрам смотритесь в зеркало? Вы же такая красивая. Хотите, я вам станцую? Вот прямо сейчас! -Нет. Еще не хватало. -Ну позвольте тогда, я хотя бы угадаю, как вас зовут. -Ну, попробуйте. -"З". -Предположим. -Зина. -Нет. -Зулейка. -Тоже нет. -Нет. Зоечка. -Смотри-ка, угадал. -Пончики с повидлом! -Давай. -Спасибо вам, молодой человек. Я вас оставляю. Зоечка, я думаю, что ты не будешь скучать. -А остальную культурную программу я хотел бы вам огласить немножко позже. Вы согласны? -Согласна. -Тогда прошу. Зоенька, вы сегодня не Зоенька. -Да что вы? А кто же? -Вы сегодня Джина Лоллобриджида. -Согласна. -Вы Элизабет Тейлор. Вы Татьяна Самойлова, не меньше. -Великолепно. -Заходите. Нам сюда. -Спасибо. -Вы зайдете к нам на одну минуточку? -Да. И я потом тоже зайду. -Привел. Итак, пирожное, мороженое, шампанское? -А мне кофе, пожалуйста. -Хотим. Все хотим, да. И принеси для тех, кого ты перечислил на меня похожих. Самойлову, Тейлор... -Лоллобриджиду. -А вы, это, не того, не лопните? -Не лопнем. -Здравствуйте. Что вам? -Здравствуйте. Примите заказ у девушек. Я сейчас. -Слушаю вас. -Нам пирожных - 6 штук, мороженое... -Ну, чего? -Явку обеспечил. Только она какая-то грустная. Короче, гони монету, девчонки с аппетитами оказались. И шампанское, и кофе с коньяком. Там рублей на 5-6, не меньше. А у меня 3 копейки в кармане. -Так, здесь запас. Надеюсь, не подведешь. -Когда тебя Рыжий подводил? -Как договаривались? -"Королева красоты"? -Давай. -Я заслужил? -Зой, ну и где твой ухажер? А вдруг он сбежал? Тем более увидел, что вы меня с собой еще прихватили. -Даже не думайте, что он теперь от меня сбежит. -Ой, счастливая ты, Зойка. Умеешь брать быка за рога. -Так, девчонки, будем облизываться или начинать? -Начинаем. -Я сдерживаться не могу. -Так, а мне? Разрешите? Могу поспорить на свою стипуху, что вы думали, что я слинял. Правильно? -Я не думала. -Точно? -Точно. -Раз... Зоенька, это вам. -Спасибо. -Предлагаю тост. -Спасибо. -Ну давай. -За хороший вечер. -Ребята, давайте "Королеву красоты". -"Королеву красоты" хотим! -Зоенька, пойдемте танцевать. -А как же мороженое? -Это моя любимая песня. Ну пойдемте. Пожалуйста. Я куплю вам другое. -Честно купишь? -Симка, пошли, там мой друг хочет с тобой познакомиться. -С удовольствием. -Лилька, пошли с нами. -Да нет, я здесь подожду. -Лиль, нормально? -Отлично. -Подождите меня. ХОРОМ: "Королеву красоты". ПЕСНЯ: По переулкам бродит лето, Солнце льется прямо с крыш. В потоке солнечного света У киоска ты стоишь. Блестят обложками журналы, На них с восторгом смотришь ты. Ты в журналах увидала Королеву красоты. А я одной тобой любуюсь, И сама не знаешь ты, Что красотой затмишь любую Королеву красоты. А я иду к тебе навстречу, И я несу тебе цветы. Ты милее всех на свете, Королева красоты. С тобою связан навеки я. Ты жизнь и счастье, любовь моя. Красавиц видел я немало И в журналах, и в кино. Но ни одна из них не стала Лучше милой все равно. А я иду к тебе навстречу, И я несу тебе цветы. Ты милее всех на свете, Королева красоты. С тобою связан навеки я. Ты жизнь и счастье, любовь моя. По переулкам бродит лето, Солнце льется прямо с крыш. В потоке солнечного света У киоска ты стоишь. А я иду тебе навстречу, И я несу тебе цветы. Ты милее всех на свете, Королева красоты. -Выше! Ну же, давай, выше! Родь, еще. -Нет, хватит. Ты мне живая нужна. Проходи. Вот наша берлога. Колян, у нас гости. -Так это вы?! Значит, вы живете в одной комнате? -Да. -Вот почему ты затащил нас в кафе. -Он у нас мастер. -Позвольте, я за вами поухаживаю. -Да, конечно. А мне у вас нравится. Уютно. -Добро пожаловать. -Спасибо, Коля. -Спасибо, Коля. Сделай так, чтобы мы не могли тебя найти до утра. -А можно я заберу книгу? -Угу. -До свидания. -До свидания. -Лампочку из носка отдай. -Родька, ты хоть носок верни, холодно ведь. -Салага! -И на том спасибо. Все, до свидания. -Давай, вали. СТУК В ДВЕРЬ -Камыш, ты на сахар богат? Ой. Ты не один. -Не один. -Здравствуйте. -Здрасте. Разрешите познакомиться? Федор. -Проваливай, Федя. -Если он будет плохо себя вести, вы к нам идите. -Иди уже. -Мы в 18-й. -Иди. Я закрою дверь, иначе это никогда не закончится. Присаживайся. Вообще-то это комната для четырех человек. А нам с Коляном как пятикурсникам разрешили вдвоем жить. -Да? -Кстати, в то кафе Колян позвал вас по моей просьбе. -Я это давно поняла. -А это его кровать, между прочим. -Ой, извини. -Нет, я не в этом смысле. Садись сюда. Черт! Колян вечно все развесит. -А это твоя? -Вот так мы и живем с Коляном. Тебе это сейчас так интересно? -Ой, так мне домой надо. Скоро комендантский час, 22:00. Извини. Я пойду. -Подожди. Я отменяю комендантский час. -Даже не представляла, что это будет здесь и сейчас. -Главное - с кем. Я люблю тебя. -Знаешь, я тоже любила одного человека. Почти всю свою жизнь. Но он оказался предателем, очень плохим человеком. Родь, ты же не обманешь меня? -Нет. Нет, Ладушка моя, Лада. Нет. -Я тебе верю. -Ладушка. Любимая Лада. Богиня. Так у древних славян звали богиню любви. БЬЮТ ЧАСЫ -Ты где была? -Я помню про ваш комендантский час, но... Мам, я уже взрослая. Мне целых двадцать лет. -Ну-ка, стой! Подожди. -Что? -Ты что, была с этим своим... агрономом? -Да, я была в общежитии. -Рита, что ты творишь? -Я что творю? Я ее воспитываю. Вкус прививаю, хорошие манеры. Ты спроси у своей дочери, где она была. Ты думаешь, она книги читала до четырех часов утра с чужим мужиком в общежитии? -Рита. -Да, у нас все было. -Так, так, подождите! Дочунь, я понимаю, ты злишься на нас, поэтому врешь. -Да, пап, я злюсь, но я говорю правду. -Конечно, яблоко от яблони... -Рита, осади! Значит так. Пока ты живешь в нашем доме, изволь подчиняться. Никаких общежитий, танцулек, вечеринок. Только институт. Об этом Камышеве чтобы я больше не слышал. -Пап, он же тебе нравился. -Нормальный парень, но не в койку же тебя затаскивать. -Так он любит меня. -Лиля, ну что ты говоришь? Он тебя любит потому, что ты дочь секретаря горкома. Мы это уже с Динарой проходили. -Да ничего вы не понимаете. У нас все по-другому, по-настоящему. И я докажу вам. Жить мы здесь не будем. И помощи от вас нам тоже не нужно. -Лиля! -Я ухожу к нему. В общежитие. -Удерживать не стану! Мы же такие взрослые, нам почти двадцать лет. Ты посмотри на нее, а? -Сначала сын из-за тебя ушел, теперь - дочь. Миша, может, ты ее запрешь? Как раньше. -Рита! -Перебесится. -Я этого делать не намерен, пусть сама себе шишки набивает. -Какие шишки? С кем? С Камышевым? Это же не человек, а недоразумение какое-то. Что там в общежитии? Большая любовь? -Рита. Так, чемодан поставь и ключи от машины на стол. А теперь иди. -Как это? -Пешком. В чем есть. -Ну ладно. Счастливо оставаться. -Миша! -Вернется скоро, никуда не денется. Надоест ей это все. -Да как же... -Рита! -Родька, ты носков моих не видел? -Видел. -Где? -Везде. СТУК В ДВЕРЬ Курева нет, спички кончились! СТУК В ДВЕРЬ Твою мать, кто там такой настырный? Сейчас по ушам съезжу! Ладушка? -Это я. -Ничего себе! Лиля. -Здравствуй. -Здравствуй. Проходи. -Я так замерзла, пока ждала, когда ваше общежитие откроют. -Ладушка, любимая моя. -Родь, я пришла к тебе. -Я счастлив. -Я пришла насовсем. -Лада! Ладушка! Лада, это же прекрасно! -Колян, давай быстро за горячим чаем. Иди сюда, проходи. Садись. Замерзла, солнце мое. Давай руки. Чего сидишь? Иди быстро! -Иду, иду. -Руки красные совсем. Давай согреем. -Погодите, а как же я? -Попартизанишь пока по общаге. -Нет, ребят, так нечестно. -Что - нечестно? Скоро диплом - и прощай, альма-матер. Давай за чаем! Солнце мое. Замерзла. Так, давай ноги. Давай быстро, так. Наши ноженьки. -Там молния. -Так. Сейчас согреем, сейчас. Господи, как я рад. -Да, бабушка, я сделал его. -Я знаю. -Я старался. -Это же все умеют. -Так покажи. -Света, сейчас я! -Здравствуйте. -Здрасте-здрасте. -Ой, простите, я не хотел. -Шею не сверни, Ботвинник. -Хорошо. -Стой! -Что? -Где кабинет домоводства? -На втором этаже. -Ладно, вперед. -Так, ловчей, ловчей. Перехватываешь морковку: раз, два, три, четыре. И муки не жалей, побольше. Ловчей, ловчей. Сильней, прямо дави на нее сильно-сильно. Вот молодцы. Молодцы. Можно потоньше тесто. Раз, по чуть-чуть. Так. Девочки, смотрите, как у Саши здорово получилось: тесто должно быть тонким, но не рваться. Молодец, продолжай. -Спасибо большое. -Здравствуйте, дети. -Здравствуйте. -Таисия Александровна, накормите голодного мужчину? -Девочки, давайте, пока вода закипит, пять минут погуляем. Ладно? -Прямо как в старые времена. Ты на кухне, в фартуке. -Да, только я больше не твоя кухарка. -Это я так... Ностальгия. Ты теперь педагог-методист. Начальство довольно, дети обожают. -Ты наводил обо мне справки? -Я должен знать, что творится в моем городе. -Миша, зачем ты приехал? -Тась... Если официально, то с инспекцией. А если нет... ...на тебя посмотреть. А что? Дом пионеров - место общественное, имею право. У тебя когда расписание? Понедельник, среда, пятница? Вот. Запишусь. И буду смотреть на тебя... ...сколько захочу. -Выглядишь плохо. -Не сплю ни черта. Благодаря дочуне. Твоей и моей. Очередную блажь вбила себе в голову. Я думал, через пару дней домой вернется, не выдержит в этой общаге. Так нет. Ладно, дам ей еще неделю. Нет, две. Пусть нахлебается сполна. Потом разгромлю эту богадельню и поганку домой верну, а то, чего доброго, еще замуж выскочит. Упертая. Характер все показывает. -И в кого это она, интересно, такая? -Ну... М-да... -Верунчик, сколько у меня ходок? -68. -Я на сегодня все, отышачил. Сегодня надо быть в форме, хочу хоть пару часов подушку придавить. -Ой... -Верунчик, я тебя очень прошу: давай сейчас рассчитаемся. Очень нужно. Верунчик, очень. Так. Давай. Верунчик, с меня шоколадка. Все, мужики, пока. -Давай-давай. -Ну наконец-то. Давай за стол. -Ой, Лилька, ты не представляешь. Сегодня крупу грузили, а потом - два вагона с вином. Зато гуляем. Верка-учетчица из боя выдала. Ну и - па-па-ба-бам! Честно заработанные. -Ух ты! -Держи. -Здорово как. А у меня тоже кое-что для тебя есть. -Так. Угу. -Смотри. Здорово, правда? -Угу. Так... -Бери еще сырок "Дружба". -Угу. -И самое главное: десерт. -Ладушка моя, я чувствую, что это будет лучший ужин в моей жизни. -И в моей тоже. -Я люблю тебя. Нет, тост. -Осторожно. -Угу. -Я сегодня прибиралась и нашла это на верхней полке. Просто переложила. -Конечно, полюбопытствовала. М? -Что? За кого ты меня принимаешь? Я ни за что не стала бы читать чужие письма, тем более от матери. -Ну что, из-за этой ерунды будем ругаться? Тост. За лучшую... Нет, за самую лучшую хозяйку в мире. СТУК В ДВЕРЬ -Камышев, открывайте. -Кто это? -Ребята, проверка. Начальство ждать не будет. -Принесла нелегкая. -И Кальвер здесь. -Иду-иду. Здрасте. -Здрасте. -Здрасте. -Так-так-так. -Здравствуйте. -Нарушаем. Вот, Александр Валерьевич, полюбуйтесь: винцо попивают, кровати сдвинули. Вот девки нынче пошли! Лезут и лезут. Мы гоним - а они обратно. И в окно, и по пожарной лестнице. Чисто эквилибристы. Одна даже с крыши сползала! Ни чести девичьей, ни облика - срам один. Так кто ж вас замуж возьмет?! -Камышев, я от вас такого не ожидал. Серьезный молодой человек: спортсмен, общественник, комсомолец - и вдруг аморальное поведение. -Подождите, Александр Валерьевич, какое аморальное поведение? Это моя жена. -ДокУмент покажь. -Нет докУмента. -О! Тогда, жена, на выход. Там еще такие две жены дожидаются. Давай-давай. -Лиля, подожди! Эх, вы!.. -Ну что, Александр Валерьевич, еще есть два сигнала. Пройдемте? Ой... -Замерзла? -Это скорее от стыда. Эта женщина и декан, они так смотрели на меня. Такое говорили, как будто я гулящая. Родя, я не хочу так больше. -Выход только один. Же-ни-ться. Пойдешь за меня, Лилия Говорова? -Это что, предложение руки и сердца? -Угу. Минуточку. -Желтое - это к разлуке. -Не дождешься. -Эй, Ромео и Джульетта, замерзли? Залезайте. Вира-вира! -Я согласна. -Залезть или замуж? -С тобой я на все согласна. -Тогда пойдем. -Куда? -Пойдем. Девушка. -Здравствуйте. -Здрасте. У вас свободные номера есть? -Только люкс за 100 рублей. -Как? -Ничего себе. -За 100 рублей? -Подождите, старыми или новыми? -100 - старыми, 10 - новыми. -Так. А давайте! -Как? -Один раз живем. -Да ты что, Родя?! -Держите. -Сколько ж тебе надо работать на этот номер? -Чепуха, ты того стоишь. -Хватит целоваться, паспорт давайте. -Паспорт давай. Паспорт давай. -Подожди. Извините. -Так не пойдет. У девушки прописка местная, а гостиница только для иногородних. Поэтому... -Девушка, подождите, что это за порядки такие? Девушка, ей на улице ночевать? -Это я не знаю. -Девушка. -Пожалуйста. -Пожалуйста. Девушка, посмотрите внимательно первую страницу. -Хорошо, давайте посмотрим. -Да, девушка, не удивляйтесь, это дочка того самого папы. -Родя, ну зачем? -Угу? Угу? -37-й, налево по коридору. -Спасибо. Пойдем. -Спасибо. -Пожалуйста. -Сезам, откройся. -Идем. -Вот это да! -Родя, это же царство моей волшебной феи. А здесь что? СВИСТИТ И она дарит нам волшебную ночь. -Сказочница ты моя, Ладушка. -Сказочница, не сказочница... Только знаешь что, Родя, ты, пожалуйста, больше никогда не ссылайся на папу. Ну не козыряй его положением, потому что это некрасиво. Мне было как-то неловко. -Слушаюсь и повинуюсь, моя Ладушка. -Подожди, ты куда? -Давай, шевелись. -Может, Степаныч на обед что-то не то съел? На 15 минут раньше отпустил. -Главное, чтобы он каждый день такое не то ел. Слушай, Лилька, когда свадьба? Где гулять будем? -Родя все деньги потратил на гостиницу, так что свадьбы не будет, будет только роспись. -Без свадьбы неинтересно. Лилька, мы с Коляном все на себя возьмем. Правильно, Симка? -Поможем. -Такую гулянку забабахаем - на всю жизнь запомните. -Да вы что. -Да. -Что, правда? -Конечно. -Правда. -Девочки мои, спасибо вам огромное. Ну что, я пошла? -Давай. -Увидимся. -Угу. -Счастливая. -Родя, привет. Слушай, я тут девчонкам сказала, что я замуж выхожу. Теперь они пристали: когда-когда? А я даже не знаю, что им ответить. -Ой, Лилька. -Действительно, когда мы в ЗАГС пойдем? -Пойдем, Лиля, обязательно. Только мне надо домой съездить. Сегодня с утра пришло оттуда письмо. -Да? -Да, очень надо. -Давай я с тобой поеду? Как раз с мамой твоей и познакомлюсь. -Ты что? Мне тебя жалко. Там зима уже давно. Сутки на поезде, потом автобус. А знаешь, сколько пешком идти? -Сколько? -10 км. -Ох... -Я быстро вернусь, ты не успеешь соскучиться. -Еще как успею. -Андрюха, давай здесь тормози. Спасибо. -Давай, если что, забегай. -Так, не копайся, побыстрей денежку. Петухов, говоришь? Давай всю. Игореша, стой, привет. -Что такое? -Ты Камышева из 38-й знаешь? -Это какой Камышев? -Баскетболист который. -Вроде знаю. А что с ним? -Ты балда, блин. Ты не знаешь? Женится человек. Рубль гони. -Да ладно! У меня нет рубля, у меня мелочь. Не хочешь - как хочешь. -Игорь, давай мелочь. Ленка, подожди, пожалуйста. Леночка, дай, пожалуйста, рубль Камышеву на свадьбу. -Женится? -Да. -Еще одного жениха забрали, а я деньги за это буду платить? Ну ты интересный. -Я Родьке все расскажу. Витька! -Сиротинушки вы мои... ...лилии. Милые вы мои лилии, как же так? Все погибли. Я по вам скучала, очень. Очень скучала. Простите меня. Простите. Простите. Варвара. Здравствуй. -Ой... Похудела-то как, господи! Что, тебя обормот совсем не кормит? -Да не придумывай. Все у меня хорошо. Варя... Как я соскучилась. -Слава тебе господи! Вернулась. -Ничего я не вернулась. Я пришла за своим выпускным платьем. У меня завтра свадьба. -Батюшки! Как так - свадьба? Трах-бах - и свадьба? -Вот так - свадьба. Скажи, мама дома? -Мама... У портнихи мама. -Знаешь что? Ты передай им это. Смогут - придут. А вот ты обязательно приходи. Я там адрес написала. Хорошо? Все, я побежала, а то у меня мало времени. Буду тебя очень ждать. -Ага. -Междугородняя. Слушаю вас. -Мне Москву, пожалуйста. -Диктуйте номер. -Номерок? Да, сейчас. Ой господи... Девочка, пожалуйста, трубку не клади, а то мне племянника срочно вызвать надо. Сейчас... -Эй! Даже не знаю, как к тебе обратиться. Фея лилий? Как-то по-детски. Привидение? Несерьезно. Одним словом, нет на доме никакого проклятия. Нет. И я буду счастлива. Назло всем. Серия 9 -Эй! Даже не знаю, как к тебе обратиться. Фея лилий? Как-то по-детски. Привидение? Несерьезно. Одним словом... ...нет на доме никакого проклятья. Нет. И я буду счастлива назло всем. А будет любовь... ...за которую ты сама и погибла. А у меня завтра свадьба. А ты приходи ко мне, если сможешь, я приглашаю тебя. -Так ты ж меня уже пригласила. С кем ты тут разговариваешь? -У нас с феей свои тайны. -Тебе ж завтра замуж выходить, а ты все как дите малое. Господи, голова моя дурья! Зачем же я пришла? Костя сегодня объявился. Как снег на голову. -Как, Котик приехал? -Герой, красавец. С орденом, загорелый, будто не с войны приехал, а с курорта. -Ну а где он? -Как - где? Он к тебе в общежитие побежал. -Как - ко мне? Я здесь, а он там. -А он там. -Посмотрим. -Давай, проходи. -Ты что, дурак, что ли? -Я бы тебя своим руками задушил. Как тебе здесь может нравиться? Что? Посмотри! -Котя, вот ты влюбишься и поймешь. -А эту тему не трожь. Мне очередной Динары не хватало, я еле с той развелся. -Да уж! Ой, Котик... Какой же ты у меня красивый. -Я знаю. Спасибо. Ладно. В общем, как бы там ни было, принимай подарки. -Какие? -Какие-какие, материальные блага. -Ты что? Не надо. -Бери, бери. -Зачем? -У меня их все равно больше чем нужно. А ты на эти деньги купишь себе красивое платье, фату, кольца. В общем, если тезисно: гулять так гулять. -Котик... -Ну что? -Спасибо тебе большое. Ой, фата... -Обещай, что купишь. -Фату обязательно. Я давно о ней мечтала. А кольца мы уже купили. В сорок рублей уложились. -Лиль, ты меня прости. Если бы я знал, что здесь такое событие, то все было бы по-другому. А сейчас у меня приказ в кармане - завтра быть в Москве. -Как? -Для получения нового назначения. Ладно, я не об этом, ты не грусти. Я пожелание свое все-таки тебе выскажу. -Ну желай. Что? -Чтоб елось и пилось... ...чтобы хотелось и моглось. -Котик! Ну какой же ты... ...циник и... хулиган. -Знаешь, многим нравится. -Смотри, что достал. Ребята со второго этажа одолжили, только надо пассики почистить. -Ну вот, молодые люди, знакомьтесь. Это мой брат, а это суженый. Ты, наверное, уже понял. -Родион. -Константин Говоров. -Ой, Котик, Котик, ты же один меня из всей семьи поддерживаешь. -Ой, началось. -Как жаль, что ты уезжаешь, тем более на свадьбе не будешь. -Лилька, это выше моих сил. Я и так на пределе. У меня осталось полчаса, чтобы попрощаться с предками и в Москву для получения нового направления. А приказы даже я не обсуждаю, так что... -Понимаю. Но мы же будем всю ночь гулять. Может, успеешь. -В ночь я уже на бреющем к новому месту назначения. -Как думаешь, мама с папой придут на свадьбу? -Как дать бы сейчас тебе на прощание. -Я тебе дам! -Иди сюда. Так, ты... Ну ты знаешь. -Ну давай. -Слушаю, Михаил Иванович. -Руфина Степановна, ну где же личное дело Камышева? -С минуты на минуту должны доставить. Я сразу занесу. -Ну давайте, я жду. -Ты точно решила пойти? Снова расстроишься, будешь нервничать, по ночам не спать. -Пускай. Лиля моя дочь, и сегодня она выходит замуж. Я ж не могу это пропустить, правда. -Ладно. Ну, я пошел. Только обещай мне не плакать. Лады? -Ну давай, иди уже. Опоздаешь на свое совещание. Товарищ начальник. -Тебя подвезти? -Нет, я сама. -Ну если я раньше освобожусь, приеду к вам. -Хорошо. -Ну ладно. -Михаил Иванович, вам пора ехать, а то опоздаете. -Руфина Степановна, соедините-ка меня с заведующей центральным загсом. -Хорошо. -Мы через две пары. Ну что, Ладушка моя... ...Лилия Говорова, вы готовы? -Всегда готова. -Пионерка. -Ой! Только тревожно как-то. -Когда очень сильно любишь, все тревоги со временем превращаются в радость. -Так что тревожься, девочка, можешь даже поплакать. Все невесты в день свадьбы плачут. -Няня! Ну зачем же плакать? -Это к счастью. -Мама приехала. Я сейчас. -Ну беги. -Мам! Мамочка, как я рада! Я так ждала тебя. -Я еще могу отговорить тебя от этого безумия? -Скажи, а папа приедет? -Я надеюсь, что ты будешь счастливее меня. -Мам! -Красавица моя. Прости. -Что случилось? Почему мама не осталась? -Все против меня. -Да ты что? Мы все за тебя. Родителям всегда не угодишь. А потом в зяте души не чают. Вы кольца хоть не забыли? -Нет. -Паспорт взяли? -Да, все взяли. -А вы с чьей стороны будете: жениха или невесты? И почему это вы без цветов пришли? -Здравствуй, Карамелька. -Зоя, ты иди. Иди, ладно. -Я примчался, как только тетя позвонила мне и сказала, что ты... Прости, ерунду говорю, не то. Что ты делаешь? -Я... Я люблю его. -А я тебя люблю. Не делай глупостей, уедем со мной. -Так, подожди. -Я знаю тебя, как ты сама себя не знаешь. Я люблю каждый твой взгляд, каждый жест, Лилька. -Это и есть тот самый Сергей, да? Да ты что, охренел?! -Проваливай! -Уйди, я сказал. -Прекратите! Сережа... -Это моя жена. -Сережа, ты зря приехал. Уезжай. -Уезжай? Если ты уверена, что будешь с ним счастлива, я уеду. Но это не значит, что я тебя забуду. Будьте счастливы. -Будем. -Кто Камышев и Говорова? -Здесь они. Лилька, Родька, скорей сюда. -Пойдем. -Скорей, ваша очередь. -Да, мы. -Камышев, ваша роспись отменяется. -Как? -Как - отменяется? -Как - отменяется? -Без объяснения причин. -Почему? -Это распоряжение директора загса. -Как это может отмениться? -Не нужно скандалить, посмотрите. Вот фамилии, вычеркнутые ее рукой. Пожалуйста, проходите. -Наверняка какое-то недоразумение. -Это все папа сделал. -Не плачь. -Точно. -Не плачь, ты теперь моя. Не важно, с печатью или без, не отвертишься. -Ты просто не знаешь моего папу. -А ты плохо знаешь меня. Если чего-то хочу, то этого добиваюсь. А сейчас я хочу, чтобы ты не плакала. Давай вытрем твои слезы. Все равно они нас распишут. Не важно, в этом загсе, в другом, в третьем. -Ты не понимаешь, если папа что-то решил, он обязательно это сделает. -Посмотрим. -Ой, господи... Ты куда? -У тебя все, Карп Семенович? -На текущий момент все. Спасибо. До свидания. -До свидания. -Ой! -Простите, пустите. Михаил Иванович, я объясняю товарищу, что вы заняты, а она и слушать не хочет. Говорит: "Мне можно". -Да, этому человеку все можно. Даже в кабинете первого секретаря горкома. -Извините. -Я только что из загса. Это правда, что ты отменил роспись Лили? Миша, немедленно бери трубку и звони туда, верни все обратно. -Шульгину будешь указывать. -Шульгин бы никогда так не поступил. Миша... дочка плакала, дочка переживала. На глазах у всех ее друзей. Это позор. -Мне прислали дело этого Камышева. Я с ректором разговаривал. Идеальный человек. Отличник. Комсомолец. -Ну и что, это же хорошо. Я не понимаю, Миша. Я действительно не понимаю. -Нутром чую, не тот это парень. -Ты можешь решать что угодно в этом кабинете, в этом городе, но что касается Лили, мы с тобой будем решать вместе, она и моя дочь. И я хочу, чтобы девочка была счастлива. -А я не хочу! -Но она любит его. Ты ревнуешь, я понимаю. Отцовская ревность, вот и все. Надо отпустить, Миша. Это ее жизнь. Миша, пожалуйста, сделай это ради меня, я прошу тебя. Я прошу тебя. Я никогда тебя ни о чем не просила. -Эй, жених и невеста, выше нос. Главное, это любовь, а не штамп в паспорте. Правда, Зойка? -Я тебе уже сказала: без штампа в паспорте на пушечный выстрел не подпущу. Понял? -Да будет тебе штамп в паспорте. А вообще что за дела? Закуска в рот не лезет, вся горькая. Горько, правда? ХОРОМ: Горько! Горько! Горько! Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Шесть! -Закольцевали парня. -Все, все. -Ой, слушай, у меня сережка упала. -Сейчас найдем. -Наверное, под столом. -Скажите, здесь свадьба? -Да. -Еще раз здравствуйте, товарищи. -Здравствуйте. -А где Камышев? Надеюсь, он не передумал жениться. -Родь, вылезай. -Здрасте. -Готовы ли вы сочетаться законным браком? ХОРОМ: Готовы. -Приступим. Итак. Камышев Родион Петрович, готовы ли вы взять в жены Говорову Лилию Михайловну? -Да, готов. -Говорова Лилия Михайловна, готовы ли вы взять в законные мужья Камышева Родиона Петровича? -Готова. -Пожалуйста, распишитесь. Вот здесь. Лилия Михайловна. Именем Союза Советских Социалистических Республик объявляю вас мужем и женой. Поздравляю. РАДОСТНЫЕ КРИКИ -Спасибо вам. Сережка-то где? -Вот. Держи. -Спасибо. -Пожалуйста. -Спасибо большое. -Сейчас к папе подойду. Папочка, спасибо, что ты все-таки разрешил. Спасибо тебе. -Ты, дочуня, не мне спасибо, а Тасе скажи. -А при чем тут Тася? -Это она примчалась в горком, там все верх дном перевернула. -Я прошу, не надо. -В общем, убедила меня. -Это правда? Спасибо тебе большое. Спасибо. -Господи, как же давно я ждала этого. -Подождите, я ничего не понимаю. -Как? Ты что, не прочла мое письмо? -Я ничего не читала. -Ну как же? Я же... Миша! Миша, она не прочла письмо. -А какое письмо? -Ну я же написала письмо в день твоего 16-летия прямо перед своим уходом. Я там все объяснила. Как ты у меня родилась, как я потеряла тебя после бомбежки. Я же уверена была, что ты прочла, просто не смогла понять меня. -Значит... ...ты моя... Какие же вы... Обманщики и лицемеры, вот вы кто. -Миша, она... она не простит. Ничего не изменилось. Хотя прощать не за что, я же ничего плохого не сделала. Я жила ради нее, любила ее, заботилась о ней. Ну сказали мы ей, и что? Господи, какое же это несчастье - иметь дочь, которой ты не нужна. -Ну... главное, что сказали. -Лиль, подожди. Я понимаю, для тебя это гром среди ясного неба, но успокойся, успокойся. -Не надо. -Посмотри на ситуацию с другой стороны, Лиль. Теперь у тебя две мамы, два папы. Да еще каких папы! Шульгин, к примеру. Судя по тому, как одета твоя мама... -Мама? Мама... Как же странно называть совершенно постороннего человека самым родным словом... мама. Родь, что мне делать? -Вот... Я нашел тебя по этому крестику в детдоме. Его Тася повесила на тебя, когда родила. А потом в 1953-м и меня заставила надеть, чтобы сберег. Я уж и не знаю, он ли или ее любовь, или обстоятельства... Но я ношу его до сих пор. Я же думал, что Тася погибла! Это была самая большая трагедия за всю войну! Моя личная трагедия! -А сколько ей здесь? -Твоей маме здесь 19. Красивая! -Очень! А ты любил ее? -Доченька... Я и сейчас ее люблю! -Тогда как же ты позволил ей работать у нас в доме обслугой?! -Тогда казалось это единственно правильным. Она хотела быть рядом с тобой. Неважно как, где - просто быть рядом с тобой! -Почему вы мне раньше обо всем не рассказали? -Берегли тебя. Все думали, вот повзрослеешь и... Да и сейчас я понимаю, что... -Как вспомню, сколько я ей всего наговорила!.. -Доченька, я виноват! Надо было забрать тебя, Таську, уехать куда-нибудь! У нас была бы семья. У нас бы все было. -А как же мама? Маргарита. А Котя? Как же они? -Ох, дочка, если бы в этой жизни было только белое и черное... Жизнь как радуга. И ты это поймешь. Перед Маргаритой я виноват. Я за это и расплачиваюсь. -Папочка. Ты несчастлив? Мама... Мама. Тася сказала, что она моя мама. Что она написала мне письмо 4 года назад, в котором все рассказала. -Она правду сказала?! Письмо я нашла. И порвала! Потому что ты мой ребенок! Я тебя воспитывала! И люблю как родную! А ее ненавижу! Залезла в постель к моему мужу! Родила! А я должна была воспитывать ее нагулыша! -Нагулыша?! Мама, ты меня что, тоже ненавидишь?! -Лилечка... -Мама... -Ты меня прости! Я не ведаю, что говорю! Родная моя! Я так хотела воспитать из тебя женщину, настоящую, до кончиков ногтей! Пальчики мои! Я воспитала кухаркину дочь! Это не я... -Мама, ну зачем ты?! -Ты самое большое мое разочарование! Моя бы точно никогда так не поступила! -Мама... Но я и есть твоя дочь! -Общежитие! Муж из поселка Ленина! Это уровень кухарки! Твоей настоящей матери! Ну иди! Иди к ней! Иди-иди! Пусть научит тебя борщи варить, пельмени стряпать! -Мама, зачем ты так?! -А еще пусть научит тебя мужиков ублажать! Твой отец до сих пор по ней сохнет! И Шульгин теперь не знает, чем одарить. Все пылинки с нее сдувает! -Как бы там ни было, теперь у меня есть и другая мама! -Другая?! Лиля... Уходи! -Мамочка... -Я на первый-второй не рассчитываюсь! Господи! Лиля! Лиля! -Родя! Родя, уходим отсюда! Пойдем! -Что случилось?! -Прощайте, мои любимые! -Что?! Куда?! -Так короче. -Что случилось, скажи?! Лиля, да подожди ты! Ты хочешь вот так уехать и все оставить?! -Идем, я тебе сказала! -Да идем-идем! -Да ничего с твоим утюгом не случится! -Здравствуй, Лилька Михайловна! -Здравствуй, дядя Деменьтий! Здравствуй, Тася! -Ну что, Лилька Михайловна, с законным браком тебя! Будь счастлива! На, держи веник! -Спасибо! -Это получше будет. А мы вот решили... Переехать к тебе жить. -Как? -Да! А что?! -Конечно, тебе же нужна, наверное, будет помощница. -Нет. Что вы, зачем?.. Я сама всему потихоньку научусь. А что у вас в чемодане? -Вот! Это правильный вопрос. А мама Тася приготовила тебе приданое. -Мне? -Да, мы там кое-что собрали. Я только не знала, как с размерами и что тебе нужно. Ну вот собрали по мелочам. -Как же это здорово! А то у меня здесь только одно платье. Папа сказал: "Вот как есть, так и иди". Ну я и пошла. -Говоров... Хотела весь шкаф перевезти, еле оттянул. -Спасибо! Тасенька... -Лиля. Ой, здрасте! Ты мне поможешь белье снять? -Ну да. Вы подождите меня здесь, я сейчас... Скоро. -Да-да. И все-таки - Тася... Мамой не назвала. -Мадемуазель, дайте только срок. Будет вам и белка, будет и свисток. -Да, Марго, я слушаю. -Я ухожу от тебя, Говоров. Ты же меня, как мебель, не замечаешь! Ты дорогу в мою спальню забыл. -Почему именно сейчас? -Осточертело все! Надоело! Вы, дом этот! Лилии! Дочуня твоя неблагодарная! -Рита... Ну что ж... Что ж... Может быть, ты и права! Давно надо было развестись. Чужие мы с тобой, Рита! -Если бы ты только... Если бы ты только услышал... Этот свой металлический голос! Говоров... Ну неужели никаких сожалений?! Неужели никаких слов, просьб остаться?! Говоров! -Ну как?! Как мне с тобой сейчас говорить?! Со слезами в голосе, да? -Нет... Нет! Я же все равно уезжаю! Я уезжаю! К Коте, к единственному мне близкому человеку! Я уезжаю! Счастья тебе желать не буду! Не хочу! -Ай, ешкин кот! ПОЕТ: Мой самый главный человек! Взгляни со мной на этот снег! Он чист, как то, о чем молчу. О чем сказать хочу! Родька, ты мой самый главный человечище! -Угу. -А знаешь что? Я сегодня пятерку на экзамене получила. Целуй! Нет, пять раз целуй! -А ты вставай и поворачивайся, и получай по одному месту. -Ты чего? -Чего! Оставила меня без ужина! -Подожди, как - без ужина? -Как... Лиля, на улице минус 15. Замерзла твоя каша. -Родька... Ну миленький, ну прости меня! Просто дома продукты в холодильнике хранятся, а к форточке я никак не привыкну. -Пора уже привыкнуть, Лиля! Хотя ладно, все равно ты можешь приготовить только кашу да яичницу! Я не понимаю, Лиля, у тебя даже котлеты готовые из кулинарии и то пригорают! А чего это от тебя спиртным несет? Экзамен сдавала, да?! Ну и где ты была и с кем?! -Родька, не ревнуй. Я была с Зойкой в кафе, отметили. А потом ребятам лекции одолжила. Они угостили. -Понятно! Значит, я уставший, голодный, без ужина, а ты по комнатам у мужиков хвостом вертишь, да?! -Знаешь что, не смей разговаривать со мной в таком тоне! Комната прибрана! Твои вещи спортивные постираны! Да и ужин готов! -Лиля, вот я и хочу понять, зачем тебе все эти жертвы?! Объясни мне. Зачем?! Я же вижу, что тебе тяжело! Лиля, ну хочешь, давай поедем и будем жить у твоих родителей! -Нет, Камышев! И кашу ты мог бы сам разогреть! ПОЕТ: А снег идет, а снег идет... -Лиля... Ну повернись. Хватит дуться. Ты чего? -За грубость сегодня будешь наказан. -Лилечка... Здравствуй. -Здравствуй. -Я очень рада, что ты зашла. -Я тоже. Честно говоря, я боялась. -Я тоже. Ты проходи, пожалуйста. Видишь, я здесь работаю. Мы тут кашеварим с девчонками. Щи, борщи, всякое такое... -А ты можешь меня тоже научить? А то, похоже, мой брак под угрозой. -Ой, ну... Ну конечно могу! Раздевайся. Конечно научу. -Да... Ты же знаешь, с кулинарным делом у меня как-то не очень. -Не волнуйся. У меня тут даже восьмилетние, знаешь, какие... Такие вкусности готовят - прямо закачаешься! Так, что будем готовить? Первое, второе? Чему ты хочешь научиться? А? -Какая же ты молодец! Все успеваешь. Знаешь... Когда ты идешь по коридору нашего института, мои девчонки просто зеленеют от зависти. -Ой, да перестань. -Такая элегантная, модная... А когда они узнают, что ты - моя мама, они... ...вообще... -Как ты сказала? -Мама. Мамочка... -Так что, Дементий, в Москву завтра, в Москву. С самим Леонидом Ильичом буду встречаться и разговаривать. -Поздравляю. Ты представляешь: ты в обкоме? В обкоме! Заслужил потому что. -Ну, ну, пока вторым. Хотят присмотреться, что да как. Слишком у них много в руководстве молодежи. Но мы им, фронтовики, покажем. -А то! Давай. -Давай. -Давай. -Так что теперь, Дементий, либо наверх, либо закопают меня. И никто не узнает, где могилка моя. О! -Это что это закопают? -Человека я убил, Дементий. -Миха... Ну что ты несешь? Ты вот пьяный уже... -Кто пьяный? -Ты. -Пьяный... Ты у Полищука спроси, он мой пистолет с отпечатками до сих пор в сейфе своем держит. Так что я у него во на каком крючке! Помнишь, у нас в райкоме работал Трухманов? -Ну? -Тихий такой, гнида, при тебе в горкоме работал. Ты еще тогда сказал: "Кому этот безобидный... Кто его..." -Ну? Ну? -Так вот я его. Я его... завалил. -Твою мать! Миха... Зачем? -Доносы он строчил. Доносы. И на тебя в том числе. Вот так-то, друже... А я когда тебя тогда в тюрьме увидел... У меня все... Пошел и грохнул его. -Значит, Трухманов. -Трухманов, сука! ПОЕТ: Эх, дороги, Пыль да туман... Вот что, Дементий... -Ну? -Проехали. -Ну чего? Говори, говори. -Ведь ты знаешь. Что "говори, говори"? -Знаю, Миха... И ответ ты мой знаешь. -Знаю. Ты ее не отпустишь никогда. -Не отпущу. -Знаю. А я тоже буду ждать. Давай за нее, друже. -Давай. -Я сегодня ноготь сломала. Точнее, все переломала. -Значит, я в безопасности. Что такое? Лилька... Ну... Молодец, Камышев! -Я знаю. Сегодня в столовке котлет съела. Серые мышки по 11 копеек. -Лилька... -Ты чего? Родя... -Да какие котлеты? -А что? -Да поздравляю тебя! Ты беременна! Лилька! Серия 10 -Я знаю. Сегодня в столовке котлет съела - серые мышки по 11 копеек. -Лилька... -Ты чего, Родь? -Да какие котлеты? -А что? -Да поздравляю тебя! Ты беременна, Лилька! -Да ты что? Не может быть. -Лилька, это ребенок! -Всё, последняя сигарета. -Ты с такой уверенностью это говоришь, как будто у тебя есть дети. -Лилька, ну что за ерунду ты говоришь? Ты что, не рада? -Рада, но как-то неожиданно... -Лилька, это ребенок! Солнце мое, любимая моя... Это ребенок, это ребенок! Ура! У нас будет ребенок! Ура! СТУК В ДВЕРЬ -Сейчас, подождите. Да, да, я иду. -Здрасте. -Здравствуйте. -Я ошибся, что ли? Я к Родьке Камышеву. -А, ну да, проходите. Извините, я плохо себя чувствую. Родя на тренировке, а перед институтом обещал заскочить. А вы?.. -А я Гаврил Петрович, родич его с Ленина. Меня направили на повышение квалификации. А вы кто будете? -Я жена его, Лиля Говорова. Точнее, Камышева. -Вот как? Интересное кино получается. -Так он же перед свадьбой домой заезжал, неужели он ничего не сказал? -А, ну да, да. А вы это, сумку-то разберите. Там гостинцы, всё домашнее. А я пойду, обожду на улице Родьку. -Хорошо. А это мама ему передала? -Мама? А, ну да, мама, мама. Я пойду. -Все мамы одинаковые. Моя тоже без гостинцев не приходит. -Поверь, Петрович, никакого криминала, нужен новый паспорт и всё. У меня есть возможность в городе зацепиться, понимаешь? -Гаврил Петрович, вот сальца моего... -О, Верка, сало у тебя как всегда, и капуста удалась. -Слушай, Верунчик, сгоняй к Афоне, возьми у него. -Так своей в подвале полно. -Я сказал, к Афоне, его приготовления. -Ой, что для муженька не сделаешь... Так одну или пару брать? -Пару, пару бери сразу. -Ладно. -Говоришь, паспорт потерял? -Угу. Новый нужен срочно, позарез, Петрович. Правда, есть один нюанс. -Чего? -Нюанс. -Нахватался ты в городе - нюанс... -Паспорт нужен без штампа о браке. -А Верка? -А что Верка? Отличная возможность, буду полным идиотом, если этого не сделаю. А Верку потом заберу и... -А что это за возможность такая хитрая, а? -Никакого криминала. Точно тебе говорю, Петрович. -Ну не знаю... Ну ладно, сделаем, всё же родня мне. Тьфу. Ну что, храбрец-удалец? Ну, че застыл-то? Может, поздоровкаемся, поручкаемся? -Ну здравствуй... -Чего разлегся-то? Вставай. -Ты че, Петрович? -Че, че... А подделка документов? А двоеженство? Зачем такие фортеля-то выкидывать, а? Развелся бы с Веркой, и делов... -Ты давай не ори и руки здесь не распускай. Верка не согласилась бы на развод, такое бы устроила... Ты знаешь ее прекрасно - партком, местком, всех бы на уши поставила. -Сволочь ты, Родька, сволочь. Мне-то теперь что делать? -Что делать? Живи как жил - ничего не знаешь. А я сам выкручусь. -А эта в халатике - и есть твоя возможность в городе закрепиться? Эх, жалко девку, небось любит тебя и не знает, с каким гадом связалась. И ребеночка уже заделал ей? Хитер бобер. -Значит, так, приехал, проведал, а теперь давай уматывай. -Подожди, письмо тебе от Веры Кондратьевны. -Руку отпусти. -Как и просили, лично в руки передать. Тьфу! -Можно, товарищ большой начальник? -Заходи, дочуня. Только давай по-быстрому - дел по горло. -Знаешь, у меня дел не меньше. Давай маму подождем, я ее сюда пригласила. Надеюсь, ты не против? -Так... А что случилось-то? -Давай подождем. -Ну хорошо, давай подождем. А может, скажешь, что случилось? -Ну... -Я прилетела, как только смогла. Что случилось? -Давайте, родители, идите на диван, присаживайтесь... Так, возьмитесь за руки... -По-моему, в этом кабинете дела семейные решаются чаще, чем государственные. -Лилечка, что случилось? -Мама, папа, я беременна. -Как это? -Миш, так бывает. -Ну вот так. -Лилька, поздравляю. -Лилечка... -Ну какие же вы у меня смешные. -Лилечка, как ты себя чувствуешь? -Сколько этих, как их?.. Недель сколько? -Вы немедленно переезжаете к нам. -С чего это к вам? Ко мне, дом пустой. -Нет, это даже не обсуждается. -Родители, вы можете продолжать спорить, но я остаюсь в общежитии. Мы с Родей хотим жить самостоятельно. -Нет, нет... -Я вас люблю, целую, пока. -Ну... Тася... -Ой, Миш, иди работай. -А жить они все-таки будут у меня. У меня! -Безобразники. Говори не говори, всё мимо ведра. -Теть Мусь... -Что? -Я слышал, что ремонт в общежитии намечается? -Начнем потихоньку с первого этажа, с ленинской комнаты. Вам нечего беспокоиться. -Так вы начните с нашей комнаты. -Паря, ты с ума сошел? Ремонт с выселением... Куда я вас дену? Комнат лишних нету. -Так хорошо, что нету. Выселяй нас к чертовой матери из этой комнаты. -Как скажешь, соколик, выселю. А взяток я не беру, так и передай своему тестю. -Теть Мусь... -Ух... -Девочки, сначала обжариваем на большом огне до золотистой корочки. И смотрите, ловчей - раз, два, три, четыре - и на сковородку. А потом накрываем крышкой и на маленьком огне доводим до полной готовности. Понятно? ХОРОМ: -Да, понятно. -Таисия Александровна, уточните, а сколько минут жарить? -Девочки, кто ответит на вопрос товарища Говорова? ХОРОМ: -Я, я. -Давай, Наташа. -Как говорит Таисия Александровна, пока не сгорят. -Ну всё, девочки, урок окончен, до пятницы. Всего вам доброго. И аккуратно, там очень скользко. До свидания. ХОРОМ: -До свидания. -До свидания, дети. -Так, лук, яйцо... -Ну что, долго ты будешь паясничать? -А я не паясничаю, я есть хочу. Я же холостяк почти. Варвара дуется, на пенсию просится. Маргариты нет. А Руфина Степановна ни одной котлеты в своей жизни не приготовила. Она сама на работе подгорает. -Садись. Только не особенно радуйся, дети готовили, а не я. -Но под твоим же руководством? М-м... -Здравствуйте. -Здравствуйте, здравствуйте. -Готовят они у тебя на "отлично". Вот твоя трудовая книжка. -А что там? -А ты взгляни, взгляни. -Уволена? По переводу в областной дворец пионеров и школьников... Миша, как это понимать? -А вы что, мастер? -Гроссмастер. -Скажи спасибо этому дому, поедешь к другому. -Я не понимаю. -Я тебя уволил. Перевел. Со мной уезжаешь в область. Может, хватит уже, набегались? С Ритой развожусь, всё официально. С работы вряд ли снимут, не те времена, да и хватит за всех бояться. Дети уже выросли, бояться нечего. -То есть ты вот так всё решил за меня? То есть ты вот так взял и решил? Миша, а ты меня спросил? Подумай о Шульгине. Он столько сделал для меня. В конце концов он мой муж, Миша. И потом - он болеет. -Вот, вот, вот! Про благодарность ты правильно, хорошо сказала, а про болезнь - это удар под дых. Дементий мужик, ему жалость твоя не нужна. Ты разберись, наконец, ты его любишь или жалеешь? Тася, ты на меня смотри, а не в пол. -Миша, пусти. -А когда он тебя целует, у тебя сердце так же выскакивает, как сейчас? -Дяденька, вам плохо? Вам помочь? -Нет. Держи. Держи, держи. -Спасибо. -Ну ответь мне. -Я вам не помешал? Я вижу, Миша, ты дорожку во дворец пионеров протоптал. Я думал, ты вышел из этого возраста. -Дементий, ты слышал наш разговор? -А что? Было что-то интересное? -Нет. Поехали домой. Поехали домой. -Отпусти ее. Ведь не любит же. -В другой кружок запишись, пионер. Видимо, теперь самому придется учиться завязывать. -Дементий. -Ты меня любишь? -Так что я теперь в этой комнате один буду жить, и вот кого ко мне вселяют... -Итак, молодежь, машина приехала. -Подождите, Марья Васильевна, присядем на дорожку. -Присядем. -Да, надо бы найти этих хулиганов и объявить им благодарность. -Полностью с тобой согласна. Да, и еще... -Да, и еще. -Нет, подожди. Как и у каждого старинного дома, у нашего тоже есть своя история, своя тайна. Познакомься. Давай, поднимайся. Что? -Закрыто. -Странно, обычно дверь не заперта. -Ты смотри... -Может быть, просто она не хотела тебя впускать? Проходи. -Ого, ничего себе... -Ох! Я же тебе говорила, это плохая примета. Может, предупреждение, как думаешь? -Неужели сама дочка Говорова верит в эти предрассудки? Зато я теперь знаю, где хранятся сокровища Флинта. -Михаил Иванович, ты б хоть улыбнулся, что ли. День-то сегодня какой счастливый. Коза наша диплом получила. А уж с мужем ей как свезло... Парень что надо. -Ты рули, Егорыч, меньше философствуй. День еще не кончился. -Давай-ка прибавь, а то плетемся 40 км/ч. -Машина наша - пенсионерка уже, вроде меня. Поменять бы. -Ага, и сразу на "Чайку" пересесть, да, Егорыч? Не терпится в цэковский гараж-то? -Не знаю, потяну ли. -А куда ты денешься? -Глянь, похоже, попутчица. Возьмем? -Валяй. -Ну что? -Тормози. Девушка, вам далеко? -Во! Фу-у! -Я знаю этот дом. А вы к кому? -К Роде Камышеву. А то он из общежития выписался, не сообщил. Хорошо, что в справке сказали, куда он прописался. -А вы кто ему будете, родственница? -Самая что ни на есть, наипервейшая. Жена! -Жена?! -Угу. Чего? Во. Вера. Вера Кондратьевна Камышева. -И документ можете предъявить? -Могу. А что это я первому встречному документ предъявлять буду? Не хотите везти, не надо, сама пойду. -Подожди, садись, Вера... Кондратьевна. -Так вы, стало быть, Родиошу моего знаете. -Знаем. -ЧуднО! А что он в такую глушь забрался? Жил в общежитии со всеми удобствами, а тут... Вон одно поле да лес. Грибы-то хоть есть? -Поехали, Егорыч. -Куда? -Разворачивайся. -Слышь ты, ты куда меня разворачиваешь? КРИЧИТ -Сидеть! -Выходи. -Так мне не надо в гостиницу. Чего вы меня сюда привезли, слышь? -Иди. -Ответь ты. -Иди давай, хуже будет. -А кто он? -Телевизор надо чаще смотреть. -Я смотрю. -Давай-давай. -А где она? -В сортире. -Егорыч, подожди меня в машине. -Понял. -Проходи-ка. -Чего вы меня сюда привезли-то? -Садись. -А может, я постоять хочу. -Сядь, я сказал! Ты о муже хотела узнать, Вера... Кондратьевна. Так он больше тебе не муж. -Здрасте пожалуйста! У меня документы имеются. Во! Свидетельство о браке, паспорт, а в нем печать. Во! Зарегистрирован брак с Камышевым Родионом Петровичем. И дочура у нас Катюха, 3,5 годка. Вот карточка. -Ах ты... Значит, и дети есть. -Есть. -Сволочь этот твой Камышев. Хотя он теперь уже не твой муж. -С городской спутался? Я так и знала. Знала. И не пишет, и на майские обещался приехать - не приедет. Правда, деньги слал исправно. А? -Я его засажу за подделку документов! Двоеженец! И тебя заодно за пособничество. -Да ведь двоеженство... Какая я пособница? -Дочурку долго не увидишь! -За что же меня стращаешь? Я на тебя управу найду-то. -Управу? Ты знаешь, кто я? -Знаю. Хитрован твой усатый сказал. Что ж мне делать-то? Что ж мне делать, а? -Домой к дочери хочешь вернуться? -Хочу. -Значит так, Вера Кондратьевна. Сиди в номере как мышь! Егорыч тебе обед принесет, заодно и приглядит за тобой. Давай документы. Ах ты господи. На. -А долго сидеть-то? -Сколько надо, столько и будешь! -Вы что?! -Это тебе привет от Веры Кондратьевны. Знаешь такую гражданку? Фамилию уточнять надо? -Вы не смеете. -Смею. Растопчу! В тюрьму сядешь, подонок. -Я действительно люблю Лилю! -Ничтожество. Даже имя ее не смей пачкать. Кто еще знает о Вере и о ребенке? -Здесь никто. Я особо не скрывал. Такой женой не похвастаешь. Михаил Иванович... ...где она? -Где, где... В гостинице. Домашние яйца привезла тебе, чтобы ты с голодухи не окочурился. Вон пошел, зятек. И не додумайся Лильке теперь сказать! Гаденыш. Двоеженец. Говоров. Разыщите заведующую загсом. Через час подъеду, чтобы на месте была. Я сказал, через час! -О, Родя, а позавтракать? -Потом. Спасибо, Варвара. -Да что это? Михаил Иванович ушел, не позавтракал, этот ушел. Видно, невкусно готовить стала. -Вера, давай помогу. Я ждал тебя. -Дождался. -Понял, разговора не будет. Ты скажи, как там Катюшка. -Гражданин, я вас не знаю! -Возьми деньги, купи ей кофточку, ботиночки. -А меня потом как пособницу? Не велено. -Что он тебе сказал? -Я сказала, не велено! Отстань! -Что ты за человек? -Кобелина! -Погоди! -Что, думаешь, высоко прыгнул, поймал судьбу за хвост, да? -Я люблю Лилю. -Помолчи. Любит он. Так что, Камышев, держи язык за зубами, это и в твоих интересах тоже. С Верой Кондратьевной я тебя развел задним числом, чтобы ты хотя бы двоеженцем не был. -Михаил Иванович... -Это ради Лильки. Михаил Иванович... Чтобы сохранить вашу семью. -Удивлен, что Верка согласилась на развод, зная ее характер. -А я ей пригрозил. Сказал, что дочь она свою больше не увидит никогда. Что смотришь? Мне сейчас моя дочь дороже. -Я буду все равно помогать, не такой уж я подонок. -Подонок ты. Я и себя таким чувствую из-за тебя. Если бы Лилька не была беременна, летел бы ты в свое Ленино, да и вообще куда подальше. Доченька, ты давно приехала? Как себя чувствуешь? Тебе что, плохо? -Не трогай меня. -Я тебе давно хотел сказать. -Ты вообще пошел вон отсюда. -Лилечка, доченька. Лилечка. -Лиля! -Скорую! -Ты мне тоже нелегко досталась. Но теперь, слава Богу, все позади. Ты у меня умница. -Я назову ее Кирой. -Кира... Да, мне нравится. Все будет хорошо. -Хорошо уже не будет, мама. Не пускай сюда ни одного, ни другого. Ни папу, ни Камышева. Я не хочу их больше видеть. -А почему в моей рубашке? -Ну ты ее все равно почти не носишь. -Здравствуй. 3 месяца и 29 дней ждал твоего приглашения. Наконец-то позвала и я пришел. -Как живешь? -Живу. -Ты как считаешь, кроватку детскую здесь поставить или там, в спальне, в углу? -Ты меня за этим позвала? -Ну да. -Только за этим? -Ну да. А что? -Ты хоть рад, что у тебя ребенок будет? -Я тебя прошу, отстань. -Егорыч, молодежи отнеси. -Такой злой, неразговорчивый стал. -Я бы на тебя посмотрела, если бы ты отцом стал. -Ничего, скоро увидишь отцом. -Анекдот. Подходит чукча к роддому и орет: "Маша!" -Что ты меня за руку взял? -"Маша..." -Я не Маша. -"Родила? Сына?" - "Нет".- "А кого?" -Их будете поздравлять. Держите, только пока не открывайте. Договорились? -Вон они. Бежим! КРИЧАТ "ПОЗДРАВЛЯЕМ!" -Друзья, родился еще один человек. Поздравляю вас, Лилечка. И... Папаша, ну где же вы? -Ну что ты? Давай-давай. -Это я. -Я сама возьму. -Лиля, дай мне. -Нет. -Но... -Нет. -Лилька, ну-ка. Ну-ка, где моя красавица? Ух ты! Лилька. Умница. Смотри-ка, похожа, а. На меня, на деда похожа. Тасенька. Ну, поздравляю. Егорыч! Давай шампанское, что стоишь? -Лилечка, поздравляю. Молодец. -Давай, я подержу. -Поздравляю. -Спасибо вам большое. Спасибо за все, за внучку. Огромная благодарность от всех... Возьмите. ВСЕ ГОВОРЯТ ОДНОВРЕМЕННО -Поздравляем. -Поздравляем. -Спасибо вам. -Ой, ну покажите. -Вот же, пойдемте. -А ну-ка. Ой! -Хорошенькая. -Лишь бы здоровенькая была. -За внучку! За дочку! Чтобы праздник сегодня устроили. Егорыч, поехали. -Спасибо вам. -Поздравляем еще. -Поехали, поехали. Давай, дочка, садись в машину, домой поедем. -Поздравляю. -Спасибо. -Так... Лиля, что это за демарш? -Я не вернусь домой. Не хочу видеть ни тебя, ни тебя, папа. -Мы с Кирой будем жить у мамы. -При чем здесь мама? Лиля, у нас своя семья. -Какая семья? О чем ты? Сколько у тебя их: две, три, пять? А ты, папочка, покрывал его. Предатель. Хотел, чтобы я жила в этой грязи. -Не говори ерунды, Лилька. Ты устала, измотана. Ты зачем ей потакаешь? -Оставь Тасю. Она пока моя жена. Садись в машину. -Радуешься? Всех забрал у меня: и Тасю, и Лильку, и внучку. -Пока. А ты, Камышев, осел на двух копытах. -Может, он и прав, я и есть осел на двух копытах. Но Лильку и дочь я верну. -Глазки закрывай. Ты моя красавица. -Смотри, как сопит сладко. -Наша умница. ЗВОНОК В ДВЕРЬ -Наверное, Дементий. -Какой у нас носик. -Лилюш, там Родион. -Мама, я же сказала ему. -Иди поговори. Давай, он же трезвонит. Тихо-тихо. -Лиль! -Камышев, по-моему, я вам ясно сказала, я не хочу вас видеть: ни тебя, ни папу. -Лиля, открой, пожалуйста, я тебя очень прошу. -А потом... Я решила, запишу дочь на фамилию "Говорова". Я развожусь с тобой. -Лиль, ты что? Какой развод? Я тебя умоляю, не делай этого. Я очень тебя люблю. Я искренне это говорю. Я таких, как ты, никогда не встречал, поверь мне. Лиля... Ты нежная, заботливая, красивая, ранимая. Лиля. Ты только вспомни, как все были против нас. Все было против: твои родители, общага, мой брак. Но нас же это не остановило. Лиля. -Это все в прошлом. -Нет. Ты ошибаешься. Я хотел стать тебе мужем, я хотел заботиться о тебе, я хотел любить тебя, Лиля. -Камышев, ты... Ты мне противен. -Не уходи, я очень прошу. Лиля! Здрасте. -Привет. Как дела? -Михаил Иванович, вся надежда на вас. -Что? -Да я не знаю даже. Я пришел, хотел поговорить по-хорошему. "Лиля, родная, давай все обсудим, выслушай меня". А она даже дверь не открыла, и все. -Но ничего-ничего, разберемся. -Надо же, и папа с ним заодно. Я уеду, сбегу. -Лилечка. Ты мужа выбрала, сама выбрала. Лилька, он тебя любит, возвращайся. У Киры будет отец, у тебя будет семья, Лиля. Тася! Ну хоть ты ее образумь! -А как ты думаешь, до Читы далеко? -Тш-ш. Ты хочешь уехать к Коте? -Так будет лучше для всех нас. -Ладно. НАПЕВАЕТ: Прощай, любимый город. -Ну что там? -Пока ничего. Но ты муж, и не сдавайся. Давай. -Хорошо. -Ну, Дементий Харитонович, ну план вы нам спустили - ого-го! Я раньше работал на "птичке", так там план был 10 %. -7 %. -Семь! -10, 7. Что ты мне голову морочишь? Место у тебя замечательное, центр. И интерьер современный. Если кухня и обслуживание будут на высоте, народ пойдет. А свежайшими продуктами я тебя обеспечу, гарантирую, все-таки потребкооперация. -Милости просим. -Меню. -Пожалуйста. -Всего два салата? -Чем богаты... -Увеличить до четырех. Нет, до шести наименований. -Сделаем. -Шашлык по-карски. -Изумительный! -Котлеты по-киевски. -Да, именно по-киевски, а не по-полтавски. -Петров, если у меня воровать будешь, знай, что мои самые лучшие друзья - ОБХСС. Посажу. -Добрый день. Открыто? -Да! -Закрыто. Я же говорю: закрыто. -И поласковей с людьми. -Учтем. -Учти. Ну угощай. -Так все для вас. -А соль где? Соль где? -Сейчас исправим, одну секунду. -Петров, Петров... КРИКИ -Гарик, а нам ничего не будет, что мы машину того, увели? -Так нормально, девчонки, не парьтесь, все хорошо. -На, выпей. -Сигаретку дай. -Даю, даю. -Давай. Дай мне сигаретку. -Старайся, времена уже другие. -Я стараюсь. -А соли маловато. -Оп-па! -Дай я тебя поцелую. СИГНАЛ МАШИНЫ -А-а! Серия 11 МАШИНА ГУДИТ, ПАССАЖИРЫ РАДОСТНО КРИЧАТ -А вот соли маловато. -На, держи! Опа! -Дай тебя поцелую. ГРУЗОВИК ГУДИТ -Твою мать, что ты наделал?! -Валить надо. -Ты придурок, Полищук! -Не ори, дура! Валим отсюда! Давай! -Скорее. Ну, иди! Пока милиция не приехала. Что ты копаешься? Давай, беги! -Дементий Харитонович, вы целы? -Говорят... ...мина два раза в одну воронку не попадает. Вот тебе и раз, по той же ноге звездануло. Ай! -Сейчас-сейчас... -Квартира Шульгиных? Мне нужна Таисия Александровна. -Здравствуй. Мне просто позвонили, сказали, что ты... Я пока ехала, чуть с ума не сошла. -А-а... кто звонил? Я не хотел тебя беспокоить. -Понятно... -Тась, не уходи! Иди сюда. Ну пожалуйста, подойди сюда. Ну? Что происходит? И не вздумай плакать! -Почему о том, что ты в больнице, мне сообщают какие-то посторонние люди? Почему у тебя какая-то... ...баба чужая? И вообще почему ты меня бросил? Тебе больно? -Уже можно говорить? Начну с самого главного. Это не посторонняя баба, а мой коллега, завмаг, Ноябрина Васильевна. -Коллега... А тебе все коллеги яблоки чистят? -Какая же ты у меня глупенькая... Я скучал. -Я так за тебя испугалась. -Вот и молодец. А теперь, пожалуйста, слезь с ноги. Она хоть и в гипсе, но всё равно болит. -Прости, пожалуйста. -Таблеточки примите, пожалуйста. -Что врач сказал? -Жить буду. Так что тебе придется протоптать сюда дорожку. -А надо? -Все жены ухаживают за больными мужьями. Там, супчики... Бульончики... Или ты мне не жена? -Здравствуйте. -Пожалуйста... -Одну минутку. Конечно. Извините, слушаю вас. -Мне, пожалуйста, один билет до Читы, желательно на завтра. -Проходящий 21-й, 14:30. -Да, спасибо, оформляйте. -Давайте я вам помогу. -Спасибо. Ну всё... -Спасибо, мама. -Пока, моя хорошая. Пока. РЕБЕНОК НАЧИНАЕТ ПЛАКАТЬ -Ну? Чш-ш... Кирочка, ну кто это у нас проснулся не вовремя, а? Чш-ш... ПРОДОЛЖАЕТ ПЛАКАТЬ -Товарищ, а куда вы меня везете? -Лилия Михайловна, куда надо, к вам домой. -Как домой? А-а, так это вас папа сюда прислал... Немедленно остановите машину, иначе я закричу. -Закройте дверь! Ребенка еще угробите. -Я не хочу домой, к ним. Мне туда нельзя. Нельзя. -А ты, Камышев, валяйся у нее в ногах, умоляй, но чтоб с Лилькой всё было в порядке. Верни мне прежнюю дочь, Родион, понял?! Что мог, я сделал, но давайте сами как-нибудь разберитесь теперь. -Да. -Так... Добрый день. Вот, познакомься, новая няня, зовут Римма, из нашего штатного персонала. Рекомендовали как лучшую няню. -Римма. -Родион, очень приятно. -Вместе теперь за девочку отвечаете. Головой! -Михаил Иванович... -Да? -Пленум как долго продлится? -Не знаю. А когда еще первый отпустит... Егорыч! Ну, поторопи его. -Угу. Римма, пойдемте в дом. Егорыч! -Надо же, а... Дома... кавардак. И ты еще меня покидаешь. -Товарищ подполковник, вы же в курсе. Сестра уже никакая совсем, не ходит почти. Одной ей уже... А тут еще прямо с ножом к горлу: "Приезжай, а то помирать буду". Если бы не это, разве я бы когда вас?.. -Да я не обижаюсь, Егорыч, это так, к слову... В прежние времена я бы тебя в наградной список включил за достойную службу. А нынче что... -Михаил Иванович, ну какие награды? Я всегда по совести, по душе... -Так, Егорыч, завтра с утра при полном параде в горком. Чествовать тебя будут. Подарки кое-какие, грамоты... -Михаил Иванович!.. -Всё как полагается! А от меня, Егорыч... ...в память о нашей дружбе и фронтовых годах прими вот эту машину. Я так решил. Она хоть и на пенсию просится, как ты говоришь, но еще послужит верой и правдой! Документы завтра получишь. -Михаил Иванович... Михаил Иванович!.. -Отставить сырость! На вокзал опоздаем! Поехали, старшина. -Слушаюсь, товарищ подполковник. -М-м!.. Вот теперь я понимаю, что у меня есть жена. -Лилечка с Кирой уже, наверное, в воздухе. -Интересно, как Кирочка дорогу перенесет. -Да. Лиля обещала сразу телеграмму дать, как они прилетят. -Да! -Как наш больной поживает? -О-о, Мирон. Проходи. Хочешь? Тасенька делала. -Ну, вы поговорите, а я пойду. -Угу... Спасибо. -Сколько же мы не виделись? Повод, конечно, неприятный, но я рад, что ты позвонил. Тебе, кстати, держи. -Спасибо. А я... Пойдем выйдем. Поговорим. -Что милиция говорит? Нашли, кто это сделал? -Они нет. А я вот могу подсказать. Угнал машину, испортил государственное имущество, нанес вред здоровью двум ответственным работникам парень по имени Гарик Полищук. Как ты думаешь, на сколько это может тянуть, а? -Чего ты хочешь? -Мне нужен пистолет Говорова, тот самый, с отпечатками. -Откуда ты про него знаешь? -Миха рассказал. И про Трухманова, и про тебя. -Зачем тебе пистолет? -Зачем... Ну, скажем так, у меня с Говоровым свои счеты. Ну что, пойдем по маленькой? У меня коньячок есть, а? -Пойдем. -Ага. ПЛАЧЕТ РЕБЕНОК -Лиля, открой, это я. Лиля, открой немедленно! -Лилия Михайловна! Девочка плачет, потому что голодная. Очевидно, у вас не хватает молока. -Ну наконец-то. -Чш-ш... Хватит плакать. -Чш-чш-чш... Моя дорогая, с молочной кухни привезли детское питание. Давайте я покормлю девочку. -Лиля, не упрямься, отдай. -Ну что же... -Ой ты моя девочка, дорогая... Ты моя куколка. -Аккуратно. -Откройте, пожалуйста. -Так, уходи отсюда! -Ты что? Подожди. Ты что, успокойся. -Уходи из этого дома. Или я уйду. Вместе мы с тобой жить не будем. -Лиля, ну что ты такое говоришь? Выслушай меня, я прошу! -Не трогай меня! -Успокойся, зачем ты мучаешь нас? Всего несколько дней назад мы были счастливы с тобой, Лиля! -Не трогай меня! -Успокойся. -Не трогай!.. -Родная, я схожу с ума. Я люблю тебя, ты слышишь? -Не трогай меня! -Я всё тот же Родька. Иди сюда, я хочу тебя. Да что ты делаешь-то? Лиля, успокойся! -Отпусти меня! -Успокойся, иди сюда. -Отпусти! Не трогай! -Лиля... Так, иди сюда. -Нет! -Всё, успокойся, тихо. -Нет! -Тихо. -А-а-а! Нет! -Всё... Тихо... -Не трогай!.. А-а-а!.. -Лиля... Лиля! Лиля! Лиля! О господи... Лиля! ГРОХОТ -Прими меня, фея. -Лиля! Ты что? Что ты делаешь, ты с ума сошла? Ты что... Ну всё, успокойся... Что ж ты творишь-то? Всё хорошо. Всё. Я же люблю тебя. Всё хорошо. Всё... -А-а! Не трогайте меня! Нет! -Таисия Александровна, не волнуйтесь, состояние стабильное. Понаблюдаем, полечим. -Спасибо. -До свидания. -Тася! Что происходит? Я только прилетел, а здесь такое!.. Ты мне можешь объяснить, что происходит? -Миша, пожалуйста, успокойся и сядь. -Да какое тут успокойся?! Лилька в больнице! -Миша, сядь! Ты привык всеми управлять. Люди для тебя кто, марионетки? Захотел - женил, захотел - развел. Захотел - снял с поезда и под домашний арест. Вот результат. -Ну... Ну, может, конечно, я и перегнул палку... -Перегнул палку? Твоя дочь в психушке. Вникни. -Тася, ну подожди! Это нервный срыв. Вылечат. Я распоряжусь, лучших врачей из Москвы пришлют. Всё будет хорошо, Тася. -Миша-Миша... Она тебе этого никогда не простит. И я не прощу. -Тася! -Не ходи к ней. Она не хочет тебя видеть. -Ёшкин кот! Ну Миха... Со своим самодурством... Тася, я тебя прошу, успокойся. Я вернусь и возьму вас под свою защиту. -Ты вернешься? -Да. -А как же эта твоя... коллега, завмаг? -Тася, ну какая на хрен коллега? Такие коллеги только и существуют для того, чтобы яблоки резать. Для меня в этом мире... есть только одна женщина. Это ты. Всегда была и будешь. -А то смотри, Шульгин... У меня тоже могут быть коллеги-мужчины. -Угу. -Я тебя люблю. -Ну наконец... Дождался. После пяти лет брака. Всё-таки сказала. Иди сюда. -Подожди, у меня кое-что есть. Вот. -Ну что... И в горе, и в радости до самой смерти, да? Надо же... Как тут и было. Всё, я хочу домой. Я хочу домой. Сестра! Я хочу домой! -А ты держишься молодцом. Ты даже не представляешь, Дементий, как я рад тебя видеть. -Так уж и рад. -Как говорит мой сын, если тезисно, будет с кем сыграть партейку в шахматы. Вечером в баньке попаримся. -А рюмочку дашь? -Ну а как же! -Глобальная программа. Только я к тебе на минуточку. -Ну-у... -Сам работой завалил. Так что не до шахмат. Дело у меня есть к тебе одно. -Дело-дело... Чтоб оно сгорело... Ну ладно, как говорится, пойдем ближе к нашим баранам. Эх, а я-то размечтался: в баньке попаримся... Тебе как, Дементий, после больницы-то можно? -Мне, Миха, теперь всё можно. Узнал? Тот самый. -Патрона одного нет. Как же он тебе его отдал? -Попросил хорошо. -Дементий... Друже ты мой единственный... -Теперь я тебе ничего не должен. В расчете. Держись подальше от моей жены. -Да, кстати... Я теперь инструктором по оргработе. В райкоме. А еще я Коляна с Зойкой встретил, представляешь? Они заявление подали. Счастливые... -Мне всё равно. -Лиля... Ты знаешь, как по тебе все дома соскучились? Дома ждут... Тебя лилии твои ждут. -Мне всё равно. -Лиля, ну ты другие-то слова знаешь? Что с тобой? Приехали. Давай руку. Вот мы и дома. -Мне всё равно. -Спокойно, всё будет хорошо. Идем. -Ну слава богу! Заходите скорее. Лилечка, промокла вся. Моя родная... Давай, сейчас просушишься. Привет. -Здравствуй. -Погода - дрянь. Слава богу... Пойдем скорее. Пойдем, я тебе сейчас кого-то покажу. Иди сюда. Ну, Кира, твоя мама приехала. Смотри, какая большая уже стала. Сама головку держит. Это твоя мама. Ну? Ты хочешь взять дочку на руки? Смотри. Что же вы сделали с ней? Она как будто неживая. -Ну... Проходи. Узнаешь свою комнату? Смотри, я сделал ремонт. Здесь теперь всё совершенно по-другому... ...чтобы ничего не напоминало. -Мне всё равно. -Родная моя... Мы всё начнем сначала. Всё будет хорошо. Смотри. А это твои любимые цветы. Твои любимые лилии. Воду забыл налить. Сейчас. Так... Сейчас я воду принесу, я мигом. Располагайся. Лиля... Лиля... Зачем ты так? Лилька, я дождаться не мог, когда ты вернешься. Я тебя очень люблю, ты слышишь? Прости меня за ту ночь. Я не знаю, что это было. Прости, умоляю. Такое никогда не повторится. Пока ты сама не захочешь. -А я больше не захочу. -Что же у нас за семья-то будет? -Не нравится - уходи. -Я не смогу. Бросить тебя и Киру - это невозможно. Никогда. -Мне всё равно. -Всё равно... Опять всё равно. -Ничего. Жизнь продолжается, и ты мне ответишь. Так не может продолжаться вечно. -Фея... Помоги мне. ЗВОНИТ БУДИЛЬНИК ЗВОНИТ БУДИЛЬНИК -Доброе утро. -Доброе утро. -Доброе утро. -Доброе. Приятного аппетита. -Спасибо. -Приятного. -Спасибо. Взаимно. -О твоем отце пишут. -Мне неинтересно. -Да... А ведь больше десяти лет прошло, как ты с ним не общаешься. Даже не была у него в области и не видела его новую квартиру. -Зато ты там бываешь регулярно. -Да, бываю. И в отличие от тебя, о нем забочусь. И кстати, предложил отметить его юбилей здесь, в доме с лилиями. Должен же хоть кто-то поддерживать нормальные семейные отношения. А ты к нему даже Киру в гости не возишь. -Если он захочет увидеть внучку, он знает, где ее найти. -Понятно. -Кира! Кира, ну куда ты убежала? Отвернуться стоит... Мы еще не закончили. Кира... -Не поймаешь! -Да что же это такое! Кира! Так, а ну-ка, немедленно оттуда вылезай. Дементий, ну что это такое? Это не девочка, а какое-то советское цунами. -Что это такое? -Что? -Зачем ты мне зашила рукава? Это очень смешно, да? -Дедуля, не ругай Тасю. Это я сделала. -Ах, это ты сделала! Курица! Ну-ка, иди сюда, я тебе присыплю. -Одной маленькой девочке надо руки зашить, чтобы не хулиганила. -Мне в кружке кройки и шитья сказали тренироваться. Вот я и зашила. Скажи спасибо, что брюки оставила. -Спасибо. А зачем лягушку в мой портфель положила? У меня студенты пол-лекции ее искали. -Так, давай-ка быстро, пока я ее поймала. ЗВОНОК В ДВЕРЬ -О... -Тасик... -Чего? -Ты дедушке не говори, что я в его портфель куклу положила. Пускай студенты посмеются. -Пускай посмеются. Не скажу. -О! Привет, семья. -Мамочка! -Кира. -Привет, доченька. Привет, солнышко. -Привет, Лилюша. Давай сама заплетай дочке косы, а то я ее поймать не могу. -А вот и заплетем. Ну, рассказывайте, как вы тут. -Ни дня без приключений. С утра был кружок кройки и шитья, а после обеда Дементия, кажется, ждет кружок "дочки-матери". -Тася, не рассказывай, ты обещала. -Ну хорошо, хорошо, молчу. Прости, не буду рассказывать. -Как, мамуля? Не надоела она вам? -Да что ты... Цунами ты наше... -Кирочка... А ведь я хочу забрать тебя домой. -Здорово, мамочка! -Да? Правда? -Но только после школы. И спать я буду у Таси с дедулей. У тебя моих игрушек нет. -Милые дамы, нам с Кирой в школу пора, а то опоздаем. -Хорошо. Заплети ей бантик по дороге. -Пока, мама. -Пока, солнышко. -Пока. -Тася, ты математику мою положила? -Положила. Иди, а то опоздаешь. -Дедуля, догоняй. -Лилюша... Ты это серьезно? Ты хочешь ее забрать? -Мама, я вам очень благодарна за то, что пока я скиталась по всем этим больницам и санаториям, вы заботились о ней, воспитывали ее. Но сейчас-то я здорова. Я прекрасно себя чувствую и хочу посвятить ей всю себя. -А как же мы с Дементием? Он отказался от должности в министерстве, чтобы за город не уезжать от внучки. Ты в своем театре прописалась, Родион тоже работает допоздна. -Мама, я так не могу больше. Я готова выть от одиночества, понимаешь? -Знаешь, давай так. Ты с Кирой сначала договорись. А потом посмотрим. -Но ты мне поможешь? -Конечно помогу. -Ну что, угостишь меня чаем? -Пойдем. -Мы не должны забывать о том, что каждый коммунист должен быть высокоидейным активным борцом партии, правофланговым в шеренге строителей коммунизма. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Говоров... Что? Кто приехал? Пропустите. Не ожидал. Проходи. Ну здравствуй. -Здравствуй. -Как ты меня нашла? -У нас с тобой вообще-то сын общий. Котя. Помнишь? И у него всё замечательно. -Проходи. -Я сильно изменилась? Десять лет прошло. Ты молчишь... -Марго... Ты выглядишь прекрасно. Всё... Теперь излагай. -Сухарь. -И берлога холостяцкая... Сразу видно... Женской руки не хватает. -Я что-то не понял... Вернуться хочешь? -А если и так? -Ну... -Ой, Говоров, Говоров... Говоров... Шучу я. За разводом пришла. -Замуж выходишь? -Официально оформляю отношения. -Ну... Поздравляю. Поздравляю. Кто жертва? -Говоров... Он... ...мужчина. И знаешь, какое главное его достоинство? -Скажи. -Он любит меня. -Ну, судя по количеству украшений, небедный. Генерал какой-нибудь? -Практически. И родом из этих мест. Чаще видеться будем. -Да? Вот счастье-то... Ну что ж... Не будем терять время. Поехали. -Стой! Ты куда? Куда ты, любовь моя? Скажи, как тебя зовут. -Для вас у меня нет имени. Уходите! День приближается. -Нет. Нет больше ни дня, ни ночи. Есть только свечи, что горят, сердца, что бьются, и время, что уходит. И ты... Не уйдешь. Никуда. -Стоп! Стоп! Черт побери! -Мы так не договаривались. -Помолчи. -Герман, что ты играешь?! Ну послушайте... Это же романтическая пьеса. Это целомудренные отношения. А что мы видим на сцене? Что?! -Что? -Хорошо, что я остановил! Потому что еще мгновение, и ты бы снял вообще с нее колготки. -А как ты хотел?! -Дюма просто переворачивается в гробу. -Ну ты как хотел, чтобы было-то? Во все времена было: мужчина как-то добивается женщины и делает это. Ну выйди и покажи, как надо делать! -Просто чудесненько. Завтра сдача худсовету, и вместо этой высокой пьесы мы будем показывать - вот это. -Что вот это? -Лиля... -Что? -Может, ты скажешь как завлит свое слово? -Аркадий, а что я могу сказать? Всё по тексту. -Да при чем тут текст?! При чем тут текст?! Текст... В зал придет зритель, понимаете? Зритель. И он будет зреть не эту изящную высокую пьесу, а пошлость и натурализм исполнения этого непризнанного московского гения. Понаехали тут и думают, что им всё позволено. -Что ты сказал? Ты что сейчас сказал? Ты повтори, что ты сейчас сказал. -То и сказал. -Значит так, Аркадий... Я играю так, как я чувствую, понял ты? -Вот и прекрасно. Вот и чувствуй! Только не в моем спектакле. Женя? -Да. -Женя, Нержин в театре? -Да, он пошел в гримерку. -Отлично. Зови его сюда, голубчик. Вот с Нержиным и буду показываться. -Что? Минуточку. Что ты сказал? Ты сейчас что сказал? А я как? А премьера? -Отстранен. -Кто? Я? Да ты... Ты... Как? Я полгода живу этой ролью, я... Я вжился в этого персонажа! Я чувствую так, как чувствует он. Я действую от его имени, а ты... И между прочим, афиши уже напечатаны, там напечатано мое имя. И зритель пойдет на меня, а не на твоего голубчика Нержина. -Вон! -Повтори. -Я сказал, вон... ...с моей репетиции... И вон из моего театра! -Ну это, слава богу, не твой театр. А из твоего спектакля я с удовольствием уйду. И знаешь что, Аркадий? Я мог бы сказать, кто здесь бездарен, но не буду. А ты... ШУМ В ФОЙЕ -"Тащитесь, траурные клячи. Актеры, правьте ремесло, Чтобы от истины ходячей Всем стало больно и светло. В тайник души проникла плесень, Но надо плакать, петь, идти... -Тише, я прошу вас. -...Чтоб в рай моих заморских песен Открылись торные пути!" -Знаете, я бы на вашем месте пошла бы и извинилась. -Перед кем? Перед этой бездарностью? Ни за что. Надоело. Всё надоело. И город мне ваш надоел, и театр мне ваш... ...надоел. Думал: "Приеду, буду играть, буду безумствовать..." И вы тоже... Завлит... Слушайте, а вы красивая. Правда. Вы очень красивая. Только очень холодная. Очень. А я видел, как вы смотрели, видел. Видел. И вам нравилось, что я делаю. Нравилось. -Нет. -Да. -Нет, этот эпизод мне не понравился. -Ой... -Угу. -Ой... -Он был грубый. Зато в других сценах вы сыграли замечательно. -Да? А что же вы промолчали? А что же вы тогда сказали только, что "Герман играет по тексту"? Эх вы... Будешь? -Нет. К тому же мы с вами не на "ты". -Ну извините... Пожалуйста, извините. Пожалуйста... А я буду... Хоть мне и нельзя. Я запойный. У меня торпеда зашита. Мне сказали, если я выпью, то я помру. Но я всё равно выпью. Не первую выпью. -Да вы что?! Да вы что? Не надо, не надо вам пить. -А, перестаньте вы... Всё равно... -Сейчас, сейчас. Кто-нибудь... Так, Саша! Саша, вызывай скорую! -Перестаньте, перестаньте вы... Не надо. Не надо, глупо это всё. -Ну что же вы делаете? -Перестаньте вы. Жизнь - это, по большому счету, то еще дерьмо. Можете записку за меня написать предсмертную? Я подпишу. -Хватит. Хватит ерничать. -А вы, оказывается, умеете быть и доброй. -Вы что, меня обманули? -Нет. Мне действительно нельзя пить. Мне очень плохо. Очень плохо. Очень. -Вы знаете, я... Я тоже хотела покончить с жизнью. Да и сейчас иногда хочется, но... Но нельзя. Слышите, нельзя! -Да. -Надо жить. Жить. Серия 12 -Лиля. Как это называется? Где и с кем? -Прекрати ревновать. Я была в больнице. -В больнице? -Наш артист Герман Арефьев пытался покончить с собой. Пока вызвали скорую, пока его откачали, пока других артистов в себя после шока привели. -Конечно, у вас же в театре у всех тонкая душевная организация. Или как это? Подвижная психика. Кажется, так. -Именно в театре. Люди, проживающие разные судьбы, более остро чувствуют боль и любят. Тебе этого не понять. -Не понять. Очень даже понять. Я люблю тебя, я схожу с ума от тебя. 10 лет назад ты была красавица, а сейчас ты просто богиня. -Ты опять, Камышев! -Я не могу так больше, Лиля! Мы живем под одной крышей! Я твой муж! Мне даже смешно кому-то сказать, что я не могу к тебе прикоснуться. -Так найди себе кого-нибудь и будь счастлив. -Значит, не сможешь меня простить. -Я устала, пойду спать. -Герман Арефьев. Кто это? СТУК В ДВЕРЬ -Да-да, войдите. Я вам перезвоню. Пожалуйста, проходите. -Да... Я, собственно, по поводу позавчерашнего скандала в театре, ну и всей этой ругани с Германом. В общем... Нервы сдали, я наговорил актеру черт-те чего, и в результате... Не премьера, а кошмар, просто тихий ужас. Ну и пресса тоже молодцы. Провал, провал, замена актера. В общем, ну дурак! Каюсь, я не прав. Не прав. -Аркадий Петрович, ваше признание - это, конечно, поступок, но я тут при чем? Это надо актеру сказать. -Голубушка. -Что? -Второй день он не подходит к телефону. А зная его характер, он может подать заявление об уходе. -Ну а я... Какую роль в этой мизансцене вы предоставляете мне? -Голубушка, Лилия Михайловна, вы бы... ну, навестили его, пригласили бы в театр, а здесь я уже при всех покаюсь. Вот. Ну вы ведь понимаете. Такого актера упускать нельзя. -Да... -Сами видите, играть некому. Ради театра. Прошу вас. -Вот что только не сделаешь ради любимого театра. -Спасибо. Спасибо вам. -Ну все, идите. -Да... Я пошел. Спасибо. Да. -Ой! -Здравствуйте. -Вы откуда, ангел? С небес, что ли? -Просто меня ваша соседка впустила. Как же вы кашляете. Может, врача? -А что, навещать больных - это ваша общественная нагрузка? Я же не состою в профкоме, месткоме и во всяком прочем таком, нет. -Вы ели сегодня? -Зачем? Зачем вы меня собираетесь спасать, ангел мой? -Потому что работа такая у ангелов - спасать людей. Вот, пожалуйста, витамины. -Боже, это мне? Это мне! Ой! Откуда? Боже, откуда? Вы, наверное, специально в Москву мотались, чтобы... -Где у вас кухня? -Зачем ангелу кухня? -Сама найду. -Даже суп из топора и то получился. Ну просто ангел. У меня же в холодильнике ничего, кроме спичек и соли. -Да. Я жила в студенческом общежитии. Вы еще добавку хотите? -Да! -Ну а почему не спрашиваете, как прошла премьера? -Ну и как прошла премьера? Надеюсь, не провалились. -Честно говоря, на троечку, не больше. Ваша замена Нержин был очень вял и неубедителен. Приезжали из Москвы, из министерства, и было местное руководство. Все ожидали чего-то большего. -Но... -Но... Кстати. Вот вам почитать на досуге. Все газеты очень ругают Аркадия. Читайте. -Ура! Ура! -Мы ждем вас. -А вы... Вы меня ждете? -Я, пожалуй, пойду. -Нет. Но почему? -Вы окончательно ожили. -Подождите. Пожалуйста, прошу вас. Пожалуйста, не уходите. Я обещаю, что не буду больше приставать к вам, не буду ерничать и хамить. Прошу вас, останьтесь. -Хорошо, я останусь. Но ненадолго. Но зачем вы так смотрите? Вы же обещали. -"Пускай... ты выпита другим, Но мне осталось, мне осталось... Твоих волос стеклянный дым И глаз осенняя усталость". Посмотрите на меня. -Что вы делаете? -А я попробую. На память. "Твоих волос стеклянный дым, И глаз осенняя усталость". -"Обманите меня... но совсем, навсегда, Чтоб не думать зачем, чтоб не помнить когда... Чтоб поверить обману свободно, без дум, Чтоб за кем-то идти в темноте наобум... И не знать, кто пришел, кто глаза завязал, Кто ведет лабиринтом неведомых зал, Чье дыхание порою горит на щеке, Кто сжимает мне руку так крепко в руке. А очнувшись, увидеть лишь ночь и туман... Обманите и сами поверьте в обман". Боже мой! Красота какая! Бабочки осенью. Ты куда? НАПЕВАЕТ СТУК В ДВЕРЬ -Да-да. Лилия Михайловна, это вы? Заходите. -Ну и где вы откопали этих несчастных бабочек? -В Африке. Имею обыкновение на выходные куда-то улетать. Вот и следующий раз я хотел бы... -А вот следующий раз, пожалуйста, только не привозите ни змей, ни крокодилов - вообще никакой живности. -Вы меня не поняли, Лилия Михайловна. Следующий раз я хотел бы пригласить вас отзавтракать со мной в Сочи. Но в Сочи не было билетов, были только в Киев. Я подумал, что Киев тоже очень неплохой город, и вот. Прошу вас. -Вы что, вы серьезно? Вы правда купили билеты в Киев? Да вы с ума сошли! -Лиля. Завтра... РАДИО: Актеров, занятых в репетиции "Слуга двух господ", прошу приготовиться. -Вот, вас зовут. -Да. Лилечка... "Завтра - я не различаю, Жизнь - запутанность и сложность! Но сегодня, умоляю, Не шепчи про осторожность". Товарищ Фет Афанасий Афанасьевич абсолютно прав. Соглашайтесь. Это займет всего полдня. Ну а потом я перед вами нахожусь в неоплатном долгу. Вы спасли мне жизнь. -Хоть я и не выезжала из города лет 10, я все равно не соглашусь. РАДИО: Арефьев, Герман Арефьев, прошу на сцену. -Подождите. Лиля, я вас умоляю. Я на коленях... -Прекратите. Пожалуйста, встаньте. -Я не пойду на сцену, если не скажете "да". -Герман. -Говорите "да". -Ну пожалуйста. -Да, да. РАДИО: Арефьев, мы вас ждем. -Ну прекратите. -Я иду, иду, а ты говоришь мне "да". -Идите. -Завтра в 8:30 в аэропорту. -Киев... -Ты посмотри, какая красота. Ведь это София Киевская, замечательная, знаменитая. Увидишь один раз - не забудешь никогда. А там Михайловский собор. Видишь, голубые купола. Потрясающе. А вот это памятник Богдану Хмельницкому. Видишь какой. А в кино Богдана Хмельницкого играл великий Мордвинов. -А-а, да-да. -Вот так играл. -Кстати, у них есть что-то общее. -Мамаша. -О господи! -Извините ради бога. Где вы брали киевский торт? -А вон там магазин за углом. -Простите. А вы не продадите его? -Да что вы? -Вот так надо. -Не-не, я такую очередь выстояла. -Жалко. -Жалко, ну что поделаешь. -А-а, успею. Оп! -Что это? Зачем? -Это киевский торт. Это самая большая достопримечательность города, тебе понравится. Держи. Пища богов. Амброзия, нектар вкупе. Попробуй. -Не хочу. А мы уже перешли на "ты"? -А разве нет? Ух ты! -Что? -Смотри. Сейчас ливанет. -Гроза будет. Ну что, побежали? Ой. -Торт береги. Береги торт. Дождик, дождик посильней, Разгони моих гусей. Все! Теперь нам не страшен дождик. Дождь, дождь гуще! Знаешь? -Знаю. -Повторяй за мной. Дам тебе я гущи! ХОРОМ: А потом хоть целый день поливай. -"Под ракитой, обвитый плющом, От ненастья защиты мы ищем. ХОРОМ: Наши плечи покрыты плащом... -Круг тебя мои руки обвиты. Я ошибся, кусты этих чащ Не плющом перевиты, а хмелем. Ну так лучше давай..." Этот лай... -Что вы делаете? -"...В ширину под собой постелим". Замерзла? -Браво! -Здрасте. Спасибо. -Ну вот и приехали. Ваш дом. -Н-да, вижу. Быстро. -Да. -Жаль. -Не надо. -Н-да... Что если... Оставайся у меня ночевать сегодня. -Спасибо вам за прекрасный день... -Мы опять на "вы". -Я даже забыла, что может быть так хорошо. Но, Герман... Между нами ничего не будет. -Посмотрим. Ну тогда это вам. -Нет-нет, не надо. Как я объясню? -Ну да, понимаю. Ну ладно. -Спокойной ночи. -Спокойной ночи. -Добрый вечер. Как приятно вас видеть вот так, не на сцене. -Спасибо. -А что это вы с тортом? -Торт... А не хотите ли? -Ой, ну как-то мне неудобно. -Почему неудобно? Берите, свежий, только что из Киева. -Правда? -Держите. ЛАЙ СОБАКИ -Она не кусается. -А ты не кусайся. -До свидания. -Пока. -Ой, спасибо тебе. -Так. Ну вот. Давай, мы тебя ждем. -Мама, подожди. Скажи мне, могу я еще нравиться мужчинам? -Да что же это? Ты влюбилась? -Не знаю. -А как же Камышев? Мне кажется, он по-настоящему любит тебя, очень любит. -Зато я его не выношу. После его обмана, моих нервных срывов... -Зачем же тогда ты живешь с ним? -До недавнего времени я жила с ним, потому что мне было все равно. Так, по инерции, ну как папа с Маргаритой. Страшно подумать, десять лет. Куда они ушли, зачем? -Ну и кто он? -Он... талантливый и тоже очень одинокий. Он актер. Он блистал в Москве на сцене театра, в кино. Знаешь, мне с ним очень легко. Иногда он как ребенок, иногда как мужчина. Это совсем новое чувство для меня. Иногда жалость, иногда любовь, интерес - все смешалось. Мама. Что мне делать? -Время покажет. Время покажет, Лилюш. -Смирно! Равнение на юбиляра. Товарищ комендант дома с лилиями, взвод юношески-пенсионного возраста выстроен в честь вашего юбилея! Гип-гип! ХОРОМ: Ура, ура, ура! -Вольно. Садитесь, товарищи. -Есть! ПАРОДИРУЕТ БРЕЖНЕВА: Дорогой Миха, читали, знаем. Рассказывай. -Ну что рассказывать? Вот орден Октябрьской революции. В Кремле сам Брежнев вручал. Кирюшка, на, прочти. -"За выдающиеся заслуги в построении социализма и строительстве коммунизма". -Во! -Ура! -Деда, а когда ты уже коммунизм построишь? -Знаешь, внучка, всякому овощу свое время. -Михаил Иванович, позвольте как единственному зятю. -Давай, Родион. Ну что? -Так, батя, я тезисно. Твой сын пролетел тысячу километров, чтобы выпить за твое здоровье и за твои следующие 60. Будь, батя. -Спасибо, сын. -Поздравляю, Миша. -Кирюшка. -Михаил Иванович. -Родька. -Давай, Миха. -Дочь. -Поздравляю, папа. -Спасибо. -Давай салатик. -Моего любимого. -Колбаска. -Спасибо, Родя. -А котлетки давайте я... ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА -Ну, а теперь можно и выпить. -А я с утра ни капли в рот не брал. -Михаил Иванович, думаю на сегодняшний вечер хватит. -Алло, дом Говоровых. Да, конечно, минутку. Лилюш, тебя из театра. -Спасибо. Алло. -Ангел, это ты? -Сейчас, подождите, вас не слышно. Герман, откуда у вас этот телефон, зачем вы сюда звоните? -Я люблю вас. Я не могу без тебя, а я брошенный, я забытый, я никому не нужный провинциальный артист. В России самые лучшие артисты были в провинции, но я здесь... ...погибну, я уже умираю. -Герман, ты что, пьешь? -Я вас люблю. Что делать? Виноват. "Я в 50 так глупо сердцем молод, Что каждый ваш случайный беглый взгляд Меня, порой, приводит в жар и холод, И в этом вы должны меня простить, Тем более что запретить любить Не может власть на свете никакая". -Пусть проваливает к чертовой матери твой театр. Ты слышала пожелания своего отца? Он очень хочет внучку или внука. -Ты мне противен. -Я хватил лишнего. Я устал один, я хочу тебя, я люблю тебя. -Прекрати. Отпусти. -В этом доме можно хоть с кем-то выпить? -Отпусти меня. -Ты чего? -Тихо. Родственничек, ты это, между мужем и женой не встревай, дай поговорить. -Нет-нет. -Успокойся. -Да отпусти ты! Выискался родственничек. -Отвали, ты же пьяный. -Да, я пьян! А ты спроси, отчего я пьян, у своей сестры, она расскажет. -Лилька. -Котик. -Так-так, ну-ну. Ну перестань. Все. -Если бы ты только знал... Если бы ты все знал. -Подожди. Что все? Расскажи. -Нет, нет... Я сейчас должна уйти, а ты скажи, что я пошла в свою комнату. Ладно? Коть, ну пожалуйста. -Угу. Да давай. Иди. -Спасибо тебе. -Н-да. -Вот так... -Это я? -Да, ты. -Что? -Ой, я идиот. -Что такое? -Родинка не там. Невнимательный. Вот. Вот теперь ты. -Да. -А почему ты мокрая? -Так на улице ливень. Ты что, не заметил? -Нет. Ты пришла ко мне? -В жизни я любила двух мужчин. Они обманули, предали меня. Каждый по-своему, но оба раза было очень больно. Герман, ты пойми, третий раз я могу это просто не пережить. -Я не позволю. Лиля... Лиля... Спасибо. СТУК В ДВЕРЬ -Римма, вы что, не слышите, что стучат?! СТУК В ДВЕРЬ Иду. Полшестого утра... Кого принесло? СТУК В ДВЕРЬ Иду-иду! -Сюрприз! Привет, папка! -Привет. Слушай, подожди, ты какими судьбами? С матерью что-то? -Нет. Мамка кланяться велела. У нее всё хорошо. Я к тебе жить приехала. -Чего? -Чего-чего... Жить, говорю, приехала. Ничего себе... Какая зала огромная. Прямо как у нас в школе спортзал! -Слушай... Подожди. Ты объясни. А как со школой? -Ну, восьмилетку я же окончила. А в девятый класс можно в соседнюю школу ходить. Очень надо, знаешь ли, 5 км туда, 5 км обратно... Автобус всё время ломается. Я за месяц ботинки все разбила. А ты чего приуныл, папа? Тебе же лучше. Деньги присылать не надо. Можешь мне сразу в руки давать. -М-да... Вся в мать. Характер такой же бедовый... Есть хочешь? -Нет. Я поспала бы. -Вон диван. Пару часов покемарь, пока все проснутся. А там разберемся. Сейчас плед принесу. -Хорошо. ОТКРЫВАЕТСЯ ДВЕРЬ -И приплыла к нему золотая рыбка. Хвостиком махнула и спросила: "Что же тебе надобно, старче?" - "Я хочу, чтобы Лиля была всегда по отношению ко мне очень внимательна и всегда меня любила". СТУК В ДВЕРЬ -Да-да, войдите. Что это? -И приплыла к ней золотая рыбка и спросила: "А что тебе надобно, красавица?" Вот что тебе надобно, красавица? Это чтобы ты всё время помнила обо мне, не забывала обо мне. Кстати сказать, его тоже зовут Герман. -Герман. -Да, познакомьтесь. -Привет, Герман. Герман. Подожди, подожди, пожалуйста. Понимаешь... То, что произошло между нами... Для меня это совершенно несвойственно. Можно даже сказать, что дико. Понимаешь... В моей жизни был только один мужчина - мой муж. -Но ты же его не любишь. -Нет. Но когда-то любила. -А со мной... Что ты со мной испытала? Тебе же было хорошо? -Я словно проснулась после долгого сна. Как будто мир вокруг стал другим. -И у меня. И у меня то же. Я как будто заново родился. Я жить хочу, я хочу творить, я хочу безумствовать, я играть хочу, я... Ты знаешь, я... Я принесу тебе новую пьесу. Автор замечательный. Ты его не знаешь. Фамилия его - Морозов. Пьеса замечательная. -А я знала когда-то одного Морозова Сергея. Он жил у нас по соседству. -А этого тоже зовут Сергей. Вот так. -Тоже? -Что не рожа, то Сережа... Лиля, я скучал без тебя. -Здесь же нельзя. К тому же мне надо бежать в управление культуры. Проводи меня, пожалуйста, до машины. Ладно? -Конечно. -Ну пойдем. Кстати... Герман, не скучай тут без меня, ладно? Я скоро. -Ну, загадала желание золотой рыбке Герману? -Да. -Когда исполнится? -Не знаю. Она не сказала. -Здравствуйте. -Здрасте. -Здравствуйте. -Хорошо бы и сегодня. -Я надеюсь, что скоро. -Да? -Да. -Я буду ждать и буду надеяться. Потому что надеждой жив человек, да? -Герман... Не надо. Нас могут увидеть. -Я буду ждать. НАПЕВАЕТ О! Серега! -А что у тебя с ней? -Что? А тебе что за дело? А может, я в нее влюблен? -А как же муж? Она же замужем. -Ну, муж... Ну есть у нее какой-то муж... Комсомолец, но мы ему ничего не скажем. А ну-ка, пусти. Морозов, пусти, я сказал! Да пусти! Охренел, что ли, совсем? Морозов... Погоди, погоди, погоди... Погоди-ка, ну-ка... Так что, это ты - тот самый Морозов? Ты тот, о котором она мне говорила? Это ты?! -Правда? И что говорила? -Ничего. Она говорила, что ты просто ее сосед. А ты... -Сосед? -Да. -И что, у тебя с ней серьезно? Или так, очередная интрижка? -Слушай, Сережа... Если бы не Лиля, меня давным-давно уже не было бы. Подох бы. Как бы то ни было... Лиля - завлит нашего театра, так что, считай, что тебя, Серж Морозов, в нашем театре уже поставили. -Знаешь, старик, я передумал здесь пьесу ставить. Ты Лиле не говори, что это я был. Ее сосед. Ладно, бывай. А рукопись мою можешь выбросить. -Сережа... Серега! -Ой, извини, пожалуйста. -Чем обязаны? -Просто в этой комнате раньше жила моя мама. -Понятно. Дежурные хоромы для бедных родственников. Тоже папа, наверное, приютил? -Что? -Это он из-за вас свой дом назвал домом с лилиями? -Свой? Чтобы ты знала, этот дом был назван так еще задолго до меня. Катя, ты так разговариваешь со мной, как будто я в чем-то виновата перед тобой. -А скажете, нет? Папка из-за вас мамку бросил. Мы бы сейчас в этом доме жили. И ваша Римма нам прислуживала бы. -Я понимаю. Ты обижена, ты злишься. Но ты просто многого не знаешь. -Лилия Михайловна, подождите, вы что, обиделись? Я же деревенская: я обхождения не знаю. Чё думаю, то и ляпаю. Вы не говорите, пожалуйста, папе, а то он меня обратно выгонит. Или вообще денег не даст. -Ладно, можешь быть спокойна. Ты кино увлекаешься? -А, да! Я просто обожаю киноактеров. Я даже в одного недавно влюбилась. -Влюбилась? -Да. И он мне теперь ночами снится. Представляете? -Катерина... Секретничаете? Держи. Может, со мной поделитесь, о чем? -Да так... О своем, о девичьем. -А я еще его фотографию из "Советского экрана" вырезала. Вот. Герман Арефьев. Красивый, да? -Арефьев. Арефьев... Лиля, по-моему, он у вас в театре работает? -Да. Да. -Кто из театра? Герман Арефьев? -Да, Герман Арефьев. -Он в вашем театре работает? -Да, в нашем театре. -Лилия Михайловна, я вас умоляю: познакомьте меня с ним, это мечта всей моей жизни! Хотите, я на колени встану? -Смешная ты, Екатерина. Конечно, она тебя познакомит. Тебе же не трудно? -Нет, конечно, не трудно. -Спасибо! -Ну всё... -Пойдем. -Пойдем, да. -Ой, ну неужели я его сейчас увижу? -Если он в театре, конечно увидишь. -А что же я ему скажу? -Ну ты же что-то хотела ему сказать. Пойдем. -"Лай-ла, плечи смотрят на юг..." Поворот. "Плечик раз, плечик два - Вот и талия видна". -Люсик... -Да? -Слышишь? Мне кажется, плечи надо делать поуже, а то очень как-то... -Доверьтесь моему вкусу. Снимаем. -Мужчины, можно вас побеспокоить? Здравствуйте. -Лилия Михайловна, вы как всегда элегантность и стиль. У меня есть духи французские, 45 рэ для вас. -А у меня есть, спасибо. Катюша... Катюша, ну что ты там стоишь? Проходи. -Катя... Боже, какое прелестное, приятное создание. -Это наш художник по костюмам. Со странным именем Люсик. Это ваша давняя поклонница. -О... -Она пришла взять автограф. Можно? -Здравствуйте... ...Екатерина. Какое у вас прекрасное имя! Как у нашего бывшего министра Фурцевой. Только вы лучше. Ну что вы так внимательно смотрите на меня? -Ты что? -Что? -Я просто подумала, что вы и теперь такой же... -Катя... -Значит, такой я вам не нравлюсь? -Да нет-нет-нет, вы мне очень нравитесь. Но просто... В молодости как-то больше... -Катя, ну что ты говоришь? -Лилечка, вот так вот... Sic transit gloria mundi. -Чего? -"Вот так проходит слава мира". -А... -Да. А вот, пожалуйста... Вот еще моложе. -А вы знаете, здесь вы мне еще больше нравитесь, чем тут. -Я клянусь вам, что я не буду обижаться, если вы будете любить меня с фотографии. Прошу. -Да... Катерина-Катерина... -Екатерине от молодого Германа. Герман Арефьев. Серия 13 -"Екатерине от молодого Германа. Герман Арефьев". -Ну что, теперь ты довольна? -А можно я еще поцелую вас? -Катя, пойдем, не будем отвлекать Германа. Спасибо. -До свиданья. -До свиданья. -Всё, пойдем, пойдем. -Да... Вот так-то. -Девчонки, а Герман Арефьев уже вышел? -Ты чё? Он сегодня не играет. Сегодня мой Нежин в составе. Скажи, лапочка? -Вот еще, Герман самый красивый. -Ну и дуй к нему. -Куда? -Во дает... Твой Арефьев на соседней улице живет, в сером доме с круглым окном, вход со двора. Такие вещи надо знать. -Пам-парам, пам-пам... -Прекрати, ну что ты делаешь? Катя? А кто такая Катя? -Кати не помню. -Ну прекрати, нас могут увидеть. -Пусть видят, пусть все знают, что я тебя люблю. А теперь ты говори. -Я тебя люблю. -Тогда заходи. -Лиля... К чему они, к чему они, страданья? Бессонница - награда мне за них. А между тем, как зверь, попавший в сети, я тщетно злюсь... ...на крепость уст твоих. -Ты сегодня в каком-то меланхолическом настроении. -Угу. Да. В меланхолическом, да. Переезжай ко мне, а? -Как - переезжать? -Ну вот так, сюда. Я понимаю, что я не могу дать тебе материального достатка, не могу ни копить, ни собирать, ничего, достать ничего не умею. Вот эта квартира и комната - это всё, что у меня есть. Но, если ты скажешь "да", я сделаю невозможное, я наизнанку вывернусь. А если и наизнанку не удастся... ...сберкассу ограблю. -Ну ты же знаешь, у меня есть дочь. Кирочка. -А я очень люблю детей. Я очень люблю девочек. И хочу, чтобы у нас тоже дочка была. Девочка. И назовем ее Ариша. М? -Ариша... -Ну? Лилька, Лиля, согласна, а? -Ну, пришла? Где ты шаталась, Катерина? Ты давай фамилию мою не позорь. Это из матери ты веревки вить могла, а со мной это у тебя не пройдет. Я тебя воспитаю. -Ты свою жену воспитывай. -Ты Лильку не трожь. -Хорошо, папочка, не буду, пусть ее актер трогает, причем за все места. Герман Арефьев. Мамка лучше готовила. -Повтори, что сказала, мерзавка. -Видела я их. Целовались, потом он ее в квартиру потащил. Может, тебе адресок написать? Что ты на меня смотришь? Гулящая твоя Лилька, курва. Думаешь, я не знаю, что вы в разных комнатах спите? Я еще с первого дня заметила, что она дома не ночевала. Ты ее дальше золотом осыпай, сберкнижки дари, машины. Этот дом на нее запиши, с тебя станется! -Дура ты, как и мать твоя дура. Всё сберкнижками меряете... Если на то пошло, здесь всё Лилии Михайловны. -Как? То есть ты нас из-за этого дома бросил? -Да при чем здесь этот дом проклятый? Я люблю ее, понимаешь? Люблю. -Ну люби-люби... -Стой, Катерина. Стой. Ну скажи, что соврала про этого актеришку. -Наивный ты, папка. -Черт... Десять негритят пошли купаться в море. Десять негритят резвились на просторе. Один из них утоп, Купили ему гроб, И вот вам результат - Девять негритят. Девять негритят резвились на просторе. Девять негритят пошли купаться в море... Один из них утоп, Ему купили гроб, И вот он, результат, - Трое негритят. Трое негритят пошли купаться в море. -Ну всё, пока. Я пошла. -Не уходи, останься. -Так, отойди. Отойди, я задавлю. -Нет, нет... -Отойди, говорю. -Чего сидишь? В школу не опоздаешь? -Да хочу посмотреть, как ты со своей разъяснительную беседу проводить будешь. У нас в деревне за такое бьют - кто скалкой, кто коромыслом, кто топором. -Вон. Еще раз школу прогуляешь, коромыслом и скалкой получишь. Вон отсюда. -Доброе утро. -Доброе утро. -Спасибо. -Как вчера спектакль прошел? Поздно вернулась? -Родион... -Да? -Только отнесись к этому как-то поспокойнее, ладно? Я ухожу от тебя. Я встретила другого человека, и я люблю его. Я не хочу врать, так что давай разойдемся как-то тихо, мирно, как два интеллигентных человека. -Ты представляешь, пересолил. Есть невозможно. -Родион, ты слышал, что я сказала? -Я прошу вас, не беспокойтесь, концерт обязательно состоится. Да, дети репетируют и очень волнуются. Заходи. Ну конечно, вы можете прийти с бабушками и с дедушками, актовый зал большой, все поместятся. Благодарю вас, до свидания. Ой, Лилька, с этим директорством на меня столько свалилось, что голова кругом. -Директор ты моя любимая... -Я упаду сейчас. Что? -Мамочка... -Ну что случилось у тебя? -Я начинаю новую жизнь. Забираю Кирюшку и переезжаю к Герману. Только, пожалуйста, не отговаривай меня. Я хочу быть счастливой вместе с дочкой и любимым человеком, понимаешь? -Понимаю. Ой, ты у меня прям вся светишься. Но, знаешь, артисты - такие ненадежные люди. Сегодня любит, завтра тоже любит, но уже другую. Ты в нем уверена? -Мам, ну нельзя же всё заранее рассчитать. Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть. Представляешь, даже Камышев нормально отнесся к этой новости. -Ой, Лилька, Лилька... Лилька, Лилька... -Мам, ты куда? -Да у меня тут где-то валидол был. -Тогда давай и мне. -Тебе он потом пригодится. -Герман... Арефьев. -"Признаю, что оказывал гражданину Арефьеву Г.А... ...интимные услуги". Написал? Дальше. "Третьего октября сего года... ...после ресторана мы поехали на квартиру Арефьева, там выпили коньяка, после чего... ...надо мной был совершен акт мужеложества". -Я отказываюсь писать, это гадость и ложь. -Ты опять демагогию разводишь? Может, тебе еще по почкам или в камеру к взрослым волосатым дядям? -Не надо. Товарищ следователь... Товарищ следователь, как я жить после этого буду? -Ты пиши, не думай. -Я не могу... -Пиши и не думай. -Я не могу, я не могу это писать. А-а! -Хочешь, чтобы мы тебя за фарцу посадили? А журнал "Плейбой"? Это порнография. Статью и срок озвучить? Я устал от тебя. Взял ручку и написал. Мой гражданский долг - сообщить о развратных действиях Арефьева. РЫДАЕТ Ну вот. -Давай заходи уже. -Пусти, сволочь. Сволочи, сволочи... Больно. -Добрый день, Людмила Михайловна. Здравствуйте. -А я к тебе. -Аркаша, а что происходит? У нас траур? -Да, почти траур. А ну, отойдем. -Что такое? -Германа забрали прямо с утренней репетиции. -Как - забрали? Кто? Куда? -А как у нас забирают? Пришли трое мужичков, тыкнули красные книжечки в морду и увели нашу звезду под белые рученьки. Он даже пикнуть не успел. Я даже не успел рассмотреть, они из милиции или из комитета. -Из какого еще комитета? -Ты серьезно? Ну ты даешь... У нас только один комитет глубокого бурения - КГБ. Ты что? Дыши, дыши, у тебя такое бывает. Дышим, успокаиваемся, главное, дышать. Сейчас пройдет. На, глотни. Глотни, глотни. И я, и я... Дыши, дыши, сейчас всё пройдет, спокойно. Ну вот. Успокоилась? Ну вот и отлично. Я думал, ты сейчас в обморок упадешь. Ну еханый бабай! Ну что он натворил? Может, валюта? А может, фарцевал? Слушай, у него фирма водилась. -Да какая фарца, какая фирма? У него в квартире обои ободранные. -Ну не диссиде... не диссидент же Герка! Треп на кухне - это ерунда. Послушай, вот я о чем. У тебя муж не последняя шишка, ты не могла бы попросить его слово замолвить, узнать, что и как? Жалко Герку-дурака. К тому же на театре пятно. Понимаешь, о чем я говорю? Черт... Два часа - и пачки нет. У тебя нет сигарет? Нету. Ладно... -Простите. -Вот сволочи... Открой, открой... Люсик сволочь, следователь сволочь... Бред какой-то, бред, бред, бред! И еще не конец... -А что это у моей женушки дверь не заперта? Неужели готова исполнить супружеский долг? -Что? Не трогай меня. -Извини, извини. -Объясни, что происходит? -Это я с радостью. Посадят твоего любовничка по 121-й УК РСФСР на 5 лет. И статья такая, знаешь... ...просто... мужеложество. -Что? -Да. Ты, оказывается, не знала. Оказывается, твой любовничек не брезговал и мужчинами. -Мерзость какая... Я не верю. -Вот, дружок его сдал, Люсик. Это копия показаний. Читай, читай. Узнай, на кого ты меня променяла. -Ты мерзавец, это ты всё подстроил! -Что ж ты хотела, женушка? Я же на тебя молился, боготворил... -Сядь! Ты решил мне отомстить, да? -Потому что я люблю тебя. У меня всё разрывается внутри, понимаешь? -Вон отсюда. -Скажи, чем он лучше меня? -Не трогай меня! -Ладушка! Лада! -Всё... Всё, Герман, конец, Арефьев. За что? За что?! Сволочи. За что, сволочи? За что, сволочи? Откройте! Открой, сволочь! Открой дверь. -Заткнись, педрила-мученик, а то без последних зубов останешься. Ненавижу вас, голубцов. -Всё, конец. Всё, Арефьев, после такого не поднимаются. -Чаю не хотите, Лилия Михайловна? Я всю ночь, вы знаете, не спал. -Не хочу я вашего чаю. -А напрасно, чай хороший, байховый. Кстати, ваш муж знает, что вы здесь? -Зачем? Вы же сами ему позвоните и обо всем доложите. Только имейте в виду, кроме мужа у меня есть еще и отец. Если я позвоню ему, то вам несдобровать. -Лилия Михайловна, ну зачем так нервничать? Не хотите чаю - не надо. -Да как тут не нервничать? Герман ни в чем не виноват, а вы держите его здесь. Отпустите его. -К сожалению, это невозможно. Заведено уголовное дело, есть пострадавшая сторона. -С Люсиком я сама обо всем поговорю. Я уверена, он заберет свои дурацкие показания. Разрешите мне увидеться с Арефьевым. Понимаете, Герман, он... очень впечатлительный, ранимый человек, мне надо к нему, просто поддержать, утешить его, понимаете? -Погода сегодня отвратная, вы не находите? Гидрометцентр обещал еще два солнечных денечка, ан нет. -Вот, пожалуйста, разрешите нам увидеться. -Уберите это со стола. Ждите меня здесь. -Товарищ следователь! -Твою мать! А ты куда смотрел? Ты зачем здесь стоишь? -Да я каждые полчаса заглядывал, он нормальный был, спокойный, бормотал что-то, в углу сидел. Он, кажется, еще жив. -Давай, я держу его, а ты давай в лазарет за подмогой! -Ну что? -Он только что пытался покончить с собой, но, слава богу, откачали. Черт знает этого Арефьева... Кто знал, что он такое вытворит? -Он уже однажды пытался покончить с собой. Отпустите его, пожалуйста. Ну вы же знаете, что он не виноват! -Не могу я, Лилия Михайловна, неужели вы не понимаете? Не могу. -Аркаша, ты Люсика не видел? -Не знаю, кажется, он у Германа в гримерке. Кто-то прилично его отделал. Лиля, слушай... -Что? -Так что муж сказал, поможет с Герой? -Лилия Михайловна, зрителей видели? Полный зал, а это, на минуточку, утренний спектакль. Полетел, полетел к аплодисментам и славе. -Люсик, вы должны забрать свой грязный донос из милиции. -Откуда вы знаете? -Это не важно, откуда я знаю, поехали прямо сейчас. -Нет, я никуда не поеду. Мне уже хватило один раз в милиции. Это там мне свинью подарили. Нравится? -Мне очень жаль, но из-за вашего пасквиля Герман пытался повеситься в камере. -Я не хотел этого. -Вот поэтому вы должны поехать и сказать всю правду о том, что между вами ничего не было и быть не могло, что вас заставили написать эту грязную бумагу под давлением. -Я сказал, не поеду я никуда. -Люсик, ну я прошу тебя, я умоляю тебя, ну пожалуйста... -Я никуда не поеду, да послушай ты! Я никуда не поеду! Это правда, слышала? От начала и до конца! Это правда! И давай закончим на этом... -Лжец и слабак. -Пусть так. Вот как вы все? Да, Лилечка, я слабак. Люсик лжец, зато Люсик свободен! А Герка со мной или без меня, но все равно будет в тюрьме, потому что его хотят засадить. Потому что он кому-то зачем-то насолил. -Значит так, ты сейчас идешь в отдел кадров и забираешь свою трудовую. Ты здесь больше не работаешь. -А кто это решил? -Я. Ты в этом сомневаешься? -Стерва! -Герман... Герман, как же я виновата перед тобой. Всё из-за меня. Ладно, была не была... -Мужик, мужик! Ой, девушка, здравствуйте, до вокзала не подбросите? -Нет, извините, я человека жду. -Понятно. -Дядя Мирон, спасибо вам, что вы приехали, выслушали. Помогите. -Лиля, тут такая штука... Дело этого Арефьева проходит по другому ведомству, по МВД. -А какая разница? Ну вы же генерал. -Да. КГБ. У милиции есть свой генерал, и мы с ним, как бы это помягче сказать, не ладим. Вряд ли он захочет мне помочь. -Но что же делать? Его спасать надо. -Позвони отцу. Мне кажется, ему проще будет это сделать. -Как бы это помягче сказать?.. Мы с ним тоже не ладим последние 10 лет. -Значит, Лилюш, тут я тебе не помощник. Увидишь отца - привет передавай. А мне пора. ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА -Говоров. -Пап, это ты? -Да, да, дочуня. Ангина у меня просто, ангина. -Вот теперь я узнала родной голос. -Лиля, что случилось? -А с чего ты взял, что что-то случилось? -Ты мне первый раз позвонила. Столько лет... С тех пор как у родильного дома меня предателем назвала. Я и не думал, что ты знаешь этот номер. -Пап, можно я приеду? Алло! Алло, пап, тебя не слышно. -Жду. Жду. Это Говоров. Да я это, я! Охрип просто. Мне бы что-нибудь вкусненького на двоих. Ну... мяса, рыбы, на ваше усмотрение. Фрукты обязательно. Бутылку хорошего вина. Ну куда-куда! Домой ко мне, конечно. Гостью дорогую жду. Дочку. ЗВОНОК В ДВЕРЬ -Скажи, что это неправда. -Что неправда, Рита? -Ты что, не знаешь ничего? -Что я должен знать? -Котя... -Что? -Андрей Маликов позвонил. Он тоже в эскадрилье этих боевых самолетов с нашим Котей в Бешаре слу... служил. -Рита, да подожди ты, не реви. -Не трогай меня. -Рита, подожди. Сядь. Ну что? -У Коти полет был... -Так... -На предельно низкой, малой этой высоте, и самолет не вернулся. -Как? Рита... -Скажи, что неправда. -Подожди, этого не может быть. Мне бы позвонили! Они вот... Они же мне должны сначала позвонить. Это неправда. -Миша... Не могу... -Рита, они мне не звонили, значит, врет этот твой Андрей. Говоров. -Котенька, мальчик мой... -Соедините меня с министерством обороны. -Солнечный, светлый мальчик... -Подожди, еще ничего не известно. -Лучше бы я умерла! -Рита! Да, жду! -Пап... -Что? Да-да, Константин Говоров. -Мама... -Ой, Лиля... -Лилечка, проходи. -Что случилось? -Погоди, Рита. -Что? -Ну не плачь. -Что-то с Котей? -Тихо! Да, я. Конечно. Слушаю. Так... так... Так... Понял. Министерство обороны выясняет причины. Они не сообщают, они не хотят... раньше времени... -Что? -Сукины дети. Котькин самолет разбился. -Ой, господи... -Как? Как? Не может быть. Не может быть. Только не с нашим Котей, пап. Не может быть. -Не может быть. -Это ты... ...ты во всем виноват. -Ритуль... -Мальчик из-за тебя не пожил. Он всю жизнь из дома рвался то на одну войну, то на другую. Из-за этой истории с Динарой он же не женился. Девочек так много было, но он же не верил никому! Внуков нет! Нет и не будет! Ты, ты во всем виноват! Господи... Как жить? -Рит, ну не надо так. Я люблю Котьку. Рит... -Любил. -Мама... -Ну хоть ты не один остался: дочь, внучка... А у меня никого нет. Ни одной родной души. -Мама, мама... Ну не надо, не говори так. -Видеть вас всех не могу. ВЕСЕЛАЯ ПЕСНЯ ПОЮТ: Блестят обложками журналы, На них с восторгом смотришь ты, Ты в журналах увидала Королеву красоты. -Девушка, идемте с нами. С нами весело. Идемте, не стесняйтесь. Ну как хотите. -О, жена пришла. А я думал, ты уже не вернешься. Всё убиваешься по своему актеришке, да? Актеришка... Жалко его, да? За 10 лет ты не проронила ни одной слезинки. А тут целое море. -Замолчи. Я была у папы. Котя... В общем... Его самолет разбился. Вот такой вот сегодня страшный день. -Лиля, прости меня. -Не надо. -Прости меня, ничего не знал. -Не трогай меня. -Лиля, прими мои искренние соболезнования. -Не трогай меня. -Я дурак! Осел на двух копытах! Я знаю, как вы с Котей были близки. -Я люблю его, я всегда его любить буду. -Да, ты, конечно, его любишь. Я знаю. Ты поплачь. Это, говорят, помогает. -Родя... -Господи... Как же давно ты меня так не называла. -Родя, Коте уже слезами не поможешь... ...но можно помочь Герману. -Опять двадцать пять. -Ну он тут ни при чем. Это же наши с тобой отношения. Ну помоги. Я тебя очень прошу. Я знаю, что ты можешь. Умоляю. -Допустим. Только у меня будет одно условие. -Понимаю. Я даже знаю какое. -Да за кого ты меня принимаешь? После того, что произошло? После Коти? Ты думаешь, я тебя затащу в постель? -Чего ты хочешь? Хватит мучить меня. -Лиля, я хочу только одного: чтобы у нас была нормальная семья - ты, я и Кира. Неужели... это много? -Хорошо. Я согласна. -Товарищ артист, как ваше горло? -Ну как... Саднит. Решили справиться о моем здоровье? -Ну а что... И это тоже. Герман Алексеевич, у нас есть к вам предложение. -Я что должен сказать? "От которого я не смогу отказаться"? Какое? -Смешно. Ваша статья предусматривает пять лет лишения свободы, вы это знаете. Есть другой вариант. Мы закрываем дело, и вы уезжаете. -Шутишь, что ли? Куда? -Ну куда вас всех так манит - к мнимой свободе. В загнивающий империализм, на Запад, дорогой товарищ. И всё, как говорится, гуд-бай. -Чего-то я... Чего-то я не понимаю вас. Серия 14 -Есть другой вариант. Мы закрываем дело, и вы уезжаете. -Шутишь, что ли? Куда? -Куда вас всех так манит - к мнимой свободе, в загнивающий империализм, на Запад, дорогой товарищ. -Что-то... Что-то я не понимаю вас. -Прямо сейчас пишешь отказ от гражданства СССР, и всё, как говорится, гуд-бай. Семьи у вас нет, родных - тоже, так что не вижу препятствий. Держите ручку. -Товарищ следователь, позвольте, я сам. Меня зовут Родион Камышев. -Ну вот... Наконец-то картина проясняется. А я всё не мог понять. Так это, значит, я вам дорогу перешел. -Уезжай. Это лучший выход для всех нас. Конечно, ты можешь выбрать тюрьму. И возможно, Лиля тебя дождется. Но целых пять лет... Подумай, что с тобой будет за эти годы. -Да не любит она тебя, точно я это знаю. -Сука! Лиля моя жена, остальное тебя не касается! -Всё! Всё, успокойтесь. -Из-за тебя я чуть ее не потерял! -Родион Петрович, успокойтесь, он сейчас всё напишет. Герман Алексеевич, прошу вас. Держите ручку, ну? Пишите! -Пиши. Я свое обещание выполнил. Но ты его больше не увидишь. Его выдворяют из Союза. Я просто хотел тебя укрыть. Ты так и будешь все время от меня шарахаться? -Куда вы меня везете? -Смотри-смотри, прощайся с родиной. В последний раз видишь. -Что? А-а! За что?! За что? Я же всё вам подписал. -Гнида ты продажная, это тебе последний подарочек от Родиона Камышева. -Суки... -Ты? -Да... Я всё еще тебя пугаю. -Нет, ты просто зашел неожиданно. -Лиль, я дал нам время. Я понимаю, что непросто всё начать сначала, но мы давно не были вместе. А он уехал, хотя мог остаться, отсидеть. Он же выбрал эмиграцию. Ты это слышишь? -Да, я слышу. Я сказала Римме перенести твои вещи ко мне в комнату. -Лилька! Лилька... -Выключи свет. -Я хочу видеть тебя всю. -Я прошу тебя, выключи свет. -Хорошо. Боже... Как же я мог прожить без тебя все эти десять лет... Уже проснулась? Доброе утро. -Доброе утро. Это что, мне? -Кофе в постель и... ...то, что ты любишь. "Киевский", настоящий. Ребята были на конференции, специально для нас привезли. Ты когда-нибудь пробовала? -Убери. -Что такое? Тебе плохо? СМЕЕТСЯ Осел. -К горлу подкатило. -К горлу!.. -Наверное, что-то съела просто. -Ага, съела. -Ты чего? -Котлетки серенькой мышки, как в прошлый раз. Я сначала подумал, что тебя от меня тошнит. А потом понял. -Что? -Ты же беременна. -Беременна? -А что ты так удивляешься? Когда-то мы это уже проходили. В общежитии. Отец, закурить не найдется? -"Примфилд" будешь? -Чего? -Ну "Прима" наша, советская. -Ну давай. -Тогда держи аппарат. Держи-держи. -Я вообще-то не курю, а тут припекло. -Спичек тоже нет? -Не курю. Почем макулатура-то? -Это, мил-человек, не макулатура. Это Ги де Мопассан, Бальзак, Чехов. Это, понимаешь, Моэм! Знаешь такого? -Гриша! Гриша! Быстрей! -Что? -Мопассана привезли. -Ну и что? -Как это "ну и что"? Давай! Давай схрон. -Он же всю макулатуру сожрет. -Это же Мопассан, Гриша! Люди, товарищи, я вот тут стояла, за этой женщиной, вот тут наша очередь. -Спокойно. -Беременность. Шесть-семь недель. Здравствуй, Герман. ГОЛОС ГЕРМАНА: Среди миров, в мерцании светил Одной Звезды я повторяю имя... Не потому, что я Ее любил, А потому, что я томлюсь с другими. И если мне сомненье тяжело, Я у Нее одной ищу ответа, Не потому, что от Нее светло, А потому, что с Ней не надо света. -Милый мой Герман... Кажется, будто ты вышел из дома и вот-вот должен вернуться. У меня для тебя одна новость. У нас с тобой будет ребенок. Наш ребенок, Аришка. Интересно, как бы ты отреагировал на эту новость, что бы сказал. -Ну что? -Что "ну что"? -Что ты решила? -Я оставляю ребенка. -Я почему-то так и думал. Игорь Васильевич, жду вашего звонка. -Хорошо. Договорились. -Вы сюда? -Проходите. -Товарищ Камышев, проходите. -Я? -Здравствуйте. -Извините. Здравствуйте. -А я вас знаю, Родион Петрович. Вот ваш мандат и карточка на проживание. Пожалуйста. -Спасибо. СТУК В ДВЕРЬ А, это ты? -Родь, давай к нам, в 311-й. Ром есть кубинский, ребята из Гаваны привезли. Посидим. Про свободную Кубу хорошо рассказывают. -Нет, знаешь, устал. Давай, старик, сегодня без меня. -Ты не прав. Я скажу честно: ты не прав. Первый день свободной жизни, без жен, без семьи, а ты... Что кислый такой? Давай собирайся. -Без меня. -Слушай... СТУК В ДВЕРЬ -Я же сказал, что не собираюсь отмечать день свободы с этим кубинским пойлом! СТУК В ДВЕРЬ Я что, неясно сказал, что я не пойду с вами никуда? Пошли вы! -Еще раз здравствуйте, Родион Петрович. -И вам здрасте. -Какой красивый у вас номер. Я войду? -Да. У меня не прибрано. Проходите. -Вы здесь один живете? -Вы же сами знаете, какой мне дали номер. Так вас Наталья зовут? -Наташа. -Наташа... -Коньяк армянский, три звездочки. Выпьем за нашу случайную встречу на комсомольской конференции. -Ну да. Если женщина просит... Пить за комсомол цинично, а за любовь - противно. -Так за что пить будем? -За вас, Наталья. -Я не собиралась сюда, но когда узнала, что здесь будете вы... Родион Петрович, вы мне давно нравитесь. -Не надо лишних слов. -А зачем свет выключать? -Посмотри! -Мамуля! -Папаша, забирайте дочку. -Можно я? -Проходи. -Это тебе. -Спасибо. -Я возьму?.. Девочку. Давайте ребенка мне. -Держите. -Какой-то нерешительный папаша. Парня, небось, заказывал? Ничего, в следующий раз постараешься. -Пошли? -Ну-ка... -Лилечка, родная, поздравляю тебя. -Сестрички, это вам. -Девочка моя, поздравляю. -Дай посмотреть. Какая она красивая! Пупсик. -Ух ты! -На кого похожа? -Мама, а как ее зовут? -Ее зовут Ариша. -Ариша... -Арина Родионовна Камышева. -Дай-ка мне подержать. -Нет, не дай бог, ты ее уронишь. Нет-нет, Родя, дайте мне... Дайте мне Аришеньку. -На меня похожа. -Красавица. -Ты возражаешь? -Зачем ты это делаешь? Ты не должен. -Я так хочу. -Мама! Мамочка, она такая маленькая, как пупсик. -Кира, ну что, поехали домой? -А что, командировка закончилась и ты больше никуда не уедешь? -А это мы сейчас... Это мы сейчас у мамы спросим. -Ну что, забирайте свою красавицу. -Кирюш, держи. -Спасибо. -Бабушка, я с мамой останусь. -Хорошо. Ну всё, мы поехали праздновать. -Давай, счастливо. -Пока. -Как она на тебя похожа. Такая же красивая. -Она сто раз изменится. -Что бы с ней ни произошло, я буду очень ее любить. Теперь у меня три дочки. Поехали домой. Пойдем. -Идут, идут! -Ну, до новых встреч. -Спасибо вам огромное. -Дедуля, бабуля, пока. -Пока. -Всё нормально. -Давай-давай! Я так и не понял, они помирились? -Ешкин кот, я даже не в курсе, что они поссорились. -Да. -Но все равно я вам ничего не скажу. Ну что, дедули, пойдемте отпразднуем? Я пирог испекла. -С условием. -Это правильно. -Ну вот, завтрак готов. Вот вам блинчики, Аришке кашу. Приятного аппетита. -Спасибо. -Ты девчонок позови, а то опять опоздают. Кто это, кто? Солнце мое! -Мама, я уже здесь! -Кашка тебя ждет. Скорей. -Я не хочу кашу. -Так, во-первых, доброе утро, Арина Родионовна. Во-вторых, кто перепутал сандалии? -Так получилось. -"Так получилось"... Исправляем. Раз, два. Садись есть кашу. -Я не хочу кашу, я блин хочу. -Давай, всего пять ложечек, а потом ты съешь блин. Хорошо? Давай. За папу, за маму, за Киру. -Я не хочу за Киру, она обзывается. -Тогда давай за Катю. -Доброе утро, па! -Доброе утро! -Привет, очкарик - в попке шарик. -А ты Кира-Бира. Привет, Кирка - на ноге бирка. Я за тебя кашу есть не буду. -Давай ешь за папу и за маму. -Па, в пятницу родсоб. -Чего? -Перевожу: родительское собрание. -Так, что ты натворила? -Почему сразу натворила? Может, мне хотят благодарность объявить. -Пусть благодарность выслушает Катя, мы с мамой не можем. Пятница. Перевожу: родители - тоже люди. -Так, я никуда не пойду. Только если за 10 рублей. -Началось. Доброе утро, доченька. -Доброе утро. -В прошлый раз была трешка, рвачуга ты. -Сама ты рвачуга. Между прочим, у меня стипуха закончилась. -Па, она стипуху не получает, потому что троечница. -Папа, я хочу пи-пи. -Надо говорить: "Утки-утки, я на три минутки". И вслух об этом за столом не говорят. -Интеллигенция. -Цыц! -Лиля! -Иду-иду. У меня тут что-то молния застряла. Поможешь? -Да. Эти девушки Камышевы меня доконают. -Вот там. -Подожди. -У-у, сейчас начнется. -Уси-пуси, поцелуйчики... -Так, отвернулись, родителям надо поговорить. -Может, нам вообще под стол залезть? -Сейчас договоришься! -Родители, мы всё слышим. -Мамочка, папочка, утки-утки, я дальше забыла, но очень хочу пи-пи. -Господи... -Арина Родионовна, пошли искать горшок. -Девочки, скорей заканчиваем - и на учебу. -Возьмите. Выходи, Сережа. Счастливо. Вот здесь я и живу. Проходи. Вот моя лондонская обитель. Пошли. -Ого! Ничего себе! А ты говорил, берлога. Представляю, какие здесь апартаменты. Ты что будешь пить? -Водку, что ты привез. Счастливая советская семья. Смотрят, улыбаются. Семья Камышевых. Родион, Лиля, Кира, Ариша. Ариша... Ариша? Не может быть. Ариша... Серега, а в каком месяце она родилась? -Где-то в начале лета. -Начало лета. -Кстати, первый Лилин рассказ - и уже в "Юности", представляешь? Ничего так рассказ. Весьма. Оставлю тебе экземпляр. -Старик... -Что? -Невероятно. -Да что с тобой? -Это моя дочь. -Что? -Дочь моя. -Ты спятил, что ли? -Нет, точно. По срокам сходится. Лиля, когда мы жили с ней... Мы договорились, что если будет дочка, то назовем ее Аришей. А теперь смотри. Она же... Она же на меня похожа. Ах ты, сука, Камышев! Отобрал у меня любимую женщину, воспитывает мою дочь. Он выгнал меня из Союза, лишил меня работы, театра. Сука... Как же я его ненавижу. Мразь, гнида... -Но ты же неплохо здесь устроился. Смотри, у тебя квартира, работа. -Да что ты! Это только последний год нормально. Как я зарабатывал? Посуду мыл, полы мыл, мусор возил. Нормально. Нормально. Мерз, как... Ненавижу. А вот... два пальца, смотри, до конца не загибаются до сих пор. Это его работа. -Я, конечно, осуждаю Камышева, но, старик, у тебя был роман с его женой. Ты зашел на его территорию, так что забудь, прости и отпусти. У тебя другая жизнь. -Как "забудь", Сережа? -Так. -Я пять лет этим живу. "Забудь"... Ну Камышев... Письмецо перевезешь? Сдрейфил. Наложил в штаны уже? А тебе ничего не будет за то, что ты сейчас здесь, в гнили капитализма, виски попиваешь и разговоры разговариваешь? Не боишься, Сережа? Может быть, ты с органами, того?.. -Ты вообще тронулся? Уже везде КГБ мерещится. Пиши свое письмо. -Спасибо. Ариша... -Лиля! -Что случилось? Что такое? НАПЕВАЕТ МОТИВ ЛЕЗГИНКИ -Лилико, поцелуй меня нежно сюда, пожалуйста. -Зачем? Что с тобой? -Ты думаешь, я сошел с ума. Я не сошел с ума. Я только что от начальника отдела культуры. У меня для тебя потрясающая новость. Читай, дорогая, читай. -Что это? Так-так-так. А, вот. Нас приглашают на фестиваль в Лондон? НАПЕВАЕТ МОТИВ ЛЕЗГИНКИ -Лиля, мы едем с тобой в Англию! -Аккуратно. -Мы будем вдоль Темзы гулять, ты - туда, я - сюда, говорить: "Йес, сэр", часы будем сверять по самому Биг-Бену. Теперь пусть попробуют после этого не дать мне заслуженного, да я им!.. -Здорово, я тебя поздравляю. -Спасибо. Только без твоей помощи мы не то что в Лондон не попадем, мы в Мухосранск не попадем. -Почему? -Потому что это капстрана, понимаешь? Капстрана. Там столько проверок будет: все эти горкомы, райкомы, обкомы... Просто не оберешься. Помнишь, я ездил в Болгарию? В какую-то Болгарию! Я, пока доказал свою лояльность советской власти, облысел. Знаешь, что спрашивали? -Что? -Я должен был знать всех руководителей коммунистических партий Африки, включая Гондурас, все материалы всех съездов. Их же 26. Слушай, Лиля, поговори с мужем. Пускай посодействует. Ведь на всех этих собеседованиях труппу точно срежут. Мы актеров на спектакль не наберем. А тем более перед отъездом у нас с тобой дел невпроворот. -Аркаша, я-то, скорее всего, не поеду. -Как? -Ну так, у меня Аришка всю зиму болела, надо ее на море везти. Потом Кирочка поступает. -Да. Да. Да-да-да-да. Слушай... Нам хоть помоги. У тебя Родя все-таки председатель горисполкома. Без его визы нам просто труба. -Я не знаю, я попробую. -Как там?... ПОЕТ: Long and winding road... Как говорят у нас в Лондоне: "Сенкью, мэм". -Я попробую. -Писательница. Кстати, я тебе давно уже говорю... Бросай ты свой театр, сиди дома, занимайся девчонками, пиши - у тебя это хорошо получается. -Родь, давай не будем. Ты мне лучше помоги. -Чем? -Наш театр в кои-то веки отправляют на фестиваль в Лондон. -Куда? -В Лондон. -Ничего себе! Молодцы, доросли. -Ты посодействуй нам с бумажной волокитой, чтобы наших ребят не мотали по инстанциям. -А что? Позвоню директору театра, поздравлю... -Поздравь. -И помогу, чем смогу. -Вот помоги. -Кстати, городу это тоже плюсик. -Кстати, да. Слушай, ты нашим девчонкам подарок на Восьмое марта купил? -Я? -Ты. -Не только девчонкам. Ой, не только девчонкам. Бросай свои тексты. -Сережа? -Привет, это я! -Давай, заходи! -Я сейчас. СТУК В ДВЕРЬ -Да-да. -Здравствуй, Карамелька. -Привет. -С праздником. -Спасибо. -Узнала? -Просто это так неожиданно. Сколько же лет прошло? -Если судить, глядя на тебя, то не больше месяца. Ты так же прекрасна, как и тогда. А если на меня глянуть, то вроде как целая эпоха прошла. О, Котька! Давно его не видел, ничего о нем не знаю. Как у него дела-то? -Он погиб. Еще в 1976-м. До сих пор не могу свыкнуться с этой мыслью. -Мне жаль. Извини, я ничего не знал. -Ничего. -Прими мои соболезнования. -Спасибо. Не смотри на меня так, пожалуйста. У меня муж, семья. Вот мои девочки. Это Кирочка. А это Аришка. -Знаю, знаю. А Ариша - дочь Германа? -Что? Бред какой-то. С чего ты это взял? -Он так считает. Я был в Лондоне в командировке. Мы с ним встретились, он мне всё рассказал: и про твоего мужа, и как вы уезжали из Союза, и как его покалечили. -Как - покалечили? Я ничего об этом не знаю. -Вот, это от него. Решай, хочешь - читай, хочешь - нет. Сама ведь только что сказала: муж, семья. Никогда бы не подумал, что стану посредником в чьей-то любви, особенно в твоей. Черт знает что такое. Ни за что бы не передал письмо, если бы не обстоятельства. Герман там, за бугром, злой какой-то стал, нервный. Трудно ему пришлось. И голодал, и жил где попало. Ладно... Что ему передать при встрече? -Как он сейчас? -Сейчас... -Лиля! -Сейчас... -Завтрак готов. -Доброе утро. Сергей Морозов. -Это я помню. И что? Случайно шли мимо и заглянули в спальню к моей жене? -Родь, прекрати. Сережа, подожди нас, пожалуйста, внизу, в гостиной. Ладно? Родь, не злись. -Что значит "не злись"? Буду. Имею на это право. Я его сейчас же вышвырну из нашего дома. -Прекрати, прекрати, не порть утро. -Лиля... Я захожу утром к тебе в спальню, ты полуголая, а посторонний мужчина поедает тебя глазами! Во, цветы тебе дарит! Что дальше? -"Здравствуй, моя любимая Лилечка. Больше шести лет прошло, но я помню всё до мелочей: твою улыбку, глаза, черточки. Всё бы отдал, чтобы еще раз тебя увидеть. Жаль, что это невозможно. Люблю тебя и нашу дочь. Если захочешь меня услышать, то это вполне реально. Каждый вечер на русском радио после 24:00". -После 24:00... -На самом деле нет ни прошлого, ни настоящего. Всё происходит сейчас, в данную конкретную минуту. И осознать это могут только смелые люди. Сегодня мне хотелось бы поговорить об одном их них - поэте Иосифе Бродском. Все советские издательства отказывались печатать опального поэта. В 1968 году Бродскому пришло приглашение на участие в международном фестивале поэзии, на что советское посольство в Лондоне заявило: "Такого поэта у нас нет". В 1972 году поэту ничего не оставалось... -Лиль! Лиля! Ты чего не спишь? -Нет-нет, ничего. -Ты плачешь? -Нет. -Ты себя плохо чувствуешь? -Нет, тебе показалось. Пойдем спать. -Подожди, мне интересно, чем моя жена ночью занимается около радиоприемника. Так, неужели сама Лилия Говорова слушает вражеские голоса? -Родь, пойдем. -Опять поливают нас грязью? РАДИО: Не сдавайтесь, верьте, боритесь, любите. Как всегда, с вами в это время был Герман Арефьев, русская служба ВВС из Лондона. -Опять Герман Арефьев. Скажи, что это всё дурной сон, что мне это показалось. -Ты сам слышал. Это был Герман. -Я готов тебя сейчас убить. Предательница, как ты могла? Я думал, что у нас всё хорошо, а по ночам ты бегала к нему! -К кому "к нему"? Герман в Лондоне. -Это не важно. Я молился на тебя, а ты выбрасываешь всю нашу жизнь на помойку. Скажи, чего тебе не хватает? У тебя есть всё. Или все эти пять лет... ...в постели ты представляла вместо меня его, да? Лиля, Лилечка, скажи, что ты любишь только меня, что тебе никто, кроме меня, не нужен. Я люблю тебя, Лиля. -Зачем ты его искалечил? -Это он тебе по радио сообщил, да? -Не важно как. -Смотри, Кира, если она мне не понравится, я тебя этой же книгой... -Понравится. -Тсс! -Лиля, где письма? -Какие письма? -Вот увидишь... -Узнаю, что ты с ним переписываешься, - не знаю, что я сделаю. Я перерою весь дом. Больше я не могу верить тебе на слово, кредит доверия исчерпан. -Давай, ищи. Поройся еще в отцовских документах. -Карманы покажи. -Что? -Карманы. -Знаешь что? Это переходит всякие границы. -Ты свои границы давно перешла. -Зайдем? -Прекрати, я больше не хочу... -Родители, что за крик? -Обе спать! -Кто-нибудь что-нибудь объяснит? -Я тоже пойду спать. Пойдемте, девочки. -Макнула марлю в самогон - и на коленку. Поняла? -Принимай. -Алло. О, Ветровск. Это тебя. -Укутала и два дня чтобы не снимала. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Да. -Алло! Доча! Это я, мамка! Алло, ты меня слышишь? -Слышу, не кричи. -Доча, как там твой иняз? А женихи путевые есть? Только смотри, чтобы до свадьбы - ни-ни. -Мам, хватит меня жизни учить, я в институт опаздываю, диктуй свой список. -Сейчас. Так, слушай сюда. Купишь обои, рулонов восемь, импортные, такие, в цветочек! И настил на пол. Гаврила Петрович себе достал. Не пойму, неразборчиво написано. Этот... А, палас. Это как ковер, только модный. Дальше. Алло, Катюх, самое главное! КолготЫ! В смысле - колгОты! Ажурные! -И мне две, пожалуйста, ажурные. -Две? Три пары, 52-й размер. Алло! -"Здравствуй, моя любимая Лилечка". -Кать, опоздаем же. -Погоди. -А что ты читаешь? "Люблю тебя и нашу дочь". А кто это пишет? -Это Герман Арефьев, любовничек твоей драгоценной мамаши. -Дура. Это неправда! Где ты взяла эту гадость? -Сама ты дура. Видимо, из-за этого письма папа ссорился с Лилей ночью. -Девочки, а что вы здесь делаете? -А ты что здесь делаешь? Письмецо потеряла, из-за которого вы с папой поссорились? Мама, кто этот Герман Арефьев? -Это актер такой, красавчик. Я в него даже влюблена была, только куда уж мне! Лилия Михайловна из-под носа увела. Вот такая она у тебя, а ты и не знала. -Замолчи! -Девочки, прекратите. Кира... Кира, стой. Отдай письмо. -Не отдам. -Отдай письмо. -Не отдам. -Кира! Кира, стой! Серия 15 -Мама, кто этот Герман Арефьев? -А это актер такой, красавчик. Я в него даже влюблена была. Только куда уж мне? Лилия Михайловна из-под носа увела. Вот такая она у тебя. А ты ее и не знала. -Да замолчи ты. -Так, девочки, прекратите. Кира, стой. А ну-ка, отдай письмо. -Не отдам. -Отдай письмо. -Не отдам. -Кира. Кира, стой! Кира. Кира, постой. Кира. Кир, ну открой. Я тебе все объясню. Ты уже взрослая девочка, и ты обязательно поймешь меня. -Про Аришу твой любовник правду написал? Наш маленький очкарик и его дочь? -Да. И твоя сестра. Кирочка, милая, я тебя очень прошу, пожалуйста. Кира, открой дверь. -Уйди. Я тебя ненавижу. -Господи. Господи, ну за что? -Папочка! -Вот такая ситуация на сегодняшний... -Извините. Папочка, я к тебе. -И какие меры приняты? -С нового года на предприятих города было задержано 227 "несунов", которые пытались похитить народного добра почти на 6000 рублей. Все наказаны за расхищение социалистической собственности. -Да, но... Все правильно, товарищи. Абсолютно с вами согласен. Но прошу помнить о том, что человека рабочего должна останавливать не боязнь наказания, его неотвратимость за хищение социалистической собственности, а человеком должно двигать его самосознание. Мы с вами должны достучаться до сознания каждого рабочего, до сознания каждого человека. Это ваша первостепенная задача. На этом у меня все. Вопросы есть? -Нет. -Всем спасибо. Ну заходи. -А что у меня есть, папочка. Это ты вчера искал? -"Здравствуй, моя любимая Лилечка. Больше 6 лет прошло, но я помню все до мелочей. Твою улыбку, глаза, черточки. Все бы отдал, чтобы еще раз тебя увидеть. Жаль, что это невозможно. Люблю тебя и нашу дочь. Если захочешь меня услышать, то это вполне реально. Каждый вечер на "Русском радио" после 24:00". -А я тебе еще когда говорила, что нужно Лильку эту выгнать из дома. А то притворяется заботливой мачехой, а на самом деле гуляет, врет. А Аришка-то не твоя оказалась. -Это решать мне, кто моя, а кто нет. А теперь пошла вон. -И это вместо спасибо. Чао. Лилия Михайловна, здрасте. Значит, ужинаем в гордом одиночестве. -Катя, где письмо? -Какое письмо? -Которое утром ты мне не отдала. -А, так оно у папки. -Ну вот зачем ты это сделала? По-прежнему ненавидишь меня? -Угу. Понимаете, папка рано или поздно вас все равно выгонит. Ему такая жена не нужна. -Катя, Катя, до чего же ты злая. -Ну, как говорится, добротою сыт не будешь. Что у нас на второе-то? У-у, опять котлеты? Ну, приятного аппетита, Лилия Михайловна. -"Ну здравствуй, моя любимая Лилечка". ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН Алло. Камышев слушает. -Ты все еще на работе? -Откуда Арефьев узнал, что Ариша его дочь? -Я ни слова ему не говорила. Клянусь. Я вообще с ним не разговариваю. -Я тебе не верю. И о письме ты тоже мне врала. -Да, наврала. Я спрятала его только потому, что знала, как ты рассердишься. Оно было только одно. -Лиля... ...скажи мне только одно. Ты его любишь? -Я не знаю. Но тебе я очень благодарна за все. В первую очередь за Аришку. -Да, благодарна. Ты всего лишь мне только благодарна. А я, дурак, еще на что-то надеялся. Я устал. От всего устал, понимаешь? Я устал вымаливать у тебя хоть каплю любви. -Прости. -Я сегодня не приду. Все. -Родя, Родя... Алло, ты слышишь? ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Родион Петрович? Глазам не верю. Как ты меня нашел? Я же недавно на новую квартиру переехала. -Было бы желание. -Что, опять со своей женой поссорился, да? -Так и будем стоять в дверях? -Я так рада тебя видеть. Гостей не ждала, поэтому к чаю у меня ничего особенного нет. Зато есть "Рижский бальзам". -У тебя рюмки есть? -Рюмки? А я еще варенье принесу. "Рижский бальзам" рюмками? Это прекрасно. Ну и за что пить будем? За нашу долгожданную встречу? Сколько же мы не виделись, а? А я ведь к тебе на прием записывалась. А ты не принимал. И на бюро меня перестали приглашать. Что, не так гладко все в Датском королевстве? -А тебе не все равно? -Мне все равно. Лишь бы ты был со мной. -Так, еще одну ложечку. За маму. Вот умница. Давай тебе вытру немножко. Так. Ну и последнюю ложечку за папу. -А где папочка? -Где-то. Давай за папочку. Вот умница. Молодец. Ну а кто мамочку поцелует? Давай, попрыгунья, беги гулять. Опять позже? Я все утро и весь день звоню ему. Пожалуйста, передайте вашему шефу, что если в следующий раз он не подойдет к телефону, то я... СТУК В ДВЕРЬ ...я сама к нему приеду. Здравствуйте. Вы, наверное, пьесу принесли? -А вы, Лилия Михайловна, неплохо сохранились. Да, для ваших лет. Вам сколько? Сороковник? -Ну вообще-то меньше. Я не понимаю, вы кто? -Меня зовут Наташа. И я люблю вашего мужа. Вы должны его отпустить. -Подождите, девушка, я как-то... А мы точно говорим об одном и том же человеке? -Да. О Родионе Петровиче. О Роде. Мы с ним знакомы целых 5 лет. Близко знакомы. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. Сегодняшнюю ночь он провел у меня. 5 лет назад я думала, это так, интрижка. Оказалось, нет. Чувство. Он не может меня забыть. Вы понимаете, о чем я говорю, да? И родинка у меня более пикантная, чем у вас. Всего хорошего... ...Лилия Михайловна. -Честно говоря, не ожидала от Родиона такого. Он же тебя любит, это видно. -И это, по-твоему, любовь? Спать с кем попало? Да ты бы ее видела. Пришла такая наглая, беспардонная. Говорит: "Вы должны его отпустить". Мама, да я же его никогда не держала! Пусть идет. -Лилюш, не горячись. Не надо. Подумай о детях. -Не знаю, мама. Не знаю. -А я знаю. Мужчины иногда делают ужасные глупости. Я думаю, что он тебя страшно ревнует и намеренно сделал больно. Я думаю, что он уже раскаивается. Я уверена, Лилюш. -"И вдруг Мишка увидел девочку и закричал: "Держи ее, хватай. Держи-держи". И захотел укусить девочку". Так. -Добрый вечер. -Мамочка, иди к нам. Папа показывает про "Три медведя". -Спокойной ночи. -Пап, давай дальше. -Солнышко, иди чистить зубки, одевай пижамку, а я сейчас приду, хорошо? -Уже спать? -Да. -Давай. Дай я тебя поцелую. Спокойной ночи. Иди. -Идем. Я сейчас приду. -Ну что, будем досматривать? -Ко мне приходила твоя Наташа. -Ну что же. Ты знаешь, оправдываться я не буду. Захочу, завтра будет Даша, Глаша, Маша. -Понятно. Ты, дорогой, главное ни в чем себе не отказывай. Спокойной ночи. -Вот и поговорили. "Разошлись как в море корабли". Что же сказала нам Маша? А Маша... ничего не сказала. -"Больше 6 лет прошло, но я помню все до мелочей". -Но я помню все до мелочей. -"Твою улыбку, глаза, твои черты". -Твои черты. -"Я все на свете бы отдал, чтобы тебя снова увидеть. Жаль, что это невозможно. Люблю тебя и нашу дочь. Как бы я хотел ее увидеть". -Ты увидишь ее. Ты увидишь ее. Увидишь. -Что там? -Родион Петрович, вот список людей, которые уезжают на театральный фестиваль в Англию. Просьба срочно завизировать. -Давай. Камышева Лилия Михайловна и Камышева Арина. Что за хрень? Так. Иди. Я тебя позову. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Слушаю. -Алло. Ты чего там удумала? Даже и не мечтай. Никуда ты не поедешь и никуда не повезешь ребенка. Я тебе не позволю. Поняла? -Увидим. Наташей своей командуй. -Так, ребятушки, у вас не больше 15 минут. В Москву еду, на пленум. Давайте выкладывайте, что за проблемы? Ведь не просто так проведать пришли. -Папа, я хочу поехать в конце лета с театром на фестиваль за границу. А Родя, товарищ Камышев, тормозит мои документы. -Да, тормозит. Все потому, что ваша доченька, Михаил Иванович, едет за границу не на фестиваль, а к своему любовнику. Еще берет с собой Аришку. -Родион Петрович, вот только давайте сейчас не будем о любовниках и любовницах. Где вы живете последние 2 месяца? -В гостинице я живу. И там со всеми сплю. Если хотите, можете считать именно так. В общем, Михаил Иванович, мы в последнее время с Лилькой много чего натворили, много чего случилось. Но я вас очень прошу - не помогайте ей с отъездом. Ничем хорошим это не закончится. Можно все еще вернуть назад. Я готов. -Я не готова. -Ну что же, вполне внятно. Приятно было пообщаться. Удачи на пленуме. До свидания, Михаил Иванович. -Давай излагай. Вот я ничего не понял. -Папа, дело в том, что 5 лет назад у меня был роман... В общем, Аришка - дочь того человека. -Новости. А Родька знает? -Знает. Он сделал так, чтобы Германа выслали из страны. Он сломал ему жизнь, карьеру. Он уничтожил его. И это всё из-за меня. Понимаешь? В марте я получила письмо от Германа. Он пишет, что одинок и несчастен. Ему бы очень хотелось увидеть Аришку. А тут такой шанс с фестивалем. Знаешь, я сама не собиралась ехать сначала. А потом, когда узнала, что Камышев загулял... Сначала клялся в любви, а сам... -Подожди, Лилька. Ты же слышала: он хочет всё вернуть. -Папа, я не хочу. Я долго думала. Решила, что Герман должен увидеть дочь. Он имеет на это право. Просто посмотреть ей в глаза, обнять, погладить по голове. Папа... Ведь другого шанса может и не быть. Папа, я тебя очень прошу, пожалуйста. -Какая ты красивая! Бабочка-бабочка, прилети на небко. Там твои детки кушают конфетки. Всем раздают, а тебе не дают. -Аришка, ты игрушки с собой берешь? -Да, мамочка, все-все. -Тогда иди собирай их в чемодан, я его уже закрываю. -До свидания, мои любимые лилии. -Я сейчас. -Папа, папа! -О, доча! Ой, солнце мое, привет. -Папочка, а где ты был? -Ой, что-то сердце трепыхается. Ты как себя чувствуешь? -Нормально, а что? -Мама, не переживай ты так. Всё будет хорошо. Через 12 дней вернусь. НАПЕВАЕТ -О, честная компания. Всем привет. Так... К сожалению, опоздал. -Родион, зачем в такой день и еще при ребенке? Дайте сюда Аришу. -Сейчас. Иди к бабушке. Иди. -Иди, моя хорошая. -М-да... Осуждаешь меня, дорогая теща? Выпил... -Вам не пора? -...захотел. Имею право. Ох... -Ладно, девочки, встали, поехали. -До свидания, Родион. Пойдем, Ариша. -Подожди. Какая ж ты красивая... Все-таки уезжаешь? Если ты сядешь в такси, я подаю на развод. -Ты пьян. -Не так уж я и пьян. Ты же сама мечтала о разводе. Теперь повод избавиться от нелюбимого мужа. -Мне сейчас нужно в аэропорт. А когда я вернусь, мы обо всем поговорим. Ладно? -Да не о чем нам с тобой будет говорить. Не о чем. И вообще можешь не возвращаться. Ты сама всё сломала. А теперь мне всё равно. -Ты всё сказал? -Нет, не всё. Я очень надеюсь, что ты будешь сожалеть об этом всю свою жизнь. Теперь всё. Прощай. Целоваться не будем. Тебе твои лилии дороже, чем я и твои дети. Гуд бай. СТУК В ДВЕРЬ -Мамочка, кто-то стучит. -Что? А, да, сейчас открою. Момент. Подождите, пожалуйста. Сейчас. -Доброе утро. -Доброе утро. -Ваш завтрак, мэм. -Пожалуйста, проходите. Спасибо. -Спасибо, мэм. -Поставьте сюда. -Ну, какой я вам завтрак в номер организовал. -Доброе утро. -Спасибо, старик. Большое спасибо. -Спасибо. -Ну, это... Свободен. Лилия, а чего он ждет? -Слушай, он, наверное, чаевые хочет. -Какие чаевые? Если бы он знал размеры наших суточных, он бы сам нам добавил. -Как-то неудобно, Аркаша. -Это... В общем, рот фронт. Но пасаран. Пролетарии всех стран, соединяйтесь. В общем, да. Привет Лондону. -Аркаша, ну ты даешь! -Ну, вот он, вот он, английский настоящий завтрак. -Да... Так, Аришка, быстро умываться, одеваться и завтракать. -Ну что? -Открой. -Давай. О! -Красота какая. Я сейчас, быстро. -Гм-м! Господи! Какой сервис, а? Казалось бы, несколько часов лету... ...и мы вообще где-то на другой планете. А я сегодня слышал Биг-Бен и Темзу видел. Темза так себе, грязная. А Биг-Бен хорош. Жалко, что у нас в Лондоне на всё про всё один день. С одной стороны, Биг-Бен, Тауэр. С другой стороны, магазины... Лиля! -Что? -Слушай, давай втроем выйдем: я, Аришка и ты. Полный комплект. Никто не прикопается. -Ты молодец, что всё разузнал. Знаешь, мне нужен телефонный справочник. -Зачем тебе телефонный справочник в Лондоне? -Мне нужно позвонить на Би-Би-Си. -Чего? -На Би-Би-Си. -Ты что, сдурела? -А что? -На кой ляд тебе Би-Би-Си? -Аркаша, мне надо. -Я понял. Значит, я ничего не слышал, ты мне ничего не говорила. -Хорошо. -Всё, я потом зайду. -Аришка, иди завтракать. -Иду, мамочка. -Смотри, какая красота. -Лиля, привет. Привет. Ты... -Ты... -Я ушам своим не поверил, когда услышал твой голос. Как ты здесь? -Как-как. С театром приехали. У нас тут фестиваль. Только, знаешь, я тут не одна. -Камышев? Он тоже здесь? Подонок, мерзавец. Лиля, я убью его. Не знаю, что я сделаю. -Подожди. Доченька, иди сюда, скорее. -Да, мамочка. -Иди, я тебя познакомлю. -Здравствуйте. Ариша. Арина Родионовна Камышева. -Арина Родионовна? Ариша, очень приятно. -Дядя, а как тебя зовут? Чего молчишь? Забыл свое имя? -Нет. Не забыл. Ариша. РАДИО: В СССР уже два года, по заверениям их вождей, должен был быть построен коммунизм. Вместо этого принята Продовольственная программа, потому что в стране есть нечего. -Да что ты знаешь, гнида продажная? Есть нечего, да. Да очень даже есть, что есть. Вот, на! Плавленый сырок "Дружба", 55% жирности, понял? Практически масло вологодское. Фиг на вашем вонючем Западе есть такое. СЛЫШНЫ ГЛУШИЛКИ Правильно глушите, товарищи. Правильно, давай! Глуши его! -...удивляются изобилию в здешних магазинах. -Жаль, что не добил тебя, тварь. Подонок. Чему удивляются? Что сказал? Удивляются. Кто, она? Она удивляется. Значит, встретились, понятно. Небось, уже на диване сидите? Или лежите. Ты знаешь, я умею читать между строк, тварь. Тварь. ЗВУЧИТ МУЗЫКА -Я тоже так хочу танцевать. -Будешь, если хочешь. Смотри. Скачут: трух-тух-тух. Держи. А это... -Собачка. -Она живая, может разговаривать. Смотри. СЛЫШЕН ЛАЙ -Дядя Герман, а можно, я это всё заберу домой, папочке покажу? -Конечно. Только я думаю, что он будет очень недоволен. Ав-ав. -Ну вот. Посмотрите. -Ах! -Как я вам? -Мамочка, ты такая красивая. -Да? -Как тебе? -Мне нравится. Спасибо тебе за подарок. -Мне тоже нравится. -Дядя Герман, откройте, пожалуйста. -Сейчас. -Иди к ней, иди. СТУК В ДВЕРЬ Да-да. -Ба! Мать, ну ты и платье урвала себе. Молодец. На сэйле? А теперь посмотри на меня. Ален Делон. Слушай, Алка, бедная, купила целый мешок собачьего печенья и половину сожрала. Она, бедная, не знала. Читать ни хрена не умеет. ИГРУШКА ЛАЕТ Арефьев? Екарный бабай! Арефьев! Нет, ты что здесь делаешь? А, понял! Ты теперь в Лондоне окопался. Поздравляю. Поздравляю. -Ну, здравствуй, что ли... -Извини, здравствуй. -...Аркадий. -Здравствуй. Ну, так что ты здесь, как? Подмостки лондонские просто громишь: "Ту би о нот ту би"? -Нет, акцент у меня. -А, ну да, да. -Но мечтаю о театре. Запах кулис, софиты. Ах, вышел бы на сцену хоть Колобком, но... -Понятно. Акцент, да. Ну тогда чем ты здесь промышляешь? -Работаю. Би-Би-Си слышал? Русская служба новостей. По ночам не слушаешь? -Нет, что ты, я не слушаю. -Ха-ха... -Так вот оно, откуда Би-Би-Си? -Ну что? -Что? -Пойдем, отметим. Здесь, знаешь, душу даже отвести не с кем. Англичане, они какие? Выпьют бутылку-вторую пива, и всё. И по домам. Идем? -Нет, что ты. -Пошли. -Что ты. -Что? -Здесь сексот на сексоте. Они же застучат 100%. Но спасибо. Теперь мне заслуженного не видать, как собственных ушей. Из "совка" меня уже точно не выпустят. Да? Только разве в Узбекистан хлопок собирать. -Эх, Аркадий, боишься. -В общем, я ушел. Я никому не скажу, что тебя видел. -Можешь сказать. Я не стесняюсь. Вот так вот. -Бедный ты мой, бедный. Натерпелся? -Ух ты, собачка! Дядя Герман, можно, мы ее с собой возьмем, погулять? -Конечно. Сейчас мама переоденется и пойдем. Да? -Хорошо, я быстро. -Хозяева! Есть кто? Родион! РАДИО: ...потому что наше государство заботится о своих гражданах. За последний квартал колхозы и совхозы нашего края перевыполнили план по надоям молока на 25%. В закрома нашего государства было отправлено... -Ох... -Подъем! -Здрасте, Михаил Иванович. -Здравствуй, красавЕц. У меня хорошие новости. -Что, Лилька вернулась? -Нет. Поэтому пьешь? -А... -Ай! Я только что из Москвы, Родька. Разговаривал с генеральным. Меня рекомендуют в ЦК. -Ничего себе. Поздравляю. А чего раньше молчали? -А что лететь впереди паровоза? Через некоторое время вас с собой заберу. Хватит, пожил один, надоело. -Так, Михаил Иванович, мы с Лилькой, вроде это... того... -Не дури ты, ей-богу. Лилька приедет, помиритесь. Еще родите мне внука. -Даст Бог, может, и родим. -О, называй меня безумным, назови, Чем хочешь в этот миг, я разумом слабею. И в сердце чувствую такой прилив любви, Что не могу молчать, не стану, не умею. Я болен, я влюблен, но мучась и любя, О, слушай, о, пойми - я страсти не скрываю. И я хочу сказать, что я люблю тебя. Тебя, одну тебя люблю я и желаю. -Цветы для вашей леди. -О! -Цветы? -Да. Но у меня две леди. Понимаете? -Ну что, леди. -Лилечка. О! -Спасибо большое. -О! А! -Спасибо. -Тем более, что запретить любить не может власть на свете никакая. Правда? -Правда. -Заходи. Стой. -Так, стою. -Пошли. -Куда ж? -Раз, два, три, четыре, пять. Раздевайся. -Так. -Так. -Боже мой! Боже мой! Как красиво. Ну надо же! Спасибо тебе. Спасибо, я не ожидала. Такой сюрприз. Знаешь, я чувствую себя очень счастливой. -А лилия по-прежнему твой любимый цветок? -Да. По-прежнему. -Тогда... -Что? -Ап! Сейчас. НАПЕВАЕТ -Что ты задумал? -Па-пам! НАПЕВАЕТ -Красота какая! -И это еще не всё. -Не всё? -Дай мне твою руку. Дай. -Зачем? -Дай. Это тебе. -Потрясающе. Боже мой! -Я очень хочу, чтобы ты и Ариша остались здесь, со мной. Я хочу, чтобы это был твой дом. Я прошу тебя... Серия 16 -Ну дай мне поиграть. -Не-а. -Ты так до утра будешь. Здесь система нужна. Дай покажу. -Я сама хочу. Пристал... -Что ты такая упрямая? Как я на тебе женился, ума не приложу... Ну дай. -Да нет же. -Ну коньячку дай. Капелюшечку, кровь погонять! -Кровь... Тоже мне... ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Дай! Дай-дай-дай. -Алло. -Мамочка, это я. -Лилюша, привет. Привет, родная. Как дела? Как Аришка? -Мам, ты только не волнуйся. Мы с Аришкой остаемся здесь, с Германом. -Как ты сказала? -Алло! КОРОТКИЕ ГУДКИ -Лиля... КОРОТКИЕ ГУДКИ -Тась, что она сказала? Ну? -По-моему, она сошла с ума. Она сказала, что не приедет - остается там, с Германом. Как это понимать? -А как понимать? -Мне, конечно, говорили, что Лилька чудит немного, но... -Ой, ешкин кот... В голове не укладывается. Когда всем станет известно, такое завертится!.. -Я и представить не мог, что... Вот, полюбуйтесь. Ну? Что она себе позволяет? У нее совсем разум помутился! ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН Говоров. Слушаю. -Это я, Михал Иваныч. Ну что, полюбовались на свою любимую доченьку? -Откуда у тебя эти фотографии? -Откуда? Ну как же... Не мог же я оставить без присмотра свою женушку и ребенка. Каково это? Средь бела дня целуется с продажной тварью. А я ведь вас предупреждал: не помогайте ей с отъездом. Я вас очень просил. -Камышев, если бы в твоей семье всё было в порядке, этого бы не произошло. Ты слышишь? Одним словом, поедешь и вернешь жену. Ты понял? -Нет. Нет, я никуда не поеду. Хватит, я... набегался, Михал Иваныч. Вы не представляете, каково это - любить женщину и каждый день видеть в ее глазах холод, из года в год. Всё, я сейчас же иду в загс и подаю на развод. -Никуда ты не пойдешь! Жди моего решения! Всё! -А мне кажется, Тася... должна поехать к Лильке Михалне. Уж кого она послушается, так это только мать. -Тася, ну? -Скажи, а подружки у тебя есть? -Нет, здесь все по-русски не понимают. -Ты знаешь, Герман с ней каждую свободную минуту английским занимается. -Ну да. Спасибо. Ну хорошо, а что тебе тут нравится? -О, конфетки! Я сейчас тебе принесу. -Давай, угости бабушку. -Спасибо, милая. -Ариша знает, что Герман ее отец? -Я ей ничего не говорила. Но со временем она сама привыкнет, что он ее папа. -На тебе, Тасенька, угощайся. -Ух ты! Какая коробка красивая! Давай я тебе помогу открыть. -А как тебе мой портрет? -А, да... Но я, честно говоря, не узнала бы тебя. -Мамуль, слушай, а ты черного хлеба не захватила? -Ой, я не подумала. -А вот и я. -Дядя Герман, бабушка приехала. -Вижу. Здравствуйте, Таисия Александровна. -Здравствуйте, Герман. -Как вы добрались? -Спасибо, хорошо. -Извините, что не встретил. Работа. -Ничего, мы сами справились. -Ну что? -Может, чайку с нами попьешь? -Да нет, по-моему, мешаю. Понимаю серьезность вашего приезда. Аришенька... Тем более что нам пора заниматься. -Давайте. -Да, Ариша? А как будет по-английски... -Да... Ты про Киру не думаешь? -Мама, ну как это - не думаю? Конечно, думаю. Сейчас я получу гражданство, а потом заберу ее. Пусть пока английский в инязе подтянет. А там, с английским, все лучшие вузы мира открыты для нее: и Оксфорд, и Гарвард. Да, я... ...написала прошение о предоставлении политического убежища. Мама, ты только не волнуйся так. Иначе я не смогла бы здесь остаться. Ты пойми, это очень тяжелое решение для меня. Но жить по-другому я не могу. -Ты что делаешь? Лиля, опомнись. Здесь страна чужая, город чужой, всё чужое. -Да нет, не всё. Здесь живет мой любимый человек с нашей общей дочерью. -Да... А ты про нас подумала? Про меня, про Киру? Дементий болеет, папа ходит как неприкаянный. Ты понимаешь, что твое решение очень больно на нас на всех отразится? -Я прошу прощения. Я невольно услышал, о чем вы говорили, и хочу вам сказать, что сейчас не 37-й год. Никого не расстреляют. Крови попьют, много попьют, это они умеют. Но хочу вам сказать, Таисия Александровна, что бы вы сейчас ни говорили про чувство долга или ответственность перед родиной, все это называется коммунистический бред. -Герман, ну пожалуйста, не надо. -Извини. Извини. Нет. Таисия Александровна, мне кажется, что, во-первых, Лиля должна сама устраивать свою жизнь, это ей решать, как ей поступать. Я же понимаю, для чего вы сюда приехали. -Дядя Герман... -Иду, Аришенька, иду. -Мам... -Ты понимаешь, что мы больше не увидимся? -А если бы ты была на моем месте и папа предложил бы тебе остаться, что бы ты выбрала? -Ой, Миша, что же теперь будет? -Могу партбилет на стол положить. В среду будут рассматривать на партконтроле. Но дело даже не в этом, Тася. Я всегда знал - и на войне, и в сталинские годы, и при Никите... я знал, что мне делать: воевать, трудиться, на износ работать. Для страны, для детей. А сейчас что? Котьки нет... Лилька предала. Как жить? Что она хоть сказала-то? -Любовь. -Матерь божья! Любовь! Зачеркнуть всё, наплевать на родину, на семью наплевать! На тебя, на меня, на Кирку наплевать. Любовь! И зачем я ее тогда забрал из детдома? -Миша, да Бог с тобой, что ты говоришь такое? -Тась... -Что? Тебе плохо? -Давит, дышать не могу. -Плохо? Остановите, пожалуйста. Дыши, дыши. Подожди. Воротник расстегну. -Может, в больницу? -Да, давайте, срочно. Облокотись. Тише, миленький. Ничего, ты сильный, ты сможешь. Скорее, пожалуйста. Тише, тише. Пожалуйста, скорей. -А и правду народ говорит: в ноябре до обеда осень, а после обеда - зима. -Ты давай раздевайся быстрей. Давай я помогу. Так... Мам, ну что это такое? -Где? -Ну я же тебя просила: оденься прилично. -Ну так я и... Чего? -Ой, ладно. На, тапки надевай и проходи. Теперь у тебя, мамка, всё будет. Что стоишь как неродная? Пошли. Нравится? -Батюшки... Да это ж хоромы. -А телевизор, смотри, цветной. -Да ну? -Да. Пойдем, я тебе комнату твою покажу. -Ой, надо же... Гляди, ткань. -Ну, мамка, теперь ты здесь будешь жить. Нравится? -Я? Ой... -Я все шесть лет об этом мечтала. Если б ты знала, как я ее ненавидела. Она все время нос задирала, мне какие-то замечания делала: то ложку не так положу, то вилку, то вульгарна. Коза такая. -Ой, стерва злющая. -Мам, ну убери эти телячьи нежности, мне не нравится, сколько раз можно повторять? -Всё, ну чего ты? -Посмотри лучше, какие у нее шмотки. Опа! Смотри, французское. -Ух ты! -Польское, финское - фирмА! Много чего, кстати, из "Березки". -А что такое "Березка"? -Ну ты темнота, мама. Это магазин такой чековый. Ничего, обтешем. Ты только похудей, а то в шмотки не влезешь. Папка худых любит. -А это... Это что, она, что ли? -Она. -Вобла худосочная. А это "Дзинтарс"? Ну надо же. А мне цвет идет? Глянь. -Тебе, по-моему, всё идет. -А Родиоша знает, что я приехала? -Не-а, сюрпрайз будет. -Доча, а она точно не приедет? -Да господи... Точно, точно. Всё, давай, обживайся, чувствуй себя как дома, а я пойду чего-нибудь приготовлю. -Так... Ну ладно. -Здрасте. Там, в приемной, просто никого не было, и я... Родион Петрович, вы помните меня? -К сожалению. -Ну я, ей-богу, не виноват в том, что случилось. -Все проблемы из-за вашего театра. Храм искусства долбаный. Культуру они несут в массы. Хороша ж культура. Разогнать вас надо всех к чертовой матери. -Я понимаю, вы злитесь, есть за что. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Да, Камышев слушает. Хорошо, Анна Андреевна, я сейчас посмотрю, у меня где-то записано. -А у нас в театре - проверка за проверкой. Собрание вот... Директора уволили, как руководителя группы, мне вот... строгий выговор. Послушайте, ну не было там никакого умысла. Просто Лиля заболела, осталась в Лондоне. Даже справка от местного доктора была. А когда мы отработали спектакль в Эдинбурге и вернулись обратно в Лондон, в гостинице ее уже не было. -Это мы в курсе. -О! У меня вот письмо. Просили передать. -Что за письмо? -А это Арефьев в аэропорт принес. -Арефьев? -Да. -Этот идиот мне еще пишет? Что ж вы два месяца письмо-то несли? -Позвольте, если бы узнали о письме, меня бы уволили вместе с директором, ведь этот вражина... он ведь на "Голосах" вещает. Ну я и подумал, мало ли, может, что-то важное там для вас. -Свободен. -Да. Родион Петрович, ваши исполкомовские по культуре выживают меня из театра. Не сегодня завтра точно порвут! Вы бы заступились, а? А я пьесу Погодина поставлю - "Кремлевские куранты". Очень необходимое, нужное произведение. Вот, к юбилею Владимира Ильича обещаю вам премьеру. Понимаю. Извините. -"И как ты себя чувствуешь, ублюдок, брошенный и несчастный?" -Сам ублюдок. -"Ты так ее любил, так боролся за нее, а она со мной. Она и Ариша. Это тебе за мои сломанные пальцы и за мою сломанную жизнь". -Мало тебе, надо было голову оторвать. -"Тебе больно, сукин сын? Надеюсь, что да. Я сделал всё, чтобы они остались здесь. Я отнял у тебя самое дорогое. Как сказал мудрец: "Двигайся не торопясь, и день твоего мщения придет". Арефьев". -Хорошо смеется тот, кто смеется последним, Арефьев. Черт! То, что просил, купил? -Родион Петрович, может, не надо? -Надо, Володя, надо. Давай. Мразь. Сукин кот. Мудрецов еще он цитирует. Хороший мохер придумали индусы. Поехали. ПОЮТ: Ой, мороз, мороз, Не морозь меня... -Я же говорила: папка обрадуется. -Доча, заживем. РОДИОН ПОЕТ: Ой, мороз, мороз, Не морозь меня. ХОРОМ: Не морозь меня, Моего коня. -Добрый вечер. -Ой, Кирка приехала. -Кира приехала. Это моя самая умница-разумница. Кира, ты проходи, у нас здесь по-простому, без этих интеллигентских штучек. Проходи. Это Кондратьевна. О, картошечки испекла на сале. Знаешь, как она готовит? Я еще помню, когда мы были с ней женаты. -А это моя мама сегодня приехала. Познакомьтесь. -Здрасте. -О, начинается. -А что она нос воротит? -Не обращай внимания. -Я же теперь тут жить буду. Да. С Родиошей всё согласовано. -Это кто так решил? Па, ты чего молчишь? -Родя... -Подожди. Кира... Ну ты чё? Женщина хорошая, пусть живет, тебе жалко? -Она здесь жить не будет! Ну-ка, снимай мамины тапочки! -Не трогай ее! Может, у моих фазеров любовь, а твоя мать-потаскуха им всю жизнь сломала! -Доча! Доченька... Ты чё, сдурела?! -Кира, так нельзя. Это же твоя сестра. -Вот и забирай ее! И пусть проваливает в свою общагу! И эту, любовь всей жизни, тоже забирай! -Кто любовь всей жизни? Это ж Кондратьевна. -Вон! Я не шучу. Вы не имеете права! Вы здесь никто! Пошла вон, я сказала! -Что ты пихаешься? -Пошла вон! -Больно! -Катя, ты здесь самая трезвая. Сейчас я позвоню дедушке, и будет хуже. Веришь? -Это который большое начальство? -Да твою мать! Да, начальство. Пошли отсюда. -Бешеная! -Тебя, папуля, это тоже касается. Слышишь? -Слышу. А чё, правильно, дочь. Мне тоже надо уйти. Не место мне здесь. Хотел прыгнуть выше головы. Слабо. Не вышло. Тяп-ляп - вышел кораб! Правильно, доча, живи счастливо. ПОЕТ: Эй, мороз, мороз... Эй, подождите, куда пошли? ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Алло. -Добрый вечер. Лондон вызывает. Будете говорить? -Да. -Алло. Алло, кто это? Кирочка, это ты? -Да. -Девочка моя, ты что? Почему ты плачешь? Не надо, милая. Знаешь, как я скучаю по тебе? Я даже передать не могу. -Не я в этом виновата, мама. -Не осуждай меня, пожалуйста. Когда полюбишь - сама поймешь. Знаешь, я тебя вызову, ты приедешь, и мы снова будем жить вместе. -Мама... не звони мне больше. Я тебя никогда не пойму. -Алло, Кира. Кира... Алло. -Михаил Иванович, а где это вам посчастливилось сняться с Леонидом Ильичом? Да еще и стоите рядом. -На Малой Земле судьба свела. Спасибо. -Ну что ж, вам можно только позавидовать. -Ну вот, сегодня опять хорошее давление. Идете на поправку. -Спасибо, Татьяна Николаевна. -Как настроение, Михаил Иванович? -Нормально. За полтора месяца... -Всего хорошего. -До свидания. ...подлатали. Говорят, в строй годен. -М-м, ну вот и прекрасно. Тогда сразу к делу. Мне еще сегодня в Москву возвращаться. Михаил Иванович, мы вас не беспокоили, пока вы болели, но проблема-то осталась. Я имею в виду вашу дочь. -Понимаю. -Партконтроль обязан вмешаться, и он уже вмешался. Во-первых, ваш бывший зять - Родион Петрович Камышев - освобожден от занимаемой должности. -Вот как? Он мне об этом не говорил. -Ну а теперь то, что касается непосредственно вас. После того, что случилось с вашей дочерью... ...о вашей работе в ЦК не может быть и речи. -Понимаю. Ну и куда меня теперь? На пенсию? -Зачем вы так сразу? Мы вас ценим... ...за ваши заслуги перед партией, народом. Подпишите этот документ - и можете оставаться на своей прежней должности первого секретаря обкома. Это исключительно из-за личного расположения к вам самогО. -"Заявляю, что моя дочь Камышева Лилия Михайловна стала невозвращенкой... ...стала невозвращенкой, так как психически больна и не отдает отчета своим поступкам"? "Справки из психдиспансера, где она находилась на стационарном лечении в 1966 году, прилагаются. Лечащий врач подтверждает, что у дочери случались рецидивы, она зависит от сильнодействующих препаратов". Подождите, она давно уже ничего не принимает. -Она думала о себе. И вы подумайте о себе. -А мне поблажек не надо. -Михаил Иванович, ну вы же столько пользы можете принести народу. -Ну что, Лилька? Будь счастлива. -Холодища какая. -Ой, хорошо в краю родном. -Ой. Куда? -Купить кое-что. -Дома всё припасено. -Лишним не будет. Здрасте. -Здрасте. Верка! Верка, с приездом! -Спасибо. -А что так рано приехала? Не понравилось али как? -Или как. Не суй нос в чужие дела, а то, не ровен час, прищемят. -Тю! Да я ж по-соседски. Да насовсем, что ли? -Здрасте. Насовсем, будем здесь жизнь с Родькой налаживать. -То-то я гляжу, ты вся светишься, прямо как новый медяк. -А у кого такое было, чтобы через 17 лет у городской мужика отбить? Уметь надо! -Ну-ну. -Ну что, пошли? -Ага. -Я сама. -Вон такси ждет. -Такси? Какое это такси? Это телега. -Здорово. -Чудной. -Залезай. -Поехали. -Поехали. СТУК -Старый барабанщик, старый барабанщик, старый барабанщик крепко спал. Старый барабанщик, старый барабанщик, старый барабанщик крепко спал. Дядя Герман, пионеры так стучат? -Не помню. Лиля! -Да? -Лиля, забери ее! -Аришенька, ну не надо стучать. Милая, иди в свою комнату, ладно? Я заметила: в последнее время она стала тебя раздражать. Что происходит? -Ничего, всё нормально. -Мы и так не выходим никуда, ни с кем не общаемся. Ты приходишь под утро, ложишься спать, потом готовишься к эфиру, снова уходишь. Мы почти сутками не видим друг друга. Ты пойми: теперь у тебя есть семья. У тебя есть дочка, я. -Ну я же привык так жить. И менять я ничего не собираюсь. Всё. Всё. Ну я побежал. Старый барабанщик... Лиля... Ай, мне очень неудобно тебе в этом признаться, но... -Что? -Вот это кольцо, которое я тебе подарил, дорогое. Я взял его в кредит, пора возвращать кредит, а с деньгами проблема. Так что придется его вернуть. Извини, пожалуйста. -Оно там, наверху. Я оставила его там, возьми его. На тумбочке рядом с кроватью. -Спасибо. -А ты знаешь, мне совершенно не нужно это кольцо. Я считаю, что главное - чтобы мы любили друг друга и были вместе. Как ты думаешь? -Конечно. Я к тебе очень хорошо отношусь, а Аришку очень люблю, но, видишь ли... -Что "но"? Подожди, постой. Что "но"? Я оставила страну, семью, Кирочку. Я здесь, чтобы быть с тобой. Я не понимаю, объяснись. -Ну что "объяснись"? Я хотел отомстить этой сволочи Камышеву. И я ему отомстил. Я хотел, чтобы моя дочь жила в нормальной цивилизованной стране, а не в Совке. И она здесь. -Отомстить? Подожди... А я? -Ну что ты? Ну как говорится, запретный плод сладок. А когда его срываешь с ветки, он уже теряет свой вкус. Вот так. -Значит, пять лет назад я была для тебя запретным плодом? -Ну в общем... да. -Подлец. Подлец. Уйди. Мы немедленно съезжаем отсюда. Я поеду в посольство, буду просить... Они не могут меня не пустить. -Куда ты поедешь? Кто тебя пустит туда? Товарищи предателей не прощают. Всё. Теперь ваш дом здесь... -Старый барабанщик... -...а родина - там. -Старый барабанщик, старый барабанщик, старый барабанщик... -Если ты еще раз появишься в нашей с Аришкой жизни, я немедленно вызову полицию. Ты понял? -Мамочка, зачем мы сюда пришли? Так тяжело подниматься. -Аришенька, теперь мы будем с тобой здесь жить. -Я не хочу здесь жить. -Солнышко, я тоже не хочу, но придется. -Мамочка, давай поедем домой к папочке. Я по нему соскучилась. Мамочка, почему ты плачешь? Кто-то умер? -Доченька... Пойдем, ладно? ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА -Повторяй за мной. -Двигайся. -Подожди. Пригласи мою сестру на танец, а то она очень скучает. Ну пожалуйста, я тебя очень прошу. -Не сейчас, извини. -Кирка, ты куда пошла? Через пять минут новый год. -Я сейчас. Только бабушку поздравлю и приду. -А вы кто? -Я? Разрешите представиться: я Эндрю Джеймс, аспирант Принстонского университета. -Почему вы здесь? -Здесь на языковой практике. И наш гид - Катерина Камышева - пригласила нас на вечеринку. -Понятно. Катя - моя сестра, я Кира. -Очень приятно. -А почему вы не танцуете? -А вы? -Да я тут никого не знаю. И, по правде, не люблю шумные компании. Я привыкла встречать новый год с бабушкой и дедушкой. Пришла позвонить, их поздравить. Через 5 минут уже новый год. -Через 5 минут? -Да. -Так почему мы здесь? -А где мы должны быть? -Внизу со всеми. Так что пойдемте встречать новый год. -Так а я... Поздравить же надо. -Потом перезвоните им. -Да? Ну пойдемте. ХОРОМ: Три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять, одиннадцать, двенадцать! РАДОСТНЫЕ КРИКИ -С Новым годом! ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА -С Новым годом, Кира. А по русской традиции мы три раза должны целоваться. -Издеваетесь? Мы едва-едва знакомы. -Были едва-едва, а теперь только едва. А если мы еще и потанцуем, будем вообще хорошими знакомыми, без "едва". Пойдемте? -Пойдемте. -Прости, я забыла, как тебя зовут? -Егор Ковалев. -А, ты сопровождаешь группу иностранных студентов. -Да. -А куда ты все время смотришь? А, так это Кирка, моя сеструха. -Красивая девушка. -Зараза малолетняя, американца захомутала. Всё мужиков ей мало. Ну-ка, пойдем. Френды, разрешите разбить вашу горячую парочку. Русский обычай. -Я Егор. И не умею танцевать. -Наш Егорка - богатырь, На носу вскочил волдырь. -Очень по-взрослому. -И еще, бабуленька, здоровья вам. Ну конечно, не буду вас огорчать. Да, бабуля, буду учиться хорошо. Всё, бабуленька, целую тебя и дедулю. Да, пока. -Значит так. Об Эндрю можешь даже не мечтать. Забыла этот персонаж, он мой. -В каком смысле? У вас что, уже что-то было? -Будет. Короче, я хочу за него замуж выйти и свалить отсюда. Ну как мамка твоя. Умная она была. Знаешь, я раньше этого не могла понять, а она сейчас, наверное, как сыр в масле катается. -Ну-ну. Дерзай. -А кто мне помешает? ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Алло. -Мамочка, с Новым годом! -Аришенька, привет! Как тебе в гостях? Тебе там нравится? -Йес. Мне тетя Джин подарила новую куклу, а с Кристиной мы делаем печенье. -Умница. -Ой, извини, мне некогда, печенье сахаром надо посыпать. Мамочка, я тебя люблю. -И я тебя тоже очень люблю. С наступающим. Новый год, принеси мне, пожалуйста, хоть... ...маленькую капельку счастья. Серия 17 ЗВОНЯТ В ДВЕРЬ -Ху из ит? -Дед Мороз. Хеллоу, мадам. -Сережа? -Здрасте. Ну что же вы гостей в коридоре держите? С наступающим. -Сережа, ты проходи... А Герман идет по своим делам. Идет по своим делам. -Это почему? -Потому что Аришки дома нет, тебе здесь делать нечего. -Вот как у нас получается: любить так любить, ненавидеть тоже на полную катушку. Так, да? -Арефьев, да пошел ты к черту! НАПЕВАЕТ: С Новым годом, с новым счастьем... -Ну что Герман? Не помогает? -А я у него деньги не беру. Хотя он Аришке школу оплачивает и лагерь. -Ты не работаешь? -Я работала в ресторане. Посуду мыла. Зарплата - прожиточный минимум. Надо же было мне ребенка кормить. А сегодня сказали, что ресторан обанкротился. Просили больше на работу не выходить. Вот так вот и вляпалась твоя Карамелька по самые уши. Дура. -Ну ладно, не заводись. Что так сразу "дура"? -Ну а как не заводиться? В Союз обратно не пускают, даже разговаривать не хотят. И вот я в чужой стране с маленьким ребенком на руках. Без языка, без работы. Конечно, дура. Бросила всё ради любви. -Бывает. Ладно, не грусти, Новый год все-таки. -Да. -Похулиганим? -А давай. -Давай выпьем за нашу невозможную любовь. Хотя... -Хотя... -Кира! -Эндрю? Здравствуйте. А я вас и не узнала. -Я сам себя не узнаю. О, а это вам. -Спасибо. А как же Катя? Сказать по секрету, вы ей очень нравитесь. -А мне нравитесь вы. Не смущайтесь. Вы очень красивая девушка. Неужели вам никто этого не говорил? -Вообще-то, нет. Какой вы смешной. Эндрю, вы, наверное, совсем замерзли. -Честно, я не только замерз, я еще и чертовски голоден. В вашем городе есть приличные рестораны? -Найдется. Я очень люблю рестораны. Едем. -О'кей. -А... вас, Егор, мы с собой в ресторан не возьмем. Научитесь сначала танцевать, в ресторане случается музыка. -Я научусь, обязательно. ЗВОНЯТ В ДВЕРЬ -Иду-иду! Ху из зеа? -Привет, это я. -Сережа? Привет. -Привет. -А это... Что это? -Буфет. Показывай, куда провизию сгружать. Здесь стейки, рыба, грибы, овощи - в общем, всё, что в хозяйстве пригодится. Так... Да, и вот еще... Деньги. Держи. Ты прости, я, дурак, в прошлый раз не подумал. -Мне не нужны твои деньги. Пожалуйста, забери это. И вот это тоже забери. Знаешь, я не нищенка... ...в милостыне не нуждаюсь. И вообще, я рассказала тебе это не для того, чтобы ты меня пожалел и накормил. -Да без проблем. Давай я всё это выброшу. -Ну подожди. Подожди! А что у тебя за рыба? -Форель, речная. -Форель? Можно? Ну ладно, уговорил. Я приготовлю обед. Но это в первый и последний раз. -Что, обед? -Да нет же. То, что ты мне продукты покупаешь. -Ладно, договорились. -Ну и где ты научился варить такой вкусный кофе? -Такой? В Индии. Там всегда его варят с перцем. Я вообще многое умею. Я ж практически всю жизнь холостяк. За исключением одного месяца. Ой, знаешь, хватило с головой. -Ну а сейчас... ...у тебя никого нет? -Ну почему? Есть. Знаешь, я вообще не муж, а мечта женщины. Практически капитан дальнего плавания, никогда дома не бываю. Всё езжу, езжу, езжу. Вот и здесь спецкором в "Литературке" тружусь. Я смотрю, и тебя в литературу потянуло. -Меня? -Конечно. Машинка, лист заправленный. Практически как заправский писатель. -Если бы. Вот... строчу письма в советское посольство. Прошение о возвращении на родину. -Интересно. "И когда солнце заискрилось в лепестках этих волшебных..." -Нет, это совсем другое. -"...и увидела свою волшебную фею". -Это другое. -Ну-ну, теперь это называется прошением о возвращении на родину? -Это что-то вроде дневника. Когда-то мой доктор сказал: "Будут на душе кошки скрести - садись и пиши". Вот я и пишу. Вспоминаю детство, юность. Семью. -А меня? -Ну и тебя, к сожалению. Дом с лилиями. В общем, всё. И плохое, и хорошее. И знаешь, Сережа, конечно, многого я раньше не ценила. Много ошибок наделала. -Это рукопись? Разреши, я возьму почитаю? Если вещь стоящая, будем публиковать. -Публиковать? -Конечно. -Ты что, шутишь? Где публиковать? В Союзе нельзя, здесь... Здесь это вообще нереально. -Стоп. Откуда такой пессимизм, не понимаю? Мне рассказывали, что ты очень четко работала с пьесами еще в театральной литчасти, когда вносила поправки в диалоги. Говорят, это было очень хорошо. -Да когда это было! -Не прибедняйся. А публикацию пробьем. Лучше думай над названием. -Ну а что тут думать? Давай назовем... ..."Дом с лилиями". -"Дом с лилиями"? -А что? -Годится. -Кирюшка! Ну-ка, иди сюда. -Сейчас. -Погоди-ка. Это что ты там делаешь? А? Кирюшка, где ты взяла эту кормушку? -Нашла в заброшенной комнате. -Ну надо же! Это ж я ее когда-то делал для мамы твоей и для Котьки. Они должны были каждое утро кормить синичек. И ссорились, чья очередь. Ты хоть дядьку помнишь своего? -Ну конечно, помню. Скучаешь по нему? -Да. -А у меня и фотография его есть. Всегда веселый был, шутил. -Ну этого ему было не занимать. При нем и дом становился веселее. А вот теперь, с сегодняшнего дня, ты становишься маленькой хозяйкой вот этого большого дома. -Дедуля! -Всё! Всё! Он твой. Ты полновластная хозяйка. Пошли, я тебе вручу дарственную в кабинете. -Дедуля, ну зачем он мне? По правде, мне в нем страшно. -Ну-ка, прекрати. Глупости. "Страшно"... Ну, Кирюшка, я... позаботиться о тебе хочу. Ну мало ли что, возраст, знаешь. -Тебя что, снова сердце беспокоит? НАПЕВАЕТ: Сердце, тебе не хочется покоя... ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Телефон! -Ну, беги. -Алло. -Алло. Здравствуй. Кира, это Егор. Я хочу встретиться. -Ну, вообще-то у меня со временем напряг. -А если я очень попрошу? -Ну если очень попросишь, я подумаю. -Очень-очень-очень-очень. -Ну перезвони. -Хорошо, тогда я заеду. -Деда! А ты бы в меня в такую влюбился? -Я когда-то влюбился в твою бабушку в сапогах и гимнастерке. -Что, прикажешь гимнастерку надевать? -Если любит, не важно в чем. Пошли. -Стереотипами мыслишь, дедуля. -Стереотипами? Словечки-то какие! Ну пошли, хозяйка. -Пошли. -Ты отлично выглядишь сегодня. -А я знаю. -А дед не заругает, если поздно вернешься? -А я что, поздно вернусь? Ну не знаю, как дед, а я не против. -Ты что, со мной флиртуешь? -Я? Очень надо. Хотя... ...почему нет? -А я - за. А дед надолго приехал? -Понятия не имею. -Ну а как ты думаешь? Да ты... Кира! Кира, ты что делаешь? -Я разворачиваю. Все вопросы задашь лично ему. -Ну у тебя и характер. -А я знаю. Ну, куда ты меня везешь? -Сейчас заедем в одно место, а потом - куда скажешь. Ну что, договорились? -Ну договорились. -Ну тогда поехали. Разрешите? -Проходите. Здравствуйте. -Здравствуйте. -Меня зовут Петр Петрович. Спасибо, что пришли. -Пожалуйста, проходи. -Откуда вы знаете, как меня зовут? -У нас обязанность всё знать. Мы хотим задать вам несколько вопросов о вашем новом знакомом, Эндрю Джеймсе. Скажите, Кира, в беседе с вами он, случайно, не интересовался вашим дедушкой? -Я не совсем понимаю. И, если вы мне не объясните, я ничего отвечать не собираюсь. И вообще, я ухожу и всё расскажу деду! -Кирочка, успокойся. -Да не волнуйтесь. Нате вот водички. -Кира, присядь. -Присядьте. -Садись, пожалуйста. Ну я прошу тебя, садись. Водичка. Петр Петрович, позвольте мне. -Давайте, товарищ капитан. -Кирочка, у нас есть подозрение, что Эндрю Джеймс связан со спецслужбами. -Ерунда какая-то. А ты с чем связан? Какое у тебя звание, Егор? Или ты не Егор? -Егор, Егор, не сомневайтесь. -"Капитан госбезопасности Ковалев..." Хоть с именем не соврал, все-таки Егор. Работа у вас такая, товарищ капитан,- во всех иностранцах видеть цэрэушников. А я не верю. -Ну и зря. -А придется. Кирочка, то, что я сейчас тебе скажу, - государственная тайна. В нашей области строится объект, связанный с оборонной промышленностью. -А товарищ Говоров, как первый секретарь обкома, как раз и знаком с материалами этого стратегического объекта. -Эндрю не зря крутится у вашего дома. Мне кажется, ему нужны эти сведения. -Ну, раз вы его подозреваете, так арестуйте. Я-то тут при чем? -А мы хотим взять его с поличным. И вы должны нам помочь. -Должна? -Должна, Кира, должна. -Должна. А теперь повеселимся. Куда тебя отвезти? -Я уже повеселилась, хватит. Отвези меня домой. Хотя... я сама доеду до дома со своего первого свидания. Ты обманул меня, использовал! -Пора взрослеть. Не веди себя, пожалуйста, как ребенок. -Хорошо, я повзрослею и сделаю так, как ты хочешь: соблазню, заманю. -Кира, не злись. Никто не должен знать, о чем мы разговаривали и где ты была. -Даже дед? -Пусть товарищ Говоров спокойно работает. Об остальном мы позаботимся. -Что я должна делать? -Принимай ухаживания Джеймса, веди себя как раньше. Он не должен догадаться, что под наблюдением. Справишься? -Легко. Потому что я не верю в то, что он преступник. Его интересую я, а не какие-нибудь дедушкины папочки и бумажечки. В отличие от вас, товарищ капитан, Эндрю честный. -Кирочка... -Не трогай меня! Я в тебя чуть не влюбилась. А теперь, Егор, наблюдай в подзорную трубу, как я буду счастлива с другим. Эх ты, командир полка, нос до потолка. Уши до забора, сам - как помидора. -Подожди! Да ё-мое... -Ну давай, порадуй. Что там у нас? ЗАПИСЬ: ДЖЕЙМС: Кира, я от вас без ума. Вы как барышня из романа Тургенева. КИРА: Не выдумывайте. Нет сейчас ни кринолинов, ни тех чувств. В наш век отношения более прагматичны. Увы. ДЖЕЙМС: Мне казалось, что вы неравнодушны к нашему другу Егору. КИРА: Кто, Егор? Эта акула бизнеса? Когда я узнала, что он пишет Кате диссертацию - 500 рублей за главу, он упал в моих глазах окончательно. Аферюга! Рыцарь наживы, вот он кто! -А-а... Вот фотографии. Они с Эндрю в кафе. Тоже в кафе. В аудитории. В кино и в парке. -Красиво. А почему они дома не встречаются? -Говоров сейчас безвыездно живет на даче... Но вопрос решаем. -Вы решайте, решайте. -Кирочка... -Да? -Мне только что приятель мой старинный позвонил, Мирон Полищук. Так вот, приглашает к себе на старый Новый год. Ну, я понимаю, праздник еще тот, но была бы компания подходящая да закуска правильная. А у него, кстати, много вкусностей будет. Поехали со мной, а? Я уже и Дементию позвонил. -Дедуля, я очень хочу с тобой поехать, но не могу. -Ну-ну, маленькая хозяйка не может бросить свое большое хозяйство. Да? -Да. -Ну, занимайся, занимайся. -Почему надо было выбрать именно темную комнату? -А нам там удобно. Мы занесем хлам обратно, никто ничего не заметит. Значит так, Кира, самое главное - ничего не пей. Это важно. -Думаешь, Эндрю меня отравит? -Кира, не ерничай. Это враг, и ему нужны документы из сейфа. Кира, я не хочу тебя пугать, но существуют такие препараты без следов и запаха... В общем, тебе надо что-то пролить, я не знаю... Главное, оставить его одного минут на 10-15. Поняла? -Да. Егор, мне что-то так страшно сейчас стало. -Кирочка, не бойся. Мы здесь, я здесь. Всё будет хорошо. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Так, пора. Кира! Удачи. -А где вы поставили прослушку? -На кухне, в гостиной и в кабинете. -Хорошо. -Вот, проходи. -Вау! -Проходи, проходи. -А я нам шампанское принес, кстати. Ты одна сегодня? -Да. Все как-то разъехались... -Все как-то разъехались? И дед твой уехал? Хотел увидеть его сегодня. -Он у друзей. Утром обещал быть. А что? -А то, Кира, что я давно об этом мечтал. -Ты знаешь что, располагайся, а я на кухню. У меня утка. -Молодец Кирка. -Ну вот, еще пять минут, и всё будет готово. -Кира, давай выпьем. А что это за праздник такой - старый Новый год? Звучит очень странно. -Сейчас я тебе расскажу. Всё дело в старом летоисчислении... -Давай вначале выпьем, а потом ты мне всё расскажешь. Давай-ка выпьем на брудершафт. -А это как? -А я тебе покажу. Вот так. -Ой, извини! Я такая неуклюжая. Но посуда бьется на счастье. -Кира, на счастье, на счастье. Ты же вся дрожишь, Кира. -Да? -Ну, что с тобой? Это в первый раз, что ли? -Да... Утка! -Она боится. -Утка... ГРОХОТ Кира! Кира, что случилось? -Я... Я так старалась... -Я не могу слышать, как дрожит ее голос. -А Джеймсу, похоже, нравится. Да не волнуйся, Егор, всё по плану. -Кира, ну ничего. Зато у меня будет шанс еще раз быть твоим гостем. -Ой, не подходи, испачкаешься. Я сейчас приду, только переоденусь. -Похоже, началось. -Да. Кажется, Джеймс идет по коридору... Подходит к кабинету... Отлично. -Кира... -Выйди! -Девочка моя... -Выйди, пожалуйста. Не трогай! -Кира... -Не трогай меня! -Ну ты же сама этого хотела. -Не трогай! -Кира... -Пусти! Я буду кричать! -Кира... -В гостиной тихо. -Странно. В кабинете - тоже. -Отстань от меня! Не трогай! -Я люблю тебя. Всё будет хорошо. -Отстань! -Успокойся, маленькая. Иди ко мне. -Что-то не так. -Егор, остановись. Не дури. Всё сорвешь. -Где Кира? Кира, Кира... -Тихо! Тихо. Открыл сейф. Ну что ж, берем. -Руки! -Добрый вечер, господин Эндрю. Нашли, что искали? -Не успел. -Где Кира? -Откуда я знаю? -Товарищ подполковник, разрешите? -Давай. Берите красавца. -Руки. ПЛАЧ -Кира?.. Кира, всё, успокойся. -Не подходи! Не подходи ко мне! -Всё позади, успокойся! Ты молодец. Ты молодец. Всё, успокойся. Кирочка, ты молодец. Мы его взяли. -Я не хотела. Я отбивалась. Но он сильный, очень сильный... А у меня никогда ни с кем ничего не было, ни с одним парнем. Я даже не целовалась. -Скотина! Тварь гнусная! -Вперед. Говорю, вперед. Вперед. -Товарищ капитан! -Постой, капитан! Остановись! -Всё, остыл. -Факинг блад! -Да уводите этого Джеймса к чертовой матери. -Есть. Пошел. -Факинг репист! -Фак ю! -Кира! Кира, ты где? Ты чего удумала? -Убирайся отсюда! Оставь! Отпусти меня, оставь! -Всё-всё-всё. Т-ш-ш. Я ничего не слышал. В спальне не было прослушки, прости меня. -Кирочка... Нам очень жаль, что так всё произошло. Поверьте, очень сложно всё просчитать заранее, особенно в такой работе, как наша. Но бывают издержки. -Значит, я ваши издержки, да? -Да вы не сомневайтесь, виновных накажем. К тому же мы обо всем, что произошло, доложим товарищу Говорову. -Что?! Не смейте никому рассказывать. Мне плохо. Мне больно и стыдно. Я растоптана. Я смята, как те простыни в спальне. Дедуля не должен знать ничего. Я хочу забыть. Ничего не было! Слышите?! Ничего не было! Я... ...сделала всё, о чем вы меня просили. Я даже не знала, чем это всё обернется. А теперь сделайте как я прошу. Пожалуйста. -Никто никогда ни о чем не узнает. Разрешите выразить благодарность за сотрудничество. -Заткнитесь! И уходите из моего дома! -Егор... -Я останусь. -Прости, дочка. Прости. -Я тебя не брошу. -И ты проваливай! И ты проваливай. Я тебя не знаю. -Я тебя не брошу, Кира. -Какое благородство! Девочку жалко, да? А кто обещал: "Я буду рядом, я тебя не брошу"? Ненавижу тебя. Если ты сейчас же не свалишь... -Я не свалю. -Тогда я скажу деду, что это ты со мной сделал. Он убьет тебя. -Ну и пусть. Подожди! -Ну всё, пока! НАПЕВАЕТ: Была бы наша родина... ...богатой и счастливой. А почему пусто? Что же вас Кирюшка не кормит? Птички, за мной! Кирюшка! -Тише, Михаил Иванович. Она спит. -Я вижу, что спит. А вы, собственно... -Простите, не представился. Егор Ковалев. -Егор? Так это, значит, к тебе Кирюшка на свиданку бегала? Ну садись, садись, что вскочил? Интересно... Интересно... А скажи-ка мне, Егор, что ты тут делаешь в восемь часов утра? Ты уже пришел или еще не уходил? А? Смотри, Егор, для меня эта девочка - самый дорогой человек. -Михаил Иванович... И для меня тоже. -А я не сплю, можете не шептаться. -О, Кирюшка! -Михаил Иванович... Кира вам должна что-то сказать. Угу. Кира, давай, я готов. -Ну, говори, Кирюшка, я тебя слушаю. -Со старым Новым годом, дедуля. -И всё? -Всё. -С Новым годом. Пойдем выпьем. Кирочка, ты здесь? Я же знаю, где ты прячешься. Вот, нашлась. Любимый потомок, а ты чего здесь опять? Почему в темноте да в пыли? -Не знаю. Захотелось. Я, наверное, сюда переберусь. И эта комната станет не заброшенной, а моей. -Конечно. Кирочка, там Егор тебя к телефону спрашивает. -Я не хочу его ни слышать, ни видеть. -Может, подойдешь все-таки к телефону, а то... -Нет. Скажи ему, чтобы мне больше не звонил. -Ну... Скажу, скажу. -Что с тобой? -Мне как-то не по себе, всю ночь не спала, и сердце щемит, как будто случилось что-то плохое. -Да ну, перестань, ты просто волнуешься перед встречей, вот и всё. -Думаешь? -Конечно. Не накручивай себя. Пойдем. -Нам сюда? -Да. И не волнуйся, это мой старый, добрый, хороший друг. -Да-да, проходите-проходите. Я вам завтра перезвоню. -Можно? -Можно? -Проходи. -Здравствуй, Сережа. -Здравствуйте, Иван Илларионович. -Здравствуйте. -А вы и есть Лилия Михайловна. -Да. -Ростопчин Иван Илларионович. -Очень приятно. -А вы очень красивая женщина, Лилия Михайловна. -Спасибо. -Голубчики, давайте прямо к делу. -Да, пожалуйста. -Спасибо. -Присаживайся. -Лилия Михайловна, я прочитал вашу рукопись. -Да? -Не буду лукавить. Она мне понравилась. Готов издавать. Тираж небольшой, 5 000 экземпляров, книга-то на русском, а вы автор неизвестный, начинающий. -Спасибо вам. О таком я даже мечтать не могла. -Гонорар будет скромным - тысяча фунтов. Больше я ничего, голубушка, сделать не могу. -Боже мой... Тысяча фунтов? -Да-да. -Это просто огромная сумма для меня. Фантастическая. Хотя я счастлива и без денег. -Тише, Лиль, не горячись. Предлагают гонорар - бери. Могла бы еще поторговаться, Запад все-таки, рынок. -Сигнальный экземпляр я вам пришлю. Я очень рад с вами познакомиться. А сейчас прошу пройти в соседнюю комнату. Там с моими юристами вы решите все вопросы по контракту. -Угу. -Конечно. Иван Илларионович... Спасибо, спасибо вам огромное. -Вы мне руку оторвете с благодарности, а я ведь еще пишу, она мне может понадобиться. -Конечно, конечно. -Спасибо, Иван Илларионович. -Спасибо. До свидания. -Прошу. Спасибо. -Вот, казалось бы, всё хорошо: Лондон, скоро выходит моя книга, а мне грустно. Всем этим я не могу поделиться со своими родными. Понимаешь? -Понимаю. Скучаешь? -А ты как думаешь? Папа с Кирой со мной не разговаривают, Тасе с Шульгиным звоню - постоянно срывается. -Да, прослушка не дремлет. -Я уже поняла. Вот так и живу, как между небом и землей. Здесь я не человек, потому что эмигрантка, а там не человек, потому что предательница. Только Аришка меня держит на этом свете. И ты, Сережа. Знаешь, то, что ты для меня сделал, я никогда не забуду. -Я завтра утром улетаю. Командировка заканчивается, мне нужно возвращаться в Союз. -Подожди, значит, сегодня наш последний вечер? -К сожалению, есть кое-какие формальности, которые мне нужно уладить до отъезда. Так что... ...попрощаемся сейчас. -Как? Прямо здесь? -Пиши мне. Хотя бы одно слово... хотя бы раз в месяц. И я буду знать, что у тебя всё хорошо. -Какое слово? -Это ты уж сама, Карамелька. Пока. -Пока. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Ариша, открыто! -Да я это! -Сережа... -Я в аэропорт, самолет через два часа. Я не мог тебя еще раз не увидеть и не поцеловать. Лилька, я 20 лет тебя ждал. И как трус бежал вчера. Боялся напроситься в гости, думал, что снова меня прогонишь. -Сейчас я бы не прогнала. -Милая моя, милая моя... Любимая Лилечка... СИГНАЛИТ МАШИНА Мое такси, мне пора ехать. -Пожалуйста, останься еще на минуту. Сереж, мы же еще увидимся, да? -Я не знаю. -Как? Подожди, ты хочешь сказать, что сейчас мы видимся в последний раз? -Загранкомандировку получить очень трудно, даже для меня. -Нет. -Могут вообще не выпустить. -Нет, Сережа. -Тише, только не плачь, Карамелька. Я постараюсь. Если это в человеческих силах, я обязательно к тебе приеду, я обещаю. -Да? -Только предупреждаю: не вздумай, пока меня не будет, еще раз выйти замуж или завести местного бойфренда. -Ну что ты говоришь? -А то всё будет жестко. Я люблю тебя. -И я тебя. -Пока. -Сережа... -Катя! Катя! -О, Егор! Сколько лет, сколько зим. Это что, всё мне? Как дань моей красоте и обаянию? -Катя, Киру позови, я знаю, она дома. -Кира, к тебе пришли! А что, Эндрю больше не вернется? Что-то уехал, даже не попрощался, записки не оставил. -Катя, а ты жди, жди. Вдруг дождешься, а? -Я что, похожа на декабристку? Я, Егорушка, в Москву перевожусь. В аспирантуру. Так что извини, твоя халтура за 500 рублей за главу диссертации пропала. -Какая трагедия. Знаешь, я, наверное, ночь спать не буду теперь. -Иди. -Пришел похвастаться? Тебе уже дали за меня звездочку? Или, может, сразу Героя Советского Союза? -Прости меня. Ты думаешь, я себя не корю? Да, я виноват. -А мне что с этим делать? Виноват он. Я жить не хочу. Если бы ты знал, как я видеть тебя не хочу. -Кира... Кира, Кира, послушай, это было задание, понимаешь? -Что тебе надо? Я поняла, я еще не все ваши задания выполнила, товарищ капитан, да? -Послушай, так сложилось. -Отпусти. Хотя я сама к выполнению любого вашего задания готова. Куда прикажете идти, товарищ капитан? -Кира! Кира... Воды! Катя! Серия 18 -Ну что, доктор? -Ну что ты суетишься, парень? Нормально все с твоей подружкой. Нашатырь дал ей понюхать, и все дела. Давление немножко падает, но все нормально. -Айболит, ты же пьяный. -А что? Сегодня праздник, юбилей у завотделением, имею право. -Если сейчас с ней что-то тут случится, я не знаю, что с тобой сделаю. -Ее Митрофановна смотрит. Она как стекло. Хоть и женщина. Митрофановна, ты где? -Чего расшумелись? Беременность у вашей жены семь-восемь недель, оттого и обморок. -Поздравляю! Не верил? Я же тебе говорил. Значит так, с тебя простава. Понял? -Поздравляю, папаша. -Я пошел. Пока! -Ваша жена сейчас выйдет. -Кира... -О, как у тебя тут уютненько! Я не поняла, ты сегодня завтракать будешь, нет? -Я не хочу никого видеть. -Ну что опять? Ну что случилось? Чего ты такая кислая? -Смотри, что я нашла, когда здесь все переворачивала. Это дневник бывшей хозяйки дома. -"И когда я поняла, что понесла, я поняла, что жизнь для меня утратила всякий смысл". А ты часом не того, не залетела, сеструха, а? Чего ж ты так очи стыдливо потупила? Ладно, не ты первая, не ты последняя. Будем делать аборт. Ну что ты на меня так смотришь? Раньше надо было думать. Детский сад. Когда только успели? Ну ничего, я уже два сделала, врачиха прикормлена. 100 рэ в зубы - и привет, сделает тебе без направления. -А это быстро? -Угу. Вот увижу твоего Егора, всыплю по первое число! -Только мне очень страшно. -Спокойно, ничего страшного. Укольчик сделают, и все, ты на свободе. Никто ничего не узнает, ты только молчи. Так, пора действовать. Мне надо позвонить. Кирка, я обо всем договорилась. Я за тобой приеду вечером. Слышишь? Да что ж ты вся дрожишь, глупенькая? -Я боюсь. -Да чего ж тут бояться? Все будет хорошо, я тебе обещаю. Запомни. Здесь 25 рублей, их нужно отдать врачихе. Поняла? -Угу. -Идем-идем, Ларисочка Ивановна! Давай, Кира. Давай. -Ну-ка... Аришка! Аришка! -Иду, мама. -Ну-ка, иди сюда. Смотри. Вот, читай. -"Дом с лилиями". -Да. Ты выше читай. -"Лилия Камышева". -Лилия Камышева. Это я. Это твоя мама! Понимаешь, у мамы вышла книга! Солнышко. -Поздравляю тебя, мамочка! -Спасибо, моя милая. -Йес! Теперь я всем в школе расскажу, что моя мама - настоящая писательница. -Да. Вот теперь настоящая. -А про меня там написано? -Угу. -А про папу, Киру? -Ну конечно, написано. -А дай почитать. -Солнышко, ты прочтешь это, когда немножко повзрослеешь. Ну просто пока ты не все поймешь. Так, кто это у нас губы дует? А ну, марш собираться в школу! А я бабушке позвоню. Ой... Ну надо же! Еще краской пахнет. -Лариса Ивановна, я вам так благодарна! Спасибо большое. До свидания. -Лариса Ивановна, а Кира разве сегодня не выйдет? -Сегодня не получится. -Почему? -Не могу остановить кровотечение. -Подождите! А это опасно? -В палату положить не могу и выпустить тоже не могу. Черт меня дернул с вами связаться! -Привет! -Где Кира? -Так она же пропустила много. Конспекты переписывает, у подружки ночевать осталась. -Ночью переписывает, да? Говори правду. Ну? -Баранки гну! Отвали. -Так, я сейчас из тебя всю душу вытрясу! Где она? -Отпусти меня! Сам дров наломал, а теперь бесится. В больнице твоя Кира. Аборт сделала. -Говори адрес. Кира? Кира. Что ж ты наделала-то, а? -Мне очень больно. -Если бы я мог тебе помочь... Девочка моя, держись. Мы обязательно выпутаемся. Все у нас будет хорошо. Я отвезу тебя домой. К себе домой. С мамой познакомлю. Все у нас будет прекрасно. -Мы договаривались, 5 минут. -А почему она лежит в таких условиях? -Молодой человек, идите домой. Кира, как ты? -Голова кружится. -Домой, сказала. Снова кровит. Давай на кресло. -961, 962, 963, 964... ...976, 977, 978... ...981... Кира. Кира. -На работку, на работку. -Люсь, только прошу, не забудь зеркала простерилизовать, потому что Лариса сегодня как грымза с утра! -Конечно, девку чуть не угробила. Молодая совсем, а деток уже не будет. -А я люблю тебя. -А я тебя ненавижу. Как ненавидела этого ребенка и его отца. Когда-то я мечтала о детях, о семье с тобой. Да, такая я дура. -Откуда в тебе столько ненависти? -Да потому что сама я уже не живу. Я умерла в этой больнице. -Что? Что мне надо сделать, чтобы ты меня простила? -Исчезни из моей жизни. Умри. -Как скажешь, Кира. Разрешите? -Проходи, проходи. Чем обязан? -Вот мой рапорт, прошу перевести. -"...ограниченный контингент советских войск в Афганистане". Вот как? Под пули захотел? -Так точно. -А могу я тебя отговорить? -Нет. -Это из-за той девушки Киры? -Прошу, Петр Петрович, подпишите. И давайте без лишних вопросов. -Твою мать. Не стану я подписывать. -Я все равно туда уеду, я для себя все решил. -Ковалев, сынок... Я тебя понимаю. Здесь тоже не сахар, но там война. А на войне убивают. -Спасибо, что объяснили, а я и не знал. -Ну и черт с тобой! Дурак упрямый. Иди, коли решил. Не пацан же желторотый. Офицер, коммунист. Знаешь, что делаешь. -Разрешите идти? -Иди. -Спасибо, Петр Петрович. -Привет! Какая ты бледная. Ну ничего, сейчас домой поедем. -Что-то водит, давай присядем. -Садись. -Помнишь... ...я нашла в заброшенной комнате... ...дневник первой хозяйки дома с лилиями? Купчихи. -Ну и к чему ты это все? -Она написала, как однажды ночью... ...явилась к ней хозяйка лилий и прокляла... ...ее и всех живущих в этом доме безбожников, не помнящих заповедей Господних. За любовь растоптанную. За смерть свою. И... ...что не будет в этом доме счастья. Разве что через сотню лет. -Через сотню лет? Это когда? 1995? Нет, я столько ждать не согласна. Вот как чувствовала, надо ноги делать. Уезжаю я, Кирка, в Москву. -Пойдем? -Пойдем, конечно. Теперь уже все позади. Ой! Льет как из ведра. Как говорится, уезжать в дождь - хорошая примета. Ну пожелай мне удачи, что ли, сеструха. Короче, есть один профессор, на меня глаз положил. Всего 45 лет. Так что буду я скоро профессорская жена и москвичка. -Это ты от него аборт сделала? -Сбрендила! От него я бы не сделала. Ну ладно... прощаться будем. -Угу. -Сестренка! Давай держись. -Представляешь, одна в пустом доме. Так непривычно и неуютно. Кать, может, не уезжала б, а? -Скажешь тоже. Ну вдруг это моя судьба! Понимаешь? КЛАКСОН Ладно, пора ехать. Ну все, давай. Беги в дом. -Возьмите. ЗВОН КОЛОКОЛОВ -Я вижу, тебе плохо. Так зайди помолись, легче станет. -А я не верю в Бога. -А ты поверь. Зайди и помолись. -Девочка, в косыночке надо ходить в церкву. Возьми свечечку. Поставь и помолись. -Сестра, перед богослужением матушка игуменья желает с тобой говорить. Она сейчас в саду у кельи. -Спасибо, сестра. -Пожалуйста. -Когда все сделаете, придете сюда, сестрам поможете. -Звали, матушка? -Ступайте. Ну, Кира... ...как тебе наша жизнь монастырская? Привыкла за месяц? А? -Спасибо, матушка Серафима, все хорошо. -Все хорошо? -Спокойно мне тут. -Спокойно. Я рада. Давай присядем. Сегодня я благословляю тебе еще одно послушание. Напишешь письмо родным. -Матушка, но мне трудно. -Кира, пойми... ...послушание... ...это смиренное подчинение воли другого человека ради Бога. Полное отвержение своей воли и разумения. Тебе нужно учиться послушанию. В Священном Писании, дитя мое, сказано: "Аще кто хочет по Мне идти, да отвержется себе и возьмет крест свой и по Мне грядет". Ты поняла меня, дитя мое? -Да. -С Богом. Ступай. -Спаси Бог, матушка. -С Богом, моя дорогая. -Лиля, мне только сообщили очень приятную для вас новость. -Правда? Какую? -Тираж вашей книги хорошо расходится. -Иван Илларионович, это же просто замечательно. Знаете, как я боялась вас подвести. Я боялась, что книга не будет продаваться. -Риск оправдан. Но все дело в том, что я ничем не рисковал. Я-то ничем не рисковал. -Как - не рисковали? -А вот рисковал... Рисковал Сережа Морозов. -Как? А почему Сережа Морозов? -Он просил меня не говорить об этом. Но я очень хочу, чтобы вы знали это. Я издавал его "Путевые заметки", что-то вроде "Англия глазами советского человека". Написано бойко, живо, с юмором, порой парадоксально. Так вот, весь гонорар он передал под издание вашей книги. -Он что, с ума сошел, что ли? -Да нет. Его поступок - свидетельство того, что вы ему небезразличны. -Но зачем? -А вот скажите, он и есть Сережа в вашей книге? -Да. Я правду написала. Иван Илларионович, если бы можно было отмотать жизнь назад... ...я бы никогда его не оттолкнула. -Бедная девочка. А что говорят в посольстве? -Ну а что они могут сказать? Уже третий отказ за два года. Не хотят нас с Аришкой пускать в Союз. -Как я вас хорошо понимаю. -Если бы вы только знали... ...как я скучаю по своим близким. Как они там? -Ну бери карты. Ты будешь играть? Какой у тебя козырь? Ага... У меня есть. Тася, ты можешь хоть на секунду отвлечься? Она уже взрослая девочка. Появится, я ей всыплю по первое число. -Не надо было ее Лиле отдавать. -Ну как это - не надо? Она ее мать все-таки. ЗВОНЯТ В ДВЕРЬ В карты не смотреть. -Ну кто там? Почтальон? Пенсию принесли? -Не почтальон, письмо заказное. Держи. Закончились наши страдания. Ее почерк. Открывай. Ну-ну-ну, читай. -Слава богу... Слава богу! Надо пойти позвонить. -Говоров слушает. -Алло, Миша. Миш, она нашлась. -Ну слава богу. -Да, слава богу. -Сейчас она выйдет. В общем, я навел справки про это местечко. -Ну? -Они полгода как открылись. Новые перестроечные веяния, понимаешь. Раньше здесь действительно монастырь был, потом какая-то фабрика. Потом штаб немецкий. А после войны - конюшня. Потом заброшено... В общем, гиблое место. Ну ничего, ничего, разберемся. -Храни вас, Господи. -О господи... Родненькая ты наша. Кирочка, родная моя. -Главное, жива, здорова. Кирюшенька, ты ведь здорова, да? -Со мной все хорошо. Теперь все хорошо. -Объясни, что все-таки произошло. Почему ты здесь? -Вот-вот, почему? Молодая, красивая, здоровая. Ты посмотри на себя! В кого ты превратилась! -У нас нет зеркал. И счастье не во внешней красоте. Господь смотрит не так, как человек. И, пожалуйста, дедуля, не кричи. Здесь нельзя громко разговаривать. -Тась... ну... я не знаю, ты скажи ей, я сейчас разнесу эту богадельню. -Не кричи, криком ничего не решишь. Кирюшенька, может, поехали домой? -Нам нельзя выходить за пределы монастыря. И теперь мне пора идти исполнять послушание. -Что? Это еще что значит? -У каждой монахини-послушницы есть работа, которую нужно исполнять. Сейчас я шью подушки. -Подушки? Вы посмотрите, она шьет подушки. Она бросила последний курс иняза, а сейчас дурацкие подушки шьет. -Еще я работаю в огороде, смотрю за скотиной, дою коз и коров. Учусь прячь шерсть. -Кира... Я не верю. Ну не верю я! -Дедуля, нельзя жить без веры. Нужно молиться, чтобы обрести веру. Я вас люблю и буду за вас молиться здесь. -Кира! -Кира... -Кира! Так... Вы меня ждите здесь, я сейчас этого председателя найду... Настоятеля. -Друже, никуда не ходи. -Я закрою ваш монастырь. Поверьте, для этого у меня влияния хватит. Моя внучка здесь прозябать не будет. Кире всего 20 лет. Маленькая еще, не ведает что творит. А вы и рады - поймали заблудшую овцу. -По уставу нашего монастыря Кира может стать монахиней только после 30 лет и только по собственному желанию. -В страшном сне не мог себе этого представить. В страшном сне! -Понимаю... трудно принять. Вы в церковь ходите? -Нет. -А крест носите? -Вот. 33 года назад его надела на меня любимая женщина. Вот! До сих пор ношу. -Ну вот видите! -Ну так это же... Это же не Бог, это любовь. -А Бог и есть любовь. -Хватит этой церковной схоластики, этого вашего опиума для народа. Хватит. -Не волнуйтесь, Кира присмотрена. Она чувствует себя нужной. Да неужели вы не видите? Девочка сломалась. А теперь душа ее должна окрепнуть. Ведь жизнь в миру... ...намного тяжелее, чем в монастыре. -Да. И все-таки я ее буду ждать. -Венечка, к столу. -Иду, моя радость. Ох, иду. Ух ты! Как прошел сегодняшний день, моя дорогая? -Знаешь, очень насыщенно. Сначала рынок, магазины, прачечная, химчистка. -Молодец. -И это все, заметь, на троллейбусе. -Ну, лапушка, такси мы себе позволить не можем. -Веня, я мыла вилку. Даже кипятком ее обдала. -Лишний раз не помешает. Милая моя, если бы ты была любознательна, читала бы литературу, ты бы знала, что вокруг нас не просто мир, а целый... -Зоосад бактерий. -Верно, зоосад бактерий. -Я не понимаю, ты профессор, завкафедрой, доктор наук, зарплата хорошая. Почему мы все время везде экономим? Никуда не ходим. Ну мы ж не где-нибудь живем, а в Москве. Я даже забыла, когда последний раз в ресторане была. -Ну, дорогуша, скакать по ресторанам в моем возрасте - это уже не очень хорошо. К тому же общепит не устраивает мой желудок. Уволь. И не нужно вздыхать. Вот скажи, сколько ты сегодня потратила? Блокнот покажи. Так... Однако. Однако. Постой, мне кажется, здесь гораздо большая сумма, чем я тебе давал. -Венечка, конечно, я же трачу еще и родительские деньги. -Ой, ты моя хорошая. -На то, чтоб тебе купить свежие продукты с рыночка. Да? Понимаешь, меня немного волнует то, что я больше прислуга, чем твоя жена. Мне хотелось бы какой-нибудь... ...стабильности, статуса, определенности. Когда мы подадим заявление? А что нужно сказать? -Спасибо за ужин, дорогая. Но ты, по-моему, несколько пересаливаешь. -Веня, когда мы закончим мою диссертацию? Ты же обещал. -Котенок, прежде чем закончить диссертацию, нужно ее сначала хотя бы что? -Начать. -Верно. Верно, начать. Отдыхай, моя радость. -Бляха муха, какая же тоска. -Михаил Иванович! -Ну что, скажи честно, не ожидал? -Ой, не ожидал, Михаил Иванович. Только позавчера в газете прочитал, что у нас в областном центре конференция первых секретарей обкома партии. У нас здесь! Вот, думаю, сам бы Михаил Иванович приехал. Рад. Очень рад. "Папочке от Киры". Спасибо за фотографию. Как же она стала похожа на Лильку. Правда? -Что, все забыть ее не можешь? -Да... Когда она была у меня, я... ...я был лев, я был сильный. А сейчас - так... Почва из-под ног уходит. Стержень, что ли, потерял. Не для кого жить, стараться. Все это так, хозяйство, дом... ...Верка - это не мое. Сопьюсь здесь или сдохну. Вот сижу здесь... ...как сыч, один. Пью. Вспоминаю наш дом с лилиями. Всякое, конечно, было. И хорошее и плохое. Но то была жизнь. А тут так, существование, болото. Бесконечное болото. Михаил Иванович, я хочу выпить за вас. Вы мне как отец родной. -Да и ты, Родька... ...один у меня остался. -С моего спиртзавода, знак качества. -Да. А знаешь что, Родька... ...не оставлю я тебя здесь, в этом существовании. На наш завод пойдешь замом. Все, давай пакуй вещи. -Не. Не, Михаил Иванович. А что, я поеду. Я смогу, Михаил Иванович. Вот так прямо с высокой трибуны и скажу, что вся эта антиалкогольная кампания - ошибка. Я не удивлюсь, если завтра опять народ Зимний пойдет брать. Где это видано, чтобы водка в три раза дороже стала? Да мало того, взять нельзя. По две бутылки и только после двух часов. Люди гонят самогон, травятся, а государство убытки терпит. Это я как хозяйственник вам говорю. -Ну ты сядь, сядь, Родька. Успокойся. -Я серьезно. -Вот переедешь, тогда и скажешь. Дом пустует. Хоть живая душа появится. -Я приеду. ТВ: ПЕСНЯ "ДЕНЬ ПОБЕДЫ" -Дементий! -Иду, иду, моя командирша. -Давай. Выходить пора. Утюг надо починить, проглаживает плохо. -Починим. -И очки тебе новые сделать. -Закажем. -И, пожалуйста, обещай, что после праздников сходишь к врачу. -Обещаю. Все? -Вроде все. -А теперь и я скажу. Ты у меня очень красивая. И я тебе за все... ...за все, за все... за все благодарен. -Это что за настроение такое? -Песня грустная. Навеяло. Я подожду тебя там. -Давай, я только обуюсь. ПОЕТ ПО ТВ: Дни и ночи у мартеновских печей Не смыкала наша Родина очей. Дни и ночи битву трудную вели - Этот день мы приближали как могли. Этот День Победы... -Дементий, как считаешь, лучше черные или белые? Черные поновее, но натирают, а белые как-то сюда... -Тась... -А? -Ты была со мной счастлива? -Батюшки, это что значит - была? -Знаешь... Меня всю жизнь совесть мучила, что я забрал тебя у Михи. Может, тебе было бы с ним лучше. -Лучше тебя никого нет. Я только жалею, что не сразу это поняла. Так что я все сделала правильно. Я выбрала лучшего мужчину. Своего мужчину. -Э, нет. Это я тебя выбрал. -Раз шутишь - значит все в порядке. Черные, наверное, все-таки лучше. -Тась... -Вот так. -А знаешь... ...мне не страшно. -Да что ты! Хандрит он. Сейчас пойдем, со своими встретимся. Выпьем сто грамм наркомовских за Победу, песни попоем, хандра и пройдет. А потом... Дементий! Дементий! Серия 19 -Дядя Герман, зачем ты делаешь укол? Тебе плохо? -Деточка, какая же ты глазастая. Я заболел. Только давай договоримся: маме об это ни слова, а то она расстроится. Договорились? -Мама пришла! -Вот она, моя маленькая девочка! А мама тебе столько всего вкусного принесла, ты не представляешь! Герман? -Приветствую! Наконец-то! А мы с Аришкой все ждем, уже два часа ждем. А тебя все нету. -Аришенька, милая, иди к себе в комнату. Мы потом продукты разберем. -Ариша... -Иди, солнышко. Видимо, ты недопонял меня в прошлый раз? Я иду звонить в полицию. -Ух! Не женщина, а разгневанный вулкан. Подожди. Хочу извиниться: был неправ. -Что ты... Да пошел бы ты куда подальше со своими извинениями! Не трогай! -Т-ш-ш. А если я скажу, что я тебя все еще люблю? -"Люблю"? -Люблю. -Ты что же меня за дуру держишь, да? Слушай, а где же тогда кольцо, которое надо вернуть? Ну которое ты в прокат брал в прошлый раз. -Сдал. -Сдал? А где тогда цветы, свечи? Где это все? -Свечи погасли, цветы завяли - всё. -Увяли? Ну тогда про стихи я вообще не спрашиваю. -Почему? Среди мерцающих светил Одной звезды я повторяю имя Не потому, что я ее... -Что? Забыл? А я и говорю, ты в этот раз как-то плохо подготовился. -Иронизируешь? Ну-ну. Но я-то человек творческий, увлекающийся. Стоишь такая сексуальная, манящая... Я от тебя глаз оторвать не могу. -Ну и что? Я опять запретный плод? -А может, у меня комплекс недосягаемых женщин. Ты вот сейчас опять наверху, а я... Ну и, выражаясь современным языком, я тебя хочу. -Мразь! Подонок! -Тихо! -Мерзавец увлекающийся! Да ты никого не любишь, кроме себя! Убирайся отсюда! -Ух ты! Разгневанная амазонка! Ты мне такая еще больше нравишься. Но тон! Очень интеллигентный тон. Что? Сережку ждешь? А если бы он хотел, он давным-давно бы приехал. Сейчас времена другие - у него пол-Москвы баб. У него каждый месяц новая. -Заткнись! Убирайся! -Да, это так. -Я тебе сказала, убирайся. Я тебе сказала, убирайся отсюда! Убирайся! Вон отсюда! -Тихо, тихо! -Вон. -Тихо, я сказал. -Вон. Видел? Вон. Убирайся! Вон, я сказала! -Что "вон"? Мразь! Это я мразь? Может быть, ты вспомнишь, из-за кого я здесь оказался, мразь? И не надо меня провожать. -Господи... -Мама, не надо было кричать на дядю Германа, он болен. -Что? Что ты говоришь? Болен? Чем это он болен? -Не знаю, но я видела, как он делал укол вот сюда. -Как? Не может быть. Он что же, наркоман, что ли? ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Да? -Алло? -Карамелька? -Сережа... -Ты что, плачешь? -Этот гад Арефьев своим появлением просто отравляет мне жизнь. -Погоди. Я не понял, ты что, с ним видишься? -Да я его не видела год или больше. А тут взял и явился. -И? -Я скучаю по тебе. Это просто невыносимо: ты там, а я здесь. -Лилечка, милая, любимая моя, не плачь, пожалуйста. Не плачь, я прошу тебя. Все будет хорошо, слышишь? ГУДКИ Лиля, ты слышишь меня? Привет. Севка, мне в Лондон надо. -Да? А мне на Луну. Морозов, слушай, ты меня достал со своим Лондоном. Тут вон Толя Рудаков с Аляски вернулся, материал может получиться - бомба! Возьмешь? -Возьму. Но потом ты мне сделаешь командировку в Лондон. Хоть на неделю, хоть на пару дней. -У тебя чего там, баба, что ли? -А это уж не ваше дело, товарищ Сева. Ну что? Договорились? Я тебе жвачку привезу, хочешь? -Да ладно, жвачку... Там видно будет. Толя? Да, это я. В общем, по Аляске будешь с Морозовым работать. Да. И помните о сроках. О сроках помните! -Будет Лондон - будут сроки. -Я на Аляске 10 пленок отщелкал. 10 пленок! -Здорово. -Одна другой краше. Вот это, кстати, длиннофокусник. Как тебе? -Да вижу, вижу. Молодчина. Талант не пропьешь. О-па! А это что за... -Аляска, она вообще, знаешь, напоминает Дальний Восток где-то в районе Магадана. Морозы, сопки. Чуть повыше, севернее тундра-матушка. -Черт возьми... -Рыба красная, икра. Водка, правда, дорогая. Слышишь? 18 баксов литр "Столичной". Нормально? Это Горбачев с Рейганом, видать, сговорились весь мир трезвенниками сделать. -Я ни черта не пойму! Толя, ну-ка, смотри. Вот эту пленку ты где отснял? -Это Анкоридж, их местная столица. Недалеко от нее как раз золото нашли, ну и пошла золотая лихорадка. Помнишь, как у Джека Лондона "Белый клык", "Зов предков"? -Погоди ты с Джеком Лондоном! Что это за самолет? А что это за мужики? -Ну местные авиалинии. Вот же название, видишь? Мужики, америкосы. -Что, все америкосы? А вот этот? Смотри, этого как зовут? -А я помню? -Вспоминай. -Слушай, можем узнать - контакты сохранились. Я не пойму, чего ты так завелся? Знакомый, что ли? -Да сам не пойму. Похож вроде. Нет, слишком много времени прошло. Да и быть такого не может. -Старик, в этой жизни все может быть. Вот когда в Буркина-Фасо я был... -Толя, тебе задание. Нарой все, что возможно, мне об этих мужиках, понял? Это очень важно. -Да не проблема, нароем. -И сделай мне эти фотки покрупнее. -Давайте я лучше сама, Сережа. Ну вот, родной мой, вот и повидались мы. Скоро опять к тебе приду. Вот и Сережа пришел тебя проведать. Спи спокойно, Дементий. Пойдемте. -Прощай, Дементий Харитонович. Помню тебя. -Таисия Александровна... Даже не знаю, как сказать... -Что-то случилось? -Посмотрите, пожалуйста. Вы узнаете кого-нибудь на этой фотографии? -Нет, мне кажется, что нет. -Понимаете, дело в том, что буквально несколько дней назад наш корреспондент привез свежие материалы с Аляски. Не знаю, может быть, я сошел с ума, но мне кажется, что этот первый справа - это Котя. -Сережа, ну что вы? Не знаю, конечно, 11 лет прошло. Неужели это возможно? Он же пропал без вести. -Вот именно что пропал. Но не погиб. Я своим чутьем журналистским чувствую, что нужно копать именно здесь. Если на этой фотографии именно Котя, если он жив, я его найду. -Дай-то Бог, Сережа, дай-то Бог. -Вот что, Тася. Переезжай-ка ты ко мне. Нас столько связывает, столько пережито. Дочка, внучки... А то ты здесь совершенно одна. И я один. И поверь мне, это не будет предательством перед памятью Дементия. -Нет, Миша, не могу. Совсем не могу. А ты знаешь, мне весь этот год кажется, что вот сейчас он из комнаты выйдет, меня позовет, а меня и дома нет. -Понимаю, Тася. -Я очень его любила. И мне очень жаль, что я не сказала ему тех слов, которых он заслуживал и которых ждал от меня годами. -А меня не жаль? -Мишенька, но ты сам во всем виноват. Прости. -Ну что ж, поеду. Столько проблем. -Работа, как всегда? Миша, сядь. Сядь на минутку еще. Я попросить тебя хочу. Я очень хочу увидеть Лилю с Аришей. Ну помоги ты им с документами, пусть Лилю в Союз впустят. Она вон запросы один за другим посылает, а ей отказывают. Ну сейчас же проще: сейчас свобода, гласность. Вон с трибун вещают, по телевизору показывают. -Вещают. А куда это нас приведет? Вещают они! -Миша... -Прости. -Уже столько лет прошло. -Так... "Уважаемая Лилия Михайловна..." ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Да? Лондон вызывает? Да, да, конечно, буду говорить. -Алло, Сережа, это я. -Слышу, любимая. Слышу. У тебя все хорошо? -Да, все прекрасно. Сережа, ты можешь не приезжать. Ты меня слышишь? -О-па... То есть как? Я не понял. Ты что, мне даешь отставку? От ворот поворот? Погоди, или ты опять простила этого гнуса Арефьева? -Что ты? -Лиля, прекрати сейчас же смеяться и объясни. -Сережа, я получила разрешение из посольства. Я сама приеду. Так что жди и волнуйся. Я люблю тебя. -А я тебя - больше. Пока. -Пока. -А я тебя - больше. ЗВОНОК В ДВЕРЬ -Ты? -Здравствуй. Я на минуту. -Здравствуй. -Ты ужасно выглядишь. -И чувствую так же. Проходи. Извини, у меня не убрано. Ты зачем пришла? -Как только закончится учебный год, мы с Аришкой уезжаем в Союз. Так что если у тебя есть желание, ты можешь с ней попрощаться. Потому что я собираюсь там остаться во что бы то ни стало. Что с тобой? Что с тобой? Давай-ка... Тебе плохо? Значит, Аришка была права. А что ты колешь? Но как? Как ты докатился до такого? Опять твоя увлекающаяся творческая натура? -Меня уволили. -И неудивительно. А кто будет терпеть наркомана в прямом эфире? -Не только наркомана. На, читай. -Что это? -Это результаты анализов. Сделали еще неделю назад. Я с тех пор и пью. Тест положительный. Это... ...СПИД, Лилечка. Лиля, я понимаю, что я перед тобой виноват... ...очень. Но ты же ангел. Пожалуйста, Лиля, не бросай меня. Я боюсь. Я умирать один боюсь. Мне страшно очень. Лиля, пожалуйста. -Ну как же так? ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Алло? -Сережа? -Лиля? Ну слава богу. Ну что же ты? Я звоню, звоню. Ты почему трубку не берешь? Ты знаешь, я тут такую деятельность развернул. Ремонт в квартире устроил. Вам с Аришкой понравится. А еще я снял в Мисхоре дачу на два месяца прямо у самого моря, представляешь? Лиля, ты слышишь меня? Лиля, ты почему молчишь? -Герман болен. Я остаюсь с ним, я не приеду, Сережа. -Лиля, не делай этого, прошу тебя. Пожалуйста, Лиля. Да пусть этот подонок хоть при смерти лежит! Ты пойми, тебе же больше могут не дать визу. Мы никогда не увидимся, Лиля. -Я понимаю, но тут другая ситуация. Он безнадежно болен. -Понятно. В общем, ты, как всегда, выбираешь не меня. Только я этого больше терпеть не намерен. Ищешь предлог остаться? Оставайся. Черт! -Сережа, послушай меня, Герман - отец Аришки. Я когда-то любила этого человека. И пусть он хоть трижды подлец, я не могу его бросить сейчас. -Да прекрасно. Ты знаешь, я найду с кем съездить на море! Желающих будет достаточно, поверь мне. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Вот прямо сейчас в дверь звонят, слышишь? Послушай! -Ну да. Ты мне говорил, что у тебя кто-то есть. -Лиля, с тех пор как я от тебя приехал, никого не было. Приезжай, и, кроме тебя, никого не будет - только ты. -Я не могу. -Ну смотри. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Да кого там черт принес?! -Привет, Сережа. -Привет. -Сереженька, я на минутку. Я у тебя как-то косынку забыла. Ту, которую ты мне привез, помнишь? -И она тебе через год срочно понадобилась? -Да. -Понятно. Алиночка, видишь, у меня ремонт. Что-нибудь найти здесь - большая проблема. Хочешь - ищи. Да черт возьми! -Сережа, я с мужем развелась. -Шикарная новость. -Ты рад? -Очень. -Послушай, ты правда рад? -Правда. -Я останусь? -Алина... ...ты иди домой, ладно? -Сережа, но... -Ну пожалуйста. Я прошу тебя. Давай, давай. Ну... Ты прости меня. -Сережа... -Прости, Алина... Давай иди. Увидимся как-нибудь. Давай. Пока. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН Да? Международная? Да, я Морозов. Соединяйте. Лиля, Лилечка моя, прости меня. Карамелька моя, прости меня дурака. Я был неправ. Слышишь меня? -Ну если Сергей Морозов по-прежнему влюблен в мою сестру... Ну что, не узнаешь? -Котя... -Значит, все-таки есть в жизни стабильность? -Котя! -Ну здорово, целинник, ударник, звеньевой. -Твою мать! Котька! -Ну? Ну чего молчишь? Я это, я. -Послушай, я написал письмо, ни на что не надеясь. В каком-то незнакомом бородаче на краю земли показалось такое что-то до боли знакомое. Котя, а тут бац - и действительно ты! Слушай, да я в себя прийти не могу. Скажи, пожалуйста, какого хрена ты столько лет не объявлялся? -О, дружище, это длинная история. Ты уверен, что тебя там не подслушивают серьезные товарищи в штатском? -Да плевать. Рассказывай. -Да я уже и сам не помню, с чего все началось. Ну, в общем, все при встрече. -Герман? Герман, пора. -Не надо. Не буду. -Почему? -Бессмысленно. Все равно ничего не придумали против этой чумы 20-го века. Не надо. -Ну пожалуйста. Врач сказал, что это поддерживающая терапия. Ну давай, я тебя очень прошу. Герман, прошу тебя, давай. Ну... аккуратно. -Гадость какая. Лиля, а как ты думаешь, может быть, болезнь моя - расплата за мои грехи? -Не знаю, Герман. -И я не знаю. Все куда-то бежал, стремился к славе, признанию и... Ты и дочка - самое дорогое, что у меня есть. -А хочешь, чтобы я сказала ей... ...что ты ее отец? -Нет. Не надо. Я не хочу, чтобы она меня таким запомнила. Не надо ни говорить, ни приводить. -Ладно. С днем рождения тебя, родная. Я не забыл. -Спасибо. -Помоги... -Куда? -Сейчас. -Куда? Тебе надо сидеть. -Иди. -Что? -Иди. Вот. Тебе. -Нет. Они очень дорогие. Я не возьму. Лучше потрать эти деньги на лечение. -Да нет. Это подделка: бриллианты не настоящие, искусственные, но очень искусные. Давай. Носи. -А ты знаешь, что дарить часы - это плохая примета? -Лиля, а что в моем положении хорошая примета? ЗВУЧИТ МУЗЫКА ИЗ ПЕСНИ "ПОДМОСКОВНЫЕ ВЕЧЕРА" ЗВОНОК В ДВЕРЬ -Кто там? Здравствуйте. -Надеюсь, здесь живет наша именинница? -Да, здесь. -Ну тогда от всей души. И многие лета. -Спасибо. Вы проходите, пожалуйста. Очень красивые. Вот здесь мы и обитаем. -Да. А где же наша Аришенька? -А она репетирует в школьном оркестре. Без нее никак. Иван Илларионович, если бы вы сейчас не пришли, я бы выпила бутылку вина и всю ночь проревела от одиночества. -А что нам мешает? О, бокальчики как раз. -Да. -Выпьем не много, но достаточно. -Присаживайтесь. -Спасибо. -А что, мы еще кого-то ждем? -Жизнь полна неожиданностей. -Вы меня ждете, сэр? -Я не сэр, я из СССР. -Ух ты, какой! Что, прямо с целины? -Узнаю Григория Грязнова. Все-таки жив, курилка. Я ведь до последнего не верил. -А это все-таки я. -Котька! -Серега, я так рад! Ты же первое родное лицо за столько лет. -Так, а борода где? -Ну... -На фото бородища была. -Да. -А шрам откуда? -Все потом, Серега. Нам еще цветы купить. Надо Лильку как-то подготовить. -Подготовим, а как же? Пойдем. Устрою ей сюрприз. -Насколько я помню, по русскому обычаю первые три тоста должны быть за здоровье именинницы. -Спасибо. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Так это что? Это он? Это Сережа? -Я полагаю, что не Маргарэт Тэтчер. Сереженька! -Здравствуй, Карамелька. Ну вот как я мог забыть этот день? -Привет. -Это тебе. -Спасибо. -Иди ко мне, моя хорошая. -Сереженька, ну как такое может быть? -Я всегда говорю: мир полон неожиданностей. -Да, мир не без добрых людей. Иван Илларионович сделал мне вызов. Здравствуйте. -Сережа помогает мне с Союзом писателей. Там столько волокиты, советская партократия, бюрократия. Но, слава богу, все идет к лучшему, И скоро мы добьемся своей цели - будем издавать Набокова, Булгакова... -Бродского, Мандельштама, Аксенова и Говорову. В замечательном издании, с фотографией. Лилия среди лилий. -Да? Ну я это запомню. Кстати, цветы поставлю. -Давай. И что самое интересное, Иван Илларионович, представляете, эти прекрасные произведения рождаются именно за этим, казалось бы, совершенно невзрачным столом. -Да. -Да вот они. Это рукописи. Так, Карамелька, откуда такая роскошь? -Они ненастоящие. Это бижутерия. -А то я уже думал, мне пора начинать ревновать. Такие подарки просто так не делают. -Лилечка, позвольте, я взгляну? -Да, пожалуйста. -Да, я кое-что в этом понимаю. Вы знаете, эта бижутерия называется "Картье". -Как? -И стоит это удовольствие тысяч 10 фунтов, не меньше. -Так... Арефьев? -Ну да. -Понятно. -Я же ничего не знала. -У вас что, в Лондоне тут воры совсем перевелись - дверь не закрываете? Ну, чего уставились? -Котя... Котя, это ты? -Смелее, малая, смелее. Лиля, да ты чего, до сих пор от своей привычки не избавилась? -Лиля... -Звеньевой, ты же должен был подготовить... -Да должен был, но как тут подготовишь? -Спокойно. -Дыши, дыши, сестренка. -Пойдем отсюда. Они сами... Пойдем. -Ты чего? -Ты знаешь, день, когда мне сообщили о твоей гибели... ...был самым страшным днем в моей жизни. -Как падал самолет, не помню. Очнулся уже в какой-то палатке. Меня кто-то там постоянно отпаивал и все время куда-то везли. Это были кочевники. Их называют туареги. Они постоянно колесят по пустыне. -Ну да. -У них я прожил три года. Ни хрена не понимал: что происходит, где нахожусь, куда мы движемся. Я поначалу хотел бежать. А куда бежать? Пески кругом. Сахара. -Бедный ты мой, бедный. -Ну а потом меня продали. -Подожди, как продали? -А вот так. Как летчика - американцам. Ну вот так я и оказался в США. -А как же шрам? Они что, тебя пытали? ЦРУ? -Ну, они пытались получить сведения... ...но ничего нового я им сообщить не мог. Да и не хотел. Так, помариновали и отпустили. А шрам - это от падения. -Подожди, но когда тебя отпустили, почему же ты сразу нам ничего не сообщил? Ты же мог позвонить нам, написать. -А ты думаешь, я не хотел? Да ты даже не представляешь, как я хотел. Хотел домой, к тебе. -Котик... -К маме, к отцу. В наш дом с лилиями. Знаешь, сколько раз я стоял под нашим посольством и думал: зайду и что? Из партии попрут. Летать запретят. Да я бы только жизнь испортил отцу и вам с Камышевым. Так что решил, что... ...будет лучше, чтобы все думали, что я погиб при исполнении интернационального долга. -Котик, ну какой же ты дурак! Хоть и вся голова седая. -А я не отрицаю. -Если бы ты знал, как мне тебя не хватало все это время. Вот если бы ты тогда объявился, возможно, даже моя жизнь пошла бы по-другому. -Ну... Поэтому ты мне и снилась все время. Правда, ты с мамой. Иногда даже отец. Кстати, как он? -Как? Не разговаривает со мной. -О! Узнаю Михаила Ивановича. -Да. Вся связь только через маму. Ну а вообще - хорошо. По крайне мере здоров. -Это главное. -Да. -Лиля, а ты... ...о моей маме что-нибудь знаешь? -Маргарита Васильевна... Она умерла два года назад. Котик, мне очень жаль. Я знаю, что бы я сейчас ни сказала, все звучит глупо, но я хочу, чтобы ты знал, мне тоже очень больно. Она меня воспитала. Она нас с тобой воспитала. Я всегда любила ее как родную мать. Ты понимаешь? -Лиль, ты... -Котик... -Все хорошо. Всё... -Я знаю, что ты любишь Лилю. Но она никуда не уедет. -Тебе... ...так приятно ее мучить? -Я написал завещание. Несколько лет тому назад я удачно вложил деньги в трастовый фонд. Он неплохо заработал, я тоже. Так что... ...я сумею обеспечить... ...и Лилю, и Аришу. -Я видел часы. Они что, действительно стоят 10 000 фунтов? -Они стоят 11 800 фунтов. Я могу показать чек. Я... ...оставлю им... ...дом, все свои сбережения. Но... ...при одном условии: что они должны остаться жить здесь... ...а не уезжать туда, в совок. -Ну и гнилой же ты все-таки тип. Один раз в жизни хочешь сделать что-то хорошее и то условия ставишь. Лиля знает о завещании? -Это будет для нее сюрприз. -Как-то много сюрпризов для моей женщины. -С каких пор... ...она стала твоей женщиной? Ты зря, Сережа, прилетел. Уходи. Серия 20 -Можно войти? -Ты уже вошла. -А что, что-то случилось? Сереж, ты сердишься на меня? -Нет, я на себя сержусь. -Я не понимаю... -И не надо. Ты зачем приехала? Одна, ночью... -Ну, во-первых, я хотела сказать тебе спасибо за Котю. -Пожалуйста. -Но я приехала не только за этим. -За чем еще? -Если женщина приезжает к любимому мужчине одна ночью... -А я любимый? -Жаль, что ты этого до сих пор не понял. -Лиля... -Что? -Прости меня. Подожди. -Сережа... -Любимая моя. Милая моя Карамелька. Карамелька... Карамелька... Карамелька... -Ой... Доброе утро. -Доброе утро, соня. Не могу на тебя насмотреться. -Не смотри. -Ты прекрасна. Выходи за меня. -Ты сейчас так обреченно это сказал. Так смотришь... -Я очень тебя люблю. Очень. Но ты не ответила. Замуж за меня пойдешь? -Ну вот, ты опять за свое. Ну как ты себе это представляешь? Это просто невозможно: ты там, а я здесь. И потом у меня обязательства, ты знаешь, - Герман. -Завещание... -Какое завещание? Ты о чем? -Неважно. Важно то, что ты опять выбираешь не меня. Да... А когда-то ты бежала за мной на целину. И вот что... ...знаешь, Лиля, мне не нужны больше встречи раз в полтора года. Я больше не приеду ради одной ночи. Вот. Это ключи от моей московской квартиры. Если я тебе нужен, ты знаешь, где меня найти. -Не уходи. Не смей меня бросать. -Мне очень жаль. -Сережа... -Это была самая желанная ночь в моей жизни. -Не уходи. ЗВУК РАЗБИТОГО СТЕКЛА -Вот незадача... -Михаил Иванович, что вы здесь делаете? -О, Родька? Проснулся? Принимай нового жильца - пенсионер союзного значения. Ну-ка... Слушай, а что это у тебя в доме одни яйца и никаких других продуктов? -Михал Иваныч, я что-то спросонья не пойму, вас чего, сняли? -Сейчас "сняли"! Сам ушел. Не могу видеть, как страну разваливают. А бороться силы уже не те. Мне бы вот сбросить лет 20, я бы им показал. Угощайся, угощайся. Социализм их такой не устраивает, видите ли. 70 лет строили всей страной! А теперь вот чего. Перестраивать взялись. На хлебушка. Да садись, чего ты? -Да... Михал Иваныч, так вы чего? Вы из-за этого? Так оставались бы там, у себя. Для вас же ничего не изменилось. Вам же положена обслуга, кухарка, те же распределители. Ну а здесь-то чего? А там живи не хочу. -Ничего мне от них не надо. Я послал всё. Точка. Проживу как все. Пенсию я заработал: 60 лет стажа без малого. Что-то сердце давит. Пилюли мои найди там. -Давайте скорую вызовем? -Не надо. В больницу не поеду. -Давай Таисии Александровне позвоню. -Не надо! Не нужен я ей. Обойдемся. Сядь! Говоров дважды никого ни о чем не просит. Не смей ее вызывать. Обещаешь? Вот. Ты лучше вон в холодильнике водку возьми, по полтинничку выпьем. -Может, не надо, а? -Надо! Под горячее и нищий приемлет, а я пенсионер. Мне теперь, Родька, все можно. Наливай. -Таисия Александровна, здрасте. -Родя, здравствуйте. Спасибо, что навестили. -Все хорошо, вы не волнуйтесь. -Что? -В общем... как сказать. Михал Иваныч... -Что с ним? -Да чего, ушел на пенсию. Переехал в дом с лилиями. -Родя, ну вы даете! -Ну к жизни он никак не приспособлен. Раньше трубку снял, и еды принесли, машину подали, а теперь хочет жить как все, а ничего не получается. Сидит дома один, ничего не ест, хандрит. А еще этого телевизора насмотрится, газет начитается и вообще расстраивается, матюгается сидит. А потом таблетки глотает горстями. В общем, Таисия Александровна, плохо ему очень. Очень плохо. -Давно? -Да уж две недели как переехал. -Я поняла, Родя. -Только учтите, я вам ничего не говорил. А то он меня прибьет и в землю закопает. Ну все, я поехал. -Счастливо, Родя. -До свидания. -Миша, Миша... РАДИО: Вчера, 28 мая 1987 года, спортивный самолет американского производства нарушил воздушное пространство СССР и совершил посадку на Красной площади в Москве. -Дожили! РАДИО: Нарушитель, гражданин ФРГ Матиас Руст, был задержан... -Немцы уже в Москве! Вот идиоты! И я тоже идиот. Надо же! Красная площадь! -Здравствуй, Миша. -Таисия Александровна, свет очей моих! Не моих, не моих. Ну? Ты чего пришла? Хотя подожди, я сам угадаю. Родька, пакостник, наябедничал? -Миша, ты плохо выглядишь. -А я тебе никогда не нравился. Присаживайся. -Ты бы хоть яичницу себе какую пожарил. Что ты питаешься одними консервами? -Тася, от этих яиц я закукарекаю скоро. А это, смотри, бычки. Смотри, даже десерт есть. И это... во! "Сникерс"! На, Тася, это тебе. Фу, гадость такая! Подожди, а что это у тебя там? Продуктовый десант? Я теперь понимаю, почему Камышев выживает - его тещенька любимая подкармливает. А это все ему? Или и мне можно тоже? -Только после того, как ты побреешься и примешь душ. А ну-ка, шагом марш. -За ваши блинчики, мадам, я и родину продам. -Миша! Что ж такое с тобой? Я тебя не узнаю. -А я, Тасенька, на пенсии, мне теперь все можно! НАПЕВАЕТ: Сердце, тебе не хочется покоя... Ну? Как? -Вот теперь другое дело. Теперь прежний ты. -Тася, не надо всего этого. Я ж понимаю с первого раза. Ты хранишь память о Дементии. Будем хранить ее вместе. -Значит так, я остаюсь. Буду в своей комнате жить. Теперь никакого телевизора, программы "Время" и "Прожектора перестройки". Понятно? -Так, я что-то не понял. Кто тут Говоров? -Теперь я. Приятного аппетита. -Ну что ж я буду целыми днями делать-то, Тася? -Ты гуляй, классику читай или вот... -А это что? "Дом с лилиями", Камышева... ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ "Папочка забрал меня из детского дома голодной весной 46-го. Свой первый роман я посвящаю своему отцу Михаилу Говорову. С любовью, Лиля". "С любовью, Лиля". Лилька, Лилька... -У тебя что, действительно столько денег? -Да. Сядь. Если бы я мог отмотать... ...я бы сделал тебя самой счастливой. А теперь вот... -И ты все это хочешь оставить мне и Арише? -Да. С одним условием - внизу прочитай. -Да, я прочитала. При условии, что мы должны остаться здесь, да? Герман, я... думала, что ты изменился. А ты продолжаешь мной манипулировать. Неужели ты правда думаешь, что я здесь из-за этих денег? -Нет, не думаю. Но мне так было бы легче. А потом... ...там карманов нету. -Мне не нужны эти деньги. Аришку я воспитаю и без них. Да, кстати, давно хотела тебе вернуть часы, но боялась, что ты обидишься. Но раз у нас такой разговор, держи. Я договорилась с сиделкой, она будет с тобой ночью, так что я пойду. -Лиля... Лиля... Лиля... Хочешь уехать к нему? Любишь его? -Да, люблю. -Хотел попросить поцеловать меня, но даже это нельзя. Поэтому посмотрю - запомнить. -Выпей на ночь таблетки. Не забудь. -Подожди. Запомнить... Все, иди. -До завтра. -Давай, давай. ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ Вот и всё. -Котик, ну какой же ты дурак, а? -Узнаю Михаила Ивановича. -Мама, смотри, какой у Коти дом на Аляске. -Какой большой. -А ты там один живешь? -Конечно. Так что давай упрашивать маму, я тебя заберу с собой, поселю вот в этой комнате с видом на залив. Так что давай маму упрашивай: "Мама, пожалуйста". -Мама, пожалуйста. -Ну, может быть. Когда-нибудь. ЗВОНОК В ДВЕРЬ Я открою. -Ну, когда-нибудь. ГОВОРЯТ ПО-АНГЛИЙСКИ -Расскажи мне про свой дом. -У меня дом большой-пребольшой. Есть собака, лодка. Когда ты ко мне приедешь, мы накроем во дворе большой стол, украсим цветами, развесим везде шарики. Так, ты тут пока рассматривай. Лилька, ты чего? -Германа больше нет. -Ого, ничего себе. -А у нас что, сегодня праздник? -У нас воскресный обед, ты что, забыл? Миша, уже почти три часа, ты бы хоть галстук надел. -Что это вдруг? -Родион! -Я хлебушка чуть-чуть. -Тася, ошибаешься - уже четвертый час. А мы есть хотим. -Да. -Потерпите. -Ух ты! -Кого-то в гости ждем. Сколько приборов-то. -Ой. -О! -Спасибо, Родион. -Вилочка упала - точно гости будут. -Кого? -Ну потерпите, скоро всё узнаете. -М-да. Ну что, в шахматишки? -Угу, пойдем, пока время есть. -Ну держись. -Мама, что с тобой? -Дай насмотреться. Это и есть наш дом с лилиями. Ты его помнишь? -Нет. Старый он какой-то. У Коти на Аляске лучше. -На крыльцо, пожалуйста. Только вот про Котю ни слова. Не сейчас, договорились? -Don't worry, мама. -Ну, теперь можно и за стол. Родя, Миша! Садитесь, я сейчас. -Ну, наконец-то. Пошли, Родька. -Пойдем-пойдем, везунчик. -А все-таки мы ждем кого-то. -Михаил Иванович, следующий ход мой. -Твой-твой. Давай-ка пока махнем. -По 50. -Салатику, правильно. -Ну здравствуйте. Аришенька, ты помнишь? Это твой дедушка Говоров Михаил Иванович. Миша. А это... Это... -Я помню, это мой папочка! -Да. -Аришка, дочка... Любимая моя. Радость моя. Аришка! -Здравствуй, папа. -Как хорошо, что вы приехали. -Ты куда? Папа... -Руки совсем замерзли, давай согрею. -А ведь ты только кивнул мне. Скажи хоть слово. С мамой я говорила по телефону, а твой голос я не слышала целую вечность. -Я... Я не знаю, что сказать. -Папа... Папочка! Папочка, прости меня, я так виновата перед тобой, перед всеми вами. Прости меня. -Думал, уже не увижу тебя никогда. Люлька... -Как твое сердце? Мы не хотели тебя волновать по пустякам. Я написала прошение и ждала разрешения целых два года. Папа, ну прости ты меня, пожалуйста. -Ты не бросай меня больше, Люлька. -Никогда. -А книжку твою я прочел. -Папа, хочешь посмотреть мои игрушки? -Давай показывай. -This is Tom. -Том. Какой смешной. -And his name is Ben. -Бен. Ты смотри, шнурки развязаны, как у тебя у маленькой, всегда развязывались. ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ Чего? -Закрой глаза. -А. Закрываю. -Не ему, себе. -Ну хорошо. -А сейчас покажу самую любимую игрушку. Теперь открывай. -Ух ты! Ты смотри, еще и лает. Здорово. -Мне ее дядя Герман подарил. -Ага, ну да, дядя Герман. Аришка, ты знаешь, я ведь все-все твои игрушки сохранил. Да. Потом поднимемся в комнату и достанем их. А как вы там это, с мамой-то?.. В Англии-то жили? -Very good. -Хорошо. А мама, это, замужем? -No. То есть нет. -Нет? Аришка! Взрослая-то какая стала! -Скажи честно: я постарела? -Повзрослела. Похорошела. И я надеюсь, помудрела. -Мама, ты самая замечательная мама на свете. -Эту куклу как зовут? -Диана. -Красивая. -А что, моими лилиями никто не занимается? -Лилюша, ну как-то не до них было. Повывелись все. -Когда же ты успел их достать? Ночью? -Было бы желание. Как спалось? -Хорошо. Спасибо. -Ты смотри, какие крупные. Сам выбирал. Так... -Давай польем. -Давай. -Давай еще одну. -Давай. -Родя, а я ведь повиниться перед тобой должна. Это... Это из-за меня наша семья разрушилась. А ты карьеры лишился. Прости меня. -А я тебе, наоборот, благодарен. Что Аришке отцом остался. Ее я не упущу. Катька свою жизнь устроила, а вот... Киру себе простить не могу. Локти кусаю. Но будем надеяться, что всё устроится. -Да, будем надеяться. Можно я?.. -Давай. КОЛОКОЛА БЬЮТ -Трофимыч, матушка игуменья благословила. Открой калитку. -Кирочка! Доченька моя. Пойдем. Господи... Ну как же так? Какая же ты стала худенькая, бледненькая. Что же это случилось, а? Ну ничего, всё будет хорошо, мы вернулись. -Мне здесь хорошо. -Кирочка, ну поехали домой, а? Там тебя Аришка ждет. Знаешь, какая она взрослая стала? Постоянно про тебя спрашивает. -Передавай привет нашему маленькому очкарику. Но я домой не вернусь. -Как не вернешься? Ты злишься на меня, да? Простить меня не можешь? -Если мы будем прощать грехи ближних наших, то небесный Отец простит наши грехи. Мои грехи. -Доченька, ну какие у тебя грехи? Ну ты-то в чем виновата? -Я убила невинную душу. -Как убила? -Мне пора к вечерне. Храни тебя Господь. -Кира... -Спасибо, Трофимыч. -Кира... -Прости меня, Господи, за чад моих нерожденных и мною убиенных. Крести их в море щедрот своих. -Кира стала совсем чужая. Ну какие у нее могут быть грехи? Какая невинная душа? Мама. Что делать? -Я не знаю, Лиля. Мы всё перепробовали. -Бедная моя девочка. Это я во всем виновата. Ты даже себе не представляешь, как я корю себя. Нет, я ненавижу себя за всё это. Сколько горя я всем принесла. -Лиля, ты зла никому не хотела, слышишь? Прошлое не вернуть, тут ничего не поделаешь. Надо жить дальше. ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Да, Камышев. -Привет, папа. Как дела? -Это я тебя хочу спросить: как дела? -Папуля, всё нормально, кроме одного - ты мне давно мани не присылал. -И не будет, Катерина. Пусть тебя твой муж обеспечивает. Ты уже три года как москвичка, а всё я тебя содержу. -Бляха муха, предок мой любимый, ты сейчас просто фэйсом об тэйбл свою любимую дочку. -Ну, понимай, как хочешь. Ты мне скажи, когда диссертацию защитишь? -Да скоро. -Катерина, тут такие новости. -Еще новости? Такие же веселые, как с деньгами? Нетушки, с меня хватит, чао. -Катя, я дождусь сегодня свою рубашку? -Ну сейчас, Веня. Пожалуйста. -Благодарю тебя, солнышко. -А мне еще нужно пять минут. -А ты можешь не торопиться. Ты сегодня со мной не идешь. -Как? Сегодня же годовщина института, там будет вся кафедра. Ты меня обещал официально представить своим друзьям. -Да, но ты пойми меня. Ну вот как же я тебя представлю? Ой. В качестве кого? В качестве своей любовницы? Или, еще чего хуже, в качестве сожительницы? Нет, дорогуша. Котенок, давай прекратим этот для нас двоих ненужный разговор. Всё. -Блин! Да бляха муха! Я тебя обстирываю, обслуживаю во всех смыслах, так я еще недостойна быть представленной какой-то кучке старперов?! -Что за тон? Что за манеры? Ты как была глубокой провинциалкой, так и осталась. -Да плевала я на твои манеры! Вениамин, ты мне скажи: ты будешь на мне жениться или нет?! -Более того, никогда не собирался. Ну вот что ты стоишь? Пойди принеси мне чистый носовой платок. -Щас! Ах ты жлобина такая! Как я давно мечтала это сделать! Ты не волнуйся, вода-то кипяченая, всё стерильно! -Пошла вон из моей квартиры! -Да пошел ты, жлобина! Веник проклятый! Еще будет он меня тут манерам учить! -Ты никогда не сможешь защититься! Это я тебе обещаю! У меня столько знакомых в ВАКе! ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ Сука. МАШИНА СИГНАЛИТ -Спасибо, что подбросили, я сейчас деньги вынесу. Папка! Как хорошо, что ты дома. Папуля, заплати парнишке денег, а то у меня вообще по нулям. -Ничего не понимаю. Одну секундочку. Сколько я вам должен? -А сколько не жалко. Спасибо. -Катерина, подожди! Катерина, ты почему на скорой? Что случилось? У меня чуть сердце не разорвалось. Ну не молчи, говори. Что стряслось? -Папа, меня муж выгнал. -Чего? -Говорит: "Иди, в чем пришла". -Вот подлец. Садись. Ну ничего, я с ним разберусь. Еще профессор. -Мы не расписаны были. -Что? -Врала я тебе всё. -Так... Ну рассказывай. -И в результате ни денег, ни московской прописки, ни хрена. Ну ничего, как говорил вождь всех пролетариатов... пролетариев, В.И.Ульянов-Ленин: "Мы пойдем другим путем". Правильно? Правильно. Но ты же понимаешь, я же на него лучшие годы угробила, а он плешивый маленький толстый старикашка. Ну что ты смотришь на меня? Венику уже за 60. -Сколько? -Ну 68. -Да... Не перестаю удивляться твоей бедовости, Катерина. -Но ты же другое дело. Ты у меня еще молодой. Красавчик. -Да прекрати. -Ну прямо жених вылитый. Ты че, бабу нашел? А ну, колись! -Ой... В общем, хочу попробовать опять жениться. -Опа... Ну красивая хоть? Ты б познакомил. -Вы знакомы. Лилька вернулась. Серия 21 -Ты чё, бабу нашел? А ну, колись! -Ой... В общем, хочу попробовать опять жениться. -Опа... Ну красивая хоть? Ты б познакомил. -Вы знакомы. Лилька вернулась. -Чего? Вот бляха муха, а! Я, наверное, спать. Ой... -Хозяева. Есть кто? Да... -Привет. Откуда ты узнал, что я вернулась? -Иван Илларионович сказал. -Иван Илларионович. Здравствуй. -Вот, это приглашение в Союз писателей на презентацию твоей книги. Можешь пригласить, кого хочешь. -Спасибо. -Придешь? -Ну конечно, приду. -Увидимся. -Увидимся. -А ключи от моей квартиры сохранила? -Сохранила. -Почему не воспользовалась? -Мы... плохо расстались. Давно не виделись, не общались, и я не знала, чего ждать. Да и сейчас не знаю. -Она не знает, чего от меня ждать. Собирай вещи, я тебя забираю. -Нет, Сережа, я не могу. Я не могу оставить маму, папу. Ты не представляешь, в каком состоянии Кира. -И Камышев под боком. Он здесь живет? -Здесь. Ну, живет и живет. -Ну понятно. В общем, между нами только бизнес. Да? -Сережа, ты не хочешь меня понять. -А ты меня. А ты меня. Карамелька моя, Карамелька. Ладно, увидимся. -Пожалуйста. -Спасибо. Позвольте ручку. Творческих вам успехов. -Здравствуйте. Как вас зовут? -Валентина. -Мишенька, поешь, вкусно. -Извините. Я что-то не понял... Что за литературу они печатают? -Это называется перестроечная проза - то, что раньше запрещали. -Опять партия виновата? -Тише, Миша, мы же сюда не скандал устраивать пришли. Вон, на дочку посмотри. Автографы раздает. -А я смотрю. И горжусь. Тобой, кстати, тоже горжусь. У тебя вот эти бутерброды вкуснее получаются. -Канапе, Миша. Это называется канапе. -Канапе. Тьфу ты! Ишь, придумали. Фуршет. Толкаются все, ни сесть ни встать, поесть негде. -Пожалуйста. -Ну, дочку поздравили... Поехали домой. -Ага, котлеток пожарю. Лилюша, мы пошли. -Возьмите, угощайтесь. Очень вкусно, рекомендую. -Пошли. -Спасибо. -Вот. -Спасибо. Творческих успехов. -Удачи. -Ну... Анечка, давай, скорей, не стесняйся. -Сергей пришел. -Сереженька, ну что же ты опаздываешь? Ты сказал, что задержишься чуть-чуть, а пришел под конец. -Ну каюсь. В типографии ругался, они там совсем с ума посходили. Да, кстати, вы же еще не знакомы. Знакомьтесь, это Анечка - стажер нашей редакции. -Здравствуйте. -Очень приятно. -Здравствуйте. -Здравствуйте. -Надеюсь, ты мне подпишешь? Поздравляю. -Спасибо. Позвольте представить - это... -Родион Камышев. Муж. -Бывший муж. -Пока. -Сергей, я принесу вам что-то вкусное, вы же сегодня не обедали. -Хорошо, Аня. Спасибо. -Да, завидую я тем, о ком заботятся. А действительно, Сергей Архипович, как же так - без обеда? Заботиться о себе надо в вашем-то возрасте. Может язва открыться. -А откуда такая забота о моей персоне, Лилия Михайловна? Следите лучше за собственным мужем. -Господа, не будем ссориться. Что в типографии? -Да плохо. Они хотят цены повысить на 50%. -У нас договор. Мы обратимся в суд. Так бизнес не делается! -Ой, Иван Илларионович, какой бизнес? Мы из социализма вышли, а в капитализм еще не дошли. -Вы знаете, я могу вам помочь. Я могу помочь с бумагой и с типографией. Я же бывший председатель горисполкома. -Кстати, хорошая идея. Я тогда смогла бы присматривать за тиражом, контролировать производство. -Иван Илларионович, я категорически против. -Я не знаю, что между вами с Лилей происходит, но это не должно мешать бизнесу, а вот из предложения Родиона можно извлечь толк. Ты же сам говорил, что в СССР важны связи. А вы, Родион, позвоните мне, и мы уточним детали. -Хорошо. -Подпишите, пожалуйста. -Ну да, конечно. -Пожалуйста. -Да не хочу я есть, Аня! СТУК В ДВЕРЬ -Да-да, войдите. -Не спишь? -Проходи. -Я хочу тебя еще раз поздравить. Это было потрясающе. Презентация... Ты просто была великолепна. -Спасибо. -Лиля, тут... Тут такое дело. Черт... Не знаю, как начать. В общем... Лилия Михайловна, давай снова поженимся. Я не смог тебя забыть, Лиля. Я все эти годы любил тебя. Когда ты уехала, я смысл жизни потерял. Ты знаешь, я спать по ночам не мог. Незачем было просыпаться. -Родя, нет. -Нет... Ладушка моя, ну... Мне никто, кроме тебя, не нужен, ты это понимаешь? Никто, только ты. Так оказалось, что я в этой жизни однолюб. -Встань, не надо всего этого. Встань, пожалуйста. -Ты что, Лиля? Ты мне отказываешь? Лиля... Подожди, ты же приехала, ты же вернулась. -Домой, но не к тебе. -Нет... Подожди... Лиля... Я не понимаю, Лиля. Ты отказала Сергею. Извини, так получилось, я это слышал. Лиля, подожди... Ты даже не сказала Аришке, что я ее неродной отец. -Да. -И я понял, что ты хочешь вернуться в семью, Лиля. Я тоже этого очень хочу. -Родя, между нами уже ничего не будет. Никогда, понимаешь? -Лилия Михайловна, звонил... издатель, просил перезвонить, он завтра улетает. -Дверь закрой. -Извините. Сука. -Всё перегорело давным-давно. Прости. -Я понимаю. Да. Это ты меня прости. Я понимаю. Извини. Я пойду. -Ты куда намылился? Ночь на дворе. -Съезжаю на кооперативную квартиру. -Ты же мне ее построил. -Кстати, ты тоже собирайся. Как-нибудь уживемся вместе. -Что? Жить с отцом на 50-ти метрах? Уволь. Ты, между прочим, тоже имеешь право на этот дом. -Я пришел сюда с одним чемоданом, с одним и уйду. -Ты смешон. Эта стерва и так об тебя сегодня вытерла ноги. Бляха муха, мой отец сегодня на коленях объяснялся в любви. Хорошо хоть не заплакал. -Я не могу ее разлюбить. Понимаешь, не могу. -Ну и не моги! Черт. А я всё равно никуда не уйду. Эта Лилечка еще свое получит. -"Би-лет на ви-де-о-се-анс". Катя, я ошибку сделала - "и" пропустила. -Ну и хрен с ним, главное, это, цену хорошо видно? -Ага - один рубль. -Ладно, двоечница, следующую партию твоей мамке в типографии закажем, пусть по блату бесплатно делает. -А давай папу на фильм позовем? Он так редко заходит. -А это ты сейчас про какого папу говоришь? -Про нашего - моего, твоего и Кириного. -А с чего это ты, детка, взяла, что мой папа - это и твой папа? -А чей? -Аришенька, милая, поднимись, пожалуйста, ко мне в комнату и возьми сумку и берет, а то я забыла. -Угу. -Значит так, директор видеосалона. Лучше тебе помалкивать, а иначе пулей вылетишь из этого дома. -Ого, какой тон, Лилия Михайловна. Это вы так за бугром научились? -А я там многому научилась. Я надеюсь, ты меня услышала. Я ведь не шучу. -Два билета, пожалуйста, и два пепси. -Пожалуйста. -Давай быстрее. -Добрый вечер всем. Спасибо, что пришли. Сегодня мы будем смотреть фильм "Кошмар на улице Вязов". -Это эротика? -Нет, это фильм ужасов. Приятного просмотра. -Всё, тишина. -Вот времена. Только успевай мани загребать. Так, с завтрашнего дня повышаем цену - спрос большой. А еще мы с тобой откроем видеосалон новый. Прокат видеокассет. В залог пусть либо 25 рэ оставляют, либо паспорт. -Здорово будет. -Конечно. Так, ты, надеюсь, сегодня не просчиталась? Ну-ка, сколько мы заработали? -57 рублей. -Уверена? -Угу. -Ты мне смотри, это тебе не домашка по алгебре, это бизнес, тут нельзя ошибаться. Это жизнь, понимаешь? -О, мамочка, знаю, что поздно, только не ругай. -Марш домой. Катя, ты назло мне это делаешь? Ей учиться надо, а она тут черт-те чем занимается. Не смей ее сюда таскать, слышишь? -Конечно, Лилия Михайловна. Это у вас бизнес, а у нас так, черт-те что. Копейки в поте лица добываем. -Мамочка, ну я же здесь не гуляю, деньги зарабатываю, сестре помогаю. Катя, скажи. -Держи, Аришка, это твоя выручка на сегодня. -Вот. -Я сказала: домой. -Прости, Катя. Ну мама, не ругай, я уроки уже сделала. -Тварь. -Страшное кино. -Приходите еще. -Спасибо большое. -Не за что, приходите. -Хозяюшка, а сегодня сеанс еще будет? -Приходите завтра. И про Чака Норриса будет, и про Брюса Ли. -Чак Норрис, говоришь? А билетики почем? -Рубчик - я проверял. -Нормуль. Слушай, красота, у тебя крыша есть? -Че? Какая крыша? Нет у меня никакой крыши, отвалите. -А ну погодь. Глупенькая, если есть крыша - есть защита. Один звонок, забиваем стрелу и решаем любые проблемы. В твою пользу. Чё смотришь? Вижу, подруга, ты не въехала в курс дела. Мы тут с братвой прикинули: ты в неделю примерно семь сотен имеешь. Ну вот, значит, две соточки будешь отстегивать нам. Понятно? -Какие две соточки, вы чё? Я сейчас милицию вызову. -Слышь, Стас, эта телка какая-то непонятливая. -А ну-ка, дай сюда. -Держи. -Знаешь, что это? Бита. От американской игры, бейсбол называется. Тут самое главное - сила удара. Замахиваешься, и... -Стой! -Ты про милицию даже не думай. Нас много, сразу найдем. Поняла? -Как тебя там? Стас. Ребята, оставьте меня, пожалуйста, у меня ничего нет, это не мои деньги. -И что же ты нам предложишь? Свои прелести? Может, на троих, а, мужики? -Я не против. -А что если... А что если я вам... ...про бабу одну расскажу? С нее вы больше возьмете, может, даже с валютой. -Опа, это совсем другой разговор. -Ну-ну. -Ну давай, рассказывай. Что, где, когда? Кажется, здесь. Пойдем. -Ну чё? ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН -Алло. Господин Морозов, разрешите отчитаться. Тираж готов. Да, кое-что пришлось отбраковать, но в целом всё очень достойно сделали. Только машину? Ты сам не приедешь? Понятно. Прости, пожалуйста, ко мне люди пришли. Я перезвоню. -Здрасте. -Здравствуйте. -Вы будете директор СП? -Я. -Разговор имеется на сто миллионов. -А что за разговор? Я заместитель директора. А чем я могу вам помочь, молодые люди? -Деньгами, и лучше в СКВ, то бишь в свободно конвертируемой валюте. Короче, мадам, я предлагаю вам защиту. Время сейчас тяжелое, дружить надо, сотрудничать. А то ведь и обидеть могут. -Это точно. -Я как-нибудь разберусь. Значит так: платить я вам ничего не буду, а вы пойдите попробуйте сами копейку заработать. -Ой, нехорошо, некрасиво получается. -Либо вы сейчас уходите, либо я звоню в милицию. -Мадам, я всего лишь ручку хотел поцеловать. Удаляемся, а вы берегите себя, а то, не дай бог, что-нибудь случится - кирпич на голову, пожар. -Стихийное бедствие. -Или еще какой катаклизм. -Вон отсюда! -До свидания. -Ты смотри какая. -Положите в багажник, пожалуйста. -Понято. -Тогда до завтра. -До свидания. СИГНАЛ АВТОБУСА -Звали, матушка? -Да, Кира, проходи, садись. Беда, Кира. Звонила бабушка: твоя мама в больнице. -Как в больнице? -Ты крепись. И помни: Господь Бог не посылает нам испытаний, которых мы не в силах вынести. И мы будем молиться за твою маму. Вот тебе денежка на проезд. Думаю, что хватит. -Спасибо, матушка. -Идем, голубка, я провожу тебя. Идем, дорогая. С Богом. Ну что ты стоишь? Ступай. -Мне страшно, матушка. Я же три года не выходила за эти стены. -Твоя забота сейчас - нужды семьи. Я благословляю тебя. Ступай. С Богом, голубка. -Интересно, дозвонилась ли Руфина Степановна до монастыря? Я попросил ее по старой памяти. -Наверное, дозвонилась, Миша. Она же всегда у тебя такая исполнительная была. -Да. -Наверняка дозвонилась. Вот же она. Кирочка... -Кира... Жива она. -Это самое главное. Господь милостив, будем молиться. -На врачей надо молиться. И вообще, Кирюш, завязала бы ты с этими монастырями, с религией своей. -Миша, перестань, я прошу тебя. -О, Вадим, ну что? Как? -Состояние стабильное, но сотрясение мозга, перелом ключицы, множественные ушибы... -А увидеть ее можно? -Можно. Но не всем сразу. -А можно я первая к мамочке? -Ну конечно, Кирюша, иди. Ой, слава богу... -Сотрясение... -Мамочка, мамочка моя... -Ты пришла... Видишь, где пришлось увидеться? -Что? -Воды налей. -Сейчас. Держи. Аккуратненько. -Спасибо, милая. -Я останусь с тобой, буду ухаживать. Недалеко от монастыря больница, я там помогала. Тебе удобно лежать? Давай я тебе подушечку поправлю. Вот, давай, мамочка. Вот так... -Кирочка, скажи мне, ты ушла из монастыря? -Я думала вернуться, когда ты поправишься, и посвятить себя служению Господу. Но матушка игуменья сказала, что Господу можно служить по-разному - и в миру. Главное, где лучше можно помочь человеку. Так что я еще не решила. Ладно, мамочка, я пойду. Там дедуля и бабушка. А ты выздоравливай. Но я вернусь. -Ты приходи. -Катерина Родионовна, а сеанс сегодня будет? Народ интересуется. Да и в зале надо прибрать. -Передай всем, что кина не будет. Возьми деньги за вчерашнюю уборку и уходи. -Не нравишься ты мне, девка. Может, случилось чего? Ты заболела? Так ты скажи. Знаешь, что у меня есть? Сейчас... нога достала. Вот. Экстрасенс Алан Чумак. Это тот, который по телевизору воду заряжает. Ноги у меня болят. Вот советуют эту карточку прикладывать к больному месту. Может, тебе надо? Я могу дать. -Послушай, да отвали ты от меня со своим Чумаком и уходи отсюда! -Ну смотри. Как хочешь. Ладно, я завтра приду. -Давай здесь присядем. Никто не помешает. -Зачем звал? -Слышал, что с моей Люлькой случилось? Сначала ей угрожали, а потом оказалось, тормозной шланг перерезан. Мирон, найди их. -Дружище, мне уже седьмой десяток бренчит, в отставке я. Вот, кефир пью. Для желудка, говорят, полезно. -У вас, у чекистов, бывает отставка? -Милиция что говорит? -Не смеши. -Хочешь посадить этих отморозков? -Нам бы пацанов подтянуть 15-20 и в Москву - вот где дела. А здесь кого доить? 10 кооператоров и один видеосалон. Ну чего? -Ну чего, приехал этот лох. Слышишь, Стас, есть мысля. Давай, если тачка приличная, прессанем продавца. Сам отдаст, да еще и бабок доплатит. -А чего? Давай попробуем. -Давай попробуем. -Заводи. Молодец. А я думал, не приедешь. А ну, пойди глянь. -Ну а что на нее глядеть? Машина как машина. Как договаривались. -Он не один. -Ты чего, старичок, не понял? Я сказал, один приезжай. Что за балласт в машине? -Ну во-первых, не "ты", а "вы", внучок. -Ну ладно, ладно. Сколько за свою рухлядь хочешь? -Да сколько в магазине стоит, столько и возьму. Машина новая, хоть и в угоне, отвечаю. По крайней мере, тормозные шланги на ней еще никто не подрезал. -Что? Ты чего сказал? -То, что слышал. -А ну-ка, давай своих пней доставай, быстро! Быстро! Базарить будем! -Ну что ж, базарить так базарить. -Иваныч, ты хоть бы пригнулся. -Да не привык я пулям кланяться, сынок. Поехали. -Здравствуйте. -Здравствуйте. -Вам плохо? Я могу вам помочь? -Здравствуйте. -Здравствуйте. -Маме сегодня лучше, но я попрошу вас ее не напрягать. Недолго. -Хорошо. Вадим Антонович, скажите, а этой женщине можно помочь? Я ее вижу не первый день, и она постоянно плачет. -Сын у нее здесь. Ему три операции сделали, он к постели прикован. -И что? Ничего не помогло? -Дело не в этом. Кажется, он просто сдался: сказал мне, что жить не хочет. -Ну, надо попробовать с ним поговорить. Может, батюшку пригласить? -Ну что вы такое говорите? Я к нему психотерапевта приводил, так он орал так, что вся больница слышала. -Вадим Антонович, он говорит, что не хочет жить! Он стал агрессивным! Доктор, мне кажется, мой сын сходит с ума! -Я вас прошу, успокойтесь. Ему очень тяжело. Пойдемте. Я вам валерьяночки накапаю или валокординчика. -Мне ничего не надо, оставьте меня! -Егор... Неужели это ты? -Представь себе, Кира. И как видишь, я до сих пор не умер. Откуда ты здесь взялась? А, пришла пожалеть калеку? Ну что, начинай. Я уже привык к слезам, к соплям, к сердобольным взглядам. Слушай, а может, для разнообразия поцелуешь? -Храни тебя Господь. -Вот и правильно! Иди отсюда! Нечего тебе здесь делать! ТРАГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА ГОЛОС ЕГОРА: "Что мне надо сделать, чтоб ты меня простила? ГОЛОС КИРЫ: Исчезни из моей жизни. Умри". СТУК В ДВЕРЬ -Войдите. -Привет, лазарет. Из дальних странствий возвратясь, и вот у ваших ног. Так, Лиля, значит, больше никакой типографии. Считай, что я тебя уволил. Хорошо? -Согласна. Все-таки бизнес - это не мое призвание. -Ты знаешь, я тоже так думаю. Лучше пиши. Что-нибудь для женщин - легкое, ироничное. Хватит производственных тем и вечной борьбы за счастье народов. В конце концов, кто сказал, что литература должна быть серьезной? Можешь детективы, можешь про любовь. Ты слово-то такое еще помнишь? -Как же я рада тебя видеть! -А я как рад. -Люблю тебя. -Люблю, как душу, Трясу, как грушу? Лилька, ну долго ты меня еще мучить-то будешь? -Извини, я сама не понимаю, как это получается. -Ладно. Так, значит, завтра я улетаю на Аляску. Там уже все договорено, я хочу сделать большой материал о твоем брате. Мы очень надеемся, что это поможет ему вернуться в Союз. -Да, Сереженька. Надеюсь, так и будет. Знаешь что? Передай ему от меня огромный привет. -Передам. И ты тоже не расслабляйся, готовься. -К чему? -Через месяц станешь моей женой. -Как? -Вот так прямо. -Вот так? -Вот так под венец и пойдешь. Я не шучу. -Пап, привет. -Катерина? Привет. А ты чего сидишь, не идешь? Не пускают? -Да пускают. Ну просто я не знаю, как зайти. -Ну как - ножками. Сегодня ее выписывают, гипс сняли. Пойдем, ей будет приятно. -А чего это ты за ней приехал? Что, больше некому? -Ты что? Ты забыла, что Лиля моя жена, между прочим? Все, пойдем. -Да подожди ты, сядь. -Так. Ну? -Засуетился тут. -Ну чего? -В общем... ...виновата я перед твоей Лилей. Все по моей вине случилось. -Что это за глупости ты говоришь? Ты хочешь сказать, что авария произошла по твоей вине? -Нет. -Ну? -Просто... Ну, я так привыкла ее ненавидеть. А если так разобраться, она мне ничего плохого не сделала. -Глупенькая. Хорошо, что ты сейчас это поняла. Пойдем, Кать. -Спасибо. -Проходите. -Я тут жду, жду... Минуты, можно сказать, считаю, когда вы меня отсюда заберете, а вы тут сидите, болтаете, да? -Привет. -Спасибо. -Давай сумку. -Спасибо. -Я вам тут черешню первую принесла. Правда, съела половину случайно. -Спасибо, Катюша. Я рада, что ты приехала. Ну вот, сейчас вместе и домой поедем. -Да. -Лилия Михайловна, вы простите меня, пожалуйста. За все, за все. Я правда не со зла, у меня просто характер такой бедовый. Понимаете? Мне, наверное, съехать от вас придется? -Катюша, ты знай, я зла на тебя не держу. И из дома с лилиями тебя никто не гонит. -Правда? -Правда. -Спасибо. А я, наверное, с вами поеду. А то кому охота в общественном транспорте трястись, правильно? -Вот за что я люблю Катерину, так это за ее уникальный характер. Поехали. -Поехали. -Кира... Кира... Кира... -Егор... Проснись. Ты звал меня во сне. -Не ври. И уходи. -Сейчас будем ужинать. Егор, надо. -Для чего? Или для кого? -А если ты не будешь есть. то окончательно ослабеешь... Давай. ...и не сможешь делать упражнения. -Кира, я тебе поражаюсь. Свалилась мне как снег на голову, нянчишься со мной. Может, еще покормишь меня с ложечки? Ты кто? Долбаная мать Тереза? -Мама говорила, что ты груб, но я не уйду. И ты меня не выведешь из себя. -Посмотрим. А что это за шмотье у тебя? Неужели мода так переменилась? Или это прихоти твоего парня? Он ревнивый? Заставляет тебя носить вещи прабабушки? -Прекрати, Егор. Я жила в монастыре. -Шутишь? -Я послушница вот уже три года. Со дня, когда... ...мы виделись с тобой в последний раз. -Черт! -И не ругайся. -Свалилась мне на голову. С ложечки меня кормить будет. Да кто я ей? Я что ей, ребенок какой? Долбаная мать Тереза. С ложечки... Да не буду я с ложе... ...чки... Привет. -Ужин. -А что у тебя там? Каша? Я не буду кашу. -Каша. -Я сейчас... я сам. Руки-то у меня работают. Ты лучше голову подержи. Вот так. Отвернись. -Здравствуйте. -Здравствуйте. А мы уже кашу доели. -Да, мы пахали: я и мой трактор. -Боже мой, милая девушка, а как это у вас получилось? Простите, а вообще-то кто вы? Может, ты мне объяснишь, сын? -Я ее не знаю. -А раньше говорил, что любишь. -Я такого не говорил. Можешь идти. -Егор, ты обидел девушку, она к тебе больше не придет. -Мам, от нее так просто не отвяжешься. Серия 22 -Что на этот раз? -Сейчас будем мыться. -Да даже не вздумай ко мне прикасаться! -Егор, от тебя плохо пахнет. А точнее - разит. Извини. -Слушайте, как вы... -Я сейчас открою окно. -Как это унизительно! Я взрослый мужик и вынужден мыться в постели. -Хватит себя жалеть. Ты здесь что-нибудь чувствуешь? А здесь? -Ай! Щекотно. -Это же здорово! -Черный юмор... Я уже не чувствую ног. Ау! -Доктор, это что, пролежни? -Да. Они самые. Не доглядели. Егор, пролежни - атрофия мягких тканей организма. А всё потому, что ты такой упрямец. -Доктор, я обещаю, с завтрашнего дня я буду бегать трусцой. -Это язва, а не больной. Евгения Львовна, пойдемте, я дам мазь. -Кира... Зачем тебе это надо? Слушай, если ты чувствуешь... Ай! Если ты чувствуешь вину... ...то... ...я сам так решил. -Он решил... Я тоже сама так решила. Мое место - здесь, рядом с тобой. А Господь нам поможет. ЗВОНИТ БУДИЛЬНИК Егор, проснись. Просыпайся. Давай. Давай-давай. -Еж твою медь! -Тихо, тихо. Не ругайся, это грех. -Так больно же! Ай! -Знаю, потерпи немножко. -Ты так меня всю ночь будешь мучить? -Да. Потерпи, миленький. Еще три разика до утра. Потерпи. -Я даже помочь тебе не могу. -Давай. Давай-давай... Спокойной ночи. -Иди к черту! ЗВОНИТ БУДИЛЬНИК СТУК В ДВЕРЬ -Войдите. -Кира... -Можно? Здравствуйте, Петр Петрович. -Кира Камышева... Здравствуй, дорогая... Ушам своим не поверил, когда мне снизу позвонили. Присаживайся. А ты изменилась. Похорошела. -Спасибо. -Чем могу быть полезен? -Петр Петрович, нужны тренажеры и инвалидная коляска для Егора. -Для Егора? -В больнице ничего этого нет, а он ведь служил у вас, вы ведь своих не бросаете. -Егор в больнице? -После Афгана. -После Афгана? Я же говорил... Я не знал. Чертова работа! Совсем парня из виду выпустил. Ладно, комсомолка. Давай всё подробно. Где он, что он, как там? Что надо? -Понемногу. Давай. Еще. Еще. Еще. Молодец. Всё-всё-всё. Всё, молодец. Молодец. Молодец. -Еще раз. -Еще? -Да. -Ну давай. Еще. Еще-еще... Всё. Всё-всё. Хватит. Хватит. Понемногу. А, мужчина! Я тебе потом более сложное упражнение покажу. И для рук, и для туловища. -Договорились. -Ничего, сдюжим, Егорка! -Да. -А вообще хорошая штука, нужная. -Вадим Антонович, мы вам так благодарны! -Я тут, собственно, ни при чем. Так, Егор, если что, я в ординаторской. Дерзай! -Опять протертый суп? -Егорушка, пока горяченький, надо кушать, надо, надо, сыночек. -Ну ладно. Мама, Киру подожду. -Получается, мать тебе уже не нужна. -Мама, ну что за разговоры? -И где наш орел? -Петр Петрович! -Здравствуйте. -Здравствуйте. -Петр Петрович! Товарищ подполковник! -Нет, бери выше. Уже полковник. Ну здравствуй, сынок. Здравствуй. И что ж ты такой тихушник? Не сообщил, что здесь прохлаждаешься. Ну, Егор... -Ваша работа? -А... Родное управление постаралось. Сработали четко и оперативно. Так что через месяц ты у меня должен бегать. Товарищ капитан, приказ ясен? -А он уже не капитан, он уже майор. -Поздравляю. Поздравляю. Девушка твоя ко мне приходила. Чуть кулаком по столу не стучала. Тренажер требовала. -Кира? Кира... Моя девушка... Моя девушка... -Приехали. -Мамуля, привет. -Здравствуй, родная. -Ты куда собралась? -Я в магазин. -А папа здесь? -Папа дома, да. А что такое? -Ну тогда пойдем. -Здравствуйте, Таисия Александровна. -Здравствуйте, Сережа. -Пойдем. -А что за праздник? -А у нас сюрприз. Да, потерпите немножко. -Хитришь, Ботвинник? Я всё вижу. -Смотри-ка, разговаривает сам с собой. -Мы это брать не будем. -Папуля... -О! -Папуля, привет. -Дочунька... -Здравствуйте. -Здравствуй. -Ну, что? -Таисия Александровна, Михаил Иванович... Мы с Лилей сегодня подали заявление... -Какое еще заявление? -В ЗАГС, папа. Мы женимся. Мама, наконец-то я решилась. -Наконец-то! Как я рада. Поздравляю вас, дети. -Спасибо. -Сережа, поздравляю. Я очень, очень за вас рада. -Спасибо, Таисия Александровна. -Миша, ну? Чего ты молчишь? -Да вот... Вот так вот пойдем. -Папа? -Прежде чем я войду в вашу семью, я бы хотел, чтобы Михаил Иванович вот сейчас, в узком кругу, кое в чем признался. -Дочуня... -Что? -Ты его любишь? -Да конечно. -Ну хорошо, я скажу... Боюсь только, Лельку потеряю. -Да из-за вас я ее потерял много лет назад! -Дочуня... Этот человек не сотрудничал с МГБ. Бумагу, которую я тебе показал... Она... ...ненастоящая. -Господи боже мой... -Ну, я бы мог поступить круче, но... Я солгал. -Нет. Этого не может быть. -Может, дочуня, может. Я, Говоров, поступил тогда низко и подло. -Я это знал всю жизнь. И за это вы меня ненавидели. -Ты что, думаешь, прижал меня к стенке, журналист Морозов? Я войну прошел, сталинскую мясорубку, власть. Никогда не трусил и не подличал. А Лилька, она ж ребенок была, девочка. Я ее учиться, а не по степям мотаться... Ну... Другого выхода я не видел. Ну что, свет очей моих... Прости, дочуня... Живите счастливо. -Вот так. -Папа! -Михаил Иванович! -Папочка! -Миша... -Что с вами? -Папа... Что с тобой? -Миша! Мишенька... -Ну а что вы хотите? Тяжелый приступ. Мерцательная аритмия, давление повысилось. Возьмите. -Да, спасибо. -Кардиограмму, пожалуйста, берегите. Я сейчас запишу препараты, которые я вколол. Кстати, и врача вызовите, чтобы он находился под наблюдением. -Скажите, доктор, может, его лучше в больницу положить? -Ну я говорил ему, он отказывается. Что вы хотите? Люди старой закалки... Возьмите. -Да, спасибо. -Я провожу вас. -В санатории хорошо бы подлечиться. -Да. -На жару ни шагу. -Да. -Спасибо вам, доктор. -Будьте здоровы. -До свидания. -До свидания. -Ну вот зачем ты затеял этот дурацкий разговор? Тебе что, не жаль папу? -А нас тебе не жаль? Я хотел, чтобы у нас была семья, дети... Мне хотелось последние 30 лет просыпаться в одной постели с тобой, а не одному или с какими-то случайными женщинами. -Знаешь... Это было жестоко. Ты просто стоял и добивал его. -Да ну, не говори ерунды! Я просто хотел, чтобы ты поняла, Лилька, что твой отец - не божество, он небезупречен. -Но это мой отец, и я люблю его. -А меня? Ну понятно... -Ну что тебе понятно? -В общем, чувствую, с заявлением мы поторопились. -Господи... -Сынок, я так счастлива, что ты ожил, что ты воспрял духом. Но эта Кира... -Мама, я не понимаю, почему она тебе так не нравится. -Нет, нет... Я этого не говорила. Сын, ты только правильно меня пойми... Она молода... И пока она наиграется сестрой милосердия... А потом ей всё надоест. И больница, и палата, и лекарства... -И я ей тоже надоем? Ты это хотела сказать? -Егор, я твоя мама, я тебе хочу добра. Но ты же, ты привязываешься к ней. Ты, может, даже и полюбишь ее. Но тогда, мальчик мой, тебе будет очень больно. Ну послушай маму, прекрати всякие отношения, пока не поздно. А я... А я всегда буду с тобой, ведь для матери ничего нет дороже ее ребенка. -Кирка... -Здравствуйте, Евгения Львовна. Давайте я помогу? -Спасибо, мы уже всё сделали без вас. -"Инглиш курс бук фор бегиннинз". У тебя красивое платье. Тебе идет. -Спасибо. А тебе идет без бороды. -Поцелуешь меня? Я не могу до тебя дотянуться. Хотя нет, подожди. ВСКРИК -Егор, что? -Нога правая! -Доктор! Доктор! Медсестра! -Что случилось? Егор, мальчик мой, что? -Нога, нога! -Правая? -Какая? Правая! -О! Хорошо. Лиза, магнезию в вену и куб промедола. -Хорошо. Я тебя поздравляю! Это судороги. -А это хорошо? -Это отлично. Мышцы сокращаются - значит, оживают. Терпи, мужик, терпи. Будем надеяться, судороги повторятся, поэтому кому-то из вас надо будет остаться здесь на ночь. -Я останусь. -Останусь я! -Сеня, ты задолбал выигрывать уже. Теперь я буду белыми. -Привет, мужики. -Привет. Ну что, Егор, партейку вечерком? -Да, заходи вечером. -И чем больше я думаю, тем больше прихожу к выводу. Ты из-за Киры ушел на войну? Я права? Только честно, Егор. -Погода сегодня хорошая, мама. -Нет, нет, ты не уходи от разговора. Кира... Кира, Кира, Кира... Это же она виновата в том, что ты в коляске, ты инвалид. Я ненавижу ее за это! И никогда, слышишь, никогда ей этого не прощу! -Мама, не надо так говорить. Я встану обязательно. И первое, что я сделаю, я попрошу ее руки. И Кира будет моей женой рано или поздно. -Я тоже умею добиваться своего. Я разговаривала с Петром Петровичем. Мы едем в ваш ведомственный санаторий в Крым. Там прекрасные специалисты по реабилитации. -Что, мама, хочешь увезти меня от Киры? -Егорушка, сыночек мой... Я хочу только одного. Я хочу, чтобы ты поскорее встал на ноги. Сыночек мой... -Мама, я встану. Встану. -Привет. -Привет. -Извини, что опоздала. -Да ничего. Ну как ты? -Хорошо. -Ждать-то меня будешь? -Всегда. -Держи, вот твоя новая пресса. -О, Аришка, спасибо. Давай. -Нет, сначала отгадай загадку. Летели два крокодила, один направо, второй зеленый. Сколько стоит кило яблок, если от паровоза открутили гайку? -Чего-чего? -Ладно, на твою новую прессу. Может, и для меня что-нибудь интересное вычитаешь... -Интересное вычитаешь... Ничего тут уже не вычитаешь. Одно и то же: "Построение демократии, рыночная экономика, новое мЫшление"... А у меня старое мЫшление, советское для всего этого. О! "Мне снится СССР". Интересно, кому это он еще снится... Тася! Тася! Ты знала, что Котя жив? -Миша, ты что? Я бы сказала тебе. На, пей. -Не буду я капли. Так почему же он не явился в наше посольство? -Миша, там же написано. Он думал, что так будет лучше для его семьи, которую он очень-очень любит. -Любит... Любит. Вот сукин сын! Тася... -Ну? -А вдруг он предатель? -Миша... Ну ты что? Это же твой сын, твоя кровь. Такой смелый мальчик, боевые награды. -Награды. Он сколько лет живет за границей! И где? В Америке! Что буржуем заделался? Пишут, своя авиакомпания. -Небольшая. Местные перевозки, туристы. -Туристы. -Ой, Котя... -Ну что ты плачешь? -Да я от радости, Мишенька. -Сынок... Теперь бы увидеть его только. Дожить. -Миша, мы доживем. Мы теперь просто обязаны. -Да. -Значит, умер Герка. -Да. -Пусть земля ему будет, как говорится... Ну ты, мать, дура. Все валят из "совка", кто в Израиль, кто в Штаты, а ты вернулась. -Вернулась. Аркаша, а возьми меня снова в театр. -Так... Задачка. -Просто мне очень сейчас нужна работа. -Понимаешь, дорогуша, сейчас у нас тут новые веяния. Мы переходим на самоокупаемость, хозрасчет. А чем мы хуже столичных театров? Ничем. -Ну конечно. -Актер должен работать, зарабатывать, хорошо зарабатывать. А зритель должен смотреть... ...не всякую дрянь, которую нам спускают с отдела культуры, а современные пьесы. А современная пьеса, она требует дополнительных расходов, не всякий раз по зубам. Вот и приходится расходы уменьшать, раздутый штат сокращать... -Да, я понимаю. -Вот так я обрисовал тебе всю картину. -Другими словами, места для меня нет. -Ну извини. -Да, нет... Это ты меня извини за беспокойство. Счастливо оставаться! -Извините, до вокзала не подкинете? -Нет. -Девушка, до вокзала не подкинете? На поезд опаздываю! -Что? -За трешник до вокзала не подкинете? -Ну ладно, садитесь. -Спасибо большое! -Только быстрее, пожалуйста. -Где остановить? Здесь? Спасибо. Вы коробку свою не забудьте. -Всего хорошего! -До свидания. -А ты вообще такая!.. -Стой! -Стой-стой! -Здрасте! -Девушки, вам куда? -Домой нам! На Карла Маркса. Знаете? Центр. Сейчас еще мужчина подойдет. -Хорошо. -Все, пока. -Пока! -Пока! Пока. -Пока. -Родя! -Иду-иду! Командир, плачу за скорость! -Родиошечка, я тоже машину хочу! Да! Смотри, какая женщина, в каком возрасте и за рулем! И я бы смогла тоже! -Вышла из машины! -Чего?.. -Я тебе сказал, встала и вышла! Да... Не ожидал... -Грубо же ты разговариваешь со своей женой. -А я еще не начинал разговаривать грубо. Лиля, что это значит? Твой Морозов тебя не может обеспечить, да? Кочевать тебя заставляет по ночам! -Иди к черту! Только не говори о том, что я во всем виновата. Я ни на что не жалуюсь. Выходи. Родион, я прошу тебя, выйди! -Да... Ладушка ты моя. Ладушка... -Спасибо. Как жизнь, Таисия Александровна? -Да ничего, все хорошо. -Как Михаил Иванович? -По-стариковски. Это что такое? -Это деньги. Таисия Александровна, это деньги на хозяйство. -Не надо, Родион. -Это Аришке, девчонкам - они растут. -Не надо. У нас сейчас все хорошо. Лилечка в театр вернулась, там сейчас ставка большая. Премии постоянно дают. Кира подрабатывает, Катя помогает. Так что мы не нуждаемся, спасибо. -Мама, он опять ничего не ест! -Здравствуй. -Здравствуй. -Ну вот, Лиля, Родион нам деньги принес на хозяйство. -Я эти деньги не возьму! -Как хотите, а деньги назад я тоже брать не буду! -Родион, а давайте мы так сделаем - мы эти деньги Аришке на сберкнижку положим до совершеннолетия. 16 лет в 1993-м будет, у девочки будет первый взнос - или в кооператив, или, может, на свадьбу отложим. Как считаете? -Вполне разумное решение. -Вот и хорошо. -Таисия Александровна. Я как-то не очень понял, а что Морозов-то? -А... Ой, Родя... Расстались они с Лилечкой. Так вот. Но ничего. Ничего... -Да. -Да. -Таисия Александровна, вы меня простите, я пойду пожалуй. -Идите. -Кланяйтесь Михаилу Ивановичу. -Спасибо. ИЗ ТЕЛЕВИЗОРА: Дорогие соотечественники, сограждане. В силу сложившейся ситуации с образованием Содружества Независимых Государств я прекращаю свою деятельность на посту президента СССР. Принимаю это решение по принципиальным соображениям. -Папа. -Дочунька, ну-ка, садись. Вот... -Что? -Полюбуйся, я почти бутылку горькой выпил - не берет зараза! Все, чем жил, дышал, во что верил - все рухнуло коту под хвост! -Папа, ты только не волнуйся, ладно? -Да я, дочуня, спокоен... Как Ленин в Мавзолее. Что еще может произойти? Ну, тебе не предлагаю. -А мне штрафную? Ну что смотришь, батя? Я это, я! -Да... Какой ты у меня стал, сынок! Седой. Шрамы. Вернулся! -Так, Говоров, а ну отставить сырость! Ты что, забыл, как меня называл?! -Оболтус! -Как мне этого не хватало! -А нам тебя не хватало! -Ну как же?! Как там... Вэлком! Котя, а ты не шпион? -Нет, батя. -А то знаешь, фак ю! Котя! -Папа! -А я выучила все твои 102 письма на память. -Все 102 письма? -Все 102 письма. -А что было в 20-м? -Ну тебя! Ты самый любимый! Евгения Львовна! С Новым годом! -Спасибо. -Я... Я чай поставлю. -Так... -Егор, мне не нравится, что ты живешь в чужом доме. -Мама, Кира меня сюда позвала на праздники. Мне здесь нравится. Мне с ней нравится. Мне нужно кольцо. Я хочу сделать Кире предложение. -Егор! -И не надо меня отговаривать! Я уже все решил. -Я так и знала... Я так и знала! Так вот, передай своей Кире, что я немедленно тебя забираю отсюда! Я специально приехала за тобой! Ты же 3 дня пропустил процедуры! -Мама! Я занимаюсь по 8 часов в день! И врачи говорят, что я буду ходить! И очень скоро! Стимул у меня мощный. Смотри. Смотри! Засекай время. Я могу стоять уже 2 минуты. -Мальчик мой! Мальчик мой... Егор! Господи, я знала, я верила в тебя. Мальчик мой! Сын мой! Любимый мой, я знала! Я знала, сыночек! Мальчик мой любимый! -Ну наконец-то мы снова вместе! Видишь, все-таки чудеса бывают в жизни! -Твой приезд - это и есть чудо. Это просто новогодний подарок! -Да. -Что? -А Говорков - это типа Говоров? -Не смотри! -Ну подожди... -Не смотри. А как ты отнесешься к тому, что я напишу про тебя повесть? -Да делай, что хочешь. -Да? -Конечно! Я тебе еще такого понарасскажу! -Ловлю тебя на слове. Я думаю, что этот материал издатели оторвут с руками. -А что, так трудно напечататься? -Я послала три рукописи в разные издательства и... -И? -Ответа пока нет. -Да... Но ты это... Заведи агента литературного. На Западе это норма. Он за тебя все будет делать - двигать тебя, продвигать. Элементарный маркетинг. -Котик, если ты такой умный, ты меня сам и подвигай. -О, да запросто! -Вот займись этим! -Готова? -Да. -Вправо, влево, назад, вперед! Немножечко сюда! -Что ты делаешь?! Как был хохмачем, так им и остался! -А кстати, у меня же есть товарищ московский, издатель хороший. -Да? -Да-да, и фамилия у него такая... С этой... С зимой связана. Как же его?.. А... Морозов Сережа! -Не смей, Котик! -А чего так? -Не смей! -Он тебя с Новым годом хоть поздравил? -Ему теперь не до меня. Запутался он там в своих любовях. Не хочу его ни слышать, ни видеть. Так что не смей! -Да-да, конечно! -Я серьезно! -Без сопливых разберемся! Ясно?! -Ясно. -Так, где рукописи?! Где рукописи, я спрашиваю?! -Малыши мои, мои хорошие! Хорошая! Да, это Бася. Девочки мои. -Мы знакомы. Простите, а Сережа Морозов на каком этаже живет? -Сережа Морозов? На третьем этаже живет. Только лифт не работает. -Да ничего страшного. -До свидания. Басечка, ну давай, дорогая... Ой-ёй! Ну давайте, девочки... -Слушай, по-моему, я вчера переборщил. -Не ты один. -Праздник удался. -Это точно. Так, ударник, с Новым годом! Со старым счастьем! Зачем тебе новое? -Действительно! -Когда полон рот старого! Кстати, глянь, можно это издать? -Константин, ты начал писать любовные романы, что ли? -Это я так, иногда. Набросал на досуге. Ты посмотри. Я, кстати, все из жизни черпаю. -Ладно, хорош заливать-то. Как она? -Кто? В смысле Лилька, то есть Карамелька? -Угу. -Ну как... Знаешь, лучше нас. Все у нее хорошо. -Сережа, я пришла! -Слышу, привет, Анечка! -У тебя гость? -Да. Проходи, пожалуйста. Здравствуй, моя хорошая! Ну, знакомьтесь. -Котя... Конст... -Соберись! -Константин Говоров. -Аня. -Очень приятно. -Ой, вы пьете кофе? -Да. -Пойду себе тоже сварю. Ты не против? -Конечно нет. -Я быстро. -Давай. Даже не думай! Или хочешь устроить показательные выступления, как с Динарой?! Так ты уже не в той форме, старичок! -Вот не надо, да! -Знаешь, она в меня влюблена. Даже подумываю сделать ей предложение. -Значит так, старичок, через два часа она даже имени твоего не вспомнит! Вот так! -Чем пахнет?! Смотри мне! Слушай, не терпится глянуть, что Лилька написала. Я быстро. БЫСТРАЯ МУЗЫКА ПЕСНЯ: "По переулкам бродит лето. Солнце льется прямо с крыш..." -Анечка... Что мне вам еще рассказать? Вот так и живу один в огромном, но очень холодном трехэтажном загородном доме на берегу залива. Каждый вечер один наблюдаю за тем, как садится солнце за линию горизонта... А жизнь проходит... Не знаю, зачем я вам это рассказываю, но я неспроста приехал в Союз. Да... Найти жену - моя, как бы так сказать, конечная цель. Ох, Анечка, вас я бы... Не раздумывая, забрал бы. Но нельзя! Нельзя-нельзя! Мужская дружба, нельзя! Аня, а может быть, у вас есть незамужняя сестра-близнец? Нет? А возможно, такая же красивая подруга? -Нет. -Жаль. Очень жаль. -Константин. -Да. -А вы это серьезно? -О чем? -О доме, авиакомпании. -Конечно, как на исповеди. А вы что, мне не верите? Напрасно, Аня. Напрасно! Сейчас визитку покажу. Так... Константин Говоров. Ну теперь веришь? Женюсь только один раз. Поэтому решил, что свадьба будет только в Париже. И платье невесты будет исключительно от кутюр. Да... Представляю, как бы вы в нем смотрелись. А представьте, Аня, вы в Париже в шикарном платье. На каблуках... Прическа, маникюр... Макияж... Украшения... На пальцах, на запястьях, на шее, в ушах! Духи, духи... Цветы, шампанское! Фейерверк! Отпад! Иди ко мне. Нет! Так нельзя! Мужская дружба дороже! Нет! Хотя, подожди, а чего нельзя? Анечка, да ведь раз живем! Да и черт с ними, со всеми этими подругами! Черт с ними, с сестрами! Ну Серега... Что?! Получу еще раз по морде. А там старая дружба, она же не ржавеет! -Знаете, я бы очень хотела в Америку! Костя, я вам правда нравлюсь? -Анечка... -Я согласна! -Ух, какая же ты у меня решительная! А вот только ты как с Сережей? -Сережа?.. -Так что? Решай! Серия 23 -Я согласна. -Ух, какая же ты у меня решительная! А вот... только ты как с Сережей? -Сережа? -Так что? Решай. -А давай всё бросим? Убежим прямо сейчас. Не люблю прощальных сцен. -Быстро одевайся. -Угу. -Молодец Карамелька, невозможно оторваться. Представляешь, даже забыл, что у меня гости. -Анечка, зайдите на минутку. Вот. -А... что, собственно, происходит? -Ну, если тезисно, то Анечка тебя бросает. Да, Анечка? Она со мной в Америку собралась. Ну а там, скорее всего, бросит и меня, найдет себе побогаче. Правда, Анечка? -Что? Ну ты и сволочь. -А я и не отрицаю. -Прости, Сережа. -Аня, подожди! -Так, Серега, меньше двух часов. Тихо, тихо! Ничего не изменилось. Я тебя спасаю, а ты мне - по морде. Как-то неинтеллигентно. Кстати, второй раз. Запомни, старичок: для тебя существует только одна женщина. Неужели ты этого до сих пор не понял? -Чего-то хочется, сама не знаю чего. Ты не видела, тут огурчики были соленые где-то? -О, на солененькое потянуло? -Ты на что намекаешь? У меня с этим всё хорошо. Ой, ладно, нет солененького - буду сладенькое есть. А что мать Егора к нам повадилась ходить? Как будто мы ее Егора можем обидеть. Так зыркает глазами, прямо как Баба-яга, аж страшно. -Ага, ты знаешь, я ее боюсь. Похоже, она меня недолюбливает. -По-моему, она всех недолюбливает. Странная она какая-то, только своему сыночку и улыбается. А сыночек ее такой же. Я, честно говоря, вообще не понимаю: сдался тебе этот Егор... В больнице с ним намучилась, теперь домой взяла. Ты уже раз делала от него аборт. Мало показалось? -Помолчи. Ты, Катька, ничего не знаешь. -Бляха муха, а кто тебя в абортарий возил? -Тише, пожалуйста. Если хочешь знать, аборт я сделала не от Егора. -Я дурею. Вот монашка-то... -Прекрати. Мне твой абортарий боком вышел. Я теперь, Катя, детей не могу иметь. -Кира... Ты не переживай, ты не понимаешь... Просто врачи всем это говорят, что детей не будет. Всё будет хорошо. Ладно, я пойду. -И когда же это ты, девонька, успела сделать аборт? В 18? Да, рано начала. А вроде бы из порядочной семьи. А где же девичья честь? А как же нравственность? И на этой... потаскухе... ...мой сын собирается жениться? -Что? -И после всего, что я услышала, это я должна еще бежать и доставать ей кольцо? Да я лучше в петлю полезу. Это же из-за тебя Егор чуть не погиб. Из-за тебя мой сын стал инвалидом. -Прошу вас, не надо. -Егор знает, что ты бездетна? Знает. Мой бедный мальчик... Он же не понимает сейчас, что потом будет жалеть всю жизнь. Мой сын достоин лучшей невесты, ты это поняла? Он скоро выздоровеет, он уже может самостоятельно ходить. И он обязательно встретит хорошую, а главное, честную девушку, которая родит ему детей, а мне - внуков, и у него будет счастливая полноценная семья. -Что вы хотите от меня? -Откажись от него. Или сделай так, чтобы он отказался от тебя сам. И не смей, слышишь, не смей паскудить ему жизнь! Потаскуха... -Отдыхаем. Ну что, как, нравится тебе мой бар? -Лучше скажи: я похожа на потаскуху? -О, мать, да ты в санях. Шурик!.. Этой пьянчуге больше ничего не наливай. -Как скажете, Катерина Родионовна. -Да что же такое? Тут запутаться можно. -Константин, какие люди! -А, привет. -Вы запутались? -Да это опасный вход. -Ну что, как вам мой бар? -Вполне. -Может, выпьете за счет хозяйки заведения? -Нет-нет, сегодня с меня уже хватит. А вот от сока не откажусь. -Да? -Да, но если это не затруднит. -Да нет, легко. И Кира сегодня здесь. Шурик, сок. Быстро. -Делается. -Ты что? Что грустная сидишь? Смотри, мальчики красивые, познакомься. -Пожалуйста. -Девушка, а у вас есть разрешение? -Какое? -Иметь такие красивые глаза. Девушка скучает, налей нам шампанского. -Один момент. -Феликс. -Кира. -Очень приятно. Мы с вами сегодня... ...потанцуем? -Потанцуем. ПОДПЕВАЕТ: Американ бой, Уеду с тобой, Уеду с тобой, Москва, прощай. Американ бой, ой-ой, Уеду с тобой. -Пожалуйста. -За знакомство, Кира. ПОДПЕВАЕТ: Американ бой... -Катерина, а ты всё хорошеешь. -Оклемался? Чё тебе от меня надо? -Тебя и твоих денег, лапа. А не то твоя мачеха узнает, что ты ее слила два года назад. -Зря тебя тогда не добили! Пусти меня! -Ты что делаешь? Руки убери! -Что? Что, еще хочешь, да? -Тихо ты, не дергайся. -Извините. Мне его оставь. -Феликс Сергеевич, я... -Что за хрень, Стас? Сопли подбери и прикажи, чтобы мою машину подали. -Ты в порядке? -Быстро! Извини... те. -Вот отморозок, да? Такие часто приходят. Может, выпивки принести? Все танцуем! -Скользко. Осторожней. -Спасибо. -Кира, где ты была? -Гуляла. А что? Не имею права? -Ты что, пила, что ли? -Ну пила. И не только. -Кира, я тебя чем-то обидел? -Егор, я спать хочу. -Кира... -Знаешь, меня никто никогда не защищал. Вот так всю жизнь сама: пашу что-то... грызу асфальт, пробиваюсь. Я ведь таких, как ты, никогда не встречала. Таких сильных, красивых, вот таких вот высоких. -Да, естественно. -Костя, ну поцелуй меня. -У меня же губа разбита. Больно будет. -Ну давай тогда я тебя поцелую, и не будет больше больно. -Катя, ты пойми: между нами никогда ничего не может быть. -Я, наверное, чё-то не понимаю. Ну ты же не женат. -Увы, нет. Но дело не в этом. Просто ты мне в дочери годишься. -Ну вот при чем здесь возраст? -Ну... -Ты понимаешь, любви хочется. Какой-то такой настоящей, чтобы на всю жизнь. -Знаешь, а вот если тезисно, то такой любви нет. Увы. Так, а теперь, моя маленькая пьянчужка, допивай свой коньячок... Давай-давай, вот так. Обнимай меня за шею, и всё, и в люлю. Вот так. Вот, всё, пошли. Маленьким девочкам пора спать. Осторожненько. СТУК В ДВЕРЬ Доброе утро. "Жил-был поп, Толоконный лоб. Пошел поп по базару Посмотреть кой-какого товару. А навстречу ему..." -"...Балда Идет, сам не зная куда". -Ничего себе "не зная куда"! Я, между прочим, выполнял твое поручение. Докладываю: рукопись отдал, издатель читал при мне, был доволен, оторваться не мог. Так что... -Да? И как он? -Один-одинешенек. Да-да, всё проверил. И, что характерно, в ванной только одна зубная щетка. Лиля, ну я тебя прошу: ну бог с ним, с этим Морозовым, ну? У вас же с ним всё? Ну, будем считать, что всё. Значит так: переходим к следующему вопросу на повестке дня. -К какому? -Принимай свой запоздалый новогодний подарок. -А что это? -Это Ялта, отель "Ореанда", номер люкс. Там билеты. -Нет-нет, Котик, подожди, нет, я не поеду. -Да-да, ты поедешь, еще как поедешь. Лиля, ты... Ну, господи... Ты устала. -Что? -Тебе надо отдохнуть. Если между нами, не обижайся: ты выглядишь... -Как? -Неважно. -Да, спасибо, обрадовал. -Ну, как есть. -Не знаю. Ну а что я там одна буду делать? -Да что хочешь! -А может, Аришку взять? -Нет. -Ну или ты поедешь. -Вот это исключено. Лиля, ты должна отдохнуть от всех Говоровых. Так что, если тезисно, сама, сама, сама. -Нет-нет, подожди, дорогой, ты все-таки не уходи от ответа. Зачем ты прислал мне билет в Ялту? -В общем, хочу загладить вину за Анечку. Есть предложение: давай махнем на недельку в Крым. Я угощаю. Жить будем в "Ореанде", сугубо мужская компания, теннис, рестораны, бассейн, море, шашлыки. Всё, что душеньке угодно. -Неслабо. Котька, у меня работы вал. -Не-не, Серега, отказы не принимаются. Значит так: встречаемся там, в ресторане. Жду тебя у входа с газетой "Правда" в руках и красной гвоздичкой в петлице. -Ладно, договорились. Давай. -Вот, Егор, не знаю, это то, что нужно, или нет. -Ой, спасибо, Таисия Александровна. -Ну-ка, чё там у вас? -Красивое? -Это как раз то... -Дай позырить-то. -Ариша... -А как делают предложение? -Не знаю, я сам в первый раз. -Можешь на мне прорепетировать. -Ой, репетиторша... Ладно, Егор, вы не волнуйтесь, тут, кажется, всё хорошо. Пойдем. С Богом. -Я никуда не пойду, мне интересно. -Ариша... -Ну я останусь. -Так, иди, я тебе потом расскажу. -Тили-тили-тесто, жених и невеста. -Иди. -Тили-тили-тесто, жених и невеста. -Так... НАПЕВАЕТ -Прошу вас. -Как ты меня нашел? -Да разве сложно выяснить, где учится Кира Камышева, внучка самого товарища Говорова? Аспирантка иняза. Назвать кафедру или тему будущей диссертации? -Я оценила твои усилия. Что дальше? -Ты мне понравилась. Еще с первой же встречи. Мы могли бы познакомиться поближе, бывать на концертах, выставках, в ресторанах. А вдруг у нас получится? Ты ничего не теряешь. Дай мне шанс. -Ладно, Феликс, время покажет. -Прошу. Красавица, умница. Катюшенька, с шампанским у нас всё, принеси еще, пожалуйста. -Бегу-бегу. Извините. Шурик, шампанского еще нам. -Хорошо. -Тебе помочь? -Ты что, у тебя сегодня праздник. Феликс заказал всё самое лучшее. А что ты не веселишься? Весь вечер грустная сидишь. -Я веселюсь, Катя. Просто душно и накурено очень. -Ты видела, как он на тебя смотрит? -Нет. У тебя освещение плохое. -Ты мне вот что скажи: он тебя замуж звал? -Не-а. -А давай я этим займусь? Всё, всё. Пошли быстрее, а то тебя уже заждались. А вот и мы. -Вот она, наша красавица Кирочка. Давайте. Лёнчик, сфотографируй нас. Давай быстренько. Народ, всё. Катюша, разворачивайся. Улыбаемся. Давай на память. -Внимание. Раз, два. Оба! -Йес! Ура! -Приехала. -Опять будешь читать нотации? Хватит. И хватит меня ждать и контролировать. И кольцо мне твое не надо. -Я не собирался делать ни того, ни другого, ни третьего. Я волновался за тебя. -Не трогай меня! -Кира, что происходит? Где ты была? С кем? -А его зовут Феликс. Мы с ним танцевали весь вечер ламбаду. Феликс очень умелый партнер. НАПЕВАЕТ ЛАМБАДУ -Если ты хочешь вывести меня из себя, тебе это удалось. Прекрати. Ты не такая! -Откуда ты знаешь, какая я? Я потаскуха. Феликс любит таких. Захочу - уйду к нему, а ты найди себе чистую и честную, и пусть она родит тебе детей. А мне надоест Феликс - будет Стас, не он, так другой, третий, пятый, шестой, седьмой, двадцатый! -Хватит! Поговорим завтра, когда протрезвеешь. -И вообще мне всё это надоело! -Кира, нам нужно поговорить. Так и будешь бегать от меня? -Да, буду. Уйди. -Кира! Ёсый-босый... Вот так. Вот, давайте. Давайте. Еще чуть-чуть. Вот так. Давайте. -Слушаю. -Петр Петрович? -Да. -Это Егор Ковалев. -Егор? -Здравия желаю, товарищ полковник. -Надеюсь, ты уже бегаешь? -Я хочу вернуться на службу. -А в каком качестве? -Неважно, в каком качестве. -Уверен? -Да, уверен как никогда. -Ну что ж, такие орлы нам нужны. -Спасибо. -Идет. Пороть тебя, Кирюшка, надо. Ты что творишь? Ночь на дворе. Ты где была? -Кирочка, Егор уехал. -Господи... Как же тошно на душе. -Зачем же ты сама всё разрушила? -Так надо. -Кому? -Ему. Она назвала меня потаскухой. -Кто? -Его мать. -Кира... ТВ: Правда, меры там были приняты суровые: сняты с работы руководители агропрома Калмыкии, строго наказаны ряд секретарей райкомов партии... -Кирочка... -Устала я, дедуль. -Кирюша... -Дедуля, я правда устала, хватит. -Твою бабушку однажды тоже так назвали - потаскуха. Но чище и лучше женщины я не знал. Ты, Кирюшка, не слушай никого, не будь дурой. Кирюш... -Остановите здесь. СЛЫШНА ПЕСНЯ ПОД ГАРМОНЬ Я на секундочку. ПЕСНЯ: Ялта, где растет голубой виноград... -Здравствуйте, а сколько стоят ваши шляпы? -13 рублей. И эти, и эти. Прекрасные шляпки, качество хорошее. Примеряйте. -А вот эту можно примерить? -Примеряйте. -А она мне не мала? -Нет-нет, прекрасно. Идет вам. Молоденькая, красивенькая. -Давайте возьму. -Носите на здоровье. -Пожалуйста. -Спасибо. До свидания. ПЕСНЯ: Ялта, где цыгане ночами не спят, Ялта, там, где мы повстречались с тобой... -У вас так тепло, как будто в сказку попала. -А шляпка вам идет. -Спасибо. Поехали? -Поехали. -Спасибо. До свидания. ПЕСНЯ: "Чаша любви - беспощадный огонь, Нас обжигает волшебное пламя, Самое чистая повесть - любовь - Вдруг оборвется - виновны мы сами". -Физкультурники... -Ты? -Ты? -Ну Котька... -Вот обманщик. Паршивец... -"Мужская компания"... Сукин кот. -Значит так, я сейчас же уезжаю отсюда. -Мне, собственно, тоже здесь делать нечего. Ну Котька, засранец... Стой! -Счастливо. -Спасибо, шеф, бывай. -Вы свободны? Мне до Симферополя. -Подождите. Может быть, вы все-таки уступите даме? -К сожалению, хорошо воспитан. Прошу. -Спасибо. -Пожалуйста. Да, и на прощание хочу сказать: я прочел твою рукопись. Первый роман - барахло... -Что? Как - барахло? -Ну вот так, барахло. Можешь выбросить его в корзину. Второй... лучше... -И что? -Короче, тоже. Прости. -Тоже? -Да. А третий... ты знаешь, ничего. Но надо доработать. С редактором желательно. -Ну а ты можешь сказать поконкретнее, что там плохо? -Уважаемая, вы едете или будете разбираться, что такое хорошо и что такое плохо? -Сейчас, минутку. -Таки я понял, что вы не едете. Мне на стадион. Шеф, поехали. -Смотри, взять хотя бы твоего центрального героя. Михаил, да? -Да. А что с ним? -Он выписан одной краской - скучный, безыдейный. Лиля, запомни, если герой не совершает настоящего поступка, его никто не полюбит и не запомнит. Потом... начало всё вялое. Сразу нужна интрига, чтобы подцепить читателя на крючок. -Знаешь что? Хватит. Хватит танцевать на моих костях. Я, между прочим, на этот роман два года жизни положила. -Ну, дорогая моя, люди жизни кладут на вот такие брошюрочки. -Ну вот пусть они и сочиняют свои шедевры. А я всё, завязываю. Хватит. То не так, это не этак, герой не так выписан. Всё, я завязываю. Знаешь что? Ты кому-нибудь другому это рассказывай. -Ну ладно, ладно, чего ты сразу обижаешься? -Да потому что ты сказал, что это можно доработать. -Конечно, а мы что делаем? -А тебе просто всё не нравится. -Лиля, ну кто тебе еще скажет правду, кроме меня, твоего... ...друга? -Друга... -Так что выпей, перестань ныть и принимайся за работу. -У меня и так голова ничего не соображает. Нет, всё, завязываю. И переделывать я ничего не буду. К тому же я завтра вообще отсюда уезжаю. -Ты знаешь, а у меня есть другое предложение. -Какое? Еще выпить? -Нет. Лучше. А давай мы с тобой на какое-то время забудем о работе, закрутим курортный роман? На недельку. Ты и я.... Я и ты... Черт возьми! Хорошее название для книги. Понятно... Идея неудачная, глупая. Ладно, ухожу. -Ну почему же глупая? По-моему, идея просто замечательная. -Пожалуй, я на этот раз Коте морду бить не буду. -Не надо. -Слушай, а ведь недурственная у тебя теперь фамилия - Морозова. -Ой, Сереженька, что ж теперь будет? В голове один дурман. -И запомни: это кольцо - твой волшебный талисман. -А ведь и вправду оно волшебное. -Да ну? -Да. Посмотри, вот что я получила. Вот, прочитай. -"Поздравляем. Всё правильно, так и должно было быть с самого начала. Дом с лилиями готов принять вас в любое время. Целую. Папа Говоров". Ну наконец-то. А то я боялся, что ваша семья, этот ваш дом с лилиями заберут тебя и не отпустят. И этим всё закончится. -По-моему, всё только начинается. СТУК В ДВЕРЬ -Можно? -Да, Ковалев, заходи. С чем пришел? -Феликс Баркин собственной персоной. Родился в 1965 году в Москве, был отчислен с третьего курса Плехановки за неуспеваемость... -Ты садись, садись. -...не женат, судимости не имеет. Субъект был обнаружен около года назад. Его инвестфонд принимает вклады от населения. Открыл уже семь филиалов в нашем городе. Очереди сумасшедшие, психоз какой-то. -И вот эти фантики он выдает вместо денег? -Так точно. А документов, подтверждающих подлинность этих якобы ценных бумаг, "Феликс-инвест" не выдает. -И куда он их инвестирует? -В рекламе говорят, что деньги от вкладов уходят на поддержку некоего малого предприятия "Цветмет". Я проверял, фирма фиктивна. -Кто бы в этом сомневался. Интересно, с чего он выдает проценты? -С новых вкладов. Но основная доля уходит на скупку валюты и на себя любимого Феликса Баркина. -Не зря Петр Петрович рекомендовал тебя, не зря. Оперативно работаешь, глаз горит. Приятно смотреть. Егор, а у тебя к этому Баркину что-то личное? -Товарищ полковник, разрешите, я пойду? -Иди, Егор. ПЕСНЯ: В самом деле, в самом деле Все проблемы надоели... -Иди сюда. Друг, включи что-нибудь такое... мелодичное. -Медляк, типа? -Да. -Хорошо. Друзья мои, предлагаю добавить романтики в наш прекрасный музыкальный вечер. Кавалеры приглашают своих дам и признаются им в любви. Поехали. Пойдет? -Да. -Позвольте вас пригласить? -Простите... ЗВУЧИТ МЕДЛЕННАЯ МУЗЫКА ПЕСНЯ: Скорый поезд, скорый поезд мой умчится через час, Вспоминай меня в разлуке много-много-много раз. Перрон - ступени алтаря... -Потанцуй со мной. -Егор? Тебе что, можно танцевать? -Просто потанцуй. Кира, ты дрожишь? Замерзла? -Тебе показалось. -Неужели это я на тебя так действую? О, твой жених. Ты его любишь? А почему с ним? -Тебя хотела забыть. -Понятно. И как? Успешно? -Егор, мы можем не разговаривать, а просто танцевать? Я танцую с тобой первый раз в жизни. Хорошо. -Что ты сказала? Я не расслышал. -Музыка, говорю, красивая. Егор, я наделала столько глупостей. -Кира, мне надо идти. И ты иди. У тебя минуты две, от силы три. -Я не понимаю. -Не надо ничего понимать. Иди к черному ходу. И быстрее. ПЕСНЯ: ...ты всегда-всегда со мной. Верь и помни, верь и помни, милый мой. Верь мне и помни, ты всегда-всегда со мной... -Видел, как ты танцевал. Столько силы и воли потребовалось. А оно того стоило? -Стоило. Баркин в зале. В общем... ...через пару минут можно начинать. -Наконец-то холодная, неприступная Кира Камышева, надеюсь, сможет удостоить меня своим вниманием? Еще сто сделай! Видел, как ты танцевала. Ты же не танцевала, ты прям обжималась с ним. Кто он? -Пусти, мне больно. -Кира, не надо со мной так шутить. -Любовь всей моей жизни. Доволен? -Нет. Не доволен. -Отпусти. -Прости. Перегнул. Но я готов компенсировать. Смотри. -Мне ничего не надо. -Надо. -Мне всё надоело. И ты надоел. -Не надоел. -Я хочу домой. -Нет, пойдем танцевать. -Пусти. -Танцуй. Ты не поедешь. Танцуй. -Вперед. -Всем на пол! Работает ОМОН! ВИЗГИ, КРИКИ -Мы не виноваты! Что вы делаете? -Всё нормально. -Не надо! -Мне страшно. -Девчонки, да тихо! -Феликс Баркин? Поднимите его. -Встать! Руки за спину! -За что я задержан? Я бизнесмен, уважаемый человек, меня все в городе знают. Я отдыхаю со своими друзьями и со своей девушкой. Объясните. -Увести. -Я вернусь! -Группа, на выход. Граждане, простите: служба. Я же говорил тебе, выходи через черный ход. -Я не успела. Он меня не пускал. -Хорошо. Ладно, я всё улажу. Пойдем. -Я не поняла, почему все стоят? Ну-ка, диджей, музыку! Танцуем! Серия 24 -Я же вам объясняю: я ничего не знаю. Я лишь изредка ездила с Феликсом на встречи, переводила и... -А с кем были встречи? Вы назовите фамилии. -Я не знаю. Спросите у него. -Уже спрашивают. Скажите, а откуда у вас такая ценная вещица? -Феликс подарил. -Так вот, дорогая невеста... Чтобы подарить вам этот браслет, ваш Феликс обманул сто, а может, двести доверчивых пенсионеров. -Но я-то ничего не знала, я не виновата. -Вы успокойтесь. -Егор! -Всё-всё-всё. Всё. -Егор, я ни в чем не виновата. Я ничего не знала про дела Феликса. Я не хочу опять быть издержкой производства. Ты должен мне верить! -Всё-всё. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо. Я тебе верю. Я тебе верю. Ничего не бойся. Поняла? -Забери меня отсюда. ТВ: Думаю, что сегодняшнее утро для вкладчиков банка "Феликс-инвест" будет далеко не добрым. Несколько часов назад в баре "Стрела" был задержан известный ветровский бизнесмен и президент этого банка Феликс Баркин. Какое обвинение предъявляется банкиру, пока не известно, однако уже сейчас правоохранительными органами изъята документация, заблокированы все банковские счета, двери всех филиалов этого банка опечатаны. Возникает вопрос: когда же теперь людям вернут их деньги? И где искать обещанные проценты? Похоже, и судьба бара предрешена. Как выяснилось, Феликс Баркин был его главным спонсором. -Катя... Катя, хорошо, что застал. Я, как увидел по телевизору, сразу к тебе рванул. -Сволочь! Баркин этот - скотина. Сколько денег было вложено, сколько труда... Откуда я знала про его махинации? -А об этом ты должна была сама догадаться... ...что здесь будут сплошная пьянь, хулиганы, бандиты... Ну не женское это дело, Катя. -А у меня нет богатого мужа, чтобы меня обеспечивал. -А если богатый муж найдется? Ну... вдруг? -Живой есть кто? О, все в сборе. Что, скорбим о судьбе Фели Баркина? Думала избавиться от меня? Свято место пусто не бывает. Теперь я вместо него. -Да что же ты никак не угомонишься? А ты поздороваться не забыл? Стасик? -Да. -Назад. Назад. А ты мне нравишься, Шрам. Давай ко мне работать. -А ты шутник. Да пошел ты! -Да ты знаешь, за кого ты мазу тянешь? Это тварь последняя, продаст кого хочешь. Хоть мать родную. Или, например, мачеху. -Заткнись вообще, это неправда! Не слушай его! -А что, я что-то не то сказал? Слила Катька твою же родную... А женщина чуть жизни не лишилась. Как ее там? Лилия Михайловна, кажись? Извини, заложил тебя. Надумаешь - приходи. -Бляха муха, что же мне так не везет-то... -А ты расскажи. Может, свезет. -А хочешь знать - слушай. А прав был твой Стасик! Это я твою сестру подставила. Из-за меня на нее наехали, а потом она в больницу попала. Вот такая я дрянь! -Зачем? Зачем ты это сделала? -Да потому что я ее ненавижу. С первого дня, когда увидела, когда приехала сюда. Потому что я злая, потому что я... завидую ей. -Ясно. -Подожди, Костя. Это всё не так, это всё в прошлом. Я не такая! Костя... Не отталкивай меня, я люблю тебя. Я ж тебе нравлюсь, я знаю. Я вижу, как ты на меня смотришь, как ты меня... -А я не отрицаю: нравишься. Только ты предала дорогого мне человека. А если тезисно, то... ...предательства я не прощаю. -Костя, подожди. -Миша, не торопись, упадешь. Аккуратно. -Помочь тебе? А ну... Ну ты, конечно, герой. Я быстренько, к бабушке с дедушкой. -Иди. -Кирочка... Вот говорила я, что Баркин какой-то невсамделишный. -Ну всё, всё. О Баркине в этом доме больше ни слова. Забыли. В прошлом. Да, Кирюша? -Да, деда. -Кирюшка, я вам сейчас баньку истоплю. -Егор, ну здравствуй. Ну а что ты там стоишь как неродной? -Ну как ты, Кирочка? -Рад тебя видеть. Смотри-ка, на своих двоих. Надо? -Нет. -Ну пошли. Смотри-ка, ходит уже. Мужик! Уважаю! -Ну, Егор... Спасибо вам, спасибо вам за Кирюшу. Ну пойдемте в дом, чего стоите как неродные? -Идем! -Что, проголодалась? Не кормили тебя там? С приездом, Кира. -Спасибо. -Ну что? Значит... ...счастливое воссоединение влюбленных состоялось. Ты и Егор теперь вместе навеки. -Катя... Я ничего не знаю, что будет и как, но... ...я хочу, чтобы ты поняла одно. Если Егор скажет, я пойду за ним куда угодно, босая, по снегу... Понятно? -Вот счастливая ты! Кирка, понимаешь?.. А у меня счастья нет. -Катюша, ты что, пьяная? -А где оно, счастье-то? Где мое счастье-то, покажи! Оно же спряталось... Может, тут? -Катя... -Нет. Может, тут? -Катя... -И тут нет. А может, вот тут? И тут нет. -Да будет оно у тебя, будет, слышишь? -Да запропастилось! Нет и не будет. Знаешь почему? -Ну почему? -Потому что я сумасшедшая. Сумасшедшая, понимаешь? Егор... Поздравляю. Счастья вам. -Значит, говоришь, босая и по снегу? -Ты что, подслушивал? Ты... Ты не должен был. -А по-моему, я обязан. -Я тебя люблю. -Что ты сказала? -Ты что, плохо слышишь? -Ужасно слышу. Повтори. -Я тебя люблю. Я тебя люблю. НАПЕВАЕТ: Миленький ты мой, Возьми меня с собой. Там, в краю далеком, Буду тебе женой. Эх, ладно, зайдем по-другому. Миленький ты мой, Возьми меня с собой. Там, в краю далеком, Буду тебе сестрой. -А у меня уже есть сестра. И даже две племянницы. -Эх, незадача! ПОЕТ: Миленький ты мой, Возьми меня с собой, Там, в краю далеком, Буду тебе... ...чужой. Так, это мне самой не подходит. ПОЕТ: Миленький ты мой, Возьми меня с собой, Там, в краю далеком, Буду тебе женой. Эх, хорошо. Эх... СТУК В ДВЕРЬ -Да? -Вы не спите? -Заходи, заходи. -Батя, я завтра рано уезжаю. Я откладывал, откладывал... -Опять труба зовет? -На этот раз бизнес. Я на партнера дела сбросил, а так не годится. -Ну да, бизнес, бизнес... Боялся я этого момента. -Батя, а может, вы с Таисией Александровной все-таки согласитесь поехать со мной? -В Америку? В страшном сне себе не мог такого представить. -Ну а чего? Чего, батя? Нормальная цивилизованная страна... А здесь-то что? Здесь бандитизм, рэкет, разборки, инфляция. Тут как будто бы страной вообще не управляют. -И зачем ты мне это говоришь? Это все видят, я - тем более. Вот сердце и разрывается. До смешного. Строили первое в мире народное государство. А получили... -Батя, ну... Ну да, когда-то была правильная, хорошая идея, но... Позже-то в нее уже никто не верил. -Я верю! И всегда верил. -Знаю. Знаю. И тем глубже твое разочарование. -Как бы то ни было, я с тобой не поеду, сын. Я родился на этой земле. И умереть хочу здесь же. -Да знаю, знаю. Если Говоров что-то решил, значит, переубедить его нельзя. Понятно. Таисия Александровна... Может, вы уговорите? -Нет, Котя. Миша всё правильно решил. Никуда мы не поедем. -Во! Слышал? Вот так. -Хотя интересно было бы посмотреть, конечно, как они живут... -Ну, слышал? -...в этой Америке. -Цыц. Ничего интересного. Пусть загнивают там без нас, понимаешь... -Котя, только ты пиши почаще и звони, ладно? -Да, сын. Ты... Ты приезжай. А Лильку в Москве от нас поцелуй. -Ну всё. -Счастливо. -Батя... Не-не, я тезисно. В общем, ты за старшего. Чтобы был порядок. А я вернусь - проверю. Ясно? -Слушаюсь, товарищ сын. Тася... -М? -Почитай-ка, пожалуйста. С 12-й страницы, там, где Котька про попа рассказывает, что по рынку ходил, товар выбирал. Толоконный лоб! -И не надоело еще? -Ну почитай, почитай. -Не поздновато для ночных визитов? -Да. Но ты ведь уезжаешь... -Угу. -Бросаешь меня... Бежишь. -Катя... -Нет, ну да, фото на память, наверное, просить глупо. И мое тебе не нужно. Да и я не нужна. Но ты знаешь, в чем дело... ...Костя Говоров? Но ты мне нужен. Как воспоминание о чем-то... ...несбыточном. Я тебя прошу. Одна ночь. Ты не волнуйся, я тебя в загс не поведу. Но вдруг, когда ты будешь вспоминать о далекой родине, ты вспомнишь и... ... о глупой Катьке? -Катя, ну... -А я ведь тоже могла бы... ...босиком по снегу. -Босиком по снегу? Это как понимать? Ну что ты?.. Ну что... Ну... НАПЕВАЕТ: Глупенький ты мой... Возьми меня... ...с собой. Спокойной ночи. -Кто тут проснулся? Сонечка... Соня... Как спала? -А ты дал мне поспать? Не заставляй меня краснеть. -У меня даже в мыслях этого не было. -Егорушка... Спина очень болит? Ты всю ночь стонал. -Возможно, я стонал всю ночь... ...но не от этого. -Хватит дурачиться, я серьезно. Так бы всегда просыпаться. Чтобы ты рядом... Чтобы чувствовать твое тепло. -Так есть выход. -Да? -Угу. Будь моей женой. -Я... Я не могу. Не получится. Егорушка, ну куда? Не злись... -Так. Объяснись. Кто давеча Кате говорил: "И в огонь, и в воду"? -Насчет огня мы не договаривались. Я говорила только "босая по снегу". -Босая по снегу! -Ну не злись. Егорушка... Ну... Я не могу родить. Поэтому у нас не может получиться полноценная семья. И я не хочу, чтобы ты страдал из-за этого. -Так, может, я сам буду решать? Ёсый-босый... Я не хочу слушать этот бред. Не хочешь жениться - и черт с ним. Я все равно тебя не отпущу. Поняла? -Поняла. -Ты моя. Моя. Моя, моя, моя... ЗВОНОК В ДВЕРЬ -Черт... Кто там? -Я ищу Арину Камышеву. Вы Арина? -Да, это я. -Очень приятно. -И мне. -Разрешите ваш паспорт? -Ой, да, конечно. Он у меня свеженький, новенький, только неделю назад выдали. Проходите. -Спасибо. -Не стесняйтесь. -Нет-нет, ошибки быть не может, Арина Родионовна. Так что я вас поздравляю, можете смело вступать в права наследства. -Я... Я не понимаю, зачем Герману Арефьеву оставлять мне столько денег. Это... -Да, кстати, это дополнение к завещанию. -"Моей дочери Арише". "Моей дочери"? Что это значит - дочери? -Всё, что от меня зависело, я сделал. Всего доброго, до свидания. Поздравляю вас еще раз. -Я вас провожу. -Благодарю. Всего хорошего. -"Моей дочери". Боже... Чушь какая... -"Моя жизнь в Англии" - 153. Папа... Папа... Папа, скажи что-то. -Скажи, что мама говорит? -Я маме не говорила. Я сразу же к тебе приехала. Папа, что за пурга? Я Камышева Арина Родионовна, которой уже 16 лет. -Да, кстати... Поздравляю. Держи, это подарок - пейджер, как ты хотела. -Папа, не соскальзывай с темы. Я прошу тебя, объясни мне. Значит, правда. -Да. Арефьев - твой отец. -Ну почему? Почему ты не говорил мне? Объясни мне, папа. Пожалуйста, объясни! -У меня нет ответа на этот вопрос. Я любил твою мать. И тебя полюбил как свою. Ты... ...моя самая любимая дочь. -А он меня не любил. Не интересовался моей жизнью. Какой он отец? Так... Он просто посторонний человек для меня. Папа... -М? -Я не возьму его деньги. -Доча, ты, это... не горячись. Приличная сумма в у.е. Кстати, ты знаешь, я... Я ж тебе тоже откладывал деньги. Только сейчас эти тысячи... Ну, на них можно купить помаду. -Папуля, мне от Арефьева ничего не надо! Пожалуйста, не говори никому про деньги. Пожалуйста. -Хорошо, я не скажу. Пойдем? -Угу. Да. -Да... У меня складывается впечатление, что ты вообще обо мне забыл, сын. -Извини, мама, замотался. В воскресенье с Кирой заедем на обед. -А сам ты уже не ходишь. Нет, ты приходи один. Я пригласила Раису Петровну с племянницей. Она замечательная девушка, скромная. Она закончила консерваторию, прекрасно готовит! -Ты шутишь? Какая консерватория? -Имени Петра Ильича Чайковского. А вот с бездетной Кирой ты теряешь время. Она никогда не родит, никогда! Ты хоть это понимаешь, сын? -Откуда ты знаешь про Киру? Эта история известна только нам двоим. Ты говорила об этом с Кирой? Так значит, вся эта история с Баркиным закрутилась из-за тебя. -Я не знаю никакого Баркина! -А вот я его прекрасно знаю. Спасибо, мама, ты добавила мне седых волос. Всё, приехали, выходи. -Егор!.. Егорушка, ведь еще два квартала! -Выходи. -Алло, Кристина, привет! Послушай, ты же у нас специализируешься по медицинской теме? Да я вот взяла халтуру на дом и, честно говоря, уже замучилась. Как перевести с английского аббревиатуру IVF? In vitro fertilisation. Да. "Экстракорпоральное оплодотворение"? А что это означает? Ребенок из пробирки? Ясно. Спасибо. Спасибо. Из пробирки... Кристина, извини, это снова я. Слушай, прямо вот так из пробирки? А где это делают? Пока только в Америке... Ясно. Спасибо. Извини, пожалуйста. Всё, пока. Девушка, здравствуйте. Я хочу поговорить с Америкой. Город Анкоридж. Да, сейчас. Сейчас продиктую вам номер. Записывайте. -Ну что, выбрала? -Смотри, мне вот это понравилось. -Нормально! -Мне кажется, этот цвет тебе больше пойдет. -Здрасте. -Здравствуйте, Егор. -Таисия Александровна... -Здорово! -Жених пришел. -Михаил Иванович, добрый вечер. -Привет. -Привет. -Привет. Милая, ты просила, чтобы я приехал. Что-то случилось? -Сейчас всё расскажу. Дедуля, папа, отвлекитесь, пожалуйста. -Вы чай будете? -Да, пожалуйста. -Занимай хозяйское место, а мы тебя внимательно слушаем. -Ой, прямо "Тайны Мадридского двора"! Как будто бы никто не догадался, зачем ты нас здесь всех собрала. -Ну колись уже. Вы же с Егором женитесь, да? -Доченька, а может быть, ты беременная? -Да нет, мама. -Ну тогда к нам едет ревизор. -Вот только не надо, дорогой тесть, о ревизорах. Они у меня на ликеро-водочном не переводятся. -Нет! Как бы это проще сказать?.. Я хочу ребенка... Ребенка из пробирки. -Как? -Господи... -Чего?.. -Я не сумасшедшая! Не так давно появились такие медицинские процедуры или операции, я не знаю, как правильно, называется ЭКО. Их делают за границей, и стоят они очень дорого. -Егор, это что значит? -Михаил Иванович, ребенок у нас - больная тема. -Да я уже всех врачей обошла по нескольку раз. В Москву ездила на консультацию - и никто ничего. Бесполезно! А тут шанс! И я хочу попробовать! У нас тоже делают, но в Америке - вернее. И Котя уже многое разузнал для меня. Мне очень нужны деньги. Много денег. И в долларах. -Кира, почему ты мне ничего не сказала? Я найду деньги. -Извини. -Так, дочь, ты давай не волнуйся. Деньги мы соберем. Сколько нужно? Говори. -Знаешь что, у меня в издательстве и гонорар, и зарплата. А еще Сережа поможет. -Да, можно нашу с Дементием квартиру продать. Мне звонили из риелторского агентства. -Слушай, а у меня осталось после продажи бара! Я тебе все деньги отдам. -Ну, всем миром соберем! -Спасибо, родные! Но ваши деньги вам тоже нужны. И я хочу продать этот дом. А я думала, что вы будете рады оставить с ним все его призраки, раны, болезни... -Это да, но в этом доме было много жизни... ...счастья, любви. -Итак, народ, ничего продавать мы не будем. У меня есть деньги. И полные карманы! И не деревянных, а у.е. Кира, мне не нужны эти деньги. Ни капельки. -Что ты говоришь? -Честно. Ну можете у папы спросить. Он-то в курсах. -Умница. Моя дочка! -Вот! Моя школа! -Давай-давай, зятек, не ленись, старайся! Это тебе не статейки на машинке стучать. Родовое гнездо оформляешь. -В полной мере ощущаю всё бремя ответственности, отец. -Папа, что за праздник ты придумал? Столетие дома. -А чем не повод всем собраться? Дом, между прочим, тоже член семьи. -Но мы же ничего не знаем - ни месяца, ни даты. -А вот с сегодняшнего дня у вас будет и день, и месяц, и даже год. Полная биография. Вот так, дочуля. -Я смотрю, ты не разучился по лестницам лазить. -А то! -Давай мыть руки и за стол. -Да-да, я сейчас. -Ну что, любимый потомок, удобно тебе? -Удобно. Дедуля, так вкусно пахнет шашлыком! Дадите кусочек попробовать? -Я тебе дам "кусочек"! Мне за этот кусочек Егорка знаешь что сделает! А где он, кстати? Почему не приехал? -На службе. Даже не знаю, радоваться или нет, что он снова в строю. -Радоваться. Конечно, радоваться! Вот глупенькая. -Давай, мамуля. -Ну-ка, дай-ка я... -Боюсь я, дедуля. -Чего? -А вдруг что-нибудь не так? Вдруг опять сорвется? -Вот глупенькая... Да не сорвется. Перестань. Боится она! А-а-а... Кирочка, ну-ка, подержи. Вот что, Кирочка, милая... Вот, ну-ка, возьми. Это тебе. Ты не смотри, что он простенький, латунный. Это наша семейная реликвия, получается. Надень! Я по этому крестику Лильку, маму твою, после войны разыскал. Тася его носила. Потом я. Хотя и не верил, дурак! А ведь он меня сберег. Вот теперь пусть это будет нашей традицией. Он тебя сбережет. Обязательно сбережет! -Спасибо, дедуля. -Ну вот... СИГНАЛИТ МАШИНА -Ну, вот и приехали. Ну что, с юбилеем тебя, старина! Чувствуешь, какой аромат? Похоже, настоящая баранина! Значит, вовремя. -Папа, как я выгляжу? -Как дочка Камышева! Пойдем. Мир дому сему! -О, вот и вино приехало! -А вина бы я выпила. -Мой скромный вклад в сегодняшние именины. Привет! -Привет! -С праздником! -Ой, Катюша, это мне? -Да. -Красота какая! Спасибо. -Таисия Александровна... -Родион, здрасте. -Бабуля, как чувствуешь себя? Привет! -Отлично, Катюша. Здравствуй! -Михаил Иванович, думаю, на сегодняшний вечер хватит. -Привет, папа! -Хватит, Родька. -А я смотрю, ты и шашлыки жарить умеешь! -Еще как! -Ну привет. -Ну, чувствую, шашлыки сегодня точно пережарятся. Ты обалденно выглядишь! Слушай, ты как живешь? Сама как? Как, что? -Да живу, всё хорошо... Да, я учительницей работаю в школе. -Молодец! -Английский преподаю. Даже на завуча выдвигают. -Ух ты! А замуж почему не идешь? Не зовут? -Да зовут... Только вот тебя забыть никак не могу. Думаю, а не могу! -Так я тоже думаю... А я тоже думаю о тебе чаще, чем хотелось бы. -Привет, учителка! Как ты? Красавица! Такая прическа у тебя! Ну ладно, милуйтесь. Мешать не буду. -Эй, генацвале с Аляски, у тебя шашлык горит! Проспал, что ли? -Я же тебе говорил! Клади сюда! -Тише-тише! Обожжешься! Так, ну что тут, налито под горячее? -Какой аромат! -Так... Ну наконец-то. Минуточку внимания! Уважаемые жители юбилейного дома... Шашлычка очень хочется, поэтому я тезисно. Нашему дому сегодня 100 лет! И мне очень хочется, чтобы именно с этого дня у него началась новая история, чтобы в доме отныне и навеки поселилась только любовь и доброта! За наш дом! -Золотые слова, батя! -За дом! -Ура! ХОРОМ: Ура! -Спасибо дому. -За дом! -Ну что, папочка, теперь ты наконец счастлив? -А вот нет! -Как - нет? -Минуточку внимания! Второй вопрос нашего собрания. Руководящий состав этого дома в лице Таисии Александровны и, конечно, в моем задают вопрос Константину. Ты почему не женишься, паршивец? Ну что ты на меня так смотришь? Ты на соседку свою посмотри! -Так... -Ну?.. -А... Ну а если тезисно... -Ну давай тезисно. -Так я и не против. -Ну вот и хорошо! -У тебя на Аляске семьи нет? -Ну а ты, батя, ты наш капитан, рулевой, а сам не женат! Как быть? -А вот смотри и учись! Таисия Александровна... Тася, иди сюда. Таисия Александровна, свет очей моих... ...неужели откажешь подполковнику Говорову? -Родители, вы столько лет шли к своему счастью... Мама, соглашайся. -Батя, давай, заходи на вираж! -Горько! ХОРОМ: Горько! -Горько! -Горько! ХОРОМ: Горько! -Горько! -Горько! ХОРОМ: Горько! -Давай, батя! ХОРОМ: Горько! Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Ура!
////////////////////////////
|
||
|
|
|