Копы в юбках (2013 год). Цитаты и фразы из фильма

«Копы в юбках» (англ. The Heat) — американская кинокомедия 2013 года режиссёра Пола Фига с Сандрой Буллок и Мелиссой Маккарти в главных ролях.

Все фразы и цитаты

Значит: прикройте, идите влево.
Почитайте справочник.
Ждите, считаю до трех.
Один… два…
Невероятно.
ФБР! Ни с места!
Руки на голову! На голову!
Сюрприз.
Мы все проверили. Ничего нет.
Тут все чисто, Эшберн.
Похоже, твоя теория не оправдалась.
Поехали.
– Считаешь, чисто?
– Ну, начинается.
То же самое говорили в прошлом году
перед тем,
как я арестовала убийцу из Ред-Фоллс.
Что это? Жаренные на гриле ребрышки?
Ребрышки?
Не знаю, может, я ошибаюсь. Или…
или не ошибаюсь.
Да. Воздухонепроницаемый.
Окунули в воск.
Достойно уважения.
Особенно мясо для отвлечения собаки.
И пусть это одурачило
нашего сопящего друга,
но не меня.
К сожалению, это не то, что я ищу.
Перейдем к делу. В доме есть оружие?
Не знаю ни про какое оружие.
Интересно.
Может, я ошибаюсь…
Подождите.
Может,
эти ребята для разнообразия правы.
Всякие чудеса случаются, а?
– Это ловушка.
– Метеоры, кометы…
Нашел же Пит жену,
хотя до 3-х считать не умеет.
Видите?
Такая досада.
Этими домами дорожили
во времена Запрета.
Вы же знаете, что было запрещено?
Да, торговать своим телом за деньги?
В самом деле?
В самом деле?
Нет, торговать алкоголем.
Люди любили выпить,
пусть это было запрещено.
А в этих домах было полно тайников,
где они могли его спрятать.
Вроде вот этого.
Позади меня что-то есть? Ведь есть?
Черт побери.
Теперь можете уезжать.
Джентльмены.
Хорошо поработал, скотина.
Поехали!
Не верится, она одинока.
Ниже вы нащупаете небольшую складку…
Очень впечатляюще, а?
Видишь? Посмотри на это.
Сделайте разрез вот здесь.
Поразительно, а?
И правда поразительно.
Пушок!
Киска, сюда!
Ты опять у соседки?
Пушок!
Киска, сюда!
Иди домой. Завтра увидимся.
Вот так.
Говорила тебе
не лезть к этой странной леди.
Хейл переведен
с повышением в Вашингтон
Должна быть подобрана замена
Федеральное бюро расследований
Жена не любит, когда работаете допоздна?
Чего ты хочешь?
Хотела сообщить,
что наблюдала за агентами.
Чем они занимаются… присматривала.
Да. Надзирала.
Надзирала. Да, сэр.
Послушай, Эшберн.
Я еще не принял решения.
Конечно. Каждому нужно дать шанс.
Не знаю,
подходишь ли ты для этого поста.
Что, простите? Ничего не понимаю.
Пройдись со мной.
Я раскрыла дел больше,
чем любой другой.
Или не надо было?
Ты надежный агент. И таких много.
Не они раскрыли
дело убийцы из Ред-Фоллс.
Не секрет,
что коллеги тебя недолюбливают.
Что?
Мне поступила масса жалоб
на демонстративные высокомерие
и соперничество.
Оставь это.
Ладно. Назревает ситуация в Бостоне.
Агенты подслушали разговоры:
прибывает один тип.
Саймон Ларкин.
Мы не знаем ни как он выглядит,
ни откуда приедет – ничего.
Мы считаем,
что этот парень – его подручный.
Джулиан Винсент. Мерзкий сукин сын.
Убийство. Вымогательство.
Таков его образ действий.
С подобными типами беда в том,
что его слишком боятся, потому молчат.
Уложи вещи. Я отправляю тебя в Бостон.
Ты умеешь разбираться в людях.
Хочешь найти Ларкина –
доберись до Джулиана.
Если хорошо справишься,
поговорим о месте.
Бостон
Меня прислал Рохас.
Сказал, ты очень хороша.
Да, и чего ты ищешь?
– Как тебя зовут?
– Шампаз. А тебя?
Шампаз?
– Тебя так мама назвала?
– Не совсем.
Маллинс. Шеф спрашивает,
когда вернешься.
Скажи, что буду,
как только он сам себя трахнет.
Хорошо?
Если не попаду в пробку. Спасибо.
– Это дороговато.
– Дорого?
– Дашь сдачу с сотни?
– Нет, не смогу.
Похоже, нет точных денег. Даешь скидку?
Что здесь происходит?
Мне не нужны наркотики. Ясно?
Как поживаешь?
Хочешь снять мою девицу?
Ты ее сутенерша?
Нет, мы просто друзья.
Думаю, это касается только нас с ней…
– Я лезу не в свое дело?
– В этом роде.
Не хотела. Может, это тебе поможет.
Я только хочу…
Хорошо, что я не купил у вас наркотики.
Да, представляешь себе?
– Это было бы потрясно.
– Это было бы ужасно.
Это было бы ужасно!
Утри пот со лба.
Хочу спросить. Любопытно.
Что тут произошло на самом деле?
Мы просто…
Она была грустной, ну я и решил помочь
и подбросить ее до дома.
– Хорошо, добрый самаритянин.
– Да.
Ты расстроена? Он вез тебя домой?
– Да, я пытался тебя развеселить.
– Да, молодец.
Знаешь, кому еще грустно? Фрэнку.
Да, Фрэнк? Тебе грустно оттого,
что ты весь обделался?
Грустный день, Фрэнк?
Может, ты возьмешь его к себе в машину?
Хочешь нагадить в его машине?
Давай откроем…
Фрэнк, хочешь наложить в штаны и…
Хорошо, открыто.
Я могу посадить Фрэнка туда.
Он долго может гадить и блаженствовать.
– Что ж, у меня есть полотенца…
– Такой вариант тебя устраивает?
– Предъяви документы.
– О, не надо, пожалуйста.
Возьму весь бумажник.
– Я не…
– Ничего, я взяла.
Хорошо.
Я переживала,
что, может, у тебя нет жены и кучи детей,
но, к счастью, есть – как зовут жену?
Белла.
О, Белла. Хорошо.
Можно одолжить телефон?
В моем сел аккумулятор.
– Зачем вам мой телефон?
– Потому что попросила.
Дай мне свой чертов телефон. Заткнись.
Можете дать мне шанс?
Да, я дам тебе шанс.
Да, кто говорит? Белла?
– Нет, нет, нет!
– Не надо. Не надо.
Это детектив Маллинс. Я с вашим мужем.
Боже! Вы кто, Спок?
Нет, к несчастью, он не попал в аварию.
Застала его здесь с проституткой.
Она врет! Белла, она врет!
О, так это не в первый раз?
Да, это он. Хнычет,
потому что кисть ему ломаю.
Она просила нажать посильнее.
Хорошо, Белла. Это от Беллы.
Надо следовать своим инстинктам, Белла.
Не за что.
Наверное,
сегодня она сожжет все твое барахло.
Вы не понимаете.
Она только что родила.
У нее между ног черт знает что. Не сунусь!
Отстегни свой ремень безопасности.
Ну же, пожалуйста.
Ты вроде парень разумный.
Отстегни ремень.
С виду вы человек сострадательный.
Мне нравится парень,
который, когда жена родила ему пятого,
жалуется на ее влагалище.
Ты, чтоб тебя, к ней не сунешься?
– Я отопру дверцу!
– Вылезай из долбаной машины!
– Вылезай!
– Вы что, издеваетесь?
– Встать к машине.
– Что с вами такое?
– Будешь выполнять?
– Машина горячая!
Хорошо! Надеюсь, сожжет твой член.
Эй, да это Рохас! Мой любимый подонок.
Смотри, что я нашла.
Лишила тебя клиента? Вот жалость.
Не понимаю, о чем вы. Я стою себе на углу
и решаю содуки.
Вот как? Во-первых, судоку, олух.
И хочешь сказать,
что оказался тут случайно?
Среди проституток?
Леди, почему вы так одержимы мною?
Вам должно быть стыдно,
вредите успешному чернокожему –
вы расистка?
Не разыгрывай со мной
эту расистскую карту!
Девять из десяти тех,
с кем трахаюсь, черные!
Вам надо отправиться подальше,
взять отпуск.
Придите в себя.
Леди, расслабьтесь. Хорошо?
Что это?
Беги.
Так я и думала.
– Я тут ни при чем!
– Заткнись!
Боже мой!
О, начали.
Она чокнутая!
Пожалуйста, выпустите меня.
Меня укачивает.
О, нет, это ужасно!
Теперь он попался. Попался!
Ты подсела!
Боже мой!
Смотри-ка, кто тут!
Да, лучше удирай!
А, черт.
Попался! Попался!
Ты, засранец, сказала: стой!
Я сказала: стой!
– Я сказала: стой!
– Вы мне яйца раздавите!
Надеюсь, они лопнут!
Леди, да отвяжитесь от меня!
Что с вами такое?
Белла, прости!
– Отпустите!
– Не шевелись, засранец!
Моя нога, леди! Отпустите!
Да что с вами такое?
Я тебе скажу – что! Ты, засранец!
Сукин сын!
Не двигайся!
Оставьте меня в покое!
Отвяжитесь от меня! Отвяжитесь!
Черт.
Да.
Черт, чем вы в меня кинули?
– Арбузом.
– Арбузом?
Ну нет! Я же сказал, что вы расистка.
Пыталась сбить. Кем это меня делает?
Посмотрим, что у тебя тут. Смотри-ка!
Смотри. Даже не в мой день рождения.
Вы мне это дерьмо подкинули!
– Да, подкинула.
– Я не виноват!
Заткнись,
не то скормлю тебе арбуз. Вставай!
ФБР, Бостонское отделение
Ливи?
Агент ФБР Сара Эшберн из Нью-Йорка.
Здравствуйте.
Мне нужны все дела
на местных наркоторговцев.
Нам сообщили о вашем приезде.
Я этого и ожидал.
– Покажу стол.
– Не нужно. Долго тут не пробуду.
Могу нести. Спасибо.
Эй! Эшберн!
Боже мой!
– Не ушиблись?
– В чем дело?
В Бостонский восточный участок
доставлен дилер.
Его зовут Террелл Рохас.
Хорошо.
– Хорошо. Большое спасибо.
– Удачи.
Дело не в удаче, дружище. Не в удаче.
Ну и ну.
Вышло почти круто.
Почти.
Полиция Бостона, участок G-5
Ну же.
Поставлю я сегодня чертову машину?
Ну вот. Наконец.
Я туда заеду!
Нет, не…
Эй! Нет, сядьте снова в машину!
Эй, засранка!
Проклятье!
ФБР.
Вам надо зарегистрироваться.
Капитан Вудс?
Капитан Вудс?
– Господи.
– Что, простите?
Чем могу помочь?
Специальный агент Сара Эшберн.
Нам недавно сообщили,
что вы задержали
дилера Террелла Рохаса.
Да, но детектив Маллинс еще обедает.
Уверена, он не станет возражать.
Не он, а она,
нам не позволено приближаться
к ее задержанным.
Выскажу вам свое мнение.
Каждая потерянная секунда –
помеха работе ФБР.
Потому будьте так добры
доставить м-ра Рохаса
в помещение для допросов.
Специальный агент?
Туда.
Специальный агент.
Специальный агент.
Черт.
Тебя привлекут
за хранение с намерением продать.
Торговля марихуаной.
Статья 94С, параграф 32А.
У меня был косячок
и пара пакетиков кокаина.
С каких пор это незаконно?
Ответ: так было всегда.
И с твоим криминальным прошлым
тебе дадут 25 лет и солидный штраф.
Кого волнуют штрафы? Вот 25 лет!
Неважно. Посмотрим,
что думаешь об этих фото.
Я думаю,
что кто-то не хочет,
чтобы другие торговали в его районе.
Но ты все еще здесь и жив. Как так?
– На кого ты работаешь?
– Ни на кого.
– На кого ты работаешь?
– Ни на кого.
– На кого ты работаешь?
– Ни на кого!
Если я скажу,
это мою задницу порубят на кусочки!
Проклятье.
Дрянь.
Боже. Задница!
Сука!
Всем надо парковаться на моем месте.
Проклятье!
Черт! Костюм напялившая…
Чтоб меня!
Я сказала, что паркуюсь здесь!
Красть мое долбаное место!
Я не хочу, чтобы тебя посадили.
Я не хочу, чтобы тебя порубили
на маленькие гребаные кусочки.
Я могу тебя защитить.
Но ты должен мне помочь.
Я могу вам помочь.
– Поможешь?
– Да.
Где мне найти Джулиана?
Я получаю товар
у Татьяны на авеню Ньюкерк.
Можешь ее описать?
У нее карие глаза.
У нее здоровенные груди.
– Большие груди.
– Ладно.
Нельзя ли немного конкретнее?
У нее вот такие груди.
Хорошо. Спасибо.
Как жалко.
Не надо.
Ха-ха! Да! Собрание комиков!
Прочь с дороги. Снимите номер.
Тим, ты еще должен мне 40 долларов.
Завтра будет уже 60! Долбаный олух.
Почему за решеткой никого нет?
Что тебе говорила
о переводе моих задержанных?
Он в помещении для допросов.
Почему это он там, если я стою здесь?
– Они его забрали.
– Кто «они»?
Тогда у меня есть двойник. Есть?
– Это была леди.
– Я леди. Я его забирала?
Нет, это была другая леди. Милая.
Черт, я милая. Чем она была милая?
Она заставила меня отдать ей ключи.
Я заставлю тебя нагнуться,
залезу в твой карман через задницу
и достану ключи от твоего дома.
Потом я поеду туда,
зайду через дверь и убью тебя во сне.
Думаю, я получила представление,
что мы ищем.
Спасибо, что уделил мне время.
Ну, леди, ты тут такого натворила.
– Простите?
– Нет, не прощу.
Полчаса прикидывала, как тебя убить.
Простите, когда мы встречались?
Это твой адвокат?
Страховой агент?
Продаешь эти дерьмовые костюмы?
Специальный агент Сара Эшберн.
Чем могу помочь?
Собери свои манатки и вали отсюда.
Это мое помещение.
Вас тут будет допрашивать детектив?
Я детектив, а это мой преступник.
Теперь я понимаю.
Впредь с м-ром Рохасом буду работать я.
– Нет.
– Смена юрисдикции.
– Этого не будет.
– Ваши усилия отмечены.
Замечательно.
И, если у вас нет возражений,
могли бы, уходя, закрыть дверь.
Я закрою дверь.
Не ляжешь
и не положишь голову в проем?
Я захлопну дверь 157 000 раз.
Черт, девочка, лучше бегите.
– Заткнись.
– Со всех ног.
Помолчи.
Вставай, и мы уладим дело снаружи.
Я отсюда не выйду.
Ты встанешь и выйдешь наружу.
Нет, мэм.
Хорошо. Займемся этим внутри.
Может кто-нибудь удалить эту особу?
Не надо стыдиться душевных болезней.
Встречаются во многих семьях.
– Я тебя ударю.
– Пожалуйста, не надо.
Ударю и надаю по всем твоим пуговкам.
– Ударю туда или сюда.
– Не тычьте пальцем…
– Не трогайте мои пуговицы!
– Так не носи их.
Не лапай меня своими чертовыми руками.
Выдеру эту дурацкую заколку!
Вытащу заколку из твоих чертовых волос!
Прекратите, прекратите!
Сейчас же обе в мой кабинет.
Нет. Там нету.
Я ничего не могу поделать.
Это юрисдикция ФБР.
Может, они здесь.
– Прекрати. Ты прекратишь?
– Нет, там их нет.
Что она делает?
Она ищет мои яйца.
Эй, если кто-то видел яйца шефа,
скажите мне. Примерно такого размера,
но гораздо меньше.
Как горошек…
или шарики шарикоподшипника.
Если когда-нибудь видели мышиные яйца,
примерно вдвое меньше.
Невероятно крохотные.
Очень, очень крохотные.
Девчоночьи.
Если бы у девочек были яйца.
Если найдете крохотные девчоночьи яйца,
совсем крохотные и ссохшиеся,
сообщите мне –
засуну назад в его мошонку!
Уймись.
Ты не мог бы хоть раз что-то сделать?
Что ты хочешь, чтобы я сделал?
Защити меня
и не разочаровывай меня,
как все остальные!
Профессиональное поведение.
А что, нет? Хорошо.
Поведу себя профессионально.
Помогу с сумкой.
Проявление зрелости.
Я только сложу все это дерьмо.
Постой. Эй!
Отличные новости! Я нашла его яйца!
В прозрачном мешочке.
Радуйся. Засунь обратно.
Полицейский года!
Продолжайте!
Эта работа меня убивает.
Знаете, сколько мне лет?
58?
Мне 43 года.
Я всегда округляю.
Мой пятилетний сын зовет меня дедулей!
Ну… Так или иначе, сэр…
Если бы вы могли…
держать ее от меня подальше,
это бы мне очень помогло.
Она украла ваши ключи, не так ли?
Да. Не знаете, где мне ее найти?
Она, вероятно, в баре О'Фланагана.
Сомнительное заведение. Наденьте жилет.
Сэр, тут открыто? А дверь есть?
Да, есть. Можете указать на нее пальцем?
Спасибо. Большое спасибо.
Давай сюда. Отдай мне ключи. Живо.
Боже мой.
Ты что-то уронила?
Прошу прощения.
Жаждешь засадить
это ничтожество Рохаса,
зря тратишь время,
а я могла бы схватить наркобарона,
гораздо более опасного,
который поставляет товар таким,
как Рохас.
Дерьмо собачье. Кто это?
Хочешь посмотреть
собачьи экскременты?
Кажется, я сказала «дерьмо собачье».
Вот собачьи какашки. Нравится?
– Видишь?
– Прекратите. Со мной ребенок.
Прошу прощения.
Искренне прошу прощения.
Минутку, это же бар.
Нет, ни в коем случае. Нет, нет, нет.
Почему я не знаю Саймона Ларкина?
Может, потому,
что ФБР знает больше тебя.
Имею право знать,
что происходит в моем районе.
Нет, вообще-то не имеешь.
Ты хочешь знать.
И у тебя нет допуска,
позволяющего читать это дело.
Ладно, хорошо!
Когда в моем районе
творятся темные делишки,
я чересчур завожусь.
Мне не следовало это читать.
Зашла слишком далеко.
Я принимаю извинения.
Но пойми,
это очень важное уголовное дело.
Информация совершенно секретная.
Потому и нужен допуск.
У меня нет допуска. Так? А ты…
Ты из ФБР.
Ты ангел закона.
Это немного…
Расправь крылья и поднимись в воздух.
Берегись!
Сама берегись. Я агент ФБР.
Вот как? Так знай, сука!
Я тоже федеральный агент!
Я работаю на почте.
Я ценю то, что делаешь для нас тут.
Спасибо.
Еще бы не ценить.
Сегодня почту никто не получит.
Хорошо поддела.
Тебя хорошо поддели, пьяная ирландка!
Поцелуй мою ирландскую задницу!
Так мир?
– Спасибо.
– Спасибо.
Америка благодарит тебя.
А я – ее.
И она – тебя.
Спасибо.
Да, хорошо.
Всего хорошего.
Ослица.
Массачусетское
исправительное учреждение
Как твои дела, Джейсон?
Хочешь поговорить о Саймоне Ларкине?
Никогда о таком не слышал.
Черт, не ври мне.
Ты мой брат. Я знаю, когда ты врешь.
Я всего лишь пешка.
Я слышал о Ларкине, но с ним не знаком.
Он настоящий зверь.
Делаю все, чтобы не познакомились.
Пронесешься по Бостону
и засадишь наркобарона?
Да, я могла бы.
Ты со мной знаком?
Да, к сожалению.
Да, заткнись.
Послушай, завтра меня выпускают.
Вернусь домой. Буду прилично себя вести.
Я обещаю, ладно?
Никогда не подходи ко мне,
если я тебя не жду!
Ты что, животное?
Ты сказала, не будешь лезть в мое дело,
и встречаю тебя у дома Татьяны.
Я здесь живу.
Вот умора. Знаешь, что не смешно?
Ты украла
секретные документы из дела ФБР.
Ничего такого не помню.
Скажу еще раз. Отставить, детектив.
Пошла ты.
Вот теперь ты доигралась.
Звоню начальнику.
Да, звони, ябеда!
Долбаная стукачка!
Невероятно. Невероятно.
Это Эшберн, сэр. Мне нужно разрешение
отстранить от расследования
одного детектива.
Почему не умеешь
сотрудничать с местными?
Сэр, это не так.
Понимаю, как это звучит из моих уст,
но полагаю, это неуравновешенная особа.
Ее шеф говорит – выросла на этих улицах
и знает их лучше всех.
Это находка для нашего расследования.
– Сэр, я…
– Нет, работай с нею.
Покажи, что можешь,
или забудь о повышении.
Сэр, нет надобности
отнимать у кого-то жетон.
Думаю, что могу…
Думаю, что могу найти решение.
Хорошо. Спасибо. Пока.
Знаешь…
Я только…
Наши отношения сразу не заладились.
Я не знаю Бостона. А у тебя
много сведений об этом районе,
которые могут оказаться полезными.
Вероятно, даже очень.
Может, мы могли бы сотрудничать?
Не нужна твоя помощь,
чтобы засадить Ларкина.
Без меня ты бы и не знала о Ларкине.
ФБР доступна информация,
недоступная для тебя.
И у нас ее еще очень много. Много!
Может, хотелось услышать:
«Помоги, Маллинс».
Этого я не скажу.
Тогда уматывай в свою машину.
Это смешно.
Я агент ФБР. Ты – полицейский детектив.
«Помоги, Маллинс».
Помоги, Маллинс.
Мы шепчемся?
Пусть услышат на третьем этаже!
«Помоги, Маллинс».
И пусть «Маллинс» отзовется эхом.
Помоги, Маллинс, Маллинс, Маллинс…
Отойди. Отойди!
Боже! Ты меня бесишь
даже этими словами.
Я буду работать с тобой,
если мы условимся, что это мое дело.
Вообще-то, это неверно.
Бесподобно. Рада, что ты того же мнения.
Осторожно, машина.
Проклятье.
– Не лезь.
– Я открою.
– Если бы ты отпустила…
– Я открою.
– Я уже открываю.
– Я открою.
Я открою.
Черт!
– Мэм, вы…
– Иди себе. Иди.
Позволь мне говорить.
Я обучена брать интервью.
«Интервью»? Ты кто, Барбара Уолтерс?
Думала, зайдем и зададим ей жару.
Прости, что это значит?
Мы с тобой зададим жару.
Зайдем, допросим, запугаем…
Мы не говорим «допросим».
Слишком агрессивно.
Сахаром добьешься большего,
чем палкой.
Никудышное изречение.
Мы проявляем искренний личный интерес,
что позволяет им открыться.
Потом выполню
моментальную оценку личности,
основанную на теории Майерса-Бриггса,
тесты тематической апперцепции
и пару других, не буду тебе ими докучать.
Я умираю от скуки.
Ладно, только не пускайся
снова в объяснения,
сначала испробуем твой подход.
– Только потому что ты старше.
– Господи.
Татьяна Крумова,
специальный агент Сара Эшберн.
– А это детектив Маллинс.
– Детектив Маллинс.
Хотели бы задать пару вопросов,
если у вас найдется время.
Ах, надо же.
Знаете, неподходящий момент.
Я сбиваю масло.
Может, в другой раз?
– Если бы вы…
– Черт, как насчет прямо сейчас?
Черт, прямо сейчас!
Спасибо, Татьяна.
Очень мило с вашей стороны.
Итак…
Как давно вы здесь живете?
Как въехала, с тех пор и живу.
Хорошо, это очень…
полезная информация.
А теперь немного конкретнее.
Кем вы работаете?
– Знаю, кем сучка работает.
– Что знаешь, сучка?
Сахар, не палка.
Это болгарская фамилия, не так ли?
Нет, я чертова француженка!
– Господи.
– Татьяна…
Я не понимаю, что вы говорите.
– Прямо будто болгарский.
– Чистый болгарский.
Я не понимаю, что вы говорите!
Зачем сажать в тюрьму,
если плохого не делаю?
Так она поняла, что я говорю,
только не уловила контекста.
Господи боже.
Ладно, «Розеттский камень», ты закончила.
Господи.
Сколько порнушек сняли на этом диване?
Недовольна диваном? Неудобно?
Будет удобно, когда засуну ногу тебе в зад.
Да что ты.
Тогда мне будет удобно. Не тычь меня!
Татьяна, я хочу поговорить начистоту.
– Готова поговорить начистоту?
– Давай.
Мы обе знаем,
ты весь день нюхала порошок.
Я это понимаю.
Больше всего мне бы хотелось
надеть топик,
задрать ноги, принять герыча.
Славно провести время –
пару пива, чипсы,
посмотреть мультики.
Я бы взяла большую чашку с кокаином,
уткнулась бы в нее лицом,
добавила риталина…
– Рай на земле, а?
– Точно.
Неделю бы стояла
за билетами на такое шоу.
– Как в кино «Тренировочный день»?
– Целую неделю!
Но ты, дерьмо,
давно связалась с бандами.
Пришла пора открыть свой проклятый рот
и сказать то, что хотим знать.
Убедила. Вот что. Я открою рот.
Убирайся к черту из моего дома!
Как тебе мой открытый рот?
– Валите отсюда к черту!
– Да, я свалю.
Хорошо.
Тебе надо бросить курить,
это дурная привычка.
Половина помады остается в пепельнице.
Моя двоюродная бабушка
лишилась почти всех зубов из-за курения.
Рада слышать.
Также из-за драк,
но в основном из-за курения.
Мы не будем больше тебя донимать.
Это не входная дверь.
Держи руки на виду! Не двигаться.
– Это твой наркокурьер?
– Боже мой!
Это моя мать!
У тебя в заднице упаковки героина?
– Сломала мою долбаную дверь!
– Отставить.
Кто же запирается, чтобы покакать?
Люди.
Не тронь штаны!
Убирайся, слон в посудной лавке! Вон!
Да что с тобой такое?
Большая палка и никакого сахара.
Ты прихватила сигарету или нет?
Да… конечно, прихватила.
Да.
Я и спички стащила.
Кажется, наш парень посещает клуб «Экко».
– Нужно?
– Да, нужно.
Выясним, да?
Подожди. Мерзкий диван.
Мне надо вымыть руки.
Минутку, ты здесь живешь?
Я же сказала.
У тебя окна все заложены.
Да, стекла у меня есть,
только нету… оконных покрывал.
Занавесок? Ты их имеешь в виду?
Неважно. Ясно?
Это моя семья.
Да, как мило.
Хочешь поесть?
Я на днях не доела сандвич-«субмарину».
Нет, спасибо.
Прости, яиц-пашот в рубинах у меня нет.
Я не хочу быть грубой,
но здесь можно подцепить стафилококк.
Что тут не было грубым?
Для твоего же блага. Например, эта дверь.
Ее невозможно запереть.
В любой момент может кто-то ворваться.
Никто сюда не войдет,
потому что знают, он набит до отказа.
Боже мой.
– Да, я знаю.
– «Marlin 1894CB»?
А это «FN PS90»?
Да! Молодец.
– Держишь все дома?
– Молчишь о моем любимчике.
Смотри.
Моя гордость и радость.
Красавчик распылит на атомы
наземный бассейн.
Если он тебе больше не нужен.
– Это уж точно.
– Красивый, а?
Да. Как отказаться от такой покупки?
Не отказываешься. Если ты не кретин.
Не видела таких со Второй мировой.
Нет! Боже, она иногда начинает тикать.
Медленно положи назад. Медленно!
В два раза медленнее.
В два раза медленнее!
Перестань трястись. Не отводи мизинец.
Купила на «eBay».
Должна была быть больше, другой.
Не имеет значения.
Но я дам на засранца-продавца
плохой отзыв.
Дилер
Поставщик
Оптовый наркоторговец
Ларкин
Хорошо, леди.
Результаты анализа ДНК со спичек
и окурка из квартиры Татьяны.
Получили два набора отпечатков.
Первый – полный псих.
Неосторожное вождение,
нападение, поджог.
– Боже мой.
– В самом деле?
– Черт, кто этот тип?
– Мой помощник.
– Знаешь, я агент, так?
– Поджог?
Это было логово наркоторговцев!
Мне необходимо
дочитать твое личное дело.
А мне – чтобы не лезла ко мне,
тогда не придется дать по зубам.
Что ты выяснил насчет сигареты?
Так. Хэнк Лесуар.
Местный бизнесмен.
Тесно связан с наркотиками,
черным рынком,
проституцией – совладелец клуба «Экко».
Кажется, нашли оптовика. Не отодвинешь?
– К которому?
– Это.
– Я в тебя не втюрилась!
– Твоя грудь мне мешает.
– Не тронь мой сосок.
– Убери свой сосок!
Вот. Теперь мы квиты.
Похоже, болтун. Прослушивал телефон?
Не смог. Через неделю меняет,
все с предоплатой.
Только узнаю новый номер,
у него уже другой.
Установим жучок на тот, что у него сейчас.
Хочу знать, что говорит на этой неделе.
Получи судебный ордер и жучок.
Сами установим.
Собираешься приказывать –
хоть угости ужином.
– Нет.
– Ладно. Хорошо.
Мигом получу для тебя ордер.
Отработай свои приемы. Это было слабо.
Что? Думал, я очарователен.
Не знаю, что и сказать.
Теперь мне тебя жаль.
Так Лесуар совладелец «Экко».
Начнем наблюдение и решим,
как установить жучок.
– Расскажи о клубе.
– Захудалый клуб в центре.
Я никогда там не была,
но у входа вечно очередь из жутких типов.
Пару раз вызывали полицию
разнять драки.
– Черт.
– Что стряслось?
Только не смотри.
Сделай вид, что разговариваем.
Привет, Шэннон.
Привет, Робин.
Мы провели чудесную ночь. И ты исчезла.
Да, знаю. Я там была.
Можно пригласить тебя
на ужин или в кино?
Сам не слышишь,
до чего жалко все это звучит?
Где-то тебя ждет девушка, но это не я.
Может, она.
Ее хозяйство как грязный чердак.
Сломанные елочные гирлянды
и туфли кукол.
Может, вычистишь его для нее?
Искаженное описание моего влагалища.
Что это было?
Разок переспала с парнем,
и он хочет жениться!
Да, понимаю, о чем ты.
Кто это была?
Моя мама.
Ночной клуб «Экко»
Ортиз занимает базу отбивающего.
Верландер подает. Мяч катится
между ног Кабреры в правое поле.
Педройа направляется к второй базе.
Он поскальзывается и…
Рассказать тебе немного о себе?
– Боже.
– Посмотрим… Я училась в Йеле.
Проработала в ФБР примерно 12 лет.
Меня выдвигают на повышение.
Понимаешь,
я поймала убийцу из Ред-Фоллс.
Помню, думала, что этот тип невиновен.
Он просидел в тюрьме 11 месяцев.
Я была бы ужасным человеком,
будь твои слова подкреплены фактами.
Можешь сказать судье,
что ты облажалась.
Нет. Я не облажалась.
– Не заводись.
– Я не завожусь.
У меня развита интуиция.
Говорю, что чувствую. Я обычно права.
– Веришь или нет.
– Я не знала.
Ладно.
– Вот наш парень.
– Я тоже его вижу.
Вот он. Вот там.
Нам надо миновать этих телохранителей.
Не придется, он сам к нам подойдет.
Простите! Отойдите, пожалуйста!
Хорошо.
Это будет быстро.
Когда включу сигнал тревоги,
толпа двинется к двум выходам.
Он – к ближайшему. Я на него натолкнусь.
Схвачу мобильник, поставлю жучок,
скажу ему, что уронил телефон.
Я это называю «бросок копа».
– Да, понимаю.
– Хорошо… за дело.
Боже, к этой штуке не подходят провода.
Что это? Жвачка? Или пластилин?
Не трогай! Это презерватив.
Так, он идет.
Надо выйти на площадку
и потрясти задницами.
Да, танцуя, приблизиться к нему.
Отличная идея!
Господи. Не надо!
– Не делай этого.
– Но он там.
Найдем туалет.
Я сказала тебе, мне не нужно в туалет!
Я тебя спрашивала? Ты нас провалишь.
Ты не вписываешься!
Сними этот долбаный пиджак.
Это хороший пиджак.
Выглядишь как налоговый инспектор.
Снимай!
– Это смехотворно.
– Твой дерьмовый пиджак? Боже!
Хорошо, сняла. Сняла.
Видеть не могу, что собираешься делать.
А теперь расстегни пуговицы.
– Я агент ФБР!
– Знаю, ты так и выглядишь.
Думаешь, столкнетесь,
и он ничего не заподозрит?
Хорошо. Ну как? Хорошо? Можем идти?
Нет, думаю, еще хуже.
Боюсь, хоть бикини наденешь,
все равно сойдешь
за долбаного кассира банка.
Нельзя обойтись без этих выражений?
Я стараюсь тебе объяснить!
Я хочу сказать: твое лицо
и то, что спрятано под этим тряпьем,
может, не так ужасны.
К твоему сведению,
я одеваюсь должным образом.
Я поняла!
Ты начинаешь молоть
своим длинным языком,
да в придачу этот твой прикид –
от такого ни у кого не встанет.
– Я тебе помогу.
– Что ты делаешь?
– А теперь просто заткнись.
– Боже мой.
Боже мой!
Я только пять таких привезла в Бостон!
Отрежу и у остальных четырех.
Боже, что за жуткая ткань!
Сними это с запястья.
Это была одна из моих любимых.
– Сними его. Сними!
– Ладно, сейчас!
Выгляжу, будто на меня напали.
Это не моя вина.
– А, так моя?
– Дай подровнять низ.
Прекратишь ты кромсать мою одежду?
Я делаю шорты! Всем нравятся шорты.
Господи! Стой смирно!
Мне… неловко. Странно.
Не касайся этой зоны.
Не приседай, а то мою руку туда засосет.
Прекратишь ты стягивать с меня штаны?
– Боже!
– Что?
Что это?
– Что это?
– Прекрати!
Мои эластичные штаны. Все держат.
Зачем? Что оттуда вывалится?
Ничего! Просто держат все на месте.
Черт, они лечебные?
Нет, не лечебные. Просто…
Просто держит все там, где положено.
Тебе надо проветривать эту печь.
Так сильно сжимает и нагревает.
Хорошо проветривается, спасибо.
Мне руку обжигает на расстоянии.
Тогда обрежь покороче,
шейка матки еще не видна.
– Подрежу.
– Нет, хватит! Мы закончили.
– Теперь займемся тобой.
– Мне это не нужно!
Что?
Я выражаю свою сексуальность
в движении.
Когда затрясу, все… Ты поймешь.
Так я должна выглядеть этак, а ты так?
Я знаю, это нечестно.
Надо поправить шлем.
Волосы помнят прическу.
Надо их встряхнуть.
– Нагибайся.
– Зачем?
Ты похожа на Дарта Вейдера.
Наклоняйся.
Боже всемогущий.
Сейчас я пальчиками все исправлю.
– Постой. Что?
– Я поработаю пальчиками.
Что это? Что это значит?
Не то, о чем ты подумала.
Покажи себя!
На что ты смотришь?
Приятное чувство в шортах
от шорт твоей подруги.
Простите. Это вышло грубее,
чем было задумано.
Ты была права насчет шорт. Пошли.
Боже, нам конец.
– Впереди и чуть справа.
– За дело.
Порядок.
Давай к нему. Давай.
– Как? Я не знаю как.
– Спиной вперед.
Давай к нему.
Просунь руки и хватай телефон.
Так, Розовая.
– Выполняй бросок копа.
– Я пытаюсь!
– Выполняй!
– Не могу из этого положения!
Нет. Нет, нет, нет!
Захожу еще раз. Убери ее.
Убрала! А ты будто долбаная няня!
Время щелкнуться!
Черт. Подайте кто-нибудь телефон.
Есть! Есть! Пусти!
Спасибо.
Застегни пару пуговиц – правила клуба.
Боже праведный!
Я тащу бабу в оранжевом!
Мне нужно попить.
– Прекрати! Прекрати!
– Черт, я тебя убью.
Где он?
– Давай к нему.
– Хорошо, еще раз.
– Убери ее.
– Боже, их слишком много!
Привет.
До чего странно двигаешься…
мне нравится.
– У тебя очень мягкие волосы.
– А, этот ход.
Пусти в ход буфера!
– Видишь?
– Боже, да.
И мне нравится то, что вижу.
Детка, классно!
Эй, что это?
Что происходит?
Боже, ближе. О, пожалуйста!
– Привет.
– Привет.
Первая цыпа за 40,
на которую у меня стоит.
Замечательно.
– Хочешь выпить?
– Хорошо. Да.
Может быть. Может быть.
Только поэтому
девочки мне на шею вешаются.
Каждый вечер приходят
самые сексуальные цыпки.
«Вот Лесуар!» Короткие юбки,
слишком накрашены.
– Будто чертовы гремлины.
– Не выношу!
Не кормить после полуночи.
Становятся еще большими шлюхами.
Мне виски.
Я только что заметила этого льва.
– Поразительно.
– Черт!
Кто все время ставит туда львов?
14 долларов.
14 долларов?
Черт, это волшебное виски?
Прилагается мотоцикл?
Подают в башмаке Иисуса?
– Можно сесть тебе на колени?
– Само собой.
– Мне нравится развитие событий.
– И мне.
Охотно!
Позже будет пенная вечеринка.
Сожалею.
Очень сожалею.
Пьяная сучка. Уберите ее отсюда.
– Пьянеет, как ребенок.
– Я очень сожалею!
– Ладно, дорогуша, вон.
– Простите.
– Я пони!
– Простите.
Выставите ее к черту! Отвезите домой.
Завтра мне надо вести школьный автобус!
– Моя смена!
– Вот так.
Я не записал твой номер.
Я тебя найду. Я тебя найду.
Здорово, а?
Должна сказать, это было бесподобно.
– Правда. Дай пять.
– Дай пять!
Нет, дай пять.
Не надо.
У тебя это странно получается.
Я стараюсь не рявкать на тебя,
но с тобой это почти невозможно.
– Что такое?
– Мы не одни.
А, черт.
Подожди, я от них оторвусь.
– Мне сесть за руль?
– Нет, была асом в академии.
Меня принимали за инструктора.
Была так сильна.
Черт.
– Оторвись!
– А что я пытаюсь сделать?
Прекрати! Прекрати! Я справлюсь.
Держись.
Вот так отрываются от хвоста.
Здорово. Я удивлена.
Наши друзья вернулись.
Теперь я. Теперь я. Пусти меня.
– Что ты делаешь?
– Покажу, как сбрасываю хвост.
Берегись!
ФБР! Бросьте оружие! Боже мой.
– Это что за черт?
– Не знаю.
Управление по борьбе с наркотиками!
Серьезно, кто вы?
Вы глухие? Только что сказал – УБН!
Бросьте долбаные пушки!
Живо!
Черт.
Я очень сожалею.
Я приняла вас за наемного убийцу.
– Из-за вашего… оружия.
– И жутко злобного вида.
Понимаю. Я альбинос,
значит, скверный парень?
– Нет, мы так не…
– Да. Да.
Так вот, я из УБН. И вот что я вам скажу.
Мы два месяца следили за этим клубом,
тут являетесь вы, как пара любителей,
и чуть все не проваливаете!
Явно понятия не имеете, с кем говорите.
Я агент ФБР Сара Эшберн.
Уверен, у вас впечатляющий
послужной список,
а также… костюм.
Сексуальные штанишки.
В следующий раз побрейте выше коленей.
Советы по уходу за собой?
А зеркало у тебя есть?
Послушайте. Я ничего не имею против
женщин-профессионалов.
Но, со всем уважением, ваша беда в том,
что вы возбуждаетесь,
поддаетесь эмоциям,
гормоны берут свое, у вас менструация…
И вы уже делаете комплименты
плохому парню на его диване!
Со всем уважением, кто твоя жена?
Мешок муки с дыркой?
Эй, эй, эй! Послушайте, леди.
Мы проторчали в этом фургончике
два месяца.
Не позволим вам явиться
и присвоить все заслуги.
Чтобы вы не совались в это дело!
У нас повсюду есть информаторы!
Повсюду ведем наблюдение! Не хотим,
чтобы вы врывались,
переполненные эстрогеном,
среди бела дня у всех на виду
и нам гадили!
Потому что мы двое задержим этих ребят.
Трахала я тебя, меловые яйца!
Не выйдет даже на твой день рождения.
Верно, валите себе.
Мы не закончили.
К вашему сведению,
у женщин от природы волосы на ногах.
– Не нужно останавливаться.
– Что ты делаешь?
Скажешь мне, что было не так?
Ничего.
Видела твое лицо,
когда ты смотрела запись.
Похоже, ты увидела кого-то знакомого.
Возможно, твоего брата?
Ты не на моем чертовом лице это прочла.
Ты прочла мое личное дело, так?
Вот засранка!
Да, но это моя работа – знать все о деле,
включая то, с кем я работаю.
Мне это не нравится.
Нам надо поговорить с ним завтра.
Где он?
Вероятно, у родителей.
Тогда поедем к твоим родителям.
Нет, я не могу поехать к родителям.
– Почему?
– Это я засадила его в тюрьму.
Ладно, неважно.
Не то чтобы мне это нравилось.
Он связался с очень скверными людьми.
И тогда он начал…
Употреблять эту дрянь.
Надо было его вытащить.
Ирония в том,
что многие становятся зависимыми,
находясь в тюрьме.
80-85% заключенных требуется лечение.
– Я тебя ненавижу.
– Да, понимаю. Прости.
Но я не закончила. Я собиралась сказать…
Почему ты не можешь просто помолчать?
Какого черта?
Они из ткани. Красивые.
Я могла тебя застрелить!
Прости, не любишь,
когда к тебе вторгаются?
Брось. Я просмотрела твое личное дело.
Ты вломилась в мой дом!
Мне тоже не все равно, с кем работаю.
И мне как-то не по себе,
что тебе необходимо
брать в дорогу свои награды.
Это не то, что ты думаешь.
Меня перевели сюда, сняли эту квартиру,
и это все мои вещи.
Эти четыре несчастных ящика… это все?
Вся твоя жизнь?
Да.
Боже. Вряд ли есть что-то еще печальнее,
даже если бы ты таскала все
в мусорном мешке.
У тебя кофейные фильтры
вместо туалетной бумаги.
Все равно их покупаю.
Двойное назначение.
Они для этого не предназначены.
Да, настоящая франтиха. Вижу. Вижу.
Похоже, пользовалась успехом в школе?
Да. Да, пользовалась. Но что…
Нет, не пользовалась.
Что про нее можно сказать?
Типичный ботан.
Что мне нравится – всего две записи,
обе от учителей.
М-с Берк: «Приятно провести лето».
Как сердечно.
Больше всего мне нравится это.
«Все наладится».
Да, хорошо.
Теперь мы квиты.
Хорошо.
Вижу, у тебя есть кот.
Да.
Он тут?
Хотелось бы его приласкать, повозиться.
Он… сбежал, когда я жила в Нью-Йорке.
Боже, это меня просто убивает.
Да, это была… это была утрата.
Кот кинул взгляд
на твою дерьмовую жизнь
и сказал: «Нет уж, спасибо.
Я отсюда сматываюсь!»
Я все еще немного по нему тоскую.
Этот долбаный кот мерзавец, вот кто он.
Пошел ты!
Да, пошел ты!
Вот что я говорю этому коту.
Что за дерьмовая жизнь.
Ты даже кота не можешь удержать.
Мне немножко больно.
– Да, это печаль.
– Нет, не печаль.
Ты хлопаешь немножко больно.
Ладно. Не будь скотиной.
Спасибо тебе за это.
Ладно, поехали, хорошо?
Мне надо переодеться.
Чем плох твой брючный костюм?
Это пижама.
Ну, я дико извиняюсь,
не поняла, что ты спишь в смокинге.
Иди, надень свой цилиндр.
Добро пожаловать домой, Джейсон
Дома положено
вести себя цивилизованно!
Веди себя хоть раз в жизни как мать.
О, замечательно. Эта засранка!
Расслабься. Привет, папа.
Привет, пончик.
Ну, ну. Смотрите, кто пришел!
Стукачка.
Явилась еще кого-то арестовать?
Мама на днях выбросила
банку от кока-колы.
Не сдала на переработку!
А папа подключается к кабелю ТВ соседей.
– Прекрати, Марк.
– Сними у него отпечатки.
Может, заработаешь лишнюю нашивку!
Пити, сколько песен
ты незаконно скачал? 5000?
– Десять, двадцать тысяч.
– 20 000!
Майки только что украл на работе лэптоп!
Украл? 6 недель там отработал. Заслужил.
Не оплачивают страховку. Компенсирует.
Но ты, наверное, вызовешь спецназ!
Она могла бы, это ужасные примеры.
А вот и куриные наггетсы!
Сейчас начнется.
Что за тварью надо быть,
чтобы засадить родного брата?
– Вот эта тварь… здесь!
– Заткнись.
Может, чтобы не дать ему убить себя?
Это я вытащила его с улицы.
Не вы, скоты!
Нельзя арестовывать члена семьи!
– Черт, а ты кто такая?
– Это Джина!
Скажи Джине,
придушу ее прямо за столом!
Моя подруга!
Тронь, будешь иметь дело со мной!
А ты кто такая? Я убью тебя.
А потом убью ее твоим трупом!
Все успокойтесь. Шэннон права.
У вот этой нет права лезть
в семейное дело!
«У вот этой»?
Так говоришь о моей подружке?
Сидит в трениках
за обедом у твоей матери!
Ее нарядные.
Без надписи «вставь тут» на заду.
– Задница вываливается!
– Грудь на столе лежит!
Добро пожаловать домой.
– Явилась меня арестовать?
– Надеюсь, нет.
– Вы продаете Библии?
– Нет, это Эшберн.
Пошли.
Нам надо поговорить.
Садись.
Это одна из лучших
картин на спортивные темы с Иисусом.
Очень хороша. Красиво.
Что ты делаешь в клубе «Экко»?
Ты мне мать?
Откуда знаешь, что я там был?
Я все знаю.
Ты уже опять на них работаешь?
Нет, этот Джулиан послал за мной,
хочет, чтобы я начал с ним работать.
Я отказался,
устраиваюсь на нормальную работу.
Все довольны. Расстались мирно.
– Ты накоп?
– Что, простите?
– Ты накоп?
– «Накоп»?
– Простите, я не понимаю.
– Накоп.
– Или я по-японски говорю?
– Да, прислушайся.
Выговорю почетче.
Ты…
… накоп…
… или нет? Долбаный накоп!
Как Джонни Депп в «Мачо и ботан».
А, понимаю. Наркокоп.
Накоп, да! А я что говорил?
Не расслышала средние буквы.
Расслышала «накоп».
– Он сказал «накоп»!
– Черт, я и сказал «накоп»!
Почему на тебе рубашка
с длинными рукавами?
Я немного простужен. Пустяки.
– Мне сломать тебе большой палец?
– Не надо!
Сжалься. Сжалься.
Выпрями руку.
Только выглядит ужасно. Ерунда.
Джулиан хочет,
чтобы работал, нравлюсь им.
– Скажи, где мне найти Джулиана.
– Не суйся.
Они чокнутые.
Порубят на кусочки или пристрелят.
Скажи мне, что ты знаешь!
Я ничего не знаю.
Ладно. Сэл Натали.
Да? Ты знаешь Сэла Натали?
Конечно, знаю.
Собирался спереть эту огромную партию,
так они его пристрелили.
Он в багажнике кадиллака
под мостом Чарлз-Ривер.
Оставайся в доме.
Застану снаружи – отделаю почище,
чем они.
Кто ты такая? Зачем пришла?
Я федеральный агент. Специальный агент.
Это в смысле – отсталый?
Мы используем выражение
«с особыми нуждами».
У меня высокий
коэффициент интеллектуальности.
Ты парень или девушка?
Дельный вопрос.
Я… я женского пола.
Это же надо.
Настоящая женщина!
С самого начала? Без операции?
Да, с рождения.
Как ухитряешься так гладко бриться?
Мне пора, но я еще вернусь, чтобы…
– Приятно было познакомиться.
– Спасибо.
Да, это Сэл Натали, точно.
Всадили пулю в лоб.
Для них очень цивилизованно.
Также вырезали язык.
Ну вот. Послание,
адресованное всем прочим.
– Нашли язык?
– Конечно. Засунут в задний проход.
Странное послание.
Кончик языка торчал из прямой кишки.
Как будто зад показывал язык полиции.
Не нарисовали глаза на ягодицах?
Нет.
Упустили возможность.
Это было бы забавно.
Мне кажется, просто хотели показать язык.
Боже мой, пожалуйста, не надо.
Где его вещи?
Есть указания на то, где был убит?
Мы все еще ищем их главную базу.
Если будут какие-то зацепки, я их найду.
Это кокаин?
Вряд ли. Скорее какое-то покрытие.
То же вещество
найдено на обуви всех жертв.
– На всех…
– Покрытие из эпоксидного порошка?
Верно.
Все образцы одного состава. Что значит…
Их всех убили в одном месте.
Именно так.
Я проверил.
Такой порошок имеется в трех местах.
– На лакокрасочной фабрике!
– Да.
– Мы все это знаем.
– Это…
Посмотрите.
Эта фабрика находится рядом с местом…
Где были найдены все четыре трупа!
– Верно.
– Я так и думала.
Эта уже много лет закрыта,
принадлежала Лифу Са…
– Самбертинесону?
– Сагглминту?
– Самбер…
– Старому Сагглминту?
Сантино.
– А, Сантино!
– Сантино.
Это сокращение от Сагглминта?
Как можно скорее
раздобудь адрес фабрики.
Прости, Эшберн.
Я тут думал…
Неловкая ситуация.
Не воспринимай лично,
но я придерживаюсь правила
не ходить на свидания с коллегами,
спасибо.
Думал, могла бы не говорить со мной
таким тоном.
Ах это! Да, конечно!
Другая тактика.
– Могла бы. Почему бы и нет?
– И правда, почему?
Нам надо ехать на фабрику.
Все выяснилось? А то очень неловко.
Нет… Мы понимаем друг друга. Верно?
– Вполне понимаем.
– Полное согласие.
– Я не хочу ничего плохого…
– Пошли.
Поехали на лакокрасочную фабрику.
Не ходит на свидания с коллегами,
оповестите.
Заткнись.
Это еще что за дерьмо?
Прекрати.
– Прикрой меня и иди направо.
– Так и скажи.
Просто хочется тебя пристрелить.
Не знаю, что на тебя нашло,
но мы запретили тебе соваться в город.
Не знаю, что это значит.
Ты глухой? Не владеешь английским?
Мне надо что-то с тобой делать.
Послушай, Джулиан… Прости.
Буду продавать для вас.
Делать, что скажете.
Пытаюсь подработать.
Нельзя же меня за это винить?
Расслабься. Я все понимаю.
– Спасибо.
– Я не застрелю тебя.
Хорошо. Отлично, старина. Спасибо.
– Он пристрелит.
– Подожди!
Черт!
Если схватим Джулиана, я его расколю.
К вечеру возьмем Ларкина.
– Двое на двое. Наш шанс.
– Вызову подкрепление.
Оно уже прибыло.
Привет!
Я тебя искала. Забыла взять твой номер.
Хорошо.
Номер: 1-800-ОтдайтеДолбаныеПушки.
В нем слишком много цифр.
Познакомился с этими чучелами в клубе.
Теперь они обе здесь.
– Тебе не подсунули жучок?
– Да брось ты.
Черт побери!
Думаете, вы жутко крутые?
При этом освещении
выглядите еще старше.
– Прекрати.
– Имела я тебя.
Это я тебя имел! А не ты. Имел я тебя.
Знаешь почему?
Потому что я тебя сейчас поимею.
Подбери.
Давай.
Дай мне предлог выстрелить тебе в рожу.
Сколько времени это займет?
Может, 12 часов, надеюсь, меньше.
Надо установить его мотивацию.
Мы могли бы избить его
телефонной книгой.
Нет! По множеству причин – нет.
Только будь терпелива, хорошо?
Очень важно,
чтобы ты не теряла терпения.
А еще важно,
чтобы не носила дурацкую заколку.
Не надо! Оставь.
А что? У тебя такая же.
Да, на макушке,
как у нормального человека.
– Какая разница?
– Продолжай работу.
Если зайдешь туда,
ты нарушишь наш контакт.
Пожалуйста, положись на меня в этом.
Ты понимаешь, как это важно?
Да, понимаю.
И ты будешь терпелива?
Буду.
Хорошо. Отлично.
Привет.
Хочешь кофе?
Я, наверное, пью слишком много кофе.
– Где Ларкин?
– Не могла подождать 10 секунд?
Что тут смешного?
Вы смешны – думая,
что заставите меня говорить.
Ты сейчас говоришь, осел!
Похожа на малыша с рекламы супа,
который вырос и стал алкоголиком.
Как ехидно. Долбаный гений.
– Просила не заходить!
– Мне надо на него нажать.
– Уже не нажала?
– Нет, хороший коп и плохой коп.
– Я вас слышу.
– Заткнись!
Только, пожалуйста, не делай глупостей.
Я не наделаю глупостей.
Что я могу такого сделать?
Работаю в полиции.
Выстрелю тебе в член?
Сказала, никаких глупостей,
и это исключено.
Исключено!
Отвернись.
И пройдешь тест на детекторе лжи.
– Убери!
– Отвернись!
Не беспокойся. Она ничего не сделает.
Хочешь поставить на кон
свою мошонку и яйца?
Валяй, ставь!
– Иди в угол!
– Я уже там!
Мы сыграем в небольшую игру.
Я выберу патроны.
Кроме этого. Это мой любимый.
Этот оставлю в барабане.
И тогда ты скажешь мне, где Ларкин.
И скажешь,
когда и куда придет груз, ладно?
Немедленно.
Я убью тебя и всех твоих знакомых.
Я не об этом спрашивала.
Правильная, отними у нее пушку!
Мне спасать твою мошонку?
– Когда приходит груз?
– Я не знаю.
Ладно! Груз придет в среду!
– Куда?
– Я не знаю!
– Богом клянусь, не знаю!
– Скажи ей куда!
Боже, не стреляй мне в член!
Не знаю! В среду! Уже четыре выстрела!
Больше не стреляй!
– Скажи куда!
– Не знаю! Не стреляй в член!
Хватит! Прекратите!
Вы задержали Джулиана и Лесуара?
– Вы спятили?
– Не слишком разумно.
Так не положено арестовывать того,
кто совершает убийство
и пытается убить тебя?
Хотели,
чтобы мы оставили их на свободе?
Вы даже не должны были там находиться!
Крупная рыба – это Ларкин, а не эти двое!
Теперь мы никогда не сможем…
Крейг, успокойся! Мы тебя слышим.
– Да, собаки тебя слышат.
– Конечно, слышат!
Ты хорошо себя чувствуешь?
А то ты так бледен.
Это заложено генетически!
Эшберн, пойдем.
Долбаный снеговик.
Понимаю!
Хорошая шутка, ведь я совсем белый!
Могу поговорить наедине
со своим агентом?
Все в порядке.
Хорошо. Я буду тут рядом.
Тут рядом.
Спасибо.
Почему ты никого не предупредила,
узнав о местонахождении Джулиана?
Это была неподтвержденная зацепка.
Не хотела тратить чужое время,
не убедившись.
Уймись. Хочу, чтобы ты прервала работу,
пока не решу, как все уладить с УБН.
Пожалуйста, не надо.
Клянусь, делала все,
ради чего меня послали.
– Мы так многого добились.
– Я знаю.
Только…
Не знаю. Когда ты участвуешь,
все так непросто.
Пошел он к черту.
Если нет неприятностей,
значит, плохо работаем.
Это так.
Нам надо выпить. Верно?
Какой смысл быть копом,
если вечером нельзя выпить стаканчик?
– Об этом я и говорю!
– Я сказала, только один.
Нет, нет, вот… один.
Иногда он просто предпочитает
разлить по трем маленьким, но это один.
Хорошо, выпьем!
– Расслабимся.
– Ладушки.
Вот так.
– Пей. Держи темп.
– Хорошо.
Не выплевывай. Денег стоит.
Вот так.
Держи в себе.
Привет, как дела? От тебя никаких вестей.
Черт.
Не было вестей.
Я сделал что-то не так, или…
Ну вот, начинается.
Дело не в тебе, а во мне.
Я все еще работаю над собой.
Не могу быть второй половинкой,
пока не стала лучшим целым.
– Не нужно.
– Подожди. Мое любимое высказывание.
Ты внушаешь мне желание стать лучше.
Я думал, мы хорошо проводили время.
Да, мы славно развлеклись.
А теперь нам пора двигаться дальше.
Забыть об этом.
Хорошо. Классно.
Без обид, хорошо?
Ладно, иди. Иди.
Пока!
Не знала, как еще это сказать. Все ясно.
Потому не надо кормить бродячих собак.
Можно нам еще две…
стопки?
Шесть.
Нам еще пивка, да?
Я не знаю, Маллинс. Это тяжело.
Не следовало бы этого говорить,
но женщине трудно работать в этой сфере.
Мужчины так боятся меня. И почему?
Прибавь к этому особенности характера,
и это отталкивающе.
Знаешь, я даже лет шесть была замужем.
– У него слух был в порядке?
– Да.
Он не понимал,
как много для меня значит работа,
потому я решила, что лучше быть одной,
чтобы не страдала работа.
Я понимаю.
Странно, что бывает немного одиноко.
Трудно подружиться с женщинами.
Я выросла,
общаясь с братьями и их друзьями.
Все они стали ужасными людьми.
Это угнетает.
Твои родные тебя любят.
На свой лад, но все же любят,
и это чудесно.
На необычный лад.
Похоже на слова единственного ребенка.
Нет, я выросла с многими детьми.
С другими детьми? Где, в цирке?
Нет, в домах.
Боже мой.
Ты приемный ребенок.
Да, была.
О боже.
– Нет.
– Господи, это все объясняет.
Приемный ребенок. Все понятно.
Отчаянный шаг.
Нет, все нормально.
Быть приемным довольно выгодно.
– Да?
– Да.
На Рождество одна местная аптека
помогала нам и дарила наборы
туалетных принадлежностей.
На День благодарения мы
ходили на тренировки по мини-гольфу.
– Там было много разных…
– Грустных детей?
– Нет…
– О господи.
Тоскливо все это,
в жизни не слышала ничего печальнее.
Я не думаю, что это в конечном счете
на меня повлияло.
Скорее всего, ты в порядке.
Понимаю, что, возможно,
немного повлияло,
но все же ничего…
Возможно? Господи.
Боже мой, моя жизнь!
Боже мой!
Ладно. Дай выход чувствам.
Тебе полезно начать говорить об этом.
Мне нехорошо. Мне нехорошо.
Из-за тебя и мне не очень хорошо.
Ладно… прочисть.
Изо всех сил.
Ты можешь сильнее.
Молодец!
Мне нехорошо.
Хочешь «Егермейстера»? Два егера!
Веселее!
Посвящаем это тебе!
Сексуальный проход!
Смотрите! Смотрите!
– Смотрите.
– Она показывает это вам!
Выше.
Меня зовут…
детектив Маллинс.
Лучше притормози свою задницу.
Я чую бекон. Чую бекон.
Я чую бекон.
Печенье готово!
Давай еще раз!
Нет! Хватит включать эту песню!
– Почему?
– Потому что ты ее уже 26 раз послушала.
– Эй. Она приемный ребенок.
– Да.
Ей на Рождество дарили
тампоны и ватные палочки.
Ее жизнь была ужасной и несчастной.
– Взгляни на нее!
– Да!
Ладно. Слушай свою дурацкую песню.
Не ругайся на нас.
– Да, наслаждайся музыкой.
– Ладно.
Печенье готово!
Идите танцевать! Давайте!
Вставай, сука!
Вставай в конец!
Полное безумие. Это мы все затеяли.
Ты засыпан орехами.
Тебе снится дурной сон.
Ты засыпан орехами.
Пусть что-нибудь останется…
Стой смирно.
Мне нравится это местечко.
Да, за это местечко!
Я ничего не чувствую.
Держи ее поднятой.
Проклятье.
Эй, и давно мы тут находимся?
Проклятье.
Так, соберись.
Знаете? Вот это. Это ценная вещь.
– Я это ставлю.
– Ставлю все.
Привет, как дела?
Боже,
брось в этот мусорник мятную конфетку.
Господи. Я вчера вечером курила?
Да, вырывала у людей изо рта и курила.
– Как противно!
– Ужасная гадость.
Почему среди ставок мой пиджак?
Не беспокойся. Сейчас отыграю.
Посмотрим, что у вас есть.
– Черт.
– Замечательно.
– Всего хорошего.
– Замечательно.
Ну вот.
Не думала,
что будешь переживать из-за пиджака.
Когда отдавала машину, не переживала.
– Кому я ее отдала?
– Уэйну!
– Кто такой Уэйн?
– Только что отсюда вышел!
Всю ночь просидела у него на коленях,
засунув язык ему в горло.
Боже! Ощущения, как после зимней спячки!
– Ночью не беспокоило.
– 10 неотвеченных звонков.
Не остановишь его, пожалуйста?
Уэйн, Эшберн хочет вернуть свое белье!
Нет! Нельзя забирать эту машину!
Собственность правительства.
Вот как?
Я плачу налоги. Имел я правительство!
– Лучше не надо.
– Вылезай из машины, олух!
Боже мой.
– Боже мой!
– Черт! Уэйн!
Твой первый парень.
Между вами искры проскакивали.
Как сбежал Джулиан?
Перевозившие его приставы
попали в засаду.
Не знаем,
люди Ларкина следовали за приставами
или получили информацию изнутри.
Разве это не очевидно?
– Пошла ты!
– У меня нюх на альбиносов-предателей.
Хочешь указывать пальцем, укажи на себя.
Не задержи вы Джулиана,
Ларкин бы и не знал, что идем по пятам!
И все это дело
не увязло бы в дерьме, как сейчас.
Пошла ты с предрассудками
насчет альбиносов!
Теперь Ларкин знает, кто вы,
а Джулиан чертовски зол.
– На вашем месте я бы смылся.
– Тебе бы хотелось.
Эшберн, он прав. Выбора нет.
Как бы не так!
Ты мне не начальник, Кот в сапогах.
И будь ты даже им,
меня бы не остановил.
Сделала больше для дела,
чем любой из вас.
А вы все изгадили!
Еще одна загаженная сфера моей жизни.
Спасибо.
Нет, мне прислали по электронной почте.
Ладно. Наверное, я перехожу границы.
Я отстранюсь и посмотрю,
на что вы способны.
Вперед, США! Пошли.
Нам надо увезти мою семью.
Они их убьют.
Поговорю с Хейлом.
ФБР может все устроить.
Ты шутишь? У них там «крот».
Думаю, альбинос, но мы не знаем.
Может, Ливи.
Кто-то из моего участка.
Твой Кот в сапогах.
Мы будем действовать сами
и немедленно.
Ты со мной или нет?
Хорошо.
Бред! Нам надо ломать жизнь,
потому что ты дура?
Не говори с ней так. Это не ее вина.
Хочешь увезти всех?
Нет, но иначе вышло бы,
как в «Списке Шиндлера».
Папа! Брось, она не поместится в машине!
Не хочу,
чтобы они забрали мои сокровища.
Нет, нет, нет! Я думала, ты дома.
Скажи «пока».
– Скажи «пока».
– Нет. Я позвоню, как доберусь.
– Ты ужасна.
– Знаю. Прости меня.
– Это мой дом!
– Просто выйди.
– Куда ты идешь? Ухожу!
– Я сейчас приду.
– У тебя рубашка просвечивает.
– Боже, правда? О господи.
Зачем тебе бита?
Пусть только попробуют зайти, Шэн.
Пусть попробуют.
Они в тебя не мячи будут кидать.
Они тебя пристрелят, идиот. Бери сумку.
Заканчивай уже жалеть себя, ради бога.
Давайте, ублюдки.
Не вы, миссис Амендола.
Привет. Можно мне сесть за руль?
Нет, пожалуйста, обойди…
Вылезай и пусти за руль.
Я очень хорошо вожу!
Маллинс! Твоя мама.
Наша жизнь в опасности.
Придется сменить имя.
Если тебе позвонит Карла, это я!
– Стала такой важной?
– С тобой иначе нельзя!
Всем пристегнуться!
Давай, дружок… залезай.
– Сюда, дружок.
– Это еще что за черт?
Мой щенок. Завел четыре месяца назад.
Назвал Кевином Гарнеттом.
– Олух!
– Видела бы, какой у него член.
Отойди.
Не повезем этого жеребца в мотель.
– Нам надо заехать за Джиной.
– Зачем?
Из-за тебя ее жизнь в опасности!
Всем на нее плевать.
Если я еду, то Джина тоже едет!
– Без Джины не поеду.
– Залезай!
– Едем за Джиной.
– Ноги убери, отрублю!
Мы едем за Джиной!
Надеюсь,
в нас врежется грузовик и все погибнем.
Черт, что делает эта девушка?
Она медленнее не может?
Неужели не может?
– Сходи за своей девушкой.
– У нее все в порядке.
Я забыла щипцы для волос, м-с Маллинс!
Скорее, Джина, садись в машину!
Какого черта?
Я купил тебе сумку на колесиках,
можешь катить!
Ты шутишь?
Подарил на Рождество сумку,
чтобы таскала сама?
Джина, скорее. Поехали.
Я подарю тебе на Рождество
сосалку для члена.
– Иди ей навстречу!
– Иду!
– Как ты могла так сказать?
– Потому вылез.
– Сходи за ней.
– Пит, порви с этой девушкой.
– Поехали!
– Не устраивайте сцену, идиоты!
Думаешь, ты такой крутой?
Прекратите! Прекратите!
Я улажу!
Эй! Придурки!
Садитесь в машину! Садитесь в машину!
Она вытащила оружие?
Знаешь, что теперь? Эту ты не возьмешь!
Джейсон, у тебя очень милая семья.
Да, иногда бывает славно.
В ней моя косметика.
Я сорву с тебя штаны!
Если бы мы знали, куда придет груз,
вышли бы на Ларкина и Джулиана.
Они оба были бы там, мы бы их схватили.
Я рада, что вытащили Джейсона.
Да.
Но жаль.
Было бы удачей для нас,
будь твой брат в банде.
Вот что ты хочешь сказать? Вслух сказала.
Не будь он твоим братом,
ты сказала бы то же.
Мы покончили с этим вопросом.
Будь он обычным наркодилером,
не послала бы его назад?
Будь он кем-то вроде Рохаса…
Не о Рохасе говорим.
Мы говорим о моем брате, дубина.
Мы многое потеряем,
если не поймаем Ларкина.
– Что ты можешь потерять?
– Многое.
Свое дурацкое повышение?
Тебе плевать на мою семью,
на то, что они убили бы Джейсона.
Я думаю, ты не совсем честна.
Никто не заставлял твоего брата
связываться с наркотиками.
– Ты балда, если так говоришь.
– Это ни к чему.
Я пытаюсь начать диалог.
Заметь, я начинаю фразы с «я думаю».
Я думаю, что ты балда.
Знаешь, что думаю я?
Думаю, что ты всю неделю
проносила эту рубашку.
Думаю, пусть вывернута наизнанку,
свежей не становится.
А я думаю, что становится.
Правда? Думаю, что я с тобой не согласна.
– Наверное, приятно.
– Что?
Всегда все знать.
Быть гораздо умнее всех.
Я не утверждаю,
что знаю все, но кое-что знаю.
Мои знания научно доказаны,
и я делюсь ими с тобой.
Если не нравится, игнорируй меня,
как обычно.
На помощь! Он задыхается!
Ладно, я помогу.
Вызовите скорую!
Проверь ему рот!
– Там ничего нет!
– Уложим его.
Сэр, успокойтесь. Все будет хорошо.
Откину ему голову.
Он задыхается.
Мне нужны нож и соломинка!
Нож и соломинка! Зачем нож и соломинка?
Я произведу экстренную трахеотомию.
Понадобится стакан водки.
Водки! Это семейный ресторан.
Горячей воды для стерилизации!
– Ты знаешь, что делаешь?
– Технически нет.
Но я изучила вопрос и уверена в себе.
– Он все еще задыхается!
– Сэр, я найду вашу…
– Пожалуйста, не втыкай его туда.
– Не тронь меня.
Думаю, эластический конус тут.
Сделаю разрез…
– Отпусти руку.
– Пожалуйста, не надо.
Я сделаю маленький разрез.
Я делаю это потому… что вы задыхаетесь.
Я сделаю разрез… чуть больше…
Вошел глубже, чем я думала.
– Теперь я вставлю туда пальцы.
– Не суй палец!
Нашла мембрану.
Долбаный фильм ужасов!
Не суй туда пальцы!
Сэр, я вставлю в отверстие соломинку,
это поможет
поступлению кислорода к мозгу.
Сейчас почувствуете
приток кислорода к мозгу.
Это не кислород.
Это не кислород!
Как много крови.
Боже мой, сколько крови!
– Я не знаю, что делаю!
– Не ори! Твоя работа!
Когда приедет скорая?
– Я сделаю! Отойди!
– Мне так жаль!
– Сколько крови!
– Кретинка!
Вы могли просто
вытащить кусок блина из глотки.
Он же жив, не так ли?
У меня шрам от пореза.
Надо было отнять руку?
– Вы не настоящий врач.
– И вы тоже.
– Пока!
– Вы безрассудный человек.
Спасибо вам. Не вам.
Боже мой.
Эшберн.
Почему у тебя нет своего телефона?
Разве я королева Англии?
Не знаю. Королева Англии носит треники?
– Пошла ты.
– Сама пошла.
Маллинс слушает.
Шэннон, я ушел.
Не мог там больше сидеть.
Что? Где ты?
Я с ними поговорил.
Ничего страшного, поладили.
Так не получится.
Они знают, что ты мой брат.
А еще знают, что ты меня арестовала.
Выходит, что я тебя ненавижу.
Так не получится. Заткнись на минутку!
Послушай, я знаю, куда придет груз.
Плевать мне на груз!
Тащи сюда свою задницу.
Останусь тут, иначе поймут, что-то не так.
– Не лезь!
– Это мой телефон.
– Поверь, я хочу поступить правильно.
– Ты шутишь?
– Что?
– Джейсон! Джейсон!
Отпусти!
Шэннон?
– Говорит Эшберн.
– Черт, что происходит?
– Что ты знаешь?
– Не говори с ней!
Груз придет на верфь бостонского порта
в 23:00.
– Большой груз, много ребят.
– Поняла.
Будут вооружены до зубов.
Осторожнее, слышите?
Судно называется «S.S. Tank»
или в этом роде.
– Обещаю, мы будем там.
– Мне пора.
Я сломаю твою чертову руку!
Только успокойся! Успокойся!
Черт!
Ты только что угробила моего брата!
Нет, с ним все будет хорошо.
Я клянусь, все будет хорошо.
Вечером на терминале соберутся
все силы ФБР Бостона – я тебе обещаю.
С ним все будет хорошо.
– Хороший план. Будешь благодарить.
– Заткнись!
– Порядок.
– Корабль приближается.
– Оружие к бою.
– Хорошо, начнем.
Полиция! Руки вверх!
ФБР! Руки вверх! Чтобы мы их видели!
На судне ничего не было.
Было. Нашли косячок в сумочке девушки.
Ну вот… Влипли по уши.
Сэр, нам надо вернуться на улицы.
Если груз прибыл…
Эшберн, хватит.
Отсылаю тебя назад в Нью-Йорк.
Сэр, пожалуйста, не надо!
Говорю вам, я очень близка.
Небольшая заминка.
Это была не заминка.
– Простите.
– Не надо.
И не пытайся… Господи.
Простите. Не видели детектива Маллинс?
В больнице.
Что-то стряслось с кем-то из родных.
Боже мой.
Он в искусственной коме.
В него выстрелили и бросили на улице.
Пожалуйста, прости, Маллинс.
Прости.
Он пытался начать новую жизнь.
Ходил на собеседование.
Я видела его резюме.
Ужасное резюме.
Он упомянул тюрьму и…
как дополнительный навык
назвал «честность».
Он пытался.
Как держится твоя семья?
Не разговаривают.
Винят больше, чем когда-либо.
– Это не твоя вина.
– Моя.
Проклятье, надо было самой все сделать!
Так это все?
Я больше не твоя напарница?
Не напарница.
Ты очередное разочарование.
Знайте, я найду того, кто это сделал.
Привет, Шэннон.
Это было жутко грубо.
До встречи осенью, школьница!
Мисс Монтгомери
Полиция! Руки вверх!
В самом деле?
Убийца из Ред-Фоллс
Я возвращаю их тебе.
– Большое спасибо за помощь.
– Всегда рад.
– Нам тут будет тебя не хватать.
– Не думаю.
Мне, может, будет.
Ты хорошо поработала.
Только не суй пальцы парням в шеи. Жуть.
Пока.
Мы оповестили аэропорты, вокзалы.
УБН будет руководить расследованием.
Хотя это объединенная группа,
мы сотрудничаем и с полицией Бостона.
Мы с Адамом
будем отбирать полицейских,
чтобы не заполучить вот это.
Вопросы есть?
Так нельзя.
Конечно, нельзя.
У детектива, над которой вы издеваетесь,
больше честности, преданности делу,
отваги и решимости,
чем у любого в этой комнате.
Да, но меньше психической устойчивости.
Выясним,
в чем выражается неустойчивость?
В заботе о безопасности людей?
В защите города? Выполнении работы?
В этом? Тогда замечательно.
Если она выражается в этом,
отправьте меня в дурдом!
Эта детектив –
лучший страж закона, чем кто-либо из вас.
Считая меня. Она лучше вас, вас.
И определенно лучше вас.
Что вы делаете? Посылаете эсэмэску?
Играете?
Что это? Уберите. Ребята, вы…
Что с вами такое? Вы такие кретины!
Вы такие…
Дерьмовые кретины!
Дерьмовые долбаные кретины… суки!
Дерьмовые долбаные кретины-засранцы!
Можете сами себя трахнуть!
Простите, сеньор, не вы. Простите.
Всех вас трахнуть!
На пол!
Ты арестован!
Руки вверх, и говори, где Ларкин!
Будет много лучшее,
если руки поднимешь ты.
«Много лучшее»?
Брось оружие и поучи грамматику, идиот.
Черт, кто ты?
Мы с ней…
Мы задаем жару.
Так… надо навестить
еще пару подонков, а?
Да. Вставай, кретин!
Пошли.
– Где Ларкин?
– Я такого даже не знаю.
– Где он?
– Черт, я такого не знаю!
Правда? Чисто?
Ты ничего тут не находишь?
Ничего тут нет?
Один момент. А это? Здесь!
Здесь!
Привезли пиццу!
Мистер, привезли вам пиццу!
Свежая горячая пицца!
– На колени!
– Где твой товар?
Еще ничего нет.
Жду, новый поставщик привезет.
Кто твой новый поставщик?
Черт побери!
А вот и мы.
– Сюрприз.
– Бросьте!
Не знаю, что вы тут делаете.
Я вышел из игры.
Что я ненавижу? Наркотики!
Я стал другим!
Это не мое.
Недавно купил этот холодильник.
Наверное, это было внутри.
Хотим знать, откуда идет новое дерьмо.
Где Ларкин?
Что в «я вышел из игры» непонятного?
Я вышел из игры!
Хочешь взять у него интервью?
Нет, нет. Я задумала кое-что получше.
Черт! Я ни черта не знаю! Прекратите!
Не знаю, ты все тяжелее, Рохас.
Да, соври мне еще раз.
Надеюсь,
выскользнешь из моих хрупких рук.
Я ни черта не знаю!
– Я не могу удержать!
– Нет, я не хочу умирать!
Я не хочу умирать!
Ладно! Они на складе на Саммер-стрит!
– Я почти разочарована.
– Вытяните меня!
– Вытянем его.
– Я не шучу, не могу его поднять.
Я не могу его поднять!
Делала это всего раз
с одной хлипкой шлюхой.
Тащите вверх мою задницу!
Нечего подвешивать,
если не можете вытянуть!
Хорошо, хорошо!
Втяни голову в плечи и расслабь тело.
Леди, какого черта?
– Дерьмо!
– Вытяните меня!
Еще раз спасибо! Спасибо!
Моя оплошность. Я признаю.
Надеюсь, это не моя машина.
Это моя машина?
Черт! Моя «Эскалада» 2003 года!
Вооружимся.
– Нет, нет, нет!
– Да, да.
– Она же тикает.
– Уже несколько дней не тикает.
Хочешь есть?
У меня есть недоеденный сандвич.
Тот же, что предлагала неделю назад?
Он с сыром. Сыр не портится.
Смесь для детского питания.
Годами ввозили кокаин
в упаковках от смеси.
– Их двое, нас двое.
– Наш шанс.
– Полиция Бостона!
– ФБР!
На пол!
Да, так мы работаем. Выполняйте.
Вы все разом возвращаетесь с обеда?
Неудачно.
При каждой новой встрече
вы все непригляднее.
– Положите оружие.
– Нет, спасибо.
Эффектный выход, оборотень.
Смахиваете на черепашек-ниндзя.
Расслабьтесь.
Раз держала одного на мушке 72 часа.
Давай!
– Нам надо сделать, как он велит.
– Что?
Так будет лучше всего.
Или победим в перестрелке?
Положи пушку в сумку.
Нет, подними свою пушку.
Отдай им сумку, отдай им все!
Чтоб тебя. Думала, ты меня прикроешь.
Положи в сумку и толкни ее сюда.
Она в сумке!
Толкни сумку сюда!
Прости.
Похоже, вы с ней теперь помолвлены?
Что?
Ну, потому что…
ты только что дал мне кольцо, сука!
Черт!
Черт.
Боже мой.
Нет, перестань. Кажется, сломана.
– Вытаскивай ее.
– Вытащила!
Отличная работа.
– Да сколько же вас тут?
– И правда!
Как забавно.
Похоже на то, как вы меня допрашивали,
только теперь вы связаны,
а у меня все эти ножи.
Знаете,
мне не нравится пристреливать людей.
Мне нравится их резать.
Это мой фирменный знак.
Этот мне нравится.
– Хорош.
– Удачный выбор, маленький.
Вам нравится этот?
Не слишком броский.
Это нож
для извлечения устриц из раковин.
Не надо ли извлечь устрицу
у одной из вас?
– Сейчас нет.
– У меня не надо.
Вот что я вам скажу.
Проделывал это много раз
с разными людьми.
Но вы доставите мне
наибольшее удовольствие.
Что такое?
Явился Ларкин.
– Ларкин.
– Наверху.
Удовольствие придется отложить.
Явился босс.
Не извините меня ненадолго, леди?
– Конечно. Не спеши.
– Да, не спеши.
Ладно, отлично.
И еще…
Не подержишь это?
У меня связаны руки, но попытаюсь.
Хорошо, я тебе помогу.
– Господи!
– Спасибо.
– Дерьмо! Дерьмо!
– Черт.
Дыши, чтобы облегчить боль! Дыши!
Да, дыши.
Дыши, дыши.
– Выдыхай боль, выдыхай.
– Хорошо, Маллинс.
Если нам суждено погибнуть…
– Этого не будет.
– Тсс!
Я не очень хорошо умею
выражать свои чувства,
но мне нужно кое-что тебе сказать.
Ты умна.
Умна, и у тебя развита интуиция.
Ты лучший коп,
с каким я когда-либо работала.
Ты тоже, спасибо.
Ты была права. Я заново изучила улики.
Мне кажется,
убийца из Ред-Фоллс невиновен.
Ты хоть кому-то об этом сказала,
перед тем как рисковать своей жизнью?
Нет, не сказала!
Боже! Замечательно…
унесешь тайну в могилу.
Черт, другая нога! Другая нога!
– Ты тоже можешь сдвинуть стул.
– Я уже двигаю.
Ухвати нож. Вытаскивай!
Вытаскивай!
Прости.
Есть! Черт!
Заткнись. Заткнись.
– Скорее, хорошо?
– Спешу изо всех сил.
Почти готово.
– Перерезала!
– Скорее, скорее.
Скорее.
– Что такое?
– Кто-то идет.
– Надо воткнуть его назад.
– Что?
Надо воткнуть его назад.
Заложу руки за спину.
Когда он подойдет – схвачу его.
Но помолчи и дать мне его воткнуть.
Ладно, втыкай.
– Что ты делаешь?
– Прости, не так легко входит.
Заткнись!
Чтоб меня!
Прости. Черт.
Я сделаю вид, что у меня руки связаны.
Заткнись, заткнись.
О, нет, Скуби! Велма и Дафна в плену!
Не думала,
что когда-либо буду рада вас видеть.
Нам надо отвезти ее в больницу.
– Вы доложили?
– Да, послала сову с запиской.
– Откуда узнали, что мы тут?
– Мы следили за вами.
Знал, так легко не сдадитесь.
Особенно после того, как шлепнули брата.
Пошел ты.
Какому-то Ларкину
не по силам убрать Маллинса.
Джейсон не умер?
Скорее, Адам. Ларкин идет сюда.
Это викторина?
Не можем обсудить позже?
Он говорил с полицией?
Он видел Ларкина?
Откуда ей знать?
Он в коме. Отвяжи мою ногу.
Скверно. Где он?
В Многопрофильной бостонской?
Пошлешь ему цветы?
Почему тебя это так…
Боже мой.
Засранец.
Вы работаете на Ларкина.
– Лучше бы ты этого не говорила.
– Что?
– Боже мой!
– Черт!
Это было приятно!
Это был не альбинос.
Чувствую себя виноватой.
Он не работал на Ларкина.
Хотел вас отстранить,
так как не выносит женщин.
Зачем ты это делаешь? Тебе платят?
Вначале платили.
Шесть лет работал с подонками,
зарабатывал гроши.
Ты Ларкин.
Черт побери.
Понимаешь? Да? Все логично!
Я хвастаюсь,
но приятно иметь побочный доход.
Я слышал выстрелы. Что за…
А, альбинос. До чего забавный тип!
Босс, не думаю,
что это была удачная мысль.
Провел бы с ним 3 года в фургоне,
тоже убил бы.
Свалим это на Лесуара.
Надо ехать в больницу
прикончить Джейсона.
Разделайся с этими двумя. Концы в воду.
Долбаный предатель.
Мы вам говорили не соваться.
Всего хорошего.
Долбаный предатель!
– Пока, дружок.
– Не зови меня дружком.
На самом деле он отличный парень.
Ну ладно…
Развлечемся.
Я долго ждал этого момента.
Детка с рекламы супа, ты первая.
Пожалуйста, не трогай нас.
Пожалуйста.
Я не всерьез говорила эти гадости.
Не трогай нас.
Маллинс, пушка справа!
Хватай!
Нет!
Сделай шаг, и твоей напарнице конец.
Черт.
Здорово.
– Боже!
– Посмотри на меня. Ты в порядке?
Кажется, меня сейчас вырвет.
Это был скверный удар головой.
Он был хорош,
но ты еще долго не опомнишься.
– Иди!
– Освободись.
Потом поедем к Джейсону. Поняла?
Почему они не отвечают на звонок?
Беги, беги!
Чтоб меня!
Хватит болтать по телефону!
Никчемная баба!
Явилась пациентка!
– Я справлюсь.
– Положите ее на каталку.
Нет, я справлюсь! Справлюсь!
Спасибо. Большое спасибо.
Проклятье.
Вот так. Проклятье. Хорошо.
Надо повернуть.
Вызовите полицию!
– Вы меня не застрелите?
– Звоните!
Где мой брат, засранец?
Именно манера выражаться вашей семьи
вынудила нас перевести его
в восточное крыло.
С дороги, олух!
Джейсон, я иду!
Что за фигня?
Ну же, ну же.
Дурацкое кресло!
К черту его.
Поразительно,
что пузырек воздуха в крови
делает с человеческим сердцем.
Может, тебе не захочется это видеть.
Подожди!
Хочу, чтобы ты знал, что я понимаю.
Я понимаю. Хочу сказать…
Я уже давно делаю эту работу.
Видишь столько скверных дел и людей.
Начинаешь гадать,
есть ли еще что-то хорошее.
Я хочу сказать, тебе не нужно это делать.
Тебе не нужно это делать.
Я знаю.
Но мне нужно это сделать.
Потому что не намерен
оказаться в тюрьме
с людьми, которых туда отправил.
Так что простись
со своим ирландским братцем.
Подожди!
Брось, или я выстрелю!
Или я введу…
Ты выстрелила ему в член!
Дважды.
Черт!
Я следовала твоему примеру, напарница.
Но я никогда этого не делала.
Я только целюсь. Я не стреляю. Это жуть.
– А с Джулианом?
– Я вынула патроны!
Это только способ запугивания.
Господи, я же не чокнутая!
Не внушай мне чувство вины!
Нет, я понимаю.
Осторожно с ногой.
Ты отлично справилась, дружок.
Ты спасла жизнь моему брату.
Служба внутренних расследований
проверит все отделы.
Отличная работа.
Это была командная работа, сэр.
Да. Мы объявили в розыск Джулиана.
Не трудитесь, он в багажнике.
И, сэр…
Придется снова открыть дело
убийцы из Ред-Фоллс.
Молодец.
Думала, испытаю облегчение,
но чувство ужасное.
Вероятно, оно так быстро не рассеется.
Но я рада, что ты сказала.
– Стоит ли нам уходить из больницы?
– Черт. Нет.
Наверное, нет. Нет. Разворачивайся.
Возьмем эту.
– Уложим тебя на нее.
– Она чистая?
Достаточно чистая.
Пахнет,
будто тут умерло несколько человек.
Дай мне сесть.
Мне ни к чему лежать лицом вниз!
Ты можешь и сама помочь.
– Грязная!
– Заползай, как гусеница.
Ладно, хватит. Переверни меня.
Освободи ногу, освободи.
Не свались!
Блокировать это заведение!
Чтобы никто не прошел,
не поговорив со мной!
Вы трое разместитесь
по концам восточного крыла, пошли!
Освободите коридор, давайте!
Выставите репортеров.
Ты в порядке?
Да, да, у меня все хорошо.
Да, я знал, что так и будет.
У меня тоже все хорошо.
Простите.
Эта женщина –
одна из лучших агентов ФБР.
Пусть о ней хорошо позаботятся, ладно?
Это было…
Это было интересно, не так ли?
Я бы в этом разобралась.
Что это?
– Ну, пошли.
– Знаете, вы должны остаться здесь.
Сделайте все возможное,
чтобы спасти ее ногу.
Я не врач.
Кретин дерьмовый, знаю, что ты не врач.
Но скажи это врачу! Сможешь?
Ладно! Я буду ждать тебя здесь!
Выбрось этот сандвич!
– Я его тебе принесу!
– Нет! Выбрось!
Принесу, дружище!
Две недели спустя
… за выдающиеся успехи по службе
детектива Шэннон Маллинс.
Так держать, Шэннон! Вот это да!
Подними повыше! Подними!
Вытащи пушку!
Только немного вздремнул.
Поднимем наши пирожные за Джейсона!
Да! За Джейсона!
Минуту внимания!
Хотел передать тебе.
Принадлежала бабушке.
Она бы очень гордилась тем,
как ты позаботилась о брате.
– Бесподобно.
– Сфотографируйте.
– Сфотографируйте! Ну же!
– Ты серьезно?
Баскетболист Иисус?
Никаких мобильников.
А теперь?
Передумала? Эй, вернись!
Сара Эшберн,
старший специальный агент
Привет, это я.
Что, устраиваешься на новом месте?
Да, тут очень мило.
И кому нужно было это повышение?
Я рада, что осталась там, где кипит жизнь.
В Бостоне полно подонков,
которых надо поймать.
Да, это точно.
Ты получила мою посылку?
Еще не вскрыла. Прости.
Твой папа мне тоже что-то прислал.
День подарков от Маллинсов.
Так. Хорошо.
Я вписала кое-что в самом начале.
Значит, ты снова вломилась в мой дом?
Может, да, может, нет.
Поразительно,
как эта дверь сама открывается.
Долбаная зануда
Я вижу. Очень смешно.
Да. Я просто пошутила. Посмотри в конце.
Ты вписала еще что-то мерзкое
и непристойное в конце?
Хорошо, вот.
Только без сантиментов.
Приемный ребенок,
теперь у тебя есть сестра.
Поговорим позже, зануда.
От зануды и слышу.
Ладно. Развела сантименты. Пока.
Я оставила младенца в машине.
Привет, тут кое-кто,
о ком я много думала и беспокоилась.
Я тебе кое-что принесла.
Я нашла твоего друга!
– Пушок!
– Поразительно, правда?
Я поехала в Нью-Джерси,
обшарила все улицы в округе.
Хотела уже махнуть рукой.
Была недалеко от твоей старой квартиры
и вдруг услышала колокольчик.
Я подумала – постой!
Заглянула в окно соседки.
И увидела этого мерзавца на диване.
Я сказала: «Поедешь со мной,
пусть и не хочешь к ней возвращаться».
Он сопротивлялся?
Да, отчаянно дрался.
Но я рада,
что добилась вашего воссоединения.
Вот это сюрприз!
Какой сюрприз, а?
Смотри, куда ты попал!
– Кот никогда не был твоим.
– Не был.
Проклятье.
Положи его в коробку. В коробку!
– Вернешь его домой?
– А у меня есть выбор?
– Позаботишься, чтобы ему хватило воды?
– Не надо.
Он любит прижиматься.
Добьешься,
что положу кота и влеплю тебе.

 

////////////////////////////