|
|
Плохой доктор (1 сезон, 2021 год). Цитаты и фразы из сериала
Dr. Death Кристофер Данч — восходящяя звезда далласского медицинского сообщества. Талантливый и харизматичный хирург, он быстро возглавил преуспевающий центр нейрохирургии. Однако со временем с его пациентами стали происходить странные вещи: вне зависимости от сложности операции многие оставались покалеченными или попросту умирали. Два хирурга вместе с помощником прокурора решают разобраться в деятельности Данча.
Серия 1 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. Спина болела много лет. Сломал позвоночник. ДТП с мотоциклом. – Лёгкая боль в спине. – Боль в пояснице. Боль в шее. Боль в шее и онемение мизинца. Онемение, покалывание в пальце. Боль в спине. Я верила, что он делает то, что необходимо. ЗАКЛЮЧЁННЫЙ Он обещал нам, что вылечит её. Это всё, что мы хотели знать. Как в кошмаре. Я проснулась в кошмаре. Мне переливали кровь… – Всё болело. – …и я не знаю, зачем. – Я страдал. – Болела каждая кость. – Мне стало хуже. – Не мог двигаться. – Я плакал. – И эта боль. – Теперь я хромаю. – Такую боль никогда не чувствовала. Первое, что я подумал… Никто не мог сказать, что не так. – «Что он со мной сделал?» – Скучаю по ней. Больше не могу играть с детьми, как раньше. Она была очень… Я питаюсь через трубочку, к которой прикреплён пакет. …очень хорошей женщиной. Я научился контролировать боль. Это всё, что я могу сказать. Я бы хотела вернуться к жизни до встречи с Кристофером Данчем. ДОКТОР СМЕРТЬ 1 СЕРИЯ МЭДЕЛИН БЕЙР ПЯТЬЮ ГОДАМИ РАНЕЕ СРЕДА, 25 ИЮЛЯ 2012 ГОДА МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР ДАЛЛАСА – Держите. – Отлично. – Вы пропустили одну. – Что? Информированное согласие. Необходимо подписать. – Извините. – Ничего страшного. И заполните оглавление… Имя, возраст, адрес, затем всё вот тут, прочтите все пункты, дата и подпись внизу. – Мэделин Байер. – Да, я здесь. Можете закончить в смотровой. Хорошо. Моя дочь на парковке, и… Я сообщу ей, что вас забрали. – Она может прийти? – Да. Спасибо. Раздевайтесь догола и надевайте халат, миссис Байер. Завязки сзади. – Хорошо. Принимали какие-либо лекарства этим утром? – Нет. – Что-либо ели или пили после восьми вечера, миссис Байер? Нет. И я Бейр, как медведь. Все так ошибаются. Доктор Данч вас быстро прооперирует – не моргнёте. Ладно. ТРИ ДНЯ СПУСТЯ. СУББОТА Оперируем Мэделин Бейр. Спондилодез на уровне пятого поясничного – первого крестцового позвонков. Операцию проводил доктор Кристофер Данч в эту среду. После пробуждения пациентка жаловалась на усилившуюся боль и ограничение подвижности. Сегодня проводим ревизию. Передняя продольная связка была срезана с позвонков. Она буквально болтается тут. Никакой защиты для подлежащих нервов. Я ухватил её без труда. Под ней наблюдаются осколки кости, прорезающие нервы. Также отломан остистый отросток. Удаляю его. Под свободно лежащей связкой – твёрдая оболочка спинного мозга, из которой подтекает спинномозговая жидкость. Ниже по позвоночнику ещё осколки костей. Выглядит будто зашпаклёвано, словно кто-то вдавил осколки. Что он с ней сотворил? Миссис Бейр? Как вы себя чувствуете? Очень больно. Этого стоило ожидать. Боль сильнее или слабее, чем раньше? – Необязательно отвечать сейчас. – Нет, нет, нет. Лучше. Мне лучше. Хорошо, тогда мы вызовем команду по управлению болью и увеличим дозу обезболивающих. Как вам это? Сейчас я хочу попросить вас: не могли бы вы надавить на мою ладонь? Великолепно. Теперь тяните. Пальцы тяните к носу. Очень хорошо. А теперь левая. Можете надавить? Я не могу ей двигать. Тогда проведём пару исследований, узнаем, что могли пропустить. Сейчас поспите, хорошо? – Доктор Хендерсон. – Да? Он не должен ко мне приближаться, больше никогда. Держите доктора Данча подальше. Да ладно. Это менее отстойно, чем БМВ. – Я вожу CR-V. – В этом нет ничего плохого. Ты же знаешь, Хонды вечны. Дешёвые запчасти, легко перепродать. Если честно, я заговорил об этом лишь потому… Включите отсос. – Отсос. Видел скетч Уилла Феррела? «Jag-u-ar». Люблю Уилла Феррела. Я заговорил об этом только потому… Коагуляция. – Прижигаю. Спортивная тачка – супер-магнит для копов. Как-то вызвали на аневризму аорты, я и погнал сто миль в час. Увеличь напор до 35-40. – Да, доктор. Ускоряюсь до 110, коп включает мигалку, преследует меня до приёмника. Входит в предоперационную. Говорит, что арестует за «уклонение». Я говорю, мол, без проблем, но надо будет подождать. Распахиваю двери операционной как раз, когда вскрывают пациента. Его лицо! Время лучше выбрать я не мог. Думаю, именно хруст рёбер спас меня от штрафа. Доброе утро, доктор Кёрби. Делион, великая шишка собственной персоной. Чем обязаны напряжением? То есть, посещением? Что там говорят про низшую форму интеллекта? – По-моему, это про краткость. – Если бы. Чем могу помочь? Кровушка… прижечь. Что ты знаешь о докторе Данче? «Доктор» – сильно сказано. Ладно, хорошо. Спасибо. Ты же работал с ним в «Бейлор Плано», верно? Единоразовое сотрудничество. Мне нужно тут оттянуть. Где-то полгода назад, полный пиздец. Можно больше света? Я надеялась, это-то ты и не скажешь. Только не говори, что наняла его. Почему нет? Великолепное резюме. «Бейлор Плано» отпустил его с незапятнанной репутацией. Тебе стоит вводить меня в курс подобных дел, Джилл. У меня больше хвалебных бумажек в этом городе, чем у Тони Ромо. Дебейки. Я бы сказал тебе, что парень шарлатан. Что он сделал? Джилл? Что он натворил? Джош, есть минутка? Да, сэр. Прошу, садитесь. – Как похлёбка? – Как июль в Техасе. Нам всем приходится жить с нашим выбором. Вы пришли поговорить о моём супе или докторе Данче, сэр? Я так очевиден? Я слушал вас в операционной. У миссис Бейр всё было так же ужасно, как говорили? Когда Данч оперировал Мэделин Бейр, ты был операционным медбратом, так? Что там было? Выглядело так, словно он прекрасно знал, что делать, и… Поступал прямо наоборот? Любой в той комнате прооперировал бы лучше него, сэр. Я пытался. Я знаю, это выеденного яйца не стоит. Но я пытался помочь доктору Данчу. Даже пытался его остановить, но… Не твоя работа его останавливать. Скажите это миссис Бейр. Скажите Дороти Бёрк. Боб. – Доктор Кёрби. – Danke. У меня сейчас МРТ… Джилл Делион зашла на огонёк, поведала о некоторых работах Кристофера Данча в технике набрызг. «Техника набрызг»? Ты проводил ревизионную операцию на Мэделин Бейр? Как прошло? Миссис Бейр не твой пациент, и я не буду говорить с тобой о… – Этот ебучий Акт Кассебаум-Кеннеди. – Почему бы тебе просто не сказать, что конкретно ты ищешь, Кёрби? Январь, я в «Бейлор». Свободных хирургов больше нет. Меня попросили поассистировать. Оказал услугу в последний момент. Оказалось, операция у моего мастера по бассейну. Спондилодез L5-S1. Если по шкале от единицы до единицы, один – это просто, другая единица – легко, насколько это было сложно? Выберу единицу. Ёбаный пещерный человек мог бы это сделать, я прав? Пациент вскрыт, межпозвоночный диск прямо перед нами, не операция, а подарок на Рождество. Нужно лишь выделить диск и поставить имплант. Что бы ты сделал? Что бы ты попросил? Я уже разлагаться начал, Кёрби. Мне говорят, что я люблю мелодраму. – Отчего же, не пойму. – Предпочитаю называть это страстью. – Что бы ты попросил? – Скальпель. Именно так ты, блядь, и сделал бы! Любой бы его попросил! Этот простофиля затребовал кусачки Люэра. Он изъял диск? После длительных, бесполезных и больших усилий. – Он установил имплант? – Мимо срединной линии. – Насколько мимо? – Есть ли мерило, которое такое оправдает? Данч чуть не убил моего мастера. Мог ли это быть человеческий фактор? Конечно, почему нет? Но после того случая в январе у Данча была ещё куча подобного, и, как бы сказать, менее успешного? Но два из них были на грани чудовищности. Один будет есть через трубочку до конца дней своих, квадриплегия. Другая, в марте, погибла на операционном столе, после того как он перерезал позвоночную артерию. Что? Данч оперировал в прошлые понедельник, вторник, среду здесь, в «Даллас Медикал». Среда, пациентка Мэделин Бейр. Об этом ты знаешь. Вторник, пациентка Дороти Бёрк. Шейный спондилодез, и он порезал её спинную артерию. – Да иди ты! – Она на ИВЛ. У Данча две операции в начале грядущей недели. Так и будем сидеть и болтать? Или что-то предпримем? ПРОШЛЫЙ ПОНЕДЕЛЬНИК Миссис Келлер! Сегодня важный день. Как себя чувствуете? Голодной. Если вам от этого полегчает, я ещё тоже не ел. – Как бизнес? – Цветёт. Неудивительно. – Да, я имею планы на двух новых… – «У меня есть планы». Учителя английского не могут не поправить такое, не так ли? У меня есть планы на открытие двух новых офисов к концу года. – Что вы говорите. – Ага. Расширяюсь быстрее, чем когда-либо мог себе представить. Просто пытаюсь со всем разобраться, правда. Движешься к успеху. Всегда. Спасибо. Тереза, Мелани, это мистер и миссис Келлер. – Очень приятно. – Привет. – Где доктор Морган? – Открывает новые горизонты. Долгая дорога действовала ей на нервы. – Она из Мак-Кинни, да? – Так и есть. Не то чтобы очень близко. Хотите сказать, что я ей больше не нравлюсь? Вряд ли это возможно. Очень жаль. Она была милой. Такой и осталась, полагаю. Пойдёмте. Вы сейчас работаете в медицинском центре Далласа? Всё верно. Это моя первая задача. А как же «Бейлор Плано»? Там всё очень удобно. Знаете, здание очень красивое. Снаружи. Там у меня есть право практиковать, и я мог бы вернуться в любое время, но… Честно говоря, там мне казалось, что я загнан в угол. Они неэффективны. Они живут в прошлом, а я – будущее. Сложно быть будущим там, где дальше носа не видят. Предполагаю, что я не могла волшебным образом вылечиться за последние три месяца, да? Межпозвоночный диск всё ещё сильно грыжится. По-прежнему давит на пятый. На самом деле неудивительно, что он ещё более сжат. Так что вот как мы поступим: мы положим вас на бок, сделаем небольшой надрез и срежем фрагмент кости, так мы сможем заглянуть под нервы, сдвинем их в сторону, и тогда этот диск просто… выскочит, как прыщ. Не самый деликатный способ объяснить, но достаточно точный. Я вас починю. Знаю, так и сделаешь. Как, чёрт побери, так вышло? Скажем так, я своё отплясал. Хочу сказать, как я ценю, что вы остались со мной, когда я ушёл из «Бейлор». Есть же и другие варианты. Я не меняю коней на переправе, Кристофер. И как ты сразу сказал, ты лучший хирург из всех. Так как я могла не остаться? Вы просто чудо, миссис Келлер. Как вы держитесь с прошлого раза? Прошлого раза? Тогда в марте Роуз совсем собралась, была готова и… вы в тот день потеряли пациента. Я… никого не терял. – Я думал, кто-то умер… – Чарли, не будь занудой. Наверное, узнать, как хирург… Всё в порядке, миссис Келлер. Мистер Келлер имеет право узнать. Она действительно… умерла. У неё была аллергическая реакция на анестезию, и я сделал всё, что мог, чтобы её спасти, но… анестезиолог ошибся. Боже мой. Бедняжка. Ещё одна причина, почему я ушёл из «Бейлор». Их персонал работает недостаточно хорошо. Надеюсь, его уволили. Все мы люди. Все совершаем ошибки. Дело в том, что в этой области последствия ошибок просто более значимы. Но не у тебя. Никаких ошибок. Нет, мэм, не я. Увидимся с вами в «Даллас Медикал». Вы у меня будете колесо делать и очень скоро. Знаете, если увидите доктора Морган, передайте ей наилучшие пожелания. 12 погибших. В каком идиотском мире мы живём, когда кинотеатр становится стрельбищем. Олимпийский огонь прибыл в Лондон на этих выходных. 8000 человек несли его 8000 миль. Это обнадёживает, не так ли? Теперь все они спекулируют. Продают свои факелы в интернете за, типа, тысячи долларов. Что за люди. Ты должна перестать читать новости. Тебе это вредно. – Что нового, миссис Келлер? – Готова. Первое, что вы собираетесь сделать, когда выйдете отсюда, мэм? Приду в школу без слёз на глазах. Целься в звёзды, попадай в луну, верно, мэм? Вручаю себя в руки Господа и доктора Данча. Жёсткая конкуренция. Доктор Данч. Я Джош Бейкер. Я буду вашим дежурным медбратом, сэр. Вы из «Бейлор»? Верно. У вас дыра в форме, сэр. Вы сказали, что вы дежурный медбрат. Да, сэр. Разве вы не должны готовить мою операционную? Совершенно верно, сэр. Миссис Келлер, увидимся после операции. А теперь давайте поднимемся и пройдёмся колесом. РОУЗ КЕЛЛЕР Доброе утро, я доктор Кристофер Данч. Сегодня мы оперируем Роуз Келлер, возраст 72 года. У пациентки сильная боль в спине, диагноз – грыжа межпозвоночного диска. Будем выполнять латеральный поясничный спондилодез. Разрез будет в пространстве между рёбрами и подвздошным гребнем, сделаем небольшой надрез поясничных мышц. Брюшина будет сдвинута вбок, чтобы обнажить поясничную мышцу. Как только окажемся в полости, мы удалим диск L4-5 и заменим его кейджем 12 на 50 с углом десять градусов. Как, я надеюсь, вы все знаете, важно, чтобы мы начали и закончили с как можно меньшей помпой. Так что рты закрыты, уши открыты. Начнём. Как долго ещё? Семья спрашивала о новостях, сэр. Два часа назад. Готово. Пусть зашивают её. – Доброе утро, мэм. – День, Джош. Джош, как всё прошло утром? Как что прошло, мэм? Операция Роуз Келлер с доктором Данчем. Думаю, прошло хорошо. «Думаешь», что хорошо? Нет, я не это имел в виду. По-видимому, хорошо, Просто заняло больше времени, чем обычно. Насколько больше? Около четырёх часов. Четыре часа на поясничный спондилодез? Первый день в новой больнице, новая система. Я полагаю, что он просто делал всё скрупулёзно, мэм. Хорошо. Не помешаю? Вы начисляете зарплату, мисс Делион. Что читаете? Разрабатываю метод лечения глиобластомы. Это сильно. Я изучаю этот вопрос со времён своей учёбы. Пытаюсь найти новый способ работы со стволовыми клетками. Это достойно восхищения. Не думаю, что это настолько сложно, как все считают. Вы считаете, что использование стволовых клеток для лечения одной из самых смертоносных форм рака – это несложно? А вы очень самоуверенны, так? А вы – нет? Я – реалист. Вы должны верить, что смерть можно победить. Иначе зачем выполнять нашу работу? – Как прошла операция? – Идеально. Идеально? Отлично. Я слышала, что она немного затянулась. Вы слышали? Так и есть. Немного затянулась? Вы не расскажете мне, от кого это услышали? Доктор Данч, незачем озвучивать имена… Я просто не привык, что люди несут чушь обо мне. Никто о вас ничего такого не говорил. Если, конечно, это не будет высказано мне в лицо, что я поощряю. Как главный исполнительный директор… Это был тот выёбистый медбрат, да? Я спросила у персонала, как, на их взгляд, прошла операция, и они рассказали, что операция немного затянулась. Джилл, я надеюсь, что нас с вами ждут долгие рабочие отношения. Я тоже. Когда я набью ваши карманы миллионами долларов, – Не мои карманы… – Вы начнёте доверять мне. Если бы я вам не доверяла, то не наняла бы. Времени ушло столько, сколько и предполагалось, чтобы всё было сделано правильно. Значит, сложностей никаких не было? У меня не бывает сложностей. Каждый врач сталкивается со сложностями. Но не я. Хорошо. Рада, что вы в нашей команде. Нам надо как-нибудь перекусить вместе. – Да. – Я замучаю вас своей биографией. Я была бы не против. – Можно вас попросить? – Да, конечно. Закройте дверь с той стороны. ДОКТОР КИМ МОРГАН ВТОРНИК Разве это ты идёшь под нож? Так что расслабься, иначе я заставлю тебя ждать в машине. – Доктор Данч! – Да? Меня зовут Эрл… Бёрк. Муж Дороти Бёрк, Эрл. Как дела? Ну, я немного отстаю, но в остальном всё хорошо. Значит, вы настроены позитивно? Эрл, что вы имеете в виду? Я… Я почти повернул обратно этим утром. Почти решился отвезти Дороти обратно домой. И почему вы хотели это сделать? – У меня просто было ощущение… – Я хирург, Эрл. Это моя работа. Я учился в одном из лучших университетов страны. Конечно, это не Гарвард, но нахуй Гарвард, я прав? Я доктор медицины и кандидат наук в молекулярной биологии. Проходил ординатуру в Университете Теннесси, где в течение года изучал общую хирургию, а в течение пяти лет – нейрохирургию. Управляю двумя успешными лабораториями. Получил гранты на миллионы долларов. И могу продолжать и перечислить вам все мои награды и цитирования… Вам не надо этого делать. Я просто хочу напомнить, что ваша жена… Сколько лет вы уже вместе? 46 лет. Ваша жена готова к операции и уже на операционном столе. Некоторые могут сказать, что я только что вам нагрубил, но с моей точки зрения, вам надо вернуться в комнату ожидания и не просто просматривать «Пипл», «Ас Уикли» или «Охоту и рыбалку». Вы будете их именно читать, потому что знаете, что я подарю вашей жене вторую жизнь. Что ж… ДОРОТИ БЁРК Нужно больше тампонов. Слишком много крови. Ничего не вижу. Уберите жидкость. – Отсос. Щипцы. Так не должно быть. Нужно глянуть показатели гемоглобина и гематокрита. Ты должна что-то сказать. Вот блин. Доктор, начать готовить переливание крови? Делайте свою работу. Она потеряла много крови, доктор. Нам нужен катетер, игла 14-го калибра, подогреватель крови. Может быть, предупредить реанимацию? Доктор, мы должны стабилизировать ситуацию. Мы? В смысле, я. Я должен стабилизировать ситуацию. Да, доктор, вы должны. Возможно, стоит пригласить сосудистого хирурга. И что он сможет сделать, если вы не можете удержать кровяное давление? Причина не в давлении. Что ж, почему бы не начать с этого? Вижу диск. Зажим. Есть. ДОКТОР КИМ МОРГАН ПАПА Что ты здесь делаешь? Ты же звонил? Тебе не стоило приезжать. Крис, было похоже, что я тебе нужен. Я просто хотел поговорить со своим отцом. Ничего срочного. Это неважно. Ладно. Тогда полагаю, что мне стоит развернуться и уехать в Колорадо? – Нет, конечно, нет. Заходи, заходи. Потому что я работал на русских. Ты же знаешь, что это не так, Крис. Вряд ли Богу важно, если ты выпьешь. Особенно учитывая его пристрастие к вину. Это мило. Да ладно, пап. Не будь таким. Да я шучу! Итак, как дела в физиотерапии? Я здесь не за тем, Крис, чтобы среди ночи болтать о пустяках. – Папа, во имя Христа! – Не упоминай всуе. Во имя песца, пап. Лучше? С физиотерапией всё хорошо. У мамы всё хорошо, и у братьев тоже. Нам нужно менять крышу, а собака потихоньку стареет. Немного хромает. Ну? Так что происходит? Тебе нужны деньги? – Что? Нет. – Тогда что случилось? Ничего. Лучше бы я не звонил. Нет, я рад, что ты позвонил. – Конечно, ты должен был позвонить. – Слушай, пап, я сам разберусь, ясно? Я на верхушке ёбаной пищевой цепи. – На верхушке чего? – Целого мира. Я на высоте, на самой вершине, выше, блядь, всего, что только возможно. – Кому ты это говоришь? – Тебе. – Перед кем ты выпендриваешься? – Я не выпендриваюсь. Звучит, как будто выпендриваешься, Крис. Я просто говорю, что завтра снова докажу, насколько я, блядь, крут. Какое эго. – Это уверенность в себе. – Это эго. Мать в тебе это воспитала. Это уверенность в себе, ясно? Я думал, родители так и должны воспитывать. – С чего вдруг это грех? – Гордыня – это грех. – Для тебя. – Помнишь историю о Навуходоносоре? О царе Вавилона? Он был самым могущественным владыкой самого могучего народа на Земле, но он был горделив. Он хвалился… Хорошо, что бога не существует. Кто высоко летает, тот низко падает, Кристофер. Ладно. Куда ты? Погоди. Давай сядем и поговорим. – Подушка и одеяло в шкафу в коридоре, и готовь себе всё, что угодно, на завтрак. – Подожди. Как дела у Венди? Ей что-нибудь нужно? У неё всё отлично. А Мэйсон? Как дела у моего внука? Спасибо, что приехал, пап. Куда ты? Пошёл на хуй с моей улицы! Ким. Ким. Я знаю, ты хотела свободы… Суд мне её предоставил! Ким, ты нужна в клинике. Ты нужна мне. – Разговор окончен. – Ким, нет! Подожди! Ты не понимаешь. Меня окружают одни идиоты. Сотрудники в больницах… Сегодня они почти потеряли пациента. Они почти, блядь, убили её! И, конечно, всё свалили на меня из-за ёбаного рентген-лаборанта! Это просто невероятно! Ты всё ещё оперируешь? Конечно! А почему нет? После того, что ты сделал. А что я сделал? Со своими пациентами. – С Джерри… – Не смей! Тебе должно быть стыдно, что ты бросила своих пациентов и не выдержала ответственности. Ты виновата не меньше меня. Даже больше, потому что я-то их не бросил. Самое ужасное, что не обязательно ложиться под нож или к тебе в кровать, чтобы ты кого-то поимел. Ещё раз придёшь сюда – и окажешься в тюрьме. Ким! СРЕДА Это Джош. О чём ты? Ты позвонил доктору Данчу? Доктор Данч! Доктор Данч! Чего? Дороти Бёрк. Она без сознания, сердце почти не бьётся. Давление ниже плинтуса. Медсёстры пытались связаться с вами всё утро. Блин. Это ты сделал? – Что, сэр? – Заканчивай со своим «сэром». Это ты говорил про меня гадости Делион? – Какие? – О том, что я долго оперировал Роуз Келлер. И кстати, как там миссис Келлер? Ты проверял её? – С ней всё хорошо. – Насколько хорошо? – Дело не в этом. Нет, медбрат, как раз в этом. Ты и понятия не имеешь, что значит быть мной. – Да, сэр. – Поэтому закрой свой рот и выполняй свою ёбаную работу. Операционная подготовлена для Мэделин Бейр? Случай Мэделин Бейр несрочный. Но она решила делать операцию сегодня. Операционная готова? – Давайте отложим, сосредоточимся на Дороти Бёрк… – Я спросил не об этом. – Я понял, что вы спросили. – Думаю, что не понял. Пока не готова, сэр. Так иди и подготовь. СУББОТА Мы пытаемся во всём разобраться, поэтому позвонили вам, доктор Скадден. Опишите своё взаимодействие с доктором Данчем в Мемфисе. Вы же руководите программой стипендий в больнице «Семмс Мёрфи»? – Да, верно. Случались с ним какие-нибудь проблемы? Какого рода проблемы? – Да ладно, чувак! – Доктор Кёрби. Нет-нет, я говорю о проблемах в работе. Какие ещё могут быть проблемы? Личностные, с безопасностью, подчинением, производительностью… – Нас интересует работа. – Я так и сказал. По факту, Данчу самое место на скотобойне, а не в хирургии. Вы согласны? Я бы не сказал такого о докторе Данче. Тогда что бы вы сказали? Он работал удовлетворительно. В отношении к работе ему не было равных. Ну, Тед Банди тоже был примерным работником. Доктор Кёрби, пожалуйста. Не возражаете, если я буду задавать вопросы? Не уверен, что это что-то даст. Давайте попробуем. Пожалуйста. Алло? Простите, доктор Скадден. Мы бы хотели отправить вам фотографию доктора Данча. – С какой целью? – Чтобы убедиться, что этот хирург – именно тот, о ком вы говорите. Мы подозреваем, что этот человек мог присвоить документы вашего Данча. Он не мой Данч. Потому что, если он не самозванец, то он… – Псих. – …самый некомпетентный хирург, которого я встречал и которого не стоило выпускать из медуниверситета. Или он… социопат. И всё это делает намеренно. Что нового, миссис Бейр? Как миссис Бёрк? Среда. 25 июля 2012 года. Пациент – Мэделин Бейр. Будем проводить спондилодез. Доктор Хендерсон. Да, это доктор Скадден. Это Скадден. Да? Я посмотрел фотографию, которую вы направили. И? Это доктор Кристофер Данч. – Вы знали? – Что знал? Вы знали, на что он способен? Нет. Скальпель. В ЭТОМ СЕЗОНЕ «ДОКТОРА СМЕРТЬ» Мы только что наняли восходящую звезду. Я – будущее. Вы стажировались у лучших хирургов в мире. Я проверила его отзывы в сети. Все его обожают. Что он с ней сделал? Он провёл почти дюжину халтурных операций. Такие серьёзные последствия возникают либо потому, что он делает это специально, либо он просто косячит. Вопрос не в том, почему он это делает. А в том, как он не попался. Вы готовы выдвинуть официальное обвинение? Это ты натравил на меня медицинский совет Техаса. Да, я. Я знаю, что ты халтурщик. Ты даже не можешь сохранить работу. Я пытаюсь понять, кто он такой и почему это делает. Мои пациенты превыше всего. Он делал это специально? Если мы собираемся это сделать, то нужно приложить все усилия. У нас только один шанс добиться приговора. Как мы докажем его мотивы? Данч никогда не остановится. Сам он никогда не остановится. Серия 2 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. Хорошо. Оперируем Мэделин Бейр. Сегодня проводим ревизию. ИЮЛЬ, 2012 ГОД Передняя продольная связка была срезана с позвонков. Под свободно лежащей связкой – твёрдая оболочка спинного мозга, из которой подтекает спинномозговая жидкость. Ниже по позвоночнику ещё осколки костей. Выглядит будто зашпаклёвано, словно кто-то вдавил осколки. Что он с ней сотворил? КРИТИЧЕСКИЙ НЕВРОЛОГИЧЕСКИЙ ДЕФИЦИТ ПАРАЛИЧ ИНТРАОПЕРАЦИОННОЕ КРОВОТЕЧЕНИЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ АОРТЫ АМПУТАЦИЯ НЕРВА ПОТЕРЯ КРОВИ БОЛЕЕ 1 700 МЛ Я ОБЪЯСНИЛ ПАЦИЕНТУ РИСКИ ВРАЧ – КРИСТОФЕР ДАНЧ Я посмотрел фото, которое вы прислали мне по факсу. И? Это доктор Кристофер Данч. – Вы знали? – Что знал? Вы знали, на что он способен? Нет. Что, по вашим словам, он творит у вас, я никогда не наблюдал у нас. Сука. Мразь! ДОКТОР СМЕРТЬ 2 СЕРИЯ Держите. Спасибо. Один из них для меня в этом году? Есть другой кандидат. Поменяйся со мной. Ты в порядке? Да, я тоже. ДОРОТИ БЁРК Я понимаю, что мне говорят. Смерть мозга. Я понимаю, что говорят врачи. Но на это лицо я смотрел каждый день на протяжении 46 лет. И так она выглядит, когда спит. Хотите объяснить, в какой момент человек перестаёт быть человеком? Что насчёт краниотомии? Вы о чём? Данч сказал, что может спасти её при помощи краниотомии. – Я так не думаю. – Вы «так не думаете»? Я знаю. Но попробовать ведь стоит? – Нет. – Почему? Она уже не с нами, Эрл. Вы – не её врач. – Знаю. – Вы приходите сюда, задаёте вопросы, просите взглянуть на её историю болезни, а после говорите мне «нет»? Мы с Дороти вместе учились мореплаванию. Купили лодку. 24-футовый катер, чуть ранее в этом году. Пришвартован на озере Тексома. Там хорошо? Хорошо. Тихо. Особенно зимой. Мы 30 лет собирались купить лодку. Почему мы так долго собирались её купить? Мой сын лежал здесь. В одной из палат дальше по коридору. На этой неделе годовщина, девять лет. Он продержался месяц. Я думал, что руковожу ситуацией. Решил, что кто-то что-то упустил. Я ведь этим всю жизнь занимаюсь. Спасаю людей. И неважно, кто и что мне говорил, как меня пытались переубедить. Я полагал… Притворялся… что есть шанс, будто я не знаю статистику, ссылался на чудесные исцеления, придерживался их, словно фактов. Не важно, как… и иначе вам я не объясню… без разницы, как вы решите поступить, вы будете себя ненавидеть и… больше, чем кажется. Она не спит, Эрл. И вы хотите, чтобы я вас послушал? Поверил. Ему я тоже верил. 1991 ГОД УНИВЕРСИТЕТ КОЛОРАДО Слышите? Внимательнее на отсчёте. Помните о дисциплине. Вы, ребята, виноваты в том дерьме на прошлой неделе. Богом клянусь, вы будете тренироваться, пока не начнёте блевать задницей. Поняли меня? Хорошо, итак… В 90% случаев на первом дауне они играют в двух принимающих на фланге. Не поведитесь на плей-экшн. Это ложная вкладка. Он отбежит для передачи. И сделает быстрый пас на принимающего. Новичок. – Чего? – Ты же новенький? Сосредоточенный весь. – Второкурсник. – Был отстранён от игры? Только вступил в команду. Я только что перевёлся из колледжа Миллсапс, Миссисипи. Редко встретишь тех, кто попал в команду лишь в колледже. Хреново, должно быть. Я всегда иду до конца. Крис. Меня зовут Крис. – Данч. – Бетон. Это говно не выговоришь, зови меня Беттс. Следующий. Сто… 130 килограмм. Чётко по плану, Мартинез. Хорошая работа. Следующий! – 90. – Тренер? – Следующий. – Мне кажется, цифра неверна. Дома я вешу 100. Тут ты весишь 90. Ты в своей весовой категории. Не переживай из-за пары килограммов, принцесса. Следующий! – Нет, нет. Такого, блядь, быть не может. Блядь, может. Проваливай. Тренер, думаю, вам стоит перенастроить эту херню. Я могу перенастроить твоё положение в команде, если ты нахрен не уберёшься с моих весов. 110. На кило меньше. Чтоб пришёл в норму за неделю. – Это было смело. – Херня. Да ладно. Кого это ебёт? Спорю, ты был в отличной форме. По твоим меркам, я жиртрест. Да ну тебя, чувак. Нужно подкачаться. Мой брат ручается за это дерьмо. Что-то типа его секретного оружия. – Нейтан набрал где-то 18 кило. – Погоди-ка. Нейтан? У меня есть брат Нейтан. Да ладно! Ещё палец надо. Нейтан вроде как гений. Ему все мозги достались, это точно. А другой мой брат, Мэтью, просто невероятно владеет мячом, любым мячом. Его с мячом в руках не остановить. У них нет проблем, как у меня, понимаешь? Я должен вкалывать, чтобы их превзойти, говорит отец. Да пошёл он в жопу. Он-то чем занимается? Он врач. Точнее – физиотерапевт. Но всё хорошо, ведь… «Правда, не важно, проиграл ли я. Всё, что мне нужно, – дойти до конца». – Итальянский жеребец! – Да! Классика. Я, вообще-то, хожу на пары по кинематографии. Типа, тебе просмотр фильмов как учебные часы засчитывается? Прикинь? Ты уже выбрал профиль? Даже не знаю. Присматриваюсь к химии и биологии, а порой задумываюсь о зоологии позвоночных. Это не то. Не так должно выглядеть. Без разницы, всё равно не могу выбрать эти профили. Пересекаются с утренней тренировкой. Тренер меня убьёт. Что? Да ладно тебе, мужик. Нью-Джерси хорош в плане чикуль, тусовок и прочего дерьма, но мы же не будем профи. Ты, может, и нет. Ладно. Курица, брокколи… Боже, арахисовая паста? Господи, мы всё это будем есть? Да. То есть сначала смешаем всё в блендере, но… Есть способ получше, чтобы набрать вес. Пойдём. Тебе понравится. Подходи. Будь живее, красавчик. – Привет, Беттс! – Вот он где! Привет. Большое спасибо. Бухие сволочи. Вы только гляньте. Давайте выпьем. Ты что творишь? Повезло. Надевай презерватив. Крири! Ты очень хороший. Спасибо большое. Привет. Да. Увидимся, ладно? Как дела? Спасибо огромное. Да. Дамы, как насчёт танцевать ночь напролёт? Только мы и ночь. Вечный студент! Соломон! Соломон! Данч, пошли. Верный друг и будущий знакомый, подходите. Немножко кайфа, мужик. Я домой. Да ладно тебе. Завтра учёба, помнишь? Но ты развлекайся. «Бейлор» позволил Данчу уйти в отставку. Его не уволили? Я уже дважды порасспрашивал, у него была только временная лицензия. Её аннулировали? Мне сказали, что это конфиденциально. Любишь арахис? Ненавижу это – сидеть вот так с родственниками. Никогда не привыкну. К этому невозможно привыкнуть. Можно только остаться, если родные этого хотят, или уйти, если нет. Спасибо. – Да. А где, блядь, был Данч? Не сидел там, извиняясь или советуя чуваку, когда отключить жену от розетки. Есть идеи, где он? Сидит пердит где-то. Что думаешь? О чём? Парень учился в лучшем медуниверситете, затем была лучшая ординатура, а за ней – лучшая стажировка. Итоги его операций такие, потому что он либо делает это специально, либо просто лажает. Не могу разобраться. Лично я склоняюсь ко второму варианту. Вопрос не в том, как так получается, а почему он выходит из воды сухим. У нас с тобой слияние разумов. Понятия не имею, о чём ты. Ход мыслей у нас одинаковый. Я о чём: у «Бейлор Плано» три, четыре топовых нейрохирурга города в штате, и это только лучшие. И вместо этих лучших пациенты попадают к Данчу. Новичок, недавно в городе, ноль опыта, ноль познаний в бизнесе. Ты как думаешь, у него, это… были связи? Теперь наши мысли даже не на одном шоссе. Я ведь о чём… мотив. Оставь это. Есть будем? Я, блядь, изголодался. Ты должен проследить, чтобы Данч больше никогда не оперировал в техасских больницах. У меня есть предложение. Немного чрезмерное. Но, мне кажется, ситуация позволяет. Мы заявим на Данча в Медицинский совет Техаса. Что думаешь? Всё ещё жду чрезмерную часть плана. Мне незачем тебе напоминать, что на кону. Тут есть стейк портерхауз в предложении на двоих. По половинке? – Если мы не подберём тщательно доказательства и если допустим ошибку, то Данч продолжит оперировать. Факты нужны прямые, весомые, а не коктейльные зонтики. Я собирал доказательства. – Доказательства? – Да. Истории болезней. А вот и проблемка, Бобби. Нарушение Акта Кассебаум-Кеннеди. Ты закончил? Не знаю, как ты это провернул, да и знать не хочу, но вообще-то хочу. Я спрашивал разрешение у его пациентов. Скука. Есть ещё вопросы без ответа. Так что ты наслаждайся блюдом. Не доверяю местам, где есть молочный коктейль с красным вином. Теперь, в конце, я осознаю то, что было лишь намёком в начале. Расчёт, торг. Меня охватывает разочарование. Разверзлись небеса. Они взывают ко мне. СТВОЛОВЫЕ КЛЕТКИ У земли нет формы. Мои ноги утопают в ней, Меня затягивает в глубину. В самую глубину. Крис. Крис Д. Крис Д. Мы здесь – тому причины нет. Растём, живём, стремясь на свет. Причины в поисках всегда мы бьёмся, как о брег вода. Сначала вслед спешим мечтам. Они – не то, что мнится нам. То рядом с нами, то отстав, всё бьются в мыслях без конца. Головы выше. Обе ноги в движении. – На фланге! – Вот так! Подошли сюда! Бегом! Пошевеливайтесь. Так. Слушайте. На следующей неделе в защите играем по схеме 4-3. Данч, твой выход. На тебя ориентир. Атакуем квотербека. Все поняли? – Да, тренер! – Хорошо, пошли! Поехали. Смотрите в оба. Готовы. Готовы. Марш! Данч, что это за херня? Не влево. Блицуй вправо. В брешь А. Соберись, мать твою. Поехали. Готовы. Марш! Собрался косячить, юбку надевай, принцесса. Вправо, Данч. Ещё раз. К мячу. Марш. Марш. К мячу! Ещё раз! Марш. – С тобой покончено. – Нет, тренер. – Тренер, я понял. – Нет, не понял. Я понял, тренер. Честно. Ещё один раз, прошу. Прошу. Атакуем квотербека, моя цель справа. Ещё одна попытка. Ладно, пошли. Зададим жару! Начали! К мячу! – Справа. – Да-да. Сукин сын! Данч! Какого чёрта? Кто в красном – не трогать. Ты что, сука, дислексик и дальтоник? Подвезти? Да ладно тебе. Да, сегодня всё было хуёво. Но у нас ещё тренировка завтра. Даже две, как оказалось. И послезавтра, и на следующий день. В конечном счёте ты разберёшься. «В конечном счёте» меня не устраивает. Нужно понять сейчас. Этим вечером? Тебе нужно разобраться сегодня? – Я не понимаю. Что я делаю не так? Почему не могу справиться? Крис, мужик, я устал. Упаковка пива, тусовка и девчонка Порша ждут меня дома. Один час. Максимум. – «Взгляд тигра», мать твою. – Да! Все эти пометки ты сделал в своей схеме игры? Задрот. Ладно. Очевидно, что центр находится по центру. Дальше гарды, тэклы, и тайт-энды сбоку на каждой стороне. Вот ты – посередине. На снэпе ты блицуешь справа и бросаешься в брешь А. Крестиком пометил место. – Я это и делаю. – Нет. Не та сторона. Ты их путаешь и сбиваешь нашего квотербека. Покажи мне свою правую руку. Ладно. Хорошо. Вот эта брешь, от тебя справа – тебе сюда. Дошло? Ура. Отлично. Пошли выпьем. – Прогоним? – Ты знаешь, где меня найти. Со снарядом справишься? Лады. Да в конце концов! Кто там? Чем могу помочь? – Где ты, мать твою? – Джош? Уже поднимаюсь. Доктор Хендерсон. Можно задать тебе пару вопросов? Это доктор Кёрби. Вам что-нибудь принести? – Нет, спасибо. – От пива бы не отказался. Конечно. Думаю, у меня есть… Ну-ка погоди. Собираешься сказать IPA? Да. Серьёзно? На фиг. Что стало с пивом? Просишь «Бад» – дают IPA. Просишь «Корс» – снова дают IPA. – Сложная у тебя жизнь, да? – Временами. Что происходит? Для начала: если в какой-то момент тебе покажется неудобно… – Мы идём против Данча. Ты в деле? – Ты как неугомонный ребёнок. Мы собираемся сообщить о Данче в Медицинский совет Техаса. Но нам нужна информация. Необязательно называть твоё имя, но если… Называйте. Свободно. Мэделин Бейр легла в больницу для элективной ламинэктомии и спондилодеза. Абсолютно верно. Мы просмотрели предоперационные записи. Данч составил план операции миссис Бейр чётко и обоснованно. Как знающий. И он понимал, что должен делать в операционной. Как скажете, сэр. Для меня это была катастрофа с самого начала. Он опоздал. Не минута в минуту. По-настоящему опоздал. И когда он наконец-то явился, я заметил, что в форме у него была дыра. Дыра? Впервые заметил ещё пару дней назад на операции Роуз Келлер. Хочешь сказать, он днями носил одну и ту же форму на разные операции? Операция миссис Бёрк, вторник, дыра. Без нижнего белья, три операции подряд. Прошу прощения. Где была дыра? – С чего вдруг это важно? – Очень важно. Сзади. Сзади-сзади? Дырка к дырке? Всю операцию миссис Бейр он что-то бормотал о Дороти Бёрк. Был занят своими мыслями. И кровь… При спондилодезе какова допустимая потеря крови? 200–250 миллилитров? Она потеряла 1 700. С такой кровопотерей, конечно, мы переживали. НЕДЕЛЮ НАЗАД БЕЙР, МЭДЕЛИН Кровотечение. Остановите его. Делайте свою чёртову работу и нормализуйте артериальное давление. Ничего не вижу. Уберите кровь с операционного поля. Винт. Простите, сэр. Кажется, винт не на месте. Я знаю, где винт. Должен быть чуть левее. – Слева у пациентки. – Я смотрел ебучие снимки, понятно? Я знаю, где винт. Доктор, кажется, винт не стоит на дуге. Больше похоже на мягкие ткани. Этот тип под чем-то, что ли? Я что, сам с собой разговариваю? Сделайте ещё один снимок миссис Бёрк, сейчас же. – Вы хотели сказать «миссис Бейр»? – Вы знаете, что я хотел сказать! Кейдж. Давайте кейдж. Похоже, винт всё ещё не в кости. Рентген – херня. Дайте мне кейдж. Молоточек. Краниотомия. Подготовьте Дороти Бёрк. Дороти Бёрк? Нам необходимо закончить, сэр. – Я в курсе, спасибо. Подготовьте Дороти Бёрк к краниотомии. Сэр, наш госпиталь не имеет права проводить краниотомию. – Поставьте в расписание. У нас нет оборудования. Я справлюсь с тем, что у вас, блядь, есть. Поставьте в расписание. Сейчас же. Простите, сэр, но я не могу, потому что в этом госпитале не осуществляют краниотомию. Может, мы сможем перевести миссис Бёрк в оснащённую больницу. У «Бейлор Плано» есть такие возможности. Когда я говорю что-то сделать, вы это делаете. Вы говорите о просверливании черепа, сэр. Главную медсестру сюда. Сейчас. Стержень. Доктор Энтони? Есть небольшая проблема с операцией на пояснице. И я должен эту проблему угадать? Доктор Данч. Кто это? Новенький? Да. Это его первая неделя. Он требует краниотомию. Операция на головном мозге пациенту с проблемами в спинном? Нет, сэр. Для другой пациентки. Дороти Бёрк. – Мне насрать. Мы не делаем краниотомию. – Я так и сказал, сэр. Думаю, он хочет услышать это от вас. Я звал старшую медсестру. А я старший хирург. Она – мой пациент. Мне решать, как её лечить. Ну, пока это моя больница. Когда вы запросили здесь лицензию, вы не поставили галочку на «операциях на мозге». – Вы мешаете проведению крайне непростого спондилодеза. – Извините. Думал, вы для этого и звали. – Потому что предположил, что вы догадаетесь просто согласиться. Ну, я – просто деревенщина из Бронкса, так что позвольте объяснить вам таким образом, что даже я пойму. В этом госпитале не делают краниотомию, а вы в медцентре Далласа – гость. Если сотрудник утверждает, что мы не имеем права на процедуру, то не стоит спорить. У меня в этом городе везде есть право на практику. – Неужели? – Я вас уверяю, что ни один пациент не попадёт к вам. Как прискорбно. Убирайся из моей операционной! Я расскажу вам, что будет дальше. Вы закончите работу над Мэделин Бейр. Давно пора. Затем вы передадите лечение Дороти Бёрк. И никаких обсуждений краниотомии. Никаких споров. Вы подчинитесь. И это вы свалите из моей операционной. – Что-то ещё? – А что ещё? МЕДИЦИНСКИЙ СОВЕТ ТЕХАСА Мы просим приостановить его лицензию и провести официальное расследование. Никто из вас не был в операционной в то время? Верно. Значит, вся информация из вторых рук. Всё слухи. Да. Побуду адвокатом дьявола. По вашему рассказу о той операции, доктор Данч может доказать, что его отвлекли. Вы не слышали о дыре в его форме? Не думаю, что она слышала. Я согласна. Мы все согласны, что была неудачная операция… – Неудачная? – …доктора Данча на той неделе. Но есть и другие проблемы. Есть дежурный медбрат, демонстрирующий определённую степень неподчинения, рентгенолог, спорящий с хирургом, и администратор, врывающийся в операционную во время процедуры. Они делали всё возможное, чтобы остановить сорвавшегося с цепи хирурга. Я был в «Бейлор Плано». И видел, на что он способен. Или лучше сказать, на что он не способен. А как же краниотомия? Он запрашивал процедуру, которую госпиталь не имел права проводить. Доктор, забравший случай Дороти Бёрк, уверен, что краниотомия могла бы спасти ей жизнь. Цитата: «Я бы взял обычную дрель, чтобы выполнить процедуру.» Доктор Данч, возможно, неправильно всё подал, но, похоже, он был прав. Ежегодно мы получаем сотни таких докладов. Мы серьёзно относимся к каждому делу, но вы оба знаете, что в каждой истории есть контекст, каждый врач совершает ошибки, уверена, даже вы оба. Готовы подать официальную жалобу? – Однозначно. – Да. Хорошо. Вы приостановите его лицензию? В смысле, что с ним будет в это время? Мы не можем приостановить лицензию. Почему нет, чёрт побери? Адвокаты возмутятся. Мы подставимся под иск. Я думал, что защита людей в приоритете. Это наша задача номер один. Что помешает ему получить лицензию в остальных 400 больницах штата? Доктор Данч ушёл из «Бейлор». Его стоило выгнать. Он больше не может практиковать в медцентре Далласа. У него больше нигде нет лицензий. Вероятно, он решил отдохнуть и разобраться в себе после этой трудной недели. Трудной недели. Знаешь что? Как-то уролога… Уролога, понимаешь, пациент обвинил в том, что он ласкал его гениталии. Уролога! Эти ублюдки открыли дело. То есть, кажется, нам нужно пустить кровь, чтобы дело сдвинулось. Данча отвлекли? Какого чёрта? Ну, они не ошибаются. Он потерял право на работу в двух больницах. А новости быстро расходятся. – Недостаточно. Мы высказали беспокойство. Подали жалобу. Начато расследование. Что ещё ты хочешь? Я хочу сломать его проклятые руки. Доктор Кёрби, у нас нет выбора, кроме как следовать протоколу. Ты слышал этих болванов? Протокол нас поимеет. Вся система нарушена. А мы – часть этой системы. Да пошло оно. – Привет. – Привет. Повсюду тебя ищу. И я тебя искал. У меня есть новости. Отличные. – Да? – Да. Я еду домой. Назад в Теннесси. И у меня есть идея. Я пока не продумал все детали, но думаю, ты должен поехать со мной. – Поехать с тобой в Теннесси? – Да, мужик. Разве тут большой футбол? Нифига. На Юге два игрока первого дивизиона ушли на пенсию, и мы будем богами. Стой. Притормози. Зачем уезжать сейчас? Ты же только пришёл. Нахрен эту команду. Здесь нет будущего. Чушь. Мне это не нужно. Тогда почему ты до сих пор в форме? Слушай, идея хорошая. Понятно? Подходит мне. Просто поехали со мной. Не собираюсь я в Теннесси. О чём ты? Тебе же хуже. Чел, по-моему, ты не всё обдумал. Нет-нет-нет. Всё решено, ясно? Я ухожу. Поеду домой, потому что мне не нужна эта херня. Не нужно мне всё это. Пошло оно. – Чувак, что с тобой? – Я не могу остаться. Не могу остаться, понял? Мне нужна была футбольная стипендия. Я не получил её, поэтому я не могу остаться. Еду домой. Мне нужна была стипендия, а я её не получил. Вот дерьмо. Чувак, я и не знал. Забей. Нет. Нет! Всё будет хорошо. Универ Теннесси, там классно. Отличная репутация, тренер, плюс то, как ты работаешь, – стартанёшь через три игры. Мой третий универ, Бетс. И третий перевод. Я не смогу больше играть. Не имею права даже быть запасным. Может, это и к лучшему. В смысле, ты правда этого хотел? Что? Просто, наверное, ты убедил себя, что футбол тебе важен или должен быть важен. Но он что-то для тебя значит или ты просто убедил сам себя? Где ты был на утренних занятиях по понедельникам? Где ты был все эти часы после тренировки, на упражнениях в качалке? Где ты был? На тусовках? Отсыпался? И ты спрашиваешь, хотел ли я этого. Пошёл ты, Бетс. И для чего всё это? Чтобы вести себя как мудак и быть запасным? Пошёл ты! Остановись, слышишь? Хватит. Давай. Давай. На меня. Нет, пошёл ты. Хватит! Ты не победишь. Перестань, блядь, пытаться. МЕМФИС ТРИ НЕДЕЛИ СПУСТЯ Тупица! Твою бабушку это устраивает? Бабулю? Она не против. Сегодня ещё тихо. Слушай, ты меня извини за тупицу. Старые привычки. – Не парься. Ну что, мой крутой друг, говорят, ты офигенный футболист в Колорадо. Да, был. Очень неплохим. Видел бы ты девчонок, которых я цеплял в той форме. Но некоторые на тренировках были никакие. И это мне мешало время от времени. Честно, я сыт по горло футболом, понимаешь? Это будто ниже меня, понимаешь? Мужик, да я не осуждаю. Шея всё ещё болит с младших классов. Плюс, есть вещи и поважнее. Что у тебя там? Медицинский. Университет Теннесси. Буду сдавать вступительные. Мужик, ничего себе! Всегда знал, что в конце концов ты займёшься крутой и топовой хернёй. Ты же всегда был самым умным из всех, кого я знал. Привет. Учитывая твоё окружение, не так приятно это слышать. Тупица! Значит, всё. Ты вернулся? – Соскучился по погоде. – И по приятелю Джерри. Нет-нет-нет. Мой друг не будет. Он выше этого. Изменит мир. Кто-нибудь, принесите ему вина. Клубничного, верно? – Да. Да, лёгкое и сладкое. Я так и знал. Слышишь? Принеси моему корешу вина. У нас нет такого. Тогда достань, кусок дерьма. Давай, давай! Достань. Приятно быть дома. Будем видеться с тобой каждый день. Знаю. Да, не очень хорошо, чтобы я жил снова дома, но Джерри упомянул, что, может, я смогу пожить с ним немного, пока занятия не начнутся. И я уверен, что-то есть в этом исследовании. За ним будущее. А какой смысл в этом исследовании? Возможно, ты мог бы пойти в медицину, как твой отец. На самом деле, папа, я углубился в медицину и много думал об этом направлении. Не все курсы из Колорадо мне зачтутся, но биологию – зачтут, так что мне нужно всего два дополнительных семестра, Я-то думал, что мне нужно ещё два года. Два семестра всего-то. Деньги, Крис. Сначала это был колледж «Миллсапс» ради футбола, а потом – Колорадо, тоже из-за футбола. А теперь ты вернулся к науке. Знаю, сэр, но я стану врачом. Нейрохирургом. Даже не знаю. Крис, у меня медицинское образование, и мне знакомы… сложности, сопутствующие этой области. Не думаю, что ты так уж много об этом знаешь. Это почему же? Я имею в виду, что… сфера сильно продвинулась вперёд, есть новые исследования и технологии, и я получу докторскую степень. Это я всегда говорил твоему брату, Нейтану. У него подходящий склад ума. Нейтану следовало поступить в медицинский. – Думаю, это прекрасная идея. – Сьюзан. Кристофер, ты всегда пытался найти нечто такое, что бросило бы тебе вызов. Как Эйнштейн. Возможно, тебе стоит обратиться к Джону. – К доктору Дэвидсону? – Сьюзан… Он же ему всё равно что дядя. Может, ему удастся что-то для тебя подобрать. Крис не станет просить об услуге, за которую не сможет расплатиться, уж точно не у моих друзей. Пап, думаю, у моего исследования стволовых клеток есть потенциал. Стволовых клеток? Это… как кирпичики, из которых состоит человек. Я знаю, что такое «стволовые клетки», Кристофер. Хорошо, тогда ты знаешь, что они могут превращаться в любой другой тип клеток, вот почему это перспективная тема. Они невероятно сложно устроены, уже на стадии формирования в эмбрионе. Если они находятся в эмбрионе, то как получить к ним доступ для исследования? Их можно извлекать из неразвившихся зародышей и тканей плода. Так ты хочешь тратить своё время и мои деньги на то, чтобы притворяться врачом, ратуя за эксплуатацию нерождённых младенцев? Это не медицина. Крис, это – не наука. Пап, наука – это то, что вершится человеком. Вершина, которую нужно одолеть. И я намерен это сделать. Что ж… Я бы на это не рассчитывал. Что ж… Результаты вступительного теста возражают. Я ошибся лишь в паре вопросов. Каким-то вещам можно научиться, сынок, тогда как другие – чистая биология. ДЕКАБРЬ, 2012 ГОД Алло? Его избирательная платформа – это урезание правительственных расходов. Он планировал упразднить три государственных органа, но даже не знал, как они называются. Вот это все разоделись. – Это определённо его метод… – Креветки! О господи. Отличная вечеринка. Вроде ходит грязный слушок, что тут где-то приберегли лобстера специально для меня. Рэнди Кёрби. Так это вы – доктор Кёрби. Смотрю, репутация меня опережает. Так и есть. Мы отойдём на минутку? – С Рождеством вас, Рэнди. – И вас с праздниками. Тебя что, так просто впустили? Я сказал охраннику, что нам нужно обсудить врачебные штуки. «Врачебные штуки»? Но сперва – знаю, мне стоило позвонить давным-давно. Я толком не мог спать, всё думал, на какой ноте мы расстались после заседания медкомитета. Просто хочу сказать, что мне жаль. Ты поэтому пришёл? – Отчасти. – Прощено и забыто. – Спасибо. – А какова другая причина? Данч вернулся. Серия 3 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. ДЕКАБРЬ, 2012 ГОД МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «ЛЕГАСИ» ДЖОНСОН, ЭЛЕЙН ВРАЧ – КРИСТОФЕР ДАНЧ. С праздником, миссис Джонсон. Или лучше «с Рождеством»? Мне нужно убедиться, что вы получаете правильную смесь. Я – доктор Рэндалл Кёрби. Я здесь, потому что ваш белый и пушистый доктор не смог. Ваш муж, Том, говорит, что вы боец, поэтому… если вы не против, буду честен. Вы пришли на операцию на шейном отделе к доктору Данчу несколько дней назад, чтобы удалить диск. Помните? Помните, как вы пришли домой и сказали мужу, что не можете глотать, а потом у вас был жар? Вы позвонили доктору Данчу, и он сказал вам, что всё нормально, и что у вас просто простуда. Затем он перестал брать трубку. Ваш жар был не от простуды. А от инфекции, угрожавшей сердцу. Теперь в вас закачивают антибиотики через вашу полую вену с тех пор, как вы поступили сюда. Вам стало легче, но нам нужно разбираться с другими осложнениями после операции доктора Данча. Эта ужасная трубка в носу – для вывода желудочного сока. Доктор Данч проделал дыру у вас в пищеводе. Поэтому вы не можете глотать. Что же до операции, которую должен был провести Данч, он не смог вытащить диск. Он оставил его у вас в позвоночнике. Детали, которые он должен был закрепить, разбросаны, как лишние шурупы, оставшиеся от полочки из «Икеи». Он порезал нерв, ведущий к связкам. Это мы не можем исправить. Это не должно было случиться. Я приношу извинения вам и вашим родным. Обещаю, я удостоверюсь, чтобы такое ни с кем не произошло. Том попросил обсудить с вами один семейный вопрос. Ваши дети приехали в город на каникулы, но вы не хотите, чтобы они вас навещали. Он надеется, что вы передумаете. НЕ В ТАКОМ ВИДЕ Буду палкой их отгонять. Мне очень жаль. ДОКТОР СМЕРТЬ 3 СЕРИЯ Привет. Спасибо, что пришёл. Хорошо бы выступать против этих мудаков единым фронтом. – Доктор Кёрби. – Доктор Локетт. Он здесь руководитель. Это доктор Роберт Хендерсон. Он мой партнёр по борьбе с преступностью. Да… Прошу, пройдёмте со мной. Данч больше тут не оперирует. Ну, тогда можем закругляться. Ничего страшного. Как вы его вообще наняли? Требовался нейрохирург, и мы всё тщательно проверили. Но упустили маленькую деталь. Два трупа в медцентре Далласа и «Бейлор Плано». Подумаешь. Мы обращались к медсовету Техаса. Проверяли в банке данных о практикующих врачах… Продолжайте. …чтобы проверить, отстраняли ли его. Нет, никаких жалоб. Ни «Бейлор Плано», ни медцентр Далласа не сообщали о нём? Нет. Если бы мы знали, никогда бы его не взяли, даже не задумались бы. Он даже с письмом от «Бейлор» пришёл. «Все расследования проблемных вопросов в отношении доктора Кристофера Данча были прекращены. На настоящий момент за время его работы в медцентре «Бейлор Плано» не было никаких административных ограничений, или временного отстранения, или ограничения лицензии». Доктор Хендерсон, скажите… будь вы на моём месте, как бы поступили? Их предупреждали… медсестра Престон и ещё кто-то там. – Кто? – Не знаю. Лаборант. Неважно. Они предупреждали руководство о Данче. Они нашли его в Интернете. Нарыли кучу дерьма на него. И не хорошего. А о том, какой он говённый хирург. – Понял. Фишка вот в чём. Когда они захотели показать, что они нашли, всё пропало. Всё плохое о нём полностью стёрто. И как это возможно? Не знаю… Хакерство – не мой конёк. Главное, что их предупреждали, а они забили. Тщательно проверили. Мы против цитадели дерьма. Жопу прикрывают. По факту этим можно жопу подтереть. Явно… – Написано юристами. – Да. Мы теперь друг за другом предложения заканчиваем? Схожу-ка я к Эми Пил в «Бейлор». Подбросишь? – Прошу за мной. Так что? Мне дадут права оперировать. Дадут или дали? Дадут, когда увидят мой список пациентов. Нет… это… Ничего страшного, Венди. У меня их куча. Всего лишь надо сделать пару звонков. Это место на туалет похоже. Не как «Бейлор». – На хуй «Бейлор». – Да, на хуй «Бейлор». На хуй Даллас. На хуй тот последний, «Легаси» во Фриско, где ты пробыл две недели. Вот это охеренный год. Пожалуйста, просто довези меня до клиники? – Когда это закончится, Крис? – Господи. Венди, я всё улажу, ясно? Ты бросила меня, помнишь? – Мне не жаль тебя. Пойди ещё раз трахни свою медсестру, может, полегче станет. Я катаю твою жопу, не потому что я доверяю тебе или что я рядом… а потому что не хочу, чтобы ты всё испортил для него. Могу зайти на выходных? Может, разберёшься со своим списком пациентов? Тогда и поговорим. Это от папы. 2006 ГОД, ОРДИНАТУРА Миссис Деммингс. Как ваш кифоз Шермана? Покалывание в ногах постоянное? Я теперь даже не могу внуков поднять. Началось в юности? Боли появились два года назад. Проблема в двух позвонках вот здесь… Т8 и Т9. – Которые торчат. – Всё верно. Но на самом деле это диски между ними. Эти диски как естественные амортизаторы, и когда они здоровые, они похожи по консистенции на резину. А вот больные затвердевают, и эти два вталкивают те позвонки прямо в спинной мозг. Все врачи говорят, что ничего нельзя сделать. Вы не были у меня. Вы о чём? Что ж, ваш кифоз это проблема, но есть новые методы. – Операция. Малоинвазивная. Передний тораскопический спондилодез. Сделаем маленький разрез размером с мелкую монетку. Вынем через него поражённые диски и зафиксируем позвонки пластиной. И всё. Одна операция? Примерно два часа. Вы проснётесь… никакой боли, никакого покалывания. и на два с половиной сантиметра выше. Это выправит позвоночник. Поэтому придётся наклоняться чуть ниже, чтобы поднять внучат. Можно тебя? Я понимаю, ты у нас тут золотой мальчик, но ты ординатор. Это не твои пациенты, пока что. Я просто предлагаю ей варианты. Фантастичные. С таким кифозом не получится. Давать ей надежду неэтично и жестоко. Я всю ночь изучал это. Это что, из Гугла? Посмотрите. Случай из Нью-Йоркского Университета… ещё хуже. Я могу показать, как делать. Просто посмотрите. Вот, передний артродез с декомпрессией. Видите замыкательную пластину? Видите ретрактор? Видите, какой угол? Симптомы: боль, снижение подвижности, головные боли и проблемы с речью, какой будет дифференциальный диагноз? Стеноз цервикального канала? Это вопрос или утверждение? В любом случае, неверно. Однажды… придётся решить, будете ли вы выпускниками «Сэмми-Мёрфи» или отчислитесь. – Доктор Скадден. Извините. – Да, Кристофер. – Я хотел… – Спросить, прочёл ли я ваш проект о заборе и культивировании стволовых клеток диска? Да. И не нужно удалять диск. Огромный потенциал. Я бы прочёл ещё, как только завершите исследование, которое цитировали. Конечно. Да, сэр. Спасибо, доктор Скадден. Мальформация Киари. Нарушение речи. Зачастую причина – давление на мозжечок. Таков был бы мой диагноз. Сэр, я бы очень хотел участвовать в вашей стипендиальной программе. Поживём – увидим, Кристофер. Кейла, Кейла, у меня чудесные новости. Скадден прочёл мой проект. Куда ты идёшь? – Не беспокойся об этом. Погоди, ты уходишь? Перестань валять дурака, Кристофер. Оксикодон, аддералл – весь ёбаный каталог CVS, и всё на твоё имя. – Рецепты? – Они. Они для друзей. Всего лишь друзья. Это не проблема. Удачи с твоими друзьями, и просёром карьеры, сучий сын. Вот и наш герой. Повеселил нас под столом прошлой ночью, сделал обход и снова спасать жизни, как чёртова Мать Тереза. Какого хрена случилось с Кейлой? Всё путём. Дай ей ночь, и она отойдёт. А если всё же бросит тебя, я поговорю с ней и всё улажу, как всегда. Ты бы потерял свою уродливую голову не подкручивай я её каждое утро. Это у меня уродливая голова? Да. Данч переходит в атаку. Пытается одолеть Саммерса захватом Грэнби. Но Саммерс доминирует. Доминантный доминант. Дядя! Дядя, дядя! Дерьмо. Скадден сказал, что посмотрит на это. Приходи, сделаем снимки. И починим тебя. Я должен работать. Не видел пакетик с ЛСД? Сколько же ты принял? Жёстко меня накрыло. Все буквы расплываются в дерьмо. – Это кириллица. – Это психоделица. Стволовые клетки. Для твоей докторской степени, док? «Глиобластома – самая распространённая злокачественная опухоль головного мозга». Жесть. Стволовые клетки глиобластомы доминируют над здоровыми клетками и превращают их в раковые. Они доминируют. Жёстко доминируют. Все ломают голову над тем, как остановить глиобластому. Но что, если мы перепрограммируем её на производство здоровых клеток? Тогда рака больше не будет. Именно. Абсолютно верно. Она может быть чем угодно. Клетка захватывает другую клетку, чтобы сделать что-то полезное. Биомолекулярный захват Гренби. Да. Да. Да. Вводишь стволовые клетки прямо в повреждённый диск, и позвоночник как новый. – Аминь. – 50% всех операций на позвоночнике назначают из-за повреждённых дисков. Это настоящий стартап. – Ты как док Элис. Бьёшь без промаха. Разбиваешь стереотипы. Могу стать твоей подопытной крыской. – Что? – Вколи мне это дерьмо в шею, я готов вырастить новую, без боли. Боль есть боль, чувак. Это могло бы стать твоим слоганом. ВВЕДИТЕ ПАРОЛЬ ПАРОЛЬ ИЛИ ЛОГИН НЕВЕРНЫ ПАРОЛЬ ИЛИ ЛОГИН НЕВЕРНЫ Блядь. ДЖЕРРИ САММЕРС Блядь! Дерьмо. МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «БЕЙЛОР» – Боб. – Привет. – Какой сюрприз. – Привет, Эми. Добрый день, Рэнди. Чем я могу тебе помочь? – Кристофер Данч. – Боже. Да, он самый. Пару дней назад он оперировал пациентку в «Легаси» во Фриско. Оставил дыру в её пищеводе, повредил голосовые связки. Мы распрощались с Данчем около года назад. Можете прокомментировать рекомендацию, которую вы написали Данчу? Я ничего не писала. Каким бы юристам вы ни заплатили за… Это не рекомендательное письмо. Это письмо о том, что никаких ограничений или приостановления его полномочий не было. Но оно подразумевает, что нет ничего, что запрещало бы ему работать в других больницах. Он калечил здесь людей. Он убил Шелли Бреннан, просверлив ей позвоночную артерию. Похожая ситуация случилась с другим пациентом в Далласе. Разве это не должно было помешать ему работать в других больницах? Я должна быть осторожна в выражениях. Я будто в Сумеречной зоне оказался, это же сокрытие информации. Это оскорбительно. Я обязательно передам, как вы оскорблены, его другим жертвам. Данные о некоторых его операциях спорны. Операции? Да, я видел одну из его «операций» своими глазами. И всё же, доктор Кёрби, жалоб от вас лично не поступало. Наше письмо о докторе Данче справедливая и честная оценка его репутации в этом учреждении. – Данча хоть раз отстраняли? В вашем письме сказано, что он находился под следствием, и раз политика компании такова, что от дел отстраняется любой врач под следствием, полагаю, вы ей следовали. Да, верно. Его отстранили. Если не ошибаюсь, на 21 день. Надо же, как удобно. Прошу прощения? Национальный банк данных практикующих врачей. – Конгресс создал его для… – Я в курсе. …предупреждения общества и больниц о плохих врачах. – Я знаю. – Вы должны сообщать только о тех, кто отстранён на 30 дней или больше. Почему вы не сообщили о Данче в медицинский совет Техаса? Разговор окончен. Можно задать личный вопрос? Вы позволили бы Данчу себя оперировать? Замалчивание не делает ваше учреждение менее сопричастным, мисс Пил. Никто здесь нам не поможет. Я даже не знаю, на какую помощь мы рассчитываем. Да брось, мы можем оказаться в офисе Скаддена через пару часов. – Мы с ним уже говорили. – Я знаю. – Он сказал, что ничего не знает. – Я знаю! Давай, потрать со мной время зря. Может, узнаем, что медцентр Теннесси – мошенники. 2009 ГОД СТАРТАП Так, Илюш, сколько можно ждать уже? Откуда я знаю? Я не буду здесь стоять! Катя, успокойся, пожалуйста. Я спокойна. Я думаю, он идёт. Наконец-то. – Да. Всем привет. Извините за опоздание. Катя, я доктор Данч. Илья, доктор Данч. Добро пожаловать в «ДискДженикс». Большое спасибо, что пришли. Это для вас. Это для вас. И вам, сэр. Вы не могли бы раздать всем, пожалуйста? Мне нужно немного витамина С. Сейчас вернусь. – Что с ним такое? – Не знаю. Американцы. Какие-то странные люди. Это точно какая-то шутка. Он мне не нравится. Аналогично. Так. Простите за это. Давайте я расскажу, почему вы все здесь. Надеюсь, что ваш интерес к тому, чего я пытаюсь достигнуть, сохранится и не угаснет. Как и инвестиционный интерес. Нам обо всём уже известно. Наша работа со стволовыми клетками остеосаркомы… Догадаться очень просто. Вы хотите изучать рак позвоночника. Нет. Не так просто. Я пригласил вас, потому что рак изучаете вы. Я почти выучил наизусть вашу работу по фенотипической гетерогенности нервных клеток. Но рак можно излечить всегда. Сейчас ваши исследования могут быть использованы для создания стволовых клеток, из которых вырастут новые позвонки. Исключая необходимость операции. Именно этим мы занимаемся в «ДискДженикс». О чём он говорит? Стволовые клетки для лечения межпозвоночных дисков. Он нас за дураков считает, что ли? Это невозможно. Сомневаюсь, что вы понимаете самые основы науки. Можно взглянуть? Спасибо. Если вы все откроете страницу… тринадцать… Это ваша работа по сферическому клонированию клеток. Вы продемонстрировали маркеры стволовых клеток ОСТ 3/4, NANOG и STAT3. Если я вас верно понял. – Да, верно. – Хорошо, но в отличие от STAT3, устойчиво проявляющемуся в обоих сферах и адгезивных культурах, у NANOG и OCT 3/4 выраженная вариативность последовательности. Следовательно, ключевые факторы в самообновлении и плюрипотентности для стволовых клеток в зародыше вариативны. Я же прав? Конечно, прав. И я прошу использовать ваш опыт в программе маркеров самообновляющихся клеток для создания новой клеточной терапии. Мы будем создавать стволовые клетки для замены стёршихся межпозвоночных дисков. Поможете мне в этом? Что же вы думаете? Заинтригован, это точно. Чем могу помочь, помимо всего? Если честно.. Смены в хирургии просто убивают меня. Огромное количество часов в день. Ты и доктор, и учёный. Должен уметь находить баланс. Выглядишь уставшим. Да. Сжигаю свечу с обоих концов и в середине. Небольшой дружеский совет. Если бы у меня были такие же широкие перспективы, я ради них ни на минуту не стал бы опаздывать. – Понял? – Да, сэр. Пойду пообщаюсь. Сегодня я провожу 2009 ГОД. СТИПЕНДИЯ переднюю шейную дискэктомию и спондилодез. Сами позвонки и межпозвоночный диск обнажены. Крис, «ДискДженикс» могут потребоваться инвестиции. О чём вы? Тебе следует назначить пару встреч с финансистами. Я просверливаю диск до задней продольной борозды спинного мозга. Прямо за ней спинной мозг. – До получения патента? Задняя борозда проколота. Поражённый диск изнутри как крабовое мясо. Я использую крючок, чтобы удалить диск и уменьшить давление в спинном мозге. Классическая проблема – «курица или яйцо». Нужны ухаживания, чтобы получить деньги. Спинной мозг – это белая, блестящая субстанция с крупным кровеносным сосудом сверху, а это твёрдая мозговая оболочка. Теперь вытягиваем… Сейчас мы вытягиваем диск. Доктор Данч успешно удалил диск. Отличная работа. Не волнуйся, Крис. Ты получишь свой патент. И ты и твоя компания оставите нас без работы. Сейчас мы просверливаем позвонок для установки винтов. Готов? Единственное, чему учат в Гарварде, это вставлять слово «Гарвард» в любой разговор. А вот и наши уважаемые посетители, о которых я вам рассказывал. Доктор Роберт Хендерсон и доктор Рэндалл Кёрби. Очень приятно познакомиться с вами вживую, джентльмены. Доктор Кёрби учился в университете Райса и в медицинском колледже Бейлора. А доктор Хендерсон… Простите, я всё забыл. Где вы изучали медицину? В университете Небраски. – Да. Точно. Вперёд, Кукурузники. Друг Данча, если считать, что он способен на дружбу. Он сделал его паралитиком. На сегодняшний день он провёл две дюжины неудачных операций. Просверливал насквозь мышцы, резал нервы и артерии. Он ничего не понимает в основах топографической анатомии. Он обращается с операциями на позвоночнике, как ребёнок с конструктором. Я знал совсем другого Кристофера Данча. Всё это… Я такого не видел. Я не могу это объяснить. Возможно, что вы поможете нам с вашей характеристикой на Данча. Да, конечно. Он посещал все учебные часы? Да. Хотя я не могу сказать об ординатуре. Об этом нужно спрашивать не у меня. Я уверен, вы бы не стали включать его в свою программу, если бы не были уверены, что он достаточно подготовлен? – Верно. – Вы наблюдали его учебные операции? Да. Будь вы моим учеником, и сделай вы под моим наблюдением то, о чём мне рассказали, я бы исключил вас из программы. Наркотики? У меня не было причин подозревать что-то в этом роде. Психические проблемы? Он мог получать помощь. Многие студенты так делают. Боюсь, это всё, чем я могу помочь. При всём уважении, здесь я с вами не согласен. На этой характеристике основано всё его сраное враньё. Он может быть аккредитован где угодно. Вы единственный человек, который может рассказать всем про Даллас. Я и рассказал, в рекомендациях «Форест Парк». Упомянул плохие результаты в Бейлоре. – Но не в Далласском центре? – Нет, нет. Они просили вернуть запрос в срочном порядке. Так что я отметил всё, что положено, указал, что он… удовлетворяет требованиям, потому что это правда. Будь я на вашем месте, я бы сделал всё, что в моих силах, чтобы сказать: «Нет, я не могу его рекомендовать». Я могу зачитать вам форму аккредитования, но она относится ко времени, когда он был здесь. Можно аттестовать только то, что можно наблюдать напрямую, в тот период времени, когда наблюдение велось вами как наблюдателем… того, что происходило на его учебных операциях. Что скажете по поводу фотографий, которые мы принесли? Да. Да, мне жаль. Боюсь, мне придётся свалить вину на Даллас. Всё это случилось в штате Техас. Кажется, что местные больницы примут первого попавшегося хирурга. Я понимаю, почему вы так расстроены. Больницы не доносят на него, не проводят тщательную проверку. Но это проблема штата Техас, а не Теннесси. Алло, это Кристофер Данч. Доктор Кристофер Данч. Звоню по поводу обследования, которое вы проходили несколько месяцев назад. Я хотел узнать, хотите ли вы сделать операцию, чтобы уменьшить боль. Я всё ещё работаю в «Бейлор Плано», но у меня появилось ещё одно место работы. Я звоню по поводу вашего лечения. Как ваша шея? Покалывание в ступнях? Обследование бесплатно. А вы заинтересованы! Так вы переехали. Из штата. Вы знали, что январь – месяц здоровья спины? Алло? Миссис Блум? Скончался? Я передам привет Джерри от вас. У Ким всё замечательно. Да. У неё всё замечательно. Джерри… успешно продвигается. У вас трещина в черепе. Вас может парализовать, если трещину не исправить. У Ким всё отлично. Да. Да. Я обещаю, что больше вас не побеспокою. Доктор Данч? Тот самый доктор Данч? Чем я могу помочь? Мы закрываемся. Я Стэн Новак. Нашёл ключи в двери. Это чёртов администратор. Такой рассеянный. Когда вы повредили шею? Шесть лет назад, упал с мотоцикла. Пережил пять операций. Как вы поняли, что у меня болит шея? Это моя профессия. Дайте угадаю… болевой спазм похож на удар тока? Спазмы появляются из-за любой мелочи. Простреливает, даже когда я за рулём. Я чуть не потерял управление. – Это симптом Лерметта. Мы имеем дело со спондилодезом. У вас серьёзно сдавлен спинной мозг, но если декомпрессировать его, то вы будете полностью здоровы. Я посетил столько врачей, но надеялся именно на вас. Видел ваше видео с наградой. «Лучший Док» Есть две причины, по которым пациенты обращаются к врачам с болью в спине. Первая связана с периферической нервной системой. Это называется радикулопатия. Обычно это связано со сжатием или с дегенеративными изменениями в позвоночной структуре, приводящими к раздражению нерва… Лучший врач штата Техас. Мы сейчас в процессе расширения, поэтому у меня небольшая нехватка персонала. Но вы всё равно можете провести операцию, да? В «Бейлор» у меня уже нет мест, но я практикую в «Юнивёрсити Дженерал». Можем провести операцию там. 2009 ГОД ИНВЕСТОРЫ Мы понимаем, в чём дело, Данч. И нам нравятся подрывные технологии. Тогда вам понравится «ДискДженикс». Я проходил курсы для отстающих по биологии в старшей школе и… ? У меня, блядь, «отлично» по химии, но я не знаю, что это значит. Хорошо, давайте к деталям. Я изобретаю инъецируемый фонтан молодости для позвоночника. ? Сработает для его члена? ? Это вторая фаза. Вот, надежда есть. Если просто, стволовые клетки захватывают поражённые клетки в межпозвоночных дисках и лечат их. Сколько уже сделано? Сейчас мы на этапе поиска партнёров, привлекаем капитал, основываясь на имеющихся активах. Ну смотрите, я разрабатываю ключевой процесс в манипулировании стволовыми клетками, но важно, что нашим конкурентам понадобится пройти тот же этап, если они хотят играть на этом поле. Поле будет наше, а им придётся платить. Как тебе пришла в голову эта идея? ЛСД. ? Я так и знал. ? Я так и знал. ДВА ГОДА СПУСТЯ Пропустите-ка короля. Что за хуйня этот «ИМП»? Институт Малоинвазивной Хирургии Позвоночника. И-М-Х-П, ИМХП. Ты шаришь в малоинвазивных позвоночниках. Такой выбор. Что будешь делать? Что мы будем делать? Пора тебе завязывать с наркоторговлей. ? Да ну тебя. Это фигня. ? Нет, нет. Поехали со мной. Куда? Мне предлагают работу в Далласе, в Калифорнии, где угодно. Что я буду делать? Ты живёшь со мной. Ты меня возишь. Мы лучшие друзья, разве нет? Так и есть, чёрт возьми. Куда бы ты не поехал, я буду работать на тебя. Как насчёт директора по маркетингу? Боже, благослови империю Данча. Подожди секунду. Добрый вечер. Просто хотел представиться. Вали отсюда. Меня зовут Крис, а тебя? Я заплатил за танец, Крис, так что вали нахуй отсюда. Тронешь моего друга – сломаю хребет, и тебе придётся платить Крису, чтоб он тебя вылечил. – Так как тебя зовут? – Кристал. Рановато для Хэллоуина. – Твой костюм мне нравится больше. – Заплатишь за него? Нет, ты бесценна. Я слышу это седьмой раз за сегодня. Сердце разбивается, когда ты говоришь такое. Если ты и правда врач, на чём специализируешься, кроме дешёвых подкатов? Видишь ли, Кристал, я не смогу объяснить, если ты не изучала нейрохирургию и молекулярную биологию. Зато я знаю, что ты придурок. – Эй! – Меня зовут не «Эй». Но и не Кристал. Послушай, у меня был сумасшедший день. Сразу несколько моих фантазий стали реальностью. С тобой такое когда-нибудь случалось? Работать тут – предел моих мечтаний. Ну ладно, я придурок, извиняюсь за то, что наговорил. Извините, что прерываю. Послушай, чувак, мне не нужна работа директором. Моя профессия – быть твоим другом, и ты никогда не сможешь меня уволить. Я поеду за тобой, но тебе нужен слоган для «ДискДженикс». Слоган? Я могу придумать. – Ты не знаешь, о чём речь. – А ты знаешь? Мне не надо знать. Я и так могу. Ебать. Забились, блядь. Блядь, Крис, послушай. Девочка крута. Да. ВЫ КОМАНДА – И МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ ЯНВАРЬ, 2013 ГОД Боб! Привет, заходи! – Нет, нет… Я не вовремя, извини. Нет! Заходи, сегодня вечер оперы. Заходи. – Посмотри. У него появилась ещё одна работа. В «Юнивёрсити Дженерал». Знаешь что? Я учился в меде с доктором Сэсани, их боссом. Мы должны туда поехать. – И сделать что? Не знаю. Разберёмся на месте. Публично его разоблачим. Больше никаких полумер, верно? – Хорошо. – Заходи. Жаклин, посмотри, кто пришёл! Это доктор Боб Хендерсон. Серия 4 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. ЯНВАРЬ, 2013 ГОД Слушайте, мне было из чего выбирать. И я говорю не только о Техасе или стране, предложения от больниц по всему миру. И это были ведущие спинальные центры. Но я выбрал эту больницу, потому что верю, что могу создать новую культуру, развить её и навсегда вписать в генетический код больницы так, что каждый доктор, который придёт после меня, будет знать, как делать всё правильно, потому что я изменю хирургию в Техасе, я введу её в XXI век. Мы расстелили этому парню красную ковровую дорожку, предложили землю и небо. Это бессмысленно. Ну, и что мы планируем делать с этой человеческой часовой бомбой? План в процессе. Что ж, веселье начинается. В Ланштуле я слышал историю о сломанной руке, я рассказывал? Нет, и сейчас я не хочу её слушать. Это было сразу после операции «Ярость призрака». Морпехи взяли того парня, Абдул как-то там. Он и его люди были в ответе за партизанские атаки в Афганистане, разбомбили кучу наших машин. Его допрашивали, он и слова не сказал. Он был у них пять или шесть дней. И потом поступил приказ отпустить его. Все знали, что он – тот ублюдок, что нападал на них, но его должны были отпустить. Знаешь, что они сделали? Ему сломали обе руки в четырёх разных местах, связали и отправили восвояси. И больше о нём не слышали. Хочешь сказать, что мы должны сломать Данчу руки? Именно, нахрен, так. Сначала были кисти, теперь руки целиком? Я соглашусь и на пальцы. Господи. Не бойся поделиться своими гениальными идеями. Там Сесани. Нам следует поговорить с ним. Обсудить, как добиться правосудия? Шикарный план, как обычно. Я буду счастлив заняться этим в одиночку. Прошу вас. Город с великолепным медицинским сообществом. Но присмотревшись, наша больница хотела найти нишу, область специализации, иметь возможность предоставлять качественное лечение тем, у кого нет миллионов… Поздравляю, приятель. Ты хотел нейрохирурга, а нанял неандертальца. Это доктор Рэндалл Кёрби. Мы учились вместе. Был шутником всю свою жизнь. – Шутник навсегда. – Можем мы поговорить наедине? Я бы хотел остаться, попеть, как канарейка, чтоб все слышали. Прошу, пройдёмте со мной. Доктор Кёрби, не возьмёте мне коктейль, маргариту, поострее и с одним маленьким зонтиком? Я так понимаю, вы слышали о Данче. Я слышал только хорошее. У меня тут есть рентгены его работы с собой, в багажнике. Могу раздать их гостям в качестве подарков. Я думал, что хороший – это вы. Смешно. В «Бейлор» он получил хорошие рекомендации, никаких жалоб из медцентра Далласа, всё чисто в банке данных практикующих специалистов. – Вы должны его уволить. – На каком основании? На любом, какое сможете придумать. «Юнивёрсити Дженерал» – это не «Бейлор Плано». К нам не стоит очередь из инвесторов. Не хочу быть грубым, но средний нейрохирург приносит нам 2,4 миллиона. Вся наша миссия построена на том, чтобы предоставлять доступную медицину пациентам с небольшим доходом, которых не берут другие больницы города. Данч – не единственный вариант. Я только нанял его. Если уволю без причины, меня осадят адвокаты. И сколько стоит мораль? В долларах и центах. Если у вас с ним какие-то свои счёты, то это ваше дело, не моё. И приготовьтесь, что вас будут считать хирургом, который пошёл против своих коллег. Я ждал подобного поведения от Кёрби, но не от человека вашего положения. КРИСТОФЕР ДАНЧ ДОКТОР МЕДИЦИНСКИХ НАУК Боже, простите. Мне… Так его уволили или позволили уйти в отставку? Это конфиденциально, доктор Хендерсон. Ваша больница не доложила о нём в медицинский совет Техаса. Вы не занесли его в базу данных. У него была временная лицензия. То есть вы не были обязаны. Вы позвали меня на выполнение повторной операции миссис Бейр. – Да, позвала. – И я сам видел, что он с ней сделал, что он сделал с Дороти Бёрк. И после всего этого «Даллас Медикал» просто отпустил его. Это были неудачные исходы, и мы поступили наилучшим для нас образом. Только не для пациентов. Каждый нейрохирург ошибается, доктор Хендерсон. За всю вашу карьеру у вас не было осложнений? И у вас может случиться неудачный исход операции. И вы не захотите, чтобы назойливый доктор срывал вашу приветственную вечеринку. Рюмку того, к чему вы быстрее всего дотянитесь. Кажется, я понял вашу схему. Вы хотите, чтобы он заключил с больницей эксклюзивный контракт. Кто-то вроде Данча по программе вроде «Сэммс-Мёрфи», идеальный кандидат. Мало того, что востребованный, так ещё «Бейлор» получит прибыль за каждую его операцию. И если больница получит гораздо больше денег от тех, кем владеет, чем от докторов, у которых всего лишь есть лицензии, то в конце получается чертовски чистая прибыль, я прав? БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ В ТОМ, ЧТО ВЫ СЕЙЧАС ГОВОРИТЕ. – Есть минутка? – Конечно, сэр. Прошу. Садитесь. Вы сказали, что остановите его. Что вы здесь делаете? Они устроили ему вечеринку. Я понимаю, вы недовольны, я тоже, но у меня всё под контролем. Под контролем? Как именно? – Процесс идёт. – Какой процесс? Миссис Бейр могла умереть. Дороти Бёрк смогла, она умерла. И что насчёт дыры в пищеводе Элейн Джонсон? Чего бы вы сегодня не пытались добиться, гарантирую, что у вас не выйдет. Я сделал всё, что позволяет система, чтобы остановить его. Связался с медицинским советом. Доложил о нём. Поговорил со Скадденом. И вы ничего не добились, Роберт. Все механизмы, предусмотренные, чтобы бороться с этим, сломаны. Ваша система сломана. Я всегда уважал вас. Считал вас человеком высоких моральных стандартов, но вы – лишь очередной винтик в механизме. Мы знакомы? Никогда не встречались. Выглядите очень знакомо. Наверное, просто такое лицо. Я знаю вас. Ну, я – виновник торжества. Не передадите полотенце? Тут закончились. Доктор Кристофер Данч. Роберт Хендерсон. Роберт Хендерсон. Роберт Хендерсон. Вы – тот, кто настучал на меня в медицинский совет Техаса. Это я. Вы пошли против меня, а я всё ещё здесь. Как так? Я не могу понять, некомпетентны ли вы или делаете всё нарочно, что значит, что вы безумны. Вы знали, что о Николе Тесле говорили, что он одержим демонами? Простые люди обвиняли его в чём-то, потому что не могли понять его гениальность. Я просмотрел все ваши дела и не увидел и намёка на гениальность. Это потому что вы смотрели на солнце. Мои операции были идеальными. Каждая из них. А вот медсёстры, рентгенологи, администраторы – все они могут так отвлекать. У всех бывали сложные случаи, верно? Даже у вас, Роберт. Сразу вспоминается Вудленд Арп, не так ли? Это всё так по-человечески, правда? Вы смотрите на кого-то вроде меня, кого-то моложе, умнее, более способного, кого-то, кто занимает всё пространство, высасывает весь кислород. И вот есть вы. Уставший, старый, слабый. Я отзову вашу медицинскую лицензию. Ну, хреново. Можете попробовать. Может, даже преуспеете. Отзовёте мою лицензию в Техасе, так есть ещё 49 штатов. Чёрт, да весь мир ещё есть. И всем нужен хороший хирург с хорошим резюме. Но если вы пойдёте против меня, будьте готовы к тому, что я с вами сделаю. Я заберу ваши деньги. Заберу вашу карьеру. Заберу те крупицы репутации, что у вас есть. Хотите ударить меня? Давайте, Роберт. Я прямо здесь. Так я и думал. Вы не… Если нужен вантуз, то он под раковиной. Мы не пойдём на приветственную вечеринку Данча. Да ты издеваешься. Что за хрень ты тут надумал? – Это не сработает. Мы исчерпали все возможности. И что ты хочешь сделать? Перевернуться на спинку и поднять лапки в воздух? ДОКТОР СМЕРТЬ 4 СЕРИЯ ИЮНЬ, 2011. ИНСТИТУТ МАЛОИНВАЗИВНОЙ ХИРУРГИИ ПОЗВОНОЧНИКА – Всем здравствуйте. – Здравствуйте, доктор. Все сегодня успели познакомиться с доктором Данчем? – Добро пожаловать, доктор Данч. – Хочу сказать, что я благодарен вам всем за то, что вы в моей команде. Сегодня у нас межтеловой трансфораминальный спондилодез L4-L5. Мне будет нелегко провести операцию отсюда, доктор Данч. Возможно, вы позволите мне протиснуться сюда, ведь не я, а вы ассистируете. Скальпель. Скальпель. Мне нужен скальпель, доктор Данч. Я думал, что вы будете наблюдать за моими операциями. С чего бы это? Вы мне так сказали на собеседовании. Ну, что ж, простите, что вы не так поняли. Коагулятор. Всё я… правильно понял. – Если вы не против, продолжим разговор позже. В более подходящее время, доктор Данч. Ретрактор. Когда я смогу проводить операции самостоятельно? Видимо, мы продолжаем этот разговор прямо сейчас. Доктор Семпура – один из моих лучших хирургов. Он ассистировал мне три года, потом ещё два года оперировал под моим наблюдением и лишь потом начал работать самостоятельно. Пять лет? Я был лучшим в группе. Я прекрасно осведомлён о вашей подготовке. Вы несколько раз упоминали о ней. Без подготовки вас бы и не взяли. Здесь вы преобразуете свои знания в умения. Мне нужно сосредоточиться. Если вы не готовы ассистировать, выйдите, пожалуйста. Я могу закончить сам. Отсос, пожалуйста. Не переживай об этом. Он просто хочет, чтобы ты сначала обосновался. Звучит логично. Спускайся, и поедим. Это ты тут была голодная, как волк. – Ага, почти закончила. – Что ты хочешь? Чоу мейн или жареный рис? Хорошо вышло. Кунг Пао. Пора уже заняться аквариумом. Я думал о чём-нибудь экзотичном. Тебе следует это записывать. Я ем. Ещё нам нужны картины. Дорогие картины. Из этой… как её. Как называется та мажорная галерея? – Из торгового центра? Кинкейд? – Нет. Нет. Из торгового центра. Сотбис. Нужно минимум две или три картины из Сотбис. И я хочу, чтоб ты связалась с Джерри по поводу пола, потому что мне не нужно дешёвое виниловое дерьмо. Я хочу мрамор на всю комнату. Чтобы пациентам казалось, будто они ходят по стеклу. Это не опасно, если спина больная? Я хочу, чтобы пациенты были в восторге при входе сюда. Как будто они пришли в Грейсленд. Уверен, что хочешь сразу всё это сделать? Обойдётся недёшево. – Венди, пациенту нужно выбрать между мной и доктором О'Коннором с его скучным офисом. Кого он, по-твоему, выберет, а? Кого он запомнит? Поверь мне, оно себя окупит. И не нужно мне обосновываться. Что? Я умею оперировать. – Я понимаю. – Так что нахуй Бишару. Нахуй Бишару. Не хочешь выучиться на медсестру? Нет. Я думал, что каждая стриптизёрша мечтает накопить на школу медсестёр. Я этим больше не занимаюсь. Я не хотел обидеть тебя. Просто, по-моему, у тебя есть потенциал. Я думаю, ты замечательная. Ты умная, умнее половины медсестёр, с которыми я работал. Что? Ладно, не медсестрой, кем тогда? Чем ты хочешь заниматься? Честно? Я просто хочу быть мамой. Делать обеды в школу, давать им эти милые маленькие соки или… Не знаю, может, даже и домашнее обучение. Понимаю, это старомодно, но моя тётя Джозефина, которая живёт в Феррисе, так и сделала, и теперь все её дети в колледже, и… Я просто… Что? Просто, я думал, что у тебя гораздо больший потенциал, понимаешь? Знаешь, я думаю, ты замечательная. Ты, буквально, вершина человеческой эволюции. Две Х-хромосомы. К тому же ты умная. Хватит говорить, что я умная, как будто пытаешься себя в этом убедить. Я пытаюсь поддержать тебя. – Скорее манипулировать. – Манипулировать? Ты и не заикался о моей карьере медсестры, пока мы были в Мемфисе. И тут ни с того ни с сего… – Я просто пытаюсь помочь. – Ты попал в эту крутую больницу… – Ты раздуваешь конфликт из ничего. – И пытаешься заставить меня пойти учиться на медсестру. Не тыкай в меня своей вилкой! Ты стыдишься меня, Крис? Конечно нет. Я просто предложил. Я просто пытаюсь помочь. Венди, да ладно. Давай… – Нет. Всё в порядке. – Ладно. Эй. Знаешь что? Ты права. Прости меня. Забудь всё, что я сказал. Просто… Я неправ. Прости меня. Прости меня. Прости меня. ИЮЛЬ, 2011 ГОД МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР БЕЙЛОР Кем вы видите себя через пять лет? Что дальше? «Мой главный недостаток»? Это третий вопрос. Когда я искал место для своей клиники, я увидел это пустое здание в восемь этажей на Франкфорд-стрит. Оно небольшое, много работы, но я захотел превратить его в многомиллионный нейрохирургический центр. Современное оборудование, и всё в одном месте. Диагностика, хирургия, терапия, диетология, восстановление. За пять лет? Довольно-таки быстро, не считаете? Это по самым скромным подсчётам. К счастью для ИМХП, доктор Скадден не запер вас. Доктор Скадден – великолепный врач, отличный друг и наставник. И, конечно, проще всего мне было бы остаться в Мемфисе. Но я хотел бросить себе вызов, расширить горизонты. Плюс, меня позвали в Нью-Йорк, Сан Диего, даже в Лос-Анджелес. Как вам работалось с доктором Бишарой? У него есть определённая манера ведения работы. Мне известно, что он всех хирургов держит на ходунках и не даёт им полной свободы. Было бы здорово проводить операции самостоятельно. Конечно. Иначе какой смысл платить вам такие деньги? ИМХП – хороший институт. И не поймите меня неправильно, но для кого-то вашего статуса это шаг назад. Вы обучались у лучших хирургов в мире. Ваша работа в «ДискДженикс» кажется настоящим прорывом. Вы связались с «ДискДженикс». Мы поговорили. Они сказали, что вы отстранились от своих ежедневных обязанностей, но вы всё ещё член совета. К счастью для нас. Вам следует присоединиться к «Бэйлор». Мы вам лучше подходим, чем ИМХП. Ну, ИМХП уже нанял меня. Видимо, письмо от «Бейлор» затерялось в почте. Это наша ошибка. Признаю. Но лучшего момента вам не представить. Мы в процессе получения новой аккредитации. Планируем ещё больше увеличить спектр хирургических услуг. Мы расширяем нашу сеть больниц по всему Техасу, и нам нужны ведущие хирурги, чтобы они там всё обустроили. Мне кажется, что вы идеально вписываетесь в наши планы, так же, как и мы в ваши. Я связан контрактом. Если вы переживаете о 600 тысячах аванса, которые ИМХП дал вам, то не стоит. Как вам сказать, у меня такие суммы в кармане не валяются. У нас хорошие связи с банком Фрост. Он может предоставить вам кредит, позволяющий оплатить долг и покрывающий расходы на новую клинику. Никак не могу найти подвох. Я создам вам лучшие условия, понимаете? Вы преуспеете у нас. Что бы вам ни понадобилось, просто дайте мне об этом знать. Наши маркетологи помогут вам создать бренд и расширить бизнес. Конечно, мы не сможем сразу приводить вам пациентов, но мы поможем приманить их. Если всё пойдёт так, как я планирую, однажды вы станете главой нейрохирургического отделения. Я не могу быть привязан лишь к одному заведению. Мне нужна возможность развивать свои интересы. Мне кажется, что вы ищете некий трамплин, чтобы красиво начать карьеру. Кто подойдёт на эту роль лучше, чем «Большой Бейлор»? Однажды там будет ваше имя, и весь мир будет видеть его. Предположу, что вы любите спорт? – Американское Сонное Шоу. – Да ладно, Джерри. Это очень щедро. Говоришь, у неё там был плакат Марка Кьюбана? А не сможет ли она достать билеты на Маверикс? Пиво для меня. «Солёный Джек» для дамы. – «Дом Периньон» мне. За «Бейлор». Ты соглашаешься на работу, Крисси. Сто процентов соглашаешься. – Не знаю, Джер. – Да давай, жеребец. Это самое логичное со времён создания логики. Чувак, для «Бейлор» ты – первый номер драфта, у тебя даже есть красавица-подружка, как полагается. Ты флиртуешь со мной, Джерри? Ты не в моей лиге, но ничего. Однажды я найду свою Венди. Когда ты найдёшь стоящую девушку, все стриптиз-клубы Далласа разорятся. Верно. Но серьёзно, чувак, ты хоть представляешь, сколько «Бейлор» на тебе заработает? Все эти билборды, лапша про развитие бизнеса. Им не нужны какие-нибудь доктора-раздолбаи, только суперзвёзды. Венди, «аминь», пожалуйста? – Я не понимаю. – Чего? Билборды, ложа, всё это. Как-то всё слишком быстро. Недостаточно быстро для моего мальчишки-гения. Он сейчас как Брэд Питт. Так, притормози. Твой мальчик много кто, но не Брэд Питт. – Ты Хейтер. – Просто говорю. Венди, когда жизнь преподносит тебе лимонад, не превращай его в ёбаные лимоны. Чем больше операций делает Крис, тем более престижным он становится, тем больше денег они получают. Моя клиника даже не готова пока. Ещё нужно нанять ассистента. Нужна моя личная Бонни. Доктор Бишара прислал список с рекомендациями. Утром я начну назначать собеседования. – Джерри готов. – Что же. Я хотел подождать, пока не будет свидетельства регистрации, но хрен с ним. Ты сам это сделал? Да. Мне нравится. – Правда? – Это здорово, Джерри. – Спасибо. – Я тут вспомнил, что ещё не нанял директора по маркетингу. Кого-то, чтобы продвигать клинику. – Я составлю список. – Нет. Знаешь что? – Мне кажется, я уже нашёл. – Одно слово. Дай мне его контакты. Я свяжусь. Хорошо. Его имя… Джерри Саммерс. Ты мне мозги ебёшь? Боже. Ты серьёзно? – Тебя только что повысили! – Заебись, чувак! Боже. Я тебя не подведу. Клянусь. Я сделаю кредитки, флаеры, всё. У меня даже есть охуительная идея для сайта. Есть парень, который может его сделать. – Услада для моих ушей. – Что ж… «Бейлор»? Что будет, Крисси? Соберёшь яйца в кулак или как? За Джерри Саммерса, директора по маркетингу. И за «Бейлор Плано», сучки! АВГУСТ, 2011 ГОД У нас сегодня запланирован ланч с доктором Айзексом. Но одну из процедур перенесли. Можешь позвонить ему и сказать, что я задержусь. И «Медтроникс» привезёт новые штифты. Я могу не приехать вовремя. Если меня не будет, подпиши всё и пусть оставят, хорошо? Отлично. Что не так? Что случилось, Венди? Что? М-А-Л-Ы-Ш. Ты серьёзно? Как? Меня аист трахнул. Ты уверена? Провела тест. Дважды. Они бывают ложно-положительными. Возможно, бракованная пачка. Ладно. Ты не рад? Рад, конечно. Просто это такая новость. По правде, меня немного похмелье мучит. И опаздывать нельзя, но я на седьмом небе от радости. Когда вернусь, можем отметить. ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ АЛЛО? ДА. Я НА СОБЕСЕДОВАНИЕ. К КРИСУ ДАНЧУ, ДОКТОРУ. НЕМНОГО КОСИМ ПОД ДЕРЕВЕНЩИНУ, НЕ ТАК ЛИ? Я ТАКИХ ТОЛЬКО ДЛЯ ТЕЛИКА ИЗОБРАЖАЮ. А ТЫ? КРИС, ТУТ КОЕ-КТО НА СОБЕСЕДОВАНИЕ. НЕТ, Я НЕ ЗНАЮ, КТО. МОЖЕШЬ ПОДОЙТИ И ПОГОВОРИТЬ С НЕЙ? ПОТОМУ ЧТО… ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ, МЭМ? СЛЫШИТЕ? У вас есть степень доктора. Могу звать вас «доктор»? – «Ким» сойдёт. Последний раз вы работали у доктора Клондайка, но лишь несколько месяцев. Почему? – Знаете его? – Нет, я новый человек в городе. Он ортопед-онколог и задница. И это самое приятное, что я могу о нём сказать. Что произошло? Не буду распространяться, но это был пиздец. Простите мой французский. Так что я уволилась и поехала прямиком в Падре на отдых. Позвонил доктор Бишара и сказал, что вы ищете ассистента. Да, он очень высокого о вас мнения. Я просто хорошо делаю свою работу. Вы также работали у нейрохирурга ранее. И как? – Мы развелись. Вы вышли за нейрохирурга? Интересно. Не так уж и интересно. Вы ещё просто нормального не встречали. Так что произошло? – Что произошло с чем? – Вы сказали, что развелись. Вы о том, почему с ним не работаю или почему развелась? Почему развелась. Вопрос звучит непрофессионально для собеседования. Вы эту тему подняли. Я стухла. Мне не хватало драйва. Купи один, второй бесплатно в «Таргет». Так что вы знаете обо мне? Выпустились лучшим в группе из университета в Теннесси, где получили кандидатскую и докторскую. Когда обучались, то также стали основным акционером и старшим научным сотрудником в «ДискДженикс». Ваше исследование стволовых клеток полностью изменит спинальную хирургию. По крайней мере вы так говорите. Да, я мало сплю. Моё отношение к нынешней ситуации в нейрохирургии: она примитивна. Конечно, цель всякого нейрохирурга – никогда не оперировать. Но, пока у людей есть тела, будут необходимы операции на позвоночнике. Я хочу их модернизировать. Зачем удалять поражённый диск, если стволовые клетки могут его восстановить? Вы либо очень умны, либо крайне безумны, но, если вы это провернёте, то это будет охренеть какое достижение. Подходит для «драйва»? Отвечу, если получу работу. Вот почему мне нужен ассистент, который будет за мной поспевать. Потому что я как «Энтерпрайз»: двигаюсь на восьмой варп-скорости и нуждаюсь в первом помощнике, который поможет управлять кораблём. Не знаю, что всё это значит, но один совет дам бесплатно. Вашей клиникой управляет кучка дураков. Что это за парень вообще? Джерри Саммерс. Исполнительный директор по маркетингу. И что ты делаешь? Раздаёшь флаеры или типа того? Ну да. Но ещё и веб-сайтом занимаюсь. Делаю его. Не лично я, я нанял человека. То есть сайт на тебе, но в то же время не на тебе. – Я тот, кто… – Джерри помогает мне в офисе. Ладно. Значит, у вас есть… лжемаркетолог, и прошу прощения, хоть и не за что: девчонка на ресепшене – грубиянка и даже базового офисного этикета не знает. Её имя Венди Янг, – и она очень хорошо… – Она временная. Была с нами в Мемфисе и захотела переехать в Даллас, чтобы быть ближе к мужу. Но не беспокойтесь, она беременна. Она тут ненадолго. Вам нужно минимум два человека на стойке. Один разбирается с телефонами и расписанием, другой – с пациентами. Я знаю парочку девочек, которые прекрасно подойдут. И, чувак, эти строители не закончат до открытия. Я понял. Вы как плеть. Вы – та самая, кто войдёт сюда и заставит это место работать. Я скорее молот. Но я поняла, о чём вы. Мои рекомендации на странице два. Можете позвонить любому, и они скажут то же самое. Я скорее человек чуйки. В колледже я играл в футбол. Я ведь американец. Тренер всегда говорил нам: «Единственное, что вам никогда не соврёт – ваши инстинкты». Примерно так я и работаю. И что ваш инстинкт подсказывает? – Она расчётливая сучка. – Она мне нравится. Не смущает, что она окрутила своего нейрохирурга? У неё энергетика деньгоискательницы. – Золотоискательницы. – Деньго. Никто за золотом теперь не гонится. Когда ты собирался рассказать мне о малыше? Да к слову не пришлось. Это отличные новости. Ты, Венди, малыш. Я за вас всех рад. Зачем ты наговорил дерьма про Венди? Какого дерьма? «Она временная, замужем за кем-то там из Мемфиса». «Здравствуйте, доктор Морган, добро пожаловать в наше современнейшее заведение. Чтобы вы знали, наша секретарша была стриптизёршей. Ещё заинтересованы в вакансии?» Она будет мамой твоего малыша. Пофиг, что она была стриптизёршей. Кое-кто из моих лучших знакомых стриптизёрши. Все, кого ты знаешь, – стриптизёрши. И кстати, Ким сказала, у тебя есть ещё два кандидата. Крис, ты меня знаешь. Я всегда поддерживал тебя. Не засри дела с Венди. Ты о чём? Ну, всегда были только я и мама, знаешь, всю жизнь. Никакого папы. И теперь я вижу эту женщину… – Джерри. – Эдакую горячую штучку. Джерри, я не брошу Венди, понял? И малыша не брошу, хорошо? Ким амбициозна, она уверена в себе, у неё впечатляющее резюме, и мне нужны лучшие люди в команде. Ким – мой ассистент. Хорошо. МЕСЯЦ СПУСТЯ – Не сейчас, не сейчас. – Когда мы поговорим? Малышка, не сейчас. Нет! Не сейчас. Мне плевать. У нас вообще-то ребёнок будет. И ты ни слова об этом не сказал. Ладно. Хочешь поговорить – давай поговорим. Ты не хочешь этого ребёнка? Мы вместе лишь несколько месяцев, Венди. Прости, что не запускаю фейерверки. Так это всё? Поматросил и бросил? Нет. Не думаю, что ты до конца всё поймёшь, но всё, что я делаю, поможет тебе жить так, как ты даже не мечтала. У меня есть план. Я только хочу, чтобы ты обучилась на медсестру. Ты, блядь, шутишь? Я не дополнение к миру Криса. – Венди, притормози. Проблем с ролью подружки нейрохирурга у тебя не было, но теперь, когда у тебя что-то не так, это стало проблемой? Рядом с тобой у меня всегда что-то не так. Всё всегда на твоих условиях. – Херня. Грёбаная херня, Венди. Я хотел в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, но это ты сказала, что не поедешь никуда, кроме Далласа, из-за твоей тётушки в Феррисе. Так что не прикидывайся, будто это я тащу тебя за собой всю дорогу. – Ты обвиняешь меня? – Господи Иисусе! А можешь не строить жертву? Попробуй. Увидишь, что получится. Это ты хотела мужчину, который бы платил за твои туфли, духи, косметику, оплачивал квартиру и хрен ещё знает что. И знаешь что? Поздравляю, сбылось. Сорвала куш. Получила, что хотела. Но жизнь – это грёбаная палка о двух концах. Вот каково встречаться с богом. Соответствуй. Ты, может, и способен провести этих надутых придурков, но не меня. Я знаю, что ты мошенник, всегда ведёшь себя так, будто всё знаешь, но нет. Ты даже на работе удержаться не можешь. Что, чёрт возьми, это значит? Тебя турнули из «ДискДженикс». Я в совете! «В совете» значит, что им слишком стыдно даже уволить тебя! – Я заработал полмиллиона, лишь приехав в этот город! И всё, что у тебя есть – моя заслуга! Я подобрал тебя в грёбаной канаве, я же могу тебя кинуть обратно, если захочу. Кончишь обвисшей бесстыдницей, полирующей шест за гроши. И знаешь что? Если говорить всю правду: лучшее, что ты можешь сделать, – это нахрен избавиться от ребёнка, потому что ты не тот человек, который сможет его воспитать. И я говорю это любя, потому что пытаюсь помочь тебе выиграть в жизни. – Пошёл ты! – Пошла ты! Пошёл ты! Пошёл ты! – Живо, открой… – Пошёл ты! – Блядь! – Кому мексиканской… – Открой дверь! – Катись к чёрту, Крис! Отъебись! – Неблагодарная сука! – Да что происходит? – Открывай! – Убирайся! – Открой нахрен! – А ну, заткнулись оба! – Убирайся! – Съёбывай из моего номера! – Убери его отсюда! – Тебе надо успокоиться. – Уведи его! – Блядь. – Так. Остынь, братишка. – Не лезь! – Остынь, бро. – Не лезь ко мне! Что вообще за хрень у вас происходит? Давай просто поговорим, лады? Блядь. Сука. Чёрт. В будущем держись как можно дальше от сомнительного типа, который такое с тобой сделал. Это я сам. Не хочешь рассказывать – воля твоя. Не следует начинать новый этап отношений с неправды. Новый этап? Свидетельство регистрации Техасского Института Нейрохирургии. Всё теперь официально, доктор Данч. Клиника работает, у тебя грубый мужественный шрам. Так много поводов отметить. Недурно. Большинство людей настолько ограниченные, так зациклены на своих крохотных, зашоренных мирках, что даже не осознают величие того, что я им предлагаю. Но это нормально, потому что даже если мне тысячу раз придётся объяснить мой гений, заставить их понять, тогда всё того стоит. И начнётся с «Бейлор». Я заставлю их понять. И это не парадокс неостановимой силы, потому что я один. Я – воплощение всего. И на что же я смотрю? Штифт в мягких тканях. Он совсем не попал в позвоночник. Если вашим словам можно верить, то для меня это похоже на случай некомпетентности. Пара цирковых обезьян и то сделает лучше. Вы любите стейк, мистер Ярборо? Кажется, я услышу аналогию? По-техасски. Когда вы нарезаете этот прожаренный или с кровью стейк, он нежный, будто режешь масло. Но если кто-то вставит кусок дерева в стейк, когда нож войдёт с ним в контакт, вы же почувствуете разницу, верно? Конечно. Разница между деревом и мясом такая же, как между позвоночником и мышцами. А Данч не может различить? Что почти невозможно, разве что он осознанно установил штифт не в том месте, вот и ответ на вопрос о наличии преступного умысла. Чтобы выдвинуть обвинения, необходимы веские основания. Не уверен, что этого достаточно. Что очевидно, так это вопиющая медицинская халатность, которая рассматривается в гражданском суде. Но отправлять дело в гражданский суд разве не перекладывание ответственности? Это спорный момент. В этом офисе разбираются с наркодельцами и убийцами. Закон прямолинеен. Не продавай наркотики, не убивай. Это неизменный принцип, и присяжные это поймут. А вы говорите о том, чтобы знания за восемь лет медшколы вдолбить в головы присяжных за пару дней. Их знаний должно хватить, чтобы понять разницу между профессиональной практикой и преступной халатностью. Не думаю, что у них вызовет трудности оценить масштаб ущерба его действий. Мы не просим присяжных выполнить операцию. Объясните это присяжной под номером семь, у которой нет желания там находиться, ведь она взяла отгул за свой счёт и может оставить детей без подарков на Рождество. На счету Данча две смерти, а Техас выносил смертный приговор и за меньшее. Я не отрицаю открывшиеся факты. Но вы просите нас пройти по краю обрыва. Думаю, что сложность вопроса должна влиять на вашу работу, чёрт возьми, иначе мы бы все предпочли торговать хот-догами на стадионе. У меня был пациент. Вудленд Арп, успешный пример спондилодеза, полгода всё было хорошо. Затем у него появились боли в той области, где был установлен аппарат. К тому времени фиксация уже произошла, мистер Арп решил удалить имплантат, чтобы уменьшить дискомфорт. Несложное вмешательство. 35 минут, качественные швы, имплантат удалён. Позже я заходил к нему, он был на ногах, ходил, никаких болей. Он был в восторге. На следующее утро его нашли мёртвым на полу в ванной. Тромбоэмболия лёгочной артерии. Я нигде не ошибся. Следовал всем правилам, но и недели не проходит, чтобы я о нём не вспоминал. Умышленно это было или нет, не важно. Данч знает, что он некомпетентный хирург. Вот вам и умысел. И что будет, если людям станет известно что у вас был шанс его остановить, но вы этого не сделали? Джордж, займись этим. Мы всё тщательно расследуем и посмотрим, что скажут улики. НОЯБРЬ, 2011 ГОД Готов ехать? Ещё как. Следующая остановка – хренова больница «Бейлор Плано». Серия 5 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. В «Бейлор Плано» верят, что выбор врача – священное право, данное человеку Богом. НОЯБРЬ, 2011. МЕДЦЕНТР БЕЙЛОРА Поддержка, инновации, сотрудничество. Благодаря мастерству в этих областях U.S. News & World Report поставил «Бейлор» высоко в рейтинге самых престижных больниц. Но именно наши техасские ценности позволили завоевать доверие общественности. И мы обязаны не жалеть никаких средств, когда речь идёт о здоровье людей. Поэтому мы нанимаем только лучших. На сегодняшний день граждан из 37 стран направляют лечиться к нашим знаменитым хирургам: докторам О'Коннору и Кросби. Они открыли Сколиозный Центр Бейлора, первый в своём роде институт, занимающийся лечением искривлений позвоночника. Недавно доктор Шапиро стажировался у профессора Юхи Миккельсгарда из Хельсинки. Наконец, представляя захватывающее будущее нейрохирургии, мы как раз наняли восходящую звезду малоинвазивной хирургии, из университета Теннесси и «Сэммс-Мёрфи», тех, кто положил начало этому методу. ДОКТОР СМЕРТЬ 5 СЕРИЯ – Доктор Данч, доброе утро. – Доброе, доктор Морган. Я хочу проверить заказанное вами оборудование для процедур. Микроножницы байонет Ясаргил, аспирационная трубка Фукусима, набор титановых микродиссекторов в чехле… Стоп, есть же пинцет Ясаргил. Микроножницы вам тоже нужны? Если я прошу, то нужны. Есть кусачки Керрисон, ретракторы, системы для микродискэктомии. Шкафы пустые? У вас тут целый список. Увидимся в операционной, доктор. Сколько у вас операций сегодня? Только одна. Первая в этой клинике. Поздравляю. Страховке не покрыть всё это. Не моя проблема. Я людей лечу. В отличие от других в этом городе. Правда? Здесь не нейрохирургия, а фикция. За мной будущее этого места. Впечатляюще. Обычно, у хирургов комплекс Бога формируется лет через десять, не меньше. Кристофер Данч. Доктор медицинских наук. Рэнди. Так дверь расширили, чтобы ваша северная голова прошла? – Я из Теннесси. – Что к северу от Техаса, то север. Знаете, вы будете моим ассистентом. – У меня есть право выбора? – Нет. Теперь вы мой ассистент. Мой человек. – Чудесно. – Вы мой, Рэнди. Крэйг Джеймс. Поздравляю. Вы войдёте в историю. Первая операция в «Бейлор Плано»? С вами хорошо обращаются? Всё хорошо. Есть вопросы, пока мы не начали? Вы вылечите мою ногу? Вы будете так много играть в теннис, что в следующий раз у вас будет болеть локоть. До встречи. МАЙ, 2013 ГОД ДАЛЛАС Доброе, мам. Да. Спасибо за будильник. Ты тоже. Да. И я люблю тебя. Пока. Насколько плохо – двойной эспрессо или двойной мескаль? Отчёт пришёл. – Насилие выросло на 2%. – Из-за полиции. Обвинительные снизились на 5%. Статистика ни о чём не говорит. Но и не врёт. У нас уровень раскрываемости 99%. Эд не потеряет голову от парочки дрянных цифр. Пока не увидит цифры Джорджа. – Джорджа? – Из Общественного Контроля. Вот это и вправду дрянь. Сезон выборов может стать весьма неприятным и весьма быстро. А что там с делами Джорджа? Беспринципная трата времени и денег налогоплательщиков. Что думаешь? Лучше даже сказать «беспрецедентная». Что-то тут есть, Эд. Джордж с этим ничего не делал. Я хочу этим заняться. Твои желания меня не волнуют. Почему? Я молодая и наивная и в розовых очках. Что-то есть в истории этих врачей. – Их увлечённость? – Именно. Она ничего не значит. Однажды ты станешь ворчливой старухой и при смерти будешь вспоминать об этом с большим сожалением. Неспроста ещё ни одного шарлатана не осудили. А может, не придётся? Заведём дело, но пойдём на сделку. Конфискуем лицензию, и угроза здоровью людей исчезнет, а вы одержите победу. – Звучит логично. – Спасибо. Поэтому сомнительно. Машина почти приехала. – Какая машина? – Ваша речь. Для ИМКА? У вас в расписании. Чёрт. Чёрт! Теперь надо написать что-то. Я хотела работать у вас, потому что меня вдохновили вы как лидер и ваше рвение поступать правильно любой ценой. Славно. Мне нравится. Я хочу внести свой вклад, бороться с несправедливостью, выступать на стороне тех, кому другие помогать отказались. Немного пресно, но главное – подача. – Я вас не подводила. – Всё бывает впервые. И я не перестану просить. Очень вежливо. Ты самая молодая помощница прокурора в истории этого офиса. Значит, могу стать самой молодой бывшей помощницей в истории офиса. Кёрби названивает мне уже несколько месяцев. Даже по выходным. Спасибо. Не пытайся меня столкнуть с лыжни. Вы не умеете кататься на лыжах, Эд. Наконец-то от него избавлюсь. Сомневаюсь, что в Техасе есть кто-то, кого он задолбал больше, чем меня. Мериносовая шерсть. Вот в чём секрет. Ни жарко, ни влажно. Да, мои ступни быстро потеют. Говорят, если не обморожение и не гангрена, то это будет Зона Смерти на последних 848 метрах Эвереста. Там так мало кислорода, что ты начинаешь медленно умирать, клетка за клеткой. Но мы в моём офисе, я тут достаточно много дышу. Не волнуйся. Это антимикробные волокна. Уже три дня их ношу. Мои ноги такие же сухие, как… Не знаю, выбери метафору, которая меньше всего заденет твои нежные чувства. Доктор Хендерсон, доктор Кёрби. Простите за опоздание. Рада вас видеть снова. Мы почти не знакомы. Вообще не знакомы, но я была в кабинете, когда вы недавно заходили в наш офис. Мишель Шугарт. «Недавно»? Несколько месяцев назад. А Ярборо паркуется? Сегодня только я. Понимаю. Вы разочарованы. Конечно, нет. Сказав, что сегодня только вы, вы имели в виду «только сегодня»? И все остальные дни. Вы ведёте наше дело? Повторюсь, я понимаю, что вы разочарованы. Возможно, я слишком молодая, и слишком женщина на ваш взгляд. Это неправда, мисс Шугарт, прошу. Спасибо. Но могу вас уверить, мне правда интересно это дело. Как и все другие, но это – особенно. Говорят, что я хорошо работаю, хоть и повторять это для меня крайне неловко. Если этот сукин сын думает, что я дам хоть цент на его выборы, у него должен быть отёк мозга. – Извините. – Он пообещал нам, Боб. Мы предоставили ему психа прямо, блядь, на тарелочке, с голубой каёмочкой, а он насрал в постель. Уверяю, я не… ну вы понимаете. И уверяю вас, у нас есть план. Да, и называется «заприте ублюдка». Он недалеко, в «Юнивёрсити Дженерал». Мы разберёмся. Выстроим хорошее, надёжное дело, чтобы добиться выгодных условий. Так вы заключаете сделку с ним? Признание вины за конфискацию его лицензии. – Ваш босс – идиот. – Это была моя идея. Я не возьму слова назад. И не ожидала этого, доктор Кёрби. Я не эксперт в медицине. Поэтому мне так нужно ваше мнение. При всём уважении вы в не смыслите в законах. Вы не понимаете, с кем имеете дело. Доктор Кёрби прав. Поверьте, для меня нет ничего противнее, чем эта фраза. Но лишить Данча техасской лицензии – недостаточно. Согласен. Особенно с тем, что кое-кто прав сами-знаете-в-чём. Он найдёт другую работу. Он должен сидеть в тюрьме, пока не будет слишком стар, чтобы быть врачом… – Или не окажется в крематории. Понимаю. Однако доказать это – почти невозможно. Мисс Шугарт, жертвы доктора Данча и есть доказательство. Данч не остановится. Если его никто не остановит. Двинетесь, и я аннулирую ваше свидетельство о рождении! Руки прочь! – Мистер Новак. Иисус, Моисей и Иосиф. Он жив. Вкратце. Я проведу спондилодез на двух уровнях, С3-4 и С4-5. Я также сделаю небольшой надрез в… 3 часа. Вот столько меня заставили лежать в этом платье, с голой задницей. Без еды, без воды. – Спустило колесо. Поэтому задержался. – Колесо спустило. Знаете, что было утром? Не одна, не две, а три чёрных кошки перебежали мне дорогу. Если это не знак, то что? Я всё. Чем дольше ждёте, тем сильнее ухудшается ваше состояние. Ну вы и пройдоха. Сказали, что работаете в «Бейлор», У меня есть лицензия во всех больницах Далласа. И вы привезли меня сюда. По вашей страховке. Я не богат, доктор Данч, но и не какая-то церковная мышь. У меня страховка «Блу Кросс Блу Шилд». А тут… как в СССР! Мистер Новак… То, чего не хватает в этой больнице, компенсируется сердечностью. Я не работал с более преданной командой медсестёр, как тут, в «Ю-Джи-Эйч». Никогда. У меня нет других плановых процедур на сегодня. Операционная подготовлена. И персонал… здесь только ради вас. Вы больше нигде не найдёте такого уровня пятизвёздочного обслуживания. Что ещё я могу сказать, чтобы заставить вас передумать? Чтобы мы всё сделали? Сегодня? Скальпель. Доктор Данч. Я не должен просить отсос каждый грёбаный раз. – Доктор Данч, давление падает. – Тампон. Ножницы. Это опухоль. У него рак. Мы ничего не можем сделать. Зашейте его. НОЯБРЬ, 2011 ГОД МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР БЕЙЛОРА Первый месяц в «Бейлор» завершился. Похоже, вы уже ориентируетесь. Как на собственной ладони. Этот ваш специалист по маркетингу справляется на ура. Джерри – лучший. И операционный график заполняется отлично. Мы команда – и мечты сбываются. «Бейлор» – лучший путь к этому. С вами всё проще. Ещё кое-что: Крэйг Джеймс, первый, кого вы здесь оперировали. – Так? – Доктор Шапиро оставил мне сообщение. Мистер Джеймс связался с ним, назначил повторную встречу. Почему это попало к вам? Честно говоря, я не знаю. Вот почему я вам это говорю. – Хорошо. – Лучше проверить. Убедитесь, что всё в порядке. – Конечно. Будет сделано. – Отлично. Есть какие-нибудь планы на вечер? Ничего особенного. Сайт работает. Набираем просмотры, но можем и лучше. – Плоскогубцы. – Для винта? Можно затянуть винт плоскогубцами, Венди. Рычаг давления… Плоскогубцы. – Хорошо. Мой друг знает одного чувака из Кремниевой долины. Типа есть один русский, который может подстроить поиск, и когда набираешь «доктор в Далласе», выпадает доктор Д. Больше никаких русских. Гвоздь. Гвоздей нет в комплекте, Крис. Конечно, есть. Знаешь что? Неважно. Просто дай ещё один винт. – Нам нужны слухи. Что-то кричащее, сексуальное, привлекающее людей. – Это не тот винт. – Других нет. Есть такая компания, которая называется «Бэст Докс Нэтворк». Они пришлют в офис целую съёмочную группу и снимут историю нашего успеха. Данч. Хорошо. Я сейчас буду. Срочный вызов в клинике. Это уже третий на неделе, Крис. Это колыбель для твоего сына. Я закончу, как только вернусь. Крис! – В клинике куча дел. – Закрой рот, Джерри! Отвезёшь меня в детский магазин? Только ключи возьму. Спасибо. Подожди. Придержи язык. Поторопись, женщина. Ким! ДЕКАБРЬ, 2011 ГОД Он, оказывается, научился так драться в общаге. Нет. Знаешь, что сказал Брент? – Он сказал… – Балтимор. Да. Всем доброе утро! Классный чувак, этот доктор Морган. Я обязан жизнью этому крысёнышу. Доктору Моргану? Кто? Вы? Доктор Брент Морган, знаете? Бывший? Мы можем выключить это дерьмо? Дальше я сам. Зажим. Эта сегментарная артерия не перевязана. Вы сейчас… Тампон. Её нужно перевязать, доктор. Кровь заполнит межпозвоночное пространство. Вы не увидите… – Я работаю на ощупь, а не на глаз. И выключите эту грёбаную музыку! Костную дрель. Вы не можете сверлить, пока у него кровотечение. Господи Боже. Осторожнее машите. Это было не лечение, а позор. Вы не врач. Вы мясник. – Роберт Хендерсон. – Доктор Хендерсон, это доктор Джейкоб Френч из университета Мемфиса. Спасибо, что перезвонили так скоро. Не за что. В сообщении вы сказали, что звоните из МЦД. Что это? – Медицинский центр Далласа. Хорошо. МЦД. Что случилось? Вы заведующий кафедры? Верно. Вы помните студента по имени Кристофер Данч? Да. У нас тут… небольшая проблема. Не против, если введу вас в курс дела? Аноним по телефону сообщил о его месте жительства. Предположительно, Данч был под наркотиками. Поэтому его включили в курс реабилитации для врачей, он был оправдан и получил разрешение продолжить учёбу. Посмотрите-ка, настоящий детектив. Неизвестно, кто это сообщил? Нет. Значит, никого допросить не можем? В его рекомендациях этот курс ни разу упомянут не был. Из-за конфиденциальности? Может быть, никто и не знал. Разве это не проблема? Это же должно быть принято во внимание больницами при найме врачей? Это один из многих путей, какими проблема Теннесси становится проблемой Техаса. Как ему это сошло с рук? Даже после его первого пациента. Как его звали? Крэйг Джеймс. Данч провёл операцию на неправильном позвонке. В «Бейлор» узнали об этом и всё же позволили ему продолжать. И никто ничего не сказал? Вы слышите истории, которые дают пищу для сплетен, но медсёстры — сплетницы, а хирурги – они привередливые люди. Они склонны воротить нос от любого, в ком есть лишняя капля индивидуальности. Что заставило вас передумать? – Что вы имеете в виду? – Джо Падуа. Вы оперировали его с Данчем, и мне кажется, что он чуть не убил пациента. Верно. Если вы были там, если всё видели, почему не остановили его? Вы понятия не имеете, о чём говорите. Вот почему мы здесь. Объясните мне. Я ему действительно не нравлюсь? С ним не всегда просто, но у него доброе сердце. Вы ведь понимаете, почему я спрашиваю, верно? Я должна будут сказать судье и жюри присяжных, что в течение двух лет этот человек убивал пациентов. Это было так ужасно, из ряда вон выходило, но никто, ни медсестры, ни администраторы, ни даже сам доктор Рэндалл Кёрби, не смогли остановить его. Некоторые даже не пытались. У меня проблема. Я должен уйти. Политика внутри операционной… очень сложна. – Что бы ни было нужно, скажи. – Я беру твоего пациента. НОВАК, СТЭН ДОКТОР РЭНДАЛЛ КЁРБИ Скальпель. Тише, пожалуйста. Пинцет Дебейки. Внутри что-то есть. Это тампон. Вот, что вызвало заражение. ЯНВАРЬ, 2012 ГОД С работой я иногда забываю поесть, можете в это поверить? Ты соль и свет, в которых нуждается этот город, Кристофер. Мы гордимся тобой, сынок. И я надеюсь, что ты гордишься собой. Спасибо, папа. И она нам нравится. Очень. С такой девушкой мужчина может свернуть горы. Извините. В дамской комнате была пробка, кошмар. Когда я уходила, было не так мало. Кто взял кусочек? Дон, я смотрю прямо на вас. Треска в стейкхаусе? В морской пехоте вас бы за это наказали. Рыба «Семпер». Я не ем животных, которых нельзя свалить пулей. Если только это не его пуля, в этом случае мы все умрём с голоду. Болтайте-болтайте, мистер Важная Шишка. Наше жильё в Колорадо граничит с охотничьими угодьями штата. Дон может охотиться у себя на заднем дворе. Представляю, как вы со своими патронами .30/30 кидаете горох в какого-нибудь горного козла. Мои патроны .300 Savage поспорили бы. Здесь девушка Винчестер. Я не знаю, что бы мы делали без Ким. Мой бизнес не пошёл бы, вот что я вам скажу. Позаботься о моём мальчике, Ким. Ему понадобится любая помощь, особенно когда появится ребёнок. Скажите мне, Сьюзен, чем… Чем я могу помочь? Что ж… Я знаю, что у Венди здесь много родственников, но хочу, чтобы Крис взял часть обязанностей на себя. Мама. Ты уже договорился о крещении своего мальчика, Крис? Не совсем. Я пока ничего не решил. Что ж, тебе лучше уже решить. На кону спасение вашего сына. Послушай свою мать, Крис. Нужно заранее договориться с церковью. Просто секретарша, приехавшая к мужу. Она уедет, как только родит. Она так и сделает. Венди – просто жалкая стриптизёрша из Мемфиса. У неё ничего не получится. У неё даже нет мечты. Она не такая, как ты. У неё твой ребёнок. Твой ребёнок, ты, больной ублюдок! – Хорошо, значит, дадим ей пару недель, чтобы прийти в себя после рождения ребёнка, а потом она уедет, и всё моё внимание только тебе. Я нашла их. Наркотики. В ванной. Я знаю. О чём ты? Нет там никаких наркотиков. Потому что я их смыла. Блядь… Джерри. Я поговорю с ним, хорошо? Ким. – Я не тупая. Ладно, ладно. Ким. Ну же, детка. Хорошо. Смотри. Это мои нейростимуляторы. Но они нужны, только когда пишу статью. Они не хуже того дерьма, которое принимают школьники. Ну же. Нет… Крис. Не трогай меня. Отойди, ублюдок! – Боже мой! Нет, пока ты ведёшь себя нелепо! Ты сумасшедшая! – Да, я сумасшедшая! Потому что я единственная в городе, кто хочет работать с тобой! Несёшь какую-то бессмыслицу! Помнишь доктора Дарнтона? Помнишь? Помнишь ваш конкурс стояков? Об этом узнали все практикующие хирурги и работать с тобой не хотят. Брехня. У меня завтра назначен спондилодез L5-S1. Уже нет! ЯНВАРЬ, 2012 ГОД Что случилось с мистером Падуа? Ну, обычная операция. Ничего особенного. За исключением ассистента со скоростью ленивца и ординатора, который… Говорят, что процедура была отложена… на неделю. Да, были небольшие сложности с расписанием. Но мы всё решили. Сложности? Все доступные хирурги уже были заняты. Я много лет была медсестрой прежде, чем ушла в менеджмент. Я знаю, когда врачи пудрят мне мозги, чую даже из Форт-Уэрта. Слушайте, мне не нужны проблемы, просто кажется… что кое у кого в городе довольно хрупкое эго, и им не по нраву мой стиль. Вы тут новенький. Вам и разбираться, как играть в местной песочнице. Мы инвестировали в это партнёрство, и нам важно знать, что на вас можно положиться. Твои молочные железы – чудо! Я скучал по девочкам из Теннесси. Они в стриптизе ради удовольствия. Нам нужно агрессивное продвижение. Признание бренда. Обращаться напрямую, чтобы к нам шли. Да хватит уже, я привёл тебя сюда, чтобы подбодрить. Перестань думать о… – Ты проебался, Джерри. Ты должен был привлечь новых пациентов. – И я привлёк! – Недостаточно. Твою мать… тебя загипнотизировали. Выкинь её из головы, братан. Дурила, которого я знаю, не психовал бы так. Они просто завидуют, все эти доктора. Поэтому они против тебя. Ты меняешь правила, и они боятся твоего превосходства. А что будет, когда они узнают, что ты получил награду. Награду? Я говорил. Ты – лучший доктор в Далласе. Можем сделать всё официально. БЭСТ ДОКС НЭТВОРК – Когда делаем? – Да! Об этом я и говорил. Всё у тебя в календаре. Завтра, девять утра. И ещё кое-что, ты когда-то говорил, чтобы я сказал, когда буду готов вылечить шею. Тебе нужны пациенты, а моя шея меня убивает, так что я готов. – Ты мой друг. – Ещё как, блядь. Некоторые не одобряют такое, оперировать друзей. Ну, я не собираюсь бросать тебя. Если кто спросит, то я скажу, что это, мать её, Америка, и если кто и будет меня вскрывать, то я хочу лучшего. А я лучший. Вскрой меня, чувак. Ты же как волшебник. Мы команда – и мечты сбываются. – А ты и я – команда, братан. – Чертовски верно. «Кирпич». Что вы здесь делаете? Вашему соседу надоело, что я стучу к вам в дверь, и он сказал, где вас найти. Я хотела бы узнать, как вы достали мой адрес? Не знаю, хотела бы? Один на одного? Точно нет. Это странно, но… Вы спрашивали про Джо Падуа. ЯНВАРЬ, 2012 ГОД Это мой мастер по бассейну. – Вы знаете его? – Он устанавливал мне бассейн. Вижусь с ним каждую весну и осень. Дорогой до жопы, но стоит того. Скальпель. Хорошо, что вы здесь. У меня передний спондилодез с О'Коннором через час, но я уже должен закончить и уйти. Кто оперирует? Кёрби! Дружище! Боже. Вам нужно изолировать… Доктор, это нерв, нервный корешок. Кусачки. Доктор Кёрби, это доктор О'Коннор. Да, ладно, пять минут, ещё пять минут. Смотрю, вы изобрели новое применение кусачек Люэра. Доктор Кёрби, я так делал уже тысячу раз. Вы можете уходить. Долото. Костный молоточек. Доктор Морган, кейдж. Он сказал, что позовёт Эми Пил, если вы сейчас же не придёте. — Хорошо, хорошо. Ладно. Скажи, ещё пару секунд, ладно? – Молоточек. Нужна стамеска, сейчас. Вы отклонились от траектории. Нужно левее. – Молоточек. – Левее. Другое левее. Дерьмово идёт. Никак не могу пройти. Доктор Кёрби. Доктор Кёрби, спасибо, что уделили время. Доктор О'Коннор уже на взводе, так что… можете идти. Я только что удалил тампон который был глубоко в шее ещё одного пациента Данча. Он был зашит там несколько дней. По случайности? У любого другого доктора, конечно. Но не у этого. И заражение, возникшее у пациента… он почти что убил его. Вы хотели сказать «оно»? Вы хотели сказать, что заражение почти убило его? Данч утверждал, что обнаружил опухоль в шее этого мужчины. И он разрезал её. А это был пищевод. Сегодня произошло покушение на убийство. Ничто иное. Шелли Бреннан была убита. Дороти Бёрк была убита. Я играл по правилам, и люди погибли. Если мы займёмся этим, Шугарт… придётся рискнуть всем. Я готов рисковать. Не хочу слушать, Шугарт, не сейчас. Я опаздываю кое-куда. Буду улыбаться и махать и заработаю себе на обед. Я видела достаточно, чтобы убедиться. Ты пришла ко мне, попросила, и я дал. Хендерсон и Кёрби правы. Признание не удовлетворяет правосудию, оно отменяет его. Его нужно остановить. Есть причины, почему этого не делали. Потому что никогда не было таких, как Данч, никогда. – Это гражданское дело. – Дело не в деньгах. Дело всегда в деньгах. – Где эти чёртовы билеты? – Здесь. Эти люди всего лишь хотели вылечить спину, Эд. Окажи мне услугу, присядь. Буду честен. Хочешь заняться этим – я позволю. Но я не собираюсь губить тебя, слышишь? Открыто идти против Данча значит подставить «Бейлор». – И? – «Бейлор» по уши в этом. Члены совета «Бейлор» делают пожертвования. На такие мероприятия, на одно из которых вы собираетесь? Они ничего не дают мне, к сожалению, но многим, кого мы знаем. – И как твой наставник… – Ты – мой наставник? Советую заняться чем-то другим. Он всё ещё оперирует, Эд. Ладно. Ладно. Доброе утро. ЖУРНАЛ «ОБСЕРВЕР» ДОКТОР СМЕРТЬ ФЕВРАЛЬ, 2012 ГОД КИМ, ЖАЛЬ, ЧТО ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО Я СТРОЮ НАСТОЯЩУЮ ИМПЕРИЮ… НО НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО Я ПОБЕЖДАЮ, ЭТО ПРОИСХОДИТ НЕДОСТАТОЧНО БЫСТРО. ТОЛЬКО ТЫ, МАЛЫШКА, СТОИШЬ МЕЖДУ МНОЙ И ТЁМНОЙ СТОРОНОЙ. ПЕЧАЛЬНО, ЧТО Я ПРЕУСПЕЮ БЫСТРЕЕ, ЕСЛИ БУДУ КОНТРОЛИРОВАТЬ… КАЖДОГО ЭМОЦИОНАЛЬНО И МЕНТАЛЬНО, НА ГРАНИ НАСИЛИЯ. Я ЕСТЬ ТОТ, КТО ЕСТЬ, ХЛАДНОКРОВНЫЙ, МАТЬ ЕГО, УБИЙЦА. Завтра важный день. Наверное, мне стоит лечь пораньше. Хорошо выспаться. Как твой доктор, я считаю, что это мудрое решение. Я могу и дальше быть за рулём. Только скажи. Ты не обязан это делать. Он – лучший доктор в Далласе. Джерри Саммерс. Ещё парочка настроек, и мы готовы начинать. Крис. Я – самый везучий ублюдок на свете. Я вылечу тебя. Серия 6 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. ФЕВРАЛЬ, 2012 ГОД МЕДЦЕНТР «БЕЙЛОР» Не могу пошевелиться. Почему я не могу пошевелиться? Крис? Где Крис? – Спокойно. – Где Крис? – Доктор уже идёт… – Данч? Он мой врач. …посмотреть, что с вами. Да ничего со мной. Я ничего… Ничего не чувствую. Совсем ничего. Крис! Крис! Крис! Крис! Пожмите плечами. Вверх и вниз. Вот так. Подвижность есть. Хороший знак. В смысле, блядь, «есть»? Мне нужно всё тело. Господи Боже! Джерри, помните меня? Я доктор Айверс. Ваш анестезиолог. – Что со мной произошло, док? – Мы точно не знаем. Я проверяю, появился ли ваш частичный паралич… Паралич? …в результате анестезии. Доктор Айверс. Мне нужен Крис… Данч… мой лечащий врач. Прошу, найдите его. Позовите его. И приволоките сюда. Извините? Извините? Куда вы меня везёте? Куда вы меня везёте? Доктору Розарио нужны снимки. Какой нахуй доктор Розарио? Худшее уже позади. Теперь лежите спокойно, иначе придётся начать заново. ДОКТОР СМЕРТЬ 6 СЕРИЯ ГЭРИ ФОНТЕЙН ТРАВМА СПИННОГО МОЗГА Здравствуйте, я Мишель Шугарт. Помощница окружного прокурора, ведущего дело Кристофера Данча. Ну нет, мы не хотим связываться с этим куском дерьма. – Это займёт всего пару минут. Наша семья достаточно настрадалась. Поняла вас. ДРЮ СУИНИ ПОСТОЯННЫЕ БОЛИ Как будто у меня нож для колки льда в спине. РОУЗ КЕЛЛЕР УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНО Он всегда говорил, что он лучший. По моему опыту… думаю, это неправда. Но я осталась довольна. Мне он понравился. ДОРОТИ БЁРК УМЕРЛА Мы пытались. Адвокаты отказываются браться за это дело из-за этой реформы в Остине. Из-за четвёртого законопроекта? Политики. А я голосовал за того мудака Рика Перри. Я не могу даже направить иск о халатности. То есть мог бы, но не важно, что произошло, не важно, что кто-то причинил боль тебе или близким, всё, что получишь, – это 250 тысяч. А сколько уйдёт на адвокатов? Думаю, не так уж много. Кто захочет хорошо потрудиться за «не так уж много»? При этом Хитрюга Рик, его соратники и лоббисты получают на военные кампании пожертвования от страховых фирм и больниц вроде «Бейлор». СИНДИ ТРЕМБЛИ ПОВРЕЖДЕНЫ НЕРВ И АРТЕРИЯ Мой муж заставил меня пойти к Данчу. Хотел, чтобы я снова могла работать и помогала с детьми, но он ушёл, и я одна, и всё хуже, чем было. ГЕНРИ ОЛДРИЧ РЕФЛЕКТОРНАЯ СИМПАТИЧЕСКАЯ ДИСТРОФИЯ Я посмотрел на операционную лампу, помолился… Попросил у Бога защиты и спасения. СТЭН НОВАК ПОВРЕЖДЕНЫ ПИЩЕВОД И ГОЛОСОВЫЕ СВЯЗКИ МЭДЕЛИН БЕЙР ОПЕРАЦИЯ НА ЗДОРОВОМ ПОЗВОНКЕ Он придумал отличную сказку. Для всех жертв… Я говорила со многими из них, они до конца были уверены в благополучном исходе. Вам нужна моя помощь? Если вы дадите показания, у нас будет возможность посадить его. Это вернёт мне здоровье? Нет. Но восстановит справедливость. Я слишком стара для поисков справедливости. Я просто хочу покоя. ЯНВАРЬ, 2014 ГОД Думаешь, убийство? Но как нам доказать намерение? Он убил двух человек. Любой хороший адвокат защиты будет препятствовать допросам других жертв. Без их свидетельств у нас не будет модели его поведения. И получится, что это несчастный случай. А что насчёт непредумышленного убийства? Убийство второй степени. От двух до двадцати лет. А так как он врач, в лучшем случае получит минимум. Стеф, если бы ты слышала этих людей, их истории, видела то, что он сделал с ними. У них нет выхода. Не могут даже в суд подать. Техас лишил их такой возможности. Мне стыдно. Почему? Я хочу, чтобы Данч сдох в тюрьме. Ты же прокурор. Такое желание преследуется законом. Не знаю. Давай давить на отягчающие обстоятельства. Присяжные могут поверить, что он умышленно наносил тяжкие телесные. Как не поверить? «Умышленно» – ключевое слово, Стеф. Здравствуйте, доктор Хендерсон. Это Пол Раконти из журнала «Доктор Фил». Слышал о вашем участии в истории доктора Данча… Доктор Хендерсон, меня зовут Лиз Геллер. Я из «Нью-Йорк Таймс». Мы планируем статью о докторе Кристофере Данче… Доктор Хендерсон, это Майя Комичи из «Блейз». Перезвоните, когда будет удобно, по номеру… Что за «Блейз»? Я хотел посмотреть, но жизнь и так коротка. Очень раздражает. Ты мог получить 14 минут славы. Произошло кое-что интересное. Местный журналист написал статью, и Данч дал комментарий. Где? В комментариях, конечно, Боб. Какой-то бессвязный бред, мол, это всё охота на ведьм и фальсификация. Говорит, дождаться не может возвращения, чтобы очистить своё имя. «Мои пациенты ждут меня». Прокомментируешь в ответ? Прямо сейчас. «Дорогой доктор Смерть, знал бы ты, как здорово было этим летом вырвать твою лицензию из твоих грязных лап. Я теперь лучше сплю, зная, что ты никогда больше не сможешь практиковать в Далласе или в Техасе в целом». Ты злорадствуешь. Не усложняй жизнь Мишель. И тебе не следует ошиваться здесь, измываясь над подсудимым. Злорадствовать так прекрасно. ЯНВАРЬ, 2014 ГОД ДЕНВЕР Небесный Отец, благодарим Тебя за то, что Ты благословил нас этой едой, и за наше здоровье. Благодарим Тебя за возможность преломить хлеб с нашим сыном. Спасибо, что привёл его домой. И мы молимся, чтобы Ты Своей мудростью вернул его к свету. Аминь. Аминь. Замечательно. Пап, это временно. В смысле… Уверен, вам очень странно видеть меня у себя дома. Если бы что-то от меня зависело, все мои мальчики жили бы вместе. Что ж, я уеду скоро. Планирую вернуться в Даллас. Хочу начать работать, как только вся эта чертовщина с врачебной комиссией прояснится. Я верну лицензию, оглянуться не успеете. Что насчёт твоего сына и девушки? Они как-то входят в твои планы? Ну, да. В смысле, конечно да. Мне разрешили навещать Мэйсона раз в месяц и… Меня выбешивает, что приходится тратить деньги на все эти перелёты и платить ей алименты, но, знаешь, раз уж всё устаканилось, деньги не имеют значения. Мистер Данч, нам нужно взыскать с вас непогашенный долг. Перезвоните, иначе ваша карта будет… Это Банк Америки. По поводу вашего платежа по кредиту… Крис, ты продолжаешь игнорировать мои звонки, мне придётся подать в суд. Перезвони. Не лезь в мои дела. Твои дела сами приходят ко мне, Крис. Почему нельзя меня просто поддержать? Я только и делаю, что поддерживаю тебя и твою семью. А теперь слушай. Если остаёшься здесь, то делай, как говорят. Тебе нужно объявить себя банкротом. Я не могу позволить… Я не позволю этим людям преследовать твою мать и меня. Просто начни с чистого листа, Крис. Начни не ради себя, а ради своего сына. У тебя есть будущее, если… ДЕПАРТАМЕНТ НАДЗОРА И КОНТРОЛЯ КОЛОРАДО Здравствуйте. Знаю, люди обычно это почтой шлют, но мне больше нравится лично. Проявляете инициативу. – Туннельный синдром? – Всё из-за клавиатуры. Не против, если сниму? Если вы одобрите мою лицензию, с моими исследованиями стволовых клеток мы сможем облегчить боль в серединном нерве и искоренить проблему. Освободим некрупные нервы, и боль уйдёт. – Ничего себе. – Именно. И я уверен, что, как и нервы, все мы связаны для достижения больших целей. И я надеюсь, вы поможете с моей. Что ж, мой голос вы получили. Не уверена, что сильно поможет, но я положу вашу заявку сверху стопки бумаг руководителя. Отлично. ФЕВРАЛЬ, 2014 ГОД 21:04 Слышал, у тебя мышечная слабость в конечностях. Где ты был, кислолицый? Сразу после тебя у меня была процедура на L4-L5 поясницы. Джерри, как только ты покинул мою операционную, забота о тебе переходит на другой медперсонал. Неправильно, что я покидаю другого пациента чтобы повидать тебя. Тогда они отстойно обо мне заботятся. Да к чёрту. Ты же здесь. Что со мной происходит? Анестезиолог дал тебе неверную дозу. Это привело к отёку спинного мозга и квадриплегии, но через недельку, после курса стероидов, будешь как новенький, как и обещано. Хорошо, Крисси. Раз говоришь, что временно, я тебе верю. Не буду волноваться. – Хорошо. Крисси… Спасибо. Зачем ты ему это сказал? По рентгенам ясно, что… Что отёк не спадёт. Я в курсе. Нужно снизить давление на его позвоночник. Подготовь операционную. Мы продолжим… В этот раз со спины. Ты собираешься ему говорить? Нет. Он испугается ещё больше, чем сейчас. Но ему нужно подписать согласие. Я разговаривал с его бабушкой. Она подписала. Ты правда хочешь это сделать? Может, доктор О'Коннор его возьмёт? 4 ДНЯ СПУСТЯ – Три грамма. – Простите? Кристофер Данч и я… Кокаин. Вы слышите? Всю ночь. Всю ночь перед операцией мы дули кокс, всю ночь. Крис Данч и я. Всю, блядь, ночь! Кокаин? Эми, серьёзно? Учитывая то, как серьёзно он об этом говорит, я обязана спросить. Что ж, спросила, и это смешно. Нет, может, он и дул. Я не знаю. Если честно, мне кажется, у него послеоперационный психоз. Его медсестра сказала, что он не спал со второй операции. Любой с ума сойдёт и будет галлюцинировать. Ему просто нужно поспать. То есть это галлюцинация, что вы принимали кокаин вместе в ночь перед операцией? Ну, у меня нет другого объяснения. Я понятия не имею, о чём говорит мистер Саммерс. Пойду в операционную. Пожалуйста, сядьте на место, доктор Данч. В свете того, что операции мистера Саммерса закончились неудачно… Какими бы ни были результаты операций, хоть и неудачными, это не моя вина. Эту операцию нужно было сделать давным-давно. Внутреннее расследование, надеюсь, подтвердит это. А пока «Бейлор» приостановит вашу деятельность. Это же чушь! Вам нужно будет пройти психологическую оценку с психиатром «Бейлор», а ещё обоим – тест на наркотики. Дайте мне стаканчик. Прямо сейчас сдам. Это совершенно безосновательно! То есть да, конечно, я тоже. Если это нужно сделать, значит, нужно. Прости, Крисси. Я не знал, что делать. Я чувствую, что ничего не понимаю. После первой операции я мог немного шевелиться, а теперь – вообще не могу. Так какого хрена происходит? Я смогу вообще ходить снова? А это вот… «опухоль, стероиды, и я буду как новенький?» Как мне понять, что ты не врёшь? У тебя есть, что сказать на это? Ты мне всё разрушил. Удачи. Нет. Я сейчас езжу по округе, пытаясь найти лабораторию. Но её нигде нет. Нет, я стою сейчас у лаборатории. Они говорят, что закрыты. Конечно я знаю, что они закрываются в 16:30. Говорят, сегодня слишком много людей. Да, Престон-роуд, я на ней. Что это? Это с улицы. Ты мне не поверишь, но я документы свои забыл. Они не дадут мне сдать. Да, конечно, абсолютно ясно. Я буду там первым в понедельник утром. Хорошо, спасибо. Понедельник. Чёртово ничтожество. Я предупреждала. Чтоб не было наркотиков при Мэйсоне. Он спал. Я же говорил тебе, всё под контролем. Это тоже твой великий план на Даллас? – Что? – Стать наркоманом… – Не забирай Мэйсона. – …и безработным? Я получил работу! Ты не права. – Может, и не права. Но знаешь, кто прав? Твой отец насчёт тебя. Мэйсон и я заслуживаем лучшего. У меня опыт работы с доктором О'Коннором. Я говорила с ним. Он хочет заняться твоим случаем, чтобы помочь улучшить твоё состояние, насколько возможно. Знаю, всё уже не будет как прежде, Джерри. Мы здесь, чтобы помочь. Я здесь, чтобы помочь. Убейте меня. Не могу. Катись нахер. Для начала я бы хотел выразить свои соболезнования. Ваш друг Джерри. Мы ходили в одну старшую школу. Ну, в любом случае, хирурги испытывают сильное давление. Наркотики и спиртное могут стать опорой. Слушайте… Я пью не больше других. Бокал мальбека тут, гленливета там. Но не за 12 часов до операции. Все обвинения против меня безосновательны. Что насчёт наркотиков? Ну, да. Я пробовал кокаин в колледже. Это не моё. А как насчёт операции Саммерса? Я понимаю, вы просто делаете свою работу. Вам сказали, что мне нужен осмотр. Я тоже всего лишь выполнял свою работу, в меру своих возможностей, а это очень даже неплохо. Вы жалеете об исходе? Конечно. Я ведь человек. Но я должен снова садиться в седло. Я очень хочу снова сесть в седло. Вам не хотелось бы отдохнуть? Я достаточно отдохнул. Я говорю о личном времени, не назначенном администрацией. Однажды я прочитал, что если на твоих операциях иногда не случается негативный исход, то ты вообще не оперируешь. Мои пациенты – это всё для меня, чем дольше я сижу в этом кресле, тем дольше они будут страдать от боли. Хорошо, я вас услышал. Я дам Пил знать, что вы готовы оперировать. Спасибо, что уделили время, доктор Роман. Дайте знать, если что-то понадобится. Или если захотите поговорить. Знаете, есть кое-что. В последнее время у меня возникла небольшая проблема. Какая проблема? С концентрацией внимания с момента отстранения. – Даже во время операций? – Нет-нет, никогда. Я просто подумал, может, вы выпишете… что-то, что поможет преодолеть разрыв между отдыхом и операциями. Вот, держите. И… На сей раз не забыл. Спасибо. Кстати, я принимаю риталин по рецепту врача, Надеюсь, из-за него тест не даст положительный результат? Доктор Роман уже оповестил нас. Замечательно. АПРЕЛЬ, 2014 ГОД Моя цель – не вы. Итак, впервые он появляется в Далласе, в Институте Малоинвазивной Хирургии Позвоночника? ИМХП. Да. Но он задержался там недолго. Знаете почему? – «Бейлор» нанял его. Зачем? Нейрохирурги прилично зарабатывают. Что насчёт наркотиков? Вы были свидетелем их употребления? Я их смыла. Это был кокаин? Я не знаю. Что вы делали в его уборной поздно ночью? К чему вы клоните? Защите тоже об этом спросит, под присягой. Недолго, и я порвала с ним. – Могу я спросить почему? – Что дальше? Джерри Саммерс. Его операция. Его утверждение о трёх граммах – правда? Я не знаю. Джерри употреблял наркотики в ночь накануне? Откуда мне знать, я там не живу. Как вы думаете, что могло привести к тому, что случилось? Он отправил мне электронное письмо. Но я хочу кое-что прояснить. Я вообще о нём не задумалась. Данч всегда болтает всякую самовлюблённую бессмысленную хуйню. Могу я взглянуть? На письмо? Я не обдумывала письмо до операции Джерри. Данч отказался видеть его. Он был таким… с таким пренебрежением отнёсся к нему, к его страхам и к его боли. А затем поступила Шелли Бреннан. Она умерла. Умерла через 20 минут после начала операции. И я начала думать насчёт того письма. Что же вы думали? Он… Он делал это специально? МАРТ, 2012 ГОД Как стучаться головой о стол. Или хвататься за горячую головешку. Один неудачный шажок. Даже не упала, просто немного поскользнулась на лестнице, когда развешивала украшения на Рождество. С тех пор работать невозможно. Я учитель начальных классов. Весь день на ногах. Операция – серьёзный шаг, миссис Бреннан. Я понимаю. ЛФК, стероиды, ничего не помогло. Операция, кажется, единственный выход. Я еду в круиз с мужем и ещё одной супружеской парой. – Серьёзно? – Да, на Антигуа. Через несколько месяцев. Я не была в отпуске уже… Даже не знаю… Очень давно. Откуда вы узнали о мистере Данче? Мой семейный врач его усиленно рекомендовал. Я проверила отзывы в интернете. Его все обожают. Вы точно не хотите найти врача там, где живёте? Миссис Бреннан. Вы тот, кто сделает всё лучше. Доктор Данч. Я говорил с вашим лечащим врачом о вашем позвоночнике. Похоже, вам нужно ослабить давление на нерв вот прямо тут. Это простая процедура. Мы расправимся с вами за 20 минут. – 20 минут? – Да. Макароны на сильном огне нужно варить дольше. Что там с расписанием? Точно не знаю, доктор Данч. В «Бейлор» есть свободное место? Почему бы тебе не позвонить и не узнать? Ваше – первое освободившееся окошко. А сейчас… МАЙ, 2014 ГОД Есть ли у вас проблемы МАЙ, 2014 ГОД с наркотиками или алкоголем, сэр? Нет, сэр, и никогда не было. Мы встретили доктора Данча за пределами Денвера, где он сейчас живёт. Я говорил с врачом, который утверждал, что вы психопат и убийца. Что вы можете на это ответить? Я буду разбираться с клеветой в судебном порядке. Его пациенты говорят, что есть более подходящее наказание. Мисс Шугарт, это замечательно. Вы знаете, я, возможно, хватила лишнего. – Мы понимаем. – Как мы можем помочь? Мне нужно доказать, что Данч намеренно калечил людей, он знал, что делал со своими пациентами. Чтобы доказать это, нужно провести границу между обычной медицинской процедурой и тем, что делал он. А для этого нужно дать жюри присяжных упрощённый курс основ нейрохирургии. Так что… Вы должны научить меня нейрохирургии. Боль. Это самая распространённая причина посещения врача. У боли есть эмоциональная и сенсорная составляющие. Она может быть острой или хронической. Острая боль чаще всего ассоциируется с беспокойством. И поэтому моя мать переспала с моим отцом. Кажется, Боб, класс в отключке. Нет, нет. Может быть. Да. Может, лучше учиться на практике? Ну хорошо… ты. Иди сюда, сними рубашку и ляг на стол. Я врач. Вы юристы. Давай. Хорошо, сосредоточьтесь. Вот здесь выступающий позвонок в нижнем шейном отделе, C7. Хорошо, я отмечу здесь… C7. Нет, нет, нет. Доктор, доктор, доктор. Слишком широко отмечаете, он перекрывает T1. Как я это пойму, если не вижу его изнутри? Если оперируете так же быстро, как говорите… Рэндалл Кёрби – выдающийся хирург… Всё. Конец. Пора закругляться. Попробуем завтра ещё раз? Кто-нибудь хочет перекусить? За углом есть классное местечко с утренними акциями. Ты очень последователен. Три доллара за рёбрышки. Покажи свой пенсионный, и тебе, возможно, скинут ещё пару центов. Это работает не совсем так, но… Запрыгнем на твой скутер и узнаем. – Насилие над пожилыми. – Спасибо. – Он не старый. – Нет, нет. Мэделин Бейр больше 65 лет. Это считается. Нанесение вреда пожилым или несовершеннолетним. С таким обвинением, масштаб жалобы неограничен. Мы можем представить всех наших жертв, даже тех, которые не проходят по нашему профилю. Докажем умысел, и максимальный срок – пожизненное. Вот дерьмо. Она не хочет свидетельствовать. Почему бы мне не поговорить с ней? Тут нужен мягкий подход, доктор Кёрби. Только не обижайтесь. У нас уговор – встреча раз в месяц. А это уже второй раз. – Венди, пожалуйста. Нет, убирайся. Нет. – Привет. – Привет, дружок. Я купил тебе кое-что. – Спасибо. Это тебе. А чего такой малюсенький шарик? Мы достанем тебе нормальный мяч, если будешь играть за «Бронкос». Всё, я зову копов из-за вторжения и похищения ребёнка. – Это мой сын, Венди, я оплачиваю квартиру. Нет, твой отец платит. Убирайся нахуй отсюда, жирдяй. Вот дерьмо, кто, блядь… Остановитесь! Оба! Шон! Остановись! Шон, стой! Папа? Папа, помоги. Меня ограбили. Мне нужно, чтоб ты отправил мне денег. Меня ограбили, мне нужна помощь, пожалуйста. Пожалуйста, отправь мне денег в Даллас. Пожалуйста, папа. ДЕНВЕР – Я же присылал тебе денег. – Я не в настроении, папа. – Ты просил, я отправил. – Я знаю. Магазинная кража? Магазинная кража. Сначала вождение в нетрезвом виде, теперь воровство. – Я же сказал, что верну. – Как вернёшь? Одолжишь у меня ещё денег, чтобы вернуть мне долг? – Это Венди. – Нет. – Да. – Хватит, Крис. Это Венди. Ты ходишь по лезвию бритвы и удивляешься, почему падаешь. – Она не даёт мне видеть Мэйсона. – Она молодец. Ты это заслужил. ГОД СПУСТЯ Хочешь? Техас никогда не восстановит мою лицензию. Может, это и к лучшему. Даже за исследования мне никто не заплатит. После всего, что я сделал, чего достиг… У меня не осталось ничего. Не говори так, Крис. Теперь всё просто будет по-другому. Меня не грабили в Далласе в прошлом году. Я солгал тебе. Евангелие от Луки, 15 глава, стих 3, строка 7. «Пастух, оставивший всё стадо, чтобы найти одну овцу». Сомневаюсь, что эту овцу избил пластиковой битой пастух-наркоман, но ладно уж. Я знаю, что будет непросто, Крис, но возвращайся в Даллас с чистым сердцем и приведи всё в порядок с Венди. Первый шаг – искупление и, самое тяжёлое, признание. Ты уже сделал этот шаг. Приятно видеть, что вы снова взялись за сад. Мне пришлось нанять кое-кого в помощь, ребята старательные, но… Если хочешь что-то сделать как надо… Вас прислала мисс Шугарт? Да. Она молода. Да. Но до неё никто не мог нам помочь. Знаю, что прошу многого, но пожалуйста, дайте показания. Я считаю себя достаточно умным человеком, хорошим врачом. В моих силах разрезать, починить и зашить живое существо. Но я не могу понять, на чём строит своё обвинение мисс Шугарт. Однако я знаю вот что… Без вас у Данча есть шанс уйти из зала суда лишь с нагоняем. Вы просите меня заново пережить то, что я хотела бы забыть. Вряд ли вы сможете забыть. Вы проводите свою жизнь в инвалидном кресле. А место Данча до конца его дней – за решёткой. Я не успел спасти вас. Я не могу ничего вернуть назад. Но с вашими показаниями Данч больше никогда не навредит ни одному пациенту. – Что мне нужно будет сказать? – Правду. Просто скажите правду, и всё будет хорошо. Вы прожили достаточно, чтобы знать, что правда редко играет на руку людям. У нас нет выбора. Доброе утро, ребята. Ты в моём списке дел. Мы выбрали мотель «Флоренс Найтингэйл». Будем там через 72 часа. – Отлично. Спасибо. Данч всё реже разъезжает. Если он перестанет приезжать, то полиция Денвера пиздец медленная, когда дело доходит до задержания. Я уже пытаюсь проникнуть на созванный суд присяжных. У нас всего один шанс получить обвинительный акт. Знаешь, не могу поверить, что дело касается врача. Арестуй мою школьную медсестру. Она сказала, что у меня корь. А у меня была ветрянка. Увидимся в офисе. Мы выиграли? Нужно подождать пару часов. Мы освободили своё расписание. – Спасибо. – Я должен был играть в гольф. Забронировал поле несколько месяцев назад. Спасибо. Спасибо. Когда Господь хочет наказать нас, он отвечает на наши молитвы. Что это значит? Она получила обвинительный акт. Серия 7 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. ИЮЛЬ, 2015 ГОД ДАЛЛАС Ассистент окружного прокурора Шугарт. Спасибо. ЕГО ВЗЯЛИ ДОКТОР СМЕРТЬ 7 СЕРИЯ Вы находитесь под действием наркотиков или алкоголя сегодня? Нет, сэр. Я только проснулся, когда вы пришли. Вот почему я ещё в пижаме. Понятно. Мы бы хотели услышать вашу версию. Но для начала: вас обвиняют в пяти случаях нанесения особо тяжких телесных повреждений и одном случае нанесения вреда пожилому человеку. У вас есть право хранить молчание. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас в суде. У вас есть право на адвоката. Если вы не можете позволить его себе, он будет предоставлен. Вы понимаете свои права? Да. Вы отказываетесь от права на адвоката? Да. Хорошо, тогда… можем ли мы пояснить вам обвинения? Я помню каждую историю болезни. Могу рассказать всё, что нужно знать о моих пациентах. Но начнём вот с чего. Каждая операция, которую я проводил, была как по учебнику. Ладно. Стэн Новак. Мистер Новак. Жаловался на острую боль в шее. У него были проблемы со страховкой. Я ему помогал. Было значительное кровотечение, но, к счастью, я смог заметить, что на кости растёт ткань. Напоминало новообразование, так что я прекратил операцию, отправил ткань на биопсию, зашил рану и удалил пациента из операционной. И это было оно? Это было… новообразование? Нет. Шейная мышца. Но аномальная. Походила на раковую ткань. Что-то ещё? Моя команда ответственна за пересчёт салфеток, использованных на операции. и они все были учтены. Но после операции я узнал, что член моей команды оставил тампон в шее. Они и должны отвечать. Синди Трембли была полной женщиной. Я могу это доказать. Операция была как по учебнику. Боль в пояснице. Я бы предпочёл малоинвазивное вмешательство, но она была крупной женщиной, так что и отверстие должно было быть крупным. Это и вызвало кровотечение. Я установил педикулярный винт, но он слегка отклонился от срединной линии. Такое случается примерно в шести процентах операций. – 60? – Шести. Я проверил: всё было сделано абсолютно правильно. Она была в госпитале всего несколько дней. Никаких жалоб. Всё как по учебнику. Шелли Бреннан. Анестезиолог ввёл ей фентанил – возникли связанные с препаратом осложнения. Шелли Бреннан умерла от кровопотери. Но анестезиолог… это не… проблема операции. Что по поводу Дороти Бёрк? Знаете, Мэделин Бейр и Дороти Бёрк – основная причина, почему я сегодня пришёл. Вы пришли? Я просто подумал, что это будет этично – доложить эти истории болезни Совету… полиции. Потому что кто-то должен быть привлечён к ответственности. Это преступно. В госпитале. Миссис Бейр… То есть миссис Бреннан… моя… пациентка с предыдущего дня всё ещё восстанавливалась. А они всё продолжали поступать. Это очень отвлекало. Если бы мне только дали работать, как я научен, понимаете, и потом, моя команда тоже работала не так, как я хотел, что очень отвлекало. И я пытался ей помочь. Но должен сказать, эти голословные обвинения… в употреблении наркотиков? Я добровольно… Добровольно сдавал тесты на наркотики: волосы и моча, всё это время. Не провалил ни одного. И потом… За первые 22 года моей карьеры не было никаких предположений или обвинений в употреблении наркотиков. Но тут внезапно это заявление. Это упоминание. От них пошло, конечно. Они против меня козни строят. Кто строит козни против вас? Доктор Рэндалл Кёрби и доктор Роберт Хендерсон. Я ведь приехал, только чтобы повидать своего мальчика. Сегодня ночью я возвращаюсь в Денвер. Доктор Данч, вы под арестом. Мы внесём вас в список. Вас примет судья и назначит пребывание под стражей до выплаты залога. Значит, домой я уйти не могу? Здравствуйте. Это бесплатный звонок из исправительного учреждения округа Даллас. – Алло? – Папа? Крис. Меня забрала полиция. Что на этот раз? Папа, они всё перепутали. Это те обвинения, из-за моих пациентов. Всё это нелепо. Мне нужно, чтобы ты приехал. Приехал в Даллас. Слушание по залогу во вторник. В чём конкретно тебя обвинили? Жестокое обращение с пожилыми. Жестокое обращение с пожилыми? Как так? Я же сказал, это нелепо. Мне просто нужно, чтобы ты приехал. Хорошо. Это наверняка влетит в копеечку. Не беспокойся об этом. Мне нужно отсюда выбираться. Я работать должен. Нужно, чтобы мою лицензию подтвердили в Колорадо. Твою лицензию? Да, заработать немного, нанять команду лучших адвокатов, чтобы разоблачить этот дерьмовый заговор – профессиональную зависть и безумную клевету. Мы что-нибудь придумаем. – Вторник. – Я уже в пути. – Пап? – Да? Я тебя люблю. Ладно. МАРТ, 2012 ГОД МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР «БЕЙЛОР» Здравствуйте, миссис Бреннан. Всё будет хорошо. Тубулярный ретрактор. Доктор Морган, тубулярный ретрактор.. Ким. Тубулярный ретрактор. Кусачки Керрисона. Ким. Ким. Ким. Мне нужно видеть Данча. У Шелли Бреннан резко упало давление. Такое случается. Стабилизируешь пациента и работаешь дальше. Это то, что вы сделали? Стабилизировали мисс Бреннан? Пытаетесь обвинить меня? Я пытаюсь понять, как простая одноуровневая ламинэктомия закончилась смертью. Операция была идеальной. Мы справились за 50 минут. У неё был ДВС-синдром в течение трёх часов. Всё тело покрыто сыпью. Очень похоже на аллергическую реакцию. Осложнение после анестезии. Частенько у вас осложнения анестезии. На что именно вы намекаете? На этот раз не отмажетесь. Мне не нравится ваш тон, мисс Пил. Я пришла сказать вам лично, что в «Бейлор» вы больше не работаете. С этой самой минуты. Нет. Я не уйду. Думаете, мне нужно ваше разрешение? Вам придётся предоставить доказательства. Я не сделал ничего, заслуживающего отстранения. Джеймс, Суини, Падуа, Саммерс. Было расследование, меня оправдали. Уволите меня сейчас – будет нарушение контракта. Не усложняйте. Уйдите с честью. Кому вы звоните? – Адвокату. Адвокатам, если точнее. Считаете, что можете одолеть «Большой Бейлор»? Не «Большой Бейлор». А вас. У меня есть право защитить себя. Вам меня не напугать. Дайте мне ещё одного пациента. Никоим образом вы не вернётесь в этот госпиталь. Дайте ещё одного, пусть за мной наблюдают. – Ни один врач или медсестра не согласятся с вами работать. Вы опасны. Это вы вызвали меня из ИМХП. Я даже и не думал о «Бейлор». Я оперировал быстрее, чтобы делать больше. Чтобы приносить прибыль. – Чего вы хотите? – Вы это знаете. – Не получите. Я требую вашего ухода. Вы должны уйти. – Ну хорошо. Давайте договоримся. Я уволюсь. А вы напишете рекомендацию. Это зависит не от меня, а от закона. Как бы то ни было, мы будем защищать «Бейлор Плано». Потому что мы ни в чём не виноваты. Тук-тук. Каков статус нашей заявки на лицензию в медицинском центре Далласа? А что? Что случилось? Ничего. Просто ужасно устал работать с людьми ограниченного ума. К чёрту «Бейлор». Узнай, что там с Далласом. ИЮЛЬ, 2015 ГОД ЗДАНИЕ СУДА «ФРЭНК КРОУЛИ» Защита требует залог, верно? Верно, ваша честь. Однако сторона обвинения назначила залог в 600 000 долларов. Это не просто вопиюще, но особенно здесь неуместно. Доктор Данч сейчас безработный. И как вы можете видеть по банковским счетам, представленным в качестве улики, его личные средства не позволяют внести залог. – Сторона обвинения? – Согласны. 600 000 долларов – это неуместно. Мы заявляем об отказе в залоге. Просьба обвинения выходит за рамки. Отказ в залоге для врача? Врача, который наносил серьёзные увечья пациентам. Кристофер Данч может скрыться и опасен для общества. Что касается побега доктора Данча, то он привязан к окружению, у него есть дом и ребёнок. Касательно же лицензии, доктор Данч прекратил медицинскую практику с момента, как его репутация безосновательно подверглась сомнениям. Что ж, в таком случае обвинение вызывает для дачи показаний Дональда Данча. Протестую. Ваша честь, Дон Данч приехал в суд, чтобы поддержать сына. Он не готов отвечать. Мисс МакКланг, Дональд Данч в списке свидетелей обвинения. Обвинение может вызвать его в любое время. Вы несёте ответственность за то, чтобы заранее подготовить свидетелей. Мы благодарны за ваше присутствие, мистер Данч. Ещё раз, откуда вы приехали? Мы живём рядом с Денвером, Колорадо. Наверное, тяжело, что Кристофер живёт далеко от вас. Крис решил остаться с семьёй. С сыном. И я горжусь этим. Очевидно, вы придаёте большое значение честности в своей жизни. Думаю, да. Мистер Данч, Кристофер не пытается вернуть себе медицинскую лицензию? Думаю, в какой-то момент он хотел этого. Но всё, что сейчас происходит… То есть вы не знаете, восстановят ли его медицинскую лицензию? Если точнее, лицензию в штате Колорадо. Не могу сказать точно. Мы почти не говорили об этом. Мне сложно ответить. Я не знаю. Мистер Данч, Кристофер говорил вам, что хочет внести залог, чтобы вернуться к работе и заработать на защиту? Да. Полагаю, это правда. Разве это не указывает, что Кристофер, несмотря на плохие исходы операций, будет, не сомневаясь, практиковать медицину? МАРТ, 2012 ГОД Уёбывай из моего дома. Возвращаюсь я из офиса и говорю «Где Ким»? – Довольно. А в ответ – тупые взгляды. Непонимание. Она просто ушла. – Ты под наркотой? Я дал тебе шанс выбиться в люди. А ты ушла. Бросила меня, империю. Именно так. Серьёзно? Околачиваешься у моего дома. Как грустно. Теперь мне будет намного, блядь, проще, Крис. Получить судебный запрет против тебя. Держись подальше. У тебя никогда не было империи. И никогда не будет. ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА СПУСТЯ ДЖЕРРИ САММЕРС Дерьмо. Мы должны отпраздновать. Защита будет утверждать, что это не уголовное дело. Что это дело о халатности. – Как мы можем этому возразить? – Я разговаривала с его пациентами. Их историям любой посочувствует. В чём тогда проблема? Это не вопрос о его врачебных навыках. Защита скажет, и это трудно опровергнуть, что это были несчастные случаи или чужая вина. Нужно привлечь внимание к нему самому. К тому, каков он, к его характеру, решениям. Что всё началось задолго до Далласа. Я поговорю с его окружением. Его друзьями, девушками, учителями. – Что? – Скадден. Мы уже пробовали. И услышали в ответ: «Он был достаточно обучен». Я связалась с университетом и «Сэммс-Мёрфи», узнала о часах практики. Вот что они сообщили. 683 случая. Из которых только 230 с позвоночником. А сколько должно быть? Определённого минимума нет, но хорошо бы около 400. Это ординатура. А «Сэммс-Мёрфи»? Сказали, что не хранят записи. Закон того не требует. Но если им верить, практики у него достаточно. Узнаем у него самого. Не лучший источник сведений. Мы должны помочь ей. – Я не собираюсь в Мемфис. – Нет, что ты. Больше никогда. Не хочешь ко мне в гости? Твои родители дома? Это страничка Данча на Фейсбуке. Зацени это дерьмо. «А моря звук всё приближался, Я чувствую: в сердце волны шумят. Всё, что хочу я и в чём нуждаюсь, Ожидает в самом начале меня». Ну, хирург из него лучше, чем поэт. У Данча три патента. Два из них – с Ильёй Бурковым и Катей Мельниковой. Зарегистрированы на компанию «ДискДженикс». «ДискДженикс», хорошо. Д-И-С-К-Д-Ж-Е-Н-И-К-С. «ДискДженикс». Здравствуйте, доктора. Привет! «До свидания»! Здравствуйте, доктора. Спасибо, что согласились поговорить. Понимаю, что вам неудобно об этом говорить, но мы хотели бы спросить о работе доктора Данча в «ДискДженикс». И, естественно, мы сохраним вашу конфиденциальность. Мы не хотим, чтобы у вас были проблемы. Проблемы? Какие проблемы? Ну, по-видимому, все опасаются говорить о Кристофере Данче. Мы не боимся. Мы – русские. Что вы хотите знать? Всё, что вы можете рассказать. Алло? Алло? У тебя Wi-Fi от хомячков в колесе питается? Не думаю, что Wi-Fi работает так. Да. Не знаю, зачем это сказал. И они решили… что… отослать его. Но ему ещё надо было закончить четвёртую стадию. Можете, пожалуйста, повторить, что вы сказали? Что вы не услышали? Про наркотики или про инвесторов? – Всё. – Всё. Мы всё пропустили. Я говорил, что Данч встречался с инвесторами. В том числе со Скадденом. Всё шло хорошо, пока… Не знаем, были ли это наркотики, но точно что-то подобное. Его поведение, его работа изменились. Джеффри Скадден был инвестором «ДискДженикс»? Изучите вопрос, доктор Хендерсон. Вы явно этого не делали. Он был одним из первых инвесторов «ДискДженикс». – Здравствуйте. Венди Янг? – Мне нечего сказать прессе. Я не из прессы. Меня зовут Мишель Шугарт. Я помощница окружного прокурора, веду дело Кристофера Данча. Я надеялась задать вам пару вопросов. У вас есть повестка или что-то такое? Нет. Но я могу получить. Задам вопросы более формально, если вам так удобнее. Вам решать. Заходите. Мэйсон. Вы были с ним в Мемфисе? Да. Недолго. Пару месяцев, перед переездом в Даллас. Но вы знаете, каким он был дома, в неформальной обстановке? Что вы хотите от меня услышать? Что он был наркоманом? Алкашом? Мошенником? Если это то, что вы хотите мне сказать. Вы немногим старше меня. Вероятнее всего. И уже прокурор. – Помощница. – Помощница. Вам нравятся ваши родители? Да. Хорошо с вами обращались? Очень. – Поддерживали вас? – Всегда. Наверное, здорово. Идеальная жизнь. Я не буду вам помогать. Он заслуживает всего этого. Его пациенты, они… – Нет, нет, нет. Стойте. Мир – это дерьмовое место. И он дерьмово с ними обошёлся. У меня есть сын, и его надо кормить. Ему нужны крыша над головой, одежда, дешёвые игрушки из супермаркета. Я пыталась устроиться на хорошую работу. И ничего. Я не богатая королева. Едва я начала брать деньги от государства, они забеспокоились о благополучии Мэйсона. Всё, что у меня сейчас есть, это родители Криса и их чеки. Так что да, если вам интересно, я буду делать то, что должна. Спасибо, Кристофер Данч. Спасибо, что уделили время. Обращайтесь. ИЮЛЬ, 2012 ГОД Тереза, Мелани, это мистер и миссис Келлер. – Очень приятно. – Привет. Где доктор Морган? Открывает новые горизонты. Долгая дорога действовала ей на нервы. – Она ведь из Мак-Кинни? – Так и есть. Не то чтобы очень близко. Хотите сказать, я ей больше не нравлюсь? Вряд ли это возможно. Очень жаль. Она была милой. Такой и осталась, полагаю. Пойдёмте. Вы сейчас работаете в медицинском центре Далласа? Всё верно. Это моя первая задача. Нет, простите. – Что вы, ничего страшного. – Просто меня бесит, что все решают только половину кроссворда. И неправильно. Я сделала тоже самое за 10 минут до вашего прихода. Что ж, из-за чего вам не даётся твист? Шея или спина? Спина. Подряд одно за другим. Знаете, как бывает. А у вас? Шея. Доктор говорит, мне нужна «дискэктомия». Так это произносится? Сплошной греческий, как мне кажется. Мой сын женится в следующем году. Поздравляю. – Спасибо. – Где? Пока не ясно. Он всё говорит мне, что ещё полно времени со всем разобраться. Вы будете всё планировать. Именно. Именно. – У вас есть дети? – Да. Да, но, знаете, все свадьбы уже… давно позади, видимо. Тогда можно и отдохнуть. – Доктор вас ожидает. – Ну, удачи вам. – И вам, дорогая. – Ваш черёд, Дороти. Я уж думала, вы пропали. Я готова. Пошли. – Увидимся. – Пока. 2015 ГОД МЕМФИС Мисс Шугарт, доктор Скадден готов вас принять. Мисс Шугарт. Прошу, проходите. Рад встрече. Присаживайтесь. Благодарю. Здравствуйте, Джерри. Приятно познакомиться. Нравится баскетбол? Мне нравится баскетбол. Помогает отвлечься, выпустить пар. Перейду к делу. Я стараюсь выявить закономерность, чтобы доказать халатность доктора Данча. Насколько я могу определить, всё началось ещё во время учёбы. Это верный вывод? Да. Был ли он достаточно обучен? Как вы думаете? Вы когда-нибудь видели, как он принимал наркотики? Мистер Саммерс? Принимал наркотики? Да. Что с ним будет? В каком смысле? Если я вам всё расскажу, что произойдёт? Мы назначим день, когда вы дадите показания под запись, потом вы выступите свидетелем в суде, затем, возможно, он получит срок, а вы и другие пострадавшие – справедливость. – Его отправят в тюрьму? – Надеюсь. Я плохо с ним обошёлся. Он так старался, больше всех других. Никогда не сдавался. А потом он устроился в госпиталь, кто-то другой ошибся, и все обвинили его, говорили, что он плохой врач. Представляете, что это может сделать с человеком? Он был разбит. Я просто хотел помочь ему. Ему была нужна победа. Поэтому вы позволили ему оперировать вас? Ради победы? Мою шею осматривали сразу после выпуска из школы. Врач сказал, мне нужна операция, но… всё как-то завертелось. Потом меня осматривал доктор Скадден. Скадден? Из «Сэммс-Мёрфи»? Крис попросил его. И он не захотел оперировать. Сказал, у меня узкий канал или что-то такое. Нет гарантий. Но… Крис умнее всех, кого я знаю. Если кто и мог справиться, то он. Так операция была вашей идеей? Да. Будь я на вашем месте, я бы была расстроена, зла. Как вы можете не злиться за то, что он с вами сделал? Я мог остановить его. Всё понимал. Я был сильным и мог остановить его. Кейла пыталась остановить его. – Кто такая Кейла? – Кейла Гибсон. Была с ним в университете. Она пыталась остановить его. Но мы просто развлекались, понимаете? Вы считаете, что он сделал это намеренно? Нет. Вы считаете, что он заслуживает наказания? У него семья. Когда вы виделись с ним в последний раз? Он навещал вас после операции? Он приходил проведать друзей? – Хватит. Хватит, хватит. – Он извинялся? – Уходите, уходите. – Он вам не друг, Джерри. – Уведи её. – Он сделал это с вами. – Уведи её. – Пойдёмте. – Он убил других людей. – Давайте. – Просто помогите мне… – Пошла ты! Он мой друг, ясно? – Нам нужны ваши показания. Он – мой грёбаный друг! Он – мой друг! Он – мой грёбаный друг! Ясно? Он – мой грёбаный друг! Он – мой грёбаный друг! Пошла ты. Он – мой грёбаный друг. Я принесла вам ещё приятных новостей. Спасибо. Мне пора начать что-нибудь изобретать. – Что? – С 2001 по 2006 год Скадден получил 27 миллионов гонорара от «Медтроник». Крупнейшая в мире компания медтехники. Для них это копейки. С 2006-го «производитель медицинских устройств Медтроник согласился выплатить 40 миллионов для погашения государственного иска о том, что их отдел Софамор Данек давал взятки, в том числе фиктивные гонорары и роскошные путёвки, хирургам, чтобы те использовали продукты компании». Конечно, «Медтроник» нелегальность отрицает. Это было из-за Скаддена? «Пациенты спинальной хирургии ценны, а судебные тяжбы в данной области очень запутаны». «Два консультанта „Медтроник“, заявленные в качестве осведомителей по делу, получили от компании сотни тысяч долларов». «Джеффри Скадден из клиники Сэммс-Мёрфи в Мемфисе и…» другой чувак, имя которого я не выговорю, – «авторитетные хирурги-изобретатели, которые участвовали в разработке хирургических устройств Медтроник. Доктор Скадден заявил, что владеет более чем 50 патентами и что он получал отчисления за изобретения, не имеющие ничего общего с его практикой». Он заслуживает, чтобы ему платили за его изобретения. Похоже на то. Вот данные КЦББ на «ДискДженикс». Скадден значится исполнительным директором. 2007 год, три года ординатуры Данча. Через два года он вступил в стипендиальную программу. Как тебе это? Какое совпадение. А почему Скадден не упомянул, что был инвестором в «ДискДженикс»? А ты бы упомянул? – Думаю, что да. – Но? Скорее всего, нет, потому что я бы хотел это скрыть. Потому что это неправильно. Как я могу быть инвестором его компании и руководителем его же стипендиальной программы? Это бы назвали… чем? Это называется конфликт интересов, Роберт. Я влюбился в твою жену. Я влюбился в тебя. Знаю. Вы двое приводите нравственные доводы, а не юридические. Ничто из содеянного им не пересекает эту границу. Думаю, все согласятся, что он просто на неё плевал. Так делают американцы, Рэнди. Мы должны с этим разобраться. Да, должны. Завтрак за ужином? Кейла. Спасибо, что пришли. Я разворачивалась дважды. Присядете? Мне жаль, что вот так шокировала этой статьёй. Вы точно знали, что делали. Я не видела его много лет. С медицинской школы ни разу. – Хорошо. – Вряд ли смогу быть полезна. Прошу, садитесь.. Имеет ли эта статья значение? Нет. Но вы здесь. Вы говорили с Джерри? Да. И? Он сейчас в тяжёлом положении. И он защищает Криса. О чём вы хотите знать? Я хочу получить представление, кто он такой. Вы пытаетесь упрятать его за решётку. Мне трудно сопоставить человека, которого я знала, с человеком в статье. Всё это правда. На самом деле, статья поверхностна. Он был обаятелен. Интеллигентный, сосредоточенный, привлекательный. Очень привлекательный. Много веселились вместе? Как большинство студентов-медиков. Усердно работали, отрывались по полной. Как и у всех, у него была тёмная сторона. Вы видели, как он употреблял наркотики? В медицинской школе никого не волнует, как ты отрываешься, пока справляешься с этим. Крис прекрасно справлялся до поры, до времени. Всё началось с того, что он раздавал таблетки друзьям. Затем он стал выписывать рецепты на вечеринках. Я пыталась остановить его, но ему было плевать. Все знали, что к нему можно обратиться за желаемым. Это вы анонимно позвонили по поводу реабилитации? Я должна была что-то сделать. Что насчёт его обучения? Нельзя переоценить то, каким великолепным был Крис. Я бы сказала, что он был самым умным студентом. Но он исследователь. Это его дар. Он не должен был идти в хирургию. Если бы он остался в науке, сейчас у него был бы огромный особняк в Джермантауне. – Джермантаун? – Там музеи, а не дома. Мы с Крисом часто бывали там по воскресеньям, присматривали домик. Он говорил: «Кейла, мы будем править этим городом и спать на матрасах, набитых деньгами». Энергичная пара. Забавно. Забавно, что вы так говорите, он часто называл нас молочно-шоколадным энергетиком. Таков был Крис. Он говорил глупости. Учёба была тяжёлой, а он привносил в неё веселье. Всякий раз, когда я была с ним, мне казалось… что всё должно быть хорошо. Извините. Возможно, мне нужно было вмешаться. Но я была лучшей в программе, и не хотела влезать в скандалы, поэтому бросила его. Кто так поступает? Родители всегда учили меня заботиться о ближних. А я этого не сделала. В этой статье описан не тот, кого я любила. Я даже не знаю, зачем пришла. Не хочу в это ввязываться. Если вы где-то на меня сошлётесь, я всё буду отрицать. Понимаю. Не буду. Но спасибо, что поговорили со мной. Жаль… что вы не знали его тогда. СЕНТЯБРЬ, 2015 ГОД Может, стоит признать вину? Помощник прокурора не пойдёт на сделку. Вы можете договориться? Они не согласятся, мистер Данч. Полтора года до начала суда. Полтора года здесь. – Крис… – Нет. Нет. Так нельзя. Я невиновен. Они не могут так со мной поступить. Мы можем… Полтора года до начала ёбаного слушания! И это всё, что вы можете? – Система работает не так быстро… – Уходите. Всё. Вон! Мне нужно поговорить с отцом наедине. Она мне не подходит. Она хороший адвокат, Крис. А что мистер Дамелио? Он может взяться за это дело? Дамелио работает с налогами. Я не выживу тут, папа. Я не смогу. – Не надо… Крис. Не говори так. – Я один. Мои друзья, коллеги отвернулись от меня. Семья – всё, что у меня осталось. Венди много месяцев уже не приходит И не приводит Мэйсона. Я должен увидеть сына. Может, ты поговоришь с ней? Напомнишь, что семьям важно держаться вместе. Вдруг им когда-нибудь что-то от нас понадобится. Слышишь, как тут шумно? Слышишь, как тут шумно? – Да. – Да, здесь шумно. – И так постоянно. Что ни скажи, эхо отзовётся от пола и потолка. Ты не слышишь себя. Не слышишь телевизор. Не слышишь ничего. А люди просто продолжают говорить, всё громче и громче, и продолжают прибавлять звук на телевизоре. И так постоянно. – Мне жаль, Крис. – Жаль? Забавно. Ведь это ты провалил слушание по залогу. Я мог быть сейчас на свободе с сыном, а не умолять о визите из клетки. Это из-за тебя я в этом гадюшнике. С меня хватит. «Я сам сжёг моё завтра, мне осталось лишь сейчас. Будущее на пороге, А мечты обратились в прах. Мои печали предо мной. Тени громоздятся тесно. Будущее на пороге, И что случится, неизвестно. Одна лишь тьма вокруг, когда бежишь прочь ты. Ты спал – теперь ты это знаешь. И явью станут твои сны». Вот так. Везде. Смотри. Привет, малыш. Это мне? Угадай игрушку. – Надо угадать игрушку? – Ага. Ладно, что же там такое? Думаю… это… PlayStation. – Посмотри. – Смотрю. Машинка! Боже мой. PlayStation не влезет в такую коробку. Да, я должен был догадаться. PlayStation не влезет в такую коробку. И даже в этот пакетик. – Я всё перепутал. – Да. Ты совсем всё перепутал. 8 000 человек несли его 8 000 миль. Это обнадёживает, не так ли? Теперь все они спекулируют. Продают свои факелы в интернете за тысячи долларов. Что за люди. Вручаю себя в руки Господа и доктора Данча. – Жестокая конкуренция. – Доктор Данч. Джош Бэйкер. Я ваш дежурный медбрат. Вы из «Бейлор»? Верно. У вас дыра в форме, сэр. Вы сказали, что вы дежурный медбрат. Да, сэр. Разве вы не должны готовить мою операционную? Конечно, сэр. Миссис Келлер, увидимся после операции. А теперь… давайте поднимемся и пройдёмся колесом. Серия 8 СЕРИАЛ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ, НО СЮЖЕТ НИКАК НЕ СВЯЗАН С РЕАЛЬНОСТЬЮ. Выглядите, как настоящая кинозвезда. Как меня вообще выбрали, мистер Саммерс? Мы только о вас и думали, Джэнет. – Увидимся. – Вот, ма. Простите, Джерри. Куда поставить? – В смотровую. Спасибо. – Простите. Мне неловко спрашивать, но могу я увидеть доктора Данча? Он очень занят. Может быть, я могу помочь вам? Это медицинский вопрос. Мне определённо не стоит в это лезть. Я поговорю с ним. – Спасибо, Джерри. Убедитесь в том, что ваша мама запомнила слова. Не нужно, чтобы её отвлекали свет, камера и съёмки. Конечно. Есть две причины, по которым пациенты обычно обращаются к врачам с болью в спине. Первая связана с периферической нервной системой. Это так называемая радикулопатия. Обычно такая боль возникает из-за сжатия или… – Эй, Крис. – …с дегенеративными изменениями… – Снято. Ладно, сделаем перерыв. Снимем кусок про пациента. Хорошая идея. Твою ж мать. Прости. Выглядишь неплохо. А как чувствуешь себя? Думал, это будет более профессионально. Скажи, что нужно исправить, Крисси, что угодно. Ким этим занимается. Я знаю, что ты занят, но Сара хочет поговорить. Дочь Джэнет. Нашей пациентки. Да, конечно. Я доктор Данч, чем я могу вам помочь? Здравствуйте, доктор Данч. Я заметила кое-что у мамы в шраме. Что-то голубое, как кусок тампона. Так что я взяла пинцет, и… Ничего себе. Не стоило этого делать. Боже мой. Что я натворила? Ничего, это нить из шва. Всё хорошо… но в следующий раз, прежде чем что-то делать, лучше звоните мне, хорошо? – Я звонила несколько раз. – Тишина на площадке. Вы готовы, Дженни? Мне рассказать свою историю? Потому что это не моя. Джэнет, выглядите отлично. Спасибо, что согласились. Ты молодец. Да. Камера. И мотор. Доктор Данч великий человек. Он лучший доктор, к которому вы можете попасть, а если у вас те же проблемы, что были у меня, позвоните ему, потому что он вас вылечит. ДОКТОР СМЕРТЬ 8 СЕРИЯ ФЕВРАЛЬ, 2017 ГОД Ни за что. – Мистер Данч… – Доктор. Не уверена, что вы цените своё положение. – Доктор. – Доктор Данч, не уверена, что вы цените своё положение. Именно. Я не в восторге от этой клетки, в которой сижу, как дворовый пёс, уже полтора года. И я точно не ценю то, что вы говорите мне, что лучшее, что я могу сделать, это не уволить вас и нанять нормальных адвокатов, а попросить отложить слушание. Нам нужен свидетель с вашей стороны. Вызовите меня. Если кто-то попытается описать то, чем и как я занимаюсь, он просто выставит себя придурком. Вот поэтому я и не могу вызвать вас. В вас говорят эмоции. И они не позволяют вам следить за тем, что вы говорите. А вы попробуйте. Вы хирург, зависимый от наркотиков и алкоголя, и поэтому неспособный проводить операции. Предположительно. Ничто из этого… Как пьяный водитель. И это, кстати, есть в вашем деле, мистер Данч. – Доктор. Нет, вы больше не доктор. У вас отобрали лицензию. – Временно. Нет, если это будет зависеть от нас. А что насчёт того письма? В котором вы готовы стать хладнокровным убийцей. Я не думал, что это воспримут буквально… Вы написали это. Значит, вы случайно написали письмо своей любовнице, по совместительству ассистентке, перед тем, как убить или покалечить более 33 пациентов? Это не моя вина! Анестезиологи, медсёстры и грёбаные, жирные пациенты… Увольте меня, но любой, кто окажется на моём месте, скажет вам то же самое. Я просто пытаюсь помочь вам избежать пожизненного заключения. Я не хочу. У вас есть мои показания и записи. Мне больше нечего вам дать. Судья постановил, что вам нужно выступить… Как письма могут быть ненастоящими? Он отправил их мне. Защита имеет право на перекрёстный допрос и воспользуется им. Я думала, что сбежала достаточно далеко. Меня вызывают не из-за писем. Они хотят знать о наших отношениях. Что они будут спрашивать? Если бы это была я, я бы напоминала всем как можно чаще о том, что вы двое состояли в отношениях, чтобы указать на конфликт интересов. То есть выставить себя недостойной доверия шлюхой? Я знаю, что вы хотите оставить это в прошлом, мисс Морган, но других способов нет. Она настроена враждебно. Вам нужны её показания? Да, если мы представим суду письмо. А без письма получится доказать? Мы говорим о создании прецедента, доктор Хендерсон. Никто не делал этого раньше. Так что важна каждая мелочь. Она достаточно пережила. О чём ты говоришь, Боб? Она на операциях была и консультации давала. Она знала, что происходит. По-моему, она недостаточно пережила. А как насчёт обсуждения его компетентности и инвестиций? А то, что он постоянно менял больницы? Мы обвиняем его в причинении вреда пожилым. И доказать это можно, только подчеркнув, что он был компетентен отлично знал, что делает, и всё время был в курсе, что причиняет ей вред. А что насчёт наркотиков? Это помогло бы, но… Прекрасно. Давайте сюда Кейлу Гибсон. Если мисс Гибсон не знала, что он был под веществами в тот день, это не поможет. – Это смешно. – Вовсе нет. Вы попросили меня помочь вам остановить Данча. Нам нужно выбрать. Если он – наша цель, нужно сосредоточиться только на нём. Обвинение, ваш первый свидетель. Дрю Суини. – Джо Падуа. – Гарольд Бреннан. – Эрл Бёрк. – Элейн Джонсон. Генри Олдрич. – Синди Трембле. – Стэн Новак. Расскажите нам о себе. Мне сорок один. Я работаю в бюро судебной экспертизы округа Коллин. Я занимался бассейнами. Моя жена Шелли была учительницей начальных классов. Дороти была моей женой 46 лет. У нас двое детей, девять внуков. Менеджер проектов в коммерческом строительстве. Работаю дальнобойщиком с 1998 года. Двое детей… надеюсь, они сейчас в школе. Я устанавливаю кондиционеры. Какие симптомы у вас были до посещения доктора Данча? – Лёгкая боль в спине. – Боль в пояснице. Мы наряжали ёлку, и Шелли оступилась. – Боль в шее. – Боль в шее и онемевший мизинец. Онемение. Покалывание в пальце. – Боль в спине. Сложно быть матерью, когда не можешь ничего поднять. Сломал позвоночник. ДТП с мотоциклом. Как вы узнали о докторе Данче? – От лечащего врача. – От семейного врача. На сайте «Бэст Докс». Сайт медцентра «Бейлор». У него было пять звёзд. Казалось, он знает, о чём говорит. Он обещал нам, что вылечит её. Это всё, что нам нужно было знать. Высокомерный. Сказал, что он лучший в метроплексе. Итак, день операции. Меня тогда одолели сомнения. Я так понял, что операция продлится пару часов. Она заняла четыре часа. Когда вы очнулись, как вы себя чувствовали? Как в кошмаре. Я очнулась в кошмаре, отовсюду торчали трубки. Зонды для питания, катетеры. Я не мог двигаться, и боль… Мне переливали кровь, и я не знаю, почему. Всё болело. Я страдал. Мне стало хуже. – Не мог двигаться. Жена сказала, что он нашёл опухоль и пришлось прекратить операцию. Оказалось: это была мышца шеи. Каждая кость болела. Я плакал. Я в завязке, поэтому не могу принимать обезболивающие. Она не проснулась. Я пришла домой и просто лежала. Ничего не ела и не пила из-за першения в горле. Помню, что ощущал себя ребёнком. Который на ногах стоять не способен. Первое, что я подумал: «Что он со мной сделал?» Он взглянул на шов и сказал, что всё в порядке. Он всё повторял одно и то же. Постоянно говорил, что проблема не связана с операцией. Я знал, что с ним не всё ладно. Прости, чувак, но ты выглядел обдолбанным. – Протестую. – Принято. Изменилась ли ваша жизнь? Хромота. Недержание мочи, импотенция. Не могу петь. Не то чтобы я хорошо пела, но это – ежедневное напоминание. Она была любовью всей моей жизни. Сложно справиться с разбитым сердцем. Живу одним днём, прямо как после завязки. Не могу играть с детьми, как раньше. Я научился контролировать боль. В основном молитвами и медитацией. Я сижу на каталке, смотрю телик. Куча таблеток, антидепрессанты. Скучаю по ней. Она была… Она была… очень хорошей женщиной. Это всё, что я могу сказать. Назовите свой возраст. 70. Чем вы зарабатывали на жизнь? Я была помощником учителя, затем немного работала в физиотерапии. Какая ирония. Что привело вас к Кристоферу Данчу? Спина болела много лет. Боль распространялась до ступни. Я перепробовала всё. Инъекции глюкокортикостероидов, физиотерапия. Ничего не помогало. До встречи с подсудимым у вас была операция? Да. В 2008 году. Ламинэктомия. Помогло на несколько лет, но длилась это недолго, и мои врачи свели меня с доктором Данчем. Как вы себя чувствовали, когда шли на операцию? Неплохо. Хорошо. Я пришла в больницу счастливая. Думала: «Наконец вылечусь». А как вы себя чувствовали после пробуждения? Мне было больно. Мне было больно, и никто не мог сказать, что со мной не так, пока не пришёл доктор Хендерсон. Он считал, что имплант установлен не в том месте и что-то давит на нерв. Он сказал, что нельзя откладывать мою операцию, и меня поспешили отвезти в операционную. Что было после операции доктора Хендерсона? Боль стала меньше, и я могла… могла немного двигать правой ступнёй, но не левой. Значит, до операции Кристофера Данча вы испытывали боль, но жили полноценной жизнью. А теперь? Я бы хотела вернуться к жизни до встречи с Кристофером Данчем. Представьтесь, пожалуйста, присяжным. Рэндалл Паркер Кёрби. Колледж при университете Райса. Медицинская школа Бейлора. Остался в Бейлоре на пять лет ординатуры по общей хирургии, а также на два года аспирантуры по сосудистой хирургии. Могу практиковать в каждом крупном госпитале Далласа, включая «Бейлор», «Медикал Сити Даллас», педиатрическую «Медикал Сити», Методистскую, медцентр Далласа, Пресвитерианскую, а также около 40 малых госпиталей и амбулаторных хирургических центров здесь, в метроплексе. Я специализируюсь на переднем доступе к позвоночнику. Работаю с большинством нейрохирургов и спинальных хирургов-ортопедов в Далласе. Я открываю грудную и брюшную полости, чтобы они могли исправить все нарушения, которые необходимо исправить, с фронтальной области. Я провожу от двух до четырёх таких операций в день. Пять, а порой и шесть дней в неделю. Оперирую грыжи, жёлчные пузыри, блокады артерий шеи и нижних конечностей, понятно излагаю? Но моя специализация и написанные мной статьи – это передний доступ к позвоночнику. Вызывали ли вас на случай пациента по имени Джо Падуа? Да, он работает в компании, которая занимается уходом за моим бассейном. Меня попросили подойти помочь. Выглядело так, будто остальные заняты. Заняты? Никто не хотел с ним работать. Протестую. Свидетель не может этого знать. Нет, знаю. Принято. Вы знали Данча до операции? Встретил однажды, был у нас разговор. Я мыл руки перед операцией, а он пытался меня убедить, что он лучший спинальный хирург в городе. Меня этот разговор напряг. То есть, конечно, большинство хирургов – первоклассные ребята, некоторые скажут так о вашем покорном слуге, но этот парень – просто новый уровень. Утверждал, что все операции в Далласе проводятся неверно. И что вы наблюдали во время его операции? Передний поясничный спондилодез на уровне L5-S1. Самая простая операция, какую может провести любой хирург. Он же испытывал трудности. То бишь оперировал на уровне ординатора первого или второго года обучения. Вместо того чтобы изъять диск скальпелем, он тянул его кусачками. Хорошо, представьте: вместо ножа для пиццы, чтобы разделить и властвовать над вашей экстра-пепперони, вы накидываетесь на еду с плоскогубцами. Не очень аппетитно, верно? Вам не показалось, что кровопотеря была больше обычного? – Когда он вытаскивал диск, то прихватил и кусок кости с нижней части пятого поясничного позвонка. На жаргоне хирургов, нарушил целостность нижней пластины. Сложно сотворить такое со здоровой костью. То же он вытворил с крестцом. Когда повреждаешь кость, появляется обильное кровотечение. Кровотечение из кости остановить крайне сложно. Такое просто нельзя допускать. А что допускать можно? Кюретаж хряща. Кюретка – это как скребок. Вы соскребаете хрящ, чтобы выполнить спондилодез правильно. Тогда произойдёт заживление кость-к-кости. Когда вы покинули операционную? На полпути. Я был вызван на ранее запланированную операцию. С неохотой. – Почему с неохотой? Он был нейрохирургом. Это была его операция. Я делал свою работу. Сделал всё возможное, чтобы направить его, а затем ушёл. Вернись бы я в прошлое – выволок бы его оттуда. Будет другой такой случай, так и поступлю. – Вопросов больше нет. – Защита. Вы утверждаете, что доктор Данч оперировал на уровне хирургического ординатора первого или второго года обучения. Как долго обычно обучается ординатор нейрохирургии? Шесть лет. Включая стажировку? Или её недостаток. «Или её недостаток». Хорошо сказано. Вопросов больше не имею. Слушание откладывается до завтра. Мы можем обвинить во всём вашу стажировку. У меня была одна из лучших стажировок в мире. Нет, одна из худших. Вы о чём? Скажем, что за вами недосмотрели. Вам сказали, что вы можете выпуститься, но часов стажировки у вас не хватало. Ваши финансовые связи со Скадденом и остальными инвесторами не дали им увидеть ваши… ваши недостатки. – Прекратите. Это должно было быть очевидно всему сообществу медиков Далласа. Вместо этого вас переводили из госпиталя в госпиталь. Вы уничтожаете моё наследие. Наследие? Кристофер, с вами покончено. – Пошла нахер. Нахуй пошла. – Вы уже никогда не будете врачом. Почему вы не возражаете никому из их свидетелей? И как я это сделаю, Крис? Не знаю. Но это же ваша работа, не так ли? Сломайте их. Скажите, что они неправы. – Крис… Заставьте их признать, что всё чушь, что они врали мне и поэтому операции прошли неправильно. – Крис… – Сделайте что-то, защитите меня. Единственный свидетель, единственная защита, какую я могу вам обеспечить сейчас, это апеллировать к вашему нарциссизму. Наш шанс – доказать, что вас нельзя было подпускать к медицине. Помогите мне. Помогите мне, и я попробую вас спасти. Спасибо, что пришли сегодня, мистер Саммерс. Можете рассказать, откуда вы знаете мистера Данча? Мы были одноклассниками. Вместе учились в школе. Разошлись. Стали общаться снова, когда он поступил в медицинский в Мемфисе. Почему вы решились на операцию у мистера Данча? Острая, колющая боль в шее. Онемение. Он предупредил о рисках? Сказал, что это опасно. Обещал обо мне позаботиться. Что вы делали в ночь перед операцией? Смотрел баскетбольный матч. Лёг около десяти вечера. Может, в половине двенадцатого. Что первое вы помните после операции? Я едва мог шевелиться. Начал нервничать, кричать. Хотел понять, что происходит. Пришёл ли Крис поговорить с вами? Не сразу, но позже пришёл. А затем меня повезли на вторую операцию, и когда я пришёл в себя, то не мог двигаться совсем. Вы помните, как в палате интенсивной терапии заявили, что вы и Крис принимали наркотики в ночь перед операцией? Я хотел его видеть. Его не было рядом, и я… был зол. Я выдумал это. Он был моим врачом. Я хотел знать, почему не могу двигаться. Он за меня отвечал. Но не пришёл ко мне. И он был вашим другом? Отметьте в протоколе, что свидетель кивнул. Он был вашим лучшим другом? Отметьте в протоколе, что свидетель кивнул. И он оставил вас? Вопросов больше нет. Я ужасно сожалею о случившемся с вам. Вы с Крисом были в одной футбольной команде? Верно. И у вас были и победы, и поражения? Да. И как Крис вёл себя во время матчей? Он всегда старался выложиться по полной? Да. Вы знали, что он учится по стипендиальной программе под руководством Джеффри Скаддена? Да. Как вы считаете, то, что он делал у доктора Скаддена, было очень важно? Да. В частности, операции под наблюдением Скаддена во время обучения были важны для того, чтобы стать успешным хирургом? Да. Вы когда-нибудь видели, чтобы Крис пренебрегал учебными обязательствами? Пару раз мне так казалось. Можете привести пример? Вы что-то видели или что-то заставило вас так думать? Я помню, что он звонил доктору, доктору Скаддену или кому-то ещё, говорил, что у него есть дела в «ДискДженикс». И, насколько я помню, ему позволяли делать всё, что он хочет. Когда вы узнали, что доктор Скадден или другой врач спокойно отпускал его с занятий ради работы в лаборатории, вам не казалось, что это неправильно? Я никогда не понимал, что происходит, и не знал, что он делал и куда шёл. Так что не знаю. – Понятно. Вы когда-нибудь встречали его однокурсников или других студентов медицинского факультета университета Теннесси и обсуждали с ними сложности обучения в целом или на конкретной программе? Я не помню. Не помните, чтобы кто-то говорил, что он смог закончить обучение только потому, что нравился доктору Скаддену? Я слышал такое… что-то похожее после операции. Помните, кто вам это сказал? Один мой друг, который слышал от другого друга, который сболтнул, что Крис как-то легко прошёл обучение. Они уточнили, что это ему удалось из-за доктора Скаддена или кого-то ещё? – Не знаю. Я не знаю. – Хорошо. Я не знаю. – Вы говорите, что поняли… – Я думаю, дело в том, что у них были общие компании. Что ж, я как раз собиралась вас спросить именно об этом. У них были общие компании. И они их финансировали. Верно. Чтобы он продолжал исследования? Верно. И этим компаниям было важно, чтобы исследования шли успешно. Это верно? Да. Когда Крис переехал сюда, он порвал все связи с доктором Скадденом и «ДискДженикс»? Я не в курсе. Итак, Крис переехал в Даллас и работал в Институте Малоинвазивной Хирургии Позвоночника. Это верно? – Да. И пока он там работал, его пыталась переманить Эми Пил из «Бейлор Плано». Это верно? Она была заинтересована в том, чтобы её клиника была успешной. Всё для себя. Ведь работай он на другую больницу, она не смогла бы получить такую прибыль. Да. Значит… и глава программы, ответственный за его обучение, и одна из самых больших больниц в округе Даллас – Форт-Уорт были финансово заинтересованы в успехе Кристофера Данча. Вроде того. Вопросов больше нет. У обвинения есть. Кристофер хоть раз приходил к вам после операции? После того, как вы вернулись в Мемфис? Он пришёл один раз. О чём вы говорили? О его ребёнке. О его работе. На общие темы. Он спрашивал о вас? О том, что стало с вашей жизнью? Нет. Мисс МакКланг сказала, что ей жаль, что это с вами случилось, а к вашей операции она не имеет отношения. А Кристофер когда-нибудь извинялся? Нет. Последний вопрос, мистер Саммерс. Он сейчас здесь. Вы бы хотели ему что-то сказать? – Протестую. – Принято. Я люблю тебя. Присяжные не будут принимать это во внимание. У обвинения вопросов больше нет. Представьтесь, пожалуйста, присяжным. Майор Кимберли Морган. ВВС США. Вы сейчас находитесь на службе и не можете раскрыть своё местоположение? Так точно. Вопрос безопасности. Вы знакомы с человеком по имени Кристофер Данч? Так точно. Я была управляющей в его клинике и ассистировала на операциях. Можете рассказать нам о подсудимом? О его характере? Заботливый, добрый, он всегда был любезен с пациентами. И был готов их выслушать. Изменилось ли это за то время, когда вы были с ним? После происшествия в феврале 2012 года. Происшествия? Операция Джерри Саммерса. Мистер Саммерс не мог двигать конечностями, с трудом дышал, а затем он рассказал, что в ночь перед операцией они принимали кокаин. Вам приказали сдать тест на наркотики? Мне и доктору Данчу. Я сдала его в тот же день. – А подсудимый? – Позже. Отрицательно, и «Бейлор» восстановила его в должности. Операция Шелли Бреннан была последней, где вы ассистировали? Да. Что вы помните о той операции? Простая операция. Одна ночь в клинике. Это письмо с адреса Duntsch@TNIclinic.net получателю Кимберли Морган. Тема – «Бритва Оккама». «Ким, жаль, что ты не понимаешь, что я строю настоящую империю, я настолько далёк от этого мира, что Земля крошечная, а Солнце светит совсем рядом. Любой, кто близок ко мне, считает, что я нечто среднее между Богом, Эйнштейном и Антихристом… Потому что как иначе я могу делать всё, что хочу, нарушать любые дисциплинарные границы, будто это игра, и никогда не проигрывать? Но несмотря на то, что побеждаю, это происходит недостаточно быстро. Что не так, Ким? Все остальные – просто люди, и я ничего не могу с этим сделать. И я тщательно выбираю своих людей и стараюсь помочь им. Только ты, малышка, стоишь между мной и тёмной стороной. Я готов отбросить любовь, доброту, праведность и терпение, что в себе совмещаю, и стать хладнокровным убийцей. Печально, что я преуспею быстрее, получу больше славы и уважения, если буду трахать мозги другим, контролируя каждого эмоционально и ментально, на грани насилия, не брать пленных, слать всех, кто путается под ногами, а в особенности тех, кто против меня, к чёрту, лишь за то, что они осмелились. Я есть тот, кто я есть, уникальный в своём роде, хладнокровный, мать его, убийца. Я передаю свидетеля, ваша честь. Не думаю, что там, где вы, утро, но с добрым утром. Обвинение слишком большое значение придаёт этому письму, прочитанному только что. Вы знали, что Кристофер любит поэзию? Я об этом узнала позже. Но вы не удивлены его яркому слогу. Ведь он часто посылал подобное, не так ли? – Да. Вы думаете, доктор Данч хладнокровный убийца? Нет. Не секрет, что вы и доктор Данч были в отношениях. Мы знаем, что это включает секс, но была ли и эмоциональная сторона? – В смысле? – Состоя в его окружении и основываясь на том, что вы видели, работая с ним день за днём, деля с ним постель, вы думали, что были близки? Я так думала. Настолько, что вы, вероятно, не позволяли себе увидеть правду? Правду? О его способностях. Я не понимаю. Он был хорошим хирургом? Я не имею нужного для оценки опыта. Вы работали в его офисе и с ним в операционной, и у вас нет профессионального мнения? Нет. После Шелли Бреннан вы работали с Данчем снова? – Нет. – Почему нет? Я больше не хотела оставаться в такой обстановке. Какой именно обстановке? Нездоровой. Вы имеете в виду, в которой пациентов калечат и убивают? – Протестую. – Принято. Всего один вопрос. Если вы верили, что доктор Данч хочет причинить вред пациентам, то обязательно рассказали бы об этом кому-нибудь, не так ли? Да, мэм. Вопросов больше нет. Берегите себя, мисс Морган, где бы вы ни были. Как ваше самочувствие? Если меня спросят про подготовку Данча, не могу обещать, что именно отвечу. Да. Если мы не можем представить дело полностью, всё хорошее и плохое, если не можем выложить всё и выиграть, то мы не должны выигрывать. – Ответьте на звонок. – Мам, перезвони через секунду. Доктор Хендерсон. Если спросят, отвечайте так, как хотите. Спасибо. Да, слушаю. Мы пригласили вас высказать мнение по четырём случаям из практики подсудимого. Какую операцию он порекомендовал Джерри Саммерсу? Передний спондилодез на уровне С3-4 и С4-5. Каким был исход операции Саммерса? Его парализовало. Расскажите об операции. Было обильное кровотечение. – Отсос. – Отсос. Губку. Дайте губку. Сколько миллилитров было потеряно? Типичная потеря составляет примерно от 25 до 200 мл. Мистер Саммерс потерял 1 900 мл. Что привело к такому обильному кровотечению? Повреждение костных структур. Кусачки. Он удалил диск между C3-4 и C4-5, как и должен был сделать, а затем вынул большой фрагмент кости с левой стороны. Около трети тела позвонка. Тем самым он повредил позвоночную артерию Обвиняемый принял решение провести вторую операцию. Какую операцию он провёл? Кусачки. Ламинэктомию – убрать давление в позвоночнике. Но если удалить слишком много кости одновременно спереди и сзади, под угрозой окажется вся структура. А простыми словами? Его голова едва держалась на позвоночнике. Перейдём к Шелли Бреннан. Операция, рекомендованная Данчем, помогла бы при её проблеме? Да. Каков был исход операции миссис Бреннан? Она умерла. Это норма для подобных процедур? Смертность – менее 1 на 10 000. Питуитарные кусачки прошли сквозь переднюю связку и разорвали подвздошные сосуды, находящиеся непосредственно сбоку. – У миссис Бреннан было кровотечение? – Обширное. Кровь должна быть видна в месте операции? Иногда да. Видимо, в том случае этого не было, но они должны были заметить, что кровяное давление снизилось. Должен ли нейрохирург знать, что снижение кровяного давления означает, что где-то есть кровотечение. Это основное правило, но вероятность того, что он сможет решить проблему, невелика. Можно было обратиться за помощью к сосудистому хирургу. Но он этого не сделал. Нет. Дороти Бёрк. Миссис Бёрк ранее был проведён передний спондилодез на уровне C5-6 и C6-7, что устранило симптомы – на время, но у неё начались боли в шее и плечах, не связанные с предыдущей операцией. Доктор Данч диагностировал протрузию диска на уровне C4-5 и экструзию диска на уровне C7-T1. Он снова перерезал позвоночную артерию. Мы много говорили о позвоночной артерии. Во время операций она часто поражается? Исключительно редко. – Сколько раз вы её повреждали? – Никогда. Что случилось с миссис Бёрк после операции? Её сердцебиение участилось. Она не могла открыть глаза. Не могла отвечать на вопросы словесно или жестикулировать. Что это говорит тому, кто работает в сфере медицины? Близится катастрофа. Что должен был сделать доктор Данч как только получил эту информацию? Провести осмотр пациентки. Назначить соответствующие исследования. В итоге их назначил терапевт из реанимации, и результаты показали смерть мозга. Где был мистер Данч? Оперировал Мэделин Бейр. Если бы подсудимый сосредоточился на Дороти Бёрк, а не на Мэделин Бейр, была бы она сейчас жива? Судя по тому, что я знаю о подходе доктора Данча к хирургии, миссис Бёрк была обречена, когда согласилась на операцию. Протестую. Принято. Мэделин Бейр. Миссис Бейр – причина, по которой я пришёл сюда. Я пытался её вылечить. Один из винтов нарушил позвоночный канал, повредив твёрдую мозговую оболочку и нервные корешки. Как понять, что задета твёрдая оболочка? Начинает вытекать спинномозговая жидкость. Я обнаружил следы трёх попыток вставить винт с левой стороны, где его не было. Больше всего меня обеспокоило, что операция была назначена только для удаления диска, а он к нему даже не притронулся. А что он удалил? Большой кусок поясничной мышцы. Он сделал отверстие в этой мышце и вставил туда имплант. Кейдж. Способен ли опытный нейрохирург отличить кость от мышцы? – Да. – Молоток. Должен ли нейрохирург знать, что, неправильно расположив межтеловое приспособление, он может нанести пациентке травму? – Да. – Должен ли опытный нейрохирург знать, что, неправильно расположив педикулярные винты, он может нанести пациентке серьёзную травму? Да. Должен ли опытный нейрохирург знать, что ампутируя нервный корешок, он может нанести пациентке серьёзную травму? – Да. – То, как были использованы хирургические инструменты в случае с Мэделин Бейр, могло, по-вашему, привести к смерти или серьёзной травме? Да. Вопросов больше нет. Доктор Хендерсон, мисс Шугарт неоднократно уточнила, что должен или не должен был сделать опытный нейрохирург. Вы знаете, что у Кристофера есть учёные степени университета Теннесси? – Да. И это не какое-то неизвестное медицинское училище. Не такое, как в Гвадалахаре или Гранаде, верно? Нет, оно находится в Мемфисе. Вы знаете доктора Джеффри Скаддена? У него хорошая репутация? – Знаю, да, хорошая. А за что он отвечал в обучении Кристофера Данча? Когда доктор Данч закончил ординатуру, он перешёл под опеку доктора Скаддена и обучался малоинвазивной спинальной хирургии. Знали ли вы, что доктор Данч проводил сторонние исследования излечения рака и что доктор Скадден в них был вовлечён? Тогда не знал, нет. Может ли врач в любых обстоятельствах жертвовать часами хирургической практики ради исследований? Ни в коем случае. Значит, ординатор нейрохирургии не имеет права их пропускать. Вне зависимости от причины, это должен одобрить куратор. Верно. Должны ли руководители программы подтверждать, что выпускники квалифицированы и готовы к операциям? – Да. Доктор Скадден писал рекомендательное письмо доктору Данчу? Да, он утверждал, что доктор Данч был хорошим хирургом во время обучения. Слышал ли доктор Скадден о том, что произошло в Техасе? Да, потому что он упоминал о плохих исходах в «Бейлор», когда заполнял форму аттестации в Форест Парке. У вас есть предположения, почему он не сообщил больницам, что не стоит нанимать доктора Данча? Доктор Скадден сказал, что ему пришлось писать рекомендации исходя из того, что видел в ходе обучения. Он не мог говорить о том, что было в Техасе. Он не написал ни одной рекомендации для мистера Данча после нашего разговора. Были ли прецеденты, когда на врача подавали в суд за то, что он не написал рекомендацию? Да. Что ж, это пугает, не так ли? Меня – да. Значит, Скадден должен был написать рекомендацию, в противном случае он мог лишиться полномочий? Верно. «Бейлор» ведь не взяла бы первого встречного с улицы заниматься нейрохирургией. – Но я также предполагал, что властям сообщили о результатах его операций. На самом деле никто не сказал никому ничего плохого. Нейрохирургия приносит большой доход. Как вы думаете, на корпоративном уровне больница была больше заинтересована в доходах, чем в защите пациентов? Да. Я считаю, что все были заинтересованы в деньгах и защите самих себя больше, чем в защите пациентов. Спасибо за правду, доктор Хендерсон. Вопросов больше нет. Я хочу кое-что добавить. Продолжим. Вы хотите что-то добавить? Все помнят первое положение клятвы Гиппократа: «Прежде всего, не навреди». Но есть и другие. «Я буду уважать с трудом завоёванные научные достижения врачей, по стопам которых я иду». Он этого не делал. «Я буду применять во благо больного все необходимые меры, избегая ловушки гиперопеки и терапевтического нигилизма». Он этого не делал. «Я не буду стыдиться признаться, что чего-то не знаю, призову и положусь на своих коллег, когда их навыки потребуются для выздоровления пациента». Он этого не делал. Если бы я провёл любую из 33 его операций в подобной манере, я больше не допустил бы себя в операционную. Любую. Никогда. Обвинение рассказало вам обо всех пациентах, о которых могло, но обвинения были выдвинуты только по делу Мэделин Бейр, на нём и сосредоточимся. Обвинение утверждает, что доктор Данч начал операцию Мэделин Бейр не для того, чтобы ей помочь… а чтобы навредить ей. Но улики показывают иное. Улики показывают, что он был не лучшим хирургом. Пытаемся ли мы обвинить больницы? Нет. Пытаемся ли мы обвинить доктора Скаддена? Нет, но обвинение снова и снова спрашивало, что бы сделал опытный хирург? Что нам сказал доктор Хендерсон? Он взял телефон, позвонил Скаддену и сказал: «У нас тут парень, который закончил ваш медицинский факультет вашу стипендиальную программу, перестаньте его рекомендовать». И Скадден ответил: «Да, он прошёл мою программу. Но я не знаю, что делать». Потому что Скадден понял: «Я совершил ошибку, дав ему выпуститься». Джерри Саммерс сказал, его отпускали с операций ради исследований. Наказать доктора Скаддена невозможно. Как и «Бейлор». Как и медицинский центр Далласа, но вы должны знать, чего они не сделали. Они не доложили о нём. Не бросили ему вызов. Не сказали ему, что он плохой хирург, которому стоит найти другую работу. Если вы учитель, и дети у вас никак не могут выучиться, директор скажет вам, что вы не лучший учитель. Если вы механик, и машины, над которыми вы работаете, постоянно ломаются, значит, вы не лучший механик. Если вы пилот и не можете приземлиться, вас больше к этой работе не допускают. А в «Бейлор» сделали наоборот. Ему позволяют уволиться. А потом отправляют письмо в медицинский центр Далласа, который его нанял, а после обнаружил, что за три дня столько же операций прошло неудачно. И что они делают? Ничего. Не докладывают о нём ни в национальный реестр практикующих врачей, ни в медицинский совет Техаса. Этому неопытному, плохо обученному хирургу позволяют работать дальше. Система была с дефектом с самого начала. И я вам, если честно, не завидую. У каждой стороны своё восприятие произошедшего. Но именно вы судите о фактах. Выносите вердикт, опираясь на закон, а не на эмоции, симпатии, либо желание таким образом сделать заявление. Вы должны решить: доказали ли вам, что имело место преступление. То была ошибка. Человеческая ошибка. Ошибка системы. Но не преступление. 25 июля 2012 года Кристофер Данч делает операцию Мэделин Бейр – пожилой пациентке – и калечит её. Он снова и снова вставляет педикулярные винты. Порваны нервы. Сочится спинномозговая жидкость. Мускулы изодраны. Вот что произошло. Но было ли это преднамеренным? Откуда вы знаете, что хотел сделать Данч? Вы изучаете, что было до, во время и после операции. Он лгал про то, что такая боль – норма. «Это что-то новенькое». «Это не я с вами сотворил». «Обычное воспаление, Джерри». «Операция прошла нормально, Мэделин». «Виноваты другие сотрудники». «Ваши жёны умерли, Эрл, Гарольд». Взгляните на них. Посмотрите на лица – на разрушенные им жизни. Мы привели их не для того, чтобы вы приговорили Данча из-за сочувствия. Мы привели их, чтобы вы знали всё, что знал подсудимый. Сколько пациентов нужно, чтобы понять, что твои действия причиняют вред? Один, два, три? Нужно превратить лучшего друга в паралитика? Четвёртый убитый? Пятый? Мне перечислить все 33 случая? Я бы назвала их «трагедиями»… Но это бы значило, что их нельзя было предотвратить. Но то были посягательства. Поговорим ещё раз о Мэделин Бейр. Знаю, вы не сомневаетесь: когда Кристофер Данч вошёл в операционную, он имел основания полагать, что навредит ей. Это стандарт знания. Необязательно знать на 100%. Достаточно иметь основания полагать. Защита намекает на прорехи в обучении. Но Данч учился 17 лет до того, как оперировал миссис Бейр. Университет Теннесси. «Сэммс-Мёрфи». Учреждения, чьи врачи не рискнули бы репутацией, рекомендуя плохо обученного хирурга. Не вините образование. Вините его. Не вините систему. Вините его. Он делал все эти операции. Подносил скальпель к их спинам. И не останавливался. Все эти люди. Если вы цените человеческую жизнь, если вы понимаете, что такое страдание… Вы слышали доктора Хендерсона. Одна провальная операция, всего одна – и он бы больше никогда не вошёл в операционную. Если вы его не остановите, то Кристофер Данч покинет зал суда, покинет этот город, этот штат, возможно, даже страну, и найдёт уголок мира, где ему позволят продолжать вредить людям. Только вы можете сказать ему: «Больше никогда». Они не понимают. Всё, чего я хочу, – это вернуться к исследованиям. Папа, ты должен им сказать. Я больше никогда не буду оперировать. Если мне позволят, я могу принести пользу. Могу помочь. – Прекрати, ладно? Пора прекратить. Когда ты был маленьким, у нас были паркетные полы. Ты был энергичным, всегда активным. И таким сильным. Ты двигал мебель по дому, царапал пол. Никогда не играл с игрушками. Всегда с мебелью. Помнишь, сколько раз я просил тебя остановиться? Но ты продолжал. Ты не остановишься. Может, тюрьма лучшее место для тебя, сынок… Ты говорил не так уныло, как я ожидал. Ты так добр, Рэнди. Наверняка профукал всё дело, но в общем-то неплохо. Мы могли бы сделать больше. Мы должны были сделать больше. Знаешь, а подобное ведь случится вновь… Думаю, мы могли что-то предпринять. Думаю, мы и должны были. Присяжные вернулись. Хорошо. Что ж, у нас было время для парочки кульбитов. Надеюсь. Мы победим? Не знаю. Простите. Вы отлично справились. 20 февраля 2017 года Кристофер Данч был признан виновным в причинении вреда пожилому человеку и приговорён к пожизненному заключению. Он имеет право на досрочное с 20 июля 2045 года, к 74 годам. Мишель Шугарт – начальник судебного отдела в офисе главного прокурора Далласа. Она консультирует медработников, как усилить безопасность для защиты пациентов от вредительства, какое совершал Кристофер Данч. Рэндалл Кёрби продолжает заниматься сосудистой и общей хирургией в Далласе, в то же время ведя активную и громогласную защиту пациентов. Он также продолжает готовиться к своему восхождению на Эверест. Доктор Роберт Хендерсон всё так же практикует нейрохирургию в Далласе. Он является членом Совета по Безопасности Пациентов, состоящего из врачей и адвокатов в сфере здравоохранения, занятых усилением безопасности пациентов в госпиталях. Национальный Банк Данных практикующих врачей был создан для защиты пациентов, регистрируя случаи взяток и рапорта о негативных действиях работников здравоохранения. Данная информация доступна только лицензированным советам штатов, госпиталям и другим органам здравоохранения. Согласно исследованию организации по защите прав потребителей, к концу 2019 года насчитывалось более 8 600 врачей, совершивших более пяти выплат за халатность. Три четверти из них никоим образом не были наказаны. 1 из 10 пациентов пострадал при оказании медпомощи. Половина этих случаев предотвратима. После рака и сердечно-сосудистых заболеваний врачебные ошибки являются основными причинами смертей в США. В среднем от десятков тысяч до 440 000 смертей ежегодно. В 2014 году Департамент Здравоохранения штата Техас обязал Региональный медцентр «Бейлор» выплатить 100 000 долларов за недонесение сведений об операциях Данча медицинскому совету Техаса. Годом позднее Департамент отклонил требование штрафа без объяснения. Был подписан договор о неразглашении. Медцентр «Бейлор» утверждает, что следует закону, установленному после работы Кристофера Данча. Улучшились контроль и оценка врачей, получение отчётов от госпиталей и связи с ними. Но уже поздно для тех, кого покалечил и убил Данч, пока оперировал в медцентре и других учреждениях Далласа. ЗАКЛЮЧЁННЫЙ То, что произошло, случится вновь.
////////////////////////////
|
||
|
|
|