«Дача» — советский художественный полнометражный цветной фильм,
снятый Константином Воиновым на киностудии «Мосфильм» в 1973 году.
Премьера состоялась 18 июня 1973 года.
Все фразы и цитаты
ДАЧА
- Стойте, стойте!
Стойте, остановитесь.
Остановитесь здесь, пожалуйста.
Я сейчас.
Я быстро.
Ну зачем ты взял вещи?
Жди меня здесь.
- Я пока позвоню.
- Хорошо.
- Спасибо.
- Пропустите, пожалуйста, меня.
- А почему я,
собственно, должен вас пропускать?
- Понимаете, я тороплюсь,
нас ждет машина.
- Хотите совет?
Ходите пешком, не будете торопится.
- Вы меня не так поняли.
- А как?
- Мы с таким трудом достали машину,
и шофер не соглашается долго
ждать, а мы едем за город.
Мы дачу купили.
- Здрасьте.
- Здрасьте.
- Купили наконец?
- Да.
- Гражданин, пропустите гражданку.
- Всё берете?
- Да, конечно, мы должны сейчас заплатить
деньги.
Вы знаете, нам так повезло и не дорого.
4 тысячи.
Это такое счастье.
Я думала нам еще копить
и копить.
И вдруг такие хорошие люди попались.
Совершенно замечательные.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Такая большая сумма, а
у меня только десятки.
- Не важно, вы знаете, мы дачу купили.
- Купили дачу?
- На дачу накопила...
Знаем, как они
копят!
- Не стыдно вам, гражданин?
Вы знаете, она сколько времени копила?
Ваше счастье, что Таня вкладывала,
я бы вам ее карточку показала.
- Во.
Я возьму лишние
деньги.
Заверну.
На.
Ой, что это за вид?
Откуда ты выкопал этот старый пиджак?
И галстук.
А рукава!
Ой, Егор, у нас дача
своя.
Егор, на троллейбусе
доедешь до
конца.
И пересядешь на автобус,
сойдешь на 3-й остановке.
Понял? Извинись за свой вид.
- Хорошо.
- И приезжай скорее.
- Хорошо.
- Скорее приезжай.
- Хорошо.
- Они, наверно, передумали.
Лена,
неужели они передумали, а?
Мы ведь не много просим.
Нам еле-еле хватит.
Ну что ж? Неужели это тебя не касается?
Поразительно, честное слово.
- В чем дело, Юрочка?
Ты ведь уже обо всем договорился.
- О чем нам разговаривать?
- Разговаривать о том, что вместо этой идиотской дачи
у нас с тобой будет
свой собственный автомобиль.
Я сажусь в автомобиль и едем
куда захотим, понимаешь ты?
Я думаю: нашей девочке 4 года, а
что она видела в своей жизни?
Через 3 года пойдет в школу.
И всё.
И жизнь кончена.
Пойдет в школу,
так и не увидев прекрасного
мира,
который окружает нас.
- Юрочка, ну почему ты нервничаешь?
- Продавай дачу и покупай
машину.
- Ну я то хочу, чтобы ты сопереживала.
- А я
сопереживаю.
- Не сопереживаешь.
- Люся, Люсенька.
Ты где? Доча.
На балконе спряталась.
Сейчас.
Доця.
Доченька, что это у тебя?
Покажи папе, покажи.
Дай мне сейчас же,
дай сюда сейчас же!
Вот.
Она хотела сбросить с
балкона мою диссертацию.
- Здрасьте, здрасьте,
а где ваша милая жена?
- Мы случайно поймали машину,
жена с вещами поехала на дачу.
- Ага.
- Моя любимая, маленькая доча моя.
- Так что, что вы будете пить?
Коньячок или
водочку?
- Спасибо,
я не пью.
- Ах, вот как! А может быть
сигареты?
- Спасибо и не курю.
- Лена!
- Леночка.
- Вы разрешите мне позвонить?
- Ради Бога, звоните.
Так что же будем пить?
Чай или кофе?
- Спасибо, всё равно.
- Не такого напитка "всё равно".
Значит, кофе. Лена, кофе.
- Любовь Петровна?
- Да.
- Будьте добры, дайте
трубку Василию Василичу.
- Сегодня же суббота.
- Я понимаю, что суббота, мне
очень нужно, это Петров.
Из механического.
- Позвоните по прямому.
- Простите, я не знаю его прямого телефона.
- 151.
- Секундочку,
я запишу сейчас.
- Василий Василич.
Вам
звонит Петров из механического.
- Алло, Петров?
Ну что у тебя?
- Здрасьте, Василий Василич.
Там в проекте по реконструкции
конвейера на 6-й странице
опечатка.
Не 8 минут экономии,
а 12. Я только сегодня
заметил, вы учтите.
- Учту, учту.
- А когда к вам зайти?
- Когда ко мне зайти?
- Василий Василич, он со
вчерашнего дня в отпуске.
- Ты, говорят, в отпуске?
- Да.
- В понедельник зайди
в кузнечный,
у них что-то там не ладное с расчетами.
Помоги.
- И потом ко мне.
- Хорошо, зайду.
- Ну, будь.
- Всего хорошего.
- Не умеет отдыхать Петров.
Молодец.
- Ненормальный.
- Будь моя воля,
я бы только такими
ненормальными как Петров
укомплектовывал штаты.
Давайте работать.
Когда ж еще работать
как не у выходные дни.
Их два подряд.
Нормальные в эти дни наверняка не помешают,
а ненормальных,
к сожалению,
не так уж много.
- Опасный спуск.
- Да что вы?
- И здесь
все ездят.
Здесь гораздо ближе
чем по шоссе.
Я вам сейчас покажу.
Здесь совершенно безопасно.
Ну,
заводите машину, заводите.
Я вам заплачу, ну.
Езжайте за мной, за мной, за мной.
- Вот она, вот она.
Вот она, стойте.
Остановитесь.
- Это душ.
- Боже, вы подумайте, какая прелесть, а?
- Поживее, нас
правительство ждет.
В темпе, милая, в темпе.
- Сейчас.
- Какой здесь воздух удивительный, правда?
- Точно, чистый.
- Минуточку.
- Я хочу на участке посадить липы.
- Ну, что.
Можно и липы.
- А может лучше вязы?
- Можно и вязы, только
вязы долго растут.
- 50 лет.
- Ничего, ничего.
Мы теперь проживем 100 лет.
Вы чувствуете
какой здесь воздух, да?
Вдыхайте, вдыхайте.
- Ну, липу мы вам
сделаем.
Привезем из питомника,
а вот вязов там нету.
Есть елки.
- Елки?
- Совершенно замечательно.
У забора мы посадим елки.
- Можно елки.
- А вот
здесь можно посадить
пионы.
- Можно и пионы.
Только лучше огурцы.
- Да?
- Соленые.
- Точно, солененькие огурчики.
- Эх ты,
пьянчуга.
- Чего пьянчуга, я же про закуску говорил.
- А рамы у вас есть?
Я хочу...
- Есть у нас рамы.
- Есть.
- Я хочу...
вот...
вот это всё
вырезать
и вставить в раму.
И у нас тут будет балкон.
- Можно и балкон.
- Ой!
Если бы вы знали, какой отсюда
вид...
Совершенно
замечательный.
Да.
А кирпич
для камина вы можете достать?
- Камин дрова жрет.
Вам лучше печка.
Нам на стройку завезли.
- Точно.
- Ну вот,
крышу разберем, печку
поставим.
- Сколько?
Стоит.
- Три бумаги.
- Ой!
Так дорого?
- Ну знаете, импортная печка, полимитом
расписанная.
Эй ты, кончай музыку заводить!
Меньше нельзя - государственная ценность.
- Значит, жена ваша уже там?
Прекрасно, сейчас
вы приедете, мебель расставлена, она
вас ждет. Когда рядом с тобой
человек, который сопереживает все твои
мысли и чаяния - это
ого-го!
У мужчины в жизни два серьезных выбора:
жена и машина.
Работа.
Работа и жена.
Что требуется от жены?
Чтобы она была с тобой
единым целым,
как две части одного и того же плода.
Если ты, к примеру,
половинка яблока,
так она должна быть половинкой яблока.
Яблока, а не груши или там, понимаете,
ананаса.
- А если муж
сегодня половинка яблока,
завтра половинка помидора,
а послезавтра еще чего-нибудь?
То как быть?
- Как быть...
Вот вы человек посторонний,
будьте беспристрастны.
Я хочу купить машину.
Приятель продает машину,
дал мне доверенность,
я уже неделю вожу, я научился,
редчайший случай. Ну не для себя - для
тебя хочу купить машину, понимаешь ты?
- То же самое ты говорил,
когда строил дачу.
- Сравнила дачу.
Дача - это тьфу! А машина
это...
Ну...
- Да покупай, пожалуйста, машину.
А если я не тот плод,
который тебе нужен,
то это очень просто исправить...
- Лена, ты тот плод, тот.
- Папа!
А я какой плод?
- Золотой.
Золотой мой плод.
Доча.
Золотой
мой плод.
- Простите, пожалуйста,
я принес деньги.
- Дядя деньги
нам принес.
Дядя
денежки
принес.
Деньги...
Ах да, деньги.
Я сейчас напишу вам расписку.
И всё.
Так, расписка...
Что с ним?
- Наверное передумал.
Что же ты удивляешься?
- Ты же сам сказал, что дача
тьфу.
- Вы что передумали?
- Что вы! Видите ли я деньги...
- Забыли?
Ничего, я тоже однажды
дочку забыл в электричке.
Ничего, это случается.
Ничего страшного, вы знаете, послезавтра
я буду в правлении садово-дачных участков.
Перед этим заеду за вами
и вы мне отдадите деньги, ничего страшного.
Прошу прощения, простите ей Богу.
Ничего, не волнуйтесь,
я заеду за вами.
На "жигулях".
Ну?
Ты что, думаешь он передумал?
Он просто деньги забыл.
Понятно?
Дочь,
помнишь как папа забыл тебя
в электричке?
Лена,
подстриги меня, пожалуйста.
- Какой прекрасный романс,
правда? Скажите, это радио или пластинка?
Вы не бойтесь, они не укусят.
- Нет, я спрашиваю - это радио или пластинка?
- Они не вылетают.
- А, понятно.
- Они еще не работают...
- Здравствуйте!
- Ой, простите, здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Нет, прическа мне у ней не нравится.
Пудельков
много, а хвост
- маленький.
- Да что ты всё о
прическах думаешь?
Накрутют...
Шаньонов...
Разных...
- Здрасьте,
у меня из моих волос,
это импортный, он весь блестит.
- А мне вообще нравится
когда на лице и на голове ничего нет.
- А у меня чего намазано?
- Я...
за водичкой за свежей сбегаю.
- Сиди.
Сиди здесь.
И как вам у нас нравится?
- Совершенно замечательно.
- А за сколько вы дачу купили?
- Четыре тысячи.
- Это по-божески.
Если правда.
- Честное слово.
Мы шесть лет деньги копили.
Муж на дом всякую работу брал.
А я на машинке стучала,
прямо все пальцы отбила.
- Ой!
- Ну, теперь отдохнете.
Это я по себе знаю.
- Бывает, поссоришься,
разругаешься, разнервничаешься...
Понимаете.
Пойдешь в лес,
прогуляешься,
а потом схватишь лопату
и на участок.
И всё как рукой
сняло.
О!
Подруга художника.
Они дачу
в конце вашей улицы
снимают.
Походка-то какая.
- Нет,
прическа мне у ней не нравится.
- Нет, почему?
- Мило.
- Чего мило?
Волос много,
а лица нету.
Здравствуйте!
- Квас!
- Квас привезли!
- Гражданин?
- Ой, благодарю вас.
- Ну, ну, ну.
- Прошу вас.
- Благодарю вас.
Что вы де...
Оставьте меня.
Оставьте меня в покое.
- Загляните на одну минуточку.
- Меня жена ждет.
- Одну минуточку.
- Я совершенно не могу, нет времени...
- Одну минутку...
- Проходите, проходите.
- Спасибо!
Чай с самовара -
совершенно другой чай.
- А я...
- Я говорю, чай из самовара -
совершенно другой чай.
Чай из самовара совершенно другой.
- Да я не понимаю...
- Пожалуйста, можно вас попросить сделать
музыку потише, а то мы ничего не слышим.
- Вы не бойтесь, они не могут укусить.
- Да нет, музыку потише.
- Простите, вы поймите, пчелы
не кусаются, они не могут...
- Ничего не слышно...
- Чай из самовара - совсем другой чай.
Чай из самовара...
- Она говорит, чай из
самовара совсем другой чай.
- Пахнет дымом.
- Пахнет дымом.
- Дымом пахнет.
- Совершенно замечательно.
- Одуванчик лекарственный.
Или обыкновенный.
Tar?xacum officin?le.
Иначе,
попова плешь или подонница.
В научной медицине используются
только корни одуванчика
и то лишь при возбуждении аппетита.
Надо же, а.
В народной же медицине
используются и корни, и листья
при катаракте,
при лечении легочных болезней,
при болезнях печени.
Печень не болит?
У меня есть отличная настойка.
Из одуванчика.
Сам я к сожалению здоров
как бык.
Отпуск у меня.
Книжку-то я по дороге купил.
Представляете,
кругом столько болезней,
жена-то у меня
в командировке.
Детей на дачу калачами не заманишь.
Один как сыч.
О, а вот, кстати,
и наш дурман.
Вот то, что вы пьете.
Несколько дурманящий.
Ну отсюда и название дурман,
но успокаивающее средство.
Применяется строго ограничено, поскольку
растение очень ядовито.
Минуточку.
Это больше не пить.
А выпьем мы с вами вот что.
Выпьем мы с вами...
Неужели у вас ничего не болит, а?
Не может быть.
Я ведь вас когда увидел - ахнул!
В гроб краше кладут!
- У меня несчастье.
Я деньги потерял.
Ехал за дачу отдавать
и потерял.
Не то в автобусе, не то
в троллейбусе.
А может и вытащили.
- Так ничего и не помните?
- Нет.
- А говорите совершенно здоров.
- Вот что мы с вами выпьем.
Мята перечная.
Способствует улучшению
работы желудочно-кишечного
тракта.
Но особенно полезна
при нервах. Выпейте на дорожку.
И совершенно безвредная.
Пейте.
Вот так всегда.
Добро приходится делать насильно.
Но, но, но.
Ничего, ничего.
Ничего.
Она на спирту.
Спирт выветрится и...
трава начнет действовать.
- Десять часов.
Неужели десять часов?
Да, десять часов.
- Да не нервничайте вы так.
Поберегите себя.
Вон по телевизору передавали -
все болезни от нервов.
Может у него какое хобби.
Вот он и задержался.
- Что?
- Хобби - это занятие такое, вместо работы.
- А, хобби. У моего мужа нет никакого хобби.
- Не может быть.
У всякого мужчины есть.
Но лучше, если явное.
А то бывает тайное.
По телевизору показывали один фильм,
такой мужчина симпатичный
из этой старинной жизни.
Жену любил, детей,
а хобби было к цыганам ездить.
А еще хобби - тайная
женщина легкого поведения.
- О-о...
Сомневаюсь.
Чтобы современный мужчина мог
тайно кого-нибудь
содержать.
- Нет, содержать он конечно
не может.
А так, чтоб она его
содержала - это сколько хотите.
- А вот мой Егор
даже не курит.
- Выпивает?
- Вот и нет.
- Значит в сторону приглядывается.
У мужчины есть три стороны.
Явная,
средняя и тайная.
Явная - это курево, средняя - это
выпивка и тайная...
Сами понимаете.
- Ну что вы, бывают и ангелы.
- Ваш что ли?
Скажите, ему голую фигуру
рисовать надо?
Но тощую, извините, он
с вас нарисует.
Полную с кого?
Выходит,
он другую женщину позовет?
- Ну конечно.
- Вы вроде это поощряете.
- Ну как же, это работа - он художник.
Творчество...
- Подворот-поворот будет
творчество.
- Если он найдет другую, я сама уйду.
- Уйдете.
Это только в кинофильмах показывают:
живая женщина
мучиться будет,
а никуда не уйдет.
Постарею,
побелею.
Как земля зимой...
- Ой!
- Среднее у него хобби.
- Разрешите я вам помогу.
- Нет, нет, что вы.
Я сама могу.
- Да что вы, что вы.
Вы пока посидите, сядьте.
Вы простите, пожалуйста,
что мы вот так
по-дачному.
Как спалось на новом месте?
Муж спит?
Вы извините, пожалуйста, но моя
жена,
Марья Михайловна, докладывала
мне, что ваш муж...
- Ах, вы муж Марьи Михайловны?
- Да, да, да.
- Очень приятно.
- Да.
Значит утро сегодня
замечательное, просто...
- Вы знаете, мне так
неловко перед вашей женой.
Понимаете,
мой муж отдал деньги
за дачу.
- Обмыли значит?
- Ну и что, дело житейское.
- Да что вы!
Он никогда не пил.
В рот не брал.
- Правильно!
Так всегда и говорите.
Настоящая жена
первым делом друг
своему мужу.
Зачем
лишние разговоры?
Проснется он,
муторно ему будет.
Мы с вами давайте так сделаем.
Я возьму его с собой
на речку.
Пробежимся с ним,
поплаваем.
Он и отойдет.
Всё обойдется.
Всё будет
окей.
- Что случилось?
- Торф привезли, чернозем!
- Стоит появиться
новой юбке
и он тут как тут,
побежал.
- Да что у тебя, Маша,
мысли какие-то.
Ну должен же
человек помогать человеку.
Или мы уж совсем
снежные люди, что ли?
Я с ним побегать хочу.
- Побегай.
Олимпиец.
А она пускай ко мне идет,
чайку попьем.
Чего спит?
- А может не будить его?
Жалко.
- Тут жалость как на войне - губительна.
А вы пока идите к моей Марии Михайловне.
Чайку попейте.
- Хорошо.
- А, минуточку.
- Здравствуйте!
Будем знакомы.
Вас Егор Тимофеевич зовут?
Это мы знаем.
А меня Александр Васильевич.
Как Суворова.
А ну бегом, быстрей давай, быстрей.
Бегом, бегом.
- Вообще
полезны любые ягоды.
Овощи, фрукты.
Всё зависит от
кожи.
- Бегает.
- Ну как, полегчало?
Бег трусцой - это
лучшее средство от всего.
Ты что, как больной, Егор Тимофеевич?
Ты извини,
что я с тобой так попросту.
По-товарищески,
прямо на ты.
Мне ты сразу понравился.
Ты учти,
если начальство говорит
"ты",
значит оно тебя ценит.
А если на "вы" перешло -
тут пиши по-собственному желанию.
- У меня, Александр
Васильевич, беда большая.
Несчастье.
Я не знаю как жене сказать.
- А что?
- Я деньги потерял.
- Казенные?
- Свои.
- Беда большая.
Несчастье.
Да ты, Егор Тимофеевич,
видно в жизни
настоящего то несчастья и не видел.
Ты глядишь вокруг себя.
Ты посмотри,
что в мире делается!
А цунами?
Ты знаешь, что такое цунами?
Это волна 30 метров.
Как бухнет -
города смывает.
Вот это несчастье так несчастье.
А у тебя что?
У тебя просто
неприятность.
Это я понимаю,
а ты - несчастье...
Жене боится сказать...
Да ты что.
Смешно просто.
А ты представь себе бедствие.
Которое касается не только тебя,
а...
Даже страшно сказать...
Так что и тогда будешь
от жены скрывать что ли?
Что ты,
дорогой мой...
- Здравствуйте!
Как вы себя чувствуете?
Вы не узнали меня?
Я вчера была вечером у
вас, когда вы приехали.
- Вы?
Извините меня, я вчера...
- Ну что вы, такие пустяки.
Вы знаете, мой муж
продал картину.
А это у нас не часто случается.
Давайте сейчас захватим вашу милую жену
и все вместе позавтракаем, м-м?
- Не надо жену.
- Почему?
Вы знаете, мы очень любим гостей.
К сожалению, не всегда
приходится их принять так как хочется.
- А за сколько ваш муж продал
картину?
- За миллион.
Всем почему-то кажется,
что художники гребут деньги
лопатой, такой вздор.
- Степаныч, ну где ты пропадаешь?
Ну умираю - есть хочу.
Ну, честно.
- Я хочу писать человека,
еще раз человека.
Вы слышали
о Франце Хайсе?
- Нет.
- Франц никогда не писал ни ангелов, ни
распятие, он никогда не писал
обнаженных сладостных и
животных
женщин. Он писал портреты.
Одни только портреты.
Степаныч,
дай нам чего-нибудь поесть.
Степаныч!
Ты слышишь меня?
Кстати, о женщинах.
Если мы действительно хотим овладеть нашим
искусством, мы не должны
растрачивать свои
мужские силы на женщин.
Не спорьте со мной, старик.
Мы должны быть либо
монахами, либо солдатами.
Еще великий Де ла Круа говорил:
"Я нашел живопись
когда у меня не было ни зубов,
ни дыхания.
Помните - целомудрие
укрепляет художника."
Итак, о Франце Хальсе.
Он писал солдат,
собрание офицеров.
Писал бюргеров в семейном кругу.
Он писал пьяниц, детей,
лихих кутил.
Он писал оборванных музыкантов,
торговку рыбой.
Подумайте,
вся республика при помощи
одного только портретного
искусства. Что ты здесь потеряла, ну?
- Стопку, ты мне что-то растирал.
- А что такое Рембрандт?
Абсолютно то же самое.
Степаныч,
потише, пожалуйста,
Посмотри какие у него трагические глаза.
- У него несчастье - он
большие деньги потерял.
- Прекрасно!
- Ну что ты говоришь?
- Я хочу писать эти трагические глаза.
- Да не сюда.
Быстрее.
- Вперед!
- Федя!
Федя!
Ты с ума сошел, как-нибудь потом.
- Что потом? Потом у него
не будет таких трагических
глаз. Потом...
Степаныч, если бы ты видел какой там фон.
Желтое поле,
веселые дачки и
трагические глаза, это прекрасно!
- О, ваш идет?
А мой олимпиец
небось уже дома.
- Всё какой-то мятой пахнет.
- Мой вам совет -
будьте с ним поласковее.
По телевизору
выступал один педагог.
Он сказал: "Главное -
не фиксировать внимание ребенка
на проступке".
Пойдите с ним в лес, попойте.
Погуляйте,
поиграйте.
Мужчины ведь те же дети.
- Я ехала домой.
Душа была полна...
Ку-ку.
Я ехала домой... Душа была полна...
Я ехала домой...
- Егор!
Ура!
Вперед!
- В атаку!
- Ура!
- Пленного сюда.
- А теперь опусти руки.
Так.
Закрой глаза.
Ты отдыхаешь, да?
Ой, галстук давит.
Так, ну,
тебе хорошо?
Ты поспи, а я
посижу, попою тебе.
Так.
Так...
Егор, послушай какое эхо!
Я ехала домой...
Вот садовые участки!
Где дача Павла и Ксюши.
Дуже гарный домик.
А наша дачка лучше.
Правда?
Егор!
Ты куда?
Егор!
Егор, куда ты?
- Я скоро вернусь, у меня
к Павлу дело.
- Та я же крутыла, не надо.
Я открутила.
Ну шо вы там ходите?
Шо вы заглядаете?
Ой, Егор, я ж тэбэ й не узнала.
Егор, ты нас так обрадовал.
Сейчас я... Тут Павлик душ
принимал, та нияк воду не може открутыты.
Як ваша дача?
Як ваша дачка?
Мы так ждали.
Проходь у хату, я сейчас.
- Паша, у меня к тебе
просьба большая.
Аня решила купить дачу.
- Слышал, поздравляю.
У этих баб прямо какая-то
страсть
к приобретательству.
- Мы деньги копили,
отказывали себе во всем необходимом.
- В самом необходимом?
А что самое главное
необходимое для человека?
Если ты сыт, здоров
и есть крыша над головой,
с голоду не погибали?
Давай суть.
- Я деньги потерял.
- Казенные?
- Нет, свои.
- А чего же ты беспокоишься?
Твои деньги - ты их и потерял.
Тебя же за это не посадят.
- Деньги-то были на дачу.
- Обойдетесь без дачи.
Я 15 лет в коммунальной квартире жил и живу
до сих пор.
- Аня то про потерю ничего не знает.
- Аня никогда
ничего не знает.
Они думают, что
деньги на деревьях растут.
- Паша...
- Что?
Одолжи сколько можешь.
Выручи.
- Так бы сразу и сказал.
- Пшеница - самый долговечный материал.
В пирамидах фараонов
нашли зерна пшеницы,
которым по 5 тысяч лет.
Как свеженькая.
Бороду видишь?
Лев Толстой.
Хочу всех ребят
с нашего цеха
на зернах
выгравировать.
Начал с легкого - с классика.
Легче сходство -
борода, усы,
бакенбарды.
Четырнадцать портретов.
Готово.
Погоди,
потом поглядишь.
Для тебя здорово,
а для меня целое лето
каторжный труд.
Сидишь
накалываешь,
черный ворон
спину ломит.
Душу сводит.
Глаза слепнут.
Вот в этом, Егор,
а не в деньгах
и не в дачах
смысл человеческого
существования.
Ксюша тебя покормит,
а я пойду,
я теперь должен спать
по 12 часов.
Восемь ночью
и четыре днем.
Иначе пальцы трясутся.
Представляешь, Егор
через тысячу лет
найдут
эти зерна...
Как ты думаешь,
а себя меня как
выгравировать?
С бородой или бритым?
- Вы что это кур разводите?
- Нэ куры,
каждое утро три свежайших
яйца ему подавай.
Шо вин з нымы робэ я нэ знаю.
Я нэ знаю, грунтуе свои зэрна.
Мабуть голодный з дороги?
Ну цэ всэ з нашого огороду.
Оцэ сама копаю-копаю, я тоби борща
дам, такий хороший борщ зварыла.
Егор,
ты ж бачив,
ото бороду отпустыв, на роботу нэ ходэ,
на 3 мисяци взяв отпуск за свий счет.
Кажу, Павэл, ты ж такий велыкий
талант.
Опомнись!
Ни в какую!
Каже, я вас всих
для истории буду выгравировать.
А воны кажуть, як на пенсию пидеш,
так тоди нас и для
истории будэш гравируваты.
Ты ж мабуть нэ бачив моих хлопчыкив?
Вони так вытянулысь,
таки сталы хорошеньки.
Я тоби зараз покажу их,
Ой.
Ось воны.
Ты дывысь який Сирьоженька.
Дывы як смиеться, яки
зубки хорошеньки.
Цэ ж на цилых тры мисяци
в пионерский лагерь.
Шо ж мы цю дачу строили, шоб
диты булы дэсь, а мы тут?..
Воны
ж моглы по травци бигаты...
Так и ця дача нам не нужна.
Потому шо каже, шо вони тут шумлять,
шумлять...
Мишають, мишають...
То даже Коля до нас нэ ходыть.
Вин жэ собаку купыв.
Так собака громко гавкае,
роздражае його.
- А разве дача Николая здесь?
- Канешно, тут уси наши заводские.
Вот смотри, там дом с балконом видишь?
Это Николая дача.
А вот там правее еще домик.
Своей собаке хоромы отгрохав.
Егорушка,
придумай что-нибудь.
Ну, помоги нам.
Як бы его, чертягу, переломить, а?
Ешь.
- Киш.
- Егор, да що ты наробыв?
Ты ж двери забув закрыты. Куры всэ зэрно
поклювалы, ты подывысь на Павлика.
На його печаль.
Та вин жэ цилэ
лито робыв. Руки-ноги
болять, у нього вся спына
ломэ. Да що ж тэпэр робыты? Павлик!
Павлик, киш!
Киш!
Осторожно!
Полэтила, да що ж цэ такэ?
Заганяй!
Тихэнько.
Павлик, да куда ж ты пишов?
- Хорош?
А?
Иконостас.
Нам бы с тобой такой.
- Дай лапу.
- Лапу?
Лапу.
Дай ему лапу. Да мы этого делать
не умеем, да и не должны.
Что мы? Дворняги?
Вот медали получать, это его дело.
Поедешь со мной на выставку, - поразишься.
Обиделся.
Отдыхать пошел.
Молодец.
Придумаем что-нибудь.
Ане не сказал? Хорошо.
Аня мечтала о даче,
дача есть, живите.
Обмозгуем после выставки.
Да.
Уникальная псина.
Не понравилось.
Сердится.
До чего умен.
В голове не укладывается.
Вот посмотришь как он
себя будет на выставке
вести.
Другие рвут поводки.
Нервничают.
Хвостиками виляют, повизгивают.
Каждый хочет медаль получить.
Этот ни одного лишнего
движения.
Поступь медленный, чуть в развалку,
как-будто бы он не перед комиссией
идет по кругу,
медаль получать,
а так просто - прогуливается.
Ну, волноваться ему нечего,
у него анкета ого-го,
и ничего не может случиться.
Пора ехать.
А вот попробуй не дай ему медали.
ПОмрет.
С тоски. У собак знаешь
какое честолюбие.
- Вызывается французская болонка Микинелла.
Владелец Попова. Оценка - отлична и
большая золотая медаль.
Вызывается
афенпичер Степка, владелец Медведев.
Оценка -
очень хорошо, и балы - золотая медаль.
Французский бульдог,
Фигаро. Владелец Зубало. Оценка - отлично,
и большая золотая медаль.
- Пойдем.
- Шотландский терьер Чаби,
владелец Костюк.
Оценка - отлично, и большая золотая медаль.
- Видал, как устроился?
Отдыхают.
Правильно делают, молодцы.
Что за удовольствие
смотреть как другие
медали получают?
Слушай, побудь с ним.
Я сбегаю куплю ему что-нибудь перекусить.
Я быстро.
Небось проголодался?
Проголодался.
Да, ты не бойся, он не кусается.
Он забыл как это делается.
- Ну, что?
Мяч хочешь?
Ко мне.
Ко мне, ко мне.
Тебе наверно, тяжело.
Давай-ка я сниму твои медали.
Ты не бойся, никуда они не денутся.
Пошли. Гулять.
Гулять.
Кошка.
Стой, куда?
Назад, назад!
- Дождик собирается,
портится погода.
Снова можно будет спокойно поработать.
Никто не потащит на прогулку эту проклятую.
О!
Скоро переезд,
у каждого машина.
Средств на путепровода у них нет.
А с выхлопными газами воздух
миллионы летят.
Сколько машино-часов
на ветер!
Экономисты.
Ты куда едешь?
- Мы ведь дачу купили.
- Да, то-то ты такой скучный.
Но, ничего.
Скоро осени конец,
конец этому дачному аду.
Да, смотрел твой проект.
Ну что ж,
будем делать.
Посоветуемся и...
Что тебе нужно?
- Мне нужны деньги.
- Сколько?
- 4 тысячи.
- Сколько?
- Ну, хотя бы 2.
- Ты что ошалел? Соображаешь, что говоришь?
Я тебе скажу сколько нужно.
Не меньше 450 тысяч.
А иначе нет смысла затевать.
- Нет, вы не поняли, мне лично нужно.
- А лично по пятницам, с 9 до 4.
- Заводи.
- Есть, заводи.
- Влево, влево, давай.
- Есть, влево давай.
- На меня.
- Аня.
- Аня.
- Егор.
- Посмотри какую нам печку
привезли.
- Правее, правее.
- Есть правее, правее.
- Егор, посмотри какую нам печку привезли.
- Совершенно замечательную.
- Правее.
- Есть еще правее.
- На меня. Ко мне.
Ко мне, ближе, ближе.
- Вольна.
- Вольна говорю.
- На меня.
- Давай, давай.
Хорошо,
нормально.
- Есть, хорошо.
- Давай.
- Нормально.
- Нормально.
- Всё нормально.
- Тихо.
- Толя, давай.
- Тихо.
- Аня.
- Аня!
Аня!
- Аня.
Аня.
- Егор.
Егор, я жива.
Я даже не ударилась.
Это совершенно замечательно.
Успокойся.
- Ну, успокойся, всё хорошо.
Ну, всё же замечательно.
- Саня, сердце
за них обливается.
Ну надо было им в эту печку
засовывать.
- Ты бы сняла шиньон-то.
- Саня, а ты мне его завтра прицепишь?
Беда у людей.
- Да, да, да.
Беда это не то слово.
Тут я тебе скажу такое будет!..
- А что еще будет, Саня?
- Тюрьма тут будет, вот что.
- Тюрьма?
- Она самая.
Он ведь деньги-то
тю-тю,
потерял, говорит.
- Какие деньги?
- Которые пошел за дачу
платить и тю-тю.
- Вот тебе и ой.
- Куда ты?
- Погоди ты.
- Да что ж это с тобой?
- Спи.
И как им теперь?
- А не надо легкомысленничать.
Захотели дачу иметь,
так сначала уплатите,
оформите, а потом въезжайте.
И владейте.
Вот приедет хозяин за деньгами,
ни денег, ни дачи.
Значит - суд!
Поглядеть бы каков он будет
при этом.
Вот чудак, ей Богу.
Он еще этой ничего не сказал.
- Ну.
- А мог бы сказать, она так мечтала.
О даче.
- Это любовь.
- Какая любовь?
- Такая!
Любит ее.
Жалеет и волнуется
о ней.
- Лучше бы деньги не терял.
- Ты-то не потеряешь.
- Я-то конечно не потеряю.
- Ну хоть бы раз что-нибудь
такое сделал, чтобы я
любовь твою увидала.
- Здрасьте, приехали.
Может мне сейчас побежать деньги терять?
- Нигде мне нет счастья.
- Это когда они есть.
А когда их нет,
другой разговор.
- Ты хоть бы раз посмотрел на меня
как другие на своих смотрят.
Как этот художник,
на свою Степаныч.
- Так она ж ему не жена.
- Что ты, Маша?
Маша, ну подожди.
- Пусти!
- Ну, что ты, Маша?
- Пусти, не жена.
Ты высказался.
- Ты! Не жена, конечно.
- Маша, ну куда ты?
- Она никому не нужна.
Нет.
- Маша,
хочешь я тебе то платье куплю?
Которые мы с тобой в магазине видели?
На станции.
- Из синтетики?
Я в ней трещу.
- Нет.
Декольте.
- Горе ты мое.
- Степаныч,
ты посмотри какой цвет.
Только слепцы
не видят
красного цвета.
Куинджи стал музеем.
Ерунда.
Это грация.
Степаныч, ты слышишь меня?
- У меня есть имя.
- Ты что?
Чем-нибудь не довольна?
Разве я могу быть чем-то не довольна?
Я просто говорю, у меня есть имя.
- Эх.
Может мне тебя называть
птичкой?
- А я хочу чтобы меня звали птичкой.
Я хочу банальности, я хочу ординарности.
Вера, это пошло.
А дети?
Это тоже банально.
Неужели тебя привлекает
роль домашней курицы?
Ты для меня Беатриче, черт побери!
- А я не хочу быть Беатриче!
Я хочу быть курицей.
Я хочу нести яйца.
- Что ты говоришь?
Леночка.
Нам еще рано нести яйца.
Только интересная работа.
Ну надо же закончить картину.
- А когда будет время, тогда будет поздно.
А мне уже 30.
И ты хочешь писать людей.
К тебе приходит человек
за помощью.
С горем, а ты
в нем видишь только натурщика.
Тебе, видите ли, понравились
его трагические глаза.
Эгоист.
- Это я эгоист?
Я, которому
каждый мазок кисти
стоит куска сердца.
Нет.
Художник страдает за мольбертом.
А за ним стоит вот такой
равнодушный болван.
Которому безразличны
эти страдания.
Нет, ты не сподвижница,
ты их нигде не пропускаешь.
Отнюдь.
- Да, я их нигде не пропускаю.
Отнюдь.
- Че я здесь сижу?
На даче словно
деньги утеряны.
Степаныч.
Им надо помочь.
У нас же есть деньги,
одолжим им.
- Ну ты же хотел год спокойно
поработать над картиной.
И ни о чем не думать.
- Я суеверный, ты знаешь.
Если мы им не поможем,
с картины грошей не будет.
Мы ж с тобой никогда
в жизни никому не помогали.
Нам никто никогда не был должен.
Всегда мы кому-нибудь.
И разве нам было плохо,
когда мы
сидели без копейки?
- О, в этом смысле нам с
тобой всегда было хорошо.
- А тебе не кажется, что мы с тобой
все слишком
хорошие.
- Есть малость.
- А это не опасно?
В этом, я бы сказал
несколько суровом мире.
- Ничуть.
- Степаныч, я обязательно
решу этот дьявольский вопрос.
О желтом цвете.
Я украшу свою мастерскую
полдюжиной картин в этих тонах.
Представляешь? Море желтого цвета
и желтого солнца.
И заключу это всё
в оранжевые.
Талантливый я мужик.
- Егор Тимофеевич,
вот мы с здесь с Мариной
посоветовались.
И решили вам помочь.
Много мы дать не можем.
А 300 рублей дать можем.
- Нет, вы не беспокойтесь.
- Тихо, тихо. Сидите, сидите.
Вот вы опять неверно мыслите.
Вы же сами подумайте, как
же нам не беспокоиться,
когда с нашими соседями беда случилась.
Вы что ж думаете?
Что людям друг до друга,
так сказать, до лампочки?!
- Не пошел бы я с вами в разведку.
Сидите, сидите.
Сядьте!
Маша,
иди.
Иди.
Иди.
Егор Тимофеевич,
вы на мои слова внимания не обращайте.
Я не те слова говорю,
не те.
Понимаете меня?
Думаю одно,
говорю другое.
И сам понимаю,
а остановится не могу.
Вот и
с юмором у меня тоже ведь беда.
Вот когда я с Машей смотрю телевизор,
она смеется,
а мне не смешно.
Вы понимаете? Не смешно!
Егор Тимофеевич,
берите деньги.
Берите, я ведь от души
даю.
Берите.
Это ведь я только с виду такой суровый.
А вообще-то я добрый.
Смотри, не потеряй!
- Нет, это совершенно замечательно,
это совершенно замечательно.
Неужели вы поверили?
Вот вы даете.
Надо же, поверили.
Егор,
Егор.
Ты подумай,
они прилетели чтоб подготовить меня,
они поверили, что ты потерял деньги.
Разве ты мог мне это не сказать?
Мог?
Я не слышу.
Я не слышу!
- Ну, что ты волнуешься?
Ну конечно он не мог,
потому-что редкая женщина.
Вот я убежденный холостяк.
Но если б мне приспичило
женится, я бы
хотел такую жену как ты.
- Коля, ну что ж такое?
Ты ж мне недавно такие же слова говорил.
- А я это всем женщинам говорю.
Вам же это нравится.
- Конечно, нравится.
- Вот за это я вас и
не люблю.
Сладкая,
конфетная любовь вам нужна.
А настоящую мужскую любовь
суровую,
горькую,
вы не цените.
- Поехали.
- Сейчас, сейчас.
- А ты с курами специально построил,
чтоб Павлушка очухался,
правильно.
Молодец. Поступок
друга.
Беда, коль
пироги начнет печь
пирожник,
а сапоги тачать
сапожник.
То есть наоборот, конечно.
Коль пироги начнет
тачать сапожник,
а эти как его
сапоги печь
пирожник.
А нас можешь поздравить,
получили медаль,
первой степени, - золотую.
- Ну, здорово.
- Ну, какой там здорово,
он как на выставке собаки
покусали.
- Ой, сердце прямо так и
упало.
Я прям так
ух на колени!
Кажу, Павлик,
дорогой,
да я ж тэбэ так люблю, так люблю.
Так от всех кур перерублю,
так я ж их переберу
и все портреты твои достану.
А вин ни в какую.
Повэрнувся и всэ.
Ой, Аня.
А утром встал,
и пишов на роботу.
Така радисть, така радисть.
Вин жэ тры мисяци нэ ходыв на роботу.
Кажэ тут гроши, возьми,
и отдай, каже, Егору.
Бо вин просыв, я обрадувалася,
схопыла корзинку.
Туды положыла усих курей,
чтоб ему мэнэ напомыналы.
Там така зозуляста курочка есть,
вона таки яйця нэсэ свижи,
будеш Егора кормити.
Проклята броня, Николай без неи нэ вэзэ.
Господи,
да я ж забула гроши тоби виддаты, Анечка,
вот 300 рублей. У нас бильше нэмае.
До свидания.
- Ксюша.
- Да я бегу, бегу.
Господи, сатана яка, ну нияк
не могу привыкнуть. До свидания, Егорушка.
Коля,
если вона мэнэ укусэ,
так и знай! Анечка, до свиданьицэ.
- Нет, это в голове не укладывается.
За что?
За что?
Ничего не сказать
родной жене.
Я должна была лгать,
выкручиваться,
играть что всё знаю.
Они ж это все видели.
Какой позор!
Какой позор!
- Никакого позора, они ничего не видели.
Ты прекрасно лгала и
играла.
Скрывал я.
Ради тебя.
- Ради меня?
Ради меня?
Нет, он скрывал
ради меня.
Ты что думал?
Что я умру?
Если узнаю, да?
- Ты так мечтала об этой даче.
- Кто? Я?
Я мечтала об этой даче?
Да если ты хочешь знать,
я всё это затеяла
для тебя.
Чтоб ты мог работать,
думать,
да чтоб никто не мешал.
Пока тебе дадут лабораторию.
Вот.
Вот твоя лаборатория.
- А тебе было тяжело?
- Когда мне было тяжело?
Когда печатала твои технические каракули,
в которых вы сами не разбираетесь?
Или когда я
сидела
возле чертежей
твоего директора.
И что?
Ты решил, что дача для
меня как тот свет в окне?
Да гори эта дача медным огнем!
Ты не любишь меня.
- Люблю.
- Как можно меня любить,
возможно ли любить,
ведь я хороша только в праздники.
Пришла беда -
со мной даже нельзя поделиться.
От меня даже не взять что ли
помощи?
- А я любил тебя.
- Когда человек
любит,
он прежде всего
идет к тому, кого любит.
Это в радости можно бегать
по друзьям и знакомым.
А в горе,
а в горе...
Подогрей себе воды.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Вы что дачу перестраиваете?
Советую с балконом.
У меня есть очень хорошие мастера.
- Спасибо, у нас свои
мастера.
- Нюхай.
- Я нюхаю.
- Да, нет, не нюхаешь!
Нюхай!
Просто поразительно, честное слово.
Во всем один, и здесь один.
- Лена.
Лена! Леночка!
Лена!
Леночка!
Лена!
- Пойди сюда.
Ты посмотри
какие у них счастливые глаза.
Я должен писать эти
счастливые глаза.
Сейчас я сбегаю за холстом.
- Да, подожди ты, потом.
- Когда потом?
Потом у нее не будет таких счастливых глаз.
Потом.
Деньги дай.
- Что с тобой?
Вспомнил.
Я звонил по телефону,
искал карандаш.
Выбрал деньги и положил их
на холодильник.
- Доча!