История Дэвида Копперфилда (2019 год). Цитаты и фразы из фильма

«История Дэвида Копперфилда» (англ. The Personal History of David Copperfield) — комедийная драма режиссёра Армандо Ианнуччи, основанная на романе Чарльза Диккенса о Дэвиде Копперфилде. Главную роль в картине исполнил Дев Патель. Также в фильме сыграли Питер Капальди, Хью Лори, Тильда Суинтон и Бен Уишоу.

Все фразы и цитаты

 ИСТОРИЯ ДЭВИДА КОППЕРФИЛДА
Благодарю.
Окажусь ли я героем
своей собственной истории,
или это место займёт кто-то другой,
покажут эти моменты.
Я появился на свет в «Грачёвнике».
Пегготи!
Иду. Иду.
Как и обещала.
Пегготи обещала, видите?
Иду, дорогая.
Только дайте мне три секунды.
Три секунды – это слишком долго.
Где полотенца?
Так. Зачем мне это?
Я в панике. Я в полной панике.
Пегготи, дурёха.
Ну же, Пегготи!
Я буду с вами через 45 секунд, 45.
Пегготи!
Просто дышите. Дышите, моя дорогая.
Я обернусь за два вдоха.
Пегготи!
– Попробуйте притвориться, что боли нет.
– Она есть.
Знаю.
Начиная рассказ о своей жизни…
…с самого начала.
Миссис Дэвид Копперфилд, я полагаю?
Мисс Тротвуд. Слышали о ней?
– Да.
Да, думаю, что имела такое удовольствие.
Ну…
Теперь вы видите её.
Могу я спросить, почему «Грачёвник»?
Когда мой муж покупал этот дом, ему
нравилось думать, что здесь водятся грачи.
– А они водятся?
– Нет!
Мой покойный брат весь в этом.
Называет дом грачёвником,
принимая грачей на веру.
Лучшим названием
было бы Поместье Наивности.
– Эта дама прекратит, мэм?
– Ну же, Пегготи.
Пегготи? Пегготи? Пегготи?
Хотите сказать, что человек пошёл
в церковь и назвал себя Пегготи?
Ваша мать чихнула, когда вас крестили?
– Простите, как вас зовут?
– Тротвуд.
Тротвуд. Забавно, когда вы вошли, я
решила, что вас зовут Чья-бы-корова-мычала,
Но неважно.
Вот и она. Вот и девочка.
– Или это может быть… мальчик!
– Нет, нет, нет, нет. Это будет девочка.
Наверняка это будет девочка.
И прошу вас, назовите её
Бетси Тротвуд Копперфилд,
и я буду её крёстной.
И в жизни этой Бетси Тротвуд
ошибок не будет.
Никто не будет шутить
над её любовью, бедняжка.
Господи помилуй, вы так молоды.
Нам нужны медсестра и врач.
– Мы здесь.
– Здравствуйте.
– Идёмте, дорогая.
– Потихоньку.
Нам понадобятся полотенца.
– У меня много полотенец.
Идите потихоньку.
Очень хорошо, очень хорошо.
Я записал, что родился в пятницу
в двенадцать часов ночи.
– Уже всё? Всё закончилось?
– Чудесная новость! Превосходная новость!
Доктор, сообщите новость мисс Тротвуд.
– Как она, доктор?
Ей так же комфортно,
как и любой молодой матери...
Нет, я имею в виду её, новорождённую.
Как она?
Это мальчик, мэм.
Очень рад вас поздравить.
Зачем поздравлять? Мальчик – первый из близнецов,
и его сестра рождается, пока мы говорим?
Нет. Только мальчик.
Смешно.
Посмотри на себя, малыш Дэви.
Лицо словно персик.
Я очень люблю персики.
Да, люблю. Да, люблю.
Я помню грубые пальцы Пегготи, похожие
на карманную тёрку для мускатного ореха.
Ты улыбаешься?
Почти получилось.
Всё казалось мне ужасно высоким.
В атаку!
Получай, ты, непослушный монстр-кролик!
Я вижу могильный камень своего отца
в тени деревьев,
склонившихся друг к другу на ветру,
будто великаны, нашёптывающие секреты.
«Крокодилы водятся в Африке,
обеих Америках и Австралии».
– Какой удивительный овощ.
– Не овощ, а рептилия.
Нет, говорю тебе,
крокодил – это картошка.
У него есть чешуя и шипы.
Ну, что окорок, что шпинат.
Я легко могу вспомнить
людей с сильным характером
Что говорила Пегготи, когда ты был
маленьким, та, что тебе нравилась?
– Что окорок, что шпинат.
– Неплохо. Я это запишу.
Ты помнишь всё, что она говорит?
Такое сложно забыть.
Это правда.
…и вплести их память в ту жизнь,
которую я собирался вести.
Я ПОМНЮ, КАК УЕЗЖАЛ.
– В дорогу всё собрано, Пегготи?
– Да, мэм.
Сюда.
Ты должен всегда ходить посередине, Дэви,
если хочешь выиграть крестики-нолики.
Здесь джентльмен, мэм,
с чёрными волосами и особыми манерами,
тот, что проводил вас
домой от церкви в воскресенье.
Да, благодарю, Пегготи.
– Это ваша знаменитая герань?
– Так и есть.
Входите.
– Морковку вниз.
– Ты, должно быть, мужчина в доме.
Я мальчик, сэр.
Дорогой мальчик.
Подойди, пожми мою руку.
Нет, это не та рука, не так ли, мальчик?
Дэви.
Ну, может, твой способ приживётся?
Ты очень храбрый мальчик.
Дэви, моя картофелинка.
Давай отвезём тебя в Ярмут.
Мой брат отвезёт нас туда.
Посмотри на это небо, Дэви, мальчик.
Слишком много неба, не так ли?
Даже для птицы.
Если мир действительно такой круглый,
как написано в моей книге по географии,
то как же этот кусочек
может быть таким плоским?
Тебе не нравится, Дэви?
Там кротовая нора, смотри.
Она не плоская.
– Там какая-то птица. Она не плоская.
– Там цветок. Он не плоский.
Здесь всё плоское,
это тоже плоское, и он плоский, ясно?
Ладно, может быть, ты прав.
Он немного плоский.
Почти у самой гавани.
Там работают Хэм и Эмили.
Уже четыре. Я закончила потрошить рыбу.
Уже четыре часа?
Они уже готовы к отправке, да.
Привет!
Ну вот и всё.
Я на секунду отворачиваюсь, Хэм,
а ты вытягиваешься как бобовый стебель.
Я и забыл, как крепки
твои объятья, Пегготи.
Ты мне все кости переломаешь.
– Она калечит людей, эта женщина.
Мастер Дэви, Хэм. Хэм, мастер Дэви.
Приятно познакомиться, Хэм.
Я... мастер Дэви.
Взаимно. Давай покажем тебе,
где мы живём, а?
– А Эмили там?
– Сейчас четыре часа. Она...
– Она закончила потрошить рыбу.
– Да, закончила потрошить рыбу.
Дэви, прыгай. Давай.
Осторожнее с ним.
Подожди, пока не увидишь это.
Вот где мы все живём, Дэви, мальчик.
– Это потрясающе.
– Это не особняк.
Это перевёрнутая вверх дном лодка.
Это дворец Аладдина!
Мы будем как пауки, пойманные
в ловушку под чайной чашкой!
Этот мальчик ищет радость. И находит её.
Пегготи.
Это место потрясающее.
Иди, посмотри на это, Дэви.
Здесь ты будешь спать.
– Так тебе нравится, Дэви?
Да, что думаете, мастер Копперфилд?
Я думаю, что это самая желанная спальня,
которую я когда-либо видел.
Желанная.
Мне нравятся твои слова, Дэви.
– Пегготи говорит, что твоя мама леди.
– Эмили, следи за манерами! Это Эмили.
– Здравствуйте.
– Здравствуй.
Хэм и Эмили – ваши дети?
Нет, они усыновлены.
Отцы обоих утонули.
Хэм. Только не лишний рот!
Дай мне умереть, и одним будет меньше.
Это миссис Гаммидж.
Её муж тоже утонул.
Тут часто тонут.
Как это? Ты не можешь жаловаться
на хороший кусок копчёной рыбы.
Ты просто наблюдаешь за ней.
Картошка горелая, как уголь.
Вот она опять.
Эта картошка может стать моей последней.
– Можно мне пойти на пляж, дядя?
– Ты закончила потрошить?
– Да, закончила. В четыре.
– В шесть тоже потрошат.
Рыба же тухнет, знаешь ли.
– Хэм, я потрошила рыбу с рассвета.
– Ты должна потрошить, пока рыба не кончится.
– Не беспокойся об этом.
Иди, но возьми юного Дэви с собой.
Идём.
Смотри, как бы вы не утонули.
Что такое потрошение?
Если не хочешь, чтобы твои руки были
похожи на мои, то тебе лучше не знать.
Пошли.
А твоя мама на самом деле леди?
Думаю, да.
Занимается ли она перепиской
и принимает ли посетителей в гостиной?
Не знаю.
Джентльмен с большими руками
любовался нашей геранью.
Мне бы хотелось стать леди.
У него две брови.
Я говорю брови, а не глаза, потому что
они гораздо важнее в его лице.
Да.
Смотри! Посмотри сюда, Дэви.
Можно увидеть, что за Ярмутом.
Эмили, спускайся! Ты разобьёшься
на 20 кусочков, если сорвёшься оттуда.
– Здравствуй, Хэм!
– Мне не страшно.
– Привет, Дэви. Хорошо проводишь день?
– Да.
Дорогая маменька,
Ярмут – это, в общем и целом,
самое прекрасное место во Вселенной.
Эмили научила меня пускать «блинчики»,
и мне жаль,
что ты не можешь этого видеть.
Они с Хэмом стали мне лучшими друзьями,
каких только можно себе представить.
Что? Что?
Я рассказал им, что мы между
собой решили, нашу новость.
– Обручение?
– Обручение, да.
– Ты можешь просто сказать «помолвка».
– Мы помолвлены.
– Ты рад за нас, дядя?
– Рад? Я скажу вам, как я рад.
Я рад как пёс с двумя костями.
И как хозяин, обнаруживший,
что яма, из которой были вырыты
кости, полна золотых часов.
И денег!
– И денег.
Да, вот насколько я счастлив.
– Все должны жениться.
– Да!
Давай начнём с тебя!
Что у тебя там?
Это лодочный дом, сэр.
Дом, построенный из лодки.
Нарисуй или дом, или лодку.
Никакой этой ерунды.
С возвращением, Дэви.
Миссис Копперфилд, это новое кольцо
или ваше собственное?
Да, вы должны нас поздравить.
Дэви, у тебя появился папа.
Новый.
– Новый папа?
– Да, мы с твоей матерью теперь женаты.
– Я хотела сказать тебе раньше.
Так вот, вы только что обратились к моей жене
по фамилии, которая ей не принадлежит.
Теперь она миссис Мёрдстон.
Вы это запомните?
Сестра.
Джейн Мёрдстон.
Джейн, моя жена, Клара Мёрдстон.
Достойный выбор.
Я жалею, что пропустила свадьбу
и шанс встретиться с вами
на пике вашей красоты.
Мальчик.
Я полагаю, у него есть имя?
Я Дэвид, мисс Мёрдстон. Как поживаете?
Мой вопрос был адресован не тебе, дитя.
Требуются хорошие манеры.
В гостиной довольно светло, мне кажется.
– Она выходит на юг.
– Я позабочусь об этом.
Вот она.
Меня зовут мисс Мёрдстон,
и я обыскиваю каждый шкаф.
Осматриваю этот шкаф,
этот шкаф, и этот шкаф.
Она выглядит так,
как будто сделана из воска.
– Или из голландского сыра.
– Сам придумал?
Запиши это.
– Позже.
Дэви, мальчик.
Время твоего урока.
И у глаголов есть два залога:
один активный,
другой...
– Клара!
– Джейн.
Нам следует перейти
к менее приятному занятию.
Джейн!
Ох, Дэви, Дэви.
Нет, не говори: «Ох, Дэви, Дэви».
Он либо знает свой урок, либо нет.
– Он не знает.
– Джейн!
Подбери. Прочитай её мне.
Как-нибудь сегодня, мальчик!
Прошу прощения, сэр.
Я не могу, когда вы смотрите на меня.
Это...
У слов есть коньки, и они ускользают.
Я очень глупый.
– Вы бы сразу научили мебель.
– Джейн Мёрдстон, молчать!
– Ты не глупый, просто нервничаешь.
– Клара Мёрдстон, молчать!
Клара Копперфилд, сэр!
– Эдвард.
– Идём.
– Эдвард, пожалуйста, нет.
– Клара. Идём, мальчик.
– Пусть ваш муж воспитает вашего сына.
– Эдвард, пожалуйста!
Нет. Отпустите меня.
Дэвид. Стой. Дэви.
Так вот, если у меня есть
непокорный пёс или конь,
я бью его, ясно?
Я покоряю его, даже если это будет
стоить ему последней капли крови.
Я пытаюсь учиться, но не могу, когда
вы с мисс Мёрдстон смотрите на меня.
Не можешь, правда?
– Эдвард, пожалуйста, прекрати!
– Клара!
– Позвольте мне выломать дверь, миссис Копперфилд.
– Миссис Мёрдстон.
Джейн!
– Эдвард учит.
– Джейн!
Пусть учит.
МОЙ ДОМ
ЛОДОЧНЫЙ ДОМ ПЕГГОТИ
ЛИЦО ИЗ ГОЛЛАНДСКОГО СЫРА
НОВЫЙ ПАПА ДЛЯ ДЭВИДА КОППЕРФИЛДА
ЗНАМЕНИТАЯ ГЕРАНЬ
ПОКОРЯЮ ЕГО
Что же станет со мной?
– Ты будешь отослан.
– В школу?
Образование, мальчик, стоит дорого.
Тебя ждёт борьба с этим миром.
И чем скорее ты начнёшь, тем лучше!
Я ИЗГНАН В ЛОНДОН
ИЗГОТОВЛЕНО МЁРДСТОНОМ
Ладно, значит, вставляешь пробку ручным закупорщиком, да? Передаёшь бутылку Пюрешке.
Он наклеивает этикетку. Пять за минуту, или
старый Скрипун пустит твои кишки на флаг.
Давайте, начали.
Тяни. Просто тяни его.
– Просто тяни его.
– Он такой крошечный!
Не волнуйся, у тебя всё получится.
Где ты живёшь?
Я живу у семейства Микобер, с которым
мне ещё предстоит встретиться.
«С которым мне ещё предстоит встретиться».
Где ты рос? В Виндзорском замке?
Вот, попрактикуйся.
Тихо!
Тихо!
Я же сказал – тихо, не так ли?
Я же не сказал, хватит работать!
Кто разбил бутылку?
– Это был он, сэр.
Бьёшь бутылки? В свой первый день?
– Мне жаль, сэр.
– Тебе жаль, да?
Мы разберёмся в сожалениях.
– Ты знаешь мои правила.
– Правила.
– Полдня платишь за бутылку.
– За бутылку.
Знаменитый кусающийся мальчик. Сюда.
Кусающийся мальчик. Сюда.
Имею счастье знать вашего от… чима.
От… чима.
– Мужчина с сильным характером.
– Характэром.
– Привяжи это к нему, Тангэй.
– К нему, Тангэй.
Это я. Прошу прощения.
Посмотри на надпись у него на спине.
Что там написано?
Написано, что он кусается.
Открой дверь!
Ты не можешь уйти!
Мошенник! Мы знаем, что ты там!
– Ну же, Микобер!
– Микобер, ты там?
Ну же, открой дверь! Снимай с петель!
Ну, Микобер! Сейчас же открой дверь!
Вы мистер Микобер?
– А вы мастер Копперфилд?
– Так и есть.
Как дела, мастер Копперфилд?
– Очень хорошо.
– Мастер Копперфилд,
Вы бы оказали мне существенную помощь,
если бы присоединились к тем джентльменам,
вторили бы их оскорбительным крикам,
а затем бы произнесли следующее:
«Там, за спиной. Он убегает».
Тама, за спиной…
– Там.
– Тама.
«Там», а то как прислуга.
– Там.
– Там. За спиной.
Он убегает.
– Убегает.
– Убегает.
Именно. Отлично.
Итак, сейчас самое подходящее время.
Открывай!
Ну же!
Заплати деньги, будь добр!
– Микобер!
– Там! За спиной.
– Что?
– Убегает.
Убегает, правда? Микобер!
Вот он! Микобер, ты, иди сюда!
Мы вернёмся завтра, Микобер.
– Ты не можешь вечно прятаться.
– Ты от этого не уйдёшь.
Блестящее представление,
мастер Копперфилд.
Добро пожаловать. Добро пожаловать
в наш простой дом.
– Кто…?
– Это…
Шакалы, вот они кто! Гиены!
Рада с вами познакомиться.
Эта женщина – свет очей
моих, мастер Копперфилд.
Путеводная звезда, под которой
находится секстант моего сердца.
Если коротко, моя жена.
Как поживаете?
– Ты должен мне за свечи. Заплати.
– Уже в пути. Заплачу.
– Часы. Часы.
– Нет, отдай мне эти часы.
Убери руки, ужасное создание.
Часы, очень ценные.
– Микобер!
Микобер!
– Оставь меня в покое!
– Благодарю.
– Нет! Нет! Нет!
Ну вот, вот и всё!
Вот и всё!
Это уже слишком!
Мне нужно с этим покончить.
Где моя бритва?
Бритва.
– Не думаю, что мы её продали.
Бритва!
Быстрый конец.
А им останется только кровь.
– Никогда! Подержи.
Если ты уйдёшь, то и я!
Если это поможет, у меня есть немного
денег от мистера Мёрдстона за мой ужин.
Ангельские кончики пальцев.
Держи.
Миссис Микобер знаменита
своими бараньими отбивными.
– Хотите немного?
– Нет, нет.
Это именно твоя отбивная
и именно твоя картошка.
Я не буду против.
Это королевский банкет.
Очень хорошо.
«Это именно твоя отбивная
и именно твоя картошка».
«Картошка».
В Лондоне больше чудес и зла,
чем в любом другом городе на Земле.
Города.
И он наш, Дэвид,
куда бы мы ни выбрали направиться.
Нет, не туда. Кредиторы сделали
эту дорогу непроходимой.
Два портных и самый неразумный
уличный торговец едой.
Больше кредиторов.
Точильщик, молочник
и свихнувшийся флорист.
Ты можешь подумать, что у нас всё
плохо с деньгами, но всё образуется.
– Но разве у нас не кончились дороги?
– Думаю, уже. Бежим!
Иди сюда!
Вот Святой Павел.
Вперёд! Вправо! Вправо! Вправо.
Он лучший закупорщик
из всех закупорщиков.
Пять в минуту.
Продолжай, Уилсон, иначе мне придётся закупоривать
шесть, чтобы успеть за твоими четырьмя.
Прыгай. Представь, что ты акробат.
Уже лучше. Хорошо. Быстрее.
Надеюсь, твой день был более
выдающимся, чем мой.
В нём определённо было
выдающееся количество бутылок.
Если бы мистеру Микоберу платили шиллинг за каждую
бутылку, которую ты закупорил на складе за сегодня…
Мне всё ещё приходится сталкиваться
с крайне досадной кучей долгов.
Я как томаты, которые
вянут у нас во дворе.
Если коротко, разбитый.
– Мы ждём гостей?
– Приставы. Прячьтесь…
Прячьте ложки!
– Ребёнок.
– Ковёр.
Ковёр.
– Поймал.
Возьми ребёнка.
– Мой ребёнок!
– Держи ковёр. Уходи.
– Что происходит?
– Приставы. Мы уничтожены.
Солнце садится над нами.
Тюрьма для должников ждёт.
Занавески. Он забирает занавески.
Это не ваша курица.
Вы крадёте курицу у честного человека.
Дайте ему хотя бы доесть,
вы, злостные обезьяны.
Уберите руки от Микобера.
Он очень нежный.
Марта! Приставы забирают Марту.
– Сюда. Иди сюда.
– Вот так.
Вижу, вы счастливы.
Это всё мои вещи!
Святой Павел.
Пока что-нибудь не случится.
Копперфилд!
– Заходи.
– Заходи.
– Твой отчим сообщил мне…
– Мне.
– Что твоя мама больна.
– Больна.
– Насколько сильно больна?
– Скажи ему.
– Джейн.
– Джейн.
– Скажите, пожалуйста.
– Не буду тебя обманывать.
– Очень больна.
– Очень больна.
– Очень больна?
– Очень больна?
Опасно больна.
Она мертва.
Мы соболезнуем.
А её похороны?
– В субботу.
– Субботу.
Субботу.
Мне следует пойти
с вами и подъехать позже?
Нет, это было в прошедшую
субботу. Её похоронили.
– Мы не хотели шумихи.
– Шумихи.
– Копперфилд.
– Копперфилд.
Копперфилд, я позволю это тебе.
Ты расстроен.
– Но не…
– Не…
– Да, вот оно. Оплата за полдня.
– Половина от ничего – это ничего.
Учитывая вашу реакцию, это хорошо,
что вас не было на похоронах.
Вы не можете забрать что-то у
того, кто и так ничего не имеет!
– Ничего!
– Подумай о будущем, мальчик.
Кроме тётушки Бетси,
у тебя нет родственников.
Я заслуживаю большего,
чем это. Намного больше!
Дэвид!
Вы двое – призраки.
Вы всегда были мертвы.
Тишина!
Тихо!
ДУВР
23 МИЛИ
Эй! Это моя коробка! Нет!
Это…!
Эй! Эй! Ты негодяй!
Эй!
Извините. Вы не знаете,
где живёт мисс Тротвуд?
Около мили отсюда.
Удачи. Она крайне жестока.
Благодарю.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
НИКАКИХ ОСЛОВ ЧЕРЕЗ ЭТОТ ЛУГ
Джанет! Ослы!
Ослы!
Иди!
Иди! Уходи!
Кыш! Кыш! Кыш! Уходите
с моего газона! Или по ушам дам!
Уходите! Сюда нельзя ослам!
Убирайтесь!
– Что за наглость.
– Кто-нибудь! Кто-нибудь, пожалуйста!
Король Карл I.
Мы уверены, что он мёртв?
Когда его последний раз видели на публике,
его голова не прикреплялась к телу.
Хорошо. Благодарю. Крайне признателен.
Мальчик тут.
Нет, нет. Кыш. Тут не нужны юноши.
У меня есть вилы.
– Я не просто юноша.
– Я вызову констебля.
Послушайте!
Вы моя тётя.
– Джанет!
– Я ваш племянник.
Я Дэвид Копперфилд.
Из «Грачёвника».
Мистер Дик!
Со мной плохо обращались и заставляли работать
в неподходящих условиях. И вы моя единственная семья.
– Проходи. Проходи. Джанет!
– Да, мэм?
– Мистер Дик.
– Мне принести воды?
И я едва ел.
– Думаю, там ослы снаружи.
– Мистер Дик!
Ничего не трогай.
Вот и всё. Вот и всё.
– Мне жаль.
– Положи это на это.
Вот так. Не на кресло. Оно венское.
– Всё круглое.
– На диван.
– На самом деле он собирается на другое кресло.
– Я уроню.
Он ушёл.
Эй? Ты можешь проснуться?
– Что вы делаете?
– Лекарства. Освежаю тебя.
– Это заправка для салата.
– Да?
Думала, это арманьяк. Не надела очки.
У вас где-нибудь есть латук с мазью?
Его голову полностью открепили
от тела? Вы уверены?
Давайте отложим ненадолго
голову Карла, мистер Дик.
Поднять позже. Понял.
Как дела?
– А теперь, мистер Дик, не будьте дураком,
потому что никто не может быть более
проницательным, чем вы, когда выбираете.
Дэвид Копперфилд, мой брат,
вы слышали, когда я о нём говорила?
Да, только что.
А, вы имеете в виду до этого?
Да. Уверен, что помню. Я голоден.
– Пирожные. Это пирожные.
– Мистер Дик.
Мой брат, Дэвид Копперфилд,
это его сын, который сбежал.
– Что мы с ним будем делать?
– Одно, что вы можете сделать – это…
– На вашем месте я бы его помыл.
– Джанет!
– Да?
– Набери ванну. А, вот ты.
– Да, мэм.
– Мистер Дик ломает её каждый раз.
Дело в том, что я очень долго не ел.
– Ослы! Джанет!
– Да, мэм?
Должно быть, их 50. Это нападение.
– Благодарю.
– Джанет!
– Моя тётушка действительно собирается…?
– Наказывать мальчика? Да.
Она удивительная женщина.
Очень добрая.
ТАМ, ЗА СПИНОЙ. ОН УБЕГАЕТ.
«Очень добрая».
«Очень добрая».
ШАКАЛЫ, ВОТ ОНИ КТО.
ГИЕНЫ.
«Кто-нибудь. Кто-нибудь, пожалуйста».
ВЫ КРАДЁТЕ КУРИЦУ
У ЧЕСТНОГО ЧЕЛОВЕКА.
«Кто-нибудь, пожалуйста».
«Голову открепили?»
«Вы уверены?»
«Джанет! Ослы!»
УДИВИТЕЛЬНЫЙ КУЗИН МОЕЙ ТЁТУШКИ
– Доброе утро, мистер Дик.
– Заходи. Заходи. Напиши «Q».
Заглавную букву Q. Я пытаюсь
найти разные формы.
Мне нравится эта.
Сигара в пепельнице. Видишь?
– Или воздушный змей с верёвкой.
«Лезвие палача холодное и острое».
Извините?
Твоя тётушка дала мне этот воздушный змей,
чтобы я выходил из дома время от времени,
пока она пьёт кофе и везде тихо.
Я всё ещё в доме.
Вижу, вы пишете истории о Карле I.
Почему?
Что заставило тебя это сказать?
Кажется, что тут повсюду
случайные отсылки на него.
Везде.
– Да.
Да, король Карл I
действительно проскальзывает.
Видишь ли,
я пытаюсь набросать петицию,
требующую улучшения жилищных
условий для бедных работников,
и я очень сильно над ней работаю,
но мысли в голове короля Карла,
они продолжают проникать.
Извините. Голове короля Карла?
Да.
Из-за разногласий её отрубили.
В 1649 году. Это хорошо
задокументировано.
Да?
По причинам, которые
я не до конца понимаю,
решили убрать все
тревожные мысли из его головы
в мою.
Очень, очень разрушающие. Мне
приходится их записывать, как видишь.
Вы их записываете?
Да, я…
«Я поднялся на эшафот в двух рубашках,
чтобы дрожь не приняли за страх».
Ты, должно быть, думаешь,
что это очень необычно.
Нет. Совсем нет. Что-то
похожее со мной происходит.
Правда? С королём Карлом?
Нет, но я замечаю, что, когда нахожусь
в компании с человеком сильного характера,
их голос откладывается в моей голове.
И…
И я тоже записываю мысли,
которые у меня есть.
И вещи, которые я наблюдаю.
Тут Святой Павел.
Видите.
«Бессонные глаза мисс Мёрдстон,
как два красных солнца».
«Бутылки двигаются железными поршнями,
которые поднимаются и опускаются,
как унылые сумасшедшие слоны».
– Что думаете?
– Думаю, это очень, очень хорошо.
И твоя каллиграфия блестящая.
– Завтрак готов!
Будет завтрак.
Тётушка, мистер Дик, он совсем…?
– Он упоминал Карла I?
– Достаточно много.
Он связывает его конкретную ситуацию
с большим беспокойством и возбуждением.
Но его разум чёток,
как действия хирурга, без ошибок.
– Думаю, я могу ему помочь.
– Ну, тогда возвращайся наверх, Тротвуд.
Джанет может сварить яйцо всмятку вмиг.
– Благодарю.
Извините.
Тротвуд?
– Да, я подумала, что могу называть тебя Тротвуд.
Если я финансово помогаю своему племяннику,
мне хочется, чтобы его имя мне нравилось.
Тротвуд, это я, да.
Мистер Дик?
Мистер Дик? Мистер Дик?
Уже ланч?
Нет, тревожные мысли
из головы короля Карла,
они отягощают вас?
Да, я стараюсь держать их в порядке,
но они сбиваются в кучу и угнетают меня.
«Когда я умру,
я уйду от подкупной короны в…»
Нет, мистер Дик,
мы можем их освободить.
Мы можем предать их ветру.
– Не могу сказать, что чувствую себя лучше.
– Вы сначала должны запустить их. Ну же.
Время воздушного змея!
– Веди! Веди!
Выше, выше, выше, выше! Лети!
– Вот оно, мистер Дик. Осторожнее.
Осторожнее.
– Не могу поверить.
Небо поглощает мои слова.
– Чем выше уходят слова…
– Тем чище становится мой разум.
Я… я не чувствовал себя так…
Как будто я снова
готовлюсь в адвокатуру.
До всего…
я делил лестницу с Томми Трэдлсом.
Он был великолепным товарищем.
Очень грозный товарищ,
как говорят французы.
И теперь вот в чём дело.
Я полностью забыл, что я могу…
могу говорить по-французски.
Это значимый день.
– Радостно видеть вас таким освобождённым.
– Не замечательно ли?
– Красиво.
Одной рукой, сэр.
Одной рукой, я вам говорю.
Этот юноша великолепен.
Благодарю...
Тротвуд. Сын Дэвида.
– Благодарю, Тротвуд Дэвидсон.
– Не за что, сэр.
Ослы! Кыш! Кыш! Ну же!
Уходите. Я спущу с вас шкуру
и добавлю вас в жаркое!
Я чудовищный маньяк!
Вот так. Кыш.
– Свирепо вы их прогнали.
– Здравствуйте.
Нас настигла ослиная чума.
Вы, должно быть, Тротвуд. Я Уикфилд.
Я занимаюсь финансами вашей тётушки.
– Ясно.
Это моя дочь, Агнес.
Поклон. Мне так редко кланяются.
Надеюсь, теперь это войдёт в моду.
Если вы не сочтёте неуместным.
Вовсе нет, Тротвуд. Я буду требовать
этого при каждой нашей встрече,
словно я императрица.
Или сумасшедшая.
Мистер Уикфилд. Агнес,
как я рада вас видеть.
Как ваши дела?
– Это была та ещё поездочка.
– Да что вы?
– Не пора ли выпить шерри?
Рановато.
Тогда портвейн. В Сингапуре сейчас
семь вечера.
Я полагаю.
– Отец, ещё очень рано для выпивки.
Тротвуд, мистер Уикфилд владеет
одним очень хорошим учебным
заведением в Кентербери.
Пока мы дышим в затылок
более известных заведений.
У меня жажда к обучению, которую
я так и не утолил, к сожалению.
Правда? Вы создаёте впечатление
хорошо орошённого ума.
Все эти разговоры про жажду
усиливают мою жажду.
– Как ваш бизнес, мистер Уикфилд?
– Всё в порядке.
Не без проблем, конечно же.
Снижение тарифов.
Уход от меркантилизма.
Дайте покажу вам на глобусе...
Здесь, в Европе и... Америке.
Могу продолжить.
В Индии.
– «Всё в порядке» было бы достаточно.
Кто-нибудь. Кто-нибудь.
Нет, нет, мистер Дик. Мистер Дик,
подойдите. Побудьте с нами.
Здравствуйте. Я мистер Дик.
Очень неравнодушен к пряникам.
Как и я, мистер Дик.
Обожаю их жгучий вкус.
Рада нашему знакомству.
Очень рад. Благодарю.
Не могли бы вы кое-что проверить?
Моя голова…
– Да?
Прав ли я?
Моя голова соединена с телом?
– Что ж, дайте-ка взглянуть. Да.
Могу подтвердить это без тени сомнений.
– Приятно это слышать.
Не желаете взглянуть на моего воздушного змея?
– Да, прошу. Благодарю.
Дэвидсон, пошли.
Где же оно?
– Мистер Дик?
– О, нет.
Агония. Там было об агонии короля.
Это пойдёт наверх.
Он полагает, когда Карла I казнили,
беды короля вылетели из его головы
и поселились в голове мистера Дика.
Так вот почему вы хотите запустить их
с воздушным змеем, мистер Дик?
– Именно.
– Разумный план действий.
Вы мне нравитесь.
Что за счастливое совпадение,
ведь и вы мне нравитесь.
Идея Дэвидсона. Мальчишка – чудо.
Мистер Дик, вы словно
на литаврах играете.
Так и есть. Стоит записать это.
Я договорюсь для Тротвуда
о месте в школе миссис Стронг.
Это нужно отпраздновать.
– Да.
Ура!
– Ура.
Я подумывал чем-то вроде...
– Чая? Джанет!
– Да.
– Чаю.
– Чаю.
– Чаю. Чаю.
– Чаю. Чаю.
– Чай подойдёт.
– Время запускать змея!
Мистер Уикфилд, почему вам ещё
не налили полный стакан портвейна?
Вы же так его любите.
– И то верно, мистер Дик.
Польщён, что вы помните.
– Получилось, Агнес!
– Боже мой.
– Я бы не назвал себя экспертом, но…
– Вы каждый день этим занимаетесь?
– Смотри.
– Смотри, как он счастлив.
Время запускать змея!
Я буду скучать по нашим пикникам,
когда ты уедешь в интернат.
Тебе понравится учреждение
миссис Стронг.
Условия не идеальные, но и то хорошо.
Немного в стиле моего отца.
Ладно вам.
Благодарю.
Я УЗНАЮ, ДЖЕНТЛЬМЕН ЛИ Я
– Давайте я.
– Нет.
Мне совершенно не сложно помочь.
Настоящие удовольствие для христианина.
Я Юрая…
– Не откроете ли дверь?
Мистер Уикфилд, успокойтесь.
Это ступеньки-убийцы.
Очень, очень высокие.
– Юрая, в этом нет необходимости.
– Не могу. Попробовать ещё раз?
У тебя почти получилось.
Давай, ещё одна ступенька.
– Медленно. Вот так.
– Мистер Уикфилд.
Миссис Стронг. Добро пожаловать.
Хотя нет, это вы меня приветствуете,
ведь я уже здесь.
В голове путаница.
– От ухабистой поездки.
– Это Кропвуд Троттерфилд.
– Тротвуд Копперфилд.
Приятно с вами познакомиться, миссис Стронг.
– Мне тоже.
– Что у вас в руках?
– Ерунда.
Это всего лишь небольшой кусок стены.
Но всё в порядке. Идите за мной.
Мы живём тут рядом. Приходи в гости.
Приду.
– Я Юрая Хип...
– А вот и мы!
Ну вот, какая неприятность.
Юрая, капает.
– Мне вынести ведро?
– Благодарю. Идите за мной.
Как и у всех великих заведений,
у нас есть маленькие традиции.
Доброе утро!
Что ж, позволим мистеру Стирфорту
закончить свою смешную историю
про учителя географии.
Надел самый короткий
из трёх своих париков.
Это Копперфилд. Он новенький.
Я так и догадался, миссис Стронг,
но ценю, что вы подтвердили.
Очень славно, мистер Стирфорт.
Я в восторге от знакомства с вами,
мастер Копперфилд.
– Благодарю.
– Юрая, отнеси это в общежитие.
С глубоким почтением.
И на этом Юрая Хип
выдворился из комнаты.
Стирфорт. Джеймс Стирфорт.
Дэвидсон. Нет, Девид Ко…
Нет, извините. Тротвуд Копперфилд.
Это всё через дефис?
– Видите ли, моя тётя зовёт меня…
– Что скажешь про нашего друга Хипа?
– Он озадачивающий.
– Озадачивающий.
Озадачивающий как?
– Сложно объяснить?
Он подёргивает ртом
словно любопытная ящерка.
Правда, он так делает.
Скажи что-нибудь ещё.
Когда он встаёт рядом, то кажется
ближе твоей собственной рубашки.
Да. А тебе палец в рот не клади.
Ты мне нравишься. Садись.
Маркам, сдвинь-ка этих ребят. Быстро.
– Обходите. Давайте.
– Иди сюда, садись.
– Обходите. Ты, садись туда.
– Извини.
Бережём головы!
Прости этот обвал. Фонды
старины Уикфилда усыхают.
В отличие от него самого.
Любит выпить.
Ты знаком с Уикфилдом?
«Не пора ли выпить шерри?»
Смотри, это он пытается
вдеть нитку в иголку.
Что ж, добро пожаловать. Да?
Добро пожаловать.
Я рад, что ты приехал.
Хороший крой у твоего жилета.
Кто твой портной?
– Просто портной.
Из Дувра.
Моя тётя привела меня…
Твоя тётя поставила тебя на ноги?
Ну, она точно несколько раз ставила
меня на землю, уж поверь мне.
Даже ромашка в поле
менее оригинальна, чем ты.
Буду называть тебя Дэйзи,
как полевые ромашки.
Ты не против?
– Совсем не против.
С какой стати тебе быть против, Дэйзи?
У меня есть смородиновое вино
и миндальный кекс, хочешь?
Да, с удовольствием. Благодарю.
У тебя нет сестры…
…или есть, Дэйзи?
Нет.
Жаль.
Дэйзи.
– Да?
– Почитай мне.
Я не могу уснуть.
Почитать?
Это длинная книга. Может, рассказать
тебе одну из моих историй?
Например… историю
о доброй няне и её хлопотах,
и как она жила в перевёрнутой лодке
в Ярмуте.
Нет. Причуды меня
не особо волнуют. Извини.
Ясно.
Знаешь какую-нибудь страшную историю?
– История о злодее, владельце фабрики.
– Да.
Его звали Мёрдерстоун, и он запугивал
детей с истинным наслаждением.
Хватит!
– Монстр.
– Его сестра была не менее жестокой.
Так у него была сестра.
Она была холодной, стальной леди.
– Сейчас разобью.
– Тогда я прибью тебя.
Джейн! Джейн!
– Тише.
– Нет!
– Настигло ли эту парочку возмездие?
– Подожди немного.
Послушай меня.
И эти истории про фабричного мальчишку
ты сочинил просто из воздуха?
– Да, всё выдумал.
– Ты воистину Восьмое чудо света.
Благодарю.
Тебе стоит издаваться.
Кажется, ты многое знаешь
о тонкостях работы на фабрике.
Твой отец работал на производстве?
– Мой отчим.
– Отчим?
Так значит, у тебя был отчим,
но вырастила тётушка?
Посмотри. Кто это, Стирфорт?
О, да. Это старшая мисс Ларкинс.
Хорошенькая, что думаешь?
– Ослепительная красота.
– Она помолвлена с армейским капитаном.
Только потому что не знакома со мной.
Берегитесь все.
Тут на выгуле парочка ценных
пуделей мисс Стронг.
– Очень смешно.
– Игнорируй его.
Ой! Дамочки! Я могу побить вас
одной левой, пока правая за спиной.
– Хотите подраться?
– Да.
В таком случае, сэр…
…скажите когда!
Драка!
– Я полагаю, ты умеешь драться, Дэйзи?
– В некоторой степени, разумеется.
Итак, джентльмены.
Никаких выдавливаний глаз. Никаких…
Хотя, всё остальное разрешено.
Приготовились, бой!
Вставай! Вставай сейчас же!
Дэйзи, используй хук,
финт, апперкот.
– Что?
– Апперкот.
Бой окончен. Окончен.
Дэйзи.
В какой-то степени,
ты очень даже справился, Дэйзи.
Давай отведём тебя к дому Уикфилда.
Ну же, вставай.
– Благодарю.
– Благодарю.
Пошли.
Постарайся не умереть или сделать
что-то столь же скучное, Дэйзи.
Я постараюсь.
Очень уверенный в себе юноша.
Матушка обучила меня основам медицины.
Она работает здесь прачкой.
Стирает ваше постельное бельё.
Всегда очень чисто. Весьма.
Она лопнет от благодарности,
узнав, что вы ненароком отметили это,
мастер Копперфилд.
Мисс Уикфилд очень…
Не думаете?
– Очень что?
Мой дорогой Тротвуд,
мне сказали, что ты здесь.
Господи, вы только посмотрите.
Представляю, как досталось тому парню.
О, да. Чуть не умер.
Даже мерки для гроба сняли.
– Как вам лечение Юрая?
– Он словно человеческая простуда.
Всегда подбирается так близко.
– Да.
Словно он живёт у тебя в носу
и норовит попасть в дом.
Он упоминал свою матушку?
– Матушку?
О, Агнес, я готов лопнуть
от благодарности,
что вы ненароком спросили
меня об этом.
Так, значит этот Стирфорт занят тем,
что впутывает тебя в драки?
Нет. На самом деле, он
пытался остановить меня.
Он полагает, что джентльмену не стоит
прилюдно драться с сыном мясника.
– Джентльмену?
– Да.
Стирфорт считает меня джентльменом.
Так и есть.
Я полагаю, ты не рассказал о своём прошлом.
– Нет. Я боюсь, он может…
Впервые кто-то относится ко мне,
как к ровне.
Кроме тебя, Агнес.
И я отношусь к тебе, как к сестре.
– Особенно?
Как к особенной сестре.
Мастер Копперфилд, если можно,
осмелюсь пригласить вас на чай.
Со мной и матушкой.
Какая жалость. Боюсь, у меня
другие планы на этот день.
В какой день? Не припомню,
чтобы я упоминал день.
– Ты и правда не упоминал.
– Понимаю.
Мастер Копперфилд, я понимаю.
Таким, как я, не полагается
приглашать на чай таких, как вы.
Нет, я бы… С удовольствием,
мистер Хип.
Просто Юрая, пожалуйста.
О, матушка засияет, как ракета.
Как ракета.
14-го числа, возможно, в четыре?
И, если мисс Уикфилд пожелает…
К сожалению, 14-го в четыре
у меня уже назначена встреча.
А, точно. Я же должен сопроводить
тебя на эту встречу, верно, Агнес?
Нет, не думаю.
Хорошо. Тогда я точно
могу зайти на чай.
О, я так горд, что вы уделите
мне немного внимания.
Вы закончили?
– Да, конечно. Угощайтесь.
Вполне сносный кусок говядины.
Не хотел никого обидеть, уверяю.
300 раз ура!
И дюжина королевских ю-хууу!
Чем выше поднимается воздушный змей,
тем больше этих нелепых мыслей
из головы короля Карла
растворяется в воздухе.
Люблю эту историю, но расскажи-ка
лучше о нуждающемся должнике
со своей ужасной гармошкой.
– «Что-то на подходе».
– «Что-то да появится».
– Да, точно.
– Превосходный постулат, юноша.
Наши ряды пополнил новый магистр.
Профессор Микобер.
Доброе утро, юноши.
Садитесь, пожалуйста.
Пресвятые, с финансами у заведения,
видимо, совсем туго.
Полагаю, вы жили с профессором во время
пребывания в Лондоне, мистер Копперфилд.
С профессором? Да, недолго, и в то
же время довольно продолжительно.
Как мило. Как благородно.
Юрая.
– Доброе утро, юноши.
– Сэр.
– Доброе.
– Доброе утро, сэр.
– Доброе утро.
– Доброе, сэр.
Что ж, какое блюдо на этом
великом пиршестве знаний
нам выпала взаимная привилегия
отведать в данный момент?
Если вкратце, какой сейчас урок?
Урок латинской грамматики, сэр.
Латинской?
Хорошо.
Хорошо. Так…
Amo, amas, amat.
Да. Amo, amas, amat.
Gymnasium.
Geranium.
Coliseum.
Australasian.
Australasian.
Possum.
Нет. Опоссум – это зверёк австралийца,
отвлекающий манёвр.
Хихиканье, джентльмены?
Хохот? Или, если вкратце, ха-ха?
Не думаю.
Что вам нужно, так это
помощь в концентрации.
Существует мнение,
что музыка может помочь
в освоении знаний.
– Это он.
– Ничего не говори.
Хватит! Хватит!
Я готов схватить пару карандашей
и разорвать свои барабанные перепонки.
Прошу прощения, сэр?
Стирфорт хотел сказать,
что инструмент, возможно, неисправен.
Нет, совсем не это.
Я имел в виду,
что он катастрофически играет.
А ну замолчите, Мистер Стилфорг.
Как вы смеете так разговаривать с джентльменом?
И где же он, этот джентльмен?
Я только вижу нищего попрошайку.
– Вы...
Что за безумные крики, профессор?
Опять белка застряла в трубе?
Он не профессор.
Спросите у него про отсидки за долги.
Он годами вымогает деньги,
ещё шёл по пятам сюда, до Дэйзи,
чтобы продолжить начатое.
Мистер Стукачёв прав.
Так и было,
я отбывал свой срок...
Вы наплевали на пункт, запрещающий
бывшим осуждённым работать.
А это был самый важный пункт.
Мы должны попрощаться с вами.
Мистер Хип, проводите его.
Стирфорт!
Микобер безобиден.
Жулик был выявлен
с помощью твоего милосердия.
Ты должен поблагодарить меня, Дэйзи.
– Я Дэвид! А не Дэйзи или Трот!
Меня зовут Дэвид Копперфилд!
– Так почему ты не ходишь под ним?
Большим шажком.
– Вверх.
– Мистер Микобер!
Входи.
– Мистер Микобер.
– Мастер Копперфилд.
Мы только с вами воссоединились,
а уже пора расставаться.
Как в Библии. Я уверена, на такой
случай там что-нибудь есть.
Да.
Вы в курсе, я учился у миссис
Стронг, пока вы не приехали сюда?
Насколько я знаю, нет.
Но вы были профессором,
в том же здании, где и я…?
Судьба и чистая случайность.
«Как мухи беспризорным мальчуганам, так и мы Богам».
Процитируем нашего великого поэта.
– Шекспира.
Все на борт. Кто на борт?
Я хотел спросить…
Я нашёл средства
для путешествия моей семьи,
но на меня немного не хватает.
Хотел узнать, не проблема ли…
– Всё в порядке.
– …для тебя дать мне точную сумму…
– Конечно.
…четыре фунта и десять пенсов?
Пять фунтов.
Я прослежу, за тем,
что мы заключены четырёхугольно.
Если вкратце, квадратом.
Геометрия.
Счастливого пути.
Я полагаю, вы забыли.
– Что?
– Всё-таки забыли.
Чай!
Держите.
Тортик? Он достаточно плотный.
Я люблю плотные торты.
Мне нравится знать,
что я поел торт.
– Он не переносит лёгкий бисквит.
– Заметно.
Ну, выглядит очень…
Господи. Это…
Удивительно плотно.
Я вижу, вы учитесь, мистер Хип.
Юрая, если позволите.
Да. Я стараюсь улучшить
свои юридические знания.
Надеюсь, мистер Уикфилд будет готов
принять меня в ученики по юриспруденции.
Может быть, вы даже
станете его партнёром.
Вы прикалываетесь надо мной?
Это вы сказали.
А я от всей души так считаю, Юрай.
Юрай! Ты слышала?
Он сказал Юрай.
– Слышала.
– Самопроизвольно, матушка!
Какой джентльмен.
То, как вы говорите Юрай,
как дуновение морского бриза.
Будоражит до бабочек в животе.
Каждая минута на счету? Вы знали,
что скромность – это заболевание?
Нет.
Я не могу оставаться так долго.
– Сможете, если я запру дверь.
– Мы сможем держать его как питомца.
Что, простите?
Это шутка.
Простите. Я пошутил.
Я пытаюсь учиться джентльменскому
юмору с помощью книг.
– Да.
– Это правда.
Что вы думаете о мистере Уикфилде?
Он с огромным наслаждением
любит распивать вино, правда?
– Я как-то видел, он пил…
– Видели?
Очень приятно знать.
Ваша связь… с профессором.
Хороший он, да?
Жизнь с нищим.
Это Лондонская особенность?
Мистер Микобер не нищий.
У него нестабильный доход…
Больше чая.
У меня был интересный
разговор с Микобером,
пока я провожал его из школы.
Да, увлекательный.
О вашем пребывании в Лондоне.
Матушка?
– Да?
Принеси ещё бутылочку молочка.
Эта бутылка пустая,
а нужна ещё одна.
Вы выглядите очень опечалены
из-за бутылочки.
Твой дружок Стирфорт очень любит
раскрывать подноготную.
Настоящий мастер своего дела.
Что насчёт того, чтобы помочь мне
занять позицию рядом с Уикфилдом?
Что насчёт того, чтобы
бросить в вас этот торт.
Он может сломать вам ребро.
Я смотрю, вы любите насилие, а?
Мои хорошие.
Ещё больше плотного тортика.
– Торт.
Обязательно заберите домой кусочек.
МОЙ ОТЪЕЗД И ПЕРСПЕКТИВЫ НА БУДУЩЕЕ
– Мне надо идти домой.
– Подожди ещё два часика.
– Ослы вернутся к тому времени.
– Тогда 45 минут.
Мистер Уикфилд!
Осторожно, это очень неровная земля.
Я сама чуть не
споткнулась минуту назад.
– Очень опасно. Здесь нужен знак.
– Да. Нужно поставить знак.
– Ещё вина?
– Нет, мне достаточно.
Нет, ему достаточно.
Благодарю.
Получается, вы хотите, чтобы я унёс
это вкусное, терпкое, красное вино?
Да, пожалуйста.
А хотя, плесните совсем чуть-чуть.
Благодарю. Маленько.
Миссис Стирфорт.
«Ой. Дамочки.
Я могу побить вас одной левой,
пока правая за спиной».
Уже лучше.
– Джеймс?
– Мама.
Это…
Дэвид Копперфилд.
Очень рад с вами познакомиться, миссис…
Расскажите о своём прошлом, мистер Копперфилд.
Кто ваши люди?
– Мои люди?
– Семья. Кто-нибудь есть?
– Мои родители умерли, когда…
– Что насчёт подготовительной школы?
– Да. В Лондоне.
– Наверное, я знаю её. Какая?
Криклс.
Криклс. Она святая? Не думаю.
Кто был директором?
– Мистер Мёрдстон.
– Какая была униформа?
Штаны, конечно же, и…
В общем…
Джеймс, я рядом, с того момента,
когда ты ещё ходил под себя.
Увидимся на бесконечной речи
миссис Стронг. Я книгу даже принесла.
И подушку.
Моя мать.
– Господи.
– Да.
Заметил её шрам?
– Ага.
Когда я был маленьким,
она очень сильно разозлила меня,
поэтому я кинул в неё молоток.
Удачи и храни вас Господь.
Вы всегда были для меня фаворитом
и самым красивым.
Держите книжки.
– Благодарю.
Ни свежего ветерка, ни подышать.
Воздух всё ещё как королевский труп.
Как вы?
– Тротвуд.
Можно я представлю
вам мистера Спенлоу.
Ваш будущий работодатель.
– А я кем буду?
Ты знаешь, Трот.
Проктором.
– Точно, простите.
Доброго дня.
– Мистер Спенлоу.
Мистер Спенлоу.
– Пока, Дэйзи.
– Не вздумай кому-нибудь помахать.
Вы немного засмотрелись на меня.
Со мной что-то не так?
– Нет. Боже. Нет.
Простите за бестактность.
Он извиняется, Джип.
Простим его?
Он сказал – да.
– Благодарю, Джип.
– Не берите в голову, сэр.
– Как хорошо разговаривает.
– Вообще-то это была я.
Люблю делать вид,
как будто это он разговаривает.
Некоторые люди думают, что это тупо.
Нет. Я тоже всегда так делаю.
Правда, мистер… Яблоня?
Да.
Ага.
Я Дэвид Копперфилд.
Вы всё ещё дерево?
– Нет.
– Я Дора…
…Спенлоу.
– Спенлоу?
Дора Спенлоу?
Да. Не знаю, зачем я так сказала.
Дора… Спенлоу.
Я обычно не делаю таких пауз.
– Тротвуд! Мистер Спенлоу!
– Извините.
– Да.
Пока-пока.
– Что? Что вы сказали?
– Просто Джип.
Пока-пока. Дерево. Яблоня.
Я поняла.
– Извините?
– Я поняла.
Агнес, не видела мистера Спе…?
Выглядишь поразительно.
– Благодарю.
Я влюблён.
– Уверен?
– Абсолютно.
В Дору… Спенлоу.
Не знаю, зачем я сделал такую паузу…
– А, та девушка с тявкающей собакой.
– Какое лицо.
– А какой голос исходит оттуда.
Насмехаешься надо мной?
Да. С любовью,
но без милосердия.
И да, насмехаюсь.
Ты знаешь, что папа и я
тоже переезжаем в Лондон?
Да, заметил.
Ты, наверняка, думаешь, я преследую тебя.
«Помогите. Агнес следит за мной.
Она такая надоедливая,
как муха застрявшая в витрине».
Ой, извини.
Мистер Спенлоу. Извиняюсь
за моё ранее отвлечённое состояние.
Я жду с нетерпением, мистер Спенлоу,
чтобы приступить к работе.
– Прекрасно. Готовы стать проктором?
– Жажду стать проктором.
Мне нравится ваш подход.
Давайте отметим.
Что такое проктор?
Понятия не имею.
Но скоро я займу место в моём
личном кабинете и мы узнаем.
Это Дора… Спенлоу.
Я без понятия, кто это.
Я – ДЭВИД КОППЕРФИЛД
Я вернулся в Лондон впервые с тех пор,
как сбежал с бутылочной фабрики в одних обносках.
В этот раз я уже был джентльменом
с деньгами в кармане.
И ещё был проктором.
Скорее всего, вы тоже не знаете,
кто такой проктор?
Ну…
Они занимаются шляпами?
Мне поступало щедрое
ежемесячное пособие от моей тётушки.
Оно было для моих занятий
вместе с мистером Спенлоу.
Также я мог ни в чём себе не отказывать.
Проктор – это своего
рода монашеский прокурор.
Понятно.
Аккуратней с паркетом.
Он скрипит.
Вот мы и здесь.
Я так и не узнал,
какой проктор был прокурором.
но в скором времени я преуспел в офисе.
НЕДЕЛЮ СПУСТЯ
Пол!
Моё место было расположено в удобном
месте, чтобы слышать мою первую,
мою единственную и настоящую любовь.
Эй, Ромео. За работу.
То, что я люблю слышать: ничего.
Миссис Спенлоу.
Я был убеждён, что это знаменитое
сопрано практиковалось наверху.
Интересно.
А кто?
Нет, я хотел сказать,
что оказывается это вы.
А, поняла. Комплимент.
Благодарю.
Копперфилд.
Я должен идти. Проктор.
Можете подняться ко мне,
после моего следующего занятия.
Могу спеть вам чуть-чуть.
– Благодарю.
А я принесу что-нибудь кинуть в вас.
Букет цветов.
Да. Мило.
Я дорожил теми временами.
Я был их пленником и рабом.
Я любил Дору Спенлоу до безумия.
Цветы.
Дора, любовники раньше любили, но ни один
любовник не любил, как мы любим.
Очень сложно, но благодарю.
Благодарю.
Дни моего детства
страданий и бедности
сейчас выглядели, как страшная и
правдоподобная сказка.
– А вот и он. Стирфорт.
– Дэйзи.
Ошибался ли я, представляя,
что боль и стыд моего прошлого
больше никогда не вернутся?
Где же омары?
Кто хочет омаров? Омар?
Да.
Я хорошо знаком
с омарами людей Ярмута.
А омары людей Ярмута
поклоняются омарам?
Принимают ли они свои особенности?
Если ты собираешься скоро в Ярмут,
можно мне присоединиться к тебе?
– Давайте все вместе поедем в Ярмут?
– Нет.
– А я хочу.
– Тогда поедем.
Было бы весело
стать частью того мира.
В городе я могу
прикидываться дурачком.
А ты дурачок?
Он недавно им стал.
Я говорю, у меня пьяные волосы!
Мне надоели мои глаза!
Давайте покажем вашим пьяным
волосам незабываемую ночь. Пойдём.
В театр!
ВЫ НЕ МОГЛИ БЫ НАВЕСТИ ПОРЯДОК?
Копперфилд.
– Тротвуд.
– Сьюзан.
Я ужасно не пьян.
Если я и знаю, как выглядит
пьяный мужчина, то определённо так.
Стирфорт дал тебе напиться?
– Нет, не он.
То есть, он там был,
пока это происходило.
Ладно, а с кем ты?
– Только…
Мистер Копперфилд!
Взгляните на нас.
– Привет.
Из Кентербери в Лондон,
прямо обратное паломничество.
Очень хорошо.
Агнес, а вы сообщили мистеру
Копперфилду про моё новое место?
Юрая присоединился к нам.
Учеником мистера Уикфилда.
Юра не смог ускорить процесс,
если бы он работал на пару.
Матушка, ну пожалуйста.
Ты меня смущаешь.
Мне ничего не надо, только вино.
Теперь они живут вместе с нами.
Я слышу, как они храпят,
словно жабы в болоте.
Как Дора поживает?
– Волшебно.
Кудряшка.
Кстати…
Я намереваюсь предложить ей
жениться утром.
Какие приятные новости.
Дэйзи!
Присоединяйся.
Когда я поеду в Ярмут?
– Агнес…
Не присоединяйся к своим дружкам, Трот.
Тебе нужно выспаться. Спокойной ночи.
Вот вы где.
Очень щедро, но я уже приближаюсь
к пределу своих возможностей.
Я питаю всю жидкость
моим плотным бисквитом.
Постойте.
Вы назвали её Агнес,
не мисс Уикфилд.
Я должен вернуться в зал.
Агнес.
Вам нравится, как я пою, Доди?
Буду называть вас Доди.
Вы не против?
Я люблю, когда меня
называют чужими именами.
И…
взамен у меня есть имя,
которое я желаю вам предложить.
Не стоит, мне нравится Дора.
Оно напоминает мне о дверях,
таких полезных и нужных.
– Дора, могу быть с вами честным?
– О, нет, ненавижу разговоры по душам.
Скажите голосом Джипа.
Правда?
Я сгораю от радости при виде вас.
Я люблю ваши волосы, люблю ваши…
Извините.
Да, нелепо вышло.
Я вас боготворю, я поклоняюсь вам.
Если умирать за вас, лишь скажите…
– Нет, не умирайте.
Если вы умрёте, то пропустите
новый трюк Джипа.
Голос.
Голос.
Голос.
Дора, я бы хотел попросить вашей…
Мистер Копперфилд,
у хозяйки к вам послание.
Мужчина с воздушным змеем и строгая
дама прибыли и желают вас видеть.
– У меня?
– Да. Сейчас.
– Вы собирались попросить меня…?
– Подождать моей просьбы.
– Тротвуд, я разорена.
– Как замок.
– Поэтому мистер Дик прислал нас сюда.
– Разорены? Как это возможно?
– Словно большой замок.
– Потому что я всё потеряла, Трот.
Как уголь, так и деньги.
– Деньги и уголь.
Мистер Уикфилд не имеет точного
объяснения, но наших денег нет.
Нам пришлось попрощаться с милой
Джанет, запереть дом и покинуть
наш великолепный сад.
Теперь это рай для осликов.
Мои доли резко упали, как
свинцовый помёт с каменного гуся.
На руках осталась лишь одежда,
фарфоровая птица
и Hesperis Diviniana.
– Это растение.
– И мистер Дик.
Это я.
Нет, такого быть не может.
Я больше не позволю свету и добру
стать мраком, как было раньше.
Что ж, не одним нам худо. На улице
стоят повозки двух приставов.
Несомненно, мистер Уикфилд
следил за вашими делами.
– Мистеру Уикфилду хватает проблем.
– Нередко он дремлет в течение дня.
По причине…
Я не имею понятия, что должен
передать этот судорожный жест.
Если речь пошла о злоупотреблении,
вы что, вернулись
к празднеству юности?
– Я развлекал друзей.
– Прошу прощения?
Кажется, их количество достигло
числа жителей целого города.
С этого момента вы больше
не получите на это ни копейки.
Мистер Дик, не могли вы бы получше
разъяснить обстановку?
Да, могу.
Позавчера она заявила:
«Мистер Дик, я разорена».
И я ответил: «Ах так?»
И мы прибыли сюда.
Мало что прояснилось.
В дороге мы пили пиво
и ели сэндвичи.
Вы понимаете, что значит разорение?
Оно значит страдание, нужду и голод.
Боже. Боже.
«Какой земной силой
ты порицаешь меня?
По какому праву?»
Мистер Дик, нам остаётся сохранять
беззаботный вид.
– Да?
– Именно так. Беззаботный.
К стене прилипло
что-то вроде куска мяса.
Что?
Уверяем вас, больше не повторится.
Хотя возникнут проблемы, учитывая,
что я не понимаю, как так вышло.
Безусловно, мы дадим
вам займ на первое время.
Благодарю. Даю слово, всё
будет погашено, как только…
Что-то выяснится?
При всём уважении, мистер…
Извините.
При всём уважении, мистер Уикфилд, я
считаю нужным более трезвое решение
при рассмотрении займа такого рода.
Я трезв.
Мистер Копперфилд, боюсь,
займ невозможен. Извините.
У вас есть полномочия, Юрая?
Да. И я мистер Хип.
Уикфилд и Хип.
Мы компаньоны.
Агнес, не могли бы вы..?
Мы пьём за цепкие руки мистера Хипа,
крепко сжимающих румпель.
Каждому, мужчине или женщине,
выгодно сотрудничество.
Разве я не прав, Агнес?
В тяжёлые времена мы вынуждены
поступать, как требуется.
Пирожное к шерри.
Как аппетитные бильярдные шары.
Матушка, ты видела?
О, Юра.
– Они не в своём уме.
– Дайте выпить мистеру Уикфилду.
Я встречал их раньше.
Без контроля они заполнят собой всё
и задушат всю жизнь и радость в этом доме.
Их нужно остановить, Агнес.
– Боюсь, для этого уже поздно.
– За сотрудничество!
– Сотрудничество.
Во мне слишком много скромности
для заявления, что я спас эту фирму, но…
Юрая много сделал для нас.
Верно. Он разнообразил свою
деятельность в мелких владениях.
В лондонских местах, о которых
сразу и не вспомнишь.
И одно из таких для меня?
Ваше новое жилище.
Возможно, здесь не так просторно,
но место соответствует вам,
учитывая обстоятельства.
Нет у меня никаких обстоятельств.
Разумеется.
– Мы хотя бы не потеряемся.
– Змея здесь не запустить.
Конечно, в доме змея не запустить.
Ветра-то нет. Верно?
Именно.
Преклоняюсь перед вашим опытом.
Может, змея ему не запустить,
но прихлопнуть раздражителя – ещё как.
Что ж, приятного новоселья.
Если возникнут проблемы, рекомендую
самостоятельно с ними разобраться.
– Вот негодник.
– Всё обойдётся.
Подайте мне эля. Намного лучше
вина, не такой противный.
Я предлагаю внести свой вклад.
– О, Мистер Дик.
– Правда?
Вот.
Я бы жил взаперти
и жил весьма унылую жизнь,
если бы вы меня не приняли,
как друзья Дэвида приняли
сироток в Ярмуте.
Постойте. Ярмут. Какой сегодня день?
– Я знаю. Среда.
– Сегодня вторник, Трот.
Вторник? Я должен встретиться со
Стирфортом и отвезти его в Ярмут.
Он будет ждать.
Но я могу отложить поездку.
Нет, не стоит. Поезжай.
А мы с мистером Диком пока…
Мы превратим эту мышиную дыру
в самую желанную в Лондоне.
Извините! Простите!
Извините, мэм!
Извини за опоздание.
Задержался дома.
Живу я здесь.
Две сумки? Какая расточительность,
учитывая плату, что берут извозчики.
О, нет, здесь грязное бельё
для моей экономки.
Любопытное соглашение.
Пора спешить на Spread Eagle.
Вагон отходит через 10 минут.
– Тебе понравится ковчег.
– С людьми-лобстерами?
Да, они суровы,
но само жилище
прекрасно для созерцания.
Какое восхитительное место.
Я помню его более красочным.
Пегготи?
Здравствуй! Дэви.
Надо же!
Как ты вырос.
Всё хорошо, мальчик мой?
Всё хорошо. Я…
Да, в полном порядке, благодарю.
Это мой приятель, Джеймс Стирфорт.
Этот парниша вас обожает,
я могу сказать, что всё знаю о вас.
Пегготи, большая честь
наконец встретить вас.
У вас очень приятный голос.
– Какой светлый сюртук.
– Это порча. Сэвил Роу.
Лондонская мода.
Он нас этим знатно извёл в детстве,
и мы им сильно гордимся.
Вы говорите на диалекте, да?
Поразительно, как один язык
меняется в разных уголках страны.
Можем написать, если сложно
для понимания. Писать мы умеем.
– Идём за мной. Это самая…
– Осторожно!
Эта та идеальная комнатка,
о которой я говорил.
Пригнись!
Миссис Гаммидж прихворала.
Из неё выходит больше, чем она ест.
Так, дорогая?
Говорят, это невозможно.
Но как видишь.
– Смотри, кто приехал, Эмили.
– Дэви!
Пригнись.
– Как ты?
– Рада тебя видеть, Дэви.
Мой приятель, Джеймс Стирфорт.
– Рада познакомиться, сэр.
– Эмили.
Дэйзи рассказывал о том, как ты любишь
взбираться на мачты парусников.
Оттуда видно за версту.
Девушки собираются на бал
в поместье Броустон.
Вы назвали Дэви Дэйзи?
Это диалект?
Еды нет, не ждите, что вас накормят.
– Есть еда.
– Рыба.
Полагаю, вы с Хэмом
уже женаты пару лет.
– Нет.
– Помолвлены, но не женаты.
Мы копим средства.
Решаем, где будем жить.
Хотим жить здесь,
построим себе ковчег
в нескольких ярдах от побережья.
Или ещё дальше.
Конечно. можно уйти
хотя бы за километр.
О, Пегготи.
Боюсь, меня сейчас стошнит
в буквальном смысле.
Ничего. У нас песок вместо пола.
Я за ведром. Простите.
– Я возьму багаж.
Пригнись!
Рад был узнать вас поближе.
Ещё увидимся.
Корма совсем как новенькая, друг.
Великолепно.
Любопытно, как почти сразу
и без малейших усилий
Стирфорту удалось очаровать
и обхитрить моих ярмутских друзей.
Управляющий повернулся
ко мне и сказал:
«До вас этим полотенцем
вытиралось 30 человек,
но вы первый жалуетесь,
что оно грязное».
– Погляди на него.
– Он быстрее меня.
– Какая работа ножом, мистер Стирфорт.
– Благодарю. Недалеко до убийцы.
Прекрасная работа.
Стирфорт, Хэм и Эмили
подтвердили мои догадки –
все любят Джеймса Стирфорта.
Все, кроме самого
Джеймса Стирфорта, дружище.
Тебе хватит денег
заплатить за выпивку?
– Более чем.
– Уверен?
Да, уверен.
Пообещай мне, Дэйзи, прошу,
ты запомнишь меня в лучшей форме?
Пообещай лишь это.
Конечно. Ты неважно выглядишь.
Почему ты вдруг помрачнел?
– Споём?
Да!
Ваша последняя ночь.
Буду скучать по этому убранству.
Вот так.
Теперь можно побыть наедине.
– Сейчас только так.
– Я знаю, мой милый.
Сначала у тебя не было ничего,
затем появилось, теперь снова ничего.
Значит, всё наладится.
– Хотелось бы верить.
– Дядя!
Видели селёдку с нетронутыми кишками?
– Дядя.
– Что Эмили затевает?
Дядя, Эмили написала вам письмо.
«Дорогой дядя,
когда ты, любящий меня больше, чем я
этого заслуживаю, прочтёшь это,
я уже уйду
и не вернусь, пока он
не сделает из меня леди».
– Эмили.
– И Стирфорт.
Они плывут на его лодке.
Мы отправляемся утром,
и я молю тебя не преследовать нас.
Хэм, ты полюбишь девушку,
что будет тебе верна.
Эмили! Эмили, прыгай!
Нет, Хэм!
Позабудь меня,
словно я давно предалась земле.
Стирфорт!
Извести мать,
она должна знать, где они.
Не ищи меня.
Не разыскивай.
Отныне я тебя не знаю,
даже если отыщешь.
Он сделает из меня леди.
Леди?
Она ниже его по положению. Леди!
Прошу?
Я совсем не замечал
в вашем сыне снобизма,
в вас я вижу своенравность
и непреклонный дух, мадам.
Прошу прощения?
Вы видите это?
– Это чай.
– И здесь, и здесь, и здесь. Чай.
Каждую среду мы с Джеймсом пьём чай.
Этот чай не будет убран
до тех пор, пока он не вернётся.
Сервиз будет его ждать.
Что ж, к тому времени он остынет
и испортится. Ухожу.
Касаемо неё,
если ей нужны были слова утешения
на смертном одре,
я бы ни за что не разошлась.
– Вас подвезти, сэр?
– Нет.
Я СПРАВЛЯЮСЬ СО СВОИМИ ТРУДНОСТЯМИ
Знаю, что вы скажете.
Не беспокойтесь за мой ответ.
Я должен признаться…
У меня нет денег.
Я не совсем вас понимаю.
– Я беден.
– Ну и что же?
Но Джипу нужна баранья отбивная
в полдень каждого дня, или он умрёт.
Именно. Так как, любовь моя,
нам брать мясо?
Мой ответ – да.
Я выйду за вас, Доди.
Нужно рассказать папеньке.
Конечно, давай.
Я несказанно счастлив.
– Так он...?
– Да!
Мои поздравления, Дора и Тротвуд.
Какое великолепие.
Вы проживёте счастливую жизнь.
– Жизнь?
– Как минимум, 60 лет.
На улицах слишком людно,
чтобы запускать змея.
Глянь.
Туда нельзя, мистер Дик.
Там живёт портной,
сшивший мне сюртук,
а я всё ещё не погасил
свой долг, так что…
Тогда этой дорогой.
Мистер? Мистер Микобер?
Дорогой друг.
И мистер Диксон, я полагаю?
– Всё хорошо?
– Лучше не бывает.
Как поживает миссис Микобер?
Ещё прекраснее.
Она вон там.
Со счастливым родом иждивенцев.
Вы живёте на улице?
В настоящий момент мы
проживаем на свежем воздухе
со всеми вытекающими преимуществами.
На воздухе намного приятнее.
Каждый приём пищи как пикник.
Хотите дольку?
– Благодарю.
Дэвид Копперфилд. Возможно,
вы поможете мне, мастер Дэвид?
Да. Чем я могу помочь?
Я оставил свою гармошку
у ростовщика на Флорал-стрит.
Хотел бы вернуть, но он
меня знает и заломит гораздо больше,
чем те 6 шиллингов, которых она стоит.
Мне нужен помощник.
– Сколько стоит гармошка?
– Десять шиллингов.
Что, если я предложу шесть?
Нет.
За шесть шиллингов
могу предложить вам удочку.
Разве это гармошка?
– При всём уважении, но разве это гармошка?
– Нет, это не гармошка.
То, что нам нужно, – это гармошка.
Вы обманули меня.
Боже. Вы можете взять
ту чёртову сжатую коробочку.
За 11 шиллингов. Хотя нет.
Двенадцать шиллингов.
Тринадцать шиллингов. Фунт.
Берите за фунт.
Сколько стоит это
блестящее восковое печенье?
О, восковые печати. У них
очень интересная история.
На самом деле… Эй!
– Бежим! Я преступник!
– Гармошка!
Я предпочитала,
думаю, апартаменты побольше.
К сожалению, у нас не было возможности
выразить свои предпочтения.
Я уверена, здесь так тесно
только потому, что Доди копит на замок.
Правда, вы так думаете?
Скоро придёт леди с чаем?
Я принесу немного чая.
Леди не существует.
Мне так жаль это услышать.
А она появится?
Дора, когда я была в вашем возрасте,
я вступила в неравный брак.
С мужчиной.
С тех пор я… горько сожалею.
Мы были слишком молоды
и абсолютно несовместимы.
Мне так жаль,
что вы вышли не за того мужчину.
Это делает меня вдвойне счастливой,
ведь я нашла того самого.
Благослови меня, ты так молода.
– Бог мой, играет слаще, чем прежде.
– Браво.
Что за приключение. Знаешь,
тебе нужно об этом написать.
Пегготи!
Пегготи.
– Дэви, моя картошечка.
Мистер Микобер. Мистер Дик.
– Это Пегготи.
Что привело тебя в Лондон?
– Ну, Дэн и Хэм попросили меня.
Знаешь, они всё это время ищут Эмили.
Эмили!
Они изъездили всю
страну, пытаясь её найти.
Хэм даже отправился во Францию,
потому что услышал, что Эмили
и… того человека видели там.
Сейчас они ищут в Лондоне.
Сузили круг поиска
до нескольких улиц на востоке.
Они найдут её, Дэви.
Я чувствую.
Тяжкая экспедиция.
Я снимаю перед ними то,
что осталось от моей шляпы.
Нужно любить тех, кто вам
помогает, и помогать тем, кто любит.
Поговорка Пегготи.
Вы великодушная женщина.
Мистер Микобер…
С удовольствием.
Где я могу это положить?
Кому что нужно поменять?
Идите сюда.
Мои бумаги… где-нибудь?
А вы… никогда не давали
профессиональный концерт?
Очень проницательный вопрос. Я никогда
к этому не подходил серьёзно.
Пегготи, видела ли ты мои бумаги?
Тебе нужно написать историю
о наших приключениях в ломбарде.
Это была бы потрясающая история.
Я попробую её записать,
если я только найду…
Нет, нет, Трот. Нет, не «попробую».
Ты её запишешь.
Ты писатель, Трот.
– Слышу, слышу!
Где? Я едва могу шевелить локтями.
– Должны ли мы?
– Да, думаю, должны.
Пройдём сюда.
Мы кое-что приготовили
для тебя, чтобы ты мог писать.
Следующая партия детей на горшок.
Вам, наверное, нужно
уединиться, простите. Проходите.
– Небольшая комната.
– Время для письма.
Вот так. Тишина и покой.
– Проходи.
«Дом, построенный из лодки».
«Нарисуй или дом, или лодку».
«Или лодку».
Видишь?
«Видишь?»
Это чай.
«Чай».
– Это чай.
– «Это чай».
Этот чай не будет убран
до тех пор, пока он не вернётся.
«Пока он не вернётся».
Она была умной женщиной.
Она поднесла всё к точильному камню
и отточила так, как отточила своё
лицо и фигуру в течение времени.
ОНА СТАЛА ОСТРА, КАК ЛЕЗВИЕ.
Мистер Микобер,
худой человек среднего возраста,
постоянно таскающий
нечто смешное вместо палки.
Ещё кредиторы.
Его методы избегания кредиторов
были настолько же изобретательны,
насколько и продуманны.
Эй! Я знаю, кто ты!
Иди сюда!
Трудись.
Прокрастинация – это воровка
времени, Дэвид. Хватай её!
«Хватай её!»
На фабрике
поршни кивали,
как унылые сумасшедшие слоны.
Я стал одним из тех, кто
в одиночку живёт в огромном городе,
словно ведро в человеческом колодце.
Вы не можете забрать что-то у
того, кто и так ничего не имеет!
Я заслуживаю большего.
Намного большего!
Мне нужно больше, сэр.
Пожалуйста, сэр.
Моя тётя Бетси была
высокой, жёсткой дамой...
Джанет!
…с быстрыми яркими глазами
и самой доброй и великодушной душой.
Мой разум чист, словно мыльный пузырь!
Мистер Дик двигался так,
будто играл на литаврах.
Пегготи обладала щёчками
и руками столь сильными и красными,
что я всегда задавался вопросами,
почему птицы не клюют её вместо яблок.
Мистер Мёрдстон был жесток.
Никто не был в его мире
так жесток, как мистер Мёрдстон,
каждому приходилось преклоняться
перед его жестокостью.
Каждому, кроме Джеймса Стирфорта,
мой дорогой друг.
Меня поразило в нём
его страстное уныние.
Очень уверенный в себе юноша.
Юрая Хип кружился, словно стервятник,
жирея в нашей компании.
Я в восторге от знакомства с вами,
мастер Копперфилд.
«Мастер Копперфилд».
С глубоким почтением.
Словно он живёт у тебя в носу
и норовит попасть в дом.
Агнес.
Да.
Агнес. Агнес. Агнес.
Выглядишь поразительно.
Я влюблён. Абсолютно.
Они заполнят собой всё и задушат
всю жизнь и радость в этом доме.
Их нужно остановить, Агнес.
Неделями Агнес
с тщательной заботой наблюдала
за всеми движениями Хипа.
Наконец, она зашла в наше
пристанище в приподнятом настроении.
Дверь была открыта.
Это чей-то мальчик?
Думаю, да, это один из наших.
Боже мой. Как много людей.
А пол выдержит?
Мисс Тротвуд, у вас есть
письмо с подписью моего отца?
Секунду. Секунду.
– Агнес, что-то не так?
– Наоборот, всё скоро будет в порядке.
Думаю, вот оно. Вот.
Да.
Судьба Юраи Хипа в этом письме.
Но мне нужна ваша помощь.
Подойдите поближе.
– Подходим, подходим.
Мистер Копперфилд, мисс Уикфилд.
Два поля.
Не пустуют, надеюсь.
– Умён.
– Утомителен.
– Да, я была добра.
– Не слишком заняты, Юрая?
Мистер Хип весьма занят.
Выполняя работу за двоих, к сожалению.
Хорошо, мистер Хип, мы пришли с вами
поговорить об инвестициях мисс Тротвуд.
– Ещё люди. Это приём гостей.
– Совсем не похоже на приём.
Должен ли я приготовить чащу пунша?
Нам нужен лимон. Мисс Тротвуд,
выглядите так, будто сосёте один.
Ты, парниша…
Мистер Хип, вы украли мои деньги
и присвоили средства этой фирмы.
Клевета.
Кто-то ещё хочет меня опорочить?
– Я хочу!
И я.
Я сообщаю вам,
что ради собственного
материального достатка
вы подделали документы,
чтобы ввести в заблуждение человека,
которого я обозначу просто как мистер У.
Уикфилд?
– Возможно.
– Докажите.
Чтобы доказать, нам нужен
доступ к некоторым документам.
Но, Агнес, где же нам
найти эти документы?
Думаю, раньше они были в этом бюро.
То, что вы сделали, лишь доказывает,
что вы воры. Вы украли мои документы.
Украли? Дочь мистера Уикфилда не может
прибраться в документах своего отца?
– Документы были в закрытом ящике.
– Я прибираюсь с энтузиазмом.
Ты украл у этой дамы
дом, тупая маленькая репа.
Мистер Дик, что думаете?
– Лебеди.
– Где?
Лебеди?
Лебеди?
Я изучил подписи, и когда
мистер Уикфилд пишет своё имя,
У выглядит как лебедь.
А когда мистер Хип
подражает его подписи,
У выглядит как ванна.
Вы подделали мою подпись!
Вы источник этого бедствия, Хип.
Будьте вы прокляты тысячу раз.
Беру слова назад.
Тысячу четырежды.
Агнес, если вы любите
своего отца-болтуна,
вы покинете эту шайку
и выйдете за меня.
Я всё равно всё разрушу.
– Никогда.
Юра, соблюдай условия.
Будь смиренным.
Нет, матушка!
Ни за что! Никогда больше!
Никаких больше
стягиваний шляп, расшаркиваний.
Зная наше место
и унижаясь перед вышестоящими!
Не могу больше так!
Знаете, чего я хочу?
Что? Смирительную рубашку? Мужа?
– Мой дом.
– Я этого так и не получил.
Вы и вам подобные вечно ненавидели
меня и таких, как я. И кто вы?
Набор людишек.
Вы, Копперфилд, были чистейшей мразью,
пока кто-то не обращал на вас внимание.
Вы, миссис Т, мрачная старая женщина.
Не удивительно, что ваш
старик сбил вас с толку.
Разбейте ему голову тортом.
И на случай, если сразу не поняли,
вы уволены, без отлагательств.
Вы всегда были высокомерным щенком,
бегающим, словно хвост,
за пальто того несносного
существа, что называло вас Дэйзи.
Тротвуд.
– Дэви.
– Доди.
Меня зовут Дэвид Копперфилд.
Прощаю вас, мистер Копперфилд.
Не вам кого-либо
прощать, мистер Хип.
Не так ли, Джип?
Да.
Что она здесь делает?
У меня нет причин быть здесь.
Меня там не было.
С Хипом всё произошло
вчера, я уезжала.
Знаю, но я пишу это сейчас
и хочу, чтобы вы там были.
Боюсь, я неуместна.
Хочу, чтобы вы были
во всех моих историях.
Нет, мне это не подходит.
Вычеркните меня оттуда.
Но я всё ещё хочу как-то помочь.
Могу я подержать ваши ручки?
Дайте мне знать, когда понадобится новая.
– Да.
Я правда не вписываюсь.
Вычеркните меня, Доди.
– Дэви!
– Да.
Тебе нужно пойти прямо сейчас.
Думаю, мы нашли Эмили.
Кто-то видел её в этом здании.
Надеюсь, она здесь.
– Это карета миссис Стирфорт.
– Значит, её сын с ней?
– Эм?
– Эмили?
– Эмили, моя любовь, Пегготи здесь.
– Эмили?
Эмили?
– Мы здесь.
– Эмили?
Ты когда-нибудь
думала о доме, что разрушила?
Конечно.
Ежедневно.
Бедный дядя.
– Не твой дом.
Его. Мой.
Вуаль стыда нависает надо мной из-за того,
что ты заставила моего сына сделать.
Где он?
– Я не знаю.
– Я её слышу.
Сюда. Эмили!
– Бесполезное создание!
– Она здесь.
– Ответь мне!
– Оставьте меня!
– Полагаю, вы хотите вернуть выброшенную игрушку.
Она была просто безделицей,
заняться на часок!
Хватит, мадам. Это мерзко.
Когда Джеймс был
честен, он любил меня.
Я покину это место только тогда,
когда узнаю что-то о сыне.
Поняли меня?
– Скажи ей, Эм, пусть идёт. Пожалуйста.
Пойдёмте-ка отсюда.
Кажется, этот дом скоро сдует.
Надвигается сильный шторм.
Нам лучше уйти прямо сейчас.
Скажи хоть мне, Эм,
если не хочешь ей говорить.
Этот змей с тобой?
Нет.
Он сбежал от меня.
Во Франции.
Стирфорт бросил тебя?
Я не пара тебе.
Я никому не пара.
Запомни во мне лишь лучшее.
Как ты можешь так поступать
и называть себя мужчиной?
С тех пор я здесь,
боялась, что меня не простят.
Любовь моя, конечно простим.
Ты не знаешь, Стирфорт
не собирается возвращаться?
Собирается.
Завтра ночью.
Причалит в Ярмуте.
Он хочет извиниться, Дэви.
Завтра? Сумасшествие.
Буря будет на пике. Это самоубийство.
Давайте, нужно помочь!
Быстро!
Поторопитесь!
– Что произошло?
– Крушение, сэр.
– Сколько внутри, сколько выплыли?
– Двое выплыли.
Второго вытаскивают.
Ещё как минимум один.
– Это Стирфорт.
– Друзья, помогайте.
Дайте верёвку. Я пойду за ним.
– Пожалуйста, нет.
Хэм, ты не можешь.
Ты же знаешь, кто это.
Если моё время пришло, то пусть так,
но я не буду смотреть, как умирает
человек, даже если это он. Верёвку.
Привязываем.
– Приятель, я не хочу, чтобы ты это делал.
– Хэм!
Хэм!
– Он будто насмехается над нами.
– Нет.
Не над нами. Возможно над собой.
– Давай, Хэм!
– Хэм!
Стирфорт!
Нам нужно уходить!
Стирфорт, подойди ко мне.
Дай руку.
Стирфорт!
Он исчез под бурной пеной.
Я стоял…
...не способный сделать и шаг.
«Он жив?» – спросил я.
Он был всем.
Я хотел, чтобы он выжил,
Дэви, неважно, что он сделал.
Но, Господи, молюсь Богу, лучше бы
ты вообще его сюда не привозил,
в наш мир, который он разрушил.
Я привёл тебя сюда.
И Эмили. И миссис Гаммидж.
Тебе есть о чём подумать, Хэм.
В этом нет вины Дэви.
Эм.
Нет!
У меня больше ничего не осталось,
что можно было бы рассказать.
Кроме того, правда,
что я должен признаться:
этот рассказ – не просто выдумка.
На самом деле,
это записи о моих воспоминаниях,
где потеря и любовь
всегда живут друг около друга.
Агнес, я иногда в своих
рукописях могу говорить…
Я буду любить тебя всю свою жизнь.
Эти люди столь же реальны,
сколь и сама Земля.
И моя самая главная надежда в том,
что я стану хоть вполовину
сильнее и мудрее, рассказав их историю,
как сделали это они, прожив её.
Благодарю.
Привет. Привет, моя маленькая.
Привет.
Привет.
Ты улыбаешься?
«Змеить», глагол. Очень здорово.
Всё в порядке, мастер Дэви?
Знаешь, в твоей книге мог бы
сделать меня помоложе и повыше.
Он написал, что в вас 20 лет и футов.
– Правда?
– Он не прочитал её, Дэви.
– Но вы её прожили, мистер Пегготи.
– Это точно.
– Бетси.
– Тротвуд.
Вы спасли мне дом,
а я даже не знаю, как отблагодарить.
– Ослы. Здесь…
– Нет, нет, нет.
Нет.
Отложим пока ослов.
Поздравляю с книгой.
Даже странно подумать,
что мои слова купили этот дом.
Прекрасное изображение
этого злодея Хипа.
Думаю, мы оба играли очень
умело, ты и я, пытаясь поймать его.
– Да, отлично сработано.
– Ага.
Миссис Микобер.
Мистер Микобер.
Я рад, что вы смогли приехать.
Дэвид-младший.
Вы спасли меня, Уилкинса
и моих милых ангелов от улиц.
Нет, что вы. Ваше присутствие
в моей книге оплатило с лихвой.
К счастью, у меня есть
оплачиваемая работа сейчас,
что позволило нам свободно
совершить путешествие до вашего дома.
Стоимость была…
– Ну, мы едва покрыли затраты.
Да, едва…
Держите, мистер Микобер.
– Вексель.
– Да.
Не нужно.
– С написания книги?
– Да.
Не беспокойся.
Ты всё сможешь.
Дорог на пути будет много.
 

////////////////////////////