Дневник директора школы (1978 год). Цитаты и фразы из фильма

«Дневник директора школы» — советский чёрно-белый художественный фильм по пьесе Анатолия Гребнева «Рассказ от первого лица. Дневник директора школы».

Все фразы и цитаты

- Благодарю вас. -До свидания.
- До свидания.
Слушай, срочная. Из Улан-Батора:
"Нам останется вечно дорог
этот круг молодых ребят,
старость нас не застанет в сорок,
чуть покажется в пятьдесят".
- Пашкевич?
- Точно.
- А ты что, уже начал?
- Я жду. Сижу и жду.
- Сейчас начнем.
- Ну давай, давай.
- Ты же видишь, у меня ремонт.
- Я вижу.
Ребята, срочная телеграмма
из Улан-Батора, от Пашкевича.
- "Нам останется вечно дорог... "
- А где у тебя соль?
В шкафчике должна быть.
- Нормальный нож есть в этом доме?
- Что значит нормальный? -Острый.
- Не разбей. -Фамильный сервиз,
что ли? -Да, конечно.
Давай, давай скорее.
- Так ты у нас уже доктор?
- У вас - да.
"К вопросу о влиянии щитовидной
железы
на нарушение обмена веществ у лиц
пожилого возраста".
Стоит появиться в компании, у
кого-нибудь язва или радикулит.
А с тобой все, наверное,
про воспитание детей?
- Нет, про это все знают.
- Думаешь, про медицину не знают?
Слушай, а вот тут у меня что?
Вот в этом месте. Тут у нас
что, селезенка?
Это у кого как.
Да нет, кроме шуток.
- Понимаешь, вот стоит
вздохнуть... -Да?
- Ну, вот я вздохнул...
- Раздевайся. -Что?
Раздевайся.
- А вообще-то ты как?
- Да ничего, нормально.
- Что новенького?
- Вот директором назначили.
Хорошо. Директором школы хорошо.
- На, режь.
- Угу.
Отбивался как мог.
Прости, но я не верю, когда мне
человек говорит, что отбивался.
Отбивался и не отбился. Значит,
не сильно отбивался.
- Не сильно.
- Дай-ка нож. -На.
Ребята, я хочу выпить за то
прекрасное время,
когда ни у кого из нас не было
телефонов.
У меня и сейчас нет.
И можно было выбежать во двор,
чтобы поговорить друг с другом
и крикнуть: "Борька!" И Борькина
мама высовывалась
и отвечала, что Борька у Женьки
или у Павлика.
- За это давайте мы и выпьем.
- Подожди.
Человек только начал,
а ты его перебиваешь.
- Тостами замучает.
- А ты послушай.
Вот мы собираемся с вами один раз
в год в этот день, к сожалению.
А мне представляется, что мы
с вами люди очень интересного,
я бы сказал, уникального
поколения.
Люди затянувшейся молодости.
- Какой-какой?
- Затянувшейся.
- За это давайте и выпьем.
- Давайте.
А вообще... странно все-таки,
что из нас что-то получилось.
Даже из меня.
А ты молчи. Ты вообще был
отличником.
- Я был отличником? -Конечно.
- В жизни не был отличником.
- В первом-то был? -Только в
первом классе.
Я вообще всегда боялся учителей.
- Здравствуй, Коломкаров.
- Здравствуйте.
- А что это такое у тебя?
- Джинсы.
Знаете, Борис Николаевич,
школьные брюки уже того...
Потом, хочется немного
разнообразия.
Если завтра в них придешь,
отправлю домой. Хорошо?
Здравствуйте, Борис Николаевич.
- Мне бы надо с вами поговорить.
- Хорошо.
Дядя Саша! Извините, у меня там
ключ в пионерской застрял.
- Вы посмотрите, а потом зайдите
ко мне. -Хорошо.
Помогите, пожалуйста.
Борис Николаевич, познакомьтесь,
пожалуйста: Татьяна Георгиевна.
Учительница английского языка.
- Вы работали в школе?
- Проходила практику.
Проходили практику? Так,
хорошо...
Как вы считаете, на что бы вы
лично делали упор:
на активное или на пассивное
владение языком?
Ну, это что считать пассивным.
У нас, видите ли, тут полная
путаница в понятиях.
Ежели человек не владеет
разговорной речью,
но читает и понимает текст,
это, видите ли, пассивное знание
языка.
А если он может произнести
"хау ду ю ду", это активное.
Извините, пожалуйста. Борис
Николаевич,
вы не забыли, что у нас сегодня
Клуб интересных встреч?
- Мы берем эту новую учительницу?
- Да.
Я сказала, чтобы она оделась
поскромнее,
или вместо того чтобы ее слушать,
будут смотреть, как она одета.
Раскольников решает убить
и ограбить старуху-процентщицу,
чтобы потом на эти деньги
получить образование,
быть всю жизнь честным человеком
и приносить пользу обществу.
Согласно его теории, все люди
делятся на два класса:
люди, которым позволено все,
то есть наполеоны,
и люди-вши, задача которых -
производить себе подобных.
Наташа, а как тебе показалось?
Сам Достоевский как относится
к своему герою?
Осуждает.
Осуждает. Ты уверена, да?
А вот мне кажется, что он ему
сочувствует.
Да, сочувствует.
Садись, Наташа.
Отметки не ставлю, получишь ее в
следующий раз.
Прочитай "Преступление
и наказание" еще раз.
Потом мы с тобой поговорим.
Ну-ка поднимите руки, кто из вас
не читал роман?
- Читал или не читал?
- Не читал.
- Все читали? И все любят
Достоевского? -Все.
Смотрите, как интересно.
А я, например, знаю людей,
которые, как Наташа,
довольно холодно относились, да и
относятся к этому писателю.
Например, Чехов Антон Павлович.
Хорошо, говорит, но уж очень
длинно и нескромно,
много претензий.
А в 1835 году, при жизни Пушкина,
один молодой критик в пух и прах
разругал "Повести Белкина".
Он считал, что это закат Пушкина.
"Осень, осень, холодная,
дождливая". Так и написал.
А это был Виссарион Белинский.
Я говорю это вам потому,
что искусство по-разному
воспринимается
в разные эпохи, разными людьми.
И не надо стесняться,
если твое мнение идет вразрез
общепринятому.
- Инна Сергеевна, вы ко мне?
- Да, с Постниковым.
Ко мне в кабинет пройдите.
Борис Николаевич, мне надо с вами
поговорить о зарплате.
Погорим, Александр Акимыч.
Обязательно.
Неля! Олег Палыч пускай ко мне
в кабинет зайдет.
- Хорошо, сейчас.
- Обязательно поговорим.
Портит весь класс, ни минуты
покоя.
То ложится, то встает.
А вчера на уроке зоологии
пол-урока просидел под партой.
Прозвище у него есть: Ну, погоди.
Что, Ну, погоди, не боишься, что
исключим тебя из школы?
Ты что, язык проглотил? Отвечай,
когда тебя спрашивают.
Исключайте.
Куда же ты пойдешь? На улицу,
воровать?
Почему воровать? Пойду на завод
работать.
На завод, работать? Ну что ты,
деточка.
Кому ты нужен там такой?
Сейчас на заводе первым долгом
спрашивают образование:
физику, математику. А ты как
думал?
Вот что, Постников. Двойки надо
исправлять.
Давай с тобой так договоримся:
ты сам подготовишься, назначишь
день,
а я поговорю с учителями, хорошо?
- Борис Николаевич, вы меня
вызывали? -Да, Олег Палыч.
- Ты свободен.
- Вы оптимист.
Да, я оптимист.
Иди вперед.
Инна Сергеевна! На минутку,
будьте любезны.
Присядьте. Я по поводу
Постникова.
А что Постников?
Мальчик озлоблен, вам не кажется?
- Да.
- Он озлоблен на вас.
Кстати, не говорите никогда, что
на заводе не обойтись без физики.
- Почему?
- Потому что это неправда.
А они это знают.
Полюбуйтесь, Борис Николаич!
Их отпустили с физкультуры, чтобы
на час поэзии пошли,
а они решили, что могут идти куда
захотят.
- Водянский!
- Да, Валентина Федоровна?
Вам что, не объявляли, что сейчас
Клуб интересных встреч?
Каких? Нет, никто ничего
не объявлял.
- А разве должны были объявить?
- Не паясничай.
- Кольцов, как не стыдно?
- А он освобожден.
- От чего это он освобожден?
- От физкультуры.
Весь цвет класса. Остальные
отсиживаются в туалете.
- Ну, марш все в актовый зал.
- А мне можно не идти? -Почему?
А мне не нравится этот поэт.
Я читал его стихи.
- Что, все так и читал?
- А зачем мне все?
Ну, какая наглость! Он будет
выставлять оценки.
Это нужно прежде всего вам.
Делается для вас. Не для меня,
не для Бориса Николаевича.
Ну не любит стихов, ну не любит.
Нет, почему же, я как раз люблю
стихи.
Просто у нас с вами разные вкусы.
Я что-то не так сказал? Извините.
- Я никого не хотел обидеть.
- Себя обидел.
- Мне можно идти?
- Можно.
Пошли, ребята. Пошли.
Знакомьтесь, пожалуйста:
наш директор, Борис Николаевич
Свешников.
Очень приятно.
Вы в Литературном институте
не учились?
- Учился.
- После войны?
- После войны.
- Так мы знакомы.
- Ну я-то вас знаю.
- И я вас.
- Извините.
- Пожалуйста.
- Вы цветы купили?
- Да, гладиолусы. -Хорошо.
- Так вы, значит, учите молодое
поколение? -Да, учу.
Я вас оставлю. С удовольствием
послушаю вас из зала.
Что же мне им прочесть? Может,
из ранних стихов что-нибудь?
Можно из ранних.
- А может, из последней книги?
- Можно и из последней.
Открывается очередное заседание
Клуба интересных встреч.
"В человеке все должно быть
прекрасно",- сказал Чехов.
Несомненно, это относится
и к любви к поэзии.
Ведь поэзия, как сказал
Маяковский, это езда в незнаемое.
Совершим же это увлекательнейшее
путешествие
вместе с нашим уважаемым гостем.
Несколько слов о себе.
Как поэт я начинался в школе.
Это была прекрасная, беззаботная
пора.
Первое свидание, первые стихи.
Затем я служил в армии,
работал в геологических
экспедициях на Севере,
работал на новостройках Сибири.
И стихи всегда были моими верными
и добрыми спутниками.
Ну и так всю жизнь.
- О психологии шахматного
творчества? Крогиус? -Да.
- Увлекаешься шахматами?
- Так, временами.
- У тебя разряд?
- Второй.
- Но это так, дальше мне не
светит. -Почему?
Тут сложный вопрос. Это особый
характер мышления.
Ты имеешь в виду расчет
вариантов, да?
Даже не расчет.
У машины в этом смысле почти
неограниченные возможности.
10 в 43-й степени положений,
а человек ее обыгрывает.
Дело, видимо, в композиционном
мышлении,
которого, скажем, нет у женщин.
Ты, я вижу, скептически
относишься к женщинам?
Да нет, почему?
Игорь, тебе надо извиниться перед
Валентиной Федоровной.
Хорошо.
Ты вел себя вчера не лучшим
образом.
Как ты понимаешь, дело
не в стихах.
Я понимаю.
Дело в принципе: как относиться
к словам.
Если слово серьезное и за ним
что-то стоит,
тогда, пожалуй, не стоит
извиняться.
А если это колебание воздуха,
как сейчас многие считают,
тогда, может, имеет смысл.
Я подумаю.
Варга, молодец. Водянский, друг
мой!
"Юный" пишешь через два "н".
"Зеленый" - опять два.
"Бессмысленный" - где у нас два
"с"?
Ты пишешь и там, и тут.
На всякий случай, что ли?
А мы как классики, Борис
Николаич.
- Какие классики?
- А которые писали с ошибками.
Помните, вы нам рассказывали?
Много лишнего рассказывал.
И вы еще не классики.
И потом, не все классики держали
экзамены в институты.
А вам многим придется.
Не завидую тем, которые пишут
"юный" через два "н".
- А у него блат.
- Не понял. -Блат.
- Я не знаю такого слова.
- А есть в словаре: знакомство.
"Знакомство", есть такое,
прекрасное русское слово.
Бог в помощь, как говорится. Хотя
я бы не очень на это надеялся.
А кто из вас умеет писать письма?
Я вас не случайно об этом
спрашиваю.
Я хочу, чтобы вы научились...
научились писать, владели слогом.
Попробуйте писать письма так,
как их писали
в век, когда не было телефона.
- Милостивый государь?
- Совершенно верно.
И почитайте когда-нибудь рядовую
переписку прошлого столетия.
Я уж не говорю о письмах Пушкина,
Тургенева, Толстого.
Мы сейчас, к сожалению, теряем
эту культуру.
В следующий раз вместо сочинения
будете писать письма.
И, кстати говоря, знаете,
переписка, она ведь...
не только дисциплинирует мысль,
она и создает определенные
взаимоотношения между людьми.
Например, приучает к вежливости.
Товарищи, у Надежды Николаевны
день рождения.
Прошу сдавать деньги на подарок.
Собирать буду на следующей
перемене.
Генрих Григорьевич, не забудьте.
Так. Шах и мат просто?
- Борис Николаич!
- Да?
Сегодня после шестого урока в
девятом "Б" классный час.
- Я просила бы вас быть.
- Буду обязательно.
- Ну, Генрих Григорьевич, тут...
- Да.
Ваш учитель физики заявляет, что
моя дочь не желает учиться.
И с таких, как она, чуть ли не
деньги надо брать за образование.
Так заставьте ее учиться, если
она не желает.
- Карпушина?
- Да.
Знаете, в 10-м классе уже поздно
заставлять человека заниматься.
Но это же не разговор. Есть закон
о всеобщем образовании!
Да, но закон для всех.
И для учащихся, и для учителей,
и для родителей.
Раз она не хочет заниматься,
так заберите ее из школы.
Пускай идет работать, в этом
ничего страшного нет.
- Ну, это не разговор.
- Почему не разговор?
В таком случае я буду говорить в
другом месте, товарищ директор.
Ну что же, это ваше право.
До свидания.
- Всего доброго.
- До свидания.
- Как это вы не будете?
- Не буду, и все.
Я не собираюсь сидеть с каким-то
бездельником после уроков.
Еще с тупицей куда ни шло.
- Надо будет, и посидите.
- Нет уж, спасибо.
- А как мы сидим?
- Это ваше дело.
Я вообще считаю, что это подарок
для человека,
когда его бесплатно учат
иностранному языку.
У Олега Палыча свое, оригинальное
отношение к воспитанию.
Говорят, вы их воспитываете при
помощи тумаков.
Зачем? Я их палкой.
Между прочим, Олег Палыч,
то, что ваши ученики бегают за
вами, это ничего не значит.
Вы думаете, так трудно завоевать
любовь?
Нет, мы знаем такие примеры.
Только это любовь за чужой счет.
Возьмите, пожалуйста.
За счет учителей, которые с ними
построже.
Да мы их совсем уже замучили
нашей строгостью.
Вы ошибаетесь, поверьте мне.
Вот поговорите с Генрихом
Григорьевичем.
Какая там строгость, о чем вы
толкуете?
Да у нас сплошной либерализм
с некоторых пор.
Кругом гении, спросить не с кого.
В 9 классе, а он уже сам себе
Белинский.
А прически? Олег Палыч, вас
особенно попрошу:
у вас в классе форменное
безобразие.
Товарищи, это же школа.
Не высшее учебное заведение,
не лицей.
А школа, десятилетка.
Еще есть такое мнение,
Что счастье - это горение.
Поиск, мечта и работа
И дерзкие крылья взлета.
А счастье, по-моему, просто
Бывает разного роста:
От кочки и до Казбека,
В зависимости от человека.
Хорошо.
Я считаю, что Игорь бывает
в отдельных случаях не прав.
Ну-ну, в чем не прав?
Неправильно относится
к товарищам.
- К кому неправильно, к тебе?
- При чем тут я?
В его поведении за последнее
время проявляется зазнайство
по отношению ко всему классу.
- Например?
Например, когда мы делали
стенгазету, попросили его помочь.
Он в прошлом году рисовал,
а в этом отказался.
Это для него, мол, пустая трата
времени.
- Не говорил.
- Говорил.
- У тебя с памятью что-то.
- У тебя с памятью!
- Говорил, говорил.
- Встань, Кольцов.
Как это характерно для тебя:
делить людей на две разные
категории.
Одни, значит, плебеи, другие
- элита.
Одним важны интересы школы,
стенгазета
и прочие презренные обязанности,
а ты можешь посматривать на все
это
с высоты своего интеллекта
иронически.
Ну, в общем, это не так далеко
от истины.
Я лично ценю интеллект, то есть,
попросту говоря, умных людей,
а их, к сожалению, меньшинство.
- И ты подсчитывал?
- Зачем? Это известно.
Интересно, к кому же ты себя
причисляешь?
Вы знаете, к умным, как ни
странно.
Но, как ни странно, умные были
скромными.
- Не всегда.
- Ты перегибаешь палку.
- А при чем здесь палка? -Вот ты
говоришь: умный, умный.
Вот: "Они не ведают, что дружно
можно жить
С киферой, с портиком, и с
книгой, и с бокалом,
Что ум высокий можно скрыть
Безумной шалостью под легким
покрывалом".
- Кто это написал? -Валентина
Федоровна, из-за чего сыр-бор?
Неужели из-за какого-то
несчастного поэта,
творения которого износятся
раньше, чем его кожаный пиджак?
Игорь, я думаю, тебе нужно
прислушаться к критике.
Мне не понравилась история
с поэтом.
Причем не сам факт, что ты ушел,
а то, что ты своим уходом
обидел Валентину Федоровну.
А товарищи твои слушали поэта
с удовольствием.
Думаю, вы ошибаетесь.
В частности, насчет товарищей.
Вы ведь не знаете, что они думают
на самом деле.
Они вам этого не скажут
и не напишут в сочинениях.
Ты такого мнения о своих
товарищах?
- Ты кого имеешь в виду?
- Да хотя бы тебя.
Правильно!
- Тихо!
Мне кажется, в твоем поведении
есть моменты,
которые неприятны тебе самому.
Я думаю, мы прекратим этот
разговор.
Да нет, почему же, Борис
Николаевич.
Пусть он скажет, что думает, это
даже интересно.
Замолчи, Водянский!
А ты, Поплавская, не вмешивайся.
Ты в этом вопросе человек
необъективный.
Киселева, ты нетактична.
Ну вот и поговорили.
Все свободны.
Ничего, ничего. Надо сбить с него
эту спесь.
Это не спесь, это гордость.
Зачем ее сбивать?
- Сережа, собираешься заниматься
сегодня? -Нет.
У тебя же зачеты.
Ты будешь ходить?
Мне это не нравится. Переходи,
пожалуйста.
Что это за игра, если один
пользуется рассеянностью другого?
- Не будь рассеянным.
- Да, но это жестоко.
- Спорт вообще жестокая вещь.
- Не кури прямо в лицо.
Мама, открой, пожалуйста,
форточку.
Да.
- Что, это она?
- Конечно. А что тебя удивляет?
Нет, меня ничего не удивляет.
Ты с ним играешь в шахматы,
а ему надо заниматься.
- Одну партию нельзя сыграть?
- Пожалуйста.
- Ты будешь играть?
- Нет, пожалуйста.
Ну что, собираешься куда-нибудь?
- Пока нет.
- Что значит "пока"?
Тебе давно пора постричься,
ты знаешь?
- Прямо сейчас?
- Да, прямо сейчас.
Мне пойти в парикмахерскую, или,
может, мы доиграем?
Пойти в парикмахерскую.
Причем это не пренебрежение
к своей внешности.
Пренебрежение - пожалуйста,
Эйнштейн забывал побриться.
А это у вас повышенное внимание.
Это у вас повышенное внимание.
Ну что, доиграете партию
в комнате?
Да, доиграем в комнате. Возьми.
Почему ты перестал получать
стипендию?
Буду получать со следующего
семестра.
Я понимаю, вас волнует вопрос
денег.
Я говорил матери, что могу
разгружать вагоны,
как некоторые студенты.
- Она сама была против.
- А как она могла быть за?
Вообще по такому поводу не
советуются с матерью.
Ты прав.
- О чем спор?
- Об отметках, конечно.
Папа придает им большое значение.
Он учился на пятерки, это сыграло
важную роль в его жизни.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Ничего.
А ты, наверное, забыл, что делал
отец в твои годы, Сережа?
Он с 16 лет был на фронте.
У него напечатаны два рассказа
в журнале "Звезда".
А потом родился ты. Да, он пошел
работать:
нам надо было снимать комнату,
и отец пошел в школу.
Я увидел в ней свое призвание и
не жалею об этом.
- Ты читал письма его учеников?
- Он читал.
- Ладно, я пошел. -Куда?
- В парикмахерскую.
Конспекты не забудь.
Нитью незримою,
нитью незримою наши любимые...
Борь, с ним что-то происходит.
Я устаю от вашего молчания.
Ты молчишь, он молчит.
Я на работе разговариваю.
Товарищи, товарищи...
Душевной вашей теплотой
Наш каждый день согрет.
Вы излучаете земной
И материнский свет.
И в душах всех учеников,
В сердцах своих коллег
Вы остаетесь молодой.
Пенсионеркой? Нет!
Дорогие мои друзья, я благодарю
вас за внимание, за дружбу.
Не в том беда, что множатся года,
Что волосы от времени белей.
Ты стариком становишься тогда,
Когда ты остаешься без друзей.
- Будьте здоровы! -Самого лучшего.
- Спасибо.
- Здрасте! -Инночка, пожалуйста,
проходите.
Поздравляю вас, Надежда
Николаевна!
- Спасибо. Кто же вам открыл?
- Ваши соседи.
Я даже не знала, что у вас тут
собираются,
то есть знала, что-то готовится,
но что именно, я не знала.
- Вот, пожалуйста.
- Ой, спасибо.
Торт "Ленинградский" по дороге
купила, думаю, зайду на огонек.
Ну, честное слово, я ничего
не знала.
Как мила и непосредственна Инна
Сергеевна, не правда ли?
Олег Палыч, вы забыли о своих
обязанностях.
Товарищи! Я хочу преподнести
нашей почтенной Надежде
Николаевне маленький сюрприз.
- Инна Сергеевна, прошу.
- Кто, я? Да что вы!
Подари мне платок,
Голубой лоскуток,
И чтоб был по краям
Золотой завиток.
Не в сундук положу,
На груди повяжу,
И что ты подарил,
Никому не скажу.
- Ты не спишь?
- Нет.
- Ну как, хорошо посидели?
- Хорошо.
Что ж так рано разошлись?
Устали все, вот и разошлись.
- Кто был?
- Все были.
- И Генрих Григорьич?
- Угу.
- И Валентина?
- Да.
- Как она была одета?
- Как всегда.
Элегантно.
Сережа где?
Сережа не приходил.
- Звонил? -Конечно. Всегда звонит,
когда задерживается.
Поспи.
Я все равно не засну, пока его
нет.
- Ну, милая, привыкай.
- Стараюсь.
Надо купить новый костюм.
- Твой износился.
- Блестит.
Завтра пойдем.
- Комон сава?
- Сава.
- Завтракать идите.
- Подъем!
- Я имею право отдохнуть?
- Имеешь, имеешь.
Вставай, вставай, завтракать.
Что?
- Приглашение на свадьбу.
- Ну? Кто женится?
Выходит замуж. Лена Старикова.
- Беленькая?
- Нет, по-моему, черненькая.
- Пойдем?
- Я остаюсь дома.
Папа, ты не ходи, если тебе
не интересно.
- Почему, мне интересно.
- Ему интересно.
А вообще сколько у тебя учеников?
Не знаю, не считал.
- Ну 200, 300 наберется?
- Может быть.
И что, ко всем ты должен ходить
на свадьбы?
Почему должен? -Почему ко всем?
- Сережа!
- Да?
Это кто?
Здравствуйте.
А почему вы дома сидите? На улице
такая хорошая погода.
- А мы завтракаем. -А потом
телевизор будем смотреть.
- Угу. А я в ваших тапочках,
ничего? -Пожалуйста.
Мы пойдем к себе.
Пойдем?
Боря, а что у тебя в школе?
- Нашел учительницу для первого
класса? -Нет.
Помнишь, приходила девушка? Она
тебе понравилась.
- Она говорит "транвай".
- Что? -"Транвай".
Тебе трудно, Боря, ты мягкий
человек.
Откуда вы взяли, что я мягкий?
Почему я должен быть жестким
непременно?
Мягкий не годится, да?
Нужно, чтобы гнал матом, тогда
его уважать все будут.
Ну хорошо, извини.
Ну как?
- Твои учителя тебя не поймут.
- Почему?
- Зато поймут ученики.
- А не очень модно, а?
- Носи косоворотку.
- И шляпу.
- Зеленую.
- Ну ладно.
Нет, ничего.
Боря! Борь, надо поговорить.
Давай.
Они подали заявление.
Не понял.
Они подали, Сережа и Оля.
Куда заявление?
В ЗАГС.
Хорошо, так что ж теперь будет?
29-го они расписываются.
Ну хорошо. А как все это будет?
Где они будут жить? Как они себе
это мыслят?
Я не знаю. Мы еще ни о чем
не говорили.
Он просто сказал, что они шли
по улице,
проходили мимо ЗАГСа и зашли.
Вот все, что он мне сказал.
Боря, ну я же не знаю, что у них
там.
Ну не ходи с траурным лицом.
Возьми себя в руки.
Сейчас это уже все.
Сейчас это уже праздник. Все.
Пап, к тебе пришли.
Ну здравствуй, здравствуй.
- А я на пару дней в Ленинград.
- Да?
- Курсы директоров.
- На, возьми. -При "Астории".
Но чему будут учить, я не знаю.
- Так ты уже директор?
- Да. -Вон как!
А на обратной стороне
по-английски.
- У нас ведь теперь товарообмен.
- Проходи.
Туристы. Американцы, американцы
и опять американцы.
Ибрагимов Павел Матвеевич.
Директор гостиницы "Спутник",
144-53-89.
- Борис Николаич!
- А?
Может, какие-то неприятности
по работе?
Нет, все нормально, никаких.
У вас в исполкоме Томилин,
мы с ним в Болгарии отдыхаем.
- Томилин?
- Отличный мужик.
И понимаем друг друга, так что
если какие-нибудь...
- Помочь?
- Нет-нет, все нормально.
Я был, как теперь принято
называть,
из трудновоспитуемых детей.
Помню, с моим приятелем Петькой
забрались
в продуктовую лавку, напились,
наелись...
Начали бить банки с огурцами.
А очнулись в милиции.
Если бы не Борис Николаевич,
я б пропал.
Ваше здоровье, Борис Николаич.
Ну спасибо.
Может, все-таки останешься?
Да... я уж договорился
в гостинце.
В гостинице? Куда ты сейчас
попадешь-то?
Да вы же забываете. У нас ведь...
Да, если, кстати, вам нужны
билеты куда-нибудь в театр...
- Или гостиница, у нас в этом
смысле... -Кажется, пора?
Так это и есть твой любимый
ученик?
Да. А что, собственно говоря,
тебя не устраивает?
Его профессия?
Раз любимый ученик, значит,
должен быть кандидат наук?
Нет у меня для вас кандидатов
наук.
Зачем же? Ему и так неплохо.
Он директор гостиницы,
он ездит отдыхать в Болгарию
с ответственными людьми.
Ему там нравится с точки зрения
блата.
Не надо, Сережа, строго судить
людей, это невеликодушно.
Хорошо.
И на это ты ухлопал свою жизнь?
А на что я должен был ее
ухлопать?
Что касается твоей женитьбы,
мне нечего тебе сказать.
Ты все решил.
Да, решил.
Конечно, лучше бы сначала
закончить институт.
Ты знаешь, я, наверно, уйду
из института.
- Уйдешь из института?
- Да.
Это не в связи с этим.
Просто мне не интересно
заниматься в этом институте.
- Так. И когда же ты это решил?
- Давно.
- Может, уже просто перестал
ходить на лекции? -В общем, да.
- Поздравляю.
- Спасибо.
А мама знает?
Пока так, не очень.
Дорогие молодые, Леночка и Саша.
Разрешите мне от имени нашего
оркестра
поздравить вас с законным браком,
пожелать вам счастья, здоровья,
счастливой совместной жизни.
Под разливы деревенского
оркестра
Увивался ветерок за фатой.
Был жених красивым очень,
а невеста
Ослепительно была молодой.
И эта свадьба, свадьба, свадьба
пела и плясала,
И крылья эту свадьбу вдаль несли,
Широкой этой свадьбе было места
мало,
И неба было мало, и земли.
Горько!
Горько! Горько! Горько!
Лично я очень уважаю педагогов.
Педагоги - это великие труженики.
Так, нет?
Да, наверное.
Прошу, Борис Николаич.
Не стесняйтесь, чувствуйте себя
как дома.
Это его отчим, он ему роднее
отца.
Дал образование, а теперь вот
кооператив к свадьбе.
Ну, образование, положим, ему
дало государство.
Да, конечно, государство.
Да, кооператив - это хорошо.
Конечно, хорошо. Это не то, что в
наши дни: с тещей, со свекровью.
Нынче молодежь стремится к
самостоятельности и процветанию.
Процветание это хорошо.
- А ваш сосед ничего не кушает.
- Нет, я ем. Спасибо.
Самостоятельность эта
относительна.
Если бы они сами заработали
на кооператив!
Знаете, в наше время так никто не
рассуждает.
Вы, наверное, учительница?
Да.
Эти глаза напротив
- калейдоскоп огней,
Эти глаза напротив ярче и все
теплей,
Эти глаза напротив чайного цвета,
Эти глаза напротив, что это,
что это?
Борис Николаич, какой вы молодец,
что пришли.
- Как вы живете, как наша школа?
- Все хорошо.
Ну как там все? А Генрих
Григорьевич все такой же?
Да. Все такой же.
- Привет ему от меня.
- Обязательно.
Вот и свела судьба, вот и
свела судьба,
Вот и свела судьба нас,
Только не подведи, только не
отведи глаз.
Ну иди.
А как ученики, все балуются?
Ученики балуются.
Эти глаза напротив, пусть
пробегут года,
Эти глаза напротив сразу
и навсегда,
Эти глаза напротив, и больше нет
разлук,
Эти глаза напротив - мой
молчаливый друг.
Пусть я впадаю, пусть
В сентиментальность и грусть,
Воле моей супротив
Эти глаза напротив...
Чему мы их учим? Образ Рахметова,
образ Чацкого?
Сеем разумное, доброе, вечное?
А потом все летит куда-то, в
свадьбы с кооперативным приданым.
При чем тут свадьбы? Это чисто
внешнее.
Внешнее без внутреннего? Это
какая-то другая философия.
Нас с тобой этому не обучали.
- Просто стыдно быть бедным. -Ну,
знаешь, я не такой пессимист.
- Ты добрый человек.
- Добрый? -Да.
А почему все говорят, что
я добрый?
Это не недостаток, это, скорее,
твое достоинство.
Знаешь, есть такие стихи: "Добро
должно быть с кулаками".
Добро? С кулаками?
А почему с кулаками, если добро?
О, 41-й, смотри-ка.
Да?
Хорошо.
- Что? Что, Боря?
- У меня ученик в милиции.
Я скоро приду.
Здрасте.
- Здравствуйте.
- Вызывали?
- Фамилия?
- Постников.
Да, вызывали.
Подождите, пожалуйста. И вы тоже.
Надежда Михайловна!
Я директор школы, Свешников.
Мне сообщили, что Толя бежал из
дома,
его сняли с поезда... с каким-то
чемоданом.
С каким чемоданом?
Он даже не хотел давать
домашний адрес.
Звонили в школу. Что случилось?
А что случилось?
Почему он убежал?
Вы что, били его?
Я спрашиваю, вы его били?
Послушайте, Постников, я вас
предупреждаю.
Чего?
Ты бы лучше смотрел, чтобы он
учился как следует.
Ведь не учится ни черта.
А они бумажки, понимаешь, на
работу строчить.
- Какие бумажки?
- Какие, какие. Такие.
Если вам написали на работу
письмо, то абсолютно правильно.
Я вас предупреждаю еще раз.
Ой-ой-ой! Ты меня напугал.
- Слушай, ты, иди отсюда.
- Что?
Сиди!
Давай чеши отсюда.
С тобой еще 15 суток заработаешь.
Со мной больше заработаешь.
Слушай, ты, если хоть пальцем
тронешь мальчика...
Ты меня понял?
Гражданин Постников, распишитесь.
- Где?
- Вот здесь.
Мы вас пригласим на заседание
комиссии.
До свидания.
Инна Сергеевна, как там у нас
с Постниковым?
А что с Постниковым? Я написала
письмо отцу на производство.
Да? А вы не подумали, чем это
может обернуться для мальчика?
А что я должна думать?
Что отец его поколотит? Так он
его и раньше колотил.
- Что, вы серьезно?
- Да.
Знаете, может, нам не нужно
вместе работать в одной школе?
Вы считаете?
Когда же прикажете? Вот сейчас,
в середине года?
Хотите на мне сорвать свое
настроение.
Я здесь была и буду, и вас
пересижу.
Вы не огорчайтесь.
Что? Хорошо.
Не буду.
Борис Николаевич, можно вас на
минуточку?
Вот какое дело...
Милостивый государь Генрих
Григорьевич, пусть не удивит вас
и не покажется нескромным это
послание.
Есть чувства, не подлежащие суду
скромности.
И есть слова, коих значение
отнюдь не меняется оттого,
что они были тысячу раз до тебя
повторены.
Я люблю вас. Н.Н.
- Ну что ж, прекрасно.
- Вы находите?
Понимаете, Генрих Григорьевич,
дело все в том,
что эти черти, наши ученики,
обладают чувством юмора,
чего нельзя, к сожалению, сказать
о нас.
Валентина Федоровна, вы вызывали
отца Кольцова?
Да. Он у Бориса Николаевича.
У вас хороший парень, Николай
Алексеевич.
Хороший. Учится вроде ничего.
Младший у нас из-под палки,
в четвертом классе,
а этот с умом, всему знает время.
Он с вами делится?
Обязательно. Но иногда
не делится.
Ляжет на диван, и слова
не добьешься.
- Ну а в пятницу ничего не
говорил? -Нет.
Насчет отношений с товарищами.
Ну, знаете, насчет товарищей...
В шестом, седьмом классе были
ребята,
а сейчас больше один.
А куда он собирается поступать?
Хочет поступать на физический.
Не знаю, передумает, знаете, как
у них, не поймешь.
Не умеет он у вас дружить.
Не умеет.
Слушайте, Николай Алексеевич, сын
ваш - человек одаренный,
говорю это вам с полной
ответственностью.
Наши педагоги и, в частности,
преподаватель физики,
отмечают в нем аналитические
способности.
Сейчас, конечно, трудно сказать,
как все это разовьется,
знаете, в жизни всякое бывает.
Важно, чтобы он веры в себя
не терял.
Что же касается товарищей, тут,
знаете, вопрос сложный.
Он сейчас в чем-то опережает
их в развитии,
но и характер у него нелегкий.
Тут, не скрою от вас,
произошел у нас один довольно
неприятный инцидент,
но это уже наша педагогическая
ошибка, и мы ее исправим.
Спасибо, что зашли к нам.
- До свидания.
- До свидания, Николай Алексеевич.
Ну вот, твоя была идея сделать
меня директором.
Жалею.
- Да?
- Да.
Ну что ж, можешь возглавить
против меня движение масс.
Скажите, пожалуйста!
Мы в школе должны воспитывать
аристократов,
перед которыми все остальные
должны стоять по стойке "смирно",
во главе с директором.
Вы что, действительно думаете,
что он гений?
А что, вы считаете,
что в нашей 183-й школе не может
быть гениев? Ну а вдруг?
Ну пойдемте в 9 класс, скажем им
об этом, пусть будут в курсе.
Пошли все извиняться за наши
педагогические ошибки.
Хм... Я не знаю, гений он или
нет,
может быть, просто способный
парень.
Но я не хочу, чтобы его терзали.
Мы можем разбудить в них самое
худшее:
мелочность, зависть,
нетерпимость...
Я хочу научить их уважать чужое
мнение и защищать собственное.
Потому рассказываете им истории
о заблуждающихся классиках?
А мы удивляемся, откуда у них
этот цинизм,
пренебрежение ко всему.
- Не отсюда.
- Отсюда.
Если к закиси хрома прибавить
воду, получится гидроокись хрома.
Хром двухвалентен.
А если к двухвалентному хрому
прибавить воду,
то получится окись хрома
с определенными свойствами.
Пожалуйста, проходите.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Садитесь.
Угу... По призванию, или
как?
Да нет, не совсем.
У нас в Клинцах только педучилище
было, а больше ничего.
Где, вы говорите, в Клинцах?
Да. Но я теперь уж не жалею.
- Не жалеете?
- Нет.
- А величать вас как?
- Лариса Петровна.
Лариса Петровна, как вы оказались
в Ленинграде?
А муж у меня...
- Детей вы любите?
- Люблю.
- Очень?
- Очень.
На чем вы сюда доехали?
Куда? В школу? На автобусе.
Угу.. А еще на чем сюда можно
доехать?
На трамвае.
Совершенно правильно, на трамвае.
Борис Николаевич, Валентина
Федоровна просила передать,
что она ушла домой. У нее
заболела голова.
Валентина! Гость к тебе.
Проходите, пожалуйста.
Садитесь рядом с нею.
Вот вам стул.
Сейчас я вам посветлее сделаю.
- Чайник поставить?
- Не надо.
Сейчас я вам телевизор включу.
Ксения Николаевна, дайте поболеть
спокойно.
Валентина, сама ты детей учишь,
а разговаривать вежливо
не умеешь.
Откуда же нервы? Для кого,
для чего?
Стараешься, стараешься...
делаешь, делаешь...
Хоть бы кто спасибо сказал.
- Мне уйти?
- Сидите. Пожалуйста, сидите.
Извините меня.
Очень вам идет этот костюм,
Борис Николаевич.
Очень.
Ну наконец-то.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Очень приятно.
- Боря, садись сюда.
- Сережа где?
- Они у себя.
Здравствуйте.
Проходите, пожалуйста.
- У тебя, конечно, педсовет?
- Да. -Наливай.
Ну что же... давайте посоветуемся
и решим.
Ну, первым делом, где им жить.
Самый, как говорится, актуальный
вопрос.
Вот мы, например, предлагаем,
чтобы жили у нас.
А вы, конечно, за то, чтобы жили
у вас?
Вообще лучше, если они будут жить
отдельно.
- Да?
- Да.
- Отдельно? -Боря, а ты как?
- Да. -Ну что ж, отдельно.
- Да. Ваше здоровье.
- Спасибо.
Вот только плохо, что ваш Сережа
оставил институт.
Олечка должна на него повлиять,
а то что же будет?
Дипломированная жена, а муж без
диплома?
Да. Нехорошо.
Скажите, а у вас нет там
какой-нибудь записи на
кооператив?
Может, вам, как директору
школы...
Нет, я спрошу на работе, у себя.
Вот передо мною море
голубое,
Плещет волна, волна.
Знаю, о чем, о чем
шепчет она.
Да, вот еще насчет свадьбы.
Вы что предлагаете?
Мы предлагаем "Асторию", либо
"Европейскую".
Ну на крайний случай "Метрополь".
Как вы считаете?
В следующую субботу мы идем на
Тутанхамона.
- Может, вы присоединитесь?
- С удовольствием.
- Боря, ты как?
- Прошу вас.
- Ну теперь вы к нам.
- Да, спасибо, обязательно.
- Оля! -Я потом приду. -Угу.
- До свидания. -Спасибо большое.
- Всего доброго.
- До свидания.
- До свидания.
Лида, кто эти люди?
По-моему, очень милые, скромные.
Он инженер.
А деньги у них откуда?
"Европейская". "Астория".
Ну, знаешь, люди сейчас
не считаются.
Ты немного отстал.
А у нас откуда деньги?
Ну... достанем, придумаем
что-нибудь.
- Глупо же. -Ну почему глупо?
Пускай идет в армию.
В армию он всегда успеет.
Ему надо получить образование.
Ты так говоришь, как будто это
не твой сын.
Почему? Именно потому, что мой.
Именно потому, что мой.
Почему вы решили, что я должен
обратиться к Павлику Смирнову?
И что Павлик Смирнов пойдет мне
навстречу?
Давно уже не тот Павлик.
Ну я не знаю, к нему же многие
обращаются.
И совершенно посторонние люди.
Ну и пускай обращаются.
Боря, Боря...
Ну что же делать, ну?
Ты забыл, что он женится?
Сережа должен восстановиться
в институте.
Не старею. Даже не знаю, в чем
дело.
Жена ругает, чего, говорит,
ты бегаешь, как мальчишка.
Это на тебя школа влияет.
Учителя, учти, долго живут.
Да. Учту.
Ну тебе тоже жаловаться вроде не
на что.
Да. Мы чиновники.
Бумаги, заседания. Иногда
инфаркты.
Но должен тебе сказать, школа
тоже не совсем то учреждение,
где укрепляют здоровье.
Особенно если ты директор.
Тысячи проблем.
Наши социальные завоевания иногда
оборачиваются такой неожиданной
стороной...
Вот всеобщее бесплатное
образование, всеобщее, да?
Значит, мы должны учить каждого?
Хочет он этого или не хочет, а мы
должны его выучить.
А если он не хочет?
Вот учитель и бегает по домам,
упрашивает, уговаривает,
от этого теряется престиж
образования.
Опять же вопрос: кого мы
воспитываем?
Романтиков-идеалистов?
Хорошо, прекрасно.
Наша школа самая романтическая,
ты у нас на уроках не услышишь
про зарабатывание денег.
Хорошо, романтиков-идеалистов.
Такой романтик выходит в жизнь,
на первой кочке спотыкается
и ломает шею.
Вопрос стоит: а кем они будут?
Что они возьмут с собой из школы?
Что, соль? А, сейчас. У вас соль
можно попросить?
Мир меняется, а как их воспитать,
чтобы они могли и хотели защищать
добро и противостоять злу?
- Как дома-то?
- Дома все нормально.
Знаешь, а в школе иногда думаешь:
черт, хватит ли на все сил?
Да брось ты.
Они думают, что я человек мягкий,
а я человек твердый.
Слушай, у тебя ко мне было
какое-то дело?
Нет, не было. Никаких дел.
- Серьезно?
- Серьезно.
Ну надо же когда-нибудь
встретиться, посидеть.
Годы-то идут.
Это правильно, годы идут.
- Далеко забрался.
- Да, далеко.
- Воздух-то чистый?
- Воздух чистый.
Будь здоров.
Пока!
Ты молодец. Ты молодец!
- Что?
- Молодец ты!
- Ты чего?
- Ничего.
Нет, ты чего-то смеешься?
Я не смеюсь, ну что ты. Слушай,
ты не расстраивайся.
Ну что, подумаешь, в конце
концов.
Я не расстраиваюсь.
Не надо. Это жизнь.
Что ж ее насиловать, она сама все
делает.
Я не так выразился?
Нет, почему? Ничего, терпимо.
Ну что? Собери что-нибудь, я есть
хочу.
Каждый день в одно и то же время
я иду на работу.
Первый класс. Прекрасные,
смешные, нежные лица.
Я верю в вас, Лариса Петровна.
Я верю в вашу любовь к детям.
Человек, однажды почувствовавший
себя учителем,
сделал свой выбор на всю жизнь.
Я верю в тебя, мой уважаемый
девятый "Б".
 

////////////////////////////