Инспектор-разиня (1980 год). Цитаты и фразы из фильма

«Инспектор-разиня» (фр. Inspecteur la Bavure) — кинокомедия, один из самых известных фильмов французского актёра Колюша.

Все фразы и цитаты

Все факты, связанные с ныне живущими или
жившими когда-то людьми, чисто случайны.
Всякое сходство с этими людьми тоже
чисто случайное, и мы в этом не виноваты.
Для людей, с которыми
эта история уже произошла,
мы сообщаем, что мы об этом не знали.
События, которые показаны в этом фильме,
являются плодом нашего воображения.
Всякое сходство с историей,
которая могла бы произойти с другими...
В общем, это не повод
портить нам нервы.
25 июля 1957 года.
- Пьеро, сдавайся!
- Никогда!
- Шеф, начинаем штурм?
- Нет, подождём Клемана.
Только он справится с этим делом.
К стене, чёрт возьми!
А вот и он...
Комиссар, прячьтесь, он стреляет.
- Да.
- Он опасен... прячьтесь.
Дай-ка мне это... спасибо...
Пьеро, сдавайся! Это я, Клеман!
Никогда!
Пьеро, я арестую тебя.
Комиссар, по моим сведениям
у него осталось ещё 7 пуль.
Это пустяки... не выходите из укрытия.
Стой, Клеман, стой!
Я буду стрелять!
Одна...
вторая...
третья!
Мерзавец.
Четвёртая.
Подожди.
Пятая...
шестая...
седьмая.
Пошли.
Именем закона, я тебя арестовываю.
Ты схватил меня.
Ты будешь полицейским, сынок!
Да, папа.
Прошло чуть больше двадцати лет.
Садитесь, садитесь...
Вот результаты экзаменов на должность
дивизионных комиссаров...
Первый... Робер Кантини.
Да!
Я выбираю Марсель.
Это мой родной город.
Второй: Жан-Батист Дютрекс.
- Я чувствую, что провалился.
- Да подожди ты!
Это станет ударом для моей старухи.
На какую фамилию?
Да, да, а как это пишется?
- Ну что?
- Его ещё не вызывали.
- Это хороший знак.
- Да нет, я знаю Мишеля.
Если бы он сдал,
он бы мне уже позвонил...
Да, мсье, я поняла. Сегодня вечером
два прибора на 10 часов.
Сорок седьмой - Этьен Зибэ.
- Я выбираю Париж.
- Париж для бездарей!
У меня есть шанс работать с тобой.
- Зибэ!
- Иду!
- Это конец. Я не сдал физкультуру.
- А стрельбу?
- Я всю обойму выстрелил в потолок.
- Тебе не повезло.
Мне плевать.
Это, скорее, для моей старухи.
Пачку Палмал, пожалуйста.
Да... спасибо... извините...
Алло, Мишель?
- Можно забронировать столик?
- Всё заказано.
Сто девятнадцатый -
ученик Бернар Бонфуа.
- У тебя ещё есть шанс, старик.
- На 13 миллионов, как в лотерее.
Сто двадцатый и последний, получивший
должность дивизионного комиссара
по снисхождению комиссии и,
принимая во внимание услуги,
которые его отец оказал нации,
это Мишель Клеман!
- Ты сдал.
- Что?
Ты сдал!
Мишель Клеман!
Да, да, вот я!
Спасибо.
- Осталась всего одна.
- Тем лучше, у меня нет выбора.
Нет. И это - Париж!
Да, именно его я бы и выбрал.
Ну вот... простите.
Ренн Продюксьон представляет
Мишель Колюш
Жерар Дёпардьё
Инспектор - разиня
Сценарий и диалоги
Клод Зиди и Жан Бушо
В ролях Доминика Ляванан
Алэн Моттэ
Франсуа Перро
Жан Бушо
Клеман Арари
Филип Корсан
Мартэн Лямот
Дани Саваль
Юбер Дёшан
Марта Бильялонга
Жюльен Гийомар
Композитор Владимир Косма
Оператор Анри Декаэ
Монтаж Николь Сонье
Совместное Производство
Ренн Продюксьон и Франс Три
Продюсер Пьер Грюнштайн
Режиссёр Клод Зиди
Мама! Мама!
Мама! Мама!
Мишель! Ты провалился!
Да нет. Да нет.
Ты сдал или провалился?
Смотри, у меня всё есть. Смотри, мама.
Смотри, у меня всё есть! Смотри, мама!
Идём, сообщим эту новость твоему отцу.
Да.
Он сдал! Он сдал!
На мой счёт... Он сдал! Он сдал!
Свершилось, папа. Малыш сдал.
Он стал инспектором.
Стажёром.
Только стажёром, знаешь ли.
На него обратили внимание.
Папа, за это надо выпить.
Давай, Мишель, открой бутылку...
подожди, вот увидишь! Осторожно!
Слушай-ка!
Да, но это меня пугает...
малыш сдал экзамен.
За твоё здоровье.
Привет, Жэжэ... как дела?
- Ты сдал?
- Да.
- Ребята!
- Я сам сообщу...
Внимание, молодые люди,
поднимите руки вверх!
В кафе азартные игры
на деньги запрещены.
Статья 214 уголовного кодекса!
- Сдал?
- А это что такое?
Прекрати!
Прекратите ваши глупости!
Нет, Мустафа... он заряжен.
Не валяй дурака, Мустафа!
- Угощай!
- Давай, давай!
Осторожно, теперь ваши глупости
сведите до минимума.
Слушай, ты не всегда
говорил наши глупости.
Да, старина.
Но теперь я - полицейский.
Жэжэ, налей рюмочку, пожалуйста!
Нет, у меня нет времени.
Я не хочу пить.
Я уже выпил на кладбище
и потом, мне пора.
- Нет, нет, подожди, Мишель, подожди.
- Ему завтра работать, в отличии от вас.
И потом, завтра мой первый рабочий день.
Мне надо быть в форме.
- Гангстеры, знаете ли...
- Да.
Нет, ну подожди, давай в пятницу устроим
небольшую пьянку по этому поводу.
Да, да, давай!
- Согласен, в пятницу вечером. Пока.
- Да, в пятницу. Хорошо.
- Всем пока!
- Пока! До пятницы!
- Ребята... сделаем ему подарок?
- Согласен.
- Да, но скажи, у тебя есть бабки, есть?
- А вы работайте, и у вас тоже будут бабки.
Знаешь, Мишель, теперь ты не можешь
себе позволить встречаться с кем попало.
Послушай, они организуют вечеринку в мою
честь, потому что я стал полицейским.
Я должен на ней быть.
Дань уважения порока добродетели...
Теперь они попытаются использовать тебя.
Ты слишком много читаешь
полицейских романов, мама.
- Да... ты поел?
- Нет.
Его пальто... 7 дырок он сделал в нём.
Я заштопала его.
Мишель, знаешь,
твой отец был бы рад,
если бы ты надел его
в своей первый рабочий день.
- Я сказал - никакого пальто, мама. Нет!
- Но почему?
Потому что так больше не делается.
В полиции уже давно не носят
габардиновые пальто.
Все одеваются свободно, кто как хочет.
И всё.
Ладно. Тогда чёрную курточку?
Мишель, доставь мне удовольствие,
надень костюм и галстук.
Но мама, костюмы и галстуки
носят только гангстеры.
Это их отличительные признаки.
Только мошенники, министры и тому подобная
публика ходит в костюмах и галстуках.
Мишель, это тебе приказывает твой отец!
- Нет, нет, нет!
- 10 секунд, г-н полицейский...
- Тебе этот костюм очень идёт!
- Да?
Он напоминает мне моего бедного Жюля...
Ничего не забыл?
- Нет, всё при мне, всё при мне.
- Покажи.
- Да нет.
- А твой завтрак?
- Говорю же, всё взял, мама! Смотри!
- Уверен?
Ну да, я уже проверил.
До свидания, курочка моя, до вечера.
- До свидания, малыш, до вечера.
- Не волнуйся, всё будет в порядке.
- Привет, пингвин! Как дела?
- Нормально.
- Привет!
- Как дела?
Слушай-ка, в этом прикиде
твой папаша дуба дал?
Да.
Неудивительно,
его за три версты было видно.
- Да, но так хотела моя мать.
- Да.
Я хочу спать. Вы меня заколебали!
Ну что? Хулиганы из Пти матан.
Интересно?
Уф... Мелкая дичь...
Мне кажется, Мордзини зря старался.
Всё же мы взяли стилягу!
Да, верно. Грегуар застал его в кровати
с высокой блондинкой.
Ничего страшного. Главное - ему дали
время надеть ботинки.
Приведите его ко мне.
Ну что, пошли?
Да, я только переоденусь.
Я принёс свои шмотки.
- До встречи.
- Да, пока.
Вот он!
Знаешь, очень нехорошо
заниматься эксбиционизмом!
Не может быть! Это не я.
Я ничего не сделал!
У меня встреча с дивизионным
комиссаром Вермийо!
Послушайте, кто это? Да что он сделал?
Я - журналистка! Ой!
- Но это же стиляга!
- Он пытался сделать ноги.
К шефу, немедленно!
Добро пожаловать в уголовную полицию!
Спасибо, г-н директор.
Неужели стиляга потерял
свой стильный костюм?
Это не мой костюм,
а моего покойного батюшки.
Сидеть!
Несомненно, стиляга
хочет многое нам сказать.
Да, я доволен.
Мы тоже довольны,
и будем ещё больше довольны,
когда ты скажешь нам,
что тебе известно.
Ну, ну, Дзинго, никакой фамильярности.
Ведь мсье стиляга с вами на вы.
Ничего страшного.
- Расскажите нам о великом Рожэ.
- Вы что-нибудь слышали о Рожэ Мордзини?
- Да.
- Вот видишь.
- Вы даже какое-то время работали вместе.
- Нет, это недоразумение, г-н директор.
- Развлечём его немного!
- Ну говори же!
- Я пришёл в костюме моего отца, мсье.
- Мы схватили тебя голым.
- Вместе с высокой блондинкой.
- Наверное, это была его мать.
- Нет, моя мать - маленькая брюнетка.
- А почему ты сделал ноги?
Допросы надо вести жёстко,
но без насилия, г-н директор.
- Знаешь, ты нас уже достал!
- Да, я это вижу.
- Вас можно на две секунды, шеф?
- Да.
Шеф, там одна девица-журналистка
хотела бы поработать с бригадой.
Мсье, ваши люди ударили меня.
Это скандал.
Вы же видите, что мы заняты.
Гони её в шею!
- Вы не знаете, кто я!
- Мне плевать!
- Ай!
- Тише, ребята, ничего не слышно.
- Поверьте мне, у меня длинные руки.
- А у нас - мускулы. Ладно, идите прочь.
Только не по голове
- Мне жаль, мадемуазель.
- Очень надеюсь!
- Вы - новые стажёры?
- Да.
В общем, одного не хватает.
Я представлю вас дивизионному комиссару
Вермийо, вашему новому шефу.
- Да?
- Новые стажёры, шеф.
Подходите, подходите, господа.
Скоро будет ваша очередь.
Итак, что говорит стиляга?
Какой он забавный, шеф,
говорит, его зовут Мишель Клеман.
- Неужели?
- И он - новый стажёр.
Да, да.
Это Зибэ и Либенштайн.
Мы - новые стажёры.
Чёрт! Добро пожаловать в наши ряды!
Поздравляю!
- Добро пожаловать в полицию.
- Спасибо, вы очень любезны.
- Тихо, тихо.
- Колется.
Нет, это пустяки, сущие пустяки.
В медсанчасти в мгновение ока вас
приведут в надлежащий вид.
Там к этому делу привыкли.
Вы очень любезны.
Вы очень любезны... Мне плохо.
- Вот увидишь, завтра ничего не останется.
- Нет.
Да, да.
Мерзавка!
- Ну что?
- Слиняла.
Жаль, я бы хотел иметь её фотографию.
Был бы сувенир на память.
- Привет, ребята.
- Привет, бездельник.
Видно сезон праздников закончился.
Вы своим клиентам больше
подарки не дарите.
- Это не клиент, это полицейский.
- Ах теперь можно бить и полицейских?
- Это новый стажёр.
- Но это не повод.
- Мишель Клеман.
- Он будет твоим напарником.
Он поскользнулся?
От тебя ничего не скроешь.
Отведи его в медсанчасть.
Как часто люди стали
у нас поскальзываться.
Здесь больше не полицейское
управление, а ледовый праздник.
Мишель Клеман?
Да, моего отца звали Жюль Клеман.
Вы знали его?
Конечно, знал.
Настоящий был полицейский.
И умер настоящим героем этот кретин!
Мы с тобой будем сладкой парочкой!
Ну, пошли.
Если не будешь из кожи лезть,
то работа спокойная.
Да.
Что мы тут делаем? Куда мы едем?
Рутинная работа. Смотрим налево,
смотрим направо, смотрим в центр.
Короче, контролируем!
Контролируем.
- Машина Лотрена, ответьте.
- Алло, Лотрен слушает.
Езжайте патрулировать площадь Брётёй.
Там видели грузчиков. Конец связи.
Конец связи. Едем.
Ладно, спрячемся.
Всегда надо останавливаться в полусотне
метров от наблюдаемого объекта.
Таким образом ты будешь видеть,
что происходит,
а тебя никто видеть не будет.
А что это за грузчики?
Целая банда. Они действуют нагло.
Эти грузчики за час запросто
могут вынести всё из твоей квартиры.
Привет, Чарли, привет, ребята.
Ну что, каникулы закончились?
- Да, а ты скоро уходишь на пенсию?
- Да, мсье, и за это надо спрыснуть!
Точно.
Подожди меня минут 15.
Не волнуйся.
- Только не задерживайся.
- Нет.
Алло!
Чёрт! Как работает эта хреновина?
Чёрт!
Алло, Лотрен!
Чёрт! Ну что это за хренотень?
Что это? Алло, Лотрен!
Алло! Алло!
Вызываю Лотрена.
Говорит Мишель Клеман.
Ты помнишь, как он спрятал героин
в чемодане следователя?
Помню.
Алло, вы меня слышите?
Лотрен, мне нужен совет.
Вы меня слышите?
Алло! Алло!
Алло, Лотрен слушает.
Что случилось?
Что случилось?
Только что приехали грузчики.
Ну да, есть новости.
Ты прав, они начали.
Очищают весь первый этаж.
Нет, не знаю, не знаю, что делать.
Ну да, идите скорее, старина!
Алло, Лотрен! Алло, Лотрен!
Мне кажется, они что-то заподозрили.
Они смотрят в мою сторону!
Лотрен, они меня засекли.
Что, что я должен делать?
Скорее!
Они идут ко мне, Лотрен!
Я прячусь, алло,
они смотрят на меня.
Лотрен, они, они такие большие,
такие громадные!
Я не знаю, что мне делать!
Я не могу арестовать их!
У меня не хватит наручников!
Без паники, малыш, мы идём.
Да, но они тоже идут!
Что происходит, осторожно, Лотрен!
Что такое? Я их не вижу.
Что происходит? Я их не вижу.
На помощь! Остановитесь!
Нет! Они поднимают машину!
Опус... опусти, Лотрен!
Клеман! Клеман!
Говорит диспетчер семнадцатого округа.
Что происходит?
Клеман! Что происходит?
Клеман! Отвечайте, Клеман!
Уточните своё местоположение.
Где вы, Клеман? Где вы?
Рядом с цветами на...
на площади, где был Наполеон.
Клеман, нет площади Наполеона.
Площадь Наполеона.
Я на... на основании статуи на этой площади.
Он был тут, а потом они меня толкнули,
и Наполеон упал, а я... я.
Площади Наполеона
не существует, Клеман.
Лотрен, мсье Лотрен,
я бы хотел спуститься.
Где ты его нашёл?
На помощь! На помощь! На помощь!
Всё в порядке, в порядке.
Так ты опубликуешь
эти фотографии, папа?
Послушай, ты даже не знаешь, кто это.
Это - несчастный парень,
которого отвалтузили легавые.
Но ты же знаешь, ты же знаешь,
что это в порядке вещей.
В своей газете я никогда
не нападаю на полицию.
И потом, я не думаю,
что это - лучший способ
получить разрешение
на репортаж о полиции.
- Конечно.
- Нет!
Я сама выкручусь!
О ля, ля, дети, Одетта, дети.
Соедините с министерством внутренних дел.
Кабинет министра.
Вы же не станете отрицать.
Вы отвалтузили этого несчастного.
Допустим... и что?
- Я хочу работать с одной из ваших бригад.
- А если я откажу?
- Тогда я распространю её во всех газетах.
- Но это же шантаж!
Нет, информация.
Послушайте, лучше
было бы спросить жертву.
Если хотите.
Лотрен, пришлите Мишеля Клемана
ко мне в кабинет.
Кто этот Клеман?
Легавый, который поклянётся,
что жертва наехала на него колесом?
Тогда он рассердился, и жертву
судили за сопротивление полицейскому.
Послушайте, мы это знаем!
- Войдите!
- Вызывали, г-н дивизионный комиссар?
Да, подойдите, подойдите, дорогой друг.
Вот, посмотрите.
Это очень мило. В цвете просто прелесть,
потому что так лучше видны синяки.
Заметьте, в чёрно-белом варианте было бы
достаточно фингала под глазом,
а так - всё в порядке.
Представляю вам жертву.
Инспектор-стажёр Клеман,
сын героя полиции.
Инспектор Клеман,
вы желаете подать жалобу?
Нет!
Не стоит, думаю, я всё поняла.
Тогда идите отсюда к чёртовой матери,
пока я вас не арестовал!
Да?
Добрый день, г-н министр.
Послушайте, сколько я вам
должен за фотографию?
Разумеется.
Вот именно, она в моём кабинете.
Мадемуазель Проссан!
Да, ну я рад, г-н министр.
Разумеется,нет, но разумеется, да, нет.
Вы прекрасно знаете, что мы
помогаем прессе по мере наших сил.
Ну разумеется, разумеется.
До свидания.
Ну вот, всё улажено.
Главное - понять друг друга.
Итак, вы хотите участвовать
в полицейских операциях?
Да.
- Какую бригаду вы выбираете?
- Например, г-на Клемана.
Лотрен-Клеман, это наша лучшая бригада.
Мой репортаж начинается в обычной
полицейской машине
в компании инспекторов
Лотрена и Клемана.
Они из тех, кого называют рядовыми.
То есть, обычные полицейские,
которые никогда не дождутся должности
директора уголовной полиции.
Что с вами произошло в прошлый раз?
- Не знаю.
- Но вы же были в исподнем.
Оставьте его в покое.
Послушайте, я думаю,
я имею право понять.
Просто потому, что я пришёл
в папином костюме, вот и всё.
А кто же был в исподнем?
Да нет, просто потому, что меня приняли
за другого. За мной гнались, вот и всё.
- Вас приняли за вашего отца?
- Да нет, за того, кто появился в одеяле.
- Его отец умер!
- Ну вот.
Не идёт ли речь об эпизоде
войны полиций?
Он поскользнулся, вот и всё.
Слушай, подъезжаем к антиквару.
Дело вести будешь ты,
а я буду наблюдать за тобой.
- Вот, это фотографии украденных предметов.
- Спасибо.
Наше первое дело привело нас к антиквару,
у которого украли драгоценную вещь.
Да, хорошо...
это от Лёпажа или от Гастин-Рёнетт?
От Лёпажа, Лёпажа.
Но послушайте, я вижу, вы разбираетесь.
Ну вы знаете, в полиции...
револьверы, мы в этом разбираемся.
Эти были оценены более чем в
200.000 франков. Это уникальные вещи.
Да, и потом, их две.
Похоже, молодой стажёр
разбирается в антиквариате.
- Я всё правильно делаю?
- Спроси приметы.
Ах да. А не могли бы вы дать нам
приметы тех, кто на вас напал?
Даже приблизительные?
Знаете, их было много.
Возможно, молодые, но это трудно сказать,
так как они были в масках.
Решительно, в этом деле очень
хлипкие данные.
Я возьму фотографию, а когда будут
новости, я вам их сообщу.
Со своей стороны,
если у вас будет кто-нибудь,
кто будет похож на ваших нападавших,
вы позвоните мне в уголовную полицию
инспектору Клеману.
- Хорошо, мсье Клеман.
- Эта дама тоже работает в полиции?
- Нет.
- Нет, она - журналист.
- Вы - журналист?
У меня есть кое-что, что, несомненно,
вас заинтересует. Идёмте со мной.
Речь идёт об очень старой
модели пишущей машинки.
По-твоему, она долго
будет нам портить кровь?
Кто знает.
Я снова в полицейской машине, внутри
которой царит безумная атмосфера.
Сейчас мы направляемся
на место следственного эксперимента
по делу Рушара, насильника с канала.
Стоп.
- Дивизионный комиссар Вермийо.
- Капитан Грандель. Он ваш.
Спасибо.
Вы предупредили манекенщицу
о следственном эксперименте, капитан?
Нет, это дело в вашей компетенции,
г-н дивизионный комиссар.
Может, мы могли бы использовать
одного из ваших жандармов?
Мы здесь только для
конвоирования задержанного.
Что-то не так, господа?
Нет, нет, всё в полном порядке,
г-н прокурор. Всё отлично.
- Сейчас мы сможем начать, Клеман!
- Я здесь, мсье.
- Клеман, вы будете играть малышку.
- Что?
Вы будете играть маленькую девочку,
маленькую девочку.
Вы ляжете с насильником
и будете играть маленькую девочку.
Я?
Идите, старина.
- Идите, это приказ.
- Ну тогда, конечно.
- Вы будете маленькой девочкой?
- Я заменяю. Меня попросили, потому что...
Хорошо.
Рушар, Рушар.
Он будет маленькой девочкой,
ты будешь делать с ним,
в общем, ты будешь делать то, что делал.
Маленькая девочка, маленькая девочка,
девочка, девочка.
Держите его!
Хорошо, хорошо.
Она шла из школы.
Вы будете идти вдоль
деревьев метров десять.
Не забудьте,
что несчастная жертва ела бутерброд.
Нашли бутерброд?
Маленькая девочка...
- У вас есть бутерброд?
- Нет.
Надо было мне сказать.
Моя мама сделала бы мне что-нибудь.
Да
Вот... начинайте, Рушар.
Маленькая девочка, да, да, это...
На помощь!
Сиськи маленькой девочки...
Остановитесь! Это безумие!
Да он же псих!
Я протестую, г-н следователь.
Жертва ввиду своего веса
и возраста не могла так обороняться.
Прекратите, пожалуйста.
Маленькая девочка, маленькая девочка.
Он же ненормальный.
Остановите его! Остановите!
Маленькая девочка, маленькая девочка.
Он же ненормальный!
А тот тип псих!
Извините, г-н следователь, но мне кажется,
драма разворачивалась под дождём.
Совершенно верно, г-н прокурор.
Но дождя нет, дождя нет.
- Начнём снова. Давайте.
- Послушайте-ка.
- Идите, идите.
- Нет.
Начинайте, Рушар.
Маленькая девочка.
- Но мэтр, я очень уважаю...
- Грубиян.
Ознакомьтесь с архивами психиатров.
Гомосексуальные тенденции моего
клиента там записаны чёрным по белому.
Ну это уже слишком. Но, мэтр.
Всё это неприемлемо.
Девочка.
Скорее, Рушар убегает.
Остановите его! Он убегает.
Девочка, девочка, ловите его,
ловите его, да ловите же его!
Маленькая девочка, девочка, девочка.
Я не маленькая девочка.
Смотрите, во что вас превратили.
Видела бы вас ваша мама.
Если чтобы сказать глупость,
то это я могу.
Да нет, слушайте, разве же это работа!
Вот и шампанское!
Какие же вы всё-таки.
Не можете подождать две секунды.
Лулу, как мы там решили сказать?
Мы сказали,
что так как Мишель наш приятель...
А теперь он стал легавым...
Ну это же не...
В общем, мы решили с друзьями
сделать тебе маленький подарок.
Ну вот, не так уж и тяжело.
Мустафа, давай подарок.
Ну вот... вот.
Очень мило... ну, я открываю.
От Лёпажа... нравится?
Да.
- Это сюрприз.
- Да, это сюрприз.
Мы знали, что ты любишь пистолеты.
Да уж... всё же это, наверное,
стоило вам кучу денег?
- Мне даже как-то неловко...
- Для друга никаких денег не жалко.
- Толкни нам, толкни нам речь.
- Да, речь! Ну же!
- Ну же, Мишель, толкни речь!
- Я не буду толкать вам речь, так как...
Но у нас есть способ
заставить вас говорить.
Сейчас он заставит говорить других.
Ну я благодарю вас за ужин
и за... подарок.
Ты понимаешь,
в какую передрягу ты попал?
- Я тебе уже объяснил, что...
- Тебе нельзя было принимать подарок.
Я не мог поступить иначе.
Я тебе говорила, что они навлекут
на тебя неприятности...
Раз ты не хочешь выдать их,
остаётся только один выход -
завтра же вернуть это владельцу.
Я не буду выглядеть глупо?
Нажимаем на эту кпопку,
и - оп... она печатает.
Но знаете,
она очень хорошо работает.
- Итак, вставляем бумагу вот так, видите?
- Да.
Можно вставить иначе, если хотите,
если вам это нравится.
- Это так изумительно.
- Извините.
- В чём дело?
- Пустяки.
Но...
Это пустяки, руки вверх.
На столе револьверы.
- Нет, нет, что, опять?
- Там револьверы.
- Мишель Клеман!
- Нет, нет, нет.
- Да это же мой инспектор!
- Нет, это не он, это не я.
- Г-н инспектор, вы меня дразните.
- Нет, нет, я не... нет.
- Да, да.
- Нет.
- Вы их нашли?
- Нет, нет.
Браво, это потрясающе.
Спасибо, г-н инспектор.
Это потрясающе... ваш друг такой странный.
А он немного не...?
Да.
- Этот?
- Нет.
Инспектор Клеман, я бы хотела узнать
подробнее о ваших методах.
Видите, у нас там камера. Скрытая.
Мы наблюдаем за Елисейскими полями.
То есть, вы полностью
полагаетесь на случай,
потому что тут проходят тысячи
и тысячи прохожих?
Толпа - лучшее место чтобы спрятаться.
Именно там мы и ищем людей.
Вы надеетесь поймать,
например, Мордзини?
Нет, вовсе нет, зачем мечтать?
- Этот?
- Да нет.
- Смотри.
- Нет, нет, нет.
- Когда ты звонил?
- 15 минут назад.
Ты подпишешь?
- Привет.
- Привет, Рожэ.
- Ты уверен в успехе?
- Это плёвое дело. В общем, почти плёвое.
Ты считаешь,
что одного пистолета достаточно?
Если хочешь,
можем заменить его на стрелки.
Руки вверх! В общем, те, кто могут...
Научимся жить вместе. Инвалиды
тоже имеют право на своё ограбление.
Давайте, ребята, идите...
здесь золото, серебро, короче, всё.
Берите, ребята... ребята,
я же говорил вам, что это плёвое дело.
Ты прав, это плёвое...
Ребята...
Чёрт, ребята!
Осторожно!
Я буду стрелять!
Осторожно, остановитесь.
Чёрт! Ещё один, но что это такое...
остановитесь, я стреляю.
Я стреляю, стреляю...
Пропустите меня.
Предупреждаю, я буду стрелять.
Пошла отсюда, сука, пошла отсюда.
Свершилось, г-н дивизионный комиссар...
мы его засекли!
Мордзини?
Да. Он только что пытался совершить
ограбление в ювелирной мастерской.
Вызываю все патрульные машины.
Направляйтесь в Порт-дё-Ванв.
- Там засекли Мордзини.
- Чёрт, Мордзини!
Кто?
Вызываю все патрульные машины.
Вызываю все патрульные машины.
Направляйтесь в Порт-дё-Ванв.
Там засекли Мордзини.
Мордзини. Порт-дё-Ванв.
Мерзавец! Сволочь!
Он ненормальный!
Стой! Да в чём дело, Мишель?
Барышня хотела операцию, она её получит.
- Нет, но!
- Но куда мы?
Арестовывать Рожэ Мордзини!
Нет, но, заставлять меня делать это
за два месяца до выхода на пенсию!
Мама, когда мы это расскажем папе,
он будет гордиться мной!
Да этот парень ещё дурее своего отца!
Алло, говорит уголовная полиция.
Вермийо, где вы?
Г-н директор, я ещё
не успел связаться с префектом,
но вы можете передать ему,
что мы сели на хвост Мордзини.
Он в нескольких метрах от нас.
А заложник?
Чёрт! Пошла отсюда, сука!
Пошла отсюда!
Заложник?
Он только что освободил его.
Ничто больше нас не остановит.
Мы переходим в атаку!
Посмотрите вперёд, шеф.
Это машина Лотрена.
- Это вы, Лотрен?
- Да, это мы, шеф!
- Мордзини в легковушке, догоните его!
- Хорошо, шеф, едем!
Остановись, Мишель, остановись!
Мама, я возьму его, мама!
Что делает этот кретин?
Тормозите, чёрт возьми, тормозите!
Шеф, я почти, я почти взял его.
Как это глупо.
- Хорошо, что нет свидетелей.
- Браво, полиция. Я была тут и всё видела.
Чёрт.
Вы можете меня представить
с такой рожей?
Я хочу изменить лицо,
но мне не нужна эта рожа.
Осторожно.
Об этом не может быть и речи.
Посмотри, это же кошмар.
Какие ноздри...
Вот что я бы хотел иметь.
Вот такое лицо.
- Нет, нет, это невозможно.
- Почему?
Никаких почему.
Просто невозможно.
- Плохо, это тоже невозможно?
- Тоже.
- Нет, нет, это слишком.
- Слишком энергичное, слишком молодое.
- Это тоже невозможно, слишком старое.
- Да.
- А?
- Согласен.
- И это тоже не подходит.
- Нет, нет, нет... я не намерен.
- Не стоит.
- Нет, слишком политичное.
Плохо... ну что?
Думаю, я могу... да,
могу... дряблость подбородка,
костяк, профиль носа...
маленький, я могу.
- Только без глупостей!
- Я же сказал, я могу, могу. Я сделаю.
Тогда, за работу.
Мсье Шампань это вы?
Я из полиции. Маленький вопрос.
- Вы не знаете этого молодого человека?
- Нет.
- Никогда не видели?
- Никогда не видел. Никогда.
Он его никогда не видел.
До свидания и спасибо.
Вы не видели этого человека?
- Здравствуйте, мсье.
- Мсье.
- Не помешал?
- Что желаете?
- Полиция.
- Да?
- Вы знаете этого человека?
- Нет, вообще-то, нет.
Впервые я использую эту модель.
Хотелось бы, чтобы получилось.
Скальпель.
Для молодой журналистки
это неслыханная удача,
что вы оказались там в тот самый момент,
когда это произошло.
Думаю, да.
Не стану хвастать.
Всё же досадно,
что мы не смогли арестовать Мордзини.
А почему?
Думаю, просто полиция была немного
неспособна сделать это,
и если бы я была на месте Мордзини,
то ни о чём бы не волновалась.
Короче, чувствовала бы себя
в полной безопасности.
- А что тебе сказали твои начальники?
- Чушь собачью.
Наверное, они сердятся на тебя. Ты чуть
было не арестовал Мордзини раньше них.
Но ведь тот факт, что вы - дочь мсье
Проссана, может помочь.
Просто, я хочу сама сделать себе имя!
Вот и всё!
Вы - одна из самых богатых
наследниц Франции.
Верно, но это не даёт человеку талант.
А вы бы хотели встретиться
с этим Рожэ Мордзини?
Ну разумеется.
Поставьте себя на моё место.
Не знаю, я мечтаю об этом. Какая сенсация!
- Это уже говорит журналист.
- Да.
А как женщина?
Говорят, у женщин Рожэ Мордзини...
Послушайте, такой тип мальчика-
парикмахера с выставленной напоказ
ложной сексуальностью лично мне
кажется абсолютно вульгарным.
И потом, знаете, моя интуиция
меня не обманывает.
Я считаю, что это дон-жуанство
всего лишь фасад,
чтобы скрыть очевидную
гомосексуальность.
Вы хотите сказать,
Рожэ Мордзини - гомосексуалист?
Больше скажу: постыдный гомосексуалист.
Самый омерзительный.
А это, если я могу себе позволить, я...
Алло, кто говорит?
Послушайте, прекратите ваши глупости,
и мы быстрее закончим.
А вы с характером, мадемуазель Проссан.
Ах вы умеете говорить.
- Всё же вам стоит быть осторожнее.
- Кто вы?
Импотент, гомосексуалист,
мальчик-парикмахер.
Это вам кого-нибудь напоминает?
- Мордзини? Рожэ Мордзини?
- Он самый.
Где вы?
Скоро буду у вас, и вы сможете
всё проверить, цыпочка моя.
Мордзини.
Я говорила с Рожэ Мордзини.
Мордзини звонит ей,
и она выдаёт передовую статью.
Так как я знаю свою дочь,
она на этом не остановится.
- Мордзини обожает, когда о нём пишут.
- Я боюсь за неё, господа.
Если ваша дочь продолжит
провоцировать его...
Нет, нет, не волнуйтесь, мсье Проссан,
мы будем её защищать, разумеется, скрытно.
Поверьте нам,
с ней ничего не случится.
С тех пор, как она решила
стать журналистом,
если бы она хотя бы согласилась
принять мою помощь,
но нет, надо, спасибо, господа,
мне надо бежать.
Ах да, я забыл...
- Вам на расходы.
- Огромное спасибо, мсье Проссан.
Мы будем следить за вашей дочкой
как за собственными детьми.
До свидания, господа.
На это дело я брошу
наших лучших агентов.
- Жаль, у вас нет ни грамма воображения.
- Извините, г-н директор, я...
Много месяцев мы ловим Мордзини.
Вся пресса смеётся над нами.
Он сам, в общем, короче, у нас есть
шанс познакомиться с его будущей жертвой.
А что делаете вы?
- Защищаю её. Но ведь вы сами её...
- Вы хорошо её защищаете.
- Ну да.
- Это глупость.
Я хочу, чтобы он попытался
похитить её, ясно?
Итак, вы защищаете её... явно,
но вместо того, чтобы задействовать
лучшие силы полиции,
вы привлечёте самых плохих - кому
осталось немного до пенсии,
неловких, горе-стрелков.
С этим у вас недостатка нет.
- Нет, но он же её похитит!
- Попытается.
Если ему в этом немного помочь, то у вас
будет уникальный шанс. Вы поняли?
- Что вы тут делаете?
- Ведём следствие насчёт журналистов.
- Прикрываем операцию!
- Ясно.
- Служим вашим прикрытием.
- Оно мне не нужно!
Да.
- Чёрт возьми!
- Ну что за дела?
Что вы себе позволяете!
Вы уже полчаса следите за мной,
а теперь бьёте меня в зад!
Что за чушь она несёт!
Жирный потаскун. Он пытался загнать меня
в тоннель Альма, чтобы изнасиловать.
Была бы я на вашем месте...
Это неправда.
Я из полиции, вольно.
Но это не повод бить её машину в зад.
Но я, я, это...
спросите у второго, я...
Красиво.
Да, очень красиво. Очень хорошо, можно
быть уверенным, что не ошибёшься.
Вы видите вот там... толстячка?
Он давно следит за мной.
- Я схожу.
- Сделайте что-нибудь.
Что желаете? Вы тут с кем-то?
Нет, да, в общем,
я, нет...
Мсье, чем я могу вам помочь?
- У вас есть мужские носки?
- Нет, мсье.
Ясно.
- Нет, нет.
- Просто я хотел...
- До свидания, мсье.
- До свидания... А вы не получите носки?
Нет, мсье.
До свидания, мсье.
Ну что?
Есть второй выход на соседнюю улицу.
Надо учиться своей работе, дружочек.
Эта дура напугала меня.
Непосредственная опека -
это не так просто.
Я видел и похуже.
А мне эта крошка очень даже нравится.
- Да, она ничего.
- Да.
Давай скорее, эфир через 10 секунд.
Внимание! Эфир через 10 секунд.
Прошу тишины!
- Мсье?
- Я из полиции.
Здравствуйте, дамы.
Программа ''Мы, женщины'' рада
сегодня принимать у себя
молодую журналистку, о которой все
говорят - Марианн Проссан.
Добрый день.
Марианн, похоже, ты бросила вызов
всей мужской половине.
И что самое ужасное и даже преступное,
ты нападаешь на Рожэ Мордзини.
И да, и нет,
потому что их Рожэ Мордзини не тот,
кого мы можем назвать
настоящим самцом.
Он пытается создать себе
образ молодого соблазнителя,
но на самом деле у него есть все
признаки импотента. Это уж точно.
Да, точно.
- Ну что... как вы себя чувствуете?
- Безупречно, доктор, безупречно.
Я бросаю вызов Рожэ Мордзини,
если он меня слушает.
Давайте встретимся,
я хочу взять у вас интервью.
Вероятно, он боится,
что я опишу его таким, какой он есть,
ничего не приукрашивая
и не очерняя реальность.
Когда человек сексуально несостоятелен,
он берётся за оружие.
Мордзини - это типичный
случай извращённой импотенции.
Иными словами, много воображения и,
следовательно, никакой потенции.
Вот откуда внутренний конфликт,
от которого он страстно хочет освободиться.
Он грабит, убивает...
Я считаю, он - умственно больной.
Возможно, сейчас Мордзини
смотрит программу.
Ты не боишься бурной
реакции с его стороны?
Меня очень хорошо защищает полиция.
Кстати, мой ангел-хранитель
сейчас у камеры номер один.
Дайте камеру номер два...
Мордзини, если вы меня слышите,
представляю вам Мишеля Клемана,
которому поручено защищать меня.
Видите, я ничем не рискую.
Какая работа! Ну что?
Ваша мама вас не узнает.
Что ты городишь?
Моя мама меня не узнает!
Даже если бы ты приделал
мне голову Франкенштейна,
моя мама всё равно
узнает меня! Понял?
Да.
- Слушай, а ты меня узнаёшь?
- Да.
Ты можешь выдать меня.
Можешь дать мои приметы.
Нет, я вас совсем не знаю, умоляю вас.
Послушайте, уходите,
уходите, можете не платить.
Уходите, не заплатив.
Уходите, ой, нет, только не... нет.
Спокойной ночи, малыши,
спокойной ночи.
- Это... нюх.
- Да.
Это, ну я не знаю, это такая странная
привычка журналисткой братии...
В общем, я хочу сказать,
я немного родилась в этом.
Мы тобой займёмся, моя цыпочка.
Ну так вот, мне было бы интересно
узнать мнение людей.
- Это долго будет продолжаться?
- Что?
Вы что же, думаете, я долго буду
терпеть вас подле себя?
- Но мы осуществляем вашу охрану.
- Осуществляйте её в другом месте!
Какая вы странная.
У меня же приказ. А этот тип опасен.
Вот это меня и возбуждает.
Если он увидит рядом со мной толпу легавых,
то, по-вашему, он выйдет из своей норы?
Но как только он выйдет из своей норы,
мы остановим его!
Вы? Кроме автобуса, я не могу себе
представить больше ничего,
что вы могли бы остановить.
Не смешите меня,
у меня уже начинаются судороги.
Когда я возьму у него интервью,
вы можете делать с вашим Мордзини
всё, что угодно, но не раньше.
Они опять здесь!
Я не могу сделать ни шагу,
чтобы их не было рядом.
Я не хочу, чтобы моя дочь подвергалась
хоть малейшему риску.
Но папа, я не подвергаюсь
никакому риску, уверяю тебя.
Ветер свистел за головой,
так что конечно... ну да.
Это здесь.
Привет, ребята, как дела?
Мишель, всё в порядке?
- Привет, Жэжэ.
- Ты уже набрался! Привет, как дела?
Я вас запишу.
- Посмотри.
- Красиво.
- Хочешь выиграем?
- Да, хочу.
Тогда делай, как я говорю,
а не как обычно.
Когда я скажу тебе прицеливаться -
ты прицеливаешься,
а когда скажу бросать - ты бросаешь.
Ну да, я понял.
А сейчас прошу у всех
у вас немного тишины.
Внимание. Ты ставишь шар,
ты проходишь шар и всё, не больше.
- Подожди, сейчас увидишь.
- Осторожно, осторожно.
Смотри!
Ну нет, но осторожно, тут гравий.
Давай... ну нет, не так надо делать.
Снова целься. Легко... обгоняя шар,
и всё, не больше.
Ты сможешь взять его тихо. Давай, давай.
Не слишком сильно, не слишком сильно.
Да нет! Да! Да, здорово!
Очень хорошо.
- Да.
- Да.
- Ну вот, браво!
- Нормально.
- Подожди, думаю, вот этот.
- Твоя очередь, папаша... Жэжэ.
Давай, давай, целься!
- Я легко могу сделать лучше.
- Давай, давай, целься!
- Я целюсь?
- Ты целишься.
Лучше я пробью.
Ну нет, целься, я сказал.
Я уверен в этом шаре.
- Да, браво!
- Ну да, браво!
Да, браво!
- Удар ничего, очень даже ничего.
- Давай, давай.
- Удар ничего.
- Что скажешь на этот?
- Лучше буду бить по левому.
- Да, отличная мысль, бей по левому...
- Лучше по правому. Я буду бить по правому.
- Нет, нет, бей по левому, так лучше.
- Стреляю по правому.
- Нет!
- Да!
- Ну вот... ты видишь?
Ваша очередь, господа.
Внимание, внимание, дамы и господа,
сейчас играется последняя часть партии.
Прошу вашего полного внимания и тишины.
Спасибо.
- Платок.
- Слушай, не знаю, что тебе сказать.
- Что бы сделал ты?
- Не знаю, не знаю, я в растерянности...
Делай, делай, как знаешь... давай!
Я попробую его пломбировать?
Буду его пломбировать.
Нет?
Я попробую, я попробую, я не сказал,
что мне это удастся, я просто попробую.
- Потрясающе! Ну ты видел?
- Браво!
- Вот и всё.
- Браво.
- Нам было приятно играть с вами.
- Бывают чудеса.
- Чудеса бывают.
- Вот и всё... эй, ребята, идите посмотрите.
- Браво.
- Послушайте, это немного благодаря вам.
Но шар-то бросали вы.
Да, но вы прекрасно разбираетесь,
куда надо бросать шар.
Ещё бы! Я уже два месяца тут торчу.
Ах, клуб, так руководитель...
Нет, нет, позвольте представиться,
Антуан Коляр - король полицейского романа.
Да, сейчас я пишу полицейский роман.
Сюжет развивается в среде игроков в шары.
- Вот я и погружаюсь в среду.
- Это забавно.
Не так уж это и забавно.
Это работа, друг мой.
Нет, я говорю это забавно,
потому что я - полицейский.
Агент полиции?
Нет, я - инспектор.
Правда, недавно. Совсем новое.
- Инспектор!
- Да.
- Невероятно!
- Да нет.
Послушайте-ка, я приглашаю вас пообедать.
Да, я должен задать вам кучу вопросов.
Мне неловко, потому что...
Да нет же, послушай, ты ведь мой должник.
Я могу говорить тебе ты?
Да, если угодно.
Нет, нет, слушай, я знаю ресторанчик,
где есть копчёный лосось.
- Так что, я угощаю.
- И с белым вином сорта Сансэрр, да?
Сансэрр. Самое лучшее!
Слушай, у тебя классная тачка.
Детективы приносят большие деньги.
Она мне нравится.
Удобная и быстроходная машина.
Знаешь, она запросто
выжимает 200, 210!
- Ты ездишь на такой скорости?
- Да, иногда.
- Полиции не боишься?
- Знаешь, надо быть осторожным.
Ну ты даёшь.
- Проклятье!
- Надо же.
Чёрт, знаешь, я забыл документы.
Для человека,
который привык к осторожности...
Добрый день, господа.
Ваши документы, пожалуйста.
- Вот... я из полиции.
- Проезжайте.
- Давай, парень.
- Да, да.
- Ну что?
- Хорошее. Ты прав, хорошее.
- Уверен, у нас одинаковые вкусы.
- Думаешь?
Да.
И потом, мы, в некотором роде, коллеги.
Тут я не согласен.
Извиняюсь, я в полиции недавно,
а вот полицейские романы...
Это всё чушь.
Я говорю это не для того, чтобы рассердить
тебя, просто, всё это чушь... да...
Я читал и больше не собираюсь читать.
Там сплошные выдумки.
Теперь, когда мы друзья,
ты можешь мне помочь, Мишель?
Если хочешь.
- Ты съешь немного лосося?
- Да.
- Две порции лосося.
- Две.
Слушай, всё же тебе не стоит
разгуливать без документов.
- Да, ты прав.
- Да.
Ты прав. Знаешь, мне надо позвонить.
Боюсь, как бы я не потерял документы.
Извините меня.
Да, да, да...
Алло, да.
- Мерлино? Рожэ.
- Кто?
- Мордзини.
- Рожэ? Да.
- Да, две фотографии. Документы.
- А почему ты...
- Тебя это не касается. Итак, когда?
- Ну... завтра в 1 7 часов.
- 58 секунд.
- Да.
Ты говорил 58 секунд.
Я научу тебя одной штуке.
Если ты звонишь по телефону,
то у тебя 59 секунд.
На шестидесятой секунде тебя
могут начать прослушивать.
Что?
Разумеется, если ты поставлен
на прослушивание.
Неужели правда?
Да, эта штука может тебе пригодиться
в полицейских романах.
Да, да, это может мне пригодиться.
59 секунд - ты в порядке,
60 секунд, паф - и ты на крючке!
Хейкенбуш, подпольный хирург,
заснул навсегда.
- Ну что с Мордзини?
- Ничего, абсолютно ничего.
Никаких известий.
Его нигде нет. Испарился.
И ничего подозрительного
вокруг малышки Проссан?
- Привет.
- Всё в порядке?
Да.
Слушай, у тебя усталый вид.
Ты когда-нибудь следил за бабой
в течение дня?
Нет, это не моё амплуа.
Ты не представляешь, как это утомительно.
Постоянно в движении.
- На вид хрупкая, а ни секунды покоя.
- Она у себя дома?
- В ванной, полной пены.
- Поедем?
Да, ты глупый.
- Выпьем по бокальчику?
- Да, если хочешь.
Очень. Знаешь, в моём новом романе
один тип хочет похитить девушку.
Да.
Так что есть непростые вопросы,
ты понимаешь?
- Я бы хотел показать тебе одну вещь.
- Интересную?
Думаю, тебе понравится.
- Это уголовная полиция?
- Ты там никогда не был?
- Нет, никогда.
- Уверен, тебе этого не хватает.
Вообще-то, мы не имеем права
никого сюда приводить.
- Но ты ведь мой друг.
- Спасибо.
- Тебе это приятно?
- Очень.
Хорошо.
Пошли... ты идёшь?
- Привет, Мишель.
- Привет, старина.
Это вот криминальная бригада.
- Привет, Клеман!
- Привет. Я покажу тебе одну вещь.
Вот... посмотри... привет, Мегрэ.
Привет, Клеман!
Вот здесь отпечатки.
Слушай, убийство доктора
Хейкенбуша совершил Мордзини.
- Вот как. Это его отпечатки?
- Да. Мы нашли их там.
Хотел бы увидеть свои
отпечатки на большом экране?
Иди посмотри, давай, посмотри...
давай, посмотри... дай пальцы.
Нет, нет, нет.
Тогда ты будешь знать,
как это делается. Давай!
Нет, ну нет.
Клеман, немедленно идите в кабинет.
Есть новости о Мордзини.
Он должен зайти к Мерлино забрать
фальшивые документы. Мы его арестуем.
Мне надо идти.
Ты сегодня пообедаешь со мной?
Да, непременно.
Ты увидишь мою маму.
Она такая забавная.
Да.
- Здравствуй, Мерлино.
- Но что вы тут делаете?
Спокойно, спокойно.
Ты меня не узнаёшь? Рожэ.
Чёрт, Рожэ!
Но что... что с тобой сделали?
- Не помешал? Ты кого-то ждёшь?
- Да нет, а что?
- Ничего, ведь у нас назначена встреча.
- Да. Да, но ты, ты, пришёл раньше.
- Тебя это беспокоит?
- Да нет, вовсе нет, но...
А то я подумал, я подумал,
что мы могли бы немного поболтать.
Ай... нет... ай.
- Мерлино - король фотографии.
- О нет!
Мы сделаем небольшой натюрморт.
Сделаем небольшой натюрморт?
- Весь квартал блокирован?
- Секундочку.
Спрячемся внутри.
Мерлино! Где же этот кретин?
Клеман, зажгите-ка свет, пожалуйста.
Зажечь свет.
Какой умный выискался.
Готово, шеф!
Шеф, шеф, посмотрите!
Здесь... шеф!
Уйдём отсюда. Уйдём!
Успокойтесь, ну успокойтесь же, Клеман!
Немного хладнокровия.
На сей раз, господа, никаких сомнений нет.
Информация могла исходить только
от кого-то из вас. Дело серьёзное.
Шеф! А что будем делать
с отпечатками пальцев?
Но что ещё такое?
Я сказал глупость?
Вы меня не напугаете.
Я не ставлю это своей целью,
мадемуазель Проссан.
В конечном счёте, у вас приятный голос.
Спасибо, мне это уже говорили.
Вы по-прежнему отвергаете моё
предложение об интервью?
Я уже очень известен, знаете ли.
Моя фамилия у всех на устах.
Короче, вы - звезда!
Да, можно так сказать.
Что-то вроде звезды.
Но звёзды посвящают себя своей публике...
- Он звонит с правого берега Сены.
- Сколько времени он уже говорит?
40 секунд.
- Да, да.
- Скажите, а мы могли бы встретиться?
- Он звонит из 19-го или 20-го округа.
- На сей раз мы его возьмём.
56 секунд.
Я дам вам знак.
Чёрт! Чёрт!
Он постоянно бросает трубку раньше минуты!
Он в курсе дела.
Однако, мы серьёзно сузили сектор.
Пошлите туда машины.
Послушайте, нас интересует один мошенник.
Это Мордзини.
Он в нашем секторе,
так что расспросите там всех.
- Держи.
- Очень мило.
- Это цветы для твоей мамы.
- Она будет рада.
Ты просто симпатяга. Мой отец.
Герой с мягким взглядом.
- Видел, в квартале мельтешня?
- Вот как.
- Да, квартал блокирован.
- Блокирован?
Ну да.
Вот как.
Скажи, ты слушаешь это даже дома?
Да, сообщения, чтобы быть в курсе дел.
- Слушай, а ты не знаешь?
- Нет.
- Мордзини в нашем квартале.
- Извини.
- Пустяки.
- Правда, извини.
- Пустяки, у меня есть ещё.
- Нет, нет, правда.
Мне скоро на дежурство.
Слушай, у меня нет чашки.
- Нет.
- Да.
Да.
Надеюсь, они его арестуют.
Я начинаю бояться за малышку Проссан.
- Слушай, кажется, это где-то близко.
- Возможно, в нашем квартале.
- Ты кого-то ждёшь?
- Нет.
- Твоя мать?
- У неё есть ключ.
- Привет.
- Ты ничего не видел?
- Нет, нет. Выпьете что-нибудь?
- Нет, нет, ты шутишь? Мы на работе.
Ясно.
- Ну пока.
- Пока.
Это приходили коллеги. Хотели знать,
не заметил ли я что-нибудь.
Так как они знают, что я живу
в этом квартале, они и спрашивают меня.
- Да, да... Слушай, у тебя ничего нет выпить?
- Всё, что хочешь, ты найдёшь в баре.
Хорошо.
- В холодильнике есть лёд.
- Хорошо, спасибо.
- Скажи, это твоя невеста?
- Нет, это девица, которую я опекаю.
Дочь Проссана.
- Слушай, а между вами ничего нет?
- Рехнулся? Такое бывает только в романах.
- Но ты всё же не прочь?
- Да она же такая зануда.
Да, но именно таких, именно таких
мы и любим, старина. Именно таких.
Только не я.
К тому же, она ненормальная.
Решила во что бы то ни стало
взять интервью у Мордзини.
Ясно. Чёрт, какая это сенсация!
Да, ты прав, сенсация. Она постоянно
твердит это: какая сенсация!
Да и что же?
У неё только эта фраза на устах.
А он хочет её похитить. Смотри-ка.
Ну а тебе-то что до этого?
Если он её похитит, мы её больше
не найдём. Он её кокнет, это точно.
Нет, слушай-ка, скажи-ка,
а ты, случайно, не втюрился в неё?
Ты рехнулся?
Ну а что. Знаешь, что я тебе скажу?
Любовь - это, как скорость, захватывает.
Чушь какая.
- Слушай, а он красивый.
- Мордзини?
Нет, окорок.
Да, окорок красивый,
а вот у Мордзини мерзкая рожа.
Когда ты видишь его, то переходишь
на другую сторону улицы.
- А себя ты считаешь красивым?
- Нет, но я-то полицейский.
Ко мне это не относится.
Слушай, все не могут быть врагами
общества номер один!
Нужна рожа, физиономия, его фотография
расклеена на всех стенах,
словно он - звезда! Мы... нет, ты кретин.
Я говорю чушь.
Какие же вы писатели странные люди.
Получается, ты отождествляешь себя
со всеми своими персонажами?
Вот например, если ты придумываешь
полицейского, то ты - полицейский,
а если придумываешь гангстера,
то ты - гангстер?
Да, профессиональная трансформация.
Слушай, тебе следует добавить
в окорок немного чеснока,
так как окорок без чеснока -
это невкусно.
Да, да.
Слушай, ты на самом деле думал,
что я отождествляю себя с Мордзини?
Этот Мордзини вполне мог бы так говорить.
- Да.
- Да.
- Слушай, а твоя эта баба...
- Да?
Если бы она взяла у него интервью, то,
по-твоему, она бы отвязалась от него?
Да, ну да. Ей только это и надо.
Ей нужна сенсация.
Подожди-ка... подожди, не двигайся,
у меня есть идея.
Идея писателя. Подожди... да... да,
подожди, подожди, я попробую.
Какую ещё глупость ты придумал?
Подожди, сейчас увидим.
У меня есть идея... сейчас увидишь.
Вот так.
Сейчас увидим.Это шутка.
Ты похож на Мордзини.
Можно купиться...
можно на это купиться?
Забавно.
Нет, правда, мне всегда говорили,
что я немного похож на Мордзини.
Да, но ты говоришь не так. Она-то знает
его голос. Он ей постоянно звонит.
Да, что же...
Знаешь, у меня есть идея, только я
не уверен, что это получится.
- Да?
- Нет, знаешь, нет...
- Нет, и потом, ты не знаешь, что говорить.
- Нет, нет, ведь это моя профессия.
Да, да... вот, вот, попробуй.
Спасибо.
- Да, слушай, у тебя есть её телефон?
- Зачем тебе?
Я позвоню ей, и если она клюнет,
то ты поможешь мне?
- Мне как-то неловко.
- Мы попробуем. Ведь это просто шутка.
705-21 -38.
705-21 -38?
Подожди, не двигайся, не двигайся.
Сейчас посмеёмся.
Какой он кретин.
Вы знаете последнюю новость?
У Мордзини есть сообщник в полиции.
- Сообщник в полиции?
- Ну да.
- Это лучшая новость года!
- Да... знать бы кто это.
В любом случае, это уж точно
не тот маленький толстяк,
который весь день висит у меня на хвосте.
По крайней мере, подозреваемый.
- Алло?
- Мордзини.
Опять вы?
Я подумал над вашим предложением
об интервью. Интересная мысль.
Где и когда?
Спокойно, спокойно, один человек
даст вам все инструкции.
Этого человека вы хорошо знаете.
Вы будете удивлены, а пока - тишина.
Проклятье!
Снова бросил трубку!
- А кто это передаст ей инструкции?
- Ты!
Ну и зануда же он!
Господа?
Мне, пожалуйста,
бокал Божолэ, порцию паштета.
Ты совсем рехнулся?
Здесь же чайный салон, так что мы
возьмём чай с лимоном или отвар с мятой!
У нас также есть льежский шоколад.
Ну в таком случае, мне то же, что и ему.
Пойду позвоню.
Итак, мсье?
Дайте нам два льежских шоколада.
А у вас есть взбитые сливки?
Мадемуазель Проссан.
Послушай, мы уходим с работы.
Они тебя найдут.
- Алло?
- Мадемуазель Проссан?
Послушайте, я вам уже говорила
не беспокоить меня во время чаепития.
- Я звоню вам от Рожэ Мордзини.
- Нет. Где вы?
- В соседней кабине. Перейдите ко мне.
- Да.
- Не может быть.
- Может.
Я могла подумать на кого угодно,
только не на вас.
Дорогуша, только не падай в обморок.
Итак, Рожэ согласен на завтра.
Нет. Где?
Не торопись, не всё так просто.
Вокруг тебя много народа?
Полно легавых.
Так что, слушай меня внимательно.
Договорились?
Конечно, договорились.
- Вам плохо?
- Какая гадость!
Извиняюсь... это не пачкает.
Это вода.
- Пачкает, пачкает.
- Да, но это исчезнет. Это сущие пустяки.
- Ладно, не начинайте снова.
- Извините... это нервы.
- Послушайте, теперь у меня всё лицо в пепле.
- Оставьте себе, я больше не хочу.
Надо же! Мадемуазель Проссан
едет ужинать в город...
Садится в машину... давай, Дидье,
будем следить за ней.
У неё встреча с любовником.
Ближе, давай же, ближе...
Но это же Мишель Клеман!
- Чёрт!
- Дочка Проссана!
Нет, ну что она в нём могла найти?
- Так вы всё хорошо запомнили?
- Разумеется.
Для меня эта история - просто безумие.
Даю вам час, не больше.
А потом снова встретимся.
Хорошо. Вы просто душка.
- Надо же, они моют машину.
- Да, но в этом нет особой надобности.
- Выходите.
- Вы уверены?
- Ну да... у вас ровно час.
- Хорошо.
- Я говорю вам то, что думаю.
- Хорошо, я вам не противоречу.
А кто вы? Конечно же, конспирация.
Знаете, мне чертовски повезло.
У меня есть коллега,
которая сделала бы что угодно,
чтобы встретиться с вашим шефом.
Иностранец?
- Они выезжают.
- Продолжим следить.
- Вот и начинаются военные действия.
- Это - приближенная защита.
Какое же занудство все эти штучки.
Тебе-то плевать.
Ты доволен, что работаешь
в полиции, кретин.
- Журналистка!
- Вот сучка!
А ты славненькая. Ты слав...
Бедная девочка!
Эта слежка получит категорию икс.
Сейчас увидишь, что это такое.
Я должна это надеть?
Слушайте, я ничего не вижу.
Понимаю: я не должна знать,
куда вы меня везёте.
Знаете, я так возбуждена... Когда я
расскажу это своему главному редактору,
он... он откинет копыта от зависти.
Уж я-то его знаю.
Подожди, я немного тебе помогу,
немного тебя надую.
Сейчас увидишь, тебе это
пойдёт на пользу.
Она приходит в чувство.
Проклятье!
Она огромная!
Это - мнимая худоба.
Она нервничает, нервничает.
Чёрт! Чёрт.
А он любит садомазохизм.
А этот Клеман просто животное!
Слушай-ка, не пора ли нам возвращаться?
Уже поздно... это не все их глупости...
они смотрят на нас, смотрят на нас.
Притворись, что ничего не происходит.
- Однако, он уже 45 минут там забавляется.
- Я уже выдохся.
- Ну вот, они уезжают.
- За ними.
Итак, где мы?
По-прежнему маленький сюрприз?
Знаете, а вы неразговорчивый.
О ля, ля! Да это настоящий собор!
- Идите.
- Пожалуйста, сфотографируйте меня в очках!
- Идите!
- Да.
- Сюда, и не двигаться!
- Хорошо, хорошо.
- Не двигаться!
- Ладно, хорошо.
Да?
Алло, Вермийо? Говорит Рожэ Мордзини.
Да, Мордзини собственной персоной.
Мордзини.
Постарайтесь узнать, откуда он звонит.
Не распаляйтесь, Вермийо. Я буду краток.
Мари-Анн Проссан у меня.
- Этого не может быть.
- Передаю ей трубку. Быстро.
Алло, да, я у Мордзини.
Так и передайте всем. Это потрясающе!
Это невозможно.
Бригада, которая, которая...
Бригада импотентов!
Малышка у меня, она здесь, здесь.
Предупредите папочку, чтобы начинал
считать бабки в мелких купюрах.
- Вы - Мордзини?
- Да, Мордзини, а что?
- У вас другое лицо.
- Да, старое было слишком известно.
- Ладно, сейчас я вас привяжу.
- Нет!
Ну вот, так-то лучше.
- Он снова на автомойке.
- Заколебали уже.
Что это ещё такое... да что они делают?
- Ты видишь то, что вижу я?
- Да, да.
Чёрт, прекратится это или нет?
Где эта штука?
Говорит Вермийо.
Немедленно удостоверьтесь
в присутствии малышки Проссан!
Она здесь!
Но шеф, малышка Проссан здесь,
у нас под носом.
Проверьте, ничтожества, чёрт возьми!
Мордзини утверждает, что похитил её!
Чёрт возьми!
- Клеман!
- Ну что ещё!
- Где она? Где она?
- Понятия не имею!
А что вы, что случилось?
Но вы же... да он же кретин!
- Что ты сделал с малышкой Проссан?
- Её нет. Я жду её.
Ты же видишь,
что я не съел малышку Проссан!
- Ты ждёшь её?
- Ну да, смотри, у меня ничего нет.
- Спокойно.
- Но я спокоен. В чём дело?
Похоже, вы нервничаете.
Вы мне кажетесь... у меня такое
впечатление, что вы нервничаете.
Рожай!
Осторожно! Обычно, согласно статье 41 7
уголовного кодекса я имею право на...
Ты имеешь право на это.
Вы также не имеете права.
Обычно это в уголовном кодексе.
Мы усугубляем наш случай, да, шеф?
Участие в похищении - 20 лет тюрьмы -
гласит уголовный кодекс.
Но я тут не при чём.
Тут есть кое-кто, кто может
немного тебя остудить.
- Пресс-пюрэ!
- Да?
- Нет, нет, позже, позже.
- Кто это?
Этот тип, когда он тебя отпускает,
ты становишься вялым, как кисель.
Вот как.
И он отшибает у тебя печёнку,
не оставив снаружи никаких следов.
- Вот как.
- Ты становишься чем-то вроде теста.
Снаружи ты вроде в порядке, весь блестишь,
а вот внутри ты, как мясной фарш.
Пресс-пюрэ - просто король
внутреннего кровоизлияния.
Вот как.
Поймите же, Клеман, нам будет неприятно
доходить до такого рода крайностей.
Особенно мне, г-н директор, особенно мне.
Ведь я говорю вам, это, это шутка.
Просто один мой товарищ решил
выдать себя за Мордзини, вот и всё.
- Ну, ну, ну, говори, Клеман.
- Да.
- Твой отец был героем.
- Да.
- Мы это будем иметь в виду.
- Да.
Итак, где Мордзини и малышка Проссан?
Не знаю, не знаю...
не знаю... не знаю.
Добрый день, папа Проссан.
Итак, мы в прямом эфире из места,
которое вам никогда не найти.
Напротив меня сидит очень
смирно ваша дочь Мари-Анн.
Обычно, она использует камеру,
чтобы поиздеваться надо мной,
но сейчас мы её не слышим.
Ничего, сама скромность.
Она больше не оскорбляет...
Вы сказали импотент?
Гомосексуалист?
Нет, ничего не бойся, папа,
я её насиловать не буду.
Это не мой стиль. Впрочем,
Мордзини вообще не насилует.
Он очаровывает.
Какой талант!
Вам стоит встать перед камерой!
В подкладке его пиджака минипередатчик,
радиус действия - один километр.
С помощью этого аппарата вы сможете без
проблем следить за ним на расстоянии.
И он тихо так приведёт нас к Мордзини.
Позвольте мне, г-н директор, с помощью
Пресс-пюрэ, заставить его говорить.
Сделайте так, чтобы он убежал,
но если вы его упустите.
- Не очень взволнованы?
- Нет, всё в порядке.
- Мы позже возобновим наш допрос.
- Вот как?
Господа, оставим господина
Клемана отдохнуть... Ему это необходимо.
Особенно, когда допрос ведёт Пресс-пюрэ.
Дверь.
Вот компания, Клеман!
- Тебя допрашивали?
- Да.
- Вопросы тебе задавал Пресс-пюрэ?
- Нет.
Значит, тебя ещё по-настоящему
не допрашивали. Я боюсь!
Да нет.
- Да, я боюсь.
- Да нет.
Нет, нет, не позволяйте меня уводить!
На помощь!
Мама, на помощь! Я боюсь! Нет!
Отпустите меня, отпустите,
нет, это слишком.
Нет.
Ну что же, господа, пока Пресс-пюрэ ещё
не остыл, мы займёмся Клеманом.
- Это слишком ужасно. Беги!
- Да.
- Если можешь.
- Да.
Дело Мари-Анн Проссан.
Судя по последней информации
положение обостряется.
После ареста, а потом побега полицейского
стажёра Мишеля Клемана,
Рожэ Мордзини, или тот, кто выдаёт
себя за врага общества номер один,
мы получили видеозапись, правда,
она не очень хорошего качества,
но мы всё же решили показать её вам,
ибо это - исключительный документ.
Слушай, папочка, свою богатую наследницу
ты хочешь увидеть как можно скорее?
И тебе бы не хотелось складывать её
кусочек за кусочком.
Ушко здесь, пальчик там, да?
Тогда, слушай внимательно то,
что я тебе скажу.
Приготовь миллиард мелкими купюрами.
Я повторяю:
приготовь миллиард мелкими купюрами.
Что же, будем торговаться.
- Папаша!
- Что?
- Будь добр, ты мешаешь мне играть.
- Что такое? Я мешаю вам играть?
- Да. Ты глушишь меня.
- Это делаю я?
Подойди и сам увидишь.
Этого не мо... что это? Что это?
Трюк.
Что... я знаю, что это.
Я знаю, что это...
И что же это?
- Будьте осторожны, ясно?
- Алло, Мишель?
- Нет, это его отец.
- Жюль?
Он, собственной персоной... Слушай,
я должен завтра увидеться с тобой.
- Но где?
- Как обычно.
- Жюль - это его отец?
- Да.
- Вы расстались?
- Уже 20 лет.
Он только что вошёл в дом 28
на бульваре Симитьер.
Машина РС, машина РС.
Хорошо. Блокируйте квартал.
- В чём дело?
- Что ты делаешь?
Я их, я бросаю их. Они вышли из моды.
Девушки смеются надо мной.
- Мне плевать на девушек. Дай!
- Ты хочешь их?
- Да, давай.
- Я дам тебе их, если хочешь.
- Да, да.
- Ты хочешь всё?
Да, давай всё...
О, чёрт!
Внимание... он выходит из здания.
У него детская коляска.
Он надел на голову шляпу.
- Прямо бродягой стал.
- Знаете, мы недооценили этого типа.
Да, бродяга - это неглупо придумано.
Но и мы не такие уж дураки.
Мы не готовы отпустить тебя, дружок.
Алле - оп!
Мой бедный Жюль, ты представляешь?
Твоего сына разыскивает полиция.
Преследует его.
В конечном счёте тебе повезло.
Там, где ты сейчас,
у тебя нет никаких забот.
- Я здесь!
- Да, я знаю, что ты здесь.
- Я здесь.
- Жюль, это ты?
- Нет, мама, это Мишель.
- Что ты тут делаешь, Мишель?
- Прячусь. Я - мертвец.
- Здесь?
- Здесь хорошо быть мертвецом.
- О, боже!
- Посмотри, нет ли сзади тебя кого-нибудь.
- Да.
Знаю я этих мерзавцев.
Они, наверняка, следили за тобой.
Да, но они далеко.
Мишель, тебе что-нибудь нужно?
Почти ничего.
У меня нет еды и потом, я в трусах.
А так, всё в порядке.
Дорогой мой, не волнуйся,
мама всё это тебе принесёт.
27-е помойное ведро.
И третий литр вина.
Мне кажется, он много пьёт.
- Мишель?
- Да.
Я предупредила друзей.
Они нашли тебе машину.
Отлично!
Они ждут тебя сегодня вечером у Пьеро
в его автомастерской.
Видел, я принесла ветчину и колбасу,
которые ты любишь.
А пить не принесла?
Принесла.
Мама обо всём позаботилась.
- Вот, дорогой.
- Спасибо.
Одежда в венке.
В ней тебя никто не узнает.
Хорошо... верно!
Привет, девчонки!
Вместо того, чтобы дурить,
у вас машина есть? Ладно, поехали.
- Ты поедешь вот так?
- Нет, я оденусь дураком.
Тук-тук, стучим, заходим, она довольна.
Добрый день. Она выиграла в игру.
Она выиграла стирку.
- Но что я такого сделала?
- Да, мадам, она и есть подарок.
Но я ничего не сделала,
у меня нет ни гроша.
Сажаем её в машину и везём на радио.
- Но что вам от меня нужно?
- Это игра, мадам, простая игра.
Знаете, вполне можно жить без одного
пальца, особенно, мизинца.
Нет, нет, не стоит двигаться, вам же
будет больно, если будете двигаться.
- Начнём.
- Нет
Решительно то, что мы называем делом
Проссан, продолжает развиваться.
В настоящий момент мне принесли
телеграмму французского пресс-агентства
с удивительной новостью:
мать Рожэ Мордзини - гангстера,
разыскиваемого за похищение
Мари-Анн Проссан...
мать Рожэ Мордзини была тоже
только что похищена в свою очередь.
Её похитители требуют немедленно
освободить дочь медиа-магната.
Проклятье!
- Вы не сделаете худого моему сыночку?
- Да нет.
Но не надо ничего говорить полиции,
потому что они сначала стреляют,
а уж потом говорят руки вверх.
Я очень дорожу своим сыночком,
хотя столько слёз пролила из-за него.
А мы не будем заявлять в полицию.
Мы и без этого будем выглядеть дураками.
Ну тогда... кажется, я знаю,
но не совсем уверена.
Неважно, всё равно,
говорите, а там видно будет.
- Приготовься, сматываемся.
- Я уже готова.
Прекрати смеяться надо мной.
Могу поспорить,
что вашу мать похитили легавые.
Они не имеют права, это незаконно.
- Мордзини!
- А ты что тут делаешь?
Твоя мамочка прислала
меня поцеловать тебя.
Что? Так это ты похитил мою мать?
Да, с несколькими приятелями,
чтобы ты вёл себя спокойно.
Послушай, Мишель, я хочу сделать
тебе предложение. У меня есть идея.
А у меня к тебе только одно предложение.
Ты отпускаешь Мари-Анн и всё!
Отпустить миллиард?
Ты рехнулся?
Послушай, давай поделим:
каждому по полмиллиарда.
Нет, спасибо.
Ты отпустишь её, или я сам приду за ней.
Я её никогда не отпущу!
Ты понял? Никогда!
- Посмотрим.
- Никогда!
Возьми.
Ты уверен, что ещё не разучился водить?
Это, как велосипед,
никогда не забываешь.
Не может быть! Ты совсем рехнулся!
Ну ты, остановись!
Остановись или, предупреждаю,
я буду стрелять.
Подумай о матери.
Чёрт, мать, предупреждаю тебя,
я буду стрелять. Остановись...
Нет! Остановись, я сказал! Нет!
Только не мою машину, только не машину!
Кретин! Он же совсем рехнулся!
Он же больной, нет, нет!
Проклятье, нет, нет!
Убирайся отсюда.
Убирайся отсюда.
Да, да, вот именно, ты прав,
подумай о матери.
Нет, проклятье! Нет, нет, нет!
Смотри, лестница.
Лестница для меня.
Нет, нет.
Ну вот, а после лестницы фасад... да.
Мишель!
- Окно.
- Нет!
Мишель!
Оставь меня в покое!
Держись! Я иду!
Осторожно, второе окно.
Это опасно. Вот, смотри, стена!
Осторожно внизу!
- Мишель, я здесь в глубине, слева.
- Да замолчи ты!
Осторожно, я иду!
Он же совсем свихнулся!
Но как же я теперь спущусь?
Старина, об этом надо было
раньше думать.
Мишель, в глубине, слева!
Иди сюда, иди сюда.
Смотри на этого кретина,
он же совсем рехнулся!
Иди сюда.
Он совсем рехнулся... нет!
Да, я иду!
Нет!
Осторожно!
Нет, ну остановись же!
Напрасно мы не всегда обращаем
внимание на идиотов!
Всё в порядке?
- Ну что? Ну вот, всё кончено.
- А вы всё умеете делать.
Ну вы знаете, я сделал, что смог.
Мишель! Вот мерзавец, он убегает!
Да, ты прав, ты прав.
А вы знаете, что он хотел
отрезать мне мизинец?
Потом было бы трудно ковырять в ухе.
Вернись! Мне плевать на миллиард,
я отдаю его тебе, отдаю его тебе.
Да, да, не волнуйся, давай, иди.
- Вам нетрудно освободить меня?
- Да, я вас подвезу.
Нет, ну послушай, иди сюда!
Я знаю маленький ресторан,
где можно выпить хорошего вина, Мишель!
Извините, мсье, вам нетрудно немного
присмотреть за ним,
а то мне надо кое-что закончить.
Мадам, скажите,
у вас есть свободные номера?
Да, мсье, на сколько дней?
На один час.
Ну скажем, на два часа.
Да.
- Да, алло?
- Алло, мсье Проссан?
- Да, алло?
- Добрый день. Где выкуп?
- Да, да, всё здесь, в мелких купюрах.
- Отлично, отлично.
- Я хочу узнать, как там моя дочь.
- Да, сейчас! Как там его дочь.
Нет, нет, прошу вас, не делайте
ей больно... вы её пытаете?
Охраняю её!
- А где будем проводить обмен на выкуп?
- У вас. Куда уж проще.
- Что? Здесь?
- Да, я подумал об этом, так лучше.
Ну, до свидания, папаша.
Не беспокойтесь, я обо всём позабочусь.
Пока, курочка моя!
Здесь!
Сколько сахара в чай?
 

////////////////////////////