|
|
Возвращение (2019 год). Цитаты и фразы из фильма
Режиссёр: Сергей Лялин Семь лет назад она принесла свою жизнь в жертву во имя свободы любимого. Погибший ребенок. Чувство вины. Одиночество. Она была уверена, что заслужила это наказание. Семь лет она покорно жила в «золотой клетке» рядом с настоящим монстром. Пока однажды не дошла до грани, выстрелив в ненавистного мужа. Она вынуждена бежать – туда, где можно начать жить сначала, где ее никто не будет искать. Возвращается туда, где когда-то, пусть и недолго, была по-настоящему счастлива. И с ужасом узнаёт, что стала жертвой страшного обмана – ее ребенок жив, а любимый малодушно предал. Ее жизнь – иллюзия. Всё - не то, чем казалось. И сама она в этой жизни - лишняя. Кто друг, а кто-враг? Почему ее жизнь оказалась разменной монетой? С точки невозврата начинается возвращение к себе. Любой ценой. Рушатся налаженные жизни, вскрываются страшные тайны. Но она пойдет до конца. Слёзы близких, кровь врагов для неё теперь имеют одинаковую цену.
Серия 1 - Ира! Ира! - Что случилось? Опять кошмар приснился? Ложись. - Нет, мне нехорошо. - Рано как, полшестого еще. Ложись. - Я не усну. Ты спи. Пойду кофе сварю. - Ну ты как? - Люблю утро. Кажется, что можно начать жизнь с чистого листа. - Так все плохо, что даже муж надоел? - Ты прекрасно понимаешь, о чем я. - Ничего, я тебя сегодня развлеку: у нас будут гости. - Сегодня? - Я уже все заказал и всех пригласил. - А когда ты собирался мне об этом сказать? - Может быть, вчера вечером, когда у тебя внезапно разболелась голова и ты даже не смогла поговорить со мной. - Отмени, пожалуйста. - А почему? Это очень важные для меня люди. - Ты что, забыл, какой сегодня день? - А чем тебе не угодил сегодняшний день? - Ровно семь лет назад. Это было сегодня. - Может, хватит драматизировать? Ты же не отмечаешь в календаре тот день, когда тебе вырезали аппендикс? - Это был ребенок. - Это был недоношенный плод. - Ты чудовище. - Значит, так, сегодня у нас будут гости, они приедут в восемь. Это очень важные для меня люди, так что постарайся. Я же знаю, ты умеешь притворяться, что любишь меня. - А ну, стой! А ну, остановись! Ты будешь меня слушать! Ну, вернись! А ну, стой! - Пусти меня! Дышать с тобой одним воздухом противно! - Да ладно, полгода назад тебе не было противно, ты же умоляла меня вернуть все назад. - Как жаль, что твоя мать не сделала то, что ты предлагаешь сделать мне. - А ну, стой! Стой, я сказал! Стой! Ира! Ира! ВОЗВРАЩЕНИЕ - Приглашаю всех к столу. Мужской голос: - Да-да, идем. Мам, пойдем ужинать. - Ну понятно. А что на стройке? - Арсений должен на неделе заехать. - Опять проверка? - Елизавета Андреевна, вам рыбу или курицу? - Сверху давят, мам. Первый государственный санаторий в нашем районе, сама понимаешь. - Ты рабочих-то в порядок приведи, а то вдруг еще журналисты приедут или сам губернатор. - Рыбу или курицу? - Это он тебе сказал? - Нет, это его жена. Она вчера была у меня на приеме. - Давайте о работе после ужина. Вам рыбу или курицу? - Вика, ты бы оставила свои самолетные привычки. - Елизавета Андреевна, я не стюардессой работала, а проводницей в поезде. Так вам рыбу или курицу? - Рыбу. Без гарнира. - Пожалуйста. - Спасибо. А где Егор? - Я сейчас его позову. - Сиди-сиди, милый, я сама позову. Егор, спускайся! Егорушка, мы все тебя ждем! - С гарниром. - Помогай! Ну, давай, давай, ну же! Давай, давай! Ну же, помогай! Ладно, давай! - Егорушка, там все собрались уже. Папа и бабушка ждут. - Да, сейчас. Я босса прохожу. - Я тебе скажу по секрету: босс сейчас как раз сидит за столом. - Сейчас приду, мам. - Я сделала твой любимый пирог с вишней. Давай спускайся. - Ага, ага. Ребята, я в доме. Замочу его сам. - Привет. Ну что, ты готова? - Да. - А мне кажется, чего-то не хватает. - Украшения? - Да. - Сейчас я подберу. - А я уже подобрал. Нравится? Это подарок в этот особенный день. - Издеваешься? - Наоборот. Хочу отвлечь любимую жену от глупых мыслей. - Я его не надену. Оно теперь еще больше будет напоминать. - Мало того, что ты с утра устроила, хочешь мне весь вечер нервы мотать? Ну-ка, иди сюда. Я тебе помогу. Ну-ка. Ох, как красиво! Посмотри, как тебе идет. Красиво, да? Нравится? - Я тебя ненавижу. - Ты же знаешь, как меня заводят эти слова. - Скоро гости придут. - У нас есть еще пятнадцать минут. - Не стоит заставлять их ждать. - Убил! Ура! Я это сделал! Есть! О, привет, ба! - Привет. - А руки мыть? - Мам, ты чего? У нас игра. - Подождет твоя игра. - Ладно, я наверх. Меня ребята все-таки ждут. - Он совсем от рук отбился. Детьми надо заниматься. - Ну ладно, сегодня же выходной, пусть поиграет. - По-моему, мальчишка совсем избалован, а ты во всем ему потакаешь. И ты, кстати, тоже. - Ой, а вы представляете, я сегодня полдня пробегала по городу в поисках хорошей ягоды для пирога. В итоге, когда я ее нашла, поняла, что нахожусь на другом конце города. - Вот уж проблемы так проблемы! - Какие есть. Ладно, пойду Егору сок отнесу, а то он всухомятку ест. - И это весь твой ужин? - Аппетита нет. - Да ладно, мам, вкусно. - Вкусно? Рыбу она готовить вообще не умеет, а пироги я на ночь не ем. И ты, кстати, тоже не увлекайся. - Что-то срочное? Ну ладно, ладно, у меня есть пять минуточек, пока я один. Ну что случилось? Что, просто соскучилась? Ты сумасшедшая, конечно! Я же просил тебя не звонить, когда я дома. (Звон разбитого стекла.) Да, да, и все вопросы завтра в рабочем порядке, Павел Борисович, всего хорошего. Ты чего? - А Елизавета Андреевна уже ушла, она не поела ничего. - У нее целый день голова болит, не обращай внимания. Ты чем-то расстроена. Из-за мамы? - Стакан разбила. - Ерунда. Сейчас веник принесу. На счастье. - О, какие люди! Добрый вечер. Мы вам очень признательны: без вас не было бы этого праздника. - Спасибо большое, что пришли. - Ваня! Иди сюда. Знакомьтесь: мой младший брат, Ваня. - Очень приятно. - Рад знакомству. Иван. Очень приятно. - Ваш младший брат тоже в бизнесе? - Помогаю по мере сил. - Правильно, чего напрягаться? - Это вам. - Благодарю. - Вы единственная, кто здесь грустит. - Так заметно? - Нет, вы отлично играете эту роль, но ваши глаза вас выдают. Оп! Это для настроения. Я могу чем-то помочь? - Нет. Спасибо. Не подходите ко мне больше. - Простите ради бога, мы вас ненадолго покинем. Идем. - Вы уходите? - Было приятно с вами познакомиться. Желаю вам хорошего вечера. - Спасибо. - Благодарю. - Ты уволен. - Ну-ка, иди сюда! Откуда ты его знаешь? - Да я в первый раз его вижу! - Не надо мне врать! - Я сейчас буду кричать! - Кричи. Что ты не кричишь-то? Тварь! Ты добилась своего! На! - Стой! - Хотела вывести меня? Поздравляю! - Остановись! - Что ты не кричишь-то? Тварь такая! А вы уже уезжаете? - А где же Ирочка? - Простите бога ради, у нее голова заболела. А что, вам не понравилось? - Петенька, чудесный вечер. Спасибо. А Ирочке привет от нас. - Обязательно передам. Рад был вас увидеть. Надеюсь, не в последний раз. - Так завтра в мэрии увидимся. - А, да-да, точно. Забыл. - Вот ты где. - Чего тебе? - Ну что, тяжко расплачиваться по чужим долгам? Мне жалко тебя. Тебе самой-то не надоело быть девочкой для битья? - А тебе - мальчиком на побегушках? - Вот, возьми. Да не бойся, это муляж. Он ненастоящий. - Зачем? - Зная своего брата, я могу предположить, что это была только первая часть Мерлезонского балета. - На настоящий похож. - На то и расчет. Напугать напугаешь, а вреда не нанесешь. Как-никак, а он мой брат. В общем, смотри: это курок - взведешь его, и будет щелчок. Этого звука будет достаточно, для того чтобы остановить человека, который собирается тебя обидеть. А вот это - спусковой крючок. Можешь положить на него палец для убедительности. Давай смелее. Попробуй. - Спасибо. - Кстати, если Петр спросит, я буду отрицать, что дал тебе эту игрушку. - Егорушка, ты чего не спишь? - Там гроза. Мне приснилось, что стреляют. - Это все твои игры компьютерные. Давай мы будем ограничивать время в интернете? - Ты что, меня не любишь? - Это здесь при чем? - Ты что, плакала? - Нет, ты чего? - Мама, я вижу. Что случилось? - Это я от счастья плакала. Знаешь, так бывает, правда. Люди иногда плачут от счастья. Я вдруг подумала, что у меня есть ты и папа. Я вас так сильно люблю. Как здорово, что вы у меня есть. - Компьютер не запретишь? - Если будешь крепко спать, не запрещу. Ты чего? Эй, ты чего? Это просто гроза. Ложись. Я рядышком побуду. Все хорошо. Мы с тобой храбрые, никакой грозы не боимся. Спи, мой хороший. - Я здесь лягу. - Может, тебя лучше в спальню проводить? - Давай иди. - Иван Алексеевич! - Да? Анна, а в доме кто остался? - Нет, все ушли. Я могу быть свободна? - Да, конечно. А я могу вас подбросить - я как раз в центр еду, - а то уже поздно. - Спасибо большое, Иван Алексеевич. Я за сумкой сбегаю? - Да, конечно. Я на улице буду ждать. - Ира! Ира! Ира! Ира! Ух ты! Ты где это взяла? - Не подходи ко мне. - А то что? - Не подходи ко мне. Не подходи! (Стонет.) Аня, помогите! Помогите! - Кстати, если Петр спросит, я буду отрицать, что дал тебе эту игрушку. Объявление: "Внимание! Скорый поезд номер 236 Москва - Пермь отправляется с первого пути первой платформы. Скорый поезд номер 236 Москва - Пермь отправляется с первого пути первой платформы". - Скажите, пожалуйста... - Мужчина, туда, туда бегите. Еще один вперед. - Анна? Доброе утро, это Иван. Я тут домой еду, могу вас подвезти. Да ничего, нормально все. Я просто по делам мотался тут рядом. Вы собирайтесь потихонечку, а я вас жду во дворе. Хорошо. - Всем привет, кого не видел. - Привет. - Доброе утро, любимый. - Планшет убери. - Так он с кого пример берет? - С кого? - С кого? - А, действительно. Боже мой! Ну вот как я должен есть такую красоту? - Начни с правого глаза. Вот я всегда говорю: когда красиво, тогда вкуснее. Егор, ешь, я все вижу. - Очень вкусно. Ой! Так, правый глаз съел - я побежал. - Как? Ты же не съел совсем ничего. - Пора. - Когда вернешься? - На всякий случай, не жди, ложись спать. - Опять поздно? - Ну вчера же я был дома вечером. - Вчера весь вечер ты говорил только с мамой, а потом по телефону. И, кстати, я все слышала. - Не знаю, что ты слышала. Упрек не принимается. Если тебе скучно, сходи по магазинам и купи себе что-нибудь. Егор. - Пока, папа. - Так, это было третье предупреждение. Игра окончена. - Мама... - Угу. - Спасибо, Иван Алексеевич. - Да не за что. - А! Господи! Иван Алексеевич! Иван Алексеевич! Иван Алексеевич! Там кровь! Что-то случилось! - Что? Какая кровь? Где? - Не знаю. Господи! - Аня, успокойтесь. Возьмите себя в руки, пожалуйста! Вы когда вошли сюда, здесь кто-нибудь был? - Нет. - Я проверю, есть ли кто наверху, а ты звони в полицию. Быстро! Петр! Наверху никого нет. Ты полицию вызвала? - Да, сейчас приедут. - Петр! Петр! - Брат. Брат. - Где она? - Ты не шевелись. Не разговаривай. Я сейчас вызову врача. Аня полицию уже вызвала. Аня, быстрее сюда! - Не надо. - Что "не надо"? - Не надо полицию. Где Ира?! - Ее нет в доме. Да как же "не надо"? - Господи, да что же это? Господи, за что? - Заткнись. Кровь убрать. Иру найти. Полиции ни слова, понял? - Там наверху пистолет. Я его не трогал. Ты видел, кто в тебя стрелял? - Пистолет принеси мне. До приезда полиции всю кровь убрать. - Как же так-то, Петр Алексеевич? Вас же чуть не убили! - Пей. - Я не хочу. - Полиции скажешь, что спьяну померещилось. Пей давай! - Я сделаю все, как вы велите, только я не буду пить. - Аня, пейте, пожалуйста! От вас должно разить алкоголем, иначе ложный вызов, никто не поверит. Пей! - Хорошо. (Звонит телефон.) - Да. Да-да. Да, конечно, еду. Уже где-то... не знаю где. Подъезжаю, наверное. В смысле - не нужен? Подождите. Как это - другого? Мы с вами договаривались. Мне очень нужна эта работа. Вообще-то, я... Нет, я прекрасно вас понимаю, что вам нужен специалист, но я рассчитывал, что я... Да конечно. Какие обиды? Я все понимаю. Да, да, и вам всего доброго. Зачем спрашивать, если неинтересно? Доброе утро. А я даже как-то и не слышал, как вы вошли. Куда едете? Я Максим. А вы? - Это обязательно? - Что "обязательно"? - Знакомиться обязательно? - Мы же попутчики. Да конечно необязательно. Просто хотелось послушать кого-то, у кого есть цель в жизни. - Доброе утро. Чай будете? - Да, два. В смысле... один - я же один еду. - Могу и два. А то у нас некоторые по самовару с утра выпивают. Так сколько? - У вас два как раз, давайте два. - Приятного чаепития. - Угу. Ну, спускайтесь. Чай наверху явно неудобно пить будет. - О, приехали. Здравствуйте, Наталья Сергеевна. Зря вы приехали - ложный вызов. Я ж диспетчеру звонил. - Ничего страшного, недалеко было. - Здравствуйте. Извините за беспокойство. Это наша домработница напилась и всех перебудила. - Ничего страшного, я все равно хотела бы с ней поговорить. - Да, пожалуйста. Проходите. - Витя, побудь здесь, пожалуйста. - Доброе утро. Прошу прощения за вызов, за мой внешний вид - я только проснулся. - Доброе утро. Следователь Соломатина. - Немного неуместно, но очень приятно познакомиться. Петр Алексеевич. - Это она звонила? - Да. - Вы говорить можете? Слышите меня? - Кровь. Кровь. - Где кровь? - Кровь. Тут кровь. И там кровь была. - И куда же она делась? Понятно. - Так, давай вставай. Пойдем, пойдем, пойдем. Давай, давай, давай. - Может быть, кофе? - Нет, спасибо. Кто-нибудь еще кровь видел? - Ну что вы, какая кровь? Видите, у нее белая горячка. Напилась. Ой, мне так неудобно перед вами. Очень. Даже не знаю, чем смогу загладить свою вину. - Ну, самое лучшее, если больше не будет поводов к вам приезжать. - Я постараюсь. Но все равно спасибо, что так быстро приехали. Я едва успел одеться. - Всего доброго. - До свидания. - А где ваша жена? Ее что, дома нет? - А что? - Ну как-то странно: кровь, крики - неужели она не вышла посмотреть, что случилось? - А ее нет дома. Она уехала с утра пораньше. К маникюрше и в парикмахерскую. - В парикмахерскую? В какую? - Я понятия не имею. Не контролирую свою жену до такой степени. - Ну да, конечно. Хорошо, всего доброго. - До свидания. - Угощайтесь. - Спасибо, я не голодна. - А. - Можете сказать проводнице, что я ваша знакомая из другого вагона? - Хорошо. М-м! Горячий. Вам бы переодеться, моя знакомая из другого вагона. Странно выглядите. О-о, да, вот так все сразу изменилось. Правда. Сбежали из дома, а синяки - это муж? - Вам лучше не спрашивать. Так лучше для вас, если... - Если что? Если сейчас он поезд остановят, зайдет в вагон, найдет наше купе и начнет меня избивать? Все, все. Проводник: - Станция Синицыно! Подъезжаем. - О! А вот мы как раз к станции подъезжаем, там одежду продают. Я вам сейчас что-нибудь куплю и вернусь. - Не надо! - Простите. Долго стоим? - Десять минут. - Добрый день. Носочки не желаете? Только завезли. Какой размер? - Здрасте. Нет-нет, мне носочки не надо. Мне что-нибудь... - Для девушки? - Да-да. - Какой размер? - Это не для девушки - это большой. - Так, мне вот это, значит. - Хорошо. - Ну эти. - Это. И значит... - Так, джинсы... Голубые - последняя модель. Но это сорок шестой размер. Побольше размер - сорок шестой. А, поменьше надо, да? - Да. - Ага. - Ага, значит, вот это все. - Две пятьсот. - Так, ну вот. С повязкой аккуратнее. Ну что, я сделал все что мог, но его необходимо госпитализировать. Может быть обострение. - Нет, никакого госпиталя. - В любом случае об огнестреле я должен сообщить. - Сколько? - Вы не понимаете. - Понимаю. Но и вы нас поймите. Петр - не простой человек, это дело не должно предаться огласке. Будете получать так каждый день, если согласитесь следить за ним на дому. Все необходимое я куплю, только составьте список. - Ну что вы, на эти средства я сам куплю все необходимое. - Ну вот и хорошо. Мы с Петром будем вам очень признательны. Если он выкарабкается, обещаю, что вас ждет стремительная карьера. - А если нет? - Думаю, вы не захотите этого знать. - До свидания. - Иван. - Да? - Ты нашел эту тварь? - Нет еще. Но я найду. Даю слово. - Ищи. (Стук в дверь.) - Ну что, можно? - Да-да. - Подошло? - Спасибо. - Да не за что. Теперь скажешь, как тебя зовут? - Ира. - А-а. Максим. - Почему вы мне помогаете? - Почему не помочь хорошему человеку? Мне несложно. - Может, вы ошибаетесь? Может, я плохой человек и сочувствия не заслуживаю? - Слушай, у плохих людей глаза другие. Я в этом разбираюсь. Я же все вижу: сбежала из дома в чем была, ни паспорта, ни денег, синяки свежие. Муж? Муж, муж. Родня-то хоть на твоей стороне? - Какая родня? - Ну твоя родня. Ты же к ним едешь. - Я даже не знаю, куда идет этот поезд. - Вот расписание поезда. Давай выбирать, куда поедем. Я теперь тоже свободен - меня никто нигде не ждет. - А куда вы ехали, когда садились в этот поезд? - На заработки. Но меня уже нигде не ждут, так что... Давай вместе посмотрим. - Из Москвы? - Да. - Все едут на заработки в Москву. - Там и так уже полно дешевой рабочей силы. Нормальных денег не заработать даже. - А занимаетесь чем? - Ну, всем чем придется. Я талантлив во всем. Так что давай выбирать. - И такого хорошего нигде не ждут? - С чего ты взяла, что я хороший? Ты же моего прошлого не знаешь. Давай выбирать, куда поедем. Что? Выбираешь Погодино? Вспоминает: - Погодино, Погодино - лучший город на земле! Если начинать жизнь с самого начала, то только отсюда. Посмотри, какая красота. - Угу. - Когда-нибудь я сюда приведу своего сына. - А я - дочь. - Идет. - Можно просто ткнуть пальцем. Вы первый. Красново. Вы едете в Красново. - Да. - Теперь я. Спасское. - Не-а. - Почему? - Проехали. - Даже здесь не везет. - Тогда приглашаю в Красново. Выходим в 8 утра. - Идет. Договорились. - Здравствуйте. Следователь Соломатина. Мы с вами сегодня с утра пытались поговорить, но разговор как-то не задался. - Да, здравствуйте. Извините, я приболела. Голова раскалывается. Ну сами понимаете. - Да. Вы помните что-нибудь? - Вы извините, я правда себя плохо чувствую. А завтра с утра мне рано на работу. Так что, если надо, давайте я с вами в другой день поговорю, когда мне будет лучше. - Подождите. Вы сказали: "На работу"? Вам с утра на работу? - Да, я работаю. Вы же сами видели. - А вас что, не уволили? - Нет, не уволили. Я больше не могу говорить. Простите, пожалуйста. - Да-да, конечно. Выздоравливайте. (Слышен кашель.) - Ну что, поехали? - Да-да. - Ну что, перекусить? По домам? - Подожди. Если бы ты был хозяином, а твоя домработница напилась бы в стельку, потом по пьяни звонила бы в полицию, да еще заявила бы об убийстве, ты бы ее уволил? - Однозначно. - Вот и я так думаю. А он не уволил. Странно как-то. - Крови нет, трупа нет, заявления нет. - И жены нет! Интересно, завтра мы застанем ее дома? Или вообще где-нибудь... - Ладно, Наташа, устали как собаки. Поехали, а? - Поехали. - Погодино. Погодино! Мужчина, вы в Погодино хотели выходить? Встаем - приехали. Погодино! - Девчонки, простите, а такси до города тут далеко? - Не знаю. Там до площади дойдете и повернете. А у таксиста спросите, как доехать. - А до площади Ленина - пешочком? - Молодой человек, а вы что, разве у меня здесь сходите? - Да-да, я уже приехал. - Слушай, странный какой. - Ну сколько ждать-то можно? - Привет. Да ничего-ничего. - Я сказал, что буду тут стоять. - Хорошо. - Давай, пойдем, а то опоздаем. - Я так рада тебя видеть. - Я тоже. - Такси, молодой человек? - А, нет-нет. Спасибо. Простите, а вы здесь не видели девушку: блондинка, красный плащ? - Нет, извините. - А что это за город? - Погодино. - Погодино. Класс. Серия 2 (Слышен спецсигнал) (Гудок.) (Гудок.) (Гудки.) - Приезжий? - Уже местный. - Слушай, комната надо? - А что, есть предложение? - Конечно есть. Был бы спрос, а предложение я тебе всегда найду. - Доброе утро, русалка. Ч-ш-ш. Все нормально. - Вы кто? - Я - кто? Вообще-то хозяин этих роскошных апартаментов. Григорий Эдуардович Григорьев, можно просто Грэг. Не слышала, нет? Ну и не надо. А тебя с каких таких морей занесло к нашим берегам? - Из Му... - Из Му? - Из Мурманска. - А, из Мурманска. Действительно далековато. Ну и, если, конечно, не секрет, что тебя привело в наши края? В ответ тишина - значит, секрет, да? Ну ладно. Ну а зовут-то тебя как? - Ирина. - Ирина. Ирина. Просто Ирина и все, да? - И все. Послушайте, мне нужна крыша над головой. Может быть, кто-то из ваших знакомых сдает? - Что, прямо совсем денег нет? - Совсем. - Понятно. - Но я заработаю и отдам. - А что ты умеешь делать? Кем хотела бы работать? - Да хоть кем. Куда возьмут без документов. В поезде вытащили сумку. Там документы, кредитки. Выскочила на перрон, а поезд ушел. Понимаете? - Слушай, я-то тебя понимаю, только тебе в таком случае не работу искать надо, а в полицию обратиться. - Не надо в полицию. - Что значит - не надо? Надо, обязательно надо. Во-первых, заявление написать. Во-вторых, они помогут тебе и документы восстановить. Мужу сообщат. Муж-то есть у тебя? - Ну вот, неплохо, неплохо. Главное: без лишних движений и нагрузок. - Будем стараться. - Все хорошо, Петр Алексеевич. Спасибо. До свидания. - Спасибо. - Ну что скажешь? Как поиски? - Да пока, честно говоря, никак. Перешерстил всех ее знакомых и подруг - никто ничего не знает. Пробил аэропорты и вокзалы - тоже глухо. Ирина Александровна Бойцева билетов не покупала. Да и паспорта у нее нет, он же у тебя остался. Так что, я думаю, город она не покидала, скорее всего. Разве что пешком. - Плохо. Очень плохо ищешь, братишка. Ты из-под земли достань. - Вот. Возьми. Да не бойся, это муляж, он ненастоящий. - Зачем? - Зная своего брата, я могу предположить, что это была только первая часть Марлезонского балета. - На настоящий похож. - На то и расчет. Напугать напугаешь, а вреда не нанесешь. Как-никак, а он мой брат. - Спасибо. - Кстати, если Петр спросит, я буду отрицать, что дал тебе эту игрушку. - Ну все, красавица, приехали, дальше ножками. Ну так что, глазки будем строить или пойдем? - Откуда я знаю, куда вы меня привезли. Может, вы маньяк. - О-о! Началось. Раньше об этом надо было думать. Успокойся, все будет нормально. Я тебя сейчас познакомлю с персоналом, увидишь свое рабочее место. Все будет путем. Идем. Идем, идем. Прошу. - И что здесь было раньше? - Консервный завод. - Такая вонь. - Ну да, не спа-салон. Многих даже мутило. Ничего, человек - животное - ко всему привыкает, так что добро пожаловать в мир без паспортов и без полиции. - Ах ты, гадина! Я тебе!.. Только попробуй еще мне хоть слово!.. - О-о! Алло! Куропатки, разошлись опять! Нинка, опять у меня бузишь! Опять с Эльмирой что-то не поделили? Ну-ка, покажи. Ничего, станешь старшей - тоже дашь ей в глаз. - Что?! Она - старшей? Только через мой труп. - На меня посмотри. Надеюсь, ты меня поняла, да? Вот так-то лучше. Значит так, я вам новенькую привел. Говорит, работа нужна. - Чего-чего, а этого добра у нас навалом. Что умеешь? - Да, скорее всего, ничего. Да, русалка? - А я смотрю, что-то она рожу так кривит. Пальтишко-то какое красивое. Дорогое, наверное? А под пальтишком-то что? - Все, все, успокойся. Потом проверим. Ты лучше сейчас ее введи в курс дела, не знаю, чаем напои, что ли, а я поехал. - Стойте! Я передумала. - Что так? Нет, ты мне поверь, я тебя хоть сейчас могу отвезти до ближайшего отделения полиции. Если хочешь - поехали. Что, передумала? Займись ею. - Ну что, на чистку пойдешь. Уж рыбу-то чистить умеешь? - Ух! А тут все как всегда: варят, парят, жарят, шинкуют. - Вы как раз вовремя, Елизавета Андреевна. Пирожки будете? - Нет уж, спасибо. Я в город за продуктами, что-нибудь нужно? - Возьмите хлопья Егору, если получится. - Получится конечно. А где он, кстати? - Кто? - Ребенок твой, Егор. Кто. - Он у соседей: у них с Темой там игра какая-то новая. - Что, опять компьютер? Ты бы лучше ребенком занималась, а не кулинарией. Сказочки бы почитала. - Я на час его всего отпустила, хочу Олежке ужин пока вкусный приготовить. Вы же сами знаете: путь к сердцу мужчины лежит через желудок. - Ну да, ну да. Только не надо путать сердце и желудок. О, Олежка! - Привет, мама. - Привет. - Ты как? - Я - прекрасно. - Замечательно. Привет, солнце мое! - Я не заметила, как ты пришел. Привет. - Да я заскочил переодеться. Завтра с утра в мэрии совещание по поводу строительства санатория. - Как, а ужин? - Ну, ужин придется пропустить. Вот. Будем всю ночь сидеть, там надо все подсчитать, подбить и... - Так ты не вернешься сегодня, что ли? - Нет. Уже нет. Ой, мои любимые! - С капустой. - М-м! - А есть еще с яблоком. - Тогда положи мне и с капустой, и с яблоком, и побольше, а то всю ночь будем сидеть. Все, побежал собираться. Спасибо, умничка моя. Давай. - Ты уже уезжаешь? Ночное дежурство? - Да нет, хочу по магазинчикам прошвырнуться. - Удачи. - Олег... - Да, мам. Ну чего ты так смотришь на меня? - Да так, предупредить хочу, чтобы не увлекался. Знаешь, Вика, какая бы она ни была, все-таки твоя законная жена. А самое главное - у тебя есть сын, и ему нужна полноценная семья. - Не понимаю, о чем ты говоришь. - Да я о том самом, Олежек, о том самом. Я же не Вика, мне байки про аврал рассказывать не надо. Знаю я, что там за аврал. Да, да, и догадываюсь, как он, вернее, она выглядит, поэтому и предупреждаю: не увлекайся. - Мам, ну вот что ты придумываешь? Ну это же бред все какой-то. Стоишь придумываешь что-то... Зачем придумывать все это? - Ты не части, не части, Олежек, не части, я тебе все равно не поверю. Тем более что врать ты так и не научился. Это Вика может или хочет тебе верить, но, знаешь, как бы я к ней ни относилась, о той, другой, я думаю еще хуже, потому что женщина, которая лезет в чужую семью, для меня просто не существует. - Мам, нет никакой женщины. - Ну... (Тяжело вздыхает.) (Звонит телефон.) - Да. Ух! Ты оглушила меня. Да еду я, еду. Ну, я тоже очень рад. (Стук двери.) Да-да, и поднимите смету за прошлый квартал. - Я еще пирог положила. - Ха, поняла: что, жена рядом? Бедненький. Приезжай. Зайка приготовила котику сюрприз. - Хорошего дня. - Да, без сюрпризов давайте - я сюрпризы не люблю, Василий Иванович. Не надо, не надо. Да, хотелось бы поконкретней. - Какой любопытный котик! Зайка будет котика гладить по животику. - Все, она ушла. Котик едет к зайчику. Да. Давай. - Милый, эти сосиски или эти? Выбирай. - Слушай, там импортные есть, идем. - И эти хорошие. - Слышь, хозяюшка, рыбу с хвоста чистят. С хвоста! - Давай покажу. - Спасибо. - Сначала вот так надо, а потом вот так вот. - Помощница, ты бы своим делом занялась. - Отстать от меня! - Делом своим, я сказала! - Слышишь, Нинка, хозяин поставит меня старшей, ты узнать тогда! - Пошла! Пошла, курица вареная! (Плачет.) - Что вы делаете-то? - Ты работай давай, не твое дело. И остальные тоже - работаем! - Давай. Осторожнее. - Да нормально все, я сам. Нормально. - О, Петр Алексеевич! - Что, что случилось? - Да это... следовательша приходила, я и подумала, что лучше мне вас дождаться и сказать. - Ну и что ей нужно было от меня на этот раз? - Да не от вас. Она спрашивала про Ирину Александровну. - Ну и что ты ей сказала? - Я сказала, что ее дома нет, что она в город уехала по делам. - Молодец, правильно. Давно? - Два раза приезжала: днем и вечером, час назад. - Я смотрю, у нее много свободного времени. - Я могу идти? - Конечно. Слышал? Я думаю, эта ищейка не успокоится, она еще, может, и в розыск объявит. - Да, у Соломатиной и правда репутация бультерьера. - Напомни завтра позвонить Николаеву, чтобы он своим сотрудникам дело нашел, а то они, видимо, всех преступников переловили, им там заняться нечем. - Да, конечно. - Знаешь, а найди-ка мне кого-нибудь, чтобы по росту, по фигуре, по прическе была на Ирину похожа. Ну хоть издалека. И не тяни с этим. - Это Нинка специально так сделать, чтобы ее завтра к себе хозяин звать. Ну ничего, я ей завтра тоже сделать - так же не нее кипяток вылить. - Не надо, бог с ним, с хозяином. - Нет, он хороший. - У него жена-то есть? - Есть. Да только она старая совсем, ей уже 50 лет. - И ему столько же, если не больше. - Нет, он еще сильный мужчина, ты просто не знать еще это. - Да и слава богу! И не хочу знать. - Глупый ты, он теперь и твой хозяин, что хотит с тобой, то и делать. - Нет уж, спасибо, хватит с меня хозяев. - Тебе ведь тоже ходить некуда. Зачем проблема? С хозяином дружить надо. (Звук автосигнализации.) - Проснулся? - Да. Доброе утро. - Я думала, ты никогда не встанешь. Мне иногда кажется, что ты ко мне поспать приезжаешь. - Вот именно за этим и приезжаю. А ты против, а? - Ты мне не сказал, как я тебе в новом цвете? - Ничего. - И все? - А что? Тебе идет. - Значит, тебе не нравится. - Нет, я так не говорил. Просто... просто ты стала похожа на мою жену. - Знаешь что? Это уже чересчур. - Да ладно, шучу. Иди ко мне. - Ты не забыл, что у нас встреча в мэрии через два часа? - Успеем. - А знаешь, чем я отличаюсь от твоей жены? - Заводишь меня специально сейчас, да? - Тем, что она не может тебе родить ребенка, а я могу. - Пошутила? - Нет. - Доброе утро, Елизавета Андреевна, я только спросить. Вам Олег не звонил? - Мне - нет. - И мне - нет. Он просто на звонки не отвечает и к завтраку не приехал. - Ну и что? Это еще не конец света. - Да, не конец, но нужно что-то делать. Вы не знаете, где его искать? - Где искать? В мэрии. Ну ты еще в розыск объяви, сумасшедшая. Ладно, все, мне некогда, я на работу опаздываю. (Сигнал клаксона.) Ну, я тебе сейчас устрою! Вы что себе позволяете, товарищ подполковник?! Или для вас закон не писан? Да я на вас заявление в вашу же полицию напишу за опасное вождение. - Это моральная компенсация. - Ой, спасибо, не надо. - Лиза... - Машину убери немедленно! - ...возьми цветы. - Обойдусь. - Лиза, возьми цветы, пожалуйста! - Послушайте, а вы не опасаетесь, что кто-нибудь из ваших знакомых вдруг увидит, как вы посторонним дамочкам букеты суете, вашей супруге донесет? - А я не боюсь. - Ух! - Угу. - Ух ты, орел! Орел. Подготовился? Заготовил оправданьице? Мол, это просто коллега или жена друга. Да? - Согласен, вчера получилось некрасиво. Но я же извинился! - В общем так, я, конечно, не в обиде, но, чтобы впредь подобных инцидентов больше не возникало, предлагаю остаться... нет, не друзьями, а просто хорошими знакомыми. - Лиза... - Всего доброго. - Я не согласен. - Всего доброго. - Я не согласен, я сказал! Послушай... Выйди, надо поговорить. Лиза, послушай! Ну... Ну цветы возьми хотя бы! Лиза! - Может быть, что-нибудь еще? - А у вас еще что-то осталось? - Да. Могу предложить вам осьминога на камнях и перепелку с черносливом. - Осьминог или перепелка? Сейчас. Давай, моя прелесть. (Звон монеты.) Ну, значит, неси и то и то. Предлагаю выпить за всех присутствующих здесь дам. Вам - персонально. - Ты чего пристал? Тебе что надо от моей женщины? - Я прошу прощения. Мы все уладим, никаких проблем. - Да я же сказал тост, это за всех. - А у вас все хорошо? - Прекрасно. - А может быть, вам счет принести? - Неси. И, это... шампанского всем. За мой счет! Только нормального. Ну, какое-нибудь там... Да? - Разошелся клиент. - Быть добру! - Бокал еще посчитай. - Егор, завтрак взял? - Да. - Давай, хорошего дня. Пока. - Пока. Здравствуйте, тетя Лена! - Привет, Егорка. - Привет. - Пока, ребята. - Пока. - Да что же такое? - Привет. - Привет, Лена. Я Олегу не могу дозвониться: телефон не отвечает, а в офисе говорят, что его нет еще. Да-да, да. Олега Николаевича можно к телефону? Еще не пришел? Так а где он? Ладно, спасибо. Чего он не отвечает? Может, случилось что-то? - А может, шифруется. - В смысле? - Да у нас начальник вот так: от жены бегает, а у самого - роман с бухгалтершей. И главное, вся контора знает, все в курсе, а жене никто правду сказать не может. Так каждый раз и врем по телефону: то на совещании, то вышел, то еще что-нибудь, то занят - в общем... - Спасибо тебе большое - успокоила. - Ну извини, мне кажется, лучше знать, чем в дурочках ходить. - Так ты на работу вышла? - Да, устроилась. Малышку в ясли отправила и вышла. - А куда? - Слушай, давай как-нибудь в другой раз расскажу, а то мне уже пора. Может, поболтаем за кофейком? - Да я с радостью. - Отлично. Созвонимся? - Да. - Все, давай, пока. - Вот, тут и за бокальчик. - Держи. И там... ну, поделись. - С вас еще пятьсот рублей. - Да, оставь себе. - С вас еще пятьсот рублей. - Так а у меня нет. - Вам все-таки придется расплатиться. - Я понимаю, но у меня нет. Я не знаю, нет у меня ни пятисот, ни двухсот, ни ста... - Проблемы? - Да вот, расплачиваться не хочет. - Что значит "не хочет"? Да я хочу, просто, говорю же, кончились у меня, слава богу. - Тогда вызывай наряд, пусть с ним разбираются. - Наряд? Из-за пятисот вонючих рублей? У-у! Ну, ребята! О! Вот, держи, будет тебе мой подарок. - Что это? - Зажигалка. Только золотая. С прошлой жизни осталась. - Ладно, отпускай его. - Что значит "отпускай"? Я в тюрьме сейчас? - Всего вам самого доброго. - И вам. Ой, некрасиво получилось. Слушайте, тысяча извинений. Я вообще не хотел, пойми. - Я прошу прощения. Извините. - Яна Тришина. Откуда ты у нас такая? Хм, Читинская область? А ничего такая. В принципе, сходство есть. - Спасибо. - Будете еще что-нибудь заказывать? - Нет, не нужно. - Молодой человек! Уголовный розыск, капитан Гордеев. Пригласите администратора. - Одну минуту. - Ай! - Привет. - Привет, Никита. Как дела? - Отлично. - Как служба? Не понизили тебя еще? - Нет. Наоборот, повысили: аж цельный капитан уже. - Поздравляю. - Спасибо. Как у тебя дела? Как семья? - Превосходно. А ты что, не женился еще? - Нет. - А чего? - Но ты же еще не развелась. - Так, типун тебе на язык. - Ух ты, ух ты! Это что у нас такое? Боже мой! - Будешь так делать - я вообще здороваться перестану. - Ну ладно, кольцо-то красивое. - Спасибо. - Муж подарил? - Да. - А когда-то тебе нравилось, что я тебя целовал. А помнишь, как мы с тобой на дикий пляж ездили целоваться? - А еще мы с тобой в детском саду на один горшок ходили. Все будем вспоминать? - Конечно. И школу тоже. Ладно, пока. - Пока. - Следи за мужем. - В смысле? - Ну так, без смысла. Просто чтобы с иголочки был одет, сыт всегда. - Спасибо за рекомендации. - Вон за тем столиком. - Ну ладно, пока. Удачи в личной жизни. - И тебе. - Не получится: я однолюб. - Ну хватит уже! Детский сад. - День добрый. - Добрый. - Капитан Гордеев, уголовный розыск. Пойдемте побеседуем. - Пойдемте. - Мишаня, отсюда это убираем. - Иду. - Ты чего пялишься на меня целый день, курица вареная? - Я, значит, вареная, да? - Конечно вареная. - Да ты сейчас будешь дохлой курицей, понятно? - Да ты чего, тварь?! Ты что, с ума сошла? Я тебе отомщу, тварина! - Только дотронься! Зарежу как собаку. - Так, опять что-то не поделили? - Это все она! Смотри, даже ножом меня полоснула. - Вы обе меня уже достали! - А кто на меня кипяток вылил? - Все, рот закрой. Миша, с этой минуты ты здесь за старшего. Ты меня понял? - Понял. - И чтобы они у тебя вкалывали здесь как лошади. Глаз да глаз за ними! А ты, русалка, пойдешь со мной. - Куда? - Куда скажу. - Не пойду. - Что, бунт на корабле? Или с ума все посходили? Мне человек на лодке нужен - ты понимаешь, нет? Один баран заболел, второго укачивает, третий вообще как баба. Идем, говорю. - Мразь! - Все. Старик, я все спустил. У меня больше ничего нет. Не веришь? Ну так зря. Я правда все хочу начать с чистого листа, хочу доказать всем, что могу, и в первую очередь себе. Думаешь, у меня получится? Но у тебя же как-то получается жить без денег. У вас город - вообще дыра. Как я сюда попал? Из-за девушки. Сам дурак. Это с каждым третьим бывает. Просто мы с ней в поезде ехали. Она симпатичная, и... Ну, как-то так. Но она от меня сбежала почему-то. Я сам в шоке, не понимаю, как так произошло. Но, ты знаешь, там история какая-то мутная, потому что она до меня еще от кого-то сбежала. Слушай, ты не кобель, ты с... Все сбегают. Значит, дело во мне. - Идем. Держи. Вон туда иди, вон, видишь? А вот и я. Ну что, русалка, понравилось? - Да. Очень. - Судя по твоей кислой физиономии, этого не скажешь. А вот я люблю с ветерком порассекать на катере. Ну что, вздрогнем? - Я не буду. - Что значит не будешь? Брезгуешь? - Боюсь. - Кого боишься? Здесь вроде никого нет. - Вас. - Что так? Кто тебя испугал? Полицию боишься, меня боишься. В чем дело? - А вы не боитесь полиции? - Золотце, я никого не боюсь. - Зря. Людей за рабов держите в антисанитарных условиях. Бизнес-то нелегальный. - А с чего ты взяла, что полиция не знает? Может, полиция в доле у меня? И вообще, работать я никого не принуждаю - люди ко мне сами идут. Ты же сама ко мне пришла, попросила работу - я тебе ее дал. Чего ж теперь ерепенишься? Учти, я за всю свою жизнь ни одного человека не обидел, не покалечил и не убил. Тихо, тихо, успокойся. Чего такая дерганая? У меня складывается впечатление, что это ты грохнула кого-то или еще что-то натворила. - А! - Тихо, тихо. Тихо, тихо. Тихо, тихо, сладкая! Ну все, сильная, сильная. Тихо! (Звучит напряженная музыка.) - Стерва. Хренова русалка. - Посмотри, там мужик. При бабле, наверное. - Что, подойдем? - Ну, пошли. - Давай. - Эй, мужик, дай закурить. - Не курю. - Слыхали, пацаны? Он не курит. - Чего надо, мужики? - Здоровый образ жизни ведет. Что ты стоишь? Гони бабло и мобилу. - Перебьешься. - А ты дерзкий. - Хорош, пацаны. Готов. Посмотри карманы. О, бабло. - Вот еще. - Эй! Вы что делаете? - Хорош, пацаны. Пошли. - Пошли. - Пойдем, пойдем, сейчас ментов позовет. - Ладно, пойдем. Баба же. - Мужчина... Молодой человек, вы живы? Господи... Сейчас. Эй! Сейчас я... Я сейчас приду. Кто-нибудь! Полиция! Помогите! Помогите! - Что случилось? - Там мужчина, его избили и ограбили. Нужно вызвать скорую. - Да, хорошо, вызовем. - Осторожнее! Осторожнее! Давайте к машине. Потише там. Не дрова грузите. Садитесь. - А можно? - Нужно. Вас тоже осмотрят. Вы ему кто? Жена? Ну так давайте садитесь. - Так, фамилия, имя, отчество. - Мое? - Мужа для начала. - Максим Петрович Григорьев. - Документы есть при себе? - Нет. Нас же ограбили. - Народ совсем озверел. Уже за телефоны убить готовы. На нем места живого нет. - Можно я на ночь тут останусь? С ним? - Вам госпитализация не показана, так что идите домой. Утром придете. - Так у него же в палате никого нет. Может, на другой кровати? - А если ночью кого привезут? Здесь больница, а не общежитие. - А ты иди. Иди к нему в палату, слышишь? Главное, глаза ей не мозоль. Иди. Он в 12-й. Если кого-то привезут, ты уйдешь. - Спасибо большое. - На здоровье. Я тебе сейчас чаю горячего принесу. Иди. - Вот, принесла тебе. Пей чай и ложись. - Спасибо. - На здоровье. - А когда он очнется? - Это одному Богу известно. Да, не повезло ему. Сама-то как? А? - Устала. - Давай ложись. Ложись, ложись, сил набирайся. Ложись. - А! - Тихо, тихо! Тихо, тихо. Ну все, сильная, сильная. - Ты снова меня убила? Серия 3 - Здравствуйте. - Здравствуйте. А вы к кому? - Я насчет работы. - Насчет работы? - Меня пригласили. - Аня, это ко мне. Яна Витальевна? - Да. - Очень приятно. Аня, чемодан - в гостевую, а вы идите за мной. - Хорошо. - Ну что, прошу. - Вот это гардеробчик! - Нравится? - Да вообще зашибись! - Выбирай все, что подойдет, а потом посмотрим. - Подождите, а что делать нужно? - Притворяться хозяйкой этого дома. - А где настоящая хозяйка? - За границей в Швейцарии в клинике наркологической. - Проблемы с этим? - Да, представляешь? Такой позор для семьи, мы ото всех скрываем, поэтому тебя и нанимаем. Твое дело - молчать и издалека светиться перед соседями. - А хозяин кто? Вы? - Нет. Хозяин здесь мой брат, человек серьезный, крупный бизнесмен, а потому его репутация, как и репутация его жены, должна быть безупречной. Какие-то еще вопросы? - Пока что нет. - Ну и замечательно. Поэтому выбирай все, что понравится, одевайся - и пойдем знакомиться. Давай, я жду. - Ну что у нас здесь? Григорьев Максим Викторович. Пока ничего хорошего. Да, показания снимайте каждый полчаса. - Хорошо, Александр Сергеевич. - Минуту. Почему здесь написано Григорьев? Это Резник. Роман Викторович Резник. - Не знаю. Как жена сказала, так я и записала. - Жена? Какая жена? - Их двоих привезли. Она сказала, что жена, а документы украли. Это Резник Роман, муж Людмилы. - Людмилы Валентиновны из гинекологии? - Да. - Да как же это? А кто тогда та, которая с ним была? - Люда, привет. Поднимись, пожалуйста, к нам в отделение. Поднимись, я тебе потом все объясню. Давай, жду. В полицию сообщили, что у нас криминальный пациент? - Конечно, ночная смена сообщила - утром обещали быть. - Женщина, которая приехала с ним, - где она? - Девчонки, а где я могу найти завотделением хирургии? Капитан Гордеев, уголовный розыск. - Осторожно! - Извините, пожалуйста. Елизавета Андреевна... - Где мой ребенок? Покажите мне его. - Мне очень жаль. - Что с ним? - Ваш ребенок умер. - Мам, ты должна ее посмотреть. - Ну и где она? - Она сбежала. Я привез ее, а она сбежала. - Господи, детский сад какой-то, честное слово! - Ну что сделаешь? Она такая. - Ты совсем с ума сошел? Я еще любовниц твоих должна обхаживать. - Я уверен, она врет, но поверю я только тебе, мам. - Ну а если это правда? Если она действительно беременна, тогда что? Ты бы о сыне своем подумал. - Когда-нибудь я приведу сюда своего сына. - А я - дочь. - Идет. - Я никогда не предам Егора. О чем ты говоришь, мам? Ну пожалуйста. - Ладно, хорошо, приводи эту свою Камиллу, я посмотрю, если она, конечно, опять не сбежит. - Спасибо. - Давай, мне еще в минздрав надо. (Звонит телефон.) Алло. Какая посылка? Да нет, я сейчас уезжаю. От кого? Тем более! Передайте, пожалуйста, господину полковнику... Что? Да не буду я вас ждать, у меня дела в минздраве! Нет, уже не вернусь. Да господи, ну привезите мне ее домой. Водников, 29. Да, совершенно верно: Водников, 29. Все! (Слышен поворот ключа.) - Класс! - Ну вот. - Здрасте. - Ну как? Что скажешь? Похожа? - Как-то не очень. Глаза... Очки надень. И шляпу. Ну пройдись. Вполоборота повернись. - Вот. Со спины вроде ничего. Похожа? - Ну, разве что только со спины. Волосы длинноваты. Ладно, сойдет. Значит так, во двор выходи только в очках и в шляпе, поняла? Проконтролируй. - Ну что, Ирина Александровна, все понятно? - Да. - Я не знаю, что он делал ночью на набережной. - Просто ваши коллеги видели его с какой-то женщиной, которая представлялась его женой. Про это вы что-то знаете? - Нет, я без понятия. - Хорошо. Может быть, вы видели или подозревали, что у него есть какая-то связь на стороне? - Нет. Нет, никогда. У нас с мужем всегда были прекрасные доверительные отношения. - Ну, хорошо. Хорошо, давайте так, последний вопрос: у Романа были враги? - Роман бизнесмен, вы же понимаете. - Понимаю. Напомните, а чем он занимался? - Строительством. - Ну и как? Получалось? - Ну да, вполне. Но, правда, в последнее время дела шли не очень хорошо, потому что тендер на строительство санатория выиграл его главный конкурент Олег Колышев. - Колышев? - Да. Рома считал, что это сговор, и подал в суд. - На Колышева? - Да. - Так, и как же он отреагировал на это? - Колышев нервничал и хотел, чтобы Рома забрал иск. Я тоже его просила об этом, потому что мать Колышева, Елизавета Андреевна, является моим непосредственным начальником. - Угу, хорошо. Ладно. Спасибо большое за информацию. Вот моя визитка, здесь мой прямой номер. Если вдруг что-нибудь вспомните, наберите мне, хорошо? - Хорошо, спасибо. - Спасибо вам. - Вика, следователь еще там? - Ушел уже, Александр Сергеевич. Только что. - Отлично. Выглядишь неважно. Замучил он тебя своими вопросами? - Нет. Саша, скажи, это же мы во всем виноваты? - Ты о чем? А, если ты про Романа... Но тут у нас железное алиби. Мы с тобой всю ночь были вместе. - Вот это и плохо. - Не знаю. Мне было хорошо. - Саша, пожалуйста, я прошу тебя, давай не сейчас. Я серьезно. - Ну ладно, ладно, ладно. - Что, если он вообще не выйдет из комы? Или калекой останется? Или умрет? Что тогда? - Он только что подал на развод - значит, ты пока его законная жена. Наследница первой очереди. Скоро будешь богатой вдовой. - Замолчи. Ну что ты несешь, а? - Если он тебе так дорог, что же ты спишь-то со мной тогда? - Ты сам знаешь. Саша, прости, мне просто... мне просто жалко человека, с которым я прожила столько лет. И в конце концов он меня любит. Если бы ты видел его лицо, когда он узнал, что я... Что мы... Ты понимаешь? - Да, понимаю. На развод он подал сразу. Значит, только повода ждал. Неслучайно же с ним на набережной была эта женщина. Значит, он давно этого сам хотел. - Зачем ты мне сейчас это говоришь? - А что, ревность взыграла, что ли? Слушай, может, ты правда любишь своего мужа, а я так, случайное приключение? Нет, ты мне скажи. Я все пойму. Только ты имей в виду: может, он и выкарабкается, но калекой-то он останется навсегда. И что тогда? Будешь с ложечки его кормить, да? Памперсы ему менять? - Саша, я прошу тебя, пожалуйста. - Извини. - И ты меня извини. Просто мне сейчас очень тяжело. - А, тихо, тихо, осторожнее. - Я осторожно. Кто это тебя так, новенькая? А где она? - Слишком много вопросов. - Она не вернется? - А тебе ее жалко? - Нет. - Ну и правильно, жалко только у пчелки. - Где Ира? Сказал? - Лучше не спрашивай. Что-то нехорошее. Не вернется она, похоже. - Убил? - Олег. - Ира? - Здравствуй, Олег. - Здравствуй. Ты... как? - Мне нужна твоя помощь. - Садись в машину. Давай. Чувствую себя сумасшедшим. Только вчера о тебе подумал. И вот... Ты как здесь оказалась? - А ты? - Ты что, не знала, что я уехал из Москвы? - Знала. Не знала куда. - Господи, я не могу поверить. Это правда ты? - Олег, я в беде. Помоги мне. - Я? После того, что ты натворила. - Все, что было, это не то, что кажется. - Да ты предала меня. - Я спасла тебя, Олег. - Ой. - А теперь ты спаси меня. Только никто, слышишь, никто не должен знать, что я здесь. - Так, подожди, что вообще происходит? Как ты здесь оказалась? Где Петр? Так. Петр не знает, что ты здесь, да? Сбежала. - Я убила его. - Поехали. Ну вот, дом уже готов, только-только сдали на продажу. Так что здесь тебя никто не побеспокоит. Только если покупатели придут посмотреть, но тогда я тебя сразу предупрежу. Пойдем. Там второй этаж. Раскладушка есть. Здесь - не обращай внимание. Все работает: вода есть, газ есть. Дом твой. Продукты я привезу. - Спасибо тебе. - Странное ощущение, конечно. Ты здесь. Слушай, похоже на какой-то дурацкий розыгрыш. - Сама не верю. Как какой-то сон кошмарный: другой город. Олег. - А ты изменилась. - Стала старше. - Стала еще красивее. - Я... человека убила. Спасибо тебе, что не относишься ко мне как к преступнице - как к родной. Спасибо. (Звонит телефон.) - Ты чего домой не идешь? Все хорошо? - Да, все хорошо. Ты иди, я сейчас приду. - Олег, что случилось? - Ничего не случилось. Иди. Иди домой. Иди. Я сейчас приду. Иди. - Олег, что случилось? - Господи, мама. Ничего не случилось. Что, я не могу побыть один, что ли? - Ты что, пьешь, что ли?! - Нет, я не пью, мама, не пью. - Олег, что происходит? Да что происходит?! - Ничего не происходит, мама. Нельзя человеку одному побыть, да? - Олег! - Надо обязательно подойти, спросить, что у него происходит, не происходит. Я говорю, что ничего не происходит. Нет, что-то происходит. - Чего? - Да там опять эта следовательша пришла. - А где эта?.. Отвернись! Зови. Давай. - Здравствуйте. - Вообще-то, я хотела бы поговорить с вашей супругой, Ириной Александровной. - Я понимаю, но Ирина Александровна ни с кем говорить не хочет - даже со мной. Предпочитает гордое одиночество. - А что так? - Не в форме. Сделала себе блефаропластику, теперь нужно ждать результат. - И долго ждать? - Представляете, две недели. - Две недели? - Да. - Ничего, подождем две недели. Всего доброго. - До свидания. Отвернись, я сказал! (Стук входной двери.) - Бу! - А! Ты?! - Ира? Блин, фонарик убери. - Как ты здесь оказался? - Я здесь живу. Мне Гиви комнату сдает. Гиви - шашлычник. Он тут по ночам сторожем работает, вот и халтурит. А ты тут как? - Я... Человек, который строил этот дом, мой знакомый. - А! Близкий знакомый? - Родственник. - Ага. Повезло тебе с родственниками. Все, давай, бобер, выдыхай. Посидим поедим, да? - Получается, я занимаю твою комнату? - Да нет. Это я, вообще-то, тут нелегал, получается. - А ты откуда? Из Москвы? - Из Москвы. - Из Москвы... - Чертаново. А ты? - А семья? Девушка, жена? - Как-то не получилось у меня. - Почему? - Длинная история. - Мы вроде не торопимся. - В общем, я пять лет работал у одного олигарха и... - И влюбился в его молодую жену? - Почти. Я влюбился, только не в жену, а в дочь. - А она? - Ну и она, конечно. - Естественно. - Естественно. - Естественно. - Мы хотели пожениться, только я понимал, что ее батя вообще ни разу не обрадуется, и решил доказать ему, что могу больше: поступить на юрфак. И поступил. А он, когда узнал, что я иду на красный диплом, так обрадовался: по-отечески, знаешь. Сказал: "Молодец, горжусь. Расти". Пообещал взять в свою корпорацию юристом. Я взял и ляпнул ему, что мы с его дочерью любим друг друга, хотим пожениться. Дурак. - Почему дурак? - У него рожу после этого так свело от злости. Он своих телохранителей позвал, и они моей башкой в футбол часа два, наверное, играли, но каким-то чудом я в больнице очнулся. - А девушка? - А что девушка? Когда я поправился, узнал, что она уже готовится к свадьбе с сынком какого-то там - такого же, как и отец, вот тебе и вся любовь. - Понятно. - Что значит "понятно"? Мне вообще ничего не понятно. Откровенность за откровенность. Давай рассказывай, что за страшная тайна у тебя? - Слушай, я понимаю, ты мне сейчас душу открыл... Можно я потом? - Конечно можно. Потом так потом. Тебе чаю еще налить? Или чего покрепче? - Можно? - Да, можно. Что-то срочное? - Прости, что я сбежала из поликлиники, но твоя мама - это слишком. - Что - слишком? - Я ее боюсь. Вдруг она со мной что-то сделает? Или с ребенком. - Нет никакого ребенка, так? - То есть?.. Что значит - нет? - Перестань морочить мне голову. - Вот так? Ну ладно. - Ты что, ревешь, что ли? - Лук режу. - Да ладно врать-то. Нет, не хочешь говорить - не надо. - Он мне изменяет. - Это он сам тебе сказал? Или пока еще гипотеза, твои собственные измышления? - Я знаю, я чувствую. - Так ты знаешь или чувствуешь? - Он не разговаривает со мной уже вообще ни о чем. Он меня не замечает. Он раздражается по любому поводу. - Понятно. Ну что я могу тебе сказать? Если это так... Если это так, то в этом виновата только ты. - Я? - Ты. От хороших жен, милая моя, мужики-то налево не бегают. Это аксиома. - Спасибо, успокоили! - Максим! - Ира! Это я. Ты где? - Я тут. - Привет. Держи. Ты в городе была? - Да. - Сказал же: привезу тебе продуктов. Вот молоко, масло... - Масло? У меня нет холодильника. - А... За окно пока повесишь. - Ну да. - Олег... - А? - Ты не мог бы мне купить одежду? - Одежду? Ты надолго? - Я так надоела? Прости, я просто... - Я не это имел в виду. В смысле, какую одежду. Ну и, потом, ты же не можешь скрываться до бесконечности, правильно? - Не могу. А ты можешь достать мне документы? Какие-нибудь. - Какие-нибудь? Фальшивые, что ли? - У тебя же есть связи в городе. - Ну, связи-то есть, но как ты себе это представляешь? Я приду к знакомому менту и скажу: "Дайте мне какие-нибудь документы на какое-нибудь имя". Да? Вот, кстати, об имени. На какое имя делать документы? На твое-то нельзя: наверняка ты уже в федеральный розыск объявлена. Я правильно понимаю? - Правильно понимаешь. - Ну вот. На какое имя делать? - Да не знаю, на какое. На женское. - Ха! Очень смешно. Ты же понимаешь, во что я ввязываюсь. - Боишься? - Да... ну... - Олег, помоги мне, пожалуйста, и я исчезну из твоей жизни навсегда. - Так, каску надень. Хлопцы, принимайте бойца. Не обижать, наставлять. Все понятно? - Здорово. - Сигареткой не угостишь, братан? - Не курю, братан. - Скажи, что еще и не пьешь. Силен! И как же ты работать-то собираешься? - Ну, как-то... с энтузиазмом. А чего? - Смотрите, мужики, в нашей бригаде энтузиаст появился. - Серьезно? - Я сейчас. - Нам только энтузиаста не хватало. - Ладно, не обижайся. (Смеются.) - Здравствуйте. Классный аппарат у вас. Научите? - Ростом не вышел. - Эй, новичок, ты чего прохлаждаешься? - Да я просто фронт работ искал. Вот... - Тележку в зубы - и вперед! Давай, тележку в зубы - и вперед. Так, мужики, все на 2-й участок к Григорьичу. Все понятно? Бери тележку - и за ними. Давай-давай, шевели булками. - Она тяжелее, чем кажется. - Это с непривычки. - Алло, привет. Ты как? Да я понимаю, что занят. Просто волнуюсь. - Алло. Ты чего замолчала? - А ты где сейчас? - Да я на совещании. Не могу больше говорить. Давай, целую. Пока. - По-моему, отлично. - С размером угадал? - Да. Спасибо. - О нет, нет! Господи, нет, только не это! Я же знала, я знала! - Вика... - Олег, помолчи. А вот вы мне скажите, вы в курсе, что это чужой муж? Вам не стыдно? - Нет. В смысле, вы не так все поняли. - Да, да. - А как я должна была все это понять? - По-другому, по-другому. - Ну например как? - Это Ира, она... - Сестра. - Сестра. - Сестра? Слушайте, ну это несерьезно. Какая еще сестра? - Как какая сестра? - Двоюродная я. - Моя двоюродная сестра. - А почему тогда я о ней слышу первый раз? Почему ты ее здесь прячешь? - Да никто никого не прячет. Кто прячет? Вот, смотри. Я просто, может, тебе о ней не рассказывал. Знаешь сколько раз я звал ее к нам! Сколько, да? - Да. - А она говорит нет... - Просто не хотела вам мешать. - Ну да. - Да ну что вы, как вы можете нам помешать?! Мы очень любим гостей: братьев, сестер - двоюродных, троюродных. Давайте прямо сейчас поедем к нам домой и познакомим нашу сестру с нашей мамой. Я вас приглашаю. - Вика, ну... - А почему бы и нет? - Что? - Ну правда, поедемте. Сейчас, только кофту переодену. - Да, возьми там кофту. Возьми. Говорю: сестра моя. Такая. - Значит, прочитаешь вот эту главу с выражением... - О боже. - Да-да. Пока не прочитаешь, с места не сдвинешься. Давай. - А вот и мы. Встречайте! - Ира? - Слава богу, признала тетушка племянницу. - Я тоже очень рада. - Сколько лет, сколько зим, Ирочка. - Привет. Тебя как зовут? - Егор. - ЗдОрово. А меня Ира. Я твоя тетя. Двоюродная. - Так вы вроде никогда не говорили, что у вас есть брат или сестра. - У меня - нет, а у мужа были и брат, и сестра. Кстати, как мама? - Хорошо, хорошо. Ну, конечно, она болеет, но мы справляемся. - Так, тетушка Олега по отцовской линии вроде как умерла два года назад. - Умерла. Умерла, конечно. И брат мужа тоже умер. Все умерли. А жена брата жива, слава богу. А в чем, собственно, дело? - Да ни в чем. Так просто спрашиваю. - Слушай, ты извини, что я без подарка. Мы просто торопились. Но мы обязательно что-нибудь тебе купим - то, что ты выберешь. - Хорошо. Так даже лучше, а то покупают мне всякую ерунду, как будто я маленький. - Но ты-то большой. Тебе сколько лет? - Уже восемь лет. - Олег, а зачем ты ее прятал? - Опять двадцать пять. Не прятал я ее, она сама пряталась. - От кого? - От кого, от кого - от мужа своего. Вот, сбежала, а теперь прячется, чтобы он ее не нашел. - Что это за муж такой, от которого нужно прятаться? - Ну, вот такой муж. (Стук в дверь.) - Да. - Ирочка, можно? - Можно. - Ой, какая пижамка! Это тебе Вика подарила? - Да. По-моему, миленько. - Да, более чем. Ну нет у женщины вкуса - ну что тут можно поделать? Нет-нет, она, конечно, добрая, любит Олега и готовит прекрасно, но вот нет в ней какой-то изюминки, манкости, породы, что ли. - А они давно живут с Олегом? - Семь лет. - А Егору - восемь. - Дело в том, что Егор приемный. Я это тебе рассказываю только потому, что ты никому об этом не расскажешь. Ведь правда? - Конечно. А своих детей нет? - У Вики проблемы с этим - ну, ты понимаешь. И, самое главное, она от меня это скрывает. Сейчас опять обследование проходит. Но она не знает, что результаты анализов уже лежат на моем столе: я все же как-никак завотделением. Ну что мы все о ней да о ней? Ты-то как здесь оказалась? - Приехала. - Что, вот так, взяла и приехала? А Петр? - Мы расстались. - Что значит расстались? Вы развелись? - Да. - Я ни за что не поверю, что Петр просто так взял и отпустил. Я не верю. - Ну почему просто? Он меня вышвырнул на улицу как собаку. Без копейки, без всего. С чем пришла, с тем и ушла. - Кто бы мог подумать. А ведь так любил, так любил. - Мне нет смысла вам врать, Елизавета Андреевна. - Нет, просто добровольный развод - это трудно представить, а вот то, что ты рассказываешь, - это абсолютно в его духе, я верю. Прости, девочка, я бестактна. Я сочувствую тебе. Да, натерпелась ты. (Напевает.) - Ира! Доставка еды. Ира! Ты там уснула, что ли? Серия 4 - Что-то не так? - Нет, все нормально. - Просто ты на меня весь день смотришь как на привидение. - Прости, я правда смотрю. Просто мне Олег вчера все рассказал, и я тебе очень сочувствую. - Что - все? - Про мужа твоего. - Про мужа? - Что он... Ну, что он мучил тебя и бандит какой-то. Что ты сбежала, а он ищет тебя теперь. - Ну да. - Что, правда бандит? - Да нет, конечно. Но для меня он настоящий монстр. - Понятно. - Но ты не переживай, ты его не увидишь. Я уеду буквально через пару дней. (Звонит телефон.) - Прости. Да. Да, я. Как - готовы результаты уже? К пяти? Наверное, успею. Да, я успею. А врач будет мой еще? Вы можете хотя бы по телефону сказать, там все хорошо или?.. Ладно, спасибо, я буду. - Болеешь? - Нет, проверяю просто. - Все будет хорошо. - Спасибо. А ты можешь с Егором часик посидеть? Я быстро, в больницу, туда и обратно. - Да, конечно, без проблем, я посмотрю. - Спасибо. Только Олегу не говори ничего. Это между мной и тобой. - Это не мое дело. - Отлично. Все, спасибо. Побежала. - Здрасте. Решили к нам заглянуть? - Да, здрасте. Я к Олегу, к Олегу Николаевичу. Он обещал сюда заехать. - Собирался, но сейчас его нет. - Подожду. А у вас, я смотрю, работа кипит? - Да. У нас же тут не бухгалтерия, прохлаждаться некогда. Прошу вас. А я пошел. Так, мужики, собираемся. Собираемся, собираемся. Итак. Быстрее, быстрее! Итак, слушай меня. А где этот, энтузазист-то? - Да вон он. - Вон он стоит. - Ну что? Что тебе от нее надо? Ты что прохлаждаешься? - Нет, нет, нет, я, наоборот, технику осваиваю. Да, вот все почти уже понял. Значит, так... Первый режим - о! - готово. Второй, ну и, соответственно, третий. А... - А-а! - Ну сейчас Васильич ему даст. Хана энтузиасту. - Пардон... - Я тебе сейчас покажу такое "пардон"! Я тебе такое "пардон" покажу! А ну, вон отсюда! Вон! Ты уволен! Я тебе сейчас так запардоню! Запардоню! - Тебе делать нечего, что ли? Рабочий: - Васильич, гони его! - Васильич! - А? - Что происходит? - Да этот вот, урод, новобранец, весь бетон вылил! - Да там чуть-чуть вылилось, что ты орешь? - Так уволь его! Проблема. - Ага. Слышишь, ты уволен! - Все. - Энтузазист. - Уволен, уволен. - Здрасте, Олег Николаевич. Наконец-то я вас увидела. Первый раз за день. - Здравствуйте, Камилла Григорьевна. Я тоже рад вас видеть. Вы, наверное, отчеты привезли? Входите. - Мне кажется, или ты бегаешь от меня? - Кажется. - Олег, ты решил меня бросить? - Нет. - Ты не звонишь мне, не спрашиваешь, как у меня дела. Если ты думаешь, что я вру... - Послушай, я дома устал от выяснения отношений, честное слово. Еще ты начинаешь. Правда, ты, как волосы перекрасила, стала думать и говорить как моя жена. - Да? И что бы сделала твоя жена, если б забеременела? Скажи мне, а то я не знаю, что мне теперь делать. - Ты у врача была? - Нет, не была. Но я уверена. Я пойду к другому врачу, не к твоей матери. К тому, кто нас не знает. - Ясно. - Что "ясно"? - Камилла, я не хочу ссориться. Просто этот разговор сейчас не очень кстати, много других проблем. Давай мы так сделаем: ты сейчас поедешь домой, отдыхать. - А ты? - И я тоже: поработаю и поеду домой, отдыхать. А завтра мы, отдохнувшие, выспавшиеся, спокойно все обсудим. Согласна? - Ладно. А хочешь, я перекрашусь? - Делай что хочешь. - Ты не любишь меня больше! - Ну все, прости. Прости. Я тебя люблю. До завтра? - До завтра. - Ух! Как они это пьют? - Вот тебе расчет! Пошел вон отсюда, пока мы тебя тут... энтузазист! - Приятно было поработать, парни! - О-о, старичок, прости, прости! - Эй! - Нет-нет, тебе в таком состоянии за руль нельзя. - Еще как можно. Давай ключи. - Нет. Кодекс об административных правонарушениях говорит, что вождение в нетрезвом виде карается штрафом в 30 тысяч и лишением прав на полгода. А если это не первый случай, то штраф уже 300 тысяч, еще и сесть можешь. Оно тебе надо? - А ты знаток административных правонарушений? - Вообще-то еще и уголовных. Прикинь. - Молодец. Давай ключи. - Вызывай такси, я ключи шефу оставлю. - Я шеф! Мне ключи давай, давай... - Ты меня прости, за руль я тебя никак не пущу. Хочешь - могу отвезти. Либо вызывай такси. - Ну, отвези. Давай. - Садись. Так, куда ехать? - Так ты, значит, юрист? - Угу. - А на стройку что потянуло? - Ну так юристов же сейчас - как певцов с танцорами - до хрена. В общем, без протекции на хорошее место не пробиться, за три копейки у кого-то там в помощниках бегать - лучше на стройку. - Строитель из тебя еще тот. - Ну, это да. Не очень как-то получилось. - Водишь хорошо. - Угу. Дед научил. - Водителем пойдешь ко мне? - В смысле? - В смысле личным водителем. - К тебе? - Да. - Пойду. - Правильно. - Когда начинать? - Все уже, начал. - Егор! Егор! Егор! - Я здесь! Обознатушки-перепрятушки! - Куда ты пропал? Я испугалась. Не убегай далеко! - Здрасте! - Здрасте. - А это ваша... родственница? - Успеешь еще со всеми познакомиться. Ключи давай. - Точно. - Завтра жду тебя в 8 утра здесь. - Буду. - Не опаздывай. - Без пятнадцати буду. Спасибо. - Егор еще играет? - Спит уже. - А что у нас сегодня с мясом? - Сегодня ужин приготовила Ира. - А ты где была? - Резиновое, да? Я еще та хозяйка. - Да нет, что ты! Вовсе не резиновое. Мне нравится. По крайней мере, это можно есть. - Да-да-да, вкусно. - Ну надо же, как ты всем угодила, даже Елизавете Андреевне. А мне вот еще ни разу не удалось. - Викочка, ты куда? - Обиделась. - Послушай, ты наша гостья, я же не могу вот так, при всех, сказать, что ты плохо готовишь. - Не надо, Олег, казаться быть лучше, чем ты есть на самом деле, у тебя не получается. Надо мне поскорее уехать, Вику я раздражаю. Достань мне, пожалуйста, паспорт. - Думаешь, так легко это сделать? - Когда нужно было тебе, ты отлично справился. Помнишь, как ты бегал от кредиторов? Напевает: - Не вспоминай... - Как ты думаешь, почему мы вдвоем оказались в одном городе? - Мне было все равно куда уезжать. Почему не сюда? Здесь можно было начать все с нуля. - Я тоже так хотела, но здесь ты. Ну что, уже подумала, куда поедешь? - Да какая разница? - В общем, у меня есть одна мысль по поводу паспорта, я думаю, что получится. - Отлично. Спасибо. - Знаешь, а все-таки неприятно думать, что мы больше не увидимся. Как бы там ни было, я все-таки знал, что пусть далеко, но ты где-то есть. Теперь... - А теперь у тебя отличная семья. Все будет хорошо, Олег. Не стоит. Вика увидит, а ты все-таки мой брат. - Ненастоящий. - Ой! - Вика. - Вы все по углам прячетесь, шушукаетесь, сплетничаете и никак наговориться не можете. Если я мешаю, я могу уйти. - Нет! - Нет, нет, что ты! Ты просто... Мы сколько с Ирой не виделись. Сколько? Лет пять? - Восемь. Восемь лет. - Восемь лет мы не виделись, представляешь? У Иры просто сейчас такой момент, ей надо выговориться. - Ну давай тогда, как Ира выговорится, приходи ко мне, я тебя жду. - Ой, по-моему, она не заметила. - Иди за ней. - Ты чего, Ира? - Не смей ее обижать, Олег. (Стук двери.) - Никитос, ты что здесь делаешь? - Привет! Да вот, проходил мимо, думаю, дай загляну, может, по старой памяти чайком напоишь? - Я сейчас Олега позову. - Вот именно по его душу я сюда и пришел. - Зачем? - Тайна следствия. - Какого еще следствия? - Вот такого! Нет, если серьезно, то нужно было, конечно, вызвать его в кабинет, но я подумал: так, по-мирному. - Так, слышишь, деловая колбаса, а ну, стой! Ты мне объясни, пожалуйста, что случилось. Никита... Никита, ты меня слышишь? - Прошу! - Олег! Олег! - Что? - К тебе пришли. - Добрый вечер. - Добрый. - Капитан Гордеев, уголовный розыск. - Чем же моя скромная персона заинтересовала уголовный розыск? - Хотелось бы с вами побеседовать с глазу на глаз, если можно. - Ну что ж, прошу в кабинет. - Так вы считаете, что это я напал на Романа Резника? - Но у вас же был мотив, правильно? Роман Резник подал на вас в суд по подозрению, что вы нечестно выиграли тендер для строительства санатория. Ну, и вы... - И я мог заманить его на набережную и напасть. Чушь. У меня есть алиби: я был ночью дома. Можете спросить у моей жены. - Ну, это все-таки жена. А во-вторых, такой состоятельный, солидный человек мог нанять любого другого человека для этого дела. Правильно? - Вы меня подозреваете или это домыслы? - Нет, я вас ни в чем не подозреваю, я просто задаю вам вопросы, и все. - Хорошо, отвечаю: я никого не нанимал избить до полусмерти Романа Резника. - А ты что здесь делаешь? Шепотом: - Тише! Там Никита. - Ухажер твой, что ли? - Никакой он не ухажер, он вообще к Олегу пришел как следователь. - К Олегу? Зачем? - Вы можете не кричать? - Если есть еще вопросы, вы спрашивайте, не стесняйтесь. Помогать органам правопорядка - это почетная обязанность каждого законопослушного гражданина. - Спасибо. Скажите, Роман Резник был для вас конкурентом? - Не только он: в тендере участвовало 6 компаний. А что, если там заболеет гендиректор, тоже я буду виноват? - А вне работы, в обычной жизни, вы с ним общались? - Нет. - То есть вы про него ничего не знаете? - Ну почему же, конкурентов надо знать: привычки, предпочтения, слабости. - А-а. Скажите, а у Романа Резника была любовница? - Нет, исключено. - Странно. У меня есть информация, что его видели на набережной с девушкой худощавого телосложения, блондинкой. - Насколько мне известно, он очень любит свою жену. - Это хорошо. Спасибо. Всего доброго. Кстати, рекомендую город не покидать. - Хорошо. - До свидания. - До свидания. - Никита, стой! Ты же понимаешь, что это все бред? - Что "бред"? - Ну, все это неправда! Я могу хоть сейчас пойти в эту вашу прокуратуру и на детекторе лжи доказать, что он невиновен. - Ай-ай-ай, плохая девочка: подслушивала. - Конечно подслушивала. Ты сам прекрасно понимаешь, что он не нападал на этого Романа. - А чего вдруг? Они же конкуренты, даже судятся. - Да потому что ты его не знаешь, он никогда так не поступил бы. - Ой, ангел, наверное, да? За святого замуж вышла? Мне так кажется, что Резник не просто так подал на него в суд. Ведь где-то твой Олег смошенничал и, наверное, уже тендер получил неправомерно. - Нет, это просто ты мстишь. Да, ты мстишь за то, что я люблю его, а не тебя. - Вика, давай договоримся: я никогда работу с личным не смешиваю. Пока. - Вот врешь сейчас! Врешь! - Он ушел? - Все в порядке, он ко мне приходил. Считает, что я организовал покушение на своего конкурента позапрошлой ночью на набережной. Спрашивал про какую-то блондинку, которая с Романом была. - Блондинку? - Ну что, ты единственная блондинка в городе, что ли? - Олег, пожалуйста, достань мне документы. - Да-да, конечно. - И охота вам перекрашиваться? У вас очень красивый цвет волос. Может, передумаете? - Нет. Кардинально меняем образ. - Ну смотрите. Желание клиента - закон. - Ну что, выбрали? - Да. Покрасьте меня в такой цвет, как у нее. - Хорошо, как скажете. Ну что, я тебе говорила? - Да, никто не хочет быть самим собой. (Стук в дверь.) - Да-да. - Добрый день, Елизавета Андреевна. Вызывали? - Да. Проходи, садись. Ну как ты? Как муж? - Ну, я ничего, потихоньку. Рома до сих пор в коме. Вот уже третьи сутки пошли. - Ну не отчаивайся, надо держаться. Хочешь, я попрошу, чтобы тебя подменили? Ты сможешь быть с Романом побольше и подольше. - Нет-нет, спасибо. Я попросила коллег из "травмы" - за ним присматривают. Мне кажется, ему сейчас все равно. - Понятно. - Вы меня осуждаете? Я же тоже живой человек. Я не могу его видеть таким. Неужели это так сложно понять? - Ну отчего же, понять-то можно, а вот принять... Скажи, пожалуйста, это правда, что у тебя роман с Титаренко? - Нет. - Ты пойми, мне, в принципе, все равно, лишь бы это не сказывалось на работе. Но тут уголовное дело. Если тебе есть что сказать... - Нет, это все грязные сплетни, больше ничего. Это неправда. - Ну и слава богу. Тогда все, можешь идти работать. - Спасибо. Оператор: "Абонент временно недоступен. Перезвоните позже". - Ничего, голубчик, я тебя все равно достану. Алло! Здравствуйте. Скажите, я могу записаться на прием к подполковнику Денисову? Да прямо сегодня. Тогда запишите на завтра и желательно - с утра. А когда он сможет меня принять? В пятницу? Ха! Ах, в следующую пятницу? Да нет, спасибо, не надо. - Ира, а ты мороженое принесла? Ой! Тетя, а вы кто? И почему вы здесь? - Потому что, мальчик, я тут живу. - Ира! Привет. Я тебя совсем не узнал. - Да? - Да. - А так? - М-м, нет. - А так? - Чуть-чуть. - А так? - А вот так - совсем узнал. - Классная процедура опознания. Готов присоединиться. - Иди поиграй. - Хорошо. - Смена имиджа? Прикольно. - Ты что, следишь за мной? - Нет. - А что тогда тут делаешь? - Работаю. - Перестань! - Не могу, мне же надо что-то есть. И вообще, с каждой встречей я все больше думаю, что это судьба. - Ты нормальный? - Нет. Я особенный. Я очень люблю говорить с красивыми женщинами. Как дела? Где живешь? - Кем работаешь? - Водителем. А ты? - Хватит трепаться, поехали. И так опаздываю. - О! Да, бегу, шеф. - Не "бегу", а "лечу". (Свистит.) Юморист. - Камиллочка, не надо, а? - Надо, мама, надо. Совсем мозги пропил?! - Ты ротик-то свой закрой. Не забыла, что с отцом разговариваешь? - С отцом! Лучше сиротой быть, чем с таким отцом. - Зачем она приперлась? - Я к матери заезжала. - А, на бабские сопли? Ну и что она тебе рассказала? - Еще хоть пальцем ее тронешь - я на тебя заявление в полицию напишу. Ты меня понял? - Ну-ка, напиши. Ну?! Напиши, напиши. Папку решила испугать? Ты знаешь, что в полицейском участке даже никто разбираться с этой бытовухой не будет? - Хм! А зачем бытовухой-то? Я им про бизнес твой напишу: про заводик, про браконьерство, про то, что людей за рабов тут держишь. - Даже не вздумай. Понимаешь? Я из тебя всю душу вытрясу. Всю. Ты меня поняла? - А ты не вздумай мать трогать. Пользуй рабынь своих... - Ты меня поняла, надеюсь? - Ненавижу тебя! - Вот так цветочки с тобой поставим. Игрушку - вот сюда. Давай открыточку. Сюда. Дядя Роман проснется и сразу увидит. - Здравствуйте. - Ой, здравствуйте, доктор. Нас тут медсестры пустили. Мы ненадолго. Вот, Диночка, дядя Роман, который тебя спас. А сейчас, видишь, ему самому помощь нужна. Скажи ему спасибо, скажи. - А он нас услышит? - Тебя - услышит. Он для тебя столько всего сделал. Как не услышит? Обязательно услышит. - Дядя Рома, спасибо тебе большое. Поправляйся. - Молодец, все правильно сделала. А теперь пойдем. Не будем мешать тете доктору. - Вы мне не мешаете. Я его жена. - Как "жена"? Ой, господи, горе-то какое! Для нас-то тяжело, а вам... Даже не представляю. Такой человек! Узнать бы, кто на него смог вот так руку поднять, своими бы руками прямо придушила. Он ведь нам Диночку из могилы вытащил. Лейкоз у нее был. Мой-то муж у него простым трудягой работал. Роман Всеволодович, как узнал про нашу беду, так помог. Сам, никто ему не говорил. И деньги нашел, и клинику московскую. Потом каждый месяц туда деньги переводил. Да что я вам рассказываю! Сами ведь все знаете. - Я ничего не знала об этом. - Как? Он такие суммы переводил. Он ведь не только нашей Диночке помог, он еще ребятишек на ноги поставил: и наших, погодинских, и других. Вот, посмотрите, сколько цветов да игрушек принесли. - Я вижу. Простите меня. - Золотой, золотой человек. (Всхлипывает.) - Что такое? Что такое? Опять у Романа была? А там - прижизненный мавзолей. Я сказал медсестрам, чтобы никого не пускали, а там уже паломничество началось. Все, все, успокаиваемся, вытираем слезы. Держи. Кофе хочешь? - Ты мне просто скажи: он сможет выкарабкаться? - В смысле - выжить? Вполне. Я все для этого делаю. Но вот будет ли он прежним... Не знаю. Не уверен. - Почему? Он такой молодой. Ему всего 37 лет. Он спортом занимался... - Люся, ну что ты как маленькая? Мне бы из комы его вытащить, а ты про какой-то спорт говоришь. - Может быть, что-то... - Да не может. - Это ты так думаешь. Посмотрим, что скажет консилиум. - Да ради бога. Я что, против, что ли? - Пусти! - Думаешь, я зла ему хочу? Не я его в эту кому загнал. Черт! - Егор... - Что? - Нельзя так долго сидеть в компьютере. - Это не компьютер, а планшет. - Ну и какая разница? Тебе родители что говорят? Полчаса - не больше. А ты вон уже больше часа сидишь. Пойдем играть во дворе. - Не хочу. - Я говорю: пойдем. - Не-а. - Ну, пойдем. - Не-а. - Пошли. - Не надо. - Ну, пойдем. Ну, пойдем, пойдем. - Все-все! Иду-иду. - Пошли. - А во что мы будем играть? - В пиратов. - Правда?! - Держи. Заправься и на мойку поезжай. - Будет сделано, Олег Николаевич. Жадина. - Ну что, Черная Борода, ты готова? - Да. Грузимся на пиратский фрегат. - Ладно. Так. На борту! - Поднять якорь! - Есть поднять якорь! Якорь поднят. - Держи. Держим курс на необитаемый остров. - На необитаемый? - Конечно. Там мы спрячем свои сокровища. - Смотри, Черная Борода, я вижу еще один испанский галеон! - А я вижу... Прямо по курсу - капитан Крюк! - На абордаж! - Сдаюсь. Сдаюсь, сдаюсь! Пощадите. - Черная Борода, он сдается. - Черная Борода? - Скорее, Черные Усики. Симпатичный пират. - Ой, ладно, хватит болтать! Ты будешь с нами играть? - Буду, буду. - Ура! Так, ты будешь капитан Крюк. - О-о! Ну держитесь теперь. Я капитан Крюк! - Я понимаю, что мне нужно сказать Олегу о том, что диагноз подтвердился. А я не могу. Я не знаю как. - Не знаешь - не говори. Тем более он наверняка уже все знает вперед тебя. - Откуда? - От верблюда, Вика! А то мамочка ему не рассказала. - Я специально пошла к другому врачу, а не к ней. - А этот другой врач не знает маму завотделением и не пойдет и не расскажет. Викусь, нельзя же быть такой... - Ты хотела сказать - дурой? Послушай, если бы Олег знал, он бы давно спросил меня: как, почему. А он молчит. Хотя, у него голова и так другим забита. - Чем же таким она у него забита? - Ну как "чем"! У него работа. Стройка та же. - И что стройка? Стройка строится. Все в плановом режиме, никакого там аврала нет. - А ты откуда знаешь? - Вика, я работаю на Олега. - Так вот кто тот начальник, которого вы покрываете. А ты, получается, знала и молчала? А я тебе как лучшей подруге душу выворачивала. - Вика, да я вообще не уверена, если честно, что это на самом деле так. - Кто она? Как ее зовут? Кто она? - Камилла. Камилла Григорьевна. Пожалуйста, только не говори Олегу, пожалуйста. Вика, не говори, откуда узнала. Викуся, он меня с работы уволит. - За счет заплатишь? Мне идти надо. - Вика! Вика! - Да не бойся ты, я тебя не выдам. - Бежим, Черная Борода! - Я страшный капитан Крюк! Берегитесь, сейчас я вас всех!.. - Все, ты ранен! - А! Еще одна рана! - И еще раз! Мы уже тебе все ноги отбили! - А-а! Сдаюсь! - Все, убили! - Давай я! - И тут я - раз! - тебе подножку делаю! Тебя тоже!.. - А! Сдавайся! - Вы сдавайтесь! - Тебе некуда бежать! - Нет, нет, не убивай меня! А! Все! - Все. - Сдаешься? - Да. - Точно? - Сдаюсь. - Егор, ты руки помыл? - Да, помыл. Ира, иди сюда. Я буду сидеть с тобой. Папа, иди к нам. - Может, ты перестанешь распоряжаться и сядешь на свое место? - Я хочу сидеть с Ирой. Я теперь всегда буду сидеть с ней. А мы в пиратов будем играть? - Да. - Нет, не будете. У тебя контрольная по математике, тебе нужно готовиться. Пираты подождут. - Мы подготовимся, а потом поиграем. - Да, заниматься буду только с Ирой. - А я тебе больше не нужна? - Ну перестань. - Какой-то детский сад, честное слово. - Ну, раз я здесь всем надоела, не буду мешать. Еда на столе, приятного аппетита. - Это уже становится традицией. - Мама... Егор, иди успокой маму и скажи, что ты ее очень любишь. - Может, не стоит перекладывать на ребенка то, что должен сделать ты? - Ну давай ты еще, честное слово, ну! - Вы Камилла? - Здравствуйте. - Мне нужно поговорить с вами. - Ну? О чем будем говорить? - А вы не догадываетесь? - Я же не гадалка, чтобы догадываться. - Ладно. У вас отношения с моим мужем Олегом. Это правда? - Правда. - Вы же не могли не знать, вы же знали, что он женат. - Ну и что? Жена же не стенка. К тому же он сам первый начал за мной ухаживать. Или, вы думаете, я его на аркане в постель тащила? Вы ошибаетесь, все было как раз наоборот. - У вас с ним и постель была? - Прямо вот эта. Ха-ха! Господи, Олег был прав: святая корова. - Что? - Ничего. Так что вы хотите-то от меня? - Я хочу, чтобы вы оставили в покое моего мужа и мою семью. - Да с чего это? Я люблю его, он любит меня. - Хотя бы с того, что у нас ребенок. - А у меня будет ребенок. - От Олега? - Естественно, от кого же еще. - Нет, это... это не может быть правдой, нет. Это вы уже все придумываете. Нет, хватит, все. Так не может быть. - Можете хоть сто раз не верить, мне-то что. - Хватит, пожалуйста. Я просто уйду. - Стой, стой, я еще не договорила. - Не надо ничего договаривать. Я просто уйду, и все. Хватит! Не хочу это слушать. - Ну уж нет, пришла - так слушай! - Пусти меня! (Звон упавшего кольца.) - Припадочная! Теперь понятно, почему от тебя муж гуляет. Я его не отпущу, слышишь? - Привет, мама. Ты как? - Привет. Хорошо, а ты как? - Нормально. Слушай, мама, а помнишь, ты рассказывала, что к вам поступают женщины, как бы это сказать, асоциальные... - Ну, поступают, и что? - И при них есть документы. - Есть. А тебе зачем? - Мне не надо. Ирине нужны документы. - Чужие? Ирине нужны чужие документы? - Она просто свои в Москве забыла в доме Петра. - Как такое может быть? - Ну как-как, она же не заранее к побегу готовилась. Так получилось. - Ничего не понимаю. Мне она сказала, что она развелась, а ты говоришь - сбежала. - Сбежала. - Час от часу не легче. Нет, хорошо, пусть так. Почему ей самой не пойти в паспортный стол и не заявить об утере? - Она не может. - Что происходит, Олег? Так, или ты рассказываешь мне правду, или... Что происходит, Олег? - Она убила Петра. - Что?! - По крайней мере, она так говорит. Не специально. Она защищалась: он напал на нее - она выстрелила. - Господи! И ты, зная об этом, приводишь ее сюда, в свой дом?! Убийцу?! Ты в своем уме? - Мама, достань документы, и она уедет. Вика? Что случилось? - Перестань изображать сочувствие. - Так, ну что с тобой? В клинике была? - Я была у твоей любовницы. - У какой любовницы? У меня нет любовницы. - У какой? У Камиллы. Мы только что познакомились. - С чего ты взяла, Вика? - Врать перестань и хотя бы один раз в жизни скажи мне правду. Спасибо. - Вика... Вика! Вика, подожди. Да, мы встречались с Камиллой, но это было давно, уже ничего нет. Я порвал с ней, я видеть ее не хочу. Это была ошибка. Мне самому противно, правда. Давай мы не будем поднимать шум. Подумай о Егоре. - А почему ты о нем не подумал, когда был с ней? - Мне очень жаль. Я дурак. Прости меня. Я люблю тебя. - Пообещай мне, что никакой Камиллы в нашей жизни больше никогда не будет. - Обещаю. - И сестре твоей тоже пора. - О ней не беспокойся, она уедет. - Когда? - Скоро. - Вот, возьми. Да не бойся, это муляж, он ненастоящий. Если Петр спросит, я буду отрицать, что дал тебе эту игрушку. - Ух ты! Ты где это взяла? - Не подходи ко мне! - А то что? Серия 5 (Звонит телефон) - Алло. - Анна, добрый день. Это Елизавета Андреевна вас беспокоит. Помните меня? - Да, Елизавета Андреевна, здравствуйте. Конечно помню. Давно не виделись. - Да-да-да, сколько лет, сколько зим. Как дела у вас? Что новенького? - Да все нормально у нас. - А Ирина как? - Уехала. - С Петром Алексеевичем? - Нет, Петр Алексеевич дома. Позвать? - Нет-нет, не надо. Я просто хотела узнать, как его здоровье. - Да все нормально, бодренький такой. - А, ну и хорошо. Просто прекрасно. Ну, всего доброго вам, Анечка. Да, простите, вы не говорите Петру Алексеевичу, что я звонила. Это я так просто вспомнила, не хотела беспокоить. Хорошо? - Хорошо. До свидания. - И вам не хворать. До свидания. Ну Олег... (Стук в дверь.) - Елизавета Андреевна! Доброе утро. Проходите, садитесь. - Здравствуйте. Спасибо. Значит, меня ждут пациенты, времени у меня нет, так что давайте сразу ближе к делу. Зачем меня вызвали? - Я? Это вы, как мне сказали, хотите со мной встретиться. - Я хотела. Я очень хотела. После того допроса, что ваш сотрудник устроил моему сыну. Он, видите ли, обвиняет Олега в организации нападения на Резника. А на каком основании, позвольте вас спросить. - Да, он мне рассказал свою версию. - И что же вы ответили, господин подполковник? Или, может быть, это следственная тайна? - Тайна. Но уверяю вас, Елизавета Андреевна, мы рассматриваем и другие версии. - И на том спасибо. Слушай, ну я знаю своего сына, я знаю все его минусы, все его плюсы, но я не могу себе представить, чтобы он мог пойти на такое даже ради выгодного контракта. - Я тебе верю и надеюсь, что это так. Что я могу тебе обещать? Я лично буду контролировать ход следствия и не допущу никакого самоуправства со стороны Гордеева. Обещаю. - Ну спасибо тебе. - Ну что, прощен? - Ну прощен. - Мадам, в таком случае я смогу рассчитывать на романтический ужин? - Ну, это я должна подумать. Хотя... Если ты выполнишь одну мою маленькую просьбу, то все может быть. - Так. И что за просьба? - Да одна родственница из Москвы паспорт потеряла. Можешь помочь? Справку там какую-нибудь выдать. Ну, чтобы она хотя бы билет могла купить. - Это что, просьба, что ли? Да пусть после обеда придет, десять справок выдам. - Да? - Да. - А если придет не она, а я? - Если придешь ты, я тогда не десять, а двадцать справок выпишу. - Нам хватит и одной. Ты мой полковник! - Значит, мир? - Мир. - Александр Сергеевич, там пациент из 12-й очнулся. - Здорово. - Здорово. - Что хмурый такой? - Маркович к себе вызывает, сейчас будет чихвостить. (Звони телефон.) Извини. Гордеев слушает. А, понял. Еду. Хорошо, спасибо. - Гордеев, что ты тут застрял? Проходи. Хвались, какие подвижки по Резнику есть. - Есть подвижки по Резнику - он пришел в себя. Разрешите идти? - Иди. Это хорошо, что пришел в себя. Гордеев! Журналюг к нему не пускай. - Хорошо. - На, вот держи. - Что это? - Справка об утере документов. На имя Бойцевой Ирины Александровны. С ней можешь восстанавливать паспорт, устраиваться на работу - в общем, что хочешь. Можешь не благодарить. - А где вы ее взяли? - Что значит "где"? В паспортном столе. Все совершенно официально. Мне знакомый полковник помог. - В паспортном столе? - Ну да. А что ты так смотришь? Меня Олег попросил - я сделала. - Ну что, хорошие новости? А что он, спит? - Так уже несколько дней. - Подождите, мне сказали, что... - Медсестра молодая, неопытная. Увидела судороги и всех на уши подняла. Извините, такое бывает. - Плохо. Я-то тоже на уши начальство поставил. Ладно. Если что-то изменится, сообщите мне, пожалуйста. - Да, еще раз извините. - Александр Сергеевич, можно вас на пару слов? - Да, пожалуйста. - До свидания. - До свидания. (Звонит телефон.) - Да, слушаю. - Привет. У меня для тебя новости. Пришел запрос по утрате документов Бойцевой Ирины Александровны. - А откуда запрос? - Погодино, городок районного значения на Волге. - Спасибо. Ты мне очень помог. - Да не за что. - Иван! Какая-то информация по Ирине? - Нет, к сожалению, пока ничего. - А ты что здесь? Мы тебя ждем, ждем, а ты... Ты что делаешь? - Собираюсь. - Куда? - Я уезжаю, Олег. - Как, прямо сейчас, что ли? Тебе Вика что-то сказала? - Нет. Из-за этого. Елизавета Андреевна достала. Говорит, ты попросил. - Да, я просил, но я же не это имел в виду. - Теперь уже неважно. Оставаться мне здесь нельзя. - Я не хочу, чтобы ты уезжала. Я не готов. - Ну а что ты предлагаешь? Остаться здесь и ждать, пока меня найдут? Полиция знает, где я. Еще хватило наглости обратиться за восстановлением документов. - Прости, это моя вина. Я думал, мама поймет. - Так даже лучше. Правда. Вика станет спокойнее. Я же вижу, что она меня еле терпит. И тебя, наверное, пилит. А вам ссориться нельзя: у вас Егор. - Подожди. Давай я тебя хотя бы до вокзала подвезу. - Нет, не надо. Не надо, чтобы нас видели вместе в городе, Олег. - Ну что с тобой происходит, Олег? - Вот такой я пропащий человек, мама. - Ну что ты говоришь? У тебя бизнес, у тебя семья, у тебя... - Надоело мне все, мама. Я, может, только сейчас понял, что я был счастлив именно с Ириной. - Что ж ты тогда ее отпустил? - А что я мог сделать после того, что ты натворила?! Я тебя что просил? Достать ей паспорт на чужое имя. На чужое, мама! А ты поперлась к своему Денисову, да еще после того, что я тебе про Петра рассказал. - А что такое с Петром? Да жив он, слава богу, жив. - Как - жив? - Да вот так вот. Жив и здоров, если верить его домработнице. Я вообще не понимаю, зачем Ирина на себя наговорила. - Я теперь тоже ничего не понимаю. - Позвони ей, позвони. Ну, верни ее. - Нет у нее телефона. Вообще. - Надо было купить. Балда. - Она все равно уже уехала, ее не вернешь. - Ну конечно! Если вот так репу чесать, руки заламывать, то точно не вернешь! Дундук! - Ира! - Елизавета Андреевна? Что-то случилось? - Ирочка, возвращайся. Не делай глупостей, о которых потом будешь жалеть всю свою жизнь. - Я не могу, Елизавета Андреевна. Правда, я не могу. - Я тебя умоляю, я тебя Христом Богом прошу! Я не решалась тебе сказать. Хотела, но не решалась. Егор - это... это твой сын. - Как - мой? Вы же... вы же сами роды принимали. Вы же сказали, что он умер! - Я сказала, да. Сказала. Просто иначе Петр бы мне его не отдал. Егор - это твой сын. - Ну ты чего? - Почему она уехала? - Она гость в нашем доме. Погостила и уехала. - И даже ничего не сказала. А еще говорила, что мы друзья! - Может, у нее случилось что? Мы же не знаем. Мама тут, папа тут. Ты чего? Тебя это не радует? - Радует. - Олег, все хорошо? - Ну что ты заладила: хорошо, нехорошо? Хорошо. - А где у нас мяч футбольный? - Он в хозблоке. - А пойди принеси. Потом в футбол поиграем. - Хорошо. - Я же вижу, что ты себе весь вечер места не находишь. Это из-за Камиллы? - Камилла здесь совершенно ни при чем. - А что тогда опять? - Вика, не переживай. Теперь нашей семье, нашему семейному счастью больше никто и ничто не угрожает. - А что происходит? Почему ты вернулась? - Тетя Ира, ты приехала! - Вика, накрывай, пожалуйста, на стол. Обед готов? - Вы иногда забываете, что в этом доме я не прислуга. - Олег, можно тебя на минуточку? - Да. - Мальчик мой! - Ты правда больше никогда меня не оставишь? - Никогда. - Ну что еще, мама? - Олег, мне пришлось сказать Ирочке про Егора. - Ты хоть представляешь, что теперь будет? - Ну а что мне оставалось делать? Смотреть, как ты опять начнешь играть? Как твоя жизнь летит под откос? - Под откос... Под откос - это то, что начнется сейчас. - Не преувеличивай. Я уверена, мы обо всем сумеем договориться. Ну взрослые же люди. Вообще-то я ждала слов радости и благодарности. - Ага, спасибо, мама! - Мы в пиратов играть будем? - Ну конечно поиграем. Ты каким пиратом... - Конечно будете, когда мы сделаем с тобой все уроки. Пойдем, мой хороший. По математике много задали? - Много. Я не хочу. - Ну ладно, сейчас мы сделаем математику, потом английским позанимаемся, да? - Не хочу английский! - Ира! Не спеши, всему свое время. Нельзя вываливать на ребенка все и сразу. Это может травмировать. - Ира, ты теперь здесь, и мы рады, что ты... - Я тоже очень рада. Только я не представляю, как дальше жить. - Ну как нам теперь жить? - Так, для начала нужно всем нам успокоиться. Сгоряча мы ничего не решим, но ясно одно: Егору говорить правду пока нельзя. Ну что ты? Ну что ты, Ирочка? Конечно, мы рано или поздно скажем ему правду. Он все узнает, вы будете вместе. Все будет хорошо. - Что вы наделали, Елизавета Андреевна? - Не ходи за ней. Останься. Я сама. Она должна привыкнуть. Это большая травма для всех нас. И для меня тоже. Ирочка... Ирочка, ты что, плачешь? - Я никогда не прошу ни вам, ни Олегу то, что вы сделали. - О господи... Я не знаю. Накричи, наори на меня. Хочешь - ударь, если тебе так будет легче. - Вы солгали! Вы сказали, что малыш умер, а сами увезли его. И столько времени скрывали это, а теперь он называет чужую женщину своей матерью! - Я ведь тогда думала о ребенке. Не скажи я, что мальчик умер, что бы с ним было? Неужели ты думаешь, что Петр разрешил бы тебе оставить ребенка от другого мужчины? В лучшем случае он отправил бы его в детский дом, а в худшем... Страшно себе представить, что бы было. - Вы сговорились? - Да. И он меня отпустил, но при одном условии, которое я не выполнила. Ты не должна была ничего узнать. - Вы же сама мать. - Ну что мне оставалось делать?! Ты же знаешь, кто такой Петр и на что он способен! Ну-ну... Ну все образуется. Самое главное, что ты все знаешь, ты здесь, Петр остался в прошлом, так ведь? Знаешь, сейчас не надо спорить, выяснять, кто прав, кто виноват, а держаться всем вместе. С Викой, конечно, возникнут проблемы... - Вы о чем? - Я о том, что ты должна занять свое законное место жены и матери. Тут я целиком и полностью на твоей стороне. - А Олег? - Олег! Об Олеге не беспокойся: он чуть с ума не сошел, когда ты уехала. Ты-то сама как? Ты хочешь вернуться? - Хочу. Я все это время хотела, только... - Никаких "только"! Живите, растите своего ребенка, вашего ребенка. Ну что еще надо для счастья? - А Вика? - Ты знаешь, Ирочка, ты должна думать о своем счастье, о сыне. А Вика - что Вика? Она молодая, красивая женщина. Найдет еще себе пару, ничего. - Не думаю, что она с вами согласна. (Олег кашляет.) - Олег, иди сюда. Иди-иди. - Чего? - Зайдешь к Ирине. Теперь можно, даже нужно. Подбодрить... - Да ну, неудобно как-то. - Чего неудобного? Зайди. Иди-иди. - Вот зашел узнать, как ты. Я правда рад, что ты вернулась. - Я вижу. - Ира, ты пока не говори ничего Вике. Хорошо? Я сам ей все скажу завтра. Закрутилось, конечно, все... Просто голова кругом. Не знаю, с чего начать. Нет, ты не подумай. Я очень хочу, чтобы мы были вместе. Просто... - Да подожди ты, Олег. Может, не придется ничего говорить Вике. - Почему? - Да все потому же. За мной могут прийти в любой момент. - Думаешь, из-за Петра? Он даже не ранен, насколько мы поняли. - Что? - Тебе мама ничего не говорила? - Петр жив? - Ваша горничная сказала, что да. - Но этого не может быть. Ее попросили так сказать - в интересах следствия. Они просто предполагали, что будет такой звонок. - Нет-нет, я уверен. Да мы можем хоть сейчас в интернете посмотреть. Дело громкое. - Да я видела, как он лежал на полу! Видела кровь! - Ты испугалась. Он был пьян, и тебе показалось. Все будет хорошо, Ира. Мы вместе, все закончилось. - Все только начинается, Олег. - Олег, ты, может, наконец объяснишь мне, что происходит? Почему Елизавета ее вернула? - У Иры большие проблемы. Ей, по сути, некуда идти, вот мама ее и вернула. Я сам не рад. - А ты куда? - Я в кабинет. На работе завал, придется до утра сидеть. Не жди, ложись спать. - Н-да. - Ну уж нет. Пришла - так слушай. - Пусти меня. - Ух ты! Как же это все проснулись раньше меня? - Да что-то как-то не спалось. - Мне тоже. - А кто тебе разрешил завтракать бутербродами? - Ну ладно, нам пора. - А куда это вы все так рано? - Как куда? Я и Олег на работу. - А меня тетя Ира в школу отведет. - В школу на другой конец города пешком? - Ну почему пешком? Я могу дать свою машину, сам на такси поеду. - А зачем такие сложности? Я отвезу своего ребенка в школу, как всегда, на своей машине. - А я хочу с тетей Ирой и на папиной машине. А потом нас Максим отвезет в парк аттракционов. - Прелесть какая. А уроки ты когда будешь делать? - Приедем и сделаем. - Да, мы вместе сделаем уроки. - А мама тебе не нужна? - Начинается. - Мамочка, нужна, нужна! Ты же моя родненькая! Ну пожалуйста, ну! - Как тебе отказать, когда ты так просишь? Но уроки делаешь сам. - Хорошо. - Ну что, давай беги. - Пока. - Хорошего дня. - Ну, давай командуй. Куда теперь? Домой? - Нет. - А куда? - Слушай, я даже не знаю... - Ну так тебе повезло: я все знаю. В чем проблема? - Ты знаешь, как позвонить человеку так, чтобы он не смог определить ни номера, ни места, откуда был звонок? - С мобильного? Никак. Не знаю, если только с таксофона попробовать. По крайней мере, будет дольше определить номер, с которого звонят. - Но все равно определят? - А что, что-то серьезное? - Очень. - Так, если серьезное, можно, скажем, позвонить с таксофона из соседнего города или еще дальше. - Насколько далеко? - Да как угодно: километров 200-300. - Нет, ну это далеко. - Часа за четыре можно туда-обратно. - Да, только Егора в час забирать. - Ну так сейчас у нас сколько? Начало девятого. Как раз успеем. - Да? - Ну да. Девять плюс четыре - к часу будем. - Поехали? - Поехали. - Привет. - Что-то важное? Мне просто надо на стройку, потом в архитектуру. - Можешь не перечислять, я твое расписание знаю. Может, объяснишь мне наконец, что происходит? Закатила женушка скандал, да? - "Женушка"? Ты видишь, я работаю, занят я. - Она была у меня. Такую истерику устроила! - Слушай, может быть, тебе работой заняться? Ну так, для разнообразия. - Что?! - Я просил подготовить отчет. Где он? - Будет. - А смета по последнему проекту готова? - Сделаю. - Неделю уже делаешь, неделю. - Потому что мне некогда было, ты знаешь. И что, уволишь меня? - А знаешь, это будет самое лучшее решение для нас всех. - Издеваешься? - А как я должен поступить с человеком, который не справляется со своими прямыми обязанностями? - И с женщиной, которая тебе надоела? - Вы прекрасный специалист, Камилла Григорьевна. Я уверен, вы быстро найдете себе нового шефа. - Ну и сволочь же ты! - Ты не хочешь рассказать, что это за такой страшный мужик? Ну, которому мы едем звонить аж из другого города? - Я не хочу говорить о человеке, которому мы едим звонить. Для меня это больная тема. - Понял. Что-то потеряла? Не за что. - Не работает он. - А не подскажете, где работает? - Квартала два отсюда. - Спасибо. Ой, спасибо. Ну что, пройдемся или проедем? - Пошли. - Легко. Вот и он. Помочь разобраться? Ой, да не подслушиваю я, господи! (Звонит телефон.) - Слушаю. Алло, говорите, я слушаю. Ира, это ты? Я же знаю, что это ты. Позвонила узнать, когда мои похороны? Я же тебя из-под земли достану, на куски рвать буду медленно. - Что случилось? Что, деньги закончились? - Пойдем отсюда. - В смысле? Мы только пришли. Ира, а ка?.. О господи, так случилось-то что? - Где машина? Неужели угнали? - Простите, а вы не видели, здесь тачка черная стояла? - Черный кроссовер? - Да. - Так его только что на эвакуаторе увезли. Здесь же парковка запрещена, вон же знак висит. - Где у вас штрафстоянка? - Одна за мостом, а вторая вообще у черта на куличиках. Удачи. - Давай звони, куда надо звонить в таких случаях, а то мы опоздаем. - Ира, я телефон оставил в... (Звонок в дверь.) - Какого?.. (Звонок в дверь.) Олег? Ты? - Я за кольцом. Я его уронила в прошлый раз. - Какое кольцо? Ничего ты не роняла, уходи. - Я, конечно, все понимаю, но... - Понимаешь? Да что ты понимаешь? Вон пошла. - Без кольца не уйду. Или отдавай кольцо, или я вызову полицию. - Давай дуй, вызывай. Нет у меня твоего кольца. Вспомни, где шлялась, там и ищи. - Сумасшедшая. - Давай-давай, вали. И Олегу своему скажи, что он козел. - Здравствуйте. А вы, простите, кто будете? - А это не ваше дело. - Кольцо ей какое-то понадобилось! Сама позлорадствовать пришла, тварь! (Звонит телефон.) Да, мам, что? Плохо у меня все, вот что. - Тут нет? - Что делать? Давай Олегу позвоним, скажем, что мы застряли. - А зачем? Он нам поможет? - Ну Егор же будет ждать. - Вот чем быстрее мы заберем машину, тем быстрее заберем Егора, а ты не волнуйся. (Звонит телефон.) - Да, сынок. Что случилось? Нет-нет, ты не плачь. Я сейчас буду, слышишь? Я сейчас приеду. - Девочки, золотые, ну, давайте быстрее! Давайте побыстрее, а то сегодня ночью уже свежая рыба будет, новая, а вы еще с этой возитесь. Слушай, старшой, что-то они у тебя совсем разленились. В чем дело? Ну рявкни на них, что ли. - Не стоять! Работать! Слышали, что хозяин сказал? - Вот, это другое дело - командный голос. Молодец. (Стук в дверь.) Ну-ка, тихо! Быстро, быстро в клоповник. Давайте, давайте, давайте! И чтобы тихо там! (Стук в дверь.) Кто? Женский голос: - Гриша, это я. - Давай заходи. Уж кого меньше всего ждал, так это тебя. - Гриша, у нас беда. - Так вас тут целая делегация, что ли? - Фу, ну и вонища! - Ну, ты меня извини, папа у тебя рыбой занимается, а не розы сажает. Давно пора знать. - Да у нее, Гриша, не от этого. - А от чего? - Твои работники-то где? - Ты не переживай, мои работники там, в клоповнике. Я-то думал, это с проверкой явились, вот и загнал их туда. Говори! Они не слышат ничего. - Ну, в общем, Камилла пришла вот и... Короче, Гриша, тебе нужно пойти и по-мужски с ним разобраться. - Да с кем? Скажи мне, с кем разобраться. - Бросил он меня. - Кто тебя бросил? А-а, шеф твой бросил тебя. Понятно. А ты сама-то о чем думала, вертихвостка? - Я беременна, папа. - Ах ты еще и беременна? - Я думала, у нас серьезно. - Молодец. Поздравляю, доченька, молодец. Ну и что? Он-то что? О ребенке-то он знает или нет? - Знает. - И что сказал? Что, прямо пришел и сказал "пошла вон"? Так, что ли? Ну, что он сказал? - Вот так и сказал. Уволил меня. Мне теперь даже за квартиру платить нечем. Папа, сделай что-нибудь. - Значит, вспомнила про папу. То кидаешься на отца как собака, а как хвост прищемили, так приползла и говоришь: "Папа, помоги мне". - Я ведь люблю его. Я ведь правда беременна. - Только сопли не распускай здесь. Этим не поможешь. Такого, как твой Олег, этим не разжалобить. Его за жабры брать надо. - Как? - Как? Твой папа знает как. Он у меня еще будет вертеться как уж на сковороде, я тебе обещаю. И внук мой будет обеспечен до конца своих дней. Понимаешь, по высшему разряду. - Он слышать о нем не хочет. - Да что ты говоришь? А придется. Сейчас, слава богу, отцовство на раз устанавливают. - Да. - Да. - А нам что делать, Гриша? - Ничего не делать, я сам все сделаю. Понятно? - Давай-давай! - На, лови! - Ха! - Лови! - Не забьешь! Оп! - Ты не умеешь играть. Смотри, как профессионалы обводят. - Ну давай, профессионал, давай. - Опа! - Здорово, команда. Пас! - О, папа, привет. - Бам! - Привет, любимый. - Ну как вы, накатались с Ириной? - Накатались, только не с Ириной, а со мной. - Почему? Они же собирались. - Не знаю. Нет ни Ирины, ни Максима. Его телефон недоступен. - Что-то случилось? Не дай бог этот гонщик влип опять! - Ты не мокрый? - Нет. По телефону: "Абонент временно недоступен. Перезвоните позже". - Ну точно я его грохну. - Учительница наверняка позвонила Вике, и Егор уже дома. - Да мне от этого не легче. Он так радовался, так ждал, а получается, я его обманула. - Ничего подобного, это случайность. Кто мог знать, что так получится? - Да. А всего-то надо было нормально припарковать машину. Прости. - Да нет, это ты меня прости. - Это уже просто ну ни в какие ворота не лезет! Вот что, что могло произойти? - Не знаю. А главное, на звонки не отвечает, подлец. А у нее телефона нет. - Так надо было купить. - Надо было, мама. - Ну ладно, что вы так переживаете? Может, все хорошо, может, они заблудились где-нибудь. - Где? - А чего ты раздражаешься? - Потому что не надо нести всякую чушь, которая бесит. - Не надо на меня орать, Олег. Хорошо? Я пытаюсь помочь. - Мама, вот где ее искать? - Ира! Ты где была? - Подожди, Олег. - Слава богу. - Ты прости меня, пожалуйста, я опоздала - я виновата. Но такое больше не повторится, я... Егор! - Можешь объяснить, какого черта тебя понесло в соседнюю область? - Я звонила Петру. - Убедилась, что он живой? Куда ты опять собираешься? - Не знаю. Но здесь оставаться нельзя. - Почему? - Потому что когда он меня найдет - а он меня найдет, Олег, - пусть это будет не здесь. - Нет, я тебя не отпущу. - Он же зверь. Он не пощадит никого: ни тебя, ни ребенка. - Я тоже не тот щенок, каким был. Я ему не позволю. Послушай, один раз он уже забрал тебя у меня - второго раза не будет. Я не отпущу тебя. - Олег... - Господи, Олег, это же твоя сестра. - Жена. Ира моя первая жена. И родная мать Егора. - Вы все мне врали. Нагло врали в глаза. И вы, и Олег. - Ну, по крайней мере теперь ты знаешь правду. - По крайней мере теперь вы можете избавиться от ненавистной невестки. Вы хоть думали, как я буду жить без сына и как сын будет жить без меня? - Разумеется, вы будете общаться. Никто тебе этого не запретит. Сколько хочешь, когда хочешь. Но я считаю, что так будет лучше для всех, а самое главное, для Егора. - И на том спасибо. - Но мы же все хотим мальчику добра. - Как вы собираетесь ему сказать? - Осторожно, не сразу. Для начала скажем, что ты плохо себя почувствовала и тебя отправили в санаторий. - Петр! Петя... Петя, ты как? - Что за шум? Что-то случилось? - Вот тварь! - Ах! А-а! Помогите, кто-нибудь! Иван, помогите, здесь Петр! Скорее! - Что случилось? Петр! - Иди сюда быстрей, помоги мне. - Давай. - Давай, помоги. Давай. - Петя, ну! - Тащи его. - Сюда, сюда. Петя, Петя! Ты меня слышишь, Петя? Ты слышишь меня? Как это произошло? - Не знаю. Наверное, он заснул и свалился. - Петя... - Нужно сделать массаж, нужно воду выкачать. - Кажется, уже поздно. - Нет, делай! Ты делай! Давай-давай! Ну, делай! - Я здесь, здесь. Петя! - Давай, давай, давай! - Петя! - Давай, давай! - Петя! Уф. - Скорую вызову. - Давай. Слава богу. Слава богу. Как ты, брат? - Братка... Серия 6 - Спит? Можно его сегодня в школу не водить, пускай спит. Пойдем завтрак Олегу приготовим, а то Вике уже не до того. - Приятного аппетита. - Спасибо. - Спасибо. Кто-нибудь с утра видел Вику? - Я думаю, лучше ее не беспокоить. Она сама выйдет, когда будет готова. - Как-то неправильно это. - Олег, все все понимают, но жить в одном доме и делать вид, что это нормально, - это, знаешь, тоже неправильно. - Совсем несъедобно? - Съедобно. Кхе-кхе. - Мне тоже кусок в горло не лезет. Должно быть какое-то решение, какой-то выход. - Лучший выход - если она сама уйдет. И по-моему, она именно это и решила - оставить нас... ну, в смысле вас. Разумеется, мы будем помогать ей финансово. - Всем доброе утро! Завтракаете? Боже, какой кошмар! Любимый, чем тебя кормят? Я сейчас все переделаю. Оп! - Вика, прости, мне показалось, ты собираешь чемодан. - Вам показалось. Это мой дом, это мой муж, а наверху спит мой сын, для которого я родная мать. А это - всего лишь тетя Ира. - Да, но ты вроде сама решила... - Нет, я никуда не уйду. А если вы хотите от меня избавиться, вам придется меня убить, дорогая Елизавета Андреевна. Тебя это тоже касается. - Господи. - Ну что ты стоишь? Заходи. - Как ты, брат? - Нормально. А что это со мной было вчера? Расскажи. - Так я откуда знаю? Я вчера прибежал на крики, смотрю: Яна тебя тащит из бассейна. Я ей помог. Брат, мне кажется, ты вчера просто перебрал виски и свалился в воду. - "Свалился". Интересно. Свалился, да? А может, помогли? - Да ты что? Кто? Яна? Ей это зачем? - Ну да, ей незачем. А тебе? У тебя-то железобетонный мотив. Думаешь, я сдохну - все тебе достанется? Основная наследница - жена. Если со мной что-то случится, все ее будет, тебе - так, по мелочи. - Петя, я в курсе. Я, собственно говоря, ни на что и не претендую. Мне всего хватает. Осталось только найти твою жену. - А чего ж ты до сих пор не нашел? - Да... ищем, брат, ищем, но я пока не знаю, где она. - А я знаю. Она мне позвонила. - Кто, Ира? - Да. Ира. - И что она тебе сказала? - Ничего не сказала. Зато я пробил, откуда был сделан телефонный звонок. Из Волжска. - Из Волжска? Подожди, так она... Как она вообще туда добралась? - Откуда я знаю? Поэтому поезжай туда, найди ее и привези сюда! Это тебе, чтобы было легче найти. Людям покажешь. - Я понял. Я все сделаю. - А как так получилось, что вчера в бассейне камеры были отключены? Какое-то странное совпадение, не находишь? - Петя, ты же прекрасно знаешь: мы систему меняем. Нет, брат, подожди. Ты меня в чем-то подозреваешь? Я вчера лично с Яной тебя откачивал. - Иди. Только привези ее живой. - Само собой, брат. А вот живая ты мне совсем не нужна. - Ждешь, когда начнется? - Что? - Что сидишь, спрашиваю. Чего не приляжешь? Боишься, что он придет в себя без тебя? Ты не переживай, ему еще долго здесь лежать. - Умеешь ты утешить. - Не умею и не должен. Я врач, а не священник. Между прочим, ты тоже врач и должна бы помнить, что утешение - это не наш профиль. Слушай, ты у моей постели вот так бы сидела, да? - Саша, прекрати. - Нет, ты не подумай. Иди сюда. - Саша, пожалуйста, прекрати. - Давай-давай. - Перестань, нельзя так при нем. Что ты делаешь? - Он ничего не увидит. Скажу честно: и не услышит. Да. - Пожалуйста, перестань. - Ну ладно тебе, чего ты? - Прошу тебя. - Чего ты? - Пожалуйста, перестань. Саша, он очнулся. Рома! Рома, ты меня слышишь? Рома, это я. - Тебе что нужно? - Ну, я хотела что-нибудь приготовить на завтрак. - Нет. Не на моей кухне. Я два дня терпела: ждала, что ты уйдешь. Вижу, ты уходить не собираешься. Значит, так: ты в моем доме гость, и я буду относиться к тебе как к гостю. Хочешь есть - садись и жди. Когда все будет готово, я тебя приглашу вместе со всеми. - Ну, что опять случилось? - Ничего. Просто мне в очередной раз дают понять, что я в этом доме лишняя. - А можно мне хотя бы на своей кухне побыть одной? - Ирочка, знаешь что? Давай-ка мы с тобой перекусим где-нибудь в городе. Я знаю одно чудесное местечко как раз по дороге на работу. Тебе сколько надо времени, чтобы переодеться? - Минута. - Ну и отлично. (Напевает.) - Привет. - Доброе утро. - Что-то не похоже, что оно у тебя доброе. Что случилось? - Максим, это семейные дела. Ты не вмешивайся, ладно? - Я и не собирался. Просто поплакать на плече у старого друга никто не отменял. - В другой раз. - Как скажешь. Добрейшее утречко, Елизавета Андреевна! - Здрасте-здрасте. - Вот, учись. - Садись, поехали. - Привет. - Доброе утро, любимый. - Что это с тобой? - А что со мной? Со мной все хорошо. - Где все? - Кто "все"? Мы с тобой здесь. Егор собирается в школу, сейчас спустится. Мама на работе, а наша гостья предпочитает завтракать в городе, чему я несказанно рада. - Ясно. Я тоже позавтракаю в городе. - Нет. Мы сейчас сядем все вместе и будем завтракать как нормальная семья. - Вика, у нас не нормальная семья, хватит делать вид. - Пожалей хотя бы Егора. Или ты хочешь прямо сейчас ему все рассказать? Егор! Егор! Егор, спускайся. Егор! - Доброе утречко. - Доброе утро. - А где шляпа и очки? Я уже не говорю про обувь. - Господи, да кто увидит? - Это условие работы. Так что поднялась наверх быстренько, обулась и оделась. - Во что мне обуться? Я как в своих туфлях приехала, так в них и хожу. У них каблук сломался, а туфли вашей жены мне малы. Кстати, вы не сказали, на какой срок вы меня наняли и когда приедет ваша жена. - А деньги, которые я тебе плачу, уже надоели? - Нет, но... - Пошла бегом! Вызови такси, поезжай в город, купи ей туфли. Несколько пар. - Хорошо, Петр Алексеевич. У вас какой размер обуви? - 40-й, а что? - Хорошо. - Можно вас рассчитать? - Да, спасибо. Спасибо. Сдачи не надо. Спасибо. - Спасибо. - Ну чего ты? Что ты как в воду опущенная? - Нехорошо с Викой выходит. Я ее понимаю, но отступить тоже не могу: это мой сын. - И твой муж. - Ужасная ситуация: на двух женщин один ребенок. - И один мужчина. - Ей больно, она его любит. - А ты? Ты любишь Олега? - Конечно. - Тогда, как говорится, на войне как на войне. В любом случае одна из вас станет несчастной, другого выхода нет. Я понимаю, все это сложно и не сразу. К тому же, мы не придумали, как все это преподнести Егору. - Нет, пока не надо. Он меня возненавидит, для ребенка это травма. - Ну ладно, ладно, посмотрим, как все будет складываться. - А у вас в больнице человек один лежал... Вы не слышали, там какая-то история криминальная на набережной. - Да, это муж одной нашей сотрудницы. А ты откуда про него знаешь? - Ну... Это я нашла его на набережной. - Это ты та самая таинственная блондинка? А что ты там делала - на набережной ночью? - Гуляла. - Ты знаешь, пускай они сами разбираются, ты не лезь в это дело. Ну ты же не знаешь, кто на него напал? - Нет. - Вот. Следователь сначала на Олега накатывал, еле-еле удалось утихомирить, так что ты опять к нам внимание привлечешь. Слава богу, Олег в ту ночь дома ночевал, а то бы... - Ну так как он, этот человек? - Не знаю. Был в коме, а сейчас - не знаю. - А можно я с вами на работу поеду? Домой не хочется: там Вика. - Да, да, конечно, давай. Лучше вместе вернуться. Поехали. Посмотришь, где я теперь работаю. Да, нам надо по дороге еще тебе мобильный купить. - Спасибо вам огромное. Я деньги верну, как только... как только... - Ой, да перестань! Олег сам давным-давно должен был это сделать. - Все, иди. Олег Николаевич, здравствуйте. - Здорово, Василич. - К вам пришли. - Где? - Вот. Вот человек. Ну я пойду? Не буду мешать. - Давай, давай. Что стоите-то? А вы кто? - Я кто? Я Григорьев. - Григорьев... Григорьев... - Ни о чем не говорит, да? Ты особо не напрягайся. Я отец Камиллы Григорьевой. - Ах вот оно что? - Вот оно что. Ну, пойдем поговорим. - Поболтаем. Послушайте, о чем, собственно, разговаривать? Мы с Камиллой все обсудили. Вы-то чего хотите? - Я чего хочу, да? Чего же я хочу-то? Коляску я хочу внуку своему, хорошую коляску, когда он из роддома выпишется. А когда он вырастет, чтобы у него была крутая тачка, как у его папаши. Вот что я хочу. - А она не беременна. И потом, мы с Камиллой взрослые люди. Да, мы встречались, расстались - такое бывает. Вы-то что вмешиваетесь? - Я что вмешиваюсь? Слушай, ты, урод, ты побаловался с девкой, потом бросил ее, как старую рыболовную сеть, без гроша в кармане, а теперь спрашиваешь меня? - Денег хотите? - Конечно. А кто их не хочет? Ты же ее уволил! Кстати, не имел права увольнять беременную женщину. - А вам не приходило в голову, что ваша дочь вас обманывает? - А тебе не приходило в голову, что я своей дочери доверяю больше, чем тебе? И вообще, слушай, учти: я ведь тебя по судам затаскаю. Я тебе такой пиар устрою, что бешеные собаки от тебя шарахаться начнут. А потом домой к тебе приду, к твоему сыночку, и расскажу ему, какой кобель у него папаша. После этого, сам понимаешь, женушка твоя любимая от тебя спотыкаясь убежит. Ты этого хочешь? Я тебе это устрою. - Сколько Камилла хочет? - Сколько хочет Камилла - ты с ней отдельно поговоришь, а сколько я хочу, я могу тебе написать. Вот столько. - Да вы что? Вам-то зачем? - Чтобы тебя больше не беспокоить. - Да пошел ты на хрен! Ой! - Это чтобы ты знал, паскуда, с кем ты дело имеешь. Дыши, дыши, глубоко дыши. - Ну а сейчас-то себя как чувствуете? - Я ничего не чувствую. Совсем. Мне сказали, как меня зовут и что эта женщина - моя жена. И я должен в это верить. Лежу как бревно, сам ничего не помню. Говорят, я был каким-то благодетелем, а кто эти люди, я не помню. Что для них сделал, тоже не помню. - Может быть, вы можете вспомнить что-нибудь из личной жизни? Или про последний день, момент удара, может быть, звуки, свет, тени? Что-нибудь. - Он же сказал, что ничего не помнит. Он даже меня не помнит. - Молодой человек, вы живы? - А это вообще надолго? Или навсегда? - У всех по-разному: у кого-то память восстанавливается через день, у кого-то - через год, у кого-то - никогда. - Ну что, остается только ждать. - Подождите... я вспомнил... - Что? - Там... там была женщина... с длинными волосами и большими глазами. - Это та женщина, которая привезла его в больницу. - Это все? - Я больше ничего не помню. - Плохо. Потому что даже ее допросить не получится: она исчезла. - Жаль, я бы хотел с ней поговорить. - Ну все, мой золотой, хорошего тебе дня. Учись хорошо. - Ну мам! Я что, маленький? - Нет. Прости. - Мам, ты чего? - Ничего. Просто я тебя очень сильно люблю. Очень! - И я тебя люблю. Только не целуй меня перед всей школой, а то меня дразнить будут. - Я не буду. - Пока. - Пока. - Здрасте, тетя Лина! - О, Егорка, привет. - Привет. - Привет. Пойдем. - Викусь, привет. Что-то случилось? - Случилось. - Что, дома опять? (Плачет.) Так, пойдем в машину, а то все на тебя сейчас будут глазеть. - Вы кого-то ищите? - Я хотела узнать про... - А, вы к Резнику? У него сейчас следователь, подождите. - А как он? - Да никак. Полная амнезия. Даже жену не помнит. - Ну, до свидания. Вы выздоравливайте. Я еще загляну к вам. - Вот же она. - Кто? - Та девушка - там. - Где? Там нет никого. - Там была та девушка, которая спасла меня. - Хочешь, я схожу посмотрю? Рома, там нет никого. Тебе плохо? Хочешь, я позову врача? - Подождите. - Пожалуйста, я тебя прошу, говори мне "ты". Это уже просто невыносимо, Рома. - Вы меня простите, я ничего не помню. Сколько мы были женаты? Вы, наверное, любили меня? - Господи! - Что случилось? - Оставь меня в покое! - Так, хватит реветь. Слезами горю не поможешь. - Я думала, что бухгалтерша с работы - это страшно. Оказалось, все намного хуже. - Послушай меня. - Это же моя семья, я их люблю. Ну почему они со мной так? - Вика, это все понятно, а сейчас возьми себя в руки. - Я не могу. Какие "руки", когда все разваливается! Все. Они меня, как посудину старую, взяли и выбросили на помойку. - Так. Успокойся. Я сейчас разговариваю с тобой как юрист. Это твой ребенок по закону. У него что в документах написано? Вот. И Олег по закону твой муж. И дом ваш по закону, в конце концов, наполовину твоя собственность. И ты имеешь право не пускать на порог посторонних. А эта ваша... сестра - бывшая жена по закону сейчас вообще никто. И, пока она в суде не докажет свое право находиться рядом с Егором, она не может ступать на порог вашего дома. Тебе понятно? - Елизавета на ее стороне. - Так. Теперь про Елизавету. Ты меня слушаешь? - Вы понимаете, это такое странное чувство, как будто мы с ним только-только познакомились. Меня как будто в прошлое отбросило. - На. - Вот только я знаю, что с нами будет, а он нет. Смотрит на меня, как в первые дни нашего знакомства. - Ну что ты ревешь? - Потому что я чувствую, что я виновата перед ним. Совесть мучает. И еще... - Что? - Понимаете, Елизавета Андреевна, он сейчас так ко мне относится, думает, что я хорошая жена, что сижу у него в палате, слезы лью, люблю его. А на самом деле это же не так. Это не так! И, когда он все вспомнит, он поймет, какая я дрянь! Я уже пережила один раз в жизни этот момент, когда сказала Роме, что у меня появился другой мужчина. Но второй раз я уже этого не переживу. - А другой мужчина - это Титаренко? - Но вы же все знаете. - Ничего я не знаю. Ты буквально на днях сидела у меня в кабинете и клялась, что у вас с Титаренко нет никакого адюльтера. - Простите меня. - Жалеешь? - Да. Рома же из-за меня оказался в ту ночь на реке. Мы с ним поругались, и он ушел из дома, сказал, что не может со мной находиться рядом. Ушел в ночь. Если бы он только выздоровел. - Молись, чтобы этого не произошло. Ой! Я, конечно, не в том смысле. Самое главное, чтобы он был здоров, все было хорошо, но вот насчет памяти... Не надо, чтобы он все вспомнил. Ты меня понимаешь? Он сейчас воспринимает мир таким, каким ты его представляешь. Если скажешь, что у вас все было хорошо, что вы любили друг друга, были счастливы, он же тебе поверит и будет жить по этим правилам. - А я попробую. Я попробую начать жизнь заново, как будто никакой измены и не было. Да, мне кажется, я смогу его вернуть. А Титаренко - это так... ошибка моя. - Ну и иди, давай, топай. Считай, что тебе дали второй шанс. - Спасибо вам большое, Елизавета Андреевна. (Звонит телефон.) - Да, Елизавета Андреевна. - Ну ты у меня где? - Я решила прогуляться по городу. - Я освобожусь не раньше чем часа через три. Ты пообедай где-нибудь без меня, хорошо? Я не смогу вырваться. - Да, хорошо. Тогда попозже созвонимся. И спасибо за телефон. - На здоровье. На связи. - Ну, принесла? Передай Грэгу: в следующий раз такую мелкую не возьму. Поняла? Из этих только котлеты делать. - Передам. Спасибо. - Сейчас вернусь. - Эльмира! - Ира! - Ты живой! Я думала, тебя уже нет. - Живой, живой. Живая я. - Хозяин злится, если узнает. - Да он мне ничего больше сделать не может. Я его не боюсь. - Где ты был? Одежда у тебя другой. Новый хозяин нашла? - Да нет у меня больше хозяина. Родственники помогли. - Ай! Счастливая! - Ну, а ты? Ты все у Грэга? Не надоело? - Раньше гораздо хуже было. - Да куда уж хуже-то? - До этого в таком плохом месте была. Я лучше быть у Грэга. - Боже. Ты не рассказывала. - Я оттуда сбежать, я не хотела об этом говорить. - Слушай, мы тебя вытащим. Можно сделать документы. У меня есть родственница... - Нет, не надо мне документы. Меня те люди с документами найдут и убьют. Я лучше быть у Грэга. Нет, мне ничего не надо. - Держи. - Эльмира, подожди ты! Эльмира! Да подожди ты. Давай хоть пообедаем вместе. - Хозяин ждет, ругать будет. - Бедная моя. Чем же тебе помочь-то? - Я тебя очень счастлива видеть, только не надо мне ничего. - Есть где записать? Это мой номер телефона. Если что - звони. Поняла? - Поняла. Спасибо тебе. - Можно рассчитать? - Да, конечно. На, держи, на чай. - Благодарю. - Скажи, а ты местный? - Да, здесь живу. - Я так посмотрел, городок у вас небольшой, наверное, все на виду? - Ну да. - Вот эту женщину никогда не видел? - Женщину - нет, а мужчину этого знаю. Он владелец строительной компании. Они у нас тут санаторий строят. - Да ты что? - Ну да. - Олег Колышев, значит, в Погодино живет? - Да, он довольно известный человек в городе. Я думаю, если он на фотографии вместе с этой женщиной, вам стоит у него спросить, как ее найти. - Да, да, да, я тоже так думаю. Скажи, а санаторий где у вас строят? - Это восточный выезд из города, у реки. - Спасибо за помощь. - Чем-то могу еще быть полезен? - Нет, спасибо. - Хорошего дня. - Значит, не просто так ты сюда приехала. - Наташа, это плохая идея. - Витя, подожди меня здесь, пожалуйста. - Мы только зря время теряем. - Слушай, меня чутье еще ни разу не подводило. В этом доме что-то случилось, я хочу это выяснить. - Спорим, тебя туда даже не пустят, и будут правы. - Спасибо. Здрасте. - Поздравляю с покупками. Не дороговато для обычной домработницы? - Это не мне, это Ирине Александровне. - 40-й размер? С виду она кажется изящной хрупкой женщиной. Как она поживает, кстати? - Нормально она поживает. А вам что? - Увидеться с ней, поговорить. - Сейчас, я спрошу у хозяина. Ждите здесь. - Хорошо, спасибо, подожду. - Вот ваша обувь, 40-й размер. - Слава богу! - Ты уже вернулась? - Петр Алексеевич, там следовательша на улице ждет. - Ну и что на этот раз? - Хочет Ирине Александровне пару вопросов задать. - А ну-ка, пойди сюда. У тебя синий грим, или как это называется, я не знаю, есть? - Синий грим? Зачем? - Надо синяки под глазами нарисовать, как после операции, ты понимаешь? - Если только тени. - Тени не подойдут, неправда будет. Надо взять синьку, у меня в подсобке есть, смешать с тональным кремом, тогда будет хорошо. - А очки просто надеть нельзя? - Нельзя! Надо, чтобы она увидела и отвалила наконец! - Я синькой мазаться не буду. - Я тебе сейчас натуральные нарисую, понятно? Что ты встала? Иди ее крась, бегом, давай! Помоги ей там, давай! Добрый день, Наталья... Сергеевна, кажется, я правильно запомнил? - Правильно, Петр Алексеевич. - Я так часто вижу вас возле своего дома. Наверное, собираетесь купить? - Дайте угадаю: жены вашей дома нет. - Ну почему же, она как раз дома. Она вообще в последнее время редко куда выходит, даже в магазин горничную посылает. - Это я заметила. Но, наверное, никого не принимает? - Если вы так хотите поговорить, прошу. Пожалуйста. - С большим удовольствием. - Зайчик, к тебе пришли. - Но я же просила никаких гостей. - Ты хотя бы поздороваться можешь? - Здрасте. - Здравствуйте, Ирина Александровна. Я бы хотела задать вам пару вопросов. - Господи, ну задавайте. - Простите, вы не могли бы очки снять? Как-то не очень удобно разговаривать с человеком, не видя его глаз. - Но я вообще-то после операции. Я что, вам свои синяки должна демонстрировать? - Ну, будьте так любезны. - Зайчик, сними очки. У тебя там ничего страшного нет. - Ну как, довольны? - Скажите, а сколько вам лет? - 35. - Вы выглядите явно моложе. - Спасибо. Не зря операцию делала. Петя, а меня в чем-то обвиняют? - Наталья Сергеевна, я так понимаю, у вас конкретных вопросов нет? Вы просто пришли познакомиться? - Петр Алексеевич, вы абсолютно правы. - Наверное, вам пора. Наверняка вас ждет масса опасных неотложных дел. - Всего хорошего, Ирина Александровна. - До свидания. - Ну что, Наталья Сергеевна, всего хорошего. До свидания. Аня, проводи. - А чьи это туфли? - Ирины Александровны. Чьи же еще? - Тридцать семь. Красивые. Давно себе такие хочу. Можете не провожать. - Ну что? - Эта женщина - не та, за кого себя выдает. Осталось найти тело настоящей Бойцевой. Поехали. - Васильич, я надеюсь, все понятно. - Да, Олег Николаевич. - И не затягивайте с этим. - Конечно, конечно. Так, давай ко мне. Ребята! Шевелим булками! Так, подходим, подходим, подходим. Все здесь у нас? Сейчас у нас горит второй участок. Все авралом идем туда - в распоряжение Григория. Понятно, да? - Это что такое? Что происходит? (Звонок в дверь.) Да что ж такое! Вика, что происходит? У вас все в порядке? - Да, Елизавета Андреевна, у меня все в порядке. Это мой дом, и мне надоело, что из него делают общежитие. Я не хочу больше видеть в своем доме никого, кроме членов моей семьи. - Ты что, спятила? - Это ваши вещи, а это вещи вашей... даже не знаю, как назвать. Невесткой не могу, потому что по закону я - ваша невестка. - Да Ирина мать Егора. - Опять-таки, по закону: я мать Егора, а Ирина никто. И, пока она в суде не докажет обратное, она близко к Егору не подойдет. Это ясно? - Это легко доказать. - Да. Но придется объяснять, почему у нее отняли новорожденного ребенка. Елизавета Андреевна, это, кажется, называется киднепинг. От пяти до двенадцати лет тюрьмы. - Это черт знает что такое. Я звоню Олегу. Это черт знает что творится! - Да ничего не творится. Вы просто загостились. Мне кажется, вам пора вернуться домой. У вас есть своя квартира, вы можете в ней жить. - Кто тебя научил так со мной разговаривать?! - Всего доброго, Елизавета Андреевна. - Просто мерзавка. Мерзавка! - Глупо было думать, что она так легко сдастся. - Я звоню Олегу. - И по-своему она права. - Ну я ей устрою. Я ей устрою! (Звонит телефон.) Женщина: - А вы к кому? Олег: - Неважно. Да, круто ты на меня своего папашу натравила. - Зайдешь? Или мы будем на лестнице разговаривать? - Не о чем нам с тобой разговаривать. Вот деньги, держи. И чтобы я больше ни тебя, ни твоего отца не видел. - Ты что, откупиться от меня хочешь? - Ты же этого добиваешься. - Да ты что, Олег! Я люблю тебя. - Хватит. Нет, хорош. - Ну, пожалуйста! Пожалуйста, послушай! Ну, не уходи. Не уходи. Давай немножко поговорим. Ты ведь тоже меня любил. - Я тебе никогда этого не говорил. - Сволочь! Ненавижу тебя! Ненавижу тебя! Чтоб ты сдох! Что смотришь?! Олег! Ну, подожди, пожалуйста. Давай мы просто поговорим. - Камилла, оставь меня в покое. - Ненавижу тебя! Сволочь! (Звонок телефона.) - Мама, я занят, я перезвоню. - Олег, ты где? Срочно приезжай домой. - Господи, да что еще? - Олег, приезжай домой, я сказала! - Хорошо, сейчас приеду. - Что случилось, мама? - Да вот стоим, сынок. Ждем. Выгнали нас как собак на улицу. Иди-иди, разбирайся. - Вика! Вика! Что случилось? - Ничего. Все в порядке, милый. Проходи. - А у нее там продуктов много? В смысле... это же похоже на осаду. Интересно, сколько она продержится. - По-твоему, это смешно, да? Ты водитель или кто? Иди в машину, сядь за баранку и не лезь. Твоего мнения еще не хватало. - Слушаюсь и повинуюсь. - Зачем вы так, Елизавета Андреевна? - Да озвереешь тут от всего от этого. (Звучит музыка.) - Нет, нет, нет! Я не пущу, не пущу! - Вика, не сходи с ума. - Хочешь разводиться - иди в суд. А по закону половина этого дома моя. Я имею право выгнать из своего дома твою любовницу. - Она не любовница - она моя жена. В смысле, бывшая жена. - Я восемь лет была тебе женой и матерью для Егора. Я, а не она. - Если они уйдут, я тоже уйду. Где Егор? - Егор у моей мамы. Егора ты не получишь. Только через суд. (Звонит телефон.) Что? Кто тебе звонит? - Неважно. Камилла: - Пожалуйста, давай поговорим! - Черт! - Олежа, послушай, пожалуйста. Давай поговорим. Олег, ну пожалуйста, ответь. Олег! - Тебе параллельно звонит еще одна любовница? - Олежа, ну пожалуйста, давай поговорим. - У моего мужа две любовницы. (Смеется.) - Вы все взбесились, что ли? Что ж за день-то такой? Оператор: Абонент временно недоступен. - Сволочь! - Значит так, пусть успокоится, и все. - Успокоится? А нам что, прикажешь на улице ночевать? Как собакам? - Зачем на улице? Можно поехать в квартиру. - Вот как? А как мы там разместимся? Ты не забыл, что у меня всего одна комната? - Мам, Иру я заберу. Она поживет опять в коттедже, он все равно не продается. - В коттедже? А меня, значит, ты в коттедж не зовешь? - Мама... - Ну что ж... Медовый месяц. Ну что, дорогие, счастливо оставаться. - Елизавета Андреевн. - Счастливо оставаться. От жены избавился, теперь можно и от матери. Спасибо, сынок. Спасибо, сынок. - Давайте я помогу. - Не могу. Устал уже от этого всего. Просто... - От меня тоже устал? - Нет. Я с тобой останусь. Серия 7 - Все правильно? - Да, мы здесь останемся, так что до утра ты свободен. - Брат, значит? Блин! - Ира... Ира, ты меня прости, что так все тогда... Я скучал. Очень скучал. - Я тоже. (Звонит телефон) - Телефон выключить забыл. Вика. - Вика? (Звонит телефон.) - Так, подожди. - Ответь. - Я не хочу. - Нет-нет, ответь. Она будет звонить всю ночь. Скажи, что приедешь завтра. - Да, Вика. Слушай, давай мы сегодня немножко успокоимся, а завтра все обсудим. Сейчас уже поздно. Не звони уже. Спокойной ночи. - Олег, мне плохо. - Да всем плохо. - Мне с сердцем плохо. - Вика, Вика... Вика, что с тобой? Вика, я сейчас приеду. Вика. Вика! Ира, мне надо уехать. - Зачем? - Вике плохо, у нее что-то с сердцем. - Да она придумывает, она специально это сделала. - А если нет, если это правда? - Вызови скорую. - Я так тоже не могу. Она все-таки не чужой мне человек, жена. - А я, Олег? Ну а кто я? - Ну... ты... Ира... - Олег, ты всегда будешь между двумя женщинами. Всегда. Ты всегда будешь уходить. - Ира, только ты не начинай, я прошу. Ты, вообще, как-то раньше была почеловечнее. - Да. И что со мной стало из-за моей человечности? Я себе жизнь испортила. - Я тебя люблю. Я туда и обратно, я вернусь. Давай. (Звонит телефон.) - Фигаро тут, Фигаро там. Да. - Макс, мне срочно надо домой. Возвращайся. - Да тут такое дело... Просто вы меня отпустили как бы до завтра, я остановился и уже... Ну, выпил немножко. Вы себе такси возьмите. - Ладно, разберусь. Отдыхай. - Сестра, блин. - Шеф, до города не подбросишь? - Поехали. - Какой ты быстрый. - Алло. - Олега позови. - А кто это? - Ты знаешь, кто это. - А, Камилла. А Олега Николаевича нет дома. - Да? А где он? - Если не у тебя, значит, на работе, как обычно. - Вика. Вика. Вика. - Привет, любимый. Иди ко мне. - Глупо так делать, Вика, понимаешь? И выглядишь ты глупо. - Олег, подожди! Олег, не уходи. - Вика, ради бога. - Пожалуйста, побудь со мной хотя бы сегодня. - Ты все понимаешь, Вика. - Нет, я ничего не понимаю. Ну хочешь, я на колени встану? - Вика, перестань! Прекрати! Я тебя прошу. Должна же у тебя быть какая-то гордость. - У меня нет гордости. Я люблю тебя. - А я тебя не люблю. Только не надо на меня сейчас так смотреть, как будто ты это только что поняла. Ты это давно поняла. И я это понял. Мы оба это все понимаем. Мы взрослые люди. Я люблю другую женщину - так случилось. Я перед тобой виноват. Прости меня. Отпусти меня, пожалуйста. - Ты ей не нужен. Ты ей нужен только, чтобы подобраться ближе к Егору. - Ты можешь все что угодно сейчас говорить. Я знаю, Ира меня любит. Прости меня. - У нее роман с твоим водителем. Я сама видела. (Стук входной двери.) - Олег. Олег! - Что, брательника потеряла? Сорян, уехал. Так что ваш романтический вечер на сегодня отменяется. - Он мне не брат. - Да ты что?! Ирка, так я уже понял. Прикинь? Не брат. Ну вы, конечно, твари. А он - особенно. Он же жене тебя представил как сестру. Как он спит по ночам вообще? - Ты ничего не знаешь, Максим. - Ну конечно, я тупой же! Тупой пацан из Чертаново, так? А куда он, кстати, поехал? Ну этот, донжуан твой. К еще одной там сестричке своей, двоюродной? Или к братику? - К жене, он поехал к жене. - Вот молодец, понимаешь? Хоть кто-то одумался. - Она позвонила и сказала, что ей плохо. Врет, конечно. - Ты серьезно сейчас? Это сейчас кто про вранье говорит, красавица? Не, не стыдно тебе? Врет. Чувствует, наверное, вот и врет. Поступает как вы. И правильно делает, кстати. Только у нее повод есть, понимаешь? У нее есть сын. И она боится, что он останется без отца. - Егор мой сын. - Да, как и мой, только внебрачный. - Егор мой сын и Олега. А восемь лет назад я была его женой. - А как тогда вот это вот все сейчас получилось? Вы что, развелись, и он забрал у тебя ребенка? Или?.. - Нет. Ребенка вначале не было. Мы просто были счастливы. А потом, примерно через полгода после свадьбы, у Олега начались большие проблемы с бизнесом. Он был болен. У него была зависимость: он играл в казино. - Странно. Правда странно. Он ведь какой-то такой... ...не азартный вроде бы человек. Хотя, если посчитать, сколько у него было баб, то... - В общем, он проиграл сумасшедшую сумму денег, да еще таким людям!.. Сказали: либо деньги отдаешь через неделю с процентами, либо конец. И я обратилась за помощью к другу и партнеру по бизнесу Олега, Петру. Он обещал помочь, только с одним условием: я буду его женой. Он, оказывается, любил меня все это время. - Ну да, зачем нам враги, когда у нас такие друзья? И ты согласилась? - Да у меня выбора не было! На Олега тогда было первое покушение: взорвали машину. Просто чудо, что он там не оказался. - И он так просто тебя отпустил? - Да он бы не отпустил, конечно. Договор был у меня с Петром, а Олегу... Олегу я сказала, что он слабак, тряпка, что мне нужен настоящий мужчина - такой, как Петр. И ушла. - А ребенок? - Ребенок... Когда я ушла от Олега, я еще не знала, что я беременна. Потом скрывать стало невозможно, Петр предложил сделать аборт. Я, конечно, отказалась, и тогда он стал... Он очень часто стал... - Бить? Он тебя бил беременную? - Однажды я упала с лестницы. Он страшно испугался, но в скорую звонить не стал. Он позвонил Елизавете Андреевне - она приехала. У них был сговор с Петром. Она приехала, забрала малыша, а мне сказала, что малыш умер. И все эти 8 лет, представляешь, 8 лет я думала, что он мертв. - Ира, прости меня. Я же не знал, что все так. Тебе нужно отдохнуть, Ира, выспаться. Иди ложись, ладно? - Нет. Я буду ждать Олега. - Зачем? Он сегодня точно не приедет. - Приедет. Точно приедет. Я буду его ждать. (Звон битого стекла.) - Вика! Ты что? Ты что это делаешь? (Рыдает.) Девочка моя, не надо, не надо. Все хорошо. Все в порядке. - Не уходи! Не уходи! - Нет, нет, я не уйду. Нет, нет. Я с тобой, все хорошо. Все хорошо. Я здесь. Все будет хорошо. Ну все, успокойся. Успокойся. - Олег, открой. Это я. Я знаю, что ты там! Слышишь меня? Открой! Это я! Ты от меня не спрячешься, слышишь?! - Я тебя никому не отдам. Слышишь? (Звонит телефон.) Слушаю. Кого-кого? Олега? Олег спит еще. - Как - спит? У тебя? - У себя дома со своей законной женой. - Неправда. - Не звони сюда больше никогда и оставь в покое мою семью, ты поняла меня? - Доброе утро. - Доброе. - А что случилось? - Пока не знаю. Ты на работу? - Да. - Я с тобой. - Поехали. - Приятного аппетита. Смотри, красота какая! Ешь. - Спасибо. - Не выспался? - Да так. Ты мой телефон не видела? - Я его убрала, чтобы тебе никто не мешал. - Никто не звонил? - Не-а. - И мама? - Мама скорее будет звонить Ирочке: она у нее в фаворе. - Уже нет. - Почему? - Обиделась, что мы ее в квартиру отправили. - А вы где были?.. - Это уже не имеет значения. - Оставили маму в полном одиночестве. - Мы? По-моему, это ты ее отсюда выставила. - Ну, погорячилась, не сдержалась. Главное, что абсолютно все можно исправить. Рассказывай, что приготовить тебе на ужин. Может, мясо по-французски? Или туртоны, или могу сделать биточки, как ты любишь. Ну что тебе приготовить? Туртоны? - Подожди-ка. - Что случилось? - Максим, мне надо сейчас побыть одной. - А... Ира! Здорово. А что случилось? Ты чего? - Давно у тебя с Ириной? - Олег! - Пошел вон отсюда. Уволен. - Давай. (Звонит телефон.) Кто тебе звонит в такую рань? - Не могут без меня. - Какая-то Е.А. - Вот почему обязательно сразу "какая-то", а не "какой-то". Евгений Алексеевич - "какая-то". - Это твой зам, что ли? - Ну конечно. А кто еще с утра бесконечными звонками будет мучить? Все, давай, на связи. - Давай. Хорошего дня. (Звонит телефон.) - Спохватился, голубчик. (Короткие гудки.) - Вот, Олег Николаевич. - И кто это мог сделать? - А я откуда знаю, кто по ночам шастает? Кто-то вывалил из бетономешалки и ушел - делов-то. - Что значит кто-то вывалил и ушел? Васильич, ты слышишь, что говоришь? У вас что здесь по ночам происходит? Машина открыта - садись кто хочешь, делай что хочешь, да? - Нет, но, Олег Николаевич... - Так, Васильич, давай сюда людей, чтобы все это убрали. Давай! - Да где я людей-то возьму? Те, что есть, на крыше работают - по вашему распоряжению. - Так сними часть с крыши! Давай сюда все, давай решай проблему, чтобы этого не было! Всех разгоню к чертовой матери, никто премию не получит. Давай, давай, Васильич! - Да сделаем, сделаем, Олег Николаевич, не волнуйтесь. - Вот и делай. - Ты математику сделал? - Еще в пятницу. - Ты мой хороший! Все, давай. Хорошего дня. - Пока. Привет. - Привет. - Привет, ребята. - Пока. - Привет. - Привет. Ну рассказывай, как ты. - Лучше не бывает. - Олег вернулся? - Угу. - Поздравляю тебя, подруга. Я же тебе говорила, никуда твой Олежек от тебя не денется. - Вообще-то, такого ты никогда не говорила. - Значит, хотела сказать. Потому как знала, что никакие Камиллы и Ирины ему не нужны. Кстати, ты кольцо у нее забрала? - Нет. И даже не знаю, как это сделать. - Викуля, надо забирать. Хочешь, я с тобой пойду? Слушай, а наверное, лучше сразу в полицию. - В полицию? - Да. - Знаешь, можно и в полицию. - Как ты вообще умудрилась потерять кольцо? - Я потом расскажу. Вот эта. - День добрый. - Здрасте. - Капитан Гордеев, уголовный розыск. Есть пара вопросов. - Уголовный розыск? Вот я так и знала, что она что-нибудь, да натворит. Проходите. Проходите, проходите. - А где Камилла? - Так кто же ее знает? Сама хотела бы знать где. Устроила тут бардак! Я утром зашла оплату получить, а тут двери нараспашку, все перевернуто вверх дном. Вот сижу тут с утра ее караулю. А по вашей-то части она что натворила? - В интересах следствия не могу рассказать. Скажите, а можно мы осмотрим? - Ой, конечно, конечно. - Спасибо. (Звонок в дверь.) - Ой, это соседка. Соседка. Давай проходи. - Может, оно закатилось куда-нибудь? - Да может быть все что хочешь. - Посмотри там, за диваном. - Представляешь, жиличка моя исчезла, сбежала. Вот, полиция уже пришла. - Здрасте. А-а, так к ней вчера мужчина приходил, видный такой, холеный. Он к ней частенько захаживал. А вчера они так ругались! - Мужчина? - Угу. - Вика, а дай-ка свой телефончик. Этот мужчина? - Этот, точно. Но вчера они так страшно ругались! Он выскочил на площадку, она - за ним, кричит: "Чтоб ты сдох!" - Вика! Вика... Вика! - Что? - Ну, прости. Я же должен был понять, что тут произошло. А вдруг она действительно исчезла, а Олег к этому причастен? - А меня ты не подозреваешь? - Нет. - Ты же сам говорил, у тебя профессия - всех подозревать. Я тоже была у нее, мы ругались, потом даже подрались. Соседка видела, может подтвердить. Пойди спроси. Давай! Пойди возьми показания! - Привет. - Ты отпросился? Если из-за меня, то напрасно. - Вообще-то меня уволили. - За что? - Ну кто же его знает, барина твоего, что там ему в голову стукнуло. Может, встал не с той ноги. Ну, или после разговора с тобой. - Не было никакого разговора, я его даже не видела. - О как! Интересно. Слушай, а может, сбежим? - В смысле сбежим? - Ну, в смысле, сейчас вещи соберем и свалим куда-нибудь. Но почему нет? Твой Аполлон все равно к жене сбежал. Да и вообще он тебе не нужен. - Ты так решил? - Это понять ты должна сама: все-таки уже взрослая девочка. Ладно, ты винишь во всем бывшего мужа, так? А виноват-то во всем Олежка. Да, это он проигрался, а тебе пришлось расплачиваться. Нет? - Он был болен. - А-а. - Игромания - это болезнь. - Успокаивай себя. Он же сейчас вылечился? Он слабак. Ира, поехали. - Да никуда я не поеду! У меня тут сын. - Я это понимаю. Ты думаешь, он тебя к нему пустит? - Конечно. - Конечно нет. Они там все костьми лягут, чтобы ты к нему на 200 метров не подошла. - Нет, Олег так не сделает. - Да сделает, еще как сделает, вот увидишь. Привет. Привет. Если ты к шефу, то он занят. Слушай, я спущусь в отдел кадров. Покараулишь? А то он просил никого к нему не впускать. - Конечно. - Добрый день. - Здравствуйте. - Олег Николаевич у себя? - Да, у себя. Но он занят, просил не беспокоить. Стойте. Стойте! Вы куда? Он занят, просил не беспокоить. Вот наглая, а! - Чем обязан? - Как официально. Может быть, тогда спросите, по какому вопросу? - Так по какому? - Олег, что происходит? Вчера ты сказал, что я любовь всей твоей жизни, а сегодня... - Ну, ты тоже много чего говорила, а как я - за порог, так ты с этим обниматься, с моим водителем. - Что? Это Вика тебе сказала? - Только не надо сейчас разыгрывать оскорбленную добродетель. Не надо. - Ну конечно она. И ты ей поверил. - Нет, я поверил собственным глазам. Я сам, сам это видел. - Да что ты видел? То, чего быть не могло? Или то, что ты просто хотел видеть? - Господи, стоишь, выкручиваешься. Совсем за дурака меня принимаешь? Все, уходи. Я не хочу ни говорить с тобой, ни видеть тебя. Уходи. - Хорошо, я уйду. Но не вздумайте прятать от меня Егора. - А то что? По закону он наш с Викой сын. - А отбирали вы его у меня тоже по закону? Он и мой сын, Олег. И ты со мной так не поступишь. - Я не буду запрещать тебе встречаться с Егором. В субботу мы идем в детский парк к трем часам, и ты сможешь провести там с ним время. Только не говори ему, что ты его мать. Договорились? - Договорились. Я надеюсь, ты сдержишь свое обещание. - Надеюсь, ты тоже. - Лера... А где Лера? - Она вышла в отдел кадров. - Больше никого ко мне не пускать. Говорите, что занят, встреча, все что угодно. - Занятой, значит, да? Ишь ты какой занятой! Но ты не переживай, ничего, я у тебя много времени не займу. - Лина, оставьте нас. Что вам еще надо? - Мне что надо? Где мои деньги? - Деньги? Все деньги я отдал Камилле, с ней и разбирайтесь. - А, вот как. Ну молодец. Молодец. Но не дай бог, если пожадничал. Я ведь на своем внуке экономить не дам, ты учти. - Привет. Как успехи? Мужской голос: - Привет. Ну, если честно, пока не очень. - Мы долго еще этой фигней будем страдать? - Подбиваешь меня первым сойти с дистанции? Не выйдет. - Давай тогда первым сойду я. - Ты серьезно? - Угу. Деньги нужны. - Всего доброго. - До свидания. - О, привет. - Привет. Как хорошо, что я тебя увидела. Дети, поиграйте, нам с тетей Викой поговорить надо. - Только не уходи далеко. - Да-да. - Она была у Олега. - Кто она? Камилла или?.. - Или. - Я не выдержу этого еще раз. - Да перестань, никуда твой Олег от тебя не денется. И вообще, он, по-моему, застукал ее со своим водителем. - Так. - И это еще не все. А что еще? Ну давай, не тяни, говори. - Ты водишь! - Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять. - А еще он сказал ей, что это его ребенок и вообще отшил ее. - Этого не может быть. - Как видишь, может. Не сама же я в конце концов это все придумала. - Ну понятно, что не сама. Где Егор? Куда они пошли? Егор! Егор! Егор, ты где? Егор! - Я здесь, мам. Мы с Катей в прятки играли. - Какие прятки? Не пугай меня так больше, пожалуйста. Ну что, ты готов ехать? - Куда? Домой? - Нет, не домой. - А куда? - А у меня для тебя сюрприз. - Сюрприз? - Сюрприз, да, для тебя, мой родной. Мой! Побежали. - Пойдем. - Бабушка! - Егор, дорогой, привет! А ты как здесь?.. - А мы к тебе с мамой в гости пришли. - Здрасте. - Здрасте. - Он все время спрашивал про вас, а я на ужин приготовила картофельный туртон. - Приглашаешь? - Настаиваю. - Ну, не знаю. - Возвращайтесь, Елизавета Андреевна. Егор по вам соскучился, и Олег будет рад. - А он что, с тобой? - Конечно со мной. А с кем ему еще быть? - Я вам говорю: оставьте Бойцева в покое. Жена ему эта девица, не жена... - Не жена. - Вы что, издеваетесь? - Нет, я просто хочу выяснить, где находится настоящая Ирина Бойцева. - Вам что, выяснять больше нечего? У вас пять нераскрытых дел, пять, а вы тут черт знает чем занимаетесь! - Семен Ильич, я чувствую: там что-то нечисто. - А я чувствую, что, если еще одна жалоба от Бойцева, нам придется с вами расстаться. Вы меня поняли? - Поняла. Разрешите идти? - Идите. - То, что вы отец, это хорошо. Сама-то где? - Так, минуточку. Что значит "сама где"? Ее что, дома нет? - Да целые сутки нет уже. - А вещи почему ее здесь? - Так я все собрала. - Странно, очень странно. И на звонки она не отвечает. - Да знать бы, сколько ее тут ждать и вернется ли вообще. Может, новых жильцов уже надо искать. - Ладно, ты не заморачивайся. В случае чего я эти вещи сам заберу. - Э, нет. Пока не расплатитесь за жилье, ничего не отдам. Со мной такие номера не проходят. Ведь знала, знала, что я в этот день приду за деньгами, и слиняла. Вот люди, никому верить нельзя! А ведь такой порядочной казалась! А устроила тут бардак, погром! И мужиков водила. - Все сказала? Язычок свой прикуси, я терпеть не могу сплетен, тем более о своей дочери, ты меня поняла? - Так соседка говорила. - Что тебе соседка говорила? - Говорила, что ходил тут к ней один. А вчера они с ним так поругались, что чуть не подрались. А может, и подрались, потому что тут вообще погром был. - Врешь ведь опять, по глазам вижу. Я девку свою знаю, она у меня скромная. - Ага, скромная. Полиция тут уже вчера была. - Ой, прям полиция приходила? - Да, следователь. Все что-то тут искал, про Камиллу спрашивал. - Про Камиллу спрашивал? - Угу. - Это интересно. Ну ладно. Сам разберусь тогда. - Эй, папаша, а платить-то кто будет? - Бог подаст! Вика: - Кто там? - Хозяйка, картошка нужна? - Какая картошка? - Муж дома? - Дома. А при чем здесь муж? Олег! - Мне Олег и нужен. - Олег! - Какого черта? - Тихо, тихо. - Зачем сюда пришел? - Где моя дочь? - Откуда я знаю, где твоя дочь? - Я тебя спрашиваю, где моя дочь? Не дай бог с ней что-нибудь случилось! - Убери ребенка. - Егор, иди сюда. Егор, иди сюда. Идем, идем. - Что происходит? - Мама, все нормально, все в порядке. - Все нормально? - Я сейчас полицию вызову! - Рот закрой, курица! Если с моей Камиллой и с моим внуком что-нибудь случится, ты пожалеешь, что ты родился. Ты меня понял? Это еще цветочки, ягодки будут, если она завтра не явится домой. Я явлюсь сюда и оторву башку твоему щенку, ты меня понял? Ты меня понял?! - Понял. - До свидания. - Сыночек! Сыночек! - Мам, все нормально. - Кто это? - Не важно. - Анна! - Уезжаете, Петр Алексеевич? - Да, я завтра вернусь. А ты следи за этой. - Ой, Петр Алексеевич, а я думала, сегодня пораньше домой пойду, а завтра с утреца сразу на рынок за продуктами. - Здесь останешься. А за продуктами пошлешь новенького. - Водителя, Гошу? - Да. Глаз с нее не спускай. - Хорошо. - Тсс. Тихо, тихо. Не волнуйтесь, все нормально, все хорошо. - Вы что здесь делаете? - Это я вас хотела спросить. - Я здесь живу, это наш с Петей дом. - Нет, это не ваш дом. Вам никогда не было интересно, где находится настоящая Ирина Александровна Бойцева? Вам не кажется, что тело ее может быть где-то здесь? В углу сада, например. - Нет там никакого тела! Я здесь сижу, живая, как видите! - Но это пока. И не важно: как соучастница или он использует вас втемную. Вы в смертельной опасности, вы это понимаете? - Слушайте, хватит меня пугать. Я сейчас мужу позвоню! - Я вас не пугаю - я вас предупреждаю. Вот, возьмите. Звоните, если что. Главное - успеть. - Что-нибудь надо? - Аня, ты что, обалдела? - Что обалдела-то? - Дверь закрой! Серия 8 - Доброе утро, Олег Николаевич. - Доброе утро, Лера. Меня ни для кого нет. - Там прораб переживает, дозвониться до вас не может. - Что-то срочное? - Говорит, бригада то ли бастует, то ли пьет - вторые сутки на работу не выходит. - Тьфу ты! Работнички. Разгоню всех к чертовой матери. Так, ладно, я просил вчера подготовить отчет, где он? - Вот начала. - Как начала? Лера, я вчера попросил приготовить отчет, он мне нужен сегодня срочно! Вы что, русских слов не понимаете? Как мне с вами разговаривать? Обнаглели все! - Зря вы так, Олег Николаевич. А я вас ждала, порадовать хотела. - Чем порадовать? Тем, что все в запой ушли и мы по срокам летим? Этим? - Нет, тем, что последний коттедж продали, а вы кричать сразу. - Коттедж, который у леса? - Тот самый. - Черт возьми! - Ну все, Миш, давай. До завтра. - Господин Денисов! Очень заняты? Наверное, очень, если даже на звонки не отвечаете. - Так ты ж сама!.. - Тсс. Тихо, тихо. Вы сейчас так рискуете, так рискуете! Небось, все управление к окнам прильнуло. Смотрите, супруге вашей донесут. Так что я предлагаю выбрать место поинтимнее. - Я согласен. Максим: - Да-да-да. Давай-давай, выноси, ребята. - Что происходит? - Привет. Мебель прикупил, матрасик вот... Стоп! Опускайте. - Зачем? - Чтобы спать. Не знаю, мне надоело на надувном матрасе корячиться. Проверять будешь? - Нет. - Тогда я сам. Ха-ха-ха! Красота! Этот матрас просто миллион денег стоит. Он, типа, супермягкий и прочный. Да он как батут! А что ты стоишь? Что ты стоишь как маленькая? Давай залезай! Раз, два, три! Давай! - Ты сумасшедший! - На нем такие вещи делать можно! Опа! - Привет. - Обживаетесь, да? Молодцы, молодцы. Но зря. Коттедж продан, так что давайте выезжайте. - Ага, сейчас. - Олег, дай мне хотя бы два дня. - Ой, да я тебя умоляю! Живи хоть год. Ладно, ладно, не год - хоть всю жизнь живи! - Максим! - Ты-то здесь при чем? - Я-то? Я при чем, мой дорогой. Потому что этот коттедж - мой. Я его купил. - Ты? - Я! А ты, дружок, кстати, когда захочешь заехать на чью-то собственность, сначала спрашивай разрешения. Что там осталось, парни? - Так, ладно. - Олег. Максим: - Давай выноси. - Это же просто детский сад... - Ты видела? По нему джип проехал, две тонны, а матрасу вообще нипочем! - Ты правда купил коттедж? - Да. - На какие деньги? - Тут такое дело... В общем, я миллионер. Ну хорошо, не я, а отец. Я серьезно. У меня с папой был спор, такое пари: смогу ли я без его денег. Ну вот. Пари я проиграл. Надоело притворяться. - А та история про дочку олигарха? - А, ну так я фильм такой смотрел. Что? - Ты серьезно? - Да. - Сколько тебе лет? - Столько же, сколько и зим. - Ясно. - Ира, ну смешно же. Парни, короче, в дом это все заносите. - Приятного отдыха. - Спасибо. - Спасибо. Н-да. Ты знаешь, может быть, вот этот момент и есть счастье? Что? Что-то случилось? Ну говори, говори, ну! - Моей семье угрожают. Егору угрожают, представляешь? - Егору? Кто? - Врываются к нам в дом, обещают убить! - Кто? - Я не знаю. Какой-то страшный мужик. Не понимаю, что это животное себе внушило, но это очень-очень серьезно. Ты ведь поможешь? - Конечно помогу. Я сделаю все, что смогу. Главное, ты не волнуйся. - Ох. - Что там, Мишаня? Коротит? - Коротит. - Ну давай чини, Тесла. (Стук в дверь.) Снаружи: - Открывайте, полиция! - Быстро, быстро в клоповник все, быстро! Мишаня, давай! Скорее, скорее! (Стук в дверь.) Снаружи: - Полиция! Дверь открываем, я говорю! - Иду! Прошу. - Что тут у вас? - Будьте как дома. - Да... Ну и вонища! - Ну, есть чуть-чуть, да. Я думаю, мы не будем дышать этим? Может, на свежий воздух выйдем? - Пошли. - Короче... Ладно, пойдем в машину поговорим. Незаконный бизнес. - Мужики, какой незаконный бизнес? Так, себя, семью побаловать - не больше. - Не многовато ли для себя-то? - И браконьерствуешь небось? - Нет, нет, этого точно нет, потому что я закон уважаю, все понимаю. (Звучит напряженная музыка.) - Может, договоримся как-нибудь без бумажек, без протоколов? Сколько назовете - столько дам. - Кажется, нам взятку предлагают. - Почему сразу взятку? Не взятку, а в качестве подарка, не знаю, возмещения какого-то. - И на сколько ты оцениваешь сумму ущерба? - Минуточку, подождите. Вы закон, вы и назначайте. - Ладно, ладно. Сколько у тебя есть? Вот черт! - Там кто-то был? - Что молчишь? Там люди были? - Говори, кто там был! - Булочки - чудо! Ем, ем - не могу оторваться. Уже вторую... - Ешьте на здоровье, Елизавета Андреевна. - А что ты мечешься? - Егор с Олегом куда-то собираются, а мне не говорят куда. - Ну и что? Может, они тебе сюрприз хотят сделать? - Мне как-то достаточно сюрпризов в последнее время. А вы не хотите мне сообщить, куда вы направляетесь? - Все-то тебе нужно знать. Знаешь, что сделали любопытной Варваре? - Нос оторвали! Я готов! - Пойдем. - Нет, Олег. Пожалуйста, скажи мне, куда вы собираетесь. - Это наш секрет. Двигаем. - Двигаем. - Нет, не пущу. - Ты чего? - А ничего. Я сказала - не пущу, значит, не пущу. - Напугали-напугали! Да мы в футбол идем играть во дворе. А ты что подумала? - Правда? - Да. - Прости. - Иди за мячом. - Угу. - Прости, я подумала, что... - Нет, нет, я никуда не поеду. - Спасибо тебе. - За что? - За то, что ты на моей стороне. - Я всегда на твоей стороне. (Звонит телефон.) - Кто звонит? - Не важно. Вообще не важно. - Опа! Егор: - Как играют профессионалы? Вот так играют профессионалы! - Ну ты... - Финт от бога! Теперь чеканим. - Так, давай чеканку. Оп! Так. Оп! Оп! Оп! - Пас. - Давай. - Да, не ожидала я от Ирины такого. Это ж надо - с водителем связаться! - Если один нравится, зачем другому голову морочить? - Понятно зачем: чтобы поближе к Егору подобраться. (Звонок в дверь.) Кого это к нам в гости несет? - Сейчас посмотрим. Ты куда собралась? - Я не к тебе - я к сыну. - Егора дома нет. - Не пущу. - Не хотели по-хорошему - значит, будет по-плохому. Я пойду в суд и докажу, что Егор - мой сын. - Для начала надо еще доказать, что ты имеешь к нему хоть какое-то отношение. - Докажу. А потом, Елизавета Андреевна, я докажу, что вы обманом украли у меня ребенка. - Что здесь происходит? - Ты меня обманул! Олег, ты меня обманул! - Ира, знаешь что? Егор из дома никуда не выйдет! А ты уходи. Уходи. - Нет, ну вы слышали? Она подаст на меня в суд! - Мама... - На меня! Вот дрянь неблагодарная! Такую змею на груди пригрела! - А ведь она подаст. - Не подаст! Я ей такое устрою, она про суд забудет. (Звонит телефон.) - Алло. - Алло, добрый день. Это Елизавета Андреевна. Скажите, а Петр Алексеевич дома? - Рада слышать вас, Елизавета Андреевна! А Петр Алексеевич уже уехал из дома. Хотите, я вам продиктую его мобильный телефон, вы ему перезвоните. - Да, да, да, я записываю. (Звонит телефон.) - Я слушаю. - Здравствуйте, Петр Алексеевич. - Елизавета Андреевна? - Да, это я. Вы знаете, я тут подумала, может, вам будет интересно. Ирочка гостит у нас в Погодино. - Погодино - это где? Спасибо, Елизавета Андреевна, с вами всегда приятно иметь дело. Так, отмени все встречи, мне надо срочно уехать. - Давай, Гоша, разворачиваемся. Оператор сотовой связи: "Абонент временно недоступен. Перезвоните позже". - Ах! Где же ты, Иван? Жди меня. Будешь нужен. - Хорошо. - Ха! Какая, оказывается, у тебя интересная жизнь, когда никто не видит. И давно ты так развлекаешься? - Простите. Просто дверь была открыта... - И стол тоже? Положи все на место. Что ты здесь делаешь? - Ничего, я просто посмотреть... - Просто посмотреть? А может быть, хотела что-то украсть? - Я ничего не крала, просто вошла. Пустите, пожалуйста. - Пожалуйста. - О, "Соломатина Наталья Сергеевна". И когда это она успела сунуть тебе визитку? - Я на полу ее нашла. - На полу? Горничной, значит, нужно сделать выговор, что плохо убирает. - Вы мне руку сломали. - Не надо врать. Если бы хотел сломать, давно сломал бы. - Я не хочу у вас больше работать. Подавитесь своими деньгами! - А куда ты собралась? У нас контракт. - А я разрываю контракт. - А я - нет. - Что вы хотите от меня? Я и так непонятно чем здесь занимаюсь. И как ваша жена может быть за границей без паспорта? - Да, ты права, она не за границей. Она лечится. Здесь, в поликлинике. Паспорт не нужен для этого. Надеюсь, этот вопрос улажен? Ладно, а чего хочу я? Я хочу отдохнуть. Думал пригласить тебя на курорт, а ты вот так собираешься увольняться. Может, поработаешь еще пару дней? По двойному тарифу. - Пару дней? - Да. Съездим на курорт, отдохнем, а потом, если захочешь, можешь уходить. - А куда мы поедем? - В Баден-Баден. Это прекрасное место, в Германии. Или тебе больше нравится Ницца? Ну что ты стоишь? Иди собирайся. Возьми все, что тебе нужно. И, кстати, вечернее платье не забудь. Иди. - Ну что там? - Живых нет. - Тормози. - Стоп, стоп, стоп. - Стой, стой, стой, ты куда?! - Я там жить! - Что? А ну-ка, пойдем. Пойдем-пойдем, разберемся. Держи. Вот, говорит, здесь живет. Твоя? - Короче, грузи всех, на месте разберемся. Давай этого тоже. Ну что там? - Живых нет. - Хреново! Пошли. - Ай, давай, родной! Ага. Неплохо. Зацени. - Машину купил? - А, да, да, но это такая, временная - то, что было. А матрац - просто супер! Представляешь, ни одна пружина не промялась. Правда, пахнет пятновыводителем. Но это же выветрится, да? - Выветрится, да. - Сильно, кстати, пахнет? - Мне нужен юрист. Я буду доказывать в суде, что я мать. (Плачет.) - Хорошо. Ч-ш-ш, все хорошо. Юрист у тебя есть: я же юрист. У меня, правда, больше банковско-правовая, а тебе нужен по семейным делам, но не проблема. Я сейчас одногруппникам позвоню в Москву, они нам такую тяжелую артиллерию подтянут, мы тут всех в бетон закатаем, да? Ч-ш-ш... - Олег Николаевич, так вот насчет бетона. Я бригаду почти новую набрал. Ребята подъедут после четырех. Только, это, Ешкин кот, схватилось все - качественно намешали! И еще. Олег Николаевич, перфоратором долбить или порошком? Порошком лучше - ни шума, ни пыли, только два дня подождать придется, чтобы закристаллизовалось. Перфоратором, оно ведь... - Васильич, порошком, перфоратором... Кто из нас прораб - ты или я? - Я. - Вот. Иди реши эту проблему сам. - Ясно. Да, Олег Николаевич, тут следователь приходил. Про Камиллу Григорьеву спрашивал. Так что я... - Ты вот сейчас зачем мне все это говоришь? Камилла Григорьева уволилась, мне до нее дела нет. Ясно? - Ясно. - Иди, Васильич, работай. - Так я пошел? - Угу. (Звонит телефон.) Да. - Алло. Олег Николаевич? - Да, Колышев Олег Николаевич. - День добрый. Беспокоит вас следователь Гордеев. Хотел бы поинтересоваться, вы, часом, не собираетесь город покидать? Уделите мне время, а? - Это срочно? Я очень занят. - Жалко. Может, все-таки полчасика? Нет, конечно, можно бы было вас вызвать через повестку, но сегодня хотелось бы покончить с этим делом. - Покончить с чем? - А вот вы приезжайте и сами все узнаете. Есть кое-какие подвижки. - Это связано с делом Романа Резника? - Простите, ничего больше по телефону сказать не могу. Хорошо? Ну и отлично. Когда вас ждать? - Через полчаса подъеду. - Ага, спасибо. До свидания. Ну, что у тебя? - Вот. - Угу. Это что, кровь? - Ага. В салоне тоже - немного, но есть. - А что еще? - Отпечатки снял, волосы собрал. На заднем сиденье пятно, похожее на эякулят, - тоже соскреб. Было бы только с чьим ДНК сравнить. - А это я тебе сегодня устрою. Через полчаса приедет кандидат. - Ты мне не нужен. Остаешься с Анной. Работа непыльная, отдыхай. - Понял. - Ну, дорогая, ты не на неделю собралась, я смотрю, а как будто на всю жизнь собралась. - Сам попросил. - Петр Алексеевич! Когда вас ждать? - Думаю, в понедельник вернусь. А вот Ирина Александровна оттуда сразу к маме поедет. Я правильно говорю? - Да, милый. Мама очень ждет. Я не вернусь, ясно? - Хорошо, Ирина Александровна. - Прошу. Ну все, мы поехали. - Счастливого пути. - Спасибо. - А Ирина Александровна на фотографиях старше выглядит. В жизни лучше. - А где вы ее фотографию видели? - В интернете. Когда на работу устраивался, Петра Алексеевича смотрел, заодно и фотографии увидел. - Она пластическую операцию недавно сделала - подтяжки там всякие. Все нормально. - Понятно. - А в каком направлении этот аэропорт? В первый раз такую дорогу вижу. - Успокойся. Какая тебе разница, какой дорогой едем? - Так, я не поняла, а куда это мы? - К приятелю одному надо заехать, удочки забрать. - Удочки? Какие еще удочки? Я в чемодан одежду для рыбалки не положила. - Она тебе все равно не понадобится. - Образец моей слюны? Зачем? - В брошенной машине, принадлежащей Камилле Григорьевой, были найдены следы крови, а также образцы ДНК двух людей. - Да, в ее машине могут быть следы моей ДНК - она сколько раз меня подвозила. - Судя по пятнам на заднем сидении, не только вас подвозила, правильно? - А вам какое дело? - Собственно, до сегодняшнего дня и не было никакого дела. До тех пор, пока мать Григорьевой не написала мне заявление, в котором она винит... Кстати, а вы не в курсе, почему она именно вас обвиняет в исчезновении ее дочери? - А вы что, нашли ее тело? - А вы не знаете, где ее тело? - Нет, я не знаю, где ее тело. Скорее всего, где-нибудь в шезлонге на пляже. Я ей дал достаточно денег, чтобы она как минимум полгода не работала. - То есть вы подтверждаете факт того, что вы пытались откупиться при разрыве с Григорьевой? А сама Григорьева не сопротивлялась этому разрыву? - Вы что, никогда не расставались с женщиной, не знаете, как это бывает? - Давайте вопросы задавать буду я. - Ах да, простите, это же вас когда-то бросила одна девушка. Да-да, жена мне что-то такое рассказывала перед свадьбой. Ее мучило чувство вины. - Хорошо. Так, значит, разорвали вы отношения с Григорьевой из-за того, что она забеременела? - Нет, потому что я люблю... - Что такое? Ай-ай-ай, имя забыли? Очередная новенькая? - Потому что я люблю свою жену. Я расстался с Григорьевой, чтобы больше не причинять страдания Вике. - И Григорьева вас не преследовала? - Мы обо всем договорились и расстались спокойно. Как взрослые люди. - Странно, потому что, по показаниям соседки Григорьевой, вы как раз на нее кричали, угрожали, даже сказали... Где это?.. "Чтоб она сдохла". Было такое? - Послушайте, я не помню, что я тогда сказал. Может быть, что-то подобное. Но это не значит, что я мог ее убить. - Я же не говорю, что вы ее убили. Я говорю как раз, что я вас очень хорошо понимаю: вас сильно достали - и она, и ее отец. - О чем вы? - Я? Да все о тех же самых показаниях. Только теперь от другого свидетеля - вашего работника, прораба. Он сказал, что последний раз видел отца Григорьевой, когда он приезжал к вам на стройку, громко ругался, даже ударил вас. Он вас шантажировал? - Я не скажу больше ни слова без адвоката. - Правильно. - Вика, ты Олегу не звонила? Он что-то на мои звонки не отвечает. - Звонила ему только один раз: он не любит, когда я его дергаю. Сказал, что будет в семь. Трубку не берет. - Да. Вот и у меня тоже. - Давайте еще раз попробую. (Длинные гудки.) - Ну что? - Не-а. Не отвечает, и все. Не знаю, может быть, в дороге. Скоро будет. - Дай-ка я наберу. (Звонит телефон.) О! У тебя входящий. - Кто там? - Никита. А вы что, продолжаете с ним общаться? - Нет. Никита, тебе что нужно? Как задержан на сорок восемь часов? - Что? Кто задержан? - Никита, что происходит? Ты с ума сошел? Ты это специально делаешь? - Что случилось? - Олега арестовали на двое суток. - Ой... - Лицом к стене. Проходим. Лицом к стене. Проходим. - Добрый вечер. - Ой, ой, ой! Это для кого он добрый-то? Для тебя, что ли? - Брат! - М-м? - Смотри, какого нам перламутрового первохода подкинули. (Смеется.) - Да... Боже мой, какая же у нас с тобой удивительная встреча. Ну прямо джекпот какой-то. (Смеется.) - Никита... - Ты чего тут делаешь? - Мы с Елизаветой к изолятору ездили, нас даже не пустили. А ты на звонки не отвечаешь. - Я, вообще-то, не имею права с тобой разговаривать: ты жена подозреваемого. - Перестань, мы с детства дружим, это все знают. - Давай теперь всем расскажем, что на один горшок ходили. - Подожди, стой, пожалуйста! Пожалуйста, просто скажи мне, что его через два дня отпустят. Это же недоразумение. Пожалуйста, скажи мне, что его через два дня отпустят. Да ответь ты хоть что-то! - Ты где ребенка оставила? - У Лины, это моя подруга. - Бежать сейчас никуда не надо? - Нет. - Давай ко мне поднимемся и поговорим без лишних ушей. Ключ. (Звонок в дверь.) - Здрасте. - Здрасте. - Леонида Марковича позовите. - А вы кто? Вы как сюда вошли? - Консьержка, знаете, тоже женщина. Леонида Марковича позовите, пожалуйста. - С какой стати? Вы кто такая? - Кто там? - Леня... - Черт! - Ну здравствуй, Леня. Трубку ты не берешь, поэтому пришлось ехать к тебе домой. Извини. - Леня, а кто эта женщина? - Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, только можно сначала решить мою проблему, Леня? - Елизавета Андреевна, минуточку можете подождать? Поля, слушай... Это моя старая знакомая. Я не видел ее сто лет. Наверное, у нее что-то случилось, раз она сюда пришла. - Моего сына арестовали! Твой бешеный Гордеев... Мне даже не дали поговорить с сыном! - Можно я штаны хотя бы надену? Вашего сына, наверное, не ведут сейчас на эшафот? - А почему она называет тебя Леней? - Откуда я знаю? Наверное, от шока. - А потому, дорогая Полиночка... - А две минуты можно в тишине?! Штаны хотя бы надеть в тишине. Кхе-кхе... - Пойдемте, я вас провожу. - Я знаю, куда мне надо идти. Наконец-то! Господи, если бы ты знал, что я пережила. Это ужасно. Ужасно то, в чем они подозревают моего сына. Мать этой Камиллы совсем из ума выжила: подозревать и обвинять моего сына в таком! - Послушай, ты чего делаешь, а? Ты вообще не должна была сюда приезжать. Этой мой дом, это моя территория! И не надо на меня оказывать моральное давление. Не надо! - Денисов!.. Денисов, это же я. Это же я! К кому я могла пойти оказывать моральное давление? - Ни к кому! Ты вообще ничего не должна была делать. - Ты серьезно? - Да. - А если бы твоего сына арестовали? - Мой сын не попал бы в подобную ситуацию. - Да ты что! Наверное, потому что у тебя его никогда не будет. - А вот это уже не твое дело. - Скажи, пожалуйста, а твоя жена знает, что этот парфюм, которым от тебя сейчас пахнет, подарила я? - Что-то не припомню. Вы что-то путаете, Елизавета Андреевна. Значит так, время позднее, давайте ближе к делу. Ваш сын задержан на вполне законных основаниях. Есть улики, правда, пока косвенные. Есть свидетельские показания. К тому же он путается во времени: не помнит, где и когда был в ту ночь. Путается! - Так ты знал! Ты весь день наблюдал, как закапывают моего Олега, и даже не позвонил? - Елизавета Андреевна, вам надо успокоиться и поехать домой. Да. Вы знаете, беседа с вами здесь - уже должностное преступление. - Значит так, или ты сейчас же выпускаешь Олега из тюрьмы, или я... - Я больше не буду покрывать твоего сына. Довольно! "У Олега проблемы с конкурентами". "У Олега проблемы с поставщиками". "Олежке очень нужно выиграть тендер". Я что, со своими связями и положением существую только для того, чтобы обеспечить твоему сынку хорошую жизнь в этом городе?! Вот! К тому же он в этот раз натворил такое! - Но он же ничего не делал, он не убийца. - Вот пусть он это и докажет, я буду очень рад этому. - Ну, помоги мне, Ленечка. - Я не Ленечка! И не надо меня третировать. - Господи, что же мне делать-то? - Ничего не надо делать. Просто отвечать на вопросы, если вызовут на допрос, и не бегать по городу! Ты этим только все усугубляешь. Все! Елизавета Андреевна, и еще: я надеюсь, вы больше не позволите себе подобных выходок, иначе я просто вызову полицию, и вы сами окажетесь за решеткой. Понятно? - Да-да, конечно. Прости, пусик. Ну я же не знала, что твоя жена дома. Провожать меня не надо. - Так, значит, ты - пусик? - Поля, я тебе сейчас все объясню! - Может, еще? - Да, давай. Ой, гадость какая! Я говорю тебе, это не он. Ты его вообще не знаешь. Он не такой человек, он не мог. Я уверена, что Камилла где-то прячется или уехала куда-то. - Вика, я сам рад бы поверить в то, что она жива и здорова. Но ты же прекрасно понимаешь, что здоровые и живые люди себя так не ведут. - Это не он. Это не он. Это не он. - Скажи, а Камилла, вообще, часто названивала? - Очень часто. Я сразу видела по нему, когда звонит она: у него даже лицо другое было. Да, она его прямо донимала. - Ты же понимаешь, что 20 звонков в день исчезновения на номер Олега с номера Камиллы - это очень серьезно. - Это кошмар. Это все какой-то кошмар! Я не верю. - Ну все, успокойся. - Вы ее просто не нашли еще. Она обязательно найдется, вот увидишь. - Никита, ты что? Ты что? Ты с ума сошел, что ли?! Я к тебе как к другу пришла. Господи! - Прости. Слушай, ты сама прекрасно понимаешь, что мы никогда не были друзьями. - А ты прекрасно понимаешь, что я замужем? - Да, я прекрасно понимаю! И даже знаю, за кем! - Знаешь что, Никита? Иди ты!.. - Вика... Вика, стой! Вика! - Отстань! - Вика! Да стой ты, куда ты летишь? - Отстань ты! - Дай сюда ключи. Куда ты поедешь, ты выпила! - Мне все равно, куда ехать. - Садись. Садись, я тебя отвезу. - Не трогай меня! - Вика! - Господи, тебя еще здесь не хватало. - Я была в школе сегодня, его там нет. Где он? - Уйди отсюда. - Вика, а это кто? - Это бывшая жена моего мужа. Познакомься, Никита. А это его водитель. - Да что с Егором-то, а? - Егор в полном порядке, в школу пока не ходит. У тебя все? Да пойми ты уже наконец: я не хочу, чтобы ты сюда приходила. Вообще больше никогда сюда не приходи, я видеть вас всех не могу! - Вика... - Подожди, Никита! Мне Камиллы было с головой достаточно, теперь еще ты. Почему так? Я его любила, Никита, я все для него делала. Я терпела его мать, я баб его всех терпела! Что со мной не так? Чтобы я тебя больше не видела здесь. - Вика... Вика! Девушка, никуда не уходите. Я следователь Гордеев, у меня есть пара вопросов к вам. И к вам тоже. Вика! - Ты как? Если сейчас тебя нарисовать, в смысле портрет, то он будет обалденно смотреться на стене в моей гостиной. - Ну как она, успокоилась? - Ну, в общем, ее мужа - кстати, и вашего по совместительству - подозревают в причастности к похищению человека. - Олега? - Да. Вы давно с ним общались или виделись? - Вчера. Вчера ночью. - Понятно. В общем, мне нужно взять с вас показания. Вы где живете? - Послушайте, это какая-то ошибка. Вы его совсем не знаете, он не мог. Он маму до сих пор слушает, я не знаю, как он бизнес-то поднял. Он мягкий, инфантильный. - Вообще-то, вашего инфантильного бывшего мужа подозревают в убийстве собственной любовницы. Вы в курсе? - Кого? - Камиллы Григорьевой. Поэтому, судя по всему, это вы не знаете своего мужа. В общем, придете завтра ко мне в управление, покажете вот эту визитку, вас проводят ко мне в кабинет. - Поехали домой. - Добрый вечер. - Добрый вечер. - Я уже ухожу. - Подождите, так вы же следователь. - Нет, я сейчас как частное лицо, я сумку принес. Всего доброго. - Разбегаются как крысы. - Я тебя уверяю, реально надо идти туда, не спорь. Вот туда! - Да, давай туда. - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Мне нужен номер, самый лучший. - Сделаем. Вы у нас первый раз? По работе или отдыхаете? - Нет, решил попутешествовать. - Город у нас тихий, спокойный, вам понравится. Добро пожаловать в Погодино. - Спасибо. Серия 9 - Это что, ваш лучший номер? - Это один из лучших номеров, да. - Представляю, что в остальных. - Может, чай или кофе? Можно завтрак в номер заказать. - Не надо, спасибо. А в городе есть приличный ресторан? - Здесь недалеко на набережной есть хороший ресторан "Волна". - Спасибо. Я запомнил. Подождите. А до больницы отсюда далеко? - Нет, совсем рядом, минут пять своим ходом. - Хорошо. - Все собрала? - Угу. - Я сейчас проверю. Так, чай, сахар есть. Есть... А белье сменное? - Есть. - Есть. Мыло? - Там все есть - там и мыло, и шампунь, все есть. - А, вижу. Так, это вряд ли. Это они тоже вряд ли примут. Осталось еще блок сигарет положить. - Так он же не курит. - В тюрьме самое главное - это сигареты. Твердая валюта. Ладно, я по дороге куплю. Вроде все. - Это какой-то страшный сон, который не заканчивается. - Сейчас главное - не жалеть себя, а держаться. Как бы ни было нам тяжело, ему в сто раз тяжелее. (Плачет.) - Не надо, Елизавета Андреевна. - Все, все. Правильно. Без паники. Все, я пошла. - Надо держаться. Егор, спускайся скорее к завтраку! - Не спи, гнида, замерзнешь. - Почти сутки не спит, пожалел бы. - Да, разогнался. Из-за него дочь моя пропала. - Сколько ж повторять: не трогал я ее. - А куда ж тогда она делась, если ты ее не трогал? (Стук в дверь.) Охранник: - Колышев, вам передача из дома. - Отдай. Отдай. - Ты угощайся, угощайся. (Насвистывает.) - Доброе утро. - Доброе утро. - Ты как раз вовремя, почти все готово. - Нет, я завтракать не буду. - Как это "не буду"? Война войной, а еда по расписанию. - Нет, правда. Приятного аппетита. - Не-не-не. Ты если завтракать не хочешь, ладно, Но поедем вместе. - Максим, я одна поеду. - Бывшего мужа - убийцу выручать? - Это не он, и я это знаю. - Ну, тебе виднее. - Конечно, мне виднее. Я замуж за него выходила, я жила с этим человеком под одной крышей. - Когда это было? Ну, смелее. Восемь лет назад, так? Так вот, люди меняются гораздо быстрее. Ты знала, что у него есть любовница? Нет. Так вот и жена не знала. Прикинь? Похоже на твоего? - Слушай, мне все равно. Просто Егору нужен отец, а тут такая ситуация. - А я переживаю за тебя. Так что сейчас я свитер возьму, вместе поедем. - Доброе утро, Олег Николаевич. - Доброе. - Как спалось на новом месте? О-о... Что это у вас с лицом? - С койки упал. - А... Ну да, у нас тут такое бывает. - Или предъявляйте обвинения, или отпускайте. - Хотел бы, Олег Николаевич, но не могу. Вот честно: прямо с утра хотел к вам зайти и прямо вот по душам поговорить. Но не получается. Непредвиденные обстоятельства. Вызывают меня. Очень срочно нужно ехать. Прямо даже не спросите меня куда? - Здесь вопросы задаю не я. - Ну да. Этот урок вы усвоили. Но я все-таки вам по-свойски так скажу: на стройку к вам еду, Олег Николаевич. Там у вас чрезвычайное происшествие: нашли труп. Прямо под бетоном. Не знаете, кто там может быть замурован? - Понятия не имею. - Жаль, очень жаль. Хотя мне кажется, что именно вы лучше всех знаете, кто там. Ну да ладно. Доброго дня. И будьте аккуратней на шконке. Забирай. - Добрый день. - Здрасте. - Елизавета Андреевна! Здрасте. - Здрасте. - Я все знаю, и я не верю, что Олег - убийца. - Это все, что ты можешь сказать? Ну что ж, спасибо. - Елизавета Андреевна! - А, ну значит, не все. Тогда быстрее, я и так опаздываю. - Я не хочу создавать лишних проблем и хочу договориться по-хорошему. Можно я буду видеться с Егором? - Считай, что я тебя услышала. Если ты действительно хочешь помочь Егору, то подтверди алиби Олега. Скажи, что в ту ночь он был с тобой. - Да, только он был не только со мной. - Вика сказала, что к ней он приехал часов в 11, плюс-минус. Сколько ему потребовалось на дорогу? Ты понимаешь, о чем я говорю? - Я понимаю, только я не помню, во сколько он уехал от меня. - Так посчитай. Самое главное, чтобы это был совсем короткий промежуток времени. Подумай, что ты будешь говорить следователю. Посчитай. - А Егора я могу увидеть? - Можешь. Скажешь Вике, что я разрешила. - Здравствуйте, Елизавета Андреевна. Ну наконец-то. - Здрасте. - Мы тут с неадекватным пациентом сражаемся. - Пациентом? - Пациентом. Наглый такой. Я ему говорю - сюда нельзя, а он прет как танк, не выгонишь. - Ну и где он? - У вас в кабинете сидит. - Надеюсь, не в гинекологическом кресле? - Кто его знает! Вот он, бугай. - Да, я вижу. Я сама, идите. Да идите же! Здравствуйте, Петр Алексеевич. - Здравствуйте. А кто это с ней? - Ухажер. Ну, по крайней мере, она живет с ним. - И давно? - Понятия не имею. Я... Мне, знаете ли, все равно. - А Олегу? - А Олегу и подавно. Он давно женат, у него все сложилось, устоялось, устаканилось. А тут она появилась и говорит: "Я за сыном". Ну, в смысле, за Егором. - А откуда она узнала про сына? - Вот и я думаю: откуда? Я же помню наш с вами уговор. Я вот, грешным делом, подумала, может быть, вы как-то так, знаете, ну, нечаянно, ненароком так... - Елизавета Андреевна... Нет, это не я. - Да? - Да. - Тогда я просто не знаю, Петр Алексеевич. И что делать, не знаю. Судом грозит. А нам тут сейчас совершенно не до этого. Олежек... - Что Олежек? - Да что, арестовали его. - Да вы что? С финансами намутил? - В убийстве обвиняют. - О как! Ну и кого же Олежек убил? - Да ну что вы, Петр Алексеевич, в самом деле? Никого он не убил. У них сотрудница пропала. А следователь утверждает, что это Олег ее убил. Нет, Олег, конечно, не святой, но чтобы убить!.. Господи, господи, ну за что нам все это? Тут еще Ирина. Я поэтому вам и позвонила. - Правильно сделали. И за это вам отдельное спасибо. Да вы не волнуйтесь, все образуется. Вы, главное, адвоката пошустрее найдите. - Конечно, конечно. Но тут же не Москва. - Да. - Может быть, вы что-нибудь подскажете? - Подскажу. А вы мне адресок черкните, где она с этим ухажером обитает. - Да-да-да, конечно, конечно. Сейчас, секундочку. Это за городом. Вот, пожалуйста. - Спасибо большое. - Да не за что. - Дорогая Елизавета Андреевна, если что, звоните. - Хорошо, хорошо. А вы уж... Ну, вы поможете? - Да, конечно. Вы, главное, Ирине не говорите, что я здесь. - Само собой, само собой. - А что стоим, кого ждем? - Считаю. - Что? - Время. Если Вика говорит, что Олег приехал в 11, то, получается, от меня он должен был уехать... - В 20 часов 30 минут. - Почему в 20:30? - Потому что я видел, как он уезжал. А потом я сел в машину, включил радио и на дисплее высветилось: половина девятого. И именно это ты сейчас скажешь следователю. - Выходит, он ехал два с половиной часа? Такого быть не может. Где же он тогда был? - Слушай, полиция разберется. Пойдем. - Но... - Не-не, никаких "но". Потому что если ты сейчас соврешь, ты подставишь и себя, и Олега. Они по-любому все узнают, а ты усилишь их подозрения. Подожди, давай спросим сначала. - Добрый день. Мы к следователю Гордееву. - Второй этаж, прямо по лестнице. Только его нет, он на вызове. - А когда будет? - Не знаю. Можете пройти, подождать его. - Ох... В ногах правды нет. - Здорово. - Приветствую. Ну что? Григорьева? - Нет. - А кто? - Посмотри сам, Никита Александрович. - Так, и кто же ты у нас такой? - Что, и на улицу нельзя выйти? - Нет. Пожалуйста, в комнате поиграй пока. - Скорее бы уже папа приехал. - Скоро приедет. - Когда? - Я не знаю. (Телефонный звонок.) Подожди. - Алло, Вика? - Да. Что случилось? - Нашли. - Что нашли? - Ее нашли. - Иди в комнату. Иди в комнату, мне поговорить надо. Где? - На стройке. - Нет. - Да, подруга, да. - Нет, нет, нет... - Тихо, тихо, Егора напугаешь. Хотя он рано или поздно сам все узнает: суд и все такое. Слушай, мне кажется, вам сейчас лучше уехать. Олегу уже все равно ничем не поможешь. Господи, никогда бы не подумала, что Олег - и вот такое. - Что ты сказала? Ты что, правда считаешь, что Олег мог ее убить? - Прости, а что же мне еще думать? - Знаешь что? Ты, наверное, мне больше не звони. - Здорово. - Ты говоришь им только правду, запомнила? - Здравствуйте. Я к вам. - Здрасте. А... вы Ирина Бойцева, правильно? - Да. - Пойдемте. - Я здесь подожду. - То есть вы утверждаете, что Олег Колышев на момент исчезновения Камиллы Григорьевой был с вами, правильно? - Да. Но потом ему позвонила Вика, и он уехал к ней. - Понятно. А вы уверены, что он поехал именно к ней? Может, еще куда-нибудь? Может, ему звонили до, после? - Нет, при мне никто не звонил. Только Вика. Сказала, что ей плохо, и он уехал. - Понятно. А он уехал на своем автомобиле? - Нет, поймал, наверное, машину. - То есть вы не видели, в какой автомобиль он садился, да? Понятно. И в котором часу он уехал? - Ну, я не помню, примерно в половине... - Ну? В половине чего - восьмого, девятого? - Десятого. - Десятого, хорошо. Так и запишем. - Но это примерно. - Примерно. Ознакомьтесь. Если все верно, ниже пишите: "С моих слов записано верно". Дата, подпись. (Стук в дверь.) - Никита, можно тебя на минутку? - Сейчас, минутку. Ознакомьтесь. Что-то срочное, Леха? - Мы прочесали окрестности, нашли брошенный на стройке автомобиль с московскими номерами. А в нем было вот это. Лежали в бардачке. - Опа-па. Вот это поворот! Спасибо, Леха. - Я могу идти? - Секундочку. Скажите, пожалуйста, а вам Иван Алексеевич Бойцев кем приходится? - Брат моего мужа. А... почему вы спросили? - Тварь! Ты добилась своего! На! - Стой! - Хотела вывести меня? Поздравляю! - Остановись! - Что ты не кричишь-то, тварь? На! - Ну что, тяжко расплачиваться по чужим долгам? Вот, возьми. Да не бойся, это муляж. Он ненастоящий. - На настоящий похож. - На то и расчет. Напугать напугаешь, а вреда не нанесешь. Как-никак он мой брат. - Ира! Ира! Ух ты! Ты где это взяла? - Не подходи ко мне. - А то что? - Не подходи ко мне. Не подходи! (Стонет.) - Откуда это у вас? Он что, здесь? - Геннадий Сергеевич, Гордеев беспокоит. Можно подъехать к тебе на опознание? Ну что, готовы? - Да, это Иван. - То есть вы не знали о том, что брат мужа находится в Погодино? Он разве не к вам приезжал? - Нет. И я не знала. - Положим. А Олег Колышев был с ним знаком? - Да, они были знакомы. - А почему "были"? - Потому что жизнь развела их по разным городам. Я не понимаю, к чему вы клоните. Вы и Ивана хотите тоже на Олега повесить? - Нет. Просто пытаюсь разобраться в ситуации. - Я больше ничего не скажу. Я могу идти? - Ну да. После того как дадите подписку о невыезде. А, и вы сами сообщите мужу о смерти брата? - Нет. Нет, лучше вы. - Красавица! Замерзла? Ну как ты? - Он взял подписку о невыезде. - И? - Теперь Петру сообщат о смерти Ивана, и Петр приедет сюда. Макс, мне страшно. - Ирка, ничего не бойся, я же с тобой. Если будет страшно, мы охрану наймем - так, подстраховаться. Ирка, ничего не бойся. - Смотри какая! Я бы ее завалил. - Да не связывайся. - Не-не, я просто сейчас спрошу. Товарищ лейтенант! - Ты мне? - Не стыдно? - А чего мне стыдно должно быть? - Извиниться не хочешь? - Чего? Бери-ка ты свою фифу и вали, пока я добрый. - Ах ты хамло! Ребятки... - Вы что делаете? Отпустите его! - Эй, ребята... - Идите, гражданочка, отсюда. - Нет, я свидетельницей пойду. - Свидетельницей чего? Что этот гражданин ударил первый сотрудника полиции? - Да никто никого не ударял! Я хотел спросить просто. Ира, иди домой. - Нет, Макс. - Слушайте, дайте мне секунду. Она так не уйдет. Ох, спасибо, мужики. Может, отпустишь? Ира, я сейчас быстренько с ними договорюсь и через час уже буду дома. Мне просто без тебя с ними будет проще договориться. Слышишь? А насчет Петра... Даже если он приедет, ему нужны сутки, чтобы сюда добраться. Слышишь, сутки. А я дома буду уже через час. Да, спасибо. Все, дома встретимся! - Так ты говоришь, Колышев знал убитого. А то, что тело нашли у него на участке, - это совпадение, что ли? - Вот это вряд ли. - Согласен. Интересно, это как-то связано с исчезновением этой, как ее... Забываю все время. - Григорьевой? - Да. - Ну, пока трудно сказать. - А что сам Колышев? - А что? Как и все: "Я никого не похищал и никого не убивал". Господи, и не таких кололи. - Давай. Только знаешь, как говорится, в рамках закона. Я эту семейку знаю: им только повод дай - такой скандал учинят. - Леонид Маркович, не в первый же раз. - Ну, в рамках закона, правильно? - Мне сказали, что ты не спишь. Не выпил снотворное? - Не знаю. Я принимаю все, что дают. - Что ты делаешь? - Пытаюсь вспомнить. - Это же та женщина, что нашла тебя. - Я не могу уловить что-то. Мне кажется, что мы с ней были знакомы. - Раньше ты хорошо рисовал. Ну, точнее, ты и сейчас хорошо рисуешь. Это было твое хобби. А хочешь, я тебе из дома принесу рисунки? Там их очень много. - Нет, не буду я с вами знакомиться. - Ира! - Я вспомнил. - Что ты вспомнил? - Ее. Ее зовут Ирина. У меня такое чувство, что мы с ней знакомы давно, еще до больницы. - А меня ты не вспомнил? - Тебя там не было. Но я вспомнил, что испытывал чувства к ней. Люда, я... Я, кажется, начинаю вспоминать. - Ну это же здорово. Это же так здорово, Рома. Так, садись, я принесу успокоительное. Тебе обязательно нужно поспать. Сядь. (Слышен шум.) - Макс, это ты? Макс! Максим! Максим, да что за шутки? (Вскрикивает.) - А ну стой, а ну остановись! Нет, ты будешь меня слушать. А ну вернись! А ну стой! - Пусти меня! Дышать с тобой одним воздухом противно. - Да ладно! Полгода назад тебе не было противно. Ты же умоляла меня вернуть все назад. - Как жаль, что твоя мать не сделала то, что ты предлагаешь сделать мне! - А ну стой, стой, я сказал. Стой! Ира! Ира! - Я же запретила тебе приходить. - Ну а в чем дело-то? Я пришел вернуть тебе ключи. О... Семейная идиллия. Во всех ракурсах. - Да, представь себе. И причем не придуманная, а задокументированная. - Ну-ну. - Саша, я прошу тебя, уходи. - Зачем? Я же могу тебе пригодиться. Могу гвоздь вбить или, вон, диван подвинуть. Ох уж этот диван. Я буду без него скучать. - Перестань, все кончено. - Слушай, ты мне скажи, ты что, в самом деле думаешь, что вот он сейчас вернется и у вас второй медовый месяц начнется? Ты понимаешь, что это бред? Он тебя даже не помнит. А вспомнит - за шею вытолкает. - Посмотрим. - Ну-ну. Смотри. - Ну и куда ты собралась? - К Олегу. - Так не пустят же. Твой Никита и не пустит. - Посмотрим. Я у него под кабинетом сутками сидеть буду. А надо будет - пойду в суд по правам человека. - Ну-ну. - Ира, я дома! Я, кстати, еды принес. Чего свет не выключаешь? Слушай, ну ты меня прости. Дольше, чем обещал, просто бараны упертые оказались. Ира! Ира! Ира! Ира... Ты чего? - Максим... Слава богу. - Что?.. Я тоже рад тебя видеть. Что случилось? Полегче. - Где Петр? - Какой Петр? - Он был здесь. Ночью. - Ага... Тебе приснилось, что ли? - Да я видела его! - Тут? А сейчас он где? Спрятался. Петя! Представляешь, нету. Может, здесь? Не-а. Ах! Наверху. Петя, выходи! Ты смотри, нету. - Надпись на зеркале "я вернулся" ты видел? - Там нет никакой надписи, Ира. - Там есть! - Слушай, ну... - Там есть надпись "я вернулся". - Пожалуйста, успокойся, Ира. Ира... Ира, я тебе втащу сейчас. - Ты же видел. - Ира. Я... Ух ты, чудеса, да? - Я же видела тут надпись. - Я понимаю. Успокойся. - Я видела его в отражении, вон там! - Ч-ш-ш, ч-ш-ш. Давай, чтобы ты полностью успокоилась, я найму охрану, идет? - Я чувствую его здесь. - Ты сейчас, кроме страха, вообще ничего чувствовать не можешь. Пульс, наверное, под 200. Иди сюда. Надо в первую очередь дышать, гулять, встречаться с людьми, бороться, бороться за сына. У тебя плечи дубовые. Все, понятно. Идем. - Куда? - Куда-куда... Завтракать идем, пить кофе, расслабляться. это все, будем считать, сон. (Насвистывает.) Так... Ты идешь? - Осторожно. - Я не инвалид же. - Ну и замечательно. Но и хорохориться тоже еще очень рано. Ты помнишь, что тебе доктор сказал? Никаких нагрузок. Ну вот, это наш дом. А вот это наши соседки. - Здравствуйте, Роман Валентинович. Ну наконец-то. - Добрый день. - Ну что, идем? - А я смотрю, вы опять вместе. - Да, и правильно. Зачем семью-то рушить? - Действительно. Осторожно, здесь порожек. - Я сам. - Так. Давай. - Мы с тобой расставались? - С чего ты взял? - Соседки говорили. - Ты больше слушай этих соседок, они тебе и не такое расскажут. Я же им не говорила, что ты в больнице лежишь. А они уже нас и развели. Проходи. Вот. Здесь мы с тобой живем, это наш дом. Не помнишь? Смотри, вот это мы с тобой в Пицунде. Наш медовый месяц. Не помнишь? - Нет. - Хм... А вот мы с тобой в Арабских Эмиратах. Прошлым летом. Ну, посмотри, какие мы красивые. Ничегошеньки не помнишь? А я все помню. Каждый миг, каждую минуту. И до сих пор тебя люблю. Так, слушай, мне на работу нужно вернуться. Справишься тут без меня? Ладно? Все. Я постараюсь вернуться быстрее. На обратном пути в магазин зайду, куплю что-нибудь вкусное на ужин. - Вот результаты вашего УЗИ. - Спасибо. До свидания. - До свидания. - Людмила Васильевна на месте. Какая радость. Все нормально? - Да, лучше не бывает. - И слава богу. Хоть у кого-то все хорошо. - И не говорите, Елизавета Андреевна. - Ну а что у нас с адвокатом? - Есть адвокатская контора на Фомичевой. - Да нет, это не подходит. Местные адвокаты все заискивают перед Денисовым. Мне нужен независимый. - Угу. Нелегко вам. - Ну а как твои успехи? С мужем-то все наладилось? - Ой, не то слово. На самом деле, Рома всегда был такой внимательный, чуткий, отзывчивый, а тут произошло что-то невероятное. Ни на шаг от меня не отходит, все время: "Люда, Людочка, Людмила". Прямо какой-то медовый месяц. - Ну здорово, здорово. - Здрасте. - Поздравляю. Представление-то удалось. - Я тебя о чем просил? Чтобы все было по закону! А ты посадил его в одну камеру с отцом Григорьевой! Да нас с тобой обоих при первой же проверке к чертовой матери из органов!.. И будут правы. - Леонид Маркович, ну они же проходят по разным делам. - Слушай, дурака мне только не включай, пожалуйста. В деле Колышева он проходит как потерпевшая сторона. Ты понимаешь? Как потерпевшая. Их нельзя было сажать в одну камеру. И ты ведь это знал? Знал. - Знал. - Вот. И все-таки посадил. А теперь Колышев лежит избитый в лазарете. - Ну ладно, Леонид Маркович, я разговаривал с врачом, ну что там? Вывих плеча, легкое сотрясение мозга. - Это что?.. Это что, ничего, да? Ничего?! Да его жена или мать узнают об этом - такой хай поднимут, что с меня и с тебя тоже погоны полетят просто - фьють! Все! Значит так, никого к нему не пускать, никаких свиданий. Понял? - Есть. Разрешите идти? - Иди. Подожди. Что там с этим Бойцевым? Брату сообщили? - А, нет еще. Ну, в смысле мы звонили, он не поднимает трубку, потом вообще телефон был выключен. Позвонили на городской, там сообщили, что он в отъезде, за границей. В общем, как вернется - обязательно дозвонимся. - Понятно, понятно. Ладно, действуй. Но не затягивай. Иди. - Я так понимаю, ты сегодня будешь просить о своем муже? То, что ты пришла, ничего не поменяет. - Я хочу видеть мужа, и я готова на все. - Серьезно? Прям на все? Надо же, у меня фантазия разыгралась. Не знаю даже, что тебе предложить. Ну что, давай, раздевайся. - Никита! - Что? Ты только что ради своего мужа была готова на все, а? Или это опять бабий треп? - Ты чего? - Гражданочка, покиньте помещение! Если вы будете необходимы, вас вызовут повесткой. Ясно? - Дай мне разрешение на свидание. - Нет. - Ну что, как дела? - Плохо. - Опять не пустил? - Угу. Что нам делать, Елизавета Андреевна? - Так. Собрались. Собрались, собрались. Не хватало еще, чтобы Егор нас увидел и тоже раскис. Нет, Петр прав. Нужно нанимать адвоката. - Петр - это кто? - Да неважно. Самое главное - он обещал помочь. - Ну так пусть поможет. - Ну да. (Телефонный звонок.) - Черт! Трубку не берет. - Ира, ну ты зря, я бы тебя отвез. - Макс, ты был прав. Нужно отвлечься, нужно бороться за ребенка. Спасибо тебе. - Солнце мое, а где шапка? - Я не хочу. - Да ладно, "не хочу". Иди, беги. Беги забирай. Тебе что нужно? - Я не к тебе пришла, а к сыну. Мне Елизавета Андреевна разрешила. - А я не разрешила. Уходи. - Егор! - Тетя Ира! Тетя Ира пришла! Привет! - Привет, мой хороший. - Привет. - Привет. Ну, как ты? - Ничего. Вот только скучно немного. - Да ладно, скучно. Сейчас в парк поедем, будем на аттракционах кататься. Садись. - А ты с нами поедешь? - Нет... - Конечно. - Ура! Пойдем со мной на заднее сиденье. Там так хорошо! - Какое счастье. - Вернулась? Ира? Серия 10 - Ого! Мама, смотри, какая классная! - Да, крутая. - Ты мне купишь такую? - Мы тебе неделю назад купили приставку. Не многовато игрушек? Давай дождемся дня рождения. - Дня рождения? А это сколько еще ждать? - Так, сын, не начинай. - Я тебе куплю такую игрушку. - Правда? Ты самая-самая! - Ну что, выпросил, попрошайка? - Проснулся? Я видела, что ты задремал, и не стала тебя будить. Садись. - Странный запах. - А это свечи ароматические. Цитрус и персик, твои любимые. - Да? - По крайней мере, раньше они тебе нравились. - Странно. - Сейчас. (Звучит музыка.) А я тебе нравлюсь? - Очень. Тебе идет этот цвет. - Спасибо. Ну что? Что опять не так? - Я не знаю. Как будто это все было - розы, свечи эти, вино... - Ну конечно это было! Мы часто с тобой так сидели, пили вино. А потом мы танцевали. Пойдем? Пойдем потанцуем. Ты сейчас все вспомнишь. Пойдем. Мы танцевали... Не так. Твои руки были вот здесь. (Звучит музыка.) - Не могу. - Почему? - Не знаю. Не могу, и все. Как будто это все было - розы, свечи, вино. Плохие воспоминания. Что ты делаешь? - А ты прав: к черту эту романтику! Давай просто поужинаем как нормальные люди. - Мама, а тетя Ира с нами поедет? - Нет, тете Ире давно уже пора домой. - Как жалко! - Очень. - Хочешь, я приду к тебе завтра? - Хочу. Тебя Ира, я буду ждать тебя завтра. - Ну все, все, до свидания. - Пока! - До завтра. - Ну вот, смотри. - Да вижу я. - Этот, значит, поехал - у него 50 километров... - Ну да. - ...а мне - 30, видишь? - Здрасте. - О, такси надо, красавица? - Поселок "Мечта" - знаете такой? - Знаем. 400. За сотню - на автобус иди. - Скажите, это ведь конечная? - Да, Озерки. - А поселок "Мечта"? - По этой дорожке километра два. - Спасибо. (Телефонный звонок.) - Ира? Это Эльмира. - Эльмира, здравствуй. - Меня из тюрьмы выпустили, а жить негде. Помоги. Ты говорила. - Бедная... Эльмира, я не могу сейчас за тобой приехать. Ты сможешь до меня добраться? Записывай адрес. - Я запомню. - Поселок "Мечта", строение 30. - Хорошо, спасибо. - Деньги давай. - Какие деньги? - Когда все случилось, тебя же грек послал рыбу продавать. Деньги. Что так мало? - Не знаю. Столько из тюрьма вернули. - Топай давай. Я тебя у себя ночевать не оставлю ни за какие деньги. Поняла? У меня столько крови выпили! Давай-давай. - Свои, свои! - Ты обалдел? - Я не обалдел, я по башке получил и отключился. - Он в доме? - У меня нет желания проверять. Башка гудит. - Теперь ты мне веришь? - Не может это быть твой муж никак, он бы не успел. - Да почему?! Он мог... Он мог приехать с Иваном, он мог давно за мной следить. - Дай мне телефон. Сейчас полицию вызовем - они разберутся. Эта сволочь мой телефон вытащила. - Ну все, мой родной, давай книжку, будем засыпать. Закрывай глазки. Все, спокойной ночи. - Мам, я вот думаю, что бы я мог сделать такого, чтобы папа вернулся домой? - Но папа и так вернется: он в командировке. - Ты говорила, что врать нехорошо. - Что? - Я знаю, что он не уехал. - Кто тебе сказал? - Никто. Просто бабушка разговаривала с кем-то по телефону и говорила, что ей нужен адвокат, который вытащит ее сына хотя бы под домашний арест. Ее сын - это ведь папа? Что такое домашний арест? - Домашний арест - это когда человек вынужден находиться только дома и ему нельзя покидать его пределы, иначе плохие люди могут причинить ему вред. Таким образом его защищают. - То есть то, что я сижу дома, это тоже домашний арест? - Получается, что да. - Я очень хочу, чтобы папа вернулся домой. - Ты мой герой. Самое главное, что ты должен запомнить, это то, что твой папа - хороший человек. И он ни в чем не виноват. - Ну что там? - Все чисто. Никого. Следов взлома тоже нет. - Значит, вы закрывали окно и очнулись на полу с больной головой, так? - Да. - Нападавшего вы не видели? - Не-а. - Что последнее помните? - Закрыл окно. - И чем, по-вашему, он вас ударил? - Понятия не имею. - Самое опасные штуки в доме - это кухонные ножи и вилки. Больше ничего. - В доме же ничего не пропало? - Да ничего не пропало, ребята. Чему тут пропадать? - Подпишите протокол вот здесь. "С моих слов записано верно", дата и подпись. - Сегодня... - Тридцатое. Советую установить сигнализацию. Сидите, сидите. Всего доброго. - До свидания. - Они нам не поверили. - Конечно не поверили! Все же получается так, как будто бы я сам упал и ударился. - Макс, тут нельзя оставаться. - Сегодня он уже вряд ли придет, так что... - Нет. Нам нужно место, где он нас не найдет. А про дом он знает. - Ну... - Мне страшно, Макс. - Даже со мной? - Прекрати. Я не хочу подвергать тебя еще большей опасности. - Тогда надо уезжать из города, сейчас собираться и уезжать. - А Егор? - А что ты предлагаешь? - Представляешь, с нами никто не хочет связываться. Я ищу уже в других городах. А ты куда? - Мне нужно уйти. - Так поздно? - Всего 10 вечера. - А куда? А почему в таком виде? - Меня одноклассницы пригласили встретиться. Я на пару часов всего. - Что ты мне морочишь голову? Какие одноклассницы? А... Может быть, это одноклассник? Ты же не хочешь сказать, что ты?.. - Я не знаю, что мне еще нужно сделать, чтобы это помогло. Но я должна попробовать хоть что-то. - Ну попробуй. Только, пожалуйста, будь осторожнее: ты можешь разрушить свой брак. Не забывай нигде своих вещей и, самое главное, проследи, чтобы ваша встреча не была записана на камеру. Спасибо тебе, девочка. - За что? - За то, что так любишь моего сына. - Сорок второй номер. Паспорт, пожалуйста. Приятного отдыха. - Приятной жизни. Держи. - Спасибо. - Пойдем? - А твой? - Что - мой? - Ключ. Твой ключ. Мы же не вместе будем спать? - Ну как это - не вместе? - Нет, Максим, ночуй один. - Ай ты боже мой! Просто должен был попытаться. Господи... У меня собственный номер, даже на другом этаже. У тебя второй этаж, у меня - третий. Давай, вперед. - Зачем ты все время так делаешь? - Как? - Так! - Ну и что мы здесь делаем? - Мне нужно поговорить с тобой. - Вика, ты же понимаешь, что я не могу. - Есть кое-что важное, что ты должен знать. Я могу войти? - Ну давай рассказывай, чего я там не знаю. Ты сейчас... Подожди. Ты что, с ума сошла, что ли? - Ты же сам... сам спросил, на что я готова. Я вот это все... Вот... - Перестань! Ты что?! Надень! - Никита, не надо, я все равно не уйду. Помоги мне, пожалуйста. - Кто ему поможет-то сейчас? Ты понимаешь, что ему сейчас вообще уже никто не поможет? - Я не уйду. - Ты сейчас прямо вот... Го... готова унижаться, что ли? Ради кого? - Я его люблю. - Кого? Он тебе изменял! И не раз! У него скоро будет суд! Ты ему сейчас ничем не можешь помочь. - Никита, не надо, я все знаю. Я все равно буду бороться за него. Понял меня? - Так. Все, оделась? Вали. Давай, давай. - Никита... - Все, давай-давай, иди домой. Все. (Слышен лай собаки.) (Звучит умиротворяющая музыка.) - Рома... - А? - Спокойной ночи, любимый. - Спокойной ночи. - Немножечко. О, слава богу, ты вернулась. - Ничего не было. - Конечно, конечно, разве я что-нибудь говорю? - Ничего не было, вы меня слышите? - Я тебя прекрасно слышу. Я ж не глухая. Ничего не было. Конечно, "не было". - Еще раз повторить? - А давай. Я сейчас. (Телефонный звонок.) - Алло. Да, Серж, здорово. Уже здесь, да. Женюсь. Ну а какой выход? Хорош ржать-то, ну! Мы с Наташей еще с детского сада дружим. Так что вот так вот. Угу. Ну ты сам понимаешь, пора менять статус. - Димон, держи. - Спасибо. - Ч-ш-ш, ч-ш-ш, ч-ш-ш. Тихо, тихо. Спишь? Ну и спи там. А я - тут. Как собака. Как верный пес. Ой, ой, ой. Вот тут, как верный пес, у твоего порога. - Вика! Вика! - Что? Что случилось? - Видимо, ты вчера на славу потрудилась. Изволь убрать все до того, как Егор проснется. - Если вы будете так кричать, он сейчас точно проснется. - Сволочь какая, а! Всю плитку испоганил. Значит, говоришь, ночью между вами ничего не было? А что ж он так перевозбудился-то? - А с чего вы вообще взяли, что это он? Я не знаю, кто это сделал. - Зато я знаю. Вот, это было воткнуто в дверь. - Это разрешение на свидание с Олегом. - Всего лишь разрешение на свидание! Ну и как ты на этом свидании будешь Олегу в глаза смотреть? - Так вы же сами этого хотели. - Я хотела?! Ну да, я хотела. Но я не думала, что это приобретет вот такие формы. - Между нами ничего не было. Он вообще меня выставил за дверь. - Конечно, конечно. Всего лишь разрешение на свидание. А что так дешево-то? Это все, чего ты добилась? Или, может быть, у вас будет продолжение? - Нет, не будет продолжения, потому что не было ничего. - А ты куда? Вика! Вика, изволь убрать! Невозможно из дома выйти! Сволочь какая, а! Мне надо в город ехать. Егор сейчас проснется, а тут такое! Безобразие! Вика! Вика! Нет, ну это просто издевательство какое-то, честное слово. Просто издевательство! В конце концов, Вика, ты... Я сколько раз должна повторять? Ты когда все это уберешь? - Который час? - 9 утра, а что? - Мне нужно к следователю. - Соскучилась? - Нет, я не соскучилась, я время перепутала! Я сказала, что Олег был в 11 вечера, а часы стоят. Это было не то время. - Идиотка! Да ты же своими руками закопала Олега! - Посидите с Егором. - Господи. Господи, ну дай мне силы вынести все это! Ой!.. Егор: - Ба, мам! - Да иду я, Егорушка, иду! - Бу! Привет, долго спишь. - Я давно проснулась. Я узнала, что это единственный отель в городе. Он нас тут найдет. - Не найдет. - Найдет! - Нет, собирайся. - Куда? - В твою квартиру. Я с риелтором уже договорился, сейчас едем смотреть. Если все нормально - там останемся. Там он точно не найдет. Все, давай собирайся. Я тебя здесь подожду. Давай, давай, давай. - О, Роман, доброе утро. - Доброе утро, Люда. - Встал? Кстати, я завтрак приготовила. На столе. - Ты уходишь? - Да мне еще нужно до работы кое с кем встретиться. Не хочешь спросить с кем? - Да какая разница. Я все равно же не помню. - Как ты сея чувствуешь? Голова не болит? - В порядке. Спасибо за завтрак, я сначала умоюсь. - Кстати, там новая бритва. - Новая? А где старая? - Так она же старая, я ее выбросила. - Не надеялась, что я выйду из комы? - Ну что ты такое говоришь? Я просто подумала, что новая вещь как-то порадует тебя. С той, больничной бритвой связаны плохие ассоциации, Рома. - Спасибо, ты очень заботливая. - Ты тоже... когда-то был. - Люда! Спасибо. - Я постараюсь прийти пораньше с работы. - Хорошо, я буду ждать. - Ну давай, давай, давай. - Елизавета Андреевна? Здравствуйте. - Здравствуйте. - А что вы тут делаете? - У меня к тебе такой же вопрос. - Я тут живу пока. Как Егор? - Я думала, ты спросишь про Олега. Но тебя, по всей видимости, это уже не интересует. - Кхм, кхм. - Хорошо выспались? - Ой, прекрасно! Вы знаете, здесь такие матрасы - прямо!.. Для спины очень полезно, кстати. А вам как спалось? Мало, судя по всему? Вы плохо выглядите. - Спасибо. Идите, я вас не задерживаю. У меня здесь встреча. - Есть новости про Олега? - Сегодня будут. Идите, идите. Я жду кое-кого. - Угу. Пойдем. - А можно я сегодня позвоню, пообщаюсь с Егором? - Я сама тебе позвоню вечером, хорошо? - Спасибо. - Высыпайтесь. - И вам того же. - Ты со всеми злыми тетями будешь разговаривать? - А ты всегда будешь хамить? - Ба, я все. - Ну ты моя умница! Руки помыл? - Да, помыл. - Пойдем, посидим внизу в кафе. Пойдем? - А долго мы там сидеть будем? Нельзя этому дяде просто позвонить? - Нет. Мы этого дядю тревожить не будем. Пускай выспится, добрее будет. Он встанет, а мы тут как тут. Ну пойдем, пойдем в кафе. Я тебе что-нибудь вкусненькое куплю. - Пожалуйста, проходите. Вот это спальня. Здесь есть балкон, телевизор, вся мебель. Соответственно, ванная, туалет. Ну и вот такая вот просторная кухня. Здесь все новое, как видите. - Прекрасно. Мне все нравится. Беру. - А когда планируете въехать? - Да вот прямо сейчас и планирую. - Мне только нужно кое-какие вещи мужа забрать. - Забирайте. Мы же можем сейчас все оформить? - Да, конечно. - Классно. - Спасибо. - Людмила, да зачем вам на такси? Я вас на машине отвезу. - Здорово. Ой, молодой человек, не поможете? Благодарю. (Телефонный звонок.) - Да. - Путь свободен - давай поднимайся. - Хорошо. - Прости, Вика, я не могу. Я вынужден передать дело другому следователю. - Кому? - Да какая, собственно, разница? Главное - что это будет человек компетентный, не имеющий никакого отношения к твоей семье. - Стой, подожди, я дала неправильные показания. Я сказала, что Олег вернулся в 11. Но потом узнала, что часы были сломаны. Они стояли. То есть он был раньше, не в 11. Он уехал от своей жены первой - там не было двух часов между тем, как он приехал ко мне. - Вика... - Понимаешь, это важно. - Я понимаю, но твоему алиби никто не поверит. Ты родственница, заинтересованное лицо, понимаешь? - Какая разница? Я правду говорю. - Ты лучше к мужу поторопись, пока новый следователь не отменил право на свидания. - А ты зачем у нас во дворе художества устроил? - Прости, пьяная выходка. Я больше так не буду. - Ну все, теперь есть все, что нужно, чтобы держать осаду. Только из дома не выходи. - Ну что мне теперь, всю жизнь прятаться? - Нет. Тебе надо подать на развод. Да, тебе придется с ним встречаться, но в присутствии адвоката, то есть меня. А потом наймем тебе телохранителя. - Максим, я не знаю, когда смогу отдать тебе деньги. Ты столько тратишься на меня. - Ну есть один вариантик. Да шучу просто. У меня же вот такое впервые - чтобы женщина нравилась, а вела себя так. Заводит. - Для тебя это все приключение, да? - А вдруг я влюбился? - Ты серьезным можешь быть? - Давай серьезно. Сейчас я тебя разведу с маньяком, отсудим ребенка и уедем куда-нибудь. Далеко прямо. Будем там жить-поживать, наживать добра. Ладно. Давай тогда я сейчас съезжу домой, там с сигнализацией все решу, а потом вернемся к этому вопросу. Да? Господи, я в щечку. В щечку! - Господи, Олег, что они с тобой сделали? Они тебя что, пытают? - Нет. Просто упал неудачно. - Ты думаешь, я совсем дура? Ничего, я Елизавете Андреевне скажу - она им всем покажет. - Только маме не надо ничего говорить. - Почему? Ты знаешь, какой она шум поднимет!.. - Вот поэтому не надо. Я думаю, меня теперь и так в другую камеру переведут. А с ними... Их дразнить - только себе хуже. Еще труп какой-нибудь на меня повесят. Так что пообещай мне, что маме ничего не скажешь. - Не скажу. - Не ной, и так тошно. - Я просто люблю тебя очень. - Зря. Мне так-то, если что, 10 лет светит. - Ничего, я тебя буду ждать столько, сколько нужно будет. - Ты что, веришь, что я убийца? - Нет, ты что. Нет, я никогда не верила. - Как Егор? - Хорошо. Скучает по тебе очень. - Скажи ему, что я тоже его очень люблю. - А меня? - Вика, хватит попрошайничать. Уже уходишь? - Ты даже здесь умудряешься смотреть на меня свысока. Хватит вытирать об меня ноги - и тебе, и всем вам. - Егорушка, ты посиди тут, поиграй, ладно? Добрый день, Петр Алексеевич. - Здравствуйте, Елизавета Андреевна. А я думаю: какая женщина меня ждет? А это он, ваш внук? - Да, это Егор. Петр Алексеевич, мне очень нужна ваша помощь. - Да. Отойдем. Я вас слушаю. - Вы не поверите, мне просто больше не к кому обратиться: все шарахаются. У вас большие связи - помогите. Олега держат в полиции, обвиняют черт знает в чем. - Да, узнаю друга: сначала в Москве накуролесил, теперь здесь. - Ну да. Так вот я насчет адвоката. Вы говорили, можете помочь? - А давайте так, Елизавета Андреевна: я помогу вам, а вы - мне. - Я вам? - Да. Устройте мне встречу с Ириной. Дело в том, что прошлой ночью она уехала с... скажем так, со своим другом. Я теперь не знаю, где она. А вы ведь поддерживаете с ней связь? - Да нет, с какой стати? - Вы же сами сказали, что она требует вернуть ей сына. - Да, но я не знаю как. Постойте, погодите. Так я же видела ее сегодня в этом отеле. Ну конечно, сегодня. И она сказала, что здесь живет. - Подождите секунду. Простите... - Чем могу быть полезна? - Моя супруга, Ирина Бойцева, должна приехать сюда. У нас с ней встреча в этом отеле. - Подождите, Ирина Бойцева... Так она уже заселялась. - Да вы что? - Так она сегодня съехала. - А другие отели есть в этом городе? - Нет. Но, вы знаете, если захотите, я могу вам посоветовать частный сектор. У меня как раз знакомая сдает дом. - Не надо, спасибо. Значит, так, Елизавета Андреевна, вы устраиваете мне встречу с Ириной, а я вам помогаю с адвокатом. - Но как? - Очень просто. Пообещайте ей встречу с сыном. - Что вы, я бы не хотела вмешивать сюда ребенка. Я вам дам ее телефон... - Она не захочет со мной встречаться. А вот с сыном... Я жду вашего звонка. - Ну что, наигрался? Поехали? - Ага. - Здравствуйте. - Здравствуйте. - А вы к кому? - Мне Ира адрес сказала. - А, так вы к Ире? - Да, она сказала вчера: приходи. Я всю ночь шла - далеко. - Но Иры сейчас нет. А вы кто? - Я Эльмира. Я все уметь: я готовить уметь, убирать, рыбу чистить, стирать... Я очень полезная. Ира знает. - Полезный кадр. - Да. Ценный. - Ценный. Ну... - Полиция. - Да это ко мне, вы не волнуйтесь. Здравствуйте. - Добрый день. - Спасибо, что так быстро приехали. - Сколько окон в доме? - Э-э... Сейчас все посчитаем. А по периметру еще сможете сигнализацию сделать? - А кто вас так напугал? - Это неважно. Вы заходите, осваивайтесь. - Сейчас инструмент возьмем. - Вы тоже тогда заходите, что же Иру на улице ждать. - Вперед мужчин нельзя. - Очень мило. Простите, а вы откуда? - Истаравшан. - Это... - Это Таджикистан. - А-а. Далеко вы шли. - Жить надо, работать надо. Ира сказала помогать мне. - Так, ну, если Ира сказала, - пожалуйста. А, да, вперед мужчины нельзя. - Привет. - Привет. Люда, а это ключи от чего? - А это от нашей старой квартиры? - У нас есть квартира? - Да. И мы ее сдаем. Там жилец Максим, очень приличный молодой человек, юрист. Как день прошел? - Странная штука: пытался найти нормальный комплект одежды - и не смог. - А в гардеробе? - Там все новое. А где мои ношеные вещи? - А! Я их только что из химчистки забрала, давай разберу. - Я сам. - А я нам еды купила, очень вкусной, между прочим. Ну давай я разберу. - Я сам. Люда... - А? - Это вещи из химчистки? - Вот паразиты! Ладно, завтра им обратно отнесу. Ты голодный? - Да. - Я тоже. Давай поедим. Я сейчас быстро накрою. - Что вам надо, хозяин? - Кто?! - Хозяин. - Ничего не надо. У тебя очень хорошо получается все. - Я все уметь, что хозяин надо. Я могу быть второй женщиной в доме. Не прогоняй меня. - Это как? - Ну, Ира добрый, Ира меня позвать. Но Ира не любит спать, я спать лучше. - В смысле? - Спать. - А-а... В этом смысле? Я понял. Ну я сейчас быстренько Иру наберу, мы с ней все решим. Ну а ты пока там... Да? - В подвале делать только окно или двери тоже нужно? - Все минируйте. - Зачем вам сигнализация на дверь? - Ребята, у меня там призраки ходят. Привет. Да-да, тут все по плану. Превращаю дом в крепость. Ко мне тут какая-то сумасшедшая в рабство набивается. Эльмара... Или Эльмира... Короче, ты ее позвала? - Не обижай ее. Она несчастная. - И чего мне делать с ней? Жалеть, Ира? - По-хорошему, работу какую-нибудь найти. - Ладно, давай я потом перезвоню, и решим. - Давай. Серия 11 - Егор, родной! - Мама! - Где вы были, сыночек? Елизавета Андреевна, почему вы на телефон не отвечаете? - Я за рулем по телефону не разговариваю. - Вы могли хотя бы предупредить, что куда-то поедете. Я вас попросила побыть дома. - Мы сейчас поедим и опять уедем. - Куда? - В кино. - Егор вчера был в кино. - А сегодня - с бабушкой. - Нет. Он останется дома с мамой. - Мама, не сердись. - Я не сержусь, родной. Пойди пока помой руки. - Ладно. - Вы извиниться не хотите? - Ты в своем уме? На кухне перегрелась? - Я из-за вас до кухни даже не дошла. Вы хоть представляете, как я волновалась? - Господи, я так устала! Мне сейчас еще твои претензии выслушивать. Лучше приготовь нам еду. Да, и как Олег? - У Олега все замечательно, он передавал вам привет. Есть запеканка, но она только для Егора, на вас не хватит. Покормите себя сами. - Останусь голодной. - Ромочка, вот хлеб. Почему ты ничего не ешь? Невкусно? - Прости. Задумался. - Может, нам съездить куда-нибудь? - А? - В Пицунду, например. - Зачем? - Там было очень хорошо в медовый месяц. Понимаешь, нам нужно встряхнуться, вспомнить про наши чувства. С тех пор как ты вышел из больницы, ты постоянно напряжен. - Я думаю. - Все время? Даже ночью? Можно узнать, о чем? - Почему мое обручальное кольцо оказалось в куртке, которую ты принесла из химчистки? - Что? - Хочешь знать, о чем я думаю? Я думаю, что ты меня обманываешь. - Боже мой, Рома, ну кольцо... - Люда, объясни, что происходит? - Да я не понимаю, что происходит. С тех пор как ты вышел из больницы, ты постоянно на меня давишь. Теперь вообще меня обвиняешь во лжи! - Вот почему у меня такое странное чувство, что это не моя жизнь, не мой дом и не моя жена? - Ромочка... - Вот даже "Ромочка". Ты меня всегда так называла? Почему оно звучит так фальшиво, будто ты все время извиняешься? - Потому что я тебя жалею. Ты столько всего пережил! - Пережил... Где были мои вещи? Вот только не надо говорить про химчистку. Почему они оказались в другом месте? Где они были? - Ты действительно в больнице с катушек слетел. (Звонок в дверь.) Можно я дверь открою? Что ты тут делаешь? - Пришел отметить возвращение старого друга. Что, не пустишь? - Проходи. - Держи. О, да мы празднуем уже. Роман. - Доктор. - Доктор... Это я в больнице доктор и твой лечащий врач, а здесь мы лучшие друзья. И я пришел тебе напомнить об этом. Штопор где? А, вижу. Я сам. - А мы дружили? - Люда, скажи. - Да, Рома. Это же Саша. - Саша? - Бокалы давай. - Мне кажется, не совсем подходящее время. - Подходящее, подходящее. Я как доктор разрешаю тебе немного выпить. Между прочим, это твое любимое вино. Я обегал полгорода - его искал. О! Запах вспоминаешь? Давайте выпьем за дружбу. Сегодня у меня редкий и единственный выходной. Ну, где его провести, как не с лучшими друзьями? - А у вас нет семьи? - Давай на "ты". Люда. Сейчас бахнем по чуть-чуть, и я расскажу тебе печальную историю моей жизни, о которой ты забыл. За дружбу. Ну и чего мы как на похоронах? Может, я музыку включу? Ты сиди-сиди, я сам. - Саша, пожалуйста, выключи. Перестань. Пусти меня. - Давай потанцуем. Давай-давай. Он-то не помнит, а ты-то помнишь, как мы тут с тобой... танцевали. - Пожалуйста, отпусти меня. - Тише, тише. Рома, Рома, ты чего? Приревновал, что ли? (Телефонный звонок.) - Да? - Елизавета Андреевна, вы обещали позвонить. Могу я поговорить с Егором? - Ирочка, господи... Мы с Егором попали в аварию. Он не дышит. - Что?! Где вы? - Это за городом, Покровское шоссе, пятый километр, около парка. Господи, что я делаю? Господи, прости меня. Петр Алексеевич? - Да. - Петр Алексеевич, это я. Покровское шоссе, пятый километр, за городом, около парка. Она будет там через полчаса. - Одна? - Я не знаю. Но это лучшее, что я могла придумать. Петр Алексеевич... Петр Алексеевич, вы меня слышите? - Да. - Нет, я не умею играть. - Я сейчас тебя научу. Смотри, конь ходит буквой "Г". Он может ходить через пешку. Раз... - Елизавета Андреевна, вы куда? - А слон может ходить наискосок. (Телефонный звонок.) - Ирочка! - Елизавета Андреевна, где Егор? Что случилось? Почему вы не с ним? - Ирочка, я... Понимаешь, он попросил... - Вы сказали, что он попал в аварию. Его увезли в больницу? В какую? - А Егора здесь нет. Ну здравствуй, любимая. Тихо-тихо. Ч-ш-ш. Вот так, да-да-да. Вот так. Теперь еще сюда. Аккуратненько поправим. Поехали домой? Да, любовь моя? Поехали. - Я запуталась уже. Я вот так не могу пойти, что ли? - Не можешь. Смотри, потому что слон ходит только наискосок, а ладья ходит вперед и прямо. Ты все время путаешь ладью со слоном. - Елизавета Андреевна? Елизавета Андреевна! - Что это с бабушкой? Может, ее укусил зомби? - Перестань. Пойду проверю что. - Только к ней близко не подходи, а то и тебя укусит. - Хватит придумывать! Давай ставь новую партию. - Так... (Стук в дверь.) - У вас все хорошо? Елизавета Андреевна? - Да все хорошо, хорошо. Просто устала. - Я могу приготовить вам шурпа? - А? Да, готовь шурпа. Хочешь - готовь. Я только сейчас отъеду. - А когда хозяин вернется? - А ты что, ждать меня хочешь? - Я хочу ждать Ира. Ира сказала приходить сюда. - Ну ладно, жди дома, только не выходи. Я сигнализацию включу - она будет пищать. Ты, если что, не бойся. - Я не бояться. Одна плохо на улице - дома хорошо. Голосовое сообщение от Ирины: "Максим! Возьми трубку, Максим! С Егором плохо, попал в аварию. Я должна ехать, я тебе перезвоню". Оператор мобильной сети: "Абонент временно недоступен. Перезвоните..." - Ну и что с этим?.. Блин. Здравствуйте. Подскажите, пожалуйста, мальчик, 8 лет, Егор Колышев, попал в аварию. Колышев Егор, 8 лет, попал в аварию. Он в какой сейчас больнице? Да, жду. Что ты стоишь? Иди готовь. Да. А вы уверены? Проверьте еще раз, пожалуйста, чтобы я потом еще раз... Хорошо, спасибо. - С кем плохо? - Ни с кем не плохо. Главное - ты не выходи из дома. Ясно? (Стук в дверь.) - Мама! - Разрешите? - Эй, что происходит? - Ира! Привет. Где Ира? - Откуда мы знаем? - А кто знает? Давайте так: вы мне по-хорошему говорите, где она, а я вам дом не разношу. Идет? - Да как ты смеешь? - Да вот так вот! - А что здесь происходит? Тебе что здесь нужно? - Здравствуйте. А я Ирину ищу. Не подскажете, где она? - А с чего ты взял, что мы знаем, где она? - А кто ей позвонил, сказал, что ребенку плохо? - Что? - Мы? Ты звонила? - Нет. Как я могла такое сказать про Егора? - Так и я не звонила. С Егором, слава богу, все в порядке. - Ну это я вижу. - Так, хватит мне ребенка пугать. - Ирины здесь нет. Можете проверить. И мы ей не звонили. - Значит, это он. Простите, я тут... - Это ведь вы, да? Вы ей позвонили? Вы что сделали? - То, что должна была сделать ради спасения своей семьи. - Кто-то есть? Вот же она. - Кто? - Та девушка. Там... - Где? Там нет никого. - Там была та девушка, которая спасла меня. - Хорош, пацаны. Готов. Посмотри карманы. О, бабло. - Вот еще. - Эй! Вы что делаете? - Хорош, пацаны. Пошли. - Пошли. - Пойдем, сейчас ментов позовет. - Да, ладно, пойдем. Баба же... - Мужчина... Молодой человек, вы живы? Господи... - То есть вы утверждаете, что Ирина Александровна Бойцева покинула город, вне зависимости от того, что дала подписку о невыезде? - Нет, ее похитили. - Похитили, угу. И кто? - Муж. - Муж... - Да, муж. Она от него сбежала из Москвы, потом, несколько дней назад, мы поняли, что он в Погодино. - Так, подождите, стоп. Петр Алексеевич Бойцев сейчас здесь, в Погодино... - Да. - Вы уверены? - Абсолютно я уверен. Он сначала на Иру пытался нападать, преследовал ее, потом напал на меня и... Ну там началось потом... Но это все неважно. Нам сейчас важно подать ее в розыск срочно. Она просто пропала после очень странного телефонного звонка. - Ну так непременно, конечно. Такое дело... Вообще, покидать город до окончания следственных действий - это очень серьезное нарушение закона. - Она не покидала город, ее похитили, я же говорю, против ее воли. (Телефонный звонок.) - Секундочку. Гордеев слушает. Ну. А свидетельница жива? Какая иномарка? Что, просто черная иномарка? Ну объявляйте план "Перехват". Сейчас я выезжаю, давай. Слушайте... Знаете, у меня есть более неотложные дела, чем выслушивать любовника, от которого женщина ушла к мужу. - Какой любовник? Вы мне вообще верите? - Конечно, верю. Просто вы очень эмоционально все это воспринимаете. Я больше чем уверен, то она сейчас в объятиях своего мужа. - В этом и проблема. - Нет, проблема в том, что мы не можем считать ее исчезнувшей. Понимаете? Она когда вам звонила? Час назад? Ну так хотя бы до утра подождите. - До утра она уже мертвой может быть. Вы что, не понимаете? Он ее... (Телефонный звонок.) - Да. Да еду я, минуту подождите! Слушайте, вы очень отнимаете у меня время. Я должен ехать. Всего доброго. - Черт! Спи, спи. Добрый день. Не подскажете, как на Майорово проехать? А то навигатор барахлит. - Добрый день. Лейтенант Старовойтов. Ваши документы будьте добры. - Да, конечно. - А это кто? - Жена. Устала в дороге, спит. Что-то не так? - Минуту. Сейчас по базе пробью. - Да, конечно. Все в порядке? - А кем вам приходится Бойцев Иван Алексеевич? - Братом. А что? - Соболезную. - В смысле? - А вам что, еще не сообщили? - О чем? - Делом вашего брата занимается прокуратура, все подробности... (Визг тормозов.) За ним, живо! - Здравствуйте. Я ищу своего брата: Бойцев Иван Алексеевич. (Звук открываемой двери.) - Здрасте. А вы кто? - А вы кто? - Хозяин квартиры. - А я ее снимаю. - Ясно. Извините, но так сложились обстоятельства, я бы хотел вас попросить освободить квартиру. Деньги вам верну. - Вы здесь один? - Да. - А девушка была, когда приходили? - Нет. - Блин, значит, этот урод ее нашел. - Какой урод? - Да муж ее урод. Простите меня. - Подождите, подождите. Пройдите со мной. Вы об этой девушке говорите? - Да. Для нее как раз квартиру снял. - А вы для нее кто? - Да друг я ей просто. Запишите мой номер на всякий случай вдруг она вернется или... - Подождите, я понимаю, что вы на нервах, но мне кажется, она вернется: вещи здесь оставила. Расскажите поподробнее, что случилось. Может, я могу помочь? - Вам это зачем? - Я с ней знаком. Она мне спасла жизнь. И каким-то странным образом оказалась в моей квартире. - Да, все, что с ней связано, как-то очень странно. - Да. Ну что, предлагаю объединить усилия. - Как хорошо, что я застал именно вас. - Здравствуйте! - Здравствуйте. - Мы тоже рады вас видеть всегда. Вы хотите снова заселиться в номер? - Нет. Вы в прошлый раз говорили что-то про частный сектор. - Но сейчас же ночь. - А вот такая сумма за риелторские услуги вас устроит? - Конечно. - Кто там? - Открывай, соседка, я тебе постояльца привела. - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Знакомься, это твой новый жилец. Как просила - чтоб положительный, солидный. - Да вы что, чумные, что ли? Ночь на дворе! - Лида, этот человек на дух не переносит гостиницы. Тебе какая разница? Все равно не спишь. - Петр Алексеевич. - Лидия Михайловна. - Очень приятно. Вот так. - Вы говорили, что будете один, а вас вот двое. - Я все оплачу. - Ну это само собой. Это кто, жена? - Да. Это моя жена. Могу документы показать. - Нет, не надо. Это, в конце концов, ваше дело. Она больна? - И главное, никто не знает, что с ней. Каких только врачей мы ни прошли, даже за границей были - все без толку. - Жалко. Такая молодая. - Да. (Стонет.) Тихо, тихо, тихо. Придержите ее быстро. - Хорошо, хорошо. Тихо, тихо, тихо. - Вы кто? - Я? - Вот так. Тихо, тихо, тихо. Тебе надо поспать. - Ты? - Да. Осторожно. - Нет! Нет... - Тебе надо поспать, все будет хорошо. Правда, правда, дорогая моя. - Где Егор? Егор... - Поспи, все уже хорошо. Все хорошо, правда. Спи. Вот так. Вот так, хорошо. Вот так. Девочка моя. - Давно вы с ней так мучаетесь? - Да. Давно. Полтора года - как вечность. Ну а что делать? - Повезло ей. - Лидия... Можно я вас так буду называть? - Хорошо. - Лидия, присмотрите за ней? Мне надо будет завтра утром уехать по делам. Конечно, услуги сиделки я вам оплачу. - Не волнуйтесь, посижу с вашей спящей красавицей. - Как нам с вами повезло. Вы такая замечательная, чуткая женщина. Спасибо. - Ой, ну что вы! - Спасибо. - Что вы... - Значит, его нашли на стройке у Колышева? - Да. Скажите, а вы и ваш брат были знакомы с Колышевым? - Да. Колышев должен был нам огромную сумму денег. - Был? То есть расплатился? - Не совсем еще. Видимо, Иван хотел его поторопить. - Видимо. Скажите, а вы в курсе были, что брат в городе? - Нет, я сюда приехал за супругой. - Ириной Александровной Бойцевой, да? - Да. - А она, кстати, где? - Она плохо себя чувствует. Дома осталась. - В гостинице? - Да. - Хорошо. Выздоравливайте. Только на время следствия я попрошу вас: не покидайте, пожалуйста, город. - А что же здесь расследовать? Это Колышев, ясно же. - Ясно-то оно ясно. И даже мотив у него был. Вот только все надо проверить. - Макс, подожди. - В чем дело? Вы не видите, что здесь занято? - А мне плевать. Дело касается похищения человека. - Да мне плевать. Пошел вон отсюда, закрыл дверь с обратной стороны. Тебе здесь двор проходной, что ли? - Я тебе говорю, похищение человека! - Макс, идем. - Что "идем"? - Мы подождем, пока он освободится. - Никого мы ждать не будем! Ты дурак? Чего ты шел за мной? Ты должен подать в розыск! - Я должен? - Да, ты должен подать в розыск ее мужа. - Угу. Теперь уже мужа? - Да она у него сто процентов. Когда это подтвердится, тебе знаешь как стыдно будет? - Да. Стыдно мне не будет. Быстро помогу. Знакомьтесь, Бойцев Петр Алексеевич, муж Ирины. А? - Здравствуйте. - Опа! Ну привет, муж. - А в чем дело? - А где Ира? - Простите, а на каком основании вы интересуетесь, где моя жена? Вы кто такой? - Ой, он, кажется, сказал "женой"? А ты не в курсе? Она от тебя сбежала. - Это касается только нас двоих. А я еще раз спрашиваю: кто вы такой? - Мы - знакомый. - Как? - Знакомый. - А, знакомый. А я муж. Если мы поссорились, то нам и мириться. А вы, знакомый, выйдите отсюда. - Макс, пойдем. - Опять он "муж" сказал, да? Ничего не понимаю. А что сидим? Арестовывай его. Она у него. - И что здесь криминального? - А то, что он ее держит против воли и избивает - нет, не криминально? - Так вы вчера заявляли, что он и вас избил. Сегодня его даже в глаза узнать не можете. Как такое может быть-то? - Он как бы не избил, он напал со спины. - Понятно. Что-нибудь скажете, Петр Алексеевич? Скажите, вы данного гражданина избивали? - Да нет, я его впервые вижу. - Какие-то еще заявления будут? - Короче, Коломбо нам явно не поможет. Муж, давай я тебя просто подожду внизу, и мы все решим? Ты просто не задерживайся. - Давай, Макс, все, пошли. - Да? Ты мама моя, что ли? - Роман Валентинович! - Да? - На секундочку. Сегодня задержали банду из четырех человек. Надо бы их опознать завтра. Можете подъехать? - Хорошо. Но, честно говоря, мало что помню. - Ну, все-таки приезжайте. - Непременно. - Спасибо. Вот так вот, Петр Алексеевич. Вы уж извините. - Да я вас понимаю. Такая работа у вас... - "Муж", блин. Да Ира при одном упоминании о нем от страха трястись начинала. - Да, неприятный тип. - Ты так считаешь? - Если он говорит правду, она с ним. - А что ж она на звонки не отвечает? - Давай за ним. - Думаешь, заметил? - Да вроде нет. - О, это опять вы? - Да, это я. - А что, вам не понравилось у Лидии? - Понравилось. Просто место слишком глухое и далеко от центра. - Это правда, но вы же сами хотели. - Теперь перехотел. Если мой номер свободен, я бы с удовольствием в него заселился. - Да, как раз он свободен. Пожалуйста. - Если меня кто-то будет спрашивать, скажите, что я приехал с женой. Мы отдыхаем, и нас не беспокоить. - Конечно. Добро пожаловать. - Спасибо. - И какой план? Можно тут целый день просидеть. - Тогда я пошел. - Я с тобой. - Бараны. - Да ладно, что за бред? Почему вы мне не можете сказать, в каком он номере? Это что, военная тайна? - Мы не разглашаем подобную информацию посторонним. Постояльцы отдыхают. Тем более у него больна жена, и они просили их не беспокоить. - О как! - Макс, давай отойдем. - Да ладно, я тут подожду. - Давай, давай отойдем. - Да давайте я вам денег дам. Ну чего, работник года, ну! - Макс! - Что? - Ты понимаешь, что ты выглядишь как идиот? Привязался к человеку, домогаешься до его жены. - И что? Я здесь посижу. Он же рано или поздно выйдет, да? Не помешаю? - Хорошо, оставайся. Но я считаю, что нужно человека оставить в покое. - Считай, что хочешь. Ну все, иди, чего? Давай, скатертью дорожка. - Будь на связи. - Ага. - Проснулась уже? Вот и хорошо. Тебе надо покушать. - Где я? - А какая разница где? Главное, что мы вместе с тобой. - Не прикасайся ко мне. Я буду кричать. - Не надо. Зачем? Я не хочу сделать тебе ничего плохого, правда. Я просто хочу покормить тебя с ложечки. Как свою маленькую девочку. - Не хочу я есть. - А надо, надо. Ты не ела ничего со вчерашнего дня. Давай. - Отпусти меня, пожалуйста. - Ну куда? Глупенькая. - Пожалуйста. - Я тебя никуда не отпущу, нет, нет, нет. Послушай, я не хочу, чтобы моя жена скиталась по чужим углам одна. Давай, попробуй. О! Вкусно. Куриный бульон. Давай попробуй. - Я же сказала: я не хочу. - Значит так, если я узнаю, что ты хочешь сбежать, а я же узнаю... - Лучше сдохнуть, чем жить с тобой. - Не надо тебе умирать. А вот кому-то другому - надо было еще 8 лет назад. Зря я его тогда отдал. Зря. - Что? - Елизавета показала мне твоего сына. Кстати, славный мальчуган. Жаль, если с ним что-то случится. Жаль. - Не смей. - А это все будет зависеть от тебя. Мальчишки - они такие неосторожные. Например, несчастный случай на дороге с мячиком. Как тебе? - Ненавижу. - Тихо, тихо, тихо. Спокойно. Теперь ты поняла, что должна меня слушать, просто обязана. И ты будешь делать все, что я тебе скажу. Все абсолютно. Вот так. Спокойно. Молодец. А я тебе говорю: надо поесть. Будешь? Жаль. Тогда тебе придется поспать. Надо беречь силы. Ну что, Лидия? Подслушиваем? - Что вы, Петр Алексеевич. У меня и мыслей таких не было. Не надо на меня так смотреть. Я женщина слабая, у меня сердце больное. - Это вам, Лидия, за ваше молчание, за правильные мысли. Не говорите никому ни про меня, ни про мою жену. - Хорошо, Петр Алексеевич. - Моя жена все время норовит куда-нибудь сбежать. Что поделаешь, больной человек. - Ох, как тяжело с больными, Петр Алексеевич. - А эта комната закрывается на ключ? - Сто лет никто не закрывал. Но я поищу! - Меня интересует информация на одного человека. Все, что только можно: его связи, грехи, бизнес, чем занимается. Хочу знать про него все. У тебя есть люди в Москве? Я хорошо заплачу. - Попробую узнать. Была у меня одноклассница в ОВД. Толковая девка. Если вцепится, то как бульдог. - Буду благодарен. - Под кого копаешь? - Да ни под кого не копаю. Просто хочу знать, с кем имею дело. - По бизнесу, что ли, пересекались? - Какая разница? Пусть по бизнесу. В общем, Бойцев Петр Алексеевич, москвич. Дату рождения не помню, на вид - 40-50 лет. - Окей. Я тогда перезвоню. - Спасибо. По радио: "В эфире криминальные новости. В Москве совершено дерзкое ограбление отделения банка. Следственный комитет взял под особый контроль дело о наезде сотрудником ДПС на пешехода в Перми. Погодино. Убит брат известного московского бизнесмена Петра Бойцева. Уже есть подозреваемые. Его имя в интересах следствия не раскрывается". - Давай, мои храбрые воины. - Слушай, убери его отсюда. Сидит целый день уже. - Угу. Сейчас разберусь. Так, гражданин, вы здесь уже весь день сидите. - Да. И? - Это вам не ночлежка. Встал и вышел отсюда - или я тебя выведу. Давай. Поднимайся. - Резонно. - Выходи. - Спасибо, Гриша. - Уходите? А когда вернетесь? В смысле - калитку запирать или как? - Или как. Я скоро вернусь. - А жена? - Она спит. - Опять? В смысле, хорошо, что спит. Сон же полезен. А что делать, если проснется? - Она не проснется. - А-а. - Я сейчас полицию вызову. - Причина? - За то, что вы портите репутацию отеля. Устроили тут пикет какой-то! - Жаль. Жаль, что мы так поздно встретились. Если бы чуть-чуть раньше и при других обстоятельствах, может, что-то бы получилось. - Уходите. - Не могу. Очень понравилась. Гостиница - я имею в виду. Так что, пожалуйста, оформляйте меня. Сколько ночь? Ну, в гостинице? Сдачу себе. И, пожалуйста, побыстрее. Я устал, хочу спать, и вы мне не можете отказать. - Да, спасибо вам. Хорошего вечера. - О, скудные чаевые? Не, не, не парься. Я тоже работал, всю кухню знаю. Как раз после этого всегда нормальные чаевые дают. - Да? Что ж, мне очень жаль, что вы не мой клиент. - Дружище, а подработать не хочешь? Не, не, не, ничего криминального. Я просто человека одного потерял, а грымза внизу никак не хочет сказать, в каком он номере. Поможешь? Узнаешь - дам еще тыщу. Серия 12 - Только, пожалуйста, не устраивайте там драку. - Что ты! Никаких драк, просто посмотрю, там он или нет. - А давайте я сначала уйду, потом делайте что хотите. - Добрый вечер, обслуживание номеров. Откройте, пожалуйста. Может, спит? Я не знаю, ушел, наверное. - Не мог уйти, у него машина внизу. - Ну что делать? - Нам нужна горничная, которая остро нуждается в деньгах и у которой есть ключ от всех номеров. - А у меня как раз есть такая знакомая - растеряша. Удачи. - Петра Алексеевича дома нет. - А супруга? - Никого нет. Уехали они вместе. - Давно? - Дня три назад. - Не подскажете куда? - А вы что, следом собрались? Вряд ли у вас такая зарплата. Петр Алексеевич отдыхает только на дорогих курортах. - А этот дорогой курорт не в Погодино, случайно? - Даже не слышала о таком месте. - А вы новости включите. В этом Погодино брата вашего хозяина нашли - мертвым. - Они это, точно они. Я их, душегубов, хорошо запомнила. Особенно того, мордатого. - Очень хорошо. Спасибо большое. Вы нам очень помогли. Выход прямо и направо. Ну что, Роман Валентинович, готовы? - Ну я же сказал, что с того вечера я ничего не помню. - Давайте все-таки попробуем, а? Граждане задержанные, нос повыше, перед собой смотрим. Узнаешь? - Эй, мужик, дай закурить. - Не курю. - Слыхали, пацаны, он не курит. - Чего надо, мужики? - Здоровый образ жизни ведет. Чего ты стоишь? Гони бабло и мобилу. - Перебьешься. - А ты дерзкий. - Крайний. Вот этот тоже был. - Да я чего-то проснулась, смотрю - ты лежишь, такой родной. Думаю: ну чего я как дура себя вела? Какое-то помутнение. Прости меня. Ты ведь еще меня любишь? Да? Поехали домой. - Да ладно? - Развяжи. - Давай-давай. Иди сюда. - А Петр Алексеевич? - Не мешай. - Стой! Он меня убьет! Не пущу! - Уйди с дороги! Да плевать! - Ой, сердце. Помоги... Ой, сердце... - Да что с вами? - Сердце... Скорую, скорую... - Алло, скорая? Тут человеку с сердцем плохо. Адрес? Адрес! Не знаю я, какой адрес. Сейчас посмотрю. Не кладите трубку! В трубке: - Алло, девушка! Алло! - Лидия! Лидия! - Как же! Я тебя отпущу, а он очухается - с меня шкуру сдерет. Нет. Две собаки грызутся, третья - не мешай. - Ну и где мы, Сусанин? - Да я все время по этой тропинке шел, а сейчас вон оно как выкрутилось. - Ну и что теперь? В какую сторону-то пойдем - туда, сюда? Ты сам-то хоть раз был здесь? - Ни разу я здесь грибы не собирал, ни разу! - Ну, куда? Где дорога-то? - А вон. Пойдем. - "Дорога", "дорога"! Сусанин! - Да. - Иди уже! - Ну вот она, дорога, я же говорил. А ты - "Сусанин", "Сусанин". - Степа. - Чего? - Иди сюда. Смотри, это же могила, и свежая. - Не наше это дело. Пойдем отсюда. - Ой, нет, надо в полицию звонить. Это очень странно. - Позвоним, когда из леса выйдем. Пойдем! - А, птичка рвется на волю. А куда? К Олежке? Так он тоже в клетке, и надолго. Давай-давай, бегом, если считаешь, что он готов мне заплатить сто лямов. Процентики-то набежали за столько лет. Лучше о сыне подумай. Еще раз рыпнешься - и ему конец. И ты знаешь, я слов на ветер просто так не бросаю. - Я в полицию пойду. - Даже если меня закроют, я все равно до него доберусь. У меня связей хватит для этого, не сомневайся. А теперь выбирай: или ты выходишь отсюда и подставляешь своего сына, или ты остаешься со мной. Ира дай-ка воды, а то во рту пересохло. Налей воды. Вот, хорошо. Ой, еще бы таблеточку, а то голова раскалывается. Лидия! Лидия: - Петр Алексеевич, сейчас, бегу-бегу! Да. - Принеси таблетку, а то у нее голова разболелась. - Хорошо, сейчас. - Собрала? - Да. - Отлично. Олег просил еще что-нибудь почитать, ты помнишь? - Да, я положила пару детективов. - Ну господи, ну ему сейчас только детективы читать. Лучше бы что-нибудь историческое. Не надо, оставь, оставь! В следующий раз. - Что с нашим адвокатом? Вы дозвонились этому Петру? - Да вот звоню, звоню... Он не отвечает, подлец. Ну пусть он не думает, что я просто так от него отстану. (Телефонный звонок.) - Ну и что ты на меня волком смотришь? Собирайся, у нас куча дел. Надо уладить дела с Иваном, отправить его в Москву, да и самим уже пора выбираться из этой глуши. - Мое присутствие обязательно? - Обязательно. Мы же теперь с тобой, как любящие супруги, все должны делать вместе. Или ты не согласна? Молодец. - День добрый. - Кому как. - Ну что, как там мой утопленник? - Утопленник... Утопленник утонул, и, судя по всему, сам. Никаких следов насилия нет - скорее всего, несчастный случай. - Дело можно закрывать? - Выходит, так. - Ну что, спасибо за оперативность. - Без проблем. - А это чье тело? - Молодая женщина, до 30-ти. Найдена в лесу. Причина смерти - механическая асфиксия. Ее задушили. - Я хотела спросить, чье это дело, кто его ведет? - Рябинин. - Поняла, спасибо. Ну что, поехали? - Прикинь, мне только что по твою душу позвонили. - Кто? - Да тут кое-кто собирает информацию, не поверишь, на Петра Бойцева. Узнали, что ты под него тоже копаешь, ну, и просили связать. - Ты даже не представляешь, как я теперь буду под него копать. - Что-то еще случилось? - Случилось. А твой человек по какому делу звонил? - Просто один бизнесмен из Погодино заинтересовался. Видимо, интересы схлестнулись. - Из Погодино? На ловца и зверь бежит. Ладно, скинь мне его контакт, позвоню ему позже. Поехали. - Стой! - Э, мужик! Ты чего под колеса бросаешься? - Так иначе никто не остановится. Мне в больницу надо, я... я... - Эй, ты чего? Сейчас, подожди, скорую вызову. Алло! - Да поймите, что это та самая женщина, которая изображала Ирину Бойцеву. А теперь она задушена. Ясно же, что это его рук дело. - Кому ясно? У вас есть доказательства? Предъявите. И что значит "изображала жену"? Перед кем изображала? И как можно не заметить подмены? - Да в том-то все и дело, что он держал ее в доме и никого близко к ней не подпускал. А эту шляпу и очки объяснял тем, что она сделала пластическую операцию! - Чушь это какая-то. Водевиль. - Отдайте мне это дело, прошу вас! Я докажу! В конце концов, если она жила там, какие-то следы ее наверняка остались. - Санкцию на обыск без явных улик не дам. И не уговаривайте меня! - А если прислуга подтвердит, что она там была? - Вот когда подтвердит, тогда и поговорим. А сейчас идите. - Подтвердит. Обязательно подтвердит! - Нет, ни марку, ни цвет машины я не заметил. Не успел. - Тогда как вы можете утверждать, что это был Петр Бойцев? - Да потому что это он был! Кто еще? - Ладно. Сообщите мне, когда вам будет лучше. - Да мне сейчас прекрасно просто, не видишь? Лежу отдыхаю! Чего ты ждешь? Он меня сколько раз уже пытался?.. Сколько? Я просто живучий. - Мне хотя бы свидетели происшествия нужны. - Ну так иди ищи! Иди! Ты полиция! - Ну, я думаю, на сегодня достаточно. - Я тоже так думаю. Спасибо, доктор. - Все, ребята, с меня тоже достаточно. Давайте меня выписывайте. - Лежите, лежите! Спокойнее! - Я не буду лежать, полежать так с гипсом я могу и дома, понимаете. - Вы не понимаете. За вами нужен уход. - Так за мной есть кому присмотреть. Санитаров позовите. Позовите санитаров. - Вы даже встать не можете. - Так именно поэтому надо их позвать! Простите. Телефон мой верните, пожалуйста. Мне надо позвонить. Слушайте, вы не можете меня держать здесь насильно. Свои права я знаю. Поэтому под мою ответственность. Верните телефон. Роман: - Максим, я тебя понял. Успокойся. Я внимательно тебя слушаю. Ты же сам сказал, что ничего не видел, даже марку машины. Спокойно. Я тебе не следователь Гордеев, орать на меня не надо. Ладно, я поговорю со следователем. Диктуй адрес. Угу... Понял. Все, давай. А что ты здесь делаешь? - Привет. Вот, пришла покормить тебя. - Я спросил, что ты здесь делаешь. - Пришла проведать: я волнуюсь. - Мы уже все обсудили. - Что значит "обсудили"? Ты наорал на меня, избил человека и просто ушел. - Вот как-то неудобно получилось, да, что ко мне память вернулась? - Да, я тебе изменила. Да, мы хотели с тобой развестись, но потом ты меня простил. Я действительно поняла, что я сделала большую ошибку. Мы хотели забрать заявление. - Вот я этого что-то не помню - странно. - Может быть, ты просто не хочешь ничего помнить? У тебя ведь теперь другой идеал. - Да, у меня другой идеал. - Ну хорошо, скажи мне, кто она. Где, когда вы познакомились? - Да какая разница-то? Тебя это совсем не касается теперь. - Рома, ты бредишь. В тот вечер, когда тебя ударили, ты признавался в любви мне. Ты мне дал шанс. Мы хотели начать все сначала, мы хотели поехать в путешествие. - Все, хватит! Я знаю, что ты врешь. Вот только можешь объяснить мне, зачем я понадобился тебе в больнице? Объясни мне. - Потому что я люблю тебя, Рома, и хочу вернуть. - Вот моя женщина. Познакомилась? Теперь иди. Женщина: - За мой 32-й день рождения. Мужчина: - За твой 44-й. - Тема, ну что ты начинаешь. Слушай, а который час? А, ну скоро пойдем. - Добрый вечер. Закажете что-нибудь? - Меню будьте добры. - Хорошо. - Спасибо. - Пожалуйста. - Хорошее вино. - Да, очень. - Какое кольцо у вас, просто прелесть. Чудо. Можно взглянуть? - Да, конечно. - Очень красивое. А где покупали, если не секрет? Давно такое ищу. - Ну, где покупали, там уже нет. Это штучная работа. Да, котик? - Да. Знаете, купил на ювелирной выставке. Авторская работа. - Он всегда дарит только эксклюзивные вещи. Так что вы такое нигде не купите. - Понимаю. Очень красивое! Ну, спасибо! Всего доброго. - Да, до свидания. Все замечают твое кольцо. Пойдем. - Пожалуйста. - Спасибо. - Это уже третий человек, который заметил эти бриллианты. - Мне кажется, даже четвертый. - Четвертый был ты. - Добрый день. - Добрый. Вы по поводу нападения? Так все, уже поздно: все материалы собраны, отправляю в суд. Вас вызовут как свидетеля. - Да, хорошо. Я не по этому вопросу. - А по какому? - По поводу Ирины Бойцевой. - И вы туда же? - Да. Я ей обязан, поэтому я волнуюсь. С внезапным исчезновением... А если Максим прав? Вы знаете, о ком я говорю. - Да я догадываюсь. Он мне в больнице уже сказал, что на него напал муж Бойцевой. - Я в курсе. И понимаю, что все его заявления немного эксцентричны, но, может, стоит прислушаться? - Ну хотите прямо сейчас? - Я понимаю, вы заняты, у вас много серьезных дел, но если ее здоровье и жизнь находятся под угрозой? - Здоровью Ирины Александровны Бойцевой ничего не угрожает. Пойдемте. Убедились? Можете быть свободны. Если что, вас вызовут повесткой. Бога ради, извините, что заставил вас ждать. - А кто это был? - Это свидетель по одному делу. Неважно. Ирина Александровна, рад вас видеть. Грешным делом, подумал, что вы уже уехали из города. - Нет, я помню, что, пока идет дело, я не имею права покидать город. - Я надеюсь, что мои адвокаты уладят этот вопрос. Разумеется, законным путем. Нам все-таки хотелось бы побыстрее уехать в Москву. Да, Ириша? - Да. - С вами все в порядке? - Ну конечно, все хорошо. Мы все уладили. Главное, что мы вместе. Как говорится, расставили все точки над "и". - Да, все хорошо. - Ну а теперь к делу. Я хочу забрать тело брата и отправить его в Москву. Это возможно? - Можете, конечно, только не сегодня. Дело в том, что дело еще не закрыто и криминалисты работают. Но это вопрос буквально пары дней, ладно? Вы уж извините. - Да. Что подписать? Хорошо, сейчас поднимусь. Иди к машине, жди меня. - Вы меня узнаете? - Нет. - Это ведь вы меня тогда спасли на набережной. - Нет, вы обознались. - Я не обознался. - Послушайте, уходите. Он не должен нас видеть вместе. Он очень опасен, уходите. Что вы стоите? Я прошу вас! - Ну что ты стоишь, садись в машину. Давай, давай, бегом, бегом! - Родной, ты чего? Ты чего скучаешь, не играешь? - А с кем? Ты все время ходишь, папы нет. Тетя Ира обещала приходить, а сама не приходит. Что с ней случилось? - Да ничего с ней не случилось, все с ней нормально, занята просто. - Нет. Она любит меня и не стала бы мне врать. И пришла бы. Может, она из-за папы не приходит? - Почему из-за папы? - Потому что он сидит в тюрьме, и она думает, что он бандит, и не хочет с нами дружить. - Да что за глупости! Ты где такое услышал? Никто так не думает о твоем папе. А самое главное, ты так думать не должен. - Я не думаю. Я-то знаю, что он хороший. - Правильно, потому что так и есть. - А тетя Ира? - И тетя Ира твоя тоже. Ты у меня такой большой, такой взрослый, умный сын, а рассуждаешь все равно как маленький. Ты маленький? Ты маленький, что ли? Маленький? (Телефонный звонок.) Подожди, звонит кто-то. Сейчас приду. - Угу. - Алло! - Привет. Это я. - Я думала, мы не разговариваем. - Остановись, не до разборок сейчас. Я твое кольцо видела. - Мое кольцо? - Твое, твое! Которое у Камиллы осталось. - Я поняла. Где? - В ресторане, на девушке какой-то. Она была с мужем. Я за ними проследила. Они в гостинице остановились. - Спасибо, Дима. (Телефонный звонок.) Да, Вика, слушаю тебя. - Я его нашла! Вернее, Лина нашла. - Что ты там нашла-то? - Кольцо, которое я у Камиллы оставила. Оно у одной женщины. Короче, приезжай скорее. - Куда "приезжай"? - В гостиницу на Лесной, она там живет. - Вы что, там с Линой слежку устроили? - Это Лина проследила. - Ну а я что, по-твоему, должен сорваться?.. Так. (Глубоко вздыхает.) Извини. Давай, жди меня там, сейчас буду. Поработал! - Что вы все ходите? Я же вам сказала, что хозяев нет. В отъезде. - А я вам верю. Только на этот раз я пришла именно к вам. Посмотрите, Анна Михайловна... Узнаете эту женщину? - О божечки, как это? - Узнаете? - Кого? - Ее. Посмотрите внимательнее. - Да видела я уже. Ужас какой! Теперь и не заснешь. - Хозяйка ваша? - Хозяйка? - Разве не ее Петр Алексеевич представлял как свою жену? - Да что вы такое говорите-то? Она совершенно не похожа на Ирину Александровну. - А мне кажется, именно ее я здесь видела в прошлый раз, когда приходила к Петру Алексеевичу. Только тогда и он, и вы говорили, что она... - Я ничего такого не говорила. - Скажите еще, что вы ее никогда не видели. - Да не видела! - Ну что же, не хотите по-хорошему, придется пригласить вас в прокуратуру. - Приглашайте. - Завтра в 8:00. Только там наш разговор будет вестись уже под протокол. - Ну это вам виднее. - Это уже совсем другая ответственность. Вы же понимаете, что за дачу ложных показаний предусмотрена статья? Ну так что, будем говорить? - Я все сказала. - Ладно, жду вас завтра. Не придете сами - доставят в наручниках. Всего доброго. - До свидания. (Звучит напряженная музыка.) - Добрый день. - Здравствуйте. Старший следователь Гордеев, уголовный розыск. - Чем обязан? - Скажите, ваша жена в номере? - А что? - Пригласите поговорить. - Соня, иди сюда! - Иду-иду. - День добрый. - Здравствуйте. - Старший следователь Гордеев. - Вы следователь? А что случилось? - Только один вопрос: где и когда вы купили это кольцо? - Я купил, и что? - Я спрашиваю, где и когда? - Дома купил, в Волжске. А в чем, собственно, дело? - А дело в том, что это кольцо у нас проходит по делу об убийстве. - Что?! Жора? - Так, спокойно. Я никого не убивал, понятно? Я это кольцо купил у одного знакомого, по случаю. - Адресочек знакомого дадите? - Конечно. Сейчас. - Ты же мне сказал, что купил его на выставке! - Соня! - Просто мне он сказал, что купил его на выставке. Отдать? Поняла. - Давай. Вот ты и дома. - Дом, милый дом. - Держи. - Я же его покупал и думал, что новую жизнь начну. Вот, начал. Красота! - Главное, жив. - Это да. - Ира, значит, с мужем? - С мужем. Но она не выглядела счастливой. Он любезничал, она, скорее всего, терпела. Мне как-то это все не понравилось: что-то тут не так. - Ой, да все там так. Все, как следователь сказал. Поссорились - помирились. Ну, в смысле, до следующей ссоры. - Давай ключи-то. Дойдешь? - Допрыгаю сейчас. Спасибо. Ты только не пугайся: у меня тут одна сумасшедшая живет. - Ох! Ай, хозяин! - Ну вот. - Я ждать. Никого нет. Беда-беда-беда. Я бояться! - Да тихо ты! - Ой, нога больной. Что случилось? - С ногой все хорошо, заживет. Это свои. Чайку нам приготовь. - Хорошо. - И к чаю что-нибудь тоже. - Хорошо, хорошо. - Понял, с кем жить надо? Да не удивляйся ты так. Пойдем чайку выпьем. - Чего надо? - Хозяина. - Я хозяин. Чего хотел? - Сколько дашь? - Нисколько. - А чего так? Золото же. - С дерьмом смолотое. - Не получается по-хорошему - давай по-плохому. УГРО. - Ой, е!.. - Угу, вот такие дела. Ну что, как идет торговля? - Какая торговля? Я что, кому-то что-то продал? - Это мы быстро выясним - в отделении. Пойдем. - Ну ладно, гражданин начальник, давай как-то договоримся, что ли? - Договориться? Можем попытаться. Узнаешь? - Ну! - Кто, когда, почем? Давай-давай-давай, вспоминай. - Ну я что, помню, что ли? Я паспорт у них не проверяю. Телка какая-то была. - Какая телка? - Я не помню. - В отделении вспомнишь? - Блондинка вот такого роста. - Молодая, старая? - Молодая, лет 25. - Она? - Да, она, она. - А вот теперь давай-ка ты точно вспоминай, когда это было. - Я не помню. Ну... недавно. - От этого зависит, жива она или нет. (Стонет.) (Рыдает.) - Алло... Помогите, пожалуйста. Помогите, пожалуйста! - Ребята, аккуратнее везите. - А это кто ж такая? - Ой, да не знаю. Видела ее как-то пару раз. На четвертом этаже квартиру снимает, а кто она - бог ее знает. - Мария Васильевна, какие-то документы у вас есть? Родственники могут привезти? - Все украли. Нет документов. И родственников нет. - Ребята, аккуратно загружаем. Все, поехали. - Просыпаемся, Мария. Как самочувствие после наркоза? Не тошнит? Эй! Маша? Мария! - Я не Маша. - А кто же ты? - Камилла. Камилла Григорьева. - Ну что же, в скорой напутали? Ладно, разберемся. - Геннадий Иванович, новая пациентка какая-то странная. - А что такое? - В скорой представилась Марией Ивановой, а сейчас говорит, что она Камилла Григорьева. Документов нет. - Может, в полицию позвонить? - Я бы подстраховалась, Геннадий Иванович. - Значит, домработница пропала? - Да. Вызвала ее к 8, а она не пришла. Поехала туда. Водитель говорит, что приехал утром, но в доме никого, мобильный выключен. - Н-да... Все это действительно подозрительно. Хорошо, Наталья Сергеевна, санкцию на обыск вы получите. - О, Саша, ты здесь? - Так, значит, вы ничего не видели? - Говорю же вам, не было меня здесь! - Давай там еще. Есть что-нибудь? - Чисто. Вообще никаких отпечатков. Такое ощущение, что здесь никто и не жил. - Ну что же, это тоже результат. - Наталья Сергеевна! Нашел. В кабинете есть след. - Зачем вы пришли? Я ничего противозаконного не совершала. - Но я вас, собственно, ни в чем не обвиняю. Вы просто так внезапно исчезли. Тут вообще думали, что вас похитили. Что же вы так внезапно покинули Погодино? - Я не могла больше там оставаться: там он. - "Он" - это Олег Колышев? - Да. Я думала, что мы будем вместе. Я ведь ребенка от него ждала, а теперь вот потеряла из-за него. - Мои соболезнования. Вообще, врачи говорят, что у вас организм молодой, здоровый - быстро справляется со всем. Я уверен, что у вас еще будут дети. Держитесь. Скажите, а вы помните, кто вас ударил по голове? - Меня никто не ударял. - У вас в карте написано, что у вас черепно-мозговая травма, вы в курсе? - Так... я упала. - А где? - Я не помню. - Странная вещь получается: вы не помните абсолютно, где, когда вы получили травму головы, но абсолютно точно помните, что вас никто по ней не бил. Чего вы выгораживаете Колышева-то, а? Вы только что мне тут плакались, что он вас предал. Ладно, позже поговорим. Там врачи говорят, что вас с минуты на минуту выпишут. Если что, я могу вас подвезти до дома. - До дома? - Ну да. Вообще-то вас мама дома ждет, беспокоится. - Нет, я лучше здесь. Я не хочу домой. - Что, боитесь Колышева? Зря. Он задержан. - Задержан? - Да. - Он что-то натворил? - Ну... Вам что-нибудь имя Иван Бойцев говорит? - Нет. А кто это? - Его тело было найдено на стройке, он погиб при очень странных обстоятельствах. - Вы думаете, что это Олег? Знаете, а я хочу домой. - Ну и здорово. Я тогда поговорю с врачом. - Это ее отпечатки. Ее отпечатки в его кабинете - значит, она там была. - Да. Да. Значит, Петр Алексеевич Бойцев - наш главный подозреваемый. Но брать его сейчас я бы не спешил. - Да почему? - А ты сама не понимаешь? Человек он состоятельный, влиятельный. У него лучшие адвокаты в городе, они в пух и прах разобьют наши улики, которых у нас не так много: только отпечатки пальцев убитой. - Ну подождите... - Не перебивай. Что дает это доказательство? Что девица была у него в кабинете - и что? Адвокаты скажут, что она проникла туда незаконно, что она шпионила, что просто хотела ограбить их клиента, а он ее застал и вышвырнул из дома. И в тот момент она была жива и здорова. И свидетели найдутся. - Но домработница же пропала. - У него и другая прислуга имеется, и все они заявят их версию. Нет, тут надо действовать как-то по-другому. - Думаю, мне нужна командировка в Погодино. - Поезжай. Серия 13 - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Прошу. - Спасибо. Это ваш лучший ресторан? - Да. - Ну что, выбирай себе салатик. Я сейчас приду. - Вам счет? - Да, посчитайте, пожалуйста. - Молодой человек, можно мне ручку и листочек? Я верну. - Ну что, выбрала? А куда ты смотришь? Ты на этого смотришь? Ты его знаешь? - Нет. - Ну-ка, посмотри мне в глаза. Ты его знаешь? - Я тебе вчера ответила на этот вопрос. - Так, мы уходим. Пойдем. - До свидания. - До свидания. - Ой, уже приехали! А я не ждала так рано. - А зря. - Камилла, доченька! Вернулась! Осунулась, похудела. Ты где была-то? У нас тут такое было!.. Ой, такое! (Плачет.) - Мама, все хорошо. Ладно, ладно. Ну, не реви так, а то я сейчас сама расплачусь. Кого ждала-то? - Да жильцов. Они вроде как в ресторан поехали. - Опять сдаешь? - А как же? Отца-то посадили. - Давно пора. - Жить на что-то надо, а тут еще горе такое! Ты куда пошла-то? Может, сядем покушаем? Я накрою. - Да хочу посмотреть, с кем жить придется под одной крышей. - Вот. Солидный человек, и платит очень хорошо. Пойдем отсюда, а? Пойдем. - Солидный, говоришь? А это что? - А это лекарство. У него жена болеет, и он ей уколы делает. - Лекарство? - Да. - Это наркота, мама. - Как - наркота? - Мама, ты что творишь? Ты кого в дом пустила? - Так я же думала: обыкновенный человек. Он женатый. Любит свою жену, ухаживает за ней все время. - Так любит, что наркотой ее обкалывает. Гони их отсюда, мама! - Пойдем. Пойдем, а. - Черт, а! - Выходи. Быстрее давай. Да пошла ты уже. - Камилла, доченька, давай я тебя все-таки покормлю? (Скрип входной двери.) - Давай-давай, шевели копытами. Давай-давай. - Это любящий муж, да? - Значит, ты от меня бегаешь, другим кобелькам глазки строишь? Я же могу с тобой по-другому поговорить. Ты меня поняла? Ну и молодец. Мы уезжаем. Иди в машину. - Топай давай. Ну чего ты разлеглась? Вставай. Давай вставай, вставай. - Эй, отстал от нее! - Да отвали. Ты кто такая-то? Вставай, я сказал. - Сам пошел. Я сейчас полицию вызову. Скажу, что ты человека наркотой травишь! - Да заткнись. - Камилла! Не трогай ее, слышишь? - Мало? - Сейчас ты получишь! Сейчас я всех позову! Я полицию, соседей позову! - Да зови кого хочешь! Видишь, чего ты добилась? Давай вставай. Не бойся, давай. Ах ты лживая тварь... (Кричит.) - Помогите, пожалуйста! Помогите! - Что случилось? - Помогите! Он ее сейчас убьет! - Ухажер. - Камиллочка, стой! Стой! Не пущу. - Пусти, мама. - Не надо тебе туда! - Да отстань, мама! Сволочь! - Камилла! Убили! Убили! Убили! (Слышны гудки.) - Молчит Петр? - Молчит, подлец. Не понимаю, что случилось. - Может, занят человек. - Боюсь даже себе представить, чем он может быть занят. - Что? - Да занят, говорю. Конечно занят, а до нашего горя и дела никому нет. - Так, ладно, вы, значит, не звоните ему больше. Будем сами искать адвоката. Чтоб тебя! - Ну все, заканчивайте. - Здравия желаю. - Здравия желаю. - Да-да, все оцепили. - Валя, а что тут происходит-то? Полицию нагнали. - Кого-то убили, говорят. - А кого? Лидку, что ли? - А кто ж его знает-то? Может, и Лидку. - Доченька! За что? Камилла, родненькая, не молчи, скажи хоть слово! Доченька! - Лида, Лида, не убивайся. Все обойдется, обойдется. - За что?! - Обойдется все. - Вот она, она во всем виновата! - Да что ты? - Если бы хоть слово сказала, я бы эту зверюгу в дом не пустила! - Лида! - Ты во всем виновата! - Уведите ее, пожалуйста. Уведите. - Лида, дорогая... - Пусти, я с ней поеду! Пусти! - Ну поезжай, поезжай. Поезжай. Батюшки... - Если кто виноват, то это я. - При чем тут вы? - Потому что удар предназначался мне. До сих пор не понимаю, как она оказалась позади меня. - Она хотела помочь. Это все из-за меня. - Единственный, кто виноват, - это ваш... - Слушайте, не называйте его так. Он мне не муж и никогда им не был. - Тише-тише. Все прошло. - Спасибо. - Хорошо, что скорая быстро приехала. Надеюсь, что спасут. - Да я тоже надеюсь. Хотя у врача не такие оптимистичные прогнозы. - Его нашли? Убийцу нашли? - Найдем. Все осмотрено, оцеплен каждый сантиметр. Парни, давайте за мной. - Все будет хорошо. (Звонит телефон.) (Слышен лай собаки.) - Здесь, похоже. Бойцев, выходи с поднятыми руками! Он здесь был. Телефон оставил. Ушел, гад. - Какой-то "Е.А." пропущенный. - Может, "какая-то"? - Так в чем проблема? Давай перезвоним и узнаем. - Да нет, пусть прокурорские сами разбираются. Пошли, он не мог далеко уйти. - Вот, товарищ капитан, целая аптека. - Ого! - Откуда столько наркоты-то, а? - Он же фармацевт. Крупнейшая фармкомпания под ним. - Ознакомьтесь, подпишите. Вы тоже. Все верно? - Угу. - Тогда пишите: "С моих слов записано верно". Дата, подпись. (Звонит телефон.) Капитан Гордеев. Слушаю. Чего? Ладно, принято. Опять двадцать пять. - Что случилось, Никита Александрович? - "Что случилось"! Ушел! Судя по всему, по воде. - Что? - Вы же понимаете, что она теперь в опасности? - Да понимаю я все. Давайте так: я поговорю с начальством, чтобы вас взяли в программу по защите свидетелей. - Да не меня нужно брать! Ребенка нужно брать под защиту! Он же Егору угрожал! - Об этом я тоже поговорю с начальством, но вы должны понимать, что вряд ли. - Вряд ли? Защита свидетелей предполагает и охрану семьи. - Семьи, правильно. Ключевое слово. А Егор гражданке Бойцевой кем приходится? - Он мой сын. - И есть на это документы, да? И решение суда? Может, какие-то иные документы? Слушайте, я могу поговорить с ребятами, чтобы вас там внештатно... Понимаете? - Понимаем. - Ирина Александровна, я надеюсь, вам не стоит напоминать о том, что вы находитесь под подпиской о невыезде? Покидать город я вам не рекомендую, потому что вы важный свидетель. - Настолько важный, что нужно охранять меня, а не ребенка? - Ира! Я обещаю, что она не уедет из города. - Да уж постарайся. - Ирина! Ира! Ира! - Ну что еще? Я спешу. Давайте хотя бы я вас подвезу? - Спасибо. - Вот моя машина. Пойдемте. Все будет нормально. Его найдут, и вы будете вспоминать это как страшный сон. - Спасибо вам. - Есть кто? Эй! - К Егору не пущу. - Я не отношения приехала выяснять. - Да ладно? - Егора нужно срочно увозить из города. - Ты оригинальнее ничего не придумала? - Вика, ты можешь пускать меня к Егору, можешь не пускать, но ты должна меня выслушать. Елизавета Андреевна, не ожидали? Думали, больше никогда меня не увидите? - Ира, я... - Я не хочу слушать ваши оправдания. С вами я разберусь позже. Сейчас я приехала защитить Егора. Ему угрожает опасность. - Боже мой! Это какой-то ужас! Нет, я, конечно, могла себе представить, что Петр страшный человек, но чтобы вот так угрожать ребенку! - Прекратите, Елизавета Андреевна. Все вы знали. Еще тогда, 8 лет назад. Но сейчас не в этом дело. Нужно подумать, как обезопасить Егора. - Нужно нанять охрану и приставить человека к ребенку. - Нет, это все равно опасно. - Согласна. Нужно увезти Егора от Петра. - И от тебя. - И от меня. - Так, все, мы уезжаем. - Подождите, а как же Олег? Он что, останется один? - Есть же вы. - Какой от меня толк? - Я думаю, он все поймет, если речь идет о сыне, о безопасности его сына. - Странно, что вы беспокоитесь о безопасности его сына. Хотя я прекрасно понимаю, что дело тут вовсе не в Олеге. - Да какая разница? Это все не важно сейчас. Пожалуйста, давайте вы вдвоем сегодня останетесь у нас. Так спокойнее будет. Пойдемте, я покажу вам вашу комнату. - Уходишь? А я как раз к тебе. - Что, новости есть? - Есть. Мы провели ДНК-экспертизу волос, обнаруженных в руке убитого Ивана Бойцева. - Ну? - И знаешь, кому они принадлежат? - Кому? - Камилле Григорьевой. - Да ладно! Так... - Прошу прощения, товарищ старший следователь, но дать разрешение на это я не могу. - Слушайте, вы мне сами сказали, что она пришла в сознание. - Да, сказал. - Ну? - Пациентка находится в критическом состоянии, и я даже боюсь, что она не доживет до утра. - Серьезно? Ну тогда тем более я должен с ней поговорить. - Никита Александрович, ваше человеколюбие меня просто поражает. - Ладно, давайте так: я задам ей только два вопроса. - Нет! Категорически нет. - Девушка, добрый вечер. Подскажите, а Камилла Григорьева в какой палате лежит? - В 17-й палате, но к ней нельзя. У вас есть разрешение заведующего? - Аня, Аня, зови Александра Сергеевича: там мамашке, той, что с дочкой порезанной, совсем плохо. - Камилла... Камилла... Камилла... У меня к вам будет один вопрос. Камилла, вы помните этого человека? Это Иван Бойцев. Я вам про него рассказывал. Это его нашли на стройке мертвым. У него в руке была обнаружена прядь ваших волос. Камилла, если вам сложно говорить, можете отвечать пальцем: вот так будет "да", а вот так будет "нет". - Это я его туда столкнула. - Что? - Я столкнула его туда, в эту яму. Я не хотела. Он напал - я защищалась. - А зачем его бетоном залили? - Он хотел выбраться. Я испугалась. - Вы понимаете, что это признание в убийстве, пусть даже и в целях самообороны? Хотя все это еще доказать надо. - Мне уже не надо. - Ладно, я потом зайду, когда вам легче станет. Извините. - Подождите, вы еще здесь? - Я ухожу. Мужской голос: - Алло. - Привет. Это Петр. - Бойцев? - Да, я сейчас на этом номере. Слушай, мне нужно выехать из страны. Сделай, пожалуйста, документы. Ты же знаешь, я в долгу не останусь. - Да без проблем. Хоть завтра. - Ну, завтра они не понадобятся - где-то через неделю. Нужно завершить одно дельце. - Ха! А куда денется крупный бизнесмен Петр Бойцев? - Петр Бойцев сегодня вечером умрет. - Понял. - Давай. - Давай. - Внизу покажете дежурному. - Получается, с меня сняты все обвинения? - Совершенно верно. Камилле скажите спасибо. Конечно, это фигуральное выражение. - Ну почему же? Скажу лично. - Не получится. - А-а, она задержана. Ну что же, я найму ей лучшего адвоката. Лучшего! - Сегодня ночью Камилла Григорьева скончалась от полученного ранения. - Это все? - Еще одна сумка наверху. Егор! Егор, да что ж такое? Давай быстрей! - Мы собираемся. - Долго. - Спасибо. Всего вам хорошего. - Олег? - Привет. - Тебя выпустили? - Да, оправдан по всем статьям, как говорится. - Навсегда? Ты уезжаешь? - Не я. - Хорошо. - Понимаешь... - Что он здесь делает? - Он со мной. - А Максим? - Папа! Папочка вернулся! - Здорово! - Олег! - Привет. - Тебя выпустили. А мы с Егором уезжаем. - Вы с Егором? - Да. - Куда? - Да к черту на рога - в Саратов. - Зачем? - Это для безопасности Егора. - А ему что-то угрожает? - Петр. - Он через него хочет с ней поквитаться. - Мы решили пока пересидеть у родственников Романа Валентиновича: он нас там точно не найдет. - Это очень любезно со стороны Романа Валентиновича. Мы вам благодарны. - Да не за что. - Мама, уведи Егора. Никто никуда не едет. - Слава богу. Пойдем. - Как? Подождите. - Ира! - Скажи ему, Вика. Олег, ты что, не понимаешь? Мы имеем дело со зверем, причем с загнанным зверем, и ты не можешь гарантировать безопасность Егора. - А кто может? Роман Валентинович? Его родня в Саратове? Нет, я сам позабочусь о своем сыне. - Это не только твой сын - ты не можешь решать единолично. - Могу, Ира. Я за свою семью любому Петру глотку перегрызу. Да, дорогая? - Да, дорогой. Ты как? - Соскучился. - Вот что он делает? Из-за своего мелочного самолюбия он рискует жизнью ребенка! - Ира, только плакать не надо. В конце концов, он взрослый человек и достаточно состоятельный, чтобы обеспечить охрану семьи. А вам нужно отдохнуть и прийти в себя. Кстати, вас ждет ваша комната. - Какая комната? - Которую для вас снял Максим. - Максим? Господи, я совсем про него забыла. - У него сейчас постельный режим. - Почему? - По его утверждению, он стал очередной жертвой Петра. Садитесь в машину, я по дороге все расскажу. - Докатились! Сто каналов, а смотреть нечего. Я за три недели просто с ума сойду! - Сейчас кушать будем. - Эльмира, куда кушать? Я уже... - А хочешь, я тебе музыку включить? - Станцуй мне еще. - Я могу танцевать. Я хорошо танцевать. - Блин! Да шутка это. Как же все чешется! Ну не дави же ты! Еще и телефон молчит, дозвониться никому нельзя - ад какой-то. - Ты опять переживать за Ирину? - Ну какая тебе разница, за кого я переживать? - Я тоже за Ирину переживать. Но я знать, что с ней все хорошо. - И откуда же ты знать? - Я знать. - Откуда? - Вот здесь. - Так, полегче. Эльмира, не надо. Ты чего? Эльмира... Ух ты! - Ира, я сейчас. - Эльмира, подожди. Ой, Эльмира... Ира? Пусти-пусти. - Я же говорить, что с ней все в порядке. - Да... я... Пусти, Эльмира... - А Максим где? Все в порядке? - Более чем. Я думаю, сейчас ему лучше не мешать. - Какой запах! Я снова дома. - Ты дома, дорогой. Приятного! - Ну наконец-то. А я уж думала, не дождусь. - Как Егор? Он так хотел уехать. - Уже не хочет. Я с ним поговорил, пообещал, что мы на каникулах обязательно поедем на море, а сейчас нам лучше оставаться всем вместе. - А вот это правильно. Совершенно верно. А то придумали тащить ребенка куда-то к незнакомому человеку. Прямо, ей-богу, какая-то авантюра получается. - Мы, вообще-то, как лучше хотели - увезти его подальше, чтобы этот Петр не нашел. - Я его сам найду, если надо. - Нет-нет, ты тоже, знаешь, на рожон-то не лезь. Это все-таки дело полиции - пусть она сама и разбирается, а наше дело, как говорится, быть бдительными и не спускать глаз с Егорушки. - Может, нам охрану нанять? - Я позабочусь об этом. Я теперь обо всем позабочусь. - Молодец, сынок. Молодец. (Звонок в дверь.) - Сиди-сиди, я открою. Олег, тут опять из полиции. - Ой, господи! - Добрый день. Старший лейтенант Козлов. - Добрый день. А в чем дело, лейтенант? Какое очередное злодеяние, которое вы решили на меня повесить, случилось в Погодино? - У вас вообще совесть есть? Человек только домой вернулся, еще не успел кофе выпить. - Гражданка Елизавета Андреевна Колышева здесь проживает? - Ну, это я. - Попрошу вас проехать с нами. - Куда? Зачем? - Старший следователь Гордеев хочет снять с вас показания. - Какие показания? Мама, что происходит? - Ну чего ты так разволновался-то? Если сам старший следователь, сам Гордеев, меня просит, разве я могу ему отказать? Но только, я надеюсь, наша беседа не затянется, а то у меня еще три операции сегодня. - Этого я знать не могу. Нам велено вас доставить - мы должны доставить. - Боже мой, как торжественно! Ну что же, доставляйте. Я могу хотя бы одеться? - Пожалуйста. - Большое спасибо. - Мама... - Все хорошо. Чтобы к вечеру был праздничный ужин в честь воссоединения семьи. - Ты что-нибудь понимаешь? - Устали? - Очень. - Тогда вам надо прилечь. - Скажите, вот как объяснить Олегу, что, пока Петр на свободе, нужно увезти ребенка? - Я думаю, у вас будет время переубедить его. А сейчас надо отдохнуть. Хотите чаю или кофе? - Нет, вам тоже нужно отдохнуть. Возитесь со мной два дня, а вас дома заждались. - Да я уже дома. Я хозяин этой квартиры. Да все хорошо, вы садитесь. Вы можете спокойно здесь оставаться. - Да ну, как-то неудобно. - Ирина, ну почему же? Максим отдал деньги Людмиле за ваше проживание. Вы можете спокойно здесь жить. - А Людмила? Это ваша жена? - Мы разводимся. - Да, я не отпираюсь: я звонила Петру Бойцеву. Мы давно знакомы. Ну, знакомство, знаете, не очень приятное: он вообще человек тяжелый. - Нет, давайте поконкретней. Зачем вы так часто ему звонили? - Он обещал помочь с адвокатом для Олега. - И все? - Все. - Ну ладно, хорошо. Давайте теперь перейдем к его жене, Ирине Бойцевой. Скажите, зачем вы так часто намеренно пытались выманить ее из дома? Кстати, из которого она была впоследствии похищена. - Я?! Выманила?! Каким образом? - Ну вот, на основании заявления гражданки Бойцевой: 2-го числа между восемнадцатью и девятнадцатью часами у вас состоялся диалог по телефону, в котором вы сообщили, что ее сын, Егор Колышев, попал в аварию. - Это просто... это просто бред! Во-первых, я бы никогда в жизни не смогла такое придумать про своего родного внука. А во-вторых, пускай эта гражданка Бойцева еще докажет, что Егор ее сын. - Так, подождите. Давайте так: это вообще никакого отношения к делу не имеет. То есть вы отрицаете сам факт разговора? - Конечно. Категорически. - Вот это дела! А у меня тут совершенно другая информация. Вот биллинг сотового оператора на ваш мобильный телефон, в котором указано, что 2-го числа в 18:27 у вас состоялся диалог с гражданкой Бойцевой по телефону - что отражено в ее заявлении. - Ну, допустим. Возможно. Возможно, что был разговор, но мало ли о чем мы говорили. - Вообще не помните? - Слушайте, ну если я не помню! - Не помните? - Ну я не помню! Слушайте, ну как я могу помнить, о чем был разговор? - Хорошо, давайте по-другому. Вы задержаны на 48 часов. - Что значит задержана? - Задержаны по подозрению в соучастии в похищении человека. Дежурный, заберите подозреваемую. - Да вы что? - Пожалуйста. - Петр Алексеевич Бойцев, серия, номер. Что ж, все правильно. - Отлично. - Прошу вас, распишитесь. - Все? - Да. Благодарю вас, что решили воспользоваться услугами нашей компании. Всего доброго. - Спасибо. А можно за отдельную плату канистру бензина? - Не вопрос. - Прекрасно. - А Елизаветы Андреевны так и нет? - Нет. Я позвонила ей домой, сказали, что ее в полицию вызвали. - В полицию? Это еще зачем? - Я не знаю. - Привет, девчонки. - Здравствуйте. - Здравствуйте, Александр Сергеевич. А вы уже уходите? - Да, можно сказать, ухожу. Уезжаю насовсем в Волжск, предложили возглавить частную клинику. Людмила Валентиновна, зайдите на минуту. - Да, конечно. До свидания. - До свидания. - Ну что, Люсь, уезжаю в Волжск. Давай хлопнем, что ли, за все хорошее, что между нами было. - А что между нами было? - А разве нет? За что ж тебя твой Ромочка-то бросил? - А вот это не твое дело. И не надо так улыбаться. - А я хочу, чтобы ты знал, что я всегда любила только Романа. Всегда. - Да ты что? Значит, когда я тебя на этом диванчике и на кушеточке в процедурной между дежурствами, ты все время Ромочку любила? - Ах ты!.. - Ну что, поговорила со своим следователем? - Поговорила. - Что с мамой? - Он сказал, что она арестована по подозрению в соучастии в похищении человека. - Какого человека? - Какого? Иры, конечно. Она дала показания против Елизаветы Андреевны. - Не может быть. - Может, к сожалению. Я знала, что Елизавета Андреевна что-то затевает, но я не понимала что. Она только все время говорила, что делает это ради семьи. - До Луговой подбросите? - А какой у тебя рост? - Чего? - Рост какой? - 170. - Свободен. - Я хорошо заплачу. - Я сказал: "Свободен!" - Роман! - А я думал, еще спите. Ходил в магазин за продуктами. В доме шаром покати. Что? - Что это? - Это всего лишь рисунки. Они вас напугали, что ли? - На них я. - Потому что единственное, что я вспомнил из того вечера после нападения, - это были вы. Все остальное стерлось из памяти. Я ничего не помнил, даже имени своего. Единственное, что меня связывало с реальностью, было ваше лицо. Я начал рисовать, чтобы вспомнить. - И теперь, когда вы вспомнили, наша встреча неслучайна, так? - Поверьте, то, что вы оказались в моей квартире, - это случайность, и наша встреча в полиции тоже. А все остальное... Когда я узнал, что вам угрожает опасность, признаюсь, я за вами следил. Но вы меня спасли, я не мог поступить иначе. Я понимаю, что вас могли напугать эти картины, но, поверьте, вы здесь в полной безопасности. У меня и в мыслях нет ничего дурного. - Как-то это странно. - Да, я понимаю. Пожалуйста, поверьте мне. (Сигнал клаксона.) - Куда ехать? - На вокзал. - Садись, подвезу. - Едем. - Давай сумку назад поставлю. Сейчас кресло поправлю здесь. - Проблемы? - Нет-нет, все нормально. Тихо, тихо, спокойно. Ну и все. Вот теперь можем ехать. Серия 14 Снится: - Ирочка, господи, мы с Егором попали в аварию! - Что? - Он не дышит! - Елизавета Андреевна, где Егор? Что случилось? Почему вы не с ним? Его увезли в больницу? В какую? - А Егора здесь нет. Ну здравствуй, любимая. Тихо-тихо, тсс. Вот так, да-да-да. (Звонит телефон.) - Да. - Я хотела бы узнать, как там Егор. Все в порядке? - С Егором все хорошо. С Елизаветой не очень. - Пожалуйста, не оставляй его одного нигде. Не отпускай его, ладно? - Мы дома, и с Олегом я ничего не боюсь. - Ты просто не знаешь, на что способен Петр. Если бы не ты, его вообще не было бы в нашей жизни. - С кем ты говоришь? - Оставь уже наконец в покое нашу семью. - Да, мы сами знаем, как позаботиться о собственном сыне. - Дай мне. Ира, что тебе нужно? - Олег, я с ума схожу от страха. Не надо бояться. Одна преступница уже в тюрьме благодаря тебе, другого скоро поймают. Мы в полном порядке. - Преступница? - Ты же сама дала показания, что мама участвовала в твоем похищении. - Да, так и есть. Если быть точной, то твоя мама участвовала в двух похищениях: меня и моего сына восемь лет назад. Так что да, Олег, она преступница. - Я проклинаю тот день, когда ты вернулась в Погодино. - А может быть, раньше? Тот день, когда ты проиграл нашу жизнь в казино? - Нам надо встретиться и поговорить. - Да, надо расставить все по местам. - Только не здесь. - Давай в центре в кафе "Волна" в два часа. Найдешь? - Найду. - О чем ты собираешься с ней говорить? - Я хочу вытащить мать из той дыры, в которую она ее засунула. Я приду, поговорю с ней и буду очень вежлив. По крайней мере, постараюсь. - Олег, не ходи. - Вика, не волнуйся, все будет хорошо, я спокоен, я держу себя в руках. Все будет хорошо, я разберусь. - Доброе утро. - Доброе. - Скромный завтрак. - Спасибо. - Можно кофе? - Конечно можно. - С молоком? - Если можно. - Хорошо. Плохо спалось? - Уснуть не могла. - Я тоже поспал два часа. Вот, прошу. Немного взбодрит. - Спасибо вам за все. - Перестаньте. Нет никакой неловкости. Вы мне спасли жизнь, и я рад, что вчера спас вас - ну, хотя бы вас. Что собираетесь делать, когда все закончится? Уедете? - Ну, в Москву точно не вернусь. надо искать работу здесь. Долги отдавать Максиму, вам. - Вы мне ничего не должны. - Должна. Извините за все это беспокойство. Вот странно как-то мы с вами познакомились. - Да нет, вполне обычно встретились. - На набережной ночью? Обычно. - В парке восемь лет назад. Вы не помните? - Нет. - Конечно, столько лет прошло. Осень, парк. Вы с красным зонтиком. - Здравствуйте, девушка. Можно с вами познакомиться? Меня Роман зовут, а вас как? - Нет. Не буду я с вами знакомиться. - Ира! - Я к вам подошел, чтобы познакомиться, а вы мне отказали. - Это были вы? - Да, я. Я пытался вас как-то найти, чтобы еще раз встретиться. Не смог. - Что ж вы раньше-то об этом мне не сказали? - Видел, что вы испугались, подумали, что я маньяк какой-то. А я посчитал, что это нас судьба сводит раз за разом. - Я... Я, пожалуй, пойду. - Вы куда? - Спасибо вам за все еще раз. Правда, мне надо идти. Еще раз извините. - Ира, подождите. - Нет, Роман, правда, мне сейчас это не надо. До свидания. - Ира, постойте, давайте вас провожу. - Не надо, я сама. - Вы когда вернетесь? - Послушайте, Роман, я вам очень признательна, но жить мне здесь не стоит. - Вы здесь можете жить сколько угодно. - Нет, не могу. Я понимаю, что я вас испугал, но поверьте, во мне нет ничего страшного. Я просто влюбился в девушку в парке, и все. Я женился неудачно, развелся, потом встретил вас. Ира, вы верите в любовь с первого взгляда? - Не надо! И не ходите за мной больше. - Леонид Маркович, вызывали? - Да, вызывал. Проходи. Садись. Знакомьтесь - наша коллега из Подмосковья Соломатина Наталья Сергеевна. - Капитан Гордеев. Никита Александрович. Очень приятно. - Взаимно. - Ну, и что вас привело к нам? - Петр Алексеевич Бойцев. Да-да-да, он и в Подмосковье наследил. Вот, ознакомьтесь. - Эта женщина изображала его жену. Одно время я предполагала, что настоящую Ирину Бойцеву постигла та же участь, но Леонид Маркович ввел в курс последних событий. - Собственно, я и вызвал вас для того, чтобы вы это дело передали Наталье Сергеевне. - В смысле "передал"? - В смысле Петр Алексеевич Бойцев прописан в Подмосковье, а значит, и дело... - Преступление-то произошло здесь! - Как видите, не только здесь. - Вы меня, конечно, извините, но я против. - Значит, так... Я, как старший по званию и ваш непосредственный начальник, приказываю вам передать это дело Соломатиной Наталье Сергеевне. Капитан, по губам читайте - приказываю! - Леонид Маркович, может, не будем столь категорично? Думаю, мне пригодится помощь Никиты Александровича. Вы не против? Будем напарниками. - Держи. Вкусно? - Угу. Мам, ты чего? - Ничего. Я сейчас. - Что случилось? Тебе плохо? - Да, мне немножко плохо. Совсем чуть-чуть. Нам нужно в аптеку. Доедай, и поедем. - Можно я дома останусь? - Нет, нам сейчас лучше поехать вместе. Ешь. - Там есть тропинка, надо пройтись туда. Тропинка вон туда уходит. - Я там закончил. - Угу. Ну что, получится опознать? - Обгорело так, что невозможно, разве что по вещам вот. - Спасибо. Ну что имеем? Машина прокатная, оформлена на Бойцева Петра Алексеевича. - Хотите сказать, что тело в машине тоже его? - Пока все указывает именно на это. - Не слишком ли удачные совпадения? Машину взял по своим документам, сумка целехонькая рядом валялась - будто специально, чтобы все подумали, что это он. - Надо, конечно, узнать: может, еще кто-нибудь заявлял об исчезновении человека. Но пока все указывает на то, что это именно Петр Бойцев. Если жена опознает его вещи... - Да-да, именно этого он и добивался. Он теперь на все способен. Помните Яну Тришину? - Угу. - Свидетельница по делу. А что с ней стало? - Н-да. Ну, скрестим пальцы? Будем надеяться, что это Петр Бойцев? Потому что в другом случае у нас новый висяк. - Постой там, пожалуйста. - Да. - Тест на беременность. - Что-нибудь еще? - Нет. - Слушай, иди в 6-ю палату, там новенькие. - Угу. - Измеришь температуру. - Хорошо. - Здравствуйте. А Камилла Григорьева в какой палате лежит? Ее позавчера привезли. - А вы родственница? - Нет, знакомая. - Она умерла, простите. Мы не спасли ее. Вам лучше с врачом поговорить. Знаете, в 10-й ее мать лежит, отнесите лучше цветы ей. Ей сейчас очень нужна поддержка. - А что с ней? - Ну а вы как думаете, после такого? Сердце. - Лидия... Мне очень жаль. - Это ты во всем виновата. Будь ты проклята! - Да я и так уже проклята. Непонятно за что. - Как же, ты вот стоишь... а дочка моя... - Простите меня, я не думала, что привезу в этот город беду. Я не хотела, чтобы так получилось, простите. - Бог тебя простит, а я не могу. - Он за все ответит. Я вам обещаю: если ему удастся избежать суда, тогда я... - Ты ничего ему не сделаешь! Уходи! - Вы местная в этом городе, все знаете, где мне достать оружие? - У моего мужа был пистолет. В сарае, в зеленом ящике. На пристани. Он там сети хранит. - Я знаю, где это место. Прощайте. - Нет, не то. То что надо. - Ну, что могу сказать... Обвинение, которое выдвинула Бойцева Ирина Александровна против вашей матери, очень серьезное. - Ее слово против слова моей матери. - Биллинг телефонных звонков показал, что Елизавета Андреевна постоянно была на телефонной связи с Бойцевым. Накануне похищения Ирины Александровны она ей звонила, а потом уже Петру Бойцеву был звонок. - Это ничего не доказывает, у них могли быть другие дела. - Какие? Какие дела? Таксист, который подвозил Ирину Александровну в день похищения, опознал вашу маму. Он уже подтвердил, что это она была на 5-м километре Покровского шоссе. И показания похищенной и таксиста совпадают. - У вас только один свидетель - и тот, который ничего не видел, что было дальше. - Да? Елизавета Андреевна нам не смогла объяснить, почему она выбрала такое странное место для встречи. Есть у нас еще один свидетель - хозяйка дома, где Бойцев держал потерпевшую. - Что, она тоже видела Елизавету Андреевну? - Нет. Она видела, как привезли Ирину Александровну в бессознательном состоянии в дом, а это тоже доказывает версию похищения. - Ну вы же не знаете содержание звонков моей матери, о чем они говорили с Петром Бойцевым. Это могло быть и не связано с Ириной. - Только администраторша гостиницы рассказала нам, что накануне похищения ваша мама встречалась с Бойцевым в холле гостиницы и их интересовала почему-то только Ирина Александровна. Мне продолжить? - Может быть, я лично поговорю с мамой и она мне сможет что-то объяснить? - Это не ко мне. Разрешение на свидание может дать только следователь, который ведет дело. - Я знаю. И хорошо знаю этого следователя. Ему только дай возможность на нашей семье отыграться. - Напрасно так говорите. Следователь Соломатина не знакома с вашей семьей, ее интересует только Ирина Александровна. - Соломатина - не Гордеев? - Вот обратитесь к ней, может, она чем поможет. - Послушайте, вы ведь хорошо знаете мою маму. Ну что случилось, откуда вдруг такая жестокость по отношению к женщине, которая была... - Которая кем была? - Вашим другом, я имею в виду. - Это громко сказано. Мы общались только официально: мы были оба в попечительском совете нашего города. Вот и все. - Ну пожалуйста, прошу вас ради ваших прежних теплых отношений, в рамках попечительского совета, разумеется, прошу вас. - Пишите заявление следователю Соломатиной, она рассмотрит это все в общем порядке - может, чем-то поможет. Извините. - А биллинг звонков моей матери показал ее звонки вам, а ваши - ей? Какие такие вопросы попечительского совета вы решали с ней по ночам? - Господи, спасибо. (Звонит телефон.) - Вика, перезвоню, не могу говорить. - А у меня для тебя сюрприз. Ты скоро вернешься? - Я только еду на встречу. - Что с мамой? - Маме нужен адвокат. Есть свидетель, что она причастна к похищению. - Я не понимаю, зачем ты едешь на встречу. Ты хотел, чтобы Ира отказалась от показаний. Если это невозможно, зачем с ней встречаться? - Вика, я тороплюсь. Давай, все. Перезвоню. - Да что ж такое! - Алло, это Карен? Здравствуйте. Я хотел бы купить вашу машину. - Ну не надо! Не надо, я тебя прошу. Да хватит! Комфортно мне. - Здравствуйте. - Здравствуйте. - Продукты вам принес. - Спасибо. - Здорово. - Здорово. А Ира где? - Не знаю, надеялся, что у тебя. - А что случилось? - Максим, таблетку кушать, пожалуйста. - Да, спасибо. - Максим, в туалет надо? - Что? - В туалет. - Ты сдурела совсем? Иди приготовь нам чего-нибудь. Есть будешь? - Нет. Чай, пожалуйста. - Вот чаю сделай вкусного. Да садись, что стоишь? - Я смотрю, у тебя тут полноценный уход. - Ага, как в дурдоме у меня тут уход. Не отвлекайся давай! Ногу почешу только - все, из того угла уже бежит ко мне, чешет. А по телику что-то смотрел, ну какую-то там фигню, и так просто, разговор захотел поддержать, говорю: "По-моему, ерунда какая-то". Все, уже пульт нашла, клацает что-то, переключает, спрашивает. А финал - это вообще был!.. Не отвлекайся там давай! Финалочка просто. Сижу, задумался, понимаешь? Ну, за мыслями куда-то улетел. Так медленно поворачиваюсь: дыхание услышал - сидит, в глаза мне смотрит и говорит: "Хозяина нудно?" - Ну и чем ты недоволен? - Что? Ну так... Короче, что там с Ирой? - Да сложно все. Похоже, я облажался. - В смысле? - Ирина с ногой тебя увидит и бежать, а я остаться. Я лучше. - Да после того, что ты там устроила, она не только побежать могла - взлететь! - Похоже, она тебя в оборот взяла. - Угу. - Ругаетесь как супруги. - Сплюнь! Накаркаешь - ногу сломаю. - Да... - И костыль подарю. - Что-нибудь еще? - Нет, спасибо. - Здравствуйте. Столик на одного? - Здрасте. Нет, меня ждут. - Будете что-нибудь заказывать? - Нет, спасибо, ничего. - Ну здравствуй, Олег. - Здравствуй. Я только что был у Денисова... Мне даже свидание с матерью не дают. - Чтобы выманить меня на встречу с Петром, она сказала, что Егор попал в аварию. Для нее ничего святого нет. - Допустим, она это сделала. Допустим. Но мы же не знаем почему? Может быть, он ей угрожал. - Скорее всего. Но она могла меня предупредить, мы что-нибудь придумали бы. Не знаю, полицию вызвали. - Ну что, ты станешь счастливее, оттого что моя мама сядет в тюрьму? Ты этого добиваешься? - Олег, единственное, чего я добиваюсь, это чтобы мне вернули мою жизнь, которую вы с Елизаветой Андреевной у меня отняли. Ну и еще чтобы Егор был здоров и в безопасности. - Егор. Ты думаешь, он станет счастливее, если он узнает, что Вика не его мама? - Я не хочу, чтобы Егор был несчастлив, но я хочу, чтобы он узнал правду: что я его потеряла, а теперь нашла; что мама Вика будет в его жизни; что просто у него две мамы. Такое же может быть? - Ох, две мамы, две мамы... Две мамы. Как я все это ему объясню, восьмилетнему человеку? - Ну, давай скажем, что ты думал, что я умерла. - Ох, я не уверен... - А потом ты встретил Вику и полюбил ее. Так бывает. - И ты останешься довольна, да? Довольна ролью приходящей мамы? Ира, ты сама веришь в это? Ну, что ты сможешь вот так спокойно смотреть, как мы живем, как играем, гуляем, как спать ложимся? - У меня хотя бы будет сын. - Вот. За все это время, за эти годы вот кто-нибудь хотя бы раз спросил, а что хочу я? - И чего хочет Олег? - Ира, я не буду говорить, что... ...я был несчастен все эти годы без тебя. Нет. Все сложилось более-менее. Но я врал. Я врал Вике, врал Егору - и продолжаю врать. И вдруг появляешься ты - просто ниоткуда. И вдруг я понимаю, что я почему-то могу начать с тобой все сначала. - Я тоже. Но не я все это начала. - А ты могла бы... ...начать все сначала? - Теперь? - Люди разводятся - такое бывает. И Егор может жить на два дома. - И ты бы простил мне Елизавету Андреевну? - А ты ее простишь? - Ты мне сейчас все это говоришь, чтобы я забрала заявление. - Ира! Ира, подожди. Подожди. Я говорю не про маму, не прошу у тебя за нее ничего. Я говорю о нас с тобой: ты и я. Ира, мы же нашу жизнь разрушили. Я не знаю, любишь ты меня или нет сейчас, но я тебе хочу сказать одно, что если бы вдруг ты меня полюбила, как раньше, то... Хотя я тоже понимаю, что этого не может быть! ...то я бы сейчас просто горы свернул, правда! Ты мне дай обо что опереться. - Да у тебя есть Вика, она твоя опора! - Папа! Тетя Ира! - Салют! - Привет. - Привет. - Ты как? - Хорошо. - Откуда ты здесь? - А мы с мамой приехали. - Ты зачем приехала? - Я беременна. - Что? - Сама пока не очень верю. Но меня просто распирает от счастья, особенно когда вижу, как вы с Ирой снова поладили. - Рассказывай, как ты? - Хорошо. (Звонит телефон.) - А, сейчас. Да, это Ира Бойцева. (Звучит тревожная музыка.) - Она забрала заявление? - Ты сказала, что ты беременна. - Сюрприз. - Я сейчас. - Я сейчас приеду. - Что случилось? - Меня вызывают на опознание. - Опознание кого? - А что такое опознание? - Один очень плохой человек погиб. Его совсем не жалко, но его нужно похоронить. - Петр? - Да. - Я тебя отвезу, садись в машину. Садись. - Едем домой. Олег... - А я отвезу Иру. - Куда? - На опознание. Петр погиб. Поезжайте домой. Все, тебе нельзя волноваться. Идите в машину. - Пока, папа! Пока! - Пейте чай, пожалуйста. - Спасибо. - Спасибо, Эльмирочка. А теперь иди, пожалуйста, наверх. - Хорошо. - Дай нам поговорить. Так это мы с тобой теперь, получается, не друзья, а соперники, раз нам одна и та же женщина нравится. - Скорее, друзья по несчастью. У меня настолько же мало шансов, как и у тебя. - Не скажи. Я вообще-то с ней раньше познакомился. - Не раньше. - Я тебя умоляю. Вот эта романтическая встреча сто лет назад вообще не в счет. - Я не собираюсь с тобой соревноваться, тем более сейчас. - Не надо меня жалеть! Да, я сломал ногу, но в остальном-то я... - Да я не про тебя говорю, а про Ирину, когда она в таком положении. Да еще этот псих на свободе. И прыжки двух влюбленных идиотов сейчас неуместны. - Ладно. И что ты предлагаешь? Просто подождать, пока оно само собой как-то рассосется сейчас? Нет, нет, нет, я ждать не буду. Мне еще надо мои грешки с этой сумасшедшей замаливать. - Предлагаю ее охранять. - А? - Поскольку она явной помощи от нас не примет, делать это незаметно. - Что, телохранителя ей наймем? - Ну а самому слабо, что ли? - Ты сейчас ничего не замечаешь? - А башка тебе для чего? - Есть. - Угу. И пить. - Не могу поверить про Петра. А ты? - Да, неожиданно. - Что с тобой? - Ира, знаешь, вообще ты права. Скажем Егору, что у него две мамы. Будешь приходить навещать его. - Я понимаю. Это была минутная слабость. - Олег Николаевич, здравствуйте. На минутку можно? В общем, в связи с тем, что преступник больше не может дать никаких показаний, все произошедшее с Елизаветой Андреевной можно представить в более благоприятном для нее виде. - То есть про Петра - это правда? - Правда. - До суда дело не дойдет? - Я порекомендую вам очень хорошего адвоката. - Спасибо. - Не за что. И еще. Я дал разрешение на свидание вам с мамой, можете прийти прямо сейчас. И личная просьба. Давайте постараемся больше не пересекаться в неофициальной обстановке. Договорились? - Договорились. - До свидания. - Мама, смотри, там дядя машину чинит. - Ну чинит и чинит. - А можно я ему помогу? Я умею. Меня папа учил. - Солнце, я думаю, дядя прекрасно сам справится. Идем. - Тогда можно что-нибудь дома починю? - Для того, чтобы дома что-то починить, нужно сначала сломать. - Но это легко. - Не надо, я шучу. Идем съедим что-нибудь вкусное. А потом сломаем. - Ладно. - Да, это его часы. Он лично заказывал вкрапление этого камня. Как это произошло? - По предварительным данным был совершен поджог. Автомобиль и водитель в нем сгорели. - Я могу увидеть тело? - Там не на что смотреть. От тела почти ничего не осталось. - В общем, вы подтверждаете, что это его вещи, правильно? Подпишите, пожалуйста, протокол. - Вы уверены, что он погиб? - Ну конечно. Да и дело закрываем. Так что вы в полной безопасности. Теперь, в принципе, можете быть свободны. - Не торопитесь. У меня будет к вам пара вопросов по московским делам. - Ну, я тогда - в архив. - Скажите, вы знаете эту женщину? - Нет. А кто она? - Это Яна Тришина. После вашего отъезда она исполняла вашу роль для окружающих. А это фотография из морга - после того, как она не справилась с этой ролью. - Господи! - Может, расскажете, что произошло? Зачем Петр устроил весь этот маскарад, потом убил свидетеля? - Я не знаю. Мы поссорились. Он поднял на меня руку, и я убежала из дома. - В доме была кровь. Ваша? - Не знаю, я бежала сломя голову. Сколько ей было лет? - А вы не хотите приобщить к делу рассказ о том, как он вас избивал? - А зачем? Он же умер. - Вы уверены в этом? - А вы нет? - Ну, полностью сгоревшая машина и тело в ней - очень похоже на инсценировку собственной гибели. Вам так не кажется? - Вот как. - Он, конечно, сейчас в бегах и, скорее всего, попытается с вам связаться. Вам нужна защита. - Мне? Нет. - Но вы не сможете сами себя защитить. - Ошибаетесь. Вы спрашивали, чья это кровь была там, дома. Так вот, это кровь Петра. Я в него стреляла. Жалко, что промахнулась. - А это хорошая идея - поймать его на живца. На вас. Мы к вам приставим сотрудника, который... - Послушайте. То, что Петр жив, - это всего лишь версия. Факты говорят об обратном. И я буду верить фактам. - Подождите, вы только что были со мной согласны. - Разве? На минуту показалось, что это может быть правдой, но нет. Петр мертв - и точка. Я могу идти? - Олег, ну неужели нельзя договориться с Ириной? Пообещай ей все что угодно! Я тебя умоляю, ну вытащи ты меня отсюда! - А что свидетелям "пообещать"? - Ой, да какие еще свидетели?! Их показания - тьфу! Это же можно интерпретировать как угодно! - Вот именно, мама, вот именно. Поэтому у тебя будет хороший адвокат. - Это Ирина тебя настроила, да? Или Вика? Вы что, сговорились за моей спиной? Я вам уже не нужна, да? - Мама, ну не говори ерунды. - Давай так. Если вы разведетесь с Викой, ты женишься на Ирине. Егор будет жить с вами: с тобой и Ириной. То она тогда заберет показания? Ну заберет же? - Мама, ну что ты заладила? Этого никогда не будет! - Но пообещать-то ты ей можешь? Господи, я не выдержу здесь больше ни дня! Нужно сделать так, чтобы она отказалась от обвинения. - Она не откажется, а я не разведусь с Викой. Она беременна. - Как? Какая чушь! - Это не чушь - это чудо. После стольких попыток - и вот, получилось. - Но как же?.. Как же "чудо"? - Представь себе. - Нет, ну хорошо. Даже если это так, а с чего ты взял, что это твой ребенок? - Мама, ну ты вообще уже! А чей же еще?! Вот я, вот Вика. - Да, "вот я, вот Вика". Но твоя Вика переспала с твоим следователем. Таким образом вымаливала разрешение на свидание с тобой. Нарядилась, как... проститутка! И пошла к нему ночью. Даже меня не постыдилась. - Ты врешь. - Да спроси у нее сам. Только мать тебя по-настоящему любит! - Так вот, значит, где твое логово. - Сынок! - Да, мама? - Гуляй так, чтобы я тебя видела. - Хорошо. Дядя! - Ну что тебе, малец? - Можно я вам помогу? Я умею, меня папа учил. - Вот так удача! Помощник нашелся, я даже не рассчитывал на такое. - Ну так можно, да? - Конечно можно. Давай знакомиться. Меня зовут Василий Степанович, можно просто дядя Вася. - Я Егор. - Очень приятно. Ну что, помощник, идем? - Егор... Егор! - Ой. Дядя Вася, сегодня не получится, мама зовет. - Слушай, а ты вечером приходи. Я все равно тут возиться буду. Придешь? - Хорошо, обязательно приду. - Только никому не говори, а то мама заругает. - Егор, ты где? - Все, беги, мама зовет, давай. До вечера. - Я здесь, мама! - Я тебя просила не уходить со двора. Давай быстро домой. Как ты меня напугал. Все, хватит гулять, заходи. Серия 15 - Ну и где же ты, пацан? - Любимый, ты пришел! Я только Егора уложила. Сейчас я тебя покормлю. - Подожди. - Что? - Это правда, что ты спала со следователем? - Ты с ума сошел? Это тебе мама сказала? - Но ты же ходила к нему ночью. Ходила? - Спасибо тебе, девочка. - За что? - За то, что так любишь моего сына. - Я не знаю, что мне еще нужно сделать, чтобы это помогло, но я должна попробовать хоть что-то. Елизавета Андреевна: - Ну, попробуй. - Ходила. - А на следующий день пришла ко мне. - Да, но мы с ним просто говорили. - То есть для этого ты наряжалась - чтобы просто поговорить ночью? - Это бред какой-то. Это несправедливо. Я ходила к нему из-за тебя. - Не надо было к нему ходить из-за меня. Меня бы отпустили: я невиновен. - Я этого тогда не знала. - Зато, наверное, знала, что он на тебя запал? Решила воспользоваться? Молодец, у тебя здорово получилось. Поздравляю. Вообще ребенок от меня? Я все понял. Не будем друг другу врать. Егору я скажу правду, он будет жить с Ириной. - Алло. Лина, прости, что так поздно. - Да возьми же ты трубку, Ира! (Звонит телефон.) - Алло. - Ира, привет. Ты где? Мне нужно срочно с тобой увидеться. - Я у друзей. Что тебе нужно, Олег? - У Максима? - Да, у Максима. - Я сейчас приеду. Можно? - Конечно, Олег. Максим тебе будет рад. - Хорошо, я сейчас. - Ира! Ира! Ух ты! Ты где это взяла? - Не подходи ко мне. - А то что? - Не подходи ко мне. Не подходи! - То есть мы можем с Егором пожить у тебя на даче? Лина: - Конечно. Никаких проблем. Замок я не меняла, старый ключ подходит. - Лина, спасибо тебе. Мы сейчас приедем. Егорушка, родной, просыпайся. Просыпайся. Мы уезжаем. - Куда? - К тете Лине на дачу. - А папа? - А папа к нам потом присоединится. Давай быстрее, пожалуйста. Вика: - Давай-давай, мой хороший. Поторопись. Прыгай назад. Сел? - Да. - Погнали. - Здрасте. Ирину можно? - Нет Ирины. - Как - нет? Она сказала... - Я не знаю, что сказать Ирина. Я знать, что ее здесь нет. И не надо стучать, когда люди уже спать. Только человек уснуть - все стучать. Мужской голос: - Кто там? - Никто. Сосед за луковицей! Нет у нас луковица и ничего нет. - Ну что, почемучка? Всю дорогу спрашивал: "Куда?" Смотри. Та-дам! Избушка. - Ага, на курьих ножках. - Да ладно тебе, "на курьих ножках"! Классный дом. Смотри какой: деревянный, старенький. Ты такой видел когда-нибудь? Нет. Сейчас посмотрим. Так, избушка, избушка, повернись ко мне передом. а к лесу - задом. Опа! Сейчас. Есть. А где здесь свет? Заходи аккуратно. Вот. Пойдем посмотрим. - Эй, ты чего замер? Давай помогу. Давай. - А мы долго здесь жить будем? - Сколько захотим, столько и будем. - Я нисколечко не хочу. Я домой хочу, к папе. - Егор, ты чего? Ты посмотри, какой дом классный! Смотри. Он деревянный. Мы с тобой вдвоем в настоящем лесу. Это же приключение! - А папа? - А папе здесь наверняка тоже очень понравится. - Я хочу ему позвонить. - Утром позвоним. Он сейчас на стройке и, как всегда, очень занят. - Вика! Вика! (Звонит телефон.) - Папа? - Нет, это не папа. Это тетя Лина. Мне надо поговорить. Разбирай вещи пока. Да? - Вы где? - Мы далеко, Олежек. Мы очень далеко. - Что значит - далеко? - Значит так, развод я тебе не дам, даже не надейся. Если ты не бросишь свою прекрасную Ирину, то сына больше никогда не увидишь. Это понятно? Да, еще я много чего знаю о твоих финансовых махинациях и о том, как ты выиграл тендер на строительство, так что в случае чего сядешь ты - и очень надолго сядешь. - Сына верни, или я... (Слышны короткие гудки.) (Звонит телефон.) - Дежурный - старший лейтенант Петронин. Слушаю. Олег: - Здравствуйте. У меня похитили сына. - Что значит "похитили"? - Это значит, что я вернулся с работы домой, а его нигде нет. - Может, он с друзьями гуляет? Или у девушки задержался? - В 8 лет - у девушки? - 8 лет... Записываю. Говорите. - А что говорить? - Все. Во что был одет? Рост, цвет глаз? Особые приметы? Во сколько был похищен? - Я не знаю, в котором часу. Я же говорю: я вернулся, а их нет. - Их? - Да. Ни жены, ни сына. - Получается, и жена пропала? - Нет, получается, что жена его и похитила, а теперь угрожает мне, что я его больше не увижу. - Так ребенок с вашей женой? - Да. - Тогда это не может считаться похищением. - Почему? Я же говорю: она мне угрожает, что я его больше никогда не увижу. - Послушайте, это ваше семейное дело. Ребенок с матерью, заявление у вас никто не примет. Если хотите, найдите семейного адвоката. Всего доброго. - Ну что, давай засыпать. Будем сил набираться. Так... - Мама... - Что? - Я к папе хочу. - А если я скажу тебе, что папа скоро к нам приедет. - Ага, скоро! Ты точно так же говорила, когда он в тюрьме был. Это... Ты слышала? - Что слышала? - Там под окном кто-то ходит. - Ходит? - Да. - А... Слушай, я, кажется, поняла, о ком речь. Мне тетя Лина все время на них жалуется. Здесь на чердаке живет парочка бурундуков. - Бурундуков? - Угу. Самых настоящих. - Прямо у нас - здесь, на чердаке? - Ну конечно. Вот они там и бегают, шумят. Они те еще проказники, но нам с тобой нужно не обращать на них никакого внимания, закрывать глаза и засыпать. Все. Спи, мой хороший. Спокойной ночи. - Только свет не выключай. - Бурундуки не кусаются. Спокойной ночи. - Спокойной ночи. Ох, бурундуки... (Слышны шаги на чердаке.) Шепотом: - Мама! Мама, ты спишь? Эй, бурундуки. Где тут?.. - Ку-ку. Тихо, тихо, спокойно. А где мальчик? Маленький такой. - Егор, беги в лес! - Спокойно, спокойно. Да успокойся ты! (Шум на чердаке.) Мальчик... Егор, ты здесь? Я знаю, что ты здесь. Егор. А ну, стой! Слышишь? Стой! Стой, тебе говорю! Егор! Егорушка, мальчик мой! Ты где? А тут волки. Ты не боишься их, Егор? Егор! Ты лучше сам выходи, потому что, если я тебя найду, тебе конец. Сучонок. Егор! (Звонит телефон.) - Да. Олег: - Ну наконец-то. Ты почему трубку не берешь? - Что тебе надо, Олег? - Увидеться нужно. Срочно, слышишь? - Да, хорошо. Давай... Давай на нашем месте через полчаса. - Хорошо, я буду ждать тебя там. - Что случилось? - Вика взяла Егора и исчезла. - Ты звонил в полицию? - Конечно звонил, но никто ничего не будет делать, потому что это мама и сын, и... - Тогда нужно звонить лучшей подруге. У нее есть самая-самая? - Да, есть Лина. Я ей тоже звонил, но она ничего не знает, по крайней мере так мне говорит. - Она врет. Если она самая-самая, то она что-нибудь да знает. Поехали? - Поехали. (Длинные гудки.) - Привет. - Доброе утро, Олег Николаевич. - Ну что, новости есть? - Простите, Олег Николаевич, я просто не очень понимаю. - Вика звонила? - Нет. Разве она так и не появилась? - Если ты знаешь, где она, лучше скажи. - Олег Николаевич, разве я стала бы скрывать, если бы хоть что-то знала? Неужели вы думаете, я не понимаю, как вы переживаете? Но я правда ничего не знаю. - Ну что ж... Если узнаю, что соврала мне, уволю. Просто вышвырну. И позабочусь, чтобы ты в этом городе даже уборщицей устроиться не смогла. - Речь идет о ребенке, которому в эту минуту может угрожать опасность. Скажите правду. - Я уже все сказала Олегу Николаевичу. - Я ей не верю. - И что? Что ты предлагаешь? Устроить ей допрос с пристрастием или пытать ее? - Мне кажется, я уже на все готова. - Я тоже на все готов. Но если она и правда не знает, где Вика с Егором? - Подождите здесь, не уезжайте. Вика! Егор! Вы где? Вика... Вика, что с тобой? Вика, ты слышишь меня? Подожди, не двигайся. Где Егор? Где Егор? Егор! Егор! Вика, что случилось? Подожди, лежи. Лежи, не двигайся. Я сейчас позвоню в скорую и вызову врача. Так, сейчас... Не двигайся. Сейчас... Алло. Алло, скорая? - Думай, пожалуйста, думай. Ну где они могут быть? Может быть, у родственников? Родственники у нее есть в городе? - Нет у нее никого. - Когда же совесть-то проснется? Нашла чем шантажировать - ребенком. - Вообще, зря ты так. Она хорошо к Егору относится, и, знаешь, не всякая родная мать так пеклась бы. - Ты обо мне? - Ну конечно нет. Не мне тебя упрекать. - Вот именно. Ну набирай, пожалуйста. - Я набираю - никто не отвечает. - Олег Николаевич, простите меня. - Что? - Она попросила разрешение пожить на даче. - Они на даче? - Их там нет. - А где они? - Вика в больнице. - А Егор? Что с Егором? - Я не знаю. - Олег Николаевич, только ненадолго. И не будите ее, пожалуйста: она еще очень слаба. - Да, конечно. - Танечка, пойдем со мной. - Спасибо. Вика. Вика, где Егор? Вика, где Егор? - Я в больнице? - Да, ты в больнице, и по собственной вине, к сожалению. Где Егор? - Ты вроде ростом повыше был. - Вика, просто скажи, где Егор. Вика, скажи, где Егор. - Не трогай меня, пожалуйста. - Скажи, где мой сын. - Не трогай меня, пожалуйста. - Вика, скажи, где Егор. - Не трогай! Ну не трогай меня! - Вика, где Егор? Скажи мне, где мой сын! Вика! - Что вы делаете? Отпустите ее. - Я просто спросил, где мой сын. Пусть она скажет, где Егор. - Она ничего вам сказать не может: у нее шок. - Но она же говорить может! - Успокойтесь, Олег Николаевич. - Ну что, она сказала, где он? - Нет, она пока ничего не может сказать. Я так понимаю, на нее ночью кто-то напал. - "Кто-то"? Это же он! Значит, Егор тоже... - Не паникуй. Может быть, Егор сбежал. - Ты сам-то в это веришь? - Я убью эту сволочь, убью. - Это ты во всем виноват! Ты оставил Егора с ней. - Но я же не думал, что Вика... - А должен был думать. Ты обещал его защищать, а сам бросил. - Ира, подожди. Ира... По телевизору: - А сейчас срочное сообщение. Пропал мальчик Егор Колышев восьми лет. Рост - 128, волосы русые, глаза голубые. В момент исчезновения был одет в серые спортивные штаны, синюю куртку, голубую шерстяную шапочку и черные кроссовки. Если вам известна какая-либо информация о месте нахождения Егора, просьба сообщить по телефону горячей линии: 8-965-721-05-05. К другим новостям... - Здорово. Ты сделал то, что я тебя просил? - Да-да. Мобилу свою давай. - Держи. - Сейчас мы Джи-Пи-Эс к твоему телефону тоже подсоединим, чтобы мы могли параллельно за ней следить. Только я еще раз напоминаю, что это уголовная ответственность и тут можно присесть прямо на 4 года. - Ничего, я посижу. Главное, найти ребенка. - Какого ребенка? - Ее ребенка. По телику передали, что пропал при невыясненных обстоятельствах. - Петя? - Думаю, да, Петя. Решил поймать ее на Егоре. - Сволочь! Все. Короче, ты должен эту штуку ей подбросить. В идеале куда-нибудь в карман. И не сломай. Справишься? - Справлюсь. Не глупее вас, молодой человек. Что с мобильным? Подсоединил? - Да, работает. - Ладно, давай. Пошел я. - А ты знаешь, где ее сейчас искать? - Да разберусь. Все, давай, пока. - Давай, герой, геройствуй. А я тут пока буду сидеть как болван. - А почему как болван-то? Ты тоже будешь участвовать, но удаленно. - Ну да, как боец невидимого фронта. Так я невидимым и останусь до конца, а все лавры получит тот, кто будет рядом, кто будет ее утешать, обнимать. Да? - Нет, Максим, ты не болван - ты идиот. - Да... Ай! - Ай! - Нет-нет, спокойно. Эльмира, вот сейчас к тебе это вообще никакого отношения не имеет. Ты... молодец! - А может быть, кого-нибудь подозрительного в поселке видели? - Нет, вроде никого не было. Если только молодежь, так они постоянно здесь ошиваются. Гоним-гоним, а толку никакого. Только мы. - Понятно. Ну, спасибо. - Все глухо? Никто ничего не видел, никто ничего не слышал, да? - Как в танке. - Это что, видеорегистратор? - Где? - Так он работает. - Да неужели так повезло? Слава! Слушай, а ты может показать мне, что на нем записано? - Да не вопрос. - Егор! - Егор! - Егор! - Егор! - Егор! - Егор! - Егор! - Егор! - Сынок! - Я думаю, надо радиус поиска расширить километра на три. - Да, и надо искать Петра, потому что Егор с ним. - Где искать? Знаешь, где он сидит, да? Знаешь - скажи, не знаешь - лучше помолчи. - А впадать в истерику, особенно мужику... - Что?! Что ты сказал? Решил меня поучить, да? - Я просто помочь хочу. - Ей будешь мозги компостировать, а я-то знаю, что ты здесь делаешь - имя на детях зарабатываешь. - Так ищи и не истери. - Ну-ка, хватит! Успокойся. - Ира, мы уже весь лес обошли - надо что-то другое делать. - У тебя есть другой план найти ребенка? - Нет. - Тогда продолжаем искать. Егор! - Егор! - Эльмира! Эльмира! - Ты звать меня? - Да, звать уже полчаса. Где ключи от машины? - Я не знать. - А кто знать? Ты что, их спрятала? Давай доставай. - Эльмира не станет так делать. - Чего это не станет? - Потому что тебе нельзя на выход: у тебя нога больной. - Значит, так: мужчина сказал - женщина делает. Давай. - Ты о себе не думать, ты только об Ирина думать. А у Ирины свой мужчина есть - вот пусть он о ней и думать. - Да какая тебе разница, кто о ком думает? (Кричит.) - Ай! Опять у тебя больной нога! - Да убери ты эту подушку. Что ты хочешь? Я тебя попросил ключи принести - принеси, и все! - Больно, да? Больно? - Щекотно. - Эльмира знает, что больно. Эльмира говорит: не надо нога трогать. - Да убери ты... Ты что здесь делаешь? Вот что ты здесь трешься? - Я не понимать, что я не так делать. - Да все ты делать не так! Чего ты ждешь? Чего ты ждешь? - Я думать, что Максим меня однажды полюбить. - Ты... Это же исключено. Ох! Ты не обижайся только. Просто других женщин любят... ну, там... Других, короче. - Это ты про Ирину говорить, да? Но она тебя не любить, ей другой мужчина надо. - А чем это я ее не устраиваю? - Ей надо, чтобы умный был, постарше, серьезный. - А я - дурак? - Почему дурак? Эльмира так не говорить. Эльмира говорить, что ты еще молод для Ирины. - Все, надоела, давай отсюда. Давай-давай, уходи. - Опять ты злишься, а я только правду говорить. - Да, я злюсь! Вон пошла, я сказал! Убирайся из моего дома! - А ну-ка, давай с этого места. Стоп! Бойцев. - Угу, и усищи налепил - как у моржа. - Все-таки он мальчика похитил. Слав, распечатай мне фото быстро. - Есть. - Ну ничего, я тебя найду, говнюк. По телевизору: "Если самка лисы умирает, то самец больше никогда не ищет себе пару и навсегда остается холостым. Кроме того что союзы этих животных необычайно крепки, так они еще умудряются иметь равные права во взаимоотношениях. Человеку можно лишь поучиться преданности у этих замечательных животных". - Эльмира! Блин! Дружище! Эй, стой! Дружище, не подвезешь к остановке? Стой! Останови здесь! Спасибо, друг. И куда ты поехала? Ты же обещала: не бросишь больного Максима. - Я думать, что надоесть тебе. Ты ведь меня прогнать. - Я же не буквально. Слово сложное. Это сгоряча. Ну, в разговоре когда ссоришься и... Короче, слушай, ты не надоесть. Ты нужна мне. Очень. Понимаешь? - Ты говорить правду? - Конечно правду. Я же без тебя ничего не могу, даже суп сварить. Мир? Да иди сюда. Ой! (Слышен шум.) - О, мальчик. Мальчик, а ты чей? Это, случайно, не тебя там разыскивают? - Не знаю. - А зовут тебя как? - Егор. - Ну вот, точно. Тебя полиция по всему берегу с собаками ищет. - Зачем полиция? Я ведь не преступник. - Да ясно, что не преступник. Иди сюда. Да не бойся ты, иди, я не кусаюсь. - Я тебя в участок отвезу, они тебя родителям сдадут. Те уже там, наверное, с ума сошли. - Я не хочу в полицию, они меня, как папу, в тюрьму посадят. - Папу? Папа твой, видно, делов наделал, а тебя-то ищут, потому что ребенок потерялся. Пойдем. Да не бойся ты, ну что ты боишься? - Мне мама говорила с незнакомыми людьми не разговаривать и не ходить с ними никуда. - Ну правильно твоя мама говорила. Я своему сыну точно так же говорил, когда он маленький был. Сейчас-то он уже большой вырос, скоро у него у самого ребеночек будет - так же ему говорить будем. Посмотри на себя: ты грязный, как... Голодный, небось, как волчонок? Иди не бойся. Давай-давай. Вот, молодец. Пойдем. Сейчас я тебя быстренько доставлю. Давай. Опа! Так, садись. - Егор! Эй! - Дядя Вася! - Привет! Привет, ну как ты, как? - Нормально. - Точно? - Точно. - Молодец. Спасибо вам большое, а то с утра его ищем. - Да не за что. Слава богу, что нашелся. Смотри не теряйся больше и с незнакомыми не разговаривай, понял? - Понял. - Ну что, поехали? - Поехали. - А может, на лодке? - Да у нас машина недалеко, спасибо. Помаши дяде ручкой - и пошли. Все, пойдем. Ну что, не замерз? - Да нет, нормально. - Знаю я это "нормально". Пойдем. Сейчас греться будем в машине. Замазанный такой! - Дядя Вася, мы что, в полицию поедем? - Зачем в полицию, ты что? Мы что, преступники, что ли? Домой поедем, домой. Садись. Вот так, хорошо. Серия 16 - Короче, дело труба. Здесь след обрывается, скорее всего, уехали на машине. - Что? - Собака след потеряла. - Нашелся! Нашелся мальчонка-то! - Живой? - Да живехонький! Чего ему будет-то? С дядей Васей они уехали. - Куда уехали? - С каким дядей Васей? - Он сказал, что это знакомый его. - И как выглядел дядя Вася? - Ну, такой здоровый, высокий, с усами. - Подождите, не этот, случайно? - Вот же он. Он! - А куда мог поехать дядя Вася? - В город, наверное. Они к машине пошли. - Надо же что-то делать. Ну, почему все стоите? Почему все молчат? Что происходит сейчас? - Он прячется в каком-то месте, о котором знает только он. - Мне кажется, я знаю, что это за место. Вот тут. - Никита, со мной. Остальные тут. - Петя, работаем. - Вам нужно отойти туда, за машину. Леша! Леш, давай ты. По команде, понял? Так, Егоров, обойдешь сзади. - А похоже, чисто. - Похоже на то. (Выстрел.) - Вперед, вперед! - Соломатина, ты что, обалдела? Ты меня чуть не пристрелила! - Прости. Ну не пристрелила же. - Вы что тут устроили-то? - Петя, твой сигнал - два зеленых свистка. Идите в оцепление! - Парни, давай на улицу. Нам эту халабуду надо обыскать, вдруг они здесь были. - Я тебе сказал: я сам обыщу! Ты уже наследил! Иди отсюда! - Я за этим гадом с самой Москвы гоняюсь, а кончилось все тем, что я чуть не пристрелила собственного напарника. Он как заговоренный какой-то! - Ну ладно тебе, не пристрелила же. Живой вроде. Техника безопасности страдает, но, если что, я могу помочь. - Спасибо. - От души. - Папа! Папа! - Похоже, дома никого нет. - Я знаю, где ключ. Пойдем за мной. - Пойдем. - Сюда! Я же говорил. - Ну что? - Никого, пусто, только это. - Это вещи Петра. Значит, он здесь был. Я же говорила! - Давай в машину. - Ребята, осмотрите территорию. Никита, давай обратно. - Я номер папы наизусть не знаю. - А мы тете Ире позвоним, у меня есть номер телефона, мне его твоя бабушка дала. - О, вы знакомы с моей бабушкой? - А как же! Она знаменитый врач, мою жену лечила. - Да, моя бабушка такая. (Звонит телефон.) - Что они сказали? - Никого нет. Алло. - Значит так, ничего не отвечай, просто слушай. Если ты меня выдашь, он умрет, поняла? - Кто звонит? Ира, кто это звонит? Дай... - Кто умрет, дядя Вася? - Тихо-тихо. - Приезжай к дому Олега одна. И не надо за собой никого привозить или кому-нибудь рассказывать, если не хочешь, чтобы с твоим сыном что-нибудь случилось. Секундочку. - Скажи что-нибудь. - Это мама? - Это тетя Ира. - А почему вы сказали, что я ее сын? - Слышала? Как только ты приедешь, я его сразу же отпущу. Ну все, время пошло. Даю тебе полчаса, и, если ты не приедешь за это время, я его убью. - Дядя Вася! - Что, пацан, испугался? Не надо, не бойся. Куда собрался? - Ай! Пустите! Пустите меня! - Тише, тише! - Отпустите! - Успокойся. - Ира, кто это было? Кто это был? - Это Эльмира. Максиму плохо, я поеду. - Куда поедешь? У тебя сын пропал, ты собираешься к Максиму ехать? - Я должна! - Ира, постой! Что происходит, Ира? - Давайте я вас отвезу! - Да вам-то что за дело? Я вам сколько раз уже говорю: отвяжитесь от меня! И не вздумайте за мной ходить! Меня от вас тошнит уже! - Отпусти меня, мне больно! - Закрой рот, иначе твоя мама умрет, понял? - Тетя Ира не моя мама, отпусти! - Еще как твоя! Самая что ни на есть родная. А вот другая мама - ненастоящая. - Это неправда! - Правда. Она усыновила тебя. Вот и молодец. Посиди здесь, подумай о том, что я тебе сказал. И чтобы ни звука, а то мама умрет - настоящая. - Гражданин Колышев, пройдемте со мной. Там кое-что нашли. - Макс, это ты звонил Ирине? - Нет, я ей не звонил. А куда ты едешь? - Нет, не я. Ирина. - А как тебе удалось подбросить ей жучок? Обнимал, чтобы утешить? - В карман кинул. Ладно, давай, на связи. - Нет-нет, подожди, не отключайся! - Куда собрался? Не пущу. - Нет-нет, я дома. - Доктор сказал весь день лежать и завтра лежать. Кости плохо срастать. Ты шевелиться много. - Да что ж такое-то! Я же сказал: я дома. - Сейчас кушать будем. - Это вашего ребенка? - Нет. Слава богу, нет. - Понятно. Пошли. (Звонит телефон.) - Да. - Олег Николаевич, ваша жена ушла из больницы. - Ну... что вы от меня хотите? У меня ребенок пропал. - Олег Николаевич, мы все сочувствуем вашему горю, все следим за поиском, но сейчас речь идет о втором вашем ребенке. Срок беременности 10 недель. Вы же не хотите еще и его потерять? У него уже сердце бьется. - 10 недель? Вы уверены? - Конечно, я уверена. Я сама лично делала УЗИ. Слава богу, плод жив, несмотря на травму, которую пережила ваша жена. - Два с половиной месяца. - Олег Николаевич, я вас очень прошу, Викторию Валерьевну нужно срочно найти и вернуть в стационар. - Значит, он мой. - Ушла в больничном, даже не переоделась. В таком состоянии люди действуют автоматически. Подумайте, куда она могла пойти? - А. Домой. Она могла пойти только домой. - Найдите ее, пожалуйста. - Эй! Да, ты, вот ты. Ребенок от меня, понял? Ребенок от меня. - Поздравляю. - Ты спал с моей женой, когда она была беременна от меня. Воспользовался ситуацией, да? - Что происходит, а? - Она несчастный человек, а ты, скотина, мразь... (Звук удара.) - Сейчас слушай меня... - Капитан Гордеев! Прекратите немедленно. - Сейчас. Все нормально. А сейчас слушай меня внимательно. Вика страдает только из-за тебя. И только из-за тебя исчез ребенок. Да если бы Вика хоть раз мне дала, я бы ее на руках носил, понимаешь, пылинки бы с нее сдувал. А ты в свою козлиную башку допустил мысль о том, что она тебе изменяла, придурок! Сейчас собрался, ровно дышишь и пошел отсюда вон, потому что толку от тебя никакого нет. Только мешаешься. (Кашляет, тяжело дышит.) - А это что было сейчас? - Что? - Вот это? - А. Закашлялся человек. Пойдем. Пойдем. - На, кофейком запей. - Всю жизнь эту бурду... вискарем запивал. - Дозапивался. - Угу. - Пора чем-то человеческим. - Главное, смотри, всю жизнь он над ней издевался, врал, изменял, а теперь у него, видите ли, ревность проснулась, понимаешь? А я ведь с ней с самого детства - с таких малых лет: вместе росли. - Любишь ее до сих пор? - Нет. Уже нет. Причем еще месяц назад я бы еще коником скакал перед ней, чтобы она с ним развелась, а теперь... - А что теперь? - А ничего. Как отрезало. Просто - раз! - и все. Она ко мне ночью приезжала. Умоляла, чтобы я выбил свиданку с мужем. Унижалась. Короче, противно все это. Я ее домой отвез. И даже после этого она готова ради него на все. Вот ради этого козла она готова на все! И ничего ты в этой жизни не изменишь! Бурду вообще в Москве пьете. На. - Получше, чем ваш вискарь-то. - Да уж это точно. (Звучит напряженная музыка.) - Ну, здравствуй, дорогая жена. - Где Егор? - Я смотрю, ты подготовилась к нашей встрече. - Иди кушать. - Нет-нет, сейчас, подожди. - Что случилось? Петр: - Серьезно? Ты сможешь выстрелить? Ирина: - Стой на месте. Петр: - Глупенькая, что ты делаешь? Отдай мне эту игрушку, а я скажу, где спрятал мальчика. Не дури. Отдай мне пистолет. Ирина: - Ненавижу тебя. - Алло, полиция? - Эту мизансцену я уже где-то видел. - Егор! - Тсс. Он не ответит тебе. Дело в том, что я велел ему молчать. - Не смей подходить ко мне, иначе я тебя убью. - Ты знаешь, он ждет тебя в очень темном, одиноком месте. Я даже не знаю, есть ли ему там чем дышать: там очень душно. А ты все тянешь и тянешь. А ему там все хуже и хуже. - Сволочь! (Осечка пистолета.) - Ах ты дрянь! Так, один боевой, остальные холостые. Где же ты его взяла-то, а? Так, вот. Вот теперь... все как полагается. Можно поговорить. Ну-ка, иди сюда. Ты что, оглохла? Иди сюда. (Звонят телефоны.) - Гордеев слушает. - Соломатина. Слушаю. Поняла. - Принято. Федя, за мной! - Иди сюда. - Вика! - Прости меня. (Звон битого стекла.) Останься здесь. - О, старый друг! Иди обнимемся, давай. - Скотина! (Выстрел.) (Кашляет.) - Вика... Вика... Вика... - Слышите? - Что? - Плачет. Егор! Егор! - Вика! Вика: - Егор! Егор! Егор! Егор! Сыночек родной мой, ну, посмотри на меня! Мой родной! Мой родной, я здесь! Тихо-тихо-тихо. Я с тобой, слышишь? Мама с тобой, мама здесь, все, все, все. Все. Тихо, мой маленький. Тихо, мой родной. Я с тобой. Я с тобой. Я с тобой. Тихо, мой родной, мама рядом. Я здесь, слышишь меня? Я с тобой, все хорошо. Все хорошо, я тут, я с тобой буду. Тихо, тихо... Ну все, все, все, мой родной. Все, все, все... Не плачь. - Я убил Петра. Вика беременна, она не должна сесть в тюрьму. Ты свидетель. (Слышен спецсигнал.) - За мной. Оружие на пол! Вы арестованы. - Колышев, волыну - на пол, руки - в гору! - Ну что ж, я рад, что мы договорились. - Елизавета Андреевна, здравствуйте. - Здравствуйте. - Проходите, присаживайтесь. - Спасибо. - Как вы себя чувствуете, Елизавета Андреевна? - Нормально. - Может, водички? - Да нет, спасибо, я потерплю. - Зачем терпеть-то? Нам что, воды жалко, что ли? - Спасибо, не надо. Мне было велено явиться. Меня что, в другой аквариум переправляют? - Нет-нет, Елизавета Андреевна, вы покидаете следственный изолятор. - Ой, слава Богу! - По причине того, что вы теперь проходите по делу не как обвиняемая, а как свидетель. - У нас тоже никаких возражений нет. - Впрочем, Елизавета Андреевна, и этот статус может поменяться. - В каком смысле? - Ну, ввиду того, что вы действовали не по собственной воле, а под давлением Петра Бойцева, вы можете перейти из статуса свидетеля в статус потерпевшей. Вы согласны? - Ну конечно, а что ж тут возразить? Конечно, я и есть потерпевшая. Потерпевшая и есть. Уж такого натерпелась! Сначала от Петра этого, подлеца, а потом от наших доблестных органов. - Бывает. А кто не ошибается? Мы приносим извинения. И еще, Елизавета Андреевна, пожалуйста, некоторое время не покидайте Погодино, так как следствие еще продолжается, а ваши показания для нас очень важны. - Ну конечно-конечно. Я очень, очень рада буду помочь. Скажите, пожалуйста, я могу ехать домой? - Конечно. Если хотите, я могу вас подвезти. - Ну, если это вас не затруднит. - Ничуть. Мне даже будет приятно побеседовать с такой красивой женщиной. - Ой, вы так любезны! - Кхе! - Ну что ж, мне тоже будет очень приятно. Всего доброго, господин Денисов. И прощайте. - Елизавета Андреевна, не "прощайте", следствие еще не закончено, так что просто до свидания. - А, да, угу. Жаль, что ваше следствие еще не закончено: так хочется попрощаться с вами раз и навсегда. Ну что, идем? - Да, конечно. - Передавайте привет Полиночке. - Непременно передам. (Бой часов.) - Ну и как долго он молчит? - Три дня уже - с того момента, как все случилось. - И главное, ни с кем ни звуком, ни словом, из комнаты не выходит. Ладно бы играл, а то сидит и в одну точку смотрит. - Да, ему говоришь: "Егор, иди есть", - он идет; "Иди спать", - он идет. И все молча. Я не знаю, что делать. - И я не знаю. Бедный мальчик, в 8 лет пережить такое! - Я врачу его показала - говорит, шок. Вы простите, я не могу уйти, пока ему легче не станет. - Уйти? - Да, уйти. Олег развод попросил. - Господи, еще и это. - Мне не нужен ваш развод, только Егор. - Слушайте, девочки, ну когда вы уже разберетесь, а? В общем так... Я вам одно скажу: мне совершенно все равно, как вы договоритесь. Кто из вас уйдет, кто останется - я приму любую, но самое главное - мне важно, чтобы мой сын и мой внук были счастливы. Это понятно? Это понятно? - Понятно, Елизавета Андреевна. - О господи, когда это все кончится? Тук-тук-тук! А кто пришел? Егорушка, ну что же такое, малыш, а? Господи, ну скажи ты хоть слово. Ну, поговори с бабушкой. Господи!.. Ой... - Ну и что ты молчишь? - Если бы я знала, что сказать. - Ну ясно, что одна из нас должна уйти. - Мне кажется, сейчас не время принимать такие решения. - А мне кажется, что сейчас самое время. - Намекаешь, что мне пора и честь знать? - Почему тебе? Может, мне. - Это твоя семья, ты тут хозяйка. - Какая я хозяйка? Егор теперь знает, что ты его родная мать, а Олег меня и видеть не хочет. - Ты так решила или он тебе сказал? - Слушай, хватит уже лицемерить. Олег разводится со мной из-за тебя. Он на этом самом месте мне рассказывал, как сильно тебя любит. Мне бы, дуре, взять и уйти сразу, а я боялась, что вы у меня Егора заберете. А теперь все, у меня сил больше нет. Давай с этим закончим и освободим место для двух любящих сердец. Ты же его любишь? - Егора? Конечно. - Я про Олега. (Стук в дверь.) - Да-да, войдите. Слушаю вас, Виктория. - Это я сделала. Олег вообще ни в чем не виноват. - Мне что, сейчас явку с повинной оформить? - Да. - Сейчас дел выше крыши. Выход там. - Ну, ты так не можешь сделать. Ты обязан снять с меня эти... показания и задержать. Я признаюсь в убийстве. - Хорошо, только вот нет у тебя свидетелей, которые могут это подтвердить. - Есть. - Кто? - Роман. - Роман? Ай-ай-ай, не получается. Дело в том, что он уже дал показания, в которых ясно и понятно, что он видел, как стрелял Олег. От слов своих он уже не откажется. - Откажется. - Чего это вдруг? Если откажется, ему прилетит статья в виде дачи ложных показаний. Вика, что ты за ним бегаешь, унижаешься? Он же взрослый человек, все у него будет в порядке. В конце концов, это была самооборона. Дадут ему немного, если вообще дадут. - Мне некуда идти, я из дома ушла. - Ну что сказать? Дура. Столько лет бороться за эту семью, за этот дом, и сейчас, когда уже почти все разрешилось, ты просто ушла? - Он меня не любит. - Но у меня сложилось совершенно другое впечатление. Ты в курсе, что он из-за тебя полез в драку? Из ревности. А знаешь с кем? Со мной. Ну, во всяком случае, попытался. Вика, тебе нельзя в тюрьму: ты уже не одна. Ты должна готовиться становиться мамой. Ну, не жалеешь себя - подумай о ребенке. Его-то за что в тюрьму? Давай я тебя провожу домой. - Давай. - Никита! - А? Иди, я догоню. - А ты куда? - Да вон, гражданку надо проводить. - А гражданка что, сама дойти не может? - Ты ревнуешь? Я скоро. - Давай обедать? Ты прости меня, родной, что так получилось. Главное, что ты должен знать - что тебя все любят. Все: и Вика, и папа, и бабушка, и я. С самого твоего дня рождения я хотела, чтобы ты был только мой. И папа с бабушкой этого хотели. Но так случилось, что в нашей жизни появился очень страшный человек и он все разрушил. Я просто боялась, что он сделает что-нибудь плохое и осталась с ним. А папа с бабушкой подумали, что я умерла. Ты меня слышишь? А потом папа встретил Вику, и они полюбили друг друга. А главное - Вика полюбила тебя. И я тебя очень люблю. Ты мне веришь? Ну скажи хоть что-нибудь. - Спасибо, Никита. Ты всегда был для меня лучшим другом. - Да не за что. Пока. - Мама! Мамочка! - Мой родной! Ты заговорил! - Я так испугался, что ты не придешь! - Ты что, как это я не приду? Я тебя никогда не оставлю, слышишь? Никогда! Никогда! Ты мой родной мальчик! Мой родной! Мой родной. Мой родной. - Олег! - Мама, ну... (Всхлипывает.) Мама, ты что, плачешь, что ли? Мама? Ну, Елизавета Андреевна, вы меня удивляете. А где ваша прежняя сдержанность, где металлические нотки в голосе? - Там же, где и моя прежняя жизнь. Что же они тебя так долго держали, изверги? - Ну почему же? Всего недельку. - "Всего недельку"! Да у меня каждый день за год шел! - Я понимаю, но там сразу было понятно, что дело до суда не доживет. - Да, вот и я думала, как же можно судить человека, вместо того чтобы ему орден выписать за поимку особо опасного преступника? - Мама, ну это ты загнула, конечно. Давай говори, как дома. - Дома? Да, хорошо дома. Приедешь - увидишь. - Так хорошо или "увидишь"? - Вот увидишь и сам решишь, хорошо или нет. Поехали, поехали. - Максим сказать, тебя убивать. - Практически. Полумертвая. Хоть кто-то меня пожалел. - Я тебя жалеть, да. Только ты одно знать: Максим мой. - Господи, Эльмира, дай бог тебе счастья. - Ну пойдем. Пойдем. - Спасибо. В общем, надо мне как-то здесь обосноваться, в Погодино, работу найти, чтобы хоть как-то видеть Егора. Буду его тетей. Поможешь с работой? - Зачем тебе работа? - Ну, жить, долги отдавать. - Ты же официальная вдова Петра, у тебя денег завались. У него же там бизнес свой. - Нет, эти деньги я точно не возьму. Ни машину, ни квартиру, ни дома. Это проклятые деньги. - Отдашь на благотворительность? - Хорошая идея. Эти деньги служили плохому человеку - пусть теперь послужат хорошему делу. - Ты сейчас серьезно? - Абсолютно. - У меня просто даже человек есть, у него свой благотворительный фонд. Они детей спасают, безнадежно больных, и очень часто - успешно. Он какой-то особенный человек. - Тут, в Погодино? - Да. - Максимочка, чай горячо. Дать вода холодный? - Молока холодный дай, пожалуйста. - Ну, у тебя же есть адрес этого замечательного человека? - Конечно есть. Я сейчас все пришлю, он на Вишневой живет. - Я прямо сейчас и поеду. - Ну, давай. - Ну, не буду мешать вашему семейному счастью. - Ты там про семейное счастье поаккуратнее. Просто я закоренелый холостяк, так что... - Я тебя проводить. Пей чай с молоком. - Чай очень вкусный. Максим, это что, шутка? - Нет, все правильно. Адрес правильный, человек правильный. Иди-иди, он тебя ждет. - Я рад вас видеть. - Это правда, что вы директор благотворительного фонда? - Правда. Как раз сейчас уезжаю. - Куда? Простите, это не мое дело. - Ваше. Если вы уж спросили. - Я рад, что нашел единомышленника. - Вы часто к ним ездите? - В последнее время не ездил. А у меня ведь здесь дочь, Полина. - Дочь? - Да. Я сейчас занимаюсь удочерением. Она считалась безнадежной, родители отказались еще в роддоме. Три года врачи боролись за ее жизнь, а я пообещал: когда она выздоровеет, я заберу ее домой. Вот сейчас я собираюсь это сделать. - Вы необыкновенный. - Нет, я обыкновенный. А вот Полиночка - необыкновенная. Сами увидите. Пойдемте? Нам сюда. Здравствуй, моя хорошая! Здравствуй. Я тебя кое с кем хочу познакомить. - Ты моя мама, да? Я тебя так долго ждала, мамочка! - Где все? - Наверху. - Можешь, скажешь по-человечески, что опять? - Иди, иди. Все сами, без меня. - Ты вернулся? А мы тебя ждали, ждали - и уснули. Ты не переживай, я вечером уйду. - Я тебя никуда не отпущу. Ты... Ты моя самая родная. - Наташа, давай быстрее, а! - Вообще-то, мы из-за тебя опаздываем. - Наташа, ну пристрели меня! - Уж обязательно. Сначала в гардероб. - Так. Здрасте! - Да тихо, тихо. Здравствуйте. - Привет. - Вы где были? Чего опаздываете? - Привет. - Здорово. - Все, все, начинается. - Уважаемые Максим и Эльмира! Ну вот он и наступил - самый торжественный день в вашей жизни. Отныне вы не жених и невеста - отныне ваши судьбы будут связаны в одну большую судьбу, по которой вы пойдете, деля и печали, и радости. Итак, объявляю вас мужем и женой! Прошу обменяться кольцами. Теперь муж может поцеловать свою жену. - Горько! Горько! Горько! Горько! Горько! Горько! - Ура-а!
////////////////////////////
|
||
|
|
|