Ирма Веп (1 сезон, 2022 год). Цитаты и фразы из сериала

Ирма Веп (1 сезон, 2022 год). Цитаты и фразы из сериала

«Ирма Веп» (англ. Irma Vep) — художественный телесериал режиссёра Оливье Ассаяса, основанный на одноимённом фильме того же режиссёра 1996 года. Премьера сериала состоялась в мае 2022 года на Каннском кинофестивале. Главную роль в нём играет Алисия Викандер.

Все фразы и цитаты

Серия 1

ИРМА ВЕП
1 СЕРИЯ
ОТРУБЛЕННАЯ ГОЛОВА
Приветствую, мисс Харберг.
Добро пожаловать в Париж.
— Здрасте.
— Идите за мной, пожалуйста.
С формальностями покончено.
— Спасибо, Седрик.
— Конечно.
Мира, это твоё.
Извини, что заставили ждать.
— Без проблем.
Слава богу, это последняя пересадка.
Уже тошнит от разговоров
про «Судный день»
и вопросов, почему Навсикая
перерезала глотку своему мужу,
а потом оставила его без яиц.
Самая сильная сцена в фильме.
— И самая жуткая.
— Да, но фишка в том,
что ты кайфуешь, когда он дохнет.
В смысле, все в шоке.
Никто этого не ожидает.
А он ещё и главный герой.
Часто ли они умирают посреди фильма?
— Кондиционер не сильно дует?
— Всё нормально. Спасибо.
Вот почему этот фильм
стал популярным в Америке.
Во Франции станет тоже.
— Это пойдёт на пользу Герману.
И пойдёт на пользу тебе.
Тебе нужен толчок.
Реджина, мне нужен не толчок,
а качественное кино.
Да, но из-за блокбастеров
ты снимаешься где захочешь.
И отправляюсь на два месяца в Париж
снимать «Вампиров».
— С Рене Видалом.
В киношколе я по нему тащилась.
Вот и скажешь ему об этом.
Ему понравится.
— Не рискну.
— Тогда я скажу.
Поверить не могу,
что завтра встречусь с Рене лично.
«Zoom» уже надоел.
— (говорят по-французски).
— Привет-привет.
Приятно познакомиться.
— Это Мира.
— Привет.
— Добро пожаловать в «Plaza Athenee».
— Спасибо.
Вам показать ваш номер?
Посмотрим на твой график встреч
перед тем, как ты пойдёшь отдыхать?
Конечно.
Пройдём в холл?
— Хорошо.
— Вот ваш ключ.
— Спасибо.
— С большим удовольствием.
Приятного вам дня.
Итак...
сначала у нас фотосессия для «Vogue».
Не забыла, что они хотят
твои фото в костюме из «Судного дня»?
Я у тебя спрашивала, ты согласилась.
— Серьёзно?
— Серьёзно, но мы можем передать,
что ты против.
— Нет, всё нормально.
Потом у нас телевидение.
Пойдём на несколько каналов.
Вот список.
Спасибо.
Стоп, а вторую строчку
мы тоже согласовывали?
Да, мы обсуждали это.
Очень важный пункт.
От двух с половиной до трёх
миллионов просмотров за вечер.
Мы там на пятнадцать минут.
Затем возвращаемся в отель,
у тебя час на то,
чтобы подготовиться к премьере.
Будешь представлять фильм на сцене.
Герман тоже выступит.
— Герман.
— Да.
Наш режиссёр проводит
время с новой женой.
Лори?
Кто-нибудь собирался сказать мне,
что Лори тоже приедет?
Последняя премьера в Европе,
Герман решил, ты будешь
не против отпраздновать вместе.
Я только час назад узнала,
что Лори тоже будет. Прости.
Он взял с собой Лори, чтобы провести
с ней романтический вечер в Париже
перед возвращением в Лос-Анджелес.
Реджина, а ты об этом знала?
Нет, откуда.
Клянусь.
Лори была ассистенткой Миры
целых три года.
Я понятия не имела.
Они познакомились
с Германом на съёмках
и поженились через неделю.
— Простите?
Хочешь, я как-то подправлю ситуацию?
— Нет... не надо.
— Ладно.
В этот раз Герман хотя бы приехал.
Он пропустил почти все премьеры.
Хотя обещал, что будет
в Стокгольме и Риме... но надул.
Он весь в работе
над новым проектом «Marvel».
— Ну конечно.
— Это сиквел.
Чей сиквел?
Не знаю. Я в них уже запуталась.
Сиквел к другим сиквелам.
Видела сделку.
— Для съёмки всё готово.
Идёмте со мной.
(говорят по-французски).
— Привет.
— Здравствуйте.
С площадки прислали несколько,
и я принёс несколько.
— Два сразу?
— Бери что больше нравится.
Вставай на отметку.
Повернись полностью лицом.
Расставь ещё немного ноги.
Так хорошо.
Нет, когда мы снимали «Судный день»,
то и представить не могли,
что он выстрелит.
Возможно,
у Германа были свои взгляды.
Нет, мы просто старались
создать нечто
максимально качественное
и правдоподобное, а это сложно,
когда дело касается супергероики.
Не заденет ли фильм кого-нибудь
в связи
с современной политикой Европы?
Какого рода политикой?
С ростом популизма.
— Гендерное равенство.
— Гендерное равенство?
Поддерживаю всеми руками.
Вы достаточно радикально обошлись
с гениталиями Рагнара.
Это было по сценарию.
— У вас круто вышло.
— Да, я стараюсь по возможности
быть честной со зрителем
и отождествлять себя с героинями,
которых играю.
Эта оказалась жёсткой штучкой.
Особенно для Рагнара.
В одном интервью вы сказали,
что вас беспокоит будущее Европы
и рушащаяся демократия в Венгрии.
Я там снималась. Обожаю Будапешт.
Что касается политики Европы,
не могу сказать,
что разбираюсь в ней.
Возможно, про это говорил Герман.
Да, но вы подтвердили его слова.
Скорее всего, кивнула.
Честно, я не разбираюсь в политике.
Максимум, что могу заметить,
на съёмках у Германа
нет никакой демократии.
Что вы имеете в виду?
Я пошутила. Не заставляйте меня
говорить то, о чём я потом пожалею.
Спасибо.
Привет.
Конечно-конечно. Как тебя зовут?
— Мира! Мира!
— Нам пора.
Хорошо, я выйду после эфира.
Герман, Герман!
«Судный день», черти.
Герман, Герман!
Разве она не прекрасна?
«Судный день!»
— Не сейчас.
— Да брось, ещё парочку.
— Ещё два.
— Вам уже пора.
Извините, спасибо.
Герман, ещё одну!
Вон туда.
Мира! Мира!
С журналистами не говорим,
но это Дэвид,
он с популярного телеканала.
— Отлично.
— Здравствуйте.
— Добрый вечер.
— Добрый вечер.
Это правда, что вы снимаете
сериал в Париже?
Это правда.
Съёмки начнутся
через несколько дней,
и я останусь здесь
на какое-то время.
Я слышал, что это ремейк
немого французского фильма.
«Вампиры».
Снятый Луи Фейадом в 1916.
Я играю роль Ирмы Веп.
Она злодейка,
вдохновительница криминальной банды.
Снимает Рене Видал.
Я знаю, и я обеспокоен.
Такой необычный набор.
Почему вы так считаете?
Обычно вы снимаетесь
в крупных коммерческих фильмах.
Тогда это будет...
более захватывающе?
— Вы смотрели старую версию?
— Да.
Три раза...
и мне нравится этим хвастаться,
потому что она длится семь часов.
— Браво, благодарю.
— Спасибо, хорошего вечера.
Спасибо.
Спасибо. Приятного вечера.
Налейте мне ещё «Dre Pierre».
Серьёзно,
это один из твоих лучших фильмов.
Больше всего похож на ранние работы,
как «Закат Резняка».
«Закат» был дерьмом.
Что?
У нас не было бабок,
когда мы его снимали.
Мы снимали его
на заброшенном заводе в Детройте.
В Детройте.
— Да, экстремальные условия.
Когда у тебя 15 дней на съёмку,
приходится и не на такое идти.
Мне повезло, что он понравился
молодняку из «Дисней».
Так я получил «Медузу».
В двадцать восемь лет я осознал,
что выше меня только звёзды.
Добро пожаловать, мисс Харберг.
Извини, чел.
Мисс Судный день
собственной персоной.
— Привет...
— Рад тебя видеть.
Рада, что ты добрался до нас.
— Привет.
— Как поживаешь?
Наконец вырвался.
Извини, что пропустил Стокгольм.
Ничего, мы разобрались сами.
Журналисты жаждут
встреч со звёздами.
Никто не хочет
общаться с режиссёрами.
Я собирался удивить тебя,
появившись в последний день.
Хорошо, что нам удалось
собраться в последний раз.
В последний раз?
Впереди ещё награждения.
Разве наш фильм
из тех, что получает награды?
Ты не поверишь.
Отзывы были просто невероятные.
Студия уже готовит
масштабную кампанию.
Ты нам будешь очень нужна.
Я буду сниматься, здесь, в Париже.
— В «Вампирах».
— «Вампирах»?
Это про бандитов,
зовущих себя Вампирами.
Я буду Ирмой Веп, их злой музой.
Ну круто, да.
Слушай, такое дело,
у меня чуйка,
что мы ухватим пару номинаций,
так что не пропадай никуда.
Отлично! Скрестим пальцы на удачу!
Скрестим-скрестим!
— Лори.
— Привет.
— Давно не виделись.
— И правда.
После тех съёмок
я о тебе мало слышала.
Мы приглашали тебя на свадьбу,
но ответа почему-то не получили.
Я написала СМС.
— Не желаешь?
— Благодарю.
Давай начистоту.
Я... понятия не имела,
что у вас с Германом что-то было.
— Я думала, это всем видно было.
— Да нет, совсем нет.
Ну ладно, думаю, я просто
ждала подходящий момент.
— Но он так и не наступил.
— Ну, в общем, нет.
Наверное, я была вообще
последней, кто об этом узнал.
— Я не хотела сделать тебе больно.
— Да не надо.
Ты испугалась.
Да, испугалась. А знаешь, почему?
Да, ты чувствовала себя изменницей.
Нет, потому что ты пугаешь.
И всех вообще, и меня тоже.
Думаешь, ты типа лёгкая в общении?
— Нет.
И не притворялась такой.
— Особенно на пьяную голову.
— Сейчас-то я трезвая.
— Рада за тебя.
Ты тоже не была
образцом верности, знаешь ли.
А кто сказал,
что я моногамный человек.
И ты не думала,
что мне от этого может быть больно?
Нет...
Честно, нет, вообще не думала.
Тогда такой вопрос:
разве свободная любовь
не на каждого в паре распространяется?
Нет, не на каждого.
Боже, ну ты и контрол, блядь, фрик.
Просто не привыкла, что меня кидают.
— Не надо преувеличивать.
— И ради кого, ради Германа?
Блин, он же такой скучный.
— Он хороший человек.
— Это он-то хороший?
— Он добрый.
— Да он гондон, каких пруд пруди.
Тебе сказать, что с тобой
веселее любиться, чем с Германом?
Да, со мной веселее любиться,
чем с Германом, и ты знаешь это!
Так какой план?
Двое детей и...
домик с белой оградкой?
У него уже есть семья.
Больше нет.
— Кто ты такая, чтобы меня осуждать?
— А я и не осуждаю.
Хочешь жить...
скучнее?
— Скучнее и гетеросексуальнее?
Скучно и гетеросексуально.
Примерно так,
как ты жила и кайф ловила от того,
какой гламурной голливудской
парочкой вы были с Эймонном?
Да, вот так и хочу.
— Подожди-подожди.
Если я правильно помню,
я тогда встречалась
не только с Эймонном.
Нет... Ты ещё и меня имела,
когда я не бегала по твоим хотелкам.
Вижу, ты живёшь
лучшей жизнью... с Германом.
Живу.
Берёшь его кредитную карточку...
— Беру.
— Гуляешь по вашей вилле,
или в вашем кабриолете,
по Большому Каньону.
— Гуляю.
— И пресса на тебя тоже поглядывает.
Пресса на меня
любуется, не отрываясь,
ты в последнее время,
видимо, новостей не читала.
Это потому, что на него
его бывшая в суд подала.
Они решили дело миром.
Счастье-то какое.
Знаешь что?
На втором просмотре...
хотя даже уже на третьем...
кажется вполне себе ничего.
— Правда?
— Да. Не ожидала, если честно.
Что-то не так?
Нет-нет. Всё в порядке.
Ну, для фильма вроде этого —
не такой уж и плохой результат.
Но вот Эдвард вообще в роли
Императора Галактики не убедителен.
Ну а кто бы был
убедителен, в такой-то роли?
А кто играет Гэндальфа
во «Властелине Колец»?
— Йэн МакКеллен.
— А я думала, Майкл Гэмбон.
Майкл Гэмбон играет Дамблдора
в фильмах про Гарри Поттера.
А это не один и тот же актёр?
Нет, Йэн МакКеллен и Майкл Гэмбон —
не один и тот же актёр.
Ну ладно.
— Когда там у нас завтра встреча?
— В шесть.
Боже, а можно не надо? Измени время.
Не могу. Туда ехать очень долго,
они снимают бог знает где.
Ну ладно.
Ты не едешь?
Нет, хочу проверить,
открыт ли ещё бассейн.
— Реджина, сейчас два часа ночи.
— И?
Ничего. Забудь. Как хочешь.
— Спокойной ночи.
— Развлекайся.
— Здравствуйте.
— Здрасьте.
Не могли бы вы позвонить
мисс Харберг, комната 567?
Я попросила их
позвонить в твою комнату.
Пора ехать. Опаздываем.
Не могла заснуть,
приняла снотворное.
Потом не могла проснуться.
Поспишь в машине.
Ехать часа три точно.
— Мне нужен кофе.
Это тело
старшего инспектора Дюрталя.
Снято, снято!
Плохо, всё совсем плохо.
Дыма слишком много, лодку не видно.
Реми, я вообще ничего не вижу.
Я же вам говорил —
тело зацеплять надо слева.
Ну и как это выйдет?
Он плывёт с правой стороны.
Тело было там, где нужно,
но из-за течения сдвинулось.
Хорошо, начнём сначала.
Если дадите пять минут,
я зафиксирую его проволокой.
И обязательно надо,
чтобы крюк было видно.
И не цепляй тело справа.
Мы должны видеть
обрубленную шею. Цепляй слева.
Должно сработать.
Извините, но...
Должно быть страшно.
А мне страшно не было.
А если не страшно,
то просто бессмысленно.
— Я вас услышал.
— Бессмысленно!
Серия называется
«Отрубленная голова».
Это должно быть видно.
Придётся поменять
сцену в парке и на поезде местами.
Прогноз погоды просто ужасный.
Мира здесь.
Она — звезда, мне нужно её видеть.
Сейчас подойду.
— Привет.
— Привет.
Наконец-то.
Извини, я знаю, быть новичком
на площадке может быть неловко.
Тем более что
мы только начали снимать.
Да всё в порядке, нужно только
чуть-чуть времени, чтобы освоиться.
Актёры к такому привыкают.
Наверное, стоило потеплее
поприветствовать тебя,
но ты знаешь, как бывает,
я пытался поймать нужный кадр...
Да, знаю.
Всегда немножко неловко
встречаться вживую, если...
— Точно.
— ...только по «Скайпу» общались.
Ага, и Wi-Fi постоянно отваливался.
Свой я постараюсь
починить... когда-нибудь.
— А я свой.
— Может быть.
Извини,
я по-английски неважно говорю,
трудно вести разговор.
— Всё нормально.
Не думал,
что ты меня всерьёз воспримешь.
Меня не пришлось уговаривать.
Я — твоя поклонница.
Аналогично.
Удивительно,
что ты видел фильмы со мной.
Мне вообще кино не особо интересно.
Раньше было, но не сейчас.
Может, моё отношение изменится. Но...
В тебе я увидел некий магнетизм.
Даже в роли Навсикаи?
Конечно.
От тебя исходит свет.
— Свет?
— Именно.
— Мне так не кажется,
но поверю тебе на слово.
Как всё продвигается? Ты доволен?
Мира, у меня для тебя
плохие новости.
Я никогда не бываю счастлив.
Пробовал, но понял, что это не моё.
Ладно, спрошу по-другому.
Съёмки идут по плану?
Нет никакого плана.
— Нет плана.
— Никакого.
Терпеть не могу планы.
Я привык посылать их к чёрту.
Пожалуй, мы сработаемся.
Договорились.
Ты знакома с первоисточником Фейада?
Да...
но я давно смотрела.
Я была на Гавайях,
вернулась две недели назад.
Затем надо было
рекламировать «Судный день».
Но я наверстаю. Обязательно.
Речь о том,
насколько безжалостна банда Вампиров.
Ими управляет преступный главарь,
известный по кличке Великий Вампир.
Но у него множество псевдонимов.
Точно. Он обычно
представляется как граф Нуар...
Как это произносится? Граф Нуар...
— Нуар-му-тье.
— Нуар-му-тье.
— Нуар-му-тье.
— Граф Нуар-му-тье.
Граф.
— Граф.
— Нуармутье.
— Граф Нуармутье.
— Верно.
А это Филипп Геранд,
журналист.
Он враг Вампиров.
Разоблачает в прессе
их преступления.
Великий Вампир в ярости,
он жаждет мести и угрожает Филиппу,
что тот разделит участь
инспектора Дюрталя.
«Голова инспектора Дюрталя!»
Извини.
Сегодня куча дел.
— Ничего страшного.
Особенно из-за сцены
с отрубленной головой.
Думаю, мне надо...
Я должна понять твой подход.
У Ирмы Веп так много граней.
Она просто любовница
Великого Вампира или...
Куда более сложный персонаж.
Может, она воплощение
тёмного духа Вампиров?
Это было впервые,
когда злодейку
сделали звездой сериала.
Это ведь 1916.
Знаешь,
почему в Штатах
тогда все взбесились?
«Опасные похождения Полины».
Слышала о Пёрл Уайт?
— Нет.
— Я тебе покажу.
Смотри. Видишь?
Полина была
классической «дамой в беде».
А Ирма Веп —
её полная противоположность.
Она абсолютное зло,
и это очаровывает.
В этом есть что-то сексуальное.
Понимаешь, о чём я?
— Думаю, да.
Злодейки возбуждают по-особенному,
не так, как хорошие девочки.
В школе этому не учат.
Да ладно. Девушки всё понимают.
Мюзидора, это псевдоним актрисы,
была иконой целого поколения.
Сюрреалисты ей поклонялись.
Она была многогранной натурой.
— Поясни.
— Она была во всех смыслах художницей.
Одна из первых женщин-режиссёров.
Верно. Во Франции была Алис Ги,
Жермен Дюлак и она.
Кстати, в 70-е,
первое радикальное содружество
женщин-кинематографистов
было названо в её честь. Мюзидора.
Я этого не знала.
Я ведь не ходила в киношколу.
Это наша местная культура.
Ты не обязана знать.
Но я знаю,
что она была писательницей
и даже кинокритиком.
Она влюбилась в тореадора
и сняла несколько фильмов в Испании.
Настоящая искательница приключений.
Я навела справки.
Ирма Веп —
всего лишь одна из её сторон.
Да, но мне кажется,
в Ирме Веп было всего понемногу.
Да, я согласна.
Сильная женщина,
чувственная... и свободная.
При этом злодейка.
— Именно так.
— Ей закон не писан.
— Да.
— Я не могла упустить возможность
сыграть женщину вне закона.
Всё потому, что в глубине души
ты такая же.
В этом мы схожи.
Спасибо за комплимент.
Но я даже близко с ней не сравнюсь.
В чём дело, мистер Геранд?
Вампиры тайно
прокрадывались в мою комнату,
но вчера я обнаружил их уловку.
Я покажу. Это довольно хитро.
Вчера здесь этого не было.
Должно быть,
это голова инспектора Дюрталя.
Рене.
Можно тебя?
Надо поговорить.
— Хорошо.
Сейчас?
Конечно, не сомневайся.
— Не хочу тебя доставать.
— Всё в порядке.
Я могу быть назойливым.
Это точно.
Хотел обсудить своего персонажа.
Мне недостаточно его мотивации.
В чём особенность Филиппа Геранда
как человека и журналиста?
Эдмон, я же 100 раз объяснял.
Просто делай своё дело.
Вампиры убьют его невесту Марфу.
Надо лучше показать их отношения,
чтобы понять, почему он мстит.
Да, он безумно её любит.
Но на экране мы этого не видим.
В оригинале было также.
Её отравляют, и она погибает!
У Фейада так и было.
Нужно показать страсть между ними.
Я не предам Фейада.
К чёрту Фейада! Он халтурил.
Никогда. Как ты смеешь так говорить?
Хочешь воды?
Да, холодной.
Мне нужна ещё одна сцена с Марфой.
Что ты имеешь в виду?
Постельная сцена?
Именно. Постельная сцена.
Послушай, Эдмон...
Держи.
Ты же знаешь,
что Марфу играет Северин.
Да, я прекрасно это помню.
У вас же с Северин был роман?
Возможно.
Возможно был роман?
Я не могу об этом говорить.
Прости, но что ты имеешь в виду?
У тебя какое-то судебное предписание?
Не могу ответить на этот вопрос.
Рене, нужно поговорить.
Прямо сейчас.
Заходи.
— Хочешь перекусить?
— Нет, спасибо.
— Уверен?
— Ничего не хочу.
У нас проблема.
Ты сказал страховому доктору,
что ты на антидепрессантах?
Он спросил,
принимаю ли я таблетки, так что...
Ты сказал ему?
Я сказал, что принимаю
достаточно сильные
стабилизаторы настроения.
И это правда.
Может, и правда,
но тогда ты становишься обузой.
Мне что, нужно было соврать?
Конечно, тебе нужно было соврать.
Все врут
о своих зависимостях.
Иначе никаких фильмов бы не было.
Знаешь эту песню Леонарда Коэна?
В которой такие слова:
«Я живу на таблетках,
за что благодарю Бога».
И что ты хочешь сказать?
Что благодарен Богу за свои таблетки.
Прости, но ни Бог,
ни Леонард Коэн не заплатят
эти конские страховые выплаты.
Продюсеры хотят остановить проект.
Полностью.
Нет, мы перед «Plaza Athenee»
на Авеню Монтень.
Я ввела адрес «Crillon»? Нет, не думаю.
Послушайте, вряд ли это я
что-то неправильно ввела.
Правда? Может, всё же я.
В чём я сомневаюсь.
Может быть.
Послушайте, просто поверните налево,
мы ждём перед отелем.
Вот чем мы вдохновлялись.
Моя любимая фотография. Обожаю.
Вот Мюзидора.
Поль Пуаре, великий модельер,
лично сшил костюмы Мюзидоры.
Посмотрите.
Нам нужно сделать не хуже, чем он.
Да, какой великолепный,
бесшовный контур.
А сейчас только кожа, кожа, кожа.
Возьми любую из американских актрис:
Скарлетт Йоханссон в «Мстителях»,
Мишель Пфайффер,
Холли Берри в «Женщине-кошке»,
и так далее, и так далее, так скучно.
Именно поэтому я выбрал
серебристый бархат.
Он более чувственный.
Пьер, принесёшь нам образец?
— Конечно.
Да, Ирма Веп не супергерой.
Ей не нужна броня.
И посмотрите:
она не боится своей женственности.
Именно женственности
и боятся её враги.
Он бесподобен.
Нужно быть аккуратным,
потому что он очень тонкий.
Вы же знаете,
что мне в этом костюме ещё
по крышам лазить?
Он отличается от того,
что мы видим в фильмах обычно.
Очень приятный.
Видите, как играет на свету?
Да, поразительно.
У нас есть образец.
Хотите примерить?
— Конечно.
Она вылитая кинозлодейка,
но также и воплощение феминизма.
Неплохо для первой примерки.
Немного жмёт только.
— Да, мы это исправим.
— Да, вот здесь.
Мне нравится.
Она выглядит беззащитной,
и это делает её ещё более опасной.
Конечно. Она была такой подлой.
Она воплощала фантазии Фейада.
Поодиночке
они держали себя в рамках,
но вместе создали историю кино.
Призрак Ирмы Веп с тех пор
так и преследует кинематограф.
— После вас.
— Спасибо.
—Вы будете вдвоём?
— Да, вдвоём.
— Меню.
— Спасибо.
Прости, опоздаю.
Заказывай пока без меня.
Вот здесь, месье.
—Чек?
— Не надо.
То есть это роль известного адвоката?
(говорит по-французски)
(говорит по-французски)
Я перезвоню после встречи.
Пока.
То есть это встреча?
— А по-твоему, что?
— Ужин.
Точно, ужин.
Ты, видимо, хочешь
сказать что-то важное,
раз так настаивал.
Спасибо, что выбрал место.
Сложно найти свободный столик.
Правда, было нелегко.
Ничего себе.
Недёшево.
Да, недёшево.
Добрый вечер, что-то уже выбрали?
Мне шиитаке и бокал белого вина.
— Могу я предложить...
— «Condrieu» подойдёт.
Я буду тэмпуру из устриц.
И мне хватит пива.
Что ж, я хочу
серьёзно поговорить о сериале.
Я долго думал об этом.
Весьма усиленно.
И чем я могу помочь?
Я пришёл к выводу,
что нам нужна сцена с отношениями
между нашими персонажами.
Отлично, обсудим это с Рене.
Я уже пытался, безуспешно.
Кажется, у тебя
больше рычагов влияния.
А о какой сцене ты думал?
О сцене, которая бы
показала их страсть.
Я и не думала,
что между ними есть страсть.
Вампиры отравляют её.
Филипп этим подавлен
и решает отомстить за неё.
Зрители должны почувствовать
страсть на физическом уровне.
Физическом, как в постельной сцене?
Ну вот, началось!
Не обязательно сразу постельная.
Может быть и какая-то другая.
Например?
Ладно, постельная сцена.
Эдмон, наши отношения уже в прошлом.
Да, я знаю.
И я не собираюсь ничего менять.
Я сразу понял,
что у тебя будут отговорки.
У меня появилась идея:
пригласим координатора по интимности.
Что за координатор по интимности?
Он присутствует
на съёмочной площадке,
чтобы режиссировать
и репетировать постельные сцены.
И в чём смысл?
В нашем случае,
он поможет нам отыграть сцену,
не помня прошлых обид
и твоих оправданных опасений.
И тебе
он поможет понять персонажа.
Скрыть твою ярость,
точнее, оставшуюся злость.
Не пойми меня неправильно.
Я понимаю, почему ты злишься.
Это всё ради шоу.
Зрители должны знать,
что Филипп и Марфа...
Кто такая Марфа?
Твой персонаж.
Впервые слышу это имя.
— Марфа Кутилофф.
— Как?
— Кутилофф.
— Что это за имя такое — Марфа?
Я погуглил —
оно популярно в Аргентине.
Разве оно не русское?
Может, есть и русские Марфы.
Спасибо.
Есть отличная статья
в «New York Times».
Про Марфу?
Про координаторов по интимности.
Они предпочитают название
«режиссёры по интимности».
Не надейся, что я буду с тобой
репетировать постельную сцену.
С координатором или без него.
Я думал, это пойдёт нам на пользу.
Забудь!
Ты ко мне не прикоснёшься
ни под наблюдением, ни без.
— Я понял.
— Отлично.
Шиитаке такие вкусные.
Хочешь попробовать?
— Нет, спасибо.
Как много пакетов.
Как дела с укладкой и макияжем?
Над макияжем ещё работаем.
Ты написала,
я была неподалёку, так что...
Да, прости, они поменяли расписание,
так что у нас не так много времени.
— Ничего.
Я думала, что скучаю по съёмкам.
Правда. Но оказывается,
что ничуть не скучаю.
Ты в костюме.
Да, мне нужно было
примерить этот комбинезон.
— Покажи мне.
— Нет.
Ну же... Пожалуйста.
Нет.
Покажи, насколько ты горяча.
Ты знаешь. Прекрасно знаешь.
— Я забыла.
— Правда?
Сними пальто.
Хорошая девочка.
Довольна?
Почему бы тебе не встать?
Давай. Встань, Мира.
Теперь сделай то,
что ты делала для меня.
«Давай».
Надо же.
— Да.
— Очень круто.
Повернись.
Давай же.
Они смотрят на меня.
Мне нравится,
когда они на тебя смотрят.
Это неловко.
Но тебя это заводит.
Не хочу, чтобы меня
видела такой съёмочная группа.
Я знаю, какая ты,
когда заведёшься.
А я не знаю.
Можешь сесть. Я довольна.
Знаешь, что я сегодня делала?
Не знаю. Попробую угадать.
Я думаю, что ты
выставила все эти пакеты напоказ,
чтобы показать,
что закупилась всяким от кутюр.
Верно.
Во всех магазинах,
куда ты меня водила.
Когда я всё оплачивала,
а ты таскалась с пакетами.
— Точно.
— И сейчас ты мне мстишь.
Нет-нет.
Моя месть заключается в том,
чтобы держать тебя под каблуком.
— У тебя получается.
— Я знаю.
Откинься на спинку.
Положи руки на подлокотники.
Раздвинь ноги.
Не так широко.
Вот так.
Так?
Довольно тебе?
Да.
Мне очень нравится.
Хочешь, чтобы я вернулась?
Скажи это.
Хочу, чтобы ты вернулась. Пожалуйста.
Повтори.
Пожалуйста, Лори, вернись.
Ты такая горячая, когда умоляешь.
Но мне пора.
Нужно отвезти
все пакеты в «Plaza Athenee».
Я съезжаю оттуда.
Куда?
В место подешевле,
французская сторона забронировала.
Знаешь, что, дорогая?
Я рада, что пропускаю эти съёмки.
Увидимся перед твоим отъездом?
Если придёшь в «Plaza Athenee»,
может, выпьем по бокалу...
или больше.
Что скажешь?
Около 6:30?
Я знаю, что ты придёшь.
Это Опера Гарнье?
Нет, он снимал здесь,
в Опера-Комик. Видишь?
Фейад снимал здесь.
Великий Вампир смотрит
на то, как танцует Марфа,
пока она не падает
из-за отравленного кольца.
Готовы отрепетировать полёт?
Пара секунд.
Сядь туда,
где сидит Великий Вампир,
а я протестирую кадр.
Мотор, репетиция! Готов?
Да.
Дыши, дыши.
Правая рука к спине.
Теперь левая.
Обе руки за спину.
Теперь нырок,
смотри вниз, затем раскрывайся.
Спрячь лицо.
Хорошо, обе руки.
Наклонись и затем раскройся!
Вот так. Поняла?
Хорошо, хорошо.
В начале всё было хорошо.
Но потом всё как-то смазалось.
Она наклоняется над ней,
затем отходит чуть назад,
наклоняется и разводит руки.
Затем поворачивается.
Прячь лицо, пока движешься.
Хорошо.
Раскрывай лицо, наклонись к ней.
Затем руки вверх и ты снова летишь.
Потом нападаешь. Левая рука...
Используй руку, вот так.
И потом обратно.
И снова обратно.
Возьми её руку и устреми её ввысь.
Марк, потом ты её поднимаешь.
Снова?
Как спустишься,
поставь обе ноги сюда.
Хорошо.
Но ты останешься в воздухе.
«Вечером Филипп Геранд заходит
к невесте Марфе Кутилофф в гримёрку»
«Выходя, Филипп не узнаёт
Великого Вампира в маскировке»
Мне нужно идти.
Я люблю тебя.
Ни пуха ни пера!
Добрый вечер.
Дорогая, позвольте мне представиться:
граф Нуармутье.
Ваш скромный поклонник.
Граф, я польщена
вашим интересом к моей работе.
Не окажете ли вы мне
бесконечное удовольствие,
присоединившись за ужином сегодня,
после вашего представления?
– Не знаю, стоит ли мне.
– Понимаю вас.
Примите сей подарок
как доказательство
благородства моих побуждений.
Такой щедрый подарок.
Это лишь небольшой знак
моего глубоко восхищения.
Позвольте помочь вам.
Прошу.
Снято!
Мы закончили.
Нет, Северин, реакция
должна быть сильнее.
Мне казалось, я переигрываю.
Отравленное кольцо –
это же самая суть сцены.
Название же — «Перстень-убийца».
Но почему он убивает её?
Если честно, Северин...
Это есть в сценарии.
Если бы тебе хватило терпения,
чтобы прочитать его полностью,
ты бы увидела. Послушай...
Он хочет наказать Филиппа за то,
что тот раскрыл прессе
преступления Вампиров.
Я поняла. Но почему Марфа?
Она невеста Филиппа.
Они бьют его по самому больному.
Извините, Рене, можем снова?
Должны!
– Возвращаемся к началу.
– Пять минут.
Нужно пять минут на свет.
Отношения с Филиппом
не так важны для Марфы.
Но Филипп влюблён в неё.
Это интрижка.
Не совсем.
В предыдущей сцене он берёт
у неё интервью для газеты.
У своей невесты не берут интервью.
То есть ей больше
по душе Великий Вампир?
Я так думаю. Она берёт кольцо.
На свою верную смерть.
Что делает её
трагическим персонажем.
Конечно,
но это трагедия и для Филиппа.
Возможно, не знаю.
Филипп – слабак.
Кому он вообще нужен?
– Рене, мы готовы.
– Хорошо.
Северин, мы можем
вернуться к сцене отравления?
Дай больше реакции в этот раз.
Это «Перстень-убийца».
Я поняла. Перстень-убийца.
— Прошу.
— Раз, два, три, четыре, пять...
Всё в порядке. Спасибо.
— Пожалуйста.
Пару минут. Я сейчас вернусь.
Всё уже в машине, мы готовы ехать.
Присоединюсь позже.
Я говорила тебе, у меня встреча.
Уже семь. Ты говорила,
она будет в 6:30?
Очевидно же, что они опаздывают.
Что насчёт твоего нового номера?
Не хочешь проверить?
— Я доверяю тебе.
— На тебя не похоже.
Я буду там через полчаса.
Бери машину.
Оставь мне водителя.
Хорошо.
Транспорт и расходы: 15 тысяч.
Привет, Рене.
— Ты хотел поговорить.
Да.
Пять минут.
— Нам нужно закончить сегодня.
— Сейчас вернусь.
Слышал, вы вовремя закончили.
На самом деле,
нас просто вышвырнули из оперы.
Я говорил со страховщиками.
Держу пари, они быстро отступили.
Нет, не совсем.
Проходи.
— Что не так?
— Прошлые проблемы.
О каких именно
прошлых проблемах речь?
Уверен, ты помнишь «Агонию в саду?»
Присядь.
Я горжусь этим фильмом.
Не самые лучшие кассовые сборы.
Не будь так уверен.
Спустя время он окупится.
Только нас уже не будет.
Это верно.
Очко в твою пользу. 1-0!
Ты пытался сбить главного актёра.
На волосок промахнулся.
— Имеешь в виду, машиной?
— Да.
Послушай...
У меня были веские на то причины.
Я хотел бы услышать их от тебя,
хоть и с опозданием.
Ну, кроме того,
что он отвратительный актёр,
это никого не касается,
кроме нас с ним.
Потом ты пропал.
Мне срочно было
необходимо куда-то уехать.
Я нашёл небольшой буддистский
монастырь. Замечательное место!
В отдалённой альпийской долине.
Куда мы тебя и отправили.
Верно, там я вновь искал себя.
Мне нужен был
свежий воздух, взгляд за горизонт.
Мы задержали съёмки на две недели.
Очень жаль, да.
И это был не первый раз.
Ты прав.
Я не хочу сейчас это обсуждать.
Ты нассал на старинную мебель
с чужой постановки.
Стоп.
Занавес!
Грегори, заткнись.
— Сказал, тебе ненавистно их шоу.
Да, я посчитал, что оно дерьмовое.
И сейчас считаю.
Но теперь мне безразлично,
в основном благодаря медикаментам.
Я способен быть выше
вездесущей посредственности
и ко всему приспосабливаться.
Важнее всего то,
что тебе отказывают в страховке.
Ужасно грубо с их стороны.
Они были очень вежливы.
Но передали это максимально ясно.
И они не передумают.
Привет.
— Вот это да.
— Спасибо.
Понимаю, почему это
заняло столько времени.
Ну, я же сказала «около 6:30».
«Около» прошло ещё 40 минут назад.
Мои платья нужно было перешить,
поэтому мне пришлось
ждать, ждать и ждать.
Но я привыкла к этому.
Я часто ждала твои платья.
— Верно.
— Хотите сделать заказ, мадам?
Нет, спасибо, не нужно.
Мне нужно идти.
Ты издеваешься надо мной?
У меня ужин с Германом.
Последняя ночь в Париже.
Завтра улетаем в Лос-Анджелес.
Он зарезервировал столик
в каком-то потрясающем месте,
но где, мне не говорит.
Чтобы это был сюрприз. Мило, да?
— Да. Мило.
— Он хороший человек.
Что ж, мне пора,
но у нас будет больше
времени в Лос-Анджелесе.
— Разве?
— Да, теперь у нас ровные отношения,
поэтому можем проводить
больше времени друг с другом.
Иди на хер, Лори.
Рано.

Серия 2

ИРМА ВЕП
2 СЕРИЯ
КОЛЬЦО-УБИЙЦА
— Добро пожаловать.
— Спасибо.
Это апартаменты мисс Харберг.
Спальня справа.
Слева гостиная,
из которой имеется выход на террасу,
откуда открывается
прекрасный вид на Париж.
— Это гостиная?
— Да.
Здесь очень мило.
Ванная соединена с гостиной?
Да, так и есть.
Честно говоря, Карла,
апартаменты крошечные.
Мира будет недовольна.
Не крошечные.
В этом истинный дух Парижа,
а ещё они миленькие и… уютные.
Бюджет у фильма скромный.
Мы не можем позволить
себе номер в «Plaza»,
что было очевидно с самого начала.
И Зельда на это согласилась?
Ну, она ничего не ответила,
но мы решили, что всё в порядке.
Что ж, тогда я позвоню Зельде,
и мы что-нибудь решим.
Алло?
Она будет вне себя,
когда увидит эту комнатку.
Не пойми неправильно, тут миленько,
но это же недобитый полулюкс.
Я ей говорила в это не ввязываться.
Что теперь прикажешь делать?
Ты сказала ей не ввязываться?
С ума сошла!
Она была душу
готова продать за эту роль.
С кем ты, по-твоему, разговариваешь?
Твоя задача — бронировать билеты,
не дать ей заскучать и убедиться,
что всё, что попадёт в спам,
пройдёт через неё.
Но ты даже с этим
справиться не в состоянии,
так что не надо
учить меня делать мою работу.
Твоя работа ещё и в том,
чтобы она была счастливой,
а в последнее время
она не похожа на счастливую.
Ей не на что жаловаться.
«Судный день» — настоящий хит!
Нужно выжать из него всё, что можно.
Это совсем не в её стиле.
Да, в моём,
и, насколько мне известно,
она прислушивается к своему агенту,
так что спасибо за ценное мнение,
но предоставь взрослым
принимать решения.
Так, тишина на время пробы грима.
Подойди ближе… к камере.
Ближе.
Нам нужен крупный план.
Ещё ближе.
Да.
Пройдись,
я хочу увидеть, как смотрится
на свету комбинезон.
Взгляд на нас.
Не вижу тебя.
Хорошо.
И снова чуть ближе.
И снято.
Ещё одна фотография и всё.
Отлично.
Прости.
Так, отлично.
Это последний вариант?
Да, это всё.
Хорошо.
— Отлично.
— Да, неплохо.
— Стиль напоминает Мюзидору.
— Да.
Так, давай снимем капюшон.
Я провожу тебя в гримёрку.
Отлично, а то становится жарковато.
Отель хороший,
но пришлось с ними повоевать,
чтобы выбить приличный номер.
Ну, ты же в Европе.
Они тут экономят
буквально на всём.
Это сериал,
а не просто какое-то там…
независимое кино.
Зельда просила ей перезвонить.
Перезвоню завтра.
Пожалуйста, она уже
раза три тебе позвонила.
Я слышала, они собираются
прикрыть съёмки.
С чего бы им так поступать?
Не могут застраховать Рене.
Застраховать можно всех.
Да… если ты в состоянии заплатить.
А они затребовали хренову тучу бабла.
Так что пакуй вещички
и сматывайся оттуда.
Дело пахнет керосином.
Здесь никто не в курсе.
Все в курсе.
Просто тебе не говорят.
У тебя найдётся пять минут?
Нет, я собиралась
снять грим и уже уходить.
Я хочу обсудить твоё участие
в сиквеле «Серебряного Сёрфера».
Да, и мы это уже обсуждали.
— Они хотят на роль тебя.
— Да, но роль скучная.
Я устала играть просто подружек.
Послушай.
Вся соль в том,
что это перезапуск серии.
Ясно? Сёрфер умирает, и тогда
на сцену выходит та самая подружка.
Это именно то,
что людям сейчас нужно.
Простое феминистское кино
про супергероиню.
Понимаешь? Им просто крышу снесёт.
Ты серьёзно?
Хочешь, чтобы я сыграла
Серебряного Сёрфера?
Она хочет, чтобы я сыграла
Серебряного Сёрфера.
Да, хочу.
Я бы и сама
заплатила за такое зрелище.
Они даже готовы
выписать тебе открытый чек.
— Кто режиссёр?
— Горячая британская киносенсация.
Он занимался клипами Граймс.
Имя сейчас не вспомню, но…
Детка…
Об «Ирме Веп» можно забыть.
Не беспокойся,
они выплатят всё, что должны,
но… пора тебе двигаться дальше.
Мистер Видал.
Прошу, входите.
Присаживайтесь.
Спасибо, доктор.
Как ваши дела?
Что ж…
Всё хорошо, хорошо.
Потихоньку. Спасибо.
Поправьте, если я ошибаюсь,
но ваш страховщик
отказался вас страховать.
Верно.
И именно поэтому
ваши продюсеры связались
с другим страховщиком,
который запросил
повторную диагностику.
Да, да.
Мне сказали, что вы принимаете
стабилизаторы настроения.
Верно.
Для этого есть
какая-то конкретная причина?
Незначительные трудности.
То есть…
Вообще-то…
Я не выношу людей.
Вернее, я не выношу
общения с ними.
У меня бывают панические атаки.
Но сейчас это в прошлом.
Я бы так не сказал.
Сейчас мне проще с этим справляться.
То есть вы лучше
контролируете свою тревожность?
На самом деле, я предпочитаю
избегать общество людей.
Но это невозможно,
вы же снимаете фильмы.
Чистая правда.
Послушайте, я понимаю…
что это проблема.
Вот именно.
И как же её решить?
Лекарства помогают.
Страховщики обеспокоены.
Нельзя их в этом винить.
Думаете, мне стоит доснять фильм?
Это сериал, если позволите.
Нет.
Это не сериал, я не снимаю сериалы.
В вашем деле сказано,
что будет восемь серий.
Разве это тогда не сериал?
— Совсем нет.
Это фильм,
очевидно, что довольно длинный,
который поделён на восемь частей.
Но я снимаю не сериал,
я снимаю фильм.
Как скажете.
Я в состоянии сделать это?
Думаю, что да.
Вы.
Как вы думаете, это хорошая идея?
— Снимать вам этот сериал?
— Да.
Я всего лишь доктор.
Не мне об этом судить.
— Часто ты здесь бываешь?
— Сто лет тут не была.
Вот там есть место.
Я поговорила с агентом.
Она сказала, что съёмки сворачивают.
— Точно нет.
— Ты уверена?
Чего бы ты хотела выпить?
Пиво?
— Спасибо.
Мадмуазель, нам две пинты, пожалуйста.
Нашли другого страховщика,
который застраховал
Рене даже без доплаты.
Но хочешь знать лично моё мнение?
Им бы стоило всё свернуть.
Почему ты так говоришь?
Потому что Рене безумен.
Да, я слышала,
но, по моему опыту,
мне кажется… он безумен
в хорошем смысле этого слова.
Да, я очень его люблю…
большую часть времени,
но иногда он буквально не в себе.
Не обижайся, но…
ты тоже не всегда
образец здравомыслия.
Я костюмер. Никому нет дела до того,
не расшатались ли мои винтики.
— Сериалу всё-таки быть?
— Да.
И мне не нужно
возвращаться в Лос-Анджелес?
А ты хочешь вернуться?
Нет. Не особо.
Потому что ты рассталась с Лори?
Нет.
Если вернёшься,
то вы снова будете видеться.
Я постараюсь этого избежать.
Ты себе доверяешь?
Нет.
Я доверилась Лори.
Распахнула двери и впустила её.
А она этим воспользовалась.
Нам было здорово вместе.
Было здорово, пока не стало токсично.
Благодаря ей я порвала
со своим бывшим, Эймонном.
Наши с ним отношения зашли в тупик.
Сама бы я не решилась,
так что спасибо ей за это.
Мне казалось,
вы с Эймонном без ума друг от друга.
Нам было хорошо
первые два года,
а на третий всё пошло под откос.
Прессе он этого не рассказывал.
У него своё видение ситуации.
Ты ушла от мегазвезды
к своей ассистентке.
Для него это унизительно.
— Он разозлился.
Многие выплёскивают
свою злобу в прессе.
С подчинёнными ведь
не принято встречаться.
Им понравилось,
что Лори подмяла меня под себя.
Для них это было оправдание,
и они дали мне знать.
А ты?
Что ты почувствовала?
Самое забавное,
что я от этого завелась.
Здешний хаос для тебя лучше,
чем одиночество в Лос-Анджелесе?
Честно говоря,
понятия, блин, не имею.
Езжайте за этой машиной.
Быстрее!
Месье Филипп Геранд.
Вы не граф Нуармутье,
а Великий Вампир.
Вот вы и попались.
Настал час расплаты!
— Отпустите!
Отпустите меня!
Поехали!
В полночь Великий Инквизитор
вынесет вам приговор.
На рассвете вас казнят
перед Тёмным Комитетом.
В наказание за вашу назойливость
танцовщица Марфа Кутилофф
была отравлена.
Она мертва.
Чушь какая-то!
Нам нужно показать скорбь Филиппа.
Марфа была его возлюбленной.
Из-за её смерти
он начинает охоту на Вампиров!
Это и так понятно,
зачем ещё что-то показывать!
Иначе получается бессмыслица!
Давай я буду решать.
Здесь я командую!
— Мне нужна мотивация!
— Эдмон!
Если ещё раз…
Не трогай меня! Я в бешенстве!
Ещё хоть раз заговоришь
о мотивации, я тебя придушу!
Голыми руками!
Я ему палец в нос засунул.
Извини. Я думаю о Мюзидоре.
Она идеал.
Чувствую себя подделкой.
В твоих действиях
нет ничего поддельного, Мира.
У тебя почти получается.
Я так не считаю.
Отпусти себя.
Не зацикливайся на шаге.
— Да, я пытаюсь,
но мне недостаёт мягкости.
Уже виден прогресс.
Просто сохраняй темп.
Поняла.
Послушай.
Когда совершаешь движение,
надо растянуться
и ощутить ногу до самого носка.
Поняла?
Затем встаёшь
и тянешься высоко-высоко.
Теперь плечо и резкий разворот.
— Вечно этот разворот.
— Мира, не переживай. Всё в порядке.
Не переживай.
Повтори движения
пройди по всем отметкам.
Помни,
что ты танцуешь не перед аудиторией,
а перед камерой.
— Разумеется.
— Причудливые движения
хорошо смотрятся на экране.
Но ведь актёрская игра
сродни хореографии.
Она должна выглядеть
естественно, а не натужно.
Давай ещё разок.
Да, заново.
Здорово.
Откуда это взялось?
— Не знаю.
— Правда?
Решила, что получится странно,
и просто сделала.
Всё дело в зубах?
— Наверное, я подумала о вампирах.
— С ума сойти!
Молодец.
Ты из банды Вампиров,
но Филипп Геранд тебя спас.
Ясно?
— Да.
Ты хочешь
отплатить ему той же монетой.
Поэтому вызвался
быть его тюремщиком.
Именно. Когда Великий Инквизитор
заходит в камеру,
ты помогаешь Филиппу связать его.
Вот почему я сбегаю
вместе с Филиппом.
Да.
— Просто сразу не было ясно.
— Конечно, было.
Не успел прочесть весь сценарий.
Я Великий Инквизитор.
Пришло время вершить правосудие.
Пустите меня!
Вы за это заплатите!
Тайны Вампиров.
Клянусь, я отомщу за Марфу.
Я не успокоюсь,
пока банда Вампиров
не будет уничтожена.
Великий Вампир
и его гнусные приспешники
ответят за свои преступления.
Снято!
Снято.
Эдмон.
— Что?
Я же велел тебе
стоять на своей отметке.
Сколько раз повторять?
Я ориентировался на Жюля.
Я встал на своей отметке.
— Покажи, где она?
— Вот здесь.
Это не твоя отметка!
Ты мне бревно показал.
Ничего я тебе не показывал!
Весь кадр насмарку,
когда ты перед ним встаёшь!
Рене, он прав.
Ты показывал ему это бревно.
— О том и речь.
— Вот именно.
Всё! Нет больше бревна!
Я не понял, Эдмон.
Что смешного?
Чего ты хохочешь?
Ты понимаешь,
что из-за тебя мы проебали
сложнейший общий план?
Красивый план. Потрясающий.
Тебе из-за этого весело?
Согласен.
Нет причин для веселья.
Я больше не буду работать с Рене.
Я думала, вы друзья.
С этим покончено навсегда.
Что-то случилось?
Мы снова подрались.
Снова? Что на этот раз?
Он ударил меня по голове монитором.
До сих пор болит.
Господи.
Зато я добился,
чтобы мать Филиппа вырезали.
А с ней что?
В версии Фейада
Филипп живёт со своей матерью.
Перед сном
она ему готовит травяной чай.
Я себя не позволю так опекать.
Мне пора. Машина уже ждёт.
Хорошо.
Пока.
Хорошего дня.
Будь терпеливее.
Съёмкам далеко до конца.
Филипп Геранд расшифровывает
Красный Блокнот.
ПРЕСТУПЛЕНИЯ
ПРЕСТУПЛЕНИЯ ВАМПИРОВ
ЗАПИСАНЫ В ЭТОМ БЛОКНОТЕ.
ДА БУДЕТ ПРОКЛЯТ ТОТ,
КТО ХОЧЕТ УЗНАТЬ ИХ УЖАСАЮЩИЕ ТАЙНЫ.
С помощью Красного Блокнота
Филипп Геранд нашёл логово Вампиров.
Он приходит туда под прикрытием.
ИРМА ВЕП
ВАМПИР
ГОТФРИД ФОН ШАК
Привет!
Привет!
Вы в порядке?
— Ага.
Должно быть, долго добирались.
— Три дня.
— Где вы были?
На севере Финляндии.
В Соданкюле.
Готфрид, и зачем
вы ездили в Соданкюлю?
Там проходит кинофестиваль.
Я был членом жюри. Мы с Аки дружим.
Почему не самолётом?
Я не летаю.
Боитесь?
Всё, что летает, — зло.
Ладно.
Можете пока присесть, если хотите.
Водитель должен был быть здесь.
Я могу тебе доверять?
— Да, конечно.
— Тяжело об этом говорить.
Мне немного стыдно.
Пожалуйста, не нужно.
Не беспокойтесь.
— Я просто не знаю, как сказать.
Я много чего слышала.
Это часть работы.
Правда, не нужно смущаться.
Скажу прямо. У меня зависимость.
Что ж, это случается
с лучшими из нас.
Крэк.
Крэк?
Так… И?
Я увидел таможенников
на границе Гётеборга и Гамбурга
и психанул.
Смыл весь запас в туалет.
Потом оказалось, что это были
шведские солдаты в увольнении.
Аккуратнее.
— Ага.
Готфрид, пожалуйста,
садитесь в машину.
Не знаю, были ли у тебя
когда-нибудь проблемы с крэком.
Нет, никогда.
Я вообще не пробовала крэк.
— Нет?
— Нет.
Не верь тому, что говорят.
Он не выжигает мозги.
— Нет.
— Ну, то есть не полностью.
Но зависимость ужасная.
Я слышала, что это непреодолимо.
Именно, непреодолимо.
Я уже 24 часа без крэка.
Отлично!
Это первый шаг.
Есть ещё пара дней,
чтобы полностью стать чистым
до начала съёмок.
Всё будет в порядке.
Карла, верно? Так тебя зовут?
— Да.
— Карла, я никогда не играл чистым.
Ты должна мне его достать.
— Ладно.
— Иначе я выброшусь из окна.
Аккуратнее с чемоданом,
он немного сломан. Спасибо.
Здравствуйте, у нас бронь
на месье фон Шака
от «Mysterious Films».
Конечно, сейчас проверю.
Спасибо.
Могу я попросить у вас
удостоверение личности?
И кредитную карту на случай издержек?
— Да.
Спасибо, сэр.
Чем я могу помочь?
Отойдём подальше?
Это несколько деликатный вопрос.
Месье фон Шак очень известный актёр.
Театральный, в Германии.
К сожалению, у него боязнь высоты.
Очень важно, чтобы его номер
был на первом этаже.
Будет проще, если…
Его номер должен быть
на первом этаже.
Я была в массовке
на «Эмили в Париже».
— Кормили очень вкусно.
— Тут совсем по-другому.
Ты мне звонила?
Да.
Нужно поговорить с массовкой.
О чём?
Ты прекрасно знаешь, я говорила.
Они хотят,
чтобы им платили, как танцорам.
Нет хореографии — нет танцоров.
Это ночной клуб.
Пусть импровизируют.
Не объясняй это мне,
объясни это им.
Грегори, извините,
но нам никто не сказал, что мы танцуем.
Если мы танцуем, то цена уже другая.
Нам позвонили и сказали
только в шесть утра.
Ты позвонила им в шесть?
Да.
Всё прописано в графике.
Я не могу одеть всех одновременно.
Я попросила
больше ассистентов, ты отказал.
Пришлось подстраиваться.
В следующий раз,
перед тем как подстроиться,
спроси у меня.
Я из кожи вон лезу,
чтобы всё для тебя уладить.
Делаю всё,
чтобы избавить тебя от истерик Рене.
А в ответ получаю
только критику. Никакой похвалы.
Рене оставь на меня.
Ты хоть знаешь, как тяжело
найти костюмы той эпохи?
Ты вообще в курсе?
У моей подруги и бывшей ассистентки
бюджет вдвое больше — в ситкоме.
А вся одежда у неё
из местного магазина.
Работай на ситкоме, если хочешь.
Мы уже это обсуждали.
И обсудим ещё.
Потому что со мной
обращаются несправедливо.
Не будь мы знакомы,
ты бы так со мной не разговаривал.
Я просто хочу немного уважения.
Немного уважения. Я хочу…
Немного уважения.
Никто меня здесь не уважает.
Конечно тебя уважают!
Обсудим это вечером.
Дай сначала разобраться
с более срочными вопросами.
Мне жаль, что появились те фото.
Французские папарацци.
Какие фото?
На французском сайте появилось фото,
где вы с Реджиной
ходите по магазинам.
И что такого в том,
что мы с ней ходим по магазинам?
Все хотят увидеть
твою новую девушку.
Молодая, клёвая — она подходит,
получается хороший материал.
Если им нужна Реджина,
пусть будет Реджина.
Не помню,
чтобы кто-то спрашивал меня.
Ты же знаешь, что это часть работы.
Может быть. Но мне это не нравится.
Не хочу, чтобы кто-то думал,
что мы встречаемся.
Она права. Это несправедливо
по отношению к вам обеим.
Мишель… Я к этому привыкла.
Я уже давно так живу.
Хорошо. Мне пора.
— Пока.
— Пока-пока.
— Она готова?
— Да, только что договорила. Заходи.
— Ты в порядке?
— Боже мой… Да.
Ну… как ты?
Нервничаю.
Это же культовая Ирма Веп,
а они хотят, чтобы я сделала
всё правильно в первый же день.
Ты справишься.
Задача сложная.
Я избавилась
от чёрной вуали ради блузки,
сделала её более похожей на Мюзидору.
Оригинал ведь была идеалом.
А что насчёт
ткани полегче для платья?
Станет проще двигаться.
Отлично.
Не против, если я покурю?
— Конечно, нет.
А можешь затянуть ремень?
Ну-ка, посмотрим.
Что думаешь?
— Славно.
Мне нравится.
Реджина, а ты можешь
ещё раз показать мне сцену?
Ага.
Пойду сделаю
несколько снимков для Рене.
Узнаю его мнение.
Реджина, отойди, пожалуйста.
Реджина!
— Извини.
— Уходи давай.
Спасибо, спасибо, спасибо.
Красота, люблю, люблю, люблю тебя.
Надо показать снимки Рене.
Задёрните шторы
Солнца луч нас не обожжёт
Они никогда не увидят наших лиц
Им не знакомы таинственные места
Тайный вздох по моей коже
Ночь наступает
Выхода нет
Молния бьёт средь раскалённого неба
По правилам древнего обряда
Этой ночью сгущается тьма
Нам никогда не вернуться
Смотрите же на языки пламени
Чтобы отразить нашу жажду
Да.
Мы уже очень долго
обсуждаем этот вопрос.
Я вас понимаю.
И не пытаюсь соскочить с него.
Я много думал насчёт него.
Итак, почему я зациклен
на обтягивающих комбинезонах?
В особенности кожаных?
Что ж…
Если честно, не знаю.
Возможно, ответа и будет.
Если вы можете с этим жить,
то зачем переживать?
Почему…
у меня так много проблем в сексе?
Дело точно в этом.
Как давно они у вас?
Ну…
Ещё подростком…
я был одержим…
Дайаной Ригг,
актрисой из «Мстителей».
Вы ублажали себя, думая о ней?
Не совсем о Дайане Ригг.
Её персонажа звали Эмма Пил.
И она носила
кожаный комбинезон и сапоги.
Комбинезон и сапоги
производили на вас впечатление?
Да! Да-да.
В сценах, где…
где её похищали, связывали…
Вы фантазировали?
Да.
И вы мастурбировали?
Ну…
я очень уважаю Дайану Ригг.
Недавно она умерла.
Я считаю, что она была
исключительной актрисой.
Дело было не столько в Дайане Ригг.
Фантазии больше
строились вокруг её героини.
И эти фантазии были основой
вашей аутоэротической деятельности.
Да, совершенно верно.
Что ж, благодарю вас.
Мы продолжим эту тему
на следующей неделе.
Она требует
более детального изучения.
Да.
Тяжеловатый наряд
для массовки на весь день.
Прибережём его для кабаре.
А таких нам нужно побольше.
Привет, как дела?
— Мы можем поговорить?
— Конечно, две секунды.
Такой тюль —
то, что нужно для первого плана.
Мы можем поговорить?
— Да, можем.
— В кабинете.
— В кабинете?
— Да.
Мне так жарко.
Ты знаешь Готфрида фон Шака,
немецкого актёра,
который играет Морено?
Конечно.
Короче, очень милый парень.
Я забрала его с вокзала.
Он устал.
Вернулся из северной Финляндии.
Но, помимо усталости, у него…
кончился крэк.
Вот.
— Да ладно!
— Прикинь.
— Чёрт!
Ага.
Да. Серьёзно.
Я поначалу так же отреагировала.
Подумала, мол, ничего себе…
Но потом вспомнила…
что у тебя есть связи,
поэтому, наверное, ты могла бы…
ну, решить этот вопрос.
Эту небольшую проблемку.
— Через мой труп!
— Почему?
Через мой труп!
Это незаконно и очень опасно.
Ты делала это для Кори.
Да, но то была травка.
Все курят. В худшем случае
тебя оштрафуют. А здесь?
Ни за что!
Он не будет играть без крэка.
Это большая проблема, я не шучу.
Буду у двери через минуту.
Десять грамм.
Должно хватить на неделю.
— Он же чистый?
— Насколько это возможно.
Насыпьте в трубку и курите.
Я же сказала, что это не мне.
Правда? А в прошлый раз?
В прошлый раз?
Да, для меня. И моей девушки.
Которая бросила меня.
Естественно, с опозданием.
Спасибо,
что позволила поехать с тобой.
Да не за что.
— Это была очень тяжёлая неделя.
— Тебе следует быть терпеливее.
Ты даже не представляешь,
как сильно я пытался быть терпеливым.
Думаю, Рене прав.
Мне нравится мать Филиппа.
Я… скучаю по ней.
Вы должны вернуть её.
Нет, если он хотя бы попытается
вернуть её, то к чёрту. Я свалю.
Можно вопрос?
Да.
Не хочу тебя смущать, конечно.
Иногда онлайн натыкаешься
на вещи, которых не избежать.
Ты это про Лори?
Прошлой ночью
она запостила старые фото.
Да. Горячо ведь?
Мне кажется, она увидела
фото папарацци тебя с Реджиной.
Ты… не против?
Против, конечно.
Но, полагаю, это часть работы.
— В смысле, работы звездой?
— Ну… жажды славы.
Ты как бы заключаешь сделку,
когда стремишься к этому.
Получаешь славу,
а взамен отдаёшь частичку себя.
— Например?
— Например, щекотливые фото.
Возмутительное поведение.
Личная жизнь.
Ну… да.
Юбку, наверное,
потуже нужно затянуть.
Я её ещё не подшила.
Я злюсь на Лори,
но… это жизнь.
Наша жизнь.
И те игры, в которые она хочет
поиграть в интернете —
наименьшая из моих забот.
Она без конца нахваливает Германа,
типа, он изменил её жизнь.
Знаю. Так себе.
Каково было с ним работать?
Ну, он профи.
Ему нравится то, чем он занимается,
и человек он хороший,
но я бы не платила,
чтобы посмотреть его фильм.
Мы сейчас будем говорить о Германе?
Это был твой первый раз с девушкой?
Да.
Тебя это немного смутило.
Думаю, да.
Готово?
Все уже ждут на площадке.
Извини. Не знала, что вы уже ждёте.
Зои, ты не сказала?
Я не работаю под давлением.
Ты серьёзно?
Ей макияж сделали час назад.
Я не буду торопиться,
чтобы угодить вашей бюрократии.
Что ты имеешь в виду?
Листочки с расписанными звонками,
жёсткие графики.
Уж извините, но я так не работаю.
Вдохновение в график не внесёшь.
Спроси любого творца.
Если не возражаешь,
продолжим позднее.
Мы сильно опаздываем.
Ты в облаках обитаешь, что ли?
Извините, не нужно ругаться.
Мы хорошо поработали, я счастлива.
Давайте начнём.
Что у нас сперва?
Ирму Веп наняли как служанку
в дом Филиппа Геранда.
Она хочет вернуть красный блокнот.
— Хорошо.
Я о блокноте Великого Инквизитора,
где хранятся все секреты Вампиров.
Никогда не понимала этого.
Разве Вампиры настолько глупы,
чтобы записать
все свои секреты в блокнот?
Без понятия.
Извини, что задержалась.
Не переживай.
Нам нужно было кое-что настроить.
Это спальня Филиппа,
тебе нужно просто открыть окно.
Смотри. Через него
она впустит в дом Вампиров.
И…
И Вампиры обыщут этот стол
в поисках красного блокнота.
Можно спросить?
Да, конечно.
Мне нужно просто немного прояснить.
Хочешь кофе?
— Да.
— Хорошо, идём.
Если бы я была Вампиром,
не знаю, вряд ли бы
записала все свои секреты.
Или хранила бы их
в потаённом месте, или…
А что ты делаешь со своими паролями?
Записываю.
— Они в сейфе?
— У кого он есть?
— Видишь?
— Поняла. Принимаю.
Убедимся, что я правильно поняла.
Она собирается подсыпать Филиппу
снотворного в травяной чай.
Да. Так и есть.
Он будет крепко спать,
когда придут Вампиры.
— Да, а она сможет
украсть красную книжку.
— Красный…
— Красный блокнот, да.
— …блокнот.
И весь план зависит от того,
выпьет ли Филипп чай перед сном.
Да. Это его привычка.
Детокс?
Нет… Я шучу.
— Это…
— Прости.
И ещё. Это… Кто…
Кто нанял Ирму Веп
в качестве служанки?
Ну, его мать.
Она всё ещё в фильме?
Я думала, от неё избавились.
Я пообещал Эдмону,
чтобы он отстал от меня,
но да, я сохранил персонажа.
То есть Филипп живёт с матерью.
Круто.
Она здесь.
— Пойдём.
— Хорошо.
Мари-Роз. Мари.
Мари, хочу тебя познакомить…
— Да?
с Мирой Харберг.
— Рада познакомиться.
— Мари-Роз Жермон.
Великая актриса французского театра.
Мы готовы снимать.
— Уже?
— Увидимся.
Увидимся позже. Пока.
Снимаем! Все на свои места!
Эдмон в курсе,
что мать Филиппа снова в фильме?
Нет, я ещё не сказал ему.
Что-то вроде сюрприза.
Не дождусь, когда увижу реакцию.
Ему придётся к этому привыкнуть.
Извините.
Включить камеру.
Это яд.
Включаю.
Мы готовы, Рене.
Ты готова?
Начали.
Стоп!
Снято.
Это не то, совсем…
Уже лучше, конечно, но…
Сцена становится лучше.
Мира, можешь немного
более реалистично?
Но она знает, что это холостые пули.
Она сама перезарядила.
Да, но она…
Ей всё равно нужно как следует
притвориться, понимаешь?
Я вроде всё сделал как следует.
Было фальшиво.
В том, как ты влезаешь в окно,
не чувствовалось опасности.
Мы будем снимать ещё один дубль!
— Что за журналист этот Филипп?
Готов просто так убить
двух невооружённых воров?
Самозащита.
Ты хотела меня отравить.
— Ни один судья это не примет.
— Может, не теперь,
но мы в 1916 году.
Да, только наши зрители —
веком старше.
Не переживай. Они это поймут.
Это безумный сюжет Фейада.
Так…
Я согласен с Мирой. Они не примут.
Послушай…
Зрители не идиоты.
Я идиот?
Я не это имел в виду, Эдмон.
Поехали.
Я слышал,
ты вернул мать Филиппа в сценарий.
Да, верно.
И мне не сказал.
Точно.
Она нанимает Ирму Веп
в качестве служанки?
Да.
Нелепость. Мой персонаж
будет выглядеть слабаком.
Нет. Эдмон…
Доверься мне.
Доверься!
А у меня выбор есть?
Поехали.
Начали!
Спасибо. Все по местам.
СКОРО:
ПОБЕГ МЕРТВЕЦА

Серия 3

ИРМА ВЕП
3 СЕРИЯ
ПОБЕГ МЕРТВЕЦА
Запрыгивай!
Извини, что опоздала.
— Да ничего.
Мы едем в отель к Готфриду.
Кто это «мы»?
— Мира и я.
— «Мира и я»!
У тебя крэк в сумке,
а ты с Мирой разъезжаешь?
Ты попросила его забрать.
Сказала, что это срочно.
Я тебе подсобила.
Могла и спасибо сказать.
Миру-то зачем брать?
Сама головой подумай.
Остынь, мы почти на месте.
Он сейчас не в отеле.
Оставим консьержу. Делов-то.
Не смей оставлять
консьержу конверт с крэком!
Зачем ты Миру взяла?
Ей завтра рано вставать.
Она позвала меня
на концерт «Royal Trux».
Готфрид на проводе.
Я перезвоню.
Не отключайся!
Не нужно так кричать.
Не отключайся, Зои.
Зои.
Твою мать!
Привет, Готфрид. Ты где?
Без понятия.
Пришёл на вечеринку.
Как ты там оказался?
Трудно сказать.
Готфрид, мне нужен адрес.
Я узнаю… Леди.
Извините, не разобрал вашего имени.
Королева косяков!
Что?
— Как вас зовут?
Ундина.
— Ундина, милая…
— Слушаю.
Какой у вас адрес?
Улица Революции, 49.
Какая улица? Не поняла.
Ещё раз. Какая улица?
Услышала?
Не разобрала ни единого слова.
Пусть она наклонится
к телефону и повторит.
Извините, можете повторить?
Улица Революции, 49…
Монтрёй!
Супер.
Готфрид на вечеринке
со съёмочной группой.
В Монтрёй. Это пригород.
Я снималась с этим нариком
в фильме про зомби.
Он всё ещё торчит?
— Не могу ответить на этот вопрос.
Господи! Ты купила ему наркоту?
Я не могу ответить на этот вопрос.
Она при тебе?
Высажу тебя на месте выступления.
Так безопаснее.
— Ну уж нет! Я поеду с тобой.
Мы можем вляпаться в неприятности.
Мы уже в них вляпались.
Погнали!
Погнали к Готфриду!
Так-то лучше.
Не стоит тебе ехать
на концерт «Royal Trux».
Это их первое выступление в Европе.
Они небось даже на сцену не выйдут.
Оставайся с нами!
Как вообще Рене в это ввязался?
Он же говорил, что не займётся ТВ.
Но это не телешоу.
Это сериал…
сродни тем, что были в немую эпоху.
И в чём разница?
Это возвращение к истокам.
Все великие романы
19 века были так экранизированы.
Я понимаю, но всем же ясно,
что это шоу,
основанное на немом сериале.
Да, но у сериалов есть история.
Они не возникли на пустом месте.
Сериалы становились романами.
Их стали воспринимать
как длинные фильмы.
— Привет, Мира.
— Это не длинные фильмы.
Это просто контент.
Развлечение, управляемое алгоритмами.
Мира, принести тебе что-нибудь?
Можно пиво. Спасибо.
Ранний кинематограф
тоже был контентом.
Вовсе нет.
Он был противоположностью контента.
Люди творили наугад.
Создавали искусство,
следуя за своим воображением.
Не соглашусь.
Был изобретён проектор,
аудитория заинтересовалась,
и надо было генерировать
контент, чтобы держать её на крючке.
Что ты имеешь против сериалов?
Всё дело в платформах.
Им нужен контент,
поэтому его растягивают.
Адаптируются к рынку.
Это противоречит искусству.
В моём детстве
по ящику крутили «Даллас».
Слышал, даже Райнер Фассбиндер
был его фанатом.
Я дрочил на Сью Эллен.
— На Сью Эллен, серьёзно?
— Она была горяча.
А ещё я бы с радостью
трахнул Бобби Юинга.
Спасибо, Готфрид,
что поделился этим с нами.
Если ты делаешь сериал,
то становишься заложником рейтингов.
Всё просто.
— Да, я согласна.
Современная индустрия
слишком хорошо понимает,
что хочет аудитория.
Слишком много маркетинга.
— Именно.
Это не то, чем должно быть искусство.
Какая разница,
является ли кино искусством?
Лично мне вообще
насрать.
Чувак, не беси.
Кино лучше искусства.
Оно отражает реальность так,
как другие виды искусства не могут.
Бла-бла-бла.
Ты просто заноза в заднице.
Прости.
Мне просто тяжело общаться
с постмодернистскими лесбиянками.
Поверить не могу. Он назвал
меня постмодернистской лесбиянкой.
Он назвал меня
постмодернистской лесбиянкой!
Боже мой!
Я чувствую себя такой оскорбленной.
Слышали, что он только что сказал?
Мне было любопытно.
Я просто хотел воспользоваться
твоей проницательностью.
Ну…
Пожалуйста.
Ты это заслужил.
Что за дурацкий коктейль ты пила?
Как можно пить этот лайм?
Так, ваше такси приехало.
Мне и скутер Зои сойдёт.
Сейчас четыре часа утра.
Я не могу позволить вам
ехать обратно под дождём
с пьяной сумасшедшей.
Пьяной — точно.
Сумасшедшей… возможно.
Скоро увидимся.
Давай прячься.
Мира очень чувствительна.
Она точно знает, чего хочет Рене.
Она поднимет его работу
на новую высоту.
Везунчик.
Великие актёры на такое способны.
По-вашему, я смогу внести вклад?
Хотя бы скромный?
Я не это имел в виду.
Я шучу.
Вы же легенда сцены!
Кто-нибудь знает, где Готфрид?
Последний раз
я видел его блюющим в саду.
Готфрид?
Готфрид, где ты, негодник?
Готфрид?
Я не взял очки.
Да, ну…
Готфрид?
Вот он. Кажется, это он.
Сюда.
Он в порядке?
Готфрид?
Чёрт.
Полегче, полегче.
Что он принял?
Может, оставить его тут отсыпаться?
Он сейчас блеванёт, он блюёт.
Поднимите его.
Давайте оставим его здесь.
Мы не можем его так оставить.
Давай же, Гот.
Свиньи тупорылые.
Что он сказал?
Ты в порядке?
Давайте пойдём внутрь.
Он ходить сам может?
Стой-стой…
Было больно, наверное.
— Чёрт, водитель со съёмок.
— Не переживай. Расслабься.
Вы готовы ехать?
Нас ждут на площадке.
Мире нужно освежиться.
— Как можно быстрее.
— Ага.
Боже! Чёрт! Ледяная!
Привет, Готфрид.
Ты в порядке?
Вы справитесь?
У меня всё хорошо. Вы как?
Сразу гримироваться?
— Да, сразу гримироваться.
Всё хорошо?
— Гот, что тебе нужно, кофе?
— Ага.
Чёрт, всё выходит.
— Вы точно в порядке, сэр?
— Дайте ему воды.
— Привет, доброе утро.
— Привет.
Ладно… Дело вот в чём.
Ты смогла устроиться
в банк «Рено-Дюваль».
Очевидно, что у Вампиров есть план.
— Конечно.
— Ладно.
— Ты здесь?
— Я здесь.
— Правда?
— Да.
Просто выглядело так,
будто ты не в себе.
Нет-нет. Я просто рассказывала им,
как прекрасно выспалась,
а теперь я… готова.
— Ладно, хорошо.
— И сосредоточена.
Нет, просто на секунду
было ощущение,
что ты вырубаешься, так что…
Короче. В общем.
Вампиры получают наводку,
что банк собирается перевезти
огромную сумму денег в Руан.
Представляешь, где Руан?
— А мне надо знать?
— Нет, нет. Вовсе нет.
— Ладно, не знаю.
— Наверно, тебе стоит знать,
что до него два часа
от Парижа на поезде.
— Два часа. Довольно…
— Да, как бы там ни было.
Так вот…
клерк Метадье будет курьером.
Вот он.
Я Метадье.
Ирма Веп.
Если он не сможет,
банкир, Рено-Дюваль,
этот джентльмен…
— Извините.
— Выбрал…
— Ты чудо.
Прошу, сосредоточься, сосредоточься,
потому что… прошу, сосредоточься.
Так вот…
этот джентльмен выбрал Жюльет Берто,
то есть Ирму Веп,
то есть тебя,
запасным курьером на случай,
если сам не сможет.
Смотри.
Вот он.
Да, это конверт с наличными.
— Конверт.
— Да.
Да, ладно.
И этот… дай-ка. Этот конверт
лежит вот в этом портфеле, ясно?
— Ага.
Можно, я покажу?
Портфель лежит
вот в этом сейфе, понятно?
Давай, я положу его в сейф. Вот.
А это у нас ключ.
— Да.
Понятно, что Вампиры хотят
избавиться от Метадье.
Можешь ещё раз имя повторить?
Ме-та-дье.
Нет, им надо избавиться от него.
— Да, да.
— Посмотри на него. Избавиться.
— Метадье.
— Да, Метадье. Уловила.
Итак, Жюльет Берто
доверят наличные.
Да!
Да. Ладно.
Можем снять эту сцену?
— Давай.
Вампиры решили убить Метадье.
Какого чёрта она улыбается?
Снято.
Хорошо, отсматриваю запись.
Так.
Мало насилия.
Я не почувствовал
жестокости Вампиров.
Они должны быть безжалостны, ясно?
Особенно ты, Мира.
Мы должны показать,
что Ирма Веп — убийца.
В этом вся она.
— Надеюсь, не только в этом.
— Да, да. Нет, не только.
Я немного увлёкся, прости.
— Я пошутила.
Понимаю.
Она может быть безумной.
Я немного сдерживалась.
Хорошо.
Робер…
— Да?
— Я не заметил твою булавку… Да.
— Эту будет лучше видно.
— Да, она намного лучше.
Она намного лучше.
Так и есть.
Вдавливай её
до упора.
Мне нужна жестокость.
Тебе нужна жестокость?
Ты её получишь.
После убийства Вампиры
избавляются от тела Метадье.
Но гангстер Хуан де Морено,
враг Вампиров, узнал об их плане…
А теперь шляпа Морено.
Выгляжу в ней, как жиголо.
Тогда такие шляпы были в моде.
Эту я взяла в музее.
Я не жиголо и никогда им не был.
Готфрид, мы все это знаем.
Такой уж у Морено стиль.
Если позволите, я не любитель шляп,
но тебе она очень идёт
и сразу раскрывает
персонажа.
— Очень идёт.
Как жиголо.
Нет, клянусь,
если бы не смотрелась, я бы сказал.
И твоя борода Метадье ещё не готова,
отснимем сцену,
и можешь взять перерыв.
Ладно, чудно.
Мы можем уже просто снимать?
Пойдём по сценарию.
Не загораживаем свет.
Можешь отойти чуть дальше к свету?
Расскажите о вашем журнале.
У нас не журнал, а сайт.
— Мы интернет-СМИ.
— Ладно.
Итак, это правда,
что вы начинали
как дублёр тела в порно?
У меня большой член.
Встаёт без проблем. Так что, да.
Но это было позже.
Начинал я с гейских пип-шоу.
Вы гей?
Сейчас уже нет, но тогда был.
Мне наскучила гей-культура.
Почему наскучила?
Геи её продвигают,
а мне это неинтересно.
Я просто хотел
вставлять им член в задницы.
А потом вы потеряли интерес?
Они ж все коммунисты.
Ну, не все.
Все, поверьте мне.
Ладно, а вы нет?
Я? Нет.
Я член партии республиканцев.
К чёрту либеральную медиа-элиту
и всех латиносов,
отнимающих наш хлеб.
Они оставили вас без работы?
Не совсем,
но вы посмотрите на «Оскар».
Награждают мексиканских
режиссёров и корейцев.
Почему вы согласились
сниматься в этом сериале?
Потому что у меня
лучший в мире персонаж.
Хуан де Морено ведь
чёртов криминальный гений.
Нагибает этих Вампиров-лузеров.
Он закончил жизнь на виселице.
Да, такова судьба
криминальных гениев.
Так они уходят.
Морено — зло. Истинное зло.
Остальные — просто сраные любители.
Привет. Извините.
Готфрид, борода готова.
Увидимся в среду.
Признаюсь, я поражена.
Так я смогу одурачить
безмозглых Вампиров.
Твоя наркота.
Спасибо.
После смерти Метадье
Ирме Веп доверили доставку конверта.
«Метадье! Призрак!»
Лучше бы Готфрид
не снимался в сериале.
Он такой мудила.
— Ты же говорила, что вы ладили.
— Когда?
Когда снимали «Зомби инферно».
Не припомню,
чтобы снималась в таком.
Снималась. Я там была.
И где мы это снимали?
В Пуэрто-Рико, заменявшем Гаити.
Знаешь что? Я ни черта не помню.
Мы весь день под кайфом были.
— Спокойствие, тишина, покой.
— Тишина, покой.
Да! СТП.
(прим. STP — вид синтетического наркотика)
Ну, в итоге-то
фильм получился отличным.
Максвелл Лонгфелло —
настоящий талант.
Через фильмы про зомби
ему удаётся привлечь внимание
к разным серьёзным проблемам.
И каким-таким проблемам?
Например, отчуждённость.
Что ты несёшь?
То, как человек лишается
своего «я» и тонет в рутине.
— Вот оно как.
— Общество тебя имеет.
— Погоди, каким…
— Но ты этого даже не осознаёшь.
Как это связано с зомби?
Зомби —
идеальный пример отчуждённости.
Но у них же нет мозгов.
Они мёртвые.
— Ага. Идеальный пример.
Значит, происходит сравнение
современных людей и зомби.
Они не способны нормально мыслить.
Их мозг был сожран
культурой потребления.
— И они этого не осознают.
— Всё верно.
И для передачи этого месседжа
снимают фильмы.
С ними многое становится понятнее.
Фильмов про зомби столько снимают,
но что-то ничего не меняется.
Кто же это!
Приятно видеть тебя здесь.
— Захотелось опрокинуть стаканчик.
— Я тоже хочу.
Светлое пиво, пожалуйста.
Простите, светлого нет.
Тогда любое. Спасибо.
— Можно, пожалуйста, тёплой воды?
— Разумеется.
Простой тёплой воды. Без всего.
Это Реджина, моя новая ассистентка.
Ты вряд ли о ней слышал.
Она недавно закончила киношколу.
А я-то подумал, это твоя девушка.
Я — большая поклонница.
— Ей нравится…
— Во мне?
«Зомби инферно».
Она считает, что это про «чужого».
Я думаю, что про отчуждённость.
Реджина мечтает стать режиссёром.
Когда-нибудь.
Она уже сняла
парочку короткометражек.
— Не позорь меня.
— Да ладно тебе.
У твоих фильмов хорошие отзывы.
Ты выиграла несколько наград.
— На крошечных фестивалях.
— Спасибо.
— Есть идеи для большой картины?
— Да. Надеюсь, получится.
— Что-нибудь про зомби?
— Да нет.
Сядем за стол?
Одна птичка мне кое-что напела.
Эймонн выбыл из игры.
Твоя птичка не соврала.
Хотя летела она долго.
Мне его не хватает.
Помнишь, как мы обдолбались
и отправились рыбачить в океане?
Вроде да,
но я тогда сразу отрубилась.
Клёвый он чел.
Зря ты его бросила.
Ничего, он не пропадёт.
Он сейчас в городе,
можешь встретиться с ним.
А как звали ту шикарную женщину?
— То была Лори.
— Ох, ты тогда
так с ума сходила. Совсем очумела.
— Она была…
Она была моей ассистенткой.
Точно-точно, ассистенткой.
Какой скандал!
И я не сходила по ней с ума.
Ты места себе не находила.
Для всех это было очевидно.
Ну да.
И для неё тоже?
— Очевиднее некуда.
Она вертела тобой как марионеткой.
Хитрая. И в итоге
получила то, что ей было нужно.
Теперь же она твердит,
что у меня склонность к насилию.
Это как? В плане, она была снизу,
и вы увлекались всяким разным,
когда встречались?
Я бы сказала чуть по-другому.
Но да, видимо, так.
Милая, послушай меня.
Лори не знает, что такое быть снизу.
Она не умеет и не будет прогибаться.
И было бы наивно верить,
что это не так.
Но именно это в тебе ценят люди.
Ты действуешь жёстко,
но у тебя добрые намерения.
Филипп Геранд изучил дела банка.
И сумел выяснить,
что Жюльет Берто — это Ирма Веп.
— Ясно.
— Хорошо.
Так…
Пройдём ещё раз.
Морено — гангстер.
Но не Вампир.
Снимает жильё у Вампиров.
— Да.
— Всё так.
— И он понятия не имеет,
что за его сейфом
находится тайник Вампиров.
— Нет, он не знает.
— Ладно.
Он украл конверт и спрятал в сейфе.
Ирма Веп и Великий Вампир
хотят забрать его.
Но Филипп Герард оказался умнее.
И опередил их.
Метадье?!
Мы сбросили его с поезда.
Смотрите, конверт.
Но как он сюда попал?
Руки вверх!
Не двигаться!
Отдайте мне конверт. Медленно.
Давайте.
Снято!
Снято.
Прошу прощения.
Мадам. Каскадёр.
Вы должны
ударить его гораздо сильнее.
Ударьте со всей силы.
Поняла.
Удар был довольно сильным.
Он выглядел смехотворно.
Но мне больно.
Бить сильнее просто нельзя.
Тогда это будет похоже на клоунаду.
Думаю,
дело не в силе удара, а в позиции.
Нет, Карла, с этим всё в порядке.
Возможно, Эдмону
нужно поработать над реакцией.
Мира, прошу тебя, умоляю.
Зритель должен
хорошо видеть конверт.
Конверт — важный элемент сцены.
А разве его не было видно?
Мы чётко должны видеть эту сторону.
Пожалуйста, вот так, да.
Что ж.
Следующий дубль.
Все по местам. Строго по сценарию.
— Ещё дубль!
— Все по местам!
— Пока-пока.
— Все на исходные позиции.
Поживее!
И не забудьте про сильный удар.
Вперёд. Закрой дверь.
Начали!
Куда делся конверт?
Теперь-то вы ответите
за свои преступления.
Вперёд.
Мы немного отстаём.
Эймонн пока на съёмке.
Но у него скоро перерыв.
Это он вон там в скафандре?
— Да.
— И делает сальто!
Ага.
— Весело.
— Очень.
Режиссёр сидит там.
Спасибо.
Привет, Гуннар.
— Снято! Стоп!
— Держу.
Держим.
Всё хорошо.
Я чуть не обосрался.
Было бы неприкольно.
Можно мне воды?
— Разумеется.
— Эймонн.
— Да?
— Отлично получилось.
— Правда?
Идеальные вращения.
Ты будто
на самом деле падал в бездну.
— Мне понравилось.
— Да?
Жаль, что на шлеме нет камеры.
В какой-то момент я был готов
разрыдаться от безысходности.
— Это да.
— Привет.
— Привет.
— Впечатляюще.
— Благодарю.
Давно ты здесь работаешь?
Шесть недель, осталось десять.
Прости, что не позвонила раньше.
И мне было нелегко это сделать.
Я понимаю.
Что ж…
О чём же фильм?
Заявлен как подобие
«Бегущего по лезвию».
Но не в неонуаре.
И без репликантов и дождей.
А что в них плохого?
Создатели провели опрос.
Дождь вводит людей в грусть.
Кто такие репликанты,
никто не знает.
Уловить концепт неонуара тяжеловато.
Хотя мне кажется, что у них
и с обычным нуаром всё туго.
Тогда в чём подобие
«Бегущего по лезвию»?
Гуннар.
— Гуннар?
— Да.
Талантливый режиссёр.
Сможет снять качественный фильм.
Не изменит своему видению.
Похоже, уже изменил.
Какая же ты…
Тебе он никогда не нравился.
Он, конечно, милый, но нет.
— Как же мы спорили из-за этого.
— Бывало.
Сегодня я впервые услышала,
что у него есть «видение».
Ну что, может пойдём
чего-нибудь выпьем?
Здесь есть небольшой кафетерий.
Я не хочу рисковать.
Никакого желания кормить папарацци
и разводить идиотские слухи.
Хорошо.
Посидим в моём трейлере?
Как ты вообще поживаешь?
Хочется домой.
— Но в жизни у тебя всё хорошо?
— Да.
У меня новая девушка.
Возможно, я люблю её.
Отлично.
Она певица. Слушай, можешь мне
помочь. Тут вот молния.
— Конечно.
Мерси.
Она сейчас в туре,
я редко с ней вижусь.
Знаю.
Лианна.
Мне нравятся её новые песни.
— Клёвые, правда?
Я её самый большой фанат.
Да, последний альбом очень классный.
Достаточно смелый шаг для карьеры.
Но она справилась.
Она такая находчивая.
Добавить молока или сахара?
Ты забыл?
С молоком, без сахара.
Точно.
Читал о вас с Лори.
— Ну да.
— Мне жаль.
Тебе не совсем жаль.
С чего ты это взяла?
Потому что мы с тобой
расстались из-за неё.
Это всё уже в прошлом.
Не думала, что ты такой стойкий.
Да, но это не значит, что я не был
подавлен в начале.
Не думай, что мне это далось легко.
Я так и не думаю, просто…
Это было неожиданно.
И мне нужно было найти,
ради чего жить дальше.
И ты нашёл?
Возможно.
Что ты имеешь в виду?
Лианна беременна.
Поздравляю.
Она… Это…
Нельзя никому говорить до 12 недели,
а она только на десятой, но…
— Мальчик или девочка?
— Думаю, девочка.
Тогда вдвойне поздравляю.
Да, мне…
Мне казалось,
ты вообще не хочешь детей.
По крайней мере…
ты мне так говорил.
Да, мне…
Мне кажется, я правда так думал.
— Но больше не думаешь.
— Нет.
Похоже, я изменился.
Как и я.
Мы не совсем
чужие друг другу. Пока что.
Но наши пути разошлись.
— Вообще, я завидую тебе.
— Завидуешь?
Так.
Ты помнишь, как мы постоянно
обсуждали фильмы Рене Видала?
Да.
Мы были фанатами.
— Да, именно! И…
Как…
Кто бы подумал, что в итоге
ты будешь с ним работать?
— Кто бы подумал?
Спасибо.
Да, его методы
иногда сбивают с толку.
— Понимаю. И что именно смущает?
— Не знаю.
Может, дело только во мне.
Ты меня знаешь.
Меня легко сбить с толку.
Чувствую себя немного потерянной.
Где ты их достал?
— Что? Перестань.
— Ты их заказал?
— Моя ассистентка их обожает.
Они ужасные. Хоть все забирай.
— Люблю её.
Нет, правда,
не переживай об этом.
Ты иностранка в чужом городе,
играешь странного персонажа.
Это и должно сбивать с толку.
Ты всегда помогал мне
справиться с моими комплексами.
Из-за этого ты по мне скучаешь?
Сейчас я…
Чувствую себя растерянной
и одинокой.
Возможно, это часть твоего поиска.
— Поиска чего?
— Поиска своего истинного «я».
— Даже не знаю, зачем этим занимаюсь.
— Нет, знаешь.
Потому что ты в этом хороша.
Ты занимаешься любимым делом.
Это не каждому дано.
— Знаю.
— Не нужно жаловаться.
Не нужно.
Я скучаю по тебе.
И я по тебе.
Мы всё похерили.
Да, это точно.
И назад пути нет.
Нет.
Назад пути нет.
После ареста Морено привели
к начальнику полиции.
«Это яд!
Вам никогда не взять меня живым!»
«Цианид. Ничего уже не поделать.
Он мёртв».
— Простите, Готфрид.
— Что?
Можете переодеться в трейлере,
водитель скоро подъедет..
Хорошо, кто делает фото?
Что, ты ей не сказала? Ладно.
Входите.
Привет, мой водитель
застрял в пробке.
Мне сказали, что я могу
доехать с тобой. Ты не против?
Чувствуй себя как дома.
Как ты справляешься
со всеми девушками вокруг себя?
Что ты имеешь в виду?
Спасибо.
Как мило с твоей стороны,
но нет, я не сижу на крэке.
Расслабит тебя немного.
— Возможно, ты прав.
— Прости, я шучу.
Ну,
они все хотят тебе отлизать.
Ты умеешь подобрать слова.
— Спасибо.
— Я им нравлюсь,
но они меня не хотят.
— Нет, хотят.
А что насчёт Зои?
— Зои?
— Конечно.
— Нет! Зои странноватая.
С ней весело, понимаешь?
Ничего серьёзного.
— Секс — это очень серьёзно.
— Секс?
Нет, мы просто,
знаешь, флиртуем немного.
А Реджина?
Не Реджина.
— Конечно же Реджина.
— Точно не Реджина.
Она умная, делает свою работу.
Она искренняя, славная.
— Увидишь: она сделает первый шаг.
— Да ну тебя.
Я молодая кинозвезда.
Постоянно нужно
справляться со всяким таким.
Самое главное — оставаться собой
и не дать этому повлиять на себя.
На меня это повлияло,
и я не пожалел об этом.
Когда я был моложе,
я трахал всё, что движется.
Готфрид, об этом знают все.
Но ты никогда
не будешь клеиться ко мне.
— А ты хочешь?
— Нет!
Держись, блин, от меня подальше.
Прости, Мира,
но ты для меня скучна.
— Слава богу, слава богу.
— Я много где сбавил обороты.
— Так держать.
Не хочется закончить,
как мой друг, Харви Вайнштейн.
Да, это точно.
Смотри, что я нашла.
Интервью конца 40-х с Мюзидорой,
первой Ирмой Веп.
— Сколько ей было?
— Снимали в 1947,
уже могло быть за пятьдесят.
В 1916 я снималась в фильме
«Вампиры» Луи Фейада.
Мы отсняли десять плёнок,
сто метров каждая.
Я была, как сейчас называют…
первой женщиной-вамп.
Это определение пошло
от слова «вампир»?
Совершенно верно.
Всё началось с того комбинезона,
который я надевала в «Вампирах».
Легендарный комбинезон.
Как верно вы подметили,
легендарный чёрный комбинезон,
из-за него полчища молодых людей
от 16 до 30 лет писали мне.
Годами я получала
не менее одного письма в день.
Я настаивала на чёрном шёлке,
поскольку его прозрачность,
очаровательная по тем временам,
помогала создать некое существо…
Не из этого мира.
То ли женщина, то ли мужчина.
Не сразу определишь, кто она.
Жалко, что она так одряхлела.
Что ты несёшь? Она отлично выглядит.
Я так не считаю.
— Заткнись, Готфрид.
— Высказываю очевидное.
Меня это самого убивает.
Она была такой горячей в своё время.
— Кто-нибудь, пожалуйста…
— Она была такой горячей…
— Вышвырните этого парня из машины.
— …дамочкой в своё время.
Нельзя. Это моя машина.
В последнее время
я каждое утро просыпался
с ужасной тревогой.
Я не удивлена.
Почему?
Вы постоянно откатываетесь назад.
Не понимаю, о чём это вы.
Вы уже снимали «Ирму Веп» когда-то.
Да, снимал.
Это было малобюджетное инди-кино.
Много лет назад…
Всё позади.
Теперь вы снимаете ремейк.
Вы раньше снимали ремейки?
Никогда.
Вы не в ладах с этим фильмом.
У меня всё под контролем.
Это абсолютно новый проект.
С одной большой разницей.
Извините, я не…
Не дадите подсказку?
Джейд.
Джейд Ли.
Ага, Джейд Ли.
А что с ней?
Мы часто о ней говорим.
И правда…
Неудачный брак.
Как долго вы были женаты?
Пять лет, но возможно…
чуточку больше.
Как вы познакомились?
Извините.
Простите.
Как вы познакомились?
Когда снимали «Ирму Веп».
У неё была главная роль.
Вы сильно в неё влюбились?
Я был без ума от неё.
И потом?
Чувство угасло.
И…
пришлось всё закончить.
Вы сами решили поставить точку?
Нет, она.
В ремейке снимается
американская актриса?
Верно.
Почему не китаянка?
Она бы напоминала мне о Джейд.
Вы бы не смогли с этим смириться.
Не смог бы.
Может,
осталось что-то неразрешённое
между вами и Джейд.
Много времени прошло.
Я всё решил.
С ней покончено.
Хорошо.
Просто знайте, в вашей тревоге
нет ничего удивительного.
Я журналист!
Отпустите меня!
Вы пожалеете! У меня есть связи!
Выпустите!
Я Филипп Геранд! Выпустите!
Я журналист!
Морено похищает Филиппа Геранда,
чтобы расспросить его о Вампирах.
Я надел, но не думаю,
что это сработает.
— Проверим на прочность?
— Давайте.
Не волнуйтесь,
верёвка хоть и обхватит шею,
но будет прицеплена к спине.
Всё безопасно.
Потуже?
Максимально туго, чтобы поверили.
Не слишком, я не хочу умирать.
Туже.
— Так пойдёт?
— Ещё.
Достаточно? Становитесь на стул.
Хорошо-хорошо.
Готовы?
Он так и будет болтаться?
Карла, что думаешь?
— Не могу перестать вертеться!
Не знаю.
Выглядит неестественно.
Что не так?
Видно, что он подвешен.
Что на нём ремни.
Я так и сказал, ремни всё портят.
Отстой.
Он может висеть спокойно?
У нас есть ремни с двумя верёвками.
Опустите меня, пожалуйста.
Он должен дёргаться. Он же умирает.
Как это показать?
Когда задыхаешься,
тело так или иначе движется.
Спустите меня вниз уже!
Пять минут, Эдмон, или даже три.
Слушай, что он говорит.
Прогнись в спине и задыхайся.
Зачем Филиппу делиться
ценной информацией с Морено?
Он говорит только то, что Морено
хочет услышать, чтобы его отпустили.
Филипп не стал бы говорить.
Да, но…
Морено его повесил.
Бывало и хуже.
— Он задыхается.
— Это его не расколет.
Непременно расколет!
К тому же,
Филипп манипулирует Морено.
Каким образом?
Делится только той информацией,
которая ему не навредит.
Я не смотрел на это
с такой перспективы.
Он использует Морено,
чтобы атаковать Вампиров.
Он его обыграл.
Можно и так сказать.
Морено думает, что использует его,
на самом деле всё наоборот.
— Правильно.
— Мощно. Так и сыграем.
Хорошо.
Снимите меня отсюда.
Сначала ты расскажешь нам
о плане Вампиров.
Расскажу, но сначала снимите меня…
Я задыхаюсь.
Опустите его на землю.
Что ты нам поведаешь?
Кодовый словарь вампиров.
Видите?
Великий Вампир
и барон де Мортзаг —
это один человек.
— И что?
Барон де Мортзаг устраивает щедрый
праздник своей племяннице.
Сливки общества.
Уверен, это заговор.
Я тебя отпущу,
но если ты соврал,
тебе не жить.
— Снято!
— Снято!
Прекрасный дубль.
Превосходный.
Я прав? Гениально!
— Да.
— Морено купился.
Он даже не догадывается,
что Филипп играет с ним!
Да!
Великолепно!
Ещё один дубль?
Могу сыграть лучше, позакрученнее.
Позакрученнее, давай!
Все по местам.
Чтобы все затаили дыхание!
Филипп Геранд, отпущенный на волю,
в корзине отвезён на Монмартр.
Слишком высоко, слишком опасно.
Мы не сможем это повторить.
Давай немного повыше.
И толкни посильнее.
— Слишком опасно!
— Не бойся.
Рене просит сильнее и быстрее!
Это опасно!
— На один дубль.
— Перестань меня трогать!
Включай камеру!
Поехали!
Сцена 342, дубль 17.
И…
Начали!
Помогите мне.
Помогите.
Мне нужна помощь.
Вы в порядке?
Господи! Я же говорила,
что он пострадает!
Эдмон?
— Нормально всё с ним.
Без резких движений.
Это импровизация!
Эдмон, всё хорошо?
— Как меня зовут?
— Он импровизирует.
— Сколько пальцев показываю?
— Разошлись, ему нужен воздух.
Он их не видит.
Снимаем дальше?
С ним всё в порядке. Браво, Эдмон.
По местам, ещё дубль.
— Голова кружится.
— Сделаем пять.
Разойдитесь.
Ему надо подышать.
Вызовите скорую.
Эдмон потерял сознание.
Он готовился к трюку…
Он репетировал…
СКОРО
ЯДОВИТЫХ ДЕЛ МАСТЕР

Серия 4

ИРМА ВЕП
4 СЕРИЯ
ЯДОВИТЫХ ДЕЛ МАСТЕР
Великий Вампир
под маской барона де Мортзага
устраивает пышный приём
для «племянницы», Ирмы Веп.
«В полночь будет сюрприз!»
Репетиция окончена, всем спасибо!
Расходитесь по местам.
Репетиция окончена,
возвращайтесь на места!
Неплохо.
Статисты не двигаются.
Один вообще как зомби.
Им не видно моего сигнала.
За ней большая дыра.
Вижу, у нас тут пусто.
Я четыре часа уже жду
из-за вашей чёртовой репетиции!
— Робер… Мне так жаль.
— Несомненно.
Особенно из-за того, что вам
пришлось ждать той ночной сцены…
— Не напоминайте даже!
— …в дождь.
— Не напоминайте.
— Мы быстро.
— Начнём.
— Расставлю статистов.
Попрошу внимания.
Извините. Внимание, пожалуйста.
Немного предыстории,
а затем начнём работать.
Это вечер в честь дня рождения
племянницы барона Мортзага,
которого играет этот актёр.
Робер Данжу.
Спасибо.
Он играет барона,
который на самом деле
замаскированный Великий Вампир.
А эта девушка
временно заменяет Миру Харберг.
Персонаж Миры выступает
как племянница барона.
Но на самом деле
это его помощница Ирма Веп.
Мира готовится,
вскоре к нам присоединится.
Займите свои места.
Начнём сразу, как она придёт.
Хорошо?
— Вы все великолепны!
— Вам нужен мини-вентилятор?
— Вентилятор? Нет.
Готье, добро пожаловать!
— Всё в порядке?
— Да-да.
Пока всё хорошо.
Не терпится увидеть сцену бала.
Это ведь главное событие сезона?
Весь основной состав занят в ней.
— Мира всем довольна?
— Стараемся.
Мы пытаемся договориться,
чтобы она стала лицом
новой парфюмерной линейки,
«Dreamscape».
Это настоящий бизнес, не кино.
Понятно?
Месье де ла Паршеминери,
он финансирует фильм,
хотел бы поговорить с Мирой.
Готье, как мило с вашей стороны,
что пришли к нам.
Такая честь.
— Надеюсь, я не тревожу.
— Вы никогда меня не тревожите.
— Точно?
— Да.
Вам не нужно настроиться?
Нет, эта сцена не из таких.
Столько времени прошло.
— Пять лет.
— Нет.
Быть такого не может.
«Savage Desire» стал
невероятно популярен в Азии,
благодаря вам.
Не один парфюм,
а вся линейка.
— Я так рада это слышать.
А теперь мы работаем
над новой идеей.
Да! Так захватывающе!
Не против,
если мы пройдёмся до площадки?
— Да, конечно.
— Не хочу опаздывать.
Можешь подержать?
Берегите голову и ноги,
когда пойдём под краном.
Хотите кофе или чаю?
— Спасибо.
— Не нужно.
«Dreamscape» — наше крупнейшее
вложение в этом году.
Это целая линейка.
Косметика, одеколон и, конечно, духи.
— Так здорово.
Мы планируем,
что вы станете лицом кампании.
Реклама будет
в кинотеатрах по всему миру,
по телевизору, онлайн — где захотите.
— Да, конечно.
Это будет большое событие.
— Точно.
— И вот что.
Съёмкой займётся Бернуа.
— Нет.
— Да.
— Я обожаю его.
Он лучший!
Мы обсуждаем
детали сделки с вашим агентом.
Хорошо.
Думаю, закончим к концу недели.
Замечательно.
Команда говорит, что им сложнее,
чем обычно, договориться о вас.
Ну, Зельда может быть
той ещё занозой.
— Но мы её любим.
— Мы её любим.
Извините, что перебиваю,
но нам нужно последний раз
отрепетировать перед съёмкой.
Вы уже готовы?
Да, готовы. Здравствуйте.
Мы уже готовы какое-то время.
— Нужно было мне сказать.
Съёмки же на первом месте.
— Да, конечно.
— Ты просто была…
— Согласны, да?
— Вы разговаривали, поэтому я…
— Нет, всё в порядке.
Извините.
Готье…
Вот.
Присаживайтесь.
Вам принести чего-нибудь?
Можем немного поговорить?
Я посмотрел демо-версию хореографии.
Замечательно. Очень хорошо.
Это финальная версия?
Мы с танцорами ещё дорабатываем.
Покажите, когда будете готовы.
Конечно.
Я посмотрел,
что вы сняли на репетиции.
Отлично.
Но камеру нужно опустить досюда.
Это опасно.
Она должна быть
прямо над головами.
И так. Опускать ниже — опасно.
Но так будет более захватывающе.
— Тогда перестройте сцену.
— Рене?
Извините,
Готье де ла Паршеминери здесь.
Здравствуйте. Рад видеть.
— Извините, что мешаю.
— Нисколько.
— Как идут дела?
— Мы готовим статистов.
— Вы довольны?
— Да, очень.
Спасибо, что делаете
это всё возможным.
Пожалуйста. Давайте присядем.
Знаете, если вам когда-нибудь
что-то будет нужно, звоните.
У вас есть мой номер.
— Спасибо.
Звоните свободно.
Вы меня не побеспокоите.
Моя команда
восхищается вашей работой.
Они очень сильно помогли.
Хотя ваш последний фильм
не получил заслуженного признания.
Да, но…
Извините, но было
несколько замечательных рецензий.
Да, немного.
Я сам их, правда, не видел,
но меня успокаивает, что они есть.
Да.
Этот сериал представит вашу работу
гораздо более широкой аудитории.
Надеюсь на это.
Спасибо Мире!
Проводите меня?
Мне так жаль,
что мы потеряли Ванду Ванг.
Она великолепна в фильмах Цуй Харка.
В Китае она большая звезда.
Слышал, теперь
вы хотите взять Синтию Кенг?
Она привлекает разные поколения.
Лучше бы. Вы обещали,
что в составе будет китайская звезда.
Азия для нас — это большой рынок.
Наши люди в Китае проверяют её.
В любом случае, важно,
чтобы Мира была довольна.
Мы делаем всё, что можем.
Она предана работе.
Мне нужно, чтобы она подписала
контракт для «Dreamscape».
Так что если у неё будет
хоть одна причина для недовольства,
это негативно на нас скажется.
Не забывайте, что зелёный свет
проекту дал лично я.
Да.
Чтобы Мира была
более заинтересована.
Мне бы очень хотелось,
чтобы она подписала этот контракт.
Вы говорили,
что инвестируете во благо искусства.
Проект многообещающий.
Однако мне сообщили,
что он на любителя.
Классический нишевый продукт.
Но у него есть лицо.
Кто знает, может,
этот сериал будет успешным.
У зрителей!
«Dreamscape» — наш приоритет.
И Мира должна быть его лицом.
Вы хорошо ладите с ней?
Мы хорошие коллеги,
уважаем друг друга.
Но вне работы мы не общаемся.
Полночь.
Зал наполняется лёгким ароматом.
Что происходит?
— Отворите двери! Пожалуйста!
— Отворите двери!
Выпустите нас! Окна не открываются!
— Невозможно дышать!
— Откройте двери!
Откройте, умоляем!
Окна наглухо забиты!
Выпустите меня отсюда!
Какое отчаяние!
Иначе он не стал бы из кожи вон лезть
и делать вид,
будто его заботит сериал.
Готье на самом деле тебе сказал,
что ему нравится сериал?
Да, но едва ли он говорил искренне.
Я могу выбить тебе два ляма сверху.
Но пусть поволнуются.
Ладно.
Поволноваться, так поволноваться.
Отлично.
Ты подумала
насчёт «Серебряного Сёрфера»?
Режиссёром назначили Джошуа Бриггса.
Он согласился только из-за тебя.
Нет-нет-нет.
Не бросайся моим именем
направо и налево.
Я сказала им, что ты пока не решила.
— Не верю.
— Послушай.
Это приличный проект
с хорошим режиссёром.
Подумай об этом.
Я уже дала чёткий ответ.
Да нет, скорее чисто машинальный.
Всё готово. Мы ждём.
Вампиры скрываются с добычей…
не зная, что предупреждённый Филиппом
Морено тайно залез на крышу их машины.
Ведите камеру плавно, вот так.
Мы ждём уже несколько часов!
И продолжаем отставать от графика!
Готфрид.
У нас есть два варианта страховки.
Вот это первый.
А вот второй.
Мы попробуем оба
и тогда решим, какой лучше.
Чёрта с два я это надену.
Но движение машины быстрое.
И для этой сцены
мы не можем использовать каскадёра.
Я выполняю трюки сам,
так в моём контракте.
Я отвечаю за вашу безопасность.
Но если вы будете без страховки,
я не смогу ничего гарантировать.
Готфрид, пожалуйста, наденьте её.
Иначе случай будет не страховой.
— Я не буду ничего надевать.
Все эти ваши штучки для слабаков.
Либо вы работаете со страховкой,
либо мы с вами попрощаемся.
Ну и славно.
Я заставлю вас побегать
по судам, ещё увидите.
Я же шучу.
Боже, никакого чувства юмора.
Они заколотили все окна.
Скорее откройте их! Быстро!
Необходимо проветрить помещение.
Мадмуазель.
Как вы?
— Где моё ожерелье?
— Было совершено ограбление.
— Где мой браслет?
— Где мой золотой кулон?
А жемчуг?
— Сожалею. Всё украли Вампиры.
Барон де Мортзаг не тот,
за кого себя выдавал.
Добро пожаловать, Синтия!
Большое спасибо, что приехали.
— Здравствуйте.
Конечно, всё решилось
в последний момент.
Мне жаль,
что не смогла приехать вчера.
Пришлось задержаться в Гонконге.
Ничего страшного.
Мы рады, что вы приехали.
Но нужно скорее ехать в студию.
Хорошо. Я не против.
— Привет. Я Карла, второй режиссёр.
— Здравствуйте.
Рада познакомиться, Карла.
— Вы отдохнули в самолёте?
— Да. Спала как младенец.
— Отлично.
— Будьте осторожны вот с этим.
— Хорошо. Понял вас.
Здесь нет сигнала.
Сообщения не приходят.
У тебя в телефоне
две сим-карты. Посмотрим-ка.
Спасибо.
— Вы как?
— Отлично.
Вас сейчас отведут
на примерку костюма,
А затем — на съёмочную площадку.
Мы снимаем короткую сцену, верно?
Да-да, очень короткую.
Но с Рене загадывать нельзя.
— Да, я наслышана о нём.
— Значит, вы готовы ко всему.
— Мы раньше никогда не встречались.
Надеюсь, что он не разочаруется.
— Нет.
Вот та сцена.
— Ага.
— Морено…
Помните его?
— Да. Главный враг Вампиров.
— Именно так.
Ему стало известно,
что Вампиры что-то замышляют
в роскошном охотничьем домике,
расположенном в лесу Фонтенбло.
Поэтому он просит свою служанку
проследить за ними.
Но сначала её надо загипнотизировать.
Верно.
Морено зачаровывает
свою новую служанку, Лили Флауэр.
Я видела актёра,
который играет Морено.
Он очень высокий.
Не хочу, чтобы рядом со мной
он выглядел великаном.
Надеюсь, тебе удобно.
Просто отлично.
Хоть сейчас на пробежку.
Госпожа, вы меня звали?
Желаете, чтобы я прибралась?
Или хотите почистить мои сапоги?
Войдите.
— Вызывали, сэр?
— Да, Лили.
Ты нужна мне для особого задания.
Разумеется, сэр.
Прошу, садись.
Ты мне доверяешь?
Да, сэр.
Смотри мне прямо в глаза.
И повинуйся.
Да, сэр.
Теперь ты готова
выполнить свою миссию.
Орельен, выведи её.
Осторожно.
Она в трансе.
Лили, следуй за Орельеном.
Я всё обдумала.
Не хочу играть
в «Серебряном Сёрфере».
Почему? Это же хорошая роль,
и тебе заплатят кучу денег.
Мои приоритеты изменились.
Теперь я играю эту роль.
Эрму Вип?
Ирму Веп. Да.
Тебя слишком долго
не было в Лос-Анджелесе.
По-моему.
Эта роль даёт мне перспективы.
Скорее, мешает твоим целям.
Может, оно и к лучшему…
— ТВОИ ЦЕЛИ ЯСНЫ?
— НЕТ.
ТЫ ОБРЕЛА ДУШЕВНЫЙ ПОКОЙ?
НЕТ.
Добрый вечер. Обслуживание номеров!
Добрый вечер.
Благодарю, спокойной ночи.
Кто ты?
Мы жили вместе пять лет,
а ты меня не узнаёшь?
— Ты точно не Джейд.
— Почему?
Потому что тебя здесь нет.
Ты не во Франции.
Ты в Гонконге или в Лондоне,
или бог знает где ещё.
Это же была моя квартира?
Да, была.
Как ты сюда вошла?
Разве ты не говорил, что я — дух?
Свободный дух.
Свободные духи появляются
и исчезают, когда захотят.
Сколько лет мы уже в разводе?
Десять?
— Нет.
Скорее 12.
Все эти годы
я ничего о тебе не слышал.
Ты прекрасно знаешь причину.
Нет.
Я так и не понял.
Но не хочу бередить старые раны.
Значит, снимаешь ремейк «Ирмы Веп».
Не совсем.
Превращаю его в сериал.
И без меня?
Ты ведь больше не снимаешься.
Я больше не хочу быть актрисой.
А может,
ты хочешь, чтобы тебя навсегда
запомнили в расцвете сил.
Ты меня помнишь?
Я помню хорошие времена.
Помню,
как сильно мы любили друг друга.
Но не помню,
каким ты была человеком.
Я любила тебя.
Но не уверена, что знала.
Теперь я другой человек.
Была любима и нелюбима.
Проживала разные жизни
в разных городах.
И это кажется таким…
нереальным.
Иногда я тебя гуглю,
но сразу же закрываю вкладку.
Не хочу ничего знать.
Твои фильмы выходят в Гонконге.
Но я не смотрю.
Слишком много призраков.
Каково это — снимать ремейк
«Ирмы Веп» без меня?
Это другое кино.
Понимаешь, все фильмы разные.
Но ведь призраки «Ирмы Веп»
это наши общие призраки.
Хочешь сказать,
надо было с тобой посоветоваться?
Да.
Ты так и не ответила на мои письма.
Верно.
Пойду возьму сигарету.
Джейд?
Джейд?
Я согласна поехать
в Китай ради «Dreamscape»,
но лимит — три города.
Это же ненадолго?
Нет. Одно место — одна ночь.
Затем обратно в Лос-Анджелес
для промо «Dreamscape».
Три дня. Максимум четыре.
Ага, этого мне хватит.
Снимешься для пары обложек.
Все останутся в выигрыше.
Помаячишь на модных показах.
Париж, Милан, Нью-Йорк.
Никакого напряга.
Приводи друзей, они тебя побалуют.
— Не хочу, чтобы меня баловали.
— Я лично прослежу,
чтобы они даже не пытались.
Я другое имела в виду.
Готье закатит для тебя
вечеринку в Париже,
покажет своим инвесторам.
Твоя задача — улыбаться,
радовать их, а затем свалить оттуда.
Слава богу.
Значит, договорились?
Да.
Класс. Позже поговорим.
Ура!
Доброе утро.
Доброе.
День не задался?
Спасибо. Я говорила с Зельдой.
Она закрыла сделку с «Dreamscape».
Зря ты ввязалась в эту хрень.
Тебе от неё только хуже.
Это часть работы.
— Да, и не самая этичная.
— Я тебя умоляю.
Если они не против
моих съёмок в «Вампирах»,
меня всё устраивает.
Делай что хочешь.
Ты же суперзвезда.
Тут ты не права.
Называешь меня суперзвездой,
потому что модные бренды
размещают меня
на обложках и билбордах.
А не из-за того, что мне повезло
сняться в парочке неплохих фильмов.
Чего ты встала в такую рань?
Тебе же сегодня можно не спешить.
Мне нужно увидеться с Рене.
Зачем?
Он написал мне на рассвете.
Сказал,
что нужно сейчас же поговорить.
Сейчас.
— Где?
У него.
Ты серьёзно хочешь поехать к нему?
Ради чего?
Ради объятия и круассана.
Хочешь, чтобы и я поехала?
Ни в коем случае.
Но так безопаснее.
— Холодное молоко?
— Да.
Можешь посидеть в машине.
Хочешь, покажу его сообщения?
Ага, с удовольствием.
Забавно.
ТЫ, НАВЕРНОЕ, СПИШЬ. ПРОШУ, МИРА,
ДАВАЙ ПОГОВОРИМ, ЭТО СРОЧНО.
«Прошу, Мира».
На чём он сидит?
Зайдёшь?
Да… захожу.
Кофе?
— А ты будешь?
— Да.
Да, конечно. Тогда и я буду.
Устраивайся поудобнее.
Знаешь, я должен был быть
на площадке ещё час назад,
но просто не смог поехать.
Я проснулся посреди ночи.
Нужно было с кем-нибудь поговорить.
— Понимаю.
Мой терапевт заблокировала меня.
Не виню её.
Прошлой ночью
я звонил ей больше 20 раз.
Прости, что я тут в халате.
Ага… без проблем.
Не было сил одеться.
Из-за тревожности?
Это тебе.
На картинках мои дети.
Ага, я поняла.
Милые фотки.
Кто я такой?
— Кто ты такой?
— Да…
Кто я такой…
чтобы браться за работу
такого режиссёра как Луи Фейад?
Сахар?
Не надо, спасибо. Но…
ты делаешь что-то совершенно другое.
Однажды ты уже изобрёл его заново,
и вышло потрясающе.
Нет, нет. Он пугает меня.
«Вампиры» пугают меня.
— Поняла.
И как мне сделать что-то лучше них?
Он написал сценарий. Разве нет?
Мне вполне нравится.
Изящно, очень изобретательно,
но… не шедевр.
Это не Дрейер или Ланг.
— Извини.
— Кажется…
кажется, это на кухне.
Зачем?
Зачем вообще к нему прикасаться,
если я понимаю,
что меня с ним даже не сравнить?
Думаю, ты ошибаешься.
И думаю, мы на правильном пути.
— Нет.
— Нет?
Нет. Вовсе нет.
Мне не стоило в это ввязываться.
Ну, здравствуй. А что насчёт меня?
Ты прекрасна.
Ты… всегда прекрасна. Ты гений.
— Не преувеличивай.
— Нет.
Ты волшебна… в тебе есть некая магия.
А я потерял её,
если она вообще была во мне.
Ты так снисходителен к себе.
Я могу помочь преодолеть это.
— Как?
Для начала перестань ныть.
— Это… Карла.
— Не отвечай.
— Не надо?
— Пожалуйста.
Ладно.
Мне…
Мне приснился сон.
Приснился сон…
Джейд Ли… посетила меня
и поговорила со мной.
Она сердилась на меня?
Нет… Из-за чего бы?
За то… что я взялась за её роль.
За то,
что кто-то другой играет Ирму Веп.
Нет, она не сердилась.
Она была очень спокойной…
но заставила меня
сомневаться в себе.
Фильм с Джейд я снял
при уникальных обстоятельствах.
— Как и любое искусство, нет?
Всё, что было новым и чистым…
станет запятнанным
и дискредитированным.
Звучит не очень обнадёживающе.
Но…
ты можешь спасти его.
Могу?
— Да.
— Ну, придётся.
Это всё, что нам осталось.
Этим ты и занималась.
Ты делаешь фильм снова актуальным.
И как я это делаю?
У тебя есть вера.
И у тебя чистое сердце.
— У меня чистое сердце?
— Да.
Будто слова из сказки.
Не думаю, что у меня чистое сердце.
Ты не веришь в сказки?
Верю.
Поэтому я и написал тебе.
Ты всё понимаешь.
Фильмы — это сказки.
Не все.
Да, но самые лучшие.
По-моему, мы там нужны.
Поэтому пойду оденусь.
Ага…
это замечательная идея.
А я открою дверь,
если ты не против.
— Пожалуйста.
Ребята, вы спускаетесь?
Ага, мы уже идём.
Филипп Геранд и его напарник Мазаметт
идут по следу Вампиров.
Смотрите… там.
Куда этот парень скачет
в такой ранний час?
Что-то здесь нечисто.
Снято! Снято!
Момент с велосипедами был отличным.
Но, Жереми,
камера дёрнулась,
когда ты слез с джипа.
Это легко поправить позже.
Это самое очевидное решение!
Хорошо, я буду усерднее.
И твоё конечное положение вышло
лучше на последнем дубле.
— Этот дубль был в расфокусе.
— Разве?
— Давайте ещё раз.
— Извините, но я пас.
Почему?
Это уже двенадцатый дубль,
на улице жара, и я устал.
— Можем поговорить?
— Да, конечно.
Мне нужно больше реакции, с конём.
Тебе не понравился этот дубль?
Что-то в нём звучало не так.
Что-то, что я могу исправить?
Не знаю.
Не уверен, что смогу это объяснить.
Может, объяснишь кое-что другое.
Почему Мазаметт указывает на ездока?
Я веду расследование, разве нет?
Это по сценарию.
Это принижает моего персонажа.
Неправда!
В конце твой персонаж
побеждает Вампиров.
Ты ненавидишь моего героя,
это очевидно.
Почему это?
В следующей сцене он найдёт сокровища,
за которыми охотятся все.
Постой! У меня ещё вопрос.
Слушаю.
Я слышал,
недавно прилетела Синтия Кенг.
Да, правда. А что такое?
У неё есть личный ассистент?
— Да, есть.
— И у Миры есть.
Конечно: Реджина.
А у меня почему нет?
Этого нет в твоём контракте.
Почему у них контракты лучше?
Наверное,
у них лучше работают агенты!
Да я шучу.
Ты местный, живёшь в Париже.
Вечером ты возвращаешься домой.
Тебе не нужен ассистент.
Почему же не нужен?
А зачем он тебе?
Чтобы быть наравне с другими.
Нет ассистента — ты неудачник.
Неудачник в глазах группы и актёров.
— Ну да…
Вот зачем.
Ты меня считаешь неудачником?
Нет, нет…
Снято!
Филипп и Мазаметт следят
за загадочным всадником,
прячущим сокровища.
Тем временем
в охотничьем домике неподалёку…
Ирма Веп в мужской одежде
и Великий Вампир шпионят
за тем же всадником,
мистером Вернером.
Красиво.
Тебе идёт.
Знала, что тебе понравится.
Да, ты знала.
Надень-ка это.
Хорошо сидит.
Это то, о чём я думаю?
Войдите.
Вас ждут на площадке.
Мистер Вернер уехал
на лошади рано утром.
Это уже подозрительно…
Должно быть, спрятал награбленное.
Уверен, есть карта к сокровищам.
Мы должны её заполучить.
Да, у меня есть план.
Вот это место.
Это Ирма Веп.
Здесь их убежище.
Наш осведомитель не врал.
Прости, что беспокою,
я только заберу одежду.
Можешь подвезти меня до отеля?
Ты не хочешь ехать на своей машине?
Меня так достали пробки.
И я уже отпустила своего водителя.
Решила, что на твоём мотоцикле
будет куда быстрее.
Сначала отнесу эту одежду,
скоро вернусь.
Ты уверена, что так можно?
Уверена, что нельзя,
но так намного быстрее.
А если нас остановят?
Спокойно, дорогая,
это же ты просила быстрее.
Может, выпьем?
Уже достаточно поздно,
и я без задних ног.
Без задних ног?
— Да.
— Но разве ты сама не хотела…
Сама не хотела?
Ладно, забудь. Не так тебя поняла.
Не сегодня.
Уверена?
Не сегодня, в следующий раз.
Ладно.
Алло? Эймонн?
— Ты в порядке?
— Да, это я, всё хорошо…
Хочешь поговорить?
Лианна…
У неё случился выкидыш.
Боже мой.
На какой она была неделе?
Тринадцатая?
Я думал, что всё в порядке.
Я тоже через это прошла.
Когда?
Нет, довольно давно.
И случилось раньше:
на шестой неделе.
Где сейчас Лианна?
В Копенгагене.
Почему ты не поехал к ней?
Потому что у меня
съёмки завтра и послезавтра.
И тебя не могут отпустить?
Там очень много массовки
и дорогостоящая площадка,
нельзя вот так просто
всё отменить, но…
Там пытаются изменить график,
чтобы я смог уехать.
Они делают всё возможное.
А она может сюда приехать?
Нет, та же проблема —
представление завтра вечером.
— У неё же только случился выкидыш.
— Все билеты проданы.
Да.
Но она не была беременна,
когда проводили…
Ну, тот медицинский осмотр
до начала тура,
так что страховкой
это не покрывается.
Тебе не показалось это опасным,
когда она уезжала в тур?
Мы были готовы пойти на риск.
Мы хотели этого ребёнка.
Я хочу выпить.
Ты будешь?
Нет, спасибо.
В общем, если она завтра
не сыграет, ей пиздец.
Это нарушение контракта.
Но она справится?
Она всё преодолеет.
Бывало и хуже. Она сильная.
Никогда не видела тебя влюблённым.
Неправда.
Я любил тебя,
а ты изменила мне с Лори.
Но ты теперь не со мной,
как и Лори.
Время лечит.
Прости за банальность.
Время не лечит.
Время…
облегчает боль,
но раны остаются.
После Копенгагена у неё
два выходных, так что…
Но вы же с ней поговорили?
Ну…
Недолго. Мы…
Мы разговаривали часа два, но…
только и рыдали в трубку.
Нам не хотелось
заканчивать разговор.
Нужно было её обнять.
Да…
Но вместо этого
ты пришёл обнять меня.
Я пришёл…
за утешением.
Мне оно необходимо.
И я разбудил тебя, прости.
— Нет, всё в порядке.
Я всё равно не спала.
Просто…
Будто весь мой мир
только что развалился.
Прости, я слишком нагоняю драму.
Так глупо.
— Нет.
СКОРО:
ГИПНОТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД

Серия 5

ИРМА ВЕП
5 СЕРИЯ
ГИПНОТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД
Морено, как и Великий Вампир,
ищет сокровища мистера Вернера…
КАРЛА
ПЕРВЫЙ ПОМОЩНИК РЕЖИССЁРА
Достала!
У тебя есть сигареты?
Нет, только сигара Робера.
Дай сюда!
Он велел сохранить её.
Дай её мне!
Спасибо.
Можно я открою окно?
Вообще-то, нельзя.
Прошу, выруби кондей.
Я его терпеть не могу.
Сколько можно повторять?
Я весь горю.
До тебя не дозвонишься!
Робер заждался!
Робер Данжу?
Ты обещал с ним встретиться.
Где гардеробная Миры?
— На втором этаже. Тебя отвести?
— Сам найду.
Я просто предложила.
Как-нибудь обойдусь.
Отлично. Робер Данжу.
Рене!
Рад тебя видеть!
Извини, я спешу.
Мы же договорились.
У меня куча дел.
Именно поэтому
тебе нужен кофе. Садись.
Извини…
Принесёшь мне двойной эспрессо?
Я выпью с ним кофе.
Хорошо.
Что тебя тревожит?
Мне нужно, чтобы Мира заострила
внимание на сцене похищения.
Это её ключевая сцена
с Великим Вампиром.
Именно…
Мы с ней хорошо подготовились.
Вы репетировали без меня?
Вот почему я хотел
с тобой встретиться.
Мы внесли кое-какие
изменения в диалог.
Актёры часто так делают.
Я бы не сказал.
Вот увидишь, тебе понравится.
Мы потрудились
над химией между персонажами.
Какой химией?
Мы же играем пару.
С каких пор?
Ты шутишь?
Мы ведь пара!
Нет.
Извини, но этого нет в замысле.
Кто сказал, что вы пара?
Ты читал сценарий?
— Разумеется.
Там не сказано, что вы пара.
Ладно. Тем не менее
мы с ней замечательно поработали.
Поработали?
Нашли свой ритм.
Мы в синхроне! А это редкость.
— Спасибо.
— Большая редкость.
— Потрясающе.
— Робер…
Мы к этому вернёмся.
К твоим услугам в любое время.
— И ещё кое-что.
— Что?
Я тебе очень благодарен.
Мне нравится работать
с прекрасным другом и режиссёром.
Спасибо.
Важно говорить об этом вслух.
Твоё доверие — честь для меня.
У Фейада в каждом эпизоде
Великого Вампира играл новый актёр.
Соединить их в одно целое —
потрясающая находка!
Благодаря этому я могу
показать все грани
этого криминального гения!
Уверен, ты справишься.
Надеюсь, не подведу.
Весьма щедро с твоей стороны.
— Дай поцелую.
— Нет!
Да.
Нет!
— Да!
— Да.
Вот блин.
— Не помешал?
— Скорее напугал.
Заходи.
Нет, это… я хотел…
Кое-что тебе показать.
Оригинальная версия
сцены, которую мы сегодня снимаем.
Смотри.
Вот…
Если что, я в курсе.
Пока Великий Вампир
отвлекает Вернера в гостиной,
Ирма Веп крадёт карту к сокровищам
из комнаты мистера Вернера,
но её хватает Морено.
Смотри внимательно!
Это одна из самых
важных сцен в сериале.
Она должна производить
тот же эффект, что в оригинале.
Между вами возникает
сексуальное напряжение.
Да.
Смотри.
Видно желание.
И соблазн.
Мы обсудили это с Робером.
Пойми, что у вас с Великим Вампиром
скорее… деловые отношения.
Он пожилой человек,
он старпёр.
Ей он не интересен.
— Знаю.
Она выше этого.
— Верно.
Старпёр. Да.
И тут появляется Морено.
Сексапильный.
Ещё какой.
Да. Сексапильный. Молодой.
Отважный.
— Весьма привлекательный злодей.
Да, но преступница-то она.
Она представляет опасность.
— Конечно!
— Но Морено всё переворачивает…
и из злого гения
она превращается в даму в беде.
Как ты посмел?
Да, он её унижает.
Громко сказано.
Не думаю, что он её унижает.
Она скорее стимулирует
потаённые желания аудитории.
Мне это кажется довольно мультяшным.
И в этом заключается развлечение.
Всё так, но…
когда он её похищает,
почему это так интригует,
потому что целомудренно.
Нам ничего такого не показывают.
— Верно.
— Но мы чувствуем напряжение.
Кроме того,
это классный сюжетный поворот.
Да.
Такого не ожидаешь.
Эта сцена выделяется.
Можешь посмотреть на «YouTube»…
Я в курсе, что это самое
просматриваемое видео
по «Вампирам» в сети.
Но я не понимаю почему.
Это образцовая подростковая фантазия.
Парни боятся девушек,
поэтому мечтают их приручить.
Конечно, в реальности так не бывает.
В реальности бывает всякое.
Хорошее…
плохое…
и всё в промежутке.
Пошли снимать.
Хватит, Малик. Выйди уже из кадра.
Почти всё.
— Нет! Господи!
— Минутку.
Почти готово…
— Готово!
— Начинаем!
Поставь метку!
— Сцена 40B/…
— Извините.
Готфрид… Готфрид…
ты знаешь, что Фейад задел за живое.
Да.
Это начало сцены, из-за которой
проект почти запретили.
Производство прекратили.
— Не волнуйся.
Я позабочусь, чтобы и тебя запретили.
Нет, нет, нет.
Я не это имел в виду, хорошо?
Держи себя в руках…
Не травмируй никого, ладно?
— Постараюсь.
— Хорошо.
Но не обещаю.
Но сохрани животный инстинкт.
Будь опасным.
Постарайся её удивить.
Держи себя в руках.
Начинаем! Камера!
Тишина на площадке!
— Хлопушка.
— Сцена 40B/2. Дубль один.
Снято! Снято! Снято!
Ты в порядке?
Да. Нет, я ударилась, но в порядке.
В порядке? Хорошо, потому что…
мне надо отсмотреть материал.
Конечно.
Хорошо, смотрим отснятое.
Будет ещё дубль.
Будет ещё дубль.
Извини, я не сообразил.
Был в образе.
Тебя занесло.
Меня всегда заносит.
Только так и могу играть.
Это наша первая сцена,
так что давай сразу проясним,
ты найдёшь другой способ играть.
Я вхожу в транс.
Ага, но со мной
придётся из него выйти.
Самоконтроль. Скука какая.
Но если ты этого хочешь…
Хочу.
Извините. Так. Дубль совсем не тот.
Без обид, но было скучно, понимаете?
Я не почувствовал напряжения.
Нужно что-то более плавное, более…
Да, да, думаю, я понимаю,
чего ты хочешь и…
— Да. Двигайся, как змея.
А ты просто ухвати меня шарфом,
всё остальное я сделаю.
Ты здесь леди, я рад подчиниться.
ТРИ ЧАСА СПУСТЯ…
— Сцена 40B…
— Погоди, погоди.
Погоди две секунды.
Подожди, пожалуйста.
Готфрид, мы отсняли 14 дублей.
И я сделаю ещё сотню,
если понадобится.
Не сомневаюсь.
Но давай попроще.
Постарайся играть минималистично.
Слушай, если добавим
ещё минимализма, выйдет кататония.
Именно. Идеально.
Кататония. Подходящее слово.
Прямо в точку.
Пусть будет кататония.
Отлично.
Сцена 40B/2, дубль 15.
Метка.
Мотор.
Снято! Следующая сцена!
Ладно, актёры могут передохнуть.
Я везде смотрела. Её нигде нет.
Ни в гримёрке, ни в гардеробной.
Понятия не имею.
Всё здание прочесала.
Мира?
Что случилось?
Я видела, как ты пробралась сюда,
но никому не сказала.
Всё в порядке.
— Что произошло?
— Просто не могу держать в себе.
Эймонн.
Лианна ждала ребёнка.
На днях случился выкидыш.
Он был жутко подавлен.
И…
Я пригласила его к себе.
— Что?
Ты же не хотела с ним общаться.
— Ну, не хотела.
Его надо было утешить.
Да. Он остался на ночь.
Всё ещё любишь его?
Не знаю. Я запуталась.
Нет. Я не люблю его.
У нас было три прекрасных года.
Я так любила его.
Он многому научил меня.
Он потрясающий актёр.
Я не могу просто всё забыть.
Но и ты достаточно ему дала.
— Он придавал мне уверенность.
— Так соберись,
подними задницу и иди работай.
Извини, все ждут и с ума сходят.
— Да, знаю.
Я же надёжная. Не могу сломаться.
Думаю, сейчас ты вполне
способна взять себя в руки.
Спасибо. Вот чёрт.
Так ты, значит, та самая Ирма Веп.
Ценный улов.
Твой хозяин прождёт зря.
Оставлю-ка я себе
эту прелестную шлюшку.
Ты, похоже,
не знаешь, с кем связался.
Я здесь главная.
Ты теперь моя пленница.
Если хочешь подобраться поближе,
придётся заставить меня
полюбить тебя.
И уж поверь, этому не бывать.
Посмотрим.
А теперь сядь.
Кажется, выбора у тебя не осталось.
Нравится тебе или нет,
ты теперь…
принадлежишь мне.
Не сопротивляйся. Дай волю чувствам.
Сладких снов, дитя моё.
Карта к сокровищам.
Ты теперь моя.
Снято! Давайте ещё дубль.
— По-моему, дубль очень хорош.
— Да, думаю,
мы полностью выложились.
Может, попробуем
растянуть сцену немного?
Сделаем ещё дубль,
но вы не будете торопиться, хорошо?
Растянем действия,
чтобы было больше напряжения.
Мне и так хватило напряжения.
Всё, как мы репетировали.
— Ты уверена?
Абсолютно.
Мы сделали семь дублей.
Думаю, всё получилось.
Рене? Сцена идёт почти две минуты.
Это больше, чем нужно.
Дубль идеальный.
В этот раз я всё заснял.
Хорошо. Давайте снимем крупные планы.
Ладно. Крупный план, а потом обед!
Я помешал?
Нет, я просто
читаю «Financial Times».
Можем поговорить?
Конечно.
Присаживайся.
Прости за прямоту,
но я в замешательстве.
Мира мне только что сказала,
что ты видишь её и Великого Вампира
как деловых партнёров.
Нет, вовсе нет.
С чего бы я такое сказал?
Вот и я так подумал!
Наверное,
она неправильно меня поняла.
Возможно,
это из-за моего плохого английского.
— Действительно.
— Действительно.
Именно!
Какое облегчение!
Робер,
тебе не о чем беспокоиться.
Вот так, да.
Всё? Хорошо.
Скайлар!
Надо сделать фотки для интернета!
Необычный для тебя образ.
Можешь полностью
меня сфотографировать?
Простите, что так долго,
но мы наконец готовы.
— Всё в порядке?
— Да, просто задержались.
Хорошо, что мне в любом случае
почти ничего не надо делать.
— В каком плане?
— Всё, что мне нужно —
это открыть глаза и идти как зомби.
Да, но есть миллион способов,
как это сделать.
Надеюсь, мы не будем
рассматривать все.
Поднимайся…
Пора приступать к заданию.
Вручи эту карту Великому Вампиру.
Он примет тебя за Ирму Веп
и сразу же кинется к тайнику в лесу.
А я буду сидеть и ждать,
когда ты принесёшь мне
сокровища.
Ты моя пленница.
Ты будешь в моей власти,
по крайней мере, пока Великий Вампир
не заплатит за тебя выкуп.
Уверен, он выложит кругленькую сумму,
чтобы удержать
такую обворожительную злодейку
на своей стороне.
А может, мне стоит
оставить тебя себе.
Кто знает.
Спасибо.
До завтра.
— Выезд в 6:30.
— Почему так рано?
— Дороги перекрыты.
Ну и дерьмо.
Я пришёл!
Ты сегодня поздно.
Ждал весь день
и в итоге доснимался в сверхурочные.
И как всё прошло?
Ужасно. Все друг на друга орут.
А где дети?
У мамы.
Она им пообещала пиццу и ужастик.
А почему ужасно?
Мой персонаж идиот,
а Рене на это наплевать.
Всё настолько плохо?
Что бы ни делала Мира,
для него она всегда гениальна.
А я?
Но она всё же
производит впечатление.
Знаю, я меркну на её фоне.
Это ведь не соревнование.
Я ничего не могу с собой поделать.
Вот, посмотри отснятое.
Ничего себе.
Какая притягательная.
Знаю.
Ого, вот это да.
Очень сексуально.
Сексуально?
На площадке так не выглядело.
Это очень сексуально.
Когда будем на месте?
Через 30 минут.
— 30 минут?
— Да.
В следующий раз закажу мотоцикл.
— Это материал со съёмок.
— Сериала, на котором ты работаешь?
Ого! Так это правда Мира Харберг?
Покажи!
Прости, ты свободен?
Да.
Мы здесь кое о чём говорили.
Кое о чём крайне серьёзном.
Так, продолжай…
Пожалуйста, ты не подумай,
я всего лишь говорящая голова.
Я только передам мысли,
с которыми мы все согласны.
Хорошо.
Я присяду?
Конечно, садись.
Вы тоже, присаживайтесь.
— Садись, Мари.
Нас беспокоит один…
момент.
Тебе не показалось,
что Морено
насилует Ирму Веп в той сцене?
Не особо понимаю, о чём ты.
Нет, прости, но он её гипнотизирует.
Да!
А потом, когда она
без сознания, овладевает ей.
Именно!
Разве это не изнасилование?
Возможно, но я просто переснимаю,
практически кадр за кадром,
сцену Фейада.
Очень ты удобно придумал —
прятаться за Фейадом.
Разве он не снимал в эпоху,
когда изнасилованных женщин
заставляли молчать?
Нет, нет…
Он снимал в 1915 году!
Если речь идёт о том,
что было 100 лет назад,
то тогда да! Но сейчас 2022 год!
Понятно?
С чего вы вообще это взяли? Простите.
Ешьте, ешьте! У вас перерыв.
Робер хочет сказать, что Фейада
явно возбуждало,
когда сильную женщину
похищают и унижают.
Ну… Ладно.
Но ведь она сама по себе зло. Убийца.
И она совершала преступления
куда хуже, чем похищение.
То есть опять та же песня?
Она сама напросилась?
Сама виновата в изнасиловании?
— Но…
— Мы смотрим на это по-другому.
Для нас это —
сексуализация насилия.
Тебе нужно вырезать эту сцену.
То есть вы все согласны
с начальником полиции,
который запретил Фейаду
снимать из-за непристойных сцен
100 лет назад? Это цензура.
— Разве он запретил?
Да, именно.
Да, но…
запрет в итоге был снят,
и съёмки продолжились.
Потому что Мюзидора сама
пришла к начальнику полиции
и отстояла сериал.
Невероятно.
Ты восхищаешься тем,
что женщина причастна
к собственной эксплуатации.
Да ладно тебе!
Как ты можешь нести такой бред?
Прости, но времена изменились.
Женщины больше не хотят работать
с такими режиссёрами, как Фейад
и ему подобными.
Смирись с этим.
Робер, то есть ты согласен
с шефом полиции, а не с Мюзидорой?
Ты абсолютно прав.
Начальник полиции —
единственный хороший человек
во всей этой пренеприятной ситуации.
Хорошо.
Ты находишь эту сцену неоднозначной.
Да. В извращённом плане.
Извращённо-притягательное, понятно.
Но это нам и нужно.
Что именно не так?
Мой персонаж — извращенец.
Но в этом вся соль.
И вообще, эту тему нужно развить.
— Именно.
Именно так.
Вы, гетеро, редкостные зануды.
Робер.
— Что?
— Ты — славный парень.
— Ты тоже, Готфрид.
— И ты мне очень нравишься.
— Ты мне тоже.
И будь я всё ещё геем…
— Что?
— Я бы за тобой приударил.
Пожалуйста, перестаньте.
Но ты слишком скованный и зажатый.
Мне тебя жаль.
— Перестаньте.
Признайся, что та сцена
заставила тебя возбудиться.
И это ужасно.
Сцена, умаляющая женскую сущность
не должна никого возбуждать.
Блин!
Смотри на дорогу!
Не лети так!
Ты водишь как сумасшедшая.
Да ладно тебе.
Тот парень мог в нас влететь,
не успей он резко затормозить.
А мне кажется, я езжу спокойно.
Зря ты напал на Робера.
Почему?
В его мнении есть смысл.
А именно?
Его бесит,
что Морено украл у него Ирму Веп.
И делает с ней всякие непотребства.
Он — мерзкий извращенец, не я!
Но добавить эротики — твоя идея.
В сравнении с нынешними фильмами,
эта сцена — сплошная невинность!
Понимаю.
Но ты ходишь по тонкому льду.
Объясни.
А что тут непонятного?
— Добрый день.
— Здравствуйте. Пиво, пожалуйста.
Чашечку эспрессо. Срочно.
— И эспрессо.
— Поняла вас.
Времена нынче другие.
И это всё — щекотливая тема.
Это понятно,
но Роберу-то просто нужен предлог!
Ты не пошёл на уступки,
и он разозлился.
Решил достать тебя
игрой в пуританина.
Он чёртов лицемер.
Все это знают. Его насквозь видно.
Но если ты зайдёшь за грань,
то непременно кого-нибудь оскорбишь.
Я?
Да! Ты!
А как ещё, по-твоему,
люди должны реагировать?
Погоди.
Хочешь сказать,
что я ничего не смыслю
в гендерных вопросах?
— Нет. Но ты мужчина.
— Да.
Не забывай,
у вас есть преимущества.
Я знаю!
И всегда сначала всё обдумываю.
И сцену с изнасилованием тоже?
Но она была в оригинале!
Ага.
И, видимо, ты не раз
рукоблудничал при просмотре.
Естественно!
Если это делаю я, то будут и зрители.
Что тут вообще обсуждать?
Разве фильмы не должны
дарить людям наслаждение?
Тем не менее,
должны быть конкретные рамки.
Выход за рамки людям и нравится.
Знаешь,
кого ты мне сейчас напоминаешь?
Готфрида.
— Прости, что опоздала.
— Всё в порядке.
Прошу прощения,
что потревожил на ночь глядя.
Ничего. Во время съёмок
я практически не сплю.
Добрый вечер. Что будете пить?
Травяной чай, пожалуйста.
Хорошо.
Могу я задать тебе личный вопрос?
Прошу.
Сцена похищения — проблематична?
Меня вынуждают изменить её.
Я видела отснятый материал.
Отличная сцена.
Она интересная, притягательная.
«Извращённо-притягательная».
Вот как это назвали.
Но такая уж Ирма Веп.
Сексуальная, притягательная злодейка.
Это очень мощная сцена.
И неважно, что скажут всякие святоши.
Если она меня возбуждает,
я — извращенец?
Ещё какой.
Но…
Что ты хочешь сказать?
У каждого есть
скрытые тёмные фантазии.
Но со временем
они отпадают.
— Мои всё ещё на месте.
— Я заметила.
Но кому какое дело?
Это же кино, а не реальная жизнь.
Ты можешь кого-нибудь этим задеть.
Люди бывают
очень чувствительными и обидчивыми.
И что же теперь делать?
Ты можешь начать
с принятия данного факта.
Перестань его отрицать.
Затем…
дай волю воображению.
Хотя Мюзидора сама…
разделяла задумки Фейада.
Помнится, она писала
про это в своих мемуарах.
Привет.
Я вам перезвоню.
Я всю ночь
писал новую сцену, Грегори.
Мюзидора должна высказаться лично.
Робер Данжу не имеет права
приписывать ей всякий бред.
Эта сцена расставит все точки над i.
За основу я взял
реальный исторический факт.
В 1916 году съёмки были прекращены
по требованию чиновников.
И тогда Мюзидора
отправилась к начальнику полиции.
Она написала об этом в мемуарах.
Прочитай.
Большая честь принимать
достославную Мюзидору.
Для меня честь иметь встречу
с самим главой парижской полиции.
Прошу, садитесь.
Очень приятно вас видеть.
Вы — словно луч яркого солнца,
озаряющий тягостное небо,
тягостную работу.
Я пришла к вам…
Чтобы просить помощи
от лица моих коллег
и всей съёмочной группы Леона Гомона,
работающей над «Вампирами».
Два месяца назад
нас вынудили прекратить работу.
Прошу прощения за прямоту,
но ваш фильм
самая настоящая гнусность.
Он высмеивает высокопоставленных лиц,
полицию, моих сотрудников.
Столпы нравственности
поднимает на смех.
Это всего лишь продукт воображения.
Я не видел фильм, однако наслышан,
что в нём присутствуют сцены
определённого характера.
Именно так. Я снималась
в шёлковом облегающем костюме.
— Как мне и докладывали.
— У вас превосходные информаторы.
Костюм был создан самим Полем Пуаре.
Наш величайший дизайнер
и достойный джентльмен.
В вашем кабинете
довольно жарко.
Вы не возражаете,
если я сниму пальто?
Позвольте вам помочь.
Это платье также
было создано мсье Пуаре.
Думаю, на диване нам будет удобнее.
Фильм никоим образом
не может меня осквернить.
Даже лицо едва заметно.
Вы доказательство того,
что не нужно обнажаться,
чтобы что-то показать.
Вы заставляете меня краснеть.
Многих это шокирует.
Прошу, господин шеф полиции…
поймите, что мы боремся
с огромной конкуренцией
со стороны зарубежной киноиндустрии.
Американцы недавно выпустили
«Опасные похождения Полины».
Его спродюсировали французы.
Братья Пате.
Верно, но съёмки
проходили в Нью-Джерси.
И съёмочная команда
состояла полностью из американцев.
Мы же даём работу
своим согражданам, доблестным героям,
вернувшимся с фронта.
Не могу с вами не согласиться.
Над нашей картиной
корпели талантливые люди,
которые теперь оказались без работы.
Это даёт преимущество
иностранной киноиндустрии.
Понимаю.
Со всем уважением отмечу,
что такое действие
может рассматриваться
как антипатриотическое.
Что ж, вы не только
привлекательны внешне,
но и обладаете
отличным навыком убеждения.
Мы взглянем на картину ещё раз.
Я сообщу вам о нашем решении.
— Хорошо.
Не сглаживайте углы чересчур сильно.
Или ваши бесчисленные поклонники
будут в отчаянии.
Я лично прослежу,
чтобы этого не произошло.
— Хорошего дня!
— Спасибо.
Как поживаете, Грегори?
Спасибо, что пришли.
Без проблем.
Как дела на съёмках?
Команда работает усердно.
Атмосфера прекрасная.
Рене долго обрывал мне телефон.
Когда же я наконец ответил,
он высказал желание
избавиться от Робера Данжу.
— С чего бы?
— Я спросил то же самое.
Но услышал бессвязную ругань.
Весьма грязную.
Такой уж он.
Однако я обеспокоен.
Действительно, у Рене
и Робера был конфликт,
но сейчас он улажен.
Спасибо.
Пусть только попробует
уволить Данжу или кого-то ещё.
Рене понимает, что слетит с сериала,
если сорвётся?
Если уж он сорвётся,
то перестанет приходить на работу.
И у нас всех будут неприятности.
У нас есть запасной план?
Запасной план?
На случай,
если нам придётся уволить Рене.
Здрасьте.
Здравствуйте, сэр.
У меня встреча с мисс Харберг.
Хорошо. Она там.
Привет.
Привет. Извините.
Я плохо знаю этот район.
Живу на другом конце города.
Далеко ехать.
— Знаю, Бастилия. Я там была.
Спасибо, что проделал этот путь.
— Ничего, порядок.
Мне просто нужно понять…
наладилось ли у вас всё с Робером?
Ведь у нас завтра совместная сцена.
Мы просто хотим убедиться,
что Мира не будет отвлекаться
и сможет работать.
Тебе нравится Робер?
Да нормальный он.
Потому что он видит
Великого Вампира как…
какого-то зловещего гения.
Считает, что он должен быть
холодным и отстранённым.
— Не мне судить.
— Уж слишком он холоден и отстранён.
— Да.
— Он хороший актёр.
— Хороший актёр?
— Да.
А ты так не думаешь.
— Ладно…
Расскажу вам историю.
Вы знали, что Луи Фейад
мог быть трудным человеком?
На площадке или вне её?
Нет, вне площадки
он был джентльменом,
но на съёмках был бескомпромиссен.
Однажды, по какой-то причине,
он разозлился на актёра,
который играл Великого Вампира.
Его звали Жан Эме.
Однажды Жан Эме не явился на съёмки.
Луи Фейад был хорошим человеком,
но очень жадным.
Так, следующим утром,
когда Жан Эме пришёл на съёмки…
Луи Фейад подошёл прямо к нему.
Для кинематографа
больничных не существует.
Мы все пришли на работу.
Массовка в сцене, что вы пропустили,
стоила мне две тысячи франков!
Вы это понимаете?
Некому было предупредить.
Я живу один.
Вы не созданы для кино, Жан Эме.
Я буду сегодня
сниматься или мне уйти?
Проваливайте!
Отлично.
Стойте.
Жан Эме, за мной.
Манишу, давайте снимать!
Включите освещение.
Позовите Мюзидору. Быстрее!
Опишу сцену.
Репетировать
перед съёмкой не будем.
Ирма Веп в ожидании
Великого Вампира.
Давайте снимать.
— По местам.
— Готово.
Мотор.
Начали.
Снято!
К следующей сцене.
Позовите Морено!
Так, что дальше?
Идите к бухгалтеру
за последней выплатой.
Мюзидора убила вас. Свободны.
Проваливайте.
Дальше!
Я просил позвать Морено. Где он?
— А он был жесток.
— Ага.
Бедный Жан Эме.
То есть тяжело ему пришлось.
Знаешь что?
По итогу, так было лучше для фильма.
То есть?
Круто же,
когда Морено берёт верх.
Да-да. Сначала
Ирма Веп и Морено были
Бонни и Клайдом того времени.
— Ага.
— Сексуальные преступники.
— Да, да.
— Ага.
Поэтому
давайте убьём Великого Вампира.
Давайте избавимся от него,
как это сделал Фейад.
Но этого нет в сценарии.
Вопрос в том,
обсуждал ли ты это с Робером?
Ещё нет,
но он скоро узнает… очень скоро.
Это Эймонн. Пишу с французской симки.
ТОЛЬКО ЗАКОНЧИЛ.
УБИЛ СЕГОДНЯ 11 РЕПЛИКАНТОВ.
ХОРОШО.
Я ПРИСОЕДИНЮСЬ?
НЕТ, ЭЙМОНН.
И, ПОЖАЛУЙСТА,
БОЛЬШЕ НЕ ЗВОНИ МНЕ.
Привет, что за суета вокруг?
— Готфрид пропал.
— Ага… слышала.
Кажется, все в панике.
Мы должны были сделать
примерку с его костюмом-тройкой.
Съёмки же этим утром.
Теперь нет. Проблема решена.
Прошлой ночью я обещала Грегори,
что буду следить за ним.
Больше никто не вызвался.
А потом я… сбросила это
на какого-то ассистента,
и теперь этот бедняга
потеряет работу.
Расслабься.
Не беспокойся о Готфриде.
Он, наверное, отсыпается
где-нибудь после пьянки.
Он появится.
Где твоё платье?
Моё платье здесь.
Его только привезли.
Хочешь взглянуть?
Подправлю тут.
— Ага.
— Очень сексуально, но не в лоб.
Как и было нужно, так?
— Да.
Она должна быть чертовски сексуальна.
— Как ты.
Я могла бы не снимать его.
Пойти на площадку. Привыкнуть к нему.
Куда ты положила пистолет?
Мира?
Насчёт твоих слов той ночью.
— Что?
— Когда я подбросила тебя к отелю,
ты кое-что сказала. Помнишь?
Ты сказала: «В другой раз».
Зои…
ты мне нравишься.
Искренне, но…
Мне это чуждо.
Ты о Париже?
Да. О Париже…
О Рене. И…
об Ирме Веп.
СКОРО:
ПОВЕЛИТЕЛЬ МОЛНИЙ

Серия 6

ИРМА ВЕП
6 СЕРИЯ
ПОВЕЛИТЕЛЬ МОЛНИЙ
Извини.
Я тебе… помешал?
Люблю побыть на площадке
до того, как придёт группа
и всё тут разворошит.
Я тоже.
Представляю декорации
как реальное место.
Хочу убедиться,
что локация выглядит зловеще.
Прости,
но не могла бы ты перестать
в меня целиться?
Я настолько грозная?
Для меня ты Ирма Веп.
Конечно, ты грозная.
Да, но в жизни я милейший человек.
Для меня — нет.
Может, после съёмок
моё мнение изменится.
Сейчас тут достаточно зловеще?
На площадке?
Чаще всего они довольно безжизненные.
Но эта не такая.
— Перед тобой сидит призрак…
с револьвером.
Мира…
ты веришь в потустороннее?
Потустороннее.
Наверное.
Зависит от того,
что ты имеешь в виду.
Вещи, которые существуют,
но мы их не видим.
Например?
Например…
Wi-Fi.
— Wi-Fi.
— Ага.
Ну да.
Хотя…
иногда мне кажется, что его нет
и он не работает.
А как насчёт ощущения присутствия?
Хочешь сказать,
что место обладает душой?
— Или нет.
— Которую нельзя увидеть,
но можно почувствовать.
— Да.
— В это я верю.
Декорации жуткие,
поскольку они одновременно
реальные и нереальные.
Выглядят как настоящие,
но на деле — имитация.
Точно так же и сны —
имитация реальности.
Верно, как сны.
Ты репетировала?
Да.
Покажешь мне?
Ты точно уверен,
что я должна убить Великого Вампира?
Абсолютно.
Надо от него избавиться.
Его это точно не обрадует.
Ну и чёрт с ним.
Я здесь ради тебя…
так что можешь на меня положиться.
Великий Вампир приходит к Морено,
чтобы выкупить Ирму Веп.
«Ирма не желает меня покидать.
Спросите сами, она в комнате рядом».
Всё ещё зачарованная Морено
Ирма Веп убивает Великого Вампира!
Отлично! Ты это сделала!
Продолжай стрелять.
Пока патроны не кончатся.
Теперь прыгай на него.
Обеими ногами. Прыгай!
Рене, у меня каблуки.
Я не могу на него прыгнуть.
Он мёртв. Ему уже всё равно.
Прыгай.
— Прошу прощения.
Всё в порядке.
Тебе не за что извиняться.
Это касается меня и Рене!
Он чокнутый!
Рене, я тебя по судам затаскаю!
Настал час расплаты! Тебе конец!
Пошёл ты.
Ты сдох!
Великий Вампир сдох!
Да, чёрт возьми, сдох!
— Вот спасибо!
— Его больше нет в сюжете!
— Прощай!
— Пока-пока!
— Пока!
Ты покойник.
Увидимся в суде, мудила!
Иди ты на хер, подонок! Иди на хер!
Проклятье!
Как же меня достал этот фильм!
Твою мать!
Я больше не могу!
Я больше не могу!
Ненавижу Робера!
Сука!
Вот так!
Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, папа.
— Уложил?
— Да.
Знаешь, я правда переживаю.
Как будто в первый раз.
С Рене по-другому и не бывает.
Не забивай голову.
Пытаюсь,
но сейчас он перешёл черту.
У него сегодня был нервный срыв.
В результате Робер выбыл из съёмок.
Сколько лет ты уже работаешь с Рене?
15.
Может, пора сделать перерыв?
Я должен защитить его.
От кого?
От самого себя.
Он пропал.
В смысле?
Я даже его жене позвонил. Тишина.
На мои звонки
он не отвечает, Карле тоже.
Он ставит нас в неудобное положение.
Это ведь страховой случай.
Который покрывает
свихнувшегося режиссёра?
Тебе ли не знать, ты же юрист.
Надеюсь, пронесёт.
Спасибо на добром слове.
Предлагаешь мне
подсластить пилюлю?
Нет!
Алло?
Извини, что так поздно.
У нас неприятность.
Рене?
Нет.
В чём дело?
В Готфриде.
Я сразу понял,
что он ходячая проблема.
В общем, дело обстоит так.
Он повесился
во время сексуальной практики.
Что?
Он…
Он не до конца…
Мы не уверены, что он жив.
Мне пока не отвечают.
— Кто?
— Медики.
Я сейчас в отеле.
Жду их заключения.
А вот и врач.
Я перезвоню!
Скажите, как он там?
Он жив,
но у него,
скорее всего, повреждён мозг.
Если очнётся, могут быть проблемы
с памятью или передвижением.
Извините за дурацкий вопрос.
Это часть моей работы.
Есть вероятность,
что он сможет завтра сниматься?
Ему повезёт,
если доживёт до завтра.
Понятно.
Извините.
Посторонитесь.
Я поеду с пациентом.
Хорошо.
Поднимаем.
Алло?
Его повезли в больницу.
Я поеду за ними на скутере.
Ничего нового я тебе не скажу.
Готье звонит.
— Ты ему сообщил?
— Естественно.
А как иначе.
Не завидую тебе. Крепись.
Позвони мне, как будут новости.
Обязательно.
Здравствуй, Готье.
Спасибо за звонок.
Я увидел твоё сообщение.
Что-то стряслось?
Возникла кое-какая проблема.
Что-то с Мирой?
Нет. С ней всё в порядке.
Проблема с немцем.
С Готфридом.
— Готфридом?
Что-то я его не припоминаю.
Не пугай меня почём зря.
Так что же с этим актёром?
Неприятный случай.
Он попал в больницу.
Бедняга. Он пострадал?
Можно сказать и так.
На съёмочной площадке?
Нет, в номере в отеле.
Его нашли в шкафу.
— Что могло случиться в шкафу?
— Ты…
возможно, знаешь, что при удушении
возникает непроизвольная…
эрекция.
Честно сказать, я о таком не знал.
Некоторые люди
с помощью верёвки или ремня
вешаются на перекладине в шкафу,
чтобы испытать возбуждение.
Это называется
«аутоэротическое удушение».
«Аутоэротическое удушение»?
Даже звучит безумно.
Почему вы не следили за этим немцем?
Этим занималась ассистент режиссёра.
Видимо, Готфрид настоял
на походе в «медвежатник».
Гей-бар
для крепких парней в возрасте.
Ассистент режиссёра
потеряла его в толпе.
Я никогда не бывал
в подобных заведениях.
Но слышал,
что толпа бывает очень плотной.
Когда именно произошёл инцидент?
Неизвестно.
Готфрид долго не брал трубку.
Карла попросила
открыть его номер. Он был в шкафу.
Живой?
Технически, да.
Он был без сознания.
Хочешь сказать,
что он уже не очнётся?
Нет.
Но прогноз нехороший.
Сообщи Ангусу, руководителю проекта.
Я пришлю его контактные данные.
— Позвоню утром первым делом.
— Нет, позвони сейчас.
Ладно.
И больше никому ни слова.
Ангус разберётся
с его агентом, семьёй и всем прочим.
Сейчас нужно быть
осторожными как никогда.
Готовимся к худшему?
Да.
Редко, но подобное случается.
Чаще на выходных.
Субботними вечерами.
Или летом на отдыхе.
Им скучно, отсюда и игры с членом.
Отвратительно.
Какие у Готфрида шансы? 50/50?
Бывает по-разному.
Кому-то везёт, кому-то нет.
В нашем случае, я бы сказал,
вероятность 30/70.
Даже 25/75.
Вы дозвонились Рене?
Продолжайте звонить.
Я еду в офис.
Съёмки на сегодня отменяются.
Нет, не дёргайте Миру.
Юристы Готье свяжутся с её агентом.
Главное, чтобы Рене объявился,
пока Готье не узнал.
Сегодняшние съёмки отменены.
Но мы можем поменять вот эти недели.
И снимать в субботу.
В пятницу
Эдмон Лагранж занят в пьесе.
В «Проделках Скапена».
Он очень рад такой возможности.
А съёмочная команда
сможет собраться в субботу?
С этим не всё так просто,
но мы как-нибудь выкрутимся.
Спасибо.
А не хотите ли теперь
рассказать о пропаже Рене?
Он ушёл вчера
после перепалки с Робером.
С тех пор о нём не слышали.
Я звонила ему, не переставая.
Возможно, нам придётся его заменить.
Он хоть знает,
что Готфрид хотел покончить с собой?
Вообще-то это был не суицид.
Скорее, неудачное
сексуальное развлечение.
Давайте не будем об этом говорить.
Мы же не знаем наверняка.
Нужно поговорить
с врачом.
С Рене же пока ждём. Не впервой.
Я позвоню его агенту.
Ничем он нам не поможет.
Скрывать всё от меня было…
очень глупо.
Привет, Ангус. Как дела?
Не очень хорошо.
Готье придёт в ярость,
когда узнает о выходке Рене.
— Понимаю.
— Ты на громкой связи.
Всем здравствуйте.
— О Рене что-нибудь известно?
— Нет.
Я закинул удочку. Пока ничего.
Что делать нам?
Ждать. Ещё и суток не прошло.
Мы всегда терпеливо
относились к твоему клиенту.
Съёмки и так остановлены,
раз ваш актёр в реанимации.
С режиссёром
мы бы перетасовали расписание.
И смогли бы вернуться к работе.
Выходки Рене
уже порядком надоели Готье.
Но не Рене же виноват,
что Готфрид начудил.
Он неоднократно
оскорблял Робера Данжу.
Отличного актёра
и достойного человека.
Робер имеет полное право
подать на нас в суд.
Это же кинематограф!
И не такое случается.
Нет, это дурдом. Мы умываем руки.
Рене мог и в аварию попасть.
У нас нет выбора.
Если Рене
не объявится до полудня — он уволен.
Передай ему, если сможешь.
— Ладно.
Пока, ребят.
— Пока.
Пока!
Не особо-то он помогает.
И не говори.
Перейдём к плану Б?
А именно?
Зная о повадках Рене,
я связался с агентом Германа.
Германа Рэя? Из «Судного дня»?
Его нелегко привлечь.
Я не уверена,
что Герман стопроцентно подойдёт.
Наш сериал очень европейский.
И не совсем в его стиле.
Почему же.
Его фильм обожают по всему миру.
«Судный день» никак не похож
на «Вампиров».
Они же прямо противоположны.
Или мне кажется?
Я разговаривал с его людьми.
Не думаю, что они пройдут мимо.
Остановитесь.
Погодите!
Бог ты мой.
Привет.
С тобой всё в порядке?
— Лучше не бывает.
— Точно?
Приятно тебя видеть.
Да. В отеле.
Я выходила из лифта
и наткнулась на него.
Он сразу отключился.
Нет-нет, всё в порядке.
Он сейчас в ванной.
Я заставила его принять холодный душ.
Вроде всё нормально.
Я не заметила ничего необычного.
Он вообще хотел
сразу отправиться на съёмки,
Но я настояла на отдыхе.
Не нужно. У меня всё под контролем.
Кажется, он закончил.
Я потом перезвоню, хорошо?
Что за хрень с тобой приключилась?
Понятия не имею.
Я был в своём номере в отеле.
Читал прикольную книжку
про наркоту в нацистской Германии.
«Blitzed». Когда-нибудь слышала?
— Нет.
— Очень увлекательная.
Представляешь,
офицеры элитных войск сидели на мете.
Чудесненько.
Что было дальше — не помню.
Я очнулся в больнице.
С кучей игл в руках.
Что ж, я тебе расскажу.
Ты зачем-то подвесил себя в шкафу.
И отключился.
Так вот почему у меня болит шея.
И этот след…
— Видимо.
— След как от удушения.
А я всё думал…
Пожалуйста, поешь.
Пустяки, ничего необычного.
Чего только не сделаешь ради стояка.
И как, помогает?
Обычно да, но иногда я отключаюсь.
Тонкая грань, знаешь ли.
В этот раз ты перешёл её.
— Бывало и хуже.
— Не сомневаюсь.
Зато сейчас я полон сил.
Бодр как никогда.
Ты даже не представляешь.
И сканирование не показало
поражения мозга. Круто.
Мне нравится это предложение.
Я хочу ещё раз переговорить с Лори.
Привет! Мы снова
разговаривали с французами.
Они правда хотят,
чтобы я закончил «Ирму Веп».
— И ты всерьёз над этим думаешь?
— Ага.
Ну, я не ответил им однозначно.
Сказал подождать до завтра.
Но «Марвел» буксуют
с «Человеком-акулой»,
и я думал, ты будешь рада
съездить в Париж на пару недель.
— Я рада.
— И деньги хорошие.
Извини, конечно,
но это же халтурная работа.
Ты о чём вообще?
Это престижный проект.
Милый, тебе сейчас незачем
связываться с телевидением.
Плохо для имиджа.
Почему?
«Судный день» отлично себя показал,
тебе нужно ловить эту волну.
Вся эта ерунда с «Ирмой Веп»
ни к чему не приведёт.
То есть ты не хочешь в Париж?
Конечно, хочу.
Кто не хочет в Париж?
Но я о тебе забочусь.
Правда, я переживаю
из-за вас с Мирой.
В этом нет нужды.
Я чувствую, что ничего не кончено.
Не могу сказать насчёт неё,
но мне вполне достаточно
просто быть друзьями.
На расстоянии, конечно.
— Значит, если мы едем,
то обеспечим это расстояние.
— Спасибо.
Что, чёрт, возьми,
такое с Рене Видалом?
Видимо, этот козёл исчез.
— Серьёзно?
— Да. И телефон вырубил.
Никто не может дозвониться.
— Ты пытался?
Я отправил ему сообщение.
Он ответил?
Типа того. Он…
Никогда такой гифки не видел.
Смотри. Мне кажется, это «дерзай».
Напоминает мне
кое о чём другом,
вроде «ебись сам».
Пробовала снова набрать Рене?
Выключил телефон.
Отправила ему несколько сообщений.
Я не удивлена.
Скорее разочарована.
Я подписалась на проект
только из-за Рене.
Могла бы чувствовать себя преданной.
— Уверена, ему больно.
— Знаю.
Но теперь мы влипли с Германом.
Им нужно твоё одобрение.
Ты знаешь, что я одобрю.
Что ещё я могу сделать?
Вариантов не так уж много.
По крайней мере, он наименьшее зло.
Герман — не зло.
Но мне страшно.
Почему?
Я скучаю по Лори.
А я нет.
Я звонила ей сегодня утром.
Она не взяла трубку.
— Какого чёрта ты вообще ей звонила?
Она будет в городе.
Мы могли бы установить правила.
Лори не играет по правилам.
Не позволяй ей
навредить тебе ещё больше.
Здравствуйте. Входите.
Начнём?
Я не был дома со вчерашнего утра.
Всю ночь бродил по Парижу.
Вы сказали это жене?
Нет, нет.
Когда я на съёмках,
жена предпочитает уезжать из города.
И забирает детей.
Они обычно остаются у её мамы.
Как она говорит,
я невыносим во время съёмок.
Это так?
Не скажу, что я не согласен.
Я совершил огромную ошибку.
Мне не нужно было
снимать этот сериал.
Я хочу уйти.
Вы тщательно это обдумали?
Не совсем.
Это могло бы помочь в терапии.
Ну, не помогло.
Почему вы так считаете?
Пару дней назад
меня навестил
призрак Джейд.
— Её призрак?
— Да.
Она мертва?
Нет, жива. Но она там была.
Извините.
Да?
Да.
Не могли бы вы положить
конверт под коврик?
Спасибо.
Извините.
То есть спустя десять лет
она всё ещё приходит к вам.
12!
— Извините, 12.
— Ну…
Я думал, что создание этого длинного,
восьмичасового фильма
принесёт что-то вроде искупления.
Но его нет.
Фильм просто открыл старые раны.
Вы сказали,
что Мира олицетворяет искупление.
Да, верно.
Вы любите её?
Да.
Я люблю её. Конечно люблю.
Она моя родственная душа.
Но это другое.
Не менее ценное,
чем то, что было с Джейд.
— И она не призрак.
— Нет.
Она настолько живая,
настолько энергичная.
Но знаете…
призраки имеют
мало общего с мертвецами.
Они — это больше то,
что умерло в нас.
То прошлое,
которое внутри нас.
Всё это чуждо Мире.
Она исцеление.
Она исцеляет вас?
Да. Но мне хочется и защитить её
от моей болезни.
Вашей болезни?
Да, вчера…
Извините.
Я о том…
На самом деле…
Вчера я снова потерял контроль.
— Что случилось?
— Тот актёр.
Мне жаль,
что я не убил его.
Вы уже говорили о подобных мыслях,
особенно на площадке.
Но это было несколько лет назад.
Я полагала, они прекратились.
Они вернулись.
С утроенной силой.
За те годы, что были взаперти.
Почему, как вы думаете,
вы не смогли сдержаться вчера?
Есть ли в этом причина?
Да.
Вы можете поделиться?
Тот актёр
обиделся из-за сцены похищения,
знаковой
в оригинальной версии Фейада.
И он назвал эту сцену
изнасилованием.
Но похищение означает,
что кого-то забирают против его воли.
В таком смысле
в этом есть связь с насилием.
Хотите сказать,
что тот актёр был прав?
Нет, и я не называю вас насильником.
Вы кто угодно, но только не он.
Я просто объясняю логику.
Ненавижу его.
Ну, конечно.
Он же препятствует вашему желанию.
Моему желанию?
Вашей фантазии.
Напомните, кто этот Герман,
которого мы недавно наняли.
Известный режиссёр.
Недавно снял «Судный день» с Мирой.
Точно. Это же тот фильм,
где Рагнару отрезают яйца!
Моей жене он очень понравился!
Но разве это не убивает франшизу?
Нет, это хороший ход.
Рагнар вернётся как трансгендер.
Первый супергерой-транс.
Это визионерский проект.
Что Мира думает о Германе?
Она не в восторге, но что поделать?
Рене соскочил. Она понимает.
Они вместе сняли «Судный день».
Они близки.
Это прекрасные новости.
Что сказали страховщики?
Расходы покроют, если площадку
освободим завтра вечером.
Мы не можем позволить оставить её.
— Это невозможно.
Герман будет в понедельник,
уставшим после полёта.
Оставит свои сумки в «Плазе»
и осмотрит несколько локаций.
Он не сможет снимать до вторника.
Им нужно, чтобы мы всё сняли завтра,
демонтировали декорации и ушли.
Нам нужен режиссёр.
Я говорил об этом с Мирой.
Она предлагает
свою ассистентку Реджину.
Настаивает, что у неё получится.
Хорошо.
Реджина только что
закончила киношколу.
Я видел её короткометражки.
Она талантлива.
Могло быть и хуже.
Она разрабатывает полный метр.
Я крайне заинтересован.
Дайте ребёнку шанс, порадуйте Миру.
А затем Герберт примется за дело.
— Герман!
— Что?
Его зовут Герман.
Герман.
У меня адская паника.
Они хотят заменить мной Рене,
чтобы спасти положение.
По мне, это отличная возможность.
Дерзай.
Но я не готова,
и это даже не мой проект.
Сделай его своим.
За день?
Мире нужна твоя помощь.
Это уж мне нужна помощь.
Да брось. Всё будет нормально.
Это же всего одна сцена.
Позволь мне показать тебе кое-что.
Я всю ночь искала референсы.
— Что это за жуть?
— Ты знаешь Кеннета Энгера?
Режиссёра-экспериментатора.
Рене всегда упоминает его
как источник вдохновения.
Я должна его знать?
Он видит себя не режиссёром,
а магом.
— То есть волшебником?
— Волшебники делают трюки.
Маг верит в… неведомые силы.
Он верит, что актёры — духи,
а фильмы — магические ритуалы.
И какая у них цель
в качестве магических ритуалов?
Призвать Люцифера.
Ты имеешь в виду
какую-то сатанинскую церемонию?
Нет, совсем нет.
Люцифер типа падший ангел,
но он буквально и носитель света.
Его фильмы о том,
как вызвать Люцифера?
Нет, они о пути к свету.
О чём ты?
Все фильмы про путь к свету.
Все фильмы про…
Может, самые хорошие.
— Да, самые хорошие.
А если ты не веришь в неведомое, то…
то и не снимаешь хорошие фильмы.
Тебя этому в киношколе научили?
Нет, это часть кинематографа,
которую нужно познать самому.
Никто этому не научит.
Ты понимаешь,
что говоришь прямо как Рене?
— Ваша блузка.
— Спасибо, мисс режиссёр.
Только на день.
И затем я снова превращусь
в обычную тыкву.
Смотри, это Анаис Нин в роли Астарты,
богини Луны.
— Она играет Астарту?
Нет, она и есть Астарта.
Большая разница.
То есть я должна быть Ирмой Веп?
Нет, ты должна позволить
Ирме Веп быть тобой.
Чтобы «Вампиры» стали
лучшим сериалом?
Чтобы «Вампиры» стали искусством.
— В отличие от?..
— Развлечения.
Разве сериал не должен развлекать?
Конечно, он должен развлекать,
но в нём должно быть нечто большее.
Ну, как ты видишь первый кадр?
Сначала камера будет стоять здесь,
покажем вход в квартиру Морено.
Затем будет крупный план
подлого Сатанаса,
как он продевает ядовитый шип.
Дальше он звонит к Морено,
чтобы поговорить с ним и Ирмой Веп
об убийстве Великого Вампира.
Морено и Ирма Веп только что
спрятали тело Великого Вампира.
«Только не парализующий шип!»
И начали.
Не волнуйся, дорогуша.
Он всего лишь парализован.
Через пять минут он придёт в норму.
И усвоит свой урок.
Никто не смеет
связываться с «Вампирами».
Человек,
которого вы убили и чьё тело…
находится в этом сундуке,
был подчинённым.
Я, Сатанас,
и есть истинный Великий Вампир.
Я хочу,
чтобы вы присоединились к «Вампирам».
Если вы не поклянётесь мне
в верности к завтрашнему дню,
вы будете убиты в два часа ночи.
Назавтра вечером Морено и Ирма Веп
ужинают в кабаре на Монмартре.
ВЫ ОТКАЗАЛИСЬ
ПРИСОЕДИНИТЬСЯ К ВАМПИРАМ.
В ДВА ЧАСА НОЧИ ВЫ УМРЁТЕ.
САТАНАС, ВЕЛИКИЙ ВАМПИР.
А сейчас мы покажем вам
отрывок из мемуаров Мюзидоры…
В то утро, когда мы снимали
незабываемую сцену в кабаре,
я получила телеграмму
от режиссёра Луи Фейада:
«Пожалуйста,
явитесь в «Gaumont Studios»
для съёмок рискованной сцены.
Возьмите с собой элегантное,
но поношенное платье,
так как оно может быть повреждено».
Я сложила его в коробку
и отправилась
к станции метро «Боцарис»,
держа в руках
своё драгоценное платье.
Вчера вы сказали, что она непонятная,
поэтому я нарисовал её для вас.
Это наша сцена.
Мой партнёр Фернан Херрманн,
игравший Морено,
ждал меня
в съёмочных декорациях кабаре.
Мадам Мюзидора…
это наше кабаре,
где я угощу вас ужином.
«Gaumont» оплатит все счета.
Шампанское льётся рекой.
Попробуйте.
Наслаждайтесь.
Это тёплое пиво.
Могло быть и хуже.
Льда в ведёрке тоже нет.
Это послание от Сатанаса.
Он нагрянет в два часа ночи.
Два часа ночи.
Держите.
Прошу прощения.
Кем вы должны быть?
— Танцором танго.
— Лучше сядьте и ешьте.
Встаньте, встаньте.
Лучше не ешьте.
На вас смокинг и белая бабочка,
это бессмысленно.
Будете официантом, поняли?
— Хорошо.
Попросите костюмера
накинуть полотенце на руку.
Хорошо.
Обрисую сцену.
Вы светское общество,
настроение прекрасное.
Когда войдут танцовщицы,
все должны смотреть на них.
Тише,
пожалуйста!
Ирма Веп
и её любовник Морено узнали,
что Сатанас, Великий Вампир,
планирует убить их в два часа ночи.
Прошу внимания.
Сегодня у нас два вида массовки.
Обычная массовка
работает по стандартной ставке.
Участники взрыва получат двойную.
Те, кто хочет двойную ставку,
отходят влево.
Все остальные — вправо.
За двойной ставкой туда.
Ради безопасности
стой за ширмой, пока снимаешь.
Я встану за ширму, Фердинанд.
— Мсье Фейад…
— Да?
Извините, что отвлекаю.
Думаю, взрывчатка вас порадует.
Формулу мне дал
знаменитый пиротехник.
Но, боюсь, при взрыве
может кто-нибудь пострадать.
Травмы не беда.
Мы готовы снимать.
Тем временем в убежище Сатанаса
на другой стороне улицы…
«Откройте окно,
чтобы я мог целиться в кабаре».
Массовка, снимаем!
Танцуйте!
Очень хорошо.
Входит официант.
Подаёт бокал шампанского.
Затем наливает вино
для одинокого гостя за другим столом.
Вот так.
Затем обслуживает Морено и Ирму Веп.
Официант?
— Иди!
— Шампанского.
Обслужи их!
— Мадам…
— Обслужи!
Мюзидора поднимает тост…
Теперь пьёт.
Приготовились…
Даём сигнал.
Декорации рухнули на нас.
Мы думали, что погибли.
Я ничего не слышу!
Я оглох!
Это…
Это конец моей карьеры!
Бомба была что надо.
Тройная ставка пострадавшим!
Привет, это Рене Видал.
Не оставляйте сообщений.
Я всё равно не отвечу. Спасибо.
ТЫ ПРИЕХАЛА? НЕ ХОЧЕШЬ ВЫПИТЬ?
МОЖЕМ УВИДЕТЬСЯ?
Пуговицы можно переделать.
Можем отправить Майку.
Он делал все пуговицы
для «Судного дня».
Думаешь, он займётся ими?
Да, у нас их полно
осталось от «Судного дня».
Хорошо.
Ладно, хватит обо мне.
Как прошёл день?
Мы просто объехали
все основные площадки.
Чтобы поймать настроение.
Чтобы я уловил дух происходящего.
Тебе понравилось?
Не особо.
Ты ведь завтра начинаешь.
Им не хватит времени,
чтобы всё исправить.
Поэтому самое важное
исправлять буду я.
Рене ищет, где дешевле,
хотя сам стоит недёшево.
В искусстве это зовут минимализмом.
Он минималист, а я — нет.
Мне масштаб подавай.
— Знаю.
— Это раздражает.
Есть сцена с бомбой,
взрывающейся в ночном ресторане.
Снимать хотят в забегаловке.
Я им, мол, такое по-другому снимают.
Снимать надо в «Мулен Руж»,
«Фоли-Бержер»
или другом крутом месте.
На хер эту халупу.
Понимаешь, о чём я?
Герман, это ведь сериал,
а не фильм.
У них нет бюджета.
— Знаю, знаю.
Но в итоге я просто
стараюсь сделать как лучше.
Я вырос на Голливуде, блокбастерах.
Не хотела критиковать.
Знаю, я не братья Коэн.
Эти засранцы — гении.
— Нет, нет, нет.
— Да.
Ненавижу, когда ты так говоришь.
Не принижай себя.
Однажды ты снимешь великие фильмы.
Если их ещё будут снимать.
Будут.
Я кое-что припас для тебя.
— Что?
— Сюрприз.
— Серьёзно?
— Да… Сиди тут.
— Мы что-то празднуем?
— Секунду.
Ты спятил.
Да.
Детка,
в какой руке?
— В левой.
В обеих, держи!
Это сюрприз.
Открывай, коробка не кусается.
— Герман.
— Тебе не нравится?
Какая красота.
В качестве извинения
за халтуру в Париже.
Я не говорила, что это халтура.
Вообще-то говорила.
Ладно, хорошо, говорила.
Примеришь?
— Да.
— Давай.
Застёжка непростая.
В смысле, французская.
Вуаля.
Просто шикарно. Охренеть!
Не хочу его сломать.
Давай помогу снять.
Какое же красивое.
Мамасита!
В чём дело?
Чёрт.
Охренеть!
От Миры что-нибудь слышно?
Я её избегаю.
Она спрашивала про тебя.
Говорит, писала тебе СМС.
Да, я была занята.
Завтра отвечу.
Возможно.
Ты играешь с её чувствами.
Герман, я была для неё секс-рабыней.
Да ладно, детка.
Это слегка мелодраматично.
Да, но ей не нравится,
что я больше не покорная фанатка.
Я женщина.
— Да.
Я не марионетка.
— Хочешь отомстить?
— Нет.
Но я больше не потеряю
контроль над ситуацией.
Это точно.
— А ты та ещё штучка.
Да, штучка.
Я та ещё штучка.
— Знаешь, я боюсь щекотки.
— Перестань!
Котик.
СКОРО:
ПРИЗРАК

Серия 7

ИРМА ВЕП
7 СЕРИЯ
ПРИЗРАК
Герман считает,
что Лили Флауэр
должна быть развратницей.
Иначе её затмит Ирма Веп.
А мы этого не хотим.
— Точно, не хотим.
Ну как тебе?
Перебор?
— Да нет, вполне себе.
Мне нравится. Та ещё штучка.
Да.
Отправлю Герману пару фоток.
Вот так.
Прекрасно. Не стесняйся.
Здорово.
Ну-ка.
То, что нужно.
«Я доволен. Эта лучшая».
«Как задумано».
«Теперь персонаж
гораздо привлекательнее».
У Германа
совсем иной подход к съёмкам.
Весёлый.
— А я скучаю по Рене.
Это всё-таки его детище.
Но он исчез. Что поделаешь.
А знаешь?
Уверена, он вернётся.
Рене живёт в собственном мире.
Он слишком привержен своему замыслу.
По молодости он с этим справлялся.
А сейчас не может.
Герман пишет.
«Сделаем посексуальней
сцену со связыванием».
Ещё бы.
Вообще, он прав.
В оригинале она скучноватая.
Знаю. Но я нашла эксперта,
который кое-чему меня научил.
У тебя есть верёвки?
Он сказал,
что с изолентой будет проще.
Возьми стул.
— Этот?
— Нет.
Тот, что в конце комнаты.
Итак, ты — Филипп Геранд.
Стоишь позади меня,
но я тебя не вижу.
Сперва мне придётся
связать твои запястья.
Давай!
Теперь привяжи меня к стулу.
Вот так.
Это я запишу на видео.
Прошу, Герман!
На помощь!
Помоги мне!
Зацени.
— На помощь!
— Ух ты.
Не думала,
что Синтию привлекает бондаж.
Ради своего персонажа
она согласится на всё что угодно.
Я не осуждаю.
Она потрясно выглядит.
— Ага.
Ты точно справишься?
Могу вызвать коридорного.
Не надо. Я сама.
В своё время
я чего только не таскала.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Мира, как ты здесь оказалась?
Не уверена, что я Мира.
Порой мной овладевает Ирма Веп.
И с кем я сейчас говорю?
С нами обеими.
Тогда садись,
если призракам это по силам.
Я не совсем призрак.
Как ты попала в номер?
Благодаря суперсиле.
Какой?
Ходить сквозь стены.
Отпад.
Как тебе Герман?
Он не совсем мой режиссёр.
Мне нравится Рене.
— Скучаю по нему. Это его проект.
Он живёт и дышит им
в своей неповторимой манере.
Герман, вроде, справляется.
Мне нравится,
что он добавил сексуальности.
Речь о БДСМ.
— Типа того.
— В сериале это было
с самого начала.
Герман идёт по стопам Рене,
что делает ему честь, ведь так?
Будешь?
Атмосфера в комнате изменилась,
когда ты вошла.
Вы, актрисы, словно ведьмы.
А как же ты?
Я не совсем актриса.
Я певица.
— Разница невелика.
На площадке ты смотришься уверенно.
Я пишу песни о своих чувствах.
И о простых вещах,
которые нас окружают.
Так я нахожу связь с аудиторией.
Ты её ощущаешь,
реальную жизнь.
— Да.
— А вот…
создание фильмов
это нечто другое.
Кино — это фантазия,
но нельзя жить в фантазии,
когда мир вокруг трещит по швам.
Так или иначе,
мир постоянно в движении,
но искусство нам необходимо.
Кино это искусство?
Иногда.
Мне оно кажется поверхностным.
Даже «Вампиры»?
Кому нужны «Вампиры» в 2022?
Ну серьёзно.
— Кино — это портал
в некий духовный мир.
Рене мне это поведал.
Я не очень понимаю.
Некий духовный мир,
к которому у нас больше нет доступа.
Почему?
Мы утратили веру.
Когда-то религия связывала
нас с потусторонним миром.
Я буддистка.
Ты всегда ей была?
Нет, стала несколько лет назад.
Это помогло мне отделиться
от материального мира.
Фильмы делают то же самое.
Уводят нас из материального мира.
Чаще его прославляют.
Давай скажу иначе.
Заставляют в нём усомниться.
Что, просто возьмёшь и уйдёшь?
Не поцеловав меня на прощание?
— Я как раз собирался.
Это мой ритуал на удачу.
Научу их, как надо снимать кино.
Пожелай удачи.
— Удачи, малыш.
Вперёд.
Закажи еду на вечер.
Может, немного задержусь.
Пока не знаю.
— Пока.
— Люблю тебя.
ТЫ ПРИЕХАЛА?
МОЖЕМ УВИДЕТЬСЯ?
Привет, это Мира.
Оставьте сообщение.
Сучка.
— Спасибо.
— Здравствуйте.
Что стряслось?
Я уже ему объяснила:
Герман подарил мне
роскошное ожерелье.
И, кажется,
кто-то пробрался в номер и украл его.
То есть вломился, пока вы спали.
Боже, жуть какая.
Я поговорю с управляющим.
Проведут расследование.
После взрыва в кабаре
Морено и Ирме Веп пришлось
присягнуть на верность Сатанасу.
Морено соглашается отдать Сатанасу
добычу от ограбления в бальном зале.
Затем он посылает Лили Флауэр
забрать деньги из банка.
Но помощник Филиппа Геранда
Мазаметт идёт по их следу…
Мазаметт немедленно
докладывает об увиденном Филиппу.
Вместе они спешат
на квартиру к Лили Флауэр…
К вам два джентльмена, мадам.
Пожалуйста, пропустите их.
Располагайтесь поудобнее.
Спасибо, что уделили нам
часть своего времени.
Дело очень срочное.
Вы меня заинтересовали.
Снято! Снято! Снято!
Снято!
Твою мать! Чёрт!
Так не пойдёт.
— Да, но это невозможно…
Я не могу быстрее.
— В смысле?
Ребёнок ногами быстрее справился бы.
Нет, изолента не прилипает.
Я не понимаю почему.
— Вы же репетировали!
— Да, но не с изолентой.
А с чем же, туалетной бумагой?
Нет, с верёвкой,
обычной верёвкой. Не с этим.
Я позову консультанта по бондажу.
Кто, блядь, такой
консультант по бондажу?
Это Торвальд. Он из Норвегии.
Привет, как поживаете?
— Герман.
— Хорошо. Зовите меня Тором.
Мы познакомились в даркнете.
Послушайте, как бы вы это сделали?
Она готова испытать
незабываемые ощущения?
Нет, нет! Это не нужно.
Филипп — журналист.
И даже не профессионал.
Понял.
Неуверенный любитель.
Филипп Геранд — сыщик,
причём хороший.
Нам нужно что-то,
что будет выглядеть круто,
но не причинит боли актрисе.
Это можно сделать?
Итак, вы сабмиссив?
Я Вампир.
Филипп и Мазаметт похитили меня.
Какой у вас опыт в бондаже?
Я бы сказала, что минимальный.
У меня был парень,
которому это нравилось,
он пытался надеть на меня наручники,
но это было больно.
Тор, как я и говорила,
это для широкой публики.
Так что ничего слишком
шокирующего, пожалуйста.
Я просто говорю,
что диапазон возможностей широк.
Если хотите, чтобы было помощнее,
есть способы.
Нет-нет-нет. Это лишнее.
Нам мощности достаточно.
— Хорошо.
— Ага.
Итак… Вы доминант?
Я Филипп. Я противник Вампиров.
Тут нет сексуального подтекста.
Какая жалость. Совсем?
Нет-нет.
— Ладно… позвольте показать вам.
— Я смотрю.
Просто дайте мне руки.
Скрестите их.
Прежде всего…
Я зафиксирую ей руки.
А теперь…
Просто скрещу изоленту на груди…
Перекрещиваю.
Слишком туго?
Туже было бы слишком.
И насколько это экстремально
по шкале от одного до десяти?
Один. Максимум.
Ну, один пойдёт.
— Да, абсолютно.
— Ага.
— Да-да-да.
— Ага, идеально.
— Один пойдёт.
— Да.
Я никогда не предам своих сообщников.
Если вы не хотите звонить Морено,
я позвоню в полицию.
— Нет-нет-нет!
Не звоните в полицию.
Я только что вышла из тюрьмы.
Я не могу туда вернуться.
Тогда вы знаете, что должны сделать.
Хорошо, я сделаю это.
Морено, немедленно идите ко мне.
У меня важные новости.
Хорошо, уже идём.
Второй парень садится и…
Снято! Получилось.
Снято!
Пометьте.
Думаю, у меня получился кадр получше.
Я опустил камеру вниз
и потом ушёл в затемнение.
— Я подвернула лодыжку.
— Что?
Я и понятия не имела,
что дыра окажется такой глубокой.
Ты кое-что забыла.
Чёрт.
Извините-извините.
Это была последняя сцена Готфрида!
Извините!
Конец!
Спасибо.
— Спасибо всем.
— Отличная работа! Отличная!
Ты хороший парень, Герман.
В кино ничего не смыслишь…
— Иди ты.
— …но парень ты хороший.
— Охрана! Охрана!
— Дай обнять тебя.
Присоединяйтесь к нам в саду,
отпразднуем последний день Готфрида,
когда закончите.
Я посмотрел на расписание
и думаю, что нам точно потребуется
больше дней для стедикама.
Да, Рене не любил стедикам.
Почему?
Не уверен. Не в его стиле.
Но я пробовал.
Ну, тогда скажем, что это мой стиль.
Мы можем поговорить?
— Ещё нужно обсудить дронов.
— Да, дроны.
— Где это ему нужны дроны?
— Не знаю.
— Что такое, чувак?
— Я не хотел вас беспокоить,
так как вы снимали,
но у нас проблема в отеле.
Прошлой ночью
пропало ожерелье вашей жены.
Лори жутко расстроена.
Чёрт! Да ладно.
Пусть водитель
срочно встретит меня у входа.
— Хорошо.
— Извинитесь за меня перед Готфридом.
Не тёплое.
Обычно на киноплощадках
шампанское тёплое.
Пиздеть не буду.
Мне не раз становилось скучно
на съёмках этого сериала.
Но большую часть времени,
большую часть, благодаря Рене,
здесь были призраки…
И они помогали мне продолжать.
Призраки — это его друзья.
Я люблю его призраков.
И они любят тебя, Мира.
Я люблю тебя.
В кино меня привело…
ощущение свободы.
Не было никаких границ.
Кино было Диким Западом, понимаете?
Вы, может, забываете это иногда…
Но знаете это.
Для чего мы снимаем кино сейчас?
— Кто-нибудь?
— Для чего?
Для чего мы снимаем кино сейчас?
Кто готов рискнуть жизнью ради кино?
Мы живём в скучные…
тёмные, унылые времена.
Где ощущение приключения?
Где хаос? Ну же! Вы можете!
Да!
Где же хаос?
Я пытаюсь сохранить в себе безумие,
оставаясь для всех занозой в заднице.
Некоторые из вас
ненавидят меня за это,
но… Да.
Возможно, вы правы!
Возможно, вы правы.
Кинематограф превратился в индустрию.
Адвокаты, большие данные,
франшизы, платформы,
вы все и так в курсе.
Даже независимые фильмы
ничуть не лучше.
Они читают тебе мораль до посинения.
Кино было местом злодеев и злодеек,
таких, как Мюзидора,
таких же рок-н-ролльных, как раньше.
Именно! Именно так, Готфрид!
В самую точку!
Завтра я уеду,
так что, по крайней мере,
вам больше не нужно меня терпеть.
Так выпьем же за это!
Да здравствует хаос!
После ареста Ирма Веп приговорена
к пожизненному заключению в Алжире.
«А Морено?»
«Он был казнён сегодня утром».
Но во время посадки на поезд
Ирма Веп сбегает!
Она бесстрашно прячется под вагоном.
А сейчас мы покажем вам
отрывок из мемуаров Мюзидоры…
В тот день, когда Фейад вызвал меня
на съёмки страшной сцены с поездом,
я была на репетиции ревю Саши Гитри.
Я до смерти боялась
просить его отпустить меня на день.
Поэтому попросила
его помощника поговорить с ним.
Я собиралась уходить. Ответа не было.
Гитри репетировал очередную пьесу.
Вы гримасничаете
ради привлечения внимания.
Я не гримасничаю. Я смешу людей.
Нет. Смеётся меньшинство.
И если бы вы
встретили их после спектакля,
вам бы стало стыдно,
что вы их развлекали.
Мюзидора!
Мюзидора!
Наконец, его помощник
принёс мне неприятный ответ.
Что он сказал?
Когда я сказал,
что это для кино, он отказался.
Мне жаль. Но вы его знаете.
Да. Он закрыт для диалога.
Тогда я предупредила мсье Фейада,
что не смогу сниматься сегодня.
Раз, два, три, четыре…
Он репетировал
«Танец Апашей» в студии «Gaumont».
Простите, мсье Фейад.
Гитри не разрешил мне
сниматься сегодня.
Почему?
Я ему нужна ровно в четыре часа.
Четыре часа?
Не беспокойтесь.
Будете на репетиции в 15:30.
Надевайте свой костюм.
Вон там. Бегом, бегом!
По дороге Фейад объяснил мне сцену.
Ирма Веп прячется под вагоном.
Быстро устав, она падает на рельсы.
Поезд проносится над ней.
Та ещё сцена.
— Это она упадёт на рельсы?
— Именно.
Уж лучше она, чем я.
Целых 30 вагонов!
Поторопитесь,
поезд придёт через пять минут.
Я вам гарантирую,
что он будет вовремя.
Всё готово.
Камера на месте?
Мы не будем ждать остальную команду.
— Мюзидора, ложитесь. Вот так.
— Чуть подальше назад.
Побыстрее, поезд скоро будет.
Ближе к рельсам.
Вот так.
Можете дать мне мегафон?
Кто-нибудь?
Мари, укрепите треногу.
Мюзидора, вам нечего бояться.
Все по местам!
Мюзидора крайне рискует!
Я лежу на земле.
Вагоны проносятся надо мной.
Я как заложница между колёсами.
Когда поезд начал ускоряться,
а ветер бить прямо в лицо,
я начала считать вагоны,
чтобы уменьшить головокружение.
Это было великолепно.
Просто бесподобно.
Какая смелость, Мюзидора!
Какая смелость!
Браво!
Это будет мощно смотреться
на большом экране!
А теперь можете бежать
на репетицию к Саше Гитри.
Спасибо. Идите, идите!
Честно говоря, я никогда
не могла отказать Фейаду,
подарившему мне мою лучшую роль.
Прости, что задерживаюсь.
Готфрид устроил то ещё шоу.
Я уже слышала.
Здесь закрывается кухня.
Тебе что-нибудь заказать?
Да, мне запечённую рыбу и салат.
Если у них нет рыбы,
то просто стейк средней прожарки.
— Добро пожаловать.
— Добрый вечер.
Как романтично.
Я старалась.
У тебя что, плохие новости для меня?
К сожалению, это недалеко от правды.
Ваш салат.
Запечённая рыба.
Приятного аппетита.
Так что,
я уже должна беспокоиться?
Да.
То есть нет.
Это не совсем плохие новости.
Отчасти они и хорошие.
Хорошие для меня
и, возможно, не совсем
хорошие для тебя.
Я не знаю.
— Что ты не знаешь?
Значу ли я хоть что-то для тебя.
Реджина, конечно же, значишь.
Чем больше я с тобой общаюсь,
тем больше ты значишь.
А ты?
Я же фанатка, забыла?
Была фанаткой.
Теперь ты знаешь меня ближе.
И, надеюсь, видишь во мне
человека, а не актрису.
Мне кажется,
всё с точностью наоборот.
Вот я смотрю на тебя.
Ты справляешься со славой на раз.
— Всё, хватит…
Хватит меня хвалить.
Ты меня смущаешь. Спасибо.
Обновите, пожалуйста.
Я нужна тебе.
Тебе в жизни нужна
такая самодовольная кинозадротка.
Я справлюсь.
Справишься, когда я уйду?
— И когда же это?
— Скоро.
Мой фильм запускают в производство.
— Что?!
— В начале следующего года.
— Это же прекрасно!
— Но я останусь, пока ты не закончишь
с этим сериалом,
а после него я исчезну.
Сколько тебе лет?
— Мне 25.
— 25?
Ты прямо очень молодая
для своего первого полного метра.
— Похоже, мне просто повезло.
— Нет.
Ты заслуживаешь того,
чтобы тебе повезло.
Спасибо. Было очень мило.
Да не за что.
— Сладких снов.
— Спасибо.
Я только что сказала Мире, что ухожу.
Она возражала,
но это не было для неё шоком.
Видимо, я буду скучать по ней
больше, чем она по мне.
Не знаю.
Да, конечно, у меня на неё краш.
Это же Мира Харберг.
Она, блин, богиня.
Да, скорее всего,
я бы дала ей себя трахнуть.
Но нет, мне слишком стрёмно.
И мы живём в разных мирах.
Ну, переспит она со мной, а дальше?
Буду снимать своё кино.
Я должна уйти… и это будет больно.
Завтра мы переезжаем.
Всё улажено.
Можем сменить и отель, если хочешь.
Мира знает об этом?
Вроде нет. Знает только группа.
Она будет очень рада.
Почему ты так думаешь?
У меня неудача. Она отомстила.
Да ладно, малыш,
ты слишком строга к ней.
Это она была строга со мной,
а теперь злорадствует.
Её так злит,
что мы любим друг друга.
Тебя это меньше всего
должно волновать.
Иди ко мне.
Ты и я…
выберемся завтра…
и найдём вещицу,
способную заставить тебя забыть
всю эту ерунду.
Герман, ты чокнулся.
Это очень дорого.
Деньги не главное.
И ты это знаешь.
А что тогда главное?
— Мы?
— Мы… но счастливые.
А тебе сейчас грустно.
Кого волнует, что подумает Мира.
Плевать на Миру, да?
Плевать на Миру.
Так ты, значит, та самая Ирма Веп.
Ты, похоже,
не знаешь, с кем связался.
Ты теперь моя пленница.
А теперь сядь.
Ты теперь моя пленница.
А теперь сядь.
Джейд?
Я не знала, что ты в Париже.
Я и здесь, и в другом месте.
Как и ты.
В эти дни я…
ангел-хранитель для Рене.
Тогда ты проваливаешься с треском.
Выглядит он хуже некуда.
Я пыталась взбодрить его…
но это непростая задача.
— Я думала, ты зла на него.
— Конечно.
Он обвиняет в разводе меня, а я его.
Я ждала только одного слова
и так и не услышала его.
А теперь этот фильм, «Ирма Веп»,
это единственное,
что осталось от наших отношений.
И ты хочешь сохранить это.
Меня больше не волнует кино.
Когда-то оно было частью моей жизни,
но… это в прошлом.
Тогда что насчёт настоящего?
Настоящая жизнь.
Быть хорошим человеком.
Помогать, когда могу.
И Рене нужна защита?
От самого себя.
Угостить?
— Да.
Спасибо.
Можно я задам вопрос?
У меня странное чувство вины
за то, что я Ирма Веп.
И почему?
Я с запада.
На самом деле я шведка.
Но, похоже,
стала американской актрисой.
И тебя это устраивает?
Шведка или американка, неважно.
Переключаться для меня не проблема.
В этом все актёры.
Но дело не во мне.
Просто интересно, вдруг…
Вдруг?
Ну…
Ирма Веп была китайской героиней.
а вся эта история
с присвоением культурных ценностей,
я не знаю… что с этим делать.
Не уверена,
что нахожусь на правильной стороне.
Я…
не уверена, что поступаю правильно.
Ирма Веп не совсем китайская героиня.
Ну, ты всё переиначила.
Я делала, что было в моих силах,
не зная, куда двигаюсь.
Хочешь узнать почему?
— Конечно.
Потому что я никогда не видела себя…
китайской актрисой.
Я выросла в Великобритании.
Моя семья из Шанхая.
Больше всего я снималась в Гонконге.
Так моя личность становится глубже.
Это раскрывает меня миру.
И надеюсь, делает меня лучше.
То есть я могу быть Ирмой Веп.
Да, пока позволяешь себе
быть поглощённой ею.
Мне нужен Рене.
Ему нужно вернуться
и закончить сериал.
Ты за этим пришла?
Этого хотела от меня Ирма Веп.
Тебе не нравится Герман?
Я не имею ничего против Германа.
Он с другой планеты.
И тебе всё равно,
что он увёл твою девушку?
Да.
Это в прошлом.
— А я сомневаюсь.
Ты украла ожерелье Лори
и считаешь, что вы квиты.
Это была глупость. Каприз.
И, в конце концов,
я не получила от этого удовольствия.
И никакого облегчения.
Герман просто ничего не понял.
У Рене есть
духовная связь с Ирмой Веп.
Я чувствую это каждый раз, будучи ей.
Он должен побороть своих демонов
и закончить сериал.
Я готова бороться за это.
Так борись.
Ты хочешь Рене… ты получишь Рене.
Сейчас он отсматривает
последнюю версию.
Он настроен против своего фильма,
уничтожая его.
Так ты, значит, та самая Ирма Веп.
Теперь ты моя.
Не сопротивляйся. Дай волю чувствам.
Мира.
Что ты здесь делаешь?
Ты не очень-то удивлён.
— Странные вещи происходят.
— И у меня.
Ты исчез.
Мне был нужен перерыв,
так сказал мой доктор.
У тебя депрессия?
Нет-нет-нет.
Ну, да.
Но дело не только в том.
Я потерял уверенность.
В себе.
Нет.
— Тогда во мне?
— Нет-нет-нет.
В кино.
Но, видимо, я был не прав.
Почему?
Как ты сюда пробралась?
По крыше.
Видишь?
В итоге ты превратилась в Ирму Веп.
Кое-что происходит,
когда я надеваю костюм.
Ну, конечно. Ты становишься ею.
Можно стать любым героем,
если довольно долго живёшь с ним.
Нет, Ирма Веп другая.
Она душа, парящая вокруг…
в поисках носителя.
— Я носитель.
— Сейчас да.
Но им мог быть я.
Или Реджина.
Реджина говорила
что-нибудь странное недавно?
Вообще, она говорила,
что фильмы — это магические ритуалы.
Что они призывают Люцифера.
Она сказала,
Люцифер — носитель света, да?
Да.
Это слова Ирмы Веп.
Её душа преследует
кинематограф веками.
Она перевёртыш,
меняющий облик каждое поколение.
Но, странным образом,
она всегда остаётся собой
и никогда не теряет своей ауры.
— Она зло.
— Нет-нет.
Она не зло, она дух.
А они не плохие и не хорошие.
Они просто духи.
Кино пробудило её.
Сродни тому, как медиумы
связываются с мёртвыми.
И Мюзидора,
и Луи Фейад
призывали Ирму Веп,
и она осталась.
Ирма Веп всё ещё с нами.
Она чрезвычайно сильный дух.
Она может обратиться против тебя.
С чего бы ей?
Чёрная магия.
Её невозможно контролировать.
Она морочит тебе голову.
Ты на антидепрессантах?
Да.
Тогда лучше без алкоголя.
Они не сочетаются.
Но кого это волнует?
Меня.
Я хочу, чтобы ты передумал.
Никто не сможет закончить сериал.
Получается бессмыслица.
Это твой проект.
Твоя команда, твои актёры.
Это…
твоя чёрная магия.
Герман доснимет серию.
И ты вернёшься.
Думаешь, так будет правильно?
Уверена.
Уверена.
Давай же, Рене.
В логове Вампиров появляется
таинственная женщина…
«Этот голос…»
Ирма Веп вернулась!
ЧЕРЕЗ ТРИ НЕДЕЛИ…
— Вы готовы?
— Да, начинайте.
Отлично.
Внимание, последняя репетиция.
Репетируем в последний раз.
Помните, что вы пьяные и шумные.
Вы полны сил.
А когда узнаёте Ирму Веп,
начинаете безумствовать, ясно?
Последняя репетиция.
Приготовились.
Мотор!
Шёпот теней
Полночь и сны
Вопли и крики
В свете луны
Разожги пламя
Сегодня наша ночь
Мне мила тьма
Но ты не гонишь прочь
Ты шлёшь намёки
Сегодня мы почти родня
Я прячусь, ты ищешь меня
Чтобы слиться в поцелуе
Разожги пламя
Ты разгоняешь тьму
Разожги пламя
Мне мила тьма
Разожги пламя
СКОРО:
ЧУДОВИЩНАЯ СВАДЬБА

Серия 8

Шёпот теней
Полночь и сны
Вопли и крики
ИРМА ВЕП
В свете луны
8 СЕРИЯ
ЧУДОВИЩНАЯ СВАДЬБА
Разожги пламя
Сегодня наша ночь
Мне мила тьма
Но ты не гонишь прочь
Ты шлёшь намёки
Сегодня мы почти родня
Я прячусь, ты ищешь меня
Разожги пламя
Сегодня наша ночь
Ты разгоняешь тьму
Фитиль, что ты зажжёшь
Западню осветит
Ничего не вижу дальше
Так выпей мой поцелуй до дна
ЗЕЛЬДА
Спасибо.
— Пойдём выпьем.
— Нет, сегодня не пойду.
Отлично поработали сегодня.
Спасибо. Увидимся.
Да ладно!
Боже, я так по тебе скучала.
— Ты здесь.
— Да.
— Я увидел сумки, когда вернулся.
— Да, я попросила их закинуть.
Опаздывала на репетицию.
Они бы меня всё равно не отпустили.
Нужно было отснять сцену пожара.
Пожар в космосе?
В нас попал астероид,
микросхемы взрываются,
и корабль охватывает пожар,
и мы начинаем вращаться
всё быстрее и быстрее
и попадаем в другое измерение.
Съёмки с зелёным экраном
такие чертовски нудные,
но я всё это время думал о тебе.
Вот поэтому
ты и врезался в астероид.
Внимательнее надо быть.
Я бы посмотрела на тебя в скафандре.
Могла бы прийти на площадку.
Репетиции закончились, надолго.
Когда мы виделись в последний раз?
Четыре недели назад в Рейкьявике.
Очень давно.
Отныне — не больше двух недель.
Пока не случится что-то супер-важное
и нужно будет уехать.
И я такая — «пока».
Вот уж точно.
Мне даже нравится, что нам приходится
начинать заново каждый раз.
Смешно.
Постой, а ты кто? Как тебя зовут?
Ну, хоть не скучно.
У меня с этим никаких проблем.
Я мечтаю о скучной жизни.
Как прошёл концерт?
Прекрасно. Как обычно —
куча оголтелых одиннадцатилеток.
Звучит потрясающе.
Я бы хоть что обменяла
на более зрелую аудиторию.
Они засыпают на диванах
во время просмотра «Netflix».
Ты этого хочешь?
— Да, моё эго так и хочет.
— Но детки так тебя любят.
С ума от тебя сходят.
— Мне 31 год.
Это нехорошо.
— Перестань ныть.
Альбом потрясающий, оценён высоко.
Выбор критиков
«Нью-Йорк Таймс». Круто.
Женишься на мне?
Я бы хотела, чтобы он продавался.
Нет продаж, не переведён.
Детям он скучен,
а взрослых я не интересую.
Я думаю, что ты опасно близка к тому,
чтобы быть несправедливой с фанатами.
Я люблю своих фанатов.
Чертовски люблю их.
Это просто концерты.
В них какая-то странная атмосфера.
Типа половина аудитории
хочет быть здесь,
они орут, словно я кей-поп-звезда.
Они вряд ли музыку слышат, так орут.
А вторая половина — их родители.
Или ещё хуже —
их бедные бабушки-дедушки,
которые предпочли бы умереть,
а не слушать мою музыку.
— Возможно, они и умрут,
потому выбери
одиннадцатилетнюю аудиторию.
Так сможешь заработать.
Ну, ты хоть знаешь,
что действительно значимо.
Слышала, Мира была здесь.
Да, на съёмках какого-то сериала.
Не знаю, какого.
Она говорила, я забыл.
Ты часто её видишь?
Нет, выпили разок.
Побыл немного её психологом.
Почему не сказал, что вы виделись?
Я не ревнивая.
А зачем тебе ревновать?
Потому что она красива, успешна,
и ты был сильно в неё влюблён.
Ты – самая красивая девушка в мире.
И это было два года назад.
Это ничто. Абсолютно.
Два года? Серьёзно?
Подумай, ведь это всего лишь
четыре недели,
помноженные на 12 и на два.
К чему ты ведёшь?
Да не знаю. Никуда. Просто...
Ты в Париже, один, тебе скучно,
возможно, нужно утешение.
— Что?
Пупсичек, я провожу
дни напролёт в скафандре,
вися на этих проводах
и пялясь на зелёные стены.
Когда возвращаюсь, засыпаю в ванной.
— Во время просмотра «Netflix»?
— Да.
— Мастурбируя?
— Да.
То есть она тебе позвонила?
Позвонила. Мы поговорили.
Она не является частью моей жизни.
Если честно, я был бы счастливее,
если бы она была в порядке,
но здесь я не могу ничего поделать.
Ну, когда у нас всё есть.
У тебя нет никаких чувств к ней?
Совсем?
— Нет.
Пойдём.
Мы можем попробовать снова.
— Я тоже хочу.
Ты такой милый. Я так тебя люблю.
— Ваш новый ключ.
— Спасибо.
Что за паника?
Где ты была, чёрт побери?
Я нонстопом пытаюсь тебе
дозвониться в течение часа!
Ты поменяла свои лекарства
или у тебя новости?
У меня нереально хорошие новости.
Ты сидишь?
Боже, конечно. Я поклоняюсь ему.
Я знаю это. Как и я.
Но он снимает фильмы
раз в пять лет примерно?
Ты уверена, что это точно?
Проекту дан старт,
съёмки через шесть недель,
но ты им нужна через две —
для репетиций.
Прочту сегодня.
— У фильма нет сценария.
— О чём ты?
Ну, то есть он есть,
но ни у кого к нему нет доступа.
Ты даже не читала?
Нет, но кто читал, говорит,
что он сметёт все награды.
Ладно...
Так...
И как я должна что-то решить?
Ты уже всё обдумала.
Это решённый вопрос.
Ну, в таком случае,
меня всё устраивает.
— Привет, Жасмин.
Не переживай,
у меня сегодня хорошее настроение.
Любая актриса убила бы за эту роль.
И я бы убила за эту роль.
Ты и представить
не можешь, как я за тебя рада.
И за себя.
Хорошо, да-да-да.
Просто... Дай мне минутку.
Это изменит твою жизнь.
То есть сразу после «Вампиров»
я поеду на съёмки...
этого проекта без названия?
«Царство небесное»,
но я тебе этого не говорила.
«Царство небесное»?
Это адаптация романа?
Какого романа?
В смысле «какого романа»?
Прости, я не слышала. Роман?
Это был невероятный бестселлер.
Мне очень понравился.
— Похоже, интересный.
Да, это потрясающая роль.
Как её зовут?
Мередит.
Да, точно. Мередит какая-то.
Не суть. Он хочет видеть в роли тебя.
Даже не рассматривал других актрис.
И он хочет встретиться с тобой лично.
Где он живёт?
На Шетландских островах,
но может встретиться и в Лондоне.
Единственная проблема:
он известный клаустрофоб.
Ясно. И что нам с этим делать?
Он готов встретиться
в Кенсингтонских садах,
принесёт с собой
шоколадное молоко и печенье.
Шоколадное молоко и печенье?
Да, это общеизвестный факт.
Он любит шоколадное молоко и печенье.
Ясно.
Я могу встретиться
с ним послезавтра с утра.
У нас ночные съёмки на этой неделе.
Я подтвержу встречу
и перезвоню тебе, ладно?
Да, отлично.
Да?
Билеты в Лондон забронированы.
«Eurostar», кэбы, всё схвачено.
Но ни слова Реджине,
водителю, лягушатникам из команды.
Пресса об этом узнает — нам конец.
Поняла.
Сейчас в Париже поздно,
а у тебя съёмки завтра,
так что дам тебе поспать.
— Ладно.
— Надо идти, пока.
Пока.
Следующий!
Галатея?
Да.
Здравствуйте.
Хотите что-нибудь попить?
Может, кофе?
Стакан воды, пожалуйста.
Основное вы знаете?
Вы ищете молодую актрису.
Полагаю,
на роль жены Филиппа Геранда.
Да, он уже смирился
со смертью Марфы.
Я знаю, что Вампиры похитят её
и попытаются убить.
Но я ещё не посмотрела весь сериал.
Он очень медленный и чёрно-белый.
Итак, откуда вы?
Это глупый вопрос, но...
Мы будем говорить по-английски.
— Я выросла в Нью-Джерси.
— Да. Хорошо.
Но переехала в Париж,
когда была ещё совсем ребёнком.
— То есть ваши родители переехали?
— Нет, не совсем.
Мои биологические родители
погибли в автокатастрофе.
И меня вырастили мои тётя с бабушкой.
— Мне так жаль это слышать.
— Ничего страшного.
Я почти не помню родителей.
И... у меня было счастливое детство.
Вы всегда хотели быть актрисой?
Мне повезло.
Мне попался правильный учитель,
я встретила нужных людей...
и оказалась в театральной школе.
Я на втором курсе.
— В кино снимались?
Никогда.
Хотите?
Ну, я же здесь.
Но, по правде говоря...
Извините, я не видела ваших фильмов.
— Нет-нет-нет.
Не переживайте.
Их не так легко найти.
Итак, расскажите мне о жене Филиппа.
Ну, всё так, как было в те времена.
Она домохозяйка.
Её хобби — вязание.
Вязание?
Я понятия не имею, как вязать.
Но внимание-внимание-внимание!
Есть неожиданный поворот.
Какой поворот?
Я не буду спойлерить,
но вы будете удивлены.
Войдите.
Я тебя побеспокоил?
Нет... Нет, совсем нет.
Мы можем поговорить?
Что-то серьёзное?
Нет.
Это твой костюм
для сцены с медиумом?
Нравится?
— Жуткий.
— Спасибо.
Мира, я хотел поблагодарить тебя.
Ты вернула меня с края пропасти.
Да...
тебя сильно затянуло.
Я потерял веру в себя...
и в этот проект.
— То есть ты потерял уверенность.
— Возможно.
Из уверенности
не рождается искусство.
Стоит быть благодарным
за свои сомнения.
Моя тревога... очень жестокая.
Как ты можешь быть
таким высокомерным?
Я абсолютно уверена,
что моя тревога гораздо...
хуже твоей.
— Ты видела площадку?
— Нет.
Довольно жутко.
Она полна злых духов,
но не переживай.
Я провёл обряд экзорцизма.
Да.
— Ясно.
Я впечатлена.
И как же?
Нанял экстрасенса?
Технически, в каждой епархии
есть свои назначенные экзорцисты,
но их вызывают только
из-за постоянной
паранормальной активности.
— Я полагаю, это не наш случай.
— Нет-нет-нет.
Это был просто
превентивный экзорцизм.
Мармеладок?
Спасибо.
Священник пришёл один,
он тщательно исследовал площадку.
Сжёг немного благовоний
и произнёс несколько молитв.
— Потрясающе.
— И благословил.
— Теперь мне спокойнее.
— Я знал.
Филипп Геранд находит счастье,
женившись на Жанне Бремонтье.
Но горничная молодожёнов,
Огюстина, была несчастна.
Её муж недавно был убит
при таинственных обстоятельствах.
Тем временем Вампиры
всё ещё хотят отомстить Филиппу.
Их первый шаг —
заманить Огюстину в ловушку.
Медиум мадам д'Альба
сообщила Огюстине,
что может вызвать
дух её убитого мужа.
«Вот убийцы вашего мужа:
Ирма Веп и Лили Флауэр!»
«А это Повелитель Молний!
Великий Вампир!»
— Посмотри на меня.
— Нет.
Посмотри мне в глаза, Огюстина.
Вот так.
Расслабься. Закрой глаза.
Слушай только мой голос.
Ты не можешь сопротивляться.
Ты моя. Слушай только мой голос.
Ты повинуешься мне.
Скажи: «Я вам повинуюсь».
Я вам повинуюсь.
Повторяй:
«Я полностью в вашей власти».
Я полностью в вашей власти.
В два часа ночи
ты откроешь дверь
в квартиру Филиппа Геранда.
Ты откроешь её Вампирам.
Кому ты откроешь дверь?
Вампирам.
Я вам повинуюсь.
Я исполню вашу волю.
А теперь ты очнёшься
и ничего не вспомнишь.
Что это было?
Ты встретилась
с духом своего мужа?
Вроде бы.
Всё было как во сне.
Как в тумане.
Снято!
Готово.
Аурелия, ты была бесподобна!
Съёмки окончены. Всем спасибо!
Простите, что так долго!
Завтра начинаем на час позже.
Все проверьте расписание!
У всех оно есть?
Тебе завтра на съёмки вечером,
а сегодня намечается вечеринка.
Будет весело.
С командой?
Скорее с девчонками.
Ты меня приглашаешь?
Я не останусь допоздна.
Так ты придёшь?
Думаю, нет.
Там будет очень спокойно.
В той компании
всем без разницы,
кто ты.
— Я и не беспокоюсь.
Идём на диван.
Тебе нравится это место.
Помнишь, когда мы были
здесь в последний раз?
Помню.
Ты танцевала
под ту старую, убогую поп-песню.
Как ты смеешь называть
«99 Luftballons» убогой?
Она гениальная.
Тогда мне казалось,
что ты танцуешь только для меня.
Так ведь?
Вроде, я выпила четыре коктейля.
Это такая отговорка?
Да, чтобы не делать тебе больно.
Я понимаю.
Мне кажется, не понимаешь.
Послушай, Зои, ты мне нравишься.
Я хочу сказать...
Ты много для меня значишь.
— И ты для меня тоже.
Я любила Лори.
И, похоже, в какой-то степени
всё ещё люблю.
— Я надеялась, что смогу помочь.
— И ты помогаешь.
Просто...
я безумно влюблена в Лори,
даже когда она ко мне
ужасно относится.
Возможно, я влюблена в неё
ещё больше,
когда она ужасно ко мне относится.
Но...
Я даже не знаю,
нравятся ли мне девушки.
Нравятся. Тебе нравятся.
— Нет, я...
— Ты просто это подавляешь.
Нет, я так не думаю.
С другими девушками
я просто пыталась повторить то,
что было у меня с Лори.
Не думаю, что и ей нравятся девушки.
Она променяла тебя
на обычного мужлана.
Ты не права.
Лори нравятся девушки,
но где есть деньги,
там и она.
Ты станцуешь для меня?
— Если выполнишь одну мою просьбу.
— Какую просьбу?
— Подвезёшь меня?
— Куда?
— На поезд.
— Чего?
Я уезжаю в Лондон.
У меня там
важная встреча утром.
Я вернусь завтра до съёмок.
Танцуй.
— Это означает «да»?
— Это означает «да».
— Это автобусная полоса?
— Не знаю.
— Спасибо.
— А что у тебя за встреча?
Не могу сказать подробностей,
увидимся завтра вечером на площадке.
И никому не говори, хорошо?
Обещаешь?
— Обещаю.
Передавай привет
своей девушке в Лондоне.
Выглядит красиво.
Думаю, с японским платьем
будет гораздо лучше, увидишь.
Посмотри.
Да, намного лучше.
Мира не писала?
Не могу до неё дозвониться.
Она мне писала, что опаздывает.
Хорошо.
Шикарное платье.
— Классное, правда?
Обожаю японские шёлковые рисунки.
Всё ещё не можем дозвониться до Миры.
Она сказала Зои, что уже едет.
Эти хлопающие двери.
— Я выйду покурить?
— Да, у тебя ещё много времени.
Есть зажигалка?
Да.
Ты играешь жену Филиппа?
— Да.
А ты Реджина Мориц, ассистентка Миры.
Да.
Я её фанатка.
Наверное, с ней тяжело.
Нет, она очень доброжелательная.
Ходят слухи,
что ты уходишь от Миры
и будешь ставить свой фильм.
Да, съёмки в Великобритании.
Хочешь кофе?
— Конечно.
— Идём.
Я видела твои короткометражки.
Они очень сильные.
Как мило с твоей стороны.
Можно спросить, о чём твой фильм?
Ничего страшного,
если не хочешь говорить.
— Даже смешно, что ты спрашиваешь.
— Почему?
Потому что ты первая.
Даже Мира не спросила.
Все рады, что я двигаюсь дальше,
но никому нет дела, куда.
— Мира в нём снимается?
— Нет.
Все актёры молодые, подростки.
В основном неизвестные.
— Маленький бюджет?
— Скорее без бюджета.
Но, честно говоря, даже хорошо.
Так и должно быть.
Главная героиня — молодая девушка.
На её планете
кровавая гражданская война,
и, чтобы защитить её,
родители отправляют её
на корабле на Землю,
обещая, что вернутся за ней.
Она ждёт, но они не возвращаются,
и ей приходится самой учиться
выживать в незнакомом мире.
Мне нравится.
Но это грустная история.
— Но она приспосабливается
и становится счастливой и на Земле.
Всё равно грустно.
И слишком похоже
на историю моей жизни.
Похоже?
Мои родители — американцы.
Когда они умерли,
я осталась совсем одна.
Я жила в приёмной семье.
Фильмы стали моим убежищем.
Понимаю.
Я...
Мне неудобно о таком просить.
Но мне бы хотелось
поучаствовать в съёмках.
Побыть на площадке
хотя бы пару дней.
Ты уверена?
Финансирование у нас скудное.
Это неважно.
Мне интересен сам процесс.
Думаю, что-нибудь найдётся.
Я могла бы нанять ассистента.
Часы бьют 2 часа ночи.
— Что случилось?
— Вампиры только что были здесь.
Проклятье!
Мы снова их упустили.
Филипп отправляется в полицию,
Жанна остаётся дома с горничной.
Похитив Жанну и Огюстину,
Вампиры запирают их в подвале замка.
Замок Вампиров
Спасибо. До свидания.
Как дела?
— Хорошо.
Подвал готов.
Где проходит репетиция танца?
Идите наверх и поверните налево.
Хореограф ждёт вас.
— Иду.
Я поменяю пару движений,
чтобы лучше передать настроение.
Танец длится полторы минуты,
но я могу сократить до одной.
Не нужно.
Я хочу увидеть его целиком.
Сначала вы увидите
первый свадебный танец.
Его начинают
двое случайных Вампиров.
Динамика танца
должна достигнуть пика.
Понятно.
Ничего, если музыка будет громкой?
Я не против.
Что ж.
Вампиры празднуют свадьбу
Ирмы Веп и Вененоса, Отравителя.
Жанна и Огюстина
по-прежнему сидят взаперти.
Войдите.
Привет.
Что-то стряслось?
О чём ты хотела поговорить?
Я хотела попросить тебя об одолжении.
Я весь к твоим услугам.
По сюжету
во время свадьбы
в замок врывается полиция.
Вампиры разбегаются в панике.
Начинается хаос.
А затем обрушивается балкон.
И почти все Вампиры умирают.
Да. Всё так.
Что ж.
Может, Лили Флауэр
не обязательно там быть?
Нет-нет-нет, исключено.
Она равноправный член банды.
Да, но в версии Фейада
её там нет.
Нет, но я не хочу
оставлять её
третьестепенным персонажем.
Понятненько.
Можно я возьму пиво?
Конечно, бери.
У тебя есть эта штука?..
— Открывашки здесь нет.
— Ничего.
Прости.
— Держи.
— Прошу прощения.
Хотел повыпендриваться.
— Что ж...
— Я вытру. Тут почти всё.
— Не утруждай себя.
— Ладненько.
Иногда чем меньше, тем лучше.
— То есть?
— То есть
пусть она исчезнет.
Кому нужно видеть её мёртвое тело.
Значит, ты хочешь
закончить на день раньше?
Если ты не против.
Я что-то надолго здесь задержалась.
Я могу сегодня
закончить съёмки, а завтра уехать?
— Я не оправдал твоих ожиданий.
— Нет-нет.
Почему ты так решил?
Я видел в тебе суррогат Джейд.
А как же Мира?
Это она суррогат.
Ты могла бы стать
её отголоском, призраком,
преследующим мою картину.
Но Лили Флауэр — не Ирма Веп.
А Синтия Кенг — не Джейд Ли.
И меня это устраивает.
Я отлично провела время.
— Понимаю.
И не переживай за меня.
Дух Джейд всё время был с нами.
Чего?
Она присматривала за нами.
Ты правда так думаешь?
Не сомневаюсь.
Я хочу кое-что спросить.
Да?
Ты встречала Джейд...
в Гонконге?
В последнее время
она редко появляется на публике.
Если когда-нибудь её встретишь...
передай ей привет от меня.
Вы знаете моё сердце, сир.
И я лишь вам скажу,
что по Империи нисколь и не тоскую я.
Величие, богатство Рима
не радуют мой взор.
Желала лишь любить
и быть любимой я.
Не скрою, в этот день
меня наполнила тревога,
что не мила я боле вам.
Но я была глупа.
Не видел мир любви сильнее.
Спасибо, Галатея.
Столь пронзительное исполнение
финального монолога Беренисы.
Но не могла бы ты
сделать ударение на строфе:
«Желала лишь любить
и быть любимой я».
Что-то было не так?
Она прозвучала немного небрежно.
Одна из прекраснейших
французских строф. Не переигрывай.
Но раскрой её красоту.
Водичка моя. Спасибо.
Я не могу задерживаться.
Сегодня съёмки.
Колу без сахара.
А где ты снимаешься?
В сериале
для одного стриминг-сервиса.
Роль небольшая, но занятная.
А в чём её суть?
— Не могу сказать.
— Да ладно тебе.
Сериал — ремейк «Вампиров» Фейада.
Ты же сама постила об этом.
Я убиваю Миру Харберг.
Убиваешь Миру Харберг?
Фигасе! Как?
Выстрелом в упор.
«Небольшая» роль!
Занятная же.
Кто заказывал травяной чай?
— Я.
Сегодня последний день съёмок.
Крутота! Последний день,
и ты убиваешь Миру Харберг.
Завидую.
А кто режиссёр?
Рене Видаль.
Ну такое. Его уже и не помнит никто.
Но он снимал неплохие фильмы, нет?
Я видела на «YouTube»
отрывок одного. Хреновенько.
Смысл переснимать немой фильм?
Столетней давности.
Чтобы посмотреть
на Миру Харберг в облегающем костюме.
Тогда ладно.
Мерзкий ты сексист.
— Виновен!
— Та же тема.
Сцена с Мирой в костюме стоит
гораздо больше всех картин Видаля.
Что?
— Ну?
— Что «ну»?
— Как прошла встреча?
— Какая?
У меня есть шпионы.
— Шпионы?
— Ага.
Даже в Лос-Анджелесе.
— Особенно в Лос-Анджелесе.
— Особенно в Лос-Анджелесе.
— Новости быстро разлетаются.
— Понятно.
— Не против, если я сяду?
— Нет, конечно.
Встреча прошла...
отлично.
Он милейший человек.
Такой скромный.
Я сам с ним никогда не виделся,
но слышал то же самое.
Можно...
Ты...
Ты сыграешь Мередит
из «Царства небесного», да?
Прекрасная роль.
Всё благодаря тебе.
Почему?
Очевидно, что ты подходишь.
Я бы не была к ней готова.
Мне это льстит, но...
Мне это льстит, но я не согласен.
— Не надо.
Я не согласен.
Какая разница, это ведь правда.
Можно сказать, что Ирма Веп
научила меня.
Это больше похоже на правду.
Она примирила меня с актёрской игрой.
Я ведь злилась.
Очень злилась из-за актёрства.
Всё удовольствие испарилось.
Как ей это удалось?
Она показала мне,
что актёрская игра — понятие широкое.
Но ты ведь и так это знала.
Да, но мне было страшновато.
Ты...
Ты боялась духов.
Возможно.
Но духи не желают зла,
если ты их принимаешь.
А чтобы играть,
их обязательно надо принять.
Точно.
Недавно я ощутила,
будто теряю дух Ирмы Веп.
Ну конечно. Так и должно быть.
Так и должно быть? Почему?
Она будет жить в тебе до тех пор,
пока ты воплощаешь её на экране.
А когда твои мысли пропадают,
когда судьба
уводит тебя в сторону,
она станет искать новое пристанище.
Получается, я ей больше не нужна?
Можно сказать наоборот,
что она тебе больше не нужна.
Поскольку...
ты ещё встретишь других духов.
Например, Мередит.
Мередит из другого теста.
Тьма ей не близка.
— Но всем близок свет.
— Верно.
Ты примешь её в себя.
Прислушайся к ней.
Прислушаюсь.
Ведь достичь света
гораздо сложнее,
чем тьмы.
— Вперёд.
— Поторопитесь!
Давайте! Быстрее!
Вперёд, вперёд!
«Жених мёртв. Где Ирма Веп?»
А сейчас мы покажем вам
отрывок из мемуаров Мюзидоры...
Учитывая мой звёздный статус,
я должна была уйти с шумом.
— Мсье Фейад вас ожидает.
— Благодарю.
Это был финальный эпизод.
Этим револьвером
вы застрелите Мюзидору.
Вот так.
Стреляйте.
Помощник!
Ещё раз.
Его снова заклинило.
Уже в третий раз.
Он антикварный.
Может рвануть прямо перед носом.
Юная прелестница, мисс Зузу Лагранж,
собиралась отправить
Ирму Веп на тот свет.
Стреляйте!
Она была нервной и напуганной.
— Так лучше!
— Гораздо лучше.
Гораздо лучше.
В кого будут стрелять?
В вас. Вас наконец-то убивают.
Начальник полиции будет в восторге.
Знакомьтесь, Зузу Лагранж.
Она весьма преуспевает
в драматической школе.
Помощник!
Принесите лист металла
для пробных выстрелов.
Да, мсье.
С такими вещами надо быть аккуратнее.
Ставьте сюда, перед бочкой.
Давайте, патроны холостые.
Стреляйте.
Слишком близкое расстояние.
В чём дело?
Удары от осколков.
Это опасно?
Зузу, отойдите на пару метров.
Хорошо.
Мюзидора,
вы подходите к двери.
Зузу, садитесь.
Лучше отодвинуть ящик.
Вот так. Садитесь.
Достаёте револьвер.
Прицеливаетесь,
но не слишком близко, и стреляете.
Манишу, снимаем.
Хорошо.
Начали.
Мотор.
Больше экспрессии!
Больше!
Мюзидора, не торопитесь умирать!
Мюзидора, что с вами?
Увы, но в панике
Зузу позабыла инструкции Фейада
и выстрелила слишком близко.
Я лежала и кричала от боли.
Я больше испугалась, чем поранилась.
Поскольку Зузу Лагранж убила меня,
нашей верной аудитории
нужна была новая злодейка.
Поэтому спустя несколько недель
Фейад взял меня в свой новый фильм
с таинственным названием «Жюдекс».
ЖЮДЕКС
Здравствуйте.
Мира не отвечает.
Наверное, собирает вещи.
Хорошо, я подожду.
Здравствуйте, мсье.
Передайте мисс Харберг,
что её шофер приехал.
Прошу прощения,
но она выписалась ещё рано утром.
Здрасьте!
Я организую
фотосессию для «Dreamscape».
Всё в порядке?
В «Plaza» Мире будет комфортнее.
Я снял один из лучших номеров.
Похоже, планы изменились.
Почему?
Мира пропала.
— Давно?
— Вчера она была здесь.
Последний съёмочный день.
Смерть Ирмы Веп.
— Её агенту звонили?
— Не отвечает.
Я разберусь.
На мои звонки Зельда всегда отвечает.
Она меня уважает.
Это очень круто. Спасибо.
МУДИЛА ИЗ «DREAMSCAPE»
Может, эта?
Думаю, ей понравится вот эта цепочка.
Да, спасибо.
(говорит по-французски)
Алло?
Хорошо.
Понял. Сейчас наберу его.
Мсье де ла Паршеминери?
Ангус хочет срочно переговорить.
Хорошо. Спасибо, Давид.
Алло?
— Я вас отвлекаю?
Да. Что за срочность?
Я на фотосессии для «Dreamscape».
Прекрасно.
Мира довольна?
Сложно сказать.
В каком смысле?
Её не было в гостинице.
А где она?
Не знаем. Уехала утром.
Уверен, что домой.
И тогда это катастрофа.
Конечно, она уехала домой.
Знаешь, что?
Я ждал этого.
Стоит звонить адвокату?
Нет. С Мирой Харберг не судятся.
Мы же окажемся неправы.
Люди ассоциируют себя с ней,
потому что Мира доверяет
инстинктам. Она свободна.
Мы пытаемся купить
частичку её свободы
ради бренда.
Нам нечего жаловаться.
Значит, подождём?
Если ей это интересно.
А если она не объявится?
Будет хреново. Для нас.
Когда снимаешь фильм,
попадаешь в другой мир.
Он за гранью кино.
Что-то вроде сна?
Да. И однажды ты просыпаешься.
Пузырь лопается. Рассеивается.
Мира Харберг снова
становится собой. Это неизбежно.
Думаю, да.
Она покидает ваши фантазии.
Да.
После съёмок иллюзия исчезает.
Это больше чем иллюзия.
Это гораздо более глубокий опыт.
Хотя след остаётся.
Фильмы.
Возможно, вы правы.
Законченный фильм
начинает жить своей жизнью.
В этом их магия.
Чёрная магия.
Ты создаёшь фильмы,
они тебя пробуждают,
а потом оставляют в одиночестве.
В подвешенном состоянии.
Именно.
Между реальным и воображаемым.
Ты теряешься.
Спросите любого режиссёра.
Тем временем,
фильмы живут своей жизнью.
Да, но их жизнь часто ужасно скучна.
Не сомневаюсь.
Но это больше не ваша забота.
Кроме того...
Что кроме того?
Ну... вы живёте дальше.
Создаёте фантазию заново.
Да.
Всегда можно попытаться.
Нет никаких гарантий.
Вся прелесть в риске.
Ты всегда в шаге от неудачи.
В шаге от трясины
скучной повседневности.
В повседневности нет скуки.
Но вам нужно разобраться
с прошлым и оставить его позади.
Так же, как Мира оставила меня?
Полиция устроила облаву
в день моей свадьбы.
Вы за это поплатитесь.
Думаете, для Вампиров всё кончено,
но я и есть Вампиры,
и полиции меня не поймать.
Берегитесь...
я отомщу.
Снято, снято!
Давайте ещё раз.
Галатея, можешь
чуть подождать перед выстрелом?
И, Мира,
погоди секунду,
не падай сразу, ладно?
97 дробь 1, дубль шесть.
И... мотор.
Полиция устроила облаву
в день моей свадьбы.
Вы за это поплатитесь.
Думаете, для Вампиров всё кончено,
но я и есть Вампиры,
и полиции меня не поймать.
Берегитесь...
Алло?
Привет, это я.
Как дела?
Я в порядке.
Детям нравится за городом.
Мне — не очень.
А знаешь, что?
Мы закончили. Всё отсняли.
Фильм на плёнке.
Хорошо.
Ты осознаёшь,
что не звонил две недели?
Они были непростыми.
Но всё позади, мне уже лучше.
Всегда немного странно,
когда всё заканчивается.
Мира уехала.
Команда работает
над другими фильмами.
Вот так.
Всегда одно и то же.
Пора бы тебе привыкнуть.
Знаю.
Так мы можем вернуться
или нам дальше жить
у моей мамы в глуши?
Конечно.
Возвращайтесь.
Я скучаю.
Я тоже.
Правда?
Люблю тебя.
И детей.
Так же, как свои фильмы?
Ещё сильнее.
Ты ведь лукавишь.
Нет,
потому что вы заслуживаете правды.
Так это новая правда?
Нет. Это всегда было правдой.
Мне просто...
Мне просто
надо было её пересмотреть.
Знаешь...
фильмы уводят меня очень далеко,
но любовь
всегда возвращает обратно к тебе.

////////////////////////////