Красная зона (1-50 серия, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала
Режиссёр: Игорь Ромащенко, Всеволод Аравин, Борис Рабей, ...
Красная зона – это не зона коронавируса, куда разрешён вход только
врачам. Это зона, куда врач заходить не должен – зона равнодушия и
апатии, зона коррупции и рвачества, трусости, жадности и подлости. На
пути к этой зоне стоит главный герой – в прошлом подполковник
медицинской службы ВС РФ, а ныне хирург Иван Андреевич Хлебников, роль
которого исполнит российский актёр театра и кино Константин Стрельников.
Его герою предстоит спасать не только пациентов, но и врачей от такой
болезни, которую не вылечить ни вакциной, ни аппаратами ИВЛ.
Все фразы и цитаты
Серия 1
-Что ты заладил: то надо, это надо?
Нет у меня сейчас денег на вывоз
мусора. В пятницу два МАЗа подойдут,
загрузятся - и вывезем.
-А труба? Закрепить надо - опасно.
Подпорка не держит совсем.
Зачем клали?
Сразу вывозить надо.
-Умный очень? Куда она денется?
Ты ее с места не сдвинешь.
Видал? До пятницы полежит,
ничего с ней не сделается.
ГРОХОТ
КРИК
СТОНЫ
Пальцем на небе нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы!
Их глаза неумолимы и божественно
прекрасны -
лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век тебя вынесут
ангелы, ангелы, ангелы.
-Не, ну это свинство -
в 11 закрывать.
-Тихо-тихо-тихо, стой.
Серега, ты чего?
Так, сюда.
-Может быть, мы
11 лет не виделись.
-12.
-Тем более.
-Пошли. Пошли-пошли-пошли-пошли.
-А знаешь что?
А мы сейчас ко мне завалимся.
Прости господи,
коньячку возьмем.
О! И девочек пригласим.
-Девочек?
-Угу.
-Каких девочек-то?
-Каких, Вань, приличных. Каких?
-Серег...
-Чего?
-Коньячку тебе достаточно.
-Почему? Тебя дома ждут?
-Нет.
-И меня нет.
-А у меня и дома-то нет.
-О как...
СМЕХ
-Давай.
СМЕХ
-У меня остановишься.
-Не, я пошутил. Все в порядке.
-А я нет.
Оставайся, Вань.
Мне такие, как ты, во как нужны.
-Зачем? Бумажки перебирать?
-Зачем? По профилю. Я сейчас в силе,
многое могу. Квартиру тебе сделаем.
-Ох ты!
-Обустроишься, осядешь наконец.
Таких делов натворим.
-Знаешь, что мне сказали врачи?
-Ну?
-"Хлебников, отдыхай".
-Отдыхай! Ты ж не умеешь, Вань.
-Я научусь.
-Ну и черт с тобой.
-Серега...
-Давай хоть подвезу.
-Не-не-не, я тут рядом.
Все нормально,
я дойду. Созвонимся.
-А чего приезжал-то, Вань?
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Мужик! Тебе, тебе говорю.
Не поможешь?
Давайте! Надо трубу приподнять,
чтоб я его вытащил.
Давайте, мужики, и - раз!
-Сколько же он так лежит?
-Часа 4 лежит. Он на арматуру упал,
насквозь его арматура пробила.
-И - два!
-Стойте! Нельзя его поднимать.
Ты что же, сюда 4 часа ехал?
-Как вызвали, так и приехал.
Полчаса не прошло.
Ты помогать будешь или трепаться?
-Да погоди ты, нельзя его поднимать.
-Ты не охренел?
Мужики, не слушайте его.
-Ты такое слово "некроз" слышал?
-И чего?
-При синдроме длительного сдавливания
в кровь попадает 75% миоглобина,
70% креатинина, 66% калия
и 75% фосфора. Примерно. Куда это
все хлынет, когда мы ногу освободим?
Напрямую в почки. Ты его до больницы
не довезешь.
-Ты кто такой?
-Жгут давай. Потом познакомимся.
Мужики, несите болгарку. Пилить
будем, все равно не поднимем.
Давай сюда.
ЖУЖЖАНИЕ ПИЛЫ
-Теперь чего? Слышь?
Кто ты там. Делать-то чего?
-Арматуру вынимать нельзя -
так повезем. Носилки давай.
-Володь, носилки.
-Так, осторожно.
Приподняли аккуратно, понесли.
Так. Перчатки давай.
-Посадят меня, как есть посадят.
-Не ной. Плазма есть?
-Один пакет всего.
-Будем использовать его же кровь.
Физраствор, катетер, шприц...
-Твою же мать!
-Держи! Физраствор еще есть?
-Есть.
-Как только этот наполнится,
сразу вводим обратно. И так все
время, пока не довезем. Понял?
-Как?
-Внутривенно.
-Да... ага...
-Что здесь происходит?
Это закрытая территория.
-Начальник?
-Труба катился, Махаббат вскочил.
Упал на арматуру. А начальник
не давал скорую вызвать.
Сказал: несите его дальше на дорогу.
-Этот пострадавший, он у нас
не работает. Слышите?
Никакого отношения -
в любом суде докажем.
Шатаются тут всякие,
а мы отвечать должны?
-Ладно, он не давал. А вы 4 часа
смотрели, как ваш земляк умирает?
Боитесь вот эту сволочь? А стройка,
между прочим, объект повышенной
опасности.
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
Один катаешься?
-Так ковид же. Бригад не хватает.
-Ясно. Куда везем?
-В Первую ЦКБ. Больше некуда.
-Угу... судьба.
-Чего?
-Да не. Ничего.
Готовьте операционную.
Адреналин ноль-пять.
Промедол внутримышечно.
-А еще чего готовить?
Это кто тут раскомандовался?
-Он врач, знает, что говорит.
-А, врач...
-Без него бы не довез.
-По ноге провести первичную
хирургическую обработку.
Фасциотомию бедра.
Стабилизацию отломков.
Возможно, задета
почечная артерия.
Хирург? Ты оперировать будешь?
-Я уж не знаю...
Может, ты? Откуда вез?
-С Колыванова.
-Со стройки?
-Ага...
-А если он ковидный?
Это же гастер, они там всей
кучей без масок и защиты сутками.
-То есть сутками по ночам
работать - у них "короны" нет,
а как только подыхать,
сразу нарисовалась?
-Значит так, вези его в 9-ю,
они за них отвечают.
-Да не довезет он! Давай, делай
тесты. Градусник ставь, томографию.
Сам стоит без маски, без перчаток.
"Короны" забоялся!
-Да от него же пахнет. Может, ты сам
с ним выпивал? А потом его арматурой
ткнул? Охрана!
Погодите...
Что это было?
-Нокаут.
-Уже второй за ночь.
Может, и не врач он? Может, боксер?
-Да врач он, врач.
Я его помню.
Он хирургом у нас в Первой ЦКБ
практику проходил. Давно не виделись.
-Так что делать-то,
Алексей Викторович?
-А ты не слышала?
Пусть готовят операционную, адреналин
ноль-пять и промедол внутримышечно.
Быстрей, быстрей!
-Ну что, Эльвира Рафаэловна,
как настроение?
-Рабочее, Сергей Анатольевич.
-Готовы возглавить коллектив
Первой ЦКБ? Или какие-то сомнения?
-У меня нет, вот у вас...
-С чего бы?
-Главврач Лаврентьев -
человек Минздрава области.
Бородина с утра у мэра
в кабинете выкисает.
Решил меня под танк бросить?
-Конечно, риск есть. А ты как хотела?
-Если меня не утвердят, Лаврентьев
меня ни за что не простит.
Куда я тогда?
-Сколько лет ты меня знаешь?
Я от своих слов не отказываюсь.
Сказал - сделаю. Не волнуйтесь!
Мы вас в обиду не дадим.
А с Лаврентьевым вопрос решен.
-А я так не считаю.
Ошибки есть у всех.
Главврач Лаврентьев -
опытный специалист.
Под его руководством
Первая ЦКБ достигает...
-Ирина Николаевна! Лаврентьев
дела свои в больнице крутит.
А вам в Минздрав высокие
показатели отправляет.
И сейчас бы прокатило.
Да вот беда! Кстати...
Главная городская новость.
Каждый час крутим. Полюбуйтесь.
ПО ТВ: -Вчера стало известно
о новой жертве КОВИД-19.
Здесь, в Первой ЦКБ,
можно сказать, на боевом посту
погиб талантливый хирург-травматолог
Иван Ильич Трофимов.
-Когда выяснится, сколько он коллег
на боевом посту перезаражал,
да сколько ковида разнес по больным -
с кого тогда спросят,
с вас или с мэра города?
-Вадим Андреевич, никто с себя
ответственности не снимает.
-Ирина Николаевна,
цена вопроса копеечная.
Вовремя маски, халаты,
дрянь дезинфицирующую подвезти.
Ведь в феврале было понятно,
что амба! Что не подготовиться-то?
-Минздрав предупреждал
Лаврентьева еще 11 февраля.
-Ну вот...
-Разослал все инструкции.
И доктор Трофимов был
в группе риска по возрасту.
Его были обязаны
отстранить от должности.
-Ирина Николаевна, я понимаю,
за своего человечка радеете.
Но ковид - это не просто заболевание,
это фронт,
на котором мы почти одержали победу.
А тут такое...
А на фронте что самое главное, а?
Нет, это в танке. А на фронте
главное - в штрафбат не попасть.
Сергей Анатольевич, есть кандидатура?
Докладывай.
-Учитывая ситуацию,
сложившуюся в коллективе,
и необходимость быстрых,
адекватных мер,
предлагаю должность
главврача Первой ЦКБ
предложить заслуженному мастеру
своего дела, заслуженному врачу,
высокому профессионалу, человеку,
имеющему хозяйственный опыт...
-Вот именно - крепкий хозяйственник.
С устойчивой психикой,
что по нынешним временам
дорогого стоит.
Так что, думаю, крепкий...
крепкий должен быть мужик.
-Мужик?
-Возможно, у Сергея Анатольевича
другое мнение?
Или у него просто нет
на примете такого мужика?
-Отчего же нет?
Есть.
Он что, всю ночь
в наручниках просидел?
-Буйный. Два нокаута за ночь.
-Тебе же врачи вроде
отдыхать велели? Отдохнул?
Если пострадал кто-то
из ваших сотрудников,
Горздрав берет лечение на себя.
-Если бы кто из моих пострадал,
хрен бы я его выпустил.
А прораба на стройке лечить придется.
-Какого прораба?
Как тебя на стройку занесло?
-У меня и заява на него лежит -
челюсть мужику свернул.
-Ну, это еще разобраться надо.
-Я уже разобрался.
-Ваня!
-Вот видите.
-Товарищ шутит.
-Какие шутки? Я при исполнении.
-Понимаю, поэтому бонусом,
так сказать,
прилагается лечение
в лучшей платной клинике города.
Для всей семьи. Стоматологические
услуги входят в страховку.
-Ну, раз сам Горздрав просит...
Выходит, обошел вас Заславский.
-Обошел?
Мы не на скачках,
Валерий Станиславович.
И я вам не кобыла.
-Да...
-И нечего тут вздыхать,
это ненадолго.
-Думаете?
-Знаю.
Не первый год в эти игры
под ковром играю.
Нет у него никого.
-В смысле?
-Да в прямом.
Нет кандидата на эту должность. Блеф.
-А Алабина?
-Хотел.
Да мэр ему все карты спутал.
Ну, вы сами-то верите,
что эта рафинированная дамочка
Первую ЦКБ вытянет?
Вот!
В вашем-то хозяйстве
сам черт ногу сломит.
-В нашем...
В нашем хозяйстве.
-Успокойтесь, Валерий Станиславович.
Я потерей памяти не страдаю.
-А мне что же прикажете делать?
-Ничего. Идите домой.
И ждите.
-Думаете, прибегут?
-Еще как.
А вы пока отдохните хорошенько.
Нервы успокойте, ну,
коньячок, там, вискарик.
Но без фанатизма.
И пусть теперь Заславский повертится.
-А больница?
-Чем хуже, тем лучше.
Без вас за 3 дня здесь все рухнет.
Никто из ваших замов,
уж простите, не справится.
А мы посмотрим...
из какого кармана Заславский
вынет своего мужика.
Крепкого
хозяйственника.
УСМЕХАЕТСЯ
Да еще и с устойчивой психикой!
-Да, с неустойчивой психикой
неувязочка вышла.
-Да не говори, самому стыдно.
Наладился кулаками махать.
-Особенно когда 150 грамм махнуть.
-Тоже правда.
-И часто ты стал по 150?
ВЗДЫХАЕТ
-Так, когда накипает.
Нет, ну, он...
Врач он или где?
Откуда только повылезали эти медики?
-Из жизни, Вань, из такой вот жизни.
Часто у тебя накипает?
-Что ты докопался, как отдел кадров?
Не пью я, не пью!
Накипает часто.
Чем дальше, тем больше.
-Накипает у многих, Вань.
Как сделать, так сразу никого нет.
А ты возьмись.
Сам сделай правильно.
Не чужой же город.
-Опять он за свое!
Да мой город, мой.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Не узнаю я его только. Люди другие.
-Да.
Когда?
Куда повезли?
Понял, еду.
-Неприятности?
-Нет, Вань, беда.
-Остановите.
Вы меня слышите?
В 3-ю операционную.
-Тяжелых много?
-Четверо. Один скончался по дороге.
Готовим операционные.
И 12 человек травмы по несрочной.
-Сколько?
-Будут еще. Тяжелых к нам везут.
Мы ближе всех к аварии.
Сергей Анатольевич,
оперировать больше некому.
-Так, сынок,
ножку-то сможешь поднять?
-Угу.
-Давай, попробуй.
Вот так, аккуратно.
-Здоровенная фура
на встречку прям в лоб.
Он наш ПАЗик как коробку спичек снес.
Аж сразу...
Ну, ПАЗик - что там
от водилы-то могло остаться?
А потом - в кювет... Ай, больно!
-Закрытый перелом наружной лодыжки.
-Это вы без рентгена определили?
-Нет, рентген, конечно, необходим.
А еще ручная репозиция, иммобилизация
в задней гипсовой лонгете.
-Это кто?
-Это завхоз.
-Кто? Так.
Внимание всем!
Я глава Минздрава города.
Дежурной бригаде
немедленно навести порядок!
Прекратить панику
и начать принимать пострадавших.
Кто оперирует?
Антонов - многочисленные
проникающие,
Говулян - многоскольчатый
перелом бедренных костей,
Плющев - осложненный перелом
позвонков, Туридзе - плановая.
-У вас ковидное отделение,
красная зона.
Какие плановые операции?
-Нейрохирургия, там осложнения.
-Понятно. Где Хлебников?
-Как тебя зовут?
-Рядовой Спесивцев.
-А имя есть у тебя?
-Есть. Ваня.
-О! Видишь, я тоже Иван.
Все нормально будет у тебя, тезка,
не дрожи. Иванам вообще везет.
А когда два Ивана встретились,
везет вдвойне, веришь?
Ну что, так и будем ходить?
Или начнем работать?
-Чего?
-Лидокаин, повязка Дезо
и рентген правого плечевого сустава.
И все быстро!
-Много тут вас, начальников.
-Слушать и выполнять!
-Со слухом плохо?
Понял - лидокаин, повязка Дезо.
-Еще трое тяжелых.
-Нету хирургов, нету.
Где я тебе их возьму?
-Ну а другие больницы? Чего
они в госпиталь военный не везут?
-Открытая черепно-мозговая,
не довезем.
-Я по закону не имею права
это делать!
Это подсудное дело!
Кто я здесь такой?
-А вчера были посмелее,
Иван Андреевич.
-Встречались?
-Встречались, встречались. Пошли.
-Все, Вань, кончились разговоры.
Привезли.
-Под твою ответственность!
-Вика, что происходит?
-С утра, слышала, Лаврентьева сняли.
-Поэтому к нам потоком везут
раненых солдат?
-Живем как на подводной лодке,
ничего не знаем.
-На трассе ПАЗик
с военными перевернулся.
Мы ближе всех,
Елизавета Владимировна.
Под тяжелых
все 4 операционные задействованы.
-А легких-то зачем? Неужели
они не знают, что у нас карантин?
-Что им скажешь?
Военная логика.
Ехали одной колонной
и везут одной колонной.
Компактно, чтобы не потерялись.
У них еще анестезиологов не хватает.
-И что? Ты с красной зоны прям
в операционную пойдешь?
-А что делать?
Елизавета Владимировна,
нет инструкций на такой случай.
-Мы одни, что ли, в городе?
Но это же уголовщина!
-Понимаю. Вас не предупреждал,
ответственность моя.
-Мал еще - ответственность на себя
брать.
У нас на ИВЛ все штатно?
-Угу.
-Ладно, иди с богом.
Иди, иди.
-Потерпите, мужики, потерпите.
-Здравствуйте.
ВСКРИК
Тихо, тихо, тихо.
Вывих локтевого сустава.
Задняя гипсовая лонгета от кисти
до верхней трети плеча.
-Потерпите, мужики, потерпите.
Потерпите, родные.
-Закрытый перелом лучевой кости.
-Гипс готовить?
-Если бы... Сначала закрытая ручная
репозиция отломков.
-А что это?
-А это, боец, праздник.
Считай, дембель у тебя.
Так что потерпи, родной. Анестезию!
-Сергей Анатольевич!
-Что-то случилось? В операционной?
-Нет. А кто там, простите, оперирует?
-Ну, раз оперирует - значит, врач.
-Понятно.
-Что вам понятно? Елена Рафаиловна,
я от своих слов не отказываюсь.
-Но и не держите.
-Лаврентьев уволен, но возникли
трудности с вашим назначением.
Да, трудности. У меня, понимаешь,
сейчас огромные трудности.
Только один человек может мне помочь.
Но не хочет.
-Клипсу.
Не стерильна.
Клипсу.
Девочка, соберись, очень тебя прошу.
Дай мне стерильную клипсу.
-Нету.
-Что?
-Закончились стерильные.
Мне же не сказали, сколько.
Я думала, хватит.
-Плохо, что думала. Спрашивать надо.
-Растет внутричерепное.
-Гемостатическую губку.
Это, я надеюсь, у вас есть?
Моем.
А если я амбен попрошу? Это совсем
будет уже чересчур?
-Прошу.
-Это не чай, а чифир прям
натуральный.
-Да где уж... Просто травки такой
цвет дают.
-Травки?
-Ну да, разные - чабрец, земляничный
лист, зверобой.
Вот от души тонизируют.
-Интересный вы завхоз какой-то.
-Щукин Степан Михайлович.
-Степан Михайлович, закрытый перелом
на глаз определяете?
-Что вы хотите? Насмотришься тут.
-И только?
Ну, не хотите, не отвечайте.
Я сам догадался. У Галунова
заканчивали? Ортопедия.
И с Хлебниковым там повстречались?
-Бывало. Пересекались.
-Сергей Анатольевич?
-Что еще?
-Там Следственный комитет приехал
и военная прокуратура.
По факту ДТП опрашивать будут.
-Черт! Хлебников еще оперирует?
-Да.
-Полчаса - делай с ними что хочешь.
Мне нужно полчаса.
-Хорошо.
-Молодой человек.
А, уже не молодой.
Это что?
Дайте сюда.
Это коньяк?
Вы кто?
-Хлебников.
-Это многое объясняет.
Не делайте этого больше,
Хлебников, да?
-Хорошо.
-Туридзе Нонна Вахтанговна.
-Что, так плохо?
-Сегодня - да.
А завтра еще поборемся.
-Добрый день, я следователь Кожухов.
По делу о ДТП.
А это военный прокурор,
подполковник Пашков.
-И что вам нужно?
-Мне нужно опросить хирурга
о проведенной операции.
А вы здесь кто?
-А на кого я, по-вашему, похож?
-Что здесь происходит?
-Сажают меня, Сергей Анатольевич.
-За что?
-А вы кто такой? Выйдите отсюда,
у нас следственное мероприятие.
-Я глава Минздрава города.
-О, прекрасно! Вот и объясните нам,
почему совершенно посторонний человек
в вашей больнице делает
сложнейшую операцию?
-Это что, проходной двор?
Зашел с улицы - и делай что хочешь?
-Вы что-то путаете, товарищи.
Иван Андреевич Хлебников вчера
назначен исполняющим обязанности
главврача этой больницы.
Вот приказ.
Что тут скажешь? Наконец-то этот день
закончился.
Вы... вы все большие молодцы.
Вы... вы справились.
Спасибо вам.
АПЛОДИСМЕНТЫ
Все устали, поэтому перехожу сразу
к делу.
Представляю вам исполняющего
обязанности главного врача
Первой центральной клинической
больницы,
полковника медицинской службы.
Иван Андреевич, подойди сюда.
Героя России и просто моего друга
Ивана Андреевича Хлебникова.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Приказываю в 10:00 начать прием
пострадавших
из числа мирного населения города.
Вопросы есть?
По местам разойтись.
Старший сержант Васнецова.
-Я.
-Вы бы без нужды не шатались
по территории.
-А в чем дело, товарищ подполковник?
-Мутное место.
Низинка, все как на ладони,
нарочно не придумаешь.
-А я уже подумала, что ревности
пошли.
-Какие ревности?
-Ну, такие. Постояла две минуты
с начпотехом.
-Полчаса.
-Вот такие и пошли.
-Кать, не до шуток мне с утра.
Ты меня услышала?
-Но ведь перемирие же.
-Перемирие... Думаешь, они слово
такое знают?
Я сомневаюсь.
У тебя сегодня прием?
-Угу.
-Вот и сиди там тихо, как мышка,
не высовывайся. Хорошо?
-Есть - как мышка,
товарищ подполковник.
-Товарищ генерал-лейтенант!
-Хлебников, сейчас сюда
телевизионщики приедут
снимать открытие госпиталя.
У тебя все готово?
-Так точно. А что, это получается,
мы по телику свое расположение
покажем?
-Ты, давай-давай, приберись здесь,
чтобы все красиво было.
А то понаедут сейчас наши, чужие,
везде полезут снимать.
-Может, нам еще в эфире координаты
выдать?
-Ты не быкуй, Хлебников.
Пусть все знают, что мы сюда
не калечить, а лечить пришли.
-Ну вот, началось.
ВЗРЫВ
БОМБАРДИРОВКА
-Куда?!
Назад, Хлебников!
-Тяжелые есть?
-Одна тяжелая точно.
-Стой!
Катя! Ты меня слышишь, Катя?
Посмотри на меня.
-Как мышка...
-Взяли!
Тихонько.
В ногу, в ногу, в ногу.
ВЗРЫВ
-Значит, будем работать вместе.
Может быть, у кого-то есть вопросы?
Серия 2
ЗВОНОК
ГНЕТУЩАЯ ТИШИНА
ШЕПОТОМ:
-Вера Сергеевна.
Вера Сергеевна, урок кончился.
Русичка померла!
ВИЗГ
-Пальцами на небе нарисованное
облако.
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют белые,
холодные,
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
Их глаза неумолимы и божественно
прекрасны,
лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы, ангелы, ангелы.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да!
-Что да? Отвечайте по форме,
товарищ полковник: "Главврач
Первой ЦКБ слушает".
-Я тебе еще это припомню.
Все, Вань!
НАПЕВАЕТ:
Фарш невозможно провернуть назад.
Давай-давай, принимай дела.
Совет: к Алабиной прислушивайся.
Баба она адекватная, вменяемая.
В курсе всех проблем, понял?
-Понял.
-Только особо не заглядывайся.
Дама она эффектная, но с характером.
-Да пошел ты...
-Этот чертов ковид когда-нибудь
закончится?
Давайте сразу на КТ ее,
и Нарышкину позовите.
-Вам видней, конечно,
но никаких ковидных признаков.
МРТ головного мозга сделать бы
в первую очередь.
-Подозрение на инсульт?
-Давление мы стабилизировали,
но так в себя и не приходила.
-Марин, МРТ головного мозга тоже.
Спасибо.
Эльвира Рафаэльевна, тут учительницу
привезли прямо с уроков.
Да, признаки геморрагического
инсульта.
Да, конечно...
-Постойте!
А вы не наш.
-Интересно, а как это вы определяете
в костюме?
-Я наизусть знаю всех,
кто работает в красной зоне.
Кто вам сюда разрешил?
-Я, собственно, сам себе разрешил.
Нарышкина Елизавета Владимировна,
если не ошибаюсь?
-А, вы Хлебников?
-Так точно.
-Новые спецкостюмы привезли?
Маски, шапочки, дезсредства?
-Не понял.
-Тогда зачем вы сюда пришли?
-Что, не хватает, что ли?
-Если бы от волонтерской помощи
не отказались,
хватило бы до конца месяца,
а так медсестры сами будут стирать.
-То есть как отказались? Кто? Когда?
Что значит стирать?
Как это - стирать?
-Как-как? Руками!
-Там с аппаратом ИВЛ
что-то случилось.
-Что?
-Падает давление.
Не пойму, где утечка.
-Переключай на ручную вентиляцию.
Переключай, что стоишь?
Считай до пяти, снова включай
механику. Посмотри настройки.
-Включать?
-Нет, блин, смотреть!
Отойди.
Так, теперь лови.
Смотри, где аппарат или контур.
Так, настройки.
Выключили, включили.
Нашел.
Незакрытый впускной клапан контура.
-Твою мать...
-В смысле?
-Я же проверял, все работает.
-Работало.
При отсутствии тревоги
низкого давления
вентилятор будет звучать так,
словно работает,
даже если пациент не подключен.
Для чего вам капнографический
мониторинг?
Учите матчасть!
Извините.
-Главврач чинит ИВЛ.
Ну, хоть какой-то толк.
-День добрый.
-Здравствуйте.
-Вам чего, мужчина?
-Житков моя фамилия.
Живот у меня...
-Съели чего?
-Ну, может, и съел.
-Может, вы выпили?
-Да непьющий я.
Третий день у меня живот ломает.
То стихнет, то режет, так что...
То в почки отдает - сил нет.
-Слушайте, у вас живот все-таки
или почки?
В поликлинику обращались?
-Обращался я в поликлинику,
там запись только на конец недели.
-И чего?
-Чего-чего, не дотяну я до записи.
Может, вообще у меня аппендицит.
-Послушайте, вы что, врач -
сами себе диагноз ставить?
-Врач - вы, а я к вам
за диагнозом пришел.
-Мужчина, а не надо было никуда
приходить.
Для этого существуют специально
обученные люди - скорая помощь.
А тех, кто самоходом к нам приходит,
мы не обслуживаем.
-Подождите, как это
вы не обслуживаете?
-Очень просто.
Скорая помощь звонит на подстанцию,
те фиксируют,
определяют, в какую больницу везти.
Мы права не имеем взять, и за здорово
живешь вас в палату определить.
-Семен Семенович, может,
сюда вызовем?
-Чего? Да не похож он на острого.
Ступайте и вызывайте СМП.
-Что?
-Скорая медицинская помощь.
-Не понимаю, как это не знала?
Здесь же опухоль головного мозга.
-А вот так, живет себе человек,
болит.
Ну, поболит и перестанет.
Таблетку обезбола выпила и в класс -
работать.
Готовим операционную, коллеги?
-Без хирурга-онколога?
-В девятке есть онколог.
Пока свяжемся, договоримся,
то да се...
-И все, нет учительницы.
-А как же вы будете оперировать
без ассистента?
Это же не по инструкции.
-Какие уж тут инструкции?
Резать надо прямо сейчас.
-Вы понимаете, что мы не имеем права?
-Риска испугались?
Быстро вас задавило бремя
ответственности главврача.
-Вас не смущает, что три дамы
ждут вашего мужского решения?
-А кто третья?
-Да учительница в отделении умирает,
забыли?
-Решено, делаем операцию.
-Вот и славно.
-Только я вам ассистирую.
-У вас дел нет? Да не вопрос.
Я готова.
-А вы, простите, учитель чего?
-Русского языка и литературы.
-Словесности, значит?
Нам всем повезло.
-В каком смысле?
-Будь вы учителем математики,
пришлось бы битый час
уравнения с вами решать.
-Я вас не понимаю, мне что,
наркоз делать не будут?
-Не волнуйтесь, все уже сделали.
Меня Нана Вахтанговна зовут, а вас?
-Вера Сергеевна.
-Хорошо, Вера Сергеевна.
-А почему я не сплю?
-А потому что без вашей помощи
мы не справимся.
-А что вы хотите?
-Чтобы вы разговаривали с нами.
-Как?
-Как со своими учениками.
Вы им стихи читаете?
-Читаю иногда, правда,
они обычно не слушают.
-А мы будем внимательно вас слушать.
Только не волнуйтесь,
вы ничего не почувствуете.
Скальпель.
Делаю разрез.
Пушкин или Блок?
-Пушкин.
-Ну, в других обстоятельствах
могли бы и поспорить.
Пусть будет Пушкин, читайте любимое.
Распатор.
Отделяю надкостницу.
-В те дни, когда в садах Лицея
Я безмятежно расцветал,
Читал охотно Апулея,
А Цицерона не читал...
-Сушим.
Живее.
-...В те дни в таинственных долинах,
Весной, при кликах лебединых...
-Отсос.
-...Близ вод, сиявших в тишине...
-Коагуляционный пинцет.
...Являться муза стала мне.
-Читайте, читайте.
Левее держим.
-Моя студенческая келья
Вдруг озарилась: муза в ней...
НЕВНЯТНАЯ РЕЧЬ
-Речь стала несвязной.
Не контролирует сказанное -
значит, дальше в этом участке мозга
идти нельзя.
Нарушается мозговая деятельность.
БОРМОТАНИЕ
-Как же добраться до опухоли?
-Пройдем здесь.
Говорите, не слушают?
Почему?
Хорошо же у вас получается.
Как там дальше?
Воспела детские веселья...
-...и славу нашей старины,
и сердца трепетные сны.
-Опухоль удалена. Зашиваем.
-Я сказал, убирай машину!
-Что значит убирай?
-Здесь нельзя ставить.
У меня есть распоряжение строгое.
Я сказал, убирай машину.
-Вот документы.
Видите документы?
Пропустите нас, пожалуйста,
мы имеем право.
-Без распоряжения вышестоящего
начальства - нет.
-Ну, пожалуйста.
-Распоряжение есть. Никак вообще.
-Этак не случится никак. Волонтеры
приехали, а их не пропускают.
-Волонтеры к нам?
-Ну да.
А вы что, не слышали?
Движение по всей стране - помощь
врачам.
Как только ковид начался,
люди скидываются, покупают маски,
дезинфекторы, перчатки, одноразовые
костюмы - помочь хотят.
-Так вот про какую помощь мне
Нарышкина толковала.
И что?
-А ничего.
Нет распоряжения начальства.
-Начальство... Кто у нас начальство?
-Ну, со вчерашнего дня - вы.
-Не пущу!
-Иван Андреевич, вы не понимаете,
что делаете?
-Прекрасно, я не понимаю, с меня и
спрос.
-Вы еще только исполняющий
обязанности, какой с вас спрос?
-А кто сказал Нарышкиной, что я
отказался от помощи?
Она же меня чуть с портупеей
не сожрала. Люди хотят помочь.
-Какие люди? Где документы?
Погодите, девушка, это не те бумаги.
Где разрешение Минздрава?
Где сертификат на все это?
-У нас чеки есть, мы на аптечном
складе все закупали.
И копии сертификатов тоже.
-Есть инструкция департамента
здравоохранения -
мы работаем с теми, кто проходит
через наши партнерские организации.
-Ну да, за деньги.
-Это не ваше дело!
Иван Андреевич, я не могу это
взять на баланс.
Просто не могу.
Меня ж уволят.
-Девушка, вы извините, что так
получилось.
Вы пока езжайте, а я завтра
обязательно решу этот вопрос.
Я обещаю. Слово офицера.
-Ну, здравствуй, Владик.
-Здравствуйте.
-За встречу?
-Коньячок у тебя, как всегда,
генеральский?
-Бери выше. Маршальский.
-А ты не меняешься.
Хотя, смотрю, подтяжку,
что ли, сделал? Нет?
-Молодая жена. Ты же знаешь.
Заведующая терапией.
Сына видел?
-На третий день, как приехал.
-Ну да, и сразу на должность.
Некогда. Понимаю.
-Да, Владик, ты у нас всегда все
понимал.
-Я в ваши семейные дела не влезаю,
ты знаешь.
Жены достались нам с характером.
Одно слово - сестры.
Но позвонить-то хотя бы, что приехал,
можно?
-Не позвонил, не зашел.
Сына не увидел.
Вломился, как слон в посудную лавку.
Съездил Антонову по уху.
-Как?
-Кулаком.
Успокойся, жив твой препод.
-Ну и где он остановился?
-Ой, Маш, не переживай.
Такие не пропадают.
-Пропадают, тетя Лариса.
Пропадают. На полгода пропадают.
-Кирилл, во-первых, тебя наши
разговоры не касаются. Он твой отец.
И потом, он звонил из Сирии, и деньги
высылал.
Хотя я говорила, что Кир уже большой,
и мы не нуждаемся.
-Мы вообще не нуждаемся.
Мы просто медленно идем ко дну.
-Да что ж такое!
Это уже слишком, Кирилл.
Потом позвонили, сказали:
"Жив, но тяжелое ранение".
Перевезли в Москву. И все.
Ну, вот видишь, оклемался твой
Хлебников. Приехал и бучу устроил.
Лара, он уже давно не мой.
Маш, ты правда ничего не понимаешь?
У Хлебникова в городе нет интереса,
кроме тебя.
Так, ладно, спасибо.
Мам, я буду поздно.
Тетя Лариса, до свидания.
-"Мама, я буду поздно", -
вот так каждый день.
-А что ты хочешь?
Он тоже Хлебников.
-К вам сегодня самоход заходил?
-Самоход?
-Ну да. Житков.
На живот жаловался?
-А, да!
Мы его домой отправили скорую
вызывать.
-Он и вызвал. В двух домах отсюда
живет.
Так что праздник у вас.
-Какой?
-Такой. Перитонит.
-Пе...
-Ну что? Раньше надо было щупать.
-Иван Андреевич, так он сам,
без направления - не имею права.
Инструкция.
-Инструкция? Право?
А обязанности свои не забыли?
Аппендицит? Сахар?
-В норме.
Он там что-то еще про почки говорил.
Может быть, УЗИ?
-Отставить УЗИ.
Готовьте операционную.
-Всех пересажаю.
-Готовьте операционную!
-Вы уверены, что это Нарышкина
послала анестезиолога
из красной зоны на операцию?
-Информация из первых рук.
-Мало ли.
Может, ситуация была безвыходная.
-А она другой бывает?
-Слушайте, ну, это не по нашей части.
Я все понимаю.
Лаврентьева сняли, он был вашим
человеком.
А Нарышкина-то при чем?
-Да при том.
Если бы она сразу приняла экстренные
меры,
как ей положено по должности
главного инфекциониста,
столько бы врачей не заразилось.
И Трофимов был бы живой.
-Ирина Николаевна, вы же в курсе,
что за все отвечает главный врач.
-Да, но есть нюансы.
Нарышкина обязана была
его предупредить.
Бить в колокола: того не хватает,
этого.
А так она заперлась в ковидной
зоне, переложила ответственность.
-Ну... То есть она не предупредила
Лаврентьева
о неготовности больницы к беде?
-Именно.
Это же преступление.
А преступление - это по вашей части.
Не так ли?
-Черт! У него воспаление на слепую
кишку распространилось.
Ставим дренаж для выведения
экссудата.
Быстрее, сынки, быстрее.
Уволю Карпенко к чертовой бабушке.
-Здрасте.
-Здрасте.
-Где тут у вас Житков?
-А он в операционной. Спасают его
уже.
-А он говорит: "Убивают".
-Да кто?
-Житков. Доктора, говорит, убивают.
Вот час назад наряд
вызвал прямо сюда.
-А вы прям час ехали, да?
-Да нет... Но он такой, скандальный
гражданин, Житков этот.
Любит по любому поводу вызывать.
Да и кто его здесь, в больнице,
может убивать?
-Я.
-Отставить.
Что, нормально зашить не можешь?
Выдохни.
Теперь начни все заново.
Спокойно, очень внимательно.
Иначе кишечный шов разойдется через
час.
Так...
Не трясись!
Спокойно. Сейчас все получится.
-А если не получится?
-А если не получится,
он нас всех посадит.
ТЯЖЕЛЫЙ ВЗДОХ
-Накати давай.
Да накати. Не тушуйся, давай.
Вот, сейчас полегчает.
Ты думаешь, у тебя у одного так?
У нас такая же хрень.
Есть приказ.
Есть должностная инструкция.
Только должностная инструкция - это
одно, а жизнь, паря...
А жизнь, паря, - это совсем другое.
-Скажи, сержант, если он умрет,
меня посадят?
-Ну, во-первых, он не умрет.
Тут Житкова надо знать.
Нудный мужик.
Знаешь, сколько он на нас жаловался?
Не сосчитать.
Но то, что он крови попьет тебе
немерено, это я тебе обещаю.
-Ты зачем сюда приехал?
Порядки свои армейские наводить, да?
-Я тоже очень рад тебя видеть, Лара.
-Антонова избил, на Альбину наорал.
Карпенко и вовсе выпер на улицу.
Тебе здесь не армия.
Через неделю один останешься.
-Отвечать за него не хочешь?
-А за что? Он абсолютно прав.
И формально, и по сути.
-А скорую в приемный покой, как ему
советовали, вызвать не судьба?
-Отлично. Я прямо вижу лицо
охреневшего диспетчера СМП.
Одна скорая у него на инсульте.
Вторую вызвали сердобольные
прохожие бомжа осмотреть.
А тут ему в трубку кричат:
"У нас умирает ребенок от болевого
шока!" И что же он делает?
Отправляет скорую на адрес больницы,
потому что если не увезти
этого скандалиста, Облздрав
накажет всех, лишит премии.
А значит, снова
некому будет работать.
-И что, теперь пусть загибается
с перитонитом, если скандалист?
Лара, тебе бы надо было
в артистки пойти, как Маша.
А по сути, права - бардак.
-Это в каком смысле?
-Да в прямом. Мебель часто
поцарапанная, деформированная.
Не обеспечена гладкая поверхность
стен, потолков, что не позволяет
нормально проводить дезобработку.
Отходы класса Б не собираются
в маркированные емкости.
Да тут много чего.
-Не по уставу.
-Не по уму.
-Есть. Устраним
все указанные недостатки.
-Вот, думаете, в армии другие
возможности и другие деньги?
Да все везде одинаково
в среднем по больничке.
С людьми проще, да.
Но проверяют-то нас чаще.
-Извиняюсь. Что, наши костоправы
погонами глаза колют?
-Разве что солдафоном не зовут.
УСМЕХАЕТСЯ
Ну вот, значит, уже зовут.
Кирилл! Здравствуй, сынок!
Здравствуй! А я тебе звоню.
Что у тебя с телефоном?
-Это у меня что-то с телефоном?
Не у тебя?
-А, ну не мог я позвонить.
Прости, если сможешь. Тяжелый был.
-Ранение?
-Ранение.
-В голову?
Память-то напрочь отшибло, да?
-Кир...
-Хоть помнишь,
как меня зовут, уже хорошо.
-Ну, ты погоди судить-то.
Всякое с человеком бывает.
Давай сядем, пообщаемся.
Поговорим как отец с сыном.
Взрослый совсем стал.
Не ожидал.
-А я не ждал.
Папа! Ты зря сюда приехал.
-О, хорошо, что встретился,
это вам в отдел.
-Что, загрузил тебя солдафон?
-Ничего, ничего.
-Ну да, нарыл нарушений
целый блокнот и ходит, командует.
Исправляйте, мол.
Сейчас, разбежались.
-Может, мне к четвергу
подстричься помоднее?
-А что у нас в четверг?
-Да так, интервью.
-Чего?
-Я нашу больницу представлять буду.
-Кому?
-Кому-кому, а ты не слышала?
НТВ приедет, снимать будет.
-Да кому мы нужны.
-Мы-то, может, и не нужны,
а этот солда... Хлебников, он нужен.
Он герой.
У него сам Такменев
интервью брать будет.
-Такменев?
-Да, а потом у меня.
-Степан Михайлович, а почему и у вас?
-Да потому что мне до четверга
нужно все недостатки устранить.
Он не солдафон, он Бэтмен.
-Иван Андреевич, может,
я что-то не так сделал,
так ведь инструкции эти.
-Инструкции...
-Иван Андреевич, у меня трое детей.
-Да не в инструкциях дело.
Человек к вам пришел.
К вам, понимаете? Ему больно,
ему страшно, потому и пришел.
Он живет в двух домах отсюда.
Он решил, что так будет
лучше для всех. А вы?
-Да...
-Вы выпили?
-Со страху. Боялся, что умрет.
-Идите домой. Идите к детям.
Идите-идите, все будет хорошо.
-Так вы не уволите?
-Меня самого впору увольнять.
Вы не знаете, этот день
когда-нибудь закончится?
Я так понимаю, вы ко мне?
Прошу.
Вы меня, конечно, извините,
товарищ следователь,
не люблю, когда
вокруг да около. Говорите прямо.
-Куда прямее-то?
Главный инфекционист больницы...
...Нарышкина допустила
халатность -
не поставила в известность
главврача Лаврентьева.
-Бывшего главврача. Бывшего.
-Ну да, бывшего, о сложившейся
ситуации. В результате коллектив
больницы был не подготовлен
к волне эпидемии,
которая проходила в апреле-мае
сего года. Так?
-Ну, откуда эта информация?
-Вообще мне все известно.
Вот, например, что сегодня
у Нарышкиной аппарат ИВЛ дал сбой
по причине неправильного применения.
-Это неправда.
-Ну, как это?
Ведь вы же сами его
и чинили, нет?
-А что, Нарышкина его делала?
-Иван Андреевич, так у нас с вами
сотрудничество не сложится.
-А если я ее уволю, значит, сложится?
Так хотите сказать?
-Я хочу, чтоб вы понимали, с кем надо
дружить, а кого надо увольнять.
Если, конечно, вы хотите
и дальше руководить
этим замечательным коллективом.
Всего хорошего.
-С первым рабочим днем.
-Спасибо. Что-то вы припозднились.
-Пациент достался непростой.
-Ага...
-Ну, что же вы стоите?
Проводите даму.
-Стеснялся предложить. Прошу.
-Как вам у нас?
-Не знаю, пока не разобрался.
Вроде все как всегда:
операции, пациенты, больничная суета.
Но люди...
-А что люди?
-Другие, что ли, не знаю.
-Люди у нас непростые, да.
-Не ко двору, видно, пришелся.
-Ну, вы как снег на голову свалились.
Чего бы вы хотели?
-Просто работать нормально.
-А получится?
-Теперь уже не знаю.
-Ну, может быть, в этом проблемы?
Скажите, а вы в город
по приглашению Заславского приехали?
-Да нет, не хотел я этой должности.
-То есть вы приехали,
повстречали старого друга,
и так получилось, что через два дня
вы становитесь главврачом?
-Судьба...
-А сами чего от судьбы ждете?
-Хороший вопрос.
-Чтоб этот воз тянуть,
самому захотеть надо.
Если больница вам своей станет,
тогда и уверенность вернется,
и людей понимать начнете. Я пришла.
Спасибо, что проводили. До завтра.
-До завтра.
Сиди там тихо, как мышка.
Не высовывайся.
-Есть, как мышка,
товарищ подполковник.
ВЗРЫВЫ
-В ногу, в ногу, в ногу, в ногу...
В первую операционную.
ВЗРЫВ
Серия 3
-Бабушка, вам нехорошо?
Давайте я вам помогу.
Говорить не можете?
Сердце прихватило? Инсулин?
-Ин... ин... ин...
-Инсулин? Женщина! Женщина! Помогите,
здесь женщине с сердцем плохо.
Женщина! Женщина, помогите!
-Пальцем на небе нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы!
Их глаза неумолимы и божественно
прекрасны -
лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век тебя вынесут
ангелы, ангелы, ангелы.
СТУК В ДВЕРЬ
-Входите.
-Прощения просим. Разрешите?
-Разрешаю.
-Вы вчера обещали вопросик решить.
-Вопросик?
-Ну да. Слово офицера дали.
Или в отставке не считается?
-Дал - сдержу. Вы по поводу
волонтерской помощи?
Я как раз сейчас к Заславскому
в горздрав еду.
-А поможет? Ну, в смысле - нужных
бумаг у волонтеров действительно нет.
-Сергеев, получается, был прав,
когда от помощи отказался?
-Выходит, прав. Документов нет,
а стиральный порошок остался.
-А при чем здесь стиральный порошок?
-Ну как? Им в ковидном медсестры
костюмы защитные, маски стирают
в холодной воде. Руками.
-А вы, я смотрю, Степан Михайлович,
здесь на полставки
совестью подрабатываете?
-Памятью, Иван Андреевич, памятью.
Так списочек-то я оставлю?
-Алексей Викторович!
-Да.
-А когда у нас будет
прикрепление к палатам?
-А что, уже руки чешутся?
Рано вам пока еще больных вести.
-А как же практический опыт набирать?
-Миленькая, вас никто за ручку
водить не будет. Смотрите,
участвуйте, наблюдайте.
Все так учились. Все начинается
здесь, в приемном отделении.
А вы сразу палату просите.
-Я не понял, нас к кому-то
конкретному прикрепят?
-А к самостоятельному
досмотру допустят?
-Вы такие наивные. Вы думаете,
вам все разжуют и в рот положат? Да?
Да ни хрена подобного.
Конкуренция тут, понимаете?
Успей урвать кусок. А то как
стерильным в ординатуру войдешь,
таким же и выйдешь.
Давайте осмотрим перевязочную.
-Бабуля из дома вырвалась?
-До аптеки не дошла.
Прохожие вызвали. Парень говорил,
что за сердце держалась,
но кардиограмма инфаркта не показала.
Похоже на тромбоэмболию
легочной артерии.
-Эльвира Рафаэлевна, тут по скорой
подозрение на ТЭЛА.
Да, поняла, жду.
Документы при ней есть?
-Только кошелек и телефон.
-Ну, хоть так. Звонили?
-Кому? Дел у нас больше нет!
-Тут всего несколько фамилий.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Алло! Бабуль... Алло, алло...
Бабуля! Бабуль!
-Сдались тебе эти волонтеры.
Сергеев от их помощи отказался.
Там по бумагам за жизнь
не отчитаться.
Вот в следующем месяце приходи.
-Не поможешь?
-По любым вопросам, кроме этого.
Чем могу, помогу.
-Ну, мне примерно так и сказали.
Сейчас... Тогда вот так.
-Это что?
-Это костюмчики
из ковидного отделения. Простирнуть
надо. У тебя порошок есть?
-Очумел?!
-А что, ты же сказал -
по всем вопросам.
Людям работать надо? Надо.
Простирнем - на целый месяц хватит.
-Давай свои бумаги.
-Вот так бы сразу.
-А, другая бумажка.
Ну, не та бумажка это.
Это что, заявление об уходе?
Ты издеваешься? Ты хочешь,
чтоб я бумажку подмахнул, а ты потом
уволился? Нет, дорогой мой.
Ответственность вместе делить будем.
Ты за меня, я за тебя.
-Есть, делить ответственность.
Вы бумаги-то подписывайте,
Сергей Анатольевич.
-Тромбоэмболию здесь не наблюдаю.
Скорее, мерцательная аритмия.
-Фельдшер сказал, что...
Он сказал, что...
-Ты видишь посинение шейного
воротника? Нет. А это первый признак.
Фельдшер без опыта.
-Значит, это сердечный приступ?
-С чего ты взяла?
-Это моя бабушка.
У нее сердце больное.
-Сердце больное - не диагноз.
Ты врач. Признаки предынфарктного.
-Легочная недостаточность,
удушье, нехватка воздуха,
головокружение и потеря сознания,
повышенная потливость,
учащенный пульс и сердцебиение.
-Угу. А конъюнктивит у нее был?
-Нет.
-Спускаем вниз. КТ легких.
-Что? Она из дома не выходила,
я ей продукты у порога оставляла,
не заходила даже.
-Инга, приди в себя. Ее с улицы
привезли, значит, выходила.
Разве ты не видишь? Смотри.
Изменение цвета кожи на пальцах рук,
сыпь... Это ковид.
-Разгружайте!
-Ну и как же вам удалось его убедить?
-Личным примером.
Действенная штука, знаете ли.
Ну, и ваши новые костюмы тоже,
конечно, сыграли свою роль.
-Спасибо вам большое.
Я думала, больше верить некому.
-Ну, зачем же так?
Все мы люди и беда на всех одна.
Это вам спасибо.
Интересно, в этой больнице
спокойные дни бывают?
-Живей, живей, ребята!
-Пулевое?
-Слепое. Брюшная полость
с повреждением внутренних органов.
-Пульс не слышу.
-Нитевидный. Большая кровопотеря,
но рана не просматривается.
Плющев уже в операционной.
-Готовим сходу, в операционную
поднимаем, быстро.
-Вы главный?
-Да.
-Разрешите на минутку?
Сашку надо вытащить.
-Сделаем все возможное,
но рана у него нехорошая.
-У нас хороших не бывает.
В упор стреляют.
Кто будет оперировать?
-Заведующий хирургией Плющев.
Он уже готовится к операции.
-А вы? Разве вы не хирург?
-Так, чуть-чуть.
-Бросьте. Полгорода знает,
что главврачом назначен
военный медик. Лучше вы.
-Что, до моего приезда в городе
не стреляли?
Плющев - отличный хирург,
он уже почти готов к операции.
-Вы меня не поняли, товарищ главврач.
Сашку надо вытащить. Оперировать
будете вы. Я очень прошу.
-Поражение легких 50%.
Как она вообще из дома-то
смогла выйти? Ты чего здесь?
-Елизавета Владимировна, пожалуйста,
разрешите мне остаться.
-Так ты же к Антонову прикреплена.
Тебе здесь не хирургия.
Тебе тут нечего делать.
-Очень вас прошу.
-Немедленно на тесты, 2 дня изоляции.
-Это моя бабушка.
-Как? А вы вместе живете?
-Нет. Я с начала карантина к подруге
переселилась. Она тоже в ординатуре.
Только продукты и лекарства
приносила, на пороге оставляла -
боялась ее заразить.
-Подожди, но с кем-то она
должна была контактировать?
А родители?
-Вот - все мои родители.
-Вот оно что.
-Анастасия Ивановна,
на выписку идете.
Вы у нас теперь бодренькая,
хоть на танцы сразу.
Девочки вам помогут собраться.
Кому позвонить, чтобы забрали?
-Сыну, наверное.
-Муж? Хорошо.
Павел Иванович, здравствуйте.
Выписываем вашу жену-красавицу.
Разгоняйте случайных старушек.
Шучу. Кто за ней заедет
и в котором часу? Да не переживайте,
у нас же не гостиница,
на улицу не выгоним. Ждем.
До свидания.
Сын заедет после работы,
тогда и спускайте.
До свидания.
-Зажим.
-Так, стоп. Еще один?
Где врачи скорой?
Почему не предупредили?
-А он не по скорой. Его спецмашиной.
-Что здесь происходит?
-Война, наверное.
-Пулевое ранение в коленный сустав.
Жгут наложили.
Минут 20 назад потерял сознание.
-Кладите на каталку
и в смотровую его.
Так, а вы остаетесь здесь.
-Они от него ни на шаг не отойдут.
Головой отвечаешь.
-Есть.
-Кто это такой-то?
-Это тот, кто нашего Сашку
подстрелил. Ефрем.
-Ясно.
-Ну что там? Как коллектив?
Что говорят о моем увольнении?
-Все в шоке.
Вас каждый день вспоминают.
Хлебников - натуральный солдафон.
Откуда он вообще взялся?
-Что ты ваньку-то валяешь?
Он же твой свояк. Думал, не знаю?
-Да так себе родственник.
Его Заславский привел.
-Ничего ты не знаешь.
Заславский хотел другого человека.
-Кого?
-Не тебя, Владик, не тебя.
Не лезь выше своего уровня,
там сижу я. А надо мной
следующий уровень,
потому что мы работаем в команде.
А Хлебников один, поэтому ненадолго.
Через месяц все поймут,
какую ошибку совершили.
-У нас нет месяца ждать,
пока его снимут.
Все процессы запущены.
Деньги зависли.
-Успокойся. Бородина из облздрава
уже начала движения.
Ты должен эти движения поддержать.
У тебя спросят:
кто виноват в смерти
врача Трифонова от ковида?
-Кто спросит?
-Ты что, дурак совсем?
Следователи, разумеется.
Скажешь: в неготовности
к эпидемии виновата
главный инфекционист больницы.
-Нарышкина? Почему?
-Потому что либо она, либо я.
-Пульс нитевидный, давление 80 на 50.
-Я не могу так работать.
-Придется.
Ну, хоть отойдите чуть-чуть.
Куда он на одной ноге-то
от вас отпрыгнет?
Записка где?
-Записка?
-Со времени наложения жгута.
Может, у него некроз по полной
программе? Кто накладывал?
-Парень наш.
Часа полтора назад.
-Ясно. Сначала на рентген,
потом в хирургию поднимаем.
Олеся, скажи,
чтоб готовили операционную.
Дефибриллятор!
Разряд!
Разряд!
-Ну что там?
-Пуля в колене. Что ему сделается?
-Ты промахнулся
или целился в колено?
-Нет, я не промахнулся.
-Приказ был стрелять на поражение.
-Он не сопротивлялся, не убегал.
Он просто поднял руки... и ждал.
-А до этого он стрелял в Сашку.
Тебе этого мало?
Ефрем должен был сдохнуть там.
-Вижу входное отверстие.
Выходного нет.
Ясно. Смотрим рентген.
Это не его снимок.
Алина, повнимательнее.
-Его снимок, Марат Леонидович.
-Это шутка?
У него на снимке в колене
должна быть пуля. И где она?
-Не знаю.
-То есть, по вашему мнению,
пуля вышла? Или рассосалась?
Нет, ну я же не сумасшедший?
Выходного отверстия нет.
-Давление падает.
-Сильное кровотечение.
Ладно, сейчас остановим кровотечение,
потом разберемся.
Мне нужен доступ
к сосудисто-нервному пучку.
Начинаем. Скальпель.
-Саша, Саша...
15 лет вместе.
Трех часов не прошло,
как человек был, смеялся.
Курил...
Нельзя - не пей, я понимаю.
Ты кто по званию?
-Полковник.
-Ох...
А я майор.
Даже полковник Сашку не вытащил.
-Там погоны не помогают.
Жалеешь, что меня
вместо Плющева поставил?
-Знаю, что мог, ты сделал.
А Ефрема колено...
твой Плющев штопает?
-Штопает.
И от этого помирают.
-А вот это было бы идеально.
-Отсос.
Ага, вот оно.
Вижу место кровотечения.
Так, зашиваем.
Все, остановили. Как он?
-Не очень.
-Меткое наблюдение.
Ладно, по крайней мере,
время мы выиграли.
А теперь вопрос к знатокам:
где эта чертова пуля?
-Я знаю, кто может помочь.
-А, хотите взять помощь зала?
-Вызываю солдафона.
-Да что значит - пулю потеряли?
В колене не так много деталей,
как вам кажется.
Ищите!
Хорошо, сейчас поднимаюсь.
-Спешить не надо.
Он не должен пережить операцию.
Даже если его отправят
на пожизненное, Сашку это не вернет.
Будет справедливо, если...
он умрет.
-Жить ему или нет - сейчас
решает господь бог и хирург.
Ты не хирург. Может, бог?
-Он бандит!
Все хотят, чтоб он сдох.
Гарантирую, вопросов не будет.
-А с совестью ты тоже договоришься?
Чтоб вопросов потом не было.
Помяни друга.
Помяни.
-Осмотрели всю ногу -
от стопы до бедра. Пули нет.
-Смотрим выше.
-Куда выше?
-В брюшную полость.
-Никогда такого не видел.
-Как она туда попала из колена?
-Поднялась в брюшную полость
по глубокой бедренной вене.
-Приближается к бифуркации
нижней полой вены.
-Если повредит бифуркацию,
то конец.
-Оперировать будете,
Иван Андреевич?
-Разумеется. Скальпель.
-Туда нельзя - весь этаж перекрыт.
-Откуда вы здесь взялись?
Пугаете персонал, больных.
-У меня приказ.
Проводим спецоперацию.
-В смысле?
-Ваши врачи оперируют
опасного преступника.
-Понятно. Спецоперацию проводят
наши врачи, а вы что тут делаете?
Да еще и с оружием!
-У меня приказ.
-Круг замкнулся.
А что глаза у вас такие грустные?
Устаете?
-Лариса! Пропустите ее немедленно.
-Что сказал Лаврентьев?
-Уверен, что Хлебникова через месяц
снимут, а он вернется на свое место.
-Почему нет?
-Для этого нужно, чтоб кто-то
наверху признал свои ошибки.
А ты помнишь, чтоб начальство
признавало свои ошибки?
-Его могут восстановить по суду.
-С кем он будет судиться?
С мэром? С Минздравом?
-Он о чем-то тебя попросил?
-Нет.
-Как я узнаю, что ты врешь?
-Я чешу запястье.
-Ты сейчас чешешь запястье.
-Он хочет, чтоб я обвинил Нарышкину
в смерти Трифонова из-за ковида.
-Всего-то?
-Если я заявлю об этом следователю,
это запишут в протокол.
Потом не откажешься
и не отмоешься.
-Боишься за свою репутацию?
Тебя и так никто не любит.
Какая разница?
-Грустно.
Меня никто не любит.
-Ну, хочешь, я скажу
следователю про Нарышкину?
-Не лезь в это дело.
Пусть не любят только меня.
-Мило.
Официально обвинит Лизу
другой человек.
Не ты и не я.
-А кто?
-Кто у нас зациклен на порядке?
Кто уверен, что все виновники бардака
должны быть наказаны, бла-бла-бла...
-Нет...
-Да.
Против Нарышкиной даст показания
главврач больницы
полковник Хлебников.
-Зашивайте.
-Иглодержатель.
ГРОХОТ
Алина...
Ну, зашивать мне чем прикажешь?
-Секундочку, у меня комплект
в стерилизаторе.
-Быстро!
-Давно она в хирургии?
-Давно.
Что, с ней что-то не так?
Нестерильная клипса? И что?
Так вот сразу взять и уволить?
-У нее это первый случай?
-Ну, со всеми случается.
-Не во время операции.
-Ну хорошо, переведем ее в терапию.
В окладе она существенно потеряет.
Ну чем не наказание?
Возьмется за ум.
Кстати, мы ведь с вами
так и не познакомились.
Плющев Марат Леонидович.
Как вы понимаете,
заведующий хирургическим отделением.
-Очень приятно.
-Взаимно.
Ну что, дадим человеку шанс?
Иван Андреевич, ну сами подумайте.
Стоит ли начинать с увольнения?
-Слушай, старушка эта,
Анастасия Ивановна, все сидит.
А времени-то сколько?
Должны были забрать ее.
Алло! Павел Иванович,
это опять из больницы.
Почему ваш сын маму не забирает?
Она же ждет.
Ну позвоните ему
или дайте мне номер телефона.
Хорошо-хорошо, ждем.
Анастасия Ивановна,
вам не холодно тут?
Сын сказал, сейчас приедет.
-Вы уж потерпите моих бойцов.
Сами понимаете, порядок такой.
А как Ефрему получше станет,
его в больничку при изоляторе
переведут.
-Конечно потерпим. Порядок понимаю.
-Спасибо.
-За что? Бойца я вашего не спас.
-Сашку - нет.
А меня - да.
Товарищ полковник, честь имею.
-Хлебников!
Я же вас просила так не делать.
Что, так плохо?
-Хорошего человека не спас,
убийцу с того света вытащил.
-Бывает.
У нас все бывает.
-Зачем?
-Поздно нам себе
такие вопросы задавать.
Назвался груздем - полезай в кузов.
Черт знает что за дрянь вы пьете,
Хлебников.
Надо мне вас
хорошим коньяком угостить.
Родственники из Тбилиси передали.
-Нана Вахтанговна,
а вы зачем приходили?
-Завтра, все завтра.
Сегодня плохо, а завтра поборемся.
-Прости меня, я тебя подвела.
Да это я тебя не уберегла.
Тоже мне, врач.
Ты не думай плохо, бабуль.
Я тебя вытащу.
Кто ж меня замуж отдавать будет?
Кроме тебя, некому.
Жених?
Найдется, не переживай.
Главное поправляйся.
Не сдавайся, слышишь?
-Ты все еще здесь, Инга?
Температура не падает.
Я жаропонижающее колю.
20 минут, полчаса - и снова 39,5.
-Противовирусное?
-Лопинавир.
И противоаллергические
пробовала.
Что же мне дальше делать?
-Знаешь, сколько людей по всему миру
сейчас задаются этим вопросом?
Но это не значит,
что мы не будем ничего делать.
Будем.
-Антикоагулянтная терапия?
-Ну, должно сработать.
А варикоз у бабушки есть?
Вот заодно и подлечим.
Так, сейчас еще раз посмотрю
ее анализы и назначим терапию.
Слушай, так тебе допуск тогда
нужно делать в красную зону?
Ты же наверняка на ночь захочешь
остаться?
-Да, пожалуйста.
-Вот. А главврач у нас новый.
По слухам, полный солдафон.
Требует, чтоб все было по уставу.
И он прав, конечно.
-Что же мне делать?
-Тебе?
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Тебе - ничего.
Иди бабушку лечи.
Иди-иди-иди.
-Здравствуйте.
Это вы меня ждете?
-Я ваш новый водитель.
-У меня и старого не было.
-А по должности положено.
От горздрава прикрепление.
Вот прошлого главного врача я возил.
-Куда же вы меня возить собираетесь?
-Как - куда? Домой.
-Зачем?
-Марин, а что у вас бабушка...
в холле делает?
-Выписали ее после обеда.
Сын обещал вечером в шесть часов
приехать и не едет.
На работе у него что-то.
-Так поднимите ее в палату,
зачем на сквозняке сидеть?
-Так не идет. Домой хочет.
Муж у нее там.
Только он сам колясочник.
То есть без сына никак.
ЦОКАЕТ ЯЗЫКОМ
-Хороший сынок.
А что это получается?
Если муж-то дома,
то дверь-то он откроет,
если ее привезти домой, правильно?
-На звонки отвечает, значит, откроет.
-Идем, спускаемся.
Так-с.
Так-с.
Садимся.
Отвезите мою бабушку домой и сразу
обратно. Адрес она скажет.
Что?
У меня много родственников.
Вот зачем нужно персональное авто
главврачу.
Давайте список всех, у кого сегодня
проблемы с транспортом.
-Уф...
ВЗДЫХАЕТ
СТУК В ДВЕРЬ
-Смелее!
-Добрый вечер.
-Ночь на дворе.
А вы кто?
-Иван Андреевич, вы что,
правда меня не узнаете?
А вот так?
-Елизавета Владимировна?
Действительно, не узнал. Извините.
-Да ничего страшного.
Я понимаю, мы в красной зоне
все похожи на инопланетян.
-Инопланетян, говорите?
А контакты с земным разумом у вас
имеются?
-В смысле?
-Например, со следователем СК.
-А...
Опять разговоры про следователя, да?
Это из-за смерти Трифонова?
Поймите, меня никто не допрашивал.
-Тем не менее, он знает,
что я на ваших глазах починил
аппарат ИВЛ и не только это.
Значит, с кем-то он разговаривал.
Хорошо, значит, кто-то из вашего
окружения говорил со следователем
без вашего ведома.
Попросту стучал.
-Ну, зачем вы так о людях?
Зачем вы их оскорбляете?
Вы же совсем их не знаете.
-Хорошо, я не знаю.
Но может быть, вы мне объясните,
как это называется?
-Ну, почему сразу стучал?
Ну, вот человек просто
со смены приходит домой...
-Так.
-И он делится с домашними.
-Делится?
ВЗДЫХАЕТ
-Да.
Получается, что...
стучал.
-У вас под носом.
Что-нибудь еще?
Кораблевой из хирургии
нужен допуск в красную зону.
-Зачем?
-Ее бабушка у нас,
подтвержденный ковид.
-То есть ординатор у вас из красной
зоны шатается по всей больнице?
УСМЕХАЕТСЯ
Ну, Елизавета Владимировна...
-Нет, вы все не так поняли.
-Нет, я вас так понял.
Теперь я понимаю, почему у вас
врачи штабелями с ковидом валятся!
А следователь копытом бьет.
-Солдафон!
ПЛАЧ
ЗВОНОК БУДИЛЬНИКА
Серия 4
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Марин, ты представляешь, вчера целых
3 секунды верил, что мне повезло.
-Очередная лотерея, что ли?
-Представляешь, сижу, смотрю - семь.
Есть, совпало.
Потом 15 - есть.
Ну, там что-то ведущая бла-бла.
У меня сердце вот так вот
заколыхалось. Понимаешь?
Весь на нервяке. И потом 31.
-Нету?
-Наоборот, есть! И 3 секунды счастья.
-Последние цифры не сошлись?
Господи, как я вас понимаю...
Семен Федорович, у вас 3 дочки?
-Три, мои лапочки.
-Тогда вам лотерея не поможет, нет.
При нашей зарплате или дежурить
каждый день, или банк грабить.
-Ой, Марина, знаешь, при моем
везении - в банке денег не окажется.
СМЕХ
-Привет, Федорыч!
Что ты тут про везение рассказываешь?
Видали?
Вот оно какое - везение.
Принимайте.
-Пальцами на небе
нарисованное облако.
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце луну закроет.
Белые. Холодные.
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
-Зрачковый рефлекс вялый.
-Пульс слабый, давление понижено, КТ
сделали: ковидных признаков никаких.
-Что-то они бледненькие.
Кожный покров осмотрел?
-Да, да.
-Красиво лежат.
Надо сфоткать и отправить
им на юбилей.
Ну, что стоим-то?
Поднимаем в реанимацию.
Кровь на анализы, посев.
Хорошо бы получить мочу. Промывочные
воды в лабораторию. ЭКГ сняли?
-Ну, все в пределах нормы,
в том-то и дело.
-А ты что думал, у них от счастья
сердце подвело?
Это, скорее всего, ботулизм,
дорогой ты мой.
Будешь дочек замуж выдавать -
смотри, что подают на свадебный стол.
-Как досюда дойдет,
нажмете кнопку вызова.
-Угу.
-Сразу кнопку жми.
-Зачем?
-Да деваха - огонь, хочу разглядеть,
ножки у нее прямые?
-Ты сюда с ножками попал?
-С панкреатитом.
Вот и думай о своем панкреатите.
Здесь больница, а не танцы.
-Здравствуйте.
-Справок не даем.
-Я брат!
-Чей брат? Медбрат? Мой брат?
Невесты брат?
-Я жениха брат.
Что с ними?
-Отравление неясной этиологии.
-Какой?
-Неясной.
-А ясно когда будет?
-Когда пройдут все обследования.
Вы знаете, я бы с ресторана слупила
бы денег по полной программе.
Ну что вы пот утираете?
Вам нехорошо?
-Нет. Нормально все.
Я просто бежал всю дорогу.
Так как они?
-В реанимацию перевели молодоженов.
Кровь сдавать, анализы на посев.
Вот такой вот медовый месяц...
Много гостей на свадьбе было?
-Чего?
-Гостей на свадьбе много было?
-Ну и что ты думаешь?
Всю субботу прождала у телефона,
как дура.
-Продинамил?
Свинота!
Вот чего ему еще надо, Алин?
Вот красивая, секси, все при тебе.
-Надо, чтоб я Алешку к матери
отправила. Тогда сразу прибежит.
-А он что, про сына не знал?
-Знал, конечно.
СИГНАЛ ВЫЗОВА
Сейчас капельницу сниму.
Это была последняя.
Лекарство ваше закончилось.
-Позвольте, а это что?
Вот же оно, лекарство.
А что ж вы мне в капельнице
растворили?
-Адеметионин надо было растворителем
развести, а она...
-Физраствор набрала в капельницу
без лекарства.
Ей бы в маникюрши.
Или в модельки на подиум.
Ума-то палата...
Перед больным извинились?
-Извинились.
Но он все равно жаловаться обещал.
-Имеет полное право.
Готовьте приказ на увольнение.
Что-нибудь еще?
-Может, сначала выговор?
-Что вы ее все защищаете?
-Иван Андреевич,
медсестер недокомплект.
-Медсестер!
Недокомплект медсестер, а не моделек.
Она мне во время операции
нестерильную клипсу дала. Вы в курсе?
Я тогда еще хотел ее гнать.
Нет, уговорили.
Перевели в терапию.
И каков результат?
-Непорядок, согласна.
Но ведь никто не умер.
Ошибка, да, но небольшая.
Ну, невезучая она.
Красивая и невезучая.
Она через свою красоту одни
неприятности имеет.
Вот одна сына растит.
В 5 класс пацан ходит.
Уволите вы ее, куда она пойдет?
В городе работы нет. На улицу?
Своей красотой зарабатывать?
Да не такая она была.
Она пришла в больницу, сияла вся.
Шутка ли - на операционную медсестру
сдала.
Ну, посмотрите на нашу молодежь
в мединституте.
Думаете, они шибко умнее Алины?
-И зарплаты у нас маленькие, да?
-Ну да.
И смеяться нечего.
Маленькая.
Очень даже для такой работы.
И простите, за звездочки на погонах
не доплачивают.
-Ну, уели, уели.
А будь по-вашему.
Но помяните мое слово -
вы сами ее уволите.
-Спасибо.
-Не за что.
-Это чем же их так?
-Я на свадьбе не была и поэтому
рвотные массы на анализ,
как ты понимаешь, не брала.
-То есть определить тип токсина
не удалось?
-Пока нет ясности, будем вводить все
3 вида сыворотки сразу на все случаи.
В целом стратегия ясная -
стабилизировать.
Потом разберемся.
Хотя, зная мы, чем же их так,
было бы проще.
Но я не для этого тебя позвала.
-А для чего?
-Здесь нужен инфекционист.
Надо позвать из красной зоны
Нарышкину.
-Сами не справимся?
-Видишь ли, Эля, на свадьбе, кроме
жениха и невесты, бывают еще и гости.
-У нас что, неизвестная эпидемия?
-Вызывать войска и раздавать костюмы
химзащиты пока еще рано.
-А когда будет поздно?
-Иван Андреевич, у нас
46 потенциально тяжелых случаев
отравления неясной этиологии.
Так будет точнее пока.
-Пока...
Кто составлял список?
-Марина из приемного. Приходил брат
жениха, она и догадалась.
Не факт, что все эти люди попадут
в нашу больницу, но...
-Договаривайте. Выкладывайте.
-Мы не знаем возбудитель.
А анализы ничего конкретного
не показывают.
Возбудитель не установлен.
Логично всех изолировать
в рамках одной стратегии лечения.
-Мне срочно надо найти
целый этаж?
46 человек...
А вот этот брат анализы сдавал?
Стратеги...
Значит, 47. Пишите.
-Алло, Петр Николаевич?
Это из первой ЦКБ беспокоят.
Вы сегодня на свадьбе были?
-Как вы себя чувствуете?
Ничего не беспокоит?
Может, температура, тошнота?
Ольга Леонидовна, вы сегодня с мужем
были на торжестве, да?
Нет, это не ковид.
-Спасибо, мы вам обязательно
перезвоним.
-Давайте быстрее.
Завозите сюда.
Аккуратно.
-Куда меня везут?
-В лучшую палату везут.
Вам там будет удобнее.
Быстрее давайте.
Нам еще 5-й освобождать.
Бегом, девочки.
Быстро, быстро.
-Все что на столе было.
По ложке, как вы и сказали.
-Пакуем в спецконтейнеры.
-Температура повышается,
особенно у невесты. Почти 40.
-Это что у вас? Прозерин?
Ингибиторы им сейчас,
как слону дробина.
Продолжаем дезинтоксикационную
терапию.
Берем венозную кровь повторно.
Начинаем антибиотики.
Но не аминогликозиды, а тетрациклины.
Назначение я вам выпишу.
Промывочные воды на посев взяли?
-Разумеется.
Вы хотели что-то сказать?
То есть как сырая?
-Вот так - сырая.
-Я перестал что-либо понимать.
-Иван Андреевич!
К нам поступают пациенты с неясной
этиологией,
а их промывают сырой водой?
Так каких же результатов вы хотели
от лаборатории?
Это же какое-то...
Молчать!
Откуда вы здесь вообще все взялись?
Как вы сюда попали?
Где этот прекрасный человек,
который вас всему этому научил?
Он кто, диверсант?
-Пока вы не начали стрелять,
хочу сообщить, что в пищевых образцах
никакой инфекции не обнаружено.
-Да я нормально себя чувствую.
-Да я вижу.
И анализы у вас в порядке.
-Да я не ел особо ничего,
может, поэтому?
-Да с едой на столе все было хорошо.
Не понимаю, что тогда...
А у жениха и невесты было какое-то
особое меню?
-Особое?
-То, что другие не ели?
-Иван Андреевич, обзвонила всех по
списку. Все чувствуют себя хорошо.
-Ну, что они ели?
Пили?
Я же вижу, ты знаешь.
Чем ты их накормил?
-Что еще?
-У жениха явные симптомы неврологии.
-Точнее.
-Симметричный вялый парез
мускулатуры.
-Ничего не понимаю.
Неужели я ошиблась,
и это вовсе не бытовой ботулизм.
-А у невесты начинает развиваться
аспирационная пневмония.
-Так скоро?
Быть этого не может!
А если это яд?
-Не пори чепухи.
У тебя нервы разыгрались.
Все признаки осложнения
ботулизма налицо.
-Да, просто развиваются они ураганно.
-А что тогда?
-Нам для начала нужно
их стабилизировать.
А после разберемся.
-Ну-ка, пойдем.
Ты понимаешь,
что каждая минута дорога?
Мне что, полицию вызывать?
-Полицию не надо. Сам скажу.
Только за это статья.
-За что?
-Да за икру.
Черную. Паюсную.
Я вчера угощал их.
-Под коньячок? Где ты ее взял?
На рынке, что ли?
-Да почему на рынке? Сам добыл.
Я ж с Астраханской области.
-Сам добыл, сам солил.
Браконьер, что ли?
Я-то думал...
-Чего?
Что я их ядом траванул?
-Да яд за грамм дешевле был бы.
А сам не ел, что ли?
-Да вот она уже где.
-Это то, что я думаю?
-Это ваш токсин.
Несите в лабораторию,
но не оставляйте без присмотра.
Иначе полбольницы ляжет.
-Кирилл, чем занят?
-Оформляю выписку на завтра.
8 человек.
-Бросай ты это дело
и дуй в первую ЦКБ.
Знаешь?
-Знаю.
-Найдешь там Туридзе
Нану Вахтанговну
и отдашь ей результаты исследований.
Дождешься ответа и, как вернешься,
мне доложишь.
Понял?
-А по телефону нельзя?
-Что - по телефону?
МРТ головного мозга по телефону?
Ну, извини.
Нет у нас с тобой такого телефона.
-Что-то срочное?
-Подозрение на лимфому
центральной нервной системы.
Как сам думаешь, срочно?
Ну давай, давай.
Вечером вернешься и все заполнишь.
-Позвольте, а почему меня
обратно везут?
-А там сквозняки.
Подхватите еще простуду.
На старом месте поправитесь быстрее.
-Скажи, а что,
у тебя лекарств не хватает?
-Почему?
-Ну, куда ни глянь - на тумбочках
у больных сплошь дорогие препараты.
И не факт, что лучшие.
-Можешь проверить предписания.
Я запрещаю выписывать лекарства
высокой ценовой категории.
Только в крайнем случае.
-Значит, у тебя в отделении
все случаи крайние.
-Погоди ты.
Этим надо дома заниматься.
-Дома ты еле до подушки доползаешь.
-Сергеев, нам надо поговорить.
-А дома поговорить мы не можем?
Или что, можем смотреть
медицинский сериал и ржать?
-Хлебников круги нарезает
вокруг моих предписаний.
-Пусть. Здесь все чисто.
-Он уже зафиксировал,
что у половины больных
одни и те же препараты
высокой ценовой стоимости.
-Об стену убьется доказывать.
-Главное, что ты, когда говоришь,
сам себе веришь.
А ничего, что все препараты
от одного поставщика?
-Не ори, ты не дома.
Сядь, пожалуйста.
Дал бог родственничков -
сами жить не умеют и другим не дают.
Ведь звали же его в Москву,
в медицинскую академию.
Твоя сестра с ним как?
-Да никак.
Он же мужик -
инициативу не проявляет.
-И не проявит.
Самой надо.
-Чего надо-то?
Она сама не понимает,
нужен он ей или нет.
-Зато мы знаем, что он не нужен нам.
Проговорись Маше,
что Хлебников может передумать
и поехать в Москву преподавать.
-Не понимаю.
-А вот были бы у тебя свои дети,
поняла бы.
-Сидихина.
-Я.
-Что, бабуль, дождались?
Едем на операцию.
-Да разве сегодня, внучек?
-А что ждать?
Через неделю на одной ноге
домой поскачете.
-Как это?
-Как в детстве.
Забудете про свои болячки.
Грузим.
-Здравствуйте.
Как вы себя чувствуете?
-Что, увольняют тебя?
-Нет.
А что, должны?
-Конечно должны.
Ты же меня чуть на тот свет
не отправил.
Скорую помощь вызывайте.
Ничего, ничего, ничего.
Я вот поднимусь -
я вам тут порядок наведу.
-Всех уволите?
-Да, всех.
-Прям всех-всех?
-Да без жалости.
Я до Минздрава дойду.
До правительства.
До президента дойду.
-А если у вас опять
что-нибудь заболит,
лечить кто будет?
В животе, знаете,
много чего еще заболеть может.
А новых на наше место не наберут.
Нету их, новых.
Не хватает на всех.
-Почему?
-А, многодетный отец.
Ну что, поговорили с Житковым лично?
Извинились?
-Извинился.
-Посадить вас больше не пытается?
-Нет, только уволить.
-Ну, это ж сам Житков.
Его полиция боится.
Ну не переживайте.
Я думаю, все образуется.
Мы его пролечим, поставим на ноги.
Все забудется.
Главное, чтобы без дальнейших
приключений.
-Буду надеяться.
-Как найти Туридзе?
Спасибо.
-Кирилл!
-Коллеги, стесняюсь спросить,
а что мы сейчас делаем?
-Как что?
Перелом шейки бедра.
-Вы уверены?
-Сидихина, перелом шейки бедра.
А в чем дело-то?
-Собственно, в том, что ноги у нее
одинаковые.
-Сидихина - это которая жировик
на удаление.
-Точно?
-Сидихина - перелом шейки бедра.
Что вы тут путаете?
-Спокойно.
Пойдем логическим путем.
На какой ноге вы его наблюдаете?
На какую ставить аппарат Илизарова?
И отсюда вывод - Сидихиных две.
-То есть как послал?
-Вот так - как курьера.
Принеси, покажи, дождись ответа.
А потом вечером сделаешь выписки.
-Он хирург?
Значит, выходит, если бы не ты,
то это все ему вместо операций
пришлось делать самому.
Принеси, покажи, дождись.
-Хочешь сказать,
он для больных важнее, чем я?
А я так, пустое место?
-Вот ты ершишься,
а в нашем деле
одно из самых главных - терпение.
-А ты знаешь, я вообще не чувствую,
что это мое дело.
И терпеть надоело.
-Иван Андреевич!
-Минуточку.
Так. Нам надо спокойно сесть
и поговорить.
Предлагаю встретиться в кафе
"У лекаря".
Знаешь, это такое безопасное
довольно-таки кафе.
Через 2 часа я тебя там жду. Хорошо?
-Ну, резать-то еще не начали.
-Почему?
Я ей жировик вырезал.
Ну что такого?
Наркоз дали? Дали.
Чего бабулю дважды гонять?
-Ну, тем более. Все хорошо,
что хорошо кончается.
Да, Иван Андреевич?
-Где она?
-Кто? Бабуля?
-Прячете ее?
Медсестра, которая карты перепутала.
-Бить будете?
-Выпейте, Иван Андреевич.
Сидихиных действительно две.
Бывает такое, случается.
День-то сегодня какой...
-Какой сегодня день?
-Невезучий сегодня день.
-Девушка, можно вас?
Подскажите, пожалуйста, что нынче
молодежь предпочитает из напитков?
-Ну, по-разному. Мохито,
"Калифорния". "Секс на пляже".
-Что на пляже?
-Может быть, безалкогольных напитков?
-Нет, к сожалению, этот период
я безвозвратно пропустил.
Давайте мохито, водочки настоящей...
Есть?
И закусить что-нибудь на ваш выбор.
-Кирилл не придет.
-Это я уже понял.
Ну, здравствуй.
-Здравствуй.
Если что, не прийти -
это было его решение.
-Прекрасно выглядишь.
-Я знаю.
-А твой приход - чье было решение?
-Ну, Кирилл не знает.
Он у нас гордый.
Ни о чем просить тебя не будет.
А я буду.
Так что если тебе нужен наш сын...
-Если?
-Я знаю, что после отпуска по ранению
тебе предложили возглавить кафедру
медицинского в Москве.
-Заславский разболтал?
Трепач.
-А ты ему что, мохито заказал?
А твой сын пьет исключительно
неразбавленные алкогольные напитки.
-Буду знать.
-Что тебе действительно стоит знать -
это то, что он здесь пропадет.
Это же ты решил, чтобы он стал
врачом.
Это из-за тебя он 6 лет за партой,
без гроша в кармане
и, главное, без надежды этот грош
когда-нибудь заработать.
-Если относительно денег...
У меня есть сбережения.
-Нам не нужны твои сбережения.
Увези его отсюда.
-Что?
-Ну, ты слышал.
Прими предложение возглавить кафедру
в Москве и забирай его с собой.
Поддержи, протяни руку помощи.
Ну, ведь врачи в Москве
совершенно не то, что здесь.
Это другая жизнь, другие возможности.
Или...
-Или что?
-Или забудь его номер телефона.
Сына у тебя больше нет.
-Что происходит?
-Не знаю.
-Жидков...
ХРИПЫ
Что происходит?
-Плохо ему!
-Вижу. Конкретно?
-Он обезболивание попросил,
я и поставила.
-Что?
ХРИПЫ
-Кеторолак, два миллиграмма.
ХРИПЫ
-У него же аллергия на группу НПВС.
Вы его карту смотрели?
Для кого там это все написано?
Это анафилактический шок.
В операционную! Быстро!
Помогай!
Начинаю интубацию трахеи, скальпель.
ХРИПЫ
Ввожу воздуховод.
КАШЕЛЬ
Подача кислорода.
-Иван Андреевич!
-Вижу.
Адреналин - подкожно.
Капаем преднизолон.
Проводим инфузионную терапию.
Нужно понизить гемоконцентрацию
и стабилизировать давление.
-Он что-то сказать хочет.
-Я знаю, что он хочет сказать.
"Всех пересажаю?"
ХРИПЫ
-Знаете, чем все это закончится?
Я не про сегодняшний день,
я про нашу доблестную работу в целом.
Закроют нас к чертовой матери.
Потому что ни один человек
в здравом уме в такую больницу,
как наша, не ляжет.
Уж лучше дома помирать.
-Иван Андреевич...
-Опять просить за нее будете?
-Не буду.
-А про маленькие зарплаты тоже
не будете?
А знаете что?
А не работайте.
Зарплаты-то маленькие.
Вот и не работайте все.
-То есть как?
-Да вот так.
Что, идти вам некуда?
А вы идите.
Идите знаете, куда?
К мэру идите и там про зарплаты
маленькие разговаривайте.
А здесь больные люди.
С ними не надо про зарплаты.
Они не виноваты, что вам мало платят.
Их надо лечить.
А не гробить.
Что это?
-Заявление об уходе.
Простите, но не мое это.
-Отлично.
-Здесь работать могут либо убогие,
либо святые.
-Кто-нибудь еще?
За работу.
ВЗДЫХАЕТ
-А вы считаете, я зря на всех
сорвался?
-Любить вас больше от этого
не станут.
-Не красна девица, чтоб меня любили.
За 25 лет службы я такого нигде
не видел.
-Терпение, Иван Андреевич.
Терпение.
-Вот и я своему сыну говорю.
Мне его спасать надо,
а я его к терпению призываю.
-Спасать от чего?
-От черствости нашей.
От цинизма.
От равнодушия.
Они как цемент - пока всего человека
не зацементируют,
так, что до него потом
не достучаться...
Нет.
Не гожусь я для мирных дел.
-Тоже заявление решили написать?
Как же ваш друг?
-Заславский?
Так у него таких кандидатов,
как я, на эту должность -
вагон и маленькая тележка.
А сын у меня один.
И я ему должен.
-Нас спасли?
Я же говорила,
что здесь самые лучшие врачи.
Что ты смотришь?
-Какая ты у меня...
...красивая.
Серия 5
-Не мельтеши. Ты мешаешь мне
сосредоточиться.
-А что это мы такие мрачные?
Где счастье на лице от предвкушения
рабочего дня?
-Слушай, что-то мне нехорошо.
-Да? Тебе всегда нехорошо, когда
надо идти на работу. Пошли.
-На работе родственник.
Ты жаждешь его лицезреть?
-Маша поставила Ивану условие.
Либо он забирает сына в Москву,
либо он перестает с ним общаться.
-Помогло бы. У меня почему-то
самые мрачные предчувствия.
Что-то должно случиться.
-Ничего не случится.
Счастливые дети - лучшая мотивация
для родителей.
-Тебе-то откуда знать?
У тебя детей нет.
-Не начинай. У меня были самые
любящие родители,
которые исполняли
любое мое желание.
-Хлебников не такой.
Если он уедет, я проставлюсь
всей больнице.
УДАР
-Ах!
-Я же говорил, что что-то должно было
случиться.
Откуда он взялся? Я ж включил
поворотник, ты видела?
Я включил! Я не видел его!
-Девушка шевелится, быстро к ней!
Диспетчер!
У нас ДТП - двое пострадавших.
Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют,
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век тебя вынесут
ангелы! Ангелы, ангелы!
-Ты собираешься помогать Хлебникову?
-Как? Я что, семейный психолог?
Он его сын, она его жена.
Хоть и бывшая.
-При чем тут бывшая?
Дело явно в сыне.
Он прямым текстом сказал:
"Я ему должен".
Если завтра он напишет
заявление и уйдет?
-Что должен?
-Ну, не денег же.
-А что с ним не так? Кирилл сейчас
в ординатуре, в "девятке".
-Переведи его к нам. Пусть начнет
работать под крылом у отца.
СМЕЕТСЯ
-Легко сказать.
Эля, а чего ты за него
так беспокоишься?
-Ну, вообще-то, это твой друг.
Не мой.
А во-вторых...
да жалко его.
Строит из себя супермена,
а сам растерян, как мальчишка.
А в-третьих, он делает для тебя
всю грязную работу.
Чистит авгиевы конюшни.
-И для тебя.
-Так реши вопрос.
Разве ты мне не должен?
-Лариса! Что случилось?
-Со мной ничего. Пациент - он.
В анамнезе - падение с мотоцикла.
Пульс учащен, давление понижается.
Иди к нему.
-Как это случилось?
-Летел как сумасшедший.
Врезался в нас. Иди!
Точнее, она. В первую!
-С Владленом все нормально?
-Он остался на месте с полицией.
Будем разговаривать или осматривать?
-Так уже.
С мотоциклистами почти всегда
одно и то же. Ну, все понятно.
Сочетанная травма, закрытая
черепно-мозговая, острый живот.
Нужно переливание крови, Марина
делает анализ на группу.
-Марина! Пусть Марат Леонидович
спустится. Скажите, что я попросила.
Антонов дежурит?
-Да.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Леша, у тебя срочная операция.
Мотоциклист.
Все должно пройти идеально.
Личная просьба.
-Голова кружится?
-Нет.
-Тошнит?
-Не-а.
-Ну, уже хорошо. Руку поднять можете?
-Ой-ой! Не надо, пожалуйста.
Очень больно, не надо.
-Марина, в полость сустава -
раствор новокаина. 2 мл.
-Однопроцентный?
-Да.
-Так. Ну, тут множественные ушибы
тела, это понятно. А что еще?
-Какой энтузиазм, Лариса
Владимировна. Ваша знакомая?
-Именно так. Я вам тут не мешаю,
Марат Леонидович?
-Ну что вы. Работать с вами
в одной команде - это наслаждение.
Ну что же, давайте вправим плечевой
сустав. Ложитесь на левый бок. Так.
Руку свободно.
Придется потерпеть.
-Марина, после этого -
иммобилизация в ортезе.
Девушка, не переживайте,
у вас будет самый лучший ортез.
Я прослежу.
-Хорошо.
КРИК
-Мотоциклист?
-Ну, это наши верные
постоянные клиенты.
Хотя нет. Лицо вроде незнакомое.
-Новичок.
-Падает сатурация.
У него внутреннее кровотечение.
-Остановим, не проблема.
Готовим к лапаротомии.
-Доктор, есть проблема. С его кровью.
-В каком смысле?
-У него четвертая отрицательная.
И у нас последний контейнер.
Звонили на подстанцию -
помочь не могут.
-Черт! С такой редкой группой крови
надо дома сидеть!
А не на мотоциклах кататься.
СИГНАЛ КАРДИОМОНИТОРА
-Да.
Лариса, я, конечно, начну.
Но я не волшебник.
Нужен донор
с четвертой отрицательной.
Ну откуда я знаю?!
Найди какого-нибудь ближайшего
родственника. Может, нам и повезет.
-Антибиотиков, противовирусных,
седативных, диализных комплексов
в достатке.
Наборов для трахеостом тоже.
-Извините, что перебила.
Времени мало, мне на погружение.
Иван Андреевич, можно на минуту?
-Конечно.
-Я сейчас.
-Какое погружение? О чем она?
-А, молодежь так называет смену
в красной зоне.
Ну, погружаются на 4 часа -
и обратно. Как водолазы.
-Здесь картина моей бабушки.
Она просила вам ее передать
в знак благодарности.
-За что?
-Да... за все.
Ну, за то, что пропуск в красную зону
сделали.
И за помощь волонтерскую.
В общем, спасибо большое!
-Инга, я могу что-нибудь сделать?
-Можете. А вы не прячьте эту картину
в кладовку. Пусть люди ее видят.
Восход солнца - это любимая тема
художницы Кораблевой.
И она часто к ней возвращается.
И дарит ее только тем,
кого действительно любит. Вот.
Извините. Мне правда нужно идти.
Пациенты ждут.
-Да, конечно, Инга, идите.
-Это я у вас для Инги пропуск
просила. Кораблева - это ее бабушка.
Она у нас во второй палате.
-Понял. Теперь понял.
Извините, что накричал.
Сразу не разобрался.
Пропуск сделали без меня?
-Да.
-Ну и правильно. Все правильно.
-Утром Кораблевой делали повторное
КТ, поражение легких - 80%.
Температура третий день - 39,5.
Не помогает лечение.
-Вот за что нам это все, а?
-Что именно?
-Я периодически думаю:
зачем это все нам дано -
вот этот ковид, страх, смерть, жизнь?
Рассвет этот опять же...
Может быть, для того, чтобы
Инга Кораблева спасла свою бабушку?
-Лариса Сергеевна,
там брат мотоциклиста приехал.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
Сергеева, заведующая
терапевтическим отделением.
-Моему брату терапевт не нужен.
Позовите хирурга,
который будет делать операцию.
Я хочу с ним переговорить.
-Операция уже началась.
Простите, как вас зовут?
-Долгушин Олег.
-Олег, операцию делает
наш лучший хирург.
Но Мише понадобится кровь
для переливания.
Вы знаете свою группу крови?
-Четвертая отрицательная.
-Очень хорошо. Сдадите для брата?
-Сколько потребуется.
-Мише с вами очень повезло.
-Не думаю.
Я подарил ему этот проклятый
мотоцикл.
-Странно. Мотоциклом управляла
девушка.
-Какая девушка?
-Марина, как фамилия пострадавшей?
-Долгушина.
Алла Долгушина. Но она ему не сестра.
-Я должен ее увидеть.
Здравствуй, Алла.
Как мама твоя поживает?
Хотя откуда тебе знать?
Это мне ты сказала,
что едешь к маме.
А сама поехала кататься на мотоцикле?
-Нет, Олеж, я все объясню.
-Да, придется.
И начни вот с чего.
К маме ты поехала вчера вечером,
а в аварию попала сегодня утром.
Где провела ночь?
-Спокойнее. Нам еще семейного
скандала тут недоставало.
Скажи, Алла, я имею право на скандал?
-Имеешь.
Это мой муж.
-Мы все уже тут поняли.
А может, оставим драматическую часть
на потом
и просто сдадим кровь?
-От Сергеевой новостей нет?
-Позвоните ей и скажите,
что мы на физрастворе долго
не протянем.
Точнее, не протянет пациент.
-Олег, все не так, как ты думаешь.
У меня с Мишей ничего не было.
Мы просто прокатились на мотоцикле.
Он тебе не сказал,
чтобы ты не волновался.
-Понимаю.
Но вы же не всю ночь катались?
Где-то ведь отдохнули, так?
-В кафе за городом.
-Там, где гостиничные номера? Так?
-Так.
-Тварь!
Лучше бы молчала.
Каждый раз, когда ты открываешь рот,
я слышу очередную ложь!
-Для забора крови все готово.
-Как раз сейчас этот вопрос
и решается.
-Ну, хорошо.
Я у себя.
Будут проблемы - сообщайте.
-Сообщаю.
Мне нужна новая медсестра.
Вчера одна из отделения со смены
уехала прямо домой,
а сегодня уже поступила
как пациентка.
-Получается, домой она поехала
уже с короной.
-Домашние ждут результата анализов.
-Она ж домой сразу не пошла?
Она наверняка зашла в магазин,
поздоровалась с соседками,
пообщалась с покупателями,
с продавцами.
Дети, одноклассники...
Муж ее пил пиво с мужиками.
Вместо того, чтобы лечить корону,
мы разносим ее по городу.
-Инфекционный корпус давно
должен быть на карантине.
-Почему вы не говорили об этом
в начале эпидемии?
-Так я не говорила - кричала.
И с Лаврентьевым был разговор.
Но никто ничего не делает.
-Почему?
-Потому что у больницы нет помещений,
чтобы разместить врачей после работы.
-Отговорки.
-Я согласна.
Вот новый корпус.
Вполне подходит.
-Новый корпус?
-Да.
-Показывайте.
Какой-то он незаконченный
и грязненький.
-Так долгострой.
Пока строили, забыли, зачем строили.
А потом вспомнили
и стали ремонтировать.
До сих пор ремонтируют.
Так вы Сергеева спросите.
-Интересно, почему он мне сам
об этом не сказал,
раз это больничное хозяйство.
Здесь вход?
-Ага.
-Степан Михайлович, а вы можете
мне открыть сейчас новый корпус?
Где?
Справа от двери?
Интересные у вас тут порядки.
А приходите-ка сюда сами.
Вы нам нужны.
-У вашего брата не так много времени.
Нужно сдать кровь.
-Я передумал.
-Ты себе этого не простишь.
-Зато вы с Мишей себе все простите.
Вот в чем дело.
В этой семье я один зарабатываю.
Вы только получаете.
Брату - лучший мотоцикл, невесте -
самую красивую свадьбу. Мало!
Давайте опозорим его на весь город,
чтобы над ним все клиенты ржали!
-Олег! Кровь нужна не кому-то чужому,
а вашему младшему брату.
-Да, вы правы.
Для брата я бы не пожалел.
А для любовника жены кровь
сдавать не буду.
-Ну, вот.
Да, помещение, конечно, пока не
приспособлено для проживания людей.
-А если включить отопление?
Поставить ширмы, кровати.
Девочки налево, мальчики направо.
Вон там будет кухня,
в конце коридора - душ.
Что еще нужно для счастья?
-Для счастья - много чего.
А для карантинного корпуса вполне.
Только, конечно, немного мрачновато.
-А если так?
Все будут смотреть и верить,
что все обязательно закончится
хорошо.
-Ну да, получается,
обживаемся понемножку.
Давайте все обсудим.
-Давайте.
Работать будем в две смены.
Одна смена работает, другая отдыхает,
здесь же, где и живут.
Питание организуем.
В конце карантина все сдают тест
и только через два дня
отправляются домой.
-Только это вам не армия.
Люди к такому не готовы.
Их нужно предупредить заранее.
-А вы предупредите, предупредите.
Наши врачи больше по городу
разносить заразу не будут.
-Алло!
Да.
Такси. ГЦБ-1, главный вход.
Сейчас.
Спасибо.
-Если вы не сдадите кровь,
через два часа Миша
будет лежать в таком мешке.
-Вы не поняли.
Он для меня уже умер.
-Вы страшный человек!
-Справедливый.
-Возьми!
-Если я не накажу любовника жены,
то растеряю клиентуру и партнеров.
Никто не доверит свои тайны
такому лоху.
Бизнес, который я выстраивал 15 лет,
полетит к чертям!
-С уголовной точки зрения,
то, что вы делаете,
называется "оставление в опасности".
125-я статья Уголовного кодекса.
Вас посадят.
-Это вряд ли.
Адвокатская контора
"Долгушин и партнеры".
Любые консультации
по уголовным делам.
Обращайтесь.
-Владлен Эдуардович, наше вам!
Стойте!
С полицией разобрались?
-Разумеется.
Виновник аварии - мотоциклист.
Что за переезд?
-Переводим красную зону на карантин.
Оборудуем новый корпус под общежитие.
-Новый корпус? Стоп!
Все возвращаем обратно. Все везете
туда, откуда взяли, понятно?
-Приказ главного врача.
Поехали.
-Почему не посоветовался?
Это моя епархия.
-Что ж ты не рассказал
про новый корпус?
-Не о чем рассказывать.
Это чужая собственность.
-Строили для больницы, а как
достроили - чужая собственность.
-С баланса снимал не я.
Решение принималось наверху.
А то, что ты делаешь,
называется самоуправство.
Эпидемия закончится,
а статья останется.
-Нужна кровь. Четвертая
отрицательная. Иначе пациент умрет.
-Объяви по больнице - нужен донор.
-Вика, давай сдвинем шторы!
-Ну что? Не нашли?
-Нет.
Проверяем добровольцев, которые
не знают свою группу.
Реаниматолог Бородин готов сдать,
но он в красной зоне,
и мы не можем так рисковать.
-Ну что, кому четвертой
отрицательной?
-Марат Леонидович, у вас?
-Да.
Специально берег для такого случая.
Шоколадкой угостите потом?
Восторги потом,
Лариса... Владимировна.
Антонов ждет.
-Кулачком работаем.
-Расширитель убираем и зашиваем.
Зажим.
Ординатор, смотришь?
Первый узел с помощью зажима.
Два полных оборота и еще один.
И протягиваем.
В итоге получаем хирургический узел.
Экономия нити. Сергеев тебе потом
за это премию пообещает.
-Но не даст.
-Ну, естественно.
И таких узлов - 5-6.
-Все, крови больше нет.
Он умрет?
-Ну, теперь, в принципе, можно
и не зашивать. Но мы продолжим.
Фигли еще делать...
-Кровь есть. Маратик Леонидович сдал.
-Ого! Элитный материал.
Повезло тебе, парень. Заканчиваем.
-Значит так. В реанимацию.
И профилактику осложнений ЧМТ.
Капельницы.
Кеторолака трометамин
и азитромицин.
Это кто там? Сергеева?
-Да.
-Передайте Ларисе Владимировне,
что с этого дня я к ее просьбам
буду относиться весьма настороженно.
СМЕХ
-Доктор говорит, что операция
прошла успешно.
Все будет хорошо.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да чтоб тебя!
Лучше скажи, кто может остановить
это переселение?
-Иван послушает только Заславского.
Нужно, чтобы тот узнал о ситуации
как можно быстрее, но не от нас.
-Ты куда?
-Поговорить кое с кем.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Иван Андреевич, а здесь девочки
чем будут работать?
-Лидия Анатольевна,
новый корпус сейчас в приоритете.
Не отвлекайте вы по мелочам.
Получите вы свое пополнение
через неделю.
-Ха-ха-ха!
-Выносите, выносите.
-Когда рак на горе свистнет...
-Куда мы едем, Сергей Петрович?
-В 1-ю ГКБ.
Ординатуру теперь будешь проходить
там.
-А кто вас попросил - отец или мама?
-Меня не надо просить,
я и так все понимаю.
Я тебя, между прочим, из роддома
встречал.
-Потому что отец был в командировке.
-Кир, так будет лучше для всех.
В Первой - лучшие врачи города.
Ты у них многому научишься.
-Я вообще не хочу ничему учиться.
Я вообще не планировал быть врачом.
-А зачем учиться пошел?
-Не пошел, а повели. Отец.
-Да, вы, Хлебниковы,
проблемная семейка.
-Я не Хлебников, я Воробьев.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да.
Говори. Какое общежитие?
-О, как раз хотел ехать к тебе.
Кое-что обсудить надо.
-Ты про новый корпус?
Доложили уже.
Город-то небольшой.
-Я все понимаю, нужно было соблюсти
кое-какие формальности.
-Кое-какие?
Вообще куча формальностей!
-Серег, нет времени.
Видишь, приходится чем заниматься?
Чуть ли не сам коробки таскаю.
-Ты главврач или разнорабочий?
-Давай не сейчас. Я не прошу меня
прикрывать. Я просто прошу не мешать.
-Да я не против. Не скажу, чтоб за.
Пока глаза закрою.
-Большего я не прошу.
-С этим закончили?
Я тебе хочу представить нового
ординатора. Кирилл, поди сюда.
-Привет!
-Привет.
Можно тебя на минуточку?
Ты же понимаешь, что это
нежелательно?
-Потому что он твой сын?
-Именно!
Не могу я взять сына на работу.
Так не делается.
-Сергей Анатольевич, трудности?
Может, я пойду?
-Стой здесь!
Ты не сам его берешь.
Тебе его назначили.
Победитель конкурса "Лучший ординатор
года" должен проходить практику
под руководством лучшего главврача.
И у вас фамилии разные.
-Когда же этот конкурс проходил?
-Утром.
-Галя, с завтрашнего дня у нас
прибавляется помещений.
Передай руководству,
что мы должны переговорить.
СИГНАЛ СМС-СООБЩЕНИЯ
Ответь. Может, кавалер беспокоится?
-Это МЧС. Ожидается ураган, шквальный
ветер. Месячная норма осадков.
-Как всегда, перестраховываются.
СИГНАЛ СМС-СООБЩЕНИЯ
Хм! Просят убрать машины
из-под деревьев.
Спасибо.
Убрала бы, если бы была бы.
Так, все, не отвлекаемся.
Мы под крышей. На нас не капает.
И никакого урагана не будет.
Всегда врут.
РАСКАТЫ ГРОМА
-Как у вас, Лидия Анатольевна, дела?
-Все хорошо.
-Что творится-то...
-Да, в этот раз не обманули.
-Я такое в Венесуэле только видел.
-Ну, главное, чтобы наплыв
пострадавших не пошел.
С остальным справимся.
РАСКАТЫ ГРОМА
-Или нет.
-Это что такое?
-Электричество кончилось.
-Проверяем аппараты.
-Все в норме. Заработали блоки
бесперебойного питания.
-Ну, вот и хорошо.
Ни о чем не беспокойтесь.
Мы полностью автономны.
Никита, можно тебя на минутку?
На сколько рассчитаны блоки?
-На час. Не более.
Потом все аппараты ИВЛ остановятся.
-Узнай, что у них там случилось,
но тихо.
Нам только паники не хватало.
РАСКАТЫ ГРОМА
-Иван Андреевич, не поможет.
-Почему?
-Держите.
Молния ударила в нашу подстанцию.
Накрылись все предохранители.
-А городские сети?
-Электричества нет
в Центральном районе.
Лида набирает аварийную.
Скоро приедут.
-Они не приедут.
-Почему?
-Совпадение, дорогая моя.
Авария масштабная...
Работы ведут все бригады.
Помощь сейчас требуется по всему
городу.
Мы не успеваем, подождите.
-Я не могу ждать, люди на ИВЛ!
Каждая минута на счету!
-Это кто?
-Главврач Хлебников.
-В первую очередь - детские больницы
и учреждения.
Приедем, как только сможем.
-Тока нет, а вы держитесь...
-Черт знает что!
-Это мой телефон, Иван Андреевич.
Не кричите, больных напугаете.
-Хорошо. Извините.
Сейчас с улицы пойдут пострадавшие
в приемный покой.
Нужно послать кого-то из девочек
на подмогу.
-Я не знаю, в такой ситуации мы
все нужны здесь.
-Лидия Анатольевна,
мы с Женькой поможем.
-Таня, Женя, вы откуда?
Вы же утром сменились.
-Как свет выключился, мы решили
прийти, мы рядом живем.
-Милые мои, по гроб жизни не забуду.
Пойдемте.
-Молодцы, девчонки. Молодцы!
О, Эльвира Рафаэлевна,
вы тоже вернулись?
-Иван Андреевич, если понадоблюсь,
я у себя в отделении.
-Я понял.
-Все уже здесь.
Жуков в приемном, Туридзе на этажах.
-Спасибо, не ожидал.
-А зря. Мы тут не только за зарплату
работаем.
-Один ставь сюда. Второй сюда.
Как наши послеоперационные?
-Все хорошо.
-Уколы, таблетки, капельницы -
все по расписанию.
Перевязку возьму на себя.
Вспомню юность боевую.
Лена, нужен один светильник
в процедурную.
РАСКАТ ГРОМА
-Генератор, думал.
-Что, Иван Андреевич, не хуже,
чем в армии, обстановка боевая?
-Как у тебя в отделении?
-Все под контролем.
Все отдежурившие медсестры вернулись.
Справимся.
Я думаю, скоро все закончится.
-МЧСники говорят, что через час
закончат.
Но то же самое они говорили
полчаса назад.
-Да уж, неприятности.
-Неприятности пока не начались,
но скоро начнутся.
Блоки питания в красной зоне
на исходе - аппараты ИВЛ остановятся.
Я, пожалуй, туда пойду.
-Что ты изменишь?
-Фонарь можете убрать?
-Кто такой?
-Новый ординатор.
-А что без дела шляешься?
-Ну, я формально, еще не приступил.
-Считай, что приступил.
Иди вон за главным.
Если надо что, поможешь.
-Что-то потерял?
-Телефон.
На, посвети.
-На. Не здесь, а на подоконнике.
-Спасибо.
-Я думал, военные не паникуют.
-Я не паникую, я выход ищу.
Сейчас в инфекционном начнут люди
умирать,
а мы сделать ничего не можем.
Ты сказал "военные"? Молодец, сынок.
Полковник, здорово. Хлебников.
Главврач Первой городской.
Мы тут в понедельник орлов твоих
спасали, должок пора вернуть.
Нам нужен дизель. Дизельный
генератор. И прям сейчас.
-Я с тобой. Тебе что-нибудь нужно?
Хочешь поговорить?
На улице небольшой ветер,
но у нас отключили электричество.
Просто из экономии. Все такие жадные.
Да шучу, небольшие проблемы, но все
под контролем.
Это новенькая. Ты ее знаешь.
Саша, медсестра.
Она тут отработала, но заболела.
А я не заболею, не волнуйся.
ЧАСТЫЙ СИГНАЛ АППАРАТА
-Блок питания "умер". Все.
Что делаем?
-ДР не поможет, не в этом случае.
Давай мешок Амбу.
-Елизавета Владимировна, я вам нужна?
-Не сейчас, Инга.
-Не волнуйся, ей помогут.
Нет. Почему?
Да, у нее дети,
а у тебя я.
Ты правда этого хочешь?
Не надо, пожалуйста.
-Елизавета Владимировна...
-Инга, некогда!
-Бабушка просит переключить
ее аппарат на Сашу.
-Что?
-Доктор... у меня просьба.
Не откажите. Пожалуйста.
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
Доктор, вам понравилась моя картина
"Рассвет"?
-Конечно, Мария Тихоновна, конечно.
Спасибо вам большое.
-Девочка моя, не грусти.
Я ни о чем не жалею.
Лучше, нарисуй этот... этот рассвет.
-Эльвира Рафаэлевна, спасибо вам
большое, что вернулись -
это было правильно.
-И вам спасибо, Иван Андреевич.
-Отдыхайте.
-До свидания.
-Нана Вахтанговна,
спасибо вам большое.
До свидания.
-До свидания.
-Девочки, вы поспать-то успеете?
Сегодня опять на смену.
Спасибо вам большое. Вы молодцы!
-Справились?
-Справились, Сергей Анатольевич.
-Что так официально?
-А я принял решение. Я остаюсь.
Люди здесь хорошие, правильные.
А с остальным разберемся.
-Так и запишем.
-Только, Серег.
-Начинается.
-Следователи должны отстать
от Нарышкиной. Это прекрасный врач.
Лучший инфекционист в городе.
Отличный специалист.
-К ней больше нет претензий.
Лиза оказалась очень
предусмотрительной девушкой -
копию своего заявления отправила
в Горздрав.
Здесь бумагу потеряли, там нашли.
Все, работайте. Давай, главный.
Мне еще две больницы объехать.
-Тяжелый сегодня день получился?
-Здесь бывает по-другому?
-Будет по-другому.
Серия 6
-И потом вдруг у нее кровь из глаз
как брызнет, а потом изо рта.
-Ой, мамочки...
-Подходит прямо к нему,
кровь уже из ушей,
тянет свои кровавые руки
прямо к его горлу
и вдруг как заорет:
"Отдай мое сердце!"
СТУК
-Помогите!
КРИК
-Это же огнестрел.
Подожди, ты вся в крови.
Это твоя?
-Нет, папы.
-Завози прямо сюда.
В полицию звонили?
-Нет, я не успела, я растерялась.
Только успела его...
-Останьтесь здесь.
Марин, вызывай полицию.
-Да, конечно.
Успокойся, моя девочка,
все будет хорошо, не переживай.
Мы поможем твоему папе, поможем.
Ты не знаешь, кто это сделал?
Кто?
-Я.
ПЛАЧ
-Ну, попробуйте.
Я так и думал, что не получится.
ЖЕНСКИЙ ГОЛОС: -Иван Андреевич!
Иван Андреевич, беда.
-А точнее?
-Огнестрел в брюшную полость.
-В полицию звонили?
-Нет еще.
-Кто дежурит в хирургии?
-Плющин.
Я уже сообщила, готовится.
-Звоните в полицию.
-Иван Андреевич,
может, вы сначала посмотрите?
Нельзя нам в полицию.
Раненый, он это...
он сам мент.
-Пуля, скорее всего,
застряла в печени.
Очень много крови потерял.
-На гемоглобин брали?
-Да. И на сахар, и общий.
Вы уже в курсе, кто стрелял?
И что будем делать?
-Что?
В любом случае поднимайте
в операционную.
-Нет, я про...
-И звони в полицию.
Наше дело - ее отца спасти,
остальное нас не касается.
-Задета паренхима левой доли печени.
Слишком большое кровотечение.
-Пули не вижу. Отсос.
-Кровотечение усиливается.
-Вижу. Не понимаю только,
сосуд или паренхима.
Зажим Кохера.
-Сосуд.
Ждем сосудистого хирурга?
-Некогда. Нет времени. Продолжаем.
-Уверены?
-Гемостатические губки.
-Сколько?
-Штуки три.
Если остановим кровотечение,
считайте, победили.
Там, где я оперировал,
Марат Леонидович,
сосудистые хирурги не доезжают.
Ну, я же говорил.
-Всем доброе утро.
-Доброе.
-Доброе утро.
-А уверен, что доброе, а?
Судя по твоему лицу,
не такое уж оно и доброе.
-Это же наш новый ординатор.
Воробьев, кажется?
-Да.
Кирилл меня зовут.
-А я уж думал, что...
-Нет, все в порядке. Все хорошо.
-Меня просто на баскетболе
локоточком зацепило.
-И ссадины на руках, да?
-Это мужской спорт.
-Шахматы - вот мужской спорт.
СМЕХ
А что вы смеетесь?
В баскетбол и женщины играют.
А вы много шахматистов-женщин знаете?
Вот то-то. Баскетболист!
-Значит так, послушай сюда.
Если ты решил подраться,
это дело твое.
Но ординатор с фингалом -
это ЧП. У тебя сотрясения нет?
-Да нет, все в порядке.
Это за кем пришли?
-Не волнуйся, не за тобой.
Девчонка тут у нас отца подстрелила.
-Ну, значит, такой отец.
-Много ты понимаешь. Случайно.
Она одна на даче ночевала,
а он на работе ключи оставил.
Ну и решил через окно,
чтобы девчонку не будить.
Она не разобралась
и пальнула из его же ружья.
-Интересно.
И вы в это верите?
-Почему бы нет?
К ним уже лазили,
напугали до смерти.
-И что, получается, ее заберут?
-Не знаю.
Ей сейчас укол сделали
успокоительный - спит.
-Это они ее стерегут, что ли?
-По ходу, да.
Сейчас психолог приедет.
Ей-то еще шестнадцати нет.
Будут разбираться.
-А ручки-то вот.
СМЕХ
СТУК В ДВЕРЬ
-Можно?
-Входите.
-Не подскажете, как мне
доктора Антонова найти?
-Уже нашли.
А вы...
-Кузин.
Доктор из районной поликлиники
сказал, операцию мне надо.
-Ну, если доктор из поликлиники
сказал, тогда нужно.
-Вот у меня анализы все.
-Присаживайтесь.
-А что у вас?
-Дивертикулит.
-Ага.
И вы сразу оперировать?
Люди с этим всю жизнь живут.
-Так и я живу.
Ну, бывает, дочка таблетку
даст, полежу малость - и ничего,
отпускает через денек.
-Вы 4 раза за последние
полгода лежали в больнице.
Говорите, отпускает?
-Было. Поэтому хирург
из поликлиники к вам послал.
-Им бы только резать.
Знаете, что я вам скажу?
Вот сами подумайте:
без кишки разве лучше будет?
-Как без кишки?
-Ну а вы думали,
что резать будут?
-Ну, этот, как его... дивертикулит.
-А дивертикулит где? На кишке.
-Так что, думаете, не резать лучше?
-Боюсь, что резать, уважаемый.
Себя сейчас как чувствуете?
-В общем неплохо.
-Алексей Викторович, вы,
наверное, запамятовали.
У нас же сейчас плановые
операции не проводятся.
-Тут делов на час.
Или лучше потом ему
со стомой ходить?
-Вот ковид закончится,
тогда и сделаем.
-Ну, вот видите, не положено.
Вам доктор какие-то
лекарства выписал?
-Да.
-Ну вот, идите домой и лечитесь.
А потом, когда можно будет,
вам сообщат.
-Ну, я тогда пойду, да?
-Ага.
-А может, оно лучше,
что сейчас не резать, а?
-А я вам что говорю!
Леш, ты охренел?
Мы его по бумагам не проведем.
-Но Еприкяна же провели.
-Потому что он Еприкян.
Не в смысле - армянин,
а в смысле - два павильона
на центральном рынке.
И будь он хоть Ивановым,
от таких денег не отказываются.
-Конечно, против двух павильонов
на центральном рынке Кузин не тянет.
-Не ерничай.
Ковид закончится - лично позвоню
и положу Кузина в лучшую палату.
А пока сделай Еприкяна
по высшему разряду.
-Сделаем...
согласно прейскуранту.
СТОНЫ
-Госпожа Еприкян,
оставляю вас буквально на минуту.
-Спасибо.
-Нарине!
-Одну минуту, одну.
Левончик, дорогой,
ты, главное, не волнуйся.
Все будет хорошо.
-Нарине, меня прям радует
твой оптимизм.
-Это не оптимизм, это убеждение.
Я знаю этих людей.
А знаешь, кто мне их посоветовал?
О, очень уважаемые люди!
А знаешь, каких людей
они оперировали?
Очень известных.
-Нарине, я тебе завидую.
В целом мире все только хорошие,
прекрасные и уважаемые люди.
-А разве другим
такие деньги дают?
-Простите, нам пора.
Все-все-все, прощаться
не будем - плохая примета.
-Нарине, я люблю тебя!
-Вика, вы сегодня прекрасно
выглядите.
-Хм, интересно, как вы это заметили?
Я вот вижу только ваши глаза,
и то с трудом.
-Это не я, это Павлов.
Я просто передаю его слова.
-Спасибо.
-Вот тут еще стихи:
"В этой богом забытой палате,
Где лежу я пассивный, как овощ,
Вы мой ангел в белом халате,
Вы одна мне надежда и помощь".
-Ангел?
Скорее, больше на водолаза похожа.
-Судя по всему, вы ему очень
нравитесь даже в защитном костюме.
-Я бы записку сохранила, но отсюда
выносить ничего нельзя.
-Не волнуйтесь, текст я запомнил,
если что - буду вам напоминать.
-Спасибо вам за стихи, Павлов,
мне очень понравилось.
Очень приятно, Вика.
-Хлебников объявил карантин
для всего персонала ковидной зоны.
-И что теперь? Куда он их денет?
В больнице будут ночевать?
-В новый корпус.
-Что?
Как ты мог это позволить?
-А как я мог это не позволить,
если Заславский позволил?
Что я должен был ему сказать?
Что бывший главврач через подставных
открывает платный корпус?
-Какая разница кто? Это здание уже
не на балансе больницы, а чужое.
Это мог сказать?
-Он знает. И что?
-И то! Это статья.
Называется "Самоуправство".
-Ну, у нас времени судиться нет.
А сколько времени у нас есть?
-Ты хоть знаешь, какие люди
вложились в дело?
-Догадываюсь, что с деньгами.
Вот и подключайте их.
-Они что, по-твоему,
по первому свистку явятся?
-Вы боитесь им все рассказать?
Там что, бандиты?
-Лучше тебе не знать, кто там.
Короче, Влад, ситуацию с общагой
надо сдвинуть.
-Как?
-Как-как! Придумай как!
Если проект накроется, серьезные
люди потеряют серьезные деньги,
а отвечать нам с тобой.
-Стоп.
Я ни у кого никаких денег
не брал, в отличие от вас.
И никому ничего не обещал. Так что
мне отвечать не за что, не перед кем.
Но я подумаю, что можно сделать.
-Зоя, я включу диктофон,
наш разговор будет записан.
-Угу.
-Сколько тебе было лет,
когда умерла мама?
-Семь.
-Нелегко, наверное, пришлось?
Мама готовила, уборку делала.
После ее смерти пап хозяйством
занимался?
-Нет. Все делала я.
-С семи лет?
Как ты все успеваешь?
Ты же учишься.
-Ну, папа меня с детства к дисциплине
приучил. Он полицейский.
-С детства, как в казарме?
Как он тебя приучил? Наказывал?
-Иногда.
-И ремнем?
-И ремнем.
Когда мамину вазу разбила.
-Ты тогда на него сильно обиделась?
-Да.
-У полицейских нервная работа.
Папа на тебе срывается,
когда что-то не ладится?
-Иногда срывался.
-Тебе в тот момент хотелось
ему отомстить?
-Может быть, только в тот момент.
-А в этот вечер вы не ссорились?
-Я поняла.
Ты думаешь, я это нарочно сделала?
Да я не знала, что это он был!
Я думала, что это не он!
Он учил меня всегда защищаться!
Но я выстрелила!
Я не знала, что это он!
-Понятно.
-Что тебе понятно?
-Все-все, успокойся.
Попей водички.
-Что Лаврентьев?
-Если проект центра накроется,
с нами будут разбираться
очень серьезные люди.
-Бандиты, что ли?
Ты же денег не брал.
-Думаешь, они в курсе?
Для них все мы - Лаврентьев, я, даже
Плющев - одна шайка-лейка докторов,
которые хотят их кинуть.
-Значит, надо идти к Хлебникову?
Но ты же ни в чем не виноват.
Лаврентьев все делал.
Что это?
-Сразу пиши два заявления:
об уходе и в прокуратуру.
-Значит, надо идти к бандитам.
-Что ты сказала?
-Ну, ковид же не навсегда.
Рано или поздно карантин отменят
в больнице, корпус освободят.
И тогда снова встанет вопрос
о медицинском центре.
С Лаврентьевым они разберутся.
Его же уволили из больницы.
Он больше не интересен. А ты тут.
И вся шайка-лейка докторов.
Ну, ты понял?
Им надо просто предложить
свои услуги.
-Однако, Иван Андреевич,
с того света мужика вытянули.
Беру свои слова обратно.
-Какие?
-Да про сосудистого спеца.
Вы универсальный хирург. Все можете.
-Спасибо, конечно, но, к сожалению,
далеко не все.
-Перевели в реанимацию.
-Продолжаем.
Физраствор, антибиотики,
промидол через час и на ночь.
Алексей Викторович,
у вас сегодня внеплановая операция?
-Да.
-Что-то не помню вас в графике.
-Дивертикулез.
По острому привезли
на скорой, угроза перитонита.
Больной Еприкян.
-Вот как.
Не повезло мужику с колостомой
ходить. Когда повторная?
-Ну, где-то через месяц контрольное
обследование, а там решим.
-Держите меня в курсе, пожалуйста.
-Конечно.
-Чаю?
-Да, давайте чайку, Иван Андреевич.
-Ну, и что теперь делать?
Успокойтесь, все правильно сказал.
Не спрячете же вы этого Еприкяна,
в самом деле.
-Объясняю для непрактикующих врачей.
При операции дивертикулеза по острому
случаю больному ставят колостому.
Не понятно? Пациент должен ходить
с мешком для каловых масс.
Так доступнее?
-И чего?
-И того.
Хлебников что, слепой?
Он что, не заметит, что у Еприкяна
отсутствует мешок для дерьма?
-Ну так прилепи ему этот калосборник.
-Ты что, издеваешься?
-Спокойно. Ты же у нас хирург.
Не я. Ты что предлагаешь?
-Иди к своему родственнику
и все рассказывай,
как ты там и с кем договаривался.
-Все?
-Все.
-Все-все?
-Угу.
-Угу.
И сколько ты за операции берешь?
Сколько их у тебя было - тоже?
И что у тебя человек в прошлом году
на столе умер,
который ни по каким бумагам
не проходит, тоже рассказывать?
Извини, коньяк не предлагаю.
Сам понимаешь, мы
на ответственной работе.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Иван Андреевич, извините, помешал,
но очень надо.
-Заходите, Степан Михайлович.
От меня чего хотите?
-Отца вытащили, теперь дочку надо.
-Наше дело - лечить,
а не адвокатствовать.
-Ей шестнадцати нет, она еще ребенок.
-А из ружья пальнула.
-Так со страху же.
И пусть полиция допрашивать
без взрослых не имеет права,
но все равно же будут!
И эта дамочка-психолог ее
под 105-ю подведет. А это срок.
-Я смотрю, вы хорошо с УК знакомы?
-Было время и место.
-И что нам советует
Уголовный кодекс?
-118-я: причинение тяжкого вреда
по неосторожности.
По ней таких малолеток
не привлекают.
-Убедили. А куда идти?
-А я же сказал: я ее
от ментов спрятал.
На складе.
-Пошли.
-Папа на дежурстве
должен был быть до утра.
Его пораньше отпустили,
а он меня не предупредил.
-Наверное, будить не хотел.
-Наверное.
Когда папа ушел, кто-то
разбил окно на веранде.
Может, это ветер, я не знаю.
Я испугалась,
взяла ружье из сейфа.
Я знаю, где папа ключи прячет.
Я услышала чьи-то шаги, подумала,
что это кто-то чужой...
-И выстрелила.
-Да.
Но я даже не целилась.
Я просто хотела напугать.
Закрыла глаза,
открываю,
а там...
Скажите, он будет жив?
С ним будет все хорошо?
-Ты успокойся, все с твоим отцом
будет в порядке.
Я его прооперировал,
он скоро встанет на ноги.
И будет прятать ключи
от сейфа так, чтоб ты не нашла.
Посиди здесь, я скоро приду.
ПЛАЧ
-Давно мы так не сидели -
спокойно, без масок.
-Мы вообще давно не виделись
в человеческом облике.
-В смысле?
-Ну как, все время в этих,
в скафандрах.
А в них "лицом к лицу
лица не увидать".
-А вы стихи любите?
-Терпеть не могу.
Просто память очень хорошая.
-А я вот уже забыла,
что про меня сегодня Павлов написал,
из интенсивной терапии.
-"В этой богом забытой палате
Вы мой ангел в белом халате".
-А у вас реально хорошая память.
-Что ты мне все время: "вы, вы, вы"?
Выкаешь.
-Ну, вы же врач.
-После трех месяцев в красной зоне,
после всего того, что мы с тобой
насмотрелись...
-Можно на "ты"?
-Нужно.
СИГНАЛ СООБЩЕНИЯ
-Ого, 16 пропущенных вызовов.
9 эсэмэсок. Меня убьют.
-Кто?
-Жених.
-Да ты что? Я его знаю? Из наших?
-Медицины мне и здесь хватает.
Он студент.
-Так звони ему скорей.
-Боюсь, убьет.
-Я тебя откачаю. Я же реаниматолог.
-А не многовато ли вас собралось
на одну пятнадцатилетнюю девочку?
В городе что,
преступники закончились?
-Она сделала это сознательно.
Она опасна для окружающих.
-Это вы так решили?
-Да. Я психолог с большим стажем
работы.
-А, психолог. Значит,
должны помогать.
Так? Что же ее трясет
от разговора с вами?
-Я вам еще раз говорю:
ее все равно придется отдать.
-А вы свой психологический
стаж не в полиции нарабатывали?
Вот вы психолог, должны
помогать, разобраться.
Вместо этого вы собираетесь
ее посадить. Вы не психолог.
Вы доктор психологии
по особо важным делам.
-Она сделала это сознательно.
Где девочка?
-Устанете ждать, пока я вам отвечу.
Я ославлю вас на весь город.
С дипломом своим
попрощаетесь, стерва крашеная.
-Уходим.
-Поливанова из операционной привезли?
-Да, в палате.
-Срочно выводим его из-под наркоза.
-Так он же только после операции.
-Под мою ответственность.
Василий Анатольевич.
Василий Анатольевич,
вы меня слышите?
-Да.
-Слушайте меня внимательно.
Сейчас за вашей дочерью приехала
полиция.
Чтобы отсечь любые обвинения
от Зои,
я написал от вашего имени
заявление в том,
что это был несчастный случай.
Что вы сами в себя выстрелили.
Вы готовы это подписать?
-Да.
-Вот.
-Руки слабые.
-Ничего, я помогу.
Вот здесь.
Угу.
Так, хорошо.
-Доктор, спасибо вам.
-Как думаете, отстанут?
-Это вряд ли. Из зубов же выдрали.
-Какой ей интерес
девчонку подставлять?
-А бывают такие люди.
Живут для себя
и, судя по всему, сами по себе.
Ни семьи, ни детей, только деньги,
власть, карьера.
-Видал таких.
-Да вы много что у нас видали,
Степан Михайлович. Закрытые переломы
без рентгена определяете
и статьи УК по памяти шпарите.
Рассказать ничего не хотите?
-Интересно?
-Интересуюсь.
-Ну что ж, как-нибудь расскажу.
-Благодарю. Прошу.
-Иван, есть серьезный разговор.
-Да, да. Я тут посмотрел смету по
закупке лекарств. Откуда перерасходы?
-Что ты хочешь? Пандемия. Больница
перегружена, больных стало больше,
чем планировалось.
Одна красная зона чего стоит.
-А почему практически все позиции
от одного поставщика?
Мы тендеры не делаем?
-Это наш постоянный партнер.
Некоторые позиции дороже. Сейчас с
поставками перебои, границы закрыты.
-Я понимаю - с безальтернативными.
Но расходники-то? У отечественных
производителей и дешевле,
и перебоев не будет.
Ты об этом хотел поговорить?
-Ну, в общем, да.
-Вик, а почему ты целый день
трубку не берешь?
-Вадик, ну не обижайся.
Я же в красной зоне была.
Телефон туда брать запрещается.
Я его отключила.
-Знакомая история.
Ладно, поехали домой.
-Я не могу.
-Почему?
-Нас не отпускают.
-Что ты выдумываешь, а?
Я вообще не понимаю, не понимаю,
что-то случилось, а?
У тебя там что, кто-то появился?
-Вадик, прекрати.
Это приказ главврача.
Мы работаем в опасной зоне.
-Могу подтвердить.
-Вадик, сейчас неудобно
говорить, я перезвоню.
-Вика, Вика!
Добрый вечер, а подскажите,
пожалуйста, в каком у вас тут корпусе
общежитие для персонала?
-В смысле?
-Ну, для тех, кто работает
в ковидной зоне.
-Нет у нас никакого общежития.
-Как нет? А у меня невеста
работает в ковидном отделении.
Их на карантин посадили.
-Я только заступил,
про общежитие не слыхал.
Про карантин знаю. Так что, молодой
человек, посещения все запрещены.
Ждите дома свою невесту.
-Погодите, погодите. А как так?
-Сказано вам: дома ждите,
там и спросите, в каком
таком общежитии она ночует.
ОТДАЛЕННАЯ СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Ну, с этим вопросом решили.
Подавайте заявку на два аппарата ЭКГ,
расходники по хирургии.
Короче, весь список, буду выгрызать.
-Так уж и выгрызать.
-Конечно, вы же знаете,
что в Горздраве денег нет.
-Откуда им там взяться? Людей
они не лечат, операции не делают.
-Ну да. А мы все это делаем,
а денег все равно нет.
У вас какое-то конкретное
предложение? Бизнес-план?
-Поверьте, если здесь и делают
бизнес, то без всякого плана.
Просто побираться надоело.
-Думаете, меня все
устраивает в системе?
Я просто против того, чтобы в
конечном итоге за все расплачивались
простые люди.
-А при бесплатной медицине
разве не расплачиваются? Знакомый
хирург звонил из поликлиники.
Отправили нам пациента,
показания к операции.
А мы не взяли - ковид.
А пошел бы в платную...
-А какой диагноз?
-Дивертикулез.
-Ну как не взяли? Взяли.
Антонов сегодня оперировал.
Еприкян его фамилия.
-Кузин.
-Да нет же, Еприкян.
-Значит, Еприкяну сделали,
а Кузину - нет.
-Еприкян по острому,
угроза перитонита.
-Вы его КТ видели?
-Нет. А вы?
Воспаления нет.
Ничего не понимаю.
-Что тут понимать? Еприкян - два
павильона на центральном рынке,
а Кузин - пенсионер с грошовой пенсией.
Серия 7
ПОКАШЛИВАНИЕ
-Здорово, пацаны!
Что-то меня накрыло капитально.
ПОКАШЛИВАНИЕ
-Заправься, брат.
Вот Шуруп пивка подогнал.
ПОКАШЛИВАНИЕ
Да что с тобой, мужик?
-В глазах муть какая-то.
-Да у тебя башка как печка.
Японский бог!
У тебя ковид, Димон!
Тебе в больничку надо.
-Забыл, что вчера было?
Нам вообще светиться нельзя.
Ладно. Отлежусь.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако.
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце луну закроет.
Белые, холодные.
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
-Девушка, здрасте!
Моему другу очень плохо,
даже упал дома.
Сам.
-Ну, это не удивительно
в таком состоянии.
-Да все нормально, сестра.
Вот его паспорт. Он мне как брат.
У него событие в жизни -
он в мореходку поступил.
Мы это дело решили отметить.
Втыкаешь?
-Втыкаю.
Не дышите на меня.
Присядьте. Сейчас доктор подойдет
и осмотрит вашего друга.
-Слышь, красавица!
Если я здесь загнусь,
тебе премию выпишут?
У тебя совесть есть или дома забыла?
-Хорошо. Я позвоню доктору.
Спокойно.
-Спасибо.
-Поправляйтесь.
Я еще после обеда обязательно зайду.
-Обеда...
Вазелиновое масло - это "обеда"?
Мне бы сейчас...
-Потерпим.
Все будет, но не сразу.
Потихоньку начнем кашки,
детское питание без соли.
Жидкий чаек.
-Доктор, у нас в семье
традиция: кушать.
Понимаете?
-Понимаю, но нужно потерпеть.
-Доктор!
А у вас женское отделение есть?
-Как там наш Левон Гамлетович?
-У них традиция - кушать.
Знаешь, чем традиция отличается
от привычки?
-Качеством еды.
-Вот.
-А еще женским отделением
интересуется.
-А это есть в прейскуранте?
-Все шутишь, Леша?
-Стараюсь. А что нам еще остается?
-Слушай, может, тебе отпуск взять
на недельку, а?
-Надо же отметить.
-Нужно лечь.
Я не знаю, что с ним делать.
-Плохо дело, Дмитрий Ильич.
У вас перелом четырех ребер.
Повреждена плевральная оболочка
легких.
В легкие набирается кровь.
-Он вас не слышит, доктор.
-Подними ему майку.
Иди пиши.
Так.
ВСКРИК
Спокойно. Тихо, тихо!
Так, перелом шестого, седьмого,
восьмого, девятого ребер.
Гемоторакс.
Сейчас его на КТ.
Посмотрим, как ведут себя обломки,
чего они там задели. Все.
Кровь брали?
-Да.
-И что дальше?
-Дальше? Будем лечить.
-Можно конкретно?
-Можно.
Возьмем Дмитрия Ильича
на операционный стол,
сделаем ему разрез в зоне ребра.
Дальше скальпелем рассечем кожу
и подкожно-жировую клетчатку.
Пинцетом удалим отломки костей.
Следишь? Ну, вот.
Иссечем нежизнеспособные участки
тканей, проведем торакотомию.
-Операция, что ли?
-Манипуляция.
Дальше хирург введет ему иглу
в легкое и вытянет кровь.
Ты не волнуйся. Все нормально.
Вот если бы вы опоздали
на несколько часов,
тогда можно было бы прямо в дамки.
-Допрыгался?
Ну кто тебя за язык-то дергал?
Давайте, пацаны, прикольнемся.
Айдара и Перо долбить.
Ништяк прикололись.
-Слава.
-Чего?
-Ничего!
Забирай Шурупа, и валите отсюда.
-Ну что, готовим Дмитрия Ильича.
Звони в хирургию.
У нового ординатора есть
прекрасный шанс отличиться.
-Я собрал вас затем,
чтобы сказать открыто:
мы бюджетное учреждение.
Любые платные процедуры и манипуляции
в нашей клинике запрещены.
Это понятно?
Меня спрашивали:
чем я собираюсь заниматься
в первую очередь?
Проблем хватает. Вы знаете.
Нехватка персонала,
оборудования, хознужды.
Хлопот добавляет карантин.
Так вот, давайте не прибавлять
к ним еще и коррупционные схемы.
-Кого вы обвиняете конкретно?
-Я никого не обвиняю,
но предупреждаю.
Разбирательств не будет.
Лучше сразу рапорт,
то есть заявление об уходе, на стол.
-Коробка конфет считается?
-Не одобряется.
-Эх, Эдуардович, только хотел
на тебя настучать,
а ты мне уж масть всю перебил.
-Всем спасибо. Свободны.
-Зачем обижать людей?
Вы же на одного-двух грешите.
-Нужно сразу обозначить
свою позицию.
-Неужели вы думаете, что врач,
пусть даже заведующий отделением,
может провернуть такую комбинацию?
Один? Без одобрения сверху?
-Я проверил.
У Еприкяна нет колостомы.
-Ну и что?
Антонов его нашел.
Антонов его уговорил
на операцию лечь.
На деньги развел.
Потом это организовал.
И в палату положил,
документы нужные оформил, так?
-Вы сами сказали,
деньги - главный мотиватор.
-Тут вы ошибаетесь.
Антонову деньги не главное.
-Он богат?
-Нет.
Типичный чистоплюй.
Педант. Эгоцентрик с завышенной
самооценкой.
Деньги нужны ему только как признание
его таланта.
Он хороший хирург.
Кто-то на этом играет.
-На Сергеева намекаете?
-Почему только Сергеев?
Лаврентьев такие операции
проводил на потоке. Это не секрет.
К нему полгорода обращались.
-Лаврентьев уволен.
-Ну и что? Поток остался.
Договоренности с людьми
никто не отменял.
И кто-то продолжает их выполнять.
У кого есть такие возможности?
-Например, вы.
УСМЕШКА
-Поэтому я взялась вам помогать?
Ну, хорошо. Например, я.
Давайте с меня начнем.
-Е-мое!
Ты откуда здесь взялся?
-Успокойтесь, я здесь работаю.
-Ты доктор?
Ты меня резать будешь?
Ты совсем сдурел?
Сестра, я требую другого доктора.
-Нет другого.
Земляк, я тебя сейчас прооперирую,
а потом мы поговорим.
-Нет. Помогите!
Отошел от меня!
Пусть отойдет от меня.
Он меня зарежет.
-Замолчите, Колыванов.
Прекратите это.
Что случилось?
Забыли дать больному наркоз?
-У него шок.
Он просит другого хирурга.
-Я бы помог.
У меня сейчас плановая операция
во второй палате.
Там часа четыре пазлы собирать.
Замолчите, Колыванов.
Сестру напугали.
-Везите в другую больницу.
К этому садюге под нож не лягу.
-Да, дела.
Доктор, можно вас на минуточку?
А вы поговорите с Антоновым.
Вы же у него учились.
Он ваш гуру, так сказать, наставник.
Может, выручит по старой памяти.
А вы знаете, у вас бланш под глазом
точно такого же цвета,
как у этого Колыванова.
Даже оттенок похож. Класс.
-Лидия Анатольевна, у вас репутация
прямого человека.
Надеюсь, вы и ответите прямо.
-Слушаю вас.
-Вчера Антонов в обход инструкции
оперировал человека по фамилии
Еприкян с дивертикулезом.
-Ну, откуда я знаю?
Спросите у Антонова.
-Вы положили Еприкяна в вип-палату.
-Ну, не я же.
-Отдельная палата для обыкновенного,
простого пациента -
это нарушение инструкции Минздрава.
Мы оба это знаем.
Еприкян кому-то заплатил денег.
Вопрос: кому?
-Мне лично никто ничего не платил.
Ну, есть Библия? Я могу поклясться.
-Кузин.
Слышали такую фамилию?
-Нет.
-Ну, конечно!
Потому что это простой бедный
пенсионер, у которого точно такой же
диагноз - "дивертикулез".
Так вот, ему с таким же диагнозом,
с такой же ситуацией,
как у Еприкяна, операцию не сделали.
Может быть, вы считаете, что для
разных больных разные условия
содержания и разные правила?
-Я выполняю указания врачей.
-Каких?
-Всех.
-Рад тебя видеть.
Все думал, когда заглянешь на огонек.
Давай присаживайся, пей и излагай.
-Мне очень неловко,
Алексей Викторович, но...
У меня к вам просьба.
Пациент Колыванов требует,
чтобы меня заменили.
У Плющева остеосинтез, вот.
Ну, в смысле не у самого Плющева.
-Я понял.
-Вот.
-Видишь ли, я после смены
сутки отдежурил, уже ухожу.
Ну так, по мелочам задержался,
а так бы ты меня даже не застал.
А что там с этим Колывановым-то?
-Перелом ребер и гемоторакс.
Там все очень запущено,
он поступил через сутки.
-Так...
-Надо срочно решать, а он уперся.
Намертво.
-Ну так уговори его.
-Это бесполезно.
Я ему организовал гемоторакс.
Какое-то совпадение дикое просто.
-Даже так?
Мда, ну, без разрешения оперировать,
конечно, нельзя.
Ну, допустим, я бы тебя заменил.
Но это твой первый выход,
так сказать, боевое крещение.
Ты должен проявить себя,
а ты просишь замену.
И как на это посмотрят?
-Согласен, некрасиво.
-Вот именно.
Ладно.
Значит так: оперировать будешь сам,
а я беру на себя уломать
этого Колыванова.
Будет, так сказать, мастер-класс.
-Ну, а если...
Если он откажется?
-Ой, это вряд ли.
У меня есть железный аргумент "за".
-Спасибо.
-Пока не за что.
Давай одевайся, пошли.
Знаете, уважаемый, в таких случаях
обычно врачи начинают пугать
своих пациентов.
Типа все очень серьезно, остро,
промедление смерти подобно.
Ну и так далее.
Я этого делать не буду.
Вы человек отважный,
от своего не отступитесь.
Это видно.
Но вы ведь человек разумный.
Правильно? Так сказать -
хомо сапиенс.
Так?
-Допустим.
-Да.
А теперь - раз, два, три -
все закрыли ушки.
Тебе выпала козырная карта.
-Слушай, хорош заливать!
Или давайте другого доктора,
или никак.
-Рот свой закрой и слушай меня.
У доктора Воробьева есть
очень весомые основания
спасти твою никчемную жизнь.
А вот у другого доктора
таких оснований не будет,
потому что ты просто избитый пьяница
с уголовными замашками, кусок мяса.
Понимаешь?
И вот если ты умрешь,
а вероятность этого довольно велика,
то у Воробьева
будут очень большие проблемы.
-А ведь точно.
-Да век воли не видать.
-Уломал, валяйте.
Режь меня, лепило.
-Готовьтесь, Кирилл Иванович.
И удачи.
-Что ж вы, Андрей?
А я новых стихов ждала.
-Низкая сатурация,
я добавил кислород.
-Я вчера подумала:
он на поправку идет.
Давление хорошее, улыбается,
записки пишет.
-У парня двухсторонняя пневмония.
И результаты у него...
-Все пройдет, Андрей.
Ты еще молодой,
а вирус молодых не берет.
Ты у меня на свадьбе погуляешь.
Я твои стихи жениху прочитаю.
Пусть знает, какие у меня тут
поклонники.
А это Вадим.
-Легок на помине.
Беги, я справлюсь.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Ну послушай, ну вот зачем все это?
Ты знал, что я работаю
в красной зоне,
ты знал, что это не на три дня,
и был согласен.
-Конечно, я был согласен.
Я обеими руками за твою работу.
Но, Вика, давай прикинем.
Ты там с прошлого вторника.
И все это время не ночевала дома.
Что это за фишки такие с общежитием?
-Это не фишки, Вадик.
Это решение главного врача.
Мы должны соблюдать карантин.
Не я придумываю правила.
Ты тоже не маленький ребенок.
Я могу заразиться и заразить тебя.
-Тем более.
Значит, я тоже на карантине,
и нас нужно держать вместе.
-Это нереально.
-Не знаю, пусть дадут мне койку
в вашей общаге.
Короче, я хочу тебя увидеть.
А там решим.
-Вика, прости, что сорвала
с дежурства.
Охрана задержала молодого человека,
который пытался прорваться
в карантинный корпус.
-Это Вадим Гуляев, мой жених.
-А можно его как-то урезонить?
-Я пыталась.
-Вик, если он не угомонится,
мне придется вызвать полицию.
-Я просто не знаю, что делать.
-Радоваться.
Ну, я бы радовалась.
Нужно уговорить его
не выламывать двери.
-А может, дать ему спецкостюм
на полчаса?
-Нет, прости меня,
я не готова брать на себя
такую ответственность.
Что, если он увидит тебя, например,
через окно? Его это успокоит?
-Не знаю, может быть.
-Ну, давай пробовать.
Охрана, это заведующая инфекционным
отделением.
Будьте добры, приведите, пожалуйста,
на первый этаж мне под окно
молодого человека,
которого вы задержали внизу.
Большое спасибо.
Иди.
Ну вот так вот он показывает
свои чувства.
-Пусть окно откроют.
Я хочу, чтобы она меня слышала.
-Рацию возьми.
-Ну зачем все это? Я же просила!
-Затем, что я тебя люблю.
Вот новость, да?
-Вадик, если это правда, пожалуйста,
уходи. Здесь нельзя.
Здесь только больных пускают
и нас вот.
-А костюм?
-Нет для тебя костюма.
-Тогда придумай что-нибудь другое.
-Не получится.
-А я говорю - получится,
если захочется!
А тебе не хочется!
-Да, я в курсе истории с Еприкяном.
Это я подписала разрешение
на операцию.
-Продолжай.
-У нового пациента была необходимость
срочной операции.
Ее провел Антонов.
Кстати, блестяще.
-У Кузина была точно такая же
ситуация.
И он отпущен под амбулаторное
наблюдение.
-Кузин под наблюдением давно.
И он стабилен.
Такие приступы по 3 раза в год.
Снимаем антибиотиками.
Конечно, операция нужна, но...
-Ладно, хватит про Кузина.
Давай про Еприкяна.
-Пациент прибыл по скорой,
сильнейший приступ,
угроза перфорации сигмы.
Есть снимок в карте,
можешь посмотреть.
-Уже посмотрел.
Перитонитом даже не пахнет.
-Ты хирург, а я, к твоему сведению,
гастроэнтеролог.
И чем тут пахнет, я лучше знаю,
чем ты.
Пациент прибыл по скорой,
были все показания
к срочной операции.
Не веришь - наказывай.
Ты у нас шишка.
Ты просто привык, Иван,
что вокруг все враги.
Не навоевался еще?
Тебе все шашкой махать.
-Еприкян, говоришь, по скорой прибыл?
-Что ты хочешь доказать?
Ты здесь временно.
И ты, и я об этом знаем.
Пошумишь, погрозишь пальчиком
и укатишь назад
в свой театр военных действий.
А нам расхлебывай.
-Лар, давай так:
если ты в этом замешана,
лучше скажи сразу.
Семейных поблажек не будет,
но за честность зачтется.
-Я не помню,
я говорила тебе или нет...
Я не боюсь тебя, Вань.
Ни капли.
Заруби себе это на носу.
-Рад вас видеть, Иван Андреевич.
-Взаимно.
-Как вам должность?
Как коллектив встречает?
-Да все нормально.
У меня к вам несколько
неожиданный вопрос.
Скажите, не вы привозили вчера
мужчину с острым животом?
Левон Еприкян.
-Нет, я вчера не работал.
У меня график: сутки - трое.
А вы посмотрите в карте,
там все указано.
-Все так, но есть нюансы.
Я здесь, можно сказать,
под прицелом.
Люди напрягаются, присматриваются.
Делают зачастую неправильные выводы.
Ну, новая метла по-новому метет.
-Не хотите волну поднимать?
-Так точно, не хочу.
-Ну, спрашивать всех подряд
неэффективно будет.
У нас пять станций на город,
еще из области приезжают.
Но узнать, кто привез,
все-таки можно.
-Подскажите как.
-Да очень просто.
У меня в диспетчерской сестра
работает.
-Как все-таки мне везет.
Пожалуйста, когда узнаете,
кто привез Еприкяна, позвоните мне.
И да, с пациентом все нормально.
Никаких претензий по медицине нет.
-Сделаем.
-Спасибо.
-Зажим.
Пинцет.
Так, вынимай.
Хорошо.
Кровит.
Так, я вижу, что кровит.
-Зажим.
-Да, да, зажим.
Спасибо.
Зажим.
Подготовьте эпикрил 3-0.
Сушим.
Угу, благодарю.
Хорошо, так.
Вроде чисто. Теперь иглу.
Ага.
И пинцет.
Ну что, Дмитрий?
Сейчас заштопаю тебя,
недельку-две полежишь
и дернешь в свою мореходку.
Не злишься на меня?
Мир, дружба?
-Здорово, Жиглов!
Поймал Горбатого?
-В процессе.
Интересная схема вырисовывается.
-Да?
Ну так поделись.
Без формальностей, как свояк свояку.
-Без формальностей.
Думаю, их клиенты попадают сюда
по скорой.
Бывают, конечно, острые случаи,
но это не отменяет корыстный интерес.
-Ты сказал - их клиенты?
-Я думаю, их несколько.
Четкая диспозиция: три врача.
Кто-то на подхвате,
кто занимается оформлением.
Он не может быть не в курсе.
-Или она.
Да брось, я знаю ваш разговор
в лицах.
Да, Лариса подписала направление.
Но у нее были медицинские основания.
-Три раза за месяц?
Я просмотрел все материалы
по внеплановым операциям.
Слава богу, сейчас не надо в бумагах
копаться, есть электронная картотека.
-Напомнил мне старые времена.
Больница в райцентре,
моя первая регистратура,
это было нечто.
-И все три раза оперировал Антонов.
-Ты ведь не отстанешь.
Ладно.
Лариса ни в какой не в схеме.
Но, может, ее кто-то разок
и попросил.
-Кто-то.
Не ты.
-Может, тот, кого уволили?
Он тогда все вопросы решал
и схемы составлял.
И попробуй ему откажи.
-Владлен.
Это не частная лавочка.
Это государственная больница.
И я уверен, что платные процедуры -
это не единственный доход.
-"Коза ностра". Жуть.
Погоди, а...
Ты здесь живешь, что ли?
-Время такое.
-Ну ты даешь.
Слушай, давай к нам.
Серьезно, давай к нам.
Погоди, ты что-то про скорую говорил,
я тебя перебил.
-Да и хорошо, что перебил.
Ты знаешь, Владлен, я...
ВЗДЫХАЕТ
Люблю точность.
Когда буду знать все досконально,
тогда и расскажу.
-Привет.
Как себя чувствуешь?
-Нормально.
Тест подтвердился,
повезут в красную зону.
Билет в один конец.
-Отлично.
Ты-то мне и нужен.
Штуку денег хочешь?
Даром.
Даром!
Просто полчаса посидишь в сортире.
Ну? Бери, вижу, что согласен.
Мне просто в красную зону
очень нужно попасть, понимаешь?
-Ты что, псих?
-Конченый!
Две.
Держи.
Отлично, давай раздевайся быстрей.
-Инга, привет.
-Привет.
ВЗДЫХАЕТ
-Услышал про бабушку,
прими мои соболезнования.
-Спасибо.
Я в красной зоне была.
Два дня карантина на время теста.
Девочки сказали: тебя можно
поздравить с премьерой.
-Ну, спасибо Антонову,
золотой человек.
У меня там один больной фестивалил.
-А, "сам сломаю, сам починю".
Ну, а чего ты удивляешься?
Сестры.
Они все слышат и видят
своими хитрыми, умными глазками.
-Угу.
Ну, там история, мы шли с приятелем
с концерта.
Вот, и на нас налетели пять гопников.
Ну, пришлось отбиваться.
-Я смотрю, тебе тоже
разок досталось, да?
Ну, и как он?
Пациент твой?
-Нормально.
Дышит хорошо.
От лекарств отходит.
И сегодня сам в туалет сходил.
-А чего тогда нервничаешь?
-Странно он на меня как-то смотрит.
И дружки его сегодня приходили,
тоже странно смотрели.
-Странно - это как?
-Так, знаешь...
Ну, заяц, погоди...
СМЕЕТСЯ
-Боишься?
-Просто неприятно.
А что так рано пришла?
У тебя же час до смены.
-Да...
Как-то...
Дома не сидится.
Не привыкла еще, что одна.
-Хочешь чай?
-Да.
-С лимоном?
-Вы же видели его буквально
час назад.
Куда вы вообще смотрите?
Вы что, не понимаете,
он прикинулся больным,
проник в отделение,
был в метре от красной зоны,
все перевернул и сбежал!
-Кулер реанимируем.
Он здесь, на территории больницы.
Через ворота не выходил.
-Куда бы он ни рвался,
у него это больше не выйдет.
Все, хорошего понемножку.
Так, ваша смена закончилась.
Переодеваемся и брысь
в карантинный корпус!
Ребят, пожалуйста, чуть побыстрее.
Ну что вы на меня смотрите?
Начинаем убираться.
Уборщицу себе пригласите.
-У женщин на первом месте
должна быть семья.
ПЛЮЕТ
А потом уже эта...
...работа, все остальное.
-Твоими бы устами да мед пить, сынок.
Только как ты это им объяснишь?
-Как, как...
Не знаю.
Как...
А вы сами-то женаты?
-Был.
Развелась со мной.
Пока отбывал.
-Спасибо вам, Степан Михайлович,
что спрятали меня.
-Пожалуйста.
УСМЕХАЕТСЯ
Ведь мы Вику твою здесь все любим.
Бережем ее.
Но мы, как ты, не рвем
на себе рубашку,
не бросаемся на людей, не кричим,
а все почему?
-Почему?
-Потому что...
Правильная вобла.
-Да.
СМЕЮТСЯ
СТУК В ДВЕРЬ
-Там открыто.
-Разрешите?
Добрый вечер.
-Добрый вечер.
У нас вообще-то посещения до восьми.
-Я не посетитель.
Они к больным, а я к здоровым.
Вы не подскажете, а где найти
доктора Воробьева?
-Полиция?
Странно.
А зачем полиции Кирилл,
товарищ капитан?
-Ну-ну-ну, не надо так официально.
Вы что?
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Мы же с вами почти коллеги.
Очищаем мир от язв.
Вы - человека, я - человечество.
Так что зовите меня просто Гена.
-А по-вашему, доктор Воробьев -
это язва общества?
-Избивать людей до полусмерти -
это нехорошо.
Тем более скрывать
последствия содеянного,
используя служебное положение.
Вы поймите меня правильно,
у меня есть заявление потерпевшего.
Кстати, ваш пациент.
Разрешите?
Пусть Воробьев мне сам позвонит.
Попробуем найти пути решения.
М?
В самом же деле, не садиться же
молодому умному парню в тюрягу.
Там никому не сладко.
Вы уж мне поверьте.
До свидания.
ВИБРОЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да, слушаю.
Да, я понял.
Вы поговорили с сестрой?
Отлично.
Диктуйте, у меня память хорошая,
я запомню.
Так.
Очень хорошо.
Вы меня выручили, с меня причитается.
Доброй ночи, Валера.
УСМЕХАЕТСЯ
Попался.
Который кусался.
ГРОМКИМ ШЕПОТОМ:
-Вика!
Я просто хочу поговорить!
-Я уже все сказала.
Пока.
-Вика!
-Молодой человек?
ВСКРИКИ
КАШЕЛЬ
СТОНЫ
Серия 8
-Омельченко, ты куда?
Оксана, что случилось?
Оксана, Оксана, ты чего?
Оксан, Оксана, что с тобой?
Вставай, ты чего? Вставай, вставай.
-Тихо-тихо-тихо, отходи.
Тихо-тихо-тихо.
КРИК
Тихо.
-Алло, скорая.
-Ты скорую вызвала?
Дура!
-А как же я?
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроют,
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Ты как знаешь, Марин,
но натуральные продукты лучше.
Огурчик свеженький - для свежести.
Картошечка сырая - для мягкости.
-А перчик - для остроты.
Какой-то салат на лице получается,
Лидия Анатольевна. Косметология
давно ушла в 21-й век,
а мы с вами до сих пор с огорода
омолаживаемся.
-А тебе-то зачем омолаживаться?
И так у тебя кавалеров
полна коробочка.
-Боюсь, мне за вами не поспеть,
Лидия Анатольевна.
Всех ухажеров уведете.
Хотите, я вам действенную масочку
посоветую?
-У меня на твою маску денег нет.
-А я недорогие знаю.
-Китайские.
-А вы думаете, китайские-то
где делают?
Сейчас что ни возьми,
все китайское.
-Она что, в ковидной зоне работала?
-В косметическом салоне.
-Что ты надела? Что ты надела?
-Что?
-Она все испортит. Мне надо.
Мне обязательно надо.
-Что надо-то? Нужно срочно вызывать
Нарышкину.
У нее температура,
жар под сорок.
-Так то-то и оно,
температуру я сбила.
И вот как жар упал, говорит
и говорит. И в себя не приходит.
-Кислородную маску назначили?
-Всего два часа назад поступила,
думаю, назначат.
-Больная, вы что делаете?
-Послушайте, у меня же не ковид.
-Нет, конечно, мы все это просто
так на себя надели.
-Мне уже лучше, я чувствую.
-Это очень хорошо. Сейчас придет
доктор, назначит лечение,
и вам будет еще лучше.
-Мне надо идти.
-Куда?
-У меня младшая сестра выходит замуж.
-И вы хотите, чтобы вся свадьба
сюда переехала праздновать?
-Нет, но у нее нет платья.
Понимаете, платья нету.
-Голая, что ли?
-Что у нее с лицом?
-Ожог лица неясной этиологии,
потеря сознания на рабочем месте
в салоне красоты.
-Причина потери сознания?
-Говорят, работала,
вдруг выбежала на улицу, упала.
Вон подружка с ней приехала,
может, она расскажет.
-Подойдите сюда, пожалуйста.
Вы подруга?
-Нет.
-А зачем тогда приехали?
-Ну, она мне процедуры делала.
Все вроде нормально было,
и вдруг убежала.
А я осталась.
-Подождите, я запутался.
Подождите.
Вам делали процедуры,
а плохо стало мастеру?
-Ну да.
-И вы приехали, чтобы...
чтобы она вам процедуру закончила?
-А что, нельзя, что ли?
-Дурдом.
Санитары, давайте в интенсивную.
-Да. Слушай, в субботу могу,
если меня на дежурство не оставят.
Да, оторвемся. Ага.
-Воробьев Кирилл?
-Я тебе перезвоню.
-Капитан Игнатов Геннадий Павлович.
-Вы ко мне?
-Ну, если вы Кирилл Иванович
Воробьев, то к вам.
-Чем могу помочь?
-Скажите, где вы были
три дня назад, в воскресенье?
-Ну, днем я был дома, а вечером
пошел в клуб "Вертикальный лимон".
-Подробности помните?
-Ну, как всегда. Сначала пиво пили,
потом танцевали. А что?
-А после клуба?
Вот эту красоту где вы заработали,
помните?
-Я упал. А в чем, собственно, дело?
-В заявлении...
Колыванова Дмитрия Ильича
о нанесении телесных повреждений.
-Она вместо диплома укатила на Алтай
Шамбалу искать. А сейчас эта дурочка
без работы и без диплома. Понимаете?
Хорошо, что жених нашелся.
Я думала, ее уже не возьмут
замуж. Ну, так мозгов-то нету.
Нет, не-не, эту свадьбу отменять
нельзя, потому что уведут жениха.
А он хороший, он положительный,
он замечательный. Его Никита зовут.
Да, Никитка. Хороший такой, красавец.
-Увеличиваем дозу индометацина.
Организм не справляется.
-Хорошо, Елизавета Владимировна.
-У нее в анамнезе диабет.
Вы кровь на сахар брали?
-Не брали, она с утра чай
с булочкой пила.
-Берем кровь на сахар.
-А это кто?
-Тот, кого вы избивали в воскресенье.
Да вот он пишет: "Я, Колыванов
Дмитрий Ильич, отдыхал с друзьями
в парке, где на меня напал
не знакомый мне ранее Воробьев Кирилл
и нанес мне удары
по лицу, по голове и в живот".
Неужто не помните? Вы еще штопали
его в больнице потом.
Справка прилагается.
Да, да, вот такие есть
неблагодарные люди на белом свете.
Вы его лечили, а он на вас
срок накатал.
-Слушайте, драка была общей.
Сначала я кого-то двинул, потом меня.
Разве вы не знаете, как это бывает?
-Нет, я не знаю.
Я обычно по-другому отдыхаю.
За чтением хорошей книги, например.
Кстати, судя по заявлению,
вам в скором времени предстоит
знакомство с небольшой библиотекой
классической литературы.
-Что за библиотека?
-Тюремной, Кирилл Иванович. Тюремной.
-Скажите, а можно как-то решить
этот вопрос?
Ну, чтобы не встречаться
конкретно с этой библиотекой.
Я готов записаться в районную.
-В виде исключения...
пятьдесят.
-Что - пятьдесят?
-Для пульса и давления маловато,
но для поддержки библиотеки...
в самый раз.
Жду вашего звонка до вечера.
Время пошло.
-А у нее платья нет, совершенно
нет платья. Я не знаю, что делать.
-Маску даем.
-Понимаете, да, я как вот...
Подождите, а как это без платья?
Так это же позорище какое-то.
Я же говорю...
-Садовая, 7.
-А что там?
-Где моя сотрудница? Поступила
сегодня утром из салона красоты.
-Как фамилия?
-Фамилия простая, украинская.
Оксана, Оксана... Плющенко.
-Омельченко.
Оксана Омельченко сегодня поступила.
-Послушайте, меня не интересует,
когда она поступила,
я это сама прекрасно знаю.
Меня интересует, когда ее выпустят.
У нее вообще-то рабочий день.
-У нее вообще-то ожог,
состояние средней тяжести.
Она находится в палате
интенсивной терапии.
-Нет, вы не поняли меня, девушка, да?
Проводите меня к ней.
-У нас посещения возможны
только для близких родственников
и только с разрешения главврача.
-А я ей больше, чем родственница.
Я мать, отец и работодатель
в одном флаконе.
Куда идти, девушка?
-Посидите здесь.
-Левончик, ты такой бледный.
-Зачем ты меня уговорила
на эту операцию?
-Ты же не мог спокойно
ни есть, ни пить.
-Я и сейчас не могу ни есть, ни пить.
-Кто тебе запрещает?
-Твои уважаемые врачи, которых
посоветовали очень уважаемые люди.
-Они мне сказали: принеси детское
питание. Ты что, ребенок?
Я принесла как для любимого сына.
Свежая гата, хачапури, зелень.
И немножко "воскевоз" - домашняя.
Геворг вчера приходил, говорит:
"Как дядя Левон?".
Все очень волнуются.
Рузанна звонила, говорит:
"Деньги еще надо?"
Я говорю: "Нет, не надо, все отдали".
Ануш говорит:
"К дедушке хочу, соскучилась. Кто мне
сказку про бедного Кикоза расскажет?"
-Убери.
-Тебе операцию сделали, чтобы
ты мог есть, а ты не кушаешь ничего.
Смотреть больно на тебя, такой худой.
Щечки твои где? Ну?
-Нету, кончились.
-Левон, что может быть плохого
от одного гата?
Только хорошее.
Кушай, Левон.
Кушай, кушай.
-Продолжаем хлорид натрия
и делаем перевязки с нейтрализатором
для интоксикации.
-Поняла, Семен Федорович.
А без сознания она от болевого шока?
-И поэтому тоже.
Но тут еще анорексия пляшется.
Все просто с ума посходили
с этими диетами.
Надо хотя бы пить, если
решила себя голодом уморить.
-Обильное питье?
-И дробное питание.
Кетонорак три раза в сутки по десять.
-Что же у нее с лицом?
-Вот очнется - узнаем.
Такое впечатление, что она химией
для труб умывалась.
Да. Кстати, там нам
из приемного звонили.
Хозяйка салона к ней все рвется.
Может, она знает.
-Это ваш мастер Оксана,
которую привезли?
-И что?
-Ну, она начала мне омолаживающие
процедуры делать и не закончила,
а я все оплатила, всю сумму.
-Если оплатили, значит, сделают.
Вы кто?
-Яна Шишкова.
-Что у вас конкретно, я хочу знать.
-Мой жених прилетает из Италии.
Я с ним в интернете познакомилась.
И мне надо, чтобы я своей фотке
на сайте знакомств соответствовала.
-Ой, не верю я во все эти сайты
знакомств.
Там одни извращенцы.
-Озабоченные, что ли?
-Ну, типа того.
Хотя, вы знаете,
моя подруга вот так
в интернете познакомилась.
И что вы думаете?
Вышла замуж и уехала в Германию.
-Да ладно?
-Да.
-Послушайте, Яна,
у нас салон красоты,
а не бюро волшебных превращений
Деда Мороза.
Мы можем только
подкорректировать внешность.
Яна, но не до такой же
степени.
-А ваша Оксана сказала,
что этот пилинг просто волшебный,
помолодеешь на 20 лет.
И она на себе его опробовала.
-Разрешите?
Послушайте, Яна. Завтра вы придете
к нам в салон красоты,
и лучший мастер вам сделает все,
что вы захотите.
Во сколько вам удобнее?
-А ну-ка, дайте сюда.
Говорите, мастер на себе
это опробовал?
Ни одной надписи на русском.
Это точно сертифицированное средство?
-А я не знаю, девушка принесла вот.
-Что? Это ваша мастер дала, Оксана.
-Ясно. Я забираю это для проведения
токсикологического анализа.
Не уходите, пожалуйста.
-У меня пять салонов по городу,
я не могу здесь торчать по полдня.
-Так я не поняла,
мне во сколько завтра приходить?
-Знаешь, что это?
-Домашний адрес?
-Салон свадебных платьев.
-Тетка - кремень.
У нее сатурация ниже плинтуса,
а она о свадьбе сестры думает.
-Это ты еще не знаешь,
где она работает.
-Давай жги.
-Она регистратор в загсе.
Не удивлюсь, если она сама свою
сестру собиралась регистрировать.
И потихоньку сплавить.
-И непременно в белом платье
и в белой фате. Упс.
-Леша, не психуй.
Я все улажу с Хлебниковым.
Сейчас, главное, Еприкяна
побыстрее на ноги поставить.
Давай. Буду держать тебя в курсе.
Войдите.
О, привет, Кирилл.
-Дядя Влад, простите,
мне очень неловко, но...
-Понимаю. Сколько?
Три тысячи? Пять?
-Пятьдесят.
-Что-то стряслось?
-Как вам сказать?
Типа того.
Но я все отработаю. Честное слово.
-Присядь, пожалуйста.
Подробности можно?
Все-таки сумма немаленькая.
-Скажем так: маленькие проблемы,
которые могут обернуться большими.
-А?..
А, у твоей девушки проблемы?
Так веди ее к нам, сделаем все
бесплатно и по высшему разряду.
-Спасибо, буду иметь в виду.
Так я пойду?
-Давай.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Степан Михайлович, извините.
Извините, что отвлекаю.
У меня тут такое дело.
Мне, в общем,
нужны деньги в долг.
-Ну, и сколько?
-Сколько есть.
-Хорошо.
-Верну через два дня все с процентом.
-Устроит?
-Извините за беспокойство, простите.
Не хватит.
Алло, да, привет.
Слушай, а у тебя не
будет десять тысяч на два месяца?
Я понял. А пять?
Все, ладно, извини.
Давай.
-Кирилл? Что случилось?
-Алексей Викторович, извините,
я не заметил, как вы подошли.
Здрасте.
-Привет, так что стряслось?
-Я избил человека,
они приходили за мной.
-А деньги нужны, чтобы откупиться?
Понятно. И много?
-Пятьдесят.
-А простить?
-Нет.
-Бери, бери.
-Я обязательно верну.
-Я знаю, отдашь.
Можешь не торопиться.
Я тебя очень прошу: взрослей.
-Кирилл, у тебя проблема?
-С чего ты взял?
-Ты ходишь по всей
больнице, стреляешь деньги.
У всех, кроме меня.
Что случилось?
-Ничего.
Просто сегодня с парнями
хотел пойти в клуб потусить.
-Сколько тебе надо?
-Нисколько, уже добрые люди нашлись.
-Кирилл, я хочу, чтобы ты знал:
ты всегда можешь ко мне обратиться,
я всегда готов прийти
к тебе на помощь.
И с деньгами, и с чем угодно.
-Где ты был, когда мне реально нужна
была помощь?
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Товарищ капитан, здрасте.
Я собрал благотворительный взнос
для отдаленных библиотек.
Куда занести?
-Семен Федорович.
-Да.
-В лаборатории не делают анализ
пилинга. Работы много.
Может, вы им скажете.
-Тебе делать нечего?
Мы Роспотребнадзор или полиция?
Больная получает лечение? Получает.
Ты лечишь, лечи.
-Хорошо, значит,
будем ждать следующую.
-Какую следующую?
Да не бойся ты,
не будет никакой следующей.
Всякую дрянь себе на лицо мазать -
дураков нет.
-Сегодня что, Хэллоуин?
-Протасова Анна Андреевна.
Привезли из салона красоты "Розали",
что на Полякова.
Ожог неясной этиологии.
-Ой, да ясно, ясно. Мне Марина все
рассказала, когда пост передавала.
В лаборатории твоя этиология.
Однако, все решили омолодиться,
выйти замуж в один день.
-Ну что, накаркала?
Это не вам, женщина.
Вам еще месяц ни каркать,
ни разговаривать.
-Анна Андреевна,
вы какие косметические процедуры
делали в последнее время?
Филлеры, пилинг, массаж.
Ну, похоже, это от
несертифицированных филлеров.
Ввели под глаза и в носогубные
складки. Пошел отек и аллергия.
-Надо же, какой ужас.
А я тоже хотела филлеры ввести.
В рекламе видела.
-Вот на хрена!
На хрена вы все пихаете в эти
носогубные ваши?
Едва концы с концами от зарплаты
до зарплаты сводишь!
Вы последние гроши готовы
отдать китайцам,
чтобы остатки красоты смыть!
-Не обращайте внимание, у доктора
три дочки подрастают.
-Это нужно прекратить.
-Уже.
Повязки с нейтрализатором
для снятия интоксикации,
кеторолак 3 раза в день по 10.
-Нет. Совсем прекратить.
-Что?
-Вы номер телефона
этого салона помните?
-Вы знаете, что нашли в вашем пилинге
помимо кислоты? Хлорку.
И у нас еще одна пациентка после
ваших контрафактных филлеров.
-А я тут при чем?
Они сами приносят непонятно что
и заставляют меня вкалывать им это.
-А вы знаете,
один мой звонок в полицию -
и Роспотребнадзор вашу лавочку
прикроет.
-Послушай, ты, малявка,
ты мне угрожаешь?
Ты знаешь, какие люди стоят
за моей спиной?
-Какие?
-Они тебя раздавят и не заметят.
Чем ты там пугаешь?
Роспотребнадзором?
-Да.
-А ты думаешь, они не знают
про это китайское дерьмо?
-Да?
-Да.
Им сейчас самое главное - чтобы все
сидели в чумовых костюмчиках. Да.
Они и сидят, не пивши, не евши,
чтобы не снимать эти костюмчики.
Что еще? Полиция?
-Да.
-А, да, да, полиция, полиция.
Думаешь, их жены не приходят
ко мне?
-Ваши мастера дадут на вас показания.
СМЕЕТСЯ
-Ой, чудны деревенские дети.
Да они мне спасибо говорят,
потому что я им работу даю.
А ее сейчас нет нигде.
-И за это заставляете на себе
непроверенные препараты использовать?
-А на ком же еще?
На мышах, что ли?
Если эта Оксана контрафакт
себе на рожу намазала толстым слоем,
так она дура. Я ее предупреждала:
стремная партия,
бадяжить нужно,
а ее жаба задушила.
-Ну, думаю, этого достаточно.
-Это про что?
-А я все ваши показания
на телефон записала.
Под суд пойдете. Угу, да.
-Послушай, тварь, если ты еще раз
пройдешь мимо...
-Так, покиньте нашу больницу,
или я вызову охрану.
Или Инга Валентиновна напишет на вас
заявление в полицию,
что вы напали на нее.
Какой вариант вам нравится больше?
-Ух!
-Ну, что ж,
Воробьев Кирилл Иванович...
-Угу.
-Инга...
-Спасибо тебе.
-Что это у нас, маленький боец,
что ли, образовался?
-Да ну тебя!
Все. Теперь ее салон закроют,
и больше никто не пострадает, обещаю.
Вам лучше?
-Я такой на всю жизнь останусь?
-А, нет, что вы.
Ну, честно говоря, я не специалист.
-А кто?
-Я ординатор, практику тут прохожу.
-Так проходила бы.
-Простите, что?
-Зачем людям в жизнь лезть?
Как я теперь работу найду?
Прописки нет, еще и слава дурная
прицепится - стукачка.
Ты думаешь, меня кто возьмет
после этого?
-Послушайте...
-Ты из тех, кто за справедливость?
Какая же это справедливость: и
калекой остаться, и работу потерять?
-Но ведь могло пострадать
еще много женщин.
-Могло... из-за глупости своей.
Наизнанку выворачиваются,
чтобы мужика захомутать.
А мне сына кормить будет нечем.
Это как?
Или, ты думаешь, другие салоны
по-другому работают?
-Елена Павловна,
у нас для вас сюрприз.
-Смотрите, вам хорошо видно?
-Как тебе удалось уговорить Веронику?
-Она и не сопротивлялись.
Вероника любит свою сестру.
-Елена Павловна, это вам Вероника
два платья на выбор показывает.
В каком на свадьбу пойдете?
Голубое?
Мне кажется, вам очень пойдет.
Красивое.
-Смотри-ка, ей и вправду лучше.
И температура, кажется, падает.
-Мамины украшения под это
платье подойдут.
-Как же хорошо, когда есть люди,
которые так любят.
-Выпишем вас к свадьбе сестры
в лучшем виде.
СТОНЫ
-Левончик, что с тобой?
-Все, прощай, Наринэ.
Поцелуй Ануш, скажи,
что дедушка ее очень любит.
-Как?.. Ты что?..
-Любил...
-Что? Не умирай, Левончик.
Не умирай, Левончик.
-Живот болит, сил нет!
СТОНЫ
-Сестра! Врача!
Левончик, Левончик, держись.
Держись, Левончик.
ПЛАЧЕТ
-Что случилось?
-Доктор-джан, ему плохо!
Мы ничего не делали,
просто сидели разговаривали.
-Дайте посмотрю.
На спину повернитесь.
-Сил нет.
-Коленки к себе.
Вдох, выдох.
Черт...
Санитары, сюда!
В реанимацию его быстро.
Он что-нибудь ел, пил?
-Ничего, доктор-джан.
-Вик, второе КТ готово.
Поражение легких - 80 %.
ТЯЖЕЛО ДЫХАНИЕ
-Надо ее на ИВЛ!
-Нет свободных, все тяжелые.
Утром одного могут снять.
Он на поправку пошел.
-Если она дотянет до утра...
-Дорогие жених и невеста...
Вика-Вероника...
объявляю вас мужем и женой.
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Срочно!
-О, ты еще здесь?
-Ага, дежурю.
Слушай, скажи, пожалуйста, запись
этой стервы из салона ты сохранила?
-Да, в облако перегнала.
А у тебя как день прошел?
-Ну, так, людей спасал.
-Ого. Многих спас?
-Одного.
-Ну, уже не мало.
Давай, пока.
-Пока.
Тебя...
-Вы, я вижу, не хотите вставать
на путь исправления?
-Капитан Игнатов? Да я это...
в форме себя хочу держать.
Ну как там? Получилось закрыть дело?
-К сожалению, сегодня не ваш день,
Кирилл Иванович.
К делу успел подключиться прокурор.
-Так, и что теперь?
-Ну, как что? Прокурору ведь обычная
русская классика не годится, как нам.
Ему все собрания сочинений подавай,
да еще с золотыми обрезами.
Очень, очень любит читать.
-Что это значит?
-Это значит, нужно еще на поддержание
прокурорской библиотеки.
-Сколько?
-Пятьдесят.
Всего.
Это же немного.
-Немного.
-Лидия Анатольевна, я вас везде ищу,
мне надо карты подобрать.
Ой, а что это у вас?
-Ничего, просто отдыхаю.
-Лидия Анатольевна, вы с ума сошли.
Он же с хлоркой!
-Кто?
-Пилинг с хлоркой и с кислотой.
-Олеся, но я же медик,
разве я не понимаю?..
Я же этот пилинг не на голую кожу
нанесла.
-Да? А на что?
-Я сначала лицо салом намазала.
Серия 9
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
Их глаза неумолимы и божественно
прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы, ангелы, ангелы.
-Я скучаю.
Очень, очень.
-Как только нас пустят, возьму
неделю, уедем с тобой в Питер.
Только ты и я.
СМЕХ
-И что дальше было, как дальше про...
-Вика, прости. Доброе утро.
Я тебя не заметил.
Вот мой кофе в качестве извинений.
Я его еще не пил.
-Я хочу одна побыть,
чтобы поговорить нормально.
-Вика, это у тебя там кто?
-Не обращай внимания: мы тут
друг у друга на голове живем.
-С мужиками?!
Которые тебе кофе предлагают?
А спите вы тоже в одной кровати?!
-Ну что ты такое говоришь?
Ну, не начинай опять, пожалуйста.
-Это я неудачно зашел.
-ДТП, черепно-мозговая.
Уже везут. Понял. Жду.
-ДТП. Пешеход.
Дышит, сознания нет.
Давление - 90 на 40,
пульс - 110.
Подозрение на перелом ребер
и закрытую черепно-мозговую.
-Повязка?
-Рассечение кожи головы,
поэтому кровь.
-Держись, мой золотой. Давайте его
на КТ головного мозга, УЗИ брюшины,
кровь на клинику и биохимию,
рентген...
-...черепа, конечностей,
грудной клетки, таза.
-Умница. Поехали.
И физраствор пусть приготовят.
Кирилла позови, пусть поможет.
-Хорошо.
-А водитель, значит, уехал.
-Да нет, оказался порядочный мужик.
Сам сообщил, переживает очень.
Говорит, этот бросился из ниоткуда,
прямо под колеса.
-А не врет?
-Ну, может быть, и врет.
А может быть, пешеход без мозгов.
А если нет мозгов, то что я собираюсь
оперировать?
Вы знаете, он не похож на человека из
тех, кого привозят из серьезного ДТП.
Грудная клетка не деформирована...
Что-то тут не то.
-Ну, теперь это ваша проблема.
-Ой! Ой, Алексей Викторович.
А я как раз вас жду.
Хотела спросить, как там мой Левон?
А то меня к нему не пускают.
-Правильно делают, что не пускают.
Ему нужен сейчас абсолютный покой.
Не забывайте, в больнице карантин,
посещения запрещены.
-Э-эй, вчера - разрешены,
сегодня - запрещены, это как?
-А так: вчера вам разрешили
в порядке исключения,
а вы его накормили непонятно чем.
-Вы его не кормите, кто его покормит?
Вы ему зачем операцию сделали?
Чтобы он ел!
Он встать не может,
слабый такой.
-Послушайте, я сказал: строгая диета,
детское питание, понимаете?
-Да...
-Детское!
-Так я ему и собрала, как ребенку:
не мясо, не рыбу.
-А что?
Что вы тогда ему дали,
что он в реанимации лежит?
-Вы же сами говорили,
что операция идеально прошла.
Почему ему тогда стало плохо
от одного маленького печенья?
-Вы издеваетесь, что ли?
Вы не понимаете, что он мог умереть?
-Ай! Да что вы за врач такой?!
Покалечили человека,
теперь на жену хотите свалить?
-Успокойтесь.
-Он здоровый мужчина был.
Да, болел у него живот.
И что? У кого не болит?
А теперь я его даже
увидеть не могу.
-А что здесь происходит?
-Иван Андреевич, ничего серьезного.
Мы сейчас во всем разберемся.
Проходите.
-Уверен?
-Ну, конечно.
-Ты теперь ее на всю жизнь запомнишь.
Два павильона на центральном рынке.
-Иван!
-Маша.
Что-то случилось?
-Случилось.
-С Кириллом?
Ты все правильно сделала,
я разберусь.
-Спасибо тебе.
Я знала, что ты поможешь.
Вань, спасибо.
И я тебе обещаю:
Кирилл все отработает.
Вот это будет для него уроком.
-Маша.
Ты меня неверно поняла: никаких
взяток мы платить не будем.
-В смысле? Так они сказали - нет
других вариантов.
У них все доказательства.
-Кира отдал пятьдесят тысяч.
К нему пришли второй раз.
Это еще пятьдесят.
Заплатим - будет третий, четвертый.
Это шантаж.
Он не заканчивается, пока ты платишь.
-А что ты предлагаешь?
Что нужно делать? Ну?
-Такие вопросы нужно решать как-то
по-другому.
Ты говоришь, он оборонялся?
-Вот этого я боялась.
Твоя честность нашего сына
приведет в тюрьму.
-Успокойся.
Маш, мы справимся.
Я что-нибудь придумаю. Обещаю.
-Само столкновение с автомобилем
было несильным.
Но после него Максим ударился
головой об асфальт.
-КТ показало внутричерепную гематому.
-И ее нужно удалить, чтобы она
не повышала внутричерепное давление
и не вызывала отек.
-Удалить?
Моему сыну вскроют голову?
-Ему очень повезло,
что это будут делать у нас.
-Повезло?
-Наша больница одна из немногих,
где эту операцию делают
эндоскопически.
-Что это значит?
-С минимальными повреждениями,
через маленькое отверстие.
-Элла!
ПЛАЧЕТ
ПЛАЧЕТ
-Вика, прости.
Я просто случайно зашел.
-Вы же знаете, Вадик ревнивый.
Вы специально?
-Откуда я знал,
что ты разговариваешь именно с ним?
-Я не расстаюсь с телефоном.
С кем я еще могу тут
разговаривать?
-Зачем такой жених, перед которым
надо сутками извиняться?
-Как вы сказали?
-Что...
-Нет, нет.
Все правильно.
-Да что - правильно?
Волнуется человек, ревнует.
Со всяким может быть.
Слушай, Вика.
Не воспринимай мои слова слишком
серьезно. В жизни всякое случается.
-Это ему только кажется,
что он ревнует.
Он ведь никого не знает.
Ни вас, ни персонал.
Просто он привык,
что я всегда под рукой.
Позвал - я тут.
Это как-то по-другому называется,
а не ревность.
И это плохое чувство.
-Вы лично мне обещали,
что он будет в порядке.
-Я говорил, что наши врачи
лучшие в городе.
И благодаря мне вашего мужа
оперировал самый известный хирург.
-Этот хирург, он не врач.
Он даже не человек!
У него кроме подлости ничего нет!
-Ну...
Как бы там ни было,
у него золотые руки.
За такие операции у нас никто
во всей области не возьмется.
-Конечно! За такие деньги
за что угодно возьмется.
А благодаря его "золотым рукам"
у меня муж сейчас в реанимации.
-Наринэ Ваграмовна,
ну, насколько я знаю,
были нарушения
послеоперационного режима.
Дивертикулез не терпит никаких
отклонений от диеты.
Вы понимаете, чтобы восстановилось
внутрипросветное давление
и с ним перистальтика...
-Вы по-русски со мной разговаривайте.
Что вы хотите?
Хотите, еще денег принесу?
-Нет-нет-нет, что вы,
никаких денег.
Я уверен, Левон Гамлетович получает
лучшую помощь.
-Угу. Наша младшая дочь через месяц
выходит замуж.
-Поздравляю.
-Мне ваших поздравлений не надо.
Если через месяц моего мужа не будет
на этой свадьбе, вы все сядете.
А если...
ПЛАЧЕТ
...случится худшее, не дай бог,
вы будете молить о тюрьме, клянусь!
Мне терять нечего.
Дети уже взрослые.
ТЯЖЕЛО ВЗДЫХАЕТ
-Наринэ Ваграмовна, вам что, плохо?
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Так, садитесь, садитесь.
Садитесь аккуратненько.
Присаживайтесь. Так...
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
В челюсть отдает?
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Когда присели, стало легче?
-Ага.
-Похоже, стенокардия.
Так, рассасывайте, рассасывайте.
Теперь дышим спокойненько.
Вдох.
Вдох.
Выдох.
Вдох.
Выдох.
-Левон!
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Позвоните в реанимацию.
-Сейчас, сейчас.
-Ой!
Ой!
-Что, опять?
-Опять. Ой!
СТОНЕТ, ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Пусть готовят операционную.
-Как - операционную?
Может быть, как вчера, укольчиком, а?
-Если бы от такого делали уколы...
СТОНЕТ
Санитары!
Везем в операционную.
-Ваня сказал, что они в два часа
у "Лекаря"
встречаются с этим следователем.
-Вот и славно. Значит, мы с Владом
зайдем туда пообедать.
-Ой, мне кажется, что Хлебников
взорвется.
Он после ранения сам не свой -
совершенно себя не контролирует.
-Да, он всегда был очень вспыльчивый.
-Ну не так же!
-Ага. Ну еще хуже, кажется.
Как кто-нибудь на тебя посмотрит -
он уже вскипал.
Маш, он любит тебя
на зависть всем бабам.
-Любил.
-Но просто так чувства не проходят.
-Не знаю, мне кажется, мы...
Это все как в прошлой жизни.
А сейчас совершенно чужие люди
друг другу.
-Но зачем-то он вернулся?
Не в эффективного менеджера же
играть?
-Да, это не про него.
Ладно, сейчас не об этом.
Помоги Кириллу.
-Он же наш племянник.
О чем речь?
-Если Хлебников не договорится
со следователем, дайте ему денег.
Я потом все верну.
-Не волнуйся, мы все уладим.
Не думай о деньгах.
-Спасибо тебе.
Вам.
Девочка, не плачь,
лучше помолись за него.
Нет ничего сильнее молитвы
любящего сердца.
У нас скоро такой праздник,
а я сама вот этими вот руками...
Сама его уговорила на эту операцию
и сама же потом...
ВСХЛИПЫВАЕТ
...врачей не слушала.
Это я виновата, что он там.
Я виновата.
ПЛАЧЕТ
-И я.
-Вот, попей, солнышко.
-А что, вкусно.
Ох уж эта мне армянская кухня.
Довела мужика до скальпеля.
Лариса, а ты не хотела бы
научиться печь?
-Я тебе мало "выпекаю"?
Моей "выпечки" хватило бы уже
на целую пекарню купить!
-Да я не о деньгах.
Бабки ты делать умеешь.
А вот тесто...
Тут душа нужна. Нет?
-Нарываешься.
Маше нужно помочь.
-Опять?
Пусть этот ей помогает, раз вернулся.
Хоть какая-то польза от него будет.
-В правильном направлении мыслишь.
Только польза от него будет нам
тогда, когда мы решим его проблему.
-И не надейся.
При нем нам жизни не будет.
-Ну, не знаю...
Благодарный свояк в кресле главврача.
-У Хлебникова патологическая
честность.
Это очень вредно.
Я тебе как бывший врач говорю.
Новая метла по-новому метет.
-Старую не вернуть. Его песенка
спета. Хоть бы не посадили.
-Ну, выкладывай, а то лопнешь
от нетерпения.
Я же вижу, ты что-то задумала.
-Кирилл круто вляпался.
Ты ему поможешь.
А за сына этот солдафон будет нам
по гроб жизни должен.
-Девушка, здравствуйте.
К вам ведь поступал по ДТП человек?
Ну, пешеход такой.
Спортивный такой мужчина?
-А вы, собственно, кто?
-Это я его сбил.
-Так это ты моего сына?..
-Да он как из-под земли вырос,
честное слово.
А я медленно ехал - там переход был.
-На переходе как из-под земли вырос?
Я тебя убью! Убью!
-Да убивайте! Только скажите,
что с ним? Он будет жить?
-Привет.
Приятного аппетита.
-Уху заказывай, не пожалеешь.
-У меня тут своя уха заваривается.
-Там подсядешь?
-Чуть попозже.
Добрый день.
-Добрый, раз встретились.
Капитан Игнатов Геннадий Павлович,
следователь РУВД Заводского района.
Иван Андреевич, вы человек занятой,
так что давайте сразу к делу.
-Давайте.
-Ваш сын запутался.
Не хочется губить жизнь
талантливому врачу,
который просто по своей юности
делов натворил.
-А что, разве потерпевший написал
заявление?
-Да. Пожалуйста, вот, ознакомьтесь.
Так вот, Кирилл ходит по скользкой
дорожке, но я врачей уважаю.
Они, как и полиция, помогают людям.
Вот и я хочу вам помочь.
-Благородно с вашей стороны.
Интересно, каким образом
вы намерены нам помочь?
-Ну, как-нибудь договоримся.
-Разумеется.
Договоримся в рамках закона.
-Хм... В рамках закона вашему сыну
светит до двух лет.
-По моему опыту, в драке всегда
участвуют как минимум двое.
И нужно еще разобраться,
кто эту драку затеял.
-Вот как, да?
Ну хорошо, разбирайтесь.
Я сегодня подам в розыск
как скрывающегося.
Завтра арестую, послезавтра посажу.
Там найдем, что ему еще пришить.
Какая, думаете, у него жизнь
будет после того,
как он на нарах всю молодость
проведет?
-Сегодня я поставлю на ноги
весь город,
завтра - Следственный комитет,
послезавтра - Москву.
И лично вы будете сидеть на нарах,
а не мой сын.
-Уверены?
-Абсолютно.
-Может, и так.
А может, вместе чалиться будем.
Я - за свое, он - за свое.
Такой вариант просчитывали?
-Слышишь, ты, мразь!
-Вы подумайте на досуге.
-Вань, ты в своем уме?
Чуть что, сразу кулаки в ход!
-А ты сам бы его придушил.
-Но я не главврач.
У тебя проблем будет с этим похуже,
чем у Кирилла.
-Ты что-то об этом знаешь?
-Но мы же семья.
А это кто вообще был такой?
-Это как раз следователь.
За Кирилла денег хочет.
-Я скорую вызвал,
пытался кровь остановить.
Я обычно другой дорогой езжу.
А сегодня жена просто попросила детей
в сад отвезти.
Господи, только бы он выжил.
-Если ты говоришь, что ехал двадцать,
как это возможно было не успеть
затормозить?
-Вы знаете, мне кажется,
что он специально.
-Тамара Михайловна, мне нужно с вами
поговорить. Нам лучше отойти.
Пойдемте.
В общем, я сказала ему
сегодня с утра,
что я больше терпеть это не могу,
чтобы он ночевал у вас.
-Я знала, что ты его со свету
сживешь.
Все тебе не так, все тебе не эдак.
Ну, уволили его из-за короны этой
чертовой, так что он, виноват?
-Дело не в этом. Я ему ни слова.
-А ты думаешь, ему легко?
Здоровому мужику полгода дома
без работы сидеть!
-В том-то и проблема, что он уже
сошел с ума с этим бездельем.
Я, конечно, понимаю,
он фитнес-тренер.
-Детей ваших я нянчу,
в садики, школу я вожу.
Деньгами помогаю.
У тебя никаких проблем.
-Никаких проблем.
Только дом и работа на мне.
-Вся страна так живет.
Чего тебе еще нужно?
Ты за что моего сына довела?
-Да я не знаю, что с ним.
Вы не представляете, какой он
стал. Слово за слово...
Я не знаю, чем ему помочь,
что ему говорить.
-Поэтому из дому выгнала?
-Да я не собиралась.
Знаете, что он сегодня с утра
как с цепи сорвался?
Говорит: "У тебя есть кто-то
побогаче. Ты кого-то себе нашла".
-Дыма без огня не бывает.
Значит, почувствовал что-то.
Что ты там на работе своей делаешь,
никто не знает.
Разве что только не ночуешь на ней.
-Я люблю Максима.
У меня никого нет, кроме него.
-Вон до чего твоя любовь довела.
-Нана Вахтанговна, это беспредел -
такую гадость глотать.
-Зато на свои.
Спасли Еприкяна?
-Я так понимаю, что вся больница
уже в курсе.
-А она всегда была в курсе.
В курсе всех ваших дел с Сергеевым.
Только молчала.
-А теперь не будет?
Думаете, Алеша, дело в деньгах?
Зависть, да?
-А есть что-то еще?
-Есть.
Совесть.
-М-м...
Да-да. Представляете?
Хотите сказать,
проснулась наконец?
У всей больницы?
-Ну, не у всей.
У той ее части, что заметила приход
нового человека.
-Это вы солдафона имеете в виду?
Он не солдафон. Он Бэтмен.
-Еприкян здесь?
-Это я.
-Операция прошла успешно.
-Ой!
А я могу его увидеть?
-Женщина, какое "увидеть"?
Он в реанимации. Идите домой.
Вам позвонят, как только он придет
в себя.
-Я буду здесь.
-Хорошо.
-Простите, девушка, Максим Березкин
не поступал к вам?
-Пока информация - не поступал.
Как только что-то будет
известно, я вам сообщу.
-Да.
Понял.
Спасибо.
Спасибо, да.
Спасибо.
Это был мой адвокат.
Он отправил мне видео с камеры
наблюдения ближайшего здания.
Говорит, что там видно,
как все произошло.
-Ну, так чего ты замер?
Давай показывай.
ДЕВУШКА ПЛАЧЕТ
-Это все я...
Это я...
ПЛАЧЕТ
-Вам не кажется странным,
что он...
ну, для такого странного
поступка выбрал
очень странное место?
Тут машин-то нет,
а те, что есть, едут.
-Угу. Угу.
Девушка, девушка!
Вы как чувствовали - вашего мужа
везут из операционной.
-Все в порядке.
Сейчас Инга Валентиновна
выйдет и вам все расскажет.
БРЕДИТ:
-Заговор.
Никакого коронавируса нет.
Это чтобы нас чипировать...
и убить...
и уничтожить Россию.
А никакого коронавируса нет.
-Как самочувствие?
БРЕДИТ:
-Госдеп придумал.
Пиндосы.
-Хорошо, молодец.
Ты просто молодец.
БРЕДИТ:
-...чтобы нас облучать.
Вышки, телефоны...
Сейчас еще и вакциной будут колоть...
-Вакциной... и привет.
Вакциной пришли колоть?
Облучаешь?
-Валентин Анатольевич...
-Не трожь меня!
-Валентин Анатольевич, у вас сорок.
Так, сейчас жаропонижающее
вам поставим, вы поспите.
-Не вкатишь ты мне свою вакцину!
Кто ты?!
Кто? Кто?!
-Пропофол - пять!
-Убью!
-Спасибо, товарищ полковник.
Да, конечно, поможем, чем сможем.
Ведь работа у нас такая -
людям помогать.
Особенно таким хорошим людям, как вы.
Ага, на связи.
Что и требовалось доказать - нет
у нас в городе такого следователя.
-Да у него на лице все было написано.
-Я полагаю, задумано было так:
когда Кирилл гопника отоварил,
они решили просто ему отомстить.
Ну, избить, одним словом.
А потом узнали, что Кира - врач.
А в их тупом сознании врач
всегда должен быть при деньгах.
-Насмотрелись западных сериалов...
-Потом нашли гопника постарше
с поддельным удостоверением
и решили срубить денег по-легкому.
Один раз у них прокатило -
Кира откупился.
Догадываюсь, кто ему деньги дал.
А потом, на его счастье,
подключилась ты.
-Знаешь что, не спеши ты Хлебникову
докладывать.
-То есть?
-Во-первых, пусть помучается,
попереживает,
созреет для полноценной
благодарности.
А во-вторых, с Еприкяном
конфликт ты закрыл?
Вот.
-Лариса, ты могла бы руководить
МИДом.
-Вика, ты в порядке?
Вик...
-Все нормально.
Спасибо, Елизавета Владимировна.
-Давай ты отдохнешь на сегодня,
ладно?
Выспишься, поговоришь
с семьей, женихом. Хорошо?
-С кем?
А-а.
Конечно, да, конечно.
Ему будет очень интересно,
я уверена.
-Все-все-все. Ну что ты?
Давай.
-Здравствуйте, Иван Андреевич.
-Здравствуйте.
О, Кирилл Воробьев?
А я вас тут ищу весь день.
Можно вас на минуточку?
-Сейчас никак не могу.
Мы очень спешим. У нас планы.
-Мы никуда не спешим.
По крайней мере, вместе.
-Меня очень ждут дома,
Иван Андреевич.
Не хочу жить на работе.
Семья. Понимаете?
-Угу. Понимаю.
Ну что ж, в таком случае
хорошего вечера.
-Угу.
-Это что сейчас было?
-О чем ты?
-Ты как с главным врачом
разговариваешь?
-А что, если он мой... главврач,
я ему должен пятки целовать?
-Ну, не хамить хотя бы.
-Мало иметь должность.
Ей нужно соответствовать,
оправдывать ожидания.
-Он лучший врач, какого я видела.
И благодаря ему у этой больницы,
наконец, есть будущее.
-Ну, раз он тебе так нравится,
то можешь оставаться.
А я, пожалуй, пойду.
-Вы Березкина?
-Что, плохо?
-Очень.
Безобразно себя ведет ваш супруг.
-В смысле?
-Буянит.
А глушить мне его не хочется.
-Как это - глушить?
-Ну, не как рыбу, конечно.
Ладно, в качестве фантастического
исключения - две минуты.
-Так ты не хотел?
-Как бы я тебя с малышками оставил?
Я хотел тебе подарок сделать
на день рождения.
Подработка должна была быть.
Сорвалась.
-И лучше ничего не мог придумать?
-Да я вообще ничего придумать не мог.
Посмотрел видео в интернете
с автоподставами.
Решил машину подороже выбрать...
-Вот почему-то я так и думала.
-Элла, скажи честно,
у тебя есть кто-то?
-Опять?
Откуда эта ересь у тебя в голове?
-Я кольцо видел.
Мне, чтобы на такое заработать,
нужно целый год работать
и ничего не есть.
-Макс! Это брат своей
предложение хотел сделать,
оставил у нас,
чтобы она не нашла.
-То есть у тебя никого нет?
-Девушка, целуйте его быстрее, а то
ведь меня уволят к чертовой матери.
-Но мой муж дурак.
Зато самый любимый.
-Ну что, отдыхать, Никита Львович?
-Ну наконец-то!
Шесть часов сладкого сна.
-Поздравляю.
Заслужили.
СИРЕНА
-Опять!
-Остановка сердца.
-Готовьте мешок Амбу.
Непрямой массаж сердца.
-Пятнадцать, шестнадцать,
семнадцать,
восемнадцать, девятнадцать,
двадцать, двадцать один,
двадцать два, двадцать три.
-Дима, адреналин внутрисердечно!
Оголить грудь!
Дефибриллятор.
Сто пятьдесят.
Гель.
Отошли от кровати.
Разряд!
Массаж.
-Раз, два, три, четыре.
-Отошли от кровати.
-Разряд!
Массаж.
-Пять, шесть, семь.
Изолиния.
-Никита Львович?
-Знаю.
Время.
Констатация.
Серия 10
-Десятка?
Чего так мало?
-Сколько заработали.
-Слушай, мы же тебя на лошару эту
докторскую навели.
Ты еще с папаши срубишь.
Ну, добавь пару тысяч.
Ну по справедливости,
я же пострадавший.
-Пострадавший?
Слушай, пострадавший,
по справедливости ты должен
этому лошаре в пояс кланяться
и боты чистить.
Он тебя от смерти спас.
А ты его в благодарность
за это на бабки разводишь?
-Разводишь ты.
-Значит, и бабки мои, ты понял?
-Ребят, перестаньте хулиганить.
-Проходи мимо!
-Я сейчас полицию вызову.
-Вызывай, я сам полиция!
-Это хорошо, что ты доказуху
с собой носишь. Нам меньше париться.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
Их глаза неумолимы и божественно
прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы, ангелы, ангелы.
-А чего такая тишина, где все?
-Пятница.
-Не аргумент.
Пятница на пятницу не приходится.
-Да...
-Сема, а ты чем-то недоволен?
Адреналин не поступает?
-Не, я не понимаю, то
вот они все время чего-то гудят,
бегают, руками машут,
перебивают друг друга.
А тут чего-то я не понимаю.
-Кто?
-Кто-кто, все.
-Да...
Вот так всегда бывает перед
катастрофой.
Сначала тихо, тихо,
а потом бац!
Ну что?
Что-то чувствуешь?
ШУМ ЛЮДЕЙ
-Вот это.
-Боже мой, какая адская боль.
Я не выдержу.
Дай мне руку.
Да ты что, совсем уже?
-Любочка, душечка, господи, доктор,
ну что там?
-Ну что, на снимке перелома не вижу,
только вывих.
Сделаем анестезию, вправим.
Так, и сотрясения тоже нет.
-Вы уверены?
-Уверен. А что случилось-то?
-Диверсия.
На детском утреннике во время
второго акта рухнула декорация.
-Что вы говорите? Так-таки диверсия?
-Кока, кому ты что рассказываешь?
Лучше найди настоящего доктора.
-Это прима нашего театра,
залуженная артистка Российской
Федерации.
От нее зависит касса и пресса,
то есть жизнь нашего коллектива.
-Ах, ох.
-Да, действительно вы правы,
вам нужен другой врач.
-Гошенька, потерпи, мы уже на месте.
К нам кто-нибудь выйдет?
-Здравствуйте.
-Погодите! Вы можете уделить внимание
актрисе,
а вдруг у нее там закрытое
сотрясение.
-Какое?
-Закрытое.
-У нее просто вывих.
А Гоша переломанный весь.
-Вы вообще хороший доктор или нет?
Сегодня вечером она должна играть
на сцене.
Позовите главврача.
-Товарищ режиссер!
-Я главный врач.
Что здесь происходит? Вы кто?
-Я режиссер.
-Ну так и срежиссируйте мне здесь
тишину.
Доктор Карпенко, займитесь
пострадавшим.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Нет еще. Никого еще не выпускают.
Мне надо сдать тест в воскресенье.
-Ну а сколько ты еще там будешь?
Хотя бы примерно.
-Сколько раз тебе объяснять,
меня на карантин посадили.
-Да, мне нужно по двадцать раз
говорить. Да.
-Просто нельзя к нам,
я же говорила.
-Ну, говорю, прости.
-А-а!
-Господи. Что за костоправ такой.
Кто-нибудь, кто-нибудь!
Иван!
-Иду-иду.
-Сюда.
-Так. А почему не в смотровой?
-О...
Там у нас главврач
консультирует.
-Кто?
-Бардак.
-Долго рассказывать. У нас тут
закрытый перелом бедренной кости.
КРИК
Скорее всего, осколочный.
И еще, скорее всего, закрытое
сотрясение головного мозга.
СТОНЕТ
-Какое?
Ты пьяный, что ли?
-Это ужас. С нашим режиссером
поговорил.
-Так, держись, казак.
-Я бы ему назначил КТ.
-Ха. Ты сегодня герой, говорят, да,
женщину спас?
Так, Маша.
-Причем если бы не Гоша, эту дуру
Козлову
сегодня декорацией бы придавило.
А теперь на Гошу всем наплевать.
-Маша, спасибо. Езжай домой.
-Ну уж нет, Ванечка,
я никуда не поеду.
ВСКРИК
-Прости, Гошечка.
Я никуда не поеду,
и ты должен все сделать.
Слышишь меня?
-Маша, у нас прекрасные врачи.
-У Гоши никого нет, и ему
рассчитывать не на кого.
Но если из-за этой идиотки он
останется инвалидом,
только ты можешь ему помочь.
-Я понял.
-Я останусь с ним,
и пообещай, что ты все сделаешь.
-Хо-ро-шо.
Третья операционная.
-У меня все болит.
Я просто не могу пошевелиться.
А мне вечером на сцену,
у нас премьера.
Ну я, конечно, выйду, я смогу.
-Добрый день, Степан Михайлович.
-А, добрый, Алексей Викторович.
-Что здесь происходит?
-А вот и хирург Антонов, лучший
хирург нашей больницы,
может подтвердить, что у вашей
супруги обыкновенный вывих.
-Ну, если главврач говорит.
-Кто главврач? Вы главврач?
-Ну, э...
-А может, мы главного хирурга
больницы попросим посмотреть?
-Посмотрите Любу, ну, любые
контрамарки, все, что угодно,
у нас сегодня премьера, мы просто
горим!
-Степан Михайлович, я боюсь с вами
не согласиться,
но я бы рекомендовал наложить гипс.
Двойным слоем.
Чтоб насмерть.
-Привет, Михалыч.
-Михалыч?
-Пройдемте.
-Викторыч, срочный.
Перитонит дивертикулярный.
Говорит, он ваш постоянный плановый.
Вы куда смотрели-то?
СТОНЕТ
-Черт.
Кузин.
-Кхм!
-О! А я думал, ты домой ушел уже.
-Марат Леонидович, там пациента
привезли по острому.
-Да-да, Кузина. Знаю.
Твой, что ли?
-В каком смысле мой?
Нет, то есть...
То есть мой. Я отоперирую?
-Хм!
Да не вопрос.
Только ты, Алексей Викторович, устал,
с дежурства.
-Но я не устал.
-Не выспался.
Иди-ка ты домой, отдыхай.
-Марат Леонидович.
-Что?
Ты мне не доверяешь?
Ах!
-Коньяк.
Двадцать пять лет выдержки.
-М!
-Кирилл!
Твоя задача работать в больнице,
а не лечиться.
А ну-ка брось каку.
-Алексей Викторович, а вы что,
остались после дежурства?
-Да тут интересный случай
подвернулся.
А оперировать некому.
-Интересный случай?
Это вы про перитонит?
-Уже знаешь, да?
А перитонит для тебя -
это неинтересно?
-Ну, я не знаю, когда я в следующий
раз увижу в операционной.
-А сейчас не хочешь?
-У нас диффузный перитонит.
Диветрикулез сигмовидной кишки.
Кирилл, что делаем?
-Секция сигмовидной кишки
и дренирование брюшной полости.
-Хорошо.
Ревизия брюшной полости закончена.
Положение Трандененбурга.
Что дальше?
-Отводим большой сальник
от поперечной ободочной кишки.
-Да.
Так.
Перекладываю тонкую кишку
в удобное положение.
Так. Двенадцатиперстная кишка -
нежная барышня.
Теперь приподнимай дистальный край
брыжейки, так.
Освобождаем нижнюю брыжейную артерию.
Что насчет клепирования?
-Каждый сосуд, имеющий название,
подлежит клепированию.
-Да.
Ха-ха-ха.
-Лариса.
-Тихо. Помада, помада.
-Ты сегодня приедешь?
-Нет, я иду на фитнес.
-А завтра?
-Завтра я иду на премьеру к сестре.
С Сергеевым.
-А он не догадывается?
-Кто, Сергеев? Нет.
А может да, по нему не скажешь.
-Кстати, как у него дела
с Хлебниковым? Помирился?
Семья вновь воссоединилась?
-Помирятся сегодня же.
-Еприкян пошел на поправку.
Его жена больше не собирается
жаловаться?
-Еприкяны - пшик.
Я Владлену более сильный козырь
сдала.
-Ну все равно, самодеятельность вашу
надо прекращать.
-Хлебникова боишься?
-Лариса, я заведующий хирургическим
отделением.
Ну кто поверит в то,
что я ничего не знал?
-Никто.
Вот. Это тебе за последние три
операции.
-Это все мелочи.
Когда?
-Ну, послезавтра я тебя навещу.
-Это весьма заманчиво,
но я про другое.
-Ты же понимаешь, что этот солдафон
вместо медицинского центра устроил
общежитие?
-Я не верю, что на него нельзя найти
управу.
Когда же мы уже откроемся и будем
зарабатывать настоящие деньги?
-Будет. Все будет.
Надо только подождать.
А пока я могу...
Послезавтра.
Дверь открой.
-Я только что оперировал Кузина.
-Уже слышал. Успешно?
-Ну, смотря для кого.
Кузин очнется, откроет рот,
Хлебников вспомнит про Еприкяна,
и меня выпрут.
-Нужно создать у Кузина чувство
непреодолимой благодарности.
-Смеешься?
-Которое испытывает спасенный пациент
к своему спасителю.
-Благодарность с колостомой на боку.
Браво!
-Он жив, и это главное.
Все остальное забывается.
-Давай его ВИП-палату
положим, что ли?
-Давай положим, конечно.
Только кто оплачивать будет?
Ты же знаешь, у Ларисы
строгая отчетность.
-Я сам оплачу.
Сколько в кассу занести?
-В какую кассу?
Может, сразу к Хлебникову с повинной
побежишь?
Вот номер благотворительного счета.
Просто кинешь туда вот эту сумму.
Чек принесешь.
Оформим это как анонимный вклад.
-Все нормально, не волнуйся.
Операция прошла успешно,
инвалидом не останется,
но с работой придется подождать.
Процесс реабилитации небыстрый.
-Спасибо. Он ведь мальчик совсем,
моложе Кирилла.
И правда, ни матери,
никого поблизости.
-А другие родственники, отец?
-Отец? Гоша к нему приехал,
а тот его и на порог не пустил,
и знать не хочет. Вот так.
-Маша, я хотел спросить.
Давай присядем.
-Ты знаешь, все месяцы, пока ты
был в Сирии,
мне кажется, он ждал.
Кирилл.
Я каждый день видела, как ему тяжело.
-Маш, у меня было ранение.
Я там потерял близких людей.
-А здесь у тебя близких не было?
Я скажу один раз, правда, Вань,
накипело.
Раз уж ты приехал, надо с Кириллом
как-то... Помоги мне.
-А я готов.
Я пока не знаю, как до него
достучаться .
-Может, как-то не так стучишь?
-Может.
-А ты знаешь, что он у тебя
в больнице впервые оперировать начал?
-Так уж и оперировать?
-Значит, не знаешь.
А мы вот его даже не поздравили.
Может, все вместе посидим,
отметим?
-Не придет.
-Вот это уже моя забота.
Когда и где?
-Вот так приблизительно и выглядит
человек,
которому ты спас сегодня жизнь.
-Я? При чем здесь я?
Это же вы, вы все сделали,
я только помогал.
-Что? Воды?
Вам пока нельзя воды.
Потерпите, завтра уже будет можно.
-Может быть, стома беспокоит?
-Я не смогу оплатить эту палату.
У меня нет денег.
-Послушайте, все в порядке,
не переживайте.
Вы, главное, выздоравливайте.
Все оплачено. Я сам лично проверил.
-Кирилл, завтра все анализы
и КТ.
-Доктор, вы уже уходите?
-Нет. Я останусь на всю ночь.
Через пару часов загляну к вам.
А вы пока спите и набирайтесь сил.
Хорошо?
-Хорошо.
-Антонов здесь самый лучший.
Вам очень повезло.
Спите.
-Спасибо.
-Алексей Викторович,
грехи замаливаете?
-Да я вроде не так уж и нагрешил.
-Людей спасать - греха нет,
не о том речь.
-Он меня увольняет, да?
-А ты бы что делал на его месте?
-Мне и на своем несладко.
-Знаешь, почему он шума не поднимает?
Больницу жалко.
На каждом перекрестке трепать будут.
-Да ладно, а так не треплют?
-Люди всегда лишнего наговаривают.
А пойдет выше -
кто-то премии лишится.
Кто-то уйти будет должен.
А кого-то в следствие потянут.
Ты же понимаешь, что Лаврентьев
с Сергеевым здесь крутили -
вся больница знала.
И все молчали.
-А ты считаешь, я один здесь
втихую операции делал?
-Всю схему он уже открыл.
Кто, через кого, сколько.
Сергеев даже скорую подтянул.
И Плющин глаза закрывал не бесплатно.
Ну всех же сразу не уволить.
-Выходит, я один за всех.
-А это, Леш, тебе решать.
Приказ у него на столе.
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
-Разрешите?
-Я вас не вызывал.
-А я вот сам пришел.
Приказ о моем увольнении
подписываете?
-Как Еприкян?
Родственники тюрьмой
больше не пугают?
ВЗДЫХАЕТ
-А знаете, что?
Подписывайте.
Только одна просьба:
не сегодняшним числом.
-Вчерашним?
Какая разница?
-Вам - никакой.
И причину можете написать любую,
я соглашусь.
Только дайте мне еще несколько дней.
-А зачем?
-Кузина вытащу, подниму,
и можете подписывать.
-Вас по этому делу не достать -
в больнице карантин.
Вы имели право отказать
ему в плановой операции.
-Вы думаете, я испугался?
-А что?
Совесть?
-Думаете, у вас только она есть?
Не в Кузине дело.
-Ну да, Еприкян, два павильона
на центральном рынке.
-Да.
Да, одному можно,
а вот другому нельзя.
И мне это тоже не нравится.
Вот только не я эту систему построил.
И деньги с людей не я брал.
Кто - это вы сами разберетесь.
Без меня.
Я за себя отвечу.
-Так вот идите и отвечайте.
За Кузина.
-Иван!
-На ловца и зверь бежит.
-Ты мне очень нужен.
-Да, Владик, накопилось
вопросов и ответов.
Пора серьезно поговорить.
-Серьезнее некуда.
Только давай зайдем в мой кабинет.
-Входите, входите, Иван Андреевич.
Я вижу, признали.
Иван Андреевич, а вы готовы сейчас
в присутствии свидетелей
назвать нам имя этого гражданина?
-Это капитан Игнатов Геннадий
Павлович.
Следователь РОВД Заводского района.
-Ох, Иван Андреевич,
доверчивая ты душа.
Да-а...
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Вот так и попадались все люди.
Это трижды судимый Геннадий Ступин,
который пытался вас шантажировать.
-А ты всему веришь, да?
Тебе люди наплетут с три короба,
чтобы себя оправдать,
а ты и готов поверить.
А своим близким - нет.
-Обалдеть!
Вот же глаза бесстыжие.
-У кого, у Бородиной?
-Да к этим я привык.
У этой губастой, психолога.
Ты помнишь девчонку, которая ночью
от страха в грабителей пальнула,
а попала в отца?
-Ну.
-Так вот она под статью
ее подвести хотела,
выпытывала все, обижал ли ее отец.
Что, мол, она в него
из мести пальнула.
-А к нам зачем?
-А я знаю?
Хлебников ее тряпками обо...
Обмоченными гнал, так она вон,
с Бородиной вернулась.
-Бывают же такие бабы...
-Да, а все почему? Без мужика.
Зло сгонять не на ком.
А к ласке непривыкшая.
Ну что завтра?
-Что завтра?
-В киношку пойдем, какие наши годы?
СМЕЮТСЯ
-Пойдем.
СМЕЕТСЯ
-А это позвольте мне решать,
Иван Андреевич.
Нужен вам психолог, не нужен -
положено.
По указанию министерства.
Как штатная единица для больных
с ковидным отделением.
У вас...
...персонал сколько месяцев
в стрессовом состоянии?
-Я так полагаю, это все,
чем вы можете помочь моему персоналу?
-Вы у меня не один.
И ирония здесь неуместна.
В области больниц с ковидным
отделением хватает.
А вы и так...
Благодаря Горздраву и лично господину
Заславскому имеете больше других.
И позволяете себе больше других.
-Ну хорошо.
Ну а почему именно госпожа Галаева?
А что, полиция психологов разогнала?
-Ну, Алла Игнатьевна вольна
сама выбирать себе место работы.
-Я сама попросилась
именно в вашу больницу.
-Что вы говорите?
И как же вы себе представляете
дальнейшую работу в нашем коллективе
после всего случившегося?
-Как работу.
Кропотливую.
Непростую.
Но важную для всех работу.
Я же сказала вам в прошлый раз,
Иван Андреевич.
Кому-то придется за все заплатить.
-Так значит...
Здесь вы заперли ваших сотрудников
из красной зоны?
-Эм, изолировал.
-Угу.
Мне кажется, Иван Андреевич, что
вы психологически все еще на войне.
Помещения захватываете,
приказы отдаете.
Но здесь не противник, это наши люди,
а здание чужое.
-Так вам кажется, или вы уверены?
-Иван Андреевич...
-Все в порядке, Елена Николаевна.
Иван Андреевич не перестроился.
В армии ведь нет женщин.
-Отчего же?
Есть.
-Медперсонал?
И как вы ими командовали,
справлялись?
-А как вам кажется?
-Никита...
Никита!
-Ира?
-Никита!
Никитушка...
Никита! Никитушка!
Никитушка, родной мой. Никита...
-Что ты делаешь,
я же в ковидной зоне.
-Да плевать, Никита.
Я так устала видеть тебя
только по смартфону.
Я не могу ждать уже,
когда это все закончится.
-Успокойся.
-Ты мне веришь?
Я все жду, я знаю, что ты не придешь,
но все равно жду, когда...
-Все хорошо, все хорошо.
-А что вы думали, Иван Андреевич,
если она глава облздрава -
стерва конченая?
Она же тоже не железная.
Простая женщина, когда речь заходит
о любимом человеке.
-Понятно.
УСМЕХАЕТСЯ
-Что вам понятно?
Военный вы человек.
-Понятно, откуда все известно,
что происходит в красной зоне.
-А что это у нас здесь?
А-а.
Бородина приперлась с инспекцией.
ФЫРКАЕТ
Интересно, кого инспектировать будет,
больницу или Никиту?
-А кто она?
-Начальник облздрава.
Ты не смотри, что такая молодая.
И еще она жена нашего
Никиты Добрынича.
УСМЕХАЕТСЯ
М-да.
Угораздило же его.
-О-о-о!
Я так понимаю, ты все-таки решил
слечь с гастритом.
Да?
В терапии что,
медсестры классные, да?
СМЕЕТСЯ
Ладно.
Сегодня я проставляюсь.
С первой серьезной операцией тебя!
-Спасибо.
-Надо же это отметить.
-А...
А дежурство?
-Так я тоже остаюсь.
Кузина стеречь.
Забежим с тобой к лекарю,
возьмем, что нужно,
и закроемся в ординаторской, а?
Ну!
Или мы не хлопцы, или Волга не река?
СМЕЕТСЯ
-Арбуз не урони.
Катенька, спасибо.
Как всегда, выручаешь.
-О!
-Здрасте.
-Здрасте.
-Я после смены.
-А ты, Кирилл, куда собрался?
Мы же договорились здесь встретиться.
-Да?
-Да.
-Точно?
-Точно.
-Привет.
А зачем?
-Как - зачем?
Отпраздновать твою операцию.
-Так я же вот уже, праздную.
Узким коллективом причастных.
Вот, а вы не тушуйтесь, молодежь!
Давайте заходите.
Вспоминайте молодость.
-Вам двоим арбуза не многовато будет?
-Мам.
Я буду поздно.
ВЗДЫХАЕТ
-Сынуля.
-Девушка!
А у вас есть что-нибудь выпить?
Только не мохито.
Серия 11
-Пап, зачем ты возишься
с этой развалюхой?
-Это для тебя она развалюха,
а для деда Авдеева - память.
-Зачем ты согласился на мой переезд?
Почему ты всегда всем уступаешь,
кроме меня?
-Сейчас ступицу откручу...
Сколько там до самолета - часов 6?
Пойдем погуляем.
Давай хоть это время не будем
ругаться, ладно?
Мы с тобой обсуждали это уже миллион
раз. Там отличные условия,
большой дом, две машины.
Гунар тебе отличную школу нашел.
-Гунар - молодец. Он и жену нашел
отличную. Между прочим, твою.
-Вот, кстати, еще один аргумент
и факт - за мамой присмотришь.
Кроме тебя-то некому.
Подай, пожалуйста, усилитель.
Спасибо.
-Пусть всем будет хорошо!
И маме, и Гунару, и деду Авдееву.
На твои чувства всем плевать.
Ты для них просто тряпка.
Об тебя ноги вытирают.
Когда я о чем-то прошу...
ТРЕСК
Папа!..
-Оля... там, в шкафу...
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют,
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Здесь документы по новому корпусу,
сметы, расходники -
и все за подписью главврача.
А здание нам не принадлежит.
Это как?
-Так. Реабилитационный центр нужен?
-Допустим.
-Вот. А денег у нас на него
не хватило.
-И что?
-Мы им помещение, они нам - квоты.
Пациенты смогут проходить
по сниженному тарифу.
-Это как при аппендиците:
разрез - бесплатно,
а аппендэктомия - по прейскуранту.
-Это называется компромисс.
-Не люблю я компромисса.
Да и какие там инвесторы?
Обыкновенные бандиты.
Что я, Костю Фалина не знаю?
Я вырос в этом городе.
Он как был шпаной, так шпаной
и остался.
-По-моему, он обычный деляга.
-Эдак можно все здания черт-те кому
раздать.
СПА, разные салоны, педикюр...
Эльвира Рафаиловна, бросьте,
за версту тащит откатом.
-А почему бы вам не поговорить
с Сергеевым? Он же зам по хозчасти.
Или, простите, вы хотели
сначала выяснить мою позицию
по данному вопросу?
-Обязательно поговорю.
Что-то еще?
-Пятница.
Ну я же вам вручала проспект.
Будет совещание руководства
медучреждений города.
Мы с вами приглашены.
После совещания - банкет.
-Не любитель я банкетов.
-Ну, для вас это возможность
познакомиться с коллегами,
завести новые контакты,
немножко расслабиться.
-Расслабишься здесь...
-Ясно.
Вот оставляете меня одну
посреди бала.
А я уже платье выбрала.
-Хорошо, давайте сходим.
Сходим.
-Здрасте.
-Елизавета Владимировна, здрасте.
А можно спросить?
-У вас что-то срочное?
У нас обход через 5 минут.
-Я хочу перейти в другую смену.
-Почему?
-Неважно.
-Мне казалось, вы прекрасно
сработались с Бородиным.
В чем проблема?
-Неважно. Просто переведите меня.
-Но я же не могу тасовать персонал,
как карты в колоде.
Если у вас возник конфликт,
давай мы вызовем его и поговорим.
Хотя странно, Никита Львович -
добрейший человек. В чем причина?
-Ладно... извините.
Только, пожалуйста, не надо никому
говорить о моей просьбе.
-Хорошо.
-Спасибо.
-Привет.
-Привет.
-Чего домой не идешь?
-Да вот развлекаюсь.
-И как успехи?
-Да пока так себе. Паяльник нужен.
-Жаль. Но ничего, поживем без кофе.
-А, ранняя пташка.
Салют!
Кирилл.
-Да.
-Выйди на минутку, дело есть.
-Угу.
Алексей Викторович, если вы по поводу
денег, то я...
-Да нет, я не о том.
Давай отойдем.
Окажи мне услугу. Откажешься -
не обижусь.
Согласишься - буду рад.
-Чем смогу.
-Я хочу поменять
твой график дежурств.
С завотделением вопрос решен,
нужно твое "да".
-Да.
-Дело в том, что Инга Кораблева,
она моя бывшая студентка.
Ну ты знаешь, наверное?
-Да.
-Ей сейчас очень трудно.
Ей нужна забота, внимание.
-Да, по поводу бабушки я в курсе.
-Я сам не могу ее опекать.
Ну, заметят, начнутся
всякие вульгарные версии.
Это ее заденет.
Она и так на пределе.
Поэтому я хочу поставить
вас в одну смену.
-Хотите, чтобы я присмотрел за ней?
-Ну...
Внимание с твоей стороны
будет выглядеть нормально.
-Хорошо. Когда мне приступать?
-Сегодня.
У тебя получится две смены подряд.
Выдержишь?
-Да, я выдержу.
-Спасибо.
Для меня это очень важно.
А что у тебя за драндулет?
-Да это кофемашина сломалась.
Пайка на плате.
Я пытаюсь...
-Ну, тебе к Щукину.
-К кому?
-К Щукину. Пойдем познакомлю.
-Так, Громов Виктор Фомич,
травматическая ампутация.
Скверная история.
Где конечности?
-В контейнере.
-Льдом обложили?
-Еще до нас. Дочь, Оля зовут.
Она жгут наложила.
-Крепкие нервы у тебя, Оля, молодец.
Увозите. Олечка, тебе с нами нельзя.
Ты побудь в приемном покое, хорошо?
Мама знает, что случилось?
-Уже едет. Папа выживет?
-Я очень надеюсь.
Я скажу тебе больше, когда осмотрю.
-Ты не волнуйся, тут врачи
вот такие работают.
Свое дело знают.
Пойдем. я тебя провожу.
-От меня бегаешь, профессор?
-Я не понял, что это вы.
Доброе утро.
-Кому доброе, а кому...
Заглянул вчера в твою контору,
хотел посмотреть, как идет ремонт.
Я же инвестор, имею право.
-Конечно.
-А вот и нет. Меня не пустили.
-Накладка.
Вы же понимаете, карантин, ковид.
-Не надо мне лоботомию
делать, доктор.
Я в твою схему вложился.
Либо решай вопрос,
либо возвращай деньги с процентами.
Вкурил?
-Форс-мажор.
Все подписи на руках.
Есть поддержка по стороны города.
-Разруливай.
Время до пятницы. Часы тикают.
И бегать от меня не надо -
бесполезно.
-Доброе утро.
Ознакомились с проблемой?
-Кость даже не раздроблена,
она раздавлена.
-Родные.
-Это помимо рассеченных
сухожилий и сосудов.
-Вы считаете, руку не спасти?
-Маловероятно.
-А если попытаться в четыре руки?
Один хирург ставит аппарат
Илизарова, проводит остеосинтез.
Второй занимается сосудами и нервами.
-Одной репозиции мало -
слишком мелкие фрагменты.
-Нужна пересадка,
используем бедренную кость.
Главное - это мнение нейрохирурга.
Если не справимся, все остальное
теряет смысл. Решение за вами.
-Если кровообращение
не восстановится,
руку придется ампутировать.
-Случай тяжелый.
Я бы рекомендовала протезирование.
Но последнее слово за пациентом.
-Громов сейчас на промедоле.
Сомневаюсь, что он может
здраво рассуждать.
-Поговорим с родными.
Обрисуем картину без прикрас.
Никаких иллюзий и ложных надежд.
Времени в обрез.
Пациента в операционную.
-Хорошо.
-Вы к Виктору Громову?
-Да.
-То, что я сейчас скажу,
не для детских ушей.
-Я не уйду.
-Говорите при ней.
-Ситуация очень сложная. Это только
в кино запросто
пришивают руки и ноги.
В реальной практике сделать
это удается крайне редко.
Вы это понимаете?
-Понимаем.
-Если удастся восстановить
сосуды и кости,
подвижность руки может не вернуться.
-Папа не сможет без руки.
-Сейчас делают очень хорошие протезы.
Протезирование - оптимальный вариант,
но требуется согласие вашего мужа.
-Он ей не муж, не муж.
-Мы с Виктором в разводе.
-А есть другие родственники?
Брат, сестра, родители?
-Только я. И я не дам его искалечить.
-Тебе сколько лет?
-14.
-Давай попробуем отбросить эмоции
и взглянуть на вещи реально.
Если мы пойдем на риск, если нам
повезет, на этом дело не кончится.
Потребуется очень долгое
и тяжелое выхаживание.
Постоянная забота.
-Я смогу.
-Скажите, если бы вообще не было
родных, кто принимал бы решение?
-Пациент или лечащий врач.
Но с учетом фактора
времени остается
только второй вариант.
-Тогда делайте то,
что считаете правильным.
-И снова здравствуйте. Я все спаял.
Кстати, Щукин - очень классный
мужик и очень веселый.
-Это точно.
-Так. Ровно через пять минут
я сделаю тебе шикарный кофе,
и так теперь будет постоянно.
-В каком смысле?
-В таком, что я теперь в вашей смене.
-Это что еще за новости?
-Я попросил Антонова,
он меня услышал.
И теперь я с вами.
-Это он тебя попросили,
а ты согласился.
-Ну, допустим. А что это меняет?
-Я не инвалид, мне не нужна сиделка,
даже по приказу начальства.
-Я не буду твоей сиделкой.
Я просто сделаю тебе
сейчас вкусный кофе.
-Если вы не спасете папе руку,
я на вас такую жалобу напишу.
Министру президента.
Я на телевидение пойду!
-Что вы на это скажете?
Поддадимся на шантаж?
-Я очень боюсь министра.
Особенно президента.
А уж телевидение.
-Я буду с папой,
буду сама за ним ухаживать.
Дайте слово.
-Даю.
-Ты еще банку варенья и корзину
печенья попросила, ябеда.
-Значит, на шантаж поддались вы,
а если у меня не получится,
виновата буду я.
-У вас получится.
-Откуда вы знаете?
Вы тут без году неделю.
-Я кое-что почитал о вас.
-Здравствуй, Олег Станиславович.
-Почему вы Фалина не пустили
в его же здание?
-Формально оно еще не сдано
в эксплуатацию.
Хлебников это узнал и воспользовался.
-Это в суде сработает,
но нам не с судьей разговаривать.
Решай в темпе вопрос с карантинным
блоком.
Мы найдем вам здание в черте города,
я уже договорился с Бородиной.
Тебе остается убедить вояку.
-Легко сказать.
-Что говорить-то?
Возьми и сделай.
Времени у тебя - до пятницы.
-У меня?
-У нас, Владик.
У нас времени - до пятницы.
-Сушить.
Скальпель.
Удаляем некротические ткани.
-Расширитель.
-Сшиваем сосуды.
Нитка - полипропилен, пять нулей.
-Забираем костный мозг
для остеопластики. Пилу.
-Сшиваем сосуды.
Нитка - полипропилен, пять нулей.
-Сушить.
-Нет, не успеем.
До пятницы точно.
И вряд ли это его спасет.
Ивана сюда привел Заславский.
А Заславский - это фигура.
-А за Лаврентьевым -
Бородина и облздрав.
-Да? А что же он к тебе прибежал?
Ладно, ты не об этом думаешь.
-А о чем я должен думать?
-Я разговаривала с сестрой
насчет Ивана.
Если они сойдутся, это будет неплохой
вариант для нас с тобой.
-А ты думаешь, есть шанс?
-Думаю, да.
Она считала, что он будет мотаться
до конца жизни по горячим точкам.
А тут он заезжает на белом коне,
Герой России...
И сразу должность - бац!
А она со своей актерской карьерой
в полном пролете.
Никому не нужна.
Так вот Маша задумалась.
-Ну а нам с этого какой прок?
Он же прямой как шпала.
-Он член семьи.
А семья, Владик, хочет кушать.
-Хлебников?
Да ну, брось. Не та порода.
-Не нукай мне, не запряг.
Потихоньку, полегоньку...
Лаврентьев тоже сначала чеснока
гонял,
а у самого дочь в Лондоне учится.
Зарплаты главврача уже маловато.
Сын женился - нужна квартира.
Ну, вот как-то так это все
и работает.
Правила игры одинаковы для всех.
-Нана Вахтанговна, мы готовы.
Можем ставить аппарат.
-Прекрасно, ждите.
Готовим сухожилия.
Зажим Бирхера.
-Надо проверить проходимость сосудов.
Требуется ангиография.
-Есть способ побыстрее.
Иван Андреевич, продемонстрируете?
-Понятно.
-Нана Вахтанговна, вы тоже проверьте
свою травмированную руку.
-Стеноза не заметно.
Кровь поступает в кисть.
-С сосудами разобрались.
Нервами займемся потом, сперва надо
позиционировать конечность.
Доктор, принимайте эстафету.
-Начинаю синтез.
Собираем через костный
компрессионно-дистракционный
аппарат Елизарова.
-Сшиваем сосуды. Нитка -
полипропилен, пять нулей.
-Зачем ты так?
Тебе пошли навстречу.
Все сделали по-твоему.
-Ты на самолет опаздываешь.
-Я поменяла рейс на завтра.
Дождемся конца операции вместе.
-А потом?
-Давай не будем бежать впереди
паровоза.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Приемный покой.
Да, они обе здесь.
Конечно, Нана Вахтанговна.
-Громовы, подойдите, пожалуйста.
-У них получилось?
-Операция прошла успешно.
Окончательные выводы делать еще рано.
Нужно дождаться, пока твой папа
придет в себя.
-Скажите, когда это произойдет?
Хотя бы примерно.
-Ну, где-то часов через 6-8,
не раньше.
-Да и слава богу!
Тебе нужно отдохнуть.
Ну, куда поедем?
Домой или ко мне в гостиницу?
-Ты езжай, а я останусь.
Хочу быть рядом,
когда папа проснется.
-Скажите, я могу переговорить
с доктором Хлебниковым
по организационным вопросам?
-Он еще в операционной.
Хотите, я позвоню его заместителю?
-Сделайте одолжение.
-Хорошо, что вы женщина.
Мне легче будет обрисовать проблему.
-Я вас слушаю.
-Здесь все на стороне моей дочери.
Но она еще ребенок.
Мы с Виктором в разводе 2 года.
Я повторно вышла замуж.
Я должна улететь в Гамбург с Ольгой.
Я не могу оставить ее с отцом,
который недееспособен.
-Я все понимаю.
Но чем мы можем помочь?
-Скажите, больница может направить
Виктора в реабилитационный центр?
Мой муж - состоятельный человек,
и мы готовы платить
любые разумные деньги.
-Мы дадим заключение
и рекомендации по уходу,
но за направлением вы должны
обратиться
в поликлинику по месту жительства.
Таков порядок.
-Все кувырком!
-Может, все-таки остаться
на какое-то время?
Я вам посоветую хороший
профилакторий.
Дочка успокоится, когда увидит,
что отец идет на поправку.
-А если ему станет хуже?
-Тогда тем более.
Вы не посторонний человек,
вы много лет были вместе.
-Были.
Я не бревно, доктор.
Мне его дико жалко.
Но то, что случилось, -
закономерный итог.
Талантливый парень.
Добряк.
Идеалист.
Совершенно не приспособленный к жизни
человек.
Поверьте, я много лет билась
об эту стену.
И вот мне выпал шанс -
изменить жизнь и для себя,
и для дочери.
-Трудный выбор.
-Как поступили бы вы?
Честно.
-Я не знаю.
-О! Маша.
-Привет.
Извини, тороплюсь.
Ну что, поможешь?
-Да. Зайди завтра в обед.
-Спасибо. Ты чудо!
Ну, пока.
-Это что такое было?
-Так, зашла сестру навестить.
Почирикали ни о чем.
-М-м...
-Ну, ладно. Она попросила в долг.
У нее в кошельке ветер ночевал.
А в пятницу у Кирюши юбилей -
четвертак он разменяет.
-Едрена мышь!
Я же забыл, представляешь?
-Нет.
-Стыдно, Иван Андреевич.
-Да уж, да уж.
Говоришь, у нее с деньгами плохо?
-Она же актриса, Вань.
Есть роль - есть копейка.
Нет ролей - переходи на крупу.
-Она же хорошая актриса или нет?
-Приятно, что ты это вспомнил.
-Я сейчас.
Маша!
Стой!
-Что-то случилось?
-Красивая прическа.
-Ты за мной гнался,
чтобы мне об этом сказать?
-Нет. Я по поводу пятницы.
-Лариса напомнила?
-Нет.
Да, извини.
-Конечно. Легко.
Ну да, пятница. И что дальше?
-Я деньги в одежде оставил.
-О, Вань, а вот это вот не надо.
-Почему?
-Мы справляемся. И, вообще-то,
я от тебя ждала совсем другого.
-Подскажи мне.
-У твоего сына - 25-летие.
Ты на его дне рождения
был пять раз за всю четверть века.
Не хочешь список пополнить?
-А ты думаешь, он будет рад?
-Я думаю, что вам стоит попытаться
наладить отношения.
Воспользуйся случаем.
-Ну, посоветуй, что ему подарить.
Я же совсем его не знаю.
Что он любит, что ему может быть
полезно.
-Но ты же понимаешь,
что важен не подарок.
Важно внимание.
Я не знаю.
Ну, книгу подари,
только не медицинскую.
-Нет?
-Нет.
Твой сын любит поэзию.
Он, конечно, никогда об этом
не скажет, и все же.
Ладно, извини, мне пора.
-Маша!
-Да?
-Отлично выглядишь.
-Спасибо.
-Все спросить тебя хотела:
что за страсть к судокам?
Непривычно для современной девушки.
-От бабушки остались.
Огромная пачка.
Теперь ее нет, а они остались.
Выбросить рука не поднимается.
-Не надо выбрасывать.
Принеси мне. Я их обожаю.
-Серьезно? Ладно.
Хотите, чаю налью?
-У меня тоже руки есть.
Говорят, золотые.
-Он что, спит?
-Он после ночи.
-Почему не дома?
-Антонов перевел его в нашу смену.
-Это из-за меня.
-А вы что, не справляетесь?
-Глубоко копаете, Иван Андреевич.
Кирилл у нас новенький.
Молодой, по-вашему.
А Инга, так сказать, старослужащая -
"дед".
По-нашему - наставник.
Ну а я, получается, "прадед".
Так, Инга?
СМЕХ
-Здравия желаю!
-Вольно.
Есть разговор с глазу на глаз.
-А... Да тут все свои...
...кроме тебя.
-Хорошо.
Хотел в пятницу прийти,
если ты не против.
-Мама попросила.
-Нет.
-Но это неправда.
-Правда. Это наше общее решение.
-М-м...
Ну, ладно.
-Какой у тебя любимый поэт?
-Оксимирон.
-Это шутка какая-то?
-Это хип-хоп.
Направление такое современное.
-Пап, ничего не надо.
Если ты хочешь прийти - приходи.
Только не забудь халву,
мама очень любит, помнишь?
А, да, халва... Халва.
Как, вы говорите? Окси...
-Оксимирон.
Но это прозвище.
Зовут Мирон Федоров.
Но вряд ли вы это купите
в книжном магазине.
-Почему? Я попытаюсь.
Мирон Федоров.
Отличная работа, доктор.
Обследование показало
функцию всех сосудов.
Поздравляю.
Всего доброго!
-Снимай штаны.
-Что?
-Пороть буду.
Ты почему с отцом так разговариваешь?
-Как?
-Насмехаешься.
Выставляешь идиотом.
А он не идиот.
Тут до него всем мужикам - как
до вершины Эльбруса.
-Я очень рад за него.
-Пацан!
У нас на Кавказе - если сын
дерзит отцу...
-Он не дерзил, он сдерживался
как мог. Иван Андреевич тоже.
-Женщина!
У умного ищет недостатки,
у дурака - достоинства.
-Марина ушла уже?
-Да, смена закончилась.
-А Громовы еще здесь?
Забыла дать матери контакт
реабилитационного центра.
-Громовы, Громовы... А, мать уехала.
А дочка должны быть здесь.
Вышла на улицу,
ее в отделение не пускают.
-Поняла.
ОЛЯ ВСХЛИПЫВАЕТ
Здравствуй, Оля.
Меня зовут Эльвира Рафаэлевна,
я заместитель главного врача.
-Очень приятно.
-Мне тоже.
Я говорила с твоей мамой,
она просила порекомендовать
центр реабилитации.
Вот адрес и телефон, держи.
-Спасибо.
-Они ждут звонка.
Там очень хорошо, поверь.
Все необходимые процедуры,
новейшие методики
и возможность организовать проживание
для родных.
-Бесполезно, мама не останется.
-Знаю. Но я имею в виду не маму.
Ты поднимись в отделение.
-Меня пустят?
-Пустят.
-Спасибо.
-Удачи тебе!
Держись.
-Лидочка Анатольевна.
Приятная неожиданность.
-Где тебя носит, Щукин?
-В поликлинике лампочку вкручивал.
-Целый час. Тугая лампочка?
-Ну...
Девочки меня "чайковским" побаловали
с медком, вот с собой прихватил.
А что, Лид, любят меня девочки.
-Танька, что ли, санитарка?
Два обхвата поперек.
-А что, знатная дама. Хм!
Хорошего человека должно быть много.
-Врешь ты, Степ, и не краснеешь.
Я тебе пять раз звонила.
Уж не знаю, где вы чаевничали.
-В подвале. Связь плохая.
И вот я здесь, и в бархатных штанах.
Слушаю и повинуюсь.
-В хирургию надо девочку устроить.
Будет ухаживать за отцом.
Там одноместный бокс.
С тебя дополнительно койка,
тумбочка и ширма.
-Э-э...
А ширмы-то у меня и нет.
-Собой прикроешь.
-Вик, ты?
Вик!
Нам нужно с тобой поговорить.
-Нет.
-Прости меня, пожалуйста.
-Я не могу.
-Все-таки вернулись.
-Еще не вернулась.
Но уже не уехала.
Зависла в пространстве, понимаете?
-Понимаю.
-Уехать не могу.
А возвращаться некуда.
-Так бывает.
Жизнь налаживается.
Появляются перспективы.
Начинаешь строить планы,
выбирать попутчиков.
Но понимаешь, что ты простая баба.
Тебе нужно просто любить.
Чтобы тебя любили.
А этого в планах не было, понимаете?
-Понимаю.
ЗВУКИ КАРДИОМОНИТОРА
-Привет.
-Привет.
Не думала, что ты придешь.
-Да кто же думал?!
Ты есть хочешь?
Я вот в какое-то кафе
за пирожками забежала.
-Не хочу.
Как ты сюда попала?
-Там пропуск на нас обеих,
кто-то из врачей распорядился.
-Я спать хочу.
Ты посидишь?
-Конечно. Конечно, посижу.
-Ладно, где там твои пирожки?
ЗВУКИ КАРДИОМОНИТОРА
Серия 12
СТУК В ДВЕРЬ
-Ты думаешь, я в первый раз
не слышал?
Если я не открываю -
значит, меня нет.
-Простите, Марат Игоревич,
у меня срочный вопрос.
-А у меня через полчаса начало
рабочего дня и важное совещание.
-Извините, я позже зайду.
-Стоять. Ну раз уж пришла -
излагай.
-Я по поводу волонтеров, которые
будут работать в нашей больнице.
Просят провести в нашем отделении
ознакомительную экскурсию
для новичков. Я сама все сделаю.
Нужно только ваше согласие.
-Кораблева, это больница,
а не планетарий. Здесь одни люди
болеют и умирают, а вторые пытаются
их спасать.
И тем, и другим одинаково
неприятно, когда толпы
праздно шатающихся олухов будут
их рассматривать, как жуков в банке.
Уяснила?
-Но...
-И вот еще что, Кораблева. Вместо
того, чтобы бесконечно суетиться
и заниматься всякой ерундой, займись
лучше своими прямыми обязанностями.
А если тебе некуда девать свою
неуемную энергию,
запишись на фитнес. Или к психиатру.
-Ну, чистый МХАТ.
АПЛОДИРУЕТ
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Здорово, Кораблик, куда плывешь?
Ты чего, плачешь?
-Все нормально.
А это что, циркачи?
-Да круче. Стриптизерша с шеста
навернулась, прикинь.
Головой об пол.
Слушай, тебя кто-то обидел.
Это новенький? Воробьев?
-Да перестань. Он вообще тут
ни при чем.
-А кто при чем?
-Да никто, Олесь, правда.
Просто... грустно стало.
На фиг все!
Ухожу я отсюда, вон лучше к Антонову
в аспирантуру.
-Это правильно. Слушай, побегу я
травму на производстве оформлять.
Ты заходи в обед, слышишь? Перетрем.
Давай держись.
-Понятно.
Травма добавочного ребра
шестого позвонка.
С компрессией нервного волокна.
Вот отсюда болевой синдром,
шоковый обморок.
-Какое ребро? Она затылком ударилась.
-Я сказал - добавочное ребро.
Это рудиментарный отросток
в верхних позвонках.
-А без этого ребра жить можно?
-Конечно, можно. Даже нужно.
Это же рудимент.
-Слушай, коллега, ты доктору
работать мешаешь.
Выйди в холл и позвони папаше.
-Он не папаша, он поклонник.
Просто переживает, вот и приехал.
-В общем, надо удалять.
Антонова вызовите.
У него же сегодня дежурство?
-Да.
-Вот пусть развлекается.
-С новым корпусом ничего не выходит.
Ладынин то ли не в состоянии
повлиять на Хлебникова,
то ли просто не хочет. А на меня
давят инвесторы, Ирина Николаевна.
-Хлебников намерен оспорить
правомерность сделки? Не выйдет.
-Да я не думаю, что у него такая
дальняя стратегия. Он же тактик.
Решает текущие вопросы. Сейчас его
заботит карантин для сотрудников
красной зоны. Вот этот вопрос
он решает доступными средствами.
-А что, если ему предложить
другое решение?
-Вот об этом я и хотел вас попросить.
Любое временное помещение
с минимальными удобствами.
-Это все?
-Все, но... время не терпит.
Вопрос надо решить до пятницы.
Это условие инвесторов.
-Ладно. После обеда у меня будет
окно, я подъеду и переговорю
с Хлебниковым лично.
-Я ваш вечный должник,
Ирина Николаевна.
-Я вначале танцевала,
мечтала в Москву поехать,
современной хореографией заняться.
Бабки заработать.
Не на панель же идти.
-Взяла бы кредит, как другие
студенты.
-А отдавать? Хорошо, если карьера
сложится, а там конкуренция -
мама, не горюй. Мед у вас офигенный.
-Ну хорошо. А этот... кекс
вроде при деньгах, судя по костюму?
У них что вообще?
-С Романом? Да ничего. Она его
боится. Думает - маньяк.
Но бабла у него точно полные карманы.
-Слушай, с виду приличный мужчина.
Правда, староват для нее.
СМЕХ
-А я из-за ревю, честно.
Пыталась его на приват раскрутить,
но мимо.
Кроме Стеллы, по ходу, вообще никого
не замечает.
Выкупил все места в ВИП-зале.
Стелла выходит к шесту,
а там - никого, только он.
И администрация на его стороне.
Раз уплачено - танцуй,
не выделывайся.
И так каждый день теперь.
Но главное...
-Что?
-Он запретил ей раздеваться.
-Это или любовь...
-Или старческий маразм.
СМЕХ
-Как она?
-Ну, пока что не очень.
Я - хирург,
Антонов Алексей Викторович.
-Очень приятно.
-Меня пригласили для консультации.
Пока что диагноз сомнений
не вызывает,
но есть некоторые нюансы,
от них будет зависеть лечение.
-Чем можно помочь?
-Скажите, что именно произошло.
Как она упала?
-Роман все видел.
-Вы же были в стрип-баре.
-А... Хм... Не припомню.
-Бывал, бывал. Леша, кажется?
Не знала, что ты доктор.
-Спасибо. Вы свободны.
-Ну так вот, там шест такой,
ну, понимаете.
Стелла делала двойной поворот,
потом подъем с переворотом
и должна была прийти на ножницы.
-Куда?
-Я могу показать. Или Анжела.
-Вы думаете, мне это что-то прояснит?
-Я профессиональный танцор,
в прошлом даже популярный.
Роман Фроля.
Сейчас у меня своя студия
бального танца.
-Я вас с этим поздравляю!
Вы мне хотели что-то рассказать.
-Да.
Знаете, она в последнюю секунду
разжала руку и выпустила шест.
-То есть сначала она потеряла
сознание и только потом упала?
-Да.
Да?
-Угу.
Итак, что наблюдаем, друзья мои?
-Ну, СОЭ выше нормы.
Мамочка!
Гемоглобин - 22. Ниже плинтуса.
Тромбоциты...
У нее что, лейкоз?
-Торпенко написал - перелом
добавочного шейного ребра.
-И при чем тут низкий гемоглобин?
-Это вы мне должны сказать.
-Есть признаки абластической анемии.
Надо делать трепанобиопсию.
-Пять баллов.
Но с минусом.
Ты не ответил на вопрос Кораблевой,
очень важный, между прочим, вопрос.
И своевременный.
-Я не вижу связи с травмой.
-Потеря сознания - не следствие
травмы, а ее причина?
-Молодец, Кораблева.
Все-таки плачет по тебе аспирантура.
Да, я тоже так думаю.
Этот танцор довольно точно
все показал.
Пальцы разжались,
она выпустила шест из рук,
и тело по инерции продолжило
двигаться вперед,
пока не встретило на пути
естественного препятствия - танцпол.
Кто будет делать пункцию?
-У Инги больше опыта.
-Да будет так!
Давайте, готовьтесь, ребята.
-Доктор, можно вопрос?
-Слушаю.
-Стеллу будут оперировать.
Это опасно?
Никто мне ничего не объясняет.
-Потому что вы ей не родственник
и даже не друг.
И, насколько я понимаю,
она вас не очень любит.
-Я знаю, но я хотел как-то помочь.
Дополнительные процедуры
или лекарства...
Деньги - не проблема.
-Это бесплатная клиника.
-Да, конечно.
Простите.
-В общем, так.
Дело не в травме.
Точнее, не только в ней.
Сама резекция цервикального ребра -
процедура сложная, редкая,
но, в целом, рядовая.
Лично я бы не взялся,
но Алексей Викторович - мастер.
-Значит, есть еще что-то?
-Да, обнаружены другие симптомы.
Тревожные.
Когда мы во всем разберемся,
я вам сообщу.
-Спасибо.
А что за симптомы?
-Абластическая анемия.
Нарушение кроветворной функции
костного мозга.
Разбираться с причинами
сейчас нет времени.
Вариантов очень много.
Стелле нужна операция прямо сейчас.
Пока что решим вопрос
гемотрансфузии - переливания крови.
-Я дам вам свою кровь, сколько нужно!
-В этом нет необходимости,
потому что у нее распространенная
вторая группа крови.
Серьезно.
Вам сейчас нужно собраться с силами
и просто ждать.
А лучше езжайте домой.
-Хороший парень.
Но я останусь здесь.
-Хорошо.
-Стелла, мы сделали тебе местную
анестезию,
но все равно сейчас будет больно.
Ты должна быть в сознании,
поэтому надо потерпеть.
Это недолго.
Сразу после мы дадим тебе
общий наркоз.
-Начинаю.
Троакар.
Делаю прокол.
-Только не торопись.
Убедись, что точно попала.
-Все точно.
Дошла до кости.
Начинаю трепанацию.
Держись, Стелла.
Сухо.
У меня все.
-Спасибо, доктор.
Переворачиваем на спину.
Петрович, ввожу двухпроцентный
гексенал, 2 миллиграмма.
Ждем минуту и подключаем кислород.
Начинаю.
-Двадцатки хватит?
-Да, конечно. Кончено, хватит.
Я куплю фрукты, там, что еще куплю,
вина хорошего.
Морепродукты. Кирилл их обожает.
-Алло, гараж. Ты здесь вообще?
-Да-да, конечно, ну где еще?
Спасибо тебе еще раз огромное
за деньги. Ты нас очень выручаешь.
-Да ерунда, обращайся.
А что Иван, денег совсем не дает?
-Ну с какой стати? Кирилл уже давно
совершеннолетний.
-Ну и что? Вы же ему не чужие.
Ты не думаешь его пригласить?
-Уже.
-А что за скорбь в голосе?
-Да я не думаю, что он придет.
Я уже столько раз обманывалась.
Наверняка найдутся дела поважнее,
вот увидишь.
-А я не думаю.
Я вижу его каждый день.
Он изменился, Мань.
Он стал не то чтобы мягче,
а теплее, что ли.
-Ну, может быть.
Может быть.
-Слушай, я прямо спрошу.
Только ты не обижайся.
Если не хочешь, не отвечай.
Ты не думаешь его вернуть?
-Ой, Лара.
-Он живет как медведь в берлоге.
Спит у себя в кабинете, ест черт
знает что. Все время один.
Ты же знаешь, я его особо никогда
не любила.
Но чисто по-человечески жалко мужика.
И не мне одной.
Коллектив у нас в основном
женский.
Приголубят, приютят, пока кое-кто
ушами хлопает.
-Не знаю, Ларис. Дважды в одну воду
не войдешь.
-Ну по крайней мере, ты думаешь
об этом.
-Все запущено, Ларис.
И Иван нас, конечно, замучил
со своими переездами,
но ведь, по большому-то счету,
я осталась в городе не из-за него.
И Кирилл тут со своей учебой -
это предлог.
В основном-то дело в театре.
А что в итоге?
И как жена не состоялась,
да и как актриса тоже.
А вот Ваня всего добился.
А я его предала.
И его же в этом обвинила.
И на что мне теперь рассчитывать?
-Но ведь жизнь на этом
не заканчивается.
Еще все можно изменить.
Не вешать нос.
-Ладно.
-Нам надо подобраться
к дополнительному ребру
и не повредить сосуды и нервные
ткани.
Рассечем переднюю лестничную мышцу,
отведем подключичную артерию,
и спокойно можно делать резекцию.
Инга, ты нам тут ничуть не мешаешь,
но было бы очень любезно с твоей
стороны,
если бы ты поскорее отнесла добытый
тобою биоптат на гистологию.
О чем задумался?
-А, да этот, Кристофер Уокер,
который ее привез, все бегает
на ушах, волнуется.
И трогательно, и все равно немного
противно.
Да и хотелось бы знать этиологию
анемии.
-Ну это не наша с тобой забота.
-А если это следствие бактериальной
инфекции?
-Ну тогда наша плясунья попадет
в цепкие лапы Нарышкиной.
Ага, вот он, голубчик.
Так, зажим.
Кстати, ты не знаешь,
чем расстроена Инга?
-Нет, не говорит.
Вы тоже заметили?
-Как тут не заметить?
Так, все.
Теперь перевязываем и пересекаем
поперечную артерию.
Зажим.
Еще.
Вот здесь.
Сушим.
-Мне кажется, Плющев на нее наехал.
Она была в хорошем расположении духа,
а когда вернулась от него,
сама не своя.
-Ну так отвлеки ее, пригласи в кино.
Или нет. Знаешь что, а давай набьем
Плющеву морду?
Это, кончено, его не исправит,
но хотя бы душу отведем.
Ага, так, вот она.
Подключичная.
Зажим.
Есть.
Ну вот мы и добрались до позвонка.
Кусачки.
Провожу резекцию периоста
и дополнительного шейного ребра.
Что будем решать насчет
Кораблевой?
-Мне кажется, надо дать ей шанс
отличиться, проявить себя.
-Да ты психолог.
Но идея мне нравится.
Ну вот и все.
Теперь спокойно ушиваем рану.
Давай кетгут, троечку.
Так, держи здесь.
Отпускай.
-Угу.
-Убирай.
-О, целая делегация.
Обычно в обеденный перерыв
люди обедают.
-Приятного аппетита,
Елизавета Владимировна.
-Юмор вернулся. Это отличный симптом.
Ну, чем еще порадуете?
-Елизавета Владимировна, у нас общая
просьба:
оставить в КЗ только одного из нас.
-Так, и кого именно?
А, сейчас подождите, я монетку кину.
-Меня оставьте. В зоне осталось
только два реаниматолога.
-Сестер с опытом тоже не хватает.
-Детский сад. Для начала сядьте оба.
Сядьте, сядьте.
Давайте мы с вами поговорим
как взрослые люди.
Ребята, я очень хочу вам помочь.
Но иногда так бывает, что любая
помощь извне, она только во вред.
И вот если я даже одного из вас
отправлю на северный полюс,
а другого на южный, проблема
не уйдет.
Глупо прятать голову в песок
и делать вид,
что ничего не происходит.
-А что не глупо?
-Работать.
Это лучшее средство от душевной
смуты. Все личное сразу устаканится.
Ребята, вы очень сильная команда.
Вы делаете доброе, важное
и очень нужное дело.
-Можно вопрос?
-Кончено.
-Личное устаканилось?
Нет, вы меня извините, но вы сами
сказали,
что мы можем говорить на взрослую
тематику.
-Работа - это все, что у вас есть.
Вы счастливы?
-Ну да, вы правы, работа - это
действительно все, что у меня есть.
А дома меня ждут только цветы
и кошки. Но я не теряю надежду.
И на твой вопрос, счастлива ли я, -
да, я счастлива.
Чего и вам желаю.
Ну что, обед скоро закончится,
тогда идите.
Хорошо? Идите, идите.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Да, Иван Андреевич.
Иду.
СТУК В ДВЕРЬ
Можно?
-Да, войдите.
Присаживайтесь.
Алексей Викторович, вкратце опишите
ситуацию.
-Пациентка Афанасьева, девушка
18 лет, поступила по скорой.
Травма шейного ребра, компрессия
нервных окончаний.
Произведена резекция и декомпрессия.
При обследовании обнаружен острый
дефицит гемоглобина и тромбоциты.
-Очень занимательно.
А я здесь при чем?
-За последний месяц в поликлинику
обратились двое пациентов
с симптомами абластической анемии.
У пожилой дамы диагностирована
нейробластома,
40-летний алкоголик отравился
техническим спиртом
с содержанием солей свинца.
Интересно то, что оба пациента
проживали в том же доме
и даже в том же подъезде,
что и девушка,
которую сегодня оперировал Антонов.
-Это говорит о том, что этиология
у всех троих скорее всего общая,
а лейкоз у старушки и паленое пойло -
это сопутствующие факторы.
-Как и травма шеи в моем случае.
-Намек ясен, разрешите, я посмотрю.
Спасибо.
Так, ну КОВИДом здесь и не пахнет.
А то, что касается других инфекций...
слушайте, ну лейкоциты в норме.
Но девушку я посмотрю.
-Да что там смотреть,
надо звонить в МЧС.
Это либо токсин, либо радиация.
-Первым делом надо обследовать всех
жильцов.
Если потребуется, то и в срочном
порядке.
-Эльвира Рафаэльевна?
-Не согласна с обоими.
А если это все-таки совпадение?
Вы представляете масштаб паники,
которая поднимется в городе?
И что с нами сделает пресса?
Если выяснится, что все это ложная
тревога.
-Ну конечно. Разумнее всего вообще
ничего не делать.
-Об этом речи не идет.
Предлагаю не пороть горячку,
отправить на квартиру к Афанасьевой
толкового врача,
взять химические пробы, измерить
уровень радиации,
а по результатам примем решение.
-Я готова.
-Сейчас через полчаса сюда нагрянет
мадам Бородина из облздрава.
Ей не дает покоя наше карантинное
общежитие.
Так что отправьте кого-нибудь
из ординаторов ей навстречу.
Все свободны.
-Все это очень мило.
Но больше напоминает полевой стан,
чем нормальное общежитие.
Больничные койки, отсутствие
персональных душевых и санузлов,
я уже не говорю о питании.
Люди работают на переднем крае.
Вам не кажется, что они заслуживают
большего комфорта
во внерабочее время?
-Никто не жалуется.
Условия вполне приемлемые.
-Главное преимущество -
близость к месту работы.
Красная зона в соседнем здании.
-Даже плафонов нет на светильниках,
голые лампочки.
А если кого-то ударит током?
-Плафоны мы организуем сегодня же.
И в плане быта сделаем все,
чтобы сгладить неудобства.
-Да уж, организатор вы что надо.
Наслышана от Лаврентьева.
А вы хоть понимаете, что вы
хозяйничаете в чужом здании?
-Он не хозяйничает, а выполняет
указания руководства.
-То есть ваши?
-То есть мои.
-Послушайте, Ирина Николаевна,
Лаврентьева сняли,
потому что не соблюдались карантинные
меры.
Если мы сейчас закрываем общежитие,
отправляем людей по домам,
вы понимаете?
-А я не к этому призываю.
Я предлагаю немедленно отдать здание
его владельцам,
а сотрудников Красной зоны разместить
в санатории "Дубки".
Город готов вам его предоставить.
Двадцатый километр Северного шоссе.
Зеленая зона, все удобства.
И волки сыты, и овцы целы.
-Ну волки может и сыты, только овцам
придется добираться до работы
полтора часа.
-Ну это к черту на кулички.
Знаю я эти "Дубки".
Там капремонт слезами горючими
плачет.
Дайте хотя бы автобус.
-Нет у меня автобуса.
Вот, пусть господин Сергеев
организует.
-Мы напрасно тратим время.
"Дубки" не годятся.
Выделите нормальное помещение
в черте города.
А до тех пор мои сотрудники останутся
здесь.
-Я передам вашу позицию городскому
руководству.
-Будьте любезны.
-Угу.
Всего доброго.
-До свидания.
-Ты что-нибудь нашел?
-Знать бы, где искать и что.
Как у тебя?
-Так себе.
Народ какой-то неразговорчивый,
все говорят: занят.
Тут еще фирма какая-то мутная
в подвале.
Они вообще разговаривать отказались,
внутрь не пустили.
-Что за фирма?
-Ну, скупают старую оргтехнику.
Не знаю, зачем. Только что видела,
полный пикап разгрузили.
-Что за техника, что это, компьютеры,
телефоны?
-Да ничего такого, какая-то древняя
рухлядь,
ламповые телевизоры, магнитолы.
Я такое только в кино видела.
-Слушай, кажется, ты сейчас
только что решила проблему.
Значит, жди меня у подъезда
через две минуты.
-Ага.
-Слушай, твой Леня Федоров -
просто крутой мужик.
Кажется, я теперь фанат "АукцЫона".
-Не заговаривай мне зубы.
Я только что была у Плющева.
-О.
-Угу.
-Сочувствую.
-Он мне объявил благодарность
за инициативность.
-Да?
-Да.
-А премию выписал?
Нет?
Эх, жалко.
Получается, в ресторан не пойдем.
-Кончай прикалываться.
Это ты нашел золото в вентиляции.
-Это ты нашла фирму,
которая гонит золото
из старых радиодеталей.
-Я вообще впервые слышу о таком.
-Прости, эта тема всем известна.
Законный бизнес - это когда
соблюдаются санитарные нормы.
А они решили сэкономить
на фильтрах и провели вытяжку
прямо в общий вентиляционный короб.
Надо же было додуматься.
Поэтому это ты накрыла чуваков.
Я просто взял пробу.
-Знаешь что, Воробьев?
Ты невыносимый тип.
-Я знаю.
-Роман?
Роман?
Мы знаем, что вызвало анемию
у Стеллы.
Токсин долго проникал в ее организм.
Обычной терапии недостаточно,
нужна пересадка костного мозга.
Без нее кроветворные функции
не восстановятся.
-Донорский материал.
-Да.
Мы отправили запрос, но сколько
придется ждать, пока неизвестно.
Стелла просто может не дотянуть.
-Возьмите костный мозг у меня.
-Если б все было так просто.
Иммунная система организма
отторгнет инородную ткань.
Нужна генетическая совместимость.
-А вы проверьте. Вдруг повезет.
-Вы держите меня за идиота?
Зря.
Стелла - ваша дочь.
-Как вы поняли?
-Ну, есть некоторые сходства.
Но в основном по вашему поведению.
-Она этого не знает.
-Это я тоже понял.
А почему вы ей не говорите?
-Не могу.
У нее есть причины ненавидеть меня.
18 лет назад я бросил ее мать,
и за все эти годы ни разу
не появился.
-Она считает, что одна
на всем белом свете.
Думаете, так будет лучше?
-Я знаю, что я виноват.
Смолоду я имел...
У меня было множество
мимолетных романов.
Но я никогда не интересовался
последствиями.
-Вы хотели сохранить свою свободу.
-Да!
НЕРВНО СМЕЕТСЯ
Но я не знал, что у меня есть дочь.
А месяц назад увидел девушку,
как две капли воды похожую
на мою собственную мать.
-И что дальше?
-Я украл у нее расческу
и проверил ДНК.
Сейчас же полно этих частных
лабораторий.
-Да уж.
Да уж...
-Осуждаете меня?
-Да вообще-то нет.
Я сам всегда старался сохранить
свою свободу.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Но вам, в отличие от меня,
невероятно повезло.
Пойдемте.
Я возьму у вас материал
для пересадки.
-И...
Вы не скажете Стелле, откуда он?
-Я не вправе решать за вас.
Я ведь врач.
Мое дело - лечить телесные недуги.
-Стелла, ты не спишь?
Я сегодня делала тебе
ужасно неприятную пункцию.
Ты меня узнала?
Не отвечай.
Тебе гортань нельзя напрягать.
Просто...
Моргни.
Ага...
Меня зовут Инга.
Я вот зашла тебя проведать
перед уходом.
Можно присесть?
Хочу тебе кое-что сказать.
Ты знаешь, а я тоже совсем одна.
Последней умерла бабушка.
Прямо...
Прямо здесь, в больнице.
Совсем недавно.
И...
Мне так одиноко.
ВЗДЫХАЕТ
Тебе надо делать пересадку
костного мозга.
Подходящего донора трудно найти,
практически невозможно.
И вот представь, как тебе повезло.
Мы его нашли!
И он все время был рядом.
Теперь ты поправишься.
Будешь жить долго и интересно.
И встретишь много-много
хороших друзей.
И какая разница, кто этот донор?
Пусть даже совсем посторонний
противный дядька,
который пялится на тебя
в вашем дурацком клубе.
ШЕПОТОМ:
-Он не пялится.
-Что?
-Он мой папа.
Украла носовой платок.
Сделала тест.
Не говорите ему, что я знаю.
-Не буду.
Серия 13
-Как-как? Имплант прям в мозг!
Остальное все по частям собирали,
Франкенштейн 21-го века.
-Да ладно, так не бывает!
-Да много ты знаешь, чего бывает,
чего нет! Это секретная клиника.
И потом, человечество еще не готово
к запретным знаниям.
-Человечество не готово,
но я прекрасно понимаю,
что врач такое сделать не сможет.
И что значит "запретное знание"?
Кто запретил конкретно?
-Кто-кто? Высший разум.
-Стебетесь вы, Семен Федорович,
безбожно!
-Да ни капельки!
-Угу.
-Ваш высший разум лучше бы
занялся чем попроще.
Зарплату мне, например, поднял!
-Ха! Высший разум не меркантилен.
-А я вот очень даже.
Я как человек практичный скажу:
чушь это все собачья.
Вы бы еще зомби вспомнили!
-Оксан, вот кто тебя
за язык тянул, а?
-Помогите, пожалуйста. Очень больно.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют,
белые, холодные,
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег!
Это смотрит не человек!
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!..
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Опа! Вас нетрудно полюбить,
нужно только храбрым быть.
Отдежурили, Эльвира Рафаэльевна?
Домой?
-Да, до завтра! Иван Андреевич, вы же
помните про пятничное совещание?
-Эльвира Рафаэльевна, я хотел
извиниться, я не смогу,
и на банкете тоже,
у меня важное дело.
-Не стоит извиняться, Иван Андреевич,
конечно, день рождения сына важнее.
Да бросьте, вся больница знает,
что Кирилл носит фамилию матери.
Как и то, что своим появлением здесь
он обязан Заславскому, а не вам.
Оксана, что случилось?
-Ночь живых мертвецов!
-Вы же после дежурства,
вторые сутки на ногах.
Идите домой. Если понадобится,
вас вызовут.
-Иван Андреевич, здесь я нужнее.
-Ушибы, переломы ног, рваные раны,
сотрясение... ну и так далее.
-Кино снимали, что ли?
-Нет, музыку играли.
Это с рэп-фестиваля на набережной,
слышали?
Ну вот, давка в фан-зоне,
а мы, мы - ближайшая.
-Странная диспетчерская СМП.
Мне кажется, когда будет страшный
суд, мы будем тоже ближайшие.
Внимание, медсостав!
Соберитесь, пожалуйста.
Травмы головы и брюшной полости,
открытые ранения грудной клетки,
открытые переломы - на исследования
в первоочередном порядке
и сразу в отделение. Закрытые
переломы голени, бедра, плеча,
значительные кровотечения -
в смотровые, вызываете специалистов.
Менее значительные ранения
ординаторам обрабатывать здесь.
Ясно? Работайте!
-Терпи, еще чуть-чуть осталось!
Надо было скорую ждать,
не топать самим.
-Ты же видел, скорые забирали тех,
кому совсем тяжело.
Без сознания, с переломами.
-А мне как будто легко?
Чего ты метался, как подорванный?
Пешком приспичило.
-Первую помощь оказал, там у девчули
одной вообще открытый перелом.
-Давай.
Ты знаешь, как надо, когда
многочисленные травмы?
Я в журнале одном прочитал,
в Хабаровске так сделали,
у них там автобус перевернулся,
номерок на руке пациента,
и такой же номерок - в истории
болезни. Давай всех так.
-Э, вы куда?
-Пострадавших с концерта сюда везут?
-Самоходом нельзя,
только через скорую.
-Я просто думал, мы сами дойдем.
-Кто тут у вас?
-Да вот, я им говорю,
пусть скорую вызывают.
-Ну, у него - нога, а если перелом?
-Да какой перелом? Так бы не дошли.
Давай на выход.
-Ах! Быстро в смотровую! Быстро!
Ножевое! Там ножевое,
Семен Федорович.
-Не ножевое - перелом.
-Вот так картина!
Ножевое, перелом...
Оксаночка, ты же разумный человек,
не веришь в существование
ходячих мертвецов.
-А я говорила, дайте отпуск.
Вот, уже мерещится.
-Посмотрите, у него с ногой что-то.
-С ногой. Садись.
-Ай, ай!
-Оксан, зови Антонова,
это по его душу.
-Угу.
-Что у вас?
-Да все в порядке, я с другом пришел.
-Давайте я все-таки осмотрю.
-Давайте.
-Следите за пальцем. Тошнота?
Головокружение? Шум у ушах?
Ничего такого нет?
-Да нормуль у меня все.
Вы правда врач?
-Ординатор. Подрались?
-Да так, прилетело просто.
Вы всегда такая серьезная?
-И часто вам прилетает случайно?
-Ну, не помню я, представляете?
На свидание вас пригласить можно?
-Не помните? У вас потеря памяти?
-Ну, давайте как раз и проверим.
Вы продиктуете свой телефон,
и, если я запомню, значит,
все хорошо.
-А если не запомните?
-То я вам дам свой,
и вы пойдете со мной на свидание. Да?
Вот.
-Так, аккуратненько.
Опа.
Есть.
Сейчас будет больно.
Угу.
ВСКРИК
Тихо, тихо, тихо.
Терпим, терпим.
-Алексей Викторович, рентген.
-Да...
Заднелатеральный вывих голени.
Это где ж тебя так?
-Началась давка,
и я упал на спину,
и кто-то из толпы со всей дури
прям на колено.
-На прямую ногу, что ли?
Ясно.
Ну, надо вправлять.
-Скажите, а уже делали такое?
-Нет, но в теории помню.
Там ничего сложного.
-Нет, ну не скажите.
Там если что-то не так,
все сосуды - в фарш, и ампутация.
Молодой же пацан, жалко.
-Ампутация?!
-Так, успокойтесь, пожалуйста, ладно?
Не пугайте пациента.
Я все сделаю как надо.
-Я не хочу ампутацию!
-Ну, может быть, все-таки Хлебникова
позвать?
Ну, он-то наверняка делал,
у него такой опыт.
-Что вы все со своим Хлебниковым?
Хлебников, Хлебников...
Хотите?
Зовите, если боитесь.
ВИБРОЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да, Маш!
-Ты занят?
Я хотела обсудить с тобой
день рождения Кирилла.
-Маш, сейчас вообще не могу.
Завал.
Я даже не знаю, во сколько
освобожусь.
-А я как раз хотела поговорить,
чтоб мы встретились позже.
Я сегодня вечером тоже занята,
спектакль.
А вот после я могу приехать
к вам в кафе.
-Хорошо, я подойду.
-Значит, у "Лекаря", после работы.
-Договорились.
-Иван Андреевич, там вывих голени,
сможете подойти?
-Вывих голени.
Да, сейчас иду.
Вы найдите мне ассистентов покрепче.
-Хорошо.
Кирилл, пусть Инга закончит,
иди в перевязочную.
-Чего это?
-Хлебников срочно попросил
найти ассистента, там вывих голени.
-Ну, так пусть Инга и идет.
-Попросил кого покрепче,
а не поумнее.
-Ладно, 1:0, сейчас приду.
-Давай.
Инга!
Помоги, пожалуйста.
-Угу.
-Так, падали?
Головой ударялись?
Смотрим.
-Чего ты делаешь?
Он бухой.
КАШЛЯЕТ
Па-пам!
Может, уборщицу позвать?
-Пока она придет,
кто-нибудь поскользнется.
-Слушай, ну это уже слишком.
ВЗДЫХАЕТ
-Ты куда-то шел?
Вот и иди.
-А меня, кстати, позвали
ассистировать на вывихе голени.
-Я читала, такое редко случается.
От одного до трех процентов
от всех вывихов.
Нужно филигранно все сделать, чтобы
не повредить подколенные сосуды.
Иначе проблемы, вплоть до ампутации.
Везунчик.
Почему позвали именно тебя?
-Ну, потому что нужен
кто-то покрепче, а не поумнее.
-Спокойно.
-Ш-ш-ш.
-Кирилл, привет.
Оксана, прокаин, пожалуйста,
и готовьте гипс.
-Хорошо.
-Ну что?
Начнем?
-Погодите, а вы уже такое делали?
-В полевом госпитале.
Такому же пацану, как ты.
Не волнуйся, все будет нормально.
Кирилл, подойди сюда.
Что помнишь по вывихам голени?
-Вывихи и подвывихи встречаются
от одного до трех процентов.
-От одного до трех!
Можно всю жизнь проработать хирургом
и ни разу не столкнуться.
-Честно?
Плевать.
-Ну плевать так плевать.
Значит, начинаем.
ПОКАШЛИВАЕТ
Так.
ПОКАШЛИВАЕТ
-Ай, больно!
-Нормально, нормально, нормально.
Вдох.
ВДЫХАЕТ
Выдох.
ВЫДЫХАЕТ
Угу.
-Так.
Смотри, вот здесь фиксируй.
Дистальный конец бедра
давишь спереди назад
максимально четко,
чтобы не дернулся.
А я буду давить на проксимальный
конец голени сзади наперед.
Вот так.
-Ага.
-Ну, поехали.
-Хромать будет?
-Нет, почему?
Пару недель в гипсе
и три месяца на восстановление.
-Значит, в армию загребут.
-Ну, а что плохого в армии?
-А что хорошего?
Денег откупиться нет.
А вот если инвалид...
-Предлагаешь схалтурить?
ЩЕЛЧОК
-Ай!
Уф!
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Очень хорошо.
-Извините, вы не знаете,
что с моим братом?
У него колено.
Михаил Петров. Мы сюда сами пришли,
я еще с ножом в спине был.
-А, ну нож-то я удалил.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
А с коленом главврач занимается,
там сложный вывих.
-А можно к нему?
-К главврачу?
Пожалуйста.
Ломайте себе чего-нибудь,
и мы сейчас вас на каталочке
к нему отправим.
-А...
К брату?
-К брату нельзя.
-Сосуды не повреждены.
Хорошо сработали,
молодец, сынок, горжусь тобой.
Гипсуем!
С завтрашнего дня начнешь делать
гимнастику пальцев.
Через два недели попробуем
встать и пойти.
Но!
Может развиться посттравматический
тромбоз.
Поэтому каждые два часа
проверяй пульс.
Молодцы.
-О, оперировал?
-Представь себе, нет.
Карпенко меня выпер.
-То есть как?
УСМЕХАЕТСЯ
-А вот так.
Не доверил мне вывих голени,
представляешь?
СМЕЕТСЯ
Меня выпер дежурный врач
приемного покоя!
За Хлебниковым послал.
-Ну, может, к лучшему?
-Ты серьезно?
Думаешь, я не справился бы?
-Ну, у Хлебникова - опыт.
-Да что ж вы все с этим
Хлебниковым-то, а?
Он что, единственный хирург в городе?
А мы все - так, прогуляться вышли?
-Не заводись.
-Да, опыт. Я бы вправил, и у меня
был бы опыт.
Если завтра вашего Хлебникова
не будет, что тогда? Кого звать?
-Ты что-то знаешь?
-А тебя это цепляет, да?
Странно.
-Странно?
-Ну да.
Если бы не он, главврачом была бы ты.
Это я точно знаю.
Но ты же за него волнуешься.
-Перестань.
-Тебя зацепляет, я же вижу.
Ты хочешь, чтоб он остался.
Нет!
Неужели сердце подвело кардиолога?
-Ты ревнуешь.
СМЕХ
Эля, из вас же пара -
как из льва с енотом!
Причем он явно не лев.
-Так, здрасте.
-Здрасте.
-Чего у вас тут?
Ага, ух ты! Глубокий порез!
-Ага, кровищи было - вообще!
Хорошо, парень какой-то помог.
-Кирилл Иванович, вот снимок.
-Так.
Ну, вроде все чисто.
Чего случилось-то?
-Да на фестивале были,
я там помахался с одним.
Мы в фонтан упали, а там
то ли стекло, то ли еще что-то было,
вот, руку порезал.
Это, я хотел вас попросить,
вы можете не заявлять?
У нас же драка была,
полицию нужно вызывать,
а у нас типа претензий-то нет
друг к другу.
-Да вроде все чисто,
ничего серьезного.
Оксана, давайте мы промоем и зашьем.
Как там на фестивале-то?
-Вообще огонь!
Сейчас подлечите - обратно поедем.
"Зомби" прямо жгут!
Знаете такую группу?
-А то!
Вместо "Зомби" только "Холби".
-О! Кайф!
-Так, Оксан, еще обезболивающее.
Так, руку держите.
Сейчас.
Значит так, антибиотики
выписываю профилактически.
-Ага.
-Нужно еще будет сделать прививку
от столбняка.
И можно будет продолжать тусить. Но!
Пить сегодня нельзя!
-Андестенд, бро!
Слушай, я первый раз вижу, чтоб свой
чувак - и такой крутецкий хирург.
Спасибо!
Бро! От души!
-Отдыхайте!
Инга, слушай, а хочешь, я тебе всю
неделю буду карты заполнять?
Или шоколадки носить.
Я понял, буду мыть полы.
Или хочешь, я тебе расскажу, как
этот, вывих вправляется?
Я прям чувствовал, когда держал,
как голень, она встает на место.
Хочешь, я на тебе покажу?
-Ты доволен как слон,
значит, понравилось.
-Ну, не знаю.
-Понравилось. Я же вижу.
-Как пульс?
Вот ты как сюда попал?
Кто пустил?
-Я...
-Здесь нельзя находиться!
Давай выходи.
Халат сними.
-Извините.
-Ты чего хотел-то вообще?
-Я только узнать хотел, как он там?
Внизу все бегают, ничего не говорят,
только отмахиваются.
-Бегают потому, что заняты.
Был вывих, но его вправили.
Пару месяцев на костылях походит на
реабилитации, и будет все нормально.
Это благодаря тебе, что ли,
они все оранжево-черные?
Как фанаты "Шахтера"?
-Да.
-Ты перевязывал?
-Я.
-Молодец! В Меде учишься?
-Нет, просто курсы первой помощи
проходил,
когда в Академию МЧС поступал.
-И?
-Поступил.
Сейчас вот на выходные к маме
с Мишкой приехали.
-Все с твоим Мишкой будет в порядке.
Давай шуруй, завтра придешь.
-Спасибо.
ЗВУК ПАДАЮЩЕГО ТЕЛА
-Да елки-палки!
Нашатырь, каталку!
ЗВУК ПАДАЮЩЕГО ТЕЛА
-Ай!
-Черт, пульса не слышу.
Приготовьте операционную.
-Что с ним? С Сашкой?
-Скажи мне, он на концерте тоже упал?
-Ну, когда слэм начался, там реально
давка была, сзади напирали,
и мы вместе упали.
Когда сзади шли, они еще по нам
прошлись. Что с ним? Он в коме?
-Нет, но то, что он потерял сознание
спустя такой большой промежуток
времени после падения,
не очень хороший признак.
Это может быть ушиб головного мозга.
-А может быть и...
-А может быть и кровоизлияние.
Сначала было маленькое, потом кровь
накопилась, начала давить,
тогда это операция.
-Кровоизлияние? Операция?
-Ты не волнуйся. Если он в ближайшее
время придет в себя,
то все будет нормально.
-А если нет?
А если нет?!
-Ну как там, внизу, все нормально?
-Почти закончили, Иван Андреевич.
Осталось карты заполнить.
-Тот с порезом был последний.
-Каким порезом?
-Да ерунда, парень упал в фонтан
на разбитую бутылку, я зашил.
-Так. Что зашил, мокрую рану?
-Ну, сначала я сделал снимок, ПХО,
назначил антибиотики
и прививку от столбняка.
-И это все?
-А что еще?
-Ну что, круто. Молодец, сынок.
-А что, не надо было?
-Да нет, зашил и зашил,
теперь веди его обратно.
-Кого?
-Кого зашивал.
-Зачем?
-Грязная мокрая рана. Что мы делаем
в таких случаях, ординатор Воробьев?
Три секунды.
-Обработка раны, наблюдение
и перевязка каждый день.
-Обработка раны.
Антисептики должны литься рекой.
Это залог успеха гнойной хирургии.
В общем, вечером у него может
начаться нагноение.
Так что ищи его где хочешь.
-Начинаю.
Скальпель.
Делаю разрез кожи и подкожно-жировой
клетчатки.
Не вижу разрыва. Отсос.
-Посттравматический тромбоз.
-ПК.
Сначала делаем аутовенозное
протезирование
правой подколенной артерии,
потом займемся связками.
-Говорят, вы уже вправляли такой
вывих. В полевом госпитале.
-Да, такому же пацану.
-Получилось? Он поправился?
-Получилось.
Через 2 дня он погиб при артобстреле.
-Значит?
-Значит, все будет хорошо.
У его брата ушиб, а не кровоизлияние.
-Мне кажется, ему доставляет
какое-то особенное удовольствие
постоянно макать меня в грязь лицом.
Именно меня.
-А мне кажется, он подходит к тебе
с общей меркой.
Не делая никаких скидок.
Даже намного строже,
чем с остальными.
А значит, он тебя уважает.
Жалеют слабых. А ты не такой.
И как будем искать пациента?
-Я не провел его по документам,
он просил не заявлять в полицию
о драке.
-То есть ни телефона, ни адреса.
-Может быть, он хотел вернуться
на фестиваль? Может, там найти?
Такой же простой парень, как эти.
Тоже в гриме.
-Угу. И как мы будем искать зомби
в толпе зомби?
"Простите, это не я вас зашивал?"
СМЕХ
Ну ты вспомни.
За что-то ведь можно зацепиться.
Любую мелочь.
-Хорошо. Значит, он сказал,
что они были на фестивале,
потом началась драка,
потом они упали в фонтан,
потом они хотели вернуться...
-Они?
-Да, он был с другом.
И у его друга, значит,
на куртке был череп...
-Такой огромный череп во всю спину,
да?
-Да.
-Угу. Пошли.
Пошли.
-Инга, ты чего?
-Сейчас узнаешь.
Переворачивай и ищи.
-Что искать?
-Листочек. Там номер телефона
написан черной ручкой.
-Чей номер-то?
-Парня того с черепом на спине.
Он ко мне клеился,
пока я его осматривала.
Номер просил, я не дала,
так он свой написал.
-Нашел.
-Да, этот.
-Так...
-Артем.
-Артем, здравствуйте,
а вы не могли бы дать трубку Владу?
Влад, здравствуйте,
меня зовут Кирилл Воробьев,
я из больницы, ординатор,
я вас зашивал.
Да, вы не могли бы, пожалуйста,
вернуться?
-Не, я в больничку не поеду.
Меня там менты примут.
-Нет, вас никто не примет.
Нужно обработать рану,
я все неправильно сделал.
-Погоди, ты же сказал,
что ты крутецкий хирург.
-Я этого не говорил.
-Дай трубку.
-Зачем?
-Ну дай.
Влад, дайте мне Артема.
-Да?
-Артем, это Инга,
ординатор из больницы.
Я вас осматривала, помните,
вы мне номер оставляли?
-Инга!
Вы передумали насчет свидания?
-А давайте вы нам сейчас
приводите Влада,
а за это я с вами схожу на свидание.
-Заметано.
-Угу.
-Иван Андреевич...
-Степан Михайлович,
прежде чем вы начнете,
помните, что за плохие новости
голову рубили именно гонцу.
-Да чего уж там.
Рубите.
-Добрый день.
-День добрый.
Вы главный врач?
-Так точно. С кем имею?
-Зуев, владелец медицинского центра,
который должен был открыться
в этом здании.
Я требую освободить
мою собственность.
-Ничего не понимаю.
У вас есть какие-то документы?
-Здание мое.
Я собственник.
И вы незаконно его захватили.
Или освобождаете,
или ребята вам помогут.
-Степан Михайлович, что вы делаете?
-Родина требует.
-Степан Михайлович...
Степан Михайлович.
-Отлично.
-Все правильно, вопросов нет,
можете заходить,
но имейте в виду, у нас два санитара
с подтвержденным ковидом,
помещение нуждается в санобработке,
согласно третьей степени
классификации.
Но и химзащита тоже не помешала бы.
КАШЕЛЬ
Вот видите, ковид.
Срочно на ИВЛ!
Срочно!
-Ну знаете, вы мне за это ответите!
КАШЕЛЬ
-Ну что, вроде как отбились?
-Будем надеяться.
Да, Валерий Станиславович, ну жук...
-Что, вы думаете, бывший главврач
Лаврентьев руку приложил?
-А как же. Осторожный.
Нанял председателя Зуева этого.
Если что, сам не при делах.
Да, видно, прижало его.
-Интересно, что они еще придумают.
-Ну, легальных ходов у них
не осталось.
-И что?
В подворотне подкараулят?
-Вас подкараулить - себе дороже.
Но это такая братия...
Я бы на вашем месте
ко всему был готов.
-Напугал ты нас.
Ты почему сразу не сказал,
что сам падал?
-Я там нормально себя чувствовал.
У других раны хуже гораздо были.
Как там Мишка?
-Да нормально твой Мишка.
Бегать будет.
-Мама всегда удивлялась, говорила:
"Такие разные,
будто не братья совсем".
Мишка старший,
всегда в передряги попадает.
-А ты его вытаскиваешь?
-Угу.
-Если ты выбираешь такую профессию
как спасатель, врач...
Может быть, это прозвучит странно,
но в первую очередь
ты должен думать о себе.
Трудно помогать другим,
если ты сам себе помочь не можешь.
Поэтому в первую очередь кислородную
маску себе, потом другому, понимаешь?
Давай отдыхай.
-Привет.
-Привет.
-Ну как ты?
-Хорошо.
Я тебе бефстроганов заказала,
сейчас принесут.
Ты же не против?
-Спасибо.
-Лариса сказала, у вас завал сегодня?
-Да, такой дурдом есть.
Давка на фестивале.
-Это куда Кирилл хотел попасть?
-Он хотел туда попасть?
-Да.
Господи, слава богу, что не попал.
-Спасибо.
-А я... я как раз хотела обсудить...
Ну, как мы будем отмечать
день рождения Кирилла?
-А ты думаешь,
он с нами будет сидеть?
-А ты помнишь, да?
"Я уже не маленький!
Дарите свои подарки
и занимайтесь своими делами!"
А помнишь, как мы ему в 3 года
торт со свечками принесли?
Как ему эти свечки задувать
понравилось.
Задует и снова требует,
чтобы зажгли и пели:
"С днем рождения, Кирюша!"
-"Пойте! Пойте!"
СМЕХ
-И так несколько раз.
Нам уже и петь надоело,
и тортик хочется, в конце концов...
А как мы тогда выкрутились,
не помнишь?
-Я сказал, что электричество
кончилось. Поверил.
-Да.
-Маш, ты думаешь, ему это надо?
Он взрослый здоровый мужик.
-Взрослый, не взрослый,
а я думаю, ему хочется.
-А может, хочется тебе?
-В детстве мы ему этого недодали, а?
Сейчас, может, получится.
-Думаешь, получится?
-А вот это зависит только от тебя.
Серия 14
-Где машина?
-За углом, здесь места не было.
Давай, я Диму понесу.
-Не подходи к нему!
Беги за машиной быстрее.
Сейчас, мой хороший,
сейчас приедем в больницу.
Все будет хорошо, тебе не будет
больно.
ПЛАЧЕТ
Саша, приезжай скорей,
у нас Димка ранен.
Все, я тебе перезвоню.
Какая здесь ближайшая больница?
-Детская?
-Да какая-нибудь!
Осторожно!
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют,
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы.
-Доброе утро!
-Привет! А ты как здесь?
-Хлебников, это ты здесь без году
неделю, а меня полбольницы знает.
Я к тебе по делу, даже по двум.
-Вон чего! Кофе будешь?
-Угу.
-Черный? Крепкий? Без сахара?
-Ну, в смысле вкусов и предпочтений
я ничуть не изменилась.
А я вот тебе на завтрак пирожков
принесла.
С капустой и с луком, с яйцом, как ты
любишь.
-Зачем? Не надо было.
-Ну да, да, тесто мне никогда
не удавалось,
это ты правильно помнишь,
но эти-то я купила.
Так что вкусные, свежие,
не переживай.
Если ты меня пригласишь,
я с удовольствием присоединюсь
к твоему завтраку.
-Хорошо.
А Кира здесь? Уже в больнице?
-Нет, у них там мастер-класс какой-то
в институте.
Впрочем, что он там, гарантий я дать
не могу.
-Не думала, что ты сегодня придешь.
-Почему?
-Я заметила, тебя не было
на семинаре, и...
-То есть ты заметила мое отсутствие?
-Поняла, после вчерашнего...
-На важном мероприятии.
-А оно неважное?
-Важно, что ты заметила.
-Тебя совсем не привлекает наша
работа?
-Ну почему, это же так здорово -
помогать людям!
-Да пропусти ты,
мы дальше сами разберемся!
-Сюда только по скорой,
сказано: карантин!
-Вы что, не видите, мне тяжело
держать, куда мы сейчас?
-У вас пострадавший? Ребенок?
-Да. Сын, ему очень больно.
-Так, нужно скорую вызвать и в
детскую везти.
-Во-во, скорую, они и укол сделают,
и в детскую отвезут.
-Так, скорая - медленно,
пропускай, Хлебников в курсе.
Не знаешь фамилию главврача?
-У нас нет детского отделения.
По правилам.
-Вы хотите, чтобы из-за правил
ребенок погиб?
-Кирилл Иванович!
-Олеся, вы знаете наших врачей?
-Да.
-А врачей 7-й детской? Где меня чуть
не угробили с пиелонефритом.
-Я знаю, меня там тоже чуть
не угробили.
-Олеся, я прошу вас, пожалуйста,
вызовите сейчас дежурного врача.
Мой пап...
Иван Андреевич разрешил.
-Вот теперь понятно.
-Спасибо.
Так, послушайте, все будет
в порядке,
в нашей клинике самые лучшие врачи,
и они вам помогут,
только нужно немного подождать.
-Ну, я подумала: ты помнишь, как вы
хорошо с Кириллом на футбол ходили?
Вдвоем идете, возвращаетесь
довольные, голодные.
Меня осенило: почему бы вам сейчас
тоже не сходить с Кириллом на футбол?
-Отличная идея!
Я что, против? Я только за.
А что, у нас футбол есть в городе?
-Завтра как раз матч.
Я в Интернете посмотрела.
Не то "Спартак", не то "Динамо".
Ну, в общем, город на ушах стоит,
надо идти.
-Так Спартак или Динамо?
-Сам и узнаешь.
-Угу.
-Иван Андреевич...
А, ладно, после зайду.
-Степан Михайлович, оставайтесь,
это я пойду уже.
В общем, не буду отвлекать тебя
от забот, вечером созвонимся.
-Хорошо.
-До свидания.
-На нее ведь полгорода
засматривалось.
Даже сейчас.
-Да ладно!
-Ну, это у меня такая зависть,
белая.
Тут сказали, кран нужно какой-то
подкрутить.
-Какой кран? Кто сказал?
-Ну, так ведь тоже одна красивая
женщина.
-Это не Оламинга, случайно?
Нет, вы что-то путаете.
-Путаю, ну-ну...
Главное, чтобы у вас все сошлось.
-Степан Михайлович, вопрос:
не знаете, кто завтра играет,
"Динамо" или "Спартак"?
-"Спартак", клубный матч!
К нам такие птицы редко прилетают.
Я билет заранее купил.
Народ прет!
Но продажа билетов сокращена
из-за ковида.
-Это что, вы хотите сказать, что я
билеты достать не смогу?
ВЗДОХ
МАЛЬЧИК СТОНЕТ
-Чш-чш-чш.
МАЛЬЧИК СТОНЕТ
-Так, обезболиваем мальчика. Дать ему
ибупрофен, что ли? Лучше суспензию.
Есть детская суспензия?
-Откуда, мы же взрослая больница!
-Точно. Но только папа про это забыл.
Тогда дайте полтаблетки,
на рану лидокаин с прилокаином,
влажную холодную повязку,
потом перевяжите, и пусть полежит.
Аллергия есть?
МАЛЬЧИК СТОНЕТ
Черт, никак не могу перестроиться.
Кирилл, чего ты встал?!
Сходи у родственников узнай:
есть у него аллергия или нет?
-Фамилия?
-Филатов.
-Костенко его фамилия.
-Не поняла: Филатов или Костенко его
фамилия?
-Костенко, Костенко.
По его родному отцу.
-А что случилось?
-Мы фейерверк запускали,
и, кажется, он бракованным оказался.
-Кажется?!
Я с тобой еще дома поговорю!
-Так, у ребенка есть аллергия
на что-нибудь?
-Э... на клубнику.
-Понятно.
Клубникой мы его кормить не будем.
На лекарственные препараты?
-Э... одну минуту.
Саша, ты едешь? Хорошо.
Слушай, а у Димки есть аллергия
на лекарственные препараты?
Ты уверен?
Нет. Давай быстрее!
-Что, простите?
-Это я мужу.
Бывшему.
Он сейчас приедет и все вспомнит.
-М-м.
Благодарю.
-Здравствуйте.
У вас тут на сайте написано,
что можно купить билеты, любые билеты
на сегодняшний матч.
Как нет?..
Мне, пожалуйста, два билета,
самых лучших в вип-зону.
Понятно.
Как кончились?
Два би...
В вип-зону. Две штуки.
Но такого же не может быть.
Вы что там, все с ума посходили уже?
А если я дам две цены?
Простите, куда идти?
-Воду без газа.
-Спасибо, что согласились меня
выслушать.
-Выслушать, Валерий Станиславович,
только выслушать. И все.
-То есть?
-То есть помочь не смогу.
Я старалась, говорила с Хлебниковым,
пыталась банально подставить
Нарышкину,
но она оказалась умнее вас.
Направила копию доклада в Горздрав.
Как же вы так сплоховали?
-Вы же сами говорили: паника раздута,
болеют только люди монголоидной расы,
не болезнь, а чудо-чудное!
Косит одних стариков.
-Я, Валерий Станиславович, чиновник,
а вы врач.
Я говорю то, что мне говорят.
Так что давайте не будем обсуждать
политику.
А вот вы обязаны были проверять,
готовиться,
не отфутболивать Нарышкину
с ее предупреждениями.
Ладно, чего уж там вспоминать.
-А что, вспомнить нечего?
-Откатами меня кольнуть хотите?
А вот не советую.
-Я этот реабилитационный центр
под ваше слово строил.
-Да, и не на свои деньги, я в курсе.
А кто вас заставлял с бандитами
связываться?
А знаете что, а поговорите
с Хлебниковым. Сами.
Вам, я так понимаю, терять больше
нечего.
А если договоритесь, я выбью любое
помещение под общежитие взамен.
И все наладится.
Откроете центр, станете главврачом
и сможете еще больше денег
посылать дочке.
-А если нет?
-Сами знаете.
А ты что хотел, чтобы я тебе каштаны
таскала из огня?!
-Есть какие-нибудь новости?
Вы говорили, что доктор
через полчаса еще раз посмотрит?
-Полчаса - это минимум.
И вообще надо было в детскую ехать.
-А я уже ничего не соображал.
Я сам здесь когда-то лежал,
вот и поехал, где ближе, по памяти.
-Ты что с ребенком сделал?!
-Так, вот только драк не надо тут
устраивать!
Хотите драться - идите наружу!
-В папу решил поиграться?
Ты ему не отец, слышишь?
-Это твой сын.
Только помнил бы ты об этом всегда...
Ты ведь знаешь, я сутками работаю,
я поесть забываю, мальчишку
вообще не вижу.
А ведь он в прошлые выходные
ждал тебя.
Да Леша только поэтому, может быть,
и фейерверк ему устроил,
чтобы он отвлекся.
-Что с моим сыном?
Почему нас не пускают?
-Потому что решается вопрос
об операции.
Дежурный врач будет еще раз
осматривать и...
Может, все обойдется, а может, нет,
и придется делать пересадку.
-Пересадку чего?
-Кожи. Чего еще?
Ладно, стойте, я сейчас схожу узнаю
все.
-Ну, только не поубивайте здесь
друг друга.
В травме свободных мест нет.
-Если ты мне не поможешь, я погиб.
-Накрылись ИВЛ?
Рухнул потолок в терапии?
-Два билета на завтрашний матч
со "Спартаком".
-Лучше б новые ИВЛ.
Серега, ты не понимаешь,
о чем просишь.
-А как же административный ресурс?
-Ха! Это кто сейчас говорит?
Борец с коррупцией в мирной деревне?
-У Кирилла день рождения.
-А-а!
В случае чего - с тебя вип-палата
для администрации стадиона.
-Лично буду утку выносить!
-Угу.
-Нужно делать операцию, Олеся.
Скажите, чтоб готовили операционную.
Будем делать пересадку кожи.
Поражен большой участок, поэтому
будем брать кожу с бедра.
Ну ничего, ему в конкурсе красоты не
участвовать. Шрамы украшают мужчину.
А с аллергией что, выяснили?
-Сейчас.
Назначили операцию.
Но вы не переживайте так,
там только один пораженный участок,
она быстро закончится.
-Ну вот, не так все страшно.
-Да если бы не ты, ничего бы не было.
-Ну, ударить хочешь?
Ударь.
Я же как лучше хотел.
Ну не могу я Диме тебя заменить.
Хочу, но не могу.
Никакие подарки ему не нужны,
лишь бы папа позвонил.
А я, а что я?
Я "дядя Леша".
А он хочет видеть
родного отца каждый день.
-Ну, родители, теперь, когда все
успокоились, важный вопрос -
у ребенка аллергия есть?
-На клубнику.
-На что жалуетесь?
-На природу.
-В смысле?
-Ну, в том смысле,
что пчелы уже спать должны,
а они не то что не спят,
они кусают.
-А где же вы их нашли, пчел?
-У меня была фотосессия, а этот
фотограф, придурок, решил на пленере.
Ну, а там они.
Вот меня всего и раздуло,
температура поднялась.
А мне завтра белье спортивное
рекламировать...
-Раздевайтесь.
-Трусы снимать? Укус вот здесь.
-А...
Я должна осмотреть все тело.
Пчелы могут кусать и сквозь одежду.
Это... повернитесь спиной.
-Минуточку.
-Ключ не тот.
-В каком смысле?
-Другой ключ.
Они с виду все одинаковые,
но этот ящик капризный,
признает только родной.
С голубой резинкой.
Там ничего нет.
-А что-то было?
Я, кажется, догадываюсь,
кто вы такой.
Проходите, присаживайтесь.
-Ну и хорошо, что догадываетесь.
-Чем обязан?
-Да вы мне ничем, а я вам,
надеюсь, буду.
-Внимательно слушаю.
-Ну что, не буду вокруг да около...
Новый корпус.
-Ничего не пойму.
Я сделала все как надо.
Обработала место укуса,
нанесла антигистаминную мазь,
сделала укол преднизолона,
но ему не становится лучше.
-А ты жало-то вытащила?
-Ага, и энтеросорбента выпить дала.
-Ну, значит, есть еще укус.
-Все посмотрела, я до трусов раздела.
-А под трусами?
Ладно, пойдем, я посмотрю.
-Конечно, решение с карантином
и общежитием было правильным.
Я бы сам так поступил,
если бы хватило духу.
-То есть вы хотели?
-Да чего я хотел, не хотел, мало ли!
Я хотел, а вы сделали.
Сейчас вопрос в другом.
-В чем вопрос?
Вы чего-то боитесь?
-Я боюсь?
-Опасаетесь?
-Знаете, то, что вы сейчас сидите
в моем кресле,
не ваше решение и, уж простите,
не ваша заслуга.
Но я сейчас попал
в затруднительное положение.
-От вас требуют, чтобы я освободил
новый корпус?
-Да.
-Заметьте, я даже не спрашиваю, каким
образом он стал чужой собственностью.
Но этой собственностью владеет
кто-то из "шишек" города.
Бородина?
-Кишка у нее тонка, у Бородиной.
-Мэр?
-Чего гадать, сами все узнаете.
Или вы думаете, что, разобравшись
со мной, вас они оставят в покое?
-Бред какой-то.
Найдите мне здание сегодня,
и завтра я перееду в другое.
Но завтра новый корпус не откроется.
Нужно произвести дезинфекцию,
завезти оборудование...
-В том-то все и дело,
оборудование уже привезли.
Уже оно прошло границу, таможню
и лежит сейчас на складе.
Каждый день хранения стоит владельцу
больших денег.
А он рассчитывал получать прибыль.
-Фалин?
-Да.
-Как же вы, уважаемый врач,
заслуженный, серьезный человек,
связались с откровенной шпаной?
-Сейчас это называется
"авторитетный бизнесмен".
Я тебя как мужик мужика прошу:
ну хочешь засудить меня -
засуди, делай что хочешь,
только освободи помещение до завтра.
Подумай сам, ведь рано или поздно
они и к тебе придут,
они же ни перед чем не остановятся.
У тебя дети есть?
У меня - двое.
Их хотя бы пожалей.
Значит, не договоримся?
Ты очень об этом пожалеешь.
-Угу.
Ну вот же оно.
Вот же жало, на бедре.
Так, вдох!
Опа!
Вуаля.
Чего, девушку постеснялись?
Понравилась?
Вот вы модель, а она не девушка,
она врач, ясно?
Значит, наносим антигистаминную мазь.
Отек может держаться несколько дней.
Мебгидролин - сейчас и на ночь.
И холодные компрессы.
-Угу. Это все?
-А что, еще где-то жжет?
А-а. Ну, мы пах не посмотрели.
Давайте, переворачивайтесь.
Одну секунду.
Инга, можно вас?
Инга, там действительно сложный
случай.
Вас ожидают, Инга! Бегом, помогайте,
а я здесь закончу. Спасибо.
Ну что, раздевайтесь, пациент.
-Олег Сергеевич, а я вас ищу.
-А я вот с вашим мальчиком возился.
-А чего с ним возиться?
Он уже большой. Пусть адаптируется.
-В смысле? Какой он большой-то?
Ему лекарство нормально не введешь,
я там миллиграммами высчитывал.
Интубацию не сделаешь!
-Кому интубацию? Кириллу?
-Почему Кириллу-то?
Мальчишке этому, как его...
Костенко.
Ну, которого вы попросили...
-Вы можете внятно объяснить?
-Хорошо, что в резерве на экстренную
ситуацию
нашлась детская эндотрахеальная
трубка!
Удружили вы, спасибо,
нечего сказать!
-Так, стоп! Выдохните.
А теперь - с самого начала.
-Филатов, Костенко?
Операция прошла успешно,
сейчас его переведут в реанимацию.
-Слава богу! А можно его увидеть?
-Ну, мальчик ваш отдыхает,
мешать не надо.
-А я читал, что теперь в реанимацию
пускают родственников.
-Вы знаете, у нас карантин.
Я позже поговорю с главврачом,
может, он сделает исключение.
Вы пока решите между собой,
кто из вас родственник.
Маму, конечно, проведу первой.
А пока погуляйте, что ли.
Шумновато с вами.
Извините.
-Иван Андреевич, вызывали?
-Заходите, ординатор Воробьев,
только дверь за собой закройте
плотно.
Что?
Что, мальчишку жалко стало?
-Да.
-Понимаю.
Ну а что ж ты пожалел, а не помог?
-В смысле?
-Ну, в смысле, сам пожалел - сам бы
обезболил, сам бы операцию сделал.
Ты, получается, на Жукова
все переложил.
Выходит, пожалел ты, а проблемы
решать должны другие.
-Я никогда такую операцию
сам бы не сделал.
-Да в этой больнице никто такую
операцию ребенку не сделал бы!
Понимаешь, никто!
Вот ты моим именем прикрылся,
а Жуков рискнул.
-Пап...
-Что "пап"?!
Его могли бы посадить, если бы
с пацаном что-то не так пошло!
Ты взрослый человек, Кира.
Неужели ты не понимаешь до сих пор,
что за свои слова отвечать надо
самому?
Детский хирург –
сложнейшая специализация,
которая набирается годами, опытом,
от ребенка к ребенку!
Все вроде бы как у нас. Нет!
Все другое. И все маленькое.
Ты понимаешь, что пацана
покалечил бы!
-Понимаю. Прости меня.
-В следующий раз, когда захочешь
прикрыться моим именем,
отвечать за все будешь сам
и оперировать тоже. Это ясно?
-Ясно.
-Свободен, ординатор Воробьев.
СИГНАЛ КАРДИОСТИМУЛЯТОРА
-Вроде все спокойно.
Пусть пока приходит в себя.
Организм молодой.
Сегодня – все, а завтра я приду,
проведаю.
Это кто там за стеклом?
-Родители.
Я их в палату не пустила,
но они очень просили посмотреть
хотя бы через стекло.
Хлебников разрешил.
-Не многовато их там?
-Ну один из них - отец,
другой - отчим.
У отчима другая фамилия, но отец
очень за него просил. Переживают оба.
-Точно Хлебников разрешил...
...который старший?
-Да!
-Смешно тебе?
Я этого шельмеца всю неделю дежурить
заставлю.
-Фу, отлегло!
-Ага.
-Ну я, пожалуй, пойду.
-Да мы тоже.
-Стоп!
Куда?
Отлегло у тебя, говоришь?
А дальше - трава не расти?
-Так а чем сейчас-то помочь?
-А я не про сейчас говорю.
Дальше что?
-А что дальше, Настя?
-А я вот это и пытаюсь понять.
Вы его, видите ли, так сильно любите,
как я погляжу.
У него только мать плохая.
А почему парень при двух отцах вроде
сирота?
А как в возраст войдет?
Мне его что, к своей юбке пришить,
чтобы он опять куда-нибудь не попал?
-Так чего ты хочешь?
-А я хочу, чтобы он мужика рядом
с собой чувствовал, отца!
И чтобы он не плакал всякий раз,
когда ты ему не звонишь.
Я что, многого хочу?
-Настя права.
Дима парень непростой.
Нам бы вместе все решить ради него.
-Разговор непростой.
За пару минут не обговоришь.
Пойдемте присядем, тут кафешка рядом.
-А у вас тут по-простому.
-Ну извини, у нас тут не мэрия.
С правительственными обедами туго.
-Ну если бы в мэрии были одни сушки,
у вас бы ни оборудования не было,
ни прибавки к зарплате,
ни билетов на футбол со "Спартаком".
-Завтра куплю пряников и шоколадку.
-Я тебя понял.
Будем разбираться с этим
ортопедическим корпусом.
И кто ему ноги приделал.
-Это Фалин.
-Думаешь?
-Уверен. Лаврентьев мне сам сказал.
Не знаю, может быть,
зря я так со стариком.
Может, ему действительно угрожают?
-Лаврентьева пожалел?
Не боись, сейчас не 90-е,
никто его не тронет.
-Ты знал об этом деле?
-Думаешь, если Горздрав,
то у меня везде свои люди?
Был уверен, что Лаврентьев корпус
не достроит, за помощью прибежит.
-Вот он и прибежал,
только почему-то не к тебе.
-Гадаешь, верить мне или нет?
Сам посуди, если бы я был в деле,
такого бульдозера прямолинейного
я бы поставил на это место?
-Логично.
-Вот. Прояснили?
-Забыли.
-Но сам ничего не предпринимай.
С общежитием понятно.
Никого выселять, конечно, не надо.
-Нам сейчас людей надо вылечить,
это важнее.
-Я теперь знаю, зачем нужен Горздрав.
Спасибо.
Что такого срочного случилось,
что я тебе понадобился?
-Лаврентьев совсем сошел с ума.
Он приходил к Хлебникову.
Пошел напролом там, где нужно
действовать аккуратно.
-Подожди-подожди.
Давай-ка, расскажи мне о себе.
Ты ведь типа завхоза в этой больнице?
-Я - заместитель начальника больницы
по хозяйственной части.
Я не завхоз, я врач-терапевт.
Правда, не практикующий.
-То есть заместитель Лаврентьева,
и в курсе его проекта?
-Да, был замом Лаврентьева,
сейчас зам у Хлебникова.
Я же готовил документы
на строительство,
оборудование, субсидии.
-Да? А Лаврентьев мне говорил,
что все сам делал.
-Делал. Только по всем кабинетам
бегал я.
И в Москве в министерстве
договаривался тоже я.
-Хочешь сказать,
что ты полезный человек?
Ну, буду иметь в виду.
Насчет Лаврентьева не переживай.
Я тебя услышал.
Я сам с ним поговорю.
-Ты чего здесь?
-Слышала, тебя Жуков дежурить оставил
в наказание.
-Да. Нормально. Только это
так скучно, что я уснул.
А ты чего пришла?
Разделить ответственность?
-Просто ты мне сегодня помог,
и я с тобой отдежурю.
-А-а...
-По дружбе.
-Слушай, по дружбе, а у тебя есть
чего-нибудь пожевать?
-А! Шоколадка.
-Нет, все-таки хорошими делами
прославиться нельзя.
-Это точно!
-Медсестры и братья!
Сделайте что-нибудь, умоляю!
-А конкретней?
-Храпит - спасу нет!
Хоть пять минут бы поспать!
-Ну что же мы сделать-то можем?
-Сделайте хоть что-нибудь,
спасите только!
Ведь мне и снотворное уже дали,
так он же мертвого из могилы храпом
достанет!
Может, ему таблеточку какую?
-Дорогой мой человек!
Тому, кто придумает
подобную таблетку,
сразу же вручат Нобелевскую премию.
Вы понимаете, как много людей
можно было бы спасти на белом свете?
-Что же, ничего сделать нельзя?
ГРОМКО ХРАПИТ
-Да, это безнадежный случай.
ГРОМКО ХРАПИТ
-Ура! Нобелевская премия!
-Так, извините нас, но просто вы
мешали спать всему отделению.
ЗВУКОВОЙ СИГНАЛ
-Я за Жуковым.
Готовь реанимацию, срочно!
-Все так хорошо и мирно начиналось.
-Хоромы!
-Ну, извини.
Для начала сойдет, а там посмотрим.
-Спасибо, друг.
-Не за что. Квартира не моя,
а города, специально на такой случай.
Ладно, давай, чайник ставь.
А, чайника тут нет, я забыл.
Чайник я тебе куплю.
Тебе все равно некогда. Посуда там -
холостяцкий набор,
от меня на новоселье.
-Я с тобой не расплачусь.
-Да куда ты денешься?
Только в кабинете больше не ночуй.
Несолидно.
-Знаешь уже?
-По должности положено.
-Так... А что ты еще знаешь?
-Да практически все.
Ты же прозрачен.
Да не бери в голову. Больничка это
для начала.
Нас с тобой серьезные дела ждут.
Мы с тобой, Вань, такое намутим!
Дай время.
Будет у тебя и квартира
бизнес-класса, и машина - премиум.
А женщину, извини, подогнать не могу.
Сам.
Только ты мне верь.
И не подведи.
-Вот это как-то ты с угрозой сказал.
-Да пошел ты!
Серия 15
-Кира!
-Да.
-Кира, сколько повторять,
коагулативный пинцет.
-Пап, я немножечко занят.
-Чем?
Всякой ерундой?
-Почему ерундой?
Может, это мое призвание.
-Бренчать на гитаре.
-Мне осталось всего три урока
по самоучителю.
-Эх, Кира, Кира.
Тебе 25 лет сегодня,
а ты говоришь такую ерунду.
-Ну почему все, что я говорю, -
это ерунда?
-Потому что ты не знаешь,
чего ты хочешь.
-Я знаю, чего я хочу.
Знаю!
-Хватит спорить. Иди домой.
-А коагулативный пинцет?
-Уже не нужен.
Пока мы с тобой спорили,
пациент умер.
-Как умер?
-А вот так.
ГОЛОС: -Эй, Кирилл!
Иди домой.
Там выспишься по-человечески.
-Кирилл.
Кирилл!
Кирилл, слышишь?
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые. Холодные.
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимы.
И божественно прекрасные.
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холоднее, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых лет
тебя вынесут ангелы.
Ангелы, ангелы.
-Иди домой. Досыпай.
Нормально поспишь.
-А как дежурство? Жуков?
-Закончилось твое дежурство.
Пересменка.
Иди покажись и ступай домой.
И про коагулативный пинцет не забудь.
-Так он же мог больного так
до инфаркта довести.
-Ну, не довел же.
-Но это же ЧП!
Олег Сергеевич, это же ЧП!
Ни дня без приключений!
Я не знаю, что с ним делать.
Может быть, действительно,
это все не его? Больница, больные.
Может быть, ему к здоровым надо?
К бугаям на стройку.
-Он же не со зла.
Не шутки ради.
Мне ординатор Кораблева
все рассказала.
Этот пациент спать
никому не давал храпом своим.
А там лежат все с ИСЗ.
Гипертоники, ИБС, ревмокардит.
-Прикажете ему премию, что ли,
выписать?
-Премию можно мне выписать.
А Кирилл Воробьев будет дежурить
до понедельника.
-Вроде как на губу попал?
-Вроде как.
-Отлично.
Подождите.
А сегодня он вечером тоже дежурит,
получается?
-Днем отоспится - и вперед,
отбывать наказание.
-Эх, попал так попал.
-Что такое?
-Что ж, судьба.
Судьба.
А это? Это у вас то, о чем я думаю?
-Два билет на "Спартак" сегодня
вечером.
Хотел сделать ему сюрприз
ко дню рождения.
-Счастливчик.
-Берите. Денег не надо.
Я вам за вчерашнее должен.
Берите, берите.
-Да нет, Иван Андреевич.
День рождения - святое.
-А отменять наказание - это
святотатство. Берите.
-Ну, мы можем не отменять.
Ну, допустим, у него дежурство
начнется сегодня с ноля часов.
Так пойдет?
-Олег Сергеевич,
от всей фамилии - спасибо.
-Про премию не забудьте.
-Из автомата?
Впрочем, сейчас уже все равно.
-Что домой не идешь?
-Не хочется. А ты?
-А смысл?
Я стою в углу до понедельника.
Спасибо, что розгами не высекли.
-Как там с нашим храпуном?
-Да испугался просто.
Я сильнее испугался.
-Вот и поделом тебе.
-Что за жизнь такая непонятная?
У нас в городе в первый,
а может быть, в последний раз,
концерт Оксимирона.
-Да забудь.
Билеты были по космической цене.
Их раскупили в первые часы.
-Доброе утро, Кораблева.
Доброе утро, Инга.
-Доброе утро!
-Ординатор Воробьев.
-Алексей Викторович, да, я виноват.
Но он своим храпом не давал уснуть
всему отделению.
-Кто?
-Как - кто?
Больной Ступин.
-А при чем здесь Ступин?
Ты его убил, что ли?
СМЕХ
-Я - нет.
Я его откачал.
-Какой ерундой вы занимаетесь
на дежурстве, Воробьев?
Так, зачем я пришел?
Кира, два билета на концерт
Оксимирона.
Я правильно фамилию назвал?
Или это кличка?
-Псевдоним.
-Чего смотришь?
С днем рождения!
-Спасибо.
Спасибо вам большое.
-Только я тебя прошу,
взрослей быстрее.
-Класс!
-Как ни мучилась, а все же родила?
Заходите, Валерий Станиславович,
заходите. Что же вы в дверях?
Присаживайтесь.
Ну, у всех были?
У всех были, а ко мне не зашли.
Что так?
Принесли все-таки.
-Я согласен на ваши условия.
-Какие условия?
-То есть как - какие?
-Нет никаких условий,
Валерий Станиславович.
Время вышло, эта история
мне больше не интересна.
-Вы заберете все без всяких условий?
-А что все?
Сегодня утром я опротестовал
ваше решение о передаче
нового корпуса в аренду.
Он останется в больнице.
-Вот так ты, значит, решил.
-В первый день!
В первый день в этом кабинете
я объяснил вам условия игры.
Вы хлопнули дверью.
Жаба, пардон, задушила.
Побежали к Бородиной.
Где она?
Помогла?
Спасла вас от увольнения?
Продавила Хлебникова?
Оградила от Фалина?
Она вытянула из вас деньги,
банально кинула.
Знаете почему?
А потому что за ней никого нет.
Она - мыльный пузырь.
Это мой город. Я здесь все прошел
и всего добился сам!
И я здесь буду решать,
с кем мне работать.
-Да подавитесь вы.
Помогите мне только решить вопрос
с Фалиным.
Больше вы меня не увидите никогда.
-Это ваша проблема.
Никто вас не заставлял
связываться с бандитами.
-Вы все здесь бандиты.
Я хотел здесь построить центр
реабилитации и протезирования.
Единственный на сотни верст вокруг.
Люди же годами в очередях стоят,
мучаются.
Вы палец о палец не ударили.
Но стоило мне начать - набежали,
со всех сторон набежали:
мою долю, мою долю дай!
Не надо загонять меня в угол!
-В прокуратуру побежите?
-Поеду в ФСБ.
-Подвезти?
Документы забери.
И не советую переводить стрелки
на Хлебникова. Он мой друг.
У тебя есть друзья?
-Уж и не знаю, чем тебе помочь.
Старушка больно вредная,
чуть что - жалобы.
Постой-ка.
Есть тут один человек по решению
сложных ситуаций с больными.
Ага. Сейчас пришлю.
Кирилл Иванович!
Раз уж вы не пошли домой - тут у нас
ситуация необыкновенная.
-Необыкновенная?
-Ну да.
В терапии.
Без вас не обойтись.
Спасибо!
-Простите, что пропало?
-Челюсть.
Вставная челюсть.
-Вот Марина, а?!
Ну хорошо. Ладно, звоните
стоматологу.
-Так что же, стоматолог
будет челюсть искать?
-А как же, я, что ли?
То есть стоматологу нельзя,
а мне, ординатору, можно?
-Ну, у вас, говорят, определенный
подход к людям.
Особенно к капризным больным.
-А-а-а, интересно.
И кто так говорит? Марина?
-Ну, да.
А про вчерашнее вся
больница знает.
-Да, у вас невероятно работает
система оповещения.
-А бабуля эта, от нее медсестрам
жизни вообще нет.
Она каждые полгода в больницу
ложится.
Вот Ирка узнала -
сразу в отпуск ушла.
-И что, она все время теряет челюсть?
-Да если бы!
-А что тогда?
-Все.
-Ну что, вы же закончили уже?
Давайте теперь помогите ординатору
найти челюсть.
-Лидия Анатольевна,
ординатор Воробьев не у вас?
-Был. Ну, то есть пытался.
-В каком смысле?
-В смысле - послала я его.
В терапию на помощь послала.
-А-а-а. Сложный случай?
-И не говорите.
-Ну-с, где наша челюсть?
-Ваша - во рту.
А моя - не знаю где.
-Угу.
Под подушкой не смотрели?
ШЕПЕЛЯВИТ: -Я в штакане шмотрела.
Там ее храню.
-Ну что? Кто-то взял?
Нет?
Да, случай действительно сложный.
А может быть, вы где-то сегодня были?
Анализы сдавали?
-Угу.
-Да? Ну что ж, пойдем по следу.
-Вольно.
То есть Воробьев, ординатор...
-Да, Иван Андреевич.
-Что - да? Где он? В перевязочной?
-Он в палату пошел -
челюсть искать.
-Прошу прощения.
-Да она ее заныкала куда-то,
я уверен.
-Зачем?
-Я не знаю. Развлекается.
Почему все старики такие эгоисты?
-А ты не эгоист?
-Я эгоист. Только я никого не посылаю
свою челюсть искать.
-А может, ей поговорить не с кем?
-Угу.
Она и со мной не разговаривает.
-А ты попробуй.
-У меня сегодня день рождения.
У вас внуки есть?
-Есть. Дети есть. И внуки.
-Они вам помогают челюсть искать?
-Совсем не помогают.
Далеко они.
На заработках.
-Ну, а вы?
-А чего я-то?
Я старая. Кому я нужна?
-То есть вы совсем одна?
-Да... нет.
Вот подругу в прошлом
месяце схоронила.
Теперь одна.
-Вы поэтому выписываться
не хотите, да?
-Не хочу.
Ну что, помойку эту по телику
смотреть?
А здесь жизнь.
Подруги вон у меня.
А у тебя правда день рождения
сегодня?
-Правда.
-Так давай я тебя угощу.
У меня вот сдобное печеньице есть.
Чайку заварим.
-Чайку? Это хорошо.
Я, кстати, не понял почему...
Почему вы не шепелявите?
-Так челюсть вставила. Вот она.
СМЕХ
-Что это?
-Здесь анализов и назначений
на неделю хватит.
-Так ее же послезавтра
выписать хотели.
-Нет. Это очень запущенный случай,
и ей нужно всестороннее обследование.
Ясно? Всестороннее.
-А Лариса....
-Значит так.
С заведующим терапевтическим
отделением я договорюсь. Угу?
-Угу.
-А, вот еще кое-что.
Не обижайте ее.
Зайдите к ней в палату,
выпейте с ней чаю,
как в детстве - с бабушкой и
сдобным печеньем. Хорошо?
Спасибо.
-У нее реально крыша прохудилась.
-Кирилл.
-Я серьезно говорю. И самое главное,
позвонить некому.
-Пусть родственникам позвонит.
-Она не хочет.
Там, видимо, такие родственники,
что...
-Значит, давай мы позвоним!
-Знал, что ты так скажешь.
-Их номер! Как достал?
-Это была целая спецоперация.
Ну что, ты пойдешь со мной
на Оксимирона?
-Ну, куда деваться? Заслужил.
И билетов два.
Не пропадать же.
СКРИП ДВЕРИ
ПОКАШЛИВАНИЕ
-А я тебя обыскался.
-Работаю с больными, набираюсь
практического опыта.
-Наслышан.
Ты и диагноз сегодня хорошо
поставил - верно.
И способ лечения нашел.
-Иронизируешь?
-Серьезен, как никогда.
Хотел тебя поздравить.
С днем рождения, сынок.
Надо же, четвертак.
Не успел заметить,
как время пролетело.
Знаю, что хочешь ответить:
надо было чаще смотреть.
Согласен, Кира, надо было.
Ну, вот как-то жизнь по-дурацки,
что ли, устроена:
вроде не виноват,
а все равно виноват.
С днем рождения.
-Спасибо, папа.
-А я тебя люблю. Это правда.
Мы тут с мамой вспоминали,
как ты радовался в детстве,
когда мы вместе на футбол ходили.
Решили возродить эту традицию.
Сходим сегодня на футбол?
Что-то не так?
-Я дежурю до понедельника.
-С нуля часов. Жуков разрешил.
Футбол в семь.
Успеем и поболеть,
и отметить этот день.
-Пап...
-Что?
-Не угадал.
-Опять?
-Я больше не болею футболом.
-Послушай, Марин, мне кажется, что
сегодня вечером все будет тихо.
-Когда вам кажется, Семен Федорович,
всей больнице креститься надо.
СМЕХ
-Ну, сама подумай, сегодня пятница -
короткий день.
Впереди выходные.
Последние погожие денечки.
-Значит, хорошо, что я зонтик взяла -
ливанет так ливанет.
-Ну что, я действительно
такой невезучий, да?
-Ну как вам сказать, Семен Федорович?
Просто прогноз погоды - это не ваше.
-Ты права, я действительно невезучий.
-Ваша невезучесть
крайне заразная вещь.
-Марин!
-Ну?
-Сегодня футбол!
"Спартак" играет. Ну?
Ну...
-Футбол дома по телику посмотрите.
А Оксимирон завтра в Москву уедет!
-Добрый.
-Здравия желаю.
Как бы мне главврача повидать?
-Второй этаж, третья дверь слева.
-Марин, сегодня футбол,
концерт Оксимирона...
Знаешь, а мне кажется, что сегодня
вечером кое-что будет.
-Точно будет.
-Пятнадцать человек?
-Сможете больше - не откажусь.
-Я и 15 не смогу.
У меня недокомлект и врачей, и
медсестер. Где я вам возьму их?
-Думаете, у меня все по штатному
расписанию?
А тут экстренный случай -
два таких мероприятия совпали.
Полгода дома людей мурыжили.
-Что значит "мурыжили"?
-Хорошо, добровольно-принудительно
изолировали.
А тут разом разрешили и футбол,
и концерт. Хоть и в масках.
-У нас одна-единственная
больница в городе?
-Иван Андреевич, я слышал, вы человек
военный. Скрывать не буду.
Есть информация, что на одном
из мероприятий
планируется организация беспорядков.
-Кем планируется? Вами?
-Теми, кому все поперек горла.
А в толпе много надо, чтобы куча
пострадавших образовалась?
-Так арестуйте их.
-Кого?
Больных на голову не сразу
распознаешь.
Вот и гадай, где рванет.
Мы тут прикинули планчик.
Девятая больница и подстанция скорой
будут дежурить
возле концертного зала,
а ваша - возле стадиона.
Развернем все самое необходимое
для экстренной помощи:
реанимационный автомобиль,
скорые для быстрой эвакуации,
палатки для согрева - кофе, чай.
-Танки.
-Чего?
-Танки не забудьте.
-Иван Андреевич, я ведь мог просто
позвонить в горздрав.
Сам пришел, не погнушался.
Я ведь как лучше...
-Я знаю, что у многих из вас
на этот вечер были запланированы
важные мероприятия.
Но бригад СНП в городе остро
не хватает.
Железа много, а вот людей...
Поэтому назначать не хочу,
предлагаю самим определиться.
Эльвира Рафаэлевна, будьте добры,
подготовьте список добровольцев.
Две бригады по четыре человека,
каждую из них возглавляет
хирург-травматолог.
По реаниматологу на каждую.
Одна бригада в резерве, в основном
из ординаторов, дежурный кардиолог.
Ну и я попозже подъеду.
Мобильным оборудованием и средствами
связи вас обеспечит город.
Форма одежды - зимняя, утепленная.
Вопросы есть?
-И все-таки он сказочный солдафон.
-И что, прям вот футбол
можно будет посмотреть?
-Можно. По телевизору.
Семен Федорович, очень ценю,
но вы нужнее в приемном.
-Спасибо за доверие.
-Еще вопросы?
ШЕПОТОМ: -Понятно, откуда два билета
на футбол.
Решить соединить два долга -
отцовский и медицинский.
-Ординатор Воробьев!
-Я.
-У вас дежурство с нуля часов.
До этого времени свободны.
-У меня вопрос.
А на концерте Оксимирона
дежурств не будет?
-Сразу после концерта.
-Прекрасная речь.
Назначать не буду, сами переделитесь.
Ну что, он нас на прочность
проверяет?
-Ты бы назначил.
-Я бы отказал.
Есть специально обученные люди
для таких мероприятий.
Мы и так работаем
в напряженном графике.
-А потом позвонил бы горздрав - и ты
бы назначил.
А он попросил.
-А мне плевать на его просьбы.
Он может попросить собственного сына,
однако он этого не сделал,
а дал ему увольнительную
до двенадцати ноль-ноль.
-У Кирилла сегодня день рождения.
-Да я знаю.
Я подарил ему наши билеты,
от которых ты отказалась.
И вообще, я отдежурил смену
за больного Плющева.
-Алеш, у тебя что,
были планы на вечер?
-У нас были планы на вечер.
Ты забыла? Я тоже приглашен
на благотворительный банкет.
И я не понимаю, почему я должен
сменить вечерний костюм
на "форму одежды - зимняя"?
Это ты у нас неровно дышишь
к солдафону.
-Желаю приятно провести вечер
с вечерним костюмом.
-То есть ты не идешь?
-Я иду на футбол.
Обожаю эту игру.
-Приятного вечера.
-А-а... Кирилл?
-А, Эльвира Рафаэлевна.
-Ты как здесь?
-Я...
Да я просто руки зашел помыть.
Да...
Я пойду?
-Иди.
Кирилл?
-Да?
-Не знаю, что ты слышал,
но он хороший.
-А... Антонов?
-Антонов.
И твой отец.
У нас все хорошие.
Только устали очень.
-М-м!
-Ну, вот везет же некоторым, а.
Хоть какие-то новые впечатления.
Опять-таки футбол.
-Ой, Эльвира Рафаэлевна!
И вы, и Хлебников.
На кого вы родину оставляете?
Не дай бог, что случится...
-Лидочка Анатольевна,
если до обеда тихо,
уже ничего не случится,
вы же знаете.
-Так Карпенко дежурит -
все может быть.
ПЕРЕДРАЗНИВАЕТ: -Ы-ы-ы...
-Ну что, получается,
накрылся наш концерт?
-Почему? Ты еще можешь сходить.
Успеешь до дежурства.
-Стоило ему попросить - вся молодежь
сразу подскочила.
-Ты чего? Разве ему можно отказать?
-Извините. Простите.
-О! Хорошего дежурства!
-Спасибо.
-Эльвира Рафаэлевна, все в сборе?
-Да. Только одного хирурга
не хватает.
-Ну почему же, Эльвира Рафаэлевна?
У нас полный комплект.
-У нас?
-А моя кандидатура вас не устраивает?
-Меня в вас все устраивает.
Кроме формы одежды.
Найдется у нас, коллеги, утепление
для франта?
А то он как с витрины слез.
-На работу - как на праздник.
Имею право.
-Вот такой вот веселый день рождения
получился.
-Ну, ведь ты сделал что мог.
-Думаешь, все, что мог?
Да нет, не все.
-Ты старался, значит, для тебя
это было важно.
Он поймет.
-Хм!
А он сегодня бабушке помог.
-Какой бабушке?
-Ну какой-то бабушке,
чьей-то бабушке.
Послушал ее, уделил ей внимание.
Чаю с ней попил.
-Кирилл?
-Представляешь? Наш сын.
У него сердце врача.
А вот мозги...
Как у этого...
Оксимирона.
-Кто это?
-Да не знаю я.
-Спасибо тебе.
-За что? Ничего ж не получилось.
-Все еще получится.
-Думаешь?
-До свидания.
-На концерт?
-На футбол?
-Хм!
-Желаю хорошо провести время.
-И тебе.
ВЗДЫХАЕТ
-Иван Андреевич, Кирилл Иванович,
хорошо, что вы не ушли.
Попытка ограбления.
Она его чем-то тяжелым по голове.
Видимо, черепно-мозговая.
Он успел выстрелить. Огнестрел.
-Стоять! В сторону.
-Плечевое.
-Пуля уперлась в кость.
-Стоять!
-Стоять!
-Марина, готовьте рентген плечевой
кости и операционную. Две.
Все, понесли.
Что скажете, ординатор Воробьев?
-Открытая черепно-мозговая травма.
-А из неочевидного?
-Сильное кровотечение
в районе головного мозга.
Черепное давление будет повышаться
и вместе с гематомой давить на мозг.
-И?
-Папа, может, мы без экзаменов
сейчас обойдемся?
Нужно добраться до гематомы
и промыть.
-Значит, трепанация.
И огнестрел.
А в строю остались только ты, да я,
да мы с тобой.
Ну? Решай.
-Лучше б я на стадионе дежурил.
Конечно огнестрел.
-Антонов уже едет,
но ждать больше нельзя.
Ты начнешь, он подключится.
-Я понял.
-Оля все будет передавать
по смартфону. Буду видеть я и он.
Если у него обрубится связь...
-Понял.
-Самое главное - осторожней
с плечевой артерией.
Если случайно заденешь...
-Я понял, понял.
-Маска.
-Это мидат пошел.
-Понял.
Скальпель.
-Так. Я вижу пулевое отверстие.
Скальпель.
-Распатор.
Отделяю надкостницу.
-Сушим.
Пулю не вижу.
-Отсос!
-Отсос!
-Чего вы так кричите? Отсос.
-Дрель.
Начинаю трепанацию.
ЗВУК РАБОТАЮЩЕЙ ДРЕЛИ
-Тампон.
Подключичная артерия не задета.
Плечевая артерия...
-Что?
-Что?
-Плечевая артерия не задета.
Так, я вижу пулю.
Пулевые щипцы.
-Отсос.
-Я достаю пулю.
Сейчас достаю.
Я достану эту чертову пулю.
-Промываем, зашиваем.
-Да.
ГРОМКИЙ ВЗДОХ
-Поздравляю.
-Да.
Ну что, промываем, ставим дренаж.
Маска.
А вы чего влетели?
Думаете, без вас не зашьем?
ГРОМКИЙ ВЗДОХ
Центральная клиническая больница
номер один.
Ну что, дорогие друзья!
Спасибо вам большое за поздравления.
Уважаемые коллеги, это был
лучший день рождения в моей жизни.
Благодарю вас.
Только у меня просьба - давайте
в следующий раз без экстрима. Хорошо?
СВИСТ
ВСЕ ВМЕСТЕ: -С днем рождения!
С днем рождения!
С днем рождения!
С днем рождения!
С днем рождения!
С днем рождения!
РАДОСТНЫЕ ВОЗГЛАСЫ
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Спасибо.
АПЛОДИСМЕНТЫ
ВСЕ ВМЕСТЕ:
-Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!
Пей до дна!
-А у него все получилось.
-Конечно. Он же Хлебников.
ВСЕ ВМЕСТЕ:
-С днем рождения врача! Ча-ча-ча!
С днем рождения врача!
-С днем рождения, Иван Андреевич.
С днем рождения нового врача.
Серия 16
-Это, конечно, не по-христиански,
что отпевание в домах проводим.
В церкви надо, в церкви.
-Уж лучше так, чем никак.
-Лучше как надо.
А надо по канону. Ты чего зеваешь?
Опять не выспался?
-Да.
-Понятно. Вот придем, придумаю тебе
послушание. Сейчас дойдем. Ой...
-Батюшка?
-Чего-то... сердечко шалит.
-Вы в больнице давно были?
-Когда уж тут успеешь?
Сорок лет не был, тьфу-тьфу-тьфу.
Ой, нечистый попутал.
Господи, прости меня, грешного.
-Батюшка. Батюшка.
Батюшка. Батюшка.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Угу.
Угу.
Да поел я, поел.
Почему? Сам готовил.
Нормальное у меня настроение.
Рабочее.
Работаю.
Маш, извини, но...
Да.
Да конечно перезвоню!
Спасибо.
И тебе....
Марина, там Сергеев
мимо вас не пробегал?
Если увидите, поймайте
и направьте ко мне. Хорошо?
Спасибо.
-Владлен Эдуардович!
Владлен Эдуардович.
-Что?
-Вас Иван Андреевич просил зайти.
-Зайду.
-Все нормально?
-И никому дела нет.
Был человек - и нет человека.
-Посторонись!
-Подозрение на инфаркт.
-Завози.
Ну?..
-Ну, гепарин я ввел.
Пока ехали - 200 миллилитров "физы"
прокапали.
Вроде в себя пришел, а сейчас опять.
-Ваша фамилия Кашпировский?
-В смысле?
-Ну так вот диагноз на глаз ставите.
ЭКГ где?
-Так мне по смене разряженный
кардиограф-то сдали!
Я даже проверить ничего не успел!
Сразу на вызов и в зубы...
-Давление где?
Ты что, совсем ку-ку?
Ты что, даже давление не померил?
-Я же говорю, что смену
не дали принять нормально.
Кардиограф разряжен,
препараты не пополнили,
а груши тонометров рваные. Как я?..
-Да нет, Иван. Мне передали, конечно.
Я просто забежал дух перевести.
А что? Срочное что?
А-а, ну я тогда попозже,
хорошо? Ага. Пока.
-Нет у него никакого инфаркта.
-А что есть?
-Кома неясной этиологии.
Сколько давление?
-90 на 60.
-Значит, давай так:
кровь на биохимию, общий,
гликированный гемоглобин
и анализ на психотропные.
-Угу.
-Да что вы? Он не наркоман.
Он священник.
-А вы, молодой человек, в коридорчик,
будьте любезны.
-Он болен сердцем.
Вы понимаете, сердцем!
-Да-да. Пойдемте, подождем
в коридорчике.
-Оксан.
-Да.
-Капельницу потом с физраствором и...
Кому бы его скинуть, а?
-Ларис! Нужно срочно что-то
решать, пока не рвануло.
-Владик, я сейчас подойду к тебе.
Что у тебя с голосом?
Как будто выпил.
-Меня просто Иван к себе вызывает.
Он с семи утра в бумажках
Центра копался.
Ну и докопался, судя по голосу.
-Так, стоп. Куда этот подарок судьбы?
-Лариса Владимировна,
в реанимации коек нет.
-Вы что, тяжелого сюда?
-Главный так сказал.
-Так, Владик, подожди.
Мне надо разобраться.
-Ты слышишь, что я тебе говорю?
Дура!
-Карпенко, знаешь,
за что я тебя убью?
-Что? Что-то не сделал?
-Правило трех катетеров.
-Давай быстро за мочевым
катетером и желудочным зондом.
ПОСТУКИВАЕТ ПО ПОДОКОННИКУ
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Жаль, что с Лаврентьевым так вышло.
-Ты же понимаешь, что оно не само
собой так вышло.
-Это ты сразу бросай, Вань.
Фалин сейчас не к месту.
-А кому к месту?
-Еще скажи, мне!
Завтра к тебе из
Следственного придут.
Они и решат - что, кому и куда.
-Значит, основания для проверки
ДТП все-таки нашлись?
-Это доследственная проверка.
Она не в рамках дела.
Короче, я просто хотел предупредить.
-А ты меня хотел предупредить только
по поводу СК? Или что-нибудь еще?
-Ты все вещи Лаврентьева разобрал?
-Ну, какие нашел, в шкаф запихал.
Внизу.
-Предупреждаю, теперь
это и на твою память.
-Да пошел ты...
СТУК
Стучаться надо.
-Теперь желудок?
-Перчатки снимаем, руки моем.
-Да.
-Почему анализы не готовы?
Они могли бы сказать хотя бы общий?
-Сейчас наберу.
-Я сама.
Алло, лаборатория?
-Семен Федорович, я зонд в желудок
еще не ставила.
Девочки ставили, а я боюсь.
-Чего?
-Ну, пищевод проткнуть.
-Господи, и ты туда же.
Маринка как слово "зонд" услышит,
ее из смотровой сдувает. Теперь ты.
Смотри.
Показываю мастер-класс.
Когда без сознания, сложнее:
приходится через нос.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-У него кровопотеря.
-Спасибо, Ватсон.
-Он открыл глаза.
-Батюшка, как себя чувствуем?
-Слабость.
-Так. Где находитесь, знаете?
-Проба.
-Михалыч!
Михалыч, просьба на пару тысяч.
Можешь за моей машинкой
поглядеть эту недельку?
-В смысле?
-Ну, если левый кто рядом
крутиться будет.
Или тормозные колодки захотят
подправить.
-О, да ты выпил, что ли?
-Я? Нет.
А что, заметно?
-Ага. Давай, не мелькай тут.
-Да что ты, в самом деле?
-Давай, говорю.
-Отойди!
-Аккуратно.
Стопудово, из желудка.
-Язва?
-Пока не знаю.
Сейчас вас в гастроскопию свозим.
Там все скажут.
-Готовьте плазму на переливание.
-Угу.
-Через два часа контроль всех
анализов.
Я сказал, что могу быть полезным.
Но я же ничего не обещал, так?
Если бы я обещал,
ты бы мог с меня спросить.
А так никто никому ничего...
-Ты что, сдурел?
-Лара?
-Идиот!
Ой...
-Лара, я все обдумал.
Нам нужно взять отпуск
или больничный, пока все не утихнет.
Пускай они все тут друг
друга перегрызут, а потом...
А потом нам ничего не достанется.
Чего ты боишься?
-Того, что история повторится.
Фалин же не дурак.
Он же не поубивает всех?
Хотя, возможно, он это и сделал.
Возможно?
-Не важно. Он показал силу.
И теперь будет договариваться.
Возможно, нам имеет смысл
договориться с ним.
А возможно, и нет. Я еще не знаю.
-Я не очень поняла,
а какая в итоге группа?
-Валентовская.
-Угу. И чем вы будете заниматься?
-Помогать медикам выстраивать
адаптивные
модели взаимоотношений с пациентами.
-А это для всей больницы?
-Нет. Только для сотрудников
"красной зоны".
Чаще выгорают.
-Понимаете, в чем проблема,
Алла, я не очень...
-Игнатьевна.
-Да, конечно. Я не думаю, что мои
сотрудники будут оставаться
после смены на 40 минут,
чтобы обсудить с вами то,
что они обсуждают здесь каждый день.
-А я думаю, что вам не нужно думать.
А просто выполнять распоряжение.
А чтобы сотрудники не разбегались,
будем вести группу после обеда.
-Вместо работы?
-Доработают. Вечером.
-Слушайте, а зачем вам это надо?
Нет, я что-то ничего не слышала
о ковидных выплатах для психологов.
-Просто я люблю свою работу.
Здесь подпишите.
НАПЕВАЕТ
-Сестра, подождите. Как он?
-Врачи смотрят.
-А что с ним?
-Врачи скажут.
-А вы сами-то что знаете?
-Понимаете, информацию о пациенте
мы выдаем только близким
родственникам.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Алло.
Иду.
-Что, святой сын?
Помощь треба?
Алло.
Карпенко?
Как там поп у вас? Дышит?
А что у него?
Да нет, я никому не скажу.
Кровануло в желудке?
Язва, видать.
Понятно.
А вот насчет Господа Бога я хочу
с тобой предметно поговорить.
-Марина, почему вы не промыли желудок
пациенту перед эндоскопией?
Или вы считаете, что эту вашу
медсестринскую манипуляцию
должен делать я, врач?
-Извините.
-Мы ждем, Марина. Пациент ждет.
Вон, даже Тяпкин...
-Я Иванов.
-Если хочешь учиться у меня,
будешь откликаться на Тяпкина.
Так, стоп, Марина, у вас что,
юношеский паркинсонизм?
Почему руки-то ходуном ходят?
-Почему вы кричите?
Почему вы постоянно кричите
на персонал?
И вообще, я не у вас числюсь,
а в приемном!
-Тяпкин, слово "истерия"
от какого происходит?
-От греческого "гистерос" - "матка".
-Вот именно.
А теперь докажи, что ты не гистерос.
Только зонд поменяй.
-С Константином Аркадьевичем
соедините.
-Фалину звонишь?
-Это Лариса Владимировна Сергеева,
заведующая терапией.
По вопросу взаимодействия.
Просто взаимодействия.
Сядь на место.
Соединяете? Ага.
-Сжечь. Все сжечь к чертовой матери
и начать все заново!
-Константин Аркадьевич?
ГРОХОТ
Ну все, Владя, держись!
-Чаишко? Это хорошо.
Слушай, а что это у нас Марина-то
вся в слезах?
-Да ее Плющев в эндоскопическом
зонд пациенту заставил ставить.
Она, естественно...
-А она сказала, что боится Плющева.
-Не знаю, но он так орал!
-Быстро же у нас слухи по больнице
расползаются.
СМЕХ
А что она вообще делала
в эндоскопическом?
-Не знаю, что-то бегает по всей
больнице, суетится, все ей надо,
а зонды ставить не научилась.
-Я тоже боюсь его ставить.
И вообще не понимаю,
там же трахея рядом?
-Так.
-А если я ее проколю?
СМЕХ
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
Да.
Конечно.
Кое-кто готов дать Марине
мастер-класс.
-Не дергайтесь. Руки уберите.
-Я держу!
-Мне сейчас придется тонкий
брать и через нос лезть!
Открывайте рот. Не дергайтесь.
Глотайте.
-Все, Марина.
Спасибо. Свободна.
-Только зонд.
-Не хотел по-человечески?
Будешь как в деревне - два пальца
в рот!
Но я тебя в чувство приведу. Слышишь?
За коньячок решил спрятаться?
Не получится.
Сергеев!
Твоя задача сейчас проста:
вспомнить, кто из нас сейчас мужик!
Страшно?
Всем страшно! А что делать?
Бери себя в руки немедленно!
Ты здесь нужен хотя бы для того,
чтобы надувать щеки.
А все остальное я сделаю без тебя.
Ну?
Сам?
Тогда я за зондом пошла.
РВОТНЫЙ РЕФЛЕКС, КАШЕЛЬ
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Разрешите?
-Заходите. Вы кто?
-Больничный юрист,
Панкратов Глеб Олегович.
-Присаживайтесь.
Хлебников. Очень приятно.
Извините, что не запомнил вас в лицо.
-А я только сегодня из отпуска
пришел.
Ушел за неделю до вашего прихода.
-Отлично.
-Глеб Олегович,
у меня к вам куча вопросов.
Но главный на текущий момент
следующий:
можем ли мы вернуть реабилитационный
центр в собственность больницы?
-Владлен? А, Лариса Владимировна.
Мне бы Владлена Сергеевича -
у него бумаги по центру,
а они мне сегодня нужны.
Ну, проработать вопрос по возвращению
центра в собственность больницы.
Почему шучу?
Новый главный просил.
-Смотри-ка, сын божий, всякая жизнь,
как и смерть, - от Бога. Так?
-Так.
-Выходит, и хвороба тоже от Бога. А?
-Выходит, тоже.
-А что ж получается, что мы здесь,
в своей больничке, грешим?
Бог болезнь дает, а мы ее,
понимаешь ли, отбираем.
Ну, думай, думай, выкручивайся.
-Бог не болезнь дает, а испытание.
И не только нам, но и всем:
и ближним, и дальним.
И всем это испытание пройти должно.
А потом состраданием
и помощью своей показать,
как он любит ближнего своего.
А кто не прошел, тот, значит,
человека не любит.
А человек есть
по образу и подобию божьему.
-Тебе чего?
-Извините, пожалуйста. Можно вас?
-С отцом Николаем что?
-Нет, нет.
Там просто бабушка умирает,
священника просит. Вот я и подумала.
-Ну я...
-С богом!
-Так.
Пищевод свободно проходим.
Слизистая бледно-розовая,
патологи нет.
Так, идем в желудок.
Так.
Кардио - окей.
Желудок правильной формы,
слизистая...
Гляди. Чего видишь?
-Э-э...
-Складки какие?
-Маленькие.
-Разглаженные.
Цвет какой?
-Естественный.
-Ох, чему вас только учат?
ПОСТАНЫВАНИЯ
Сейчас, сейчас, потерпите.
Давай.
Так. Сейчас вот этот вот сосудик
мы прижжем.
А вот это захватим на биопсию.
СТОНЫ
Потерпите, еще чуть-чуть осталось,
батюшка.
Все. Готово.
-Н-да.
Как-то я побольше людей ожидала.
Раз в двадцать.
А вы в "красной зоне" работаете?
-Нет, я в приемном. Галя, санитарка.
Я как узнала, что вы психолог,
сразу решила прийти.
У меня, понимаете, с зятем ситуация
очень сложная.
Психологически сложная.
Вот прямо всю душу мне, гад, вынул.
-Ну что? Будешь еще бухать
на рабочем месте?
-Не так, чтобы бухал.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да?
-Это Фалин.
-Константин Аркадьевич, простите,
связь оборвалась.
-Прощаю. Зачем звонила?
-Это заведующая терапией Сергеева.
-Я знаю, кто ты. Я с твоим мужем
на той неделе общался.
И на этой собирался.
Чего хотела?
-Узнать ваши планы по поводу центра.
-А тебя это каким боком?..
-Никаким. Но, возможно,
и я вам пригожусь.
Если тыкать перестанете.
-Лариса, на что вы мне можете
пригодиться?
Мой центр освободить?
-Ну, или предупрежу,
чтобы его у вас совсем не забрали.
-Послезавтра в час дня
в вашем любимом "Лекаре".
-Он даже отошел к концу.
-Отошел?
-Ну, в смысле, лучше стал.
-Мда...
Вот, отнеси это на гистологию.
Скажи, что срочно.
Отошел.
Ой, господи...
-Часть договоров по центру
куда-то дели,
но в Минздраве есть все копии,
я сейчас запрос отправлю.
-Так, стоп. Никаких запросов.
Проработайте вопрос с имеющимися
документами, а потом доложите.
-Как скажете.
-Плазма кончается. Подпишите заявки
для центра переливания.
-А почему вы так мало заказываете?
Завтра же опять придете.
-А больше не дадут.
-Смотрите, что я делаю,
я приписываю везде нолик...
И подписываю.
А если опять откажут, то я сам
им позвоню и расскажу, где брать.
-Хорошо иметь дело
с военным человеком.
-У меня даже в приграничном
госпитале больше было,
а у нас целый город
и почти пол-области.
СТУК В ДВЕРЬ
Да?
Заходите.
-Иван Андреевич.
-Да?
-Вы вроде утром обговорили
необходимость моей группы.
-И?
-И почему Нарышкина встает в позу?
Почему она не доводит до коллектива
обязательность встреч?
У меня сегодня на группу...
-Никто не пришел.
-Да.
-Ну а что, вы хотите,
чтобы Нарышкина
собственноручно всех
на аркане тащила?
-Я хочу в первую очередь
наладить конструктивный диалог.
Но если вы на это не способны,
мы поступим по-другому.
Я проведу собрание
и напишу заключение.
Только вот по итогу у начальства
вопросы возникнут.
Не ко мне, к вам.
Потому что именно с вашим приходом
ухудшилось психологическое
состояние сотрудников.
-Ну, это просто смешно.
-Смеяться будете с комиссией
из Минздрава.
А ваши сотрудники будут
вам особо благодарны
за внесение в их личные дела
отметок об эмоциональном выгорании.
-Болезнь - есть истинное
испытание божие.
И посылается оно не только больным,
но и всем, кто оказался рядом.
-Ну что? До бабушки добрался,
проповедник?
-Конечно. Преставилась
раба Божия Валентина.
Но я ведь не только с ней,
я и с дочкой ее пообщался.
И с внучкой.
Удивительно, как всю их семью
сплотила болезнь бабушки.
Я не просто так здесь оказался.
Я здесь нужен.
-Ты думаешь, у нас бабушки
каждый день мрут?
И все из них исповедоваться просят?
-Да я ж не только так могу.
Я и руками.
И как волонтер.
Если б только разрешили.
-Ладно, святой сын, замолвлю слово.
Может, и сделают исключение.
-Инфильтративный рак желудка.
-Вот видишь, какой ты молодец,
заключения еще не было,
а ты уже диагноз поставил.
-А вы что, сразу поняли?
-Да ты бы, Тяпкин, это тоже понял,
если б книжки читал.
-Да читаю я. Только вот как-то вживую
все по-другому.
-Эта отмазка работала в мое время,
когда у нас интернета не было.
Иди сюда.
Вот, смотри.
Врач должен постоянно повышать
свою квалификацию
с использованием новых
технических средств,
которые предлагает современная наука.
Понял, Иванов?
Вот так.
-А вечером матушка оладушков испечет,
варенье сливовое достанет.
-Вас сегодня уже отпустят?
-А чего меня здесь держать-то.
Язвочку прижгли, а дальше -
как Бог даст.
Только вот если диету держать,
тогда сегодня без оладушков.
Доктор, а у меня как раз
к вам вопрос.
Про выписку.
-Подождите, на выписку пока рано.
Вас еще в другом месте обследуют.
СТУЧИТ В ДВЕРЬ
-Лариса Витальевна, я по поводу
батюшки, который был утром.
-Он у Плющева в хирургии.
-Да, но Плющев нашел канцер.
Нужно направить батюшку
в онкодиспансер.
-А Плющев такой деловой, что не может
сам позвонить и договориться?
Ладно, направим от нас.
Я сейчас освобожусь и проконтролирую.
-Простите.
Вы не знаете, что у нас главный
сегодня такой хмурый?
-А когда вы его видели веселым?
-Ну, вот когда бывшая приходила,
он чуть ли не на крыльях летал.
Они вместе?
-Я в чужие семейные дела,
Эльвира Рафаэлевна, не лезу.
Мне б в своих разобраться.
СТОН
С утра порошков каких-то съел,
вот так весь день.
-Может, медсестру вызвать,
чтобы желудок промыла?
СТОНЕТ
-Иван Андреевич, да не против
я этой Балентовской группы.
Но не с Галаевой, понимаете,
просто не с ней.
-Елизавета Владимировна, мне тоже
не все мои сотрудники нравятся,
но я же не выбираю.
-А вы попробуйте.
-Прекратите со мной пререкаться!
И вообще, давайте договоримся:
я говорю - вы делаете!
-А ведь у меня же отец от рака умер.
Да, вот ведь оказия.
-Но ведь это же лечится, да?
-Может быть, может быть...
А ведь я ж гордец, Алеша.
-Да что вы, батюшка!
-Да еще какой.
Сорок лет сюда не ходил.
Верил.
Да не в Бога верил, а в себя.
Ох, в свою исключительность.
Мол, не попустит Господь,
вроде я какой особенный.
А вот, видишь, искуситель откуда
подлез.
Ведь к каждому свою лазейку найдет.
Понимаешь, о чем я?
Ничего, поймешь.
Главное - не ленись, Алеша.
Нет у нас на то ни права, ни времени.
-Нет, мы собрались здесь не для того,
чтобы осуждать или клеймить,
тем более главврача.
Моя задача - помочь вам раскрыть
правду о самих себе.
Вот, Елизавета Владимировна,
вы сейчас защищали Хлебникова,
а лицо у вас было точь-в-точь, как
во время нашего утреннего конфликта.
-Ну да, последний разговор
с Иваном Андреевичем...
Он правда бывает груб.
А мне это бывает тяжело.
Извините, мне нужно выйти.
-В таком случае собрание окончено.
Всем спасибо.
Никита...
...Львович.
Это от вашей супруги.
Интимный поцелуй передавать не буду.
-Хм. Спасибо.
-Что там увидели?
-Где?
-Вика, давайте пройду с вами
чуть-чуть.
Мне показалось, что вы сегодня вели
себя в группе несколько отстраненно.
-Не знаю.
Мне непривычно обсуждать
личное при всех.
-Ну, это нормально.
Не каждый может раскрыться
в групповой работе.
Поэтому я предлагаю вам поработать
в частном порядке.
-Маша? Что-то случилось?
-Да нет.
Вот разбирала старые вещи и нашла...
-Ух ты!
Это же отца.
А я думал, я его потерял где-то.
-А я вот нашла.
-Машка, спасибо!
Спасибо.
Спасибо тебе большое.
Какая ты умница!
Зайдешь?
-Да нет. Мне на репетицию нужно.
-А-а. Вызвать тебе такси?
-Нет. Они тут постоянно стоят.
-Ну да.
Ну, пока.
-Угу.
-Пока.
-Куда едем?
-Домой.
На Волгоградскую.
Серия 17
-Принимаем.
Острая боль в правом голеностопе.
Стюардесса с трапа грохнулась,
когда пассажиры запаниковали.
-Что она у тебя ревет так?
Ты ей обезболивающего пожалел?
-Обезболивающее тут не поможет.
-Как это обезболивающее не поможет?
-Элементарно же.
Посмотрите, какие ноги.
Таким ногам любая женщина позавидует.
Боится, что калекой останется.
Такую красоту потеряет.
-Еще хуже. Там какой-то Коля.
-Кто у нас Коля?
-Муж. Всю дорогу убивалась,
что он теперь ее бросит.
Мол, кому я такая инвалид нужна?
-Так и скатертью дорога такому мужу.
-Да ладно? Такую и бросить?
-Так и я о том же.
-Спасибо, принято.
В смотровую!
-Увозите.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Вы это видели?
-А то.
-Рост, фигура, ноги.
-Ну, ноги, и дальше что?
-Так ничего.
Интересный случай.
В смысле - в практике.
А давайте я ее возьму?
-Что значит - возьму?
Она не вещь, она пациент.
Только старший может решать,
кто конкретно из врачей будет
заниматься этим случаем.
-А кто у нас старший?
-Сейчас я.
А случай тяжелый.
Поэтому сам, только сам.
-Напомните мне, у нас больница
или служба знакомств?
-Дорогая Инга, давно известно,
что если пациент и доктор
испытывают симпатию друг к другу,
то лечение происходит
в кратчайшие сроки и с наилучшими
результатами.
Как вы можете быть против скорейшего
выздоровления больных, я не понимаю.
-Там очень сложный случай.
Очень.
И без ассистента, боюсь,
он не справится.
-Знаете, как я боюсь, когда летаю?
-Знаете, Ирина, я тоже очень боюсь
самолетов.
Меня, кстати, Олегом зовут.
-Да при чем тут самолеты?
Я не летать боюсь.
Мне все время кошмары снятся,
что я с рейса возвращаюсь домой,
а там мой Коля с другой.
-Ну-ну-ну, успокойтесь. Вот.
А вы знаете, я умею излечивать
от фобий и кошмаров.
Проверенная практика.
-Неужели, коллега.
-Клянусь Гиппократом.
-Вот, приемное пустое.
Полчаса с одним пациентом.
-Так, на свои рабочие места,
будьте добры.
-Очень сложный случай,
требует особого внимания.
-Что значит - особый случай?
-Ничего, все будет хорошо, Ирина.
-На выход, пожалуйста.
-Как же, а кто с...
-Возьму лично под особый контроль.
-Выздоравливайте.
-Доктор, почему опять
"особый случай"?
Да что со мной?
-Так, давайте так,
вы мне сперва все расскажете,
я вас посмотрю и все-все
вам расскажу.
-Доктор, вы сделайте все как было,
красиво!
У меня муж Коля.
Если что-то не так будет - он меня
разлюбит, вы понимаете?
-Так, успокаиваемся.
-Ирина.
-Ирина. Очень приятно.
А меня зовут Марат Леонидович.
Для вас просто Марат.
Я здесь самый главный и сделаю все,
что в моих силах. Договорились?
-Ай...
-Тихо-тихо.
Так, что нужно?
-Да тут уже вся больница говорит
о каком-то "особом случае".
-Доктор, опять.
Опять "особый случай".
Да что со мной такое?
-А ничего особенного.
Распухшая лодыжка.
Деформированный голеностоп,
закрытый перелом.
-Понятно. Тогда нужен рентген.
Я как раз иду в ту сторону,
могу отвезти. А?..
-Ирина.
-Ирина?
-Да.
-Восхитительно.
Ну что, Ирина, пойдемте на рентген?
-Алексей Викторович.
-Одну минутку.
То есть я правильно понимаю,
лично у тебя планов на нее нет?
-А у тебя, получается,
лично на нее планы есть?
-Ну, я пока точно не знаю,
но хотелось бы уяснить,
пообщавшись с ней наедине.
-Не получится, у нее уже есть муж,
от которого она без ума.
-Так тем интереснее.
Кстати, на ее мужа я не претендую.
-Она - мой пациент.
-А-а...
А вот это не по правилам.
-В смысле?
-Пользуешься своим служебным
положением.
Как начальник устраняешь конкурентов,
а сам... м-м-м...
Хотя, если ты себя не очень уверенно
чувствуешь...
-Что?
-Я могу и уступить.
Ну, как товарищ товарищу.
-Забились?
-Забились.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Два взрослых мужика, хирурга,
из-за какой-то девчонки поспорили!
А самое ужасное знаешь что? Знаешь?
-Да все в этой истории ужасно.
На рабочем месте взрослые дядьки...
-Прошу.
-Мужчина! Вы куда направляетесь?
Что ты мне показываешь?
В больнице посторонним нельзя.
-Я по делу.
-По какому еще делу?
Остановитесь, я сказала!
-Простите, а вы кто?
-Лидия Анатольевна,
старшая медсестра.
-Понятно.
Ну, хотя я здесь и не впервой,
очевидно, нужно вам напомнить.
Кожухов, Следственный комитет.
Иду я к вашему начальнику,
Хлебникову, и Сергееву.
Можно, Лидия...
как вас там по отчеству?
-Ну, если вы...
Конечно.
Это прямо по коридору.
-Я вас провожу.
-Благодарю.
-Налево.
-Здравствуйте, у меня...
-Что вам, мужчина?
Или вы тоже из этих...
Корочку мне будете показывать?
-Какую корочку? Я...
-Подождите, мужчина.
Присядьте там на две минутки,
я освобожусь и вас позову.
-Так. В общем, у нас закрытый перелом
наружной лодыжки со смещением
отломков, поэтому сегодня
остеосинтез с пластиной и лентами.
Вопросы есть?
Вопросов нет.
-Доктор, скажите, что ничего не
изменится, что все будет как прежде!
Просто мой Коля...
Ему важно.
Понимаете, ему важно...
-М-м-м, ну, как же нам без нашего
коллеги Алексея Викторовича? Никак.
-Исключительно из чувства долга.
Исключительно.
-Понимаю.
-У нас же тут разрыв синдесмозы,
как я вижу.
Тут без второго не обойтись.
-Раз... два, три.
Доктор, а он тоже будет делать
операцию?
-Доктору Антонову, Ирина,
очень интересно послушать
про вашего мужа.
Так что проходите вперед, коллега,
это очень и очень захватывающе.
Прошу вас.
-Четыре, пять, шесть... ой...
Вы замечательный.
Почти как мой любименький Коля.
-Один-ноль в мою пользу.
-Скромно у вас тут.
-По средствам.
Главное, чтобы все необходимое...
Присаживайтесь!
...было у врачей и пациентов,
а я менеджер, по большому счету.
-Не прибедняйтесь. Я в курсе
ваших полномочий и ваших
деловых инициатив,
если так можно выразиться.
-Вы, наверное, хотели сказать
"обязанностей"?
С приходом нового главврача...
-Вот-вот, с приходом Хлебникова у вас
обязанности появились,
а полномочия поубавились, так?
-Простите, я не очень понимаю,
при чем тут я? Вы ведь пришли
по поводу смерти Лаврентьева?
-Именно.
-А что, какие-то неясности, вопросы?
-Я бы сказал, что много неясностей
и много вопросов.
-Но ведь Валерий Станиславович
давно здесь не работает.
Не работал то есть.
-Месяц. И на протяжении этого
месяца он не давал поводов
забыть про себя, разве не так?
Разве он не приходил в больницу?
С кем он разговаривал? О чем?
Разве вы конкретно не встречались
с ним накануне его гибели?
-Так гибели или смерти?
-Ну вот, смотрите.
Едет человек по пустынной улице.
Вдруг у него отказывает сердце,
и он теряет управление
автомобилем.
Бац! Авария.
Или, например,
едет человек по пустынной улице
и вдруг на совершенно ровном месте,
без каких-либо причин,
на ровном месте, на малой скорости
врезается в мусоровоз,
который, кстати говоря,
мы до сих пор найти не можем.
Так вам какая
версия предпочтительнее?
Естественная гибель
или смерть с подставленным ДТП?
-При чем тут я?
-А точно ни при чем?
Давайте, давайте, рассказывайте,
не тяните. О чем вы говорили?
-Э...
-О новом корпусе.
-Да.
-От Лаврентьева требовали
его освободить, правильно?
-Да, но он уже не мог.
-И тогда ему выставили неустойку.
-Я не знаю, наверное.
Да, выставили.
-Угу. А к вам приходили?
-Ко мне?
-Владлен Эдуардович!
-Я... Кому я нужен?
Да, я был замом Лаврентьева,
но, если хотите, на побегушках.
А денег, что через его руки
проходили, я не видел.
-Ну, значит, придут еще.
-Скальпель.
Разрез.
Костодержатель давайте.
Держи.
Так, смотрим рентген.
-Ох, через месяц эти ножки,
Марат Леонидович...
-Алексей Викторович, хочу вам
напомнить, что вы в операционной,
и здесь вы исключительно хирург.
Хирург. Вам понятно?
-Понятно.
Прошу прощения.
-Пластину.
Винт.
Дрель.
ЖУЖЖИТ ДРЕЛЬ
Готово.
Отвертку.
Держи крепче.
Готово.
Отпускай.
Зашиваем.
Держатель.
Так, и еще.
Готово.
Фух.
-По плану на следующей неделе
мы с вами... э...
-Лара, срочный разговор,
прервись, будь добра.
-Сергеев, ты не видишь,
у меня совещание?
-Лара!
-Хорошо. Извините нас, на пять минут.
Рассказывай.
-У меня только что Кожухов был.
-Кто это?
-Следователь.
-А! Ты знаешь,
мне кажется, он идиот.
-На работе. Это он на работе идиот,
а когда бабками пахнет,
представь себе - нет.
-Так он приходил по работе или?...
Понятно.
-Что тебе понятно?
Он в курсе всех Лаврентьевских дел.
И наших, думаю, тоже.
-Аптека?
-Намекал.
-Намекают, когда не могут доказать.
-Да при чем тут это? Аптека - слезы.
Он знает, за что Лаврентьева убили.
Это - миллионы.
-Он пред-по-ла-га-ет.
-Так хорошо предполагает, что знает,
как мы на прошлой неделе
с Лаврентьевым встречались
и обсуждали новый корпус.
Может, я у него на подозрении?
-Значит, он приходил по работе...
-Что?
-Я говорю, что только идиот может
подозревать тебя
в причастности к этой истории.
Ты же своей тени боишься.
-Лара!
-Хватит.
Хватит истерить.
Это я должна верещать, а ты -
мужик - решаешь вопросы.
В больнице каждый дворник знает,
за что убили Лаврентьева.
Или не убили...
Он про Фалина спрашивал?
-Нет.
-Вот! Значит, он не знает про твой
разговор с бандитом.
Что ты предложил ему свои услуги
вместо старика.
-Думаешь?
-Если бы он знал про твой сговор
с Фалиным,
то не он бы сидел в твоем кабинете,
а ты в его.
Это же мотив на убийство, дурачок.
-Ну, и расскажите мне,
зачем к вам приходил Лаврентьев?
-Мы говорили о больнице.
-Значит, и о новом корпусе тоже?
-И о нем в том числе.
-И, возможно, он вас
о чем-то попросил, а вы не уступили.
-С какой стати?
-А через день его не стало.
-Вы меня в чем-то подозреваете.
-Я всех подозреваю.
У меня работа такая.
Лаврентьев лишился поста и не
смог выполнить своих обязательств.
А вы отказались ему помочь. Почему?
Потому что честный?
-Такая версия вас не устраивает?
-А если честный,
тогда почему вы не пришли к нам
и не рассказали обо всем?
Вы же понимали, что Валерий
Станиславович ходит по краю,
что ему угрожают, что ему приперло.
Или стучать противно?
Так может быть, все-таки в вашем
шкафу рядом с курткой
висит белое пальто, а?
-А вам не кажется...
-Когда мне кажется, я крещусь,
а по факту - человека нет.
Только принципы ваши остались.
Да, и еще, Иван Андреевич,
не обольщайтесь.
Ничего еще не кончено.
В стороне остаться не получится -
придут, не сомневайтесь.
Вот тогда, пока расследуют,
подумайте,
с кем идти на компромисс -
с ними или с нами.
-Всего доброго.
-Эльвира Рафаэлевна.
-Здравствуйте, Павел Михайлович.
Вы не вздыхайте, выкладывайте,
что стряслось?
-Там следователь пришел. Причину
смерти Лаврентьева уточнять будет.
-Так, и что?
-Ну, и ничего.
Про новый корпус расспрашивать
начнет,
а у Ивана Андреевича
со стариком из-за этого корпуса
конфликт был.
330-ю статью вспомнят.
-Это какую?
-330-я? Самоуправство.
А Иван Андреевич вспылит,
наговорит лишнего.
-Чем мы можем помочь?
-Мы с вами - ничем.
А вот Заславский помог бы.
Но Иван Андреевич звонить ему
не станет.
А мне и пытаться нечего.
-Кажется, я начинаю вас понимать.
-Эльвира Рафаэлевна, вы не только
красавица, но и умница!
Только на вас одна надежда.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Марат Леонидович,
вы просили сказать,
когда Фатеева от наркоза отойдет.
-Фатеева?
-Ну, эта стюардесса,
про которую вы еще поспорили.
-Чего?..
-Так вся больница уже в курсе,
что вы с Алексеем Викторовичем
на пациентку поспорили.
-Ничего не скроешь.
Везде уши.
Воронья слободка.
-Знаете, какие девушки
за Колей бегали?
У меня ни одного шанса не было,
ни одного! Ужас!
А я его так добивалась, вкусненькое
ему готовила, котлетки.
Теперь вот с этой ногой...
-Ну что вы, Ирина!
Такой девушке, как вы,
стоит только пальцами щелкнуть,
и самые лучшие мужчины
тут же рядом окажутся.
-Какие мужчины?
-Умные, заботливые, симпатичные.
Это, конечно, нескромно
с моей стороны,
но, например, ваш покорный слуга.
-Какой вы смешной.
Вы когда моего Коленьку увидите,
вы все поймете.
Нет больше таких мужчин.
Не существует.
-Ничего не поделаешь,
Алексей Викторович,
все же придется признать,
что не тянете вы
на мужчину высшего сорта.
Не тянете, да.
На минуточку.
А это вам.
-Не ем шоколад.
-Да?
А, ну...
-Такое впечатление,
что у нее вот такусенький
крохотный жесткий диск вместо мозга.
И на нем есть место только
для одного единственного слова.
-"Коленька".
-Ага.
-Да.
-Ну как здесь развернешься-то?
Что здесь можно сделать?
-А то ты не знаешь?
-Я не знаю.
-Тогда давай, признавай поражение.
-Стоп, это не поражение.
Это ничья.
Абсолютная ничья.
-Ладно, пусть так.
-Марат Леонидович, я хочу видеть
этого невероятного мужа.
Умоляю, покажите мне этого
Джеймса Бонда как можно скорее.
-Вообще-то, карантин...
Но мы же живые люди.
Мы прекрасно видим и понимаем,
как вам нужен ваш муж.
-И что?
-Ну, мы разрешим ему увидеть вас.
-Правда?
-Но только на пару минут, не больше.
-Но я в таком виде...
-Вы прекрасно выглядите.
Главное, что вы увидитесь,
а мы с ним наконец-то познакомимся.
-Да.
-Вы так интересно
о нем рассказываете.
-Коленька, он...
Он такой...
Он замечательный!
-Как только он будет здесь,
нам сообщат, и к вам его приведут.
-Угу.
-Есть минута?
-Заходи.
-Ну что, Владлен в падучей бьется?
-С чего ты взял?
-Ну, во-первых, следователь
к нему первому приходил.
И потом, ты у меня тут сидишь.
-Армейская смекалка. Чего хотел?
-Кто, следователь?
Ищет мотив для убийства Лаврентьева.
-Прямо убийства?
-Прямо-таки убийства.
-Ну, если бы у него были
доказательства того,
что Лаврентьев убит,
нас бы вызвали повесткой.
-Возможно.
-Ну и что, нашел он этот мотив?
Что ты так смотришь?
-Знаешь, Лара, мне сейчас
в голову пришло,
а ведь это ты Лаврентьеву помогала.
Связи в Москве у тебя.
И Владлен у тебя в руках.
Полностью.
-А если и так, что плохого,
если в городе появится центр
реабилитации и ортопедии?
Чем он тебе помешал?
Корпус больничный? Да у нас сроду
не было денег на его ремонт.
Документы оформлены не так?
Ты где-нибудь видел,
чтобы они были оформлены так,
как надо - честно и по правилам?
-А ведь ты испугалась.
-Конечно.
Одной смертью здесь не закончится.
Я, может быть, за тебя испугалась.
-За меня?
-Да, ты же не чужой все-таки.
-М-м-м.
-Может, пришла пора миром
договориться?
-А, ты парламентер?
И с кем ты мне предлагаешь
договариваться, с бандитами?
-Скажи, пожалуйста...
Как далеко ты готов зайти
со своими дурацкими принципами?
Ладно - тебе на себя наплевать,
дурака.
Ладно - на нас с Сергеевым.
Ну а Машка?
А если на кону будет жизнь Кирилла?
Не дай бог.
-Ну и где этот чудо-муж?
Дело к вечеру, а его все нет и нет.
Я Плющеву обещала, что отведу
этого Николая к жене.
-Понятно. Тут, вокруг
реанимации кружат.
-А ты как хотела? Всем охота на этого
красавца посмотреть.
-Да-а.
-Кому так везет.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Да, Марат Леонидович.
Да, на входе.
Ну, никого тут нет.
Ну...
Мужчина, вы видите, я разговариваю.
Посидите, я вас позову.
Да-да, как только он придет,
в ту же минуту.
Хорошо.
Что, мужчина?
Я же вам сказала - по-си-ди-те.
-Должна вас похвалить, Вика,
вы большая молодец.
-Почему вы так решили?
-А вы красите глаза.
Нет никому до этого дела,
большинство этого даже не заметит,
нагрузки ужасные, но вы все равно
остаетесь женщиной.
Я считаю, что это прекрасно.
-На автомате, даже не думаю об этом.
-Однако же не забыли,
время и силы нашли.
-Нашла.
-Вы не стесняйтесь себя хвалить.
Тем более когда есть за что.
-Я, наверное, так не умею.
СМЕХ
-У вас еще все впереди.
Когда женщина нравится себе,
она нравится и окружающим.
От нас в этот момент какие-то флюиды
исходят. Все это замечают.
-У нас костюмы специальные,
через них никакие флюиды не проходят.
-Поверьте, мужчины все чувствуют.
Не всегда понимают это, да,
но всегда чувствуют.
-У наших мужчин, вон,
дел невпроворот.
Впрочем, у нас тоже.
-Ох, не соглашусь.
Я заметила, как Никита на вас
смотрит.
Это взгляд далеко не безразличного
человека.
-Ну, а какое мне до этого дело?
Мне это совсем не интересно.
-Я не хотела вас как-то
обидеть или оскорбить.
-Все нормально.
Извините, мне пора.
-Девушки, за работу,
нечего тут тереться. Немедленно.
-Судя по динамике,
выздоровление идет хорошо.
Я думаю, что через два-три дня...
Ну, где там наш герой?
Слушайте, Лидия Анатольевна,
мы же договорились, что вы пойдете
и приведете мужа Ирины.
Где он?
Мужчина, сюда нельзя посторонним.
-Вообще-то, меня позвали.
Я вот к жене.
Уже пять часов в приемном отделении
сижу, и меня никто не замечает.
-А...
Вы к Ирине?
-Коленька!
-Меня одно успокаивает:
если у него такая красавица,
то какие перспективы у меня
открываются, представляешь?
-Хм! У самого дух захватывает.
-Ира, а что вокруг тебя
все эти мужики крутятся?!
-Ты что? Ты ревнуешь, что ли?
Это же не мужики, это врачи.
Ну...
Ты же у меня самый лучший.
Ну, ты сам подумай, где вообще они,
а где ты.
Ты же у меня такой...
такой молодчина.
-Слышь, Хлеб!
Тебя там, в Сирии,
именным не наградили?
А то пальнешь еще сдуру.
Я уже устал ждать.
Я все понимаю, ты трудоголик,
но не до такой же степени.
Холодильник вообще пустой.
-Сосиски в томате?
-Я ничего больше готовить
не научился.
Так что будешь есть что дают.
-Ты как сюда попал?
-Ну, ты дураком сроду не был.
-А позвонить? Нет? Не судьба?
-Может, ты не рад меня еще видеть?
Кушать подано,
садитесь жрать, пожалуйста.
-Приятного аппетита.
-Есть результат?
-Сергеев боится, Хлебников - нет.
Думаю, что сам справится.
-Хм. А справится?
-Если это Фалин, то без шансов.
-То есть естественную смерть
Лаврентьева вы исключаете?
-Вы же видели заключение
патологоанатома?
Чего я могу исключать?
Вертится в любую сторону.
Какие выводы я должен сделать
на основании писульки, что он выдал?
Ирина Николаевна, я не сдержусь.
Что за кадры у вас такие,
что ни живому, ни мертвому толку нет.
-А это не у нас, это у вас.
И с заключением спешить не будем.
Если мэра Заславским займешь,
мне сейчас война не нужна,
спустите на тормозах.
-А если Фалин?
-А если Фалин решил,
что он такой крутой...
Самостоятельный.
Как вы сказали про заключение
патологоанатома? "Вертится"?
-Угу.
-Ну, вот, довертите.
ЗВОН РЮМОК
-А-а!
Дрянь сосиски стали.
-И не говори.
-Сейчас все дрянь, что ни ешь.
Хоть за сто рублей, хоть за тысячу
баксов - вкуса нету.
-Куда катится мир?
-Чего, Хлеб, делать будем?
-С чем?
Можно еще по одной.
-Не, я за рулем.
-Один? И без охраны?
-Когда я с охраной приеду,
поздно будет.
-А я сижу и жду, когда ж понты
начнутся-то, а?!
-Понты-ы-ы... Дороже денег.
Ты Турнова помнишь?
Участкового, который тебя
на стеклотаре накрыл.
-А-а-а...
Этого забудешь...
-Он же тебя тогда силой
в медицинский загнал.
А на меня рукой махнул,
типа безнадежный.
-А ты в обиде, что ли?
-Я? Хм!
Когда государство его по возрасту,
как старого пса, выгнало,
я ему пенсию платил,
ремонт в квартире,
дочке не операцию
и похоронил по чести.
Тоже скажешь - понты?
Потому что заслужил.
Он еще тогда понял - каждому свое.
Мне - бабки рубить,
тебе - за копейки
в чужих кишках копаться.
-Хм!
А-а! Тебе калечить, мне лечить.
-Лечи.
Кто тебе не дает?
Чего ты в мои дела лезешь?
Знаешь, на какие бабки
ты меня подставил,
сколько я каждый день теряю?
Я под эту лавочку на миллионы евро
оборудования выписал.
Оно на таможенном складе пылится,
а мне каждый день штрафные капают.
-Что ж ты мне прикажешь? Новый
медицинский корпус тебе подарить?
Эдак ты и все остальное оттяпаешь,
тебе только палец дай.
-А медицина - золотое дно.
А ты хочешь на бабках сидеть
и ни с кем не делиться,
бесплатно вкалывать?
-Уж не долю ты мне предлагаешь,
Константин Аркадьевич? А?
-Могу долю.
А могу...
Ты просто пишешь заявление
по собственному и уходишь.
Дальше мы все сами.
Я по-любому дело закрыть должен.
Если я в сторону отойду,
меня люди не поймут.
Сам знаешь, чем такие непонятки
заканчиваются.
ЗВОН РЮМОК
-Да... Лаврентьев хорошо напомнил.
Это ты его...
Чтобы люди все правильно поняли?
-Думай, как хочешь.
Лаврентьев бабки взял...
...по понятиям дело должен был
сделать.
Ладно.
Друзьями нам с тобой уже не быть...
...а врагами - не хочется.
Думай быстрее, в долю войти или уйти.
Третьего варианта у тебя нету.
-Ох, и бардак у вас, Иван Андреевич.
Я сейчас все уберу.
-Не надо.
Пусть все остается на своих местах.
-Да просто, вон, окно открылось.
Да я быстро, не беспокойтесь.
-Инга!
Не надо ничего убирать.
-Что там, Иван Андреевич?
-Кто-нибудь заходил в мой кабинет?
-Я не знаю, я же обычно не здесь.
Но я могу узнать, опросить всех.
-Нет, не надо никого ни о чем
спрашивать.
-Все в порядке?
-Да, да. Ты иди, я сам все уберу,
мне просто нужно подумать.
-Тогда, если что, зовите.
Серия 18
-Слон на аш2.
УСМЕХАЕТСЯ
-Отдыхать вам надо.
А мы пешечкой на ж3.
И все.
Слоник ваш попался, который кусался.
Нет теперь у вас слоника.
А ловушка такая - "отравленная
пешка".
Слыхали?
-Да знаю, а здесь проглядел.
-Проглядел...
Да нет.
-Не понял?
-Да все вы поняли, Иван Андреевич,
все вы поняли.
Всюду благородно сыграть хотите.
А что про благородные намерения
сказано, помните?
-Благими намерениями устлана
дорога в ад.
-Вот-вот.
Да, сами мы привлекаем все беды
на свою голову.
Сами мы себе эти беды создаем.
Из благих, так сказать, побуждений.
-Я полагаю, вы знаете,
о чем говорите, философ.
-Ну как же, прыгал на грабли,
признаюсь.
Хотел как лучше.
-А получили срок.
Ну, захотите, расскажете.
Человека-то спасли?
-Ну, а как же?
Только он не совсем человеком
оказался.
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Беда, Иван Андреевич, беда!
Солдатика привели,
а с ним начальства тьма.
-И что начальство?
-Начальство-то ничего,
а вот солдатик, с их слов, кончается.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Алексей Кривцов, 18 лет, срочник.
Жалобы на головную боль,
головокружение, боль в груди
и животе.
-Тошнота, температура?
-Нет.
Там за ними командир части приехал.
-Понятно, почему приехал. Спасибо.
-Лариса... Забыл, как по батюшке?
Какими судьбами? Не ожидал.
Может, чай, кофе?
-Вы знаете, у меня был такой случай
в практике:
женщина шестидесяти лет каждое утро
просыпается с низким давлением.
Ее клонит в сон.
Пьет кофе - давление повышается.
Она вынуждена принимать лекарства
для понижения давления,
после чего ее снова клонит в сон.
-Надо же, прямо патовая ситуация.
-Нет, здесь я просто отменила
лекарства
и прописала ей режим
и спорт каждый день.
Вот где патовая ситуация,
так это у нас.
Я помогу вам освободить помещение.
-Как?
-Как я слышала, глава облздрава
Бородина вас даже не принимает.
-А вас примет?
-Сто процентов.
-Ну, Лаврентьев то же самое
предлагал.
-Как видите, я не Лаврентьев.
-Ну, допустим, я верю, что у вас есть
прямой выход на Бородину.
А что ж взамен?
-Мой муж на место главы медцентра,
Плющев на место главврача.
-А вам что? Мантия серого кардинала?
-Серый мне не идет.
-Это что было?
-Феминизм, мать его.
-А... вы главврач?
-Хлебников.
-Полковник Рожков.
Привез вам новобранца.
Ничего серьезного, надеюсь.
Хотя наши в лазарете не справились.
-Ничего серьезного, тем не менее
вы здесь, да еще с мигалками.
-Сейчас нас вот так вот проверяют.
В армии всякое случается,
не курорт же.
Вот вы военный, вы меня понимаете.
-Понимаю.
-Я сразу сообразил,
что к вам надо везти,
а то в других больницах началась бы
возня, суета,
СМИ-шми, костей не соберешь.
-Понятно. Извините, мне надо идти.
-Семен Федорович.
-Иван Андреевич.
-Ключица цела?
Потерпи, дружок.
Теперь понятно, почему его
начальник части передо мной
вытанцовывал.
-Так, кровь, биохимия, ЭКГ.
-Снимки?
-КТ и рентген.
-О! А тут проблемка-то вырисовывается
похлеще побоев.
-Где?
-Грудная аорта, видите?
Уже аневризма.
-А как? А как же он с аневризмой
комиссию прошел?
-Так и прошел.
Его с аневризмой взяли,
чтобы какой-нибудь
сынок с мозолью не пошел.
Ничего, подключим военную
прокуратуру, будем разбираться.
Я думаю, найдется эта фамилия,
кто написал "годен".
Все надо показать Алабиной,
а вы вызывайте Туридзе -
и в операционную
на баллонную ангиопластику.
-Хорошо.
-Девочки, здравствуйте!
-Здравствуйте. Вы к кому?
-К Воробьеву.
-Такой не значится.
-Ну, наш Воробьев, Кирилл!
-А-а, извините, заработалась совсем.
-Ничего, бывает.
-Кирилл Иванович, спуститесь,
пожалуйста, тут к вам пришли.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да?
-Эльвира Рафаэлевна?
-Иван Андреевич.
-Вот, предлагаю вашему вниманию.
Вы видите то же, что и я?
-КД делали?
-Так точно.
-Нонну Вахтанговну вызвали?
Экстренно на стол!
-Она уже готовится. Как думаете,
врожденное, приобретенное?
-А вы как считаете?
-Я думаю, врожденное.
-Ну, видите, вы прекрасно во всем
сами разобрались.
-А я всегда считал, что я не силен
в делах сердечных.
-Иван Андреевич! Иван Андреевич!
Вы меня слышите?
-Сынок, ну нельзя же так.
Ну, посмотри, исхудал совсем.
Держи, поешь.
-Спасибо.
-Ну и где ты пропадаешь? Ты бы хоть
позванивал, я же волнуюсь.
-Скажи мне, я вижу, что тебе что-то
нужно, поэтому перейди сразу к делу.
-Я же говорю, я волнуюсь,
я твоя мать, Кирилл!
-Понятно.
-Подожди, сядь, дослушай.
Помимо того, что я волнуюсь,
я хотела с тобой поговорить, да.
По поводу твоего отца.
Мы очень долго жили порознь.
У него такая работа,
и я за свою держалась,
и считала, что для ребенка переезд -
это совершенно ни к чему.
Но сейчас он вернулся.
И мне кажется, что может
быть как-то совсем по-другому.
-То есть день рождения и прочее -
все для того, чтобы отца вернуть?
-Кирилл, как ты можешь?
-Я все могу. Скажи, что нужно.
-Помириться с ним! Не относиться так,
хватит нарочитого пренебрежения.
-А ты узнавала, он хочет вернуться?
-Ну, конечно, в таком возрасте
мужчине быть одному бобылем...
-А ты уверена, что он бобылем?
-В смысле?
Ты что, хочешь сказать,
у него кто-то есть, Кирилл?
Мне нужно знать.
-Мам, ну какая разница?
Ты самая прекрасная на свете.
И я очень тебя люблю.
-Угощайтесь.
-Кирилл Иванович,
какая у вас мама заботливая.
Мне вот ни разу в жизни никто обед
в больницу не приносил.
-Да, у меня тоже это в первый раз.
-Кирилл Иванович, а вы что же,
не будете? Вы не любите рыбу?
-Лучшая рыба - это колбаса.
-Инга, ты не знаешь,
у него есть кто-нибудь?
-Не знаю.
-Ну, раз нет, значит, можно.
-Олеся, а как же корпоративная этика?
Потом, романы на работе - это плохо!
Это время, украденное на работу,
у пациентов...
-Да ладно, ты просто ревнуешь.
-Я?!
-Ну да, все знают,
что он тебе нравится.
-Начинаю. Скальпель.
Катетер.
Угу, готово. Баллон на месте.
Надуваю.
-Ишь ты, какой молоденький,
а уже такие проблемы.
-Это срочник, его из военной
части прислали,
представляете, Нонна Вахтанговна?
-Что ты говоришь?
Устанавливаю стент.
Починим тебя, починим...
-Эльвира Рафаэлевна, там с этим
мальчишкой надо разобраться.
-С ним уже Нонна Вахтанговна
разбирается.
Головокружения, шум в ушах,
головная боль были?
-Да нет, я хорошо себя уже чувствую.
-Пульс-то какой высоченный.
-Да я просто недоспал, рано встал.
-Вы что, барышня кисейная,
чтобы от усталости в обморок падать?
Лежите, я за тонометром.
Лежать, товарищ главврач!
Лежать.
-Есть - лежать.
-Эля!
Эль, юбка.
АХАЕТ
-Пошли ко мне в кабинет, зашьем.
-Да мне с больным надо
срочно разобраться.
-Так срочно, что лопается юбка?
-И не говори.
В обморок упал.
Мужчина, чуть старше сорока,
пульс 140 в покое. Бледный, испарина.
-Давление?
-Еще не мерила, но точно высокое.
-Травмы были? Сейчас или недавно?
-Были, подробностей не знаю.
-Ясно. Лишний вес?
-Да нет.
-ЭКГ, УЗИ, глюкозу натощак -
это ты все выпишешь.
Только это не по твоему департаменту.
-Думаешь?
-Тут явная патология
посттравматическая, это к Плющеву.
А лучше сразу к Хлебникову.
-Хорошо.
-Иван Андреевич, да что же
такое делается?
Или в армии пушечного мяса
не хватает?
Уже инвалидов призывают!
-Как прошла операция,
Нонна Вахтанговна?
-Годным к строевой я его не сделала,
если вы это имеете в виду.
-Я это так не оставлю.
-Делайте что хотите, но чтобы
этот мальчишка больше форму не надел.
-На столе, если посмотрите,
лежит запрос в прокуратуру
и бумаги на комиссование.
-Бумаги, бумаги. Что за жизнь пошла?
За бумагами человека не видят.
А что это вы такой бледный?
-Вик, я всюду тебя искал.
-Что-то хотели?
Если насчет карт больных ковидного
отделения, то я все заполнила.
-При чем тут карты? Я знаю,
что с ними все в порядке.
-Если насчет смены,
то все прошло в штатном порядке,
Гнедых сняли с ИВЛ.
-Я не про Гнедых. Я хотел поговорить.
-Мы разговариваем.
-Не про работу.
-Больше нам не о чем разговаривать.
-Ой, где это я умудрилась?
-Хотите, я вам зашью?
А то как вы домой поедете?
-Вы умеете шить?
-Вы это спрашиваете у хирурга.
-Ничего, старая юбка, давно хотела
выкинуть. Заколю булавкой.
170 на 100.
-Ничего.
-Это вы кардиологу говорите?
Будем разбираться.
Да-да, нам тут герои не нужны.
Тут все герои.
Давление вам сейчас стабилизируем.
ЭКГ, глюкоза.
Пройдете все, что назначу.
Ну, что вы головой машете? Контроль
давления буду проводить лично.
-Есть - контроль давления лично!
-Еще не хватало, чтобы вы на операции
в обморок грохнулись.
-Не, ну это ж совсем.
-Скажите, это может быть последствием
ранения? Вы же были ранены.
-Нет.
-Не были?
-Ну, был.
-Но?
-Ну, может быть.
-Не тяжело?
-В смысле? Это же чайник.
-На двух стульях сидеть не тяжело?
Седалища хватает?
-Я просто...
-Ты в курсе, что я имею право выгнать
тебя отсюда грязными тряпками?
-В курсе.
-Тебе что от девчонки нужно?
Нет, не маленькая, понимаю что!
Башкой своей кудрявой думаешь?
У тебя жена - страшно сказать -
над всей медициной области начальник!
-Не надо нотации читать, и так тошно.
Я сам как-нибудь разберусь!
-Нет, как-нибудь не получится.
По-человечески, Никит.
Просто по-человечески.
Вы мне оба не чужие люди.
Наблюдать это все я больше
не хочу и не буду, понимаешь?
Ты сам должен определить для себя,
что тебе нужно и с кем тебе быть.
А так вести себя больше не получится.
-Иван Андреевич, ну как там мой?
-Готовлю бумаги на комиссование.
-Все так серьезно?
-Вы сами знаете.
-Да бросьте.
Комиссовать из-за пары синяков -
эдак у нас воевать некому будет.
-Вы не отрицаете, что Кривцов
был избит.
-Не избит. Обоюдная драка.
И, конечно же, оба будут отвечать
по всей строгости.
-Кривцов не будет. У него врожденная
аневризма грудной аорты.
-Аневризма - это что-то в мозгу же?
-Не совсем.
-А вот и я говорю, что-то
не то с этим Кривцовым сразу было.
А, это у него приступ был.
Упал во время приступа и покалечился.
Хорошо, что мы сообразили
и к вам привезли.
-Вот так вы дело поворачиваете...
-Так. Именно так!
И в рапорте напишу: вот такие
в медкомиссиях спецы.
Проглядели, а нам отвечай?
Но мы это дело так не оставим, нет.
В военную прокуратуру на них
накатаем, м?
-Из-за таких, как ты,
в армию плюют, как в урну.
Мы "накатаем" и в прокуратуру,
и в медкомиссию, и на вас.
-Угрожаешь?
-Пошел вон отсюда!
-А, Эльвира Рафаэлевна!
Вы уже закончили? Я слышал,
что к "Лекарю" завезли раков.
-В следующий раз, Алексей Викторович.
В таком виде я в приличное место
прийти не могу. Все раки разбегутся.
-Эльвира, если хотите, я могу вас
отвести в любой бутик.
-Спасибо, нет.
Зашью. Я ее вдруг полюбила.
-А-а-а, с подкреплением вернулся.
-Спокойнее. Разрешите представиться.
Военный прокурор Евсеев.
-Главврач Хлебников.
-Пока такие, как он, будут думать,
что армия - это санаторий,
нормальной армии у нас никогда
не будет.
-Пока вы тут руководили,
полковник Хлебников, между прочим,
в горячих точках работал.
Ранение имеет и "Звезду" Героя.
Но и вы не правы. Вы видите только
одну сторону медали - Кривцова.
Ну вот вы сами как думаете,
он что, по стойке смирно стоял,
пока об него кулаки чесали?
Ознакомьтесь.
Что, вы в подростковом возрасте
с пацанами не мутузились?
Ведь это такие же пацаны.
Ну зачем все в драму превращать?
-Кривцов очнется и даст показания.
-Поверьте моему прокурорскому опыту,
каждый себя выгораживает.
И Кривцов тоже будет.
Против его слова у меня есть десяток
свидетелей, которые видели,
что это он начал драку.
И это его оппонент сейчас лежит
с тяжелыми травмами
в военном госпитале.
-Вы этого Кривцова видели вообще?
Он из-за врожденной аневризмы
физически плохо развит.
Он не мог.
-Значит так, мог, не мог -
это сентенция, а у меня факты.
Драка была, свидетели есть.
Либо Кривцова комиссовать,
либо пойдет под трибунал.
Сядут вместе.
Это ясно?
-Бумаги свои заберите.
Еще посмотрим, кто куда пойдет.
-Так, домой идешь?
Ручку, да. Спасибо.
Что-то случилось?
-Нет, просто работы много.
-А-а, тебя подождать?
-Не надо, иди.
-Кирилл, ты домой?
-Да.
-Мне кое-что нужно с тобой обсудить.
Давай дойдем до дома вместе?
Не уходи, я сейчас переоденусь
и вернусь.
Хорошо?
-Угу.
-Мама поесть приносит,
папа до дома провожает...
Мечта, а не родители.
-Извините, вы Хлебников? Главврач?
-Я Хлебников, но у меня рабочий день
закончился, давайте завтра.
-Я мать Алеши Кривцова.
Можно с вами поговорить?
-Ну, хорошо, пройдемте в мой кабинет.
-Кто это?
-Да это мать избитого срочника.
Ее этот полковник на машине привез,
я видела.
-Чего хотят?
-Не знаю, девчонки-стажеры говорят,
что они с Хлебниковым на этаже
в его кабинете орали.
-Иван Андреевич, пожалуйста,
подпишите бумаги на комиссование,
я вас очень прошу.
-Они вам угрожают?
Но вы не должны сдаваться.
-Они говорят, что Алеша пойдет
под трибунал, что его посадят.
Я вас прошу, пожалуйста.
Сказали, что если вы подпишете, его
просто комиссуют на волю. Пожалуйста.
-Да не могут они под трибунал.
Им еще доказать придется.
-Понимаете, другой солдат,
на которого якобы напал Алеша,
он сын одного из местных шишек,
у него связи.
Они мне будут угрожать,
они будут сыну угрожать.
Понимаете, я его одна,
без мужа растила.
-У нас что, 90-е на дворе, что ли?
-Пожалуйста, я вас очень прошу.
У меня есть... я тут собрала,
сколько могла.
Возьмите, пожалуйста,
сколько смогла...
-Перестаньте, уберите сейчас же!
Не нужно ничего.
Вашему сыну ничего не угрожает!
И все виновные будут наказаны,
я вас уверяю.
-Солдатик ваш очнулся,
можно переводить из ПИТа.
-Вот, идите к нему.
Идите, идите.
Все нормально.
Не волнуйтесь, все в порядке.
-Ладно, я, короче, погнал.
-Кирилл, стой, ты чего?
-Чего?
-Ты расстроился, я вижу.
Это из-за Ивана Андреевича?
-Спорим, забыл про меня?
-Да почему забыл-то?
-На шоколадку.
-Не буду я спорить.
Ты зря так быстро заводишься
и делаешь неверные выводы.
-Знаешь, она говорит -
попробуй поменять отношение.
Поменяй отношение. Я бы рад.
Я не радио, повернул ручку -
и я на другой волне.
25 лет он говорит:
"Кир, у меня работа".
Не могу прийти на выпускной,
у меня работа".
-Кирилл, подожди!
-Засекай. Через два часа.
Придет раньше - с меня шоколадка.
-Это что было?
-Мать Кривцова.
-Почему плачет? Радоваться надо.
-Разжалобить пыталась.
-Легче камень разжалобить.
Бедная женщина.
-Бедная.
Конечно, проще засунуть голову
в песок и сделать вид,
что нет ни беспорядков в армии,
неуставных отношений нет
и дедовщины тоже.
-Пейте.
-Чего это?
-Пейте и идемте.
Что вы видите?
-Мать и сына.
-А я вижу всю ее жизнь в нем.
Ее бессонные ночи,
когда у него резались зубки,
ее тревогу, когда он поздно приходил,
ее слезы, когда не смог поступить
и забрили в солдаты.
Вы как Дон Кихот с мельницами воюете.
А кто пострадает от вашей правды?
Они.
Спасать надо тех, кто рядом.
Здесь и сейчас.
-Как всегда? Выбор между плохим
и очень плохим?
-Очень плохим?
-Если подпишете, как просят,
то отдадите в жертву других матерей
и их сыновей.
-Кого ж тогда спасать-то?
-Наверное, того,
до кого можно дотянуться.
-Ладно.
А где Кира?
Ушел?
Не ждал?
-Иван Андреевич, вас Туридзе искала.
-Разбудил? Извини.
Ты спи, спи.
-Спасибо, что пустили мать.
А то она с ума бы сошла.
-Мамы, они такие.
Ты, главное, не волнуйся.
Туда больше не вернешься.
Я подписал документы
о твоем комиссовании.
У тебя обнаружена врожденная
аневризма -
это довольно сложное обстоятельство,
которое пропустили на медкомиссии.
С этой штукой тебя вообще
не имели права призывать.
-Как же другие пацаны?
Их так и будут избивать?
Не давать спать, драть вещи,
издеваться?
Им как быть?
-Ну, ты сначала о себе подумай.
У тебя серьезная операция,
тебе нужно восстановиться.
А вот когда вылечишься,
выйдешь отсюда,
вот тогда и будешь думать,
что делать.
-Да, потом еще один Фалин, и еще.
Может, сразу из жизни комиссоваться?
-Как ты сказал?
Фалин?
-Ну да.
Захар Фалин и его банда.
-Увяжетесь за его сынком Кириллом,
как он с работы выйдет, внаглую.
Чтобы он увидел.
И с испугу к папочке прибежал.
Но пальцем не трогать. Мне с Хлебом
договариваться надо, а не воевать.
-Здорово.
-Опять драка, сынок?
-Ну, поучили чуть салагу-новобранца,
чего тут такого?
-А если б тебя в последний день
службы посадили?
-Не посадили ж.
-Правильно. Не посадили.
Сказать, во сколько мне это обошлось?
-И чего, ты резко обеднел?
-Это...
...типа твое "спасибо, папа"?
Сынок, а ты не припух?
Ты что тут всем пытаешься доказать?
Что ты весь из себя
такой крутой, что ли?
-Бать, кому что доказывать?
Все и так знают.
Кто сильнее, тот и прав.
-В смысле?
-В смысле "сила в силе".
-Интересное наблюдение.
И если, как ты говоришь, сила в силе,
получается, сильным бояться нечего?
-Ну да.
-Ну, давай поразмышляем.
Они пользуются мобильниками.
У них есть онлайн-банки,
кредитки, пароли.
А еще у них есть тайны.
СМС-ки любовнице,
непристойные фото, даже видео.
Вот в один прекрасный момент все это
кто-то взламывает и сливает в сеть.
Чем же тут сила поможет?
-Типа хакер?
На кнопочки тык-тык?
Всем кирдык.
-Ну, типа. Так кто сильнее?
-У кого мозги.
-А кто может себе заполучить
не одни такие мозги, а десятки?
Даже сотни?
-У кого бабки.
-Значит?
-Значит, сила в бабках.
-Ну?
Что случилось опять?
ВЗДЫХАЕТ
-Пока не знаю.
Может, и случилось.
-Весело, сестра.
Послушай, я сегодня очень устала,
так что не будем гадать.
-Я...
Разговаривала с Кириллом об отце.
-Что он? Все дуется?
Пройдет.
-Он...
Так впрямую не сказал...
Но я поняла...
Почувствовала.
ВЗДЫХАЕТ
Что у Хлебникова кто-то есть.
-И чего?
-В смысле?
-Ну, что он, калека, кривой, косой?
Наркоша конченый?
Вот если бы у него никого не было,
было бы странно.
-Лара...
-Что "Лара"?
Лара...
УСМЕХАЕТСЯ
Ты ведь все привыкла с ложечки
получать.
Любимая дочь!
Хочешь в Москву, в театральный?
Пожалуйста!
Хочешь лучшего жениха в городе?
Пожалуйста!
Сын - красавец, умница,
в 25 сам оперирует, тоже подарок!
А сама?
Сама...
Ты когда-нибудь для себя
что-то делала?
Мужика у тебя уводят?
Эка невидаль!
Так пойди и верни!
-То есть?
-То есть не будь клухой!
-Ты хотя бы догадываешься, кто это?
-Возможно.
Но здесь бубновый интерес.
Твоему Ване нужно совсем другое.
-Что ему нужно?
-Все хотят одного на самом деле.
Что мы...
Что трудные подростки.
Что солдафоны типа твоего Хлебникова.
Одного.
Чтоб было место...
...где тебя ждут, любят.
И понимают.
-Присаживайтесь.
Дожали?
-Правильно вы угадали - романтик.
Все норовит кого-то спасти.
УСМЕХАЕТСЯ
ВЗДЫХАЕТ
Как там наш дембель?
-Гулять уже убежал.
Дал бог сына.
Вы в 20 чем занимались?
-В Афганистане воевал.
А вы?
-А я с матерью в Рабочем поселке жил.
Район такой.
Страшно голодали.
Одна пара ботинок, одни брюки.
Лет 14 мне было.
Я на местном рынке ошивался.
Ну, там, подкормиться.
Продавцам помогал бабки подбивать,
бухгалтер эдакий.
А к двадцати смекнул,
как все подбить так,
чтобы все сошлось,
но еще и мне осталось.
Чуть-чуть.
-Не поймали?
-Ни разу.
А может быть, и надо было.
-Ты со мной туда не пойдешь.
Да.
Не знаю.
Серия 19
-О, Лесь, посмотри, это тополь?
Липа?
Вся наша жизнь - липа.
С точки зрения... с точки зрения...
Вот ведь, а!
Меня теперь жена убьет.
Говорит, тебе все равно
заняться на работе нечем.
Так вот хоть Ляльке гербарий склей.
И вот...
-Да я переделаю. Не переживайте.
Пойдите лучше вздремните чуток.
На вас уже смотреть больно.
-Ладно, я недолго.
-Давайте, давайте.
Ой...
Так.
-Принимайте...
Олеся, ну что ты спишь?
Где врач? Давай быстрее,
там вообще атас!
-Ну что, там шишка
какая приехала? Или что?
Кирилл? Семен Федорович, скорее!
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют,
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-О, клапан для ИВЛ привезли.
Наконец-то.
-Да, вчера вечером.
-Так, это не та модель.
Они на наши ИВЛ не подойдут.
-Написано - универсальные.
-Старых сколько осталось?
-Полкоробки было.
-Было? Найти нужно.
Значит, на сегодня хватит,
а на завтра опять пиши заявку.
Я отнесу Хлебникову. Мало ли чего.
-Да чего будет? Эпидемия-то
кончилась.
-Эпидемия закончится, когда ты
отсюда сможешь уйти сразу домой.
А сейчас можешь? Нет.
Поэтому сиди и пиши заявку.
-Фу...
-Повезло парню.
-Странно даже, что только сотрясением
отделался. Все тело синее.
-Вы идите отдохните, я с ним посижу.
-Спасибо, Лидия Анатольевна.
-Да, вы отцу дозвонились?
-Звонил, он вне зоны доступа.
Может, батарейка села...
-Угу, села.
Надо ему уже определиться, где у него
села батарейка, у той или у этой.
-Это у которой - у этой?
-Вы же хотели поспать. Идите и спите.
Меньше знаешь, крепче спишь.
-Здрасте.
-Здравствуйте. Что вы хотели?
-Здравствуйте, Степан Михайлович.
-Здрасте, Иван Тимофеевич.
-Давненько вас не было.
Дня три или четыре. Ухо не стреляет?
Колено больше не хрустит?
-Нет. У меня это... черный!
-Иван Тимофеевич, не пугайте меня.
-Ну... стул!
-А-а... ну хорошо, что не стул.
-А что вы вчера ели?
Уголь не принимали, случайно?
-Принимал, как положено.
-Иван Тимофеевич, вы молодец.
У вас стул черный из-за угля.
Вы пойдите домой, отдохните,
полежите, все пройдет.
-Как пройдет? Когда болит,
тянет и режет.
-Ну, если болит, тогда ждите врача.
-А скоро он придет-то?
-Сейчас вызову.
-Спасибо.
-Рентген сделали...
-Почему мне ночью никто не звонил?
-Черепа, брюшной полости,
всех конечностей.
У вас телефон не отвечал.
-Послали бы кого-нибудь.
-Это УЗИ всех внутренних органов.
Куда послали?
-Ко мне домой.
-Никто не знает, где вы живете.
Алло. Алло. Что?
Нет, я не могу сейчас.
-Привет.
Как долго сидишь?
-С ночи.
-Как он?
-Спит.
-Может, ты домой пойдешь,
поспишь? А я подежурю.
Кофе тебе сделать?
-Сама схожу.
Не оставляй его одного, пожалуйста.
-Хорошо.
-Леся, заполни, пожалуйста.
-Ой, здрасте.
-Здравствуйте, здравствуйте.
-А я как раз вас жду.
-Что случилось?
-Живот болит. Прям нет сил терпеть.
Какие-нибудь таблеточки мне выпишите.
-Где именно болит?
-Вот.
-Угу.
-Да что же это такое? А? Я с ночной
смены пришла, скотина не кормлена,
а его и след простыл.
-Зина, зачем так кричать? Зина.
-Медом тебе, что ли, здесь намазано?
Другие мужики в гараж или
на рыбалку, а мой, срамота,
в больницу бегает. Вы уж его
простите, доктор. А ну, пошли.
-Зина!
-Пошли.
-Оставьте пациента.
Пойдемте, Алдонин, я вас осмотрю.
-Прости, пожалуйста.
Вниманию персонала
инфекционного отделения.
Прошу всех, кто свободен,
срочно подойти к приему больных.
Повторяю! Прошу всех срочно
подойти к приему больных.
-Наталья, я уже освободилась. Бегу.
-Отлично. Доктор Бородин, я вас жду.
-Одевайтесь.
Так, вот вам направление на анализы.
-Ага.
-Гастроскопия и УЗИ
желудка и брюшной полости.
-Ага. Спасибо.
-А утром ели?
-Нет.
-Тем лучше. Давайте-ка
прямо сейчас.
-Ага. Доктор, что-нибудь серьезное?
-Дождемся анализов. После
анализов сразу в приемную
и вас положат в палату.
-Доктор, понимаете,
у меня отец, он умер в 66 лет.
Дед тоже в 66 от язвы, понимаете?
Боюсь я.
-Вам сколько?
-65.
-Тише, тише.
Ты меня слышишь?
-Слышу.
Ты видел, кто тебя бил?
-Видел.
Три отморозка.
Ты их знаешь?
Почему ты хотел вчера
меня проводить? А?
Что ты молчишь? Ты знал?
-Не знал, но опасался.
-Кого? Почему не сказал?
Я что, по-твоему, малыш?
-Прости.
Я не думал, что они решатся.
-Что стряслось?
-Вспышка в доме престарелых,
руководство до последнего скрывало.
Вот этих двоих сразу под ИВЛ.
Вот тебе и закончилось.
-Что?
Это Фалин его избил.
Ну, по его приказу.
-Может, Кирилл просто подрался после
работы? Мало ли? Гопники захотели
телефон отобрать.
-Ну да, только Хлебников сказал,
что нового центра им не видать,
так на Кирилла сразу напали.
Совпадение?
-Может, теперь Хлебников сдаст назад?
Это нам на руку.
-Влад, ты себя слышишь? Моего родного
племянника избили. И это нам на руку?
-Прости, не подумал.
-Только Хлебников не уступит.
Фалин просто не понимает,
кто ему противостоит.
Хлебников просто так не сдается.
Идем! Он его убьет!
-Кто кого?
-Хлебников Фалина.
-Или наоборот.
-Или наоборот. Но любой
исход - это катастрофа,
и мы должны это предотвратить.
-А если и нас того?
-Если Фалина не остановить, он нас
всех того. Мы должны ему разъяснить,
что его бизнес без врачей - это пшик.
Идем!
-У меня сердце, с вечера
тахикардия, я тебе говорил. Вот я...
кардиограмму договорился.
Время как раз подошло. Прости.
Да, да, я уже иду, буду через минуту.
-Все, дед. Я пошел, пока.
-Давай, пока.
-Молодежь... Спешит.
-Может, я пойду, доктор?
Неохота вас, это... обременять.
-Готовы ваши анализы.
Что вы сказали?
-Да я говорю, неохота мне
обременять вас.
Я мнительный чересчур.
Зина говорит - симулянт.
Зря только место занимаю.
-А в жизни вы не зря место занимаете?
-Иногда кажется, что зря.
Зина меня иродом окаянным
зовет, дочка тоже - уйди, мешаешь.
Думал, внук вырастет, дружить будем.
А, да ну их.
-Рубашку поднимите.
В жизни каждый занимает свое место.
Слышите? Свое.
Мы не просто так рождаемся.
Значит, так надо.
-Ой.
-Угу.
Все.
-Спасибо.
Спасибо, доктор.
Это... яблочко возьмите.
Возьмите, возьмите.
Сам выращиваю.
-Спасибо.
-На одной яблоне.
-Как на одной? Они же разные.
-А я на одну яблоню десять сортов
привил.
Да.
Со всей страны черенки заказывал.
Даже с Камчатки.
Теперь вот мечтаю,
чтоб двадцать сортов было.
В общем, чудо-дерево выращиваю,
доктор.
Успеть бы...
-Ну вот, а говорите, что зря.
-Может, еще в Книгу рекордов Гиннесса
попаду.
Вот тогда они меня оценят.
-Надо его остановить.
Я иду к Фалину.
-Лариса, это не моя война.
Я отличный хирург.
И при любом раскладе не пропаду.
-Нужно пять человек.
Я иду на встречу с Фалиным.
Понимаешь, я не могу одна пойти.
-Ну что я, родственников приведу?
Возьмите Антонова и Плющева,
я не могу, Лариса Владимировна.
-Ну куда ты? Куда ты едешь?
Не надо никуда...
-Мне нужно эту машину
до вечера разгрузить.
Иначе Хлебников меня ведь
под кубик отрихтует.
-Марат, ну хоть ты со мной?
-Лариса, ты у меня такая красивая,
когда злишься...
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
-Разрешите?
-Проходите.
-Иван Андреевич, у нас сложная
ситуация. Посмотрите?
-Что случилось?
-Алдонин. Боюсь ошибиться в диагнозе,
но ситуация, мне кажется, серьезная.
-Ну что ж, давайте посмотрим.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Секунду.
Слушаю.
-Слышь, Хлеб, потолковать надо.
Накладочка вышла с Кириллом.
-Где и когда?
-В ресторан приезжай, перетрем.
-Сейчас буду.
-А как же Алдонин?
-Вернусь - посмотрю.
-Ну что? Как у нас дела?
ЗВУКОВЫЕ СИГНАЛЫ
-Клапан обратного выдоха не подходит.
-Как это?
У меня тоже.
-Сейчас принесу нужные клапаны.
-Неси скорее!
-Вот на хрена вы его так отоварили?
Как мне теперь с Хлебом
краями разойтись?
Я ж предупреждал, мне с ним
договариваться надо, а не воевать.
-Да это не мы. Это Захар.
-Послал бог сына...
Одни убытки.
Хорошо, что пришел, Хлеб.
Садись, потолкуем.
-Накладочка, значит, говоришь, вышла?
А как тебе такая накладочка?
УДАРЫ
УДАР
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Ох ты!
Случайно, не бить меня пришли?
-Случайно, бить.
Бить, Константин Аркадьевич.
-И это наши врачи.
А мы еще удивляемся уровню
медицинского обслуживания.
Опоздали!
Постарался ваш Хлебников уже.
-Я вижу, все наши договоренности
обнуляются, господин Фалин.
-Ну-ка, ну-ка? Поясни.
-Если еще раз вы тронете
кого-нибудь из моей семьи,
я сама, слышите, своими собственными
руками
подожгу этот ваш проклятый центр.
Хотите войны?
Вы ее получите.
-И можете сдать ваше оборудование
в лом,
потому что ни один врач в этом
городе к вам работать не придет.
А мы это вам гарантируем.
-Лариса Владимировна,
ну, вам же самой это невыгодно.
-Я сама решаю, что мне выгодно.
Если Кирилл останется инвалидом -
тебе конец.
Ходи и бойся.
-Ах, команда!
-Вы сказали, что есть еще полкоробки
клапанов для ИВЛ.
Обратные клапаны для ИВЛ. Где они?
Из предыдущей партии.
Полкоробки.
-Иван Андреевич!
У Алдонина опухоль.
Я уверен.
Вот УЗИ брюшной полости и анализы.
Посмотрите.
-Диагноз верен.
Можно отправлять в онкодиспансер.
-Ему нельзя в онкодиспансер, у него
агрессивная форма, быстрое развитие.
Он просто может очереди не дождаться.
Я вас очень прошу, разрешите
оперировать у нас.
-Есть протокол, порядок.
-Иван Андреевич, я все понимаю.
У меня отца вот так же футболили.
Сначала из поликлиники в больницу,
потом из больницы в поликлинику.
То полис не тот, то прописан не там.
Потом поставили диагноз. Определился
он в очередь на операцию...
И не дождался.
-Соболезную.
Ну хорошо, звоните в "девятку",
онколог должен быть на операции.
-Звонил. Здесь уже онколог.
В красной зоне на ИВЛ лежит.
-Кто ж тогда будет оперировать?
-Антонов. У него опыт есть.
Я точно знаю.
-Отличный выбор.
Только я не могу ему приказывать.
-Ну, я имею право с ним поговорить?
-Так...
Есть.
-Очень надо.
Я заплачу. Вот.
-Убери.
-Извини.
Просто ты лучший.
-Я знаю.
А чем тебе так дорог этот Алдонин?
-Отец у меня очень батончики любил.
Болел очень сильно.
Все просил: "Сень, привези
батончики".
А у меня то дежурство,
то у младшей зубки режутся.
Замотался, короче.
А когда приехал, купил...
...он уже остыл. Отец.
-Телефон дай.
Лидия Анатольевна,
готовьте операционную.
Хлебников нас с тобой
не расстреляет?
-Кир, как ты?
Боже, что они с тобой сделали?
Ты, главное, не двигайся.
Я так испугалась, когда узнала...
Никого слушать не стала -
и сразу к тебе.
Это я виновата.
Ты ведь меня вчера проводить хотел,
помнишь? А я, дура, отказалась.
И ничего бы такого не лучилось.
А я, понимаешь... я не знаю,
что на меня нашло.
Оксана про тебя спрашивала,
а я разозлилась.
Ты не подумай, что я ревную.
Нет, ревную, конечно,
но это не главное.
Главное, чтобы ты был жив и здоров,
понимаешь?
Кир, а тебе не холодно?
Может, пледиком накрыть?
Кир...
Кир, что с тобой?
Кирюша!
-Я вообще в туалете был.
-Идиот.
Какой же ты идиот!
-А!
И я рад тебя видеть.
-Я больше не могу!
-Нашла клапаны. Разбираем.
-Начинаем.
Скальпель.
Разрез.
Сушим.
Зажим.
Сушим.
Отведи большие ткани.
Сушим.
Угу.
Вижу опухоль.
Что делаем?
-Начинаем мобилизацию желудка.
-Верно.
Держим.
Скальпель.
Вот мы ее отсюда...
Вот сюда.
И вот здесь нежно.
Очень нежно... вычленяем.
Сосуд дай перерезать.
И...
И... вот она.
ТЯЖЕЛО ВЗДЫХАЕТ
-Считай, что у Алдонина сегодня
второй день рождения.
А ты молодец, Семен.
НЕГРОМКО ПОХРАПЫВАЕТ
-Сволочь же ты, Сергеев.
Понимаешь, какое дело, Владлен...
А ведь меня могли там убить.
А я без мужа, получается.
Без защиты.
Ты думаешь, мне не нужна защита?
Правильно думаешь.
Но иногда так хочется, чтобы
кто-нибудь тебя защитил.
Так хочется...
просто быть бабой,
которую любят,
за которую боятся.
Хочется быть замужем.
"За", а не "вместо".
Хочется и самой любить.
Вот такая вот ерунда получается.
Столько лет прожили...
Ты бы заплакал обо мне?
Спи, Владик.
Ты не бойся, я с тобой.
Каждый платит по своим счетам.
И я плачу.
Мы два сапога - пара.
СМЕХ
-Вот смотри, еще классный мем!
СМЕХ
-А ты помнишь мем про собаку,
которая идет и пузо волочит по земле,
потому что у нее маленькие лапки.
-Ага, бедняжка. Смешно и грустно.
-А давай мы тоже с тобой прикольный
видос снимем?
Про пациента, у которого мгновенно
отрастает ампутированная нога.
-Да ну тебя!
Теперь всю жизнь смеяться будешь?
-Нет, прости, не буду.
Мне правда приятно, что ты обо мне
беспокоишься.
-Ванечка, ну, как ты?
-Ничего.
-Дед, смотри.
-Что это?
-Как что?
Я твою чудо-яблоню
в Инстаграм запостил.
Ты посмотри, сколько лайков.
Сечешь? Это круто.
-Угу.
-Многие даже не верят.
Хотят приехать посмотреть. Можно?
-Так, родственники, заканчиваем свой
визит. Больному нельзя утомляться.
-Пока.
-Пока.
-Сейчас успокоишься, уснешь,
а потом мы обо всем поговорим.
-О чем разговаривать?
Надо звонить в полицию!
-Уже позвонили.
-И что, найдут?
-Будут искать.
-А будут?
Ваня...
Ваня, что с тобой?
Ваня, ты, что виделся с этими людьми?
Ты с ними дрался?
-Маша, пожалуйста,
выслушай меня спокойно.
Кирилла больше никто не тронет.
-Это из-за тебя?
-Это все из-за нового корпуса
больницы.
-Что?
-Из-за какого корпуса, Ванечка?
Где твоя работа? Где наш сын?
Я не понимаю.
Что такого важного в этом, что можно
рисковать собственным сыном?
Разве это того стоит?
-Я такого не говорил.
Как тебе объяснить?..
Есть какие-то вещи, которые я
как мужчина не имею права уступать.
Я не говорю, что наш сын должен
за все расплачиваться,
но если я уступлю, ему придется
расплачиваться всю жизнь.
А ему завтра в этом городе жить.
А вот как ему жить,
решается сегодня нами.
Не бойся ничего.
Я с тобой.
-Все, Леся, пойду я спать.
Спать, спать, спать.
Спать.
Гербарий не забудьте.
-Ничего себе!
Что это?
А когда ты успела сделать,
я чего-то не помню...
Ух ты!
-С утра сюда Таньку налажу,
а ты - сразу после школы. Понял?
И смотри у меня,
дедушку не расстраивай!
-Понят, понял, ба!
-В телефон не смотри,
когда с бабушкой разговариваешь.
-Ну и что теперь?
Дежурить как служба безопасности,
чтобы этого солдафона никто пальцем
не тронул?..
-Может, и так.
-А твой?
-Ему хорошо, он набрался коньяка.
Видимо, до субботы будет спать.
-Может, ко мне?
-А знаешь, Марат,
а ведь я была в него влюблена.
-В кого? В Сергеева?
-Смеешься.
В Хлебникова.
-Да ты что?
-Представь себе.
Когда он появился у нас в доме,
я еще совсем девчонкой была.
Но я сразу поняла, что это
настоящий мужик.
Когда он вошел, от него повеяло
такой силой и покоем...
-Извини, не заметил.
-Это потому что у него сейчас нет
покоя.
-А сила есть?
-Даже не сомневайся.
-Ну и как ты с сестрой-то?
-А я что?
Я ж говорю, я девчонкой была.
-Ну, сестре-то не забыла.
-Не забыла.
И вообще, я зла.
И злопамятная.
Так что, Маратушка, не зли меня.
-Иван, пойдем?
Серия 20
-Ну, давай, давай, покажи характер,
песик! Покажи! Ты же боец, давай!
Зубы покажи, покажи! Давай!
-Не дразните собаку!
Она вас покусает!
-Заткнись, мужик!
Пес такая же тряпка, как и ты!
Ни бе ни ме.
-Сами будете виноваты.
Что вы делаете?
-Ну, псина, что очкуешь, а?
Сдулся, боец? Сдулся?!
РЫЧАНИЕ, ЛАЙ СОБАКИ
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-На Садовой собака цапнула,
задела артерию.
Жгут наложили, но крови потерял
очень много. Ну, и потерял сознание.
-Быстро анализ крови на биохимию,
клинический.
С Садовой везли?
-Ага.
-Две больницы по пути.
Зачем к нам-то?
-Ну а куда еще его с такой
раной-то, чтоб точно справились?
Здесь лучший хирург на весь город,
вся скорая об этом знает.
-Иван Андреевич, анализы готовы.
-Собака артерию задела.
Большая кровопотеря.
-Когда?
-Минут 40 назад.
-И чего ждем? Готовим операционную.
-Лучшего хирурга назначайте
и лучшие условия.
Если что-то нужно для операции,
только скажи. Все, я здесь, у вас.
К вам только что парень поступил.
Где он?
-Минутку подождите.
Сейчас закончу и отвечу.
-Все, закончила. Теперь отвечай.
-Что вы себе позволяете?
-Еще слово не по делу -
и я тебе башку проломлю.
Сама станешь пациентом травматологии.
Куда идти?
-Вторая операционная.
Посторонним нельзя!
-Ага.
-Полиция?
Приезжайте скорее.
У нас тут бандитское нападение.
Полный беспредел.
-Здесь подождите!
-Вы что?! Не... Немедленно
выйдите, здесь не место посторонним!
-Я не посторонний, я отец!
Что с ним?
Скажи, что с ним? Если все нормально,
я уйду.
-Ситуация тяжелая, но все в порядке.
Готовим операцию.
Оперировать будет лучший хирург -
Иван Андреевич.
-Кто?
-Хлебников Иван Андреевич.
-Слава, иди сюда!
Отсоединяй все, что можно,
я увожу сына в другую больницу.
-Подождите! Вы с ума сошли?
Какое "разъединяй"?
У нас операция через пять минут!
-Хлебников моего сына оперировать
не будет!
-Это тебе что, ларек на рынке?
Разборки в больнице устраивать?!
Руки убрал!
-Подожди.
Это мой сын.
-И что?
Ты что, хочешь крутизну свою
показать или сына спасти?
-Второе.
-Тогда выгоняй своих быков
и сам уходи немедленно.
-Уже ушел. Только сына заберу.
-Чего?
-Хлебников моего сына оперировать
не будет. Увозим!
-И? Пусть не Хлебников,
у нас другие хирурги есть.
-Да какая разница?
Да вы все здесь под ним ходите!
Увози, я сказал!
-Стоять!
Что с ним?
-Порвана артерия.
Пес разорвал.
Большая кровопотеря,
вот-вот начнется операция.
-Напрасно я тут кипячусь.
Решение, конечно, правильное,
хорошее. Давайте увозите.
Что стоите, мнетесь? Босс дал
команду? Дал. Давайте увозите!
-Объясни, что происходит?
-Значит, ситуация с твоим сыном -
хуже некуда.
Если честно, шанс спасти его
с гулькин нос.
И если ты сейчас увезешь его,
то ты нам не испортишь статистику,
и вся ответственность за его смерть
будет не на нас, а на тебе.
И еще.
Такая операция - это профиль
Хлебникова.
И хирурга такого уровня
в нашем городе нет,
а в стране - раз-два и обчелся.
Забирай!
-Так, понял, уже бегу.
-Не бегите, Иван Андреевич.
-Что значит "не бегите"?
-Не нужно вам сейчас в операционную.
-Что случилось?
-В операционной Фалин!
Думаю, вам не надо с ним встречаться.
-А что Фалин делает в операционной?
-Это его сына привезли!
Это ему вы будете делать операцию.
Фалин ворвался с охранниками
и сказал,
что не позволит вам оперировать
своего сына,
и хочет увезти его в другую больницу.
Лариса с ним разговаривает.
-Так какие проблемы? Пусть увозит!
Полицию вызвали?
-Да! А может, Плющев?
Он сегодня дежурный хирург.
-Представляю, что сделает Фалин
с Плющевым,
если что-то пойдет не так.
Вы идите. Я через пять минут
буду в операционной.
Инга, дайте мне собраться с мыслями.
-Хорошо.
-Хорошо, пусть Хлебников,
но только сейчас, немедленно!
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
Где ваш Хлебников?
Пусть приступает!
-Он в кабинете, он думает.
-Он что, охренел,
этот ваш Хлебников?!
Он же врач, он же клятву давал!
За мной! Я сейчас с ним поговорю.
-Стоять! Оставьте нас двоих. Быстро!
Товарищи полицейские, вам сюда!
Что же вы так долго?
Тут настоящие головорезы свои правила
устраивают, а вы только приехали!
Угрожали, без разрешения,
без халата - в операционную!
С улицы - в чистую операционную!
-Женщина, где эти ваши преступники?
-Вы что, не слушаете?
В операционную пошли!
-Где у вас операционная?
Пальцем покажите или проводите.
-Проводить не могу,
мне одного раза хватило.
-Я провожу.
-Стой здесь.
Меня ж надо охранять.
Мало ли что?
Значит, прямо по коридору,
второй этаж, направо,
налево по лестнице.
Все-таки есть высшая справедливость,
есть.
Пришел из себя весь такой.
Думал, Бога за бороду поймал.
Кирилла избили, представляешь,
и думали, что им все сойдет с рук.
А теперь этот Фалин
у нашего Хлебникова
в ногах валяться будет,
лишь бы тот операцию сделал.
Знаешь, что я скажу? Знаешь?
Правильно! Поделом.
Бог все видит. Все!
-Чайку?
-Давай.
-Инга, это что такое?
-Сына Фалина привезли,
и сам Фалин приехал.
-Он же отморозок.
Он убьет Хлебникова,
если что-то не так пойдет.
-Вы думаете, я не понимаю?
Вы же знаете Ивана Андреевича.
Он ничего не боится.
-Идем.
-Так, территорию больницы покинули!
Не поняли, что ли?
На выход! Побыстрее!
-Субординацию придерживай, сержант.
Наш хозяин с твоим начальником
не разлей вода.
Так что шел бы отсюда
подобру-поздорову.
-Так, руки подняли, быстро!
-Бестолковый какой-то.
Константин Аркадьевич, можно
на минуту? Тут полиция подъехала.
-У меня сын на операционном столе.
-Руки поднял - и на выход!
-У меня времени нет разбираться.
Этот, кажется, упертый.
Берите этих пионеров
и дуйте на выход.
Ждите меня там.
-Понял, босс.
Сам же сказал - "на выход".
Пошли на выход.
Пошли, пошли.
-Иван Андреевич!
Тут, говорят, ситуация сложная.
Я все понимаю, но в операционной
вас ждет тяжелый пациент.
ВЗДЫХАЕТ
Может быть, вам нужно персональное
приглашение?
Вот я, вот персональное приглашение.
Пойдемте.
-Я не готов.
-Я понимаю вас, Иван Андреевич.
Звучит банально, но я вас понимаю.
Но в то же время сейчас я вас совсем
не понимаю. Как врача не понимаю.
Этот парень в операционной,
да, он негодяй, беспредельщик,
но если он умрет, у него не будет
возможности измениться, стать лучше.
Кто знает, может быть, после этого
события он взглянет на жизнь иначе.
-Нонна Вахтанговна,
если бы все было так просто,
я бы уже давно стоял за столом.
-Тогда объясните, Иван Андреевич,
я не понимаю.
-Я сейчас не врач. Я отец сына,
которого избил этот подонок.
И каждую минуту, пока он будет лежать
передо мной, я буду помнить,
что этот человек
причинил моему сыну боль.
Вы думаете, я с такими мыслями
имею право брать скальпель?
Думаете, у меня есть шанс
сделать хорошо операцию?
Оперировать будет Плющев.
Извините, мне нужно пройтись.
-Если ты действительно думаешь
заставить Хлебникова
сделать операцию, давай действуй,
как привык,
и тогда сына ты точно убьешь.
-Пусть начинает операцию.
Я его пальцем не трону.
-Он сделает, только ты не лезь,
а то все испортишь.
-Если я только все испорчу, найди
того, кто его уговорит, пожалуйста.
-Я знаю такого человека.
-Ну так зови быстрее!
-Только не ори! Не надо никого звать.
Я сама с Хлебниковым все решу.
-Ну решай быстрее!
-Э, нет, Фалин, так дела не делаются.
Если ты хочешь, чтобы я помогла тебе,
помоги и ты мне.
-Не тяни резину, давай выгладывай.
-Директором Реабилитационного центра
ты назначишь моего мужа,
главврачом - Плющева.
И все пациенты нашего ЦКБ
лечатся в центре бесплатно.
-Договор.
-И еще.
Про Хлебникова ты забываешь.
Навсегда.
Ты с ним в расчете. Так?
-Зови уже Хлебникова.
-Сначала скажи, так?
-Так, так. Зови быстрее!
-Хорошо.
Смотри, ты обещал.
-Привет.
-Привет.
Как дела?
А-а... Что-то случилось?
-Хочу услышать твое мнение.
Сейчас в операционной лежит человек,
которого, если бы я встретил на войне
или просто в подворотне...
-Убил бы?
-Рядом с ним его отец.
Страшный человек, способный на все.
-М-м...
Поэтому ты не решаешься назначить
другого хирурга на операцию?
-Если пойдет что-то не так,
он дотянется до любого.
ТЯЖЕЛЫЙ ВЗДОХ
-Ну, тогда ты сам должен встать
к операционному столу
и спасти ему жизнь.
-Или не должен?
Я ведь могу просто потянуть время
и ничего не решать.
-Инга!
Где Иван Андреевич?
-Я не знаю. Что там?
-Дорога каждая минута,
пора оперировать.
-Я не знаю, где он.
-Так, не раскисаем.
Иди, готовь пациента к операции.
Хлебников появится обязательно.
Поняла?
-Да, поняла.
-Лара!
-Я прощу тебя сегодня,
если ты напьешься от счастья.
-От какого счастья?
Все на ушах стоят.
Фалин своих бандитов нагнал,
чуть до стрельбы не дошло.
-Не дойдет, не переживай.
Я только что договорилась с Фалиным,
что ты будешь директором
Реабилитационного центра.
-При чем тут директор центра?
Хлебников не собирается этому
отморозку операцию делать
из-за Кирилла.
-Сделает.
А в обмен ты получишь пост директора.
-Как ты с Хлебниковым договоришься?
Он же упертый, как баран.
-Ох, Сергеев, ни хрена ты
в людях не разбираешься.
Не нужно с Хлебниковым
договариваться, не нужно!
-Объясни.
-Хм...
Элементарно, Сергеев.
Он человек долга.
Пострадал, помучился,
но оперировать будет все равно.
Хоть врага своего, хоть черта лысого.
Ну, натура у него такая, он сам
с собой ничего не может сделать.
А я, между прочим,
даже пальцем не пошевелила,
а назначение у тебя в кармане. М-м?
-То есть ты пообещала Фалину,
что его уговоришь,
а на самом деле дала время Хлебникову
принять единственное
для него решение?
-Цени, Сергеев,
какой алмаз тебе достался.
И будь благодарен по гроб жизни. М-м!
-Я когда-то разделил людей
на плохих и правильных.
Плохие люди делают то, что им
хочется, то, что им удобно.
Они лгут, воруют,
творят всякие бесчинства.
А оправдывают себя тем, что -
ну, это жизнь такая.
Власть!
Так сложились обстоятельства.
А есть другие.
Правильные люди.
Которые отличаются от плохих тем, что
в любом случае они не сводят счеты.
Они проявляют...
Как же это слово-то?..
Старое слово, мало кто использует,
на букву "б".
М-м...
-Какое?
-Благородство, папа.
Я всегда верил в то,
что я, мама и ты - мы относимся
к правильным людям.
-Спасибо тебе.
-Хм! Обращайся.
Чем смогу, помогу.
-Мне это пригодится, сын.
-Удачи!
-Перекладываем на стол, готовим
к операции, готовим наркоз.
Посторонние на выход немедленно!
-Потерпишь.
Я хочу видеть, что происходит.
-Я сказал, на выход!
-Ну, не доверяю я тебе.
Чего непонятно?
Не уйду, пока сам все не увижу.
-Значит, сейчас сам встанешь за стол
и будешь делать операцию.
-Подожди.
-Что?
-Спаси сына.
Пожалуйста.
-Сделаю все, что возможно.
Готовимся.
-Ну, что тут у вас?
-К нам поступил сын Фалина,
это он избил сына Хлебникова.
За ним приехал сам Фалин.
Оперировать должен Хлебников.
-Вот страсти у вас тут...
А ты знаешь, что Фалин и Хлебников
в юности были друзьями?
-Нет.
-Любопытно, да?
А что Хлебников?
-Сперва отказался, назначил Плющева.
Но потом согласился.
Только что начали операцию.
-Плющева побоялся подставить.
Ваня, Ваня! Всегда потрясался
этому человеку, я бы так не смог.
-Идем?
-Идем куда?
-Фалин с охраной еще здесь.
Операция не закончилась,
и чем закончится - неизвестно.
-Неизвестно.
Но раз неизвестно,
зачем куда-то идти?
Не вижу пока повода вмешиваться.
-А когда увидишь?
Когда Фалин его убьет?
-Не драматизируй.
Фалин - не сестра милосердия,
но средь бела дня в больнице
устраивать пальбу -
даже для него перебор.
-То есть просто подождать,
пока чего не случится?
-А почему бы нет?
Ты же умница, Эльвира Рафаэльевна.
Зачем вмешиваться туда,
где и без нас хорошо, верно?
Вот и я пока думаю, что незачем.
Давай просто понаблюдаем со стороны?
Кофейку?
Давай-давай, давай.
-Снимаем жгут.
Делаем ревизию раны.
Сушить.
Еще сушить.
Зашиваем артерию.
Стоп.
У нас тромб.
-Значит, слушаем сюда.
Как выглядит хирург, помнишь?
-Помню.
-Сидите и ждете.
Если я позвоню и дам команду,
идете в операционную,
забираете хирурга.
-Который Хлебников?
-Который Хлебников.
Быстро и тихо забираете его,
сажаете в машину и увозите.
-Босс, но там люди, больница же.
-Я поэтому и сказал - быстро и тихо.
Понятно?
-М-м...
Сидят, ждут, бандиты!
Ну, вот куда полицейские уехали?
-Сделали свою работу - выгнали этих
и уехали. Они ж не няньки.
-Ну, и забрали бы с собой
этих головорезов.
Чего они их оставили?
А если они опять сюда ворвутся?
-Да что полицейские могли сделать?
Это же не пикет разгонять.
Можно и ответочку схлопотать.
-Ну, они полиция или где?
Задержать, документы проверить,
на 15 суток в кутузку посадить.
Ну, в конце концов...
ТЯЖЕЛЫЙ ВЗДОХ
Эх, мужики, все вам надо объяснять.
-Это что?
-Ну, извини, пистолетов не держим.
Ну, если они сюда ворвутся, ты
чем будешь защищаться, руками?
-Ну, я рассчитывал...
-Ты рассчитывал.
Ты рассчитывал,
а я подумала и подготовилась.
Держи.
Все не с пустыми руками будешь.
-Пинцет.
Надо его поймать.
Поймал.
Кровотечение?
-Кровотечения нет.
-Два кубика гепарина внутривенно.
Зашиваем.
Инга.
-Да, Иван Андреевич?
-Здесь закончишь, сходи к его отцу,
скажи, что все в порядке.
-Хорошо, Иван Андреевич.
-Ну вот... печенье твое любимое.
Йогурты на завтрак.
Витамины.
Все, как полагается.
-Мам, здесь вкусно кормят.
-Ну а что, мама тебя дома
плохо кормит?
-Нет.
-Ну, вот. И не спорь со мной.
И вообще, как можно эту больничную
еду есть? Я не понимаю.
-Хорошо, я не буду с тобой спорить.
-Вот это правильно.
Ну, как ты здесь?
М? Скучно, наверное,
и поговорить не с кем?
-Ну, почему не с кем?
Ко мне коллеги заходят.
Ты вот.
Папа сегодня приходил.
-Папа?
Давно ты так отца не называл.
-Да?
Я даже не заметил.
Ладно. А-а...
-Что, что?
-Что там у нас?
Спасибо.
-Кушай.
О чем поговорили?
НЮХАЕТ
-М-м-м...
Да так. Ни о чем.
Он попросил совета, и я ответил.
-Совета, у тебя?
-А что? Сын не может дать отцу
хороший совет?
-Ну почему же?
И что, и вот он прям послушал,
и вы не поссорились?
-Мама, перестань, пожалуйста.
УСМЕХАЕТСЯ
Мы хорошо поговорили.
Довольна?
-Довольна.
Слушай...
-М?
-Знаешь, я вот подумала,
может быть...
-Чего?
-Может, втроем куда-нибудь сходим,
как раньше? М?
-Слушай, но я ведь даже не знаю,
когда меня выпишут.
-Ой, да, да, да.
Ну...
Ну, когда выпишут, ты не против?
-Не против.
Но есть одно условие.
-Какое условие, Кирюш?
-Никакого концерта
классической музыки, мам.
СМЕЕТСЯ
-Обещаю, ни ноты, ни звука
классической музыки не будет.
-Мам.
ВЗДЫХАЕТ
-Да, кофеек у вас здесь неважный.
-Привет, Сереж.
-Привет.
-Здравствуйте...
-Эльвира Рафаэльевна.
-Да-да, Эля, я помню.
Вы же зам моего мужа, так?
-Угу.
-Да. Я в этой больнице, как родная.
Как будто сто лет здесь работаю.
-Для ста лет вы хорошо выглядите.
-Черт, с языка сорвала.
Маш, я бы сказал - сногсшибательно!
-Благодарю, это все гены.
А вы не видели Ваню?
-Ваню?
-Ивана Андреевича, конечно.
Это я по привычке.
-У него сегодня, кажется,
операция сложная.
Эльвира Рафаэльевна, она надолго?
-Да.
Сегодня, вероятно, допоздна.
-Допоздна.
-Поняла, ну ладно.
Ничего, я позже позвоню.
-Угу.
-Всего доброго.
-Пока.
-До свидания.
Скажите, пожалуйста...
Мужа!
-В какой-то степени да.
А что, может, они сошлись на почве
общей заботы.
-Кирилл?
-А тебе что, не понравилось,
что Маша вспоминает про бывшего мужа?
-С чего это ты взял?
Чушь какая-то.
Мне-то какое дело?
-Действительно, какое?
Эль, я не рентгенолог, но людей
насквозь вижу. Не заигрывайся.
Я тебя просил помогать Хлебникову,
а не спать с ним, да?
И держать руку на пульсе.
Ну-ну-ну-ну. Не будем хмуриться.
Не будем зарабатывать морщинки.
Ну что, я заеду вечером?
-Ну, как там?
-Ну...
Нормально.
-Все-таки неправильный путь
вы выбрали, Инга.
-Это ты о чем?
-Ну, вы постоянно подменяете
медсестер, работаете внеурочно,
заменяете их, а ведь ставки
очень маленькие.
Инга, вы не заработаете на мне
всех денег.
Ну не заработаете.
-Дурак вы, Кирилл Иванович.
В кого только, не понимаю.
Что с тобой, хлопот много?
Пациент не капризный, не тяжелый.
Так что мне проще самой за тобой
присмотреть.
Коллеги, как-никак.
-А-а-а!
А если я стану капризным и тяжелым,
вы что, бросите меня, коллега?
-Кажется, кто-то идет на поправку -
шутка на шутке уже.
И что же вас так развеселило,
Кирилл Иванович? Рассказывайте.
-Ну, я не знаю...
-Вспоминайте, вспоминайте, пациент!
Сейчас выясним, что за лекарство
вы приняли,
и пятерную дозу пропишем
для скорейшего выздоровления.
-Ну, хорошо.
Так, ну, я проснулся, позавтракал.
Затем...
Пришел мой отец.
-Иван Андреевич?
-Да.
И мы с ним поболтали.
Затем пришла моя мама,
она принесла мне печенье и апельсины.
Все.
-Думаю, я знаю, в чем причина.
-Ну, неужели в апельсинах?
-В точку.
Как лечащий врач, выписываю вам
принимать их три раза в день...
По одному килограмму за раз,
не меньше.
-Доктор, но мне нужна будет
в этом помощь,
ведь прием апельсинов -
это весьма сложная процедура.
Боюсь, без вашей помощи
я не справлюсь.
СТУК В ДВЕРЬ
-Можно, Иван Андреевич?
-Конечно, Нонна Вахтанговна.
Заходите.
-Не то чтобы я приветствовала
некоторые...
привычки.
Но все же.
Обычно картина несколько иная,
Иван Андреевич.
Покажите вашу руку, правую.
А теперь левую.
Непорядок.
У вас сегодня был тяжелый день.
Вы заслужили.
-Нонна Вахтанговна!
Спасибо.
Спасибо!
Секундочку.
-Иногда думаешь:
какой же тяжелый день,
никогда ничего тяжелее не было,
лишь бы его пережить,
а потом легче будет,
потому что куда уж тяжелее, да?
А потом раз - и опять
самый ужасный день.
За что, я вас спрашиваю?
За что?
-После армии думал: ну, подумаешь,
гражданка, чего я только не видел.
Все остальное пустяки,
с закрытыми глазами справлюсь.
-И?
-Хренушки!
Как я жестоко ошибался.
Впрочем, я вас перебил, извините.
-Ничего страшного.
Знаете, что я поняла, Иван Андреевич?
Это правильно. Так и должно быть.
Самый тяжелый день
всегда должен быть впереди.
Потому что если ты его уже прожил,
то получается,
что самое интересное
ты уже видел и сделал.
Получается, главное, что ли, позади?
Я с этим не согласна.
И мне кажется, что вы разделяете
мой подход, не так ли?
-Так точно!
-Вот и тост готов.
Так выпьем, дорогой Иван Андреевич,
за...
СТУК В ДВЕРЬ
-Иван Андреевич, у нас ЧП!
В реанимации.
-Иду.
Извините, Нонна Вахтанговна.
-Ну что за люди?
Святое, выпить коньяк в конце
рабочего дня, и то не дают.
-Мы его просили выйти,
а он нас посылает.
-Хорошо, я разберусь.
Постойте здесь.
Это реанимационное отделение.
Не персоналу здесь находиться
запрещено.
Будь добр, выйди.
-Ну, раз запрещено...
выгони меня.
Попробуй.
-Посмотри на меня.
Костя, посмотри на меня.
В этой, равно как и в другой
больнице, есть человек,
которому все беспрекословно
подчиняются.
И неважно, кто эти люди.
Бандиты, торговцы на рынке,
президенты, начальники.
Подчиняются не потому,
что он самый сильный и наглый.
А потому что именно от него
зависят жизнь и здоровье людей,
которые здесь находятся.
Этот человек - врач.
Если ты здесь, будь добр делать то,
что тебе говорят.
А теперь выйди.
-Иван Андреевич, все в порядке?
Может, нужно было полицию позвать?
-Вот что мы делаем.
Больному цетофаксим, промидол,
вечером повторить.
И заглядывайте к нему почаще.
Если что, звоните мне.
Хорошо?
-Поняла.
-Константин Аркадьевич, едем?
-Пока нет.
Вот что.
Пойдешь в больницу и найдешь там
этого Хлебникова.
-Иван Андреевич Хлебников?
-Что вы хотели?
-Константин Аркадьевич Фалин
просил вам передать.
-Что это?
-Подарок.
Виски.
15 лет выдержки, лучший в городе.
В общем, спасибо вам
от Константина Аркадьевича.
-Давай ты сам его выпьешь?
-Как же? Подарок.
-Очень просто.
Оставь себе.
Никто не узнает.
-Вик, давай поговорим.
-Пожалуйста, дай пройти.
-Дай мне минуту.
Пожалуйста, минуту.
-Угу.
Хорошо, говори, у тебя ровно минута.
ВЗДЫХАЕТ
-Черт, я так не могу.
Ты понимаешь, что это очень важно
для меня?
Для тебя.
Для нас, в конце концов.
-Нет никакого "нас", Никита.
Закончится эпидемия,
снова у каждого будет своя жизнь.
Ты со своей женой, а я...
Я с Вадимом.
Надо просто признаться себе
в этом
и забыть все навсегда.
-Я не могу и не хочу забывать.
Я не могу тебя забыть.
-Ничем не могу помочь.
-Врешь.
Мне врешь.
Себе.
-Почему вру?
-Потому что ты делаешь вид,
что все в порядке.
Но на самом деле все не так.
Я думаю о тебе постоянно,
круглосуточно.
И ты говоришь,
что это ничего не значит?
Разошлись и забыли?
А знаешь, что самое главное?
У тебя то же самое.
У нас диагноз, Вик.
-Может, это ковид?
-Ничего страшного, не будет угрозы
заразиться при контакте.
ПОКАШЛИВАЕТ
-Простите, я, кажется, не вовремя.
-Нет, я как раз уходила.
-Вика, я как раз к вам.
Вашего Вадима к нам везут.
У него тест положительный.
Серия 21
-Ответили, Ксюша!
У тебя будет просмотр в "Мариинке".
Я бегу за билетами.
-Мама!
-Боишься? Да не бойся! Мы их порвем!
Иди ко мне, моя умница.
Ах!
-Мама...
-Что такое?
Что? Ну-ка, покажи мне ногу.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
КРАСНАЯ ЗОНА
Ангелы, ангелы!
-Психология. НЛП, девочки.
Отзеркаливание, подстройка, игра.
-По-моему, это какой-то бред.
Вы уж извините.
-Жалко, не на ком продемонстрировать.
-Когда? Нет.
Хорошо!
-На коллегах нельзя, неэтично.
-А было бы этично,
они бы прямо все побежали!
-Ну, хороший мужик сейчас
избалованный пошел.
Перелюбленный. Переборчивый.
То ли дело - восточный мужчина!
-Здравствуйте, коллеги.
-Здравствуйте.
-А вы врач?
-Да, я ортопед.
-Ну, нам пока услуги ортопеда,
к счастью, не требуются.
-Слава богу.
-Скажите, откуда у вас
такие прекрасные фрукты?
-А, это из солнечного Тбилиси,
спецдоставка.
-А вы к кому?
-Так, а почему у нас посторонние
на посту?
Олесь, давай в смотровую.
-А как вас зовут, вы сказали?
-Я не говорил. Давид Вахтангович.
-Держу.
-Мне тоже очень приятно.
-Интересно.
-Коллега, я тут проездом. Еду
на конференцию по ортопедии в Москву.
Здесь я должен встретиться
с доктором Туридзе.
Вы разрешите осмотреть пациентку?
-Доктор наук, заведующий отделением
ортопедии спортивных травм. Нет.
-Но мне кажется, мой опыт
может быть полезен.
-Врач здесь я, и ответственность
за пациентку несу тоже я.
-Доктор, я вас очень прошу,
я вас очень прошу!
Мы должны использовать любой шанс.
Я вас очень прошу! Ну?
-Спасибо. Разрешите.
-Ай.
-Вы такая терпеливая.
Я знаю, как это больно.
-У меня каждый день что-то болит.
Это же балет.
Ай!
-Нужна госпитализация.
-Да? Ну, конечно!
-Кровь и ЭКГ.
-Давид?
-Да?
-А как вас по отчеству?
-Для вас - просто Дато,
очаровательная...
-Оксана.
-Оксана, очень приятно.
-Мне тоже.
-Вы сказали, вы на конференцию
приехали?
-Да, еду на конференцию в Москву.
Вот, решил заехать
в ваш прекрасный городок.
Ведь тут самые красивые девушки.
-Ой.
-Спасибо.
-Спасибо.
-Какой у вас прекрасный виноград!
-Чиси.
-М-м!
-Кого?
-Это название такое.
Кахетинский виноград.
Очень тонкокожий и очень редкий.
-Тронешь пальцем -
кожица сразу лопнет.
-А я бы хотела попробовать.
-Извини, моя дорогая, но этот
виноград я привез другой девушке.
Но... это вам.
-Так, а к кому в нашей больнице
вы приехали?
-Ох, простите, это вам.
-Ой, спасибо.
-А это вам.
-Благодарю.
-К доктору Туридзе.
У нее телефон недоступен.
Слушайте, девочки, а может, вы
проведете меня внутрь? Сюрприз будет.
-Да, конечно, пойдемте,
я вас провожу.
-Ты уже уходила, а Олесе
нельзя покидать пост.
Так что я вас провожу
к Нане Вахтанговне. Прошу.
-Хорошо, до встречи.
-До свидания.
-До свидания.
СТУК В ДВЕРЬ
-Подпиши, пожалуйста.
-Что это?
-Акты и договоры на новые поставки.
-Так...
Ага.
А что это за цены?
Давай, смотри сюда.
-Видишь цену? Это просто цена в
интернете без всяких оптовых скидок.
И она уже ниже на 10 процентов,
чем твоя. Как объяснишь?
-Ну что тут объяснять?
-Действительно. Ребенку все ясно.
-А ты, если такой
весь у нас принципиальный,
то, может, из наших грязных рук
и помощь принимать не будешь?
-Какую помощь?
-А ты забыл, какую роль сыграла
Лариса в истории с Фалиным?
Она сдерживала его как могла.
Вспомни, чем ты обязан ей. И мне.
-Да я для тебя, дурака, стараюсь.
И для Ларисы в том числе!
Если тебя посадят,
ей что, легче будет?
ЗВУК ОТКРЫВАЕМОЙ ДВЕРИ
-Здравствуй. Я тут по делам,
недалеко. Это что тут?
-А это у нас договор на новые
закупки, но я еще не подписал.
-И правильно. Вы, Владлен Эдуардович,
идите, работайте.
Документики оставьте.
Иван Андреевич их потом подпишет.
Если подпишет.
Как Кирилл?
-Поправляется.
-Ты что такой мрачный?
-Да!..
-Ты кто такой? Ты главврач или где?
Ты что, его обидеть боишься?
Я тебя не узнаю.
-Тут ситуация просто сложная.
-Понимаю, родственник.
-Да не в этом дело!
-Так вот, Вань, ты тут хозяин,
и ты тут можешь установить
свои порядки.
Пока тебя этот хмырь за собой на дно
не утянул. Его вообще гнать пора.
-Да некогда мне этим, понимаешь,
заниматься. Вообще некогда!
Столько позиций надо сравнить,
тендер провести. Это все время!
-Ничего не надо. Есть поставщики
свои, проверенные.
Кофейку нальешь?
Я позавтракать забыл.
-Сосиску в тесте будешь?
-О!
-Лидия Анатольевна, почему
посторонние в отделении?
-А это наш коллега из Тбилиси.
Он ищет доктора Туридзе.
-Лидия Анатольевна, идите работать.
-Работать. Будто я переставала.
У меня 30 лет непрерывного стажа.
-Зачем же вам нужна доктор Туридзе?
-Это секрет.
-А я вам не могу помочь?
-К сожалению, мне нужна именно
Нана Вахтанговна.
-Ну что ж, пойдемте поищем.
-Ну что? Ушел твой благодетель?
-А ты весь в работе?
-Мы лекарства закупать будем?
-Будем, но не по таким ценам.
-Тогда найди сам поставщика.
Тут хоть качество гарантировано.
А у непроверенного возьмешь -
мел получишь.
-Влад, я не хочу для тебя
неприятностей,
но по таким ценам мы закупать
не будем.
Если не хочешь искать поставщика,
возьми у того,
кого предлагает Заславский.
-"Зимфарма"?
-А что смешного?
Но у них же цены
еще выше, чем у твоих.
Зачем же мне Сергей
предлагает невыгодный контракт?
-Ох, Иван, такое ощущение,
что ты с другой планеты.
Может, до тебя наконец дойдет:
твой друг тоже не святой.
-Похоже, Нана Вахтанговна
не очень рада вас видеть.
-Очень рада. Вы видели,
как дернулась ее правая бровь?
-Дато!
Лариса, наверное, уже
познакомились? Братик мой младший.
-Надо же, очень приятно.
Не буду вам мешать, еще увидимся.
-Спасибо вам.
Как я соскучился, моя сестричка.
Сколько же мы не виделись. А?
Ну-ка, покажись. Опять похудела.
-Сам красавчик!
-А, посмотри-ка. Ну?
-О, ты мне чиси привез!
Большой молодец.
-И домашнее вино
дядя Котэ тебе лично передал.
-Нет, я возьму только виноград.
Вино выпьешь без меня.
Небось, наши медсестры
в приемном глазки строили?
-В приемной, да.
Нана, при мне
пациентка одна поступила
с воспалительным процессом ноги.
Я хочу понять, какой у нее диагноз.
-Новообразование левой пяточной
кости. Оперировать будем срочно.
-Да вы что?
Нам сегодня вечером нужно
быть в Санкт-Петербурге.
-Мама, не нервируйте пациентку.
Идите в коридор, придите в себя,
успокойтесь, водички попейте.
-Вы не имеете права.
-Я заведующий этим отделением,
и здесь я имею право на все.
-Я пойду к главному врачу. Понятно?
-Вот и прекрасно, идите.
Пойдемте, я вас провожу,
дорогу покажу. Идите, жалуйтесь.
-А что ваша мама сказала
сейчас про Санкт-Петербург?
-У меня скоро просмотр
в балетную труппу театра.
-Ксения, поверьте, операция
вам необходима. И это срочно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да?
-Вы главврач?
-Да.
-Мне срочно. Мне надо подать жалобу.
-Что случилось?
-Моя дочка поступила в хирургическое
отделение. У нее нога болит.
А заведующий отделением Плющев
в хамской форме
выставил меня из палаты.
-Сколько лет вашей дочери?
-Двадцать.
-Совершеннолетняя
взрослая женщина.
Если Марат Леонидович
считает нужным поговорить
со своей пациенткой без
посторонних, он имеет на это право.
-Я не посторонняя.
-Ну конечно, нет.
Но и для родственников у нас
посещения с 16-ти до 19-ти.
ХЛОПОК ДВЕРИ
-Доктор, вы, вероятно,
неправильно меня поняли.
Но все, что я делаю в жизни,
я делаю для дочери.
-Это похвально.
-Она звезда, вы понимаете?
Она сама мне не простит,
если я позволю
упустить эту возможность.
Я вас умоляю, ну, обколите ее
лекарствами, обезбольте максимально.
А мы съездим на просмотр
и сразу к вам вернемся.
Я в долгу не останусь.
-Решение об операции
будет принимать ваша дочь,
потому что она
уже совершеннолетняя.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Ложитесь, сделаем ЭКГ.
-Да я нормально себя чувствую.
-Конечно, вы и вчера нормально
себя чувствовали, и позавчера.
И в обморок никто чуть не грохнулся.
Показалось мне. Так?
Мы что, дети, уговаривать вас?
-Ну, ладно, ладно.
-Так о чем вы хотели поговорить?
-Нам нужно провести тендер
и выбрать поставщика
медикаментов.
Как вы считаете,
кому это дело поручить?
-Этим Сергеев должен заниматься.
Не думаю, что он кого-то
пустит в свою епархию.
-Сергеев этим больше
заниматься не будет.
-Понимаю вас. Цены его поставщиков,
мягко говоря, завышены.
-Да они у него...
-Спокойно, спокойно.
Вы лежите, молчите, расслабьтесь.
Все, лежите, молчите.
-Заславский велел отстранить
Сергеева от решения этого вопроса.
-Ну и хорошо. Я бы вас
на обследование положила.
-Да ничего хорошего.
У Заславского поставщик еще
в два раза дороже, чем у Сергеева.
-Если Сергей Анатольевич
рекомендует поставщика,
значит, у него есть свой резон.
Например, отсрочка
платежа дольше.
И тогда мы можем провести деньги
следующим кварталом. А то и годом.
-Да, вопрос, конечно, интересный.
Но, Эльвира Рафаэльевна, я принял
решение: мы будем проводить тендер.
-Проводите, в мои
обязанности это не входит.
Что касается вашей кардиограммы.
-К черту мою кардиограмму.
Подумаешь!
ВСКРИК
-Иван Андреевич!
СТУК В ДВЕРЬ
-Прекраснейшая я.
Ой.
Так.
-Ну что? Чижа захлопнула
злодейка-западня?
-Обморок. Давление повышенное.
Кардиограмма ужасная.
Смотрите сами, Нана Вахтанговна.
-Так, дамы, это ложная тревога.
В конце концов, я тоже врач.
-Иван Андреевич,
вы пациент, расслабьтесь.
-И получайте удовольствие.
-У меня такое бывает.
-Бывает, а вы не обследуетесь.
Наморщите лоб.
Откройте рот,
скажите "А".
-А.
-Дрожь в руках беспокоит?
Потеря обоняния?
А в каком году вы родились?
-В семьдесят пятом.
-А ваш сын?
-В девяносто пятом.
Да все со мной в порядке.
-А женились в каком?
-Так, хватит.
-Хватит так хватит. Сразу
на МРТ головного мозга,
ангиограмму и УЗИ сосудов.
-Привет
Принесла тебе суп и пирожки.
-Да что ж такое-то?
-Тебе же неудобно.
-Что поделать?
Я не люблю быть колючим.
-Ладно, давай я. Садись.
Все.
-Круто. Откуда ты
умеешь это делать?
-У меня был дедушка -
полковник в отставке.
Он не мог ходить небритым.
И когда он ослеп, он все
делал на ощупь, а я исправляла.
Ну, вот.
-Кирочка, привет.
М-м, свежевыбрит, как я люблю.
-Это Инга, наш ординатор.
Это - Наташа.
-Его бывшая.
Мы, кажется, учились
на одном потоке.
Ладно, Кирилл, я пойду.
Меня там пациенты ждут.
-Угу.
-Угу.
-Присядем?
Сюда.
Что пришла?
-Да ребята сказали,
что ты в больнице.
Вот, решила тебя проведать.
-Как дела?
-Нормально.
-Как родители?
-Слушай, я...
я вообще с тобой хотела
как с врачом посоветоваться.
-Ну, ты нашла врача, конечно.
Если что-то случилось,
я могу порекомендовать тебе
хорошего специалиста.
-Вообще, не только как с врачом.
Мне нужен совет родного человека,
ну...
Мы же с тобой вроде как...
не чужие люди.
-Извините, я истории забыла.
Передай, пожалуйста.
ХЛОПОК ДВЕРИ
-Так о чем ты хотела посоветоваться?
-Так, ерунда.
Я в туалет.
Не трогай!
-Ты чего?
-Тебя вообще кто учил
по чужим сумкам лазить?
-Наташ...
-Ну что там?
Я их Нарышкиной показывал.
-Да давай уже!
СИГНАЛ КАРДИОМОНИТОРА
Да ведь это же...
-Бывает хуже.
Шестьдесят процентов поражения.
-Слушай, он молодой.
Ты же видела все эти случаи.
Легкие восстанавливаются.
Главное - организм сильный.
-Он вообще легочник.
С детства сплошные бронхиты,
обструкции, воспаления легких.
-Слушай, тебе нужно отдохнуть
пару часов.
Ты целые сутки на ногах.
Не спала, защитку не снимала.
Поспи пару часов.
-Нет, я Вадима не оставлю.
-Я за ним присмотрю.
Для меня самое главное,
чтобы ты была счастлива и спокойна.
А я Вадима не упущу.
-Добрый день, Ксения.
Можно к вам?
-Да. Проходите, Давид Вахтангович.
-Вот, пришел проведать вас.
Как вы?
Все в порядке?
-Угу.
-Вы подумали по поводу операции?
Слушайте, а давайте-ка, я вас
грузинской сладостью угощу. А?
Смотрите, что я вам принес.
Грузинская чурчхела.
-А из чего это?
-Это виноградный сок,
грецкий орех и мука.
-Ой, слушайте, это очень калорийно.
Мне такое нельзя.
-Но здесь натуральные ингредиенты.
Клянусь, никакой химии.
-Слишком много углеводов.
-Вы должны это попробовать,
Ксения.
В магазине продают не то. Знаете,
как готовится настоящая чурчхела?
Это безумно вкусно. Сказка!
Берется, значит, грецкий орех,
нанизывается на ниточку,
а виноградный сок
вываривается в огромном чане.
И все это происходит на улице.
Люди, праздник, смеются,
обнимаются, танцы.
Потом берется эта нитка
с грецкими орехами
и много раз макается в этот чан.
А потом сушится на солнце.
Настоящая чурчхела мягкая,
сочная и безумно вкусная.
-Слушайте,
вы так аппетитно рассказываете.
Я вспомнила,
как я в детстве не могла понять,
почему все дети любят мороженое.
Мне казалось,
что это какая-то гадость.
Оказалось, моя мама
замораживала натуральный йогурт
и мне говорила,
что это и есть мороженое.
Ну, я тогда только поступила
в школу балетную.
Знаете, я вот думаю...
что я буду делать без балета?
Ну, я просто больше ничего не умею.
Если случится самое ужасное...
-Ксения, посмотрите за окно.
Мир огромный, полон возможностей.
Разве он состоит только из балета?
-Мой - да.
-А может быть,
для вас это возможность понять,
что мир гораздо больше,
чем сцена и станок.
Может быть, вам надо
попробовать что-то новое?
Начать с чего-то. А?
-Да, давайте начнем с чурчхелы.
-Пробуйте. Давайте, это все ваше.
Пробуйте.
-Так, так, угу.
-Ну? Вкусно?
-Да!
-Я же говорил!
-Очень.
-Что здесь происходит?
А ну, плюнь, плюнь немедленно!
Плюнь!
Бестолковая.
Нажрешь себе вот такую вот задницу -
кому ты будешь нужна?
Никому!
А вы, уважаемый Давид Вахтангович,
забирайте-ка отсюда свои
разносолы и идите из нашей палаты.
Вы вообще здесь не работаете.
-Мама, ты...
Прости меня, пожалуйста,
я не знаю, что на меня нашло.
-Все, все, успокойся.
Все хорошо.
Так, давай-ка сейчас собирайся,
скоро последний самолет.
Сейчас придет доктор,
сделает укольчик,
мы полетим в Питер, потом вернемся,
нам сделают операцию.
Все будет хорошо.
А сейчас на, вот, держи.
Давай, пиши:
"Я, Травникова Ксения Викторовна,
отказываюсь...
Отказываюсь..."
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Можно?
-Войдите.
-Вот.
-"Я, Травникова Ксения,
отказываюсь от операции
и госпитализации
под свою ответственность".
О господи!..
А что ж ваша дочь
заявление сама не принесла?
Ходить, наверное, не может, да?
-Вы обязаны нас отпустить.
Вколете обезболивающее,
ничего страшного.
Днем раньше,
днем позже сделаете операцию.
У нас вся жизнь поставлена на карту.
-Марат Леонидович, извините,
мне с дамой надо поговорить.
Прошу вас.
Прошу...
Извините.
-Что вам надо?
-Я вам ничего не ответил там,
потому что мне жалко Ксюшу.
И не из-за ее болезни, а потому,
что ей досталась такая мать.
-Я плохая мать?
Да я всю жизнь на нее положила!
-У вашей дочери подозрение
на онкологию, и вполне серьезные.
А после операции артроз ей
гарантирован. И это в двадцать лет.
Дай бог, чтобы обошлось
без ампутации.
Вы попробуйте хоть в малейшей
степени влезть в ее шкуру.
-Ампутация?..
-А вы что думали?
Девочка готова пожертвовать ногой,
чтобы удовлетворить
ваши больные амбиции.
Вы же сами хотите быть звездой.
Сами получить минуту славы.
И это очень удобно,
когда за вас страдает кто-то другой.
Вы знаете,
есть такая восточная мудрость:
когда ребенок ушибет коленку,
коленка болит у отца.
Так вот, у меня полное ощущение,
что Ксюша вам не дочь.
-Нет, вы посмотрите!
Марат Леонидович,
кто съел мой виноград?
-Я не знаю.
А чем виноград так хорош?
-У него кожица очень тонкая.
Я на нем тренируюсь
швы накладывать.
Израильские коллеги научили.
Делаешь разрез и зашиваешь так,
чтобы сок не тек.
-Что вы скажете о состоянии
Ивана Андреевича?
-Думаю, мы имеем дело с последствиями
травмы головного мозга,
которые проявляются
в реабилитационный период.
-Но травма, как я понимаю,
была достаточно давно.
-До двух лет могут быть последствия.
И дальше. Я видела случаи.
-Чем это грозит?
-Прежде всего, психическими
и вегетативными дисфункциями,
изменением чувствительности, речи,
зрения слуха, подвижности,
расстройством памяти и сна,
спутанностью сознания.
-Да он работать не сможет?
-Да.
Это очень неприятные последствия.
И серьезные.
А все потому, что Иван Андреевич
взвалил на себя тяжелые нагрузки,
полностью не восстановившись.
-Но мы должны ему помочь.
-Он, кажется, об этом не просил.
Я могу посоветовать пациенту
комплекс терапевтических мер:
от нейропсихологической коррекции
до бабы.
-До чего?
-До бабы.
Женщины, не понимаете?
-Ой, скорее бы тебя отпустили домой.
Мне там одной так не по себе.
-Мам, я же все равно
редко дома бываю.
-Да, что правда, то правда -
ты редко бываешь.
Да, пора мне начинать привыкать,
что скоро все, ты будешь жить
самостоятельной жизнью, своей семьей.
Не будешь больше? Все?
-Да, спасибо.
-На апельсинчик. Наелся?
-Ко мне сегодня Наташа приходила.
-Какая Наташа?
-Моя.
-А, Наташа.
Ну и... как она поживает,
Наташа?
-Да вроде нормально.
-Вот и отлично.
А давай, может, я книжку
тебе почитаю?
-Мам, что происходит?
-А что происходит?
Ничего не происходит.
-Я же вижу.
-Не знаю...
Холодно у вас в отделении.
Что ты видишь?
-Но я же вижу.
Наташа сегодня ко мне приходила,
хотела со мной посоветоваться,
а вместо этого наорала и ушла.
И теперь ты еще.
Я вижу, что ты что-то знаешь.
Расскажи мне.
-Кирилл, нечего рассказывать.
Ну, я не хотела тебе ничего говорить.
Послушай, тем более сейчас,
куда тебе сейчас волноваться?
-Мам, я уже волнуюсь.
-Я... я встречалась
с Наташиным отцом.
-Так.
-Он сказал, что после того,
как вы расстались с Наташей,
у нее начались проблемы
с наркотиками.
-Уже едем? А ко мне никто
не приходил. Уколы не делали.
Мам?
"Уважаемые господа, в связи
с состоянием здоровья моей дочери
вынуждены отказаться..."
Мам, правда?
-Сейчас главное - твое здоровье.
-Но я же уже написала
отказ от операции.
-Твой отказ я порвала.
Операция завтра.
-Мам...
-Ты знаешь, я вела себя ужасно.
Но я хочу, чтобы ты знала:
что бы ни случилось,
что бы ни произошло...
я всегда буду рядом.
-Мама.
-Я всегда буду на твоей стороне,
потому что я...
потому что я твоя мама.
Я тебя очень люблю.
А вместе мы справимся. Слышишь?
ПЛАЧУТ
А знаешь, как меня мама
в детстве утешала?
Она мне готовила
что-нибудь вкусненькое.
Смотри, что я принесла.
Господи...
Мороженое.
Ты всегда хотела мороженое.
Держи.
Нет, держи эту ложку.
СМЕХ
Давай. Пробуй.
Вкусно?
-Угу.
-Нет, давай так.
Слушай, давай маленькую, а то...
Не увлекайся, когда вырастешь,
вот таким вот утешением,
а то будешь такая же толстая, как я.
-Мам, да ты чего?
-Моя хорошая!
Серия 22
-Эльвира Рафаэлевна...
Хо-хо-хо!
Нельзя же настолько хорошо
выглядеть на работе.
Мужчины мечтают, женщины завидуют,
а в итоге некому думать о пациентах.
-И вам доброе утро,
Алексей Викторович.
СМЕХ
-У нас сегодня праздник какой-то?
-Обязательно нужен повод, чтобы
хорошо выглядеть?
-Нет, вы всегда выглядите
сногсшибательно.
Но сегодня просто нет слов.
-Тогда помолчим.
-Подожди, я угадаю.
Так, день рождения у тебя в ноябре.
Это отпадает.
Какая-то важная встреча? Я понял.
Ты все-таки решила принять
мое предложение
поужинать в венгерском ресторане.
-Гадайте дальше.
-Кофе? Без сахара.
-Хорошего дня.
-Кто же тот счастливчик, ради
которого она так разоделась?
Явно не Антонов.
-Хочешь сказать, кто эта несчастная
жертва? Алабина вышла на охоту.
-Лида, вас, кажется,
заждались в приемном покое.
Не хотите пройти на свое рабочее
место?
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
ПЕРЕШЕПТЫВАЮТСЯ
-Извините, просто мои костыли...
Ой, ой, ой.
А!
-Опа! Здравствуйте, Ксения.
-Здравствуйте.
-Как ваши дела?
-Хорошо. Видите, даже тренируюсь.
-А, вы тренировались?
-Да.
-А я-то подумал,
что я вас от падения спас.
-Нет.
-Осторожно. Опа.
Спокойно.
В таком случае тысяча извинений.
-Ничего страшного. Вы же не знали.
СМЕХ
-Здравствуйте, Марат Леонидович.
-Здравствуйте, Давид Вахтангович.
Доброе утро, Ксения.
Как настроение? Боевое?
-Да.
-Хорошо.
-Все, не буду вам мешать.
Вы в надежных руках.
Ни о чем не волнуйтесь.
-Спасибо, что зашли.
-Ксюш, я вам сейчас задам
несколько вопросов
и пойду готовиться к операции.
А чуть позже за вами заедет медсестра
и отвезет в операционную.
-Хорошо.
СТУК В ДВЕРЬ
-Открыто.
-Добрый день, Иван Андреевич.
-Здравствуйте. А вы, должно быть,
Михаил Александрович?
-Да, Резник Михаил Александрович,
друг Заславского и ваш новый
поставщик.
-Присаживайтесь.
Но документы мы пока не подписали.
-Это легко исправить.
С нашей стороны уже все подписано
и заверено.
А это в честь нашего знакомства.
-Спасибо, не стоит.
-Меня родители научили никогда
не приходить с пустыми руками.
-Давайте лучше о деле.
-Я только за.
-Я изучил ваш прейскурант
и мне непонятно ценообразование.
-Что именно?
-Ну, например, почему такие
расходники, как хлоргексидин
или стерильный бинт, у вас стоят
в два с половиной раза дороже,
чем я могу купить в Интернете?
Я уж не говорю о лекарственных
препаратах.
-Ну, потому что больница
не может закупить в Интернете.
Должно быть разрешение Минздрава,
сертификаты соответствующие.
И вообще, где гарантия, что бинты
в Интернете действительно стерильны,
а не в каком-то грязном китайском
подвале пакуются?
Не может сертифицированный продукт
столько стоить.
Поверьте, наши цены в рынке.
-Ваши цены выше московских аптек
даже в розницу.
-Я не понимаю предмета разговора.
Вы ведь врач, а не бухгалтер
или завхоз.
Зачем вам во все это вникать?
Наша продукция соответствует
всем критериям,
и контракт одобрен Сергеем
Анатольевичем.
-Ну, вот пусть Сергей Анатольевич
его и подписывает.
А у меня в больнице
нет лишних средств,
чтобы закупать медикаменты
и расходники по таким ценам.
Поэтому мы либо пересматриваем цены,
либо ЦКБ находит другого поставщика.
-Кто находит? ЦКБ?
Серьезно?
СМЕЕТСЯ
Да...
Думаете, от вас здесь что-то зависит?
Не заиграйтесь в начальника,
товарищ полковник.
Вы не для того в это кресло посажены.
-Пакетик свой заберите.
АВТООТВЕТЧИК:
Абонент временно недоступен.
Оставьте свое сообщение
после звукового сигнала.
Сережа, я не понял,
какого черта происходит?
Ты же сказал, что вопрос решенный,
осталось только подписать документы.
Перезвони.
АВТООТВЕТЧИК:
Абонент временно недоступен.
Оставьте свое сообщение
после звукового сигнала.
-Да.
-Иван Андреевич, к вам можно?
-Заходите, Степан Михайлович.
-Какая, говорите, перегорела?
-А, вот эта вот, на лампе.
-С Резником, значит,
не договорились?
-Да уже и не договоримся, наверное.
-Да, а он свой во всех
нужных кабинетах.
-Намекаете, что лучше не нарываться,
а делать как все?
-Да вы не как все, Иван Андреевич.
В этом и есть ваша сила.
Но могу сказать, что вы сгореть
можете быстро один,
как вот эта лампа.
-Ну, почему же один?
С Кирой все налаживается.
-Да я не про то.
-А про что?
-В душу лезть не буду.
-Это правильно.
-Сердечку ведь все едино.
Вы же врач, сердце-то послушивайте.
-Хорошо, я поприслушиваюсь.
-Так, стоп! Стоп!
Она никуда не едет.
-Павел Сергеевич,
а что вы тут делаете?
-Спасаю твою жизнь.
В этой деревне тебя будут оперировать
только через мой труп!
-Вас кто пустил?
Врачи в операционной, пациентка дала
письменное согласие на ее проведение.
-Мы забираем согласие.
-Это не вам решать.
Ксения совершеннолетний человек,
пока она в сознании,
она сама принимает решения,
связанные с ее здоровьем.
-Ксюшенька...
речь идет о твоей жизни.
У Павла Сергеевича в Москве связи,
лучшие хирурги.
Ксюша, доченька,
мы же тебе зла не хотим.
-Там тебя прооперируют так,
что ты снова сможешь танцевать.
А эти деревенские костоломы только
искалечат, дай бог, ходить сможешь!
Я это проходил!
-Мужчина, это лучшая больница
области, а не деревня.
У нас первоклассные врачи,
ничуть не хуже московских.
-Ксюша...
-Дышите глубоко.
Хорошо.
Мне нравится, как вы дышите.
КАШЛЯЕТ
Сейчас сделаем поудобнее.
КАШЛЯЕТ
-Спасибо.
-Ну, и температуру приходится
сбивать реже.
Давайте помогу.
-Чувствую себя просто как овощ.
Даже бутылку не открыть.
-Динамика выглядит положительной.
Но это вам лучше скажет
Елизавета Владимировна,
ведь она ваш лечащий врач.
-Вадим, мы сегодня сделаем
вам повторное КТ
и тогда сможем сказать точнее,
хорошо?
-Да, спасибо.
Спасибо вам обоим.
Я чувствую, что это вы меня спасли.
Спасибо.
-Здравствуйте, Иван Андреевич.
-Эльвира Рафаэлевна?
-Вы решили провести обход
по кардиологии и терапии?
-Не все же бумажки перебирать
и по телефону разговаривать.
-Позвольте, я вас сопровожу,
это все-таки моя вотчина.
-Я думаю, вы мне очень поможете.
-Приступим?
-Ведите.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Здрасте-здрасте.
-Это наш Андрей Петрович.
Андрей Петрович, это Иван Андреевич
Хлебников, наш главный врач.
Пришел узнать, как у вас дела.
-Ой, хороша наша Эльвира,
Шамаханская царица.
Я что, умираю?
-Нет, конечно.
Андрей Петрович, я не лично к вам,
я хочу посмотреть всех пациентов.
-А, пожалуйста, пожалуйста.
-Спасибо.
Как вы себя чувствуете?
-Не жалуемся.
Вы вот, если захотите меня
осматривать...
-Так?
-Пусть лучше Эльвира.
СМЕЮТСЯ
-Петрович в своем репертуаре!
-Ваше желание для нас закон.
А я пока почитаю.
Аневризма восходящего...
-Иван Андреевич, можно вас
на минутку?
-Рассказывай, Ань.
-Там Травникова собирается
от операции отказываться.
-Травникова?
-Балерина из Новосибирска.
-А в чем дело?
-В общем, явился тут один хореограф.
-Хореограф?
Где он сейчас?
-Отправила к вам в кабинет.
-Правильно.
Спасибо, Лидия Анатольевна.
-Мне кажется, тебе не стоит
пока читать.
-Я просто кое-что проверял.
-Это самое хорошее заживляющее.
И с ним ссадины пройдут
гораздо быстрее.
-Спасибо. Ты настоящий друг.
-Ну да, друг...
Кстати о друзьях. Как там Наташа?
Мне показалось, она как-то, не знаю,
не в своей тарелке, что ли.
-Обычные бытовые неурядицы.
-Я помню ее по институту.
Она на два курса старше меня была.
-Да, была в моей группе.
-Удивительно, но тебя
я совсем не помню.
Она была всегда такая яркая,
беззаботная.
Все успевала и со всеми дружила.
Помогала студентам младших курсов.
Да преподаватели ее обожали.
-Да, Наташа была необыкновенная.
И очень талантливая.
И в двойне обидно, что...
-Что?
-Вдвойне обидно, что у такого
человека проблемы.
-А сейчас она где работает?
-Я понятия не имею.
Как-то у нас пропала связь.
Она через друзей узнала,
что я попал сюда, и вот...
-Прости, надо помочь.
А читать тебе пока не стоит,
ты же знаешь.
-Да.
-Вы в своем уме?
В этом захолустье оперировать мою
самую перспективную солистку!
Ноги - это ее жизнь.
-Ноги - это ноги,
а жизнь - это жизнь.
Человек не только профессией живет,
есть вещи поважнее.
-Не надо себя обманывать.
Вы же главврач.
И почти наверняка живете
в этих стенах и понимаете,
что для кого-то профессия -
это и есть жизнь.
-Главное - здоровье.
И вот им распоряжаться должна сама
Ксения.
-Я бы хотела оперироваться
в другой больнице.
-Безусловно, это ваше право,
ваш выбор.
Но Плющев очень хороший
хирург-ортопед.
Через его руки проходят сотни
пациентов.
-Вот, сотни. Вот именно - сотни.
Это конвейер.
Может быть, он отличный хирург.
Но он один такой на область.
И ему наплевать, встанет она
снова на пуанты или нет.
-Ни один врач в моей больнице
не станет пренебрегать пациентом.
-Это все слова, извините.
Я все-таки хочу, чтобы мою звезду
оперировала тоже звезда.
Понимаете?
-Понимаю.
Давайте вы сначала найдете
такого человека, договоритесь.
И тогда мы будем выписывать Ксению.
А пока отложим операцию.
-Можете не откладывать, а отменять.
И готовьте документы на выписку.
-Каждый день промедления работает
против нас.
Если долго ждать, то дальше будет
идти речь не о балете,
а о том, чтобы просто ходить.
-Мои друзья из Большого уже ищут
лучшего врача в Москве.
Это вопрос всего лишь нескольких
часов.
-Даже если у вас так все просто,
спешу вас заверить,
что сначала Ксения
поступит в другую клинику,
начнутся новые исследования, анализы.
А это все упущенное время.
-Иван Андреевич, скажите, сколько
у нас есть времени на поиски?
-Боюсь, что до операции у нас есть
максимум неделя.
-Хорошо. Спасибо вам большое за ваше
понимание.
За ваше терпение. Правда.
Спасибо.
-У меня только одна просьба:
когда вы найдете этого гениального
врача-кудесника,
напишите мне, как его зовут.
Просто интересно.
-Ну что? Как там наш ЦКБ?
Есть новости?
-Ой, я думаю, что это мы с тобой
обсудить успеем.
Ты мне лучше расскажи,
как твоя поездка.
-Как обычно, скука смертная
все эти командировки.
Дома хорошо.
-Даже без Никиты?
-Без Никиты?
Без Никиты плохо.
-Понимаю.
Слушай, Ириш, ты только там
себе не накручивай по поводу того,
чем они занимаются в этом общежитии,
ладно?
-А чем они занимаются?
Они пашут сутками.
-Да, да, да.
-Я не поняла. Ты что-то знаешь?
-Ну, пока это только догадки.
-Алла, говори как есть.
-Ну, вообще там идеальная атмосфера
для служебного романа.
Все как по учебнику: стресс
вырабатывает адреналин,
адреналин вызывает сексуальное
возбуждение.
Мужья с женами далеко, они там живут
все вместе, как на войне. Понимаешь?
-Ты что, хочешь сказать, что Никита
завел там себе походно-полевую жену?
-Ну, я свечку не держала,
но есть подозрения.
-Кто она?
-Ну, Ириш, я и так тебе столько
наговорила.
-Алла, кто?
-Медсестра Вика Скорик.
Они и ведут себя в присутствии друг
друга неоднозначно.
-Кто-то еще знает?
-Ну, я думаю, Нарышкина в курсе.
Просто закрывает глаза на проблему.
-Еще кто-нибудь? Другие врачи?
Главврач?
-Хлебников - нет. Он слишком занят
тем, что разваливает старые схемы.
И вообще все, что вы там долго
строили.
-Не поняла, в смысле?
-Я вообще-то думала, что Сергеев тебе
все рассказал.
-Что мне должен был рассказать
Сергеев?
-Хлебников убрал вашего поставщика.
-Что?
-Так, ясно.
Я думаю, что Сергеев тебе лучше
расскажет.
На сегодня плохих новостей
достаточно.
Мне очень жаль, что я тебя так
расстроила.
-Вы что-нибудь еще желаете?
-Спасибо, я сыта.
Созвонимся.
-Это то, что он обычно заказывает?
Спасибо.
-Ну да, да, я понял.
Но все равно спасибо.
Жду номер кудесника.
До свидания, дорогой.
Обнимаю еще раз.
-Ей дали обезболивающее,
должна уснуть.
Есть новости?
-Ну, оказывается, все не так просто.
Ковид этот еще.
Один из хирургов им заболел.
У второго очередь на месяц вперед,
раньше никак.
Третий запросил космическую сумму.
-Сколько? Я найду, организую сбор,
подключим спонсоров.
-Нет времени этим заниматься,
вы же слышали.
-Хорошо, а что делать?
-Есть, есть одна маленькая надежда.
На днях в Москву должен приехать
какой-то кудесник из Грузии.
Он оперирует по контракту в какой-то
московской клинике.
Сейчас пришлют его телефон.
Будем молиться, что он сможет
нас принять.
-Угу.
-Ромашка.
-Худшее ощущение в жизни - бессилие,
когда ты можешь только ждать.
-Она в руках профессионала.
-Я не сомневаюсь, Наночка.
Ты понимаешь, малейшая оплошность -
и ей уже не танцевать.
Все эти новообразования очень
непредсказуемы.
А я точно знаю, что с ними делать.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Теперь остается только гадать,
как там идет операция.
-Видимо, никак не идет.
Здравствуйте.
-Здравствуйте, Нана Вахтанговна.
-Марат Леонидович, я думала,
вы сейчас в операционной.
-Отложили операцию.
-Почему?
-Это веселенькая история.
Вы представляете, я уже практически
в операционной,
тут приезжает этот ее балетмейстер,
обзывает нас провинциальной
больничкой и говорит, что повезет
оперироваться ее в Москву.
-Видимо, мамаша его вызвала.
-Так операцию отменили или отложили?
-Отложили пока. Хлебников считает,
что им никого пока не найти,
поэтому придется им согласиться
на наше село.
Цирк.
Вот что делает обычный человек,
если ему нахамили?
Разворачивается и уходит.
-А нам приходится лечить.
И лечить хорошо.
-Но девушка не виновата,
я так понимаю.
Там не она решает, видимо.
-Мне, честно говоря, все равно.
Вот будет у меня операция стоять
в плане - я сделаю.
Не будет - не сделаю.
Через меня столько людей проходит.
Наше дело - оперировать,
и оперировать хорошо,
а не с душевнобольными возиться.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Извините.
-Возьми, пожалуйста, трубку,
кудесник.
-Может, ему сообщение отправить?
-Ксения, привет.
У меня для тебя новость.
-Извините, пожалуйста.
Здрасте.
-Вы... вы Давид Вахтангович Туридзе?
-С рождения. А вы кто?
-Случилось чудо!
-Как мы рады вас видеть.
-Давид Вахтангович, это Павел
Сергеевич Дрозд, балетмейстер.
-Извините, здрасте.
-Я почему-то так и понял.
-Невероятно.
Спасибо огромное.
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
-Нана Вахтанговна,
при всем уважении к вам
и симпатии к этой девочке, не могу.
Ну как вы себе это представляете?
Это же, в принципе, незаконно.
-Вы сами меньше месяца назад
незаконно стояли в операционной,
еще не будучи
не только главным врачом,
даже сотрудником этой ЦКБ.
-Но тогда речь шла о жизни пациента.
А сейчас такой угрозы нет.
Зато есть квалифицированный
прекрасный врач,
который готов оперировать.
-Плющев - прекрасный врач.
Но Давид - хирург с мировым именем.
-Давид Вахтангович, вы меня поймите
правильно.
Но вы ведь не только
не сотрудник нашей больницы,
но еще и иностранец.
Я не специалист в юридической части,
но я знаю точно,
что это тоже привнесет сложности.
-Батоно Иван, моя сестра очень-очень
высокого мнения о вас.
Я не думаю, что бюрократия
может помешать решению...
вашему в пользу интересов пациента.
-Мы должны дать
ей шанс вернуться на сцену.
-Вы видели, как она танцует?
-Танцевала.
-А я посмотрел записи с ее спектакля.
Для нее как будто законы физики
не существуют.
Она парит. У нее дар.
Я должен попытаться
этот дар сохранить.
Для Плющева Ксения просто обычный
пациент, а для меня - это судьба.
-Иван Андреевич, не торопитесь
с ответом.
Только пообещайте,
что вы об этом подумаете. Хорошо?
-Когда я просил показать мне
великого врача-кудесника,
я, честно говоря,
не думал, что так далеко зайдет.
КАШЛЯЕТ
-Вадик.
-Вика.
-Вадик.
-Вика.
-Будем мыться.
Переворачивайся и не спорь.
-Да уж. Если бы не это вареное
состояние...
Просто как на курорте.
Нарышкина такой спец.
Я просто счастливчик,
что она меня лично ведет.
А Бородин.
Врач мне сам воду приносит.
Представляешь? Подушки поправляет.
Чувствую себя просто
какой-то вип-персоной.
-Ты вращайся побольше.
На боку иногда лежи, как я говорила,
а то краснеет уже все.
-Вик... Вика, ты у меня такая...
Просто ангел.
-Никакой я не ангел.
-А я последний дурак. Чтобы понять,
что вы здесь в полном аду находитесь,
мне надо было на больничной койке
оказаться. А ты терпела все это.
Прости меня, мой ангел.
Я больше никогда не буду в тебе
сомневаться.
Ты слышишь? Никогда.
Вик, ты слышишь? Прости, прости меня.
-Кто такой Давид Туридзе?
А ты в Интернете посмотри,
сразу все понятно станет, Вань.
-Так.
Впечатляет. Хотел с кем-то
поговорить, кто с ним лично работал.
И вот читаю, что он был вашим
учеником, Ризо Георгиевич.
-А что там у тебя с ним случилось?
-Да, похоже, чудо.
А где Давид?
-Ушел к операционной.
Пока вы писали свою бумагу,
Ризо Георгиевич уже ему позвонил.
-Да? Несколько самонадеянно,
вам не кажется?
-Все хорошие хирурги самоуверенны
через край. Наверно, по-другому
просто не подойти
к операционному столу.
-Материал отправить
на гистологию и цитологию.
-Угу, полость чистая.
Коагулируем?
-Подождите, пройдемте к МРТ.
Вот, посмотрите.
Опухоль выходит из кости в сустав.
-Что значит - в сустав?
Да быть такого не может.
Этот снимок смотрели
несколько человек.
-Очень плохо видно, почти сливается
с суставом, поэтому упустили.
-Ой. Это значит, что кость
будет очень хрупкой
и может сломаться даже при ходьбе.
Ни о каких танцах
не может быть и речи.
-Будем делать аутотрансплантат.
-Из подвздошной?
-Да.
Так, внимание, сейчас будем
делать фрагмент этой кости
из гребня подвздошной тазовой кости.
-Это будет долго и сложно.
-Чистый скальпель.
-Елизавета Владимировна.
-Да.
-КТ Вадима готово.
-О, как быстро. Подержи.
Так. Ну, что, поздравляю.
Вот легкие очищаются.
Положительная динамика на лицо.
Так, обед окончен.
Я в "красную зону".
А ты давай подходи,
обрадуем Вадима вместе. Хорошо?
-Никит...
-Я понимаю.
-Я хотела...
-Я тоже очень рад.
Мне тоже пора идти.
-Иван Андреевич,
какие-то новости?
-Нет, я не в курсе.
Я сам зашел проведать.
Там какие-то сложности.
Если бы все было в порядке,
они закончили бы пару часов назад.
-Что бы там ни было,
лучше Дато с этим никто
в этой больнице не справится.
-Я знаю.
-Операция прошла успешно.
-Слава богу.
-Спасибо вам,
Давид Вахтангович. Спасибо.
-А восстановление будет
гораздо сложней, чем мы предполагали.
Пришлось ставить трансплантат
из части другой кости.
-А что это значит для балета?
-Она сможет снова танцевать?
-Для начала нам нужно
дождаться результатов биопсии.
-Вы считаете, у нее онкология?
-Без результатов лабораторных
исследований нельзя
ничего утверждать или отрицать.
-Когда будут готовы
эти ваши результаты?
-Я лично потороплю лабораторию.
А сейчас давайте дадим
Давиду Вахтанговичу отдохнуть.
-Пойдемте со мной.
Сейчас успокоимся.
-Привет, Ириш.
-Привет. Чего трубку не брал?
Отвлекаю?
-Да, прости,
мне нужно срочно бежать
в "красную зону".
-У тебя же уже закончилось дежурство.
-Да вот я тоже так думал,
но меня срочно вызывают.
Прости, перезвоню. Хорошо?
-Угу.
-Мы куда-то идем?
-Вам пора ужинать.
Как ваш лечащий врач
я теперь обязана следить
за вашим питанием.
-Вы хотите пригласить меня на ужин?
-Но вы же этого не делаете.
Мы с Наной Вахтанговной
предписываем вам ежедневный моцион
на свежем воздухе.
-Вот так вот, да?
-Да. Начинаем сегодня.
-Ну что, а я не против,
я очень даже за.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Извините.
Серега?
-Привет.
-Здорово, Серега.
-Ты что такой веселый? Есть повод?
-Да, в кои-то веки.
-Расскажешь?
-Потом. Ко мне тут
твой Резник заходил.
-Наслышан.
-А, он тебе уже позвонил.
Значит, ты в курсе.
-Я хотел понять ситуацию
с обеих сторон.
-А какая тут сторона?
Ты видел его ценник?
Это же форменный грабеж
в прямом смысле этого слова.
Поставщик в три раза дороже,
чем у Сергеева.
-Вань, он человек
от очень влиятельных людей сверху.
Понимаешь? Я тебя как друга прошу,
не усложняй жизнь ни мне, ни себе.
Я тут бессилен.
-Серега, я проведу свободный тендер.
-Хлебников, ты с ума сошел? Ты нас
под монастырь подведешь! Это...
-Извини, мне надо идти.
Ну-с?
-Все хорошо?
-Все хорошо
-Вы очень... настоящий.
-А вы красивая. Пойдем?
Серия 23
-Слушай, Олесь, у тебя не будет
кофейку? Только такой пакетик,
чтобы три в одном,
а то у меня сахар закончился.
-Сейчас посмотрю, где-то был.
Вот.
-Спасибо.
-Вы который раз на этой неделе
дежурите?
-Девчонки все за лето из своей обуви
повырастали, покупать надо...
-Ой, да вам-то проще - у вас
одна за другой донашивает.
-Ну а старшая за кем будет
донашивать? Девчонкам не купишь
одни башмаки на весь год,
как мне раньше мама покупала.
-А вы же хотели пойти на курсы
повышения квалификации.
-Я еще при Лаврентьеве прицеливался -
не потянул.
-Кем бы вы хотели быть?
-Ой... я бы хотел завотделением.
-С таким лицом?
-Что с лицом?
Чего?
Знаешь что? Я хочу быть
завотделением, а не артистом.
-И чего?
-Ничего.
-Будете вечно с лицом, будто
все умерли.
Вот Антон - ходит с приподнятой
головой, внимательный к пациентам.
Вот человек и растет
по карьерной лестнице.
-Да?
-Угу.
-Думаешь, в этом секрет?
-А то.
-Уф...
-Угу.
-Федорыч...
-Принесла тебя...
-Опять загораешь?
-Так точно!
-Ну ты монстр!
Слушай, загадка: нюха нет,
но не ковид?
-Гайморит, естественно.
-Говорит, что до утра еле дожил,
и голова раскалывается.
Давай, решай.
-Пакетик, потом забегу.
-Ага.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Ну что? Я думаю, еще пару дней,
и можно тебя выписывать на работу.
-Из больницы в больницу, бюллетень
ты подпишешь, нести никуда не нужно.
Здорово я устроился.
-Молодец, сынок! В любых
обстоятельствах умеешь найти
положительные стороны.
-Привет!
-Привет!
-Ну как вы тут?
-Ищем положительные стороны.
-И что? Нашли?
-Ну, мы пытаемся.
А что случилось?
-А что со мной могло случиться?
Ничего не случилось.
Ну, автобуса ждала.
-Я заметил.
-И губы накрасила кривоватенько.
-Да ладно!
-Зеркало принести?
-Ой...
-Ну ладно, рассказывай давай.
-Нечего рассказывать.
-Мам, атмосфера накалена, ну же...
-Ну что? Ну артист - это кто?
Народ зависимый.
Вот так ждешь, ждешь,
когда тебя заметят, утвердят,
пригласят, увидят.
Так можно прождать всю жизнь.
И вот когда тебе уже все равно,
и годы уже не те, и сил не хватает,
а главное, желания, - и раздается
звонок.
-Тебя утвердили, что ли?
-А на черта мне сейчас эта роль?
Ну, скажите!
-В смысле?
-В смысле...
-Действительно, в чем трагедия-то?
-Ну куда я сейчас уеду, когда Кирилл
в больнице? Не могу я.
-Мам, я здоров абсолютно.
Пап, ну скажи ей.
Меня выпишут до выходных.
Нельзя отказываться.
-Не вздумай отказываться.
Когда надо ехать?
-На выходных.
-Прекрасно.
Берем билет, присаживаемся в пятницу
в ресторанчике, и ты нам все
в красках подробно рассказываешь.
Угу?
-Мам, я над кроватью такой постер
с твоей фотографией повешу.
-Прекрати.
-Ну а что раньше не приходили?
Чего до последнего тянули?
-Да думал, у меня просто насморк.
Считал, симптомы ковида.
Вроде не оно.
-Так, а другие жалобы?
Может быть, темнота в глазах?
-Точно. Как будто зрение начинаю
терять.
Вот так вот - и тьма!
Не могу понять.
-Это плохо.
В смысле, это ничего, сейчас сделаем
анализы, отправим вас на рентген.
Так, давай кровь на общий и биохимию.
И давай-ка сделаем МРТ.
Если зрение падает, может быть,
задет глазной нерв.
Рентген не покажет.
-МРТ так МРТ.
-Привет, Ксения.
Проснулась?
Говорить можешь?
-Да, могу.
-Как самочувствие?
-Голова болит.
-Ну, после общего наркоза
это нормально.
Ты помнишь, тебе сделали операцию?
Операция прошла успешно.
Теперь предстоит долгий период
восстановления.
Придется много работать.
-Я умею много работать.
-Это хорошо.
Слушай, а давай-ка попробуем
прямо сейчас.
Попробуем пошевелить пальцами ноги.
Ты их чувствуешь?
ПЛАЧЕТ
-Здравствуйте.
-Алексей Викторович, только вас ждем.
Похоже, медикаментозным лечением
здесь не обойдется.
Первичный диагноз - гнойный гайморит
двухсторонний.
Вы видите скопление жидкости?
-Угу.
-Но меня напрягло вот это.
Мне кажется,
или задет зрительный нерв?
-Проблема со зрением есть?
-Да, выявлено на первичном осмотре,
поэтому и отправили на МРТ.
-Да...
Похоже, задет кавернозный синус
и зрительный нерв.
Тянуть нельзя. Надо оперировать.
Буду делать микрогайморотомию.
У меня сейчас как раз есть окно,
могу взять.
-Да. Мы сейчас оформим все.
-Хорошо. Готовьте к операции,
а я пока у себя.
-Беспокоит?
-Ноет чего-то.
-Да, здесь время нужно.
-Слушай, Михалыч, у тебя там
какой-нибудь халатик не завалялся?
Только, знаешь, чтобы
попрезентабельнее.
-А тебе зачем? Форсить?
Или пациентов встречать в приемном?
-Я не встречаю, я диагностирую.
-А, ну это... так теперь это
называется.
-Хорошо, ты прав, встречаю.
-Ну, извини, не хотел обидеть.
-Да нет, что ты, на правду
не обижаются.
-Да. Вот, кстати, помнишь,
пациент, которого привезли
в конце прошлой недели, тоже Михалыч.
-Угу.
-Михаил Михайлович Лебедев.
-Ну что, подтвердился мой диагноз?
-Ну да, как вы и говорили,
разрыв связки.
Обещали назначить операцию.
Михалыч, пойду я.
-А говоришь - встречаешь.
-Кто "говоришь"? Я "говоришь"? Я?
Ты мне дашь халат или нет?
Эй, жмот!
-А ты помоги человеку, помоги.
Это не простой человек,
это мой сосед, золотой мужик.
Ювелирных дел мастер.
-Ювелирных дел мастер, да?
Если он ювелир, что он у нас делает
в палате второй категории?
-Не такой уж он и крутой ювелир.
Но мой сосед.
Он ювелирку чинит.
А тут ему заказ
подошел - старинные серьги.
-Старинные?
-А он, понимаешь ли, с рукой...
-Старинные серьги, да? Ну, если они
старинные, два месяца еще полежат,
ничего с ними не будет.
-Вот бы его к брату Туридзе
направить, а? Ведь он все равно
в нашей больнице числится.
Говорят, что он кудесник.
А ты его хорошо знаешь.
-Туридзе, Туридзе...
Все просто на него накинулись,
всем он нужен.
Наши хирурги Антонов и Плющев
ничем не хуже, прооперируют,
ничего страшного.
-Чем дольше, тем сложнее
восстановление, ты же знаешь.
А они вдвоем с женой живут.
Сына давно похоронили.
Жена болеет.
Все деньги на лекарства уходят.
А если он еще и работу потеряет?
Что же будет?
-Ну ты что, сам не можешь попросить
у Туридзе?
-Не могу.
-Хорошо. Поговорю я с Туридзе.
Только, знаешь что, вот как там будет
дальше, так и будет. Хорошо?
-А я тебе халат новый справлю.
-Я не против тендера. Я сам себе
этими тендерами задницу прикрываю.
-Но ты же никогда не связывался
с закупками.
-Да чего проще-то?
Объявил список препаратов, выбрал
поставщика по самым низким ценам,
заключил договор - сказал "спасибо"
и откланялся.
-Объявят тендер, прибежит
какая-то левая конторка,
предложит хорошую цену. Заключаешь
договор - выясняется, цена была
действительно по первое число,
в договоре есть пункт - "форс-мажор".
И так далее. Конторка -
это прокладка, понимаешь?
Знаешь, сколько посредников между
фармпроизводителем и аптекой?
Как на дворняге блох.
-И что, все знают и никто ничего
не делает?
-А что тут делать?
Займешься госурегулированием?
Завтра половина наименований вообще
исчезнет из списка.
Это называется свободный рынок.
-Он называется свободный бардак.
Я же не призываю диктовать цены.
А избавиться от этих прокладок
и посредников, проще говоря,
спекулянтов.
-Ты еще ОБХСС вспомни.
-Да! Муаммара Каддафи на них нет.
А что, ОБХСС куда-то делся?
Просто название поменяли.
Нет, я понимаю, когда цена
зависит от импортного сырья
и от курса рубля пляшет.
Но с отечественным-то что?
Из солидарности, что ли?
-Никто тебя не заставляет
брать по этим ценам.
-А я и не буду.
-А это значит что?
-Что?
-Новый тендер.
Пока ты объявишь новый конкурс,
пока появится первый победитель.
А лечить-то чем будешь?
-И что, это все время так, что ли?
-Да постоянно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Извините, Иван Андреевич, не знал,
что у вас гость. Я позже зайду.
-Да нет, если что-то срочное,
давай. Сергей Анатольевич подождет.
-Нет, ничего срочного.
-Поэтому я тебе предлагаю
проверенного поставщика.
Да, немного дороже,
зато качественно и в срок.
Да тендер объявит горздрав.
Ты формально будешь ни при чем.
Ты просто дал список необходимых
спецификаций и сроки поставки.
-Нет, Серег, я не хочу
тебя в это впутывать.
-Ты меня не понял, Вань.
Я тебя не уговаривать приехал.
Дело не в том, чего хочешь ты
или чего хочу я. Дело в том,
чего хотят другие люди.
Если ты хочешь продолжать
лечить людей - лечи.
А необходимые препараты тебе будут.
Все привезут, не подкопаешься.
-Что случилось? Ты промчался
мимо меня злой как черт.
-У Хлебникова сидит Заславский.
-Ну и что? Они же друзья.
-Будет пропихивать своего
поставщика. А мне теперь что делать?
Смириться? И пусть все деньги
уходят к Заславскому?
-Ну уж точно не идти к Хлебникову,
как побитой собаке.
Хватит самодеятельности,
звони Бородиной.
-Да видела я его, видела.
Кто бы мог подумать,
что у Наны такой красавец брат.
Не знаю, наверное, не женат.
Они же там, в Грузии, рано
не женятся. Да.
Ладно, потом поговорим.
-Ну что? Похож я на Антонова?
Я за кофе пришел.
-Назарова срочно повезли
на операцию.
Если бы не вы,
он бы мог ослепнуть.
А же говорила, вы хороший диагност.
-Да кто ж спорит-то?
-Здрасте.
-Здрасте.
-А можно узнать,
кто у вас тут лежит?
-Что они все в приемную?
У нас центральный выход не работает?
-Работает, но он закрыт.
-Конечно закрыт.
Ковидное отделение у нас.
-Я не в ковидное, не бойтесь.
-А мы свое уже отбоялись.
Вам какое отделение?
-У вас нельзя
по фамилии посмотреть?
-С чем госпитализировали?
-Я точно не знаю,
вроде как с дерева упал.
-Кто же это? Не Лебедев?
-Лебедев.
-Я его помню. А ты ему кто?
-Внук.
-Ишь-ты, я слышал, что у него
нет никого. Как так получается?
Ну, пришел, значит, внук.
Ты знаешь, для его посещения
нужно разрешение главврача.
Ну, или он сам к тебе может
спуститься.
-Да не, я так пришел, узнать.
Я заходить не буду.
-То есть как? Что узнать?
-Как что?
Сколько ему осталось.
-Добрый день.
-Добрый.
-Как вы изменились.
Не могу понять конкретно что.
Но и прическа, и одежда.
Очень стильно.
Вы, конечно, сейчас
не как заместитель
главного врача выглядите, а...
-А просто как женщина.
-Ну... Ай, не слушайте меня.
Я просто привыкла вас видеть в белом
халате, строгую, подтянутую.
Все-таки белый халат как униформа -
не разглядишь, что под ним.
-Ну да, когда все время
ходишь в халате,
начинаешь воспринимать себя,
как функцию.
Хочется снять его, забыть о работе.
Быть не Эльвирой Рафаэлевной,
а просто Элей. Так.
-Пациент готов?
Тогда начинаем санацию.
Сестра, держите голову. Доктор, иглу.
Сестра, держите голову ровно.
У вас руки, что ли, дрожат?
Здесь сосуды рядом.
Заденем - придется долго чистить.
Оп, есть. Отсос.
Материал отдать на бактериологию.
Черт, все-таки задели сосуд. Тампон.
Еще тампон.
-Подожди, подожди, это что,
все, что тебя интересует, -
сколько ему осталось?
Ты что, даже к деду не поднимешься?
-Да ну,
еще плохо станет, разволнуется.
-Подожди, а что ему волноваться?
Внук пришел в гости.
Наверняка единственный, а?
Или ты что, просто решил узнать,
когда тебе в наследство вступать?
-Да хоть бы и так.
Дед пожил, я тоже хочу.
Что они ходят, небо коптят,
пенсию свою в кубышку прячут?
-Слушай, а тебе-то кто мешает?
Может, тоже будешь копить
и в кубышку,
а потом квартиру покупать?
-Да где ты ее купишь? На какие шиши?
Работы нормальной нет.
На всех хороших местах
сыночки на дорогих тачках.
-На все хорошие места
сыночков-то не хватит.
Ты не пробовал, к примеру,
может быть, учиться, там,
впахивать с утра до вечера?
-Это как ты, что ли? Целыми сутками?
Что, родина-то отблагодарила?
-Знаешь что, внук, я твоего деда
обязательно вылечу
и на ноги поставлю.
И будет он жить вечно.
-Ага.
-Добрый день.
А что это у моей самой
любимой пациентки слезы?
-Она ничего не чувствует
ниже колен, и пальчики не шевелятся.
-У нее только вчера была операция.
Дай-ка я посмотрю твою ножку.
Все в порядке. Не волнуйтесь.
Скоро онемение пройдет.
Сначала пальцы ног, потом колено.
Все так и должно быть.
Ксюш, ты знаешь, что самое
обидное в работе хирурга?
-Что?
-Что очень и очень скоро все пройдет.
Не будет боли, не будет страха.
Будет Чайковский или Стравинский.
Будут аплодисменты, цветы.
И все плохое забудется.
И вместе с ним забудется
имя вашего хирурга.
И я даже не получу контрамарку
в Мариинский театр.
Вы не представляете,
как это хорошо.
-Что? Что вы не получите контрамарку?
-Что вы меня забудете.
Значит, я все сделал
правильно и хорошо.
-Я не забуду.
Я не забуду имя своего хирурга.
Правда. Ваша контрамарка
будет ждать вас. Придете?
-Что, доктор, есть какие-то
результаты анализов?
-Нет еще. Мы же только отправили
образцы в другую больницу.
Раньше завтрашнего дня я б не ждал.
Вы успокойтесь. Все будет хорошо.
-Мы вам так благодарны, доктор.
Спасибо огромное.
-Благодарить будете, когда
мы поднимем Ксюшу на ноги.
-Да, да, Доктор, а вы помните,
здесь еще Ксюшин балетмейстер,
Павел Сергеевич. А можно
будет ему ее навестить?
-Да, да, конечно.
Я поговорю с Плющевым.
Не думаю, что он будет против.
-Спасибо. Спасибо.
-Лена, привет. Это Кирилл Воробьев.
Помнишь?
Никого не слушай, все,
все в порядке.
Скажи, ты давно видела Наташу? Давно.
А не знаешь, в какой больнице она
проходит ординатуру?
Ну, я звонил.
Просто она рубку не берет.
Да, и в соцсетях писал. Да.
Мы нормально расстались.
Она на этой неделе сама ко мне зашла,
мы хорошо поговорили.
А теперь она не отвечает.
Ага. Ну, в общем, не знаешь, да?
Понятно. Ладно. Спасибо. Пока.
-Марат Леонидович, я чужой человек,
правил здесь не знаю.
Сколько у вас занимает
в среднем гистология?
-А у вас?
-Марат Леонидович, я понимаю,
что все произошло стремительно
и, по сути, за вашей спиной.
Но я согласился на это только потому,
что хочу помочь этой девочке.
Только по этой причине я здесь.
Никакой другой. Мне сестра говорила,
что в вашем отделении
блестящие хирурги.
-Даже если анализы придут быстрее,
мы все равно не сможем сделать
повторную операцию сразу.
Придется ждать.
-Вы тоже думаете, что может
понадобиться вторая операция?
-Ну да, если анализы покажут
наличие злокачественной опухоли,
часть кости придется удалять.
Вы же понимаете.
Но в этом случае я не буду возражать,
если повторную операцию
проведете именно вы.
-Да, конечно. Если надо, я приеду.
И еще, я разрешил балетмейстеру
девушки навестить ее.
Я не превысил свои полномочия?
-Ну, почему же? Если девушке от
этого будет лучше, почему бы и нет.
Вы меня простите,
мне нужно работать.
-Да, конечно. Извините.
-Алексей Викторович, добрый день.
-Добрый день, добрый день.
Как себя чувствуешь?
Я смотрю, вид довольно бодрый.
-Да, уже гораздо лучше.
Отец говорит - пора выписываться.
Но я по другому поводу.
-Да, я тебя слушаю.
-Алексей Викторович, вы не знаете,
где сейчас Наталья Стороженко?
Помните, из моей группы?
Не знаете, что с ней?
-С которой вы вместе
проходили практику?
-Да.
-Нет. И, честно говоря,
не хочу знать.
-Почему?
-Ну, она бросила ординатуру.
А я не хочу тратить свои эмоции
и время на человека,
который сознательно оставил медицину.
-Может, с ней что-то случилось?
Ей нужна помощь?
-Может быть. Но ко мне она
не пришла и о помощи не попросила.
Не принимай это на свой счет.
Но ты же знаешь мою позицию.
Медицина...
-Не терпит метаний. Да, я...
-Вот именно.
-Я понял. Спасибо.
-Кирилл.
Я слышал, что у нее были
какие-то неприятности в больнице,
где она проходила ординатуру.
Но деталей я не знаю.
Если хочешь, могу спросить.
-Да.
-Хорошо. Я рад был тебя увидеть,
но предпочитаю видеть тебя
не в качестве пациента,
а в качестве своего коллеги.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Марат Леонидович, добрый день.
Позволите?
-Если вы по поводу посещения
пациентки, то я уже сказал Туридзе,
что не против.
-Нет, я к вам, поскольку я считаю,
что вы реалист и не станете
обнадеживать человека
на пустом месте,
в отличие от вашего коллеги.
-Присаживайтесь.
-Спасибо.
Марат Леонидович, я все понимаю:
врачебная тайна, этика.
Вы не станете откровенничать
с незнакомым человеком о состоянии
здоровья вашей пациентки,
поэтому сформулирую вопрос так.
Если у моей подопечной есть шанс
вернуться на сцену, то я задержусь
здесь на какое-то время,
постараюсь поддержать.
Поверьте, она очень талантливая
девочка. Далеко не всех
приглашают в Мариинку.
-Так, давайте к делу.
-Все понял. Понял.
Время, закругляюсь.
Если шансов нет или они
исчезающе малы,
то я прямо отсюда
отправляюсь в аэропорт
и улетаю обратно в Новосибирск.
Что скажете?
-Я скажу: у вас деловой подход.
-А вы как думали?
Не одни врачи циники.
У нас покруче бывает.
-А как же артистическая натура?
-Марат Леонидович, ну я вас умоляю.
Бросьте вы, какая натура?
В каждой избушке свои погремушки.
Знаете, сколько сил надо потратить,
чтобы воспитать
хотя бы одного танцовщика?
-Больше, чем спасти
жизнь десятку пациентов?
Вы знаете, я вам так скажу:
вы можете смело ехать в аэропорт.
-Ну что ж, спасибо за откровенность.
До свидания.
-Ей-богу, чувствую
себя свадебным генералом.
-Ну, вот тот пациент,
о котором я вам говорил.
-Посмотреть - посмотрю.
Но насчет операции
не со мной договаривайтесь. Я сам
не знаю, на каких я здесь правах.
Через неделю мне надо в Москве быть.
-С этим мы разберемся.
Если надо, я к Хлебникову пойду сам.
-Хорошо. Здравствуйте.
Ну-ка, пошевелите пальцами руки.
Да. А теперь попробуйте поднять,
согнуть руку.
-Аккуратней, аккуратней, аккуратней.
-Ну что ж, вижу, опухоль спала.
И да, вы правы, хирургическое
вмешательство необходимо.
Но операция будет несложная.
Ее любой средний хирург сделает.
А такие, как в этой больнице,
тем более.
Могу и я, но ничего обещать не смогу.
Если успею.
А вам после операции необходимо
в любом случае разрабатывать руку.
В идеале - физиотерапия, массаж.
-Скажите, функционал руки полностью
восстановится?
-Наш пациент же не собирается
армрестлингом заниматься.
Обычные функции ему будут
вполне доступны.
-Михаил Михайлович у нас ювелир.
Клиенты ждут его.
-О, ювелир!
Ну, раз клиенты ждут,
тогда это дополнительный стимул,
чтобы вы вернулись в профессию.
Ведь если чего-то хотите добиться,
надо ставить цель.
И не важно, какая цель -
выйти на сцену Мариинского театра,
вернуться к клиентам...
-Пройти курсы повышения квалификации.
-Опа!
Коллега, это нам с вами необходимо,
чтобы удержаться в профессии.
-Это да.
-Павел Сергеевич, я договорилась
с хирургом,
он разрешил вам зайти
в палату к Ксюше.
-Мне, собственно, пора в аэропорт.
Сегодня как раз есть обратный рейс.
Я забежал вас навестить.
Когда еще увидимся...
-Ну... так это буквально на минутку.
Ксюше так нужна ваша поддержка.
И вы сможете на нее еще раз
посмотреть.
-Все что хотел узнать, я уже узнал.
Пусть лечится, восстанавливается.
В конце концов, не балетом единым...
Извините, меня ждут ученики.
-Ну что, навестили нашу звезду?
Не расстраивайтесь так.
Все будет хорошо.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да.
-Иван Андреевич, можно?
-Семен Федорович, проходите.
Присаживайтесь.
-Я по личному вопросу.
Разрешите?
-Можно и по личному.
-Я по личному вопросу, но
не по своему личному вопросу,
а по личному вопросу другого
человека.
У нас в больнице врач,
он интересуется,
не мог бы он пройти курсы повышения
квалификации за счет больницы?
Ну, можно не прямо сейчас, потом.
-Я понял, понял.
Ко мне с этим вопросом еще никто
не обращался.
Я плохо понимаю, как это делается.
Но, скорее всего, будет все зависеть
от того,
насколько это целесообразно
для больницы.
-Понимаю. Извините, что побеспокоил.
Не для себя...
-Очень жаль, что не для себя.
Потому что как раз в вашем случае
больница только выиграла бы.
Зайдите ко мне на следующей неделе,
я проработаю этот вопрос
и постараюсь что-нибудь придумать...
для вас.
-Иван Андреевич, спасибо.
-Семен Федорович, пока не за что.
-Ирина Николаевна, здравствуйте.
Присаживайтесь.
Спасибо, что нашли время.
-Добрый вечер. В чем дело?
-У нас проблемы. Хлебников надумал
сменить поставщика.
Ему Заславский кого-то притащил,
в уши напел.
Хлебников решил объявить
новый тендер.
Я вас не беспокоил, думал:
документы к тендеру буду готовить я
и придумаю, как отсечь остальных.
Но сегодня Заславский снова приезжал
в больницу.
-Зачастил.
-Я подозреваю, что даже если
Хлебников сам будет проводить тендер,
то требования ему спустит Заславский.
Тогда уже наш поставщик
не пройдет по условиям тендера.
Спасибо.
Умеете вы заставить шевелиться.
Мне они кофе по двадцать минут несут,
хотя я часто здесь бываю.
Я за вами поухаживаю?
-Я с такими зубрами дело имею, что...
А как вы думаете, это инициатива
самого Заславского или мэра?
-Мэр пока не станет в наши тендеры
влезать.
Городские боятся сейчас проявлять
лишнюю инициативу с началом пандемии.
Москва контролирует.
Одна жалоба - и все.
-Да, может, вы и правы.
Лаврентьева убрал мэр,
хоть и с подачи Заславского.
А здесь инициатива явно самого
Заславского.
Никак не успокоится.
Ну что ж, если Заславский хочет
войну, он ее получит.
-Ну вот, здесь я в основном и
работаю.
Бывает, беру дежурства сверх графика.
Три дочки, знаете ли.
Да. Я что хотел спросить:
а что вот у вас в Грузии? Как там?
Ну, зарплаты? Есть ли курсы повышения
квалификации?
-Да как везде.
Мы сами заинтересованы в повышении
своего уровня.
-Дорого?
-Дороговато.
Но в самой Грузии можно найти
дешевле.
-Подождите, вы хотите сказать,
что вы на курсы повышения
квалификации ездите за границу,
что ли?
-А почему нет? Мир открыт.
Стажировки, курсы, практика
в современных клиниках.
Это, конечно, недешево, но результат
того стоит.
-Олесенька, налей нам, пожалуйста,
кофейку хорошенького.
Ну, три в одном.
-Зачем же три в одном?
Мы и настоящий можем.
Крепкий, сваренный в турке.
-А мы можем?
-Все в наших руках.
-Добрый вечер. ДТП.
Травма грудной клетки,
есть колото-резаные.
Много зашивать придется.
Так что, красавица, зови санитаров,
надо его из машины доставать срочно.
-Я помогу. Скажите что делать.
-Сейчас позову санитаров.
Да где они?
Спят уже, что ли?
-Так, времени нет, надо самим.
Поможете?
-Да.
-Инга, привет.
-Привет, Наташ.
А ты к Кириллу приходила?
-Нет.
То есть да, но я так и не зашла.
-Ты опоздала в приемные часы?
Если хочешь, я могу тебя провести.
Или позовем Кирилла, он спустится
в фойе.
Он уже вовсю гуляет по больнице.
Пойдем.
-Нет, не надо. Я не за этим пришла.
-С тобой все в порядке?
-Я не...
Нет, со мной не все в порядке.
И передай, пожалуйста, Кириллу, чтобы
он больше меня не искал и не звонил.
Иначе это все плохо
закончится для всех.
-Хорошо, я скажу.
-Пообещай.
-Хорошо, я скажу.
Серия 24
-Идет.
-Ленка, ты чего так долго?
-Блин, Рыбакова опять срез устроила.
Вот только сдала.
Есть хочу жутко!
-Я - за.
Гоу в столовку.
Пельмешки, салатик.
-Он первый раз срез сдала.
Надо отметить.
За углом хинкальная есть.
-Я не могу, у меня пара,
я не успею.
-Нет у тебя пары. Ритка из твоей
группы вообще домой ушла.
-Да, ты же у нас экономный.
Экономия тебе навредит.
-Чего сразу экономный?
Я люблю пельмени.
Мне даже девчонки на день рождения
наварили таз пельменей.
-Таз, таз. Это тазик такой, да?
Ну, пельмени, они как хинкали.
Вот сколько там пельменей?
-Ну, штук 100-150.
-Хм, а сто хинкали съешь?
Я заплачу.
-Вот так за один раз?
-Ну да.
Ну ладно, сколько сможешь?
-Ну, штук 20-25.
-Давай - 30, и я оплачу.
Забились?
Ленка, разбей.
-Ура! Погнали!
А то я вообще кушать хочу!
ПЕСНЯ: -Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Температура 37,5.
Жалобы на острую боль в животе.
Подозрение: заворот кишок.
-Аппендицит исключили?
-Говорит, что удален.
-Дивертикулит?
-При пальпации во время происшествия
говорил про боли в эпигастрии.
Мы его из хинкальной забрали.
Друзья ему скорую вызвали.
-Понятно.
СТОНЕТ
-Сердце болит, вот тут давит.
Пить дайте.
-Так, Олеся, сначала на рентген его,
плюс все анализы. Потом видно будет.
СТОНЕТ
Ничего себе!
Ну-ка, на спину можешь лечь?
Давай, давай, давай.
Ножки выпрями. Выпрями.
Ну-ка, давай, давай.
-А-а!
-Рассказывай, живот часто болит?
-Нет, бывает, ночью иногда.
Надо воды попить, все пройдет.
Дайте пить.
-Сейчас дадим.
Тихо-тихо, тихо-тихо.
-А-а-а!
-Так, так, ясно, ясно.
Так, Олеся,
сначала срочно на рентген его.
-Язва?
-Видимо, да.
Кто сегодня дежурит?
-Антонов.
-Ну, поехали.
-Вот, читай.
-Что это?
-Это Галаева накатала отчет
о состоянии этого твоего общежития.
-"Врачи, работающие в красной зоне, -
рабы Хлебникова,
которых он лишил возможности общения
с близкими,
элементарных человеческих удобств,
возможности отдыха..."
-Да, да. Это еще цветочки.
Как тебе вот это? Дай.
Где это?..
А, во!
"Врачи выживают как могут.
При попустительстве Хлебникова
и Нарышкиной
в общежитии процветает разврат".
Это что, Вань?!
-Что? Я ничего об этом не знаю
и знать не хочу.
И, вообще, это их личное дело.
К слову сказать,
они работают как на фронте у меня.
Как на фронте в боевых условиях!
-Ты опять за свое.
Очнись, Вань.
На каком фронте?
-Да ты их руки видел?
-Давай без лирики.
По этому отчету, твоя Нарышкина
совершенно профнепригодна.
Вопрос к тебе: как ты это все
собираешься расхлебывать, м?
-Серега, ты что, веришь в эту всю
ерунду?
-Я нет, не верю.
Но отчет уже в облздраве.
И я под ударом из-за тебя!
Меня уже на экзекуцию вызывают.
Все финансовые документы
по общежитию изъяли, изучают.
-Там все чисто. Я проверял.
Алабина проверяла.
Хорошо, Нарышкину я вызову,
с Галаевой разберусь.
-Да уж, разберись.
Главврачей и за меньшие косяки
увольняли.
-Ну что, идем на открытую операцию,
как думаешь?
-Да, конечно. Перфорация желудка
предполагает, что...
-Оля, что там с реаниматологом?
-Я звонила, ему передали.
Вы же сказали, что без него начинаем.
-Звони еще, он здесь нужен.
Ты считаешь, лучше делать открытую
операцию?
-Да, перфорация больше
одного сантиметра.
-У кого ты проходил практику?
-У Сосновского.
Он, между прочим, говорил, что...
-Запомни: хирург должен выполнять
тот доступ,
которым лучше всего владеет,
в котором больше всего уверен.
Оля, ну что?
-Он уже бежит.
-Ну наконец-то.
Вам удалось изучить анамнез?
-У вас тут все как в армии.
Я пока переодевался,
у меня все по полочкам. Аж два раза.
-Хорошо.
Ну что, приступим?
Операция - ушивание язвы желудка
по задней стенке,
с подшиванием сальника.
Василий, сколько будем ставить
дренажей?
-Два... Ой, нет, один.
Подпеченочный.
-Ни одного.
Поехали.
-Пойдем.
Здравствуйте.
Подскажите, Игорь Данилов,
сюда должны были привезти
сегодня.
-Какое отделение, ковид?
-Нет. У него несварение, наверное.
-А, гастроэнтерология.
Нет такого. Уверены, что сегодня?
-Да.
Мы скорую вызывали.
Точно.
Посмотрите еще раз.
-А, да есть. Игорь Данилов.
Но все сведения о пациенте
мы даем только родственникам.
-Я понимаю. Но хотя бы просто можете
сказать, как он? Мы переживаем.
-Молодой человек, вы ему кто?
-Вы русский язык понимаете
или нет?
У нас тут друг,
он в вип-палате лежит.
Нас к нему в палату пустите.
-Никого ни к кому мы не пускаем.
Табличку видели? Карантин!
-Я понимаю. Скажите, в каком он
отделении хотя бы, и все.
-Вон там его мама сидит,
спрашивайте у нее.
-Спасибо.
Пойдем.
Здравствуйте.
Я Артем, я однокурсник вашего сына.
-Я не понимаю, что за напасть.
-Да я сам не пойму.
Он с утра был здоров.
Все было хорошо.
-Вот и я не понимаю.
Ну было, пару раз у него живот болел.
Но я же ему с собой давала и денег,
и собирала все,
там и котлетки, и оладушки.
А доктор говорит - откуда истощение?
-Артем, пойдем на улице поговорим.
-Сейчас, подожди, Лена.
Так у него что, язва?
-Да.
Говорят, он каких-то пирожков поел,
язву-то и открыл.
Где тонко, там и порвалось.
-Артем, пошли отсюда.
-Лен, подожди, пожалуйста.
Что врач говорит?
Ему сделали операцию?
-Артем, ты куда лезешь?
Это не наше дело. Пойдем!
-Я должен выяснить.
Подожди, пожалуйста.
-А ты Лена?
Он же у меня рисует.
Он твой портрет нарисовал,
он у него в комнате висит на стене.
-Я на улице, пожалуй, подожду.
-Хорошо, давай.
Не переживайте.
-Доктор, что? Что?..
-Мамочка, успокойтесь.
-Как все прошло? Что вы молчите?
-Все прошло хорошо.
Он сейчас в реанимации.
ГРОМКО ПЛАЧЕТ
Так, спокойно.
Успокоились, ладно?
-Доктор, пойдемте присядем.
-Да, пойдемте присядем.
Поймите, после операции -
всегда в реанимацию.
Потом переведем его в обычную палату.
-Доктор, подождите.
Что за операция, можете сказать?
Я не знаю.
-При прободении язвы содержимое
желудка попадает в кишечник.
Это может вызвать заражение крови.
ПЛАЧЕТ
Спокойно, мы все промыли и зашили.
Сейчас уже все хорошо.
Ваш сын поправится.
-Доктор, когда к нему можно будет?
-Вы же знаете, что к нему нельзя.
У нас карантин.
-Я денег дам. Сколько надо?
-Не надо никаких денег!
Идите домой.
-Блин, Лен, что мы наделали?
Игорь в реанимации из-за нас.
-Ты чего, вообще не парься.
Все будет хорошо.
Я слышала, тут директор отличный.
Слушай, нас Ритка зовет...
-Главврач!
-Кто?
-В больнице не директор, а главврач.
-Какая разница вообще?
Между прочим, он сам виноват.
Нечего было из себя богатенького
строить.
-Он тебе хотел понравиться.
-Только не надо меня приплетать.
Я вообще ни при чем.
Поехали, там Рита ждет.
У нее вечеринка.
-Выходи!
-Ты чего?
-Пошла вон, я сказал! Выходи!
-Значит, Алла Игнатьевна,
либо вы ликвидируете ваш отчет,
точнее, заменяете его на тот,
который соответствует положению дел,
либо я увольняю вас сегодня же
к чертовой матери.
-Хм... Ну, во-первых, не вы меня сюда
на работу устраивали, Иван Андреевич.
-А во-вторых?
Вы со мной торговаться решили?
По какому праву, я вас спрашиваю,
вы разводите здесь сплетни,
втаптываете людей в грязь?
Ваши отчеты - это сплошная клевета
и мерзость.
-Согласна, мерзость.
Некрасивые у вас тут дела творятся,
Иван Андреевич.
Я могу доказать.
Вот.
-Что это?
-Это мои анкетки.
Я проводила исследование
психологического состояния
сотрудников вашей больницы.
-Анкетки.
ВЗДЫХАЕТ
А что это за бред?
"Какую функцию вы выполняете на
территории совместного проживания?"
При чем здесь ваша психология?!
Это же можно трактовать как угодно.
-М-м, не согласна.
Здесь все очень четко и точно.
-Минуточку!
"С кем из сотрудников вы состояли
в интимной связи?"
Я теперь понимаю, откуда у вас
выводы о разврате.
Знаете что?
Я поставлю вопрос о вашей
профнепригодности
на первом же заседании горздрава.
-Ну, я, конечно, не могу,
Иван Андреевич,
запретить засовывать голову в петлю.
Хотя я считаю, что моя миссия -
помочь рядовому врачу
вырваться из вашего рабства.
Именно ваши решения спровоцировали
такое состояние
психологического климата
в коллективе.
Например, Никита Бородин и
Вика Скорик,
они даже не скрывают, что у них
интрижка. И не только у них.
Все об этом знают, кроме вас.
-Так, разрешите ознакомиться...
-Анкетки я, пожалуй, с собой заберу.
Они мне пригодятся.
-Почему Бородина не перевели
в другое отделение или Вику?
Вы же видели, что происходит.
-Конечно видела.
Просто в последнее время ребята...
-Да чтоб вас,
Елизавета Владимировна!
Это же непростительная халатность.
И кто еще у вас там... занимается?
-Нас там не так уж и много,
вы же знаете.
Пожалуйста, я прошу, не нервничайте.
У меня очень начинает болеть голова.
-Так кто еще?!
-Да никто. Ну поймите, никто.
И Вика с Никитой занимались там
не "этим", как вы выразились, а...
Хорошо, ладно, я поняла.
Вику я переведу. Что-то еще?
-Читайте.
-Надо же...
"Врачи крайне озлоблены,
находятся в стрессовой ситуации,
употребляют алкоголь.
Хлебников махнул на врачей
инфекционного рукой
и предоставил их самим себе -
пусть выживают как хотят".
Слушайте, глупость какая-то.
Давайте мы напишем в облздрав.
Что там надо - обращение, письмо?
-Ничего не надо никуда писать.
Пока я главврач этой больницы...
Ну хорошо, я вам, например, объявлю
выговор
без занесения в личное дело.
Вику мы отправим...
лучше вообще в другую больницу.
И повнимательнее,
Елизавета Владимировна.
Повнимательнее.
Нам это общежитие нужно как воздух.
-Иван Андреевич, мне кажется,
у вас давление поднимается.
Давайте я измерю.
-Не надо. Я сам справлюсь.
Идите. Работайте.
-Мне нужна объективная картина.
Поняла?
Собери там с них подписи, подписки,
я не знаю,
но чтобы наши бумаги были просто
железобетонные против ее анкет.
-Я еще спросить хотела.
А что ты знаешь про ранение
Ивана Андреевича?
-У меня только общая информация.
А что с ним?
-Возможно, он преждевременно прервал
лечение.
И эти нагрузки, которые он сейчас
испытывает...
-Ты о чем думаешь? Соберись!
Нам сейчас удар отбить надо. Поняла?
-Конечно, конечно.
Я вечером перезвоню.
-Что, считать будешь?
-Дай сюда.
-Вы что, беспредельщики!
Хорош, ты что творишь-то?
-Тут не меньше пятихатки зелени!
-Ты знаешь, на кого я ра...
УДАР, СТОНЫ
-Гена, ну что ты стоишь?
Беги к своим!
-Ты чего плохо ешь?
Доешь котлету немедленно.
-Нана, мне не пять лет.
Не надо за мной присматривать.
-Значит, можно голодать.
Только есть тоже надо.
Вот кому ты такой худосочный нужен?
Какая женщина за тобой пойдет?
-Я жилистый.
СМЕХ
Вот танцоры в балете -
худые, а какие парни у них сильные.
-В балете, говоришь?
Дато! Я вижу тебя насквозь.
Я так и знала.
Ты же на отца похож.
Всю жизнь мы за него боялись,
потому что он был старше мамочки
на 18 лет.
А теперь ты туда же?
-Нана, мама его любила. Это судьба.
-Дато, это не твоя судьба.
Ты свою карьеру только начинаешь.
Зачем больную девочку взваливать себе
на шею?
Дато, ты сутками станешь работать,
а она что?
-А может, я как раз ей и нужен.
И вообще, Нана, давай сначала
посмотрим ее анализы.
-Ей нужен уход.
Я тебе без анализов скажу.
Я по коже ее вижу, по глазам.
Там все очень плохо.
-Все-таки сначала мы посмотрим
на ее результаты, Нана. Хорошо?
И потом, я не отличаюсь от других.
У всех есть семьи,
у всех кто-то болеет.
-Ты отличаешься. Ты не все.
Ты мой брат.
Дато, я очень хочу,
чтобы ты был честным.
Просто в тебе, может быть, говорит
сочувствие, жалость.
А много ты на этой жалости протянешь?
И потом, Дато, разница в возрасте.
Это не наша мама.
Мало, чтобы ты любил,
нужно, чтобы тебя любили.
-Ну, ты же меня любишь, сестренка? М?
-Я тебя обожаю.
-А, ты здесь? Я хотела позаниматься.
-Ну так подгребай.
-А, кстати, я вчера Наташу видела.
Она просила тебе передать,
чтобы ты ее не искал,
а то все плохо закончится.
Я дословно не помню, но смысл такой.
-А она еще что-то сказала?
-Нет.
Быстро так сказала.
Раз - и ушла.
-Блин.
Я просто пытался понять, почему она
так изменилась.
Позвонил друзьям.
-Что-то случилось? Она в беде?
-Женщина, вы куда? Женщина!
-О, вот кто тебе нужен. Такая теща.
-Нана, не начинай.
-Давай, давай. Пойдем.
-Вы меня извините,
у нас очень строгий список того,
что можно проносить.
Вот это я не могу разрешить.
Вы поговорите лучше с доктором.
-Девушка, у нас исключительный
случай. Моя дочка - балерина.
И у нее показ в самый престижный
театр страны.
Понимаете?
-Понимаю.
-Марат Леонидович!
Добрый день, ну, скажите вы,
пожалуйста, вашей медсестре,
что Ксении нужны тренажеры.
Пускай сейчас она лежит.
Но это ничего, мы справимся.
Главное, чтоб она занималась.
-Вы что, больны?
-Что вы сказали?
-Я говорю, что вы больны.
Что с вами происходит?
Ваша дочь корчится от боли,
а в вас нет ни капли жалости
к собственному ребенку.
-Да, она моя дочь.
И она не будет жить так, как жила я.
Слышите? Ни минуты.
Она не будет страдать, голодать,
мучиться,
мыкаться по съемным квартирам.
У нее будет все. Слышите?
И она всего добьется сама.
А я ей в этом помогу.
Я научу ее быть свободной
и независимой.
И ей не нужна ваша жалость.
Ей нужна моя жестокость,
чтобы всего добиться.
-Возьмите себя в руки.
-А-а! Ой, божечки!
У нее ребенок болеет. Понимаете?
-Здравствуйте.
Где я могу найти Хлебникова?
Добрый день, вы Хлебников
Иван Андреевич?
-А в чем дело?
-Вот тут повестка.
Распишитесь, пожалуйста.
-А по поводу чего?
Тридцать миллионов?
Я не сошел с ума?
-А это вам. Хорошего дня.
-Это кто?
-Владик, у тебя нет
тридцати миллионов до зарплаты?
А на меня вот предыдущий поставщик
в суд подал.
Полюбуйтесь.
Мол, тендер проведен неправильно.
И он совершенно прав.
Тендер готовить только месяц,
а тут два дня - и новый поставщик.
Спасибо другу, удружил.
Помог "лимонов" на тридцать.
-Только не волноваться.
Мы с этим разберемся.
-Да вы-то тут при чем?
Это господин Заславский
мне в последнее время
"свиней" подкидывает.
С ним и буду разбираться.
-Ели?
-Чего?
-Я спрашиваю - обедали?
-Не помню.
-Вам необходимо питаться,
спать по-человечески,
а не между операциями. А еще...
-А еще гулять с дамой и собачкой,
я помню.
-Хотя бы просто отдыхать.
Закрываем глаза.
-Как скажете, доктор.
-Дышим спокойно.
Вдох, выдох.
Добрый день.
-Добрый. А что с ним?
-У Ивана Андреевича очень напряженный
день выдался.
-Ну, он в порядке?
Я могу с ним поговорить?
-Мария, он спит. Вы же видели.
У Ивана Андреевича позавчера
был приступ прямо на совещании.
И сейчас я ему укол поставила.
Пока только от давления.
Скажите, вы знаете, что у него было
за ранение?
Я, как врач, хочу помочь,
но информации не хватает.
-Но после того, как он вернулся,
у него не было никаких приступов.
А вы считаете, что это из-за ранения?
-Да. У него скачет давление,
замедляется речь, головные боли.
-Ничего себе!
Вы, пожалуйста, держите меня в курсе.
Он ведь сам никогда в жизни
не признается.
-Так вы знаете, что это было
за ранение?
Может, знаете врача,
который его лечил?
-В госпитале в Москве, в "Бурденко",
кажется, а подробностей я не знаю.
А скажите, что нужно делать? Я ведь
самый близкий для него человек.
-Да ничего такого особенного.
И в то же время
очень сложное для него.
Прогулки на свежем воздухе, отдых,
полноценное питание.
Хоть какой-то режим дня.
-Да...
Эля, спасибо вам огромное,
что вы так о нем беспокоитесь.
Я... я обещаю,
я с ним обязательно поговорю.
-Угу. Может быть, я ему
что-то передам от вас?
-Да нет, я уже сама поговорю с ним
дома.
Спасибо, всего доброго.
-Не за что.
-Здравствуйте.
-Да вроде виделись уже.
-Да. Я тут Игорю принес...
Возьмите.
-Да зачем?
-Да ему нужнее. Тут фрукты.
Витамины же ему нужны.
-Милый, ему еще очень долго
не до витаминов будет.
Ты зачем пришел-то?
-Я должен вам кое в чем признаться.
Это он из-за нас попал в реанимацию.
Я не знал, что у него язва.
Если бы я знал, то мы бы не стали...
-Понятно.
-Хотите кофе?
Может, сэндвич? Давайте я в автомате
что-нибудь возьму.
Вы врача ждете?
Можно я с вами тогда посижу подожду?
-Да.
Врач обещал Игоречка сегодня
из реанимации перевести.
ЖЕНЩИНА ПЛАЧЕТ
-Все будет хорошо.
Все будет хорошо.
-Помогите!
-Кинуть меня решила, тварь!
-Я тебя кинуть?
-Подсунула мне фуфло вместо колес!
-Ты с ума сошел? Это же не я.
-Что ты гонишь? Тварь!
ВСКРИК
Сука!
КРИК
-Эта вертихвостка малолетняя
просто бесит.
Сядет, намазюкается,
ногти вечно сушит.
-Не завидуй. Ты у меня еще хоть куда!
-Угу. Хоть куда бы девал,
а выбросить жалко.
-Ну, Ларочка, родная, ну что ты?
Давай я тебя развеселю.
Я сегодня у нас в вестибюле видел
пристава.
Он к Хлебникову приходил,
какую-то повесточку принес.
-К Хлебникову?
-Угу.
-А может, ему орден дадут.
Повестку...
Ты ее читал?
Откуда такая уверенность?
-Мне еще вчера шепнули, что Бородина
жутко недовольна тем,
что ее Никитушка вытворяет
в красной зоне.
-Устарело. При чем тут Хлебников?
-Ларочка, у него подгорает -
везде, по всем фронтам.
Ты его на совещании видела?
Он сегодня такой же весь день ходил.
А потом отсиживался в своем кабинете.
Может, и отлеживался. Алабина
с тонометром бегала. Я сам видел.
-Алабина все еще мечтает
быть главврачом.
-Нет! Это будет явно не она.
-М-м-м...
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Вызывали, Елизавета Владимировна?
-Угу. Заходи.
На тебя из облздрава приказ пришел.
Вот, посмотри, распишись.
И с завтрашнего дня ты у нас
больше не работаешь.
-Меня увольняют?
-Почему сразу увольняют?
Курсы повышения квалификации
на четыре месяца. Читай.
-Да вы издеваетесь, что ли?
Не хочу я никакие курсы.
И никуда я не поеду.
-Что значит "не хочу"? Облздрав
уже потратился на новый ИВЛ.
А ты у нас лучший реаниматолог.
Никит, ну кто, если не ты?
-Вот именно! Вот именно,
Елизавета Владимировна,
что я проработал столько в красной
зоне, что сам могу вести эти курсы!
Да и в конце-то концов, я что,
единственный реаниматолог
на всю больницу?
-Ну, это такой способ поощрения.
За месяцы героического труда.
Главное, что официально.
А вот неофициально, мой друг,
это ты у своей супруги спроси
или у Галаевой, которая здесь
по углам навоз разбрасывает.
-Галаева? А она здесь при чем?
-Как при чем?
А ты анкету галаевскую заполнял?
Вот! Она из ваших анкет такой отчет
для облздрава состряпала,
что бедный Хлебников теперь вообще,
не знаю...
Мне кажется, что мы все здесь
последнюю неделю работаем.
-Так я не знал.
Все заполняли, и я заполнил.
-Что теперь делать? Все, есть отчет.
Его из песни не выкинешь.
-И что, теперь ничего нельзя сделать?
Да выгнать ее, и все.
-Никит, неужели не понимаешь, что
Галаева - подруга твоей Ирины?
Именно твоя жена взяла и привела ее
сюда за руку.
-Так вот именно,
что я никуда не поеду.
-Ладно, друг мой, ты подумай,
не горячись.
Ну, в конце концов, это твоя семья.
А курсы что? Хорошие курсы.
Хорошие, такие неплохие курсы.
После них ты уже не будешь
просто врач,
а сможешь стать, не знаю,
начальником отделения, например.
Разве плохо?
Давай.
-О, Никитушка!
Привет, мой хороший. Как дела?
Направление получил?
Поздравляю тебя!
Ну, ты там не скучай.
После карантина-то позажигать
хорошо будет. Да?
Ни по кому скучать не будешь?
Ты, кстати, Ирочке привет передавай.
Ты знаешь, что я подумала?
Она вообще молодец.
За такими интересными муженьками
нужен глаз да глаз. А то мало ли.
Как удачно совпало, что тебе
направление дали
во время ее конференции.
Вместе и позажигаете.
В общем, я тебя поздравляю.
-Знаете что, Алла Игнатьевна?
Я бы вам посоветовал не лезть
в наши с Ирочкой дела.
-Да ты что?
А я все хожу и гадаю -
что это у вас с Ирочкой общего?
Какие такие дела?
Где ты и где она?
Но сердцу не прикажешь.
Цени... канарейка.
-А что за Наташа?
-Наташа? Ну, как тебе сказать?
У нас с ней были отношения.
В прошлом.
Самое главное - это то, что сейчас
у нее стало совсем плохо.
Мне рассказали...
Тебе, наверно, не очень интересно?
-Ну, Кирилл, я же тебе
все рассказываю.
Ты - моя жилетка, я - твоя.
Так что пользуйся.
-Мне рассказали, что Наташа связалась
с наркоманами.
То ли колется, то ли еще чего.
-Ничего себе!
А она и раньше?..
-Нет.
Нет, точно нет.
Я знаю, что она сама не могла.
Может быть, после расставания...
ВЗДЫХАЕТ
Она из бедной семьи. Откуда у нее
вообще деньги на наркотики?
-Ну что ты как маленький? Оттуда.
И... я хочу тебе сказать, ты...
ты даже не думай.
Да ты вообще ни при чем.
ВЗДЫХАЕТ
-Она когда появилась здесь
пару дней назад...
...такая странная.
Я немножко заволновался.
Подумал: сейчас я помогу решить
все ее... что у нее там случилось.
А потом узнал, что наркотики.
И вот, я не знаю, что делать.
-Ты... знаешь...
Ну, я тут не советчик.
Но могу помочь с реабилитационными
центрами договориться. Вот.
Главное, чтобы она на собеседование
с психологом пришла.
-Давай еще пройдемся?
-Давай.
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Вика!
Вика!
-А Вики еще нет.
-Что-то долго она.
-Так она каждый день допоздна
у Вадика сидит.
-Вик! Вика, привет. Я к тебе.
Нам надо поговорить.
-Но я устала сегодня.
Прости, я спать пойду.
-Вика, Вика!
-Не надо, Никита, я устала.
Правда, пусти!
Серия 25
-На работу?
-Хм...
А почему не от любовницы?
Не с вечеринки?
-А что вы думаете, я не отличу?
Свой свояка видит издалека,
сразу видно - трудяга!
Я сам такой: 16 часов за баранкой,
поел, поспал, и снова - за руль.
-Опасно не отдыхать.
-Я сам знаю, что опасно, но что
делать, если вся семья - на мне.
А вы чем занимаетесь?
-Я врач.
-Врач? Что вы говорите?
Вот мне повезло.
Слушайте, у меня к вам вопрос
как в врачу: у меня такое чувство,
понимаете, голова постоянно кружится
и настроение скачет,
плюс состояние, как будто я пил!
Хотя я не пью,
с моей работой это вообще никак.
-Ну, во-первых, выспаться.
-Да.
-Возможно, попить витаминов,
а вообще диагноз так не ставится,
нужен осмотр,
хорошо бы все анализы сдать.
-Ну так, может, я к вам заскочу,
посмотрите?
-Да не вопрос! Приедете, скажете, что
к Хлебникову, что-нибудь придумаем.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Кирилл?
А что ты здесь делаешь?
-Это я тебя вызвал.
-Ну давай, рассказывай.
-Привезли девушку, она избита,
у нее переломан позвоночник,
никто, кроме тебя, лучше
эту операцию не сделает, поэтому...
-Ну если не видел других вариантов,
то молодец, правильно сделал,
что вызывал меня.
Так, ты значит, давай иди досыпай,
а я разберусь.
-Позволь я буду ассистировать.
-Ну, ты сам еще слабый,
куда тебе других лечить?
-Я нормально, честное слово!
-Смотри, сейчас 4 часа,
на ногах придется простоять до 7-8.
Нет.
Так что давай, отбой.
-Пап, пожалуйста,
она моя очень хорошая знакомая.
И к тому же нет никого, кроме меня,
всего один ординатор на всю больницу.
И к тому же литр кофе
делает из человека огурчик!
-Огурчик - это овощ, Кирилл!
Где твой ординатор?
СТУЧИТ
-Я здесь. Доброй ночи.
-Ты нужен в операционной.
Ты готов?
Доброй ночи.
-Да, без проблем.
А что вы спросили?
-Сейчас будет ответственная операция.
Я тебя спрашиваю: ты в состоянии?
-Я постараюсь.
-Не надо, чтоб ты старался!
Надо, чтоб ты зашел в операционную
и сделал все на отлично.
А теперь подумай и ответь:
ты в состоянии?
-Так точно!
-Умылся, выпил кофе и -
в операционную!
Пойдем.
-Я начинаю. Скальпель.
Делаю разрез.
Коагулятор.
Расширитель.
Кирилл, отойди от стола.
-Со мной все нормально, продолжайте.
-Ты на ногах не стоишь!
-Продолжайте!
-Давайте проверим уровень.
Иглу.
Сейчас будем делать снимок.
Я вставляю иглу.
Смотрим уровень, делаем снимок.
-Смотрим.
-Мы в правильном месте.
Удаляем желтую связку.
Сейчас будешь прижигать.
Стоп!
Что ты сейчас сделал?
-Прижег сосуд.
-Я не давал команды, идиот!
Где ты прижег?
-Вот.
-Ты понимаешь, где прижигаешь?!
-Но вы же сами... и кровило.
-Нельзя туда коагулятором лезть,
даже если кровит!
Вышел из операционной немедленно!
И не появляться на операциях,
пока я не разрешу, понял?!
-Извините.
-Дрель.
Ставим винты.
-Не слишком ты жестко?
-Чересчур дорогая цена за ошибку,
чтобы быть мягким.
ШУМ ДРЕЛИ
Заканчиваем.
-Давай дальше я сам,
а ты езжай домой, выспись.
-То же самое я хотел тебе сказать.
Время - 6 утра,
начался рабочий день.
Кирилл, мне кажется, я заслуживаю,
чтобы ты рассказал мне побольше
об этой девушке Наташе.
Ты знаешь, кто и за что ее избил?
-Могу только догадываться.
Но если коротко: плохая компания.
-Что они хотели?
-Я не знаю.
-Я так понимаю, что ее проблемы
на этом не заканчиваются.
-Думаю - да, полицейские должны
приехать, дело завести.
Может, расследование какое проведут?
-Иван Андреевич, я думаю, вам надо
на это посмотреть.
-Хорошо, иду.
Давай, продолжим позже.
-Значит, здесь все документы
по оплате расходников
за последние полгода,
а здесь - договора.
-Здравствуйте.
Ирина Николаевна,
доброе утро.
Может, вы объясните,
что здесь происходит?
-Доброе утро, Иван Андреевич.
Отвечаю на ваш вопрос:
ничего особенного.
Просто плановая проверка,
простая формальность.
Посидим у вас здесь несколько дней,
посмотрим документы.
-Могли бы предупредить.
-Предупредить, Иван Андреевич?
А зачем?
Я уверена, у вас все в порядке,
не так ли?
-Ну хорошо.
Сообщите, если что-то понадобится.
Чем можем, поможем.
-Уже сообщаю: Иван Андреевич,
у вас здесь тесновато,
нормально не поработаешь, я могу
на время проверки занять ваш кабинет?
Слышала, вы там нечасто появляетесь?
-Конечно.
-Кхе-кхе.
-Господи, ты понимаешь, что я не пил.
Ну как мне тебе объяснить?
У тебя дети есть?
-Вот вы артисты,
у вас у всех - один текст!
Здрасте.
-Здрасте.
-Анализ, алкоголь вот этого
организма.
Если можно, побыстрей.
-Ты головой своей подумай,
мне работать надо, семью кормить.
Бывают невменяемые, но я-то точно
не из их числа!
-У тебя промилле вот так,
выше некуда,
зашкалило, когда ты в трубку дыхнул!
Не пил он!
-Правильно, вы же их и подкручиваете!
Вам лишь бы бабла срубить, не так ли?
-Девушка, я вас умоляю,
можно побыстрее?
-У меня закон: когда я работаю,
я - ни капли,
а работаю я каждый день.
Вся семья на мне: жена, мать старая,
две дочки. Всех кормить надо!
-Ты точно - артист.
Врешь так убедительно.
Если б своими глазами не видел цифры,
которые ты вдохнул в трубку,
я реально бы поверил!
"Оскар" по тебе плачет,
вот так вот врешь!
-Да потому что я не вру!
Ты слышишь меня или нет?
Девушка, у меня здесь работает
знакомый врач...
-Как зовут?
-Как зовут, дайте вспомнить...
Вылетело из головы.
-Пойдемте, сдадим анализы.
-Да, пойдемте.
А ты еще при всех извинишься,
когда получим результаты!
Я на тебя жалобу напишу,
что работать не даешь!
-Дыши глубже!
-Доктор, здравствуйте.
Я из Следственного комитета.
Новожилов.
Я по поводу потерпевшей, которая
к вам сегодня с утра поступила.
-Задавайте вопросы.
-Вопрос у меня один:
когда она говорить сможет?
Просто мне отъехать надо
на несколько часиков.
-Трудно сказать. Когда отойдет
наркоз, можно будет поточнее.
-Угу. То есть часиков пять
у меня есть, да?
-А что, беспредельщиков, которые ее
избили, уже поймали?
Можно заняться другими делами?
-Я же не учу вас, куда скальпель
надо тыкать.
Вы вообще знаете, что это за девушка?
Чем она занималась, кто ее друзья,
что она употреблять любит?
-Это что-то меняет?
Кем бы они ни была, калечить людей,
ломать позвоночники,
бить женщину нельзя!
Или у вас другое мнение?
-Ну что вы, что вы...
Я совершенно согласен!
Просто, во-первых, дело неотложное,
поймите меня,
я отъеду буквально на 3-4 часа,
я вернусь и допрошу потерпевшую.
Я уверяю вас, даже если она
ничего не скажет,
мы постараемся найти тех,
кто это сделал.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Слушаю.
Да, иду.
СТУК В ДВЕРЬ
-Ирина Николаевна, вызывали?
Разрешите?
-Ну, Иван Андреевич, это ваш кабинет,
и я у вас должна разрешения
спрашивать.
-Я вас слушаю.
-Я знаю, вы - человек прямой,
любите без предисловий.
На основании чего помещения
реабилитационного центра
заняты непонятно кем?
-Очень даже понятно: сотрудниками,
которые работают в "красной зоне".
Я не мог их отпустить по домам.
Слишком опасно для города.
-Угу. Ну, логика ясна.
Но где распоряжения или визы?
Ни одной бумаги, ничего.
Возможно, есть больницы,
где главврач одним своим волевым
решением отдает целое здание.
Но ЦКБ номер 1 точно к ним
не относится.
-Виноват. Понял. Принял.
-Это еще цветочки.
Вы недавно проводили тендер, так?
-Так точно.
-И что получается?
Цефотаксим вы теперь закупаете на 20%
дороже, чем по предыдущему договору.
20!
Азитромицин - цена выросла на треть.
Дексаметазон теперь дороже
в два раза, Иван Андреевич!
В два раза!
И что самое главное, у вас теперь
один главный поставщик.
Не зная вас, я бы уверенно
предположила,
что у вас с ним тесные
деловые отношения.
-Ни тесных, ни деловых.
Мы практически незнакомы.
Мне его посоветовали.
Ну, я согласен, я должен со всем этим
ознакомиться,
посмотреть бумаги и разобраться.
-Вы проводили тендер, подписывали
договор, деньги переводили
и до сих пор ни в чем не разобрались,
я правильно понимаю?
-Ирина Николаевна,
вы прекрасно знаете,
что лично я тендер проводить не могу.
Это дело Горздрава.
Ну а то, что сроки тендера не были
соблюдены, это правда.
-Только сроки?
-А что еще?
-А вы знали, что один из учредителей
вашего нового поставщика -
это родственница Заславского?
-Нет, я этого не знал.
-Вас использовали как слепого
котенка.
Невероятно.
-Разрешите идти?
-Угу.
-Получилось?
-О, так быстро?
Ну, давайте посмотрим.
-Спасибо.
СВИСТИТ
Порядок?
-Да ты не артист!
Ты - народный артист!
В тебе ж не меньше стакана водяры
сидит!
А главное, такой искренний,
такой откровенный!
Я чуть не поверил ему!
-Такого не может быть.
Ну я не не пил, понимаете?
Во мне же ни капли, а? Что ж вы...
Это же ошибка какая-то!
-А это тебе что, отвар ромашки,
что ли?
-Я не понимаю, как такое возможно, а?
Понятно...
Вы процент получаете, да?
А-а-а, ну да, что ж я сразу-то
не понял?
Все же... Одна мафия!
А?
-Задрал со своей мафией-хренафией!
Пошли, будешь протокол писать.
Я из-за тебя потерял!
-Как вы спите-то по ночам?
У вас дети есть?
Что ж вы творите-то, а?
Вы же понимаете, что я не пил?
Я трезвый, вы же видите!
Да мне семью кормить надо,
у меня дети малые, мать старая!
Что ж вы творите-то?!
-Гражданин, на выход!
-Подождите!
-Чего еще?
-Пять минут.
Всего пять минут подождите.
СМЕХ
Вопрос на сообразительность.
Пациент не принимал
ни грамма алкоголя,
но анализ крови показывает промилле,
равную двумстам граммам водки.
Как это возможно?
-Слушай, может, он принимал через...
-Да никак не принимал, никак.
-Вот умеешь ты загадки загадывать, а?
-Эльвира Рафаэлевна,
мне очень нужно с вами поговорить.
Скажите, пожалуйста, вы знали,
что Заславский все
подстроил таким образом,
что в тендере мог выиграть только
один единственный поставщик?
-Откуда такая информация?
-Бородина мне все
крайне доступно объяснила.
-Вы не думали о том,
что у Бородиной
может быть свой интерес
в этой истории?
-Эльвира Рафаэлевна, мне абсолютно
плевать на интересы Бородиной.
Вы знали, что Заславский
через родственников
контролирует нашего
нового поставщика?
-Какое это имеет значение?
-Значит, знали.
Знали, когда говорили,
во всем разберемся.
Знали, когда пристав с повесткой,
когда комиссия в больнице.
Вы все знали.
-Смею напомнить, Иван Андреевич,
что договор с этим
поставщиком был заключен
при вашем
непосредственном участии.
И никто теперь, слышите меня,
никто не сможет уверенно сказать,
что здесь нет вашей личной
заинтересованности..
Вы договариваетесь с Заславским,
а я почему-то должна была
вмешаться и уговаривать вас?
А с какой стати?
-То есть вы хотите сказать, что я...
с Заславским...
-Я ничего не хочу сказать.
Мне, если честно, все равно.
Мне до того, как мир спасать,
надо со своим хозяйством разобраться,
у меня море работы,
куча своих проблем.
И что у вас с поставщиками,
мне просто не интересно.
И друзей, которые защитят,
придут на помощь,
или главой больницы назначат.
Друзей там... у меня тоже нет.
И давайте начистоту, Иван Андреевич,
у вас вопросы к вашему другу -
берите телефон и звоните ему сами.
И не надо втягивать меня.
-А вы знаете, Эльвира Рафаэлевна...
-Что еще?
-А вам очень идет,
когда вы сердитесь.
-Что?
-Да-да...
Это удивительно.
Но в этом что-то есть.
Вам идет.
-Спасибо, конечно же.
Но это не отменяет всего того,
что я сказала.
-Угу.
-Иван Андреевич.
-Я.
-Я, конечно же, не думаю, что вы
можете быть нечисты на руку.
Совсем не верю.
-Спасибо на этом хотя бы...
-Ну что?
-Сюда надо сдать анализы.
-Так.
-Э, девушка, какие анализы?
Мы уже сдали все, что только можно,
у него уже анализов не осталось.
-Это последние, я вам обещаю.
-Баночку в руку и направо
по коридору.
-Простите.
-Ну...
просто я подумала...
Ты в этой своей "красной зоне"
света белого не видишь.
Может быть, пора отдохнуть,
отвлечься.
-Курсы повышения квалификации теперь
проводят на море в отеле?
-Ну это же Москва.
И да, я попросила,
чтобы отправили тебя.
-Воспользовалась
служебным положением?
-Да.
Ну а зачем еще нужно
это служебное положение,
если я не могу хорошего
специалиста отправить учиться.
-Твоего мужа?
-Да, по совместительству
еще и моего мужа.
Я лучше других знаю твой потенциал.
И я уверена, что ты давным-давно
заслуживаешь свое собственное
отделение.
-Я не хочу, Ира.
Не хочу этих интриг, биться локтями,
подсиживать не хочу.
Ты это понимаешь?
СМЕЕТСЯ
-Ну надо же! То есть ты...
исключительно по моральным
причинам отказываешься.
Нам совесть не позволяет, так?
Знаешь, что меня бесит в тебе, Никит?
-Ну, боюсь, список будет
очень большой.
-Нет. Твоя главная черта.
Что ты не только мне врешь,
ты еще и себе врешь на каждом шагу!
-В чем я вру?
-Да потому что ты из-за принципов
в ковидном работаешь.
Ты что, думаешь, я ничего не знаю
про эту девчонку?
Что ты втрескался в нее по уши,
не отходишь ни на шаг. А?
Хотела же спокойно, без истерик.
Думаю, давай сделаем вид,
что все нормально.
Ты там разорвешь по-тихому,
а я притворюсь, что ничего не знаю.
Но нет, он мне
про принципы свои рассказывает.
Нос к потолку задрал: "Я не такой".
Да ты хуже, Никит,
еще в сто раз хуже!
В общем, так.
С понедельника ты в Москве.
Вещи собирай.
-А если я тебя не послушаю?
-А если ты меня не послушаешь,
я эту с...
Скурик... выкину из больницы
с волчьим билетом, ты понял?
Ее до Камчатки в сестры не возьмут.
Даже в уборщицы!
-Ну, привет, красавица.
-Как самочувствие?
-А-а... где...
Теперь вы будете мной заниматься?
-Ну, если ты про Дато,
то он передо мной не отчитывается.
А вот с твоей мамой нам
надо поговорить.
Поэтому как только она придет,
сразу мне скажи, хорошо?
-Хорошо.
-Значит, так. Сосредоточьтесь
и отвечайте максимально честно.
-Я всегда отвечаю
максимально честно.
-Ага.
-Ага!
-Так-так-так, товарищ инспектор,
это потом вот будете.
Как в последнее время
вы себя чувствовали, скажите?
-Я нормально себя чувствую,
просто очень сильно устаю,
поскольку каждый день за рулем.
-Так, ну, еще что-то, может быть?
-Честно признаться, доктор, я правда
себя чувствую так,
будто махнул стаканчик.
Хотя я не пил, ну ей-богу, не пил!
Меня постоянно тошнит
и голова кружится.
Думал, может, я съел что-то не то.
-В последнее время произошло
что-то... нетипичное?
Может быть, лечились?
-Нет, все как обычно:
дом-работа-дом-работа.
Единственное,
три недели назад ездил на дачу,
решил поставить забор,
порвал руку, пошло воспаление,
жена заставила пить таблетки.
-Антибиотики?
-Ну, наверное, да.
-Так, понятно. Вот еще что.
А скажи, пожалуйста...
когда в последний раз
ты держал в руках дрожжи?
Может быть, тесто ставил или,
например, брагу?
-О! О! Вот он и раскололся,
наш трезвенник-то!
Ну, теперь-то всем все понятно.
-Что вам понятно?
-Товарищ инспектор.
Послушайте, я признаюсь.
Я ставлю иногда пиво.
Для друзей, там, варю, для себя.
-Так.
-Я на даче поставил сусло,
купил дрожжей, добавил.
Но, ей-богу, пиво сварить некогда!
Ну расстреляйте вы, ну не пил я!
Я даже не успел сварить ничего!
СМЕЕТСЯ
-Хорошо, хорошо. Мы вам верим.
-С чего это?
-Слушай, эта история, это, знаешь,
это детективы можно писать
в какую-нибудь заметку в журнал.
Да я просто уверен, что вы когда
сусло ставили, дрожжи проглотили.
Этот момент у вас совпал
с приемом антибиотиков,
микрофлора в желудке была нарушена,
Дрожжи стали расти
прямо у вас в животе!
-Ну и что из этого?
-Что из этого?
Каждый раз, когда вы что-то едите,
картошку, например, чай с сахаром,
у вас дрожжи начинают ферментировать,
то есть превращать сахар
в этиловый спирт.
Понимаете, в чем дело?
СМЕЕТСЯ
У вас прям в животе готовится пиво!
-Чего?
-У вас собственное
пивоваренное производство,
можно сказать, я вас поздравляю!
Поэтому и лекарства показали наличие
алкоголя, хоть вы ничего и не пили,
товарищ инспектор.
-Н-да...
-Господи, вы слышали?
Ох, спасибо!
Золотой человек,
побольше бы таких, спасибо!
Вы слышали, а?
-Так, вот результаты биопсии.
-Доктор, я все равно ничего не пойму.
Вы мне просто скажите,
у Ксюши есть возможность
вернуться в балет?
-Ни я, ни один другой врач не сможет
дать вам однозначного ответа.
Дато Туридзе сделал все, что мог.
У вашей дочери ранний артроз.
И это навсегда.
ВЗДЫХАЕТ
-Давайте я еще раз вас спрошу.
Шанс вернуться в балет у Ксюши есть?
-Стопроцентную гарантию дают обычно
только шарлатаны.
Плюс - велика вероятность
сделать вашего ребенка инвалидом.
-Мам?
-Вставай, вставай!
Давай, вставай.
-А что такое? Зачем?
-Ксюш, ты представляешь, этот доктор
сказал, что у нее мало шансов!
-Доктор...
-Ксюша. Ксюш, ну это ж не про тебя!
Ты ж боец, ты ж не сдашься.
Вставай, дочка, давай.
Давай!
СТОНЫ
-Мама, мне больно!
-Ничего. Ничего, боль надо пережить!
Через не могу, через боль надо
танцевать, Ксюша! Вставай!
-Да? Даже если придется пожертвовать
моим здоровьем?
-Да что ты такое говоришь-то, а?
Мы просто победим
эту дурацкую болезнь!
Ты будешь упорно заниматься!
Ты же любишь балет больше жизни!
-Нет, мама! Это ты хочешь,
чтобы я любила балет больше жизни!
-И это говоришь ты?
Я про себя забыла...
про свою личную жизнь...
У меня только и были Ксюшенька
и балет...
-Мама.
Я просто хочу,
чтобы ты меня услышала.
-А я тебя услышала, Ксюша.
Я услышала.
А ты знаешь, что ты никому
не будешь нужна без балета?
Потому что ты ничего не знаешь,
ничего не умеешь.
Вся твоя жизнь пойдет... в помойку!
По одной единственной причине.
Ты тряпка.
-Спасибо большое. Хотя нет,
позвольте, я после вас. Прошу.
Вы даже не представляете,
что вы для меня сделали, правда.
Как вас зовут?
-Олеся.
-Олеся...
-Красивое имя.
-Спасибо.
-Слушайте, Олеся,
если нужно что-нибудь
вам или доктору, пишите телефон.
-Ничего не надо, спасибо.
-Ну, смотрите.
Э, ГИБДД.
Ты чего ждешь?
-Да не чего, а кого.
Тебя, дорогой.
Протокольчик будем составлять.
А ты как думал? Со своим
пивзаводом за рулем кататься?
-Послушай, но тебе же объяснили,
что не пил я.
-Ну и что?
Алкоголь в крови нашли? Нашли.
Будьте любезны, пройдемте
для составления протокола.
-Но я же не употреблял!
-Это ты в суде будешь доказывать!
Мне ты уже вот где!
-Но я же не употреблял,
значит, ко мне вопросов нет, так?
-Послушайте.
-Только не надо его защищать!
Он не просто пьяный!
-Да не пьяный я! Что ж ты...
-Не только пьяный,
он еще и уставший как собака!
Вы понимаете, что авария -
это просто дело времени.
Ладно еще, если сам пострадает.
А если, не дай бог, дети.
С кого потом спросят?
Вот так вот.
-Ты прав, начальник.
Вот тебе мои права.
Если хочешь - забирай.
Но если не заберешь, я тебе обещаю:
как стану засыпать за рулем,
тут же работать бросаю и еду домой
спать.
Клянусь тебе здоровьем и своими
детьми,
а теперь решай, по-человечески.
ВЗДЫХАЕТ
-Уважаемый, вот эту мадаму, случайно,
не знаешь?
У вас в больнице она не работает?
-Нет.
-Нет?
-Дато!
-Привет.
Что случилось?
-Я теперь - девушка без определенного
места в жизни.
-То есть?
-Я не могу больше танцевать.
Нужно ехать в Москву, а там очень
дорогая клиника.
-А ты знаешь, я тут как раз собрался
в Москву,
могу тебя с собой захватить.
-Что значит захватить?
Мне же туда не на денек надо.
-И хорошо. Заберу не на денек.
Кстати, я неплохо знаю директора
одной клиники,
могу договориться о лечении.
И думаю, получится бесплатно.
-Правда?
-Да.
-Погоди, а что ты им скажешь?
Вот, это моя знакомая, полечите ее,
пожалуйста?
-Да, согласен, как-то нелепо.
Слушай, у меня есть хорошая идея.
-Так, какая?
-Давай я им скажу, что ты моя жена.
-Жена?
-Да, почему бы нет?
-Ну...
-Но тут возникает сразу
другая проблема.
-Ну, какая?
-Я ненавижу лгать.
Если я что-то сказал, это обязательно
должно быть правдой.
А если я им скажу, что ты моя жена,
а ты не моя жена...
Я вижу только один способ решить эту
проблему.
-Так, и какой?
-Надо, чтобы ты и вправду стала моей
женой.
-Дато!..
-Ксюш!
Выйдешь за меня?
-Очень странный тип.
Пришел в приемное, спрашивал
про Наташу - что с ней,
как прошла операция?
Кто он, - не сказал.
Как думаешь, Кириллу рассказать?
-Рассказать. Я сама расскажу.
Спасибо тебе большое, Олесь.
-Щукин видел, как какие-то типы
крутятся вокруг больницы.
И еще один любознательный спрашивал,
где она лежит и что с ней.
-Значит, поломанного позвоночника им
оказалось мало.
-Видимо, да.
-У тебя есть какая-нибудь версия,
что им может быть нужно от нее?
-Ну, если те, кто ее покалечили -
закрыть вопрос полностью,
вдруг она даст показания?
-Возможно.
-А как же полиция?
-Следователь приходил сегодня утром,
ушел, обещал вернуться,
но до сих пор его нет.
В общем, девушку надо перевести
в другую палату.
Но так, чтобы об этом никто не знал,
кроме вас.
Кирилл, сделай это. Если кто-то
спросит, скажи, что я распорядился.
-Я сделаю.
-Ваня, ты что-нибудь хочешь?
-Я много чего хочу, но здесь такого
не подают. Выспаться хочу.
День сегодня веселый был.
-И рубашка неглаженая.
-Чего это неглаженая?
Глаженая, смотри.
-Вань, может, хватит?
-Чего?
-Сколько ты еще бездомным жить
будешь?
Все-таки мы не посторонние тебе люди,
переживаем за тебя.
Тебе забота нужна.
-И рубашки глаженые?
-И рубашки, и завтрак, и обед
вкусный. И просто уютный дом.
Я не настаиваю, хочешь подумать,
подумай. Мы ведь не дети уже, Вань.
Ну сколько можно бегать?
Я через 10 дней вернусь, буду очень
рада видеть тебя дома.
-Хорошо.
Я подумаю.
-О, какая встреча!
Опять с работы?
-Да.
А я смотрю, вы так и не отдыхали?
-Ну что вы, что вы!
Я отдохнул несколько часов.
В вашей больнице, вот так отдохнул!
-А меня почему не позвали?
-Да честно говоря,
я фамилию вашу забыл.
У вас вот такие врачи, золотые люди!
-Так, и что они сказали?
-Да много чего сказали, там всего
не упомнишь, там целые приключения,
век не забуду!
-Ну да, у нас так каждый день.
-А что вы вздыхаете так?
Это же счастье, вы живете настоящей
полноценной жизнью,
спасаете людей, так ведь?
-Наверное, да.
-Ну вот.
Серия 26
-Здесь постой за меня.
Мужчина, вопрос есть.
-Я тебе не справочное бюро.
Ты тупой или глухой?
Я тебе сказал: сюда никого не водить!
Уважаемый!
Прием для населения закрыт. Свободен!
-Ясно.
Вот что, девочки.
Я хотел кое-что купить,
но могу и так взять.
-О как!
А морда не треснет?
-Нет.
УДАР
ШУМ БОРЬБЫ
-Все, все, я понял, мужик.
Отпусти, отпусти! Чего хотел?
-Морфин.
-Ты чего, опух? Какой морфин?
-Что есть?
-Герыч. Винта могу намутить.
-Нужен морфин.
Амнапрол, пармидол.
-Да ты что?
Никто сейчас не барыжит стеклом!
-Ну ты же умный, дай совет!
-С твоими способностями можешь
аптеку грабануть. Или больничку.
-Как раз по дороге.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако.
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
Голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
И божественно прекрасные
Лучше видят и со стороны.
И глаза холоднее, чем снег.
Это смотрит не человек
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы... Ангелы...
-А кто репортеров позвал?
-Да сами пролезли, сенсация же!
-Какая?
-Суицид, пятый за полгода, первые
четверо не выжили.
У них там какое-то
интернет-сообщество, я толком
не знаю, полиция расследует,
это еще до того,
как вы приехали в город.
-А прыгуна этого привезли?
-На подходе, состояние критическое.
Понимаете, этого паренька крайне
важно спасти,
он может рассказать, чего он
прыгнул-то.
-Паренька в любом случае крайне важно
спасти.
Так, граждане репортеры, вас сюда
никто не звал, поэтому попрошу
на выход, здесь больница, а не цирк.
Кто не понял, пеняйте на себя.
Считаю до двух.
Раз!
-В операционную.
-Федор Забелин, 17 лет,
падение с высоты.
Без сознания, пульс нитевидный,
зрачки реагируют.
-Так, клинический анализ крови,
группа, резус, биохимия.
Анализ мочи, коагулограмма, ЭКГ,
рентген грудной клетки,
таза и нижних конечностей.
-МРТ головного мозга.
-Жуков говорит, какое-то
интернет-сообщество.
-Знаете, что такое снаф?
Это ролики с реальными смертями
в кадре. В Интернете их полно.
-Скотство.
-Доходный бизнес.
Гибель тех четверых ребят кто-то
снимал на видео.
-И что, оно попало в Сеть?
-Представьте, каково родителям!
146 на 98. Так себе - для 10 утра.
Давайте все-таки ЭКГ сделаем.
-Давайте не сейчас.
Видите, что творится.
Комиссия из Горздрава, этот тендер,
будь он неладен!
-Да, но при чем тут ваше ЭКГ?
Всего 10 минут.
Плюс анализы и томограмма головы -
в идеале.
-Тетенька, дайте попить,
а то переночевать негде!
-Я все сделаю сама, никто из коллег
не узнает.
Иван Андреевич, но вы же сами
говорили: "Не можешь помочь себе,
как поможешь другим?"
-Совсем плохо?
-Терпимо.
Ты говорил с Антоновым?
-Говорил. Бесполезно.
Метадоновая терапия только
в специальном стационаре.
-Я пить хочу.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Держись, Наташа. Еще 3-4 дня
перетерпеть, и лучше станет.
-У меня высшее медицинское,
неоконченное.
-Окончишь.
Попробуй поспать.
А я приду в обед, ладно?
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Ну что, вся банда в сборе?
Начинаем сходку.
Итак, коллеги, у нас с вами
сочетанная травма: закрытая
черепно-мозговая, и, как хорошо
это видно на КТ,
субдуральная гематома теменной доли.
А также перелом костей таза
с разрывом тазового кольца,
плюс перелом левой большеберцовой
кости в средней трети,
а также левой малоберцовой в верхней
трети.
В общем, полный комплект.
-Конвейер.
-С языка сняли, Нана Вахтанговна.
Ну и как вы уже догадались,
вы у нас - номер один.
После трепанации и удаления гематомы
оперируем таз,
и номер два: Алексей Викторович,
главный специалист по тазам.
-Марат, ты себя в стендапе
не пробовал? Сцена по тебе плачет.
-Благодарю за комплимент, коллега.
Но позвольте, я все-таки продолжу.
Итак, фиксация костей таза в аппарате
наружной фиксации, хирург Антонов.
Ну и номер три: ваш покорный слуга,
остеосинтез большеберцовой кости
с установкой штифта - это уже
моя головная боль.
Вопросы есть?
-Не могу я в это поверить!
Какая муха его укусила?
Успешный, здоровый, веселый парень,
умный,
популярный у сверстников,
девчонки вокруг него
хороводы водят,
материально мы обеспечены.
Какая депрессия? Какой нервный срыв?
Я бы давно заметил.
-Это его девушка?
-Да шут его знает.
Я в личные дела не лезу.
Операция скоро?
-А она уже идет.
Я должен задать вам последний,
неприятный вопрос.
Мы сделали анализы.
На все сразу проверить невозможно.
Я имею в виду наркотики.
-Исключено.
-Уверены?
-Полностью.
Федор серьезно занимается спортом.
Биатлон. Региональная сборная.
У них каждую неделю тесты.
Так что да, я уверен.
Если...
Если только...
-"Если только" что?
-Его специально не накачали.
СМЕХ
-Да ладно!
-Привет, красавицы!
-Здравствуйте.
-Здрасте.
-Кто из вас меньше занят?
-Здесь все красавицы заняты.
Спросите в доме престарелых.
-Боюсь, не доползу.
Почти что весь песок высыпался.
-Что вы хотели, мужчина?
-Пять секунд вашего драгоценного
времени.
-Каждому по пять -
поломается кровать.
СМЕХ
-Согласен, мебель надо беречь.
А вы замужем?
-Ого!
-А вы?
-Нет.
Я за традиционную ориентацию.
СМЕХ
За меня пойдете?
Я молодой, красивый, холостой.
Зовут Саша.
-М-м...
-Пою, танцую.
Кстати, могу кровать починить,
которая поломается,
а она поломается, и не один раз.
-Лихой парень. Вы в больницу-то зачем
пришли?
-Это личное.
ВЗДЫХАЕТ
Но вам, сударыня, я скажу.
Мне нужен ваш главный врач,
а точнее, его и.о.
-Зачем?
-Выпить, закусить.
Ну а там видно будет.
-Вы друг Ивана Андреевича?
-Не разлей вода.
-Тогда позвоните ему.
-Хочу сделать сюрприз.
-Ладно, Олеся, иди проводи.
-Ну, идемте, Саша.
-Ух!
-Ой, сударыня...
Вот же паршивец!
-Скальпель.
Сухо.
Распатор.
-Вы заметили, у него ссадины
на ладонях.
Странно. Он же упал на мягкий газон,
поэтому и выжил.
-Хватался за что-то.
Мы оперируем голову, а не руки.
Сосредоточься.
-Странно для самоубийцы.
-Может, передумал в последний момент.
Сверло.
-Или это не суицид.
Упал сам.
Или ему помогли.
-Вот вылечим, и ты его спросишь.
Хватит болтать, детектив.
ШУМ СВЕРЛА
-Нам не сказали, что терапия тоже
на проверке.
-Это комиссия, а не экскурсия.
-Но мы не подготовились.
-В том и соль,
дорогой Владлен Эдуардович.
Чтобы как снег на голову.
Мы уполномочены проверять любые
объекты на территории клиники.
-Заведующая отделением
Лариса Сергеева. Чем могу помочь?
-Здравствуйте. Татьяна Шведова,
старший инспектор.
Вот предписание Облздрава.
-Добро пожаловать.
С чего хотите начать?
-Прежде всего - стационар.
Затем - технические и служебные
помещения.
-Ясно. Валера вас проводит,
а я присоединюсь через минуту.
-Ты что так расшаркалась?
-А мне что, поперек дороги им лечь?
Лора, ты сказала, что нас поддержат.
И что?
Эти хомячки суют нос в каждую щель.
Нарышкину список нарушений выкатили -
полдня читать.
А у тебя конь не валялся.
Краны текут, вентиляция не работает,
фрамуга в женском туалете
не закрывается.
-Вот и отлично.
-Я тебя не понимаю.
-И не надо.
Назови еще, когда чинить фрамугу.
Влад.
Напряги Кухову.
Я врач. Мое дело - лечить.
Твое - чинить фрамугу.
Мы солдаты.
Спросят с генерала.
Допетрил?
-Снимайте свитер.
СТУК В ДВЕРЬ
-Кто бы там ни был, гоните в шею.
-С радостью.
-О, кажется, я помешал.
Мне нужен Иван Андреевич.
-Извините, он сейчас занят.
-Вижу, вижу. Полностью одобряю.
-Саня!
Какими судьбами?
-Да так, мимо проходил.
-Эльвира Рафаэлевна, знакомьтесь:
Александр Гонтарь, мой друг,
настоящий полковник
и обыкновенный сверхчеловек.
-Саша. Позволите?
-Ты надолго?
-Ну, погощу недельку.
Подожди ты с расспросами.
Дай наглядеться.
Да не на тебя, балда.
Был у вас в госпитале перед отъездом.
Все тебе приветы шлют,
девчата - поцелуи.
Их, конечно, я тебе передавать
не буду, не обижайся.
Этот лысый, майор Бондаренко,
теперь на твоей должности.
Звезду ему добавили.
-Шустрый.
А что ты в госпитале делал?
-Да так, забежал проездом.
-А остановился где?
-Пока нигде.
Я только приехал.
Посоветуешь гостиницу?
-Забудь.
Живешь у меня.
Я сейчас квартиру снимаю в центре
города. Хоромы.
-Спасибо, Ваня. А что дома не живешь?
-Разбежались.
-М-м...
Ты не говорил.
-А что говорить?
В общем, найдешь без труда.
Только учти, жрать у меня нечего.
-Прорвемся.
Возьму что-нибудь по дороге.
Пузыря раздавим.
-Ты же не пьешь.
-Все течет, брат, все меняется.
Слушай, а вот эта...
э-э... красотка Эля,
как у тебя с ней?
-Да никак.
Ты макароны давай убавь.
-Ага. Понял.
Смотри, брат, такие девочки долго
одни не гуляют.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да, Олег Сергеевич, слушаю вас.
-Иван Андреевич, я знаю, что у вас
обед, но у нас тут полиция.
Хотят обыскать больницу.
-Ого!
Сейчас иду.
-Бомбежка с флангов?
-Сам справлюсь.
Рад тебя видеть, Саня.
До вечера. Давай.
Подожди, сейчас, ключи.
Вот этот маленький - от тамбура.
Ну а с остальными разберешься.
Ничего не понимаю. Еще раз.
-Я же вам объясняю, доктор,
дорогой,
это называется "тайна следствия".
Вы что, кино не смотрите?
-Нет.
-Да какие там тайны?
Уже давно все в Интернете выложено.
Они нашли регистратор в машине.
Машина была припаркована возле дома,
с которого Федя прыгнул.
И там видно, как в подъезд входят
Федор и девочка.
Девочка выбегает через 10 минут.
-Я не знаю, кто слил запись,
но это серьезное преступление.
-Там парковка.
Регистраторов как грязи.
Кто-то успел слить,
пока вы додумались.
-А больница-то тут при чем?
Парень на операционном столе,
под общим наркозом.
-Им девчонка нужна.
Наверное, они ее дома не застали,
а папа прыгуна видел ее здесь
два часа назад.
-С ней в одном дворе жил третий
по счету самоубийца,
а мать первого работает с ее матерью
в одном здании.
-Ага. А сестра жены моего дяди хорошо
знает двоюродного брата жены,
секретарши директора школы.
-Пинкертоны, едрена мышь.
-Так, прекратить балаган.
У вас ордер на обыск есть?
-А надо?
-Надо.
Надо!
Вот когда добудете ордер,
тогда милости просим.
А пока поищет наша охрана.
Хорошо?
-Это последняя.
Контрольная.
-Ровно, Леша, ровно.
Глаз - алмаз.
-Еще пол-оборота.
Вот так.
Вот теперь порядок.
-Ловишь микроны?
Выпендриваешься перед высшим
начальством?
-Люблю точность, доктор.
И ты не высшее начальство,
а среднее звено.
Мелочь пузатая.
Извини, конечно.
-Хм...
Поживем - увидим.
Будешь мне еще пятки целовать.
Так, начинаю остеосинтез
левой большой берцовой кости.
-Андрей?
-Тс-ш...
-Лежи, не дергайся.
-Я охрану вызову.
-Да не гони.
Тебя же ломает.
Раскумариться хочешь.
Ну, говори, хочешь, нет?
-Хочу.
-Облом.
Не заработала.
Сделаешь, как в прошлый раз,
я тебя поправлю.
-Ты шутишь?
Я двигаться не могу.
Ты мне спину сломал.
-Да ты не парься.
Я сам все возьму.
Ты, главное, узнай, где.
У тебя же дружбан здесь работает,
у него и спроси.
-Уйди, пожалуйста.
-Куда ты денешься?
-Простите, я кое-что нашла на МРТ,
хотела показать.
-Погоди.
А вон тот парень с вашего курса?
-Впервые вижу.
-Эй!
Молодой человек!
Эй!
Стой!
-Кира, быстро беги за Антоновым.
К Наташе пролез какой-то тип.
Наташа, кто это был?
-Я не знаю.
-Только что отсюда вышел мужик.
Кто это?
-Я не знаю. Палату перепутал.
-Это он тебя облил?
Ушлепок!
Кирилл!
-Извините.
-Единственный вариант - это
круглосуточная охрана.
-Ну во-первых, это нереально,
а во-вторых, глупо.
Такими людьми должна заниматься
полиция.
Попробуй уговорить Наталью
назвать его имя.
-Все-таки я поговорю с отцом.
-Послушай, у него сейчас и так хлопот
достаточно.
Ну впрочем, как знаешь.
Инга, ты говорила, что нашла что-то
на МРТ Федорова?
-Ах, да!
Вот, слева - височная доля.
Справа - то же самое.
Может, я что-то и путаю,
но если это не гидропсы, то что?
-Да, похоже.
Нана Вахтанговна, посмотрите.
Что видите?
-Расширение инделефатических
пространств мешочков ампулы
полукружных каналов.
Это чья голова?
-Нашего пациента.
-У парня Меньер.
И как же я просмотрела?
-Угу. И я тоже.
Но вас еще можно понять,
вы изучали гематому.
-Инга, получается, ты у нас
супергерл!
-Если честно, я просто знала,
что искать.
-Откуда?
-Догадалась.
Ну, я была уверена,
что это не суицид.
-А что тогда?
-Редкое расстройство вестибулярного
аппарата. Синдром Меньера.
Головокружение, дезориентация,
морская болезнь.
В перспективе он еще и оглохнет.
-Это я помню, Алексей Викторович.
Но почему он залез на эту крышу?
Такие пациенты, как правило,
панически боятся высоты.
-Он там был с девушкой.
Может быть, он решил ей доказать,
что он не трус.
-Если девушке нужны такие
доказательства, эта девушка - дура!
-Я запомню.
-Как же я Меньера проглядела?!
-Дайте мне, я тоже - доктор.
-Хирург. А я - терапевт-кардиолог.
И вообще, женщинам надо уступать.
Ну, ничего критического я не вижу.
Надо больше отдыхать,
и придется заставить вас делать МРТ.
-Хорошего помаленьку.
Эльвира Рафаэлевна,
а расскажите мне о себе.
Я ведь о вас ничего не знаю
практически.
-Зачем вам знать?
-Ну остальных я более-менее
разглядел.
Мне даже Туридзе уже понятна больше,
чем вы.
-Боюсь вас разочаровать,
Иван Андреевич.
Нет никаких щемящих тайн.
БОльшая часть моей жизни
прошла здесь.
Мужа нет, детей тоже.
-Неожиданно.
А от поклонников ведь наверняка
отбоя нет. Почему так?
-Ну, может быть, проблема в том,
что я слишком долго выбирала.
Ждала кого-то особенного.
Сейчас у меня только карьера.
-М-м! Карьера?
Это же вы должны быть
вместо Лаврентьева?
А Заславский продвинул меня.
Будь вы карьеристка,
вы бы возненавидели меня.
А вы носитесь со мной,
как с писаной торбой.
-Вы не допускаете мысль,
что можете просто нравиться людям?
Чисто по-человечески.
Что можете вызывать симпатию и
сочувствие.
Вам везде мерещится расчет.
Обжегшийся на молоке на воду дует?
-Хм! Ну, может быть, может быть.
-Мне пора.
-Спасибо вам большое.
-Подумайте над тем, что я сказала.
ЖЕНСКИЙ ПЛАЧ
ВСХЛИПЫВАНИЯ
-Ты не бойся, я тебя не съем.
Ты кто?
-Софья Удальцова.
-Девушка Федора?
Здесь тебя никто не тронет. Пойдем.
Тебя ищет полиция, и она тебя рано
или поздно найдет.
Если ничего не делать.
-Я не виновата в том, что случилось.
-А что случилось?
-Федя разбился.
Он умер?
-Да какой там?! Спит, как суслик.
После операции.
-Вы не врете?
-Не переношу вранья!
-Я не хотела.
Но он очень просил,
я включила камеру.
А потом он упал, я дико испугалась,
убежала.
Я не знаю, что делать с записью.
Хотела стереть, потом подумала:
вдруг это последний кадр,
где он живой?
-Так, для начала покажи мне,
а там решим.
Давай.
СТУК В ДВЕРЬ
-Выйди, пожалуйста, я работаю.
-Вижу.
Елизавета Владимировна, что с вами?
-Ничего.
Взгрустнулось что-то.
-Какая сволочь вас обидела?
-Твоя жена.
-Но она уехала.
-Цветы, на них нет санитарного
сертификата,
это очень грубое нарушение.
-Маразм.
-Требуют утилизировать.
И вынести нельзя, отберут на вахте.
Но "красная зона"...
Никит, все!
Пожалуйста, иди работай!
-Есть идея.
-Ну кому ты звонишь?
Здесь даже Хлебников бессилен.
-Есть люди и покруче.
Але, здравствуйте!
Никита Бородин, анестезиолог.
У вас найдется ведро и веревка?
-Нашли?
-Нашли.
-Вставай!
-Софья, сидите.
-А вы понимаете,
что вы скрываете преступницу?
Она в розыске.
-Полиция ошиблась.
Она не имеет отношения
к роликам в Сети.
-А при чем тут ролики?
Эта девица - дочь моего конкурента
по бизнесу!
Она специально втерлась в доверие
к Федору!
И склонила его к этому безумству!
Я запретил ему с ней встречаться,
а он не послушался!
-Просто Монтекки и Капулетти!
Хорошо, что концовка повеселее.
-Вы о чем?
-У Федора сложное редкое заболевание.
Болезнь Меньера.
На высоте у него кружится голова,
и он теряет ориентацию
в пространстве!
-Чушь!
Да, Федор боится высоты.
Но не боится только идиот!
Страх - это инстинкт,
но мы не животные,
мы должны ломать в себе труса.
Я тоже боялся высоты,
а стал промышленным альпинистом.
-Федя хочет стать кинорежиссером.
-Да хоть балериной!
У мужика должен быть характер!
Я купил ему абонемент на 10 прыжков
с парашютом, и что?
Его стошнило прям в самолете.
Опозорился перед нормальными парнями!
-Ну инстинкты, может, ломать и нужно,
а вот болезни лучше лечить.
Причина того, что ваш сын чуть
трагически не погиб, не в страхе.
Со страхом он поборолся,
но он хотел доказать свое мужество.
-Кому, ей?
-Нет, вам.
Вам!
А ей, кстати, мужества
тоже не занимать.
Не каждый осмелится показать мне,
например, такие записи.
Вот, полюбуйтесь.
ВИДЕО:
-Папа, это видео посвящается тебе.
Я не трус.
Тебе нечего стыдится!
Я ничего не боюсь,
и сейчас я тебе это докажу.
СИГНАЛЫ КАРДИОМОНИТОРА
-Степан Михайлович!
Кактусы ремонтируете?
-Послушал Грету Тунберг
и решил озелениться.
-Бог в помощь!
Какие планы на вечер?
-Да были планы, пришлось отменить.
-А заедем ко мне?
Я тебя познакомлю с одним очень
интересным и хорошим человеком.
-Ну если с хорошим, давай.
-Ты прости, что запретил Антонову
ассистировать,
я знаю, ты хотел,
но сам понимаешь...
-Я понимаю. Понимаю. Проехали.
СМЕХ
-Давай!
СМЕХ
Тебе с нами не скучно?
-Не, не, все классно.
Дядя Саш, можно вопрос?
-Валяй!
-А вы к нам надолго?
-Поживем недельку,
а там видно будет. А что?
-Хотел попросить, вы не могли бы меня
боевке подучить?
-А!
-Ну я типа кое-чего умею,
но это так, по-дворовому.
-Угу.
-Ничего рассказать не хочешь?
-М-м!
Честно говоря, хочу, но не знаю,
стоит ли тебя впутывать.
-Но я же все равно впутаюсь.
-М-м!
ВЗДОХ
-Сегодня к Наташе в больницу
кто-то приходил.
Она не говорит - кто, но видно,
что она боится его до смерти.
Я думаю, что это тот упырь,
наркоман, который ее подсадил на иглу
и избил.
-Так, продолжай.
-Он чего-то хочет. Я не знаю, чего.
Но в полицию я не пойду.
-А вот это неправильно, сынок.
-Погоди!
Думаешь, ее во что-то втянули?
-Мы договорились присматривать
за ней,
сегодня там - Инга, завтра - я.
-Он скажет, что просто зашел
навестить больную.
Будешь пытать его?
-Если придется.
СМЕХ
-Нет, сынок, так дела не делаются.
Надо сначала выяснить,
что ему нужно от Наташи,
что за бобер, с каких озер?
А потом уже брать за жабры.
Так, разведка?
-Так, санчасть!
Только выяснять тут особо нечего.
Что наркоману может быть нужно
в больнице?
У вас же там - наркотики
и еще много чего.
-Я даже об этом не думал.
Ладно. Пап, дядя Саш, мне нужно
поехать, Инга там одна...
-Сиди!
Присядь.
Кх...
Охрана? Это Хлебников.
Нужно организовать еще одну вахту
в больнице сегодня.
Прямо сейчас.
Найдите ординатора...
-Кораблеву.
-Кораблеву.
А распоряжение напишу завтра.
Разумеется, сверхурочные, конечно.
Спасибо.
Доброй ночи.
Вот так.
Еще по одной, и на боковую.
СТОН
Серия 27
СТОНЫ
Саня!
Саня, Саня, Саня. Тихо, тихо,
тихо. Это я, это я. Тихо, тихо, тихо.
СТОНЫ
Всё в порядке. Что с тобой?
Что случилось?
-Мне так плохо.
Ваши мирные разносолы...
-Давай.
-Привык к армейской баланде.
-Давай, давай.
-Как говорят, щи да каша - пища наша.
-Тихо, тихо. Саня, давно ты так?
-Все равно же не слезешь...
-Не слезу. Давай, рассказывай.
-Только не надо здесь лицом лопотать.
Глиобластома у меня.
В госпитале нашли.
-Давай, давай-ка вот так вот.
Полегче? Сядь.
Что же ты молчал?
Что же ты молчал?!
-Как выписали, сразу из Москвы
стартанул, у тебя погощу недельку.
Потом к Коломийцу на Урал,
потом на Байкал - порыбачу.
Серега давно звал.
Путь скорби прямо на восток.
-Можно же сделать операцию,
хотя бы попытаться.
-Операция даст от силы
два месяца. Зачем?
А так - последние
дни пожить нормально.
Чудес не бывает, Ваня.
Неужели ты не понял?
Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Очень больно.
-Ира, сейчас!
-Что у нас?
-Ирина Надеждина, 47 лет, острая боль
в брюшной полости,
преимущественно справа.
-Тошнота? Рвота?
-Перед тем, как скорая приехала,
да, была рвота.
-В смотровую.
Быстрее, быстрее, быстрее.
-Ой, Иван Андреевич, у вас нету
перманентного маркера или краски
какой-нибудь? Может быть, лак женский
для ногтей? Но только не розовый...
-Я похож на человека, у которого
есть женский розовый лак?
-А розовый и не надо,
черный желательно.
-Да никакого нет. А зачем?
-Пошли, покажу.
-Товарищ завхоз,
у нас будут проблемы?
-Надо бы инвентарные номера обновить.
Раньше большие предметы и аппаратуру
просматривали, а теперь...
туалетную бумагу пересчитывают.
-Ой!
-Ириша, что с тобой?
-Куда вы? Сюда нельзя.
-Доктор, что с ней?
-Скорее всего, аппендицит.
Ничего страшного,
хорошо, что вовремя приехали.
Сейчас сделаем УЗИ,
возьмем кровь, все станет ясно.
Но скорее всего, по всем
симптомам, это аппендицит. Прошу вас.
-Да.
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
КАШЕЛЬ
-Нормально? Нормально?
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Да. Да, нормально.
-Молодцы.
Вика, постоянно наблюдать,
кислородная терапия,
назначение у вас.
Если понадоблюсь, зовите.
-Хорошо, Никита Романович.
КАШЕЛЬ
-Ну, что с ней?
-Она сейчас на УЗИ. Вы мне вот что
скажите - страдала она какими-то
хроническими заболеваниями?
Лекарства какие-то принимала или нет?
На давление жаловалась или нет?
-На давление - нет,
хронических тоже нет.
-Ну как так? Сколько? 47 лет...
и абсолютно здорова?
Может, вы что-то не знаете?
-Я знаю, мы по здоровью все подбили,
витаминчики, диета.
Вот, через две недели протокол ЭКО.
-ЭКО?
-Да, ей 47, а мне 49. И что, скажете,
нам детишек нельзя хотеть?
-Нет, ну почему?
-А! "В таком возрасте, вы подумайте.
А если с вами что-то случится?
Да, с кем ребенок останется?"
-Да нет, я не про это.
-Да я посильнее некоторых буду.
Я в прошлом году полумарафон
пробежал.
Десять лет. Десять лет мы готовились.
Я столько лекарств сожрал,
она столько процедур перенесла.
Два года на ЭКО собирали.
Решили, что не получится, значит,
судьба такая - жить без детишек.
Подождите, но если у нее
аппендицит, получается,
что протокол через две недели
нельзя начинать?
-Да, похоже, аппендицит,
стенка уплотнена.
-Что? Что такое?
-Вы полежите, я сейчас.
-Иван? Здравствуйте.
-Здравствуй, дорогой. У тебя хорошо,
я смотрю, русский продвигается.
-Конечно! Как дела, Иван?
Как ты живешь? Как ты спишь?
Я нашел хороший способ спать -
"Братья Карамазовы".
Читать один-два страницы, и спать.
-Спасибо, я попробую.
Но я как раз к тебе по медицинскому
вопросу.
Мне нужен твой брат.
-Айран? Онколоджист?
-Да, онколог. Он же в Израиле?
-Да. С тобой плохо?
-Нет, не со мной, с моим другом.
Глиобластома.
Но у меня нет денег
заплатить за его операцию.
-Нет денег? Это плохо.
Но я должен тебе больше, чем деньги,
я тебе должен моя жизнь.
-Ай'м докта, ду ю нид хелп?
-Йес, йес.
-Субдурал гематома, андестенд?
Нужно снять давление вот здесь.
Прэше, давление, андестенд?
-Ты чего придумал?
-У него закрытая черепно-мозговая
травма.
Похоже на субдуральную гематому.
Если ему не снять внутричерепное
давление прямо сейчас, он умрет.
-Ноу, ноу, ноу! Хоспитал!
-Какой госпиталь?
Не довезете, 50 километров
по грунтовке.
-Ноу, гоу!
-Какой гоу, доктор, хелп!
-Посмотри на него.
Да посмотри ты на него!
-Отойди, говорю. Не доводи до греха!
-Дон'т ворри, траст ми.
Плиз.
Держи.
Давай, дружище...
Давай, давай, дружище.
Молодец.
-Да.
-Мне нужна твоя помощь. Это срочно.
-Я думал, коньяком отделаюсь.
-Лидия Анатольевна, там проверяющие
в перевязочной шерстят.
-Ну и что? У нас там полный порядок.
-А зонды?
-Что зонды?
-Ну, помните, Сергеев зонды
не закупил, средств не было.
Хлебников еще орал,
а потом на свои закупил.
-Они же не на балансе!
-Да.
-Молодец, что вспомнила.
Забирай, прячь.
-Так они уже сюда идут, я еле успела.
-Садись.
-Здравствуйте. Это сестринская?
-Зарасте.
-На дверях написано.
-Нам нужно проверку сделать.
-Нужно - делайте.
-Извините, вы не могли бы?
-Не могла бы.
-Вот, видите?
И тонус высокий.
-Что? Что такое?
-Срок?
-12.
-12 недель.
Вы беременны.
-Я?
Беременна?
-Эй, спокойно.
Ты чего? Больно?
-Все время снится, как Андрей
подходит и...
-Я сегодня же позвоню следователю.
Я тебе обещаю, что я его буду долбать
каждый день.
-И что они сделают?
-Хотя бы охрану приставят.
Чтобы эта тварь к тебе
больше не приходила.
-Охрану?
Кирилл, кому это нужно?
Скажут, сама виновата.
-В чем ты виновата?
-Что подсела.
Никогда он от меня не отстанет.
Пока не убьет.
-Я все время поражаюсь, здесь
больница или модельное агентство?
Такое количество красивых женщин
на квадратный метр...
-Здравствуйте, Александр.
-Мне бы к Ивану попасть. Пустите?
-Ну, конечно, только бахильчики
возьмите.
-Олесенька...
-Алексей Викторович, вот биохимия.
Лейкоцитоз - 12, и симптом Кохера
положительный.
И еще на УЗИ подтвердили аппендицит
и беременность, 12 недель.
-Резать срочно.
ВЗДЫХАЕТ
-Опасность выкидыша большая,
боюсь, что...
-Да что вы все боитесь?
Хуже пациентку из-за аппендицита
потерять в 21-то веке.
Да, вероятность прерывания большая,
но не стопроцентная же.
Вызывайте гинеколога из девятки,
будем под ее наблюдением делать.
-Стерва старая!
Думал, дыру во мне прожжет взглядом.
Главное, нам сказали, будет
неучтенка, сто процентов!
-Еще не вечер, найдем.
-Этот Хлебников правила не соблюдает,
в протокол особо не вникает,
на том и ловить.
-Покрывает персонал батьку своего,
ясное дело!
-Ну что? Все иголки пересчитали?
Молодцы.
Дальше что? Марганцовку будете
взвешивать в граммах?
-Протокол такой, что вы хотите?
-А то, что за иголочки его только
пожурят.
А цель у вас другая.
-Что вы предлагаете?
-С людьми говорить.
-С людьми? С персоналом, что ли?
Так они же его и покрывают.
-С врачами из красной зоны.
Желательно, после дежурства.
С людьми, которые ждут операцию,
кого второй раз привезли.
Спецхранилище с наркотиками.
А иголочки потом посчитаете,
на десерт.
КАШЛЯЕТ
-Вадик, что-то беспокоит?
-Вик, прости меня.
Прости за то, что наезжал на тебя.
За то, что выносил тебе мозг.
Я думал, что вы тут чаи гоняете,
что все эти разговоры про загрузку,
про то, что не присесть,
думал, что ты это все специально,
чтобы домой не приезжать ко мне.
А вы тут людей с того света
вытаскиваете.
-Вадик, не беспокойся ни о чем,
пожалуйста.
У нас все будет хорошо.
-Саша, как вы меня напугали.
-Лидочка Анатольевна, простите,
я не хотел.
Ванин кабинет ищу, заблудился.
-А, ну, я вам покажу сейчас.
Закрою здесь и...
-О, у вас тут что-то серьезное
хранится.
Не иначе, как бюст Ленина.
-Лучше! Опиум для народа.
СМЕЕТСЯ
Давайте.
-Ирина, здравствуйте.
Я ваш лечащий врач -
Антонов Алексей Викторович.
Я посмотрел все ваши анализы
и снимки.
Посоветовался с коллегами,
все-таки ситуация непростая.
Нужна экстренная аппендэктомия.
-Но я же беременна.
-Поэтому я и говорю,
что все очень непросто.
Риск большой.
Риск преждевременного прерывания,
как во время операции,
так и после нее.
Но операция нужна.
-Алексей Викторович, я потерплю.
Пожалуйста, не надо операцию.
-Ирина, надо.
-Мне уже не больно.
-Если не сделать операцию,
то потеряете не только беременность,
но и жизнь.
-Вот он я, явился по первому зову.
Чего звонил?
-Сань, ты помнишь Иссера,
Иссера Леви?
У него в Израиле брат -
нейрохирург в клинике хорошей.
-Как он? Как ему после стольких лет
родные нивы Массачусетса?
-Да нормально ему.
Ты мне зубы-то не заговаривай.
Его брат готов тебя осмотреть
в своей клинике.
Сделаем предварительные исследования
у нас, и полетишь.
-На крыльях любви.
-Ну что ты боишься?
-Мне уже нечего бояться.
-Чем мы с тобой занимались всю жизнь?
-Подводишь итоги для эпитафии?
-Рисковали.
Вот и сейчас я тебе предлагаю
рискнуть.
Надежды, ее нет никогда, не впервой.
А вдруг?
-Наташа, но почему?
Что ты ему сделала?
-Не знаю, у него какие-то проблемы
с поставками, кому-то должен много.
-А ты-то тут при чем?
-Ну, я ему...
Я раньше в больнице работала.
Хорошо, что только выгнали,
посадить могли.
Ну, а сейчас он требует,
чтобы я снова...
-Вижу по тебе, ты что-то придумал.
-Что отец сказал?
Что вчера была разведка.
И значит, этот Андрей вернется снова.
Ты поняла, зачем?
-За Наташей?
ВЗДЫХАЕТ
-За больничными наркотиками.
Ему вот так надо, понимаешь?
И давай дадим ему то, что он хочет.
-Украдем наркотики?
-Да нет.
Мы просто устроим все так,
что он сам сюда придет,
заберет наркотики, а потом
мы его схватим с поличным.
-Так...
Мы вдвоем?
Нет, сами не можем,
надо Хлебникову сказать.
-Не надо никому говорить,
сами справимся.
-Нет!
Или мы говорим Хлебникову,
или придумаем другой способ.
СТУК В ДВЕРЬ
-Вот невоспитанный человек ты, Ваня.
Сразу раздеваться,
даже не поздоровался.
Эльвира, простите его.
Он в пустыне без приличного общества
совсем одичал.
-Саша, буду вам очень признательна,
если вы мне расскажите поподробнее
как лечащему врачу Ивана Андреевича
про все ваши приключения там.
Особенно про те, которые отразились
на здоровье Ивана Андреевича.
-Вы посмотрите на этого дуболома,
разве что-то может повлиять
на его здоровье?
Только ядерный взрыв.
И то если только
в самом эпицентре будет.
-Так, у нашего дуболома давление
150 на 100.
Таблетки принимали?
Завтракали?
Опять нет.
Только кофе на голодный желудок.
Значит, так. Новое предписание -
завтракать каждый день в "Лекаре".
Буду контролировать лично.
За руку отводить.
Если надо, буду с ложечки кормить.
-Что надо в этой жизни сделать
такого,
чтобы такая женщина так за тобой
ухаживала?
Приглашала на завтрак...
И вообще.
-Лечь к нам в хирургическое
отделение.
Чем быстрее, тем лучше.
Немедленно.
-Дурак ты, Ваня.
Вот умный вроде, а дурак.
Думаешь, она по долгу службы пришла?
Человек заботится о тебе,
а ты портянки сушишь.
-Знаешь, что?
-Знаю. Знаю.
Да, у меня начало налаживаться
с Машей, с Кириллом.
Надолго?
Вы в разводе, оба виноваты.
Маша сама же хотела.
Сама на развод подала.
Разбитую чашку ведь не склеишь.
Фарш невозможно провернуть назад.
А тут такая женщина.
Ну, явно любит.
Упустишь ее -
будешь дурак.
Одно я понял, как "Отче Наш", -
цени, что жизнь тебе дает.
Случится, может все что угодно
и когда угодно.
-Хватит мне зубы заговаривать.
Она моя коллега,
это непрофессионально
и не по правилам.
-Вань, ты как неродной какой.
Когда ты правила-то соблюдал, а?
-Всегда.
Ты лечиться будешь?
-Начинаем.
Делаем разрез в нижней точке Калька.
Троакар.
-Она же только утром у нас была
по поводу ЭКО.
Оказывается, беременна и аппендицит.
-У вас девятка?
-Угу.
Они у нас уже легенды стали.
Столько лет лечатся от бесплодия.
У репродуктолога Муратова,
знаете такого?
-Ага.
-Вот судьба...
Оба здоровы и с другими партнерами
могли бы иметь детей,
но именно друг с другом
не получается.
И ведь все проверили, все.
Жена здорова, муж здоров,
а вместе несовместимы.
-Ну, теперь совместимы.
Вдруг. Внезапно.
Ножницы.
-Такова судьба.
-Да, чудеса, доктор, встречаются.
-И не говорите.
-Да.
-Пот.
Какие там чудеса, я вас умоляю.
Тут у жены, вероятно,
совместимость с каким-то другим
мужчиной образовалась.
Проблемка.
Кто мужу сообщит?
А вдруг он какой-нибудь Отелло
из Хацапетовки?
Как бы тут не учудил сцену ревности.
Есть.
Обрабатываем.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Ты позвонишь этому следователю
насчет Наташи?
-Да.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да.
-Здравствуйте, это Хлебников
из Первой ЦКБ.
Я вам сегодня уже звонил по поводу
пациентки Натальи Григорьевой.
-И?
-Вчера приходил ее сожитель,
который ее избил.
Я всерьез опасаюсь за ее жизнь
и здоровье.
-Ну и что вы предлагаете?
-Привлечь его.
Поставить охрану.
-Охрану приставлять к каждой наркоше?
Как вы это представляете?
-Он же может еще прийти.
-Ну, вы не пускайте его.
Вы же отвечаете за пациента.
-Мы отвечаем за лечение,
а если к нашим пациентам приходят
и угрожают им...
-Слушайте, я не пойму,
у вас больница или проходной двор?
Приходят, угрожают.
Что это такое происходит?
-Я тебе уже три раз за день говорю,
Ваня, чудес не бывает.
Не бывает.
Ты все хочешь по справедливости,
по закону, а против лома...
-Мы тут, кстати, кое-что придумали.
Садись.
-Вы?
-Да.
СТУК В ДВЕРЬ
-Никита...
-Вик...
-Я тебя искала.
-Все нормально? Или что-то с...
-Нет, нет, там все хорошо.
Никита, ты в детстве
"Алису в Зазеркалье" читал?
-Читал вроде.
-Я подумала, а вдруг Красная зона -
это Зазеркалье?
И все, что с нами случилось, -
это сон?
Как будто это кривые зеркала.
-Не понял.
-Ну, смотри.
На нас, на нашу жизнь
действует многое, так?
Погода, другие люди, злые толки, так?
А вдруг Красная зона,
она тоже на нас подействовала,
как-то искривила пространство
и притянула нас?
Ну ведь мы долго работаем вместе,
раньше ведь такого не было.
И вдруг началась Красная зона
и весь этот экстрим, стресс,
невыносимое желание поддержки.
-Ты мне правда очень нравишься.
-Я знаю, знаю.
Ты мне тоже очень.
Но мы нравимся друг другу здесь,
в зоне, с другим притяжением, что ли.
Вдруг закроется Красная зона,
и наши сердца тоже закроются?
-И что нам делать?
-Нам нужно думать, подумать.
Сбросить с себя Зазеркалье
и подумать.
-Вы что, с ума сошли?
Воровать наркотики из больницы?
-Не воровать, а сделать вид.
-Чтобы что?
-Чтобы взять его тепленьким.
Андрей придет, и мы его схватим.
-Кто мы? Кто?
Ты? Инга?
Ты сам только с больничной койки.
Нет, нет и нет.
Все, давайте дуйте отсюда.
Вам что, заняться больше нечем?
-Ну скажите ему,
вон, как человек мучается.
Хоть порадуйте.
-Угу. А если огорчу?
А ну, как ревность начнется?
Не, не умею я такие разговоры
разговаривать.
-Ну у вас же у самого трое.
-Ну?
-Ну. Как вам жена сообщала?
-Как...
Я, значит, на дежурство, ну,
ничего не предвещало, все нормально.
Через три часа звонит:
"Аленушку родила".
-О боже!
СМЕХ
-Что случилось? Что-то с женой?
-Нет, нет.
С женой все в порядке, все хорошо.
Вы просто подождите.
-Ну что, видишь, какой нервный?
Нет, пусть лучше ему Антонов говорит.
Расскажет, как удачно прошла
операция, а там между делом...
-Ну а если операция прошла неудачно?
-Типун тебе на язык.
-Вы что-то скрываете. Ей нехорошо?
-Нет.
-А вы скрываете.
-Вот этого берем.
-Скандалят. Наверняка
что-то серьезное.
-Понимаете или нет?
-Что здесь происходит?
-Они не хотят мне говорить,
что с моей женой.
Они обязаны, больница обязана,
а вы скрываете.
-Послушайте, давайте сначала
успокоимся. Ладно?
С вашей женой все хорошо.
Она сейчас в палате интенсивной
терапии.
Думаю, через час мы ее переведем
в обычную палату.
Операция прошла успешно,
плод не пострадал.
-Кто не пострадал?
-Радоваться пока рано,
беременность в таком возрасте,
но мы подключим спазмолитики,
будем за ней наблюдать.
Все будет хорошо.
-Беременность?
Беременность?
-А вам что, не сказали?
Гинеколог из девятки не сообщила?
-Да только что пробежала.
"До свидания" - и улетела.
-Валерьяночки?
-Твою мать...
-Вот ты мне скажи, есть человек,
которому нужно помочь.
Конкретной девчонке,
у которой нет защиты.
Кто ей поможет? Только мы.
Что ты артачишься?
-Здесь нужны специально обученные
люди.
-А мы?
Мы что? Не обученные?
Мы с тобой.
Да мы столько видели,
сколько эти на местах за всю жизнь
не увидят.
Ну так что?
Операция "По"?
-Почему "По"?
-Подстава.
-Во дурак...
-Я понимаю, что новости, так скажем,
очень неожиданные.
Если вам нужна помощь,
у нас в больнице есть психолог,
она может с вами побеседовать
и, я надеюсь, помочь как-то.
-Выпейте.
-Валерьяночки.
-Что вы?
У меня ребенок родится.
Дочка или сын.
Это же... это же чудо.
-Ну конечно.
-Наташа, в общем, так.
Звони Андрею, чтобы завтра вечером
он приходил
ближе к концу времени
приема посетителей.
Постарайся быть достоверной,
чтобы он ничего не заподозрил.
Хорошо?
-Наташа?
-Андрей, я все сделала.
-Что все?
-Поняла, как достать ключ от...
Ну, ты понял.
Завтра могу забрать.
-А что не сегодня?
-А завтра будет ординатор дежурить,
девчонка молодая совсем, наивная.
Я ей поплакалась, в доверие втерлась,
завтра стащу у нее ключи.
Ты только к вечеру приходи,
в конце приема посетителей.
Там у них пересменка как раз.
-Я понял.
-Это я, что ли, молодая и наивная?
-Спокойнее.
-Ловись, рыбка, большая и маленькая.
-Извините, вы Евгений Надеждин?
-Да.
-Я хотела кое-что уточнить.
Я правильно понимаю,
врачи этой больницы долгое время
не сообщали вам
о здоровье вашей жены?
И скрывали важную информацию
о ее состоянии?
-Вы про беременность?
Ну, не совсем так.
-Уточните, пожалуйста,
об особенностях лечения
знал весь персонал?
Не только те, кто участвует
в ее лечении?
-Возможно.
-Я предлагаю вам подать жалобу
на больницу, на персонал в Облздрав.
Я помогу все составить.
-Жалобу? На кого?
-На персонал, на лечащего врача
Антонова А. В.
-Жалобу на врачей.
Девушка, да вы что?
Они мою жену спасли.
Ребенка.
Понимаете?
Они людей спасают.
Людей.
Это самое главное.
Серия 28
-Среди тысячи причин найди ту,
зачем ты жил, жив и будешь жить.
Если стоит тебе быть,
среди тысячи причин найди...
-Ты что сделал?
-Найди ту...
-Ты что сделал?
Посмотри, что ты сделал!
Ты куда, мразь?
От меня не уйдешь...
Стой!
Стой!
Стой, сволочь!
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Карпенко, Карпенко!
В реанимацию скорее.
-Ну, я, значит, к офицеру.
Мол, товарищ офицер, так и так.
"Расстреливайте, но только в 14:15".
-Вы что, оглохли?
-"Почему, товарищ офицер?" -
"Чтобы за нами успел посуду помыть".
СМЕХ
-Вы над кем ржете?
А ну, построились!
ВЫСТРЕЛ
СМЕХ
А ну, встали!
-Ты не понимаешь, Ваня, нас уже нет.
-Аллах акбар!
Аллах акбар.
-Саня...
Тихо, тихо, тихо.
Это я.
-Похож, похож.
Что искал-то?
-Где твои анализы и выписка?
-Не понял.
-Мне Иссер ответил.
-Давай...
-Мы поговорили.
Сегодня твои анализы и выписку нужно
отправить Иссеру.
Он переправит это все своему брату
в Израиль.
А брат посмотрит в своей клинике
и тогда уже решит, что делать с твоей
головой.
-А если я не хочу?
-Сань, мне еще на работу
надо.
-Ну так иди, Вань.
Там ты кому-то нужен.
А про себя я все решил.
-Что ты решил? Сдохнуть хочешь?!
-Есть возражения?
-Ты ведешь себя, как... слабак!
Как вот эти малолетки, которые вены
себе режут!
Жить они, видите ли, не хотят!
ХЛОПОК ДВЕРИ
-Малолетка...
-Как зовут?
-Радик.
-Значит так, Леся, давай на систему.
Потом на анализы и рентген.
Сколько?
-Сто на семьдесят.
Вены вообще спали.
-Он прям пьяный был. И своим
пистолетом вот так тыкал мне в лицо.
-Понятно. А номер машины вы,
конечно же, не запомнили?
-Запомнил. О 112 УД, наш регион.
-Минутку подождите.
Соедините меня с полковником.
-Семен Федорович.
-Ну, что Семен Федорович?
В кисть делай.
-Я уже все истыкала.
-Двушку.
-Ага.
-Морфий.
-Угу.
Клей.
-Все.
-С первого раза.
-Опыт!
-Семен Федорович... Быт.
-Еще двушку.
-Нет у меня двушек больше.
-Ну давай катетер поменьше.
Что, тоже не запасла?
Быстро в реанимацию.
-Пойду узнаю, ага.
-А! А!
-Терпи.
-Потерпи, потерпи.
Сейчас доктор научится и сделает.
Юродивый, уступи место дяденьке.
-Тут реаниматолога надо вызывать,
пускай под ключицу делает.
-Пластырь.
-Ну и что? Ты же не проверил.
-А вы что, в ногу сделали?
-Да, может немножко поболеть.
-Не болит. Я вообще их не чувствую.
-Ну вот из-за этого, собственно,
и позвал.
-Кира, из-за чего позвал
Семен Федорович?
-Смещение четвертого поясничного.
-И что делать?
-Под общим наркозом удалить
дужку позвонка
для декомпрессии спинного мозга.
-Так. И что потом?
-Потом фиксировать соседние позвонки
металлическим имплантом.
-Видел, как делается?
-Ну, ассистировал на прошлой неделе.
-Сегодня будешь оперировать,
если правильно ответишь на вопрос:
что ему нужно перед операцией?
-Двойная антибактериальная
терапия за полчаса.
-А конкретнее?
-Два грамма цефазолина
и один грамм ванкомицина в вену.
-Передай назначение дежурной,
и через полчаса я тебя жду
в операционной.
-А вы не боитесь такую операцию
ординатору?
-Боюсь. Но гораздо страшнее,
если они из ординатуры пустыми
выйдут.
-Значит, вы тоже полковник?
-Но военно-медицинская служба
и полиция -
это совсем не одно и то же.
-Я в полиции тоже не всю жизнь.
Бывал в разных местах, бывал.
-Мне сказали, вы по личному?
Присаживайтесь.
-Да.
Сначала расскажу об обстоятельствах
этого дела.
В общем, несколько лет назад мой
племянник побывал в одной из любимых,
но официально не признанных
горячих точек нашей страны.
Вернулся, слава богу,
живой, но контуженный.
ВЗРЫВЫ
Прямое попадание в КамАЗ.
Выжили Женя и водитель.
Бетонная плита спасла -
стояла между кабиной.
Вот. Вернулся не только с контузией,
но с полным набором афганского
синдрома.
Я надеюсь вам не надо
объяснять, что это значит.
ВЗРЫВЫ
-Я знаю.
-А сегодня утром человека сбил.
Но человек, слава богу, живой,
подлатают и дальше пойдет.
А вот судьба Жени... зависит от вас.
-Что требуется?
-Надо выявить в крови этого
человека какой-то процент алкоголя.
Это Женю спасет.
-А зачем мне его спасать?
-Ну, потому что помогать своим -
это правильно.
-А сбивать человека по пьяни -
это тоже правильно?
-Иван Андреевич, я вас прошу...
-Я прошу вас выйти из этого кабинета
и больше никогда с такими просьбами
не возвращаться.
-А ты понимаешь, что сейчас не парню
жизнь гробишь,
а все воинское братство
на хрен шлешь?
-Ты мне про воинское братство решил
рассказать?
Пошел вон отсюда.
-Мужики, простите, что прерываю.
Иван Андреевич, осознал, раскаялся.
-Нет, Лена не соединяй,
особенно с Бородиной.
И вообще когда я на ланче,
лучше не беспокоить меня.
-Разрешите?
Люблю ухаживать за мужчинами,
но не за всеми.
-Прям не знаю, что ожидать после:
объяснение в любви или сразу
предложение уединиться.
-Увы, верна мужу.
Поэтому давайте выразим нашу любовь
по-другому.
-А вы уверены в ответных чувствах?
-Я уверена, что мое предложение вас
заинтересует.
Хлебникову недолго осталось.
Я думаю, вы это сами понимаете.
-Не факт.
-Не надо.
Комиссия уже собрала
на два увольнения.
-Ирина, я заверну вердикт вашей
комиссии на любом уровне.
-Стоп. Вы не поняли, я больше не хочу
играть против.
Когда Хлебников уйдет,
я поддержу Алабину.
-А что взамен?
Открытие медцентра.
Я подумаю.
-Ваш кофе.
-Слишком много сливок.
-Чего злишься?
-Учебник - старье,
а я лекцию проспал.
-Какую лекцию?
-Ну, Антонов читал лекцию
про операции на позвоночник.
-Когда?
-В прошлом году, в марте. Наверное.
-Эта?
-Охренеть. Это у тебя откуда?
-Надо дружить с лаборантами.
-Инга, люблю тебя.
-Врушка ты.
Так все, спокойно, спокойно.
Пожалуйста, не мешай мне,
у меня 10 минут до операции.
-Иван Андреевич, я ознакомился
с выпиской.
-Очень хорошо.
И какое ваше мнение?
-У Алекса неплохие шансы
в нашем центре.
У нас эффективные схемы,
учет иммунологического профиля,
кроме того, мы одни из немногих,
кто использует вирус Зика
в комплексной терапии глиобластомы.
И главное, для Алекса это будет
бесплатно.
-Арон, мы очень тебе благодарны.
-Иван Андреевич, от вас тоже
кое-что понадобится.
Во-первых, результаты анализов,
не из выписки месячной давности,
а максимум трех дней.
-Понял.
-Второе. Вопрос с документами
и прилетом.
Границы закрыты. У вас есть какие-то
неформальные связи?
-Найду.
-Отлично.
Тогда жду анализы. И на связи.
-Спасибо, дорогой!
Саша, ты дошел до дома?
Поел?
Хорошо, что нет.
Давай обратно, зайди к Алабиной -
возьмешь направление на анализы.
-Извините.
-Я перезвоню.
Утром поступил мужчина с ДТП.
Я хочу знать, как он?
-Вы родственник?
-Нет.
-Тогда нет.
Отдел внутренних дел.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да.
-Хорошая новость.
-Меня номинировали на премию
"Женщина года"?
СМЕХ
-Лучше. Приезжай в гостиницу
в шесть - узнаешь.
-Не думаю, что сегодня хороший день
для подобных визитов.
-Ну тогда ко мне в кабинет.
-Еще хуже.
-Ты меня избегаешь?
-У нас тут проверки одна за другой,
а еще люди болеют. Так некстати.
-Ладно, ладно.
Проверки скоро кончатся.
Надо думать о том, что будет после.
Кто будет после.
-Вы о чем?
-О месте Хлебникова.
Бородина тебя поддержит.
-С чего вдруг?
-Ну я же не сидел на месте,
наводил мосты.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да.
-Разрешите?
-Мы обсудим это позже.
Проходите.
-Здрасте.
-Иван Андреевич просил, чтобы вы
сегодня прошли все анализы.
Вот сбоку номера. Если какие-то
вопросы, сразу же звоните мне.
Держите.
-Да, благодарю.
-Как в мирной жизни? Обвыкли?
-А Иван Андреевич что-то обо мне
говорил?
-Нет, нет. Просто я вижу,
что вы или из спецназа,
или что-то подобное.
-Как же вы это видите?
-По глазам.
У хороших людей, убивавших по долгу
службы, всегда там что-то остается.
Такая... затаенная боль.
-Спасибо.
Спасибо.
-Кстати, Оленька, а как там с пожаром
в терапии?
-Дурак какой-то в туалете курил,
и бычок прям в урну с бумажками.
-Вот негодяй, а!
А туалет помыли?
-Ну, на потолке грязь осталась.
-Нехорошо, нехорошо.
Воробьев.
-Я.
-Сейчас будет самый интересный этап
операции. Как он называется, Иванов?
-Транспедикулярная фиксация третьего,
четвертого,
пятого поясничных позвонков.
-Молодец! Далеко пойдешь.
Давай становись, Воробьев.
Что так тяжело дышишь?
-Дрель, пожалуйста.
-Вань, не займешься Алабиной,
я клянусь, сдам анализы, сделаю
операцию и женюсь.
СМЕЕТСЯ
-Ну что ж, неплохо.
Ставь дренажи, закрывай.
-А разве спиной мозг...
-Если бы был разрыв, то вместо
Иванова стоял бы я.
А первый номер был бы - наша дорогая
Нана Вахтангова. Шей.
-Отодвигай.
Нитку с иголкой.
Пинцет.
-Все, дружище, глазки открывай,
просыпайся.
Зашили тебя, теперь в аэропортах
пищать будешь.
-Какими-то странными узлами шил.
Попроще надо, попроще.
-Слышь, Викторович, что-то плохо
отходит.
-Какое давление?
-160 на 100.
-Витя, позови окулиста,
пусть проверит глазное дно.
-165 на 100.
-Отек мозга пошел?
-Скорее всего, да.
Закрывай капельницу, ставь маннитол
100 мл и лазикс 60 мг.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Елизавета Владимировна, по кофейку.
-Нет, спасибо, Никита.
-Зря. Никита готовит отличный кофе.
Да, Никита?
-Привет.
А ты чего здесь?
-Я искала, есть ли жалобы
на твою работу.
И представляешь, ни одной не нашла.
-Я грязный. Не здесь.
-А больше негде, Никита.
Мама твоя звонила.
-И чего она?
-Спрашивала про Москву.
Едешь ты на повышение квалификации
или нет?
-Еду.
-Я тебя никому не отдам.
-Буду через 10 минут.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Иван Андреевич, обедать не хотите?
-Эльвира Рафаэлевна, у меня сейчас
встреча.
-Поняла. Не мешаю.
-Ну, не прямо сейчас.
СИГНАЛ СООБЩЕНИЯ
-Кира, я не знаю, что делать.
-Спина?
-Спина так же.
Твой отец сказал позвать Андрея
и пообещать ему наркоту.
А я до сих пор не понимаю,
что, где, как будет.
-Слушай, не морочься ты, отдыхай.
-А я пятый день уже отдыхаю.
Ты понимаешь, что я боюсь?
-Ну, хочешь я спрошу у отца?
Только позже.
-Я сама у него спрошу.
-Здесь копии документов,
нужно оформить недостающие
и организовать спецрейс.
-Ты поешь, а то с начальственных нот
никак не слезешь. Вкусно.
-Ну так что, точно поможешь?
-Ну, я же по телефону сказал.
А я за слова отвечаю.
-Значит, наш уговор состоялся.
-Вань, возвращать долги - это святое.
Я это за собой держу.
И потом, потом же тоже какая-то
жизнь будет.
Давай ее обсудим?
-Я благодарен за помощь,
но Константин Аркадьевич,
будь моя воля, вы бы сейчас
не шашлычок,
а баланду с перцем на лесоповале
хлебали.
Всего доброго.
-А я как раз к вам, а тут закрыто.
-Звони.
-Что сказать?
-Семь часов, твоя палата.
-А ты что не отвечала-то?
-Не могла.
В семь часов у меня.
-Конфеты есть?
-Скоро доставят.
-Не, не, не. Давай сюда.
Пожалуйста, из палаты не выходи.
Хорошо?
-Меня Женя зовут.
Я тебя сбил.
-У меня жена и трое детей.
Денег ждут в Душанбе. Что я им скажу?
-Ну, извини.
-В общем, вот твои конфеты.
Отдашь ему.
Мы будем в соседней палате.
Когда он придет, нам сообщат.
Когда будет выходить, мы его примем.
-Это же магнезия.
-Совершенно верно.
Очень болючая штука, особенно если
в зад.
Надолго приход запомнит
и как по больнице шнырять.
Ну, с богом.
-А как же я?
-Далеко?
-В туалет.
-Паша, ты мое дело ведешь?
-Ну, я.
-Мое признание в приемнике ЦКБ.
-Ничего себе.
-Извини, что не довезу сам.
Мне уезжать скоро.
Передадите полиции?
Только, пожалуйста, сделайте копию.
Если приедет полковник,
не отдавайте ему ее.
-Подождите, а кому же тогда?
-Не знаю.
Нормальным ментам.
-Извините, можно вас?
-Да.
А вы кто у нас?
-Участковый терапевт на полставки.
-Угу, пять ампул морфина.
И что, у нас главврач пациентов
ведет?
-Это его онкобольному другу.
Слушайте, если там не так что-то,
то звоните ему сами и узнавайте.
У него, правда, комиссия,
но я тут при чем?
Он меня послал, а я что должна
делать?
Унижаться, умолять вас, что?
-Уважаемый врач на полставки,
это наркотики, это серьезно.
Я вам, конечно, выдам, но Хлебникову
скажите,
что Вера Павловна была недовольна.
Стойте там.
-Эльвира Рафаэлевна тоже недовольна,
что пациентка нарушает режим,
врет медперсоналу, подводит себя
под статью.
-Я ее сразу раскусила.
-Вы ее подставите и наркомана этого
разозлите. И ситуацию не решите.
-Ну а как? Ментов вызывать?
Это целая операция. Они за месяц
ничего не согласуют.
-Брать с поличным. Снимать на видео.
А вызывать на готовое.
-А поличное где будем брать?
Закупимся по моему поддельному
бланку?
Чье?
-Маврикин.
У него цирроз печени. Лежит у меня.
-Заберите и больше никогда
так не шутите.
-Главное - верните до завтра.
-Да-да, дежурная медсестра слушает.
Да.
Да, до семи утра я здесь.
Да нет, никого посторонних не было.
Хорошо, хорошо.
Да, да, я поняла.
Хорошо, если что, то передам.
-А знаешь, что страшнее,
чем проиграть в борьбе за жизнь?
Выиграть жизнь овоща.
-Ты этого боишься?
-Да. Боюсь.
Израиль же не отменит операцию?
-Нет.
-Ну вот.
-Сань, ты не боись, если ты
превратишься в овоща,
я найду тебе хорошую вегетарианку.
-Ты...
-А почему вы в темноте сидите?
-Не включай.
-Сука.
-Вали отсюда!
-Ваня, взял. Ваня.
-Что ты лыбишься, придурок?
-Это не те.
-Вали отсюда!
-Сразу кента сдашь? Или вспомнить,
чему родина меня учила?
-Уведи его куда-нибудь отсюда.
-Я все знаю.
-Я дурак. Дуракам здесь не место.
-Вы не дурак.
Просто вы хотите, чтобы все было
по-честному, правильно.
А так не бывает.
-Я даже не знаю, как у вас просить
прощения.
-Маврикеев давно жаловался,
что двух ампул в день ему мало.
Завтра я увеличу дозу,
возьму еще четыре ампулы.
Все будет шито-крыто.
-А пустые ампулы на контроль?
-Что-нибудь придумаем.
Серия 29
-Скорая. Что случилось?
-Здрасте. Мария Николаевна в ванной
упала, двигаться не может,
срочно приезжайте!
-Давайте по порядку:
кому необходима помощь,
что случилось, точный адрес?
-Марии Николаевне Ташенко.
Учительница моя,
упала в ванной, не может двигаться!
Адрес: Озерная, 26, квартира 16,
4 этаж. Срочно, пожалуйста!
-Поняла, Озерная, 26, квартира 16.
Ваше имя и фамилия?
-Тема Золотов.
-Тема Золотов?
Мальчик, тебе сколько лет?
-Мне?
Четырнадцать.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Коагулятор.
Сухо.
Как же ее нашли?
-Представляете, мальчик,
бывший ученик, всех на уши поднял,
она на пенсии уже.
На звонки не отвечает,
дверь не открывает, родных нет.
Он сам вызвал слесаря
и заставил его взломать дверь.
-Угу.
Крючок четырехзубный.
Ты продолжай, продолжай.
-Дверь взломали.
Женщина лежит в ванной,
не может двигаться, сломала шейку
бедра и пролежала так почти сутки.
Ни позвонить, ни на помощь позвать.
Мальчик слышал, если сделать операцию
в течение 48 часов,
то она быстро на ноги встанет.
-Распатор.
Какой хороший, смышленый мальчик.
-Мальчик позвонил в скорую, встретил
и в больницу привез.
Сейчас сидит внизу и ждет новостей.
-Еще раз распатор.
-Наверное, очень хорошей учительницей
была,
раз после пенсии ученики
не забывают.
-А может быть, это просто ученик
приличным человеком оказался,
м-м, ты не думаешь?
Скальпель, пожалуйста.
-Белье они не меняют уже неделю.
Горячей воды нет.
Спим всего по четыре часа.
-Понятно.
-Здравствуйте. Я могу узнать,
что здесь происходит?
-Вы кто, простите?
-Я заведующий инфекционным
отделением, Елизавета Нарышкина.
-Очень приятно.
Мы проверяющие из Облздрава.
-Отлично, что нового нарыли?
-Все как есть. Грязное белье.
-Грязное белье мы меняем сами,
достаточно просто сходить в подсобку
и его забрать.
-А-а-а.
-А то, что горячей воды нет,
тоже неправда?
-Это правда, но давайте уточним:
воду отключили только сегодня.
-То есть вы хотите сказать,
что все у вас хорошо, да?
-К сожалению, не могу сказать,
что все идеально,
но мы стараемся создать
для наших сотрудников все условия,
насколько возможно.
У нас сейчас тяжелый период,
поймите нас.
-Понимаем, давайте запишем,
что неидеально.
Что вам мешает в работе?
Вы нас неправильно поняли.
Мы здесь не для того, чтобы
наказывать. У нас есть жалоба.
Сотрудники работают в невыносимых
условиях,
нарушается все, что только
возможно.
Мы обязаны разобраться.
И не надо смотреть на нас
как на врагов, пожалуйста,
нам просто нужны факты.
-А кто будет наказан из-за нарушений,
которые вы найдете?
Хлебников?
-Почему кто-то должен быть наказан?
-Потому что я прекрасно вижу,
вы простите меня за прямоту,
но вам нет дела до наших трудностей.
Мне кажется, единственная цель
проверки -
нарыть как можно больше
фактов против Ивана Андреевича.
Против человека, который работает
в абсолютно невыносимых условиях,
человека, который вообще забыл
о себе и думает только о том,
как помочь людям, а вы...
-Елизавета, секундочку.
Можем мы поболтать наедине?
Елизавета, скажите,
где у вас тут курят?
-На улице.
-Ладно, придется потерпеть.
Я могу быть с вами откровенной?
-Ну, давайте попробуем.
-Вы абсолютно правы.
Задача этой проверки - найти
как можно больше нарушений,
чтобы свалить вашего Хлебникова.
-Так... А зачем?
-Я не знаю.
Кому там дорогу перешел или слишком
строптивым оказался, не знаю.
-А мне почему вы это говорите?
-Я сама из медицинской семьи,
я знаю, что, если следовать
всем инструкциям и правилам,
работа встанет.
Я вижу, как люди работают.
Вижу, что они работают в боевых
условиях и заботятся о пациентах,
а не собственном комфорте.
Мы же можем различить,
где разгильдяйство,
а где нехватка рук и времени.
У вас очевидно второй вариант.
ВЗДЫХАЕТ
-Спасибо вам.
-Елизавета, я на вашей стороне.
-А вам это зачем?
-Хм... То есть в элементарной
человеческой порядочности
меня заподозрить сложно?
-А-а, ну... нет, конечно,
простите меня, простите.
-Да ладно, не извиняйтесь.
Я бы себе тоже не доверяла.
Просто мне по-человечески будет
неприятно, если вас накажут.
Вы заслуживаете орденов,
а не головомойки.
-Хорошо. Вы что хотите?
-Я хочу вам помочь и хочу, чтобы
в результате этой проверки
были реальные факты,
а не вот накопанное грязное белье.
А для этого мне нужен человек,
который расскажет все как есть.
-А как ваши коллеги отнесутся
к вашему поступку, вы об этом думали?
-Конечно.
Крайне будут недовольны.
Ну, с другой стороны, что такого я
делаю?
Я просто собираю факты.
Потом, мы же с вами женщины,
всегда можно сделать так: "Ах, а что
такого произошло? Я вас не понимаю".
Если вы хотите спасти Хлебникова,
я уверяю вас, другого способа
не существует.
Это, конечно, если вы действительно
хотите ему помочь.
-Чего ты мне сделаешь, докторишко?
Пытать меня будешь?
-Он - нет, я - да.
Хочешь попробовать?
-Ну и чего ты выпытаешь?
Наркоты у меня нет,
где она - я понятия не имею!
Что ты делать-то будешь?
-Ты не понял, я просто людей
пытать люблю, понимаешь?
Мне сам процесс нравится.
Доктор, скальпель!
-Да вы чего, мужики?
Мужики, я кричать буду.
Сюда вся больничка ваша сбежится!
Вы чего?
-А мы тебе... мы тебе рот кляпом
заткнем.
Так что ни одного звука не проронишь,
идет?
-Погодите, ребят, вы чего, серьезно?
Не надо!
-О, смотри, я еще не приступил,
а ты уже в штаны наделал,
а представляешь, как будет, когда я
начну? Колись, где наркота?
-Нет у меня ее, нет!
Ну не надо! Правда нет!
Я сбросил!
Я не знаю, что с ней дальше было.
-Ну, ладно, я предлагал по-хорошему.
Вот свидетель.
Ты не захотел.
Пусть будет по-плохому.
-Пожалуйста, ну пожалуйста, мужики!
Я правда не знаю! А-а-а!
-Остановись на минуту.
-Ему скажи спасибо.
Я бы тебе все ноги переломал.
Что еще?
-Давай кое-что обсудим.
-Красавица, вы только не переживайте,
не из таких передряг выходили.
Да, Ваня?
Найдем мы эти наркотики,
найдем и вернем.
-Как?
-Этот, что в кладовке, отдаст.
Как миленький.
Вы мне-то поверьте.
-Еще этот в кладовке...
Вы не понимаете, мы держим заложника,
это статья.
Стоит вызвать полицию, и нас посадят
лет на 10
как организованную преступную
группировку.
-Что делать тогда?
-Трое мужчин спрашивают одну женщину,
что делать? Я правильно понимаю?
Ах, хорошо, я скажу.
Этого дилера, или кто он там,
отпускать немедленно.
Наркотики?
Попробовать найти замену,
не найдем - плюнуть.
Сказать, что кто-то своровал.
Сымитировать взлом... Боже, что я
несу. Взломать сейф?
-Мне кажется, нет у него наркотиков,
не врет он.
-Значит, отпускать этого бандита...
Почему вы все время улыбаетесь?
Что такого смешного я сказала?
-Вы не переживайте.
Мы все решим.
-Полковник Гантер?
-Что, дорогой?
-Ты как себя чувствуешь?
-Я? Превосходно.
Давно так хорошо не было.
Дайте мне десять минут,
и я придумаю, как мы их вернем.
Обещаю.
-Привет!
Это ты, молодой герой?
Меня Инга зовут.
-Артем. А почему - герой?
-Ну, не каждый взрослый такое сумеет,
а ты справился.
Двери взломал, скорую вызвал и все
организовал. Конечно же, герой.
-А Мария Николаевна, как она?
-Прекрасно.
Операция прошла хорошо,
и через несколько дней
она уже сможет ходить.
Ну, правда, пока на костылях.
Но это ненадолго.
Ты можешь ее навестить. Пойдем?
-Навестить?
-Угу.
-Нет, не пойду.
-Почему не пойдешь?
Уверена, она обрадуется, пойдем.
-Нет, ей вредно меня видеть.
-Почему ты так решил?
-Она когда меня видит,
всегда нервничает.
У нее всегда отличники были,
лучший математический класс города.
А я ей всю статистику портил.
С тройки на двойку,
с двойки на тройку.
Я сейчас заниматься должен,
а я здесь.
Она когда меня увидит,
очень расстроится.
А ведь больным нельзя расстраиваться?
Дольше выздоравливать будут, так?
-Так, давай поступим следующим
образом:
я поговорю с Марией Николаевной,
и уверена - она тебя позовет.
Хорошо?
-Хорошо. Но я чего-то сомневаюсь,
очень сомневаюсь.
-Ну-ка.
-Возьмите.
-Посмотрим, кто звонил.
А кто-то мог еще брать мой телефон?
-Думаю, что нет.
-А отвечать на звонки?
-Вряд ли.
-Странно, ни одного звонка.
-Может, просто никто не знает,
что с вами случилось?
Поэтому и не звонили.
-Да, скорее всего, так и есть.
Никто не знает.
Мои ученики очень занятые люди.
Тут о родителях нечасто вспоминают.
Так что же говорить о простой
учительнице математики?
Хотя слово "простой" я, конечно,
лукавлю. У меня был лучший
математический класс в городе,
16 кандидатов наук, 5 докторов,
два профессора. Не каждый учитель
может похвастаться такой статистикой.
Ой, да что говорить, вы сегодня
их всех увидите, когда они придут.
-А я тоже знаю одного вашего
замечательного ученика.
-Да? Как интересно, и кто же это?
-Артем, мальчик, что вас привез.
-Солодов?
-Угу.
-Ну какой же он замечательный,
дорогая моя? Его успеваемость...
ой, каждый раз, как вспоминаю,
так содрогаюсь.
Как же можно было так у меня
учиться? Но то, что он мне помог...
Я ведь сорок лет отдала школе,
согласитесь, что я заслужила
капельку внимания своих учеников.
-Если хотите, я могу позвать Артема.
-Нет-нет, ни в коем случае, не надо.
Вы ему передайте, пожалуйста,
чтобы он незамедлительно
ехал домой и учил уроки.
Скоро придут мои ученики. Я хочу
встретить их в хорошем настроении.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да, Ириша.
Разрыв?
Уверена, окончательный
и бесповоротный.
Всегда пожалуйста, пока.
-А что сказала Мария Николаевна?
-Она...
-Сказала, наверное,
чтобы я домой ехал учиться.
Она у нас строгая очень.
То есть мне теперь нельзя
здесь оставаться?
-Ты смело можешь ехать домой.
С твоей учительницей все
будет хорошо, не переживай.
-Да?
-Угу.
Еще бутерброд?
-А можно?
-Да.
-Здесь нас никто не услышит.
-Может, присядем? Разговор серьезный.
-Заинтриговали, присядем.
Ну, рассказывайте, какие новости?
-Хлебников скоро перестанет
быть нашей общей головной болью.
Его "уйдут" со дня на день.
-И кто тогда на его место?
-Алабина.
Она закроет общежитие,
туда завезут оборудование
и откроют, наконец, центр.
-Я все понимаю, кроме одного,
почему на главную - Алабина?
-Ну, потому что так хочет Заславский.
-Подожди, чем дальше, тем меньше
понимаю, какое отношение Алабина
имеет к Заславскому?
-Они любовники.
-Вот это да, вот это Эльвира,
сюрприз.
Я всегда знала, что она девушка
непростая, но чтоб настолько...
Всех сделала и сразу в дамки.
И давно это у них?
-Достаточно, чтобы Заславский
рекомендовал ее вместо Хлебникова.
-Но ведь Хлебников -
друг Заславского?
-Конечно, друг, и причем близкий
друг, это я без всякой иронии говорю.
Но зачем Заславскому друг,
которого нельзя использовать?
Пробить своего поставщика,
используя друга, -
пожалуйста, пробил. Закрыть
дыры, прикрыть Заславского
Хлебников худо-бедно, но справился.
Но уж очень накладно
с этим вашим Хлебниковым.
Шума на тысячу, а пользы на копейку.
Впрочем, кому я рассказываю.
Но заодно мы можем сказать
спасибо и Хлебникову, и Заславскому.
Нам теперь само все в руки упадет,
теперь главное - не упустить момент.
-Я приложу все усилия.
-Не сомневаюсь.
-И про санаторий напишите,
пожалуйста.
Ну, было предложение разместить
общежитие в санатории, но...
-А, ну да, ездить 2-3 часа
было просто невозможно.
Потому что сил и так не было,
мы поэтому и отказались.
-Вот-вот, только если можно, посуше,
все-таки это официальная бумага.
Предложили, отказались -
вот так будет достаточно.
Подпись, дата.
Отлично. Прикрепите, пожалуйста,
к остальным документам.
-Нужна ваша подпись,
Татьяна Сергеевна,
как главы комиссии.
-Ай, я совсем забыла, давайте.
-Елизавета Владимировна,
спасибо вам, вы нам очень помогли,
мы вас больше не задерживаем.
-Скажите, а кто главный
в вашей комиссии?
-А это не важно, у нас просто
все коллеги.
-А можно мне бумагу? Я кое-что
вспомнила, мне надо дополнить.
-Уже нет, это же официальная
бумага, вы сами понимаете.
-Вы специально все подстроили.
-А что такое происходит?
-Бумагу мне дайте, пожалуйста!
-Уходите! Если будете себя так
вести...
Успокойтесь, вы сами утопили
Хлебникова собственными руками,
а наша работа маленькая,
мы только руководству это отправим.
-Подождите, вы же мне сказали,
что вы на моей стороне.
-Я сказала, что даже сама себе
не доверяю, а вы-то куда лезете?
И потом, вы же правду
рассказали, все как есть.
Не понимаю, в чем проблема.
-Пока не понимаете. Хлебникова уволят
из-за этой бумаги,
которая написана моей рукой.
Вы этого тоже не понимаете?
-Я это прекрасно понимаю!
А почему должно быть по-другому?
Он знал, на что идет,
знал, что за это следует.
Логично отвечать за свои поступки!
Или в вашей вселенной другие законы?
А я поняла...
Это что же получается,
вы сами себе не признались еще?
-А в чем я должна себе признаться?
-Вы правда не понимаете? Ах, хотя это
не мое дело, но это же очевидно.
Вы по уши влюблены в этого
своего Хлебникова.
-Это не так.
-Как девчонка. И только по одной
этой причине вы будете защищать его
и оправдывать любую глупость
и гадость, какую бы он ни совершал.
До свидания.
-Всем написала, вот-вот приедут.
-Замечательно.
-Если у вас есть ваза под цветы,
поставьте ее, пожалуйста,
где-то рядом, а лучше две.
-Хорошо.
-И еще вопрос.
-Да?
-Как я выгляжу?
-Прекрасно.
-Когда ученики становятся
уважаемыми людьми, хочешь, не хочешь,
а нужно соответствовать.
-Слушай сюда, барыга,
я буду задавать тебе вопросы,
у тебя только один вариант -
ответ "да".
Понял?
-Я, я...
-Неправильный ответ.
Ты на свободу хочешь?
-Да.
-Вот, молодец, правильный
ответ. Идем дальше.
-Я все придумал.
Делаем просто.
Ты, Ваня, берешь барыгу
и едешь с ним в условленное место,
там его подельник отдает тебе
наркотики в обмен на своего товарища.
-Стоп! А если они не отдадут?
А если у них просто нет ничего?
И вы понимаете, что это опасно?
Нельзя Ивана Андреевича
одного отправлять.
-Эльвира Рафаэловна,
Хлебников огонь и воду прошел,
неужели вы думаете, что какая-то
шелупонь ему вред принесет?
С ним ничего не случится,
я гарантирую.
Даю слово офицера.
-Все-таки я вас заразила?
-Ты о чем, Вика?
-Обычно это я грущу, а вы
всегда в хорошем настроении,
меня успокаиваете.
-Не обращай внимания, все в порядке.
-Если честно, то по вам не скажешь.
-Правда, все хорошо.
-Я же вижу, Елизавета Владимировна.
Рассказывайте, что случилось?
Не смогу помочь -
ну хоть выговоритесь.
-Вика, я не думаю, что мне
от этого станет легче. Правда.
-Елизавета Владимировна, я жду.
-Хорошо. Ну вот ты бы как поступила,
если бы ты хотела сделать как лучше,
а получилось, что все только
испортила?
-Наверное, попыталась бы
все объяснить.
-Что объяснить? Извините,
я хотела как лучше, но получилось,
что я совершила самую большую
подлость в своей жизни. Так?
-Даже так лучше, чем если этот
человек узнает новость от других.
И уж тем более лучше, чем прятаться,
бегать, врать, что ничего не сделано,
мне так кажется.
-Ой, Вика, я такая дура, Вика.
-Все мы регулярно бываем дурами
или дураками,
Елизавета Владимировна.
-Ну как?
-Увы, но это медицинский факт.
-Как мне поступить,
как мне себя вести?
Как после всего этого я смогу
посмотреть человеку в глаза?
-Набраться смелости и все рассказать.
-Нет, я не смогу.
-Все. Готово.
Так, что случилось? Почему слезки?
-С детства боюсь уколов.
Не обращайте внимания.
-Так, что случилось,
Мария Николаевна?
-Ничего, ничего.
Вы видите, за целый день
ни одного человека.
ВСХЛИПЫВАЕТ
Из сотен учеников никто не удосужился
навестить Марию Николаевну. Никто.
Конечно, я растила успешных учеников,
медалистов, отличников, профессоров.
Я требовала от них отличных знаний,
а не благородных поступков.
Оказывается, хороший человек
к медалям и успехам прилагается
далеко не всегда.
Я ругала их за леность,
неуспешность,
а теперь я самая слабая,
неуспешная женщина,
которая даже ходить не может.
ПЛАЧЕТ
Кому я нужна, зачем я им?
-Вы не правы.
-Не права?
Простая задачка по математике:
чему равно слагаемое,
если сумма равна нулю?
Ноль.
Просто ноль.
С математикой не поспоришь, дорогая.
-Это не так.
-Елизавета Владимировна, можно только
покороче, мне уже идти надо.
-Иван Андреевич, я...
-Где же эти ключи, а?
Говорите, я вас внимательно слушаю.
-Ну, сядьте, пожалуйста.
Пожалуйста, сядьте, я так не могу.
-Хорошо.
-Я совершила гадость.
Я очень перед вами виновата.
-Ага.
Виновата. В чем?
-Ну, вы же знаете,
что у нас комиссия, и...
ну, как они собирают факты,
ищут нарушения, и я...
-Так, что вы?
-Я написала объяснительную.
То есть я искренне хотела помочь,
я думала, что у меня это получится.
Я хотела им объяснить, что и вы,
и мы, мы все делаем правильно.
А получается, что они эту
объяснительную используют против вас.
Простите меня, пожалуйста,
Иван Андреевич.
Я понимаю, я очень сильно вас
подвела.
-Вот интересно, почему так?
Елизавета Владимировна...
Я давно уже привык, что от каждого
можно ожидать какой-то гадости.
И что я живу в ощущении минного
поля - вот-вот рванет.
Но меня успокаивало то, что есть
несколько человек,
к которым я могу повернуться спиной,
которым можно доверять.
И вы был из их числа, понимаете?
-Да, я понимаю.
-Спасибо за честность.
Мне правда пора идти.
-До свидания.
-До свидания.
-Что стоим? Труба зовет.
Быстро-быстро давай.
-Сидим и молчим.
Какой правильный ответ?
-Да.
-Молодец, быстро учишься.
Вань, главное, довези его до друзей,
дальше я сам все порешаю.
-Ты уверен, что это надо делать?
-Вообще не вопрос. Возьмем то,
что нам надо, -
и все, проблема решена.
-Он же врет, что вернет наркотики,
очевидно, что у него их нет.
-Это сейчас у него нет,
а если мы хорошо попросим,
он достанет.
Ты уж мне-то поверь. Не достанет -
ну, чего-нибудь придумаем.
Ты испугался, командир?
Не узнаю тебя.
Поехали. Там делов-то на пару минут.
Вспомним старое.
-Ладно, поехали.
-Смотри, верни мне друга целым
и невредимым, понял?
Иначе...
-Да я знаю. Уже знаю.
Поехали, может быть?
-Минуточку.
-Марина Николаевна, я, конечно,
не разбираюсь, как надо учить детей,
но мне кажется, что один из ваших
учеников
абсолютно точно очень хороший
человек.
-Я, кажется, догадываюсь, о ком вы
говорите.
-Можно я пойду, а?
-Солодов, ты опять меня не послушал
и не занимался. Так?
-Так, Мария Николаевна.
-Выходи! Выходи, Солодов.
-Здравствуйте, Мария Николаевна.
-Ближе, Солодов.
-Простите меня, Мария Николаевна.
-Это ты меня прости, Тема Солодов.
-Чего?
-Иди сюда.
Ты очень хороший человек,
Тема Солодов.
Просто у тебя оказалась сухая
и вредная училка.
Так вы, кажется, говорите? Училка?
-Вы точно ее вылечили?
-Иди...
Я не сказала тебе спасибо
за то, что спас меня.
Дверь взломал, скорую вызвал.
-Да ладно, чего уж там,
Мария Николаевна.
-И хоть алгебра с геометрией,
а также физика,
русский, литература, химия
и прочие предметы у тебя хромали,
но по основной дисциплине
ты у нас круглый отличник.
-Отличник?
У меня даже по физкультуре четверка.
-Ты очень хороший человек,
Тема Солодов.
Я горжусь, что у меня был такой
ученик, как ты.
-Да ладно, чего уж там.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да, войдите.
-Мария Николаевна, простите,
что так поздно,
пока собирались все вместе,
пока цветы покупали...
Вы как себя чувствуете?
-Прекрасно!
Прекрасно!
-Куда вы лезете?
Лечили бы себе людей спокойно -
нет, приключений захотелось.
-Странно, что все это мне
рассказывает торговец наркотиками.
-Здорово, Андрюх.
Что, не обижает никто?
-Привет.
-Давай.
-Что "давай"?
-Как вы меня притомили, пионеры.
-Ладно, мужик, ты не кипятись.
Давай отъедем.
Я ведь не знаю, кого ты с собой
привез. Жми на газ.
-А если я хочу с тобой здесь
попрощаться.
-Да кому интересно твое мнение?
Давай, поехали. Чего стоим?
На газ жми!
-Всё чисто.
Давай, доктор, не кашляй.
-Наркотики давай.
-Что вы такие тупые?
Я же сказал - нет у меня наркотиков!
-Мужик, не кипишуй,
а то а-та-та сделаю.
-Ребята!
Мы ж еще не закончили,
а вы уже уходите.
Как-то невежливо с вашей стороны.
-Слышишь, дятел, ты это видел?
-Опа! Да ладно!
Это пистолет, что ли?
Пистолет, что ли?
-Нос сломал, урод.
-А это чтобы ты запомнил -
нельзя показывать пистолет незнакомым
людям. Понял?
А если не понял, я могу еще кое-чего
сломать, так, чтобы наверняка.
-Запомнил я. Запомнил.
-Ребята, послушайте, ну если бы
что-то было, мы бы отдали уже.
-Я сам хочу посмотреть,
любопытный я, понимаешь.
Кажется, он не наврал.
-А я что говорю.
Ну, развяжите, мужики.
Развяжите, я целый день связан.
-А вы посидите здесь и подумайте
над своим поведением.
И запомните: дорогу переходить только
на зеленый свет,
старшим в транспорте место уступать,
слабых не обижать, руки мыть.
Наркотиками не торговать,
иначе я вернусь.
-Да мы поняли, поняли!
-Что еще?
-Наташу... Наташу забыть
раз и навсегда.
-За что ругают молодежь,
я не понимаю.
Такие сообразительные молодые люди,
все с первого раза понимают.
-Ну, пожалуйста, пожалуйста...
Я целый день связан.
Развяжите, мужики!
-Прости меня,
я тут такой шухер навел.
-Да ладно, нормально.
Надо было все хорошо выяснить.
-Я просто хотел, ну...
-Сань, завязывай.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Ты в порядке?
-В порядке.
-Саня...
Саня!
Серия 30
ЗВОН СТЕКЛЯННОЙ ПОСУДЫ
-Твою ж мать, а!
-Степан Михайлович, сюда скорее!
-Что с ним?
-Худо, Михалыч.
Давай каталку, реаниматолога,
только чтобы все по-тихому.
-Не понял.
-И грамм сто, если найдется.
-Ага, понял. А как оформлять будем?
-Никак не будем оформлять.
Тут оформлять замучаешься.
Я вообще не знаю, под каким паспортом
он сейчас ходит.
-Туридзе дежурит?
-Да. И комиссия как к себе домой
каждый день ходит.
-Плевать!
Это не его. На, спрячь.
Давай скорее, скорее!
-Может быть, я сразу бутылку?
-Можно
-Ага.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы, ангелы, ангелы.
-Нана Вахтанговна, это мой товарищ
и очень близкий друг.
-Понимаю, верю.
Партизанщина вся эта тут при чем?
-Сейчас все решает время.
у Саши всегда все решает время -
и в бою, и в мирной жизни.
Если я начну сейчас оформлять,
если я его проведу через весь
этот ад согласований...
-Это называется
"криминальная операция".
Понимаете, чем это грозит,
особенно когда по коридорам ходит
комиссия Облздрава?
-Я понимаю.
-Что вы понимаете, дорогой мой
Хлебников? Что это тюрьма?
-И это я тоже понимаю,
поэтому я не могу вас просить.
Мне нужна только консультация.
-Диагноз известен?
-Глиобластома.
-Прошу.
-Черт знает какую гадость вы пьете,
Степан Михайлович.
-Михалыч!
-Порядок.
Машину отогнал, с дежурной по смене
договорился.
Все тип-топ, никто ничего не видел.
А завтра Волк по-тихому
его по документам проведет.
Кстати, по паспорту он никакой
не Гонтарь и даже не Саша.
Иван Андреевич, у вас, кажется,
сейф есть?
Эту штуку надо бы спрятать.
-Я знала, я догадывалась,
чем все это закончится.
-Так это не его.
-Ладно, господа заговорщики,
что будем делать?
-Нана Вахтанговна, я понимаю,
что диагноз неутешительный,
но у Саши есть реальный шанс выжить.
Через несколько недель
его ждут в израильском госпитале
на виротерапию.
-Виротерапия?
Используют вирус, который атакуют
опухолевые клетки и уничтожает их.
Я читала об этом.
-Это экспериментальное лечение,
но оно уже работает.
-Надеюсь, так оно и есть.
-Самое главное, что у него есть
шанс.
Правда, в последнее время Сашино
состояние резко ухудшилось,
и я боюсь, он может не дотянуть
до Израиля.
-Я так понимаю, вы хотите сделать
резекцию глиобластомы,
чтобы ограничить ее рост
в жизненно важных центрах мозга.
-Так точно.
-Без меня?
Это очень рискованная операция.
Александр с большой вероятностью
может умереть на столе.
-Это мой друг.
И я не могу поступить иначе.
-А знаете, почему я здесь?
Много лет назад у меня был
такой же выбор.
И я его сделал.
-А что было потом? Тюрьма?
-Я нисколько не жалею об этом.
-Я тебе сказал, развода не будет!
И мне плевать, что советует
твоя мамочка!
-Мама тут при чем?
Мы постоянно ссоримся при ребенке,
даже на отдыхе.
Максим, остановись, пожалуйста!
Давай спокойно все обсудим!
-Я не намерен ничего с тобой
обсуждать.
Запомни, я буду решать, а не твоя
мама, быть нам семьей или...
-Максим, тормози!
ГРОХОТ
-Слабая реакция на свет,
зрачки слегка расширены.
Скорее всего, закрытая
черепно-мозговая.
-Плюс перелом в плечевой кости
со смещением
и перелом костей таза.
Нужна катетеризация мочевого пузыря.
Понимаешь, зачем?
-Есть вероятность разрыва мочевого
пузыря и внутреннего кровотечения.
Если в моче есть кровь, значит, есть
и разрыв. Надо вскрывать и ушивать.
-Правильно. Пациента срочно на МРТ
головного мозга и таза.
С результатами ко мне.
И потом сразу поедем.
-Куда?
Где Миша?
-Миша?
Максим.
-Максим - это мой муж.
Миша.
-А Миша у нас кто?
-Сын.
-Дедушка, ты больной?
ВЗДЫХАЕТ
-И ты туда же.
Чаю хочешь?
Ну извини, какавы у нас нет.
А чего ты хочешь?
-Это.
-А-а...
Но только один разок.
Держи.
Тукает?
-Угу.
-Да.
-Долго я отдыхал?
-Ерунда.
Сейчас поедем на МРТ.
Там еще можешь поспать.
-Какое МРТ?
Дай мне уйти спокойно.
Не мучай ты меня.
Не хочу больше.
Устал, понимаешь?
-Дядя Саш, ну я же тебя не копать
заставляю.
Лежи, отдыхай, а я за тебя
еще тут повоюю. М?
-Ладно.
Вези, вояка.
-Молодец.
Отключаем и везем на МРТ.
-Тукает?
-Угу.
-Ну, значит, жив.
-Мальчик! Мальчик, тебя как зовут?
-Бесполезно.
Не хочет говорить, как зовут,
я пробовал.
-Миша.
-О! Заговорил.
-Его мама ищет.
-А, ну вот и забирай его.
Фельдшер привез с ДТП в кабине.
Говорит, отдать, когда бабушка
приедет.
-А когда она приедет?
-А кто ее знает?
-Миша, не волнуйся, с твоей мамой
все будет хорошо.
Ты же сказку про доктора Айболита
знаешь?
-А какую знаешь?
-Про Человека-паука.
-Вот поэтому, Миша, никто не хочет
идти в доктора.
Все хотят по Манхэттену скакать.
-Валерия, вы меня слышите?
-Нашелся ваш малыш.
С ним все хорошо, ни одной царапины.
Но лучше ему сейчас вас не видеть.
-А где?
-Он здесь, в приемном покое,
медсестру мучает.
За ним бабушка скоро приедет.
На травму похоже.
Скажите, вы в машине на переднем
сиденье ехали?
-Нет, сзади с ребенком.
-Делаем катетеризацию мочевого
пузыря?
-Нет, КТ органов малого таза
и поднимаем наверх.
-Итак, у нас два пациента -
муж и жена.
У обоих разрывы мочевого пузыря
и множественные переломы.
-Ну, надо резать срочно,
как можно скорее.
А донорскую кровь привезут
к вечеру.
-Не понял. А что у нас там с банком
крови-то происходит?
-А что у нас вообще в департаменте
нашем происходит, Марат Леонидович?
-Антонов, ты меня не подковыривай.
Есть Минздрав, с него и спрашивай.
В чем проблема-то?
-Как "в чем"?
Кого спасать - вот в чем!
-Сейчас кладем на стол
более стабильного пациента,
который при вскрытии не затопит нас
кровью.
Применим аппарат аутогемотрансфузии.
Может быть, и донорской крови
не потребуется.
Дай-ка анализы взглянуть.
-Это я и сам знаю.
Только дело в том, что аппарат один.
-Два.
-Один!
Второй - в красной зоне,
а оттуда, сам знаешь,
просто так не выцарапаешь.
ПРИСВИСТНУЛ
-Так...
Ну, показатели свертываемости крови
и ЭКГ лучше у Максима.
У него больше шансов пережить
операцию.
А Валерия - женщина.
А это значит, что у нее может быть
разрыв не только мочевого пузыря,
но и маточное кровотечение.
А при вскрытии она нам устроит такой
сюрприз
в виде этого самого кровотечения,
с которым никто не справится.
Только донорскую кровь зря переведем.
По-моему, здесь выбор очевиден.
Берем на стол Максима
как более стабильного пациента.
-Как у тебя все просто решается.
Но, по логике, более стабильный
может и подождать.
-Может. А зачем?
Лучше спасти одного пациента,
чем потом потерять двух.
Тебе нужна двойная смерть
на операционном столе?
Лично мне - нет.
-Кровь привезут через три часа.
-Готовьте операционную, аппарат
аутогемотрансфузии и пациента. Держи.
-Простите, вы сказали "пациентов"?
-Пациента.
Максима Сущего.
Что не понятно?
-Понятно.
-Что ты смотришь?
С Лерой у нас выжидательная тактика.
-Угу.
-Главное - обойти и не задеть
гиппокамп,
чтобы центр памяти не нарушить.
Думаю, что справимся.
-Справимся? Мы?
-Вы думали, что я вас одного оставлю?
Такого хулигана без присмотра?
-Спасибо, Нана Вахтанговна.
Если что, всю ответственность
я возьму на себя.
-Разумеется.
Похлопочете, чтобы камера была сухая
и теплая.
У меня ревматизм накатывает.
Разрешите?
-Конечно.
-Готовьте операционную для Гонтаря.
То есть?
А как он там по документам?
Иванова, да.
Иванова, а как же еще?!
-Вы чего?
Вы охренели, что ли?
Где мои бабки?
-Все на месте.
Это нас этот бегунок подставил
какому-то местному хирургу.
-Хирургу? Это чего, кличка, что ли?
-Ну, настоящий лепила.
Тут двое приходили, требовали
больничную наркоту вернуть.
Вот, а мы вообще без понятия,
о чем они.
-А повязала вас больничка, что ли,
скорая помощь?
-На скорую они не похожи,
скорее, на спецназ.
-Да. На Х фамилия.
-Хлебников, что ли?
-Ага, он.
-Так это у него в больничке
наркоту украли?
-Ага.
-Подожди. Воды, воды...
-Э! А развязать?
СТУК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
-Эльвира Рафаэльевна?
-Да.
-Уделите мне пару минут?
-Да, конечно.
СТУК КАБЛУКОВ
-Учет наркотических средств.
-Да, конечно.
-Конечно что?
-Конечно, объясню.
-Тут больно?
-Немножко.
-А вот тут?
-Тут сильнее.
А как там Максим?
-А он на операции.
-Хорошо.
А Миша?
-Миша?
УСМЕХАЕТСЯ
Миша нормально. Персоналу хуже.
-Мама! Я нашел тебя!
-Тихо-тихо!
-Простите, Алексей Викторович,
но нет на него управы.
-Так, спокойно.
Опа!
Маму сейчас трогать нельзя.
Она очень хрупкая
и может сломаться, понимаешь?
-Вы ее почините?
-Хм...
Обязательно.
-А папу?
-А папу уже чинят.
Оксана, планы меняются.
Миша хочет, чтобы маму
побыстрее починили.
Пусть готовят вторую операционную,
и вызовите гинеколога из "девятки".
Мы не будем ждать.
-Леру уже прооперировали?
-Точно не могу сказать,
у нее другой лечащий врач.
Но знаю одно точно - вас нужно
хорошенько подлатать.
Этим мы сейчас и займемся.
-Марат Леонидович.
-Да?
-На минуту можно?
-Да, могу.
-Она не может ждать три часа.
-У меня пациент уже на столе.
-А вот он может.
Просто ты решил оперировать
более стабильного пациента,
потому что тебе важна
эта чертова статистика.
-А тебе не важна
статистика эта чертова?
И всей нашей больнице!
Ты ведь со мной согласился, так?
Ну! А почему ты сейчас пытаешься
всю ответственность повесить на меня?
-Марат! Она истечет кровью,
ты понимаешь?
А ты мне говоришь
про какую-то ответственность.
У нее сын там маленький.
Ты будешь потом ему
про ответственность объяснять?
-Что ты хочешь,
чтобы я операцию остановил?
-Я хочу аппарат гемотрансфузии.
-Значит так, его этой стабильности
хватит примерно на полчаса.
После этого он будет в таком же
состоянии, как и она.
Аппарат у нас один.
А теперь скажи мне, ты что,
господь бог?
Ты решаешь, кому жить, кому умереть?
Она мать.
Без матери...
Ладно, чего там? Ты никогда не жил
и не воспитывался без матери.
-М-м-м!
-А в семье зарабатывает он.
Сможет она одна ребенка поднять?
А он не только воспитает,
но и поднимет.
-Что ты за чушь несешь, Марат?
-Неужели?
В тебе сейчас говорят эмоции,
а я пытаюсь мыслить рационально.
Поэтому заведующий отделением - я.
И решения здесь буду принимать я.
-Так, стоп, подожди.
Ему давали наркоз?
-Нет еще.
-То есть он в сознании?
А теперь представь, что будет,
если ты его не спросишь.
-М-м?
-Погоди, ты хочешь сказать...
-По судам затаскают.
Он ее муж и ближайший родственник.
И если решать, то ему.
-Ну пойдем.
-Максим.
У вашей супруги,
у нее внутреннее кровотечение.
Нужна срочная операция, иначе она...
В общем, мы можем ее потерять.
Но для операции нужен аппарат
гемотрансфузии,
чтобы он собирал ее же кровь, очищал
и потом восполнял очищенной кровью
потерянный объем.
-Ну что ты мямлишь, как на экзамене?
Максим, поймите,
этот аппарат и вам нужен.
-Я все понял.
Пусть ее первой оперируют, я подожду.
-Кх... Максим, вы уверенны?
Поймите, это может стоить вам жизни.
-Уверен.
Я так часто в жизни жал на газ,
что теперь готов притормозить.
-Так, Максима в палату
интенсивной терапии.
И Леру готовим к операции. Срочно!
-Учет ведется идеально.
-Спасибо. Ведется как положено.
-Значит, со сверкой
трудностей не будет.
-А-а, со сверкой?
Вы хотите, чтобы я вскрыла сейф
в вашем присутствии?
-Именно.
-Ага... Дело в том, что не смогу
этого сделать.
Главный врач готовится к операции,
без его разрешения...
-Спокойно, все будет по закону.
Зайдите к нам, пожалуйста.
Вскрытие сейфа будет производиться
в присутствии должностного лица
при исполнении.
Ну что ж, Эльвира Рафаэльевна,
проводите нас?
-Да, пройдемте.
Благодарю вас.
-Скальпель.
Разрез от лонного сращения.
Коагулируй.
Так...
Смотрим.
Вижу.
Внебрюшинный полный разрыв.
Коагулируем.
Кровоизлияние в клетчатку.
Отсос быстрее!
Быстрее!
Вот здесь. Ага.
Есть.
Сестра, шовник!
Пинцет.
И зашиваем наглухо.
Дренируем околопузырную клетчатку.
Ножницы.
-Все равно откуда-то кровит.
-Очередь за гинекологом.
Подключаем аппарат.
-Стенка матки повреждена, кровит,
но разрыва нет,
так что коагулируем и ушиваем дефект.
-Да, вот так.
Да, хорошо.
-Состояние стабилизировалось.
-Прекрасно. Продолжаем без антракта.
-В больнице полиция!
-Переживаешь?
-Хлебников - муж моей сестры, забыл?
-Бывший муж твоей сестры. Бывший.
И она его упустила, разве не так?
-И что? Теперь можно сажать?
-Нет. Это будет, как это...
Ассиметричным ответом, да?
-Отлично.
А при чем "ментовский полкаш"?
-Ларочка, "ментовский полкаш"
пришел не к тебе - это главное.
Хлебникова не спасти.
Так что расслабься и досмотри
спектакль до конца,
если не хочешь, чтобы комиссия
занялась и нами.
Я тебе сказал - не лезь!
-Подходим к гиппокампу.
Можно будить.
Разговаривайте с ним,
он может начать паниковать.
Сами знаете, все из наркоза
выходят по-разному.
-Саня!
Саня, это я, посмотри на меня.
Нам надо с тобой поговорить.
Ты до сих пор на операции,
слышишь меня?
-Раз надо, давай.
Только дышать тяжело.
-Ничего, давай вспоминай,
как я тебя учил?
Спокойно, носом и диафрагмой,
давай - вдох...
-А-а! Ты всегда был зануда...
-Молодец.
Молодец.
-Да уж, вскрытая черепушка
дыханию не помеха.
-Молодец.
-Кстати, не забудь мой скальп
с волосами на место вернуть.
-Обязательно.
-И чтоб без залысин.
-Обязательно.
Вы пробор на какую сторону
предпочитаете?
-Немаловажный вопрос.
А может, я жениться хочу?
-Хочешь - женишься.
Кандидатура есть?
-Встретил одну... у тебя в кабинете.
Какие у нее ножки?
Эх, я не разглядел.
А-а?
-Ничего, что я тут у вас в голове
ковыряюсь? Не мешаю?
-Нет-нет-нет.
Вы не беспокойтесь.
Вы же мне пока ничего
лишнего там не отрезали?
А знаете, Нана Вахтанговна,
у меня солдатик был, у него после
сборки автомата
новые детали образовывались.
-Все, зона пройдена, опухоль
выделена, Саша может засыпать.
-Мы тебя сейчас подлатаем,
а ты поспи, увидимся в палате.
Засыпай, закрывай глаза.
-Миш, может, хватит, а?
Давай лучше в прядки поиграем?
-Не-а.
-Ну а в паровозик?
Чух-чух-чух-чух-чух.
-Ты чего, мать, совсем уже? Какой
чух-чух-чух? Работать кто будет?
Заполняй.
-Это.
-Проводим ревизию мочевого пузыря.
Натяни крючок, хорошо.
Так, у него внебрюшинный разрыв,
Антонов был прав,
у парня намного больше шансов,
мог бы подождать. Шьем!
Так, держи тут, с краю. Внимательнее!
Тяпкин! Да чтоб тебя! Сосуд задел,
отсос сюда и коагулятор, быстро!
-Я...
-Я тебя разжалую!
Будешь у меня откликаться на кличку
Ляпкин-Тяпкин. Стенка расходится,
не могу остановить,
теряем много крови!
Включайте аппарат! Начинаем
реанимационные действия!
-Нана Вахтанговна, я ваш должник.
-Хлебников, не суетитесь.
Он жив, значит, нас не посадят,
по крайней мере, пока.
СИГНАЛ СМС
-Сейф.
-А может, и посадят.
-Кто вам позволил без меня открывать
сейф? У вас есть какие-то конкретные
обвинения, вы хотите их предъявить?
Предъявляйте.
-Обвинения?
А какие, Иван Андреевич?
-Обвинения по поводу...
-Иван Андреевич, в ходе проверки
закралось подозрение, что в сейфе
меньше наркотических лекарств,
а именно - опиатов, чем заявлено
в бумаге. Поэтому мы решили не ждать
вас, открыть сейф, чтобы решить
это недоразумение. Все на месте?
-Так.
-Цирк устроил, ну-ну.
Я не знаю, как вы это вот сделали,
но я обязательно докажу,
что еще час назад их в сейфе не было.
-Откуда такая информация?
Хорошие друзья в школе?
Вы что-нибудь понимаете?
Откуда они оказались в сейфе?
Допустим, наркотики не покидали
территорию больницы.
Он их сбросил во время потасовки,
их кто-то нашел.
-Кто-то из своих нашел.
-Испугался, не захотел
поднимать шум. Потом узнал
про проверку, но как?
Ключи только у меня и у вас.
-Это же просто. У кого в больнице
есть дубликаты всех ключей?
-Полковник Жданов!
-Ну?
-Кто вам сказал, что наркотиков
в сейфе меньше, чем нужно?
-Это называется
оперативная информация.
-Хреновая информация,
не оперативная.
Это знаете, как называется?
Стухло уже.
-Здрасте.
Да, ручки-то помнят,
мастерство не пропьешь.
-Степан Михайлович!
Степан Михайлович!
Я вас искала.
-Эльвира Рафаэльевна,
ну что, комиссия не обижает вас?
-Не обижает.
-Значит, все хорошо?
-Да, спасибо.
-Да не за что.
-Да есть за что.
-Сами догадались?
-Пришлось, вы же молчите,
как партизан.
-Да вы не серчайте,
что так получилось.
Тут такое дело, я ведь сидел,
ну и вот, трухнул малость,
сделал вид, что не при делах.
-Зачем вернули, если не при делах?
-Я же при вас с Иваном Андреевичем.
Если вам не верить, так кому же?
-Ляпкин, а ты ведь его чуть
не угробил. То есть лечить пациентов
мы пока не научились, а вот гробить
вполне уже профессионально умеем.
-Да я на секунду только отвлекся.
-А ему этого хватило.
Еле откачали. А ты знаешь,
Тяпкин-Ляпкин, что такое статистика?
-Кровь привезли!
-И чего?
-Привезли, говорю, кровь.
-Много?
-Много.
-Ну и чего орать-то?
Ну, привели и привезли,
мы же не вампиры.
Как в кино - помощь приходит,
когда уже титры пошли.
Значит так, продолжаю, ты дежуришь
до конца месяца - раз,
и ординаторскую до блеска - два!
-Кир, ты больше не приходи ко мне.
-Почему?
-Да так, по кочану.
Ты что думаешь, что я из-за тебя
на дурь подсела?
У нас с тобой так было,
по недоразумению.
Захотела - подсела, захочу - слезу.
-А захочешь?
-Конечно.
Я что, дура, что ли? Я ж понимаю,
что это - билет в одну сторону.
Знаешь, почему
я с тобой была?
-Почему?
-Потому что я знала, что тебе
Заславский поможет.
Он же друг твоего отца, так?
Ну вот, думала, что мне
тоже что-нибудь перепадет.
Начальник Горздрава много что может,
сам понимаешь. Без связей
в этом вонючем городишке никуда.
-А потом?
-Ну а потом подумала: на хрена
мне это все, вот эти мучения ваши?
Я что, нормально денег не заработаю?
-Ну да, действительно.
-Наташа, привет. Эх, Кир, там Плющев
бушует, всех ординаторов зовет.
-Я иду.
Ну, ты, в общем...
Поправляйтесь.
-Ты чего? Плющев же...
-Погоди, я давно тебя не видел.
-Часа полтора.
-Как же давно я тебя не видел.
-Ну ты и дура.
-Сама ты дура.
Я отпускаю тебя,
отпускаю тебя.
-Сдавайся!
-Сдаюсь.
-Миша, Миша, не надо, не надо, этот
дядя доктор, он нам еще пригодится.
Так, а пойдем со мной к маме?
Э-эх!
-Я теперь не Человек-паук, я доктор,
теперь я буду тебя лечить.
-Валерия, я должен вам
кое-что рассказать.
Ваша операция стояла в очереди
после Максима. Так случилось,
что ему и вам нужен был аппарат
по восстановлению объема крови.
-Не понимаю.
-Вы не дослушали.
Максим отказался от аппарата
в вашу пользу.
Мы его оперировали
уже после вас.
-Папа тебя любит.
-Да, видишь, Миша?
У нас с папой даже аппарат
один на двоих был.
Придется теперь тебе
с нами двумя возиться.
-Уже уезжаешь?
-Да, нет причин тянуть.
-А может, найдешь?
-Желаю вам счастья.
-Да, со своей стороны
мы все документы Гонтарю
мы уже подготовили.
Уже оформили?
Спасибо большое!
Доброй ночи, полковник.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Привет.
Мне кажется, мы не закончили.
Редактор субтитров А.Семкин
Корректор А.Кулакова
Серия 31
-Ну, не знаю, Лесь.
-Зачетная вещь. Я бы себе оставила,
но деньги срочно нужны.
-Ну, он красивый, конечно,
но какой-то слишком откровенный.
-Ну и супер.
Зато все мужики резко получат
подвывих шейного отдела.
-Не знаю, Лесь.
Наверное, все-таки не мой стиль.
-Раздевайся.
-Чего?
-Того.
Ты его сейчас наденешь
и уже не снимешь. Рубль за сто.
С твоей фигуркой смотреться
будет бесподобно.
-Что, прямо здесь?
-Ну а что такого? В дабл,
что ли, переться? Давай не тупи.
Погоди.
Трансляцию надо вырубить.
Не все в этой больнице
заслужили сеанс бесплатного порно.
-Может, не будем пока афишировать?
-Почему? Плевать, пусть завидуют.
-Ну, конечно. Вокруг же одни
доброжелатели.
Вдобавок ко всему получишь
обвинение в харасменте.
-Интересное слово. Надо загуглить.
Хорошо. Тогда до вечера.
-Похоже, до вечера ждать не намерен?
-А я больше вообще ждать не намерен.
Я увидел, что биг-босс
куда-то отчаливает.
Вот, решил воспользоваться моментом.
-Пользуйся, Леш, только быстро.
У меня куча дел.
-Эля, я...
Прости, если буду сумбурен.
Просто это в первый раз. А точнее,
второй. Первый был в третьем классе.
-Ты что, хочешь дернуть
меня за косичку?
-Нет, я серьезно.
Эля, я тебя люблю!
Я давно это понял.
Меня все устраивало. Ты же знаешь,
как я ценю свою свободу.
Ну а теперь я... теперь я понял,
что больше так не могу.
Это мамино кольцо.
Оно твое. Будь моей женой, Эля.
-Что?
-Прости, я, я давно собирался,
но как-то...
А, черт, по-моему,
слишком много говорю. Да?
-Леш, встань, пожалуйста.
-Это значит "да"?
-Встань. Встань, пожалуйста, я прошу.
Нет.
-Но... почему?
-Ты немного опоздал.
-Да, согласен. Лет так на 10.
-Меньше. Я правда ждала этого долго.
Надежду потеряла, но всё равно ждала.
Еще когда увидела тебя в первый раз,
решила: вот, этот доцентик бойкий,
он же мне на роду написан.
-Но мы же можем все наверстать.
-Слишком поздно.
Я люблю другого
человека и мы вместе.
-Так.
Ясно. Я его знаю?
-Да.
-И давно?
-Всего пару дней.
-А почему он?
-Правда хочешь знать?
Я ведь не люблю срезать углы.
-Говори как есть.
-Ладно. Ты эгоист и прагматик.
Да, ты гениальный хирург, но люди
для тебя - рабочий материал.
А для него - нет. Он ради каждого
пациента пойдет до конца.
Пойдет на все. Таких, как ты,
очень мало, но они есть.
Таких, как он,
я больше не встречала.
-Ты же знаешь его чуть больше месяца.
-Да, но мне хватило.
-Тогда почему у тебя в глазах слезы?
-Мне жаль тебя. Мне жаль нас. Я знаю,
как тебе сейчас больно. Прости.
-Что происходит? Это кто?
-Да это Катран.
В жизни он еще красивее.
-Какой Катран?
-Вы что, телевизор не смотрите?
Это же артист Дмитрий Пискарев.
-А почему Катран?
-Ну, это сериал так называется.
У них съемки в городе уже неделю.
-Олег Сергеевич, кончайте чаевничать.
Вас тут звезда
экрана дожидается.
-Значит, Катран. Здравствуй.
-Катран, здрасте.
-Что-то ты какой-то
скромный для артиста.
-Вроде нормальный.
-Ну, что случилось?
-В смысле?
А, не, со мной все нормально.
А вот Вова, с ним что-то не так.
Живот болит.
-А у Вовы язык есть?
-Наверное, шпроты.
-Ну, вставай, разберемся.
-Пойдем, Вова. Вова? Вова?
-Эй, эй, эй!
Ого!
-Это не шпроты.
-Не шпроты. Каталку, санитары.
-Кораблева, ты ослепла
или с ума сошла? Извините.
-Простите, пожалуйста,
Марат Леонидович,
пациент очень крупный, я не удержала.
-Значит, у тебя пациент виноват?
Вбей себе в голову,
или что там от нее осталось,
что малахольным и слабоумным
в моем отделении не место.
Или увольняйся к чертовой матери,
или в педиатрию иди -
там и дистрофик справится.
-Ну, с характеристикой понятно.
Это что?
-Направление на курсы повышения
квалификации.
-Отличный выбор.
Я слышал, там конкурс бешеный.
Но вам, видно, бояться нечего.
Вы хороший врач.
Могли бы без протекции.
-Но вы рады, что я ухожу?
-Горевать не стану.
-Понятно.
Моральный облик?
-Я не завуч в школе.
Просто не люблю дезертиров.
В любом случае вам возвращаться сюда
нет резона.
После курсов будет возможность
пойти на повышение.
Будете заведовать реанимацией
в одной из больниц.
-Наверное, так.
Спасибо.
Что бы там ни было, рад был работать
под вашим началом.
Удачи, Иван Андреевич.
-Счастливо.
-Что-то случилось?
-Все прекрасно.
-Но это неправда.
Глаза - это зеркало души.
А они у тебя на мокром месте.
-Не приставай, пожалуйста.
-Маленькая, ну что с тобой?
-Да, я маленькая.
Не все до потолка вырастают.
-Эй, ну ты чего?
-Он сказал, что я малахольная
и гожусь только в педиатры.
-Кто тебе это сказал?
О боже. Марат?
Ну зачем ты его слушаешь?
-Еще сказал, что я дистрофик.
-Ну, зато ты очень красивая,
умная и добрая.
-Но все-таки дистрофик, да?
-Ну, чуть-чуть.
Но в пределах разумного, Инга.
Инга!
-Там две папки.
В первой - всякая срамота,
во второй беседы. Есть и про вас.
Наслаждайтесь.
-Как вы это достаете?
-Секрет фирмы.
Ну, формально - да,
но никакой тайны века в этом нет.
Взламываем любой девайс,
в данном случае - ноут,
получаем доступ к микрофону.
С видео посложнее,
но, как говорится, все для вас
за ваши деньги.
Желаете?
-Пока хватит.
-Надумаете - обращайтесь.
Всего доброго.
АУДИОЗАПИСЬ:
-Вообще надо быть осторожнее,
Влад что-то подозревает.
-По-моему, он давно знает.
Просто ему плевать.
Лишь бы бутылка была под рукой.
-Ты его не знаешь,
он на многое способен.
-Кто?
-Конь в пальто.
Одевайся.
С УСМЕШКОЙ:
-Тоже мне конь...
Жирный, тупой, проспиртованный мерин.
ЗВОН СТЕКЛА
-Представляешь, уронил?
Армянский, пять звезд.
Обидно так...
-Прошу всех разойтись.
А вы идите за мной.
-Ну что, у Вовки что-то серьезное?
-А вы не знаете?
-Нет.
-У вашего коллеги - травматическая
грыжа диафрагмы.
А главный сюрприз -
удаленное правое легкое.
Через трещину в диафрагме
в грудную полость попал
фрагмент кишечника, сантиметров 40.
-Это серьезно?
-Если бы он сразу обратился,
кишечник бы вправили на место,
зашили диафрагму,
через неделю он бы уже выписался.
Но травма была нанесена
не менее двух суток назад,
это видно по гематоме.
В защемленном фрагменте кишки
остановилась перистальтика.
Началось воспаление, некроз.
Что такое гангрена, вы знаете?
-Слава богу, так, в общих чертах.
Я, честно говоря, ничего не понимаю.
-Ваш приятель умирает.
Как он получил травму?
Его избили?
-Да.
-Знаете, кто?
-Знаю.
Я.
Была трюковая сцена - драка в баре.
Черт...
Видимо, я перестарался.
-Так дело не в ваших стараниях.
С удаленным легким этот парень...
он вообще не мог работать каскадером.
-Доктор, он и не работал.
Он так, просто.
Человек из массовки.
Я даже не знаю...
Я его не знаю.
Я знаю только, что зовут его Вова,
и все.
Настоящий трюкач в Москве валяется
с ковидом.
А группа уже неделю в простое.
Ну и...
-Вы вообще понимаете, что натворили?
-Так, вышли все вон. Живо!
Кроме Алексея.
Трансляцию выруби.
Ты что творишь?
-Собираюсь оперировать грыжу.
-Угу.
Тебе мало могил на личном кладбище?
-А ты предлагаешь сразу?..
-Я предлагаю отправить его в Москву.
Он киношник, Леш.
У них всегда есть средства, связи.
Пусть сами звонят в МЧС,
договариваются с вертушкой...
-Это приговор.
Уйдут часы, а у него едва ли
минуты есть.
-Леш, ты что, спятил?
А где же твой хваленый прагматизм?
У нас статистика ни к черту.
Мы под прицелом облздрава.
А ты хочешь, чтобы у тебя артист
откинулся
под ножом ведущего хирурга?
Да нас пресса с говном сожрет!
Порвет, как газету.
Нет, если ты хочешь погубить
свою карьеру - пожалуйста.
Но это мое отделение!
-Да.
Отделение твое.
А теперь пошел вон
из моей операционной.
Петров, наркоз.
И включи трансляцию.
Воробьев, готовься.
-Что значит - оперируют?!
Я не давала согласия на операцию.
-Извините, Евдокия, а кем вы все-таки
приходитесь Жилину?
-Невестой.
-Ну, то есть юридически это значит,
что вы не родственники.
Если у вас нет доверенности
на случай его недееспособности...
-Не заговаривайте мне зубы!
Без его согласия вы не можете
его резать!
А он согласия точно не давал.
-Он вообще говорить не мог.
А в такой ситуации доктор вправе
самостоятельно принимать решение.
-Умничаете? Не стоит.
Мы люди грамотные.
Вы нам по суду ответите
за свои решения.
Без порток останетесь.
-А это вряд ли.
А вот ваш жених точно по полной
ответит,
если ласты не склеит.
-Это еще что за чучело?
-Юрист клиники.
Объясняю один раз
для особо грамотных:
вы потому операции боитесь,
что вы мошенники.
Ваш Жилин - инвалид, его по закону
даже лифтером работать не возьмут.
Хотели деньги с киношников поиметь,
вот и скрыли.
-Да не смейте так говорить!
Вова - ветеран, он перенес ранение!
-А вы не смеете хамить врачам.
Тоже мне, богиня справедливости.
Каждый суслик - агроном.
Покиньте помещение,
пока я охрану не вызвала.
-Юрист клиники?
-Открываю живот.
Скальпель.
Крючки.
Цвет нехороший, похоже, некроз.
-Я вижу.
Отступать некуда. Коагулятор.
-Нельзя. Ткани расползутся,
а вправлять запрещено.
Если перфорируем кишку, то получим
разлитой перитонит и сепсис.
-Никто ничего вправлять не будет.
Я проведу резекцию прямо здесь.
Удалим пораженный сегмент,
тогда займемся диафрагмой.
Зашьем диафрагму, тогда уже живот.
Коагулятор.
Есть.
Теперь фиксируем кишку.
Нужно пережать выше линии рассечения,
там, где ткань еще жива.
-Как?
-Каком кверху.
Главное, не пальцами.
Пальцы нам в этом деле не помогут.
Кишечный жом.
И не сопи, пожалуйста.
Еще.
Скальпель.
Теперь промываем и шьем.
Кирилл, давай ты.
Не надо.
Ассистируй Кириллу, я подключусь
через минуту.
-Иголку.
Алексей Викторович,
вы только что чудо сотворили.
-Да, повезло...
-Привет.
-Что за посиделки?
Почему на звонки не отвечаешь?
-Я Вову привез. Он на операции.
-Без тебя не справятся?
Поехали, мать Тереза,
группа уже три часа ждет.
-Я тебе перезвоню.
Это что, ваш режиссер?
-Продюсер.
Семен Бровкин.
Значит, вам наплевать,
что ваш артист пострадал на работе?
-Артист?
-Да.
Владимир Жилин, мой жених.
Ему, между прочим,
страховка полагается.
-Вы, девушка, прежде чем горло драть,
разберитесь, что к чему.
Нет никакого артиста Жилина.
Ваш жених - участник массовой съемки,
с ним заключено разовое соглашение.
Никакой страховки там не прописано.
А насчет того, кто где пострадал...
Может, он дома с печки свалился.
Отснятого материала с ним нет,
в смете он не значится.
-Семен, он умереть может.
Это ведь я ему врезал.
-А ты побольше об этом трепись,
если на нары захотелось. Поехали.
-Пока идет операция, я буду здесь.
-Докладную строчишь?
-Почти.
Хочешь послушать?
"Благодаря мастерству и выдержке
операционной бригады,
возглавляемой..."
Вот тут только я не помню,
кем возглавляемой.
Может, пойти расписание посмотреть?
Удивлен?
Твоя победа - это мой успех.
Но только ты не обольщайся,
потому что при случае
я в компот-то тебе плюну.
-Ну, это я не сомневаюсь.
-Ну что пришел-то?
-Мне надо заключение писать.
-Ну так пиши.
Или ты на радостях алфавит забыл?
-Этот парень, скорее всего,
поправится.
Организм молодой и крепкий.
И я считаю, что не стоит упоминать
про удаленное легкое.
-Это почему?
-Ну, никто же не будет
копаться в подробностях.
А если упомянуть лобэктомию,
вылезет вина всех причастных,
включая пациента, который ее утаил.
-И что?
Он не получит ни гроша.
Репутация актера, который его ударил,
пойдет прахом.
Продюсер отправится под суд.
А съемки популярного фильма
будут остановлены.
-Какая неприятность, да...
Ну да, у нас же кино -
это важнейшее из искусств.
А вот это, Леша, и есть тот самый
компот, о котором я тебе говорил.
Давай, подставляй кружечку.
Я сейчас слюны только
побольше наберу.
-Нет.
Нет-нет, тут дело не в мести.
Ты хочешь прикрыть одну свою часть
тела, которой ежиков пугают.
-Точно.
Ты понимаешь, Леша, дорогой,
если вскроется
вот это твоя маленькая хитрость,
тогда ты, конечно, получишь
лавровый венок победителя,
а я получу по башке.
Так что разговор закончен, доктор.
-Лариса Владимировна!
Лариса Владимировна, на минутку.
Мне тут подруга предложила...
Красивая вещь.
Я взяла, а размер не тот.
-Миленький.
Но я не планирую пляжный отдых,
тем более в период пандемии.
-Мужикам не нужен пляж, чтобы
любоваться красивой женщиной.
Сойдет и бассейн в спа-центре.
-Ох, Олеся...
Ну, раз уж ты столько обо мне знаешь,
то вот тебе еще одна деталька...
Мой мужчина не выносит купальники.
Они ему просто мешают.
Предложили Эльвире.
Я слышала, у ее близкого друга -
роскошный бассейн.
ЧИХАЕТ
-Тихо-тихо-тихо...
СТУК В ДВЕРЬ
Спокойно. Заходите, заходите!
-Прошу прощения, я зайду попозже.
-Нет-нет, Алексей Викторович, я как
раз хотел вам звонить. Проходите.
-Неужели?
-Трахеотомию вы провели блестяще.
Мне уже тут на все лады пропели.
Сейчас разгребу все эти сусеки
и посмотрю запись от начала до конца.
-Я тронут.
-Кофе хотите?
-Нет, благодарю, спасибо.
-Мы знаем, почему вы здесь,
Алексей Викторович.
Плющев уже звонил.
-Вы его поддерживаете?
-Формально он прав.
Лобэктомия - очень важное
обстоятельство для того,
чтобы о нем не упоминать.
Но это, конечно, делает вам честь.
-Я сам позабочусь о своей чести.
-Как хотите, но нам это не дает права
сделать подлог.
-Если вариант Плющева будет подписан,
я немедленно увольняюсь.
-Сергей Анатольевич,
здравствуйте.
-У вас что-то срочное,
Владлен Эдуардович?
-Информация по вчерашнему инциденту.
-Операция Гонтарю. Мне уже сообщили.
Шила в мешке не утаишь.
-Это не все. Речь о пропавших
наркотиках.
-Это что-то новенькое.
-Загадочная история. Алабина
позаимствовала морфин в больничном
сейфе. Хлебников знал, прикрыл ее.
Вернул морфин в сейф до прихода
полиции.
-Зачем Алабиной воровать морфин?
-Для Хлебникова, конечно.
-Иван употребляет?
-Не думаю. Это их какая-то
"военная операция" с Гонтарем.
Они накануне по всей больнице
гонялись за каким-то наркоманом.
-И в этом участвует Эльвира?
-Конечно. Естественно.
-Что в этом естественного?
-Она во всех его фокусах
участвует. У них же роман.
-Что за бред? Пить надо меньше,
уважаемый.
-Я бросил. И это не бред.
Алабина влюблена в Хлебникова,
они встречаются. Ночует у него,
квартира-то служебная. Ключи у меня.
-А зачем вы это все рассказываете?
Иван - ваш родственник.
-Бывший. Позвольте, буду откровенным?
-Попробуйте.
-С самого прихода Хлебникова я понял,
зачем вы поставили своего друга
на должность. Но он выполнил свою
задачу, расчистил поле для Алабиной.
Прижал меня, прикрыл левые операции,
сменил поставщиков.
-Ну, допустим. Дальше.
-Мавр сделал свое дело, и теперь
его место должна занять Эльвира.
Вот только вы уверены, что можете
ей доверять?
-Вы за дурака меня держите?
Ваша жена в команде Бородиной.
У облздрава свои виды на больницу.
-Они ставят на Плющева. Но Марат -
самодовольный хвастун и трус.
Вам нужен человек более решительный,
который в курсе всего расклада.
Который вне подозрений. И который
умеет правильно делать ставки.
-Наверное, все-таки не мой стиль.
-Раздевайся.
-Чего?
-Того.
-Что за бред?
-Да ты что, свихнулся, что ли?
Где же твой
хваленый прагматизм?
У нас и так статистика ни к черту,
мы под прицелом облздрава.
СТУК В ДВЕРЬ
-Можно войти?
-Что тебе, Олесь? Я занята.
-Пять секунд, Эльвира Рафаэльевна.
-Ну хорошо, заходи.
-Вы у нас законодатель мод,
это же все знают.
Есть одна замечательная вещь.
-Купальник розовый с черным,
с бабочками? Я знаю.
-Сестры растрепали? Да что они
понимают в красивых вещах?
Ложкомойки!
-Милая, ты даже не представляешь,
как я рада тебя видеть!
Я куплю эту пошлую
тряпку, но только для того,
чтобы сразу подарить ее тебе.
-Мне подарки не нужны,
и раз уж она такая пошлая,
я вам ее не продам.
-Как хочешь.
Иван, ты будешь приятно удивлен.
Нет, не скажу.
Просто поднимайся в кабинет.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да.
-Марат Леонидович...
-О, Иван Андреевич, присаживайтесь,
всегда рад вас видеть.
-Взаимно.
Я, собственно, по поводу тарокотомии,
проведенной сегодня Антоновым.
-Понимаю. Внимательно слушаю.
-Я поговорил со всеми
заинтересованными. Злодеев
среди них нет, карать особо некого.
Даже продюсер вызывает
некое сочувствие.
-Неужели?
-Ну а что? Не вор, не подлец.
Ну, хитрый бродяга.
Ну а куда ему без этого? Он все-таки
пытается снять кино с малым бюджетом.
-Достойный господин.
-Жилин, конечно, дурак.
Но соврал, опять же, не со зла.
А потому, что невесту
хотел порадовать.
Катран - пижон,
но не бросил человека
в трудной ситуации.
Сам его привез к нам,
все рассказал. Не побоялся.
-А Антонов вообще герой.
-Ну, герой не герой, а мужество нужно
было иметь. Мне кажется,
Марат Леонидович, вам
тоже стоит внести свою лепту.
-Да всего-то? Подмахнуть липовый
документ. Только, понимаете,
Иван Андреевич, в чем дело:
если Антонову наплевать
на свою репутацию,
то я своей репутацией дорожу.
А что если невеста захочет слупить
с этого продюсера побольше денег
и наймет себе адвоката?
Или катран махнет пару лишних рюмок
и пойдет рассказывать
всем журналистам о том,
как он спас человека, которого
сам же чуть и не угробил?
-Действительно.
-А может быть, кто-нибудь из нашего
окружения, который
не любит ни вас, ни Антонова,
а таких, поверьте, много...
-Интересная мысль.
Собственно, другого ответа
я и не ожидал.
-Ну конечно, я вам больше скажу,
Иван Андреевич, если вы продолжите
свою агитацию,
я боюсь, мне придется сообщить
куда следует об административном
принуждении к даче заведомо
ложных заключений.
-Прекрасно.
Прекрасно. То есть вы отказываетесь?
-Конечно.
-Хорошо.
Только давайте сначала
посмотрим такое маленькое
документальное кино на тему
безупречной репутации доктора
Плющева, к слову сказать,
снятого им же самим.
Благоволите втыкнуть.
Так, я все понял. Я вас всех
выслушал. Теперь вы меня послушайте.
Во-первых, а это самое важное, жизнь
Владимира сейчас вне опасности.
-Спасибо. Слава богу.
-Но молчать об удаленном легком
мы не можем.
-Тогда к чему этот разговор?
-А к тому, что мы все-таки
не следственный орган. Нас волнуют
в первую очередь медицинские
показатели.
Если у нас получится
то, что вы хотите,
тогда это не производственная травма.
И речь ни о каких
компенсациях не идет.
И вы, любезный, выходите
сухим из воды. Понимаете меня?
-Я вас понял. Никто не уйдет
обиженным.
Вы назовете мне размер компенсации,
а ты вернешься на площадку.
-О, Кораблева, ты единственная,
кого я сейчас рад видеть.
-Алексей Викторович,
какая сволочь вас обидела?
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Я родился в июне, я рак.
Понимаешь, девочка моя?
-Нет.
-Я рак.
Ну, в панцире.
Меня просто невозможно обидеть.
-Ну, панциря у меня нет.
А можно я провожу вас домой?
Обидеть вас, может, и нельзя.
Но просто побыть рядом ведь можно?
-Тебе - да.
Только меня что-то
ноги не слушаются.
-Ничего, мне как раз
тренироваться надо.
-М?
-Ага.
-Нам туда.
-Туда?
-Угу.
-Ага.
Серия 32
-После долгого космического
странствия космонавт Мяукин
возвращается на Землю.
Готова ли Земля встретить
своего героя?
Отлично. Начинаем обратный отчет.
-Илюш, я не хочу платок пачкать.
Потом, ты опоздаешь на тренировку.
Ну?
-Так. Реди, сет, гоу.
Космонавт Мяукин празднует
свое возвращение на Землю.
-Илья, какого лешего, а?
-Ты чего? Я тебе новый куплю.
-Какой новый? Это дизайнерская вещь.
Достал ты с этими животными уже.
-Я достал?
-Ну, так только дебилы поступают.
-То есть я дебил?
-Нет, я.
-А!
-Ну не дебил, а?
-Что, где, где болит?
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны.
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы, ангелы, ангелы.
КРИК
-Откуда он?
-С улицы подобрали.
-Больно!
-Ну-ка, дай посмотреть. Да дай, дай.
УДАР
Гад, а!
Олесь, ну-ка, подержи ту руку.
Дай сюда.
-Сергеич, ты черкни, да я поеду.
-Ну, ты тоже время...
УДАР
Так, все, Антонова зови.
Олеся, Олеся. Анализы сначала.
-Ага.
-Девушка, а где врач?
-Занят, ждите.
-Какой-то он странный.
-Это извинение.
-За что?
-Ну за то, что маху дал с критикой
твоих физических данных.
-И поэтому извиняешься,
усевшись за мой стол?
-Мне просто неловко...
-Стоять?
-Ну, ты сидишь, и я решил присесть.
Ну, для того, чтобы отражать,
как в НЛП.
-Макияжик себе сделай,
чтобы меня отражать.
-А ты мне косметичку свою дай.
-Я тебе в лоб дам.
-За что?
-За то, что ты ведешь себя,
как остальные, как все хирурги,
которые женщин здесь воспринимают
только в позиции оперсестра.
-Да нет.
-Ну да.
То, что тебе, вот, мальчику
по праву:
"Кир, пошли, там пациент
интересный".
А мне за этим бегать и выбивать
приходится.
И все равно между мной и тобой
выбирают тебя.
А мне бумажки вот.
-Ну да, такое бывает.
-Но если говорить про нашу больницу,
то подобными вещами у нас
занимается только Плющев.
-Да все.
-Ну вот Антонов, например, так себя
не ведет.
-Так...
Что там Антонов?
-А, да...
Кирилл говорит, что вы особенный.
-Ну, перестаньте.
Ну что вы меня с порога сразу
на пьедестал?
Руки золотые - это да.
Сердце доброе - ну, есть немного.
Душа чистая - ну а куда в нашей
профессии без души?
Ну а то, что у меня профиль античный,
так это у меня в родне у всех так.
А в целом Кирилл, конечно, прав.
Так, Кирилл.
-Да.
-Пойдем со мной. Там есть пациент
необычный, посмотришь.
-А мне можно?
-Ну а что там нам всем толпиться?
Инга, давай в другой раз. Ладно?
-Вы это в другой раз говорили.
-Инга, терпение - один из важнейших
не только врачебных,
но и общечеловеческих навыков.
-Разрешите?
Так, смотрим.
Что видим?
-Ну, я не специалист.
-Правильно. Поэтому я как специалист
объясняю:
ничего мы не видим.
Никакой костной патологии.
Идем дальше.
Боль в стопе есть?
-Сейчас нет, но была.
-Была?
-Да.
-Внешний осмотр - спереди ничего.
Сзади тоже.
-Там сзади припухлость была.
-Была.
И боль, когда вы ногу поднимали.
-Ну правильно, что вы хотели?
Конечно, будет боль.
Растяжение связок есть? Есть.
Должно болеть.
-Я футболист профессиональный.
-Ну не бог же.
-Так, вот вам...
Вот вам лечение.
Можете принимать, можете
не принимать, главное - покой.
-И через сколько дней пройдет?
-Ну, это как лечиться будете.
-Мне бы быстрее.
-Ну, тогда дней за десять.
-Пойдем.
-Десять?
Ань, я сам.
Ань, я сам.
-Окей.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-А!
-Илья, аккуратно, давай руку.
-Сейчас.
-Давай руку, не вставай на ногу.
-Пойдем.
-Так, возвращаемся.
-Аккуратно, пожалуйста.
-Сейчас.
-Видишь, воспаление?
-Нет.
-А оно есть.
Хороший флегмонозный аппендицит.
-Алексей Викторович, но там же...
-А хорошо, что не прорвался. Да?
А то что было бы? Перитонит.
-Да нет тут флегмонозного.
-Не надо сейчас со мной спорить.
Пожалуйста.
-Ты соображаешь, что ты говоришь?
-Ну, я просто подумал, что там
не флегмонозный, а серозный.
-Там вообще аппендицита нет.
-Вообще?
-А ты думаешь, почему я его
на гистологию не отправил?
-А почему сразу тогда не зашили?
-Кирилл, ты вообще на моих лекциях
бывал?
Я почти каждую начинаю
с уголовного дела.
У нас сейчас даже страницы
в соцсетях скринят.
Повод ищут для того, чтобы на врачей
в суд подать.
А ты меня спрашиваешь,
почему я аппендикс вырезал?
Да потому что если бы не вырезал,
завтра в лучшем случае
меня бы вздернула страховая
через твоего отца.
-Ну а в худшем - этот крикун
или его родственник
решил бы за мой счет свое
материальное положение поправить.
И плевать, что там нет вреда
здоровью.
А если еще до СМИ дойдет, о-о...
Думай, пожалуйста, в следующий раз,
когда будешь что-то ляпать.
-Извините.
-"Извините"!
Я думал, ты умный парень.
-Алексей Викторович, а что там тогда?
-А ты что, так и не понял?
Что, очнулся?
Пойдем.
-Спасибо, друг.
-Я тебя не резал, друг.
Хотел, но профессиональный сан
не позволяет.
-А кто резал?
Ты резал?
-Да, я.
-Спасибо, друг! Спасибо, спас!
Только жбанчик верни.
-Какой жбанчик?
-Родительский. С прахом.
-А где ж мне твой жбанчик взять-то?
-Да ты ж его вырезал!
Папа говорит: вырезал.
-М-м! А где у нас папа?
Э! Э-э!
-А ну, стоять!
Стой, стой, куда побежал?
-В восемь часов утра я позвонила
в поликлинику и заказала педиатра.
В восемь утра! Знаете, во сколько
он объявился?
В девять вечера.
-Вчера у педиатра было 63 вызова.
Обслужил он 50.
-А почему это меня должно волновать?
Вы же главврач и не можете решить
проблему кадров!
-Согласен. Моя вина. К Стогову
у вас больше нет претензий?
-Как это нет? Есть. Он градусник
разбил на вызове.
-Какой градусник?
-Какой? Ртутный. Какой!
Мало того, что разбил,
он еще попытался это скрыть.
-Подождите. Минуточку.
Заведующую поликлиники.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да.
-Ольга Георгиевна, Это Хлебников.
Я по поводу...
-Стогова?
-Да.
-Иван Андреевич, хотите честно?
-Вот только так и хочу.
-Если бы к этой мамаше на вызов
попала я
и случайно разбила градусник,
я бы тоже скрыла.
-Надеюсь, что нет.
-Она в том году на наших врачей
написала двадцать жалоб.
-А по поводу чего?
-По поводу принуждения ее ребенка
к плановой вакцинации.
-А! Значит, еще и...
-Да, ярая антипрививочница.
Одну КДС сделали,
инфильтрат возник - все.
-Это, конечно, важно.
Но я по другому поводу звоню.
-Иван Андреевич, у меня участковые
на пределе, без доплат,
так как официально с КОВИДом
они не работают.
-Понял. Спасибо.
А почему АКДС не полный курс сделали?
-Ну, во-первых, сейчас пандемия.
-Пандемия не является основанием
отказа от вакцинации.
-Во-вторых, я вам не дура
какая-нибудь.
Слава богу, сейчас много литературы.
-Да, к сожалению, есть.
-И есть исследования, которые
доказали, что АКДС вызывает аутизм!
-Ну какие исследования?
Кто их проверял?
Один вопрос: вам самой
делали АКДС?
-Ну, родители тогда не знали
о последствиях.
-На вас прививка повлияла?
-Конечно.
Я очень нервная и легко возбуждаюсь.
-Ну а аутизма у вас нет?
-Вы смеетесь?
-Давайте я вам кое-что покажу.
Вот, смотрите.
Сорок лет назад в Швейцарии
провели забавный эксперимент:
полностью отказались
от вакцинации коклюша.
В итоге шестьдесят процентов детей
переболело вот так.
Вакцинацию вернули.
Этих болезней потому и нет,
что мы всех иммунизируем.
-В Москву поеду.
-Когда?
-Ну, вот отсижу пару лет и поеду.
-В каком смысле?
-У меня шизофреник с болью в животе.
Ну, я подумал, что у него перитонит.
Распахал живот срединной
лапаротомией, а там ничего.
-Что ты сделал?
-Вырезал аппендикс.
-Леша, в этой ситуации ты все сделал
правильно.
Просто дифдиагноз -
это как в орлянку.
Если бы отправил его
в психиатрическую,
а там бы выяснилось, что у него
перитонит?
-Допустим. Но консультацию
у психиатра я должен был назначить
до операции.
-Слишком много на себя берешь.
Ты знал, что у него шизофрения?
-Он поступил по скорой,
без документов.
-Один?
-Угу.
-Такой больной обязательно должен был
быть под наблюдением.
У него есть опекун. И это его вина.
-Знаешь, что больше всего отравляет
мне жизнь?
Что из-за всех этих постоянных
поисков виновных
я не могу спокойно работать.
Чувствуешь себя иногда как на плахе.
А вот сегодня мне не отрубили голову,
спасибо вам, дорогой палач!
Достало уже!
Можешь позвонить на Старицу,
чтобы бригаду прислали?
А то до завтра ждать.
-Ну конечно.
-Спасибо.
А ты вечером, случайно?..
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Прости.
Да, Антонов.
-Наконец-то. Спасли живот?
-Ну, мы же по-другому не умеем.
-Тогда давай тут футбол спасать.
-Сейчас буду.
Вызывают спасать российский футбол.
-Видишь?
-Угу.
-Так.
-Ай!
-Тс-с! Тихо-тихо!
-Больно!
-Тихо, тихо.
Руку дай.
Чувствуешь?
-Ну, впадина.
Слушай, у меня был пациент с разрывом
ахилла, да там так ногу разнесло,
что...
-Ну а здесь вот так.
-Что мне делать?
-Операцию.
Ходить сможете не раньше,
чем через полтора месяца.
Легкие нагрузки и пробежки месяца
через три, тренировки - через шесть.
-Полгода? Да у меня матч через месяц.
Мне контракт не продлят.
-Так, спасибо огромное, спасибо!
Садись, дорогой. Садись.
Сегодня же берем билеты в Москву.
Здесь потрясающие врачи.
Сначала полдня не могут поставить,
потом полгода лежать нужно.
Спасибо огромное. До свидания.
Отойдите.
-Ну ты где, подруга?
Я уже тебе все заказала.
А-а.
Ну, беги-беги. Мы тут, похоже,
не одни будем.
Так взбудоражили своим появлением,
Сергей Анатольевич,
мне теперь чай с мятой надо пить,
а не кофе. Хотите?
-Не хочу.
-Ах да, вы же не пьете со сливками.
-Ваше предложение в силе?
-Ах, вы, мужчины, прямолинейные.
После обеда я пришлю отчеты проверки.
-Я уже ознакомился.
-О, другое дело!
-В силе?
-В силе.
-Добрый день.
-Здравствуйте.
-Согласился?
-Угу. Ну, еще бы.
Он же думает: если у него главврач,
то все под его дудку.
-Могла бы не миндальничать,
а протащить своего главного давно.
-Или главную, да?
-Ну а что? Я зря две "вышки"
получала, что ли?
-Нет, дорогая, ты не понимаешь...
-Чего?
-Того! Что его связь с Алабиной -
это удобный повод потом убрать обоих.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Алексей Викторович, можно?
-Можно.
Я думал, вы уже в Москве.
-Я к вам бы хотел на операцию.
-Ну, ко мне - это уже вряд ли.
-Я только что с профессором
Мамонтовым общался по скайпу.
-Вам повезло.
Я у него в Москве учился.
И что же он сказал?
-То же, что и вы.
Что операция, полгода восстановление,
и что лучше вас никто не сделает,
а хуже - могут.
-С мэром? Соединяйте.
Вадим Андреевич, приветствую.
Какой футболист?
Так...
И Антонов отказался с вами
разговаривать?
Ну, формально он прав.
Конечно.
Нет, я вас уважаю,
но мы не имеем права
без согласия пациента
разглашать его...
ВЗДЫХАЕТ
На чем мы остановились?
-Я согласна.
-Ну вот же!
Значит, не зря я вас... целый час...
Заведующего поликлиники.
Ольга Георгиевна, когда у Стогова
прием?
Чтобы прививку ребенку сделать.
Не понял.
С ума, что ль, посходили все?
Фантастика.
До смещения эпидситуации
прививки запрещены.
-Подождите, вы только что
мне объясняли!
-В общем, я допишу.
Сейчас читай про разрыв ахилла
и иди к Антонову.
Он тебя ждет, давай, быстрей-быстрей.
Бегом, он тебя ждет уже!
И к Ефимову зайди, проведай его.
-Кир!
-Так...
-Алексей Викторович!
Больной сбежал!
Ну, который с шизофренией!
Не похоже, что забрали.
-И что ты там шлындал?
В холодильнике прятался.
-Чтобы ранка зажила.
-Ну я тут при чем?
Зовите Щукина, пусть ремонтирует
ваш кондиционер.
-Щукин каждую неделю ремонтирует!
Надо систему воздухоотведения менять.
-О, здесь надо все здание менять!
Только денег у нас на это нет.
-Все, мне надоело, я к главному.
Издевательство какое-то!
-Ты мне скажи, ты играть сможешь?
-Да я хоть сейчас забью.
-Сиди! Что с ногой?
-Да обычная костная мозоль.
-Так а мне сказали,
чуть ли не перелом.
Так это что ж? Все в порядке,
что ли?
-Ну, не все.
-Что значит "не все"?
-Контракт.
-Так, а с ним что?
-Меня в "Динамо" зовут,
на неделе контракт не продлим,
на следующий матч я уже
по датам не состыкуюсь.
-Слушай, друг, ты что, думаешь,
я с тобой вожусь?
Ты ведь не за клуб,
ты и за весь город выступаешь.
-Так поговорите тогда со спонсорами,
чтоб мне сегодня контракт продлили.
С бонусом.
-О!
-Зин, а где история футболиста?
-А какие у нас основания для...
отмены плановой вакцинации детей?
-Приказ Минздава.
-Вы хотите сказать, что по всей
стране отменена вакцинация?
-Нет, вы не поняли.
Минздрав РФ отдал решение
на приостановку вакцинации
на откуп регионам,
а уже наш Минздрав
решил перестраховаться
и запретил все, что мог.
Нет, ну резон в этом есть.
Но не в плане нагрузки на иммунитет,
а в плане общего эпидрежима.
Сами понимаете, чем меньше мамочек
с детками сидят по поликлиникам,
тем для них же безопасней.
Меня больше всего сейчас волнует
вторая волна.
-Елизавета Владимировна, а вы сами
от КОВИДа будете прививаться?
-Прививаться - да,
а агитировать - нет.
-Нет?
-Не-а.
Ну, я не до конца
уверена в эффективности.
-А в побочке?
-Иван Андреевич, а вот то,
что касается побочки,
тут есть один факт,
который все почему-то игнорируют.
-Так?
-Ну вот у вас гипертония.
Скажите, пожалуйста,
а сколько препаратов
вы принимаете постоянно?
ОТКАШЛИВАЕТСЯ
-Ну, со статинами - три.
-А с "каптоприлкой" - четыре, да?
-Нет, с "каптоприлкой" - три.
-Ну вот вам и факт.
У нас нет достоверной информации
о взаимодействии более двух
лекарственных средств
в организме человека.
И возможны побочки.
-Я рядом с вами
чувствую себя школьником.
-Честно, хотела с вами
поговорить о второй волне
и нехватке мест в красной зоне.
-Так, давайте пока обойдемся
без неврологии.
-Подождите, а как?
-Ну...
Ну, не будем пока занимать
еще один этаж,
отдадим вам столовку,
еще пару хозпомещений...
-Но их же нужно отделать.
-Ну, мы обделаем.
Ну, подождите пару дней.
Ну, максимум неделю.
-Инга.
Как называется доступ?
-Медиальный.
-Угу...
А зачем он?
-Чтоб не повредить нерв.
-Та-ак... Раздвигай.
Так...
А как нерв называется,
я что-то забыл?
-Нервус суралис.
-Ох, Инга...
Премудрая барышня.
Так...
Вот. Разорванные концы ахилла.
Сама будешь шить?
-Я?!
-Она?!
-Да лежи ты, припадочный!
Я сам сделаю.
Кто ж такое женщине-то доверит?
Инструменты готовы?
Сейчас.
-Давай, Саныч. Поскреби по сусекам,
накинь, сколько он просит.
Чтобы сегодня он этот контракт
подписал.
Давай.
Кругом одни сволочи!
-Вадим Андреевич.
-Да.
-Здрасте.
Вы же по поводу футболиста?
-А вы... Сергеев?
-Угу.
-Ну что ты, Инга?
По инфекциям соскучилась?
Так...
Садись.
Давай-давай, садись.
-Надеялась, что тут никого!
-Обругали тебя, да?
-Да лучше б обругали!
Ругают хоть за что-то.
А тут просто, что не мужик.
-Как же все знакомо.
Я просто в свое время тоже хирургом
стать хотела.
Вот, держи.
На кафедре дежурила,
а на пятом уже аппендициты резала.
Но как-то раньше все было попроще.
Вот, смотри, угощайся.
-Не хочу.
-Я срезалась на экзамене
в интернатуру.
Причем какой-то простой вопрос типа
триады Мондера. И вроде я все знала.
Тарасенко на мой ответ
чуть не всю комиссию созвал,
и у меня как-то все из головы
вылетело.
А потом после моей триады встает
такой и говорит: что, деточка,
на следующий год.
А я следующего года ждать не могла.
У меня тогда мама очень сильно болела
и мне зарабатывать нужно было.
И вот, поступила на инфекцию.
Знаешь, что? Влюбилась.
Ну, потому что это же так редко
бывает в медицине,
когда к тебе приходит человек,
ты вот так вот можешь его взять
и вылечить.
Потому что большинство болезней -
они с нами на всю жизнь.
Ну, гипертония, ХОБЛ, половые,
психиатрия.
И вот даже хирургия
с послеоперационными последствиями.
И только вот здесь вот, в инфекции,
ты можешь взять
и практически без последствий
просто вылечить человека.
Ну, это ж чудо.
-Но я-то хирургию люблю.
-Моя хорошая, мы любим то,
что хорошо знаем.
И вот если ты чувствуешь,
что хирургия - это твой путь,
то, пожалуйста, иди до конца.
Но если ты сомневаешься, мой тебе
совет: ты еще поищи.
-А как искать?
-Ну, ты задавай себе вопросы.
Вот если бы не прошла в ординатуру
по хирургии в этом году, ты бы стала
ждать следующего года?
-Стала.
-Ну, отлично.
А если бы не прошла во второй раз?
-Я просто хочу быть с тобой.
Путешествовать, вдохновлять.
-Сначала нужно за коттедж
расплатиться.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Да, Вадим Андреевич.
-Ну что, Братец Лс,
решил всех обмануть?
-В смысле?
-А не будет тебе никакого контракта.
Езжай в свой "Динамо", "Зенит".
А лучше в Воронежский "Факел".
Нам ты здесь не нужен.
-Вадим Андреевич, я прошу вас.
-Просишь? Да ты мне в глаза врал.
Думаешь, я тебе это прощу? Гад.
-Финиш.
Ты куда?
-Искать выход.
-Это перевод на Старицу,
то есть в психиатрическую.
-Вижу.
Я не вижу результатов гистологии.
-Мы передадим им позже.
-Почему?
-Там была очень неясная клиника,
и Антонов пошел на операцию, не зная,
что пациент болен шизофренией.
-А живот был чист?
-Да.
-Эльвира Рафаэльевна, у меня вопросов
к тактике Антонова нет.
У меня вопрос к вам: почему такую
важную информацию
из вас нужно тянуть клещами?
-Я просто подумала, что у вас
все-таки мало опыта
гражданской медицины.
И если вы узнаете, как все было...
-То наврежу Антонову?
-Да.
-И поэтому вы решили разобраться
со всем этим сами?
-Решила.
-Эльвира Рафаэльевна,
может, вы сядете в это кресло
и будете решать все официально?
-Ну что вы, Иван Андреевич,
я искренне считаю, что лучше вас
на этот пост кандидатуры нет.
-А я считаю, есть.
И это как раз Антонов.
Если бы я к кому-то ревновал вас,
то это к нему.
-Не собираюсь давать вам,
Иван Андреевич, поводов для ревности.
СИГНАЛ СМС
Извините, пора поработать.
-Золотые слова.
-Илья, ну в чем проблема? Больница
разгласила твои данные. Так?
Это привело к прямому
материальному ущербу.
Слушай, адвокат сказал, что готов
взяться за это дело без оплаты,
только за проценты с суммы иска.
Настолько он уверен в успехе.
-Не хочется поступать так
по отношению...
-К кому? К троечникам в белых
халатах?
Ты посмотри на них: как они
ходят. Как боги.
Это они нас должны бояться,
пациентов.
Может быть, тогда лечить начнут
нормально.
-Да никто тогда вас лечить не будет.
Уйдут. Уже уходят.
Приходят наивные дети,
которые все видят.
Видят отношение и тоже уходят.
Куда угодно, лишь бы не здесь.
-Но поплакаться-то вы умеете,
мы знаем.
А у меня тетю ваши коллеги
в могилу свели.
Буквально своими ногами туда
втоптали.
-Прямо ногами? Толпой?
-Пошел вон отсюда, пока тебе рожу
не расцарапала.
-Ты, соплячка, ты в моем отделении.
И ты оскорбляешь меня, врача,
который по доброй воле...
-Да ты должен был, должен!
-Сука тупая.
-Эй, доктор!
-Илья, не надо.
Просто позвони адвокату, скажи,
что подашь иск на больницу.
-Элечка, я же живой человек,
я скучаю, я...
-Прекрати, нашел время.
-Я ночи не сплю.
Слушай, а ты веришь в любовь
по переписке?
-Что?
-Вот я тоже думаю, что нет.
Тогда объясни мне, зачем ты вешаешься
на Хлебникова.
-Ни на кого не вешаюсь.
-Прости, не так выразился.
Переформулирую.
Что будет с вашей любовью,
когда Иван уедет?
А уедет он очень скоро. У него будет
любимая армия. А что у тебя?
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Ольга, вы накидайте мне, пожалуйста,
какой-нибудь еды: мясо, салаты, овощи
на двоих.
-Вам с собой, Иван Андреевич?
-С собой в контейнеры.
-Хорошо.
-Спасибо.
Кирилл, привет.
-Привет.
-Когда мама вернется?
-Да через пару дней.
У нее там съемки.
Досъем, задерживается.
А ты чего на двоих?
Порции маленькие, да?
-Маленькие.
Я тоже с девушкой. Откуда узнал?
-Ну, это не секрет. Я, кстати, тоже
начал с девушкой встречаться.
-С Ингой?
-Что так сразу-то?
-Ну, она человек хороший.
-Посидим?
-Алексей Викторович!
Она не тупая.
Она жадная.
-Коньяк будешь?
-Я это только сегодня понял,
на уме - бабки, бабки...
Но самое страшное, она этого
не понимает.
Серия 33
-Привет. Ну, рассказывай,
сколько сегодня поступило.
-Добрый день, Елизавета Владимировна.
12 человек.
-Сколько?
-12.
Один совсем тяжелый.
-Такое количество только в мае
поступало.
-У нас ИВЛ все заняты.
-Нужно какой-то из ИВЛ освободить.
По поводу тяжелого.
Нужно проверить все его контакты:
дети, внуки. И всех на тест.
-Нет никого.
Парень совсем молодой, 25 лет.
К нам в таком возрасте еще никто
не поступал. И он не один такой.
Те, кто до 35-ти, их уже несколько.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые. Холодные.
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимы и торжественно
прекрасны.
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холоднее, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
вынесут ангелы.
Ангелы, ангелы.
-Приятного аппетита.
-Благодарю.
-Степан Михайлович, вы позволите?
-Ну, конечно.
-Что тут у нас?
-Харчо, манты.
-Ой, харчо.
А я удержался.
Лишний вес, знаете ли.
Взял вот только макарошки
с салатиком.
Но паста карбонара здесь - это
что-то.
-А крабовый салат?
А овощи в панировке, а?
Ну, мастер, талант у человека.
Что говорить?
Вот что не приготовит - запах, вкус!
Ну что тут скажешь?
Приятного аппетита.
-Спасибо.
-Ой, как же я забыл? Дела.
Мне надо бежать.
Приятного аппетита.
-Да, да.
-Лидия Анатольевна.
-Слушаю вас внимательно,
Степан Михайлович.
-Скажи-ка мне основные симптомы
коронавируса? Кашель, температура.
-Часто наблюдаемые симптомы:
повышение температуры тела,
сухой кашель, утомляемость.
У некоторых инфицированных могут
также наблюдаться различные
болевые ощущения.
Боль в горле, головная боль,
конъюнктивит, потеря обоняния и
вкусовых ощущений и сыпь на коже.
Почему интересуешься?
-У меня у знакомого вкус пропал.
-У знакомого?
Стоять!
Как зовут знакомого?
-Вот.
Можете располагаться, где хотите.
-Можно сюда?
-Можно.
-Так вроде занята.
-Нет.
Ваш предшественник оставил полотенце.
Вот и все.
-А чего сбежал-то предшественник?
Не выдержал нагрузки?
-Уехал повышать квалификацию.
-Ну, что? Место не фонтан, конечно.
Могли бы что-то получше подобрать
для "красной зоны".
А то каждый день по телевизору
про нас рассказывают, что мы герои,
а тут хлев какой-то.
-Пока ничего лучше предложить
не можем.
-Да вы-то что?
Это с руководства надо спрашивать.
Про себя-то они точно не забыли.
-Ну, ладно.
Располагайтесь.
-Что-то потеряли, Семен Федорович?
-Да нет.
Но очень хотел бы найти.
Скажи, нет ли у тебя чего-нибудь
поядренее?
-Ядренее?
-Лук, головка чеснока.
Хочу проверить, вкус есть или нет?
-У меня был перец чили.
-Прекрасно.
-Но он очень ядреный.
-Чем ядреней, тем вернее. Давай.
Где он у тебя?
Вкус есть.
-Воды?
Сейчас я наберу.
-А какие симптомы-то?
Температура есть?
-Нет.
Ничего нет.
Только вкус пропал.
-А у тебя что?
-А у Семена Федоровича тоже вкус
пропал.
-А он что, сам не может ответить?
-Он слизистую сжег.
Хотел узнать, есть вкус или нет.
Вот узнал.
-А с чего вы взяли,
что у вас вкус пропал?
-Ну, как?
Там в кафе всегда все вкусно.
А тут пробуешь, и вкуса нет.
Одно попробовал - вкуса нет.
В карбонаре вкуса нет.
-Это не у вас вкуса нет.
А у повара.
СМЕХ
-Чего?
Простите, не понимаю.
-Дай-ка я сам.
Рассказывай, как себя чувствуешь,
где болит?
-Нормально чувствую себя.
-Это нормально, говоришь?
-Это просто насморк сегодня.
У меня все лекарства есть,
и я сейчас все выпью,
вечером буду как огурчик.
Мне нельзя болеть.
Кто же вас еще вкусно накормит?
-Да не вкусно стало.
Еда у тебя без вкуса, понимаешь?
-Я исправлюсь.
Сегодня... Бок.
-Бок, говоришь?
-Угу.
-Рвота была?
-Угу.
-Тут дело посерьезнее простуды.
На обследование срочно.
Немедленно.
ВСКРИК
-Тихо, тихо.
Здесь болит?
-Сергей!
-Что?
-Вы срочно нужны
Елизавете Владимировне.
-Понял я.
-На выход быстро!
-Иду я.
-Спасибо.
Так...
-Доктор, что у меня?
-Ковида нет.
Погоди радоваться.
У тебя камень в желчном.
И его надо убирать срочно.
А это можно сделать,
только вырезав желчный пузырь.
И делать это надо немедленно.
-Прям здесь?
-Не настолько немедленно, конечно.
У нас для этого есть специальная
комната. Представляешь?
Операционная называется.
-Когда я смогу к плите подойти?
Если я не готовлю,
мне от безделья плохо.
У меня все болит.
У меня здесь болит, у меня там болит.
-Сначала о здоровье надо подумать,
а потом уже о кухне.
Инга!
-Так что делаем,
Алексей Викторович?
-Пусть готовят операционную.
-Доктор, это надолго?
-Ты больной, что ли?
Совсем ничего не соображаешь?
Нам и так без тебя пожрать негде.
Последнее место, куда ходил
с удовольствием.
Да, да.
-Да, нормально.
-Здрасте.
Я все придумал.
Твоя задача - просто выбрать.
-Что я должна выбрать?
-Либо спортивный зал.
Кросс-фит.
Или боевые искусства.
-Кирилл, ты о чем?
-Мы же должны как-то решить проблемы
твоей формы.
-Простите.
Иди-ка сюда.
Какая еще форма?
-Физическая.
Ты же хочешь быть хирургом. Тебя надо
пойти в зал и подтянуть свою форму.
-Ты суешь нос не в свое дело.
-Как не в свое?
Я за тебя переживаю. Боюсь.
Я хочу помочь.
-В чем помочь?
Дело не в моей форме.
Просто Плющев против.
Хоть умри я со штангой в руках,
он не позволит мне оперировать.
-Почему?
-Не знаю.
Не нравлюсь я ему.
Или женщин-хирургов терпеть не может.
Понятия не имею.
-Может, силенок не хватает?
Просто возьмешь и бросишь?
-Не лезь не в свое дело.
Кирилл, мы поругаемся.
-Я хотел просто...
-Иди ты к черту, Кирилл.
Кирилл!
-Разрезы сделаны, порты установлены.
Смотрите, сегодня с нас спрос особый.
Головой перед всей больницей
отвечаем.
-Это еще почему?
-У нас самое лучшее кафе в городе.
-Угу.
-Говорят, лучший сациви делают.
-И по ценам самое приемлемое.
-Вот-вот.
А все благодаря человеку перед вами.
Работаем максимально внимательно.
А то коллеги с нас шкуру снимут,
если что-то не так пойдет.
Ножницы.
-Вы то курите,
то по полчаса чай пьете.
То вообще пропадаете так,
что вас найти никто не может.
-Так я работаю всего ничего.
Не привык я еще.
Мне бы недельку, чтобы освоиться.
-У нас этой недельки нет.
Работайте, пожалуйста,
на все сто процентов.
-На какие сто процентов, объясните.
Как в Трудовом кодексе написано
или как вы здесь впахиваете?
-А мы здесь все работаем по совести.
И того же самого ждем от вас.
-Удобно,
найти таких совестливых.
И на них ездить круглосуточно.
А самим премии и надбавки получать.
-Это вы о чем?
-Не о чем, а о ком.
О начальстве вашем.
Здесь люди подрываются,
а им ни замены,
ни нормальных условий труда.
В свинарнике поселили.
Хорошо устроились.
-Будьте добры заниматься
непосредственно своей работой.
Оценка работы начальства не входит
в круг ваших обязанностей.
-Да ладно. Понял я все.
Не дурак.
Только они на таких, как вы, ездят.
На совестливых.
-Удаляем желчный пузырь.
Перчатку.
Зажим.
Засовываем пузырь в контейнер.
Так.
Есть.
-Зашиваем?
-Да, зашиваем.
Кстати!
Теперь тебе главное поправиться
и сразу на работу.
Чуть почувствовал себя лучше -
и сразу за плиту. Понял?
И чтоб цены поменьше,
а порции побольше.
Что?
Слышал, что под наркозом люди
внушаемы. Вот и проверим.
Иглу!
-Вот, Серег, смотри.
Условия здесь практически полевые.
Для человека в мирное время,
можно сказать, никакие.
Ну, нельзя здесь людей оставлять.
-А о чем ты раньше думал? Почему ты
только сейчас мне об этом говоришь?
-Я думал, что к осени
победят этот коронавирус.
-Наше вечное разгильдяйство тебе
ничего не нашептало?
Сейчас все делают все, чтобы
состоялась вторая волна.
Ни дистанций, ни масок, ни черта.
-Казни меня.
Матери, пинай ногами, но скажи,
что с людьми будет? Извини.
Давай что-то решать.
Ты сам понимаешь, что людей здесь
оставлять нельзя.
-Тебе предлагали переехать
в санаторий, где все было.
Напомни просто, вот кто отказался
от этого предложения?
-Это же 60 километров!
Это очень далеко.
Люди поедут с утра
60 километров в один конец,
60 километров в другой конец
после работы.
Да, я согласен.
Я перебрал с этим корпусом.
Наверное, я перегнул палку.
Взбесило такое отношение к людям,
к персоналу, к врачам, к пациентам.
Наверное, надо было торговаться,
чтобы выторговать здание
поблизости к больнице.
Но не за 60 километров.
Я думал, что это временно.
Сейчас 2-я волна.
А если это все до весны?
-Сейчас это все непросто.
Надо всех на ноги поднимать.
Мэра, министерство.
-Ты предлагаешь всех распустить?
Я же потом никого не соберу.
-Я попробую что-нибудь сделать.
Не знаю, получится или нет,
но я попробую.
-Я в тебя верю.
Тебя проводить?
-У тебя море дел.
Ты иди.
Я сам выход найду.
-Давай так: я - сам, а ты - сам.
Ну пока!
-Добрый день, Заславский беспокоит.
Удобно? Ну, говорил я сейчас
с Хлебниковым насчет общежития.
Он уперся.
Ну, объяснял, что людей нужно
переводить в нормальное место.
Но он, видите ли, с этим не согласен.
Что делать? Что делать?
Как хирург он, конечно, золотые руки.
Но как организатор - вынужден
признать, что очень слабоват.
Согласен.
Нельзя больше тянуть.
Надо принимать решение.
-Кирилл.
Кирилл, извини, я была неправа.
-Его сейчас нет. Его одна девушка
послала далеко и надолго.
Когда он вернется - неизвестно.
Поэтому оставьте, пожалуйста, свое
сообщение после звукового сигнала.
-Дорогой Кирилл, прости меня.
Я ценю твою заботу и внимание.
Честно-честно.
Ты простишь меня?
-Кораблева Инга, а скажите еще раз:
честно-честно.
-Честно-честно.
Что, мир?
-Да. Хорошо. Мир.
-Только у меня к тебе малюсенькая
просьба.
-Какая?
-Можно ты ни слова не произнесешь
по поводу
моей физической формы?
-Хорошо. Я обещаю.
Но ты себе даже не представляешь,
какая у тебя классная физическая
форма, и как сложно мне будет
о ней не говорить.
-36,6.
Ну что сказать?
Операция прошла успешно.
Думаю, дня через 3-4
можно выписывать.
-Спасибо, доктор.
А пораньше меня выписать можно?
-В смысле?
-Да вы не поверите.
Я когда под наркозом был,
я голос слышал.
-Да ладно?
-Оттуда. Сверху.
Сказал, мол, встань, иди и готовь.
Карма у тебя такая.
-Ты серьезно?
Скажи, ничего другого голос
не говорил?
Ну, там про цены
или сколько еды класть?
-Нет, только про карму.
-Угу.
Странно.
-Да, да.
О, Эльвира Рафаэлевна.
Проходите, проходите, раздева...
Кстати, прикройте ключиком дверь.
На всякий случай.
-Нет.
Я просто хотела сказать,
что сегодня свободна.
-А, вот так вот, да?
Но это просто какой-то бунт.
В таком случае я вынужден
сделать это сам.
-Могут войти.
-Конечно могут.
А по поводу сказать,
что свободна, можно было смс.
-Да. Но так приятнее.
-Конечно. Я абсолютно разделяю
вашу точку зрения.
Очень рад, что вы солидарны.
-Могут войти.
-Ну и что? Войдут, увидят мужчину,
который обнимает женщину,
которая ему нравится.
СТУК В ДВЕРЬ
-Иван Андреевич, пациент пропал.
Извините, помешала.
-Вы не помешали,
Лидия Анатольевна.
Скажите, а я единственный
врач в этой больнице?
-Вы у нас главный.
-А, вот в чем дело?
Тогда давайте так.
Вы сейчас найдете
дежурного врача.
Расскажете ему о том,
что пациент пропал.
Пойдете его искать.
И когда вы его найдете,
придете ко мне и доложите.
Чтоб я был в курсе. Хорошо?
-Хорошо. Есть!
-Отлично!
-Я тоже побегу. До вечера!
-Ну, что должен сказать?
Поздравляю.
Очень изящно.
Хлебникова вот-вот снимут,
ты получишь свой корпус.
Откроешь свой центр.
-Спасибо.
-Только в твоих расчетах есть одна
очень серьезная ошибка.
Одного ты не учел.
-Чего же?
-Меня.
-Поясни.
-Хорошо.
Хлебникова снимут, а дальше?
Кто будет решать,
кого назначить вместо него?
Именно я.
Следующий вопрос.
Этот новый главврач, назначенный
мною, должен будет издать приказ,
по которому общежитие
закроют и передадут
под твой платный центр.
У кого сперва спросят разрешение?
-У тебя, да.
-В точку.
И самое неприятное:
он может его не получить.
-Я слышал, ты человек деловой.
Со мной тоже можно без увертюры.
Сразу к делу.
-Где во всех этих схемах Бородина?
Все зависит от меня, а ты
в партнерстве с этой теткой.
Где логика?
Не вижу.
Или Фалин занялся
благотворительностью?
-Бородину убрать, тебя взять в долю.
Блин, как же мне чиновники
все надоели.
Ну, хорошо, допустим.
А экономика где?
В чем мой интерес?
-Я могу завести в центр страховые
компании, с которыми мы работаем.
Люди пойдут по страховке.
Это совсем другие цифры.
ЦКБ дышит на ладан.
Я пробиваю в городе новую клинику.
Как пробью, мы получим все.
Всю ЦКБ под новый платный медицинский
центр европейского уровня.
-Мы?
-Мы.
Я тоже благотворительностью
не занимаюсь.
Решай.
От Бородиной ты такого предложения
не получишь.
-Я подумаю.
-Только не долго.
Время дорого.
-Я понял.
Ты мне одно скажи:
а с Хлебниковым что будет?
Если я помню, он твой друг.
-Друг.
Вы же тоже друзья были. Что, забыл?
Вот и я про то же.
Только мы сейчас не про дружбу,
а про бизнес.
В бизнесе с дружбой плохо.
С деньгами хорошо.
-Инга!
У меня для тебя сюрприз.
Встань, пожалуйста.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-Гантели.
Ты издеваешься надо мной?
-Стоп!
Я обещал, что я не скажу ни слова.
Я сказал хоть слово?
-Это еще хуже.
Это издевательство.
-Инга, я уверен, что ты будешь
прекрасным хирургом.
-Правда?
-Абсолютно.
И между тобой и твоей мечтой
совсем ничего.
Просто нужно немножечко
постараться.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
Ну, ты же не опустишь руки
и просто не сдашься?
-Ну, не надо?
-Не то что "не надо".
Тебе нельзя сдаваться
ни в коем случае.
Ты сама перестанешь себя уважать.
-Но я никогда ничем таким
не занималась и...
-Прекрасный повод начать.
Просто попробуй, а дальше втянешься.
Хорошо?
-Угу.
-Давай.
Угу.
Вторую.
Угу.
Теперь правую, левую.
-Спасибо тебе большое, Кирилл.
Ты в меня веришь больше,
чем я сама.
-Потому что есть в кого верить.
Так, договорились
не подглядывать.
-Хорошо, хорошо, не смотрю.
Оставлять девушку одну в комнате -
это просто невежливо и очень скучно.
-Но если еще постоишь спиной,
так уж и быть, оставлю.
-Вот умеете вы заинтриговать,
Иван Андреевич.
Что ты там готовишь?
Можно хотя бы маленькую подсказку?
-Ни в коем случае.
Какие подсказки?
В самом же предвкушении смак.
-Да, логично.
А где ты научился готовить?
-В армии, конечно. Где же еще?
-Ха! Тогда вареный картофель с
макаронами, приправленный тушенкой?
Ужин обещает быть как минимум
не банальным.
-Я бы сказал,
как минимум съедобным.
Итак, прошу!
-Вот это да!
Дорада, исполненная в розмарине
с овощами.
Ничего, что без свечей?
-Это, конечно, упущение, но все равно
это очень романтично.
-Прошу.
-Благодарю.
Какие еще твои таланты мне
не известны?
-Ну зачем же раскрывать все карты?
Всему свое время.
Бон апети!
-Ну, что?
Ну?!
-Нет.
Нигде нет.
Будто сквозь землю провалился.
-Главное, вещи все на месте,
как будто он в пижаме ушел.
-Да, ушел. Куда ушел?
Охранники все с видеокамер
просмотрели.
За территорию не выходил.
-Что за чертовщина такая?
-Не больница, а бардак какой-то.
-На больницу не наговаривай.
Один пациент еще не показатель.
-Это что такое?
Почему не в палате?
-Чего?
-Из какой палаты, спрашиваю?
Почему с тарелкой?
Ужин давно закончился.
-Так это, там дают.
-Что там дают? Кухня давно закрыта.
-А что так вкусно пахнет?
-Да, вкусно пахнет.
-Это что такое?!
-Что они там все делают?
-Я, кажется, догадываюсь.
-Кушайте, кушайте.
-Так...
-Понятно.
Сбежали из палаты,
проникли в служебное помещение.
Больницу всю на уши поставили.
Бегаем, ищем вас.
-Но я же...
-Вы злостный нарушитель!
-Лидия Анатольевна!
-Была бы моя воля, я бы немедленно
выгнала из больницы.
Мало того, что сами нарушаете,
так еще и неизвестно чем кормите.
-Как... как "непонятно чем"?
Сациви свежее.
Пробуйте, пробуйте!
-А вы знаете, что у наших пациентов
диетическое питание?
-Лидия Анатольевна
еду с собой приносит.
Она ведь в кафе не обедает.
-Да что я там не ела,
в этом вашем кафе?
Еще неизвестно, свежее ли это сациви.
Не дай бог промывание придется
всем делать.
-Ну, Лидия Анатольевна...
М-м...
-Могли бы разрешение хотя бы
спросить.
М-м... Как тебе?
-Нормально. Хлебца бы еще.
-Мне бы тоже хлебушка.
М-м...
-Я же говорил, карма.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Да, да, да.
-Что улыбаешься-то?
Сейчас мы тут закончим и с тобой
разберемся обязательно.
-Я надеюсь, сам не пробовал?
-Нет, я только нюхал.
Кушайте. Приятного аппетита!
-О!
-Обычно я легко могу сказать,
каким человек был в детстве.
-Еще один неизвестный талант
Хлебникова?
-Талант, не талант,
но с тобой он не работает.
Я смотрю на тебя и не могу
представить ребенком.
Понимаю только, что ты, наверное,
была красивой девчонкой.
-Красивая, отличница, уверенная,
что мир только и ждет,
чтобы упасть к ногам по первому
требованию.
В общем, почти как у всех красивых
девчонок.
-Так. И?..
-Сперва так и было.
Красивые и умные мальчики,
цветы, внимание.
Но все казались недостаточно
достойными.
Казалось, вот подожду немного -
и появится он.
-Он сейчас появится.
-Не такой, как все.
Его будет слушаться весь мир,
а он будет слушаться меня.
-Конечно. А как же?
-Но потом выяснилось, что у мира
много других важных дел.
Ему совсем не до хотелок
девочки Эльвиры.
Так, ладно, не хочу об этом.
Давай лучше о тебе.
Расскажи мне про свои скелеты
в шкафах. Думаю, их немало.
-Никаких. У меня только сюрпризы.
Сюрпризов у меня на годы.
-На годы?
-Угу.
-Не торопись.
Ты же меня совсем не знаешь.
-Это-то я как раз и хочу исправить.
И чем быстрее, тем лучше.
Предлагаю ускорить. Переезжай ко мне.
-К тебе? А ты не торопишь ли события?
-А чего? Я не хочу скрываться.
И скрывать от кого-нибудь, что ты мне
нравишься, я тоже не хочу.
-Ты мне тоже нравишься. Очень.
Но мы не дети.
Давай не будем спешить. Хорошо?
-Давай.
-Вик, ты что не переоделась-то?
-А зачем? Я только тебя провожу
и вернусь.
-Что значит - вернешься?
Меня выписали.
Неужели ты не хочешь это отметить,
вечер провести со мной,
ночь, в конце концов?
-Вадик, но у меня же работа.
Хорошо. Я только попробую отпроситься
сейчас до завтра.
-Стоп, стоп! Вика, какой "до завтра"?
Собирай вещи. Мы уходим отсюда.
Навсегда уходим.
Ты увольняешься.
-Что значит "увольняешься"?
-То и значит. Тебе нечего здесь
делать, понимаешь?
Это только вопрос времени, пока ты
сама этот ковид не подхватишь!
-Вадик, не кричи.
-Что не кричать?
Как не кричать?
Ты просто не видишь очевидных вещей!
Все, кто находится в этой больнице,
обречены на "красную зону".
Обречены! Вторая волна всех накроет.
Всех!
Собирайся, мы уезжаем.
Я тебя жду.
Серия 34
-До конца недели доработаю -
и всё, в отпуск.
Жди меня, Непал, место силы.
Место "подай, принеси".
Тебя фотограф твой берет,
чтобы ты ему объективы таскала.
-Ну и буду таскать.
Это же для любимого человека.
-Урод он, твой любимый Ромочка.
Давай уже, на работу опаздываем.
У тебя отпуск, у меня отчетность.
Ой!
Даш!
Даш!
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи слетаются
голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы, ангелы, ангелы.
-Не вкусно?
-Ну почему?
-Тебя надо спросить.
Ты же не доел.
-Я вообще редко завтракаю.
-А я не завтракаю вообще.
Я никогда не думала, что для меня
будет иметь значение,
доест ли мужчина завтрак,
который я приготовила.
Перестань, я пошутила.
Все, беги, спасай мир,
я все приберу.
-Извини, мне правда пора.
Спасибо тебе.
-И что, вы хотите сказать,
что Золотарева ни с того ни с сего
взяла и потеряла сознание? Да?
-Сначала кофе уронила, а потом я
пошла, а она слышу - бам! - и упала.
-На что жаловалась?
Какие хронические заболевания?
-А я не знаю, мы с ней работаем
только вместе.
А, у нее эта... близорукость.
От этого в обморок не падают.
Что ела?
-Кофе только пила.
-И все?
-Сказала: "Дома не успела
позавтракать".
-Уже кое-что.
Оксан!
Оксана!
-Да?
-Кровь срочно -
клинический, биохимию.
И КТ основания черепа.
-И в реанимацию?
-А потом в реанимацию.
-Хорошо.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Ларисочка, привет.
-Ой, Маш, привет.
-Ты вернулась?
Да, только с поезда. Устала.
-Домой? Отсыпаться?
-А вот и нет.
Ты знаешь, на съемках все как-то
по-другому, все иначе видится.
-И?
-И я решила вернуться к Хлебникову.
Я уверена, что он меня ждет.
-Маш, знаешь...
-Знаю, знаю аргументы.
Даже не думай меня отговаривать.
У нас все получится. Давай, пока.
Ну, пока.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Мария, привет.
Как съемки?
-Эля, привет.
Спасибо, хорошо.
А я, знаешь...
Я Кирилла ищу.
Я оставила ключи, когда уезжала.
Вот не могу домой попасть.
Представляешь?
-Кирилла здесь нет.
Проходи.
Чаю выпьешь с дороги?
-Да нет, спасибо, я поеду.
-А ключи?
-А?
-Ключи.
-Ключи?
Я в больницу поеду к Кириллу.
-Ну ладно, раз ты чаю не хочешь,
ну, тогда пока?
-Да-да, пока.
-Так, череп в порядке.
Ого!
А глюкоза меньше трех.
Вот что значит правильно завтракать.
-Я всегда завтракаю овсянкой с медом.
-Молодец.
А вот наша больная, которая
не завтракает овсянкой с медом,
у нее гипогликемическая кома.
Так, ставим ей капельницу с глюкозой.
И когда придет в себя, кормим ее
овсянкой, медом.
И что там еще полагается?
Все поняла?
-Да, ясно.
-И повторный анализ крови на сахар
через час.
-Ясно.
-Я тоже пойду позавтракаю.
-Вань, тебе гражданка не жмет?
-Никак нет, товарищ генерал.
-Врешь.
Ну да ладно, своя рука владыка.
Надеялся я на тебя.
-Ну, товарищ генерал, здесь,
получается, на меня тоже надеются.
-Как говорится,
всех не прикроешь, да?
Только ты здесь нужнее.
С твоим боевым опытом никто
лучше тебя смену не вырастит.
Теория теорией, а ты -
справочник по практике.
-Игорь Иванович, я подумаю.
-Ладно, удачи тебе. Честь имею.
-Вспомните, с кем вы контактировали
за последнюю неделю.
Родственники, коллеги.
-У меня никого здесь нет. Я прилетел
из Екатеринбурга.
-А как давно?
-Три дня назад.
-А в самолете как себя чувствовали?
-Нормально.
Дениска?
-А вы что, его знаете?
-Да.
-Просто мы нашли его на улице
без сознания и без документов.
-Это мой одноклассник Денис Привалов.
-А адрес или телефон родственников
назвать можете?
-Откуда?
-Золотарева поступила из приемного
с диагнозом гипогликемическая кома.
Сахар подняли, а лучше не становится.
-Константин, вы что,
только вчера родились?
Задача приемного - всех прибывших
распределить по отделениям,
вот и все.
Перелом от инсульта отличили -
уже хорошо.
-Я назначил повторные анализы.
Все в пределах нормы.
-Живот мягкий, безболезненный.
Тахикардия.
Кардиограмму делали?
-Не успели.
-Так успевайте, Константин.
Хотите упустить инфаркт?
После кардиограммы - допплерография
сосудов мозга.
-Но все равно буду бить каждого,
кто к Полине подойдет.
-Дурак ты, Олежка.
Мягче надо, изобретательней.
Вот смотри: я с женой развелся
и понял,
что всю жизнь люблю Таньку Кочергину,
мою одноклассницу. Первая любовь.
Так, ну давайте посмотрим.
Отлично.
Ну что, Олег, по всем анализам у вас
улучшение,
поэтому мы планируем постепенно
уменьшать дозу лекарств.
-А живу-то я далеко, в Екатеринбурге.
Ну, не могу же я прийти к Таньке
и с порога - бух! - будь моей.
А я и придумал:
организовал встречу класса.
Коттедж хороший проплатил,
еду, все дела.
-Шик.
-Приехал в костюме. Красивый!
Весь вечер комплиментики, камин,
песни под гитару.
Ну и все получилось.
А ты морду бить. Дурачок.
-Значит, этих двоих - в палату,
а Кондратьева - на повторный тест.
Так, я не пойму,
а где все наши медсестры?
Вик, ты почему одна?
-Юля заболела ковидом,
у Нины отец в лесу заблудился -
сутки ищут.
-Сергей!
Вике помогите.
-Сортировать больных?
Это не входит в мои должностные
обязанности, Елизавета Владимировна.
-В ваши должностные обязанности
входит
выполнять распоряжения
вашего начальства.
А ваше начальство - это я, поэтому
немедленно помогите Скорик.
Это ясно?
-Ясно.
-Симоненко, почему же вы опять
в коридоре?
Пожалуйста, пройдите в свою палату.
-Доктор, это же Димка Наумов,
мой одноклассник.
А можно его ко мне в палату
переселить вместо того малахольного?
А еще вот того, Вовку Кондратьева.
-Почему вы не отменили свою встречу?
У вас полкласса заразилось.
-Доктор, вы что?
Да я ради любви на все готов.
Мне перед поездкой поплохело -
горло, слабость.
Ничего, парацетамолом закинулся -
и в самолет.
-Это вы, скорее всего, заразили ваших
одноклассников,
и пассажиров в самолете, и таксиста.
-Доктор, а Кочергина Татьяна,
она здесь?
-Степан Михайлович, не подскажете,
где здесь поблизости можно ключи
сделать?
-Ну, будка тут неподалеку.
От входа налево, в арку,
подворотня, наискосок.
Да вы не заморачивайтесь.
Давайте ключи, я сгоняю.
-Если можно, все три.
Не в службу, а в дружбу.
-Хорошо.
-Спасибо.
Привет.
-Здрасте.
-Иван Андреевич, простите,
но с этим нужно что-то делать.
-Так, что именно?
-Первая волна коронавируса.
Вы помните, кто болел?
Старики, хроники, люди с ожирением.
А теперь кто поступает? Молодежь.
То ли Бог ума не дал, то ли они
бессмертными себя считают.
Заражают друг друга, а потом летают
по стране и разносят заразу.
-Что же мы можем сделать?
Ловить их на улицах, пороть?
В телевизор залезть? Матюками крыть?
-Да.
-Что "да"?
Пороть и матюками?
-В телевизор.
-Ну посмотрите на него!
Жену и детей он бросил,
ушел к другой, потом к третьей.
А теперь уже вернуться хочет.
-К другой?
-Да нет. Ту он побил. К жене.
-А разве он не жену побил?
-Да вроде нет.
Жену он любит, детей тоже.
-Ну, это хорошо.
Значит, пусть возвращается.
-Так у жены уже любовник.
-Обалдеть!
Какая интересная жизнь
у этих артистов.
ВЗДЫХАЕТ
Ах! Во времена моей молодости
ничего такого не было.
Да просто в вашей молодости
про это в журналах не печатали.
Здравствуйте.
-Здравствуйте, девушка.
Вы не подскажете, к вам случайно
Дарью Золотареву не привозили?
-Есть такая. Вы родственник?
-Да, я жених.
А что с ней? Что-то серьезное?
-Состояние средней тяжести.
Она в реанимации.
-В реанимации?
-Угу.
-А когда она поправится?
Просто нам через неделю в Непал
нужно лететь.
Я фотограф, и у нас там фотосессия
для очень важного журнала.
-Время вы, конечно, выбрали...
Наверное, лучше отложить поездку.
-Девушка, да вы что?!
Это невозможно.
Поймите, там уже все зарезервировано,
все оплачено.
Да и Даша, она просто...
Вы не представляете, там такие
места красивые!
Она мечтает их увидеть. Девушка!
Ну, может, хотя бы ее навестить
можно?
-Только с разрешения главврача.
Ладно, подождите на лавочке.
-Спасибо вам, девушка.
-Непал!
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Привет, сынок.
-Мама, привет.
Ты вернулась со съемок?
-Угу.
Так ты не позвонила.
Я бы тебя встретил.
-Не хотела тебя дергать.
-Ладно.
Чай будешь?
-Не откажусь.
-Хорошо.
Черный, зеленый?
-Зеленый.
Ой!
Кирюша, говорят, у отца кто-то
появился.
-Я не слышал.
А тебя это до сих пор интересует?
-Оказалось, что да.
Признаться, я надеялась, что он
не просто так вернулся.
-Мам, мне кажется, ты все усложняешь.
Он вернулся в город просто потому,
что его списали из армии.
-А ты не мог бы поговорить с ним?
Выяснить, насколько у него все
серьезно с ней?
-Мам, я не буду в это лезть.
Разве он тебе что-то обещал?
Он пытался со мной взаимоотношения
наладить.
Не с тобой.
Прости.
-Ты прав.
Я пойду.
-Мам, я не хотел тебя обидеть.
Но у отца просто другая жизнь.
Это уже не тот человек,
за которого ты выходила замуж.
Это другой человек.
-Я поняла.
-Совсем другой.
0Я поняла. Ты прав, да.
Я пойду.
Пока.
-И что дальше получается?
Мы просим людей шестьдесят пять плюс
соблюдать предосторожности,
самоизолироваться, сидеть дома.
Они, конечно, сидят.
А потом приходят к ним гости - дети,
внуки - и несут заразу,
потому что маски мы не носим,
потому что перчатки, как это говорит
сейчас молодежь, отстой,
потому что санитайзеры кончились,
новые не купили. Так? Так.
Вот вы о себе не думаете,
вы подумайте о родственниках,
о близких.
О стариках подумайте.
Я лично к вам обращаюсь.
-Иван Андреевич, а какой выход вы
видите из сложившейся ситуации?
-Избегать общественных мест.
В первую очередь закрыть все клубы
и тусовки хотя бы на полгода.
Ничего, потерпят.
Пользоваться средствами защиты.
И если маска, то не на шее,
не в кармане, а на лице.
Ну и по возможности, когда таковая
будет, вакцинироваться.
-Иван Андреевич, мы будем надеяться,
что ваше обращение поможет молодежи
понять...
-Да не поможет.
К сожалению, не поможет.
Вот каждого молодого человека
из этого ночного клуба выдернуть,
скрутить -
и в красную зону санитаром.
А там работы хватает.
-Тебя не поймаешь.
-Вырвался ненадолго.
Что стряслось?
-Получил запрос
от Министерства обороны
касательно тебя.
-Да, мне генерал звонил.
-Думаю, тебе надо соглашаться, Вань.
-Ты же сам меня уговаривал в городе
остаться.
"Никто кроме тебя".
-Уговаривал.
Но ты так меня и не понял, Вань.
Ты мне здесь нужен не только как
друг, но и как деловой партнер.
-В каком смысле?
-В прямом.
И ты еще можешь им стать, если...
согласишься угробить
свою больницу.
-Ну что, кислородную маску?
-Нет, надо сразу включать ИВЛ.
Похоже на паралич дыхательных мышц.
Нужно срочно звать невролога.
-Согласен.
Надо же! Какой кошмар!
Совсем молодая девчонка.
-Коронавирус никуда не уходит
и вряд ли уйдет в ближайшем будущем.
И нам придется лечить сотни тысяч
людей.
А другие пациенты?
Инфаркты, аппендициты,
сломанные кости будут ждать?
-Я делаю все, что могу.
-Я знаю. Молодец.
Ты даже делаешь больше, чем надо.
В этом-то и беда.
Пока ты спасаешь ситуацию,
вряд ли кто-то почешется построить
нам новую больницу.
У ЦКБ нет мощностей.
Она не рассчитана на эпидемию.
Думаешь, твое выступление по телеку
кого-нибудь научит, приструнит?
Нет. Люди просто не хотят верить,
что с ними случится что-то плохое.
-Что ты предлагаешь?
-Городу нужна больница с новым
персоналом,
новым оборудованием,
новыми способами лечения.
Сейчас военные строят больницы
в рамках борьбы с коронавирусом
за полгода.
Собирают базовые модули
как конструктор - и готово!
Где был пустырь, там дивный сад.
-Да видел я по телеку.
-Вот!
Только мне никто не даст денег
на такую стройку, Вань.
Скажут: у вас первая ЦКБ, у вас
Хлебников, работайте, лечите.
-А! Ты хочешь сказать, что я со своей
больницей
стою на пути всемирного прогресса
и всеобщего благоденствия?
-Своим героизмом. Зришь в корень.
-Ну, и каких действий ты от меня
ждешь, Сергей Анатольевич?
-Закрой ЦКБ на капремонт, на
модернизацию, на оптимизацию.
Да просто снизь показатели.
Да не рви ты жилы!
Когда начальство увидит,
что город просто задыхается без новой
больницы, я пробью стройку.
-А людей, которые задыхаются
без лечения,
пока ты строишь чудо-госпиталь,
их куда?
Мы обслуживаем три района,
в которых живут простые работяги.
Их куда? Может, сразу в крематорий?
Он не сильно в городе загружен?
-Я с тобой разговариваю как с деловым
человеком,
а ты сопли на кулак мотаешь.
-Мне людям что сказать?
Врачам, персоналу?
"Этих не лечите,
бабы новых нарожают"?
-Соглашайся-ка ты, Вань,
на предложение генерала.
Возвращайся в армию.
Там думать надо меньше.
-Оксана, что-то случилось?
-Ничего пока.
-Почему у вас такое встревоженное
лицо? Давайте рассказывайте.
-Там, в реанимации,
девушка Золотарева.
Слабость мышц, тахикардия,
арефлексия. В общем, все и сразу.
Главное, никто не может понять,
что с ней.
Вон, жених уже два часа мается.
-Иван Андреевич,
что я хотел сказать-то?
-Степан Михайлович,
давайте чуть попозже.
-Да.
-Здравствуйте.
Это вы жених Золотаревой?
-Да, это я.
-Идемте со мной.
Маску возьмите.
-А что я хотел сказать-то?
А...
Ключи я сделал.
Ладно, в кабинете на стол положу.
-Чем болела недавно?
-Ничем.
-Стрессы, падения, ушибы, отравления?
-Нет, ничего такого не было.
-Инфекции? Зубы, горло, половые?
-Да я же говорю, она была абсолютно
здоровая.
Мы с ней вместе спортом занимались.
-Изменение в режиме тренировок.
Соревнования, поездки?
-Да, поездка планируется в Непал.
У нас там фотосессия.
-Непал. Это же Азия.
-Да.
-А прививку от энцефалита делали?
-Да.
-Оба?
-Конечно. Неделю назад.
-Семен, послушай, у нее, кажется,
слизь в дыхательных путях скопилась.
-Кажется, да.
-Надо делать отсос слизи,
иначе она захлебнется.
-Отставить!
Вероятнее всего, это синдром
Гийена-Барре.
Парез на фоне осложнения от прививки
от энцефалита.
-Она делал прививку?
Почему это не отражено в анамнезе?
-Я не знал, нам не сообщили.
А Золотарева в это время была
без сознания.
-Плазмаферез, иммуноглобулин
человеческий
0,4 грамма на килограмм веса
в один литр физраствора
внутривенно капельно
в течение восьми часов.
-Мониторинг дыхания,
инфузивная терапия.
Спасибо, Иван. Дальше мы сами.
-Неудивительно, что не распознали.
Это очень редкое заболевание.
Я сам только однажды с ним
сталкивался.
-Хорошо, что не успели сделать
отсос слизи. Это бы ее убило.
ОПЕРАТОР: -Телефон абонента занят.
Оставьте сообщение...
-Что со мной?
-У вас возникло осложнение
на прививку от энцефалита.
Организм дал нетипичный
аутоиммунный ответ.
-Когда поправлюсь?
-Там жених ваш за дверью.
Позвать его ненадолго?
-Конечно.
-Жених?
Зайдите.
-Дашоги...
Ты как?
Что с ней, доктор?
-К сожалению, начала разрушаться
миелиновая оболочка нервов.
Понадобится долгая реабилитация,
физиотерапия.
-Долго?
-Несколько месяцев.
-Это невозможно.
Нам через неделю уезжать.
ПЛАЧ
-Ром, прости.
Я тебя подвела.
-Доктор, можно вас на минутку?
Даш, я сейчас, хорошо?
На секунду.
Доктор, вы можете назвать
точный диагноз?
-Вообще не родственникам
мы не имеем права говорить.
Но я вижу, вы действительно жених.
У Даши синдром Гийена-Барре.
-Как вы сказали?
-Синдром Гийена-Барре.
Ей действительно понадобится
долгая реабилитация.
Очень важно быть рядом,
поддерживать Дашу.
Ей нужно будет укреплять мышцы,
восстанавливать двигательные функции.
-Доктор...
Здесь сказано, что после болезни
восстанавливается только 70% больных.
-Ну, точный прогноз не даст никто.
На статистку плюньте.
Даша может полностью восстановиться.
-Но есть вероятность,
что она навсегда останется
инвалидом?
И эта вероятность составляет 30%.
-Да что вы интернет читаете?
Рома!
В жизни все по-другому.
-Я пойду, доктор.
-Семен Федорович, вы далеко?
До конца смены-то еще час.
-В морг.
Пойду туда санитаром проситься.
Вот ведь диагност-то хренов, а...
Девку чуть не угробил.
-Ну, как Хлебников: пришел, увидел,
излечил - это же еще учиться надо.
УСМЕХАЕТСЯ
-Мне до Хлебникова,
как козе до бегемота.
-Идите-ка домой.
Козе тоже нужно отдохнуть.
-Что случилось?
-Такая история произошла.
Сегодня утром привезли...
Вы что-то хотели?
-Да!
Можете Дарье Золотаревой передать?
Ее сумка, в суматохе забыла отдать.
-Конечно, давайте передам.
Если хотите, могу вас проводить
в палату.
-Нет, спасибо, мы спешим.
Может, у вас можно
сделать прививку от энцефалита?
-Нет, мы не делаем.
-Ну, ладно.
-Ладно, спасибо.
Пойдем?
-До свидания.
-Ты не переживай,
мы с тобой найдем место,
где сделаем эту дурацкую
прививку.
И, кстати говоря, я там кое-какие
вещи Даше купил для поездки.
Ну, ей не пригодятся,
а тебе, думаю, в самый раз будут.
И самое главное знаешь что?
Я уже договорился с начальством,
и они переоформят билет.
-Ты у меня такой предусмотрительный!
-Вот же гадина, а.
Девчонку бросил, альфонс.
Не артист, а туда же.
-Я ведь из-за него заболела.
Я вообще море люблю.
А в Непал не хотела ехать.
А он просто вышел из палаты
на минутку.
И не вернулся.
-Даша!
Все, что ни делается, все к лучшему.
УСМЕХАЕТСЯ
-Что тут к лучшему-то?
Жениха потеряла,
руки-ноги не слушаются.
-А лучше тем, что ты сейчас
гнилое нутро своего Ромы узнала.
А не тогда, когда детей бы нарожала
и сидела бы с ними
в канаве
под Череповцом.
Без еды, денег и беременная.
-Почему под Череповцом-то?
ВЗДЫХАЕТ
-Ладно.
В коммуналке с алкашами.
Потому что квартиру бы он разменял.
А ипотеку на тебя повесил.
А сам бы...
А сам бы красиво уехал в закат.
-Ну а ноги?
-А ноги-руки вылечим.
Главное...
сильно захотеть.
Цель поставить и заниматься,
заниматься, заниматься.
-Ты так близко к сердцу восприняла
эту историю.
-Я просто представила себя
на ее месте.
Я бы никогда такое не простила.
ВЗДЫХАЕТ
-Ну, а если бы он остался с Дашей
из-за жалости, так было бы лучше?
-А из-за любви почему он с ней
не остался?
Разве любят за походку, длинные ноги,
ровные пальцы?
Если любимый человек попал
в аварию...
Заболел?
То все, выбрасываем?
Ищем следующего?
-Да...
А за что мы любим друг друга?
-За то, что человек тебе подходит.
За...
чувство легкости, комфорта.
Защищенности.
И если любишь человек,
то готов ради него на все.
И принимаешь все, что с ним может
случиться.
-Нет-нет, все хорошо.
Пойдем с тобой кофе выпьем.
-Угу.
-Тань?
Танюш, это я, Петя.
Ты чего молчишь?
Тань?
Тань?
-Решили навестить свою Танюшу?
Правильно.
Ковидная пневмония,
поражение легких составляет 60%.
Крайне низкое содержание кислорода
в крови.
Прогноз неутешительный.
Да, и обратите внимание
на фотографию на стенке.
-А, это...
-Это ее супруг и дети.
-Я в этом виноват?
Серия 35
-Да ты-то куда? Сиди в машине!
Без тебя разберемся.
Сереж, лучше времени ты не нашел!
Ведь специально телефон отключил.
Нет, на охоте достали!
-Нельзя тянуть, Вадим Андреевич.
Надо срочно что-то делать.
-Месяц назад ты говорил,
что все отлично будет.
-Моя вина, ошибся, недооценил.
-Недооценил! А не дорого мы платим
за твои ошибки?
-Больше не повторится,
Вадим Андреевич, гарантирую.
Но приказ мне нужен срочно.
-Ладно, завтра приду на работу,
приказ распечатают, я подпишу.
-Все готово, все уже распечатано.
-Ребят, идите, догоню.
Шустрый ты.
-Есть куда торопиться.
-Смотри, чтобы в этот раз
все по уму было. Понял?
-После этого все будет как по маслу.
Гарантирую.
-Смотри, головой отвечаешь.
-Удачной охоты, Вадим Андреевич.
-Тебе тоже.
ВЫСТРЕЛ
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными,
Солнце и луну закроют...
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные,
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег!
Это смотрит не человек!
Из мира закрытых век тебя вынесут
ангелы! Ангелы, ангелы!..
-Алабина. Я так и знала.
-У них все серьезно, да?
-Маш, ну ты сама виновата.
Ну зачем нужно было уезжать на съемку
в самый ответственный момент?
Ну, видно же было, что Хлебников
тянется к сыну.
К устроенности какой-то, что ли.
К теплу.
-Давай, давай, добей меня.
Какая я дура!
Сама знаю, что все упустила.
-Не казни себя, Маша. Все, что
ни делается - делается к лучшему.
Грядут большие перемены.
-Как они на мне-то отразятся?
-Скоро Хлебников уедет из города
навсегда.
-Вызывал?
-Заходи, садись.
Расскажи-ка мне, Владик,
про уборщицу в больнице.
-Нашли на тендере компанию,
они всем занимаются.
А мы только проверяем
и деньги переводим.
Все. В больнице чисто? Чисто.
Какие ко не вопросы?
-Вопрос к тебе такой:
почему вместо официально нанятых
людей работают мигрантки за копейки?
-Кто тебе рассказал?
-Следующий вопрос. Лариса знает, что
ты с левой конторой оформил пустышек,
чтобы их зарплаты забирать?
-Полный бред!
-Значит, даже жене не рассказал.
Какая же ты крыса, Сергеев.
-Ты чего к нему опять прицепился?
Тебе что, делать больше нечего?
Работы тебе мало?
-Ну давай, расскажи жене.
-О чем это он?
-Не о чем.
Не о чем мне рассказывать.
Понятно?
-Больницу убирает компания,
которую привел твой муж.
Оформлено три десятка,
сплошь местные.
А в реальности убирает
дюжина гастарбайтеров.
Так вот ему ежемесячно с мертвых душ
капает.
-Сергеев, это правда?
-Да кому ты веришь?
Ему или мне, твоему мужу?
-Ну и крыса же ты, Сергеев.
-Можно подумать, сами без греха.
-Сергеев!
-Что тебе еще?
-Ты уволен.
-Чего?
-Я говорю: ты уволен.
Собирай манатки и пошел вон отсюда.
-Чего? Ты слышала?
Скажи ему. Со мной так нельзя.
Меня нельзя увольнять!
-Почему нельзя? Он начальник,
делает что хочет.
-Я вам это всё припомню,
родственнички.
-О, начальство.
-Начальство на пороге - жди беды.
-Сплюньте, Олег Сергеевич.
-Добрый день. А вы это куда?
-Воздухом подышать.
-Не торопитесь, после подышите.
Мэр сегодня подписал.
Я его, конечно, отговаривал,
защищал тебя.
Говорил, что лучше твоей кандидатуры
нет.
Ему как будто шлея под хвост попала!
Требовал твоего увольнения. Извини.
-Кто вместо меня?
-Сергеев.
-Я его уволил сегодня.
-Опять тебя огорчу: ты не имел права,
ты сегодня уже не главврач.
-Ну, разбирайтесь сами.
-Вань!
-Что?
-Ну ты сам все испортил.
Я тебе дал карт-бланш,
я тебя во всем поддерживал!
-Я могу идти?
-Да ты всех против себя настроил!
Конфликт на конфликте.
Ни с кем договориться не можешь!
-С приличными людьми договаривался.
-Знаешь, кто приличный, кто нет?
-Представление имею.
-Да ни хрена! Ты знаешь, кто на тебя
жалобу написал? Кто доносил?
Вот ни в жизнь не догадаешься!
-Мне не интересно.
-Напрасно! Имя Алабина
Эльвира Рафаэльевна
тебе о чем-нибудь говорит?
-Врешь.
-Ваши высокие отношения были
не по причине светлого чувства!
Она метила на твое место. Алабина...
-Заткнись.
-Олег Сергеевич, кого-то непростого
везут.
-Вот говорил же: не к добру
это начальство. Не к добру.
Сейчас начнется: крики, беготня,
суета.
-А вот и Эльвира Рафаэльевна.
-Это правда?
-Я... я хотела тебе все объяснить.
-И про нас с тобой не забудь
рассказать.
-Ах!
-Иван!
Какой же ты все-таки подонок!
-Немедленно, вы меня слышите,
самых лучших врачей, палату!
-Все так, как я говорил.
-Вы почему стоите?
Делайте что-нибудь!
У вас мэр города в больнице.
-Не ори ты! Мне только хуже!
-Вадим Андреевич...
-Хлебникова найди,
меня только к нему!
-Вадим Андреевич приказал найти
Хлебникова срочно!
-Давайте сначала в смотровую.
Что случилось-то?
-Да на охоте мэра подстрелили.
Представляешь?
Мы его сначала в ближайшую завезли,
там посмотрели - рана сложная.
А тут он как уперся:
меня только в Первую ЦКБ, и все!
Хлебникова ему подавай,
и никого другого.
-Ясно.
-Ну, должен вас поздравить,
Владлен Эдуардович.
Я к вам с отличной новостью.
-Какая новость?
-Принимайте больницу.
С сегодняшнего дня вы исполняющий
обязанности главврача.
Чуть позже мэр на подпишет приказ
о вашем назначении.
-А как же Хлебников?
-Уволен как человек, не справившийся
со своими прямыми обязанностями.
У вас другая точка зрения?
-Нет.
Нет, я с этим абсолютно согласен.
-Ну вот и хорошо.
Уверен, вы знаете все недочеты
предшественника,
знаете, что делать и как действовать.
-Да, конечно, я понял.
Я... я могу идти?
-Куда идти, Владлен Эдуардович? Это
ваш кабинет. Уступаю вам ваше место.
Занимайте. И беритесь за руководство.
Удачи!
-Иван Андреевич, там пациент
с огнестрельным.
Нужна срочная операция.
-Боюсь, сегодня не получится.
Как и завтра.
Зовите Плющева, Антонова.
-Подождите, но требуют именно вас.
-Требуют?
-Это мэр города, Иван Андреевич.
Его на охоте подстрелили.
Говорит: никого не хочу,
кроме Хлебникова.
-Хорошо, сейчас посмотрю.
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
-Здрасте, Владлен Эдуардович.
Вызвали?
-Да, заходите, Лидия Анатольевна.
-А где Иван Андреевич?
-А вам зачем, Лидия Анатольевна?
-Ну, это же его кабинет. Его кресло.
-Был его.
Но сегодняшним приказом
господин Хлебников уволен.
-Как уволен?
-Как не справившийся со своими
непосредственными обязанностями.
Что непонятного?
И вот вам, Лидия Анатольевна,
первое ответственное поручение.
Оповестить ЦКБ номер один о том,
что с сегодняшнего дня
исполняющим обязанности главврача
назначен Сергеев Владлен Эдуардович.
Ну, то есть я. Понятно?
-Понятно.
-И еще. Плющева ко мне немедленно.
Лидия Анатольевна, что непонятного?
Сказано: исполнять немедленно!
Давайте заканчивайте с этим бардаком,
что здесь Хлебников развел.
Еще раз: оповестить о новом
главвраче, Плющева - срочно ко мне.
-Хорошо, Владлен Эдуардович.
-Ну, что тогда стоим?
Выполняем команду, Лидия Анатольевна.
Выполняем. Быстрее, еще быстрее!
-Это вы Хлебников?
Немедленно в операционную!
-А иначе что?
-Иначе мокрого места от вас
не оставим.
Вадим Андреевич - первое лицо города,
он шутить не любит.
-Как зовут?
-Чего?
-Зовут тебя, спрашиваю, как?
-Николай. Александрович.
-Вот, Николай Александрович,
ваше первое лицо меня сегодня утром
уволило.
Поэтому пошел, Николай Александрович!
-Добрый день, Вадим Андреевич,
-Вот, Иван Андреевич, и свиделись.
Подстрелили меня. Представляешь?
Получай пациента.
Совсем я плох. Видишь?
-Я вопрос хотел задать.
-Давай не сейчас, после операции.
Хорошо?
-Но мой вопрос в некотором роде
не терпит отлагательств.
-Хорошо, валяй, задавай свой вопрос.
-Как самочувствие, кстати?
-Да хуже не бывает.
Никогда не думал, что во мне
столько крови.
-Как это случилось?
-Да дурак один по неосторожности
прямо в бок залил.
-Показывайте.
-Ну, что скажешь? Жить буду?
-Готовимся к лапаротомии.
Вадим Андреевич, я хотел
еще спросить: я-то вам зачем?
-Как это? Больше некому.
-Именно поэтому вы меня сегодня утром
уволили?
Не больно?
-Нет.
-Знаешь, бывает так:
хороший человек, а не по пути.
Принципиальный ты слишком
и с людьми ладить не умеешь.
-Ну что стоим? Готовимся.
-Знаешь, что самое странное?
Вот работаю я с одними,
проблемы решаю,
а стряслась беда, почему-то их
не к ним, а сразу к тебе.
-Ну, может быть, потому что проблемы
решать и дело делать - разные вещи.
Вот так решает человек проблемы,
решает.
А через год и обратиться не к кому.
Да?
Наркоз. Начинаем!
Считайте до двадцати громко.
-Ну, что я могу сказать, Владлен?
Не ожидал. Не ожидал. Молодец.
Наш пострел везде поспел.
Поздравляю.
Ну, что? Теперь хоть спокойно
вздохнем без этого Хлебникова.
-Марат Леонидович,
давай ближе к делу.
-Давай.
-Я вот тебя зачем позвал. Ты у нас,
конечно, хирург отличный,
хоть кто-то и думает,
что до Хлебникова тебе далеко.
Я с этим не согласен.
Совсем не согласен.
Как можно вас сравнивать,
сам подумай.
-Да.
-Хлебников уже за порогом,
а ты пока еще здесь.
-Погоди, Владлен, я что-то не понял.
Что значит "пока"?
-Я вчера был Владленом, Маратик,
а с сегодняшнего дня я для тебя
Владлен Эдуардович Сергеев.
Твой непосредственный начальник.
И обращаться ко мне ты будешь
только на "вы". Ты понял?
Я не расслышал. Ты понял?
-Да.
-Прекрасно.
Поэтому первое
и последнее предупреждение:
увижу тебя поблизости от Ларисы -
вылетишь вслед за Хлебниковым
быстрей собственного визга!
Марат Леонидович!
-А?
-Вы свободны.
-А. Да.
-Скальпель!
Делаю разрез.
Коагулятор!
Зажим Микулича!
Вхожу в брюшную полость.
Приготовились, будет много крови!
Отсос!
Собираем, собираем кровь!
Сушим.
Еще сушим!
Ищу поврежденные сосуды.
Коагулируем!
-Угробит же больницу.
Как пить дать угробит.
-А может, мы что-то не знаем
и не заметили?
Может, у него талант, о котором
начальство знает, а мы нет?
-У него один талант - нахимичить,
потом за юбкой жены спрятаться.
Главное - Хлебникова за что?
Отличный мужик.
-Слушай, Олег Сергеевич, я смотрю,
ты все понимаешь и знаешь.
-Если бы. Я как раз вообще не
понимаю. Сергеева вместо Хлебникова!
Бред какой-то!
-А раз не понимаешь, молчи.
Им там виднее. А нам в их дела
лучше не вмешиваться.
Так спокойнее и правильнее будет.
Лариса Владимировна, поздравляем вас.
-С чем это?
-Как, вы не знаете?
Владлена Эдуардовича
назначили главным врачом.
-Это что, шутка такая?
-Какая шутка? Все об этом знают.
-А что Хлебников?
-Уволили.
-Ивана Андреевича уволили, Владлена
Эдуардовича поставили на его место.
-Быть этого не может!
-Все об этом говорят.
Ну, скажи, Олег Сергеевич.
-Абсолютно точно.
-Сергеев, это правда?
-Ты не видишь, что я занят?
Проверить и с результатом
сразу ко мне. Понятно?
-Да.
-Значит так, я сегодня же подпишу
приказ о закрытии общежития.
Проводим там обработку
и наконец вернем хозяину.
Второе.
Поставщика меняем на прежнего,
и ты, именно ты будешь отвечать,
чтобы лекарства закупали те,
что выгодны нам. Еще.
Возобновляем платные операции.
Мы и так из-за этого идиота
Хлебникова потеряли кучу денег.
Будет теперь наверстывать.
Но самое главное...
Если я, не дай бог, узнаю, что у тебя
продолжаются шуры-муры с Плющевым,
пожалеете оба.
В пыль сотру. Поняла?
-Сергеев, когда ты успел поменяться?
-А кто тебе сказал, что я поменялся?
Я всегда такой был.
Просто ты видела то,
что хотела видеть.
Видимо, тебе придется купить новые
очки. Более сильные. Привыкай.
-Перевязываем сосуды!
Тут все, идем дальше.
Сушим. Вхожу в брюшную полость.
Вижу повреждение тонкого кишечника.
Надо сказать, легко отделался.
Сушим. Теперь спокойно ищем пулю.
Пинцет!
Вот она.
Раз.
Ну, все, заканчиваем, зашиваем.
-Иван Андреевич, приношу свои
извинения. Вспылил, был не прав.
-Бывает.
-Ну что?
Ну что, как прошла операция?
Как Вадим Андреевич себя чувствует?
-Операция прошла хорошо,
он под наркозом.
-Как вы думаете, как скоро он пойдет
на поправку?
-Сложно сказать. Будем смотреть
по самочувствию.
-Понятно. А можно узнать, как скоро
он сможет выйти на работу?
-А с какой целью интересуетесь?
-Ну, как?
Вадим Андреевич - глава города.
Без него город встанет.
Он очень важен городу. Понимаете?
Ну и нам, его подчиненным.
-Сколько смотрю на вас -
все никак не привыкну.
-К нам?
-К вам, к таким паразитам, как вы.
Вам же плевать на своего начальника.
Вам, собственно, на всех плевать.
Вас только и волнует: не пропадет ли
ваше теплое местечко.
-Ничего подобного! Вадим Андреевич -
очень хороший начальник.
И мы его очень, очень ценим!
-Рано.
-Чего?
-Рано расстарались. Он под наркозом.
Не слышит пока ничего.
Я вещи забрать.
-Здесь все.
Забирай и проваливай.
-Голос прорезался?
-Хочешь, чтоб тебя отсюда охрана
силой вывела у всех на глазах?
Могу устроить.
-Успокойся, я тебе такого
удовольствия не доставлю.
-Жаль, я бы посмотрел.
Видишь, как жизнь поворачивается?
Утром ты меня увольнял, а днем
я уже на твоем кресле сижу.
Знаешь, как это называется?
-Как?
-Карма. Слишком много ты
на себя взял. Слишком!
Солдафон-неудачник.
-Олег Сергеевич, скажите мне.
-Да?
-А вот эти игрушки вам в рабочее
время тоже нужно оплачивать?
-Что, простите?
-Ну, вы в рабочее,
оплачиваемое вам время играете
в телефон.
У вас что, работы нет?
-Так...
Никого же не привезли, время есть.
-А вот Олеся почему-то себе работу
находит.
Делом занята.
Или вы хотите сказать,
что у нас тут чистота и порядок?
-Ну, я точно не знаю.
УДАРЯЕТ ПО СТОЙКЕ
-А должны знать, обязаны!
Вам именно за это деньги платят,
а не за игрушки в телефоне!
Или, может быть, дело не в том,
что работы нет?
А в том, что не очень хочется
работать?
Так вы не сомневайтесь,
мы это мгновенно устроим.
Уверяю вас.
Впредь будьте добры следить
за порядком на вашем участке.
Вам понятно?
-Да.
-Ну, вот и хорошо.
А то распустились.
Ну, ничего, я быстро вас
в чувство приведу.
-То ли еще будет.
-Ну, Лидия Анатольевна,
что думаете по поводу
всего этого бардака?
-Ну...
-Дисциплины ноль,
субординации никакой,
каждый делает что хочет.
Так не должно продолжаться.
Вы согласны?
-Абсолютно согласна,
Владлен Эдуардович.
-Вся надежда на таких людей долга,
как вы, Лидия Анатольевна.
-Спасибо, Владлен Эдуардович.
-Я могу на вас рассчитывать?
-Ну, конечно.
А в чем рассчитывать?
-Ну как - в чем?
Смотреть, наблюдать,
что происходит в ЦКБ, и делиться
своими наблюдениями со мной.
А мы с вами вдвоем будем решать,
что делать.
Фактически, Лидия Анатольевна,
вы будете вторым человеком,
моей правой рукой.
Договорились?
-Конечно же, Владлен Эдуардович.
-Другого ответа я от вас и не ждал,
Лидия Анатольевна.
-Ну а что он хотел?
Поломал сложившийся порядок.
Людей унижал.
Между прочим, заслуженных
и уважаемых людей.
И что?
Все это должно было сойти ему с рук,
что ли?
-Марат Леонидович,
давайте по-честному.
Не было же никакого порядка.
Просто кому-то было удобно
свои делишки делать.
А Хлебников это пресек.
-Да какие делишки?
Это были обычные коммерческие услуги,
которые оказывает любая больница.
Вы меня слышите?
Абсолютно любая.
Но нет, ему этого было мало.
УСМЕХАЕТСЯ
Нужно было перестроить этот мир,
все сделать по-своему!
И что получилось?
Допрыгался, идиот.
-Не надо обсуждать при мне
моего отца.
И уж тем более оскорблять его,
-А то что?
Будешь громко плакать
и ножками топать?
-Марат Леонидович,
лучше остановиться.
-А почему?
Что это за семейная традиция такая -
устанавливать свои порядки
в нашей больнице?
Сначала отец городил все,
что ему вздумается,
а теперь сын указывает мне,
взрослому дядьке,
что мне говорить?
Или ты думаешь, что бы ни случилось,
все сойдет тебе с рук?
СМЕЕТСЯ
Все.
Нету больше папы.
И теперь ты обычный,
рядовой сотрудник.
-Заканчивай, Марат.
-И я тебе при всех говорю:
хоть одна ошибка с твоей стороны -
вылетишь вслед за своим папашей
в один момент,
и я лично это устрою.
О! О! О, узнаю хлебниковскую породу.
Сразу в драку лезет,
чуть что не по его.
Ну, давай, ударь меня, щенок.
-Прекратите оба.
-Не смейте оскорблять
моего отца никогда, ясно вам?
СМЕЕТСЯ
-Будет он мне еще тут указывать,
мальчишка.
-Кирилл!
Кирилл, остановись!
-Ну что? Что еще?
-Не смей им верить.
Твой папа очень хороший человек
и великолепный хирург.
-Угу, ну хорошо, а что дальше?
Где сейчас находится этот
хороший человек, скажи мне?
-Я уверена, все это временно, Кирилл.
-Я вот как раз наоборот, Инга,
уверен, что это не временно.
И что эти мрази
будут побеждать всегда, понимаешь?
Всегда!
И какой тогда смысл
быть хорошим человеком?
Ну вот что моему отцу принесли
его принципы?
В том-то и дело - ничего!
Ничего, кроме проблем!
-Ты переживаешь за него.
-Я переживаю за него, потому что
моя профессия - переживать за людей!
Ладно, мне надо просто выдохнуть.
Спасибо тебе, но я пойду.
-Кирилл!
Привет, сынок.
-А ты чего здесь?
-Лариса позвонила,
сказала, что его сняли.
Это правда?
За что же его снять-то могли?
-Я не знаю, но уверен,
что лучше главврача здесь не будет.
-Разве хороших главврачей снимают?
-Получается, что да.
-Я пойду к нему.
-Мам, он ушел уже.
-Да?
А куда, не скажешь?
Нельзя его сейчас одного оставлять
в таком состоянии.
Ну, представляешь, каково ему сейчас?
Я поеду к нему.
-Мам.
-М-м?
-Я думаю, что он сейчас
хочет побыть один.
Не нужно ему мешать.
-Что значит - не нужно?
Нельзя его одного оставлять,
понимаешь?
-Да, ты права.
Заешь как мы сделаем?
Я поеду.
-Почему ты?
-Мне кажется, так будет лучше.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-О!
Сынок!
Если ты пришел меня успокаивать,
то это лишнее.
-И в мыслях не было.
Просто сегодня такое настроение.
Хочется выпить, а не с кем.
Составишь мне компанию?
-Та-ак...
-Я просто должен напомнить,
что мне больше 21 года,
и алкоголь мне продают без паспорта.
-Заходи.
Серия 36
-Слышь, студент!
Давай проясним.
Это моя территория.
-На ней написано, что она твоя?
-Губу закатал!
-Боишься, что меня выберет?
-А если под поезд случайно упадешь?
-А ты?
-Ладно, давай так.
Кто дольше провисит на электричке,
того и Светка.
-Согласен.
-Уговор.
Соскочивший на железку - отваливает.
-Только не забудь, когда проиграешь.
-Короткая спичка - левое купе.
Длинная - справа. Тяни.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные.
Летящие за звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы.
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холоднее, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы. Ангелы.
-Драка?
-Хуже.
Зацепер.
Уже 5-й за квартал.
И все в мою смену.
Заколебался их таскать.
-Олег Сергеевич, куда его?
-Я умру?
-КТ головы.
Руки, ноги, грудь - на рентген.
Вы - анализы.
-Клиника и биохимия?
-Угу.
-Давайте его сначала
в интенсивную терапию.
Анамнез без лирики.
-Машинист электрички заметил,
что на хвосте висят 2 зацепера.
А слева навстречу как раз поезд.
И расстояние между путями там,
не соврать, - 2 руки.
Пришлось стоп-кран жать.
-Это мне все в карту писать?
Я ж говорю - без лирики.
-Рваная рана левой
лобно-теменной области.
-Тахикардия, тремор.
И липкий страх смерти.
Чего ради так рисковать-то?
А документов у него не было?
-Ничего. Даже сотового.
Пытался узнать, как зовут, -
ни фига.
-Он сейчас вряд ли что соображает.
Товарищ его убежал?
-Ага.
-Ясно. Ну, будь здоров!
-Давай.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Здравствуйте!
Как себя чувствуем?
-Нормально.
Отлично подлатали.
Как заново родился.
Теперь можно и на второй срок.
-Но спокойнее, спокойнее.
О работе пока рано думать.
Восстанавливающие процедуры,
прогулки.
-Простите, но меня вроде должен был
Хлебников вести.
Вы что, лечащий врач?
-Нет.
Вами персонально займется
наш лучший специалист.
Извините, я не представился.
Владлен Эдуардович Сергеев.
Главврач этой больницы.
С пятницы.
-Мне знакома ваша фамилия.
-Я служил здесь заместителем
по хозчасти.
А вообще я врач-терапевт.
Но администрирование - моя
сильная сторона.
-Что дальше?
-Займитесь нормальной палатой
для ВИПов.
У нас мэр как бедный родственник
лежит.
-Ее же Иван Андреевич упразднил.
-Мебель с фикусами по палатам.
-Фикусы вернуть, мебель тоже.
-Но там теперь 4 человека.
-Значит, уплотните другие палаты.
Сделайте ВИП из его палаты.
Какие проблемы?
Что с ковидным общежитием?
Освобождают?
Сегодня вечером проведите
там санобработку.
-Но...
-Никаких "но"! Есть приказ.
И обязательства по передаче здания
владельцу.
Общежитие должно быть свободно
к 6 вечера. Напомните им там.
ЗВОНИТ МОБИЛЬНЫЙ ТЕЛЕФОН
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ, ВЗДОХИ
ЗВОНИТ МОБИЛЬНЫЙ ТЕЛЕФОН
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-Эльвира Рафаэлевна!
Посмотрите кардиограмму.
Стойте!
-Как ваше имя?
Рвота была?
-Да.
-Тахикардия, шок.
Срочно в операционную.
-В операционную. Я догоню.
Туридзе тут. Она готова.
Кто оперировать будет?
Плющев на плановой.
Не знаю, когда освободится.
Антонов с ночной домой ушел.
-Я сама ему позвоню.
-Как же Хлебникова не хватает.
-А сколько осталось?
Нет, вы мне точно скажите.
Я сейчас запишу.
Да, записываю.
А масок для неинвазивной вентиляции?
Да, так мы долго не протянем.
Придется дополнительную поставку
делать.
Хорошо. Я вас поняла.
Будем на связи.
Угу. Спасибо.
Вик, поспала бы в общежитии.
А так-то что?
-Там уже не поспишь.
Его закрывают сегодня.
-Не поняла.
А кто может закрыть его
в обход главврача?
-Вы переворот пропустили.
-Какой переворот?
-В больнице с пятницы
новая власть.
-А Иван Андреевич?
-Уволили его.
Сергеев теперь вместо него.
Вы куда?
-В общежитие.
-Так, ребятушки.
Побыстрее, но аккуратнее.
Сидим, да?
-Вот вам ваш тощий матрас.
Наконец-то высплюсь
в своей кровати.
-Принимай.
Принцесса просит номер 517.
-Степан Михайлович!
Сами бы поспали на этом
антицеллюлитном пережитке прошлого.
-Я и на гвоздях могу.
А ты давай-ка, Коль,
"корона" не мешает.
-Типун вам.
-Подождите.
Вы что, домой собрались?
Коллеги, милые, но вы же
из "красной зоны"!
-Мы люди подневольные.
Нам сказали освобождать -
мы освобождаем.
Мне уже надоело с семьей
по интернету общаться.
-Лучше уж через инет,
лишь бы дочка сюда не попала.
-Я свою семью полтора месяца
не видел!
-Нас же тестируют.
-Ты сам прекрасно знаешь,
что тесты дают сбои.
-Ну не в коридоре же нам ночевать.
-Я бы предпочел со своими
не контактировать.
-Готов пока жить на работе.
-Сидеть здесь, пока там не
выработается стадный иммунитет?
-У меня теща дома, ей под 80 лет.
Ору на нее, чтобы лишний раз носа
из дома не высовывала.
А теперь сам эту заразу
могу принести?
-У вас у всех дома старики и дети.
-Это понятно.
А делать-то теперь что будем?
-Что?
-"Телегу" катать.
Сейчас с этим строго.
Сергеева там могут не понять.
-Точно! Мы напишем коллективное
письмо
против закрытия общежития
и увольнения Хлебникова.
Он бы этого бардака не потерпел.
-Елизавета Владимировна,
вы понимаете,
что вы можете быть уволенной
после этой петиции?
-Дорогой мой, мы уже находимся
все в "красной зоне".
Что нам еще бояться?
-От коллектива линяешь?
Пиши-пиши, дочка.
-Ковид только осталось подцепить.
-Нонна Вахтанговна, я по поводу
анализов зацепера.
Вы в операционной?
-Девушка, вы по поводу парня
с разбитой головой? Как он?
-Родственники?
-Нет, знакомые.
-Информацию даем только
родственникам.
-Девушка, а это его невеста.
Ей скажете?
-Поле ЗАГСа.
Контакты родителей есть?
-Мы не знаем.
-Жаль.
-Ты нормальный? Какая невеста?
-Когда он спичку тянул,
ты была не против.
-Да мне вообще фиолетово.
-А ничего, что этот ботан
уже три месяца на поездах висит,
чтобы твое внимание привлечь?
-Это ваши с ним разборки.
Мне-то что?
-Ты не поняла?
Он в операционной.
И ты будешь сидеть здесь и желать
здоровья. Ясна задача?
-С чего бы?
-С того, что он тебя любит.
-Молодежь, маски надели.
-Может быть, мне вообще другой
нравится.
Считай, ты выиграл.
Может быть, ко мне? Там никого.
-А если бы я так разбился,
ты бы так же со мной поступила?
-Слав, ну ты чего?!
-Имя мое вспомнила?
А его имя знаешь? Леня.
Леонид Бринцевский.
Надеюсь, теперь запомнишь.
-Операцию я только что завершил.
Все хорошо, должно обойтись
без осложнений.
Я перезвоню.
-Извините.
-Куда же мы так торопимся,
Воробьев?
-В операционную.
У нас черепно-мозговая.
Антонов и Туридзе уже готовы.
-Стоять!
Много там таких коробок?
-Кажется, семь-восемь.
-Ага.
Как это нехорошо!
Такая хрупкая девушка таскает
такие тяжелые коробки.
Ай-ай-ай.
Как-то это не по-джентельменски,
Воробьев.
Ассистировать Антонову будете вы.
Так что идите готовьтесь.
Бегом!
-Ага.
-А хирургу надо быть внимательнее,
Воробьев.
-Думаете, Заславский поможет?
-Ну, они друзья.
Алло! Горздрав? Добрый день.
Беспокоит заведующая инфекционным
отделением ЦКБ номер 1 Нарышкина.
Мне нужно срочно встретиться
с Сергеем Анатольевичем.
-По какому вопросу?
-По ряду рабочих вопросов.
Девушка, это срочно.
-У Сергея Анатольевича окно
через полчаса.
Могу вас записать. Удобно вам?
-Да, очень удобно.
Запишите, пожалуйста.
Отлично. Спасибо большое.
Ну, теперь они у нас попляшут.
-Начинаю иссечение краев.
-Повезло. Ничего патологического.
-Делаем экономную резекцию?
Что скажете, ординатор?
-Выраженное кровотечение
говорит о том,
что кожа жизнеспособна,
некроза нет.
-Угу.
-Посмотрим, что у нас глубже?
Дрель.
ШУМ ДРЕЛИ
Отсос.
Удаляю гематому.
-Теперь промываем.
И зашиваем.
-Ну?
-Привет.
Ты не знаешь, как он?
-Позвони, спроси.
-Так он сбрасывает.
Не знаю, видимо, что-то решил
для себя.
-Что бы он там ни решил,
но из города его выдворят.
Сергеев уже подписал приказ
об освобождении
служебной квартиры.
-Господи! Лара, объясни,
что случилось.
Ведь у него такой покровитель!
-Это ты про Заславского?
-Да.
-Этот друг, Маша, оборотень,
лицедей.
Он привел сюда Хлебникова
с одной целью -
чтобы тот расчистил конюшню
под него и под его людей.
-То есть...
И ты знала?
-А я разве тебя не предупреждала?
Я не просила тебя - спаси его,
окружи заботой,
соблазни, в конце концов.
Ты актриса или нет?
-Ларис!
-Ты ничего не сделала,
чтобы вернуть его в семью.
А могла.
И тогда ему было бы чем дорожить.
Не лез бы на баррикады,
думал бы сначала.
Правдолюб.
ЗВОНОК ПО СЕЛЕКТОРУ
-Сергей Анатольевич,
к вам Нарышкина из 1-й ЦКБ.
-Пусть войдет.
-Здравствуйте.
Минуту.
-Елизавета... как вас, не помню,
зачем приходить-то?
Можно было по телефону.
-А это нетелефонный разговор.
Да вы не бойтесь.
-Что это такое?
-Это коллективное письмо от персонала
"красной зоны".
Мы сегодня до шести вечера
должны освободить общежитие.
Сергей Анатольевич,
вот я к вам пришла сюда,
применив перед этим все меры
предосторожности.
А будут ли осторожны мои коллеги,
которых сегодня вечером распускают
по домам, я гарантировать не могу.
-А что вы от меня-то хотите?
-Так там же все написано.
Вернуть Хлебникова и не закрывать
общежитие.
-У меня совещание в офисе, мне надо
подготовиться, простите.
-Может быть, вы не так меня поняли?
Общежитие закрывают.
И я к вам сейчас пришла оттуда.
И как вам?
Представьте, с чем мои люди вечером
могут вернуться к себе домой.
-Я слежу за статистикой.
Вряд ли будет взрывной пик.
-Тогда вы должны быть в курсе,
что количество больных увеличилось.
-Растет число тестируемых.
-У вас статистика, а у меня люди
падают. Хлебников...
-Что вы с ним как с писаной торбой
носитесь?
Общежитие он бы сам закрыл.
Вопрос со зданием решен до него.
-То есть вы были в курсе?
-У вас минута.
-Но вы же там не были! Вы не орали
в респираторы, чтобы вас услышали,
не пытались вслепую найти вену,
потому что элементарно запотели очки!
Вы часами не ходили в этом костюме,
просто хлюпая в собственном поту!
-Это ваша работа.
-Да, это наша работа!
Но если они уйдут, половина
не вернется ни за какие деньги!
А где вы найдете других людей?
-Это уже ответственность главврача.
-А если тем самым вы спровоцируете
вторую волну,
и кто-нибудь из их близких погибнет?
-Не драматизируйте.
Задание принадлежит Фалину, ясно?
Надеюсь, я ответил на все
ваши вопросы.
-Я смотрю, ваше управление
здравоохранения
превратилось в управление
здравзахоронения.
Ну что ж, тогда я отправлю
это письмо в прокуратуру
и федеральную прессу.
Всего доброго.
-Сергеев, уйми Нарышкину!
Ты не в курсе?
Она собирает подписи,
чтобы вернуть Хлебникова.
Да!
-Эй, товарищ!
-Да, гражданин?
Вы по какому вопросу?
-Парня утром скорая привезла.
Голова у него разбита, зацепер.
Слышал?
-А как же. Вот черти.
-И не говори.
Хорошо, что я его заметил.
Там поворот, еще товарняк навстречу!
-А ты машинист тот самый?
-Ага, тот самый.
Я стоп-кран дернул. Доли секунды.
Я выскочил к парню,
лежит на рельсе. Кровищи!..
А дружки его деру дали!
Пока скорая ехала, я эту заразу
малолетнюю нянчил как мог.
Веришь, нет - молился.
Во, видишь, что они носят?
Садить их надо. Весь график движения
электричек сбили.
Не знаешь, как он?
-Ну, поспрашиваю.
Ты пока в приемной посиди.
Маску надень.
Не эту. Вот, возьми.
-Спасибо!
-Бедолага.
-Эльвира Рафаэлевна.
Спешите?
-Да, спешу.
-И зря. Ну, уже раз поспешили.
Выглядишь неважно.
Я даже тебя сразу не узнал.
Плохо спим?
Надеешься, что простит?
-Какой же ты все-таки!..
-Я? То есть ты на него стучала,
а спала со мной, и я виноват?
Разве это была не твоя цель -
возглавить это учреждение?
Разве не ты подставила его
под новый корпус Фалина?
Разве не ты разожгла войну между
ними? И кто из нас предатель?
Ты завралась, Эля.
И что ты после этого? Ноль.
-Падла, это же ты утром зацепером
на моей электричке ехал?!
Я видел, как ты по путям драл!
Дочка, а ты что тут?
-Да так, к знакомому зашла.
-К какому?
Так ты с ними, с этими подонками?
-Студент не подонок.
Он из-за нее зацепером стал.
-Я говорила, что не надо сюда ехать.
Как вы меня оба достали!
-Его Леня зовут.
Он и правда студент, отличник.
Родители в мэрии работают.
Мы из-за Светки!..
-Машинист! Бегаю, тебя ищу.
Чего такой смурной?
Сделали зацеперу
операцию, жить будет.
-Слава богу.
-Что, еще что-то случилось?
-Да вот, дочка моя,
оказывается, с ними.
В коридоре встретил,
по наморднику узнал.
Понимаешь, моя жена
10 лет назад умерла.
Я вкалываю теперь за двоих, на
институт копил, шмотки, увлечения...
-Эх, беда!
-Ну да. Парень из-за нее чуть жизни
не лишился, а она!..
-Что?
-Что-что, ушла.
Кофе, вон, дует.
Как мне теперь с ней?
-Как-как?
Ты все эти годы - от нее...
Работа - это отговорки.
А теперь - к ней!
-Видел бы ты ее глаза.
Мать у нее добрая была,
а она отмороженная,
сердца у нее нет совсем.
-Все больше в любви нуждаются
те люди, которые ее не заслуживают.
-Лариса Владимировна, Владлен
Эдуардович меня к вам
за списком новых назначений послал.
Мне надо заказы оформлять.
Он торопит. Вы успели оформить?
-Вот. Что-то еще?
-У вас тушь потекла.
-Нарышкина, ты что устроила?
Мне из горздрава звонили. Сядь!
-Не тыкайте мне.
-Не лезьте в это, там мясорубка!
-Ясно.
-Слушайте, кому нужны эти ваши
подписи?
Не смешите, у них там свой расчет,
а у нас с вами свой.
Нам работать надо, правильно?
Давайте так.
Мы сегодняшний эпизод замнем.
А вы садитесь за отчет
для облздрава:
так и так, недостатки устранены,
замечания учтем.
А в этом медицинском центре
получат работу лучшие специалисты.
-Я только одного понять не могу.
-Что опять?
-В этом кресле сидел человек,
который точно не мог знать,
будет вторая волна или нет.
Но он точно знал,
что к ней нужно готовиться.
-Не могу я ничего с этим общежитием
сделать, не могу.
-Так в том-то и разница -
он мог, а вам плевать!
-Елизавета Владимировна!
-Я не соберу людей обратно,
если я сейчас их распущу!
-Смогу - не смогу,
вы что, рабовладелец?
-Вы не понимаете, что люди устали?
Они месяцами не выходили
из "красной зоны".
Пока была эта дистанция, была
гарантия безопасности для их семей.
-От меня не зависит...
-Просто вспомните,
что говорил тут Хлебников.
Пока последний пациент
не покинет "красную зону", для нас,
врачей, ничего не меняется.
ХЛОПАЕТ ДВЕРЬЮ
-О!
Степан Михайлович!
УСМЕХАЕТСЯ
-Так точно.
-Здорово.
-Ждали кого-то другого?
-Да нет.
Случилось чего?
-Ну...
Вроде того.
-Ну ладно, не томи.
Чего, квартиру просят освободить?
-Ну, торопят, не то слово.
ВЗДЫХАЕТ
-Спешат.
-Зайти-то можно?
-Заходи.
-Ты здесь?
-Как все прошло?
-Да как по маслу.
Ты же знаешь Антонова.
-Он зайдет сюда?
-Так ты его ждешь?
Зачем?
ВЗДЫХАЕТ
-Хочу попроситься обратно
в "девятку".
Буду заканчивать ординатуру там.
-Это из-за Плющева.
-Из-за него тоже.
-Даже не думай.
-А как тогда?
Я сегодня полдня таскаю коробки,
завтра меня попросят подметать.
Я врач, мне нужна практика.
-Вот именно.
Знаешь, сколько людей
смотрит на тебя и гадает:
уйдет или останется?
-Еще скажи, что ставки делают.
-Может, и делают.
Только к выводу, блатной ты или нет,
они придут именно сейчас.
Уйдешь - будут говорить: "Ага,
сдрейфил, как отца должности лишили".
Да...
Ну...
Подумаешь, коробки!
Ну, я ведь тоже таскала.
Уйдешь - покажешь себя слабаком.
Надо остаться.
И доказать им, что ты врач.
И ты здесь по праву.
ПОКАШЛИВАЕТ
-Помешал?
Черт...
Инга, я, кажется, в операционной
забыл протокол.
Ты не могла бы сходить, а?
-Конечно, сейчас посмотрю.
-Спасибо большое.
-Угу.
-Не выходи из комнаты,
не совершай ошибку.
Кирилл.
Я думаю, что тебе нужно вернуться
в "девятку".
Сейчас здесь такое начнется.
ВЗДЫХАЕТ
Хочешь - могу помочь.
-Нет.
Я останусь.
Извините.
-Только вот извини.
Угощать нечем.
УСМЕХАЕТСЯ
Я тут, видишь...
...уборку затеял.
-Так мы ж со своим.
Сейчас ужин соорудим.
А то мы такие...
...противоречивые, расхристанные,
пока...
УСМЕХАЕТСЯ
...на сковородочке не заскворчит.
Да.
КРЯХТИТ
ВЗДЫХАЕТ
Вот у меня ты знаешь как было?
Эх...
-Когда?
-Не сегодня.
И чувствовал я себя, как тряпка,
которую выкрутили и комом бросили.
Масло где?
Ага.
Я тоже тогда бутылками
забаррикадировался, да.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Думал, просветление поймаю.
Посижу один, подумаю.
Так и переплыву на тот берег.
-И чего, переплыл?
-Ага.
Водки столько было, что...
...чуть не утонул.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
И знаешь, что меня спасло?
-А ну?
-Вот это.
И хаш.
-Хаш - это вещь.
-Ах!
-Ну что?
Решил?
-Уеду.
-М-м...
Это в тебе обида говорит.
А ты переспи с этим,
а потом уж и решай по-трезвому.
И потом, подумай, за кого
тебе бороться, за кого - нет.
Ну?
Яичница как?
-В самый раз.
-Ну.
Я ж тебе говорил.
-Дальше я сам, спасибо.
КРЯХТИТ
УСМЕХАЕТСЯ
СТУК В ДВЕРЬ
Да, войдите!
-Вадим Андреевич?
Рад вас видеть в добром здравии.
-Проходи, Сереж.
Садись.
-Я к вам без ничего.
Ну, надеюсь, с отношением здесь
все на уровне?
-Главное - ремонт качественно
провели.
А мне операцию ведь Хлебников делал.
Надо отдать ему должное.
Как, кстати, он?
-Да как...
Уволен, обижен.
Не появлялся в больнице
уже с пятницы.
Зато у нас теперь новый главврач,
с которым точно не будет
никаких проблем.
-Видел я твоего нового, видел.
-Ну и как он вам?
-Да так.
Он, кстати, в курсе?
-Что мы собираемся оптимизировать
эту больницу
и превратить ее в коммерческий центр?
Нет.
-И не надо. Он кретин.
Так, говоришь, с пятницы
не появлялся?
УСМЕХАЕТСЯ
-А я ведь, Сереж, приказ-то подписал
об увольнении Хлебникова-главврача.
А об увольнении хирурга Хлебникова
я ничего не подписывал.
-То есть?
-То есть ты должен сделать все,
чтобы он остался.
Когда отгрохают новую клинику,
кто ее возглавит?
Ты, что ли? Кругом одни воры
и кретины, а профессионалов нет.
Кем мы свой зад прикроем?
А за такими, как Хлебников, будущее.
И это надо понимать.
ВЗДЫХАЕТ
А Сергеев и вся эта шелупонь
уже в прошлом.
Ну, возьми мандарин
Серия 37
-Еще пару минут - и порядок.
Закончу.
-А я вот принесла охладиться.
-Что это?
-Свежий лимонад с имбирем,
только что приготовила.
-Ух ты!
-Вы такой мастер, Костя.
-Я? Да, есть немного.
КРИК
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Ну что тут у нас?
-Это я во всем виновата. Я.
-Давайте сначала по делу.
-В общем, внутреннее кровотечение,
ввели фентанил.
-В смотровую.
-Противостолбнячное сделали,
санация раны сверху. Жгут наложили.
-Это я во всем виновата -
все время разговорами отвлекала.
-Не переживайте,
все будет хорошо.
Сейчас все решим,
заполним бумаги.
-Скажите, что с ним дальше будет?
-Доктор его осмотрит, прооперирует,
через пару дней он придет в себя -
и забирайте.
-Можно будет его навестить?
-А он вам кто?
-Вообще-то он... муж!
-Муж? Замечательно.
Значит, можно будет его навестить.
Представляете, он придет
в себя, откроет глаза,
увидит родное лицо...
Как мужа зовут?
-Кажется...
-Кажется...
-Костя.
-Замечательно!
Ничего-ничего, это стресс.
Тут не только имя мужа забудешь -
свое забудешь.
-Он мне не совсем муж.
-Прекрасно понимаю.
Мужик сейчас пошел нерешительный.
Понимаете, пока предложение
дождешься, поседеть можно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Знаю, что тебе не понравится то,
что я скажу, но другого варианта нет.
Хлебников должен вернуться в ЦКБ.
Вернуться как хирург, конечно.
На твою должность никто
не претендует, не переживай.
-Он не пойдет как простой хирург.
-Придумай ему должность
какую-нибудь важную.
Хлебников должен оперировать
в ЦКБ как можно быстрее.
-Боюсь, это невозможно,
Сергей Анатольевич.
-Знаете, чем хороший
подчиненный отличается
от плохого, Владлен Эдуардович?
Оба видят, что задача невозможна,
но хороший подчиненный все равно
старается что-то сделать,
несмотря на обстоятельства,
в отличие от плохого.
Вы, Владлен Эдуардович,
какой подчиненный?
-Хороший, Сергей Анатольевич.
-Хлебников должен вернуться, понятно?
Выполняйте.
Удачи вам.
-О! Солдат тупит в телефон,
а служба идет.
-Марат Леонидович,
даже спорить не буду.
Что касается тупости,
здесь вы большой профессионал.
-Надо же, папы начальника уже нет,
а мы дерзим как прежде? Похвально.
И, кстати, я с удовольствием
посмотрю,
как тебя выпрут из больницы
вслед за твоим папашей.
Честь имею.
-Ох...
-Кирилл, чай!
Кирилл!
-Ну а ты куда?
-Так, это твой чай,
вот я и напомнила.
-Ясно.
Подумала, что я за Плющевым погнался?
-Ага. Думала, драться будешь.
-Я престарелых не бью.
-Понятно.
-Ну, может быть, легонечко.
Так, ногами по голове.
Да я шучу, шучу. Спасибо.
Я, кстати, шел в комнату
для мальчиков.
Ты со мной, или я могу один?
-Да, конечно.
-"Да, конечно" - что?
-Иди один.
-Один.
-Ага. Да.
-Хлебникова надо вернуть обратно.
-Шутишь? А сам куда?
-Типун тебе на язык.
Конечно, не главврачом,
только хирургом.
-А я уж подумала...
-Нет, все не настолько плохо.
Но все равно надо,
чтобы он у нас работал.
-Кому надо-то?
-Тем людям, которым нельзя
сказать "нет".
Что ты дурацкие вопросы задаешь?
Понятно, что не я сам это придумал.
Короче, иди к сестре,
пусть уговаривает Хлебникова,
чтоб он вернулся.
-Если бы она могла его уговорить,
они бы уже давным-давно жили вместе.
-Ну, так помоги ей.
Подскажи нужные слова, скажи,
что надо делать,
направь в нужном направлении.
В общем, вариантов у нас
немного, так что действуй.
-Вот как ты заговорил.
Как командовать - "я", "мне",
а как дерьмо разгребать - "нас",
"Лариса, действуй".
-Ну что ты хочешь?
Чтоб я стал тебя
уговаривать, унижался?
-А неплохая идея.
Да, Сергеев, хочу.
Ты можешь, конечно, сам попробовать
уломать Хлебникова,
думаю, ему понравится.
-Хорошо.
Лариса, пожалуйста,
пообщайся с сестрой.
Пусть поговорит с Хлебниковым,
мы ждем его в ЦКБ как хирурга.
Я очень тебя прошу, Лариса.
-Ладно.
-Стерва.
-Похоже, задета артерия.
Инга, тебе чего?
-Хотела спросить...
Может, помощь нужна?
-Тебе заняться больше нечем -
другим помогать?
-Я на секундочку.
Инга, давай начистоту.
-Давай.
-Ты меня преследуешь?
Всюду, где я нахожусь, везде ты.
-Нет, Кирилл, мне в голову
такое не приходило.
Просто я боюсь,
что ты дров наломаешь.
-Ясно.
-Инга, я не маленький мальчик,
меня не нужно контролировать,
тем более за мной следить.
-Как скажешь.
-Во-первых, Алла, хочу поблагодарить
вас за проделанную работу.
Лично я впечатлен, честно.
-Спасибо на добром слове,
Владлен Эдуардович.
-К чему эти формальности?
Вам, Алла, можно просто - Владлен.
-Боюсь, что мне будет сложно
перестроиться, Владлен Эдуардович.
Вы сказали "во-первых",
значит, должно быть и "во-вторых"?
-Эх, какая же вы, Алла...
Хорошо, давайте перейдем к делу.
Я хочу предложить вам должность
психолога в нашем ЦКБ.
-Польщена, Владлен Эдуардович.
Благодарю вас за предложение,
но я вынуждена отказаться.
-Не отказывайтесь так быстро,
я ведь еще не все карты раскрыл.
Как глава ЦКБ я готов
предложить вам особые условия.
Как сейчас принято говорить -
гибкие условия труда.
-Увы, Владлен Эдуардович,
я все равно вынуждена отказаться.
У меня другие планы.
-Очень жаль.
Алла, нам очень нужны профессионалы,
и я готов сделать все,
чтобы их удержать.
-Ну да.
Один профессионал недавно
был буквально выброшен
пинком из больницы.
-Не понимаю.
Это вы сейчас про кого?
-Про Ивана Андреевича Хлебникова.
-У вас неверная информация.
Да, он снят с должности главврача,
но кто вам сказал, что его уволили
из больницы?
-Разве это не так?
-Нет, ничего подобного. Мы сейчас
изучаем с Иваном Андреевичем
точки соприкосновения,
смотрим график его загрузки,
он продолжит работать у нас
хирургом, это пожелание руководства,
мое личное пожелание. Еще раз
повторюсь, удержание профессионалов -
это мой главный приоритет
как главврача.
-Да уж. Удивили, если честно.
Удивили.
-То ли еще будет, Алла.
-Что тут у нас?
А почему жгут не сняли?
-Не восстановили еще ни дыхание,
ни сердце. Опасно пока.
-Вы что, с ума сошли?
Мне оперировать надо. Снимайте жгут.
-Дайте еще пять минут.
-Какие пять минут?
Когда жгут наложили?
-В час пятьдесят.
-Вы понимаете, что у него может
начаться некроз? Мы ногу потеряем.
-А то, что мы не просто ногу, мы
его совсем потеряем, это не страшно?
Мы не восстановили ни сердце,
ни легкие.
-Так восстанавливайте быстрее.
Срочно свяжитесь с фельдшером,
выясните, распускал он жгут
или нет? Может, у нас есть
еще немного времени. Я сказал
срочно - значит, немедленно.
-Нет, жгут не распускали.
-Черт. Снимаем жгут немедленно.
-Мы еще не готовы.
-Кто вам мешает? Готовьтесь!
Я распускаю, вы готовьтесь.
-Распускай жгут.
Кровотечение.
-Нажимай. Скальпель.
Ну, не тормози, быстрее!
-Сушим.
-Отсос.
Крючки.
Ну...
Маркит.
Теперь коагулятор.
Есть.
Так, вижу артерию, которая кровит.
Бедро.
Зажим.
Теперь, Кирилл, зашивай артерию.
-Ага.
-Я держу.
-Нитку. Пинцет.
Давай, давай, давай.
Давай, давай, давай.
Есть.
-Повтори нашивку.
Шов состоятельный,
кровотечения нет.
Теперь моем. Моем и накладываем
редкие швы на кожу.
-Могу вас поздравить, операция прошла
успешно. Скоро ваш Костик отойдет
от наркоза и увидит вас.
-Меня?
-Конечно же! Представляете,
как он обрадуется?
-Вы думаете?
-Я уверена, я абсолютно уверена.
А пойдемте, я вас к нему провожу.
-Что-то частенько лампы у вас стали
перегорать. Напряжение большое?
-Да.
-Я ведь знаю, что ему сейчас
тяжело. Он ведь такой эмоциональный!
Если что, то как спичка вспыхивает.
А некоторые только и ждут,
что он оступится.
-Да...
-И что тут сделать,
Степан Михайлович?
-Ну...
-Здрасте. Инга, пойдем обедать?
Что молчишь? Нам пора ням-ням.
Впрочем, можно и хрум-хрум.
Я, как обычно, буду чав-чав... Инга!
-Иди без меня.
-Почему?
-Я уже пообедала.
-Класс. А мне с кем обедать?
-Меня возьми с собой.
-Вас?
-Ну да. А чем я плох? Ну, я не Инга,
конечно, но зубы на месте.
Жевать могу.
Готово.
Спасибо.
Приятного аппетита.
-И вам.
-Ну, что ты молчишь? Давай поболтаем.
Не жевать же молча.
-О чем болтать?
-Ну, о чем ты с Ингой разговариваешь?
-Да так... просто.
С ней мы, в общем, шутим.
-Ха-ха! Я тоже смеяться умею.
Ты пошути со мной. Ну, пошути.
Анекдот расскажи какой-нибудь
повеселее.
-Вы знаете анекдот про блондинку
у стоматолога?
-Ну, это с бородой.
А что, другого нет?
-Нет.
-А, ну тогда давай жевать молча.
Я понимаю, конечно, я для тебя
плохой собеседник...
-Нет, все нормально,
ничего страшного.
-Ну как... не разговариваю с тобой,
как будто мы сто лет знакомы.
Не улыбаюсь на шутки твои дурацкие,
которых у тебя больше всего.
Не поддерживаю тебя, не переживаю.
А с другой стороны, я тебе кто?
Брат, сват?
Хорошего друга нужно заслужить.
Не каждому везет.
Потерять его легче всего.
Ну, что ты? Хрумкай! Чамкай!
-Женщина, Константин Мельников
сегодня к вам поступил?
-Сейчас посмотрим. Да, сегодня
поступил. Операция прошла успешно,
все хорошо.
-А можно сейчас к нему?
-Простите, у нас только
родственникам. Вы ему кто?
-Жена.
-Жена уже давно рядом с мужем.
А вы только пришли, и тоже жена?
-Вы шутите?
-Да кто шутит-то штампом в паспорте?
-Ах ты ж дрянь-то...
Все-таки сдержал обещание.
Я думала, он шутит, а он
действительно бабу завел. Подонок.
Ничего, я ей все волосенки-то
повыдергиваю. А ему...
А ему ноги с руками переломаю.
Будут у меня в одной палате лежать
и друг на дружку смотреть. Ничего,
я им покажу, как при живой жене
шуры-муры заводить. Где он? Там?
-Женщина! Охрана! Охрана!
-Ну а с Хлебниковым что?
-Что, что? Да ничего! Разве ему
до меня сейчас с этим увольнением?
-То есть вы так и не разговаривали
с ним с тех пор?
-Нет. Кирилл вообще сказал,
что отцу лучше побыть одному.
Вот так.
Что?
-Ты знаешь, Машка, мне иногда
кажется, что мы с тобой
от разных родителей.
-Это еще почему?
-Неужели ты не видишь, что лучшего
момента себе сложно представить?
Тебе само все идет в руки.
Хлебников один, стресс, пьет,
наверняка дома. Ну что ты еще хочешь,
объясни.
-Так у него же роман с этой Алабиной.
-Да был, был роман. Нет уже давно.
Алабина выполняла приказ
Заславского, думали, так проще будет
управлять Хлебниковым. Хлебников
обо всем узнал и всех послал.
-Бедный Ваня.
-Вот пойди и скажи ему об этом сама.
В общем, наверху недовольны
увольнением Хлебникова,
считают, что перегнули палку,
хотят, чтобы он вернулся,
но пока в качестве хирурга
только. Сейчас думают,
как сделать ему предложение,
чтобы он не отказался.
-Лариса, но Ваня не будет работать,
пока Сергеев главврач.
-Ты думаешь, я сама этого не понимаю?
-Ну...
-Сергеев меня послал к тебе,
чтобы ты поспособствовала.
-Да как?
-Он не идиот. Не такой человек
Хлебников, чтобы приспосабливаться
и прогибаться под этих упырей.
-Вот именно.
-Уезжайте, Маша. Уезжайте.
Кирилл уже взрослый, и чуть позже
Хлебников переведет его в Москву.
Это сейчас самый лучший выход
в данной ситуации для Ивана.
-Ты права. В Москву.
-Еле вытолкали ее, представляешь?
-Угу.
-Упиралась, пустите к мужу,
и все тут.
-Ужас, просто ужас.
-Кстати, его я тоже не понимаю. Это
что за распущенность такая? Две жены!
-Да...
Подожди, то есть то, что вот
эта вторая дама его жена,
с этим ты уже согласна?
-Ну а чего? На свете чего
только не бывает...
Фактически, может, и две.
По паспорту-то одна.
-Угу.
-Как я его понимаю,
так удобно, две жены.
С двух сторон тебе и ласка, и забота.
-И вынос мозга с двух сторон.
И зарплату двоим отдавай,
и заначки тоже две.
-Что?
-Нет, к такому подвигу я не готов.
-А вы кто?
-Я Люда. Вы меня не помните?
-Люда?
А где Настя?
Настя!
-Вот какая у тебя
работа допоздна, да?
-Настя, ты о чем?
-Значит, вот ты чем занимаешься.
-Вы нас неправильно поняли.
Я вам сейчас все объясню.
-Ой! Значит, уже и нас... Ну так
подойди сюда, я тебе сейчас
тоже объясню, как чужих
мужей уводить. Не бойся.
КРИК
-А-а-а!
-Остановитесь, пожалуйста...
успокойтесь.
-Всем стоять! Я сказала! Так значит,
все-таки проникли в палату.
-Конечно, тут моего мужа
какая-то профурсетка уводит,
а я буду сидеть и ждать?
-Я не говорила, что я жена.
-Ой, поглядите, она у нас и не жена
теперь.
-Вы мне сами говорили,
что он ваш муж.
-Да я не врала, что он муж,
но я не жена.
-Ты вообще что-нибудь понимаешь?
-Не... Так, дамочки, давайте
спокойно разберемся.
Подождите, он ваш муж, но вы не жена.
-Только скажи, что ты жена, быстро
у меня в реанимации окажешься.
-Я сказала, что он муж... на час!
-У, стерва...
-О, нормально мужик
устроился. На час и свободен.
-Это другое. Это когда мужчину домой
вызываешь, чтобы он что-то починил.
-Костик, это правда?
-Я халтурил так. Подрабатывал
после работы. Муж на час.
-Ой! Простите!
Ты ж мой хороший! Ты ж мой дорогой!
Ты как себя чувствуешь? Тебе
там ничего лишнего не отрезали?
СМЕХ
-Какая неожиданность,
Эльвира Рафаэлевна.
Эльвира Рафаэлевна,
пожалуйста,
давайте вы остановитесь
и мы поговорим.
Я согласен, я поступил как
полная свинья, я виноват,
я готов извиниться.
-Мне не нужны твои извинения.
-Неужели ты не понимаешь, что я
ревновал тебя как последний дурак!
Я ни о чем думать не мог, зная,
что у вас с Ваней что-то происходит.
Я виноват. Я хочу все исправить.
Дай мне если не шанс, то хотя бы
возможность все
объяснить. Пожалуйста.
-Объясни.
-Я сам не свой был. На меня какое-то
помутнее нашло. Ты сейчас абсолютно
чужой человек. Не моя!
Еще хуже, у тебя роман с моим лучшим
другом! Что я должен был чувствовать?
Тут любой голову потеряет.
Ну что, мир?
-Я сама во всем виновата.
У меня нет к тебе претензий.
Только давай на этом
закончим наше общение.
-Как скажешь. Знаешь, Эль, я буду
рад, если у вас с Ваней все сложится.
Чтобы ты обо мне ни думала,
Иван для меня родной человек.
Ты женщина, которая мне
очень и очень нравилась.
Ну, разве я могу быть против
вашего счастья? Я только за.
-Так на тебя непохоже.
-Что поделаешь. Зато искренне.
-Я не думаю, что мы что-то можем
исправить. Все равно - спасибо.
-Тебе спасибо, что выслушала.
Да, Эль, с Ваней нехорошо поступили,
это не моя инициатива, поверь.
Я договорился, его примут
обратно, пока как хирурга.
-Почему ты мне об этом говоришь?
-Ну, вдруг увидитесь, пожалуйста,
передай, я думаю, он будет рад.
-А я поняла!
-Ты о чем?
-Ты этот спектакль с извинениями
затеял для того, чтобы я Хлебникову
передала твое предложение.
-Ты ошибаешься.
-Да тебе плевать и на него,
и на меня. Какой же ты...
-Еще раз говорю, ты ошибаешься!
-Невероятно.
-А ты сама из другого теста? Ты
давно такой святой стала, скажи мне!
-Руки убери.
-Вот в чем плюс красивых баб,
всегда защитники найдутся. Как
тебя? Антонов, кажется. Пошел вон!
Не видишь, мы разговариваем.
-Хамить не надо. Как там тебя?
Заславский? Тем более женщине.
-Ты меня учить будешь?
-Если надо, буду.
-Не надо, Алексей Викторович.
Не надо учить, пожалуйста. Пойдемте.
Я подумаю над вашим предложением,
Сергей Анатольевич, всего доброго.
До свидания.
ПОКАШЛИВАЕТ
-Может?..
-Спасибо, я водку не пью.
СМЕХ
От стакана воды не откажусь.
-Легко.
Прошу.
-Спасибо.
Спасибо. Провожать меня не надо, ты
можешь идти домой. Я справлюсь, Леш.
-Справишься с чем?
Ну и как я тебя
здесь оставлю такую?
-Какую?
-Обиженную!
СМЕХ
-Прекрати. Я сама обижу кого хочешь.
Мало не покажется.
-Ты? Да ладно. Эль, я тебя знаю
сто лет. Ты принцесса Драже.
СМЕХ
-Ты ничего обо мне не знаешь.
-Ну, только не надо на себя
наговаривать. Ты очень светлый
и хороший человек. А то, что вокруг
тебя крутятся всякие подонки,
это ничего не значит.
Во-первых, не они одни,
есть довольно приличные люди.
-Кто, например?
-Хлебников. Я. А вместе мы вообще
любому за тебя и шею намылим,
и руки-ноги переломаем.
А во-вторых, никакая
грязь к тебе не пристанет.
Можешь в этом не сомневаться.
-Ты ничего... ты ничего обо мне
не знаешь.
И не дай бог тебе узнать,
какая я на самом деле.
Я же жаба, Леша, жаба
в человеческой коже.
Мы никогда с тобой
не поцелуемся.
Мне пора. Прости.
Спасибо тебе за всё.
СТУК В ДВЕРЬ
-Ну, заходи уже.
Чего в дверях маячить.
Что хотел?
-Заславский.
-Что Заславский?
-Все, что происходит в больнице,
дело рук Заславского?
-А по какой причине интересуемся?
-Не нравится, когда людей обижают.
-И только? Мне в жизни много чего
не нравится. Но я на рожон не лезу.
Это Хлебникова обижают?
СМЕХ
-Кто его обидит,
трех дней не проживет.
Хотя тебе я желаю
всяческого здоровья.
-И на том спасибо. Тогда кто?
Алабина?
-Какие у них счеты?
-Какие между ними могут быть счеты?
Я тебя умоляю. Между своими?
-Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
-Завидую я тебе. Все у тебя просто:
люди хорошие, женщины красивые
и умные. Не жизнь, а сказка.
-Гадость хочешь сказать? Не советую.
-Успокойся, Леша. Эльвира
Рафаэлевна таких, как ты,
на завтрак пачками ест.
Уж на что моя Лариса бой-баба,
но по сравнению с Алабиной...
Не забивай голову, тебе
людей лечить, студентов учить,
зачем тебе лишняя информация?
Иди работать. Пациент себя сам
не вылечит. Хотя очень бы хотелось.
ВЗДОХ
-Инга!
Прости меня, дурака.
-Ладно, прощаю.
-Ты даже не спросила, за что.
-Мне лучше не знать, а то если узнаю,
то сразу передумаю.
-Нет, не передумаешь.
-Ладно, тогда рассказывай.
-В общем... я был не прав,
что был против... твоей заботы.
Пожалуйста, если ты не против,
то я тоже не против,
чтобы ты за мной приглядывала.
Честно, но ты же знаешь,
я очень вспыльчивый, импульсивный
и очень, очень нервный человек.
За мной нужен глаз да глаз.
Ну что, все по-прежнему?
-Хорошо.
-Хорошо?
-Да.
-О! Я совсем забыл,
есть еще очень важный пункт.
-Какой пункт?
-Очень и очень важный.
-Ну говори!
-Во что бы то ни стало, куда бы нас
с тобой ни завели отношения,
обещай мне, в туалет
я буду ходить один.
-Дурак!
-Я согласен. Но зато чертовски
обаятельный.
Пойдем.
ВЗДОХ
-Кажется, мы идем
по одному адресу.
-И к одному человеку.
-Кто из нас пойдет дальше,
а кто останется?
-Я не знаю.
-По правилам плохой мелодрамы
надо бы вцепиться друг другу
в волосы. У меня есть идея получше.
-Какая?
-Мария, давай начистоту.
Нам нравится один и тот же человек.
Поделить его между
нами невозможно,
но конфликтовать,
я считаю, глупо.
-Ваня мой муж, и у меня от него сын.
-Бывший муж. Маленькая поправка.
-Хорошо. А у тебя что,
прав на него больше?
-Несколько дней назад Иван сделал
мне предложение жить вместе.
-А потом узнал, что вы за его
спиной сговорились с Заславским.
-Так, ладно. О чем мы спорим?
Он что бычок, которого
куда потянешь, туда и пойдет?
Давай честно признаемся: и у тебя,
и у меня шансы на него так себе.
Что с ним будет дальше - вот главное.
-Уезжать ему надо, плохо ему здесь.
Его в Москву зовут.
И Кирилла потом заберем.
-Кирилла заберем?
-Да. А какие здесь у него
перспективы? У меня какие? У Вани?
Что ему здесь делать? Спиваться?
-Не сдаваться.
Он лучший хирург города.
И был лучшим главврачом,
чтобы там ни говорили.
Это вопрос времени, когда его
вернут обратно. Понимаешь?
-Понимаю. Очень хорошо понимаю.
А потом подставят и снова уволят.
-Ты просто очень хочешь уехать
в Москву.
-Да. А что здесь плохого? Я хочу в
Москву, хочу подальше от вас от всех.
А главное, я переживаю за Ваню, он
ведь до сих пор на войне, постоянно
воюет с кем-то. Убьет его все это,
вы же его и убьете.
-Знаешь, в чем твоя проблема?
-Ну-ка, давайте послушаем.
-Ты так и не поняла о Хлебникове
главное. Он боец. Ему нужно победить,
его победа близка. Сергеев,
Заславский - ничто без его рук,
таланта, порядочности. Они уже сейчас
засуетились, поняли, что потеряли.
Он не может просто так сдаться.
-Бесполезно.
-Что бесполезно?
-Наши с вами разговоры бесполезны.
Ваня всегда сам решает, что ему
делать. Вот что нам делать,
кто нас рассудит?
-По-моему, это очевидно. Он.
Серия 38
ПО РАЦИИ: -Пятая бригада!
Угол Строителей и Ленинградской.
Человек провалился в люк.
Видимых травм нет.
-Принято. Выезжаем.
-Здравия желаю, товарищ полковник!
-Игорь, задержись.
Почему я сейчас узнаю,
что у тебя медкомиссия не пройдена?
-Так я в прошлом году проходил,
Андрей Иванович. Еще года не прошло.
-Я на общем собрании всем доступно
объяснил,
что это для страховой,
все заново проходят.
-Ну, думал, прошлогодняя подойдет.
Нет сейчас времени новую делать.
-Пятая бригада!
-Выезжаем.
-Ладно, езжайте.
До 5-го числа чтобы прошел.
Мне отчет писать. Ясно?
-Так точно, товарищ полковник.
Обязательно сделаю.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Присаживайтесь.
Я рад, что вы так быстро приняли
правильное решение.
Приказ могу подписать сегодня же.
-А я еще не приняла окончательного
решения, Владлен Эдуардович.
Для этого мне нужно знать условия,
которые вы для меня подготовили.
-Вы ценный специалист,
Алла Игнатьевна,
и я как главврач готов предложить вам
самые лучшие условия.
-Влад, слушай, я тут...
-Лариса Владимировна,
в кабинет главного врача
нельзя заходить без приглашения.
СМЕЕТСЯ
-Первая ЦКБ, приемная, слушаю.
Да.
Примем, конечно. Ждем.
Это МЧС. Кто-то в люк свалился
и сильно ногу повредил.
Говорят, сами привезут,
а то скорую не дождаться ведь.
-Понятно.
ВЗДЫХАЕТ
-Я так к нему привыкла.
-Да...
Не говори!
С ним как-то здесь все осмысленнее
стало, что ли.
-Да уж...
Хорошие люди на больших должностях
не задерживаются.
Обязательно какие-нибудь гадюки
выживут вроде этой Сергеевой.
-Так не Лариса же кресло Хлебникова
заняла, а ее муж.
-А то ты не знаешь, кто у них
в семье заправляет.
Лариса - она и шея, и голова, и усы,
и лапы.
-И когти с клыками.
Но это было у них раньше, а сейчас
что-то там поменялось, вот прям чую.
Она сейчас от него вышла
сама не своя.
Мне кажется, она плакала.
-Ой! Да она не умеет.
-Да ладно тебе, Алиса.
Ты же не знаешь, что там у них и как.
И вообще, как ни крути,
она очень хороший врач.
Может быть, лучший диагност
на всю больницу.
-В отличие от ее мужа, который забыл,
как пациенты выглядят.
Держи сестринское расписание
на следующую неделю.
-Я что, в приемном одна, что ли,
работаю?!
В красной хоть надбавки, а мы за
какую радость тут убиваемся?
-Не волнуйся, сняли с них все
надбавки.
-А я слышала, наоборот, повысили.
-На бумаге, чтобы в центре
отчитаться:
мы, мол, повысили надбавки.
-И что, они за прежнюю ставку
работают?
-Если не меньшую.
-Вот жук, а! И общежития лишил,
и деньги забрал. Вот бедные.
О!
-Вот тебе здрасте!
Я думала, что они привезут,
а не их привезут.
А они сами себя везут.
-Так, давайте его в смотровую.
Вижу, что больно. Потерпите,
пожалуйста, скоро все будет хорошо.
Хронические заболевания есть?
-У нас в МЧС нельзя.
В конце прошлого года был медосмотр.
Здоров как бык был.
-Ясно. Алиса, его на рентген.
Биохимию, клинический и ЭКГ.
Судя по неестественному провисанию
стопы,
надо готовиться к операции.
-А УЗИ вен?
-Зачем?
-Ну а вдруг тромбы?
-Он врач-спасатель.
-Это у себя на работе
вы врач-спасатель,
а у нас - просто пациент.
Договорились?
Алиса, на рентген, это главное.
И Антонова позови сюда.
-Владлен Эдуардович?
-Заходи, Леш.
-Звал?
-Звал.
-О-о...
А что Щукина не попросил помочь?
-Такие вещи надо самому,
просто руками, чтобы не потерять
связь с землей.
-Ну да, ну да...
-Хочешь?
-Нет, спасибо.
-Зря отказываешься. Хороший
колумбийский, вчера только привезли.
Лучше даже в ближайших кафе
не найдешь.
-Да что-то не хочется.
-Ну, как знаешь.
Я тебя чего позвал-то.
К нам на следующей неделе человечек
поступит -
хозяин автосалона на Сормовском.
-Это который "немцев" продает?
-Ага.
-М-м... Крутой человечек.
-О чем и речь.
У него паховая грыжа.
Оперируешь ты.
Надо обслужить по высшему разряду.
После операции с ним повнимательнее.
За деньгами дело не постоит,
сам понимаешь.
-Понимаю, понимаю.
ШУМ РАБОТАЮЩЕЙ КОФЕМОЛКИ
Только это без меня.
-В смысле?
-В прямом.
Все свои махинации теперь без меня.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Извини.
В приемную вызывают.
Да, Антонов.
Три минуты - и я у вас.
Срочный вызов.
-Вот тварь неблагодарная!
-У вас закрытый оскольчатый перелом
правой большеберцовой кости,
средней трети.
И правой малоберцовой кости,
верхней трети.
-Нужно оперировать прямо сейчас.
-Давайте сначала сделаем УЗИ вен.
ВЗДЫХАЕТ
-Тебе не показалось.
Он уже второй раз требует.
-Еще через пару часов
отек будет такой,
что операцию придется отложить
минимум на неделю.
-Нет, я тогда отказываюсь
от операции.
Сначала сделайте УЗИ вен.
-У вас нет риска тромбов.
Вам нужно делать операцию,
а не тратить время на УЗИ.
-Через 12 часов после операции
мы начнем антикоагулянтную терапию.
-Нет. Сначала УЗИ вен.
-А черепно-мозговую точно исключили?
-Вы его не переубедите.
По личному опыту говорю.
-Ну, действительно, кто я такой,
чтобы мешать кандидату медицинских
наук себя калечить, да?
-Ну, а здесь тогда Огарков и...
И Лебедева.
-Не получится.
Лебедева сегодня слегла.
Запахи пропали,
температура не сбивается.
-Нужно будет ей позвонить
и узнать, чем лечится.
Так, что у нас тогда получается?
Что, больше некому?
-Некому. Все и так уже на двойных.
-Вик, посмотри сама повнимательнее,
между кем можно разделить смену,
но только так, чтобы у людей
получились не двойные смены подряд,
а хотя бы полуторные.
Хорошо?
-Хорошо.
-Спасибо.
СТУК В ДВЕРЬ
Да, войдите.
-Здравствуйте.
-Здравствуй, Костя.
-Здравствуйте,
Елизавета Владимировна.
-Так вроде здоровались уже сегодня.
-Тут все в один день слилось.
Уже и не вспомнишь, когда
здоровались - вчера или сегодня.
-По собственному желанию.
-Вы же знаете, мы за вами хоть
на край света.
У меня дома муж-диабетик,
мама пожилая.
У Кости бабушка.
Мы за них отвечаем.
А Сергеев общежитие забрал,
надбавки забрал.
-Ну, да, я понимаю.
Вы не обязаны.
-А санитаров и так до уборщиков
разжаловали.
Ставку дали нищенскую.
Это же никому не нужная профессия.
Да я бы обычной уборщицей больше
зарабатывала.
Так помогать хотелось.
-Вы никакая не уборщица.
Вы медик с большой буквы.
А без санитаров больницы
просто не существуют.
Вот Костя, например, он будущий врач.
Где ему еще опыта набираться?
И я в свое время работала санитаркой,
когда училась.
Обвинить вас в том, что вы пытаетесь
защитить себя и своих близких,
пытаетесь добиться хоть какого-то
уважения...
-Уже почти все освободили.
Здесь будет регистратура,
тут поставим диван,
и получится комфортабельный холл
для ожидания.
-Где и как диван поставить -
дело твое.
Я сюда больше ни рубля не вложу.
-Но у меня нет средств,
чтобы подготовить корпус к открытию.
Надо бы дезинфекцию провести.
-А ты уверял меня,
что ты лучший человек для этого
места. Вот давай, докажи.
-Я же сумел решить проблему
с Хлебниковым,
а такие умения немало стоят.
-Не беспокойся, в обиде не будешь.
Вот.
Это больше, чем зарплата главврача.
-Думаю, что процент от прибыли
будет честнее.
-Ты выше головы-то не прыгай -
переломаешься.
-Смотрите сами, бывают же месяцы
совсем неудачные.
Летом, например, доходы всегда
падают.
Вот, сами посмотрите.
Это отчет больницы за 2019 год.
Летом обычно люди отдыхают.
Плановые операции не проводятся,
и отделения пустуют.
-И что?
-Зачем тогда в эти месяцы мне платить
столько же, сколько в остальные?
-Какой процент ты хочешь?
-Вот мои предложения.
-Договорились.
-Понятно?
-Угу.
Здрасте, Лариса Владимировна.
-Тебя главврач вызывает.
-Меня?
-Угу.
-Ларочка, душа моя.
-Да.
-Я не думаю, что нам нужно это
делать.
-Значит, мы с тобой поговорим.
А я сама решаю, с кем мне общаться.
И мне плевать на его игры
в хозяина жизни.
-А вот мне не плевать.
Ну зачем попусту рисковать
и лезть на рожон?
Ну ведь ты же умная девочка.
Ты сама все прекрасно понимаешь.
-Не понимаю, Марат.
Объясни.
-Объясняю.
Вся прелесть наших отношений
была в том,
что мы не были друг другу
ничем обязаны.
Я сейчас не хочу брать на себя
никаких обязательств
и уж тем более рисковать своим
положением.
-Да...
Какая ирония, Плющев.
Ортопед без позвоночника.
-А у нас некому работать, понимаете?
Некому!
Из-за того, что вы лишили людей
общежития и надбавок,
вот, полюбуйтесь.
За последние несколько дней уволилось
больше людей, чем за всю пандемию.
-Секундочку. Надбавки я повысил.
-Но убрали премиальные
и стимулирующие,
а они составляют большую часть
зарплаты.
И народ получает меньше,
чем до ковида.
-Сейчас не у всех работа есть.
-А они не все.
Они спасают жизни людей,
пока некоторые маску не могут надеть!
-У нас, врачей, такая работа.
И это не подвиг.
Значит, с надбавками они готовы быть
героями,
а теперь сразу сбежали?
И не рассказывайте мне,
что они святые. Хватит!
-Нам нужно больше СИЗОв, больше мест
в отделении, больше ИВЛ.
А главное - нам нужно больше людей.
Вы поймите, это просто катастрофа!
-Ну, опытный врач,
а разводите такую панику.
Руководство считает, что это просто
сезонный скачок. Статистика.
-Да ваша статистика - это гадание
на кофейной гуще!
А я вам здесь из первых уст говорю:
у нас нет мест в отделении,
у нас нет сотрудников!
А, подождите, вы в новостные ленты
хотите попасть, да?
-Я сказал: общежития не будет!
-Ну тогда достаньте нам вакцину.
Лично я готова вакцинироваться
добровольно в группе тестирования.
-Вы уверены, что хотите так
рисковать?
-Я уверена, что у меня нет выбора.
Пандемии не видно ни конца ни края.
Между прочим, ваша голова находится
здесь тоже на кону.
СТУК В ДВЕРЬ
-Так, кто там еще?!
-Владлен Эдуардович, мне сказали,
вы меня вызывали.
-Я? Тебя?!
Ты вообще кто?
-Нет, спасибо, я и так знаю,
что там написано.
-Откуда? Ведь анализы только что
доставили.
-А у меня за годы работы выработались
экстрасенсорные способности.
Что УЗИ?
-УЗИ - чисто.
-Общие анализы у нас как?
-Эритроциты с тромбоцитами повышены.
-Надо же!
Какая неожиданность.
И о чем нам это говорит?
-Ну, причин может быть много -
от воспалительных процессов до...
-А если сюда добавить такой симптом:
пациент, сам будучи врачом,
сначала требует провести УЗИ,
а возможно, и антикоагулянтную
терапию,
а уже потом делать операцию.
-Но это же минимум двое суток.
Отек.
-Протромбиновый индекс какой -
150, 160?
-160.
Так, погодите.
У вас что, тромбофилия?
-Посттромботическая болезнь.
В прошлом году был острый тромбоз.
Я взял больничный, затем отпуск
и все пролечил.
-Зачем вы это скрываете?
Это может стоить вам жизни.
-А потому что, Кирилл, не может быть
такой болезни у работника МЧС. Да?
-Вы собирались это скрыть?
-Да нет, я вам все хотел рассказать.
Я же не мог при напарнике.
Поэтому пришлось подделать документы
на прошлой медкомиссии.
Если обнаружат, то все.
Я вас очень прошу, можно это не
указывать в истории болезни?
-Уважаемый, а если у вас тромб
оторвется на дежурстве,
когда вы отвечаете
за жизни других людей?
Или за рулем, когда семья в машине?
-Да мне до пенсии три года всего.
Куда я пойду? В травмпункт?
За эти копейки?
Так у меня ипотека от ведомства.
Да я же не дурак, сам все понимаю,
слежу за этим.
Тромболитики, гепарины,
обследования - все делаю.
-Вы врач и прекрасно понимаете,
что я не могу этого сделать.
Отек растет.
Все, больше некогда говорить.
Пора в операционную.
-Ой!
Умираю. А!
Помогите!
-Зинаида Ивановна, опять давит?
Аспирин сегодня давали?
Тогда бегом 0,5 нитроглицерина.
Нервничали сегодня?
-Нет.
Вот лежала...
-Держите.
-Сейчас пройдет. Минут десять.
А пока давайте ляжем поудобнее.
-Спасибо, Лариса Владимировна.
-Это тоже помогает.
-Золотая вы моя.
-Дай мне историю Батьковой.
Ага.
Не понимаю, почему ей стало плохо.
Вроде без перегрузок, без нервов.
Может, по назначению что не так?
-Это мой пациент, и я ей неправильно
назначила терапию?
Может, просветишь меня,
как надо лечить?
-У нее частота сердечных сокращений
за последнюю неделю не записана.
Может, нужно было внести
корректировки в дозировку?
-Не может быть, чтобы я не...
-Вы напарник Игоря Калачева?
-Да. Николай. Здрасте.
-А кто-то из родственников приехал?
-Игорь просил не говорить.
Жене сказал, что нас на срочные
учения вызвали.
Как он?
-Операция прошла успешно,
он отходит после наркоза.
-Можно подробнее?
-Я не имею права ничего вам сообщать.
Только близким родственникам.
-Напарники ближе, чем братья.
Мы вместе такое видели!
-Увы, по закону я не имею права.
-Я знаю, что у него был тромбоз.
Мне Диана, его жена, сказала.
Просила следить за ним.
-Ну, мы проведем всю положенную
профилактику для того,
чтобы предотвратить тромбоз.
-Хорошо.
Я знаю, вы клялись не навредить.
Диана болеет много лет.
Сын у них почти взрослый,
а дочка совсем малая.
Ну, Игорь их один тянет.
Если узнают, что он подделал
медосмотр, - это увольнение.
Доктор, не навредите, молю вас.
-Она проворонила, что надо повысить
дозу метопролола.
-А если бы инфарктом закончилось?
-Мы же тоже не роботы.
Можем ошибиться.
-Если каждый раз так ошибаться,
у нас морга не хватит.
-Дело нешуточное.
Надо Сергееву докладывать, что ли,
на родную жену.
-Это, конечно, серьезная медицинская
ошибка, но вроде как с дурачества.
-Мне кажется, порвет он твою
докладную, и все.
-Ага. Или меня уволит,
если я ему не скажу.
-Надо писать.
Тут без вариантов.
ВЗДЫХАЕТ
-Историю болезни заполняешь?
-Да, как вы попросили.
-Кирилл!
Будь другом, принеси человеческий
кофе.
А я пока истории заполню.
-Хм...
-Да, я сейчас сам и кофе, и истории.
-Старательный парень, да?
-Угу.
Теперь придется стараться,
без папки-то.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Черт! Денег-то я ему забыл дать.
Кирилл!
Ты с ума сошел?!
-Я не понимаю.
-Пойдем-ка.
-Три выговора - это увольнение,
Лариса.
Ты лучше меня знаешь, что на три
выговора каждому накопать можно.
Все делают ошибки в историях
и выписках.
Так что могу уволить тебя одним днем.
-Увольняй.
Я довела человека до приступа,
и это не опечатка.
Но это не повод для твоих больных
игр.
Я навредила, понимаешь?
-Ну, пока никто не умер.
Но эти бумаги я сохраню.
А тебе советую очень вежливо
со мной разговаривать.
И насчет Плющева я не шутил, ясно?
У меня глаза и уши везде.
Так что пора перестать думать,
что умнее меня.
-Мне надо идти к больным.
-В общем, его уволят,
заберут квартиру, может быть,
и запретят практиковать.
-И поэтому ты решил убрать информацию
о том, что он знал о своем
диагнозе раньше, да?
Больше никогда, слышишь меня,
никогда так не делай.
Тем более под боком у Плющева.
Если тебя спросят - ты не заполнял
историю Колычева, ясно?
-А кто тогда?
-Да кто-кто? Я.
-Ну, как вы себя чувствуете?
-Бывало и хуже,
но бывало и лучше.
-Прооперировали чисто,
через несколько часов начнем
анти-коагулянты
и регулярное УЗИ.
Восстановление должно
пройти без сюрпризов.
-Спасибо вам, доктор.
Но я сейчас не о здоровье беспокоюсь.
-А вот это вы зря.
Сейчас ваша главная работа -
это восстанавливаться.
-Спасибо вам большое,
Алесей Викторович,
даже не знаю, как вас благодарить.
-Но вы уже говорили
спасибо за операцию.
-Не за операцию, я за кое-что другое.
-Я не понимаю, о чем вы говорите.
Вам надо отдохнуть.
-Спасибо вам.
-Добрый вечер.
Привет, мне - как обычно, и ему тоже.
А из еды - кусок мяса
какой-нибудь хороший и салат.
Кого-то ждешь?
-Угу, жду еду.
-Святое дело.
Спасибо.
-Спасибо.
-То, что ты сегодня сделал...
-Я знаю, что так нельзя.
-Так можно и нужно. Просто ты пока
еще слишком мало знаешь,
чтобы брать на себя
такую ответственность.
В следующий раз сначала
приходи ко мне, ладно?
-Ладно.
-Это у тебя от отца.
-Что?
-Не можешь остаться в стороне.
Знаешь, я только сейчас понимаю,
чем он был для всех нас,
что он успел сделать за такой
короткий срок с нашей больницей.
-Да. А я вел с ним себя,
как дурак. Все эти детские обиды.
-Ну, тебя он простит -
он же твой отец.
И очень хороший человек.
Но главное - гениальный хирург.
-Да.
-Я серьезно,
я такого никогда не видел.
Он уникальный.
Может, даже один такой -
многопрофильный, с невероятной
интуицией, с чувством долга.
А этих эффективных менеджеров полно.
Жизнь человека зависит не от них.
-Слава богу.
-Особенно важно - твой отец
готов брать ответственность.
И не только за себя.
-Меня раньше это убивало,
мне казалось, что людей, которых он
окружает, он любит больше, чем меня.
Ну, он постоянно все время проводил
в больнице, его не было дома.
А потом он вообще
просто взял и уехал.
-Да, такой выбор
сложно понять ребенку.
-Вот и еда.
Спасибо.
-С собой?
-Иду ужинать с отцом.
-Передай ему, пожалуйста,
что он обязан оперировать.
Талант требует практики.
-Обязательно передам. Спасибо.
-Лариса Владимировна!
-Что-то срочное? Меня сестра ждет.
-Нет, просто хотел спросить,
все хорошо?
-А должно быть плохо?
-Нет, нет, конечно.
Просто, если что-то надо вдруг,
я всегда рядом.
-Жуков, ты вроде бы женат?
-Я неправильно выразился, наверное.
-Шучу, у меня все отлично.
-Хорошо.
-Но все равно, Олег, спасибо.
-Береги себя.
-И ты.
-В общем, Волкова включила
маленького диктатора, и теперь
у нас даже врачи
по стойке смирно стоят.
-За генералиссимуса
Лидию Анатольевну!
-Ура!
-Ура!
-Больница без тебя не та.
Ты людям надежду дал,
у них глаза загорелись.
Вот, кстати, если не ты,
я бы в этом году медицину бросил, да.
Потом бы жалел всю жизнь.
Потому что это -
лучшая профессия в мире.
-Это правда, только она похоронена
под горой бюрократии и взятничества.
-Антонов, кстати, просил передать,
чтобы ты во что бы то ни стало
продолжал оперировать,
потому что от своей профессии
и от своего призвания
отворачиваться нельзя.
-Нельзя, сынок, давай за это.
-За тебя, пап.
-Думаю, если Хлебников согласится,
ему там дадут квартиру,
мы сможем жить нормально.
Я посмотрела цены в Москве,
и это просто кошмар.
-Маш, он только начал отходить
от войны, и тут жизнь у него
снова рухнула. Какая квартира?
Я тебе о другом, понимаешь?
Ему сейчас нужен рядом
верный человек, понимаешь?
Любящий. А ты о ценах.
-С каких это пор ты у нас
такая сентиментальная?
Ты сама-то замуж по любви вышла?
Сильно заботишься о своем Сергееве?
-Но ты его любила.
-Любила.
-У вас общий сын,
в котором буквально все от отца.
-Сестра, признайся уже,
что просто не можешь смириться с тем,
что Хлебников не твой.
-О чем это ты?
-А ты что, думаешь, я слепая?
Я знаю, что ты его любила.
По всей видимости, до сих пор неровно
дышишь, если о нем думаешь больше,
чем о родной сестре.
Да успокойся уже, ну.
Дела давно минувших дней.
Что ни делается - все к лучшему
в конце концов.
Ты же сама говорила,
что провинциальная больница -
это не уровень для Хлебникова.
-Да?
-Да. А что? Москва - это выход.
Когда зовут в Москву - это счастье,
а он упирается.
Я даже рада,
что его сейчас вынудят принять
это предложение.
-Машенька...
-Но ты сама все время говорила -
уезжайте, уезжайте. Вот мы и уедем.
И прекрасно же.
Лар, и у меня стало
складываться в Москве после съемок,
я тебе не говорила?
Ну, предложили
перейти в столичный театр,
сделали выгодное предложение.
И у них один главный режиссер...
СМЕЕТСЯ
-Прости, прости.
До меня просто наконец дошло.
-Что?
-Ты крутая, сестренка, всех умыла.
Я-то, наивная, думала,
что расчетливая стерва - это я.
-Товарищ генерал,
извините за поздний звонок.
-Ничего, Вань, главное,
чтобы новость хорошая была.
Хорошая же?
-Ну, я пока точно не могу сказать,
но в пятницу у меня билет на Москву.
-Ну, для меня это
прекрасная новость.
Пришли номер поезда -
отправлю за тобой машину.
-Хорошо. Амалии Сергеевне привет.
Серия 39
-Все, Дениска, все
на твоей доброте ездят.
-Да всё нормально, бабуль.
-Да что нормально?
Тебе за прошлую вахту не заплатили -
и нормально.
Ой, да вообще, зачем ты с ними
связался?
От таких бежать надо сломя голову.
-Бабуль...
-И вообще, ты все делаешь по доброте,
по уму, по совести, и в итоге ты сам
с голым задом. Ну что ты молчишь?
-Ай!
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Папа, ты как здесь?
ВЗРЫВЫ
А я в Сирии контузию получил.
Ты видел, наверное, по телеку?
ВЗРЫВЫ
Я сейчас в нашей РЦКБ главврачом,
плакаты мои на улице висят.
Меня, правда, недавно уволили.
Главное, ты вернулся.
Давно хотел тебя увидеть.
Извини, расклеился.
-Давно травму получили?
-Два часа назад.
-Два часа до больницы добирались?
-Я...
-Да что такое.
-Вначале бабушке помог картошку
с рынка донести.
-С вывихнутым плечом?
-У меня же не два вывихнуто.
-Ну да, действительно.
-Я потом в Девятку поехал,
там хирург знакомый.
-Что ж он вас не принял?
-В отпуске. Вот я к вам.
-В отпуске. Сейчас никого в отпуск не
отпускают, все пашут, пашут, пашут.
Направление в сто первый на рентген.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Здравствуйте, Видим Андреевич. Ну
что? Спрятались вы от нас от всех.
-Здравствуйте, Олег Павлович,
присаживайтесь.
-Благодарю.
-От вас спрячешься.
Вот, работаю круглые сутки.
-Что там? Танки гоняете?
-Угу, с Роспотребом. Опять закрыть
все к чертям хотят.
Предприниматели скоро
войной на меня пойдут.
-Вот поэтому мы и ждем вас. Такие
проблемы нужно решать лично.
-Ну здесь, как видите,
я во власти врачей.
-У вас тут не Куршавель,
но и не Освенцим.
-Ну и я здесь не один. Зданию 40 лет.
Косметический ремонт провели, да.
-А на капитальный ремонт
деньги еще появятся не скоро.
Так что держимся. Держимся, дорогой
Вадим Андреевич. Держимся!
-Олег Павлович, у Горздрава есть
оптимальный вариант решения
этой проблемы. Проработанный, кстати,
на всех уровнях, кроме вашего.
-Ну хорошо. Я на неделе выберу время
и пообщаюсь с...
-С Заславским. Только время выбирать
не надо, он здесь, в больнице.
-Ловко, Вадим Андреевич.
-Где твоя жена? Дозвониться не могу.
-А у тебя с ней что, свидание?
-В больнице замгубернатора,
только он может
решить вопрос с Центром.
-И при чем тут Лариса?
-Лариса училась с ним в школе,
она его хорошо знает.
-А почему я не в курсе?
-Вот и спроси у нее, когда будешь
ко мне отправлять. Я в терапии.
ЛАРИСА:
-Владле-ен!
О! Владленчик, заходи, родной.
Что ты там? Заходи, милый.
-Хватит. Ты настолько пьяна,
чтоб орать.
-Ой!
Упс!
Я настолько пьяна, чтоб орать
и кусаться, милый.
-В больнице замгубернатора.
-Как интересно.
-Ты вроде должна была с ним
поговорить.
-О чем?
-О будущем центре.
-Дзынь!
Вот так вот!
-Ты бесишься из-за вчерашнего?
-О нет. Из-за измен.
На этом поле тебе меня не обыграть.
-Что это значит?
-Пять один в мою пользу.
-Да хоть десять ноль, мне плевать.
В больнице начальство, и надо срочно
решать вопрос с центром.
-Подожди, тебе плевать?
Ты что, мне не веришь?
-Мне плевать.
-Пять измен, и тебе плевать?
Значит, я могла не скрывать.
-Сама напросилась.
-Хорошо.
Хорошо. Я пойду к мэру, к заместителю
губернатора, к Заславскому,
к кому угодно пойду.
Только то, что я им скажу, тебе
вряд ли понравится, мой дорогой.
-Сядь.
-А то что?
Ты снова меня ударишь?
Господи...
И это ничтожество -
вместо Хлебникова!
СМЕХ
-Жуков, я у старого кабинета. Пришли
медсестру, кто сейчас там с тобой.
ЛАРИСА: -Выпустите меня,
меня все задолбало!
-Уйди отсюда!
Давай быстрее!
-Понял. Закончим - отправлю.
Чего стоим-то? Я попросил в коридоре
подождать. Справку вам вынесут.
-Я спросить хотел.
Мне сегодня на вахту.
-Кем работаете?
-Водителем.
-Так, покой две недели для руки,
иначе будет приличный вывих.
Это понятно?
-Но у меня сегодня выезд.
А пока до вас доеду,
как раз неделя пройдет.
-Не понятно, да?
-Понятно. Все понятно.
-Он все равно поедет.
-Да пусть делает что хочет!
Главное, к нам без претензий. Мы все
сделали, даже хирургов не вызвали.
Я вообще люблю, когда просто,
понятно и своими силами.
Мариша, золотце, выдай ему справку
и бегом на второй этаж, к Сергееву.
-А там чего?
-Не знаю.
Может, свататься будет. У него ж
с Ларисой там, того маленько, трения.
-Уж нет уж!
Мне такие поклонники не нужны!
-Вот ты так ему и скажи. Мне, мол,
кроме Алексея Сергеевича,
никто не нужен.
-О-хо-хо-хо!
Он - там лежит! Ну, этот, с плечом.
Без сознания!
-Что ж такое-то! А?
СТУК В ДВЕРЬ
ЗВОН СТЕКЛА
-Открывай быстро.
-Что, поругались?
-Тешимся.
-А кто там еще? Кто там еще?
-Она что - того?
-Решила, что я ей изменил.
-Нашел время, кобелина.
ЗВОН СТЕКЛА
Ты, это, не выпускай.
Если зам узнает и увидит,
нам тогда точно...
-Выпусти меня! Выпусти меня отсюда!
-Делай что хочешь, но чтоб она тут
не орала.
СТУК ПО ДВЕРИ
-Владлен Эдуардович!
-Где бродим?
-У нас там такое в приемном!
-Идите быстро к старшей медсестре,
возьмете ампулу феназепама и назад.
-А у вас что? Бойня в кабинете?
ЗА ДВЕРЬЮ: Владлик!
-Быстро!
СТУК ПО ДВЕРИ
-Не туда!
-Пришел на своих двоих, зрачки
нормальные,
на голове вообще никаких следов.
-А с чего же он в коме, если он
не ударялся?
Значит, у тебя упал, пока ты ему
плечо делал.
Откуда еще такая блямба могла
возникнуть?
-Да не знаю я.
-Не знаю...
На.
Нана Вахтанговна, Плющев это.
Направляем вам больного в коме.
Острая субдуральная.
У, вкусный чай. Конфетки не будет?
-Только аскорбинка.
-Марин, разве это семья?
В нормальной семье все друг за друга
стеной, а тут днем с огнем
банальной поддержки не сыщешь.
Да поставь ты.
Подойди ко мне.
Знаешь, как до крика порой хочется
простой женской ласки,
доброты, нежности.
-Ну, я пойду.
-Куда?
-Вниз.
-Погоди. Побудь со мной.
Знаешь, как на душе муторно.
А вниз успеешь.
КАШЕЛЬ
-Марина!
-Да.
-Я надеюсь вы не подумали,
что я к вам что-то...
-Нет, нет.
-Вот и слава богу. Вы-то человек
нормальный,
но есть и такие, совсем без мозгов.
-До свидания.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Люди добрые, это что такое?
-Да вот, пока сестры не побрили,
не увидели.
-Алексей Викторович, и какая тут
острая субдуральная?
-Теперь ясно, что рецидив.
Но вскрывать-то все равно надо.
-Надо. Но надо же знать, что до нас
сделано. Где сделали, кто сделал.
-Но в ЕГАИС нет никаких данных,
только медкомиссии - здоров,
здоров...
Вообще, его могли в другом регионе
прооперировать.
-Распорядитесь, чтобы хотя бы
родственников опросили.
-У него бабушка есть, обещала
приехать, но еще не успела.
-Я с ней созванивался,
она сказала,
что он в течении недели употреблял
диклофенак. Видимо, голова болела.
Может, поэтому и упал.
-Ужас, но давайте, что ли, начнем.
-Нана Вахтанговна, анализы.
-Боже мой! Посмотри, сколько
лейкоцитов.
-Да... Значит, не рецидив.
Инфекцию занесли.
-Скальпель!
-Тампон.
ЗВУК КАРДИОМОНИТОРА
-Пинцет.
Неплохо занесли, да?
Физраствор.
-Какую из ковида можно извлечь
выгоду?
-Прямую. Я так понимаю, средств
на модернизацию Первой ЦКБ
у нас в бюджете нет?
-У нас и бюджета уже практически нет.
-А в федеральном бюджете
предусмотрены средства
на строительство новых больниц
по линии Минобороны.
Слышали, как они за два месяца
построили новый инфекционный корпус
нашим соседям?
-Да, темпы впечатляющие.
-Там и качество не подкачало.
Я туда ездил с рабочим визитом.
-То есть, вы предлагаете нам подать
заявку
на строительство нового
инфекционного корпуса в ЦКБ-1?
-Нет. Я предлагаю за счет
федерального бюджета
построить полностью новую больницу.
-Ха-ха-ха!
Вы знаете, как на нас посмотрят
в Москве?
-А вы знаете, как на вас посмотрят,
если больница будет забита трупами?
-С чего бы это?
-Система вентиляции на износе.
Каждую неделю меняем.
В условиях опасной вирусной инфекции
передающейся
воздушно-капельным путем...
-Черт, черт...
День от часу не легче.
-Во-вторых, Москву будет чем
подмаслить.
-Чем?
-На базе ЦКБ будет открыт
аналог федерального центра
высокоспециализированной медпомощи.
У нас, по численности населения,
такой центр давно должен был быть.
-Так. А на какие шиши он будет
открыт?
-На те же самые, на которые построен
ортопедический корпус при той же ЦКБ.
-То есть вы сейчас лоббируете частную
лавочку.
-Я, Олег Павлович, никого
не лоббирую.
Я предлагаю выход из безвыходной
ситуации. И насчет частной лавочки
я бы не был столь категоричен.
У нас есть предварительные
договоренности с инвесторами.
А лечение ряда категорий
граждан в рамках ОМС...
Для других категорий будут
предоставлены значительные скидки.
Деньги сохранятся в области,
к тому же потянутся больные
из соседних регионов,
где ситуация с высокотехнологичной
помощью тоже напряженная.
-Заманчивое предложение, но я думаю,
решение губернатора будет зависеть не
только от конкретного плана действий,
но и от уровня доверия к инвестору.
Это же Фалин?
-Да. Это Константин Аркадьевич.
-Думаю, я смогу устроить вам встречу
с губернатором в ближайшие пару дней.
Если мы с Константином Аркадьевичем
найдем контакт,
который мы нашли с вами,
думаю, шанс договориться весьма
реален.
-Кирилл Иванович, а что ж это вы
не здороваетесь со старшими?
-Андрей Петрович, здрасте. А вы как
тут?
-Ай-я-яй. Так, так, стоп, ковид
кругом. Я нормально. Ты-то как сам?
Не жалеешь, что ушел из девятки?
-Да, ну как...
-Понимаю, еще один птенец Антонова.
А где он сам-то?
-Сейчас выйдет с операции.
-Угу...
-Как вы?
-Я в отпуске.
-Ну хорошо.
-В бессрочном.
-За что?
-За ошибку.
Только представь, Кирилл, в каком
лицемерии мы живем!
Даже великий Пирогов ошибался.
Он ошибался, но мог хотя бы говорить
об этом.
Он мог передавать опыт ученикам,
пускай даже не самый радужный.
Честно излагать его в мемуарах.
А мы, черви медицины,
по сравнению с великими,
вынуждены, обосравшись,
стоять и молчать. Да?
Потому что у нас нет ошибок.
Мы же безгрешные боги! Вот.
А тот, кто ошибся, того -
ату, ату его!
-Андрей Петрович,
не ту стезю выбрали.
Вам бы по адвокатской
линии, цены бы не было.
-Привет.
Спасибо.
-Так что приключилось-то?
-Что?
Ну, удалял спайки в малом тазу,
задел подвоздушную, не
смог остановить кровотечение.
-Почему?
-Что почему?
Почему задел или
почему не смог остановить?
-И то и другое.
-Ну, потому что я не
господь бог, Леш!
-Я просто слышал, в каком
ты состоянии оперировал.
-Слушай, я за свое состояние отвечу
сам.
Я к тебе не за этим пришел.
-Надеюсь, что ошибаюсь,
зачем ты пришел.
-И зачем же я пришел?
-Из-за парня, которому месяц
назад ты удалял субдуральную
и оставил в его голове салфетку.
-Бинго.
-Все, Андрей, это финиш.
-Леша, но мне правда
больше обратиться не к кому.
Ну, не к этому же барыге Плющеву.
Ну я же не прошу врать.
Ну было мое вмешательство?
Было.
Было послеоперационное нагноение?
Было.
Ну, просто не пишите вы в протокол
об этой салфетке.
Забудьте вы про нее.
Мне эта салфетка как последний гвоздь
в крышку гроба.
Ну что, у тебя не было промахов,
что ли?
-Да были, Андрюха, были.
Будут.
Только я делаю все для того,
чтобы их было как можно меньше.
И салфетку эту можно забыть.
Нельзя, но можно.
Вот только если бы ты сделал
контрольное КТ,
которое должен был сделать,
ты бы эту салфетку не потерял.
И парня до комы бы не довел.
-Хорош, Викторович, хорош, а!
-Насчет помощи, за которой ты
пришел...
Кто тебе пять лет плешь проедал
насчет завязки?
"Кончишь как Сальников, кончишь как
Сальников, кончишь как Сальников..."
Смеялся, да? Талант не пропьешь?
Так вот, Андрюша, завязывай
теперь со своим талантом.
-Послать ты меня мог
и без этих высокопарностей.
-Лена, а ты не знаешь, где у нас
здесь ближайший ремонт обуви?
-Как на Кулешовку идти, Елизавета
Владимировна, он там, сбоку.
-Угу, приятного аппетита.
-Иван Андреевич!
Здравствуйте.
-Здравствуйте, Елизавета
Владимировна.
-Я вам рада.
-Взаимно.
-По лицу это видно.
А вы в курсе, что мы пытаемся
вас вернуть?
-Кто это мы?
-Ну, считайте, вся больница.
Мы и письмо написали в Горздрав,
чтобы отменить приказ о вашем
увольнении.
-Какая глупость.
Какой смысл писать людям,
которые меня же и уволили?
Жаловаться? На кого, на них же самих?
Ничего вы не добьетесь, получите
лишний раз по голове.
Сдается мне, Елизавета Владимировна,
больше всего достанется именно вам.
Извините, мне надо идти.
-Куда?
А, на работу, с которой вас уволили?
-А вы обедали?
Пойдемте пообедаем?
-Пойдемте.
-Хорошо.
В протоколе салфетки не будет.
-Марат Леонидович, я ваш должник.
-Вот и не будем оттягивать ваш долг,
договоримся сразу.
-Хорошо. Говорите, сколько?
-Пять пациентов в месяц.
-Я не понимаю?
-В следующем году здесь будет платный
медицинский центр.
Вы будете поставлять в нашу больницу
пять хирургических больных.
Один год - и мы в расчете.
Кстати, сколько это будет
пациентов в год?
-Ну, это шестьдесят.
-Вот и ладушки.
-Марат Леонидович, спасибо
вам большое.
Скажите, а вам хороший хирург
к пациентам не понадобится?
-Андрей Петрович, хороший хирург
всегда понадобится.
А вот такой, как вы,
к сожалению, нет.
-Иван Андреевич, а вы в курсе,
что быть таким мрачным
просто неприлично?
-А вы знаете, где я сегодня был?
На кладбище.
Двадцать лет, как отца не стало.
-Примите, пожалуйста,
мои соболезнования.
-Он был военный,
но при этом очень добрый человек,
самый добрый.
Его многие считали слабым.
Как раз за эту доброту.
А ведь в мире все как раз наоборот.
Для того, чтобы быть добрым,
нужно быть как раз очень сильным.
-Добрый день.
-Здрасте. Девушка, я, значит,
буду борщ и водочку.
-Борщ надо подождать минут пять,
а водка по пятьдесят. Сколько?
-Борщ я подожду, а водку вы
мне продадите бутылочку.
-А мы бутылок не выдаем.
Графин - сто пятьдесят максимум.
-Хорошо, тогда два графина.
У всех был трудный день.
Я просто хочу выпить и закусить.
Я имею право?
-Имеете.
-Все.
-Если платите, то имеете.
-Пожалуйста.
-Спасибо.
-Иван Андреевич, а вам не кажется,
что вы слишком рано сдаетесь?
-Может быть.
Дело в том, что я...
...я просто не хочу видеть некоторых
людей в этом городе больше.
-А когда вы уезжаете?
-Завтра.
-Зайдете попрощаться?
-Не люблю прощаний.
-Боитесь собственных чувств?
-Лиза!
Здрасте.
-Здрасте, Андрей Петрович.
-Ну, наконец-то единственное
человеческое лицо в этом морге.
Очень рад.
А вы что тут, устраиваете личную
жизнь?
Понимаем.
А вы, кажется, хирург из девятки?
Так?
-В отставке, товарищ полковник.
-Как же вы набрались-то.
-Имею право. Есть повод.
Друзья отмазали от тюрьмы. Все?
-Здорово, когда есть такие друзья.
-Очень здорово, то есть абсолютно.
-Вы бы не позорились,
коллега... в отставке.
-А ты что, меня учить собрался,
солдафон?
-А что ж вы делаете?
Иван Андреевич, я прошу вас.
-Пойдем-ка выйдем.
УДАР
-Иван Андреевич!
Подождите, вот.
Ну что же это вы так?
Он же мастер спорта по боксу.
-Спортивное общество "Динамо",
физкультпривет.
УДАР
-Общество хулиганов с улицы
Севастьянова.
-О!
Эльвира Рафаэлевна!
Здрасте.
А я вот...
-Вы пьяны.
-Я?
Нет!
Я притворяюсь.
Тут все вокруг притворяются.
Ну я решила не отставать.
Вы-то меня понимаете, да?
-Я? С чего это?
-Ну как же?
Вы же притворялись, что любите
Хлебникова.
А сам Заславский вас...
-Слушайте!
-Зачем? Зачем мне кого-то слушать?
Особенно тебя.
Вот Заславский тебя тоже не послушал,
попользовался тобой,
чтобы друга сковырнуть,
а вместо него вот это вот...
...это ничтожество.
Вот эту вот слизь.
Лаврентьев-то хоть знал, что делает.
А этот, он всех продаст.
Всех продаст.
Это самое обидное, всех продаст.
Подлец.
-Подлец ваш муж?
-Да.
Мой муж.
Какая я ж дура, что Хлебникова
упустила.
-Да.
Упустила.
-А при чем здесь ты?
А не про тебя.
Я про себя.
Это ж я его тогда с Машей
в институте познакомила.
Я думала, что он все равно
выберет меня.
А он в нее втюрился,
в дуру.
И всю жизнь в дур.
А я с ничтожеством.
ПЛАЧЕТ
-Что это значит?
-Не знаешь, какой сегодня день?
-Без понятия.
Что это значит?
-Это значит, что мне давно
надо было уехать.
-Удивительно.
То есть ты бы уехал,
даже ничего не сказал?
-Я бы позвонил тебе с вокзала.
-Уже с Павелецкого, наверное?
Чтоб уж наверняка не вернули.
Очень по-мужски.
Сбегаешь как крыса с корабля.
-Спасибо, Маша, за то, что напомнила,
почему мы расстались.
-А я думала, из-за измен.
-Маша, я врач. Это смешно.
Физическую измену можно простить,
если есть ради чего.
А у нас вместо "чего" всегда были
скандалы на почве спекуляции
человеческими эмоциями и чувствами.
Тренировалась ты так, понимаешь?
Твоя артистическая натура жаждала
фейерверка. А мне надо было работать.
Просто спокойно работать
и делать свое дело.
-Вот за это я тебя и ненавидела.
За дело это твое. За дело. А я?
И что мне осталось?
Я навечно привязана к этому
театру, где мы все бездарности.
И пик моей карьеры - это убогий
сериал две недели назад,
который никто даже
смотреть не будет.
А если и посмотрит, то плюнет
и пойдет дальше.
ВСХЛИПЫВАНИЯ
А я никогда не вырвусь, никогда
не вырвусь дальше этого плевка.
-Маша!
Но ты, по крайней мере, сделала
одно великое дело.
Ты воспитала прекрасного сына.
-Да...
-Дайте телефон.
-Подожди, подожди, друг.
Мы тебя только с интубации сняли.
-Телефон нужен.
-Вначале скажи, как тебя зовут.
-Денис Неверов.
-А где находишься? Знаешь?
-Первая ЦКБ.
-Молоток. А телефон зачем?
-Директору позвонить. Ждет.
-Слушай, ты конечно, красавчик,
Денис,
что так быстро пришел в себя,
но тебе сейчас спать надо.
Интоксикация такая.
-Он очень ждет.
ТЯЖЕЛЫЙ ВЗДОХ
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
-Денис, я тебе уже обзвонился, у нас
отправление через пятнадцать минут.
-Я не еду.
-Что?!
-Вы мне не заплатили, я не еду.
-Денис, ты вконец охренел.
Если бы не я, ты бы даже
тех денег не увидел.
-Выплатите мне всю зарплату,
и я поеду.
-Денис, это невозможно. У нас уже
все накладные в бухгалтерии подбиты.
-15 минут.
Сейчас, подождите.
-Вот гад. Вымогатель хренов.
Твою мать...
СИГНАЛ СООБЩЕНИЯ
-Спасибо, Михаил Андреевич.
-Какое к черту спасибо,
быстро к вагону подходи.
-Извините, больше с вами не работаю.
-Что?!
Серия 40
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да, слушаю.
-Степан Михайлович, центральный пост
беспокоит, дежурный Федотов.
На проходной какие-то ребята,
говорят, к вам.
Пропусков ночных нету.
-Что за ребята?
-Трое. Паспорта у них спросил,
тоже нету, а вместо них...
Короче, справки об освобождении.
-Справки, говоришь?
Красота...
А фамилии них есть?
-Гаврилов, Раков и этот еще...
Ежов, что ли?
Этот у них вроде главный.
Ведут себя прилично, не шумят.
Задержать?
Или пусть утром приходят?
-Ромка откинулся, бродяга.
Слушай, Федотов,
никого задерживать не надо.
Я сейчас буду, жди.
-Понял.
ВЗДЫХАЕТ
-Лида, ни о чем не спрашивай,
и дуй на проходную, быстро.
Бегом.
-Пальцами на небе
нарисованное облако
За птицами скрывается,
за крыльями огромными.
И солнце, и луну закроют
белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
и божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холодней, чем снег,
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век тебя вынесут
ангелы, ангелы, ангелы!
-Понял.
Рома?
-Степа!
-Здорово, Рома.
Ну что, откинулся? Давно гуляешь?
-Со вчера. А ты что такую харю наел?
Не узнать тебя, Михалыч.
-Но ты же три года
еще чалиться должен был.
УДО тебе не светило.
Или вы что, в бегах, парни?
-Нет, Степ, тут другая тема.
Мясника того, ну, за которого
я срок мотал, взяли.
Пересмотрели дело,
ну, я и гуляю смело.
Слушай, Степ, тут такое дело,
нам бы перекантоваться недельку,
ну, пока корки сбацаем.
У тебя найдется, где?
-Да не проблема, вот ключи.
У меня все равно смена до утра.
-Вот завтра вместе и поедем.
А сегодня ты от меня не отмажешься,
золотой!
-Рома!
-Как нога?
-Как видишь.
-Лидия Анатольевна,
это же урки колерованные.
-И что?
-Я не думала, что у вас такие
знакомства.
-Рома Степану жизнь спас в тюрьме,
вступился за него перед блатными,
да не только за него.
Это, во-первых.
А во-вторых, он не вор.
Сел за драку по малолетству.
-А потом за спасение утопающих
в неположенном месте?
-За убийство. Только убивал не он.
-Опротивел чифирек.
Знаешь, Степ, я решил,
к хозяину - больше ни ногой.
Лучше сам себе кадык вырву.
Мне ведь завтра уже полтинник
брякнет.
-Про полтинник твой помню.
Между прочим, не завтра.
Полпервого уже, на часы посмотри.
-Ай, "завтра" - это после побудки,
а сейчас пока еще "вчера".
Ладно, я же вас не познакомил.
Вот, люби и жалуй - Толян,
сам из Вологды, первоход, 111-я.
Сила есть, ума не надо, да, Толян?
-Да ладно, дядя Рома.
-А душа светлая...
Ладно, сам увидишь.
А это дед Раков, был в авторитете,
но...
Старость - слабость.
В буру его какой-то кент нагрел,
пришлось деда в семью брать,
а то бы на портянки порезали.
-Я ж к тебе своей охотой подался,
ты же человек, а не чучело.
-Вечно ты чужие головы бережешь,
кто о твоей подумает?
-Да моя дубовая, ее не прошибешь.
-Резко.
-Слушай, хозяин, не в падлу будет,
у тебя накатить есть что-нибудь?
За знакомство бы выпить, а?
-Дед, не наглей.
-Да мне не жалко.
-Дома будешь шары заливать.
-Да не жалко, спирт есть.
-Тихо-тихо, не кипишуй, Степ,
не кипишуй.
Раз такое дело пошло,
мне и проставляться.
И спирт тут не покатит,
надо конину брать, лабаз далеко?
-Ну, квартала два отсюда, но вас
назад через проходную не пустят.
Ну, я сбегаю...
-Ну, подожди, подожди.
Мне поляну крыть, мне и гонять.
Может, какая-нибудь тропка обходная?
Больные-то, поди, протоптали?
-Есть. Через забор лазят.
-Во.
-Только тебе с твоей ногой
через него не перебраться.
-Вон, пускай Толян сгоняет,
дело молодое.
-Молодому нельзя, рано ему
еще гулять одному.
Пусть Коля привыкает.
А ты, дед, коль базар про бухло
завел, тебе и шустрить.
Лидок.
Покажи там, что куда?
Ну ладно, они справятся.
-Вот так здесь и существую.
Те наверху, я здесь.
-Это что, мужики по ночам работают?
Ударники, что ли?
-Монтажники, новое оборудование
собирают.
-Что, ночью веселее?
-Да нет, срочный монтаж,
они уже третьи сутки посменно.
Воздуховод собирают ребята.
-Это что, типа вентиляции?
Ты не подумай ничего, это я просто
медициной с детства интересуюсь.
-Это для подачи кислорода.
Ты про ИВЛ слышал?
-Нет.
-Ну, это для тяжелобольных,
для помощи,
когда они сами дышать уже не могут.
Оборудование дорогущее, чистая медь.
-Это вот эти трубочки?
-Наш главврач перед самым увольнением
у начальства выбил.
Завтра их запустят - спасут сотни
жизней, а его уже не будет.
Как можно было затравить
такого человека?
-Козлы какие, от такого хорошего
человека избавились, гады!
-Ладно, не трави душу,
и так тошно, пойдем.
-Ну, пойдем.
СТУК В ДВЕРЬ
-Кому там не спится спозаранку?
О, здорово, Иван.
Обходной, что ли?
Подмахнул бы сам, делов-то.
А, ну да, я и забыл.
Ты бы хоть присел.
На дорожку, как говорится.
Мы же свояки, хоть и бывшие.
Или ты что-то хочешь мне сказать?
Давай-давай, катись, реформатор.
НАПЕВАЕТ:
-Я ехала домой...
Иван Андреевич, доброе утро!
-Семен Федорович.
-Вы, наверное, Кирилла ищете?
-Да, хотел повидаться, я тут уезжаю.
-Знаю.
Все знают.
Это плохо.
Для всех плохо.
-Да ладно, для всех.
Сейчас видел Плющева - сияет,
как медный таз.
-Да сволочь, господи!
-Да перестаньте.
Никто не обязан меня любить,
я многим здесь насолил.
-Обязаны. И солили вы по делу.
И тому, кому надо.
Меня от увольнения спасли.
Я очень признателен за это.
И вся моя семья.
-Спасибо.
-А Кирилл сейчас подойдет,
он в хирургию побежал, думал, вы там.
Подождите здесь, а то так и будете
бегать друг за другом.
Я сейчас кофейку приготовлю,
пирожные хорошие есть, вот такие.
Марин, помоги-ка мне.
-Пап!
-Хотели уйти по-английски?
Не получится.
-Ну что вы все на него накинулись?
Дайте ему вздохнуть.
-Иван Андреевич, специально для вас
жена с дочерьми, так сказать.
-Вы что, ребята, ну вы даете!
Даже как-то неудобно, люди смотрят.
-Да пускай смотрят,
мы ж не голые в бане.
-Тронут, ребята, спасибо.
-Иван Андреевич, буквально минуту.
Я понимаю, между нами не все так
гладко было,
но кто старое помянет,
как говорится...
Я просто хочу сказать,
что высоко ценю вас как врача.
-Спасибо.
-Еще ножкой шаркни.
-И шаркну.
-Коллеги, в ординаторской
все не поместятся,
еще люди подойдут, предлагаю
через 10 минут собраться у "Лекаря".
-Не пойдет.
-Можно просто наружу, оупен-эйр.
-Так, подождите. Марат, выкладывай.
-Смотрите, есть вариант.
Я теперь в новом отделении
правлю бал, так сказать.
Так вот, там провели дезинфекцию,
всех пациентов убрали,
но столы и стулья остались.
-Которые провоняли хлоркой.
СМЕЮТСЯ
-Ну что, идем.
Лариса, проводи.
-Идемте.
-Марат Леонидович...
Есть в вас что-то человеческое.
-Ну, разве что, пару капель.
-Ну что, будем толстенькими?
-И что там такое интересное?
-Люди.
-Шапито.
Интересно, кто работать будет.
Я в город часа на два.
Будьте любезны, проследите,
чтобы они клинику не спалили
в приливе чувств.
-Дождь собирается, а он без зонта...
-Ничего, не сахарный.
Что вы, ей-богу,
нашли о ком горевать.
Я его четверть века знаю,
со всеми женщинами так.
Берет свое и идет дальше -
новые вершины покорять.
Натура у человека такая.
-Какую чушь вы городите.
-Думайте что хотите.
Если нервы шалят, идите домой,
я вам отгул подпишу.
-Не стоит.
-Детский сад...
-Уважаемые коллеги,
можно минуточку внимания?
Мне надо скоро возвращаться
в отделение, поэтому я быстро.
Иван Андреевич, знаете,
странно все это.
Вроде повод невеселый, а по лицам
так и не скажешь.
Но это потому, что никто не верит,
вы не тот человек, который
сворачивает на полдороги.
И мы все знаем вас таким.
Я не думал, что скажу вам это,
я хотел бы работать с вами дальше.
Но не во мне дело.
Я хочу, чтобы вы вернулись
и закончили то, что начали.
Не жгите мосты, доктор. Я пью
за вас колу, уж не обессудьте.
-Ответьте ему алаверды.
-Правда, Иван Андреевич,
скажите что-нибудь.
-Спасибо, Алексей Викторович,
спасибо, спасибо вам, ребята.
Вы все большие молодцы
и настоящие профессионалы.
Ну, я думаю, свет клином на одном
мне не сошелся, каждый делает то,
что может на своем месте.
За каждого в отдельности из вас.
И за всех вместе.
Спасибо.
-Ура
-Ура, ура!
-Ура-а-а!
-Не высматривай, ее здесь нет.
Они в твоем кабинете бывшем, она
знает, что ты здесь, но сама
не спустится. Гордость и стыд
просто так не перепрыгнешь. Так что,
если хочешь ее видеть, поднимись сам.
-А если не хочу?
-А тогда что тут делаешь?
Почести принимаешь?
-Конечно.
-Наливай.
ВИБРОЗВОНОК
-Да, Степан Михайлович, не вопрос,
сейчас подойду. Сынок, я отойду
минуты на три. Тут у Щукина приятель
захворал, надо посмотреть.
-Знаю я, что там за приятель -
целая шайка, все после тюрьмы.
-Это правда, сестры их видели.
-Какая разница, Щукин просит помочь.
-Я с тобой, на всякий случай.
-Ну, пойдем.
-Ну все понятно, в общем,
и без рентгена.
Был перелом, кости
неправильно срослись,
повредились нервные окончания. Надо
делать повторную операцию - ломать.
Как же вы ходите-то?
Боль, наверное, адская.
-Да я привык уже, доктор.
Займусь обязательно,
вот документы слепят, и займусь.
-Я вам сейчас напишу,
какие лекарства прикупить.
Ну, и рекомендации,
что делать, если не сразу
будете оперироваться.
-Спасибо, Андреич.
Как говорится, и того вам, и этого.
Присказку мою знаешь - шарик круглый,
свидимся – сочтемся.
-Назад давайте,
так не разойдемся.
-Вика, ну что это
за самодеятельность?
Я же сказала, что только самых
тяжелых. Панкратову вы куда повезли?
Она на поправку идет.
-Мы койки сдвинули,
еще одно место освободилось.
-Так, значит, давайте дедушку
из второй палаты, Лебедева,
а Панкратова верните назад.
Я тебя очень прошу, пожалуйста,
Вика, не суетись. Завтра дадут
вторую очередь, и все будет хорошо.
-Заливать, конечно, не стану,
многие из нас заслужили свое.
Но в любой доле, даже самой темной,
надо оставаться мужиком.
Иначе это не наказание, а расправа.
Надежда им должна быть,
без нее человек звереет.
-А вы, значит, эту надежду даете, да?
-Ну, по мере сил.
-Ну, допустим, вот вы кого-то отбили,
взяли себе под крыло, он теперь
вам по гроб жизни должен?
Вы же его надежда? А теперь,
допустим, вас нет, освободили.
А что будет тогда с теми,
кого вы приручили?
-М-да, в чем-то ты прав. Им теперь
без меня вызревать.
Отстоял я свою вахту, все, баста.
Мы не только обо мне говорим.
ВИБРОЗВОНОК
Да, доктор?
-Да, возможно, так, секунду.
Елизавета Владимировна? Здрасте.
-Иван Андреевич, мне сказали,
что вы у Щукина. Я не могу до него
дозвониться.
У нас ЧП - мы подключили новое
оборудование,
но не поступает кислород.
Скорее всего, утечка.
-А-а, не волнуйтесь, сейчас прибегу.
Все исправим, все починим.
-Он сейчас придет.
-Сейчас все сделаем, все исправим.
-Подожди, Степа, я с тобой.
Спасибо, доктор, и удачи.
-Счастливо.
-Это что за сонное царство, подъем!
-Оставьте меня в покое.
-Ах ты цапля!
-Что?
-Глупая, упрямая цапля.
А он - журавль. Сказку читала?
-С каких пор мы на "ты"?
-С таких самых.
Вставай, Эльвира!
Иначе сама себя не простишь!
-Вы что, снова выпили?
-Сейчас речь не обо мне.
Бери себя в руки
и давай, дуй в новый корпус.
-Нет.
-Да! Иван уезжает не из-за интриг
и увольнения, а из-за тебя!
Это ты во всем виновата! Ты прекрасно
это знаешь, только тебе духу
не хватает поступить так, как надо!
-Слушайте!
Прекратите на меня кричать!
-Сейчас еще врежу!
Ну-ка, надевай туфли!
Раз. Все.
-Да вы что, вы что делаете?
Беспредельничаете, а?
Ты что творишь, а?
Ты людей погубишь, урод!
-Ты механик! Твою мать, больничка
новую медь получит! Это мы продадим!
Будут деньги! С ребятами
договорились. Новые получите!
-Э-э!
Степ, Степа!
Вы что?
-Вали, тебе нельзя! Посадят!
-Да иди ты! Степа!
-Давай, шевелись, давай!
-Человеку очень надо.
-Какому человеку?
Опять блатной какой-нибудь?
И кому здесь нужна моя консультация?
-Вам.
-Эльвира Рафаэлевна, вам сколько лет?
-34.
-Не надо делать из меня идиота,
я прекрасно знаю, сколько вам лет.
Я, кстати, нашел вашу заколку.
Только, пожалуйста, не нужно вот этих
картинных сцен! С меня хватит.
Я уезжаю, так будет
лучше для всех.
КРИК ЗА ДВЕРЬЮ
-Щукина зарезали!
СТОНЕТ
-Юра, держи старика! За мной!
-Степан Михайлович! Вы что?
Степан Михайлович, эй!
-Это вы такую надежду, да, даете?
Марат Леонидович.
-Ром, Рома!
-Дед, давай бегом!
Что ты возишься, а?!
-А ну, стой, на!
-Алексей Викторович, как вы?
Оперировать сможете?
-Без проблем.
Первым кого брать?
-Щукина.
-Где Туридзе?
-У томографа.
-Кораблева, ассистируйте Алексея
Викторовича. Кирилл, готовься.
-Вы видели, кто нанес
сторожу удар ножом?
-Нет.
Один ударил Лешу, простите,
доктора Антонова, потом Иван сбил его
с ног, доктор Хлебников.
-Грабители пытались
оказать сопротивление?
-Вот второй пытался убежать.
А третий, который пырнул...
-Ну-ну, вы же показали, что
не видели ножевого удара?
-Простите, это предположение.
-Что-то еще?
-Мне нечего добавить.
-Вы заместитель главного врача,
когда я смогу увидеть Воробьева
и Хлебникова?
-Они сейчас спасают жизни двух
человек. Простите,
вам придется подождать.
-Вы видели, кто нанес
сторожу удар ножом?
-Нет.
-А Ежов, он мог желать смерти Щукину?
-Ну конечно.
Он же его ножом в сердце и ударил.
-Но вы этого не видели?
-Я видела в окно, только как
он упал, самого удара я не видела.
Там две одинаковые "финки",
но какая чья - я не знаю.
Поймите, они оба опасны,
и Кирилл прекрасно понимал,
с кем он имеет дело.
-Доктор Воробьев?
-Кирилл. Но это же отморозки.
Посудите сами, украсть трубопровод
системы жизнеобеспечения!
То есть последнюю
надежду у больных пациентов.
Мне кажется, он зарезал бы
Кирилла даже не задумываясь.
-Вы держите свои
предположения при себе.
Говорите только то, что
видели своими глазами.
-Ну, у них умелец на зоне, и он
многим такие финки сделал.
-Так вы знаете грабителей?
-Романа Ежова, он знакомый
Щукина, а остальных нет.
-А Ежов, он мог
желать смерти Щукину?
-Нет.
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
-Все всмятку.
Гематома на затылке от другого удара,
она сейчас даже не играет роли.
-Остановим кровотечение -
время выиграем?
ХРИПЫ
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
-У нас остановка сердца!
-Не успеем.
-Дефибриллятор на двести!
В сторону!
Разряд!
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
Разряд!
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
Дефибриллятор на 360!
Разряд!
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
Разряд!
Еще разряд!
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
-Объявляйте, Иван Андреевич.
-Время смерти - 13:10.
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
-Зашиваем рану на работающем сердце.
Скальпель. Раскрываю грудную клетку.
Сушим.
-Тампон.
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
Коагулятор.
Еще тампон!
Здесь.
Давай расширитель.
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
Есть.
Скальпель!
Так. Вижу сердце.
Еще рано.
Нельзя допустить дополнительного
повреждения миокарда.
Вот она.
ПИСК КАРДИОМОНИТОРА
Так...
Теперь постараемся аккуратно,
без резких движений, зашить.
Иглу.
Держись, Михалыч, держись.
Ты у меня еще побегаешь.
Мы тебя не отпускаем, ясно?
-Что там с ИВЛ,
скоро восстановят?
-Елизавета сказала - пару дней.
Вы вовремя успели, у них мотороллер
за забором стоял, уже груженый.
Еще пару минут -
и ищи ветра в поле.
-Мне его не жаль,
он получил по заслугам.
-Ты врач, а не суд присяжных.
-Я не собираюсь
сочувствовать уроду,
который бьет своего друга ножом
в награду за гостеприимство.
-Это не он, Кирилл. Степана пырнул
ножом другой уголовник, он, наоборот,
пытался остановить кражу.
-Откуда вы знаете?
-Да Рамил сознался, сразу,
как пришел в себя после анестезии
Ивана Андреевича.
Девочки в приемном сказали.
-Получается, я не того убил?
ПЛАЧ
-Вадим Андреевич, как ни выкручивай,
но людей в драку
втянул именно Хлебников.
Не дело это докторов - ворье вязать,
к тому же на момент драки
он был уже вне штата.
-Подтверждаю,
уволен за два часа до.
-Значит так,
концепция изменилась -
вот мое прямое указание: значит,
Хлебникова ни при каких раскладах
не закрывать.
-Но кто-то должен ответить.
-Кто-то должен. Но не он. Точка.
А ты не улыбайся,
Сергей Анатольевич.
Много у тебя честных врачей?
Да еще таких профессионалов?
Хлебников должен работать.
Это важно для города. Все.
-Я только рад.
Но у него билет на вечерний поезд.
Он по любому здесь не останется.
-Сделайте так, чтобы он билет сдал.
Найдите способ.
Либо разбирайте рельсы. Все.
-Проходите. Садитесь.
А вы кто? Адвокат?
-Я гораздо хуже.
Я его доктор.
Психотерапевт.
-Попрошу вас на выход.
У нас допрос, а не терапия.
-Давайте-ка кое-что проясним.
Доктор Воробьев мой пациент.
Сейчас он нуждается в помощи,
которая ему будет оказана.
Если вы еще раз попытаетесь
указать мне на дверь,
вы будете иметь дело лично
с мэром этого города. И немедленно.
А сейчас я вас прошу покинуть
этот кабинет.
Наш разговор с Кириллом
конфиденциален.
Садись.
Я буду говорить быстро.
Ты постарайся все расслышать
и расставить по полочкам.
Для начала прими это.
Снимет панику, расслабит тебя.
Ты ж доктор. Говорят, отличный.
Поэтому прими.
Представь, что ты сбил пешехода.
Ты его не видел,
правил не нарушал.
Ты не превышал скорость.
Он выскочил из темноты тебе
под колеса и погиб. Ты убийца?
Речь не о твоем рефлексе,
не о чувствах.
Смерть - это всегда шок.
Но ты хирург.
У тебя это не впервой, верно?
Вопрос с другом.
Где здесь вина? В чем?
Дальше.
Понятие самообороны - это когда
ты защищаешь себя. А если не себя?
Если потенциальная смертельная
опасность грозит другому человеку?
И ты встаешь на его защиту.
Что более достойно: защитить себя
или другого человека?
Я не юрист.
Я просто ставлю твою голову
на место.
Пошел откат.
Отлично.
-Сергей, на два слова.
-И только? Не густо.
-Не ерничай. Выслушай.
-На ходу, если не против.
Я опаздываю.
-Я собрала характеристики
на Кирилла.
Ты можешь передать их следствию?
-Почему я? У него отец есть.
-Ты же знаешь его отношения
с полицией.
-Допустим.
А ты что так суетишься?
Тебе же пинка дали.
Хлопочешь о помиловании
моими руками.
Ты совсем голову потеряла?
-Думай что хочешь.
Но помоги!
Ты же его из роддома забирал.
Отомсти жене как-нибудь
по-другому, Сережа.
-Ладно, давай свои бумажки.
-Хлебников, заходите.
-А ты все хорошеешь.
Позвони мне.
Обсудим контрибуции.
-Плохи ваши дела,
Иван Андреевич.
Но вы и сами об этом знаете.
Правда, смотря с какой позиции
посмотреть.
При желании всегда можно найти
разумный компромисс.
-Говорите яснее.
-Вы остаетесь в городе.
И продолжаете работать в больнице.
Вот все условия.
Ну, как с ясностью?
-Я не знаю, зачем вам
все это нужно.
Честно говоря, я знать не хочу.
Через 2 часа у меня поезд,
я уеду.
Либо вы меня отпускаете,
либо задерживайте,
но предъявляйте обвинение.
-Да не вопрос вообще.
Предъявим.
Но не вам, а вашему сыну.
Статья 109.
Дадут 2 года исправительных работ.
То, что называется химия.
А вы езжайте на все 4 стороны.
Как хотите.
Только не спешите.
Подумайте.
-Еще не вскрывал, Жень?
-Пока нет.
Только привезли.
С бумагами разгребаюсь.
-Просьба к тебе.
Оставь меня на 5 минут.
-Зачем?
-Затем, что я попросила.
-Хорошо.
Пойду покурю.
-Ну вот, Рома.
Я 20 лет тебя ждала.
Теперь твоя очередь.
Ты не бойся, это в начале тяжело.
А потом привыкаешь.
Я побуду с тобой немного.
-Иван Андреевич!
Вас в операционной ждут.
-Хорошо. Иду.
Серия 41
ПОКАШЛИВАНИЕ
-Что происходит?
Жара, как в Африке.
-Жарко ужасно.
У меня лицо всё мокрое.
-Сходи посушись.
-В интенсивку его. Быстро!
КАШЕЛЬ
-Сатурация упала до 70-ти.
-Вводим релаксанты.
-Что это?
-Я не знаю.
Препарат не в вене.
-Сосуд повредил
из-за движения.
-Прошу прощения.
Очки совсем запотели.
Я не заметила, как мимо попала.
-Иди в санпропускник
и протри лицо.
Сюда кто-нибудь! Быстро!
Вика, Настя!
Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
И торжественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны!
Их глаза холоднее, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
тебя вынесут ангелы!
Ангелы, ангелы!
-Как пациент?
-Кровотечение остановили.
К аппарату подсоединили.
Но с вентиляцией нужно
что-то делать.
Из-за жары даже я начинаю ошибаться.
-Думаешь, в вентиляции дело?
-Предполагаю.
Фильтры могли забиться.
Надо сказать главврачу,
пусть вызывает техников.
-Как она?
-Обморок от недостатка кислорода.
У окна продышалась.
Вроде в норме.
-По-твоему, это в норме?
Еще пару часов, и мы все
тут в обмороке ляжем.
-Техники проверяли вентиляцию
4 месяца назад.
Она не могла так быстро сломаться.
Понимаю, что вам в костюмах жарко.
Вентиляция ни при чем.
Вы не на море.
И будете испытывать дискомфорт.
Всем нелегко.
-Нелегко?
Мы не можем нормально работать.
Мы задыхаемся.
-Я не могу прислать техников.
Нужна заявка, чтобы дернуть людей
с объекта.
-Платного, да?
-Не паясничайте.
-На врачей вам плевать.
А на горздрав?
Больные жалобы пишут.
Прессу подключают.
-Ладно, пришлю вам техников.
Но через два дня.
-Какие два дня?!
Мы задохнемся через два дня!
Какая же сволочь!
-Неужели все так плохо?
-А это мне у тебя
надо спросить.
Где обещанный Фалин?
Прибыль от медцентра?
Оборудование миллионы стоит,
а за месяц всего одна операция.
-Ну, это же не повод, чтобы хвататься
за все, что под руку попадается.
-Это повод, чтобы здраво оценить
конъюнктуру.
-Ну, и припасть к материнской груди.
-Я на этой груди за месяц денег
больше сделаю, чем ты за год
на своих протезах, юморист.
Мужик с бабками их охотнее
вложит в грудь жены или любовницы,
чем в твои поломанные коленки.
-Чепуха. Зачем мужику с бабками
большая женская грудь,
если он сам в инвалидной коляске?
Нет, Влад. Деньги у людей есть и на
лечение, и на фасад своих любовниц.
Проблема в другом.
Ведь наши люди поступают как?
-Как?
-Чуть что, сразу едут в Германию
лечиться. Ну, или, на худой конец,
в Чехию. Понимаешь, нет доверия к
отечественному хирургу и материалам.
Поэтому тут надо не сисю мять,
а грамотным пиаром заниматься.
Кстати, я тут навел контакты
с одной немецкой компанией
по производству эндопротезов и
имплантатов. И сегодня у меня встреча
с их поставщиком Алексом Кохом.
-Это опять траты.
-Нет, ну а чего вы все хотите?
Как к вам народ-то повалит?
Репутация - она зарабатывается
не на груди.
А на сложных восстановительных
операциях.
И только так мы подтянем
и страховщиков, и ДМСников.
А это, сам понимаешь, большие деньги.
-Думаешь, сработает?
-Конечно. Я планирую провести
несколько показательных операций
для Коха, используя его материалы.
Тогда мы подпишем контракт,
и высококлассные немецкие технологии
будут рядом с вашим домом.
-Ну, что у нас?
-Парень со стремянки упал.
По всей видимости, закрытый перелом.
-Распишемся. Держи.
Ну что,
Игорь Плотников, какого черта
вас понесло на стремянку
в наше ковидное время?
-Да я электриком работаю.
Проводку делал.
-Проводка, она, конечно,
в любое время нужна. А вы знаете,
у меня на посту розетка
второй месяц уже искрит...
-Да подожди ты... Держи.
-Хотите я вам ее починю?
-Вот хорошо бы. Если доктор разрешит.
-Здесь больно?
-Ай!
Ой, вот здесь очень больно.
-Ну, видимо, не разрешит.
Я за Антоном?
-Да. Только через рентген.
-А...
-Розетка подождет.
-Иван Андреевич!
-Да.
-Как лучше удалить
основание аппендикса?
-Вот, смотри.
Вот сюда зажим.
Гигатуру потом.
-Угу.
-Доброе утро.
-Эльвира Рафаиловна.
Там у Митяева давление скакнуло.
Нужен ваш осмотр.
-Хорошо. Иду.
РАЗГОВОРЫ БОЛЬНЫХ
-Ты зачем в такую тонкую вену
поставила? Ну?
Лекарство даже не проходит.
-Через тройные перчатки
тяжело работать.
-А что ты так шумишь, Лен?
Настенька обязательно выучится.
А я вот помню, кто-то в интернатуре
вообще не мог в вену попасть.
-Да, но в итоге я стала
кардиохирургом.
А ты так и остался на уровне мясника.
Только и умеешь пузо потрошить.
-Главное, приносить пользу людям.
Настенька, пожалуйста, посмотрите.
Вы, главное, давите на вену
посильнее. Хорошо? И не стесняйтесь.
-Девушка, принесите, пожалуйста,
новый катетер.
-А что за бедлам здесь происходит?
Я заведующая этого отделения.
-Ой, извините, пожалуйста.
Мы с друзьями бывшие медики.
И вот тут немножко увлеклись.
Вот, пожалуйста, Артем Игоревич
и его жена, Анна Дмитриевна.
Это лучшие рентгенологи города.
А вот Владимир Викторович
по кличке Шуруп. Он лучший ортопед.
А это гениальный кардиохирург,
кстати, которая может ставить
уколы в вену.
-Ну что ж, приятно
познакомиться, коллеги.
Но тогда вы тем более должны
понимать, что Анна Дмитриевна
и Елена Николаевна должны
пройти в женскую палату.
-Конечно.
-Здрасте.
-Что, доктор, я попал?
-Ну, как сказать. У вас винтообразный
перелом средней части бедренной кости
со смещением. Нужна операция,
чтобы соединить отломки,
а потом два месяца нога
будет в аппарате Илизарова.
-Н-да. В такой штуковине по лестнице
не полазаешь.
-Зато надежно.
Главное, чтобы нога
полностью восстановилась.
Но спешить мы никуда не будем. Так?
-О, Антонов. Что там у тебя? Перелом?
-Да.
-Дай-ка глянуть.
У-у-у.
Винтообразный перелом бедренной
кости. Любопытно. А кто пациент?
-Обычный парень, 23 года. Электрик.
-Так это замечательно.
Слушай, я предлагаю сделать
интрамедуллярный остеосинтез.
Смотри. Парень молодой.
Вгоним ему в костный канал
стержень, соединим отломки
и на следующий день можно
будет уже давать нагрузку на ногу.
А через полтора месяца
он вообще бегать начнет.
И, кстати, это отличный шанс
показать мастер-класс
нашему немецкому поставщику.
Что думаешь?
-Я думаю, что это плохая идея.
Я планирую провести классический
остеосинтез аппаратом Илизарова.
Тут мудреный перелом в области
изгиба.
-Хм. Антонов, ну что это
за консерватизм такой, а?
Пора уже отходить от стереотипа:
большой хирург - большой разрез.
Моя методика более щадящая.
Согласись.
-Вот смотри.
Это твой стержень. Во-первых,
у пациента тонкий костный канал,
а значит, есть риск сдавления
сосудов стержнем.
А во-вторых, при вводе стержня
есть вероятность смещения отломков.
И ты это не сможешь
проконтролировать.
А потом, здравствуй, повторная
операция?
-Ха. Ну да, ну да. А с твоим
Илизаровым мы, конечно,
ничего не упустим, потому что вся
нога пациента будет располосована
и выпотрошена. Антонов,
если не владеешь методикой,
которую я предлагаю, так и скажи.
-Да я-то владею методикой,
просто я не пытаюсь всякими путями,
пусть и рискуя здоровьем пациента,
выпендриться перед немецким
поставщиком.
Да, с аппаратом Илизарова
ходить дольше, но надежнее.
И ты это прекрасно знаешь.
А давай у Ивана Андреевича спросим?
-Давай.
-Иван Андреевич, можно на минутку.
Посмотрите-ка.
Тут господин Плющев втирает
про интрамедуллярный синтез,
а я считаю, что нужен
аппарат Илизарова.
-Молодой парень? Высокий?
-Да, 23 года, под метр девяносто.
-Здесь нужно длительное, плавное
вытяжение кости и адаптация мышц
к этому вытяжению. Тянуть
лучше всего, конечно, Илизаровым.
Не говоря о том, что при
интрамедуллярном синтезе
можно сместить все к чертям.
-И все же, Иван Андреевич,
если использовать
интрамедуллярный способ
правильно и качественно,
то такой вариант операции
в этом случае возможен?
-Ну, если правильно и качественно,
то почему бы и нет.
-Вот! Что и требовалось
доказать, Антонов.
-Булькает?
-Булькает еще, конечно. Ну ничего.
-Без стетоскопа все слышит.
-Так. Давай-ка делай гимнастику.
Разрабатывай ноги.
-Слабость жуткая. Какая там
гимнастика? Лишний раз не встанешь.
-Встанешь.
-Это зачем?
-Бульканье тренирует дыхание. Нет,
вставать при этом нет необходимости.
-Булькай. Булькай.
-Я в детстве тоже так любила
играться.
-Он не играется, а делает гимнастику.
-Дай мне, пожалуйста, вторую порцию
каши. Вернусь через пару секунд.
-Спасибо. Спасибо.
-Передай, пожалуйста,
моей жене Анне Дмитриевне.
-Обязательно.
-Ах, Темка...
-Признаться, я всегда завидую тебе
по белому. Твоя любимая женщина
всегда рядом.
-А чего мне завидовать-то?
У тебя тоже такая женщина была.
И сейчас есть, только вредная
она немного.
-А я не понял, о ком ты говоришь.
Я бы такую женщину
никогда не упустил из вида.
Я ведь не идиот.
-Идиот ты, Димка, идиот.
-Идиот.
-Это вам от мужа.
-О, не забыл. С корицей.
-Это вам.
-Спасибо.
-Настенька, а как там
вообще наши мальчики?
-Все хорошо. Ухудшений нет.
-Анастасия, я хочу вас предупредить.
У Дмитрия Сергеевича в анамнезе
ишемическая болезнь сердца,
а он носится как сайгак.
Следите за ним, хорошо?
-Хорошо.
-Есть новости?
-Ну, как сказать. Теперь и Вика
в обмороке. Скоро эти техники придут?
-Сергеев сказал - через два дня.
-Как через два дня? Да через
два дня мы как рыбы без моря
жабрами шевелить будем.
-Как ты сказал? Без моря?
Ну что ж. Устроим им в красной зоне
море.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Извините.
-Да нет, это вы меня извините,
Иван Андреевич. Я уже ухожу.
Вот. Принесла вкусный
китайский чай. Угощайтесь.
-Спасибо. Мне сейчас впору
кофе выпить.
-Кофе? Я запомню.
-Просто у меня операция скоро.
-Ну, не буду тогда мешать
вам готовиться. Удачи вам.
-Спасибо.
ШУМ КОФЕМАШИНЫ
-Приветствую тебя, Иван Андреевич.
-Здорово, Степан Михайлович.
-Не замерзнете? Чай, не май.
-Не май, не май.
-Надо чередовать - тепло-холод.
-Увидел?
Держи.
-Хороший коньяк.
Тут главное - меру знать,
Иван Андреевич.
Все есть яд, и все есть лекарство,
как говорится.
-Прав, Степан Михайлович. Прав.
-Так.
Ну что, Иван Андреевич,
отсюда зайдем?
-Возьмитесь выше верхушки вертела.
Вот здесь.
-Да. Хорошо.
Вводим в канал направляющий стержень?
Стержень.
Что-то как-то...
Ты смотри.
Как-то он туго заходит.
-Постарайтесь не давить.
Верните назад.
Вытяните.
-Хорошо.
-Не торопитесь.
Поменяйте чуть направление.
-Хорошо.
-Вот.
-Вот теперь...
Вот теперь нормально.
Винты блокировки, пожалуйста.
-Может, все-таки поменяем тактику?
Откроем кость?
-Да нет.
Всё нормально.
Зафиксировался.
Мы уже заканчиваем.
-Как знаете.
-Сжимаем.
Так.
Отлично.
Винт.
Вот так вот.
Ну вот и хорошо.
Делаем снимки, готовим аппарат.
Ну вот.
Отлично стоит.
-Боковую проекцию снимите.
Ну что, Марат Леонидович, поздравляю
вас с повторной операцией.
Оставьте вы этот интрамедуллярный
остеосинтез в покое.
Не ваш это метод.
Поставьте парню аппарат Илизарова.
Отвезите пациента в палату.
И позовите господина Коха.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да.
Степан Михайлович, здравствуйте.
Проходите. Присаживайтесь.
-Некогда нам рассиживаться.
-У вас все в порядке?
Как здоровье?
-Ну, здоровье у меня стальное.
Что с меня станется...
Я вот по какому вопросу.
Я тут видел, как один хирург
во дворе к фляжке пристраивался.
-Ну, мало ли что у него там было,
во фляжке.
-Так ясень пень.
Поэтому я проверить решил
и тоже из этой посудины хлебнул.
Хороший коньяк, между прочим.
-Это же перед операцией.
Какой кошмар.
-Но ведь хирург-то не мальчик.
Что ему скажешь?
-Я сегодня проходила мимо него
по коридору -
взгляд был отсутствующий.
Но не как у выпившего.
Трезвый.
Я, поверьте, алкоголиков-то
повидала на своем веку.
-Охотно верю, просто хотел
предупредить.
Этот хирург...
В общем, пропадет не зазря,
а это неправильно.
Ну, я пошел.
-Алекс, мы закончили операцию.
Посмотрите на снимок.
-Все получилось?
-Да, все отлично.
Стержень стоит как влитой.
-Ну да. Хорошая работа.
-Спасибо.
-Надеюсь на наше плодотворное
сотрудничество в будущем.
-Не сомневаюсь и предлагаю
это дело как следует отметить.
-Согласен. Едем сейчас.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Момент.
ГОВОРИТ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ
-Кирилл, привет. Ты как?
-Привет.
-На операциях сегодня был?
-Да нет.
Сегодня в приемном завал,
короче, отправили работать.
-О, ясно.
Но ты не волнуйся.
Я думаю, это максимум
на пару дней.
Потом снова будешь повелевать
крючками.
-Слушай, меня там Карпенко
уже ждет.
Я пойду?
-А, да, конечно, иди.
Может, вечером поужинаем где-нибудь?
-Я боюсь, меня сегодня на ночь
оставят.
-А, ясно.
Ты позвони, как станет понятно.
Хорошо? Да?
-Хорошо.
-Ах ты дурость какая.
А ты что хочешь сказать,
что Елена любила меня все это время?
-Так еще с института.
Ты первые шаги не делал,
а она гордячка,
вот и молчала.
-Так я же тоже с первого курса...
Но она же всегда
такой неприступной была...
Всегда красавцы рядом...
И я испугался.
Решил, что лучше быть другом,
чем брошенным мужем.
КАШЛЯЕТ
-Ты в порядке?
-Да.
Я просто устал.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Вызывали?
-Угу. Присаживайтесь.
Держи.
Тебе.
-Это что, нам?
-Угу.
Теперь в красной зоне под костюмы
мы будем надевать
вот эти вот прекрасные купальники.
-Чувствую, будет скандал.
-Безусловно.
СМЕЕТСЯ
КАШЛЯЕТ
-Главное - не попасть на ИВЛ.
Так что ты старайся.
Дыши глубоко.
КАШЕЛЬ
-Витя, Витя!
Витя, не паникуй ты.
Делай неглубокий вдох и выдох.
Вдох и выдох.
КАШЕЛЬ
-Душно.
Как бы нам всем здесь
не окочуриться.
-Да.
-Вау!
Умирание отменяется.
ПОСМЕИВАЮТСЯ
-Ну и дела!
-Ну что, мои уважаемые пациенты,
вы уже, наверное, заметили, да,
что последнее время в палате
страшная жара.
-Точно.
-А все потому, что вентиляционная
система в красной зоне сломалась.
А наш доблестный главный врач
закрывает на эту проблему глаза.
Ну вот вам же жарко?
-Это точно.
-А теперь представьте, каково
всему медицинскому персоналу.
-Позор главному врачу.
-В наше время за такое морду били.
-Поэтому мы вынуждены были
принять меры.
И теперь у нас весь персонал женского
пола будет ходить в купальниках,
а весь персонал мужского пола -
просто в трусах.
-Молодцы.
ПОСМЕИВАЮТСЯ
Молодцы.
-Молодцы.
КАШЛЯЕТ
-Ой, извините. Извините.
-А вы телефончик не убирайте.
Видео потом скиньте мне на телефон.
Хорошо?
-Хорошо.
КАШЛЯЕТ
-А Дмитрий Сергеевич где у нас?
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Пульс слабый.
Каталку сюда.
В реанимацию! Быстро!
-На первый снимок взгляните.
Смещение отломков видите?
Вижу. И что?
-А то, что Плющев провел
нецелесообразную операцию,
чтобы выпендриться перед немецким
поставщиком.
А парню теперь надо
повторно кости ломать,
чтобы он до конца жизни
ногу не подволакивал.
-Ну не тебе же ломать,
Алексей Викторович.
Что ты так разорался?
Конечно, повторная операция
будет проведена.
Мы уже обсудили эту ситуацию
с Маратом Леонидовичем.
Он все переделает. Пациент
предупрежден и претензий не имеет.
-Претензий не имеет...
Ну понятно.
Снимок отдайте, пожалуйста.
-Нет, Антонов, пациент не твой
и снимок тоже.
Тебя не касается.
А вот это...
касается и даже очень.
-Это же вранье.
-Это не вранье.
Это докладная.
И четко расписано,
что это ты настаивал
на интрамедуллярном остеосинтезе
и уверял,
что осложнений при таком способе
минимум.
Ну, надеюсь, ты меня понял?
Ну и отлично, Алексей Викторович.
Хорошего вечера.
-Что-то с Темой?
Нет, с ним все в порядке.
А вот Дмитрию Сергеевичу стало плохо.
У него резко упал уровень кислорода
в крови,
и нам пришлось подключить
его к ИВЛ.
-Бедный Дима...
-У меня к вам просьба, доктор.
Отведите меня к нему.
-Елена Николаевна, ну вы же сами
знаете, что нельзя.
-Я знаю, что Дмитрий Сергеевич
уже может не слезть с аппарата.
Прошу.
Разрешите попрощаться
по-человечески.
Пожалуйста.
СИГНАЛЫ КАРДИОМОНИТОРА
Дима...
Постарайся не уходить.
СИГНАЛ ОСТАНОВКИ СЕРДЦА
-Отойдите от пациента.
-У него остановка сердца!
Не заводится.
Готовьте эпинефрин.
Интракардиально.
Я кардиохирург.
И не надо со мной спорить!
-Понял.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Сюда.
-Здравствуйте.
-Кирилл, ты где ходишь весь день?
Через полчаса у меня холецистэктомия,
подходи к 1-й операционной.
Будешь мне ассистировать.
-Я, к сожалению, не могу -
мне нужно отвезти больного на рентген
и вернуться к Карпенко.
-Карпенко тебе не начальник.
Если хочешь, я с ним поговорю.
-Не нужно.
Я хочу поработать в приемном.
-Я не понимаю.
-Ясно?
Мне нельзя в операционную.
Осторожно!
-Дмитрий Сергеевич, вы на аппарате.
Все нормально.
Старайтесь дышать как можно
спокойнее.
-Как же ты мне надоел за эти годы!
А сегодня решил помереть?
-Это что такое?
-А это теперь наша повседневная
форма.
А видео я планирую слить в Сеть.
Как говорится, во все смартфоны
страны.
-Будут вам техники.
Будут прямо сейчас.
Но еще одна подобная выходка и...
-Хорошего вечера.
-Нарышкина у нас переняла
психологический метод Хлебникова -
идти напролом и
не идти на компромиссы.
-Еще одного Хлебникова мне только
не хватало.
Хотя Иван Андреевич, слава Богу,
поутих.
-О, Хлебников у нас - замечательный
клинический случай.
Его биполярное расстройство
проявилось самыми разнообразными
способами:
от маниакального состояния,
в котором он к нам пришел, -
действовал дерзко,
до депрессивного,
в которое он сейчас скатился.
Интересно, свалится ли он
в депрессивный психоз?
Это какую работу можно будет
написать.
-Вы, Алла, главное, скажите мне, если
заметите у меня какие-то симптомы
психического отклонения.
Они наблюдаются со стороны?
-Ну что вы, Владлен Эдуардович,
у вас все в порядке.
Вы стандартный человек
и не представляете никакого интереса
для психотерапевта.
-Добрый вечер, Иван Андреевич.
-Добрый вечер.
-Привет.
Уже поужинала?
Представляешь, еду домой,
проезжаю мимо вашей кафешки
и понимаю, что хочу пирожок
с повидлом.
Ты знала, что здесь самые вкусные
пирожки, как из детства?
-Сладенького захотелось?
-Эля...
-Вечером не буду.
-Как вы вообще дышите в этих
костюмах?
-А мы не дышим. Мы вас ждем.
-Не волнуйтесь, все исправим -
задышите нормально.
-Спасибо. Проходите, пожалуйста.
-Елизавета, вы... молодец!
-Спасибо.
Серия 42
-Ну, поздравляю вас, Марта Сергеевна.
А с Вовкой построже - он любит
похулиганить.
-Я справлюсь, Инесса Павловна.
-Справится она.
Признаюсь, я была против вашей
кандидатуры: ни мужа, ни родных.
Коллеги меня убедили. Жилье у вас
есть, здоровье позволяет.
Я-то всегда к семьям склонялась.
-Закон позволяет одиноким людям
усыновлять детей.
-Ну то закон, а то дети.
Случись с вами что, и куда его?
Обратно в детдом?
-Мы тете Марте мужа найдем.
Да, тетя Марта?
-Найдет он.
Ладно, жду вас через десять дней
у нас в офисе.
-Зачем?
-Ну как?
Вы сейчас слова судьи внимательно
слушали?
Постановление об усыновлении Вовы
вступит в силу через 10 дней.
Забираете его в канцелярии суда
и приносите нам.
-А меня тоже только через 10 дней
тетя Марта возьмет?
-Тебя я беру сейчас.
Инесса Павловна нам любезно
разрешила. Спасибо огромное!
Вы очень добрая женщина.
-Тетя Марта, а я твой настоящий сын?
-Пока нет.
Только через 10 дней.
-Конечно, настоящий.
Пойдем.
Сынок, тебе понравился новая школа.
Учительница чудесная.
Я сама у нее училась.
-А как ее зовут?
-Татьяна Давыдовна.
Лучшая учительница в мире.
КАШЕЛЬ
Ну, давай беги.
Беги.
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимо
И торжественно прекрасны
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы.
-Здрасте.
-Алексей, прости.
Это был твой завтрак?
-Честно говоря, да.
Дома не успел поесть.
-Извини. Возьми
в качестве компенсации.
Меня угостили.
Я чай шла пить.
-Галантность призывает меня отказать.
Но...
-Да бери уже.
У меня еще яблоко есть
и йогурт.
-Тогда ответный жест доброй воли.
Я вечером тебя накормлю. В ресторане.
-Алексей, знаешь, я принимаю твое
приглашение. До вечера.
-Окей.
-Здесь что?
-Рогова Марта Сергеевна.
Поступила час назад с улицы.
Температура 39,5.
Потеря сознания.
Кашель. Анализы ПЦР взяли.
Назначили стандартную терапию,
жаропонижающее,
антикоагулянты, дексиметазон,
ингибиторы цитокинов.
Все по протоколу.
-Все верно. А здесь?
Заморская где?
-В морге.
-Отмучилась.
-Это что такое?
А?
Что это?
Господи!
Кто ж тебя так, Барбоска?
Вот изверги.
Ничего. Слушай, пес, меня
внимательно.
Я сейчас перенесу тебя к себе, сбегаю
в ветеринарку и обработаю тебе раны.
Только не кусайся.
Пойдем.
-Игорь, как прошла ночь?
-Болит нога.
Не спал почти.
Когда я поправлюсь?
Меня ребята на работе ждут.
-Ничего не могу пока сказать.
К вам Марат Леонидович заходил?
-Нет.
-Понятно.
Я к вам зайду чуть попозже.
-Проснулись?
37.
Спала. Как чувствуете себя, Рогова?
-Спасибо, нормально.
Я что, в больнице?
-Да, у вас подозрение на коронавирус.
Вот таблетки. Врач с утра прописал.
Выпейте сейчас. А остальное я днем
и утром принесу.
-А надолго я здесь?
А то у меня сын один дома.
-Дней на 14 минимум.
Позвоните родственникам.
Объясните всю ситуацию.
-У меня никого нет.
-Да, что это я тебя все Барбоска
да Барбоска.
Надо имя тебе дать.
Шарик.
Не нравится?
Ну, не Волк же?
На Волк одна дамочка обидится.
Лежи.
А Сторож тебе подходит.
Сторожем ты будешь.
Сейчас мы тебе витаминку сделаем,
и все будет хорошо.
Вот так.
-Не знал, что у нас филиал
ветеринарной клиники открыт.
Утро доброе, Степан Михайлович.
-Доброе!
Негодяи собаку ранили.
И к нам подбросили.
Не помирать же животине.
Подштопал немного.
-Вы понимаете, что будет,
если у вас найдут эту ампулу?
-Витамин К-3.
Кровеостанавливающий для животных.
Я его в ветаптеке купил.
-Вот именно, что для животных.
Вы понимаете, что вам потом 3 года
отписываться,
откуда у вас в человеческой
больнице препарат,
запрещенный к применению на людях?
-Так собаку спасал.
-Мы сначала используем запрещенный
препарат, а потом лечим
собаку там, где не положено.
Подведет вас под монастырь
ваша доброта.
-Доведет.
А вы зачем приходили-то?
-Лампочки перегорели в ординаторской.
-Татьяна Давыдовна, здравствуйте.
Как у Вовы первый день в школе?
Не хулиганил?
-Не больше, чем ты в его возрасте,
Мартуся.
Хороший мальчик.
Мы поладим.
Его на продленку после уроков,
или ты придешь?
-Тут такое дело.
Я попала в больницу.
Похоже, коронавирус.
-О господи.
-Вовку девать некуда.
Не обратно же его в детдом?
-Зачем в детдом?
Я к себе заберу.
Мы все переболели уже.
Не беспокойся.
Лечись сколько нужно.
-Спасибо огромное!
Вы святой человек.
-Вот ваша койка.
Располагайтесь.
-Спасибо.
-Инесса Павловна.
-Марта Сергеевна.
-Плохая идея, сынок.
-Почему?
-Во-первых, твой подвиг
никто не оценит.
-Я это делаю не ради подвига,
я это делаю ради самого себя.
-Не понимаю, объясни.
-Хорошо.
Ты учил меня тому, что наше
призвание - спасать людей.
И сейчас важнее всего спасать людей
в красной зоне.
-Спасать людей можно и нужно здесь.
А в красную зону ты рвешься
не из-за этого.
Ты не виноват в смерти приятеля
Щукина.
Не виноват.
Это роковое стечение обстоятельств.
Несчастный случай.
В конце концов, если бы даже не ты,
он все равно бы нарвался. Понимаешь?
Рано или поздно нарвался бы.
-Но рано нарвался. И на меня.
-И теперь ты хочешь во искупление
умереть.
Так? Или хочешь спасти сотню, тысячу,
миллион человек. Тоже в искупление.
-Думал, ты меня поддержишь.
Кстати, а что во-вторых?
-Что - во-вторых?
-Ты сказал - во-первых.
А что во-вторых?
-А во-вторых,
в первую очередь
нужно думать о себе,
если ты спасатель.
Я тебя тоже этому учил.
-Похоже, мы с вами вместе в суде
заразились.
Народу полно, люди сутяжничают.
-Да, у каждого своя боль.
Да, и у нас теперь с вами
из-за них тоже.
Постойте. А с кем Вова?
-С моими родственниками.
-Вы же говорили, что у вас нет
никого.
Приличные хотя бы люди?
А то так мало ли, с вами что.
-Ну, не нагнетайте.
Я поправлюсь и возьму Вовку у тетки.
-Ну да.
Молодые да здоровые, наверное,
легче коронавирус переносят,
и вы поправитесь, дай бог.
Господи, что с вами?
Марта Сергеевна, что с вами?
КАШЕЛЬ
Доктор!
-Что случилось?
Что с вами?
Вы меня слышите?
Что с вами?
Тихо!
Дышите!
Возьмите.
-Извините, пожалуйста.
КАШЕЛЬ
-Тихо.
-10 лет назад у меня авария была
на остановке.
На меня машина наехала.
А я беременная была и ребенка
потеряла.
-Тихо. Пейте.
Ложитесь.
Все хорошо.
Вот так.
А это у нас что-такое?
А вы почему таблетку не выпили?
-А я ее уронила и не заметила.
Извините.
-Я скажу медсестре,
она принесет новую таблетку.
-Меня беспокоит штат.
У вас три отличных хирурга -
вы, Антонов и Хлебников.
Но вы все трое заняты
и в этой городской больнице.
-Это не проблема.
Господин Сергеев уже подыскивает
новых специалистов,
мы вплотную займемся новой клиникой.
-Окей.
-О, Марат Леонидович.
Я тут посмотрел снимки Плотникова
в боковой проекции.
Думаю, господин Кох тоже
заинтересуется.
-Чуть не забыл.
Алексей, напомни Хлебникову,
что через 15 минут у него начало
операции. Это срочно.
Алекс, пойдемте, я вас угощу
настоящим алтайским чаем.
С медом и малиной.
-Охотно.
-Держите.
-Поставьте, я схожу в туалет.
-Доктор сказал, чтобы вы при мне
выпили.
У вас аллергия
или противопоказания?
-Нет.
-Тогда пейте.
Он необходим при коронавирусе.
Это профилактика тромбоза.
-Семен Федорович, посмотрите,
какая интересная таблетка.
-А где ты ее нашла?
-Вот здесь, под стульями.
-Интересно, интересно.
-Наверное, кто-то из посетителей
обронил. Хотя...
Сегодня у нас никого не было.
А! Здесь Кирилл с Хлебниковым сидели.
-С Хлебниковым?
Дай-ка сюда.
Значит так, ты ничего не находила,
я не я, и лошадь не моя.
-Нет.
-Значит, просто поверь
старшему товарищу.
-Ну теперь все - умру от любопытства.
-А любопытство направь
в нужное русло.
Возьми карты за этот год и подготовь
к передаче в архив.
-Семен Федорович, здесь работы
не на один день!
-Это приказ.
Потому что работа сделает
из медсестры кого?
-Кого?
-Хорошую медсестру.
-Вы тромбоз захотели, ампутации?
Вообще знаете, сколько ампутаций
мы делаем из-за обширного тромбоза?
Показать вам операционную?
-Нет.
-Тромбоцит при поступлении в норме.
Верхняя граница.
Гепарин подкожно в живот.
-Поднимите кофту.
-Нет.
-Какая же безответственность.
Вам ребенка доверили, а вы лечиться
отказываетесь.
-Я не отказываюсь.
-Поймите, протокол лечения самый
современный.
Он основан на нескольких месяцах
изучения коронавирусных больных.
Или у вас противопоказания есть?
Колем.
-Плющев просили передать - у тебя
операция через 15 минут.
-Через час.
-Плотников сегодня всю ночь не спал -
нога у него сильно болит.
-Кто такой Плотников?
-Электрик, которому вы вчера
с Плющевым делали операцию.
-Электрик Плотников?
УСМЕХАЕТСЯ
Забавно.
"Тряпье" - из шести букв,
первая "в", предпоследняя "ш".
-Что?
-Ветошь подходит.
-Иван Андреевич.
-У?
-Ты чего этой самой ветошью
прикидываешься?
Человеку сознательно сделали
неправильную операцию,
а тебе и дела нет?
Ты же у нас гениальный хирург, боец.
УСМЕХАЕТСЯ
-Гениальный хирург у нас теперь
Плющев.
А Сергеев - гениальный главврач.
А я - ветошь.
"Конец деревянной балки"
из пяти букв на "т".
О!
"Торец".
-Доктор...
-В палату вернитесь.
-У меня тромбофлебит, мне врач велел
ходить для профилактики.
-Хорошо. Ходите, но осторожно.
-Елизавета Владимировна, моя соседка,
она вообще нормальная?
Она таблетки плюет,
от уколов отбивается.
-Коронавирус дает разные осложнения,
в том числе и когнитивные.
Вы боитесь?
-Да нет...
Просто, поймите, я не просто так
интересуюсь.
Вопрос в чем?
Видите ли, решение суда еще можно
отменить.
-Ну что, пляши.
Губернатор поддержал нас по вопросу
строительства новой клинки.
Так что скоро начнем.
-Прекрасная новость.
Да вы волшебник, Вадим Андреевич!
-Не без этого.
Прямо в понедельник поедешь
в Затонск.
И на углу Проектируемого проезда
номер 122 и Колхозной
начнется разметка - проконтролируешь.
-Как Затонск? Это за семь верст
киселя хлебать.
-А ты хочешь и на елку влезть
и киселя не хлебать? Так не бывает.
Где нашлось место, там и будем
строить.
-Там жителей почти нет.
Поле да бетонный завод.
А в районе 1-й ЦКБ три
густонаселенных района.
В Затонск люди лечиться не доедут.
-Заболеют - приедут.
А нет - милости просим в нашу ЦКБ,
но за деньги.
И я не понял, ты не рад?
-Нет, что вы, я рад, конечно, рад.
Просто не осознал пока.
-Мы должны идти в ногу со временем,
Сережа,
предоставлять полный спектр
высококлассных медицинских услуг:
обследования, анализы,
аппараты там всякие,
чтобы не хуже других.
На всю область будем работать.
Смекаешь?
-Конечно.
-А все высококлассное, Сереж,
не может быть бесплатным.
Люди не ценят дармовое.
Так что приспичит -
болеть будут за деньги.
-Марта Сергеевна, что с вами?
КАШЛЯЕТ
-Рогова.
Рогова, смотрите на меня.
Рогова, смотрите на меня. Рогова!
-Быстро в реанимацию.
-А Воробьев чего приходил?
За папочку просить.
-Заявление в красную зону написал.
Ты рад?
-А...
Ты подписал?
-Думаю.
-А ты вот что. Ставь Плотникова
в план на пятницу.
Повторная операция - установка
аппарата Илизарова.
-Кто оперирует?
-Как кто? Ты.
И чтобы в этот раз
без самодеятельности.
-Конечно.
-Тогда все. Свободен.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Марта, это я, Татьяна Давыдовна.
Ты меня слышишь? Вова пропал.
Сбежал!
Алло?
-Рогова на процедурах. Я ей передам.
-У вас есть хронические заболевания?
-ВИЧ и гепатит - отрицательные.
Это откуда?
Нужен повторный общий анализ крови.
Срочно. И гастроскопия.
-Эй, парень!
Ты что там делаешь?
Ну-ка, подойди.
Ты как сюда попал?
-Через забор, как же еще?
Мне нужно к Роговой Марте Сергеевне.
-Это что ж, мама твоя?
Ага.
И с чем мама твоя у нас лежит?
-Коронавирус у нее.
-Коронавирус?
Так к ней нельзя.
Эта болезнь серьезная - заразная.
-А где ее корпус?
Хоть в окно посмотреть можно?
-А корпус у нас там.
Только ты ее не увидишь.
Там окна-то высоко!
-Тромбоциты - 21.
Я не понимаю, как такое возможно.
-Гастроскопию только что сделали.
Кровь в желудке и вся в язвах.
Ей же назначили антикоагулянты?
-Конечно. Тромбоциты при поступлении
были в норме - 400.
Это даже повышено.
-Это тромбоцитопения.
Срочно дицинон
и транексамовую кислоту.
СЗП - две дозы.
-Ну написал я заявление. И что?
-Если ты туда пойдешь, пойду и я.
-Тебе нельзя.
У тебя возраст, ранение, давление
и далее по списку.
-Вот и подумай, готов ты взять
ответственность
за мой возраст, ранение, давление...
-Ничего не помогает.
Она умирает.
-Нет.
Дайте мне 5 минут.
5 минут.
-Ну что, Сторож?
Будем больницу охранять?
Или в деревню к куму поедем,
в будку теплую, а?
Что случилось?
-Где К-3?
-На полке.
Ну вы же знаете, что будет,
если у вас эту ампулу найдут.
Вот-вот.
-Пульс упал до критической отметки.
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
Не прощупывается.
Мы проиграли.
-Выйти.
Всем быстро выйти.
Дверь закройте.
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
ДЕТСКОЙ ГОЛОС:
-Мама!
Мам!
Мамочка!
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
-Сюда.
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
Продолжайте дистренометрогексановую
кислоту.
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
-Иван Андреевич, вам плохо?
-Ну, такое...
Обезболивающие просто свои
забыл дома.
-У меня кетанов есть.
-Кетанов помогал мне в прошлой жизни,
чего б покрепче.
-Ну, вы ж знаете, у нас покрепче нет.
-Знаю.
ШЕПОТОМ:
-Нету, но есть.
-Дай, пожалуйста.
-Нет, нет, не у меня.
Девочки видели.
Лариса Вадимовна.
-Точно.
Спасибо, спасла.
СТУК В ДВЕРЬ
СТУЧИТ ПО СТОЛУ
-Ларис?
Ларис?
Ларис, проснись, пожалуйста,
мне помощь твоя нужна.
Лариса Владимировна!
МЫЧИТ
ВЫДЫХАЕТ
Понятно.
Извини.
-Что с ней?
-Новинка парфюмерии.
Духи с ароматом перегара.
Спасибо, Семен Федорович.
-Слушайте, почему вы скрыли,
что у вас иммунная тромбоцитопения?
Вы же могли умереть.
Вам же категорически противопоказаны
антикоагулянты.
Вы вообще стоите на учете, лечитесь?
-Да, я пью гормоны.
Точнее, пила.
Но мне от них плохо,
у меня голова кружится,
я не могу их пить.
-Агонисты назначали вам?
-Нет.
Мне сказали, что у областного
Минздрава нет денег.
Они очень дорогие.
-А селезенку предлагали удалить?
-Да.
Но я отказалась.
-А почему?
-Потому что это сразу назначение
инвалидности.
-Но это и лечение, это льготы,
выплаты.
-И запрет на усыновление,
Пожалуйста, я вас очень прошу,
не говорите ничего моей соседке
по палате Инессе Павловне.
-Нет, я вам ничего обещать не могу,
пока честно мне все не расскажите.
-Я после аварии не могу иметь детей.
Я ходила несколько лет в детский дом
волонтером.
И очень привязалась к Вове.
Он круглый сирота.
-Это вы его усыновили?
-Да.
Постановление вступит в силу
через неделю.
Я не могу потерять сына.
-Зато сын сегодня мог потерять вас.
Пожалуйста, запомните
сегодняшний день.
Потому что сегодня у вас
второй день рождения.
-Спасибо вам, Елизавета Владимировна.
-Доктор Сафонов вас спас.
ВИБРОЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да, Леш.
-Эля, я на месте.
-Я сейчас иду.
-Да, Роговой критически нужен
элтромбопаг.
Я знаю, сколько он стоит.
То есть на новый мерседес секретарше
министра у вас деньги есть,
а на больную женщину нет?
Поймите, она молодая,
у нее ребенок, а препарат ее спасет.
Он ее спасет и поможет вернуться
к нормальной жизни.
Да.
Я сама приду на прием
и буду сидеть до того момента,
пока лично не получу препарат
для Роговой.
Хорошо.
Спасибо.
-С кем воюете?
-С Облздравом.
Мне обещали выписать Роговой
элтромбопаг.
Я лично за этим прослежу, потому что
по моей же вине она чуть не погибла.
-Вы не виноваты.
-Это что?
-Это анализы Розовой.
Мария Розова, 30 лет,
прекрасный уровень тромбоцитов.
А это анализы Марты Роговой.
Лаборатория перепутала Марию Розову
с Мартой Роговой.
-Спасибо.
-Десерт не желаете?
-М-м...
Мне, пожалуйста, кофе.
Капучино.
Тебе тоже?
-Нет, боюсь, потом не засну.
Чай зеленый с жасмином, пожалуйста.
Спасибо.
Карбонара сегодня удалась, да?
-Да, спасибо, было очень вкусно.
Я вообще обожаю пасту.
-Да, можешь есть и представлять себя
в какой-нибудь солнечной Италии.
СМЕЮТСЯ
-Пожалуйста.
-Благодарю.
ПОКАШЛИВАЕТ
-Не возражаете?
-Возражаем.
Здесь полно свободных мест.
-А я не с тобой разговариваю,
а с дамой.
Выпьем вина, Эль.
-А я с тобой разговариваю,
Заславский.
Тебе здесь не место, понял?
Рассчитайте нас, пожалуйста.
-Сергей, тебе, по-моему,
достаточно вина.
Давай на кассе расплатимся, Леш.
-Леша один пойдет, посиди, сказал.
С тебя не убудет.
-Руки убери от нее,
ты, хорек кучерявый.
-Что?
Ты понял, что кому ты сказал
и что я с тобой сделаю?
КРИК
УСМЕХАЕТСЯ
-Я понял.
Я все понял.
Ты всегда делаешь так,
как тебе хочется.
И так, как тебе выгодно.
Деньги, женщины, да?
Захотел женщину -
не вижу препятствий.
И плевать на ее желания.
Захотел - назначил Хлебникова
главврачом.
Расхотел - выкинул.
Тебя жизнь-то еще не наказала?
Нет?
Смотри.
Бог не Тимошка - видит немножко.
Пойдем, Эля.
ЦОКАЕТ ЯЗЫКОМ
-Вот, значит, как?
Ладно.
Я подумаю над вашими словами,
Антонов!
-Рад был помочь.
-Погоди.
Если бы не я, с кем она была
сегодня вечером?
УСМЕХАЕТСЯ
СТОРОЖ ЛАЕТ
-Степан Михайлович?
-М-м?
-Я зашел извиниться за внезапное
вторжение.
-Да...
Пустяки.
Спасли?
-А вы?
-Отличный день сегодня.
Спасли одну живую душу.
Да?
Сторож?
СТОРОЖ ЛАЕТ
-Две.
Вторую тоже запишите на свой счет.
-Вы что себе позволяете?
Вы почему звоните в Минздрав
через мою голову?
Вам напомнить ваши
должностные обязанности?
-Владлен Эдуардович,
моя обязанность - спасать людей,
именно это я сделала.
-Вы забываетесь,
Елизавета Владимировна!
-Я люблю тебя, сынок.
-Так, картиночку "Мама,
выздоравливай" повыше к себе.
И улыбочку, ну?
Опа!
ЩЕЛЧОК КАМЕРЫ
О!
Есть.
СМЕЕТСЯ
Ну что?
Я 101 фото маме твоей отправил,
так что пора домой.
-Мама не умрет?
-Нет, конечно.
Люди не умирают,
если они кому-нибудь нужны.
Улыбочка.
СМЕЕТСЯ
Вот так.
Серия 43
-Ой...
Ой, в глазах темнеет.
Ой, не дойду.
Ой, там еще очередь стоять.
Ой, не достою.
Помрет бабка.
Ой...
-Сема, ну ты чего здесь?
Там очередь твоя.
-Пусть бабка идет, ей нужнее.
-А тебе?
-Да я здоров, Люб.
-Сема, какое сегодня число?
-Да при чем тут число-то?
-А день недели?
-Люб, ну не делай из меня идиота.
-Но ведь я-то вижу,
что ты не помнишь.
-Ну не помню. Что особенного?
-Сем, а ты помнишь, что я сегодня
тебя об этом уже спрашивала?
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимо
И торжественно прекрасны
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы.
-И каждый раз с такой миной лежит.
Ладно, когда поступил, - слабость.
Нет, а вот сейчас что ему мешает хотя
бы... хотя бы присесть,
когда я на обходе.
Нет, он лежит.
Еще рукой в телефоне: "Я тут
на "Госуслуги" зашел.
Я не вижу, что он мне больничный
продлил".
Елизавета Владимировна,
я на консультацию к Гитиной.
Скажите, у нее что, живот болит?
-Инга, у нее все болит. Подожди меня,
сейчас вместе пойдем.
Аптека? Это Нарышкина.
А скажите, что насчет Гитиной?
-А что насчет Гитиной?
-Вы заявку подписали?
Нет.
-А почему?
-А почему вне протокола целый этап
перепрыгиваете?
-А потому что она умирает.
-Да я сама с вашими больными скоро
умру.
Вот лягу среди ваших заявок,
и все.
Вы что думаете, если я фармаколог,
я в анализах ничего не понимаю?
-Гитиной совсем плохо, реанимация
отказывается ее брать.
-Да бери, не думай.
Ну, это реплика, да.
Но ты же от настоящих не отличишь.
-Слышь, тут вообще-то люди сидят.
-А что я, мешаю, что ли?
-А ничего, копыта убери!
-А если не уберу, то что?
-Тихо, тихо.
Сядь.
-Понимаете, мне же только
прокапаться, доктор.
-Нельзя, бабуленька, не кладем.
-У меня давление за 170. Я же умру.
-Нет, не умрете. Мы вам просто
не позволим.
Ух ты!
СТУЧИТ
У нас сейчас с инсультами не всех
кладут, а ты с давлением прешь.
СТУК В ДВЕРЬ
Да!
-Доктор, помогите, он сейчас
его убьет.
-Кто кого?
-Быстрей, пожалуйста, быстрей.
-Я детей не убиваю, я их воспитываю.
Доктор, разрешите?
Извините.
Даже не знаю, с чего начать.
-Да...
-Не знаю я, начни с цветочков.
Мне вообще по барабану, какие обои.
Все, давай, у меня клиент.
Все, пока.
Здра...
Алик, ты, что ли?
Здорово!
-Привет, привет.
-Что, выходной?
-Да, взял отгул, мать заболела.
-Заболела? Фигово.
Слушай, ну хоть этот, не ковид?
-Похоже, что он.
Вчера в Первую отвезли.
-В Первую? Страшное дело, они там
как мухи мрут.
Даже не знаю, кто за ними следит там.
-Кто? Врачи.
-Врачи... Алик, врачам из-за надбавок
прямая выгода,
чтобы мы болели.
-Еще скажи, они его разносят.
-Не, разносят китайцы.
Они эту фигню придумали
специально, чтобы не воевать.
А то, что своих там помрет пара
миллионов,
это же для них не цифра,
их там миллиарды.
Причем сейчас во всем мире бушует,
а у них единичный случай.
Совпадение? Не думаю.
-Я в это все не верю.
-А во что ты веришь?
-В лучшее. Поедем?
-Ну, поехали. Оптимист.
-Алик, как хорошо, что ты приехал.
Тихо, тихо. Маску, пожалуйста,
не снимайте.
-А ты вкусненькое принес?
-Вот маску на нос, вот так,
держим, держим.
Заберите.
-Выйдем на пару слов.
Инга, подойди сюда, маску ей держи,
чтобы она дышала.
-Сколько пальцев? Десять?
ИВЛов тоже десять, все заняты.
А еще в коридоре каталки стоят.
-Но я же не могу ее оставить.
-Если вы хотите, чтобы я кого-то
забрал, заберите кого-то у меня.
Подойдите, пальцем тыкните, скажите:
"Этого".
Его к вам, а вместо него Гитину.
-Я поняла.
-Если будет свободное место,
я вам первый наберу. Договорились?
-Елизавета Владимировна!
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
Сопор. Сейчас дальше пойдет.
Давай за реанимационной укладкой.
-Достаточно.
Скажите, сколько дней вы уже пьете?
-Он вообще не пьет.
-А это вот... по трезвяку?
-По трезвяку.
Так он перфоратором стену...
-Да каким перфоратором?
Монтажный пистолет.
Я дюбель в стену вгонял, кусок бетона
отлетел. Вторую неделю уже.
-Вторую неделю? Что-то долго.
-Это ерунда, уже не болит.
Вот по молодости мне отлетало!
Ох, как били меня.
-В каждую драку лез.
-Так это ж за правое дело.
Хотя и по хулиганке было.
-Так, давайте с этой
лирикой попозже.
Голова сейчас болит?
-Нет.
-А что беспокоит?
-Вот, вот.
-Это понятно. Больше ничего?
-Нет.
-Доктор, да он без памяти стал.
-В смысле?
-По три раза за ночь встает, газовые
конфорки проверяет,
выключили ли их мы или нет.
Не помнит.
-Скажите, а когда бетон прилетел,
сознание теряли или нет?
-Да вроде нет... Не помню.
-Ладно, сейчас посмотрим.
Можете пластырь отклеить?
Угу. Прикрывайте.
Сейчас получите направление на МРТ -
посмотрим, что у вас с головой после
встречи с бетоном.
-Аптека звонила -
подписала вам заявку на артлегиа.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
Устали?
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да нет. День же...
Нарышкина. С Заславским соедините.
-Нарышкина - это которая...
-Да, это та самая дурочка
из 1-й ЦКБ.
-Подождите минутку.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Рад слышать, Елизавета Владимировна.
Что у вас стряслось?
-У нас реанимация под завязку.
Нам нужно еще хотя бы 10 ИВЛ.
-Такие вопросы обычно через главного
решаются.
-Боюсь, наш главный
ничего не решает.
И нам это дорого обходится.
-Но если потребность реальна,
я подключусь.
Спасибо за сигнал.
-А когда ждать...
Устала.
-Чего?
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Я говорю...
Да.
-Это Сергеев. Зайдите ко мне,
Елизавета Владимировна.
-Извините. Я по поводу Гитиной
из красной зоны.
Я ее сын, мне с врачом
поговорить надо.
-Марин, разберись.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Алло.
-Леонтьева на МРТ ты отправлял?
-Да. А что с Леонтьевым?
-А ты в курсе, что томограф -
это такой большой-пребольшой магнит?
-Михайловна, ты что хочешь сказать,
что у него там стимулятор?
-У него в башке железка, которая
нагреваться начала!
-Как железка?
Так, Михайловна, ты мне скажи, эта
железка, она сдвинулась или нет?
-Сдвинулась. Только что труп забрали.
Весь томограф в кровище.
-Михайловна, ты не шути так со мной,
слышишь?!
Скажи мне, что ты шутишь.
Скажи, она сдвинулась или нет?
-Не сдвинулась, но могла.
-Ох... Он как?!
-Не понял ничего.
-Слушай, я тебя очень прошу, отправь
его на этот, на рентген.
-Уже отправила. Анамнез лучше
собирай, доктор, а то посадят.
-Спасибо тебе, родная!
Спасибо. Давай.
-Что? Что?
-Марин, слушай, накапай мне.
Она меня чуть до инфаркта не довела,
эта Михайловна, эта... Тоже шутница!
-Может, давление?
-Чуть не умер. Давление...
Там чего?!
-А, там. Созвонилась.
Сейчас к нему подойдут.
-Созвонилась.
Иди протри, ведь не протерла ничего.
-Иду. Протру.
-Ой, господи.
-Вы сын Гитиной?
-Я.
-Вот ее вещи.
-Ее выписывают?
-Она умерла.
-В смысле? Как?
-Вы разве не за вещами?
-Да подождите, я...
Я с ней вчера разговаривал.
Да это не ее вещи.
-Опять бирки абы как подписали.
Подождите, я уточню.
-Она жива!
-Подождите, пожалуйста, я уточню.
-Я только прошу Руденко снять.
СТУК В ДВЕРЬ
Войдите.
Хоть с двух дней в неделю.
Нет, платные надо оставить.
Это вопрос бюджета.
Все, жду результат.
Ну что, Елизавета Владимировна,
ни дня без общения с вашей
светлостью?
Ну какое расширение реанимации?
Может, сразу город-сад разбить на наш
дырявый бюджет?
-А по чьей же вине он дырявый, а?
-Хороший вопрос.
Замечательный вопрос,
Елизавета Владимировна.
Вопрос на миллион.
А точнее -
на 12 миллионов 730 тысяч 42 рубля.
Знаете, что это за сумма? Знаете?
Это сумма всех заявок на лекарства
с вашего отделения,
поданных с начала пандемии.
-Ну и что? Я думала,
эта сумма больше.
-Да, больше.
Но эта сумма всех
неоплаченных заявок.
А знаете, почему нам их не оплатили?
Потому что вы и ваши сотрудники,
во-первых, назначали их вопреки
протоколу,
а во-вторых, даже когда вы умудрялись
обосновать назначение,
вы не могли заполнить документы
как следует.
И теперь пациенты спасены,
вы - врач-героиня,
а бюджет больницы в минусе.
А знаете, каков общий минус,
общий долг больницы?
Вы ведь не одна у нас врач-героиня,
правильно?
До вас еще товарищ Хлебников
постарался,
а до него этот старый чудак
на букву М,
который только в свой кошелек глядел.
Я ему говорил: "Валера, воруй
аккуратно, нам тут еще жить".
А он, сука...
Я же тут реально последний герой,
хожу подчищаю за вами, как Мойдодыр.
-Хорошо, скажите, какой общий долг
больницы?
-Сто.
-Сто миллионов?
-Да, сто лямов.
Поэтому забудьте про расширение
реанимации,
нам не на что его проводить.
-Я с больными что буду делать?
-Решайте с Сафоновым.
-Как решайте с Сафоновым?
-Через бумаги.
У вас кто сегодня, Гитина
очереди не дождалась?
-Да.
-Так пишите, что дождалась.
Скончалась в реанимации
после всех необходимых процедур.
Сафонов подпишет, он, в отличие
от вас, с головой дружит.
Ведь по сути так оно и было.
Реанимацию делали? Да.
Результат был? Нет.
Все.
-То есть, если я правильно
сейчас вас понимаю,
вы мне предлагаете подписаться
под тем, в чем я не виновата, да?
-Добро пожаловать в реальный мир
отечественной медицины.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Все, уйдите, чтобы я больше
вас не видел.
Да.
-Ваша супруга опять подшофе.
И, как бы это сказать...
домогалась меня.
-Ну что, карандашик поточил?
-Не хочу с вами ругаться,
Владлен Эдуардович.
-Молодец, что не хочешь.
Она что, совсем в умат?
-А как вы думаете, если я вам звоню?
-Сейчас с ней?
-Нет, я в коридоре.
Она в вашем бывшем кабинете.
-Так, смотри, чтобы она в отделение
не выскочила. Сейчас буду.
-Да, сказал, бетон в голову попал.
-Санитарка, которую вы позвали,
чужие вещи принесла.
Обещала разобраться
и куда-то пропала.
-Марин, дай уже, наконец, телефон
и бойца нашего позови, пожалуйста.
-Сейчас. Вот вам номер телефона
ординаторской в красной зоне.
Звоните туда и уточняйте.
Пройдите, пожалуйста.
-Можно?
-Ну что, дорогой,
операцию будем делать.
-Да.
-Ну?
-А вот это пройдет?
-Ну, я не знаю.
-Хуже не будет?
-Не должно.
-Вот так вот.
А зачем же тогда операция, если лучше
не будет, а хуже не должно?
-Потому что если ничего не делать,
хуже будет точно.
Ну ты чего?
Я же вижу, ты мужик боевой.
-Еще бы, целую неделю с дюбелем
в башке проходил.
-Знаете, у меня отец умер
на операции.
Дед, казак, тоже, царство небесное.
Отказываюсь я.
СТУК В ДВЕРЬ
-Скажите, а вы не видели
Ларису Владимировну?
-Она в бывшем кабинете Сергеева.
Только не говорите, что я сказала.
-Хорошо, спасибо.
-Лор, я не хочу тебя опять колоть.
-Можно, я пойду?
-Нельзя!
Просто выпей таблетки и поспи.
Иначе я позову Марину, и тогда уже...
-Лара...
-Снова меня ударишь?
-Зови Марину.
Ну что?!
-Мерзко.
ПЛАЧЕТ
-Не зови.
-Сема, ну надо.
-Я свое слово сказал,
вы меня не уговорите.
-Хоть до завтра полежи,
Семен Николаевич, под наблюдением.
Завтра скажешь домой - на все четыре.
Договорились?
-Ладно, денек полежу, если надо.
-Марина, проводи его в палату.
-Пойдемте.
-Надо уговорить его на операцию.
-Он меня не послушает.
-Кого послушает?
-Моего отца. Привести?
-Обязательно.
-Так, стоп, а рентген мне уже делали?
-А вы не помните?
-Я помнил, просто забыл.
-Все в порядке, вспомните все,
вспомните.
-Девушка! Я до вашей ординаторской
дозвонится не могу!
-Это не наша. Вы звоните,
кто-нибудь вам ответит.
-Нет, теперь вы позвоните!
-Руку отпустите, больно!
-Я о матери целый день ничего
не знаю, вызовите врача!
-Дружище, ты руку-то отпусти.
-Я позову.
Ждите.
Отведу больного и вернусь.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да, кто это?
Кто?
-Поговори с ней по-своему, по-женски.
Она ведь целый месяц не просыхает.
-Я-то поговорю.
Только вот что мне за это будет?
-Ты лучше спроси, что тебе будет,
если ты это не сделаешь.
-Я тебя не боюсь, серый волк.
-Лариса, тебе нужно взять
себя в руки.
-Брысь.
Брысь, брысь, брысь! Сейчас главный
придет, по попе надает.
Ларочка.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Да.
-Елизавета Владимировна, Гитина ваша?
-Моя.
-Ее сын не может дозвонится
ни до вас, ни до ординаторской.
-Она умерла днем, Марин.
Скажи, что мы сделали все, что могли.
-Елизавета Владимировна, пожалуйста,
я не знаю, как такие вещи говорить.
Будут вопросы, я не знаю,
как отвечать.
Пожалуйста, Елизавета Владимировна,
может, вы сами?
-Ладно, я сейчас сама подойду
в приемное.
Возьмите.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да, Люб?
-Сем, я сумку в приемной забыла.
-Молодец, калоша.
-Ты забери, пока не украли,
а я к вечеру буду.
-А ты куда рванула-то?
-Да в Покровку, отец просил заехать.
-Слышь, это, про меня особо ничего
не болтай.
-Ой, а я уже, Сем...
-Ну, баба, ну, язык.
-Семочка, забери.
-Заберу, заберу.
-Мы сделали все, что могли.
-Вы же приезжая?
-Да, я действительно родилась
не в этом городе.
А вы откуда?
-Потому что вы не знали мою маму.
Вы же ее не знали?
-Нет.
Я действительно вашу маму не знала.
Она, кажется, была учителем, да?
-Учитель года. Но ее не за это знали.
Она липы сажала на городском пустыре.
Теперь самый красивый парк в городе.
-У меня окна как раз выходят
на этот парк.
-Пятиэтажка на Юркино?
-Да.
Это очень красивый парк.
Вы знаете, ваша мама...
-Так почему она умерла?
-Дыхательная недостаточность
на фоне тяжелой пневмонии.
Как итог - остановка сердца.
-Почему ее не перевели в реанимацию?
Или перевели?
-Конечно, мы всех пациентов
в критическом состоянии...
-Да, да, доставляете туда.
-Да.
И я лично оказывала вашей маме
реанимационную помощь.
-В палате.
Возможно, проблема в том,
что мы не знаем людей,
с которыми живем в одном городе.
Кого лечим, кого учим.
Если бы знали, может быть,
они не умирали так мучительно
в палатах.
-Вам соседка позвонила?
-Да.
-Поймите...
Пожалуйста, примите мои искренние
соболезнования.
Правда, поверьте...
-Люб, что-то я заплутал.
-Поверить вам?!
Да вам плевать на людей!
То перепутали вещи,
не те бирки забираете.
"Мы сделали все, что смогли".
Да что вы сделали?
Да ни хрена вы не сделали.
-Мужчина, успокойтесь.
-Что вы сделали?
-Успокойтесь, пожалуйста.
-Ты себя успокой!
-Парень, ты только обороты сбавь.
-Я тебя сейчас сломаю, старик!
-Я же сказал: не шуми. Понял?
Понятливый же парень ты.
Вот куда я шел?
-Мужчина, пожалуйста,
пройдите в свою палату.
В свою палату пройдите, пожалуйста.
-Тихо, тихо!
-Иван Андреевич, мне нужна
ваша помощь.
-Какого рода?
-На операции.
Будем железку из головы тянуть.
-А, это этот перец с дюбелем
в голове.
Марина сказала, что он подписал
отказ.
-Он в искусственной коме.
-Когда же успели?
-Какой-то тип Нарышкиной угрожал.
-Как она, кстати?
-В порядке.
А этому прилетело в голову.
Он отключился, потом судороги
пошли, пришлось седировать.
-И что, хотите оперировать?
-Без вариантов.
-Не боитесь?
-А чего?
Мы просто соберем консилиум.
-Нана Вахтанговна, если он подписал
отказ, это уже не просто.
Есть проблема - родственники.
Сегодня мы прооперируем,
а завтра они придут.
-Да никто не придет.
-И скажут: "А он не давал согласия".
И что вы на это?
-Лучше таких вопросов мне
не задавать.
-Если эти вопросы начнут задавать
люди в погонах?
Месяц назад я вас бы прикрыл бы,
конечно.
А сегодня вы одна.
-А вы?
-А у меня своих хвороб выше крыши.
-Опять головные боли?
-Угу.
-Чем лечите?
-Чем найду.
-Жаль, я на вас рассчитывала.
-Подождите, я же не отказываюсь.
Я просто предупреждаю вас.
И хочу вам сказать, что у вас хоть
и мудрая голова, но все же одна.
Идемте.
-Ну что там? Как она?
-В парк поехали.
-В какой парк?
А, понял.
-У меня в Сирии похожий случай был.
Ну, правда, там без трепанации
обошлось.
Мальчонка пулю словил.
-А как доставали?
-Трансорбитальный доступ.
Правда, она на поверхности лежала.
-Так.
Иван Андреевич, давайте,
сейчас будет самое сложное.
Видите?
-Да, его конец.
-Давайте осторожненько на себя.
Так...
Оп.
Ага.
А как там этот паренек в Сирии?
-В плане когниции?
-Угу.
УСМЕХАЕТСЯ
-Да черт его знает,
я же по-сирийски-то ни бельмеса.
А с таким словарным запасом проверять
когнитивный потенциал не приходится.
Но бегал потом пацан-то, бегал.
-Ну, дай бог, и наш будет.
Хотек.
-У вас два варианта,
Владлен Эдуардович.
Плохой - оставить все как есть.
Второй - отправить Ларису в отпуск.
Ну, желательно не одну.
УСМЕХАЕТСЯ
-Угу, с Плющевым.
-Чего?
-Ничего, продолжайте,
очень интересно.
-Ну...
Собственно, все.
Помощь, поддержка, принятие.
-Взаимные упреки, ссоры,
демонстративные попытки суицида.
Она ведь тоже немножко актриса.
Хотя почему "тоже"?
Все вы, бабы, такие.
-Надеюсь, я вам помогла.
-Очень!
Бросить все, уехать вдвоем
в отпуск в пандемию -
отличное предложение,
как я сам об этом не догадался?
-Ну что?
Как он отходит от наркоза?
-Уже меня узнает.
Теперь, слава богу,
в драки не полезет.
Ой, солнышко!
-Чего это не полезу?
Полезу, полезу!
-Что ты! Иди ложись обратно, Сема.
-Да сейчас лягу я!
Только доктору руку пожму.
Спасибо, доктор.
-Семен Николаевич,
Любовь Васильевна вас очень любит.
-Так я это, тоже того...
Взаимно!
СМЕЕТСЯ
-А ну, марш в палату.
-Без вопросов!
-Что, прям ни с того ни с сего напал?
-У него мама умерла.
-Ну, маму, конечно, жалко.
Только вот ее соседка...
Посмотрите, что она пишет.
Ну как?
ВЗДЫХАЕТ
-Ну, это яркий пример того,
как ковид может давать осложнение
не только на легкие, но и на психику.
-Ну да, да.
Я тоже так и подумал, что она дура.
Но вы все-таки не расслабляйтесь,
Елизавета Владимировна.
Хорошо?
-Подождите, это все?
-Да.
Причин для возбуждения
уголовного дела я не вижу.
-А то, что он ударил пациента?
-Ну, надо узнать,
будет ли этот пациент заявление
подавать.
Нет, я, конечно,
могу его принять и от вас,
но тогда боюсь, наш с вами разговор
сильно затянется.
Ну а потом, у парня своя правда.
Зачем ее ворошить?
Да?
-Лизонька!
-Привет, мамуля.
-А у нас гость.
Давай раздевайся.
-Что за гость?
-Твой бывший коллега,
он приехал из Германии на пару дней.
-Интересно.
На кухне?
-Угу.
Держи тапочки.
Обувайся.
Ух, ты моя красавица!
-Мама.
А Толя где, мам?
-А я его уложила.
-Почитай, пожалуйста.
Спасибо.
-Конечно.
-Я пока с коллегой.
-Угу.
Зачем вы здесь?
-Хотел посмотреть, как парк
из ваших окон выглядит.
Правда, с кухни не видно.
Мне ваше признание нужно.
-Признание в чем?
-В убийстве моей матери.
-Вы с ума сошли?
Я лечила вашу маму.
-Может, из детской лучше тогда
посмотрим?
Правда, мальчика разбудить придется,
да?
-Не надо никого будить.
Я все скажу.
-Говорите.
-А что говорить?
-Правду.
-Я, Нарышкина Елизавета Владимировна,
заведующая инфекционным отделением
первого ЦКБ, виновна в смерти своей
пациентки Гитиной Софи Даудовны.
Что-то еще?
-О себе расскажите.
-Я родилась в Челябинске,
с детства мечтала стать врачом.
Моя мама работала медсестрой,
я всегда смотрела, как она работает,
и хотела стать лучше.
Я закончила медицинский
с красным дипломом, после вышла замуж
и переехала с мужем в этот город.
Когда я забеременела, он меня бросил.
Я вышла из декрета,
начала много работать
и теперь я здесь.
Это все?
Серия 44
ОПЕРАТОР: -Оставьте свое сообщение
после звукового сигнала.
-Ой, Кирюша, доброе утро,
я вернулась в ваше сонное царство.
Тетя Нора не отвечает, папа тоже.
ВЗДЫХАЕТ
Еду домой, дождись меня,
есть важная новость.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
И их глаза неумолимо
И торжественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
КАПАЕТ ВОДА
ЗВОН БУДИЛЬНИКА
-Мам!
-Ну, сынок, ну я ж просила подождать.
-Привет, прости, ну да.
-Привет.
-Я очень опаздываю.
-Три минуты и иди.
У меня всего три дня,
я возвращаюсь обратно.
Меня утвердили!
СМЕЕТСЯ
Да!
-Ну, ура.
СМЕЕТСЯ
Класс.
-Да. Ну!
Пока Чехов, но после праздников
новая постановка.
-Здорово, а что это?
Антреприза или что?
-А вот и нет, я уже в труппе.
-Эпично.
-Да.
-А жить где?
-Придется что-то снимать.
-А, понятно.
ВЗДЫХАЕТ
Ладно, я побегу, мамуль!
-Подожди, самое главное не сказала!
Кирилл...
Ну, я решила - едем вместе.
Конуру нашу сдадим.
Подожди, вернешься вечером -
обсудим детали,
и не могу до Ларисы дозвониться.
Ты ее сегодня увидишь?
-Вряд ли, я теперь в другом корпусе,
а по поводу деталей, мам...
Очень за тебя рад.
И...
В Москву я не поеду.
-Угу.
-Да.
Все, я побежал, потому что смена.
Хорошего дня!
-Это мы еще посмотрим, как ты
со мной в Москву не поедешь.
Так!
-Ну вот, Маргарита Павловна.
Сегодня вам намного лучше.
Так, сатурация.
-Да она здорова как лошадь!
СМЕЕТСЯ
На ней дрова возить!
СМЕЕТСЯ
Си...
Симулянтка.
-Виктория?
КАШЛЯЕТ
А нельзя Фаину Георгиевну
к аппарату подключить?
ХИХИКАЕТ
Я понимаю, что она и сама богу душу
отдаст, но хоть на какое-то время
прекратится этот бесконечный
поток маразма.
-Губы закатай,
я еще на твоих похоронах погуляю.
-Ой, вы так шепелявите, любезнейшая,
ничего не разобрать.
СВИСТ
-Вернула Алеше свистульку, да?
-Лучше, чтобы он в стену стучал?
-Девочки, а девочки?
А у вас еще для дебилов...
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
...специальной красной зоны нет?
-Вероятно, нет, душа моя,
раз вы здесь.
-Алеша не дебил.
Он переживает.
-А-а-а, тогда это все меняет!
СВИСТ
СМЕЕТСЯ
СТУК В ДВЕРЬ
-Да?
-Доброе утро.
-Доброе.
-Воробьев Марат Леонидович
должен вам позвонить.
-Да, здрасте, Кирилл Иванович.
-Здрасте.
-Мы с Плющевым все обсудили.
ВЗДЫХАЕТ
Ну что, добро пожаловать
в красную зону.
Присаживайтесь.
Понимаю, что звучит...
СВИСТ
...конечно, двусмысленно.
-Я уже не первый раз слышу этот звук,
у вас тут полиция?
-Нет, это Алеша.
Особенный пациент.
Просто кнопка вызова не везде
работает, а он очень хочет внимания.
Ну, в общем, вы его увидите
и сами все...
Поймете.
Так что вы привыкайте,
у нас здесь интересно.
А, кофе хотите?
Папа ваш любит.
-Чай.
Спасибо.
-Понимаю, что по идее должна
провести с вами инструктаж.
Но нужно срочно составить запрос,
а то больным нечего будет назначать.
Понимаю, что дадут все равно не все,
потому что перерасход.
Сергеев...
Угощайтесь.
-Спасибо.
-Сергеев от меня уже шарахается.
А вот сахара пока хватает,
поэтому вы кладите...
ВСКРИК
-Все в порядке.
-Простите...
-Все нормально.
Так, и ваш бланк.
Все нормально, все читается.
Вот.
-Ох, спасибо.
Чуть не назвала вас
Иваном Андреевичем.
Видимо, есть у вас что-то фамильное.
Но как-то удивительно - в вашем
присутствии мне становится легче.
Господи, почему я такая неаккуратная?
-Садитесь.
Да.
Давайте, в общем, вы мне диктуйте,
а я все занесу в новый бланк.
-Нет, до противоправных действий,
слава богу, еще не дошло.
Доктор, я понял, понял,
что только по решению суда.
Я прошу вас пойти навстречу
в виду исключения, я...
Ясно.
Трусливая скотина!
СТУК В ДВЕРЬ
Кто там еще?
-Влад, привет.
Уделишь минутку?
-Привет, извини, я занят.
-Ларису ищу.
Мне на вахте сказали,
что она у себя.
-Ну позвони!
-Звоню второй день.
Что происходит?
-Ничего не происходит.
-Мне поговорить с ней надо.
-Ах, тебе надо?
Ясно.
Ну давай.
Поговорил?
А теперь отчаливай.
-Я могу чем-то помочь?
-Можешь.
Оставь мою жену в покое.
-Ты считаешь, она из-за меня
в запой ушла?
-А из-за кого?
-Влад, я понимаю, что я бываю резок,
требую от людей чаще больше,
чем того следует.
Но Лару-то я никогда не обижал.
-Ты просто женился на ее сестре.
-Что? Да у нас в жизни
ничего не было.
-Это у тебя не было.
-С ума сошел? Совсем от ревности
мозг потерял?
-Если ты сейчас же не уберешься,
я охрану позову.
Давай, врежь мне, давай!
Дай мне повод.
-Чтобы врезать тебе,
мне повод не нужен.
-Привет.
-Привет.
-Я Настя.
-Кирилл.
-Все просто, здесь женские
и мужские палаты.
-А в коридоре?
-В коридоре те, кому места
не хватило.
Еще несколько в сестринской.
А что вы улыбаетесь?
-Да так, что-то улыбнуло.
Может, на "ты"?
-Давай.
-Тебе бы гидом работать.
-Ну, клизмы я тоже неплохо ставлю.
Играешь в шахматы?
-Немного, а при чем тут это?
-Только тихо.
Сейчас объясню.
Это Алеша.
Синдром Аспергера, легкая форма.
Ну и ковид, сам понимаешь.
-Это он свистит в свисток?
-Уже нет.
Мы с Викой переставили кровать.
Вот, Глеб уступил свое место.
Глеб, знакомься, это наш новый
ординатор, Кирилл Иванович.
-Воробьев, сын бывшего главврача.
Читал о вас, вы бандита замочили.
-А где об этом пишут?
-Больничный форум.
Прочитайте, прикольно.
-Глеб много читает.
А еще он у нас призер Всероссийской
олимпиады школьников.
-Двух - экономика и право.
-Сто!
-Молодец, Алеша.
Молодец!
Держи.
-Интересный способ. Работает?
-Какое-то время.
Вчера рисовали кружочки,
позавчера катали шарики из хлеба.
Алеша любит шахматы.
-Алеша любит играть!
-Одна, но пламенная страсть.
-А ты хочешь, чтобы я с ним сыграл?
-Леша пить компот, компот!
-Одной игры мало будет,
мы проведем турнир.
Чемпионат красной зоны -
персонал против пациентов.
-А это вообще реально?
-А почему нет?
Это же не только ради Алеши.
Здесь все на нервах и всем
не помешает эмоциональная разрядка.
-Я звонил в три частных клиники,
сулил золотые горы.
И везде отказали,
боятся нарушать закон.
-При чем здесь закон,
Владлен Эдуардович?
Они боятся иметь дело
персонально с вами.
Знаете ли, у вас скверная репутация
в профессиональных кругах.
-Но должен же быть какой-то выход.
-Их два.
Первый - это принудительное лечение,
второй - добровольное.
На первый не согласны вы,
на второй - ваша жена.
-Убедите ее, вы же в этом мастер.
-Она меня не послушает.
Найдите того, кого послушает.
Мы здесь с ней пооткровенничали,
такой человек есть,
и вы его прекрасно знаете.
-Смеетесь?
После всего, что между нами было?
-А что?
Покайтесь, всплакните.
На карачках приползите,
в конце концов.
Вы в этом мастер.
-А может, лучше вы попробуйте?
-Мне-то это зачем?
-А что бы вы хотели?
-Серьезно?
Ну, луну с неба вам слабо.
Кабинет в новом здании
с видом на парк.
-Договорились.
-Только я вам ничего не обещаю.
К Хлебникову на хромой козе
не подъедешь.
И сделайте так, чтобы она
не опохмелялась.
Она должна понимать хотя бы,
с кем говорит.
-Доброе утро.
Прости, что разбудила.
Ты плохо выглядишь.
-Спасибо за комплимент.
-Иван, выслушай меня, пожалуйста.
То, что ты с собой делаешь,
не просто глупо, это преступление.
Ты хирург, нельзя оперировать
в таком состоянии,
рано или поздно ты кого-нибудь
искалечишь.
-Зачем ты мне это говоришь?
Настучи Владлену, он будет рад.
-Можешь сколько угодно мне грубить.
Можешь даже меня ударить.
Я все равно скажу.
Мы так и не закончили тогда
твое обследование.
Ты не знаешь, что с тобой.
За версту видно, что тебе хуже.
Не понимаю, зачем ты себя мучаешь.
-А ты действительно думаешь,
что я мог бы тебя ударить?
-Нет.
Я думаю, что тебе просто не хватает
духа взглянуть правде в глаза.
-Какой?
-Надо делать МРТ.
-Не доверяешь мне,
попроси Нану Туридзе.
У тебя пульс под 200.
Ты хоть что-то принимаешь?
-О, ну надо же! А я-то думала,
у вас все в прошлом.
-Я думала, у вас тоже.
-Девочки, если хотите подраться,
идите на улицу.
-Иван, дай мне слово.
Я не уйду, пока ты мне не пообещаешь.
-Стоп, я не для того
через весь город ехала,
чтобы выслушивать тут
ваши милые беседы.
Вань, пусть она уйдет.
-Маш, ты-то хотя бы не нагнетай.
Быстро скажи, чего надо.
-Ну, я получила работу в Москве,
хочу, чтобы Кирилл уехал со мной.
-Я тебя поздравляю.
Это будет решать все равно Кирилл.
-Убеди его. Ты отец или кто,
в конце концов?
Очевидно же, что твои подвиги
сказываются и на его карьере.
-Какие еще подвиги? Вы что несете?
-Соседи рассказали.
Весь город говорит о том,
что Ваню отстранили от должности
из-за очередного мордобоя.
-Доктор, можно вас на минутку?
Это очень срочно.
-Цветы к цветам.
Что случилось?
-Ничего.
Вы идите.
-Куда?
-Куда хотите. Я их задержу.
-Ты же должен быть в тюрьме?
-Я ничего никому не должен.
Тебе - особенно.
-А, отмазался, значит.
Молодец.
-Чего надо?
-Да ничего.
Гуляй.
Хотя стой.
Разговор есть.
Давай внутрь зайдем.
Не бойся, бить не буду.
-Добрый день.
-Привет.
Давай угощайся. Мне тут мама
на целую роту испекла.
А ты кто?
-Меня зовут Кирилл Воробьев,
я ординатор.
-Дима Горячев. Моряк.
В смысле - я из травмы,
а здесь совмещаю.
Слушай, а ты каким ветром?
Ты же вроде у Марата работал?
-Людей не хватает.
-Ясно.
Кладешь живот на алтарь гуманизма.
Мне про тебя Антонов рассказывал.
Рад знакомству.
Хороший хирург нам не помешает.
-Спасибо, но это вряд ли.
-А в чем дело?
-Ну я поэтому сюда и пришел.
Я не могу оперировать.
У меня проблемы с руками.
-М. Плохо.
-Мне нужен ассистент.
Операционная сестра словила вирус.
-Ну, в принципе, я бы мог
ассистировать.
-Ну хорошо.
Ладно, ты давай жуй, очень вкусные.
И меду.
А с тремором твоим мы еще повоюем.
Давай.
-Жданов у телефона.
-Здрасте, товарищ полковник.
-И тебе не хворать. Чем порадуешь?
-Ну есть тема с лепилой из ЦКБ.
-Хлебников? А что за тема?
-Похоже, у вас появилась возможность
с ним поквитаться за племянника.
-Подъезжай.
-Проветрились?
Выглядите посвежее.
-Ждете благодарности?
-Не слишком.
-И тем не менее спасибо.
-Пожалуйста.
У меня к вам вопрос.
-Так?
-Сразу перейду к сути.
Доктор Сергеева - мой пациент.
И сейчас она нуждается в помощи.
-Ну, я здесь при чем?
Я не нарколог.
-Вы не нарколог, но вы же знаете,
что женский алкоголизм
плохо поддается лечению.
-Это правда.
-К счастью, у нее просто срыв,
который нужно купировать,
и стойкой зависимости
я сейчас не наблюдаю.
-Ну прокапайте ее,
в чем проблема?
-Иван Андреевич,
у пациента разрыв селезенки.
Обезболим, пусть сам зашивает? Так?
-Кривая аналогия.
-Прямая.
Лариса не собирается трезветь.
Она в тупике, понимаете?
Муж тряпка, сестра эгоистка,
любовник трус и подхалим.
Единственный человек,
которого она уважает,
воротит от нее нос.
-Меня имеете в виду?
-Ну не Сережу.
-Ну допустим.
Допустим, вы правы.
Что, по вашему мнению,
я должен сделать?
-Слезть с пьедестала
и протянуть ей руку помощи.
Я понимаю, что это трудно,
но битый битого везет.
-Что вы имеете в виду?
-Да бросьте, я же психиатр.
Я знаю, что такое абстинентный
синдром.
Но вы не мой пациент.
-Слава богу.
-Хоть и считаете меня треплом,
не переживайте, молчать я умею.
-Что вы только делаете
в нашей скромной ЦКБ
с вашими талантами и запросами?
-Честно? Людей лечу.
Кофе угостите?
-Запросто.
-Здесь нет больше выпивки.
-Спирт тогда принеси.
-Остановись.
Ты мне не оставляешь выбора.
-Да?
И что ты мне тогда сделаешь?
-Уволю по статье.
-А...
СМЕХ
Давай, валяй.
УСМЕХАЕТСЯ
-Дай сюда, ты что?
КРИК
Дура!
Что ж ты делаешь?!
Дура!
КАШЛЯЕТ
-Я переписал всех желающих, но...
По-моему, ничего не получится.
-Почему?
-Потому что никто не играет.
Типа королева ходит вперед, назад,
влево, вправо - все.
-Ну и что. У меня брат 5-классник
в баскетбол играет,
так я на каждый матч хожу болеть.
А правил не знаю.
-Слушай, от какого ты отделения?
Я тебя раньше не видел.
-Я из скорой перешла.
Нам сказали про надбавку,
никто не пошел,
а я думаю - кому-то же надо.
А в скорую - прямо из училища.
В общем, ничего романтичного.
Доски готовы?
-Вуаля!
-Иван Андреевич, Лариса сбежала.
-Где Владлен?
-Уехал. Вроде в Госстрах.
Я ему говорю, я не секретарша, мне
влетит от Марата Леонидовича.
-Как это произошло?
-А что мне было делать?
Она сказала, что уволит,
если я ей не открою.
-Запри кабинет и возвращайся
в отделение.
Держи рот на замке. Поняла?
-Поняла.
ВИЗГ ТОРМОЗОВ
ГРОХОТ
-Опа! Все, Роман, плакала твоя тура.
СМЕХ
-Ладью возьмет - я продвину пешку.
-Точно! А ты умный мужик, доктор.
-А дураков не держим.
-У нас финалист!
Алеша разгромил Синицкую.
Синицкая мухлевала, Глеб это заметил
и снял с турнира.
-Тч-ч-ч.
-Отличная игра.
Реванш дадите?
-Поздравляем!
Молодец, Кирюха!
Никаких реваншей. Молодец!
-Спасибо.
-Да, Роман, а если бы пошел конем...
Ты ошибся в самом первом своем ходе.
-Инга, привет.
Можешь меня поздравить - я теперь
в финале.
Что?
Когда?
Я понял.
-Все в порядке?
-Лариса Сергеевна попала в ДТП.
Состояние критическое.
-Что с ней?
-Черепно-мозговая.
Субдуральная гематома правой височной
доли,
открытый перелом левой бедренной.
-Вы ее спасете?
-Не знаю.
Взяли анализы, везем на КТ.
Положили жгут, поставили центральный
катетер.
Она в коме!
Пульс нитевидный.
-Я знал, что этим кончится.
Допрыгалась, идиотка?!
Я тебе говорил!
-Влад, выйди отсюда.
-Я говорил!
-Пошел вон отсюда!
После диагностики сразу
в операционную.
Я звоню Туридзе.
Оперировать будете параллельно.
-Звоните Антону. Я почти не спал.
-Антону ехать больше часа.
А я... Если бы это был кто-то другой,
понимаете?
Я вас очень прошу, Иван Андреевич.
-Провожу трепанацию.
Скальпель.
-Снимаю повязку.
Ножницы.
-Распатор.
-Распускайте жгут.
-Дрель.
-Активного кровотечения не вижу.
Давайте посмотрим снимок, как лежат
осколки.
Все ясно.
Готовим аппарат Илизарова.
Нана Вахтанговна, как у вас?
-Хорошего мало. Сильные повреждения,
осколки кости.
Пинцет.
-У меня тут небольшое кровотечение.
Можете посмотреть?
-Отсос.
-Как вы думаете, что это?
-Похоже, коллатераль.
Перевяжите.
-Спасибо. Я так и думал.
Лигирую сосуд. Зажим Кохера.
-Кофе.
-Нет. Спасибо.
-Может быть, сок - апельсин с манго?
-Да, сойдет. Спасибо.
-Это тебе спасибо.
Я даже не думала, что ты играть
будешь.
-Я же продул.
-Глеб сказал, что ты это специально
сделал.
За это тебе и спасибо.
Ты это сделал для Лешки,
а значит, и для меня.
Ну, для всех нас.
Слышала, Алешка - чемпион?
-Слышала.
-А ты не рада за него?
-А чему тут радоваться?
-Как же?
Алешка счастлив, все вокруг тоже,
у людей праздник.
-Не у всех.
Орлова из 6-й палаты снова на
аппарате.
Она готовится к ампутации.
А твой чемпион съел призовые почки и
требует добавки.
Я сочувствую тем, кому плохо, а ему
хорошо.
-А мне кажется, что ты сочувствуешь
тем, кто тебе нравится.
Хорошенькая Орлова из 6-й палаты,
Минину.
А толстый и неопрятный Алеша,
кому же он нужен?
Ты знаешь, Гитлер тоже маленьких
собачек любил, добрая душа.
-Ну, хорошо.
Я фашистка, а ты Мать Тереза.
Пойду я пеленки Игнатовой поменяю.
СИГНАЛ АВТОМОБИЛЯ
-Иван Андреевич, давайте подвезу?
-Не стоит, спасибо.
-Садись, расскажете, как прошла
операция?
Давайте быстрее, здесь стоять нельзя.
-В палате драка! Алеша избил Глеба!
В палате драка!
-Закрой за мной.
-Это я все придумал!
Сделал сайт, разработал дизайн,
собрал игроков, раскрутил турнир.
Неделя работы! Он вообще ничего не
сделал!
-Леша - чемпион!
-Какой ты чемпион?
Он едва играть умеет!
-Значит, ты все это затеял ради
тотализатора?
-Я кодекс знаю наизусть и уголовный,
и граждански, все законно.
Просто мне 15, пришлось на него
оформлять -
открывать счет, регистрировать.
-И много удалось заработать?
-До фига и больше! А он в конце взял
и пароль сменил!
-Сколько вы заработали?
-Тысяч 40 где-то.
-Рублей, что ли?
-Какие на фиг рубли?
-Тихо, тихо, все.
-"Воробьев, ординатор, второй
юношеский разряд.
Месяц назад убил преступника, слушает
рэп, холост". Это что вообще такое?
-Шире аудитория, женщины тоже любят
играть.
-Алеша любит играть, Алеша.
Алеша любит пить компот.
Настя красивая.
И Алеша любит Настю.
-Все, все, остановить.
Леша, ты чемпион.
-Зря вы меня в машину затащили.
Давно бы пешком дошел.
-Никто вас не затаскивал,
не фантазируйте.
-Ну да.
Просто решили подвезти заслуженного
доктора.
Всех пешеходов катаете?
-Ну что вы, только одиноких,
мужественных военврачей.
Ей-богу, Хлебников, не ищите
подоплеки.
Если бы я хотела вас склеить,
то давно бы уже склеила.
Вы не в моем вкусе.
-Что это?
-Грубый, надменный, прямой как шпала.
Уважаете силу, призираете слабость.
Поэтому уважать умеете,
а любить не получается.
-Что-то я логику потерял.
-Да прямая логика.
Любить можно только слабость, потому
что любить - значит, жалеть.
А вы этого не умеете.
-Притомили ваши психоанализы.
Вы так-то тоже не мой типаж.
-На ваши типажи я сегодня
насмотрелась.
Чопорная гордячка и капризная
лицемерка.
-Зато они добрые.
Чем не можете похвастать вы.
Остановите машину, я выйду.
АВТОМОБИЛЬ НЕ ЗАВОДИТСЯ
Открывайте капот, я посмотрю, в чем
дело.
-Не утруждайтесь, я вызову эвакуатор.
Через 20 минут в салоне будет так же
холодно, как и снаружи.
Я, конечно, жалеть не умею,
но двигатель завести я попытаюсь.
Открывайте, открывайте.
-Зайдем в первый корпус?
-А, точно, ты же к тете хотел зайти.
-Ну да. И заодно забрать свою
девушку,
она у меня ординатор в хирургии.
Ты чего?
Насть, эй, все нормально.
Она тебе понравится. Она такая
маленькая, веселая.
Слушает старый рок, вкусно готовит,
ее зовут Люда, кстати.
-Может, не стоит?
Вдруг она что-нибудь подумает
про нас.
-Ничего она не подумает, я ее знаю.
Пойдем.
-Слушай, я вообще-то спешу.
-Нам дойти пять минут.
А потом поедем вместе, и ты
расскажешь ей про Алешу.
-А давай ты сам ей про Алешу
расскажешь.
Пока.
-Пока.
МОТОР ЗАВЕЛСЯ
-Вот.
Эвакуатор в пути, мотор работает,
печка шпарит, теперь не пропадете.
-Вы сами согрейтесь, Иван Андреевич.
-Пробегусь, согреюсь.
-Нехай назло моему батьке
ухи отмерзнут. Так, что ли?
Оставайтесь.
У меня есть бутылка вермута.
-Алла Игнатьевна, мы же с вам
определили:
я бесчувственный чурбан, вы злая
интриганка.
Нам с вам не подружиться.
-Кто говорит о дружбе?
Останемся врагами.
Разве плохо узнать врага поближе?
-Не склеить дружбы никогда, уж лучше
целая вражда?
-А вы попробуйте, вдруг вам
понравится.
-Я не в вашем вкусе.
-Так речь шла о душевных качествах,
с телесной оболочкой у вас
все нормально.
-А, вот так, да?
Какой у вас там, говорите, вермут?
Серия 45
-Вот вы где! Больного уже
полчаса не принимают.
Полчаса - куда это годится?
-Знакомые до боли слова.
-Это вы о чем сейчас?
-Верите, я вот эти вот фразы своему
начальству по 10 раз на дню говорю.
-Ну, тогда вы, видимо,
и ответ знаете.
-Конечно знаю, только, боюсь,
он тебе не понравится.
-У меня в машине женщина
с поражением легких
под 80 процентов в скорой.
-Дорогой мой, но у меня нет
свободных мест, понимаешь?
Их просто нет!
Мне чтобы кого-то на ИВЛ положить,
мне кого-то нужно снять.
-Вы понимаете, что вот-вот
сейчас рванет?
Там телефон разрывается.
И сегодня не один будет
пациент и не два - десятки.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены,
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
И их глаза неумолимо
И торжественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
-Хорошо, я поняла.
Владлен Эдуардович, мы делали
и делаем все!
Все, что можно.
Лариса Владимировна - наша коллега.
Мы тоже очень хотим,
чтобы она поправилась.
Я понимаю ваши чувства,
но вы не только муж,
вы еще и главврач,
и вас очень ждут люди.
-Ничего страшного, подождут.
-Но если вы сейчас не сможете...
-Оставьте нас одних.
-Хорошо, Владлен Эдуардович.
-Градусник! Телефон, телефон.
-Сейчас температуру померяю.
-Ничего не дам делать,
пока не дадите телефон.
-Хорошо, вы только не волнуйтесь,
сейчас я спрошу у врача.
Роман Викторович, Роман Викторович,
там пациент только поступил,
просит телефон.
Говорит, что без телефона
даже температуру не даст измерить.
-Ну и в чем сложность-то?
-Ну, я не знаю, можно ли?
-У нас сейчас даже в туалет
не ходят без смартфона!
А ты хочешь, чтобы человек лечился
без этой погремушки.
Ну, может, ему жене позвонить
нужно или ребенку.
-Так дать телефон?
-Ну, конечно, даже
спрашивать не надо.
-Поняла!
-Лариса! Сестра!
Ну куда смотрели?
Ну куда ты смотрел, Сергей?
Что молчишь? Язык проглотил?
-Думаешь, если ты получишь ответ,
это что-то изменит?
-Что?
-Допустим, ты нашла ответ,
что дальше?
Это что, вернет Ларису,
вылечит ее, спасет?
И я о том же.
Мы все дураки, все идиоты.
Ты, Лариса и я.
Я - самый главный идиот.
-Послушай...
-Ладно, проехали.
-Владлен Эдуардович,
Заславский в больнице.
-Хорошо, иду.
-Ларисочка, миленькая моя!
-Везучая ты, Елизавета Владимировна,
услышали небеса твои молитвы!
-Что случилось?
-7 новых ИВЛ Горздрав привез.
Иди благодари своего спасителя.
И вот еще что: не смей теперь
говорить,
что мы о "красной зоне" не думаем.
Ведь из кожи лезут,
чтобы вас обеспечить.
-Спасибо вам!
-Вот руководитель
нашей "красной зоны".
-Нарышкина Елизавета Владимировна.
-Елизавета Владимировна,
хотел бы поблагодарить сотрудников
"красной зоны" и выразить
восхищение вашим мужеством.
Мы же, сотрудники Горздрава, со своей
стороны стараемся
создать все условия для вашей работы.
Надеемся, что все вместе мы спасем
еще не одну человеческую жизнь.
-Спасибо вам.
-Спасибо вам.
-Да здесь я, здесь, не трезвонь.
-Принес?
-Ты о чем?
-Комедию не ломай. Деньги.
-Ну ты бабки-то не свети, ты что?
-Здесь нет никого.
-Да все равно не свети, мало ли!
-Давай, чего обещал.
-А ты не торопи.
Ты чего, опаздываешь куда-то?
-Мне уйти?
-Валяй, я тебя не держу.
Ладно, ладно, погоди, ну что ты?
Пошутить нельзя? Бабки давай.
Все, ушел.
-Ну, что скажешь?
-А что?
На крючке докторишка.
Хоть сейчас вязать можно.
-Да нет, еще рано.
-А что рано-то?
-Да гордый слишком.
Чуть что, уйти готов.
Не, подождем.
Вот как только за дозу руки целовать
будет, тогда и решим, что дальше.
-За дозу руки целовать.
Хорошо, я понял.
-Понял?
-Сделаю.
-Окей, Мила, последний
протокол лечения ковида.
Окей, Мила.
Окей, Мила. Окей, Мила, можно ли
принимать глюкозу при лечении ковида?
-Привет, Вань.
-Привет, Маш!
-А я тебя ищу.
-Поздравляю, ты меня нашла.
-Я только что от Ларисы,
там просто кошмар какой-то.
-Согласен.
-Ну а ты чего? Даже не спросишь,
как у меня дела, что нового?
-Что нового? Как дела?
-Хлебников, ты чего, издеваешься?
Ну пойдем хоть посидим, поболтаем.
Все-таки не посторонние
друг другу люди.
-Режиссер мне говорит:
"Маша, это твой шанс,
только не упусти!"
Конечно, не упущу!
Ну ты же меня знаешь!
Ой, если все пойдет хорошо,
то это значит, я в штате,
а это постоянная занятость,
новые роли,
может быть,
даже с жильем помогут.
Москва - это, конечно...
И сериалы, и фильмы,
и чем черт не шутит...
Хлебников! Тебе что, совсем не
интересно, что со мной происходит?
-С чего ты взяла?
Конечно интересно.
-Какой ты все-таки сухарь.
-Маша, ну чего ты от меня хочешь?
-Я чего хочу? Чего я хочу?
Я хочу Кирилла перевезти в Москву.
Ну сам посуди, какие у него
здесь перспективы?
Там Москва, там миллион возможностей
для врачей!
Да просто для любого
молодого человека.
А здесь что?
Ничего, вот именно.
Тем более ты столько врагов
себе нажил.
Ну поговори с ним, я тебя прошу.
Пожалуйста.
-О чем?
-Ну как о чем?
Чтобы он не держался за этот город,
за эту больницу!
Поговори, убеди,
заставь, в конце концов.
-Маша, я никого заставлять не буду.
Кирилл - взрослый человек,
пусть решает сам.
Как решит, так и будет.
-Как же с вами тяжело!
Беспокоишься, волнуешься,
что-то переживаешь,
а вам все без толку.
Давай так. Если он спросит,
то ты скажешь, что ты за Москву.
Так? Ну пожалуйста!
-Хорошо, если спросит, скажу.
Маш, мне идти уже пора.
Девушка, счет, пожалуйста.
-Ну чего тут, Степан Михайлович?
-Ну вот, 6 из 7-ми ИВЛ нерабочие.
-Это вы шутите сейчас? Да?
Их только привезли.
-Да 3 сразу не работали,
а 3 - недокомплект,
нет фильтров и увлажнителей.
-Ну, значит, нужно найти.
Закажите производителю.
-Банкрот этот ваш производитель!
Так что расходники теперь
не найти, ТО не дождаться.
-Подождите, то есть из 7-ми ИВЛ
у нас работает только один?
-Да, вот он, и то до замены фильтра.
-А зачем они тогда...
-Ну что, бюджет освоили,
перед начальством отчитались, все.
-Из 7-ми!
Из 7-ми ИВЛ только один рабочий!
-Смиритесь,
из 6-ти неисправных 3 нормальных.
-Невозможно, ну нет комплектующих!
-Тогда, боюсь,
вам придется
справляться своими силами.
-А как вы себе представляете -
справляться мне своими силами?
-Елизавета Владимировна,
запросы на ИВЛ были? Были.
Горздрав аппараты поставил?
Поставил. Задача выполнена.
Обратного хода никто не даст.
Поднимем скандал - они соберут
комиссию из тех же чиновников,
проведут проверку, и выяснится,
например, что их неправильно
распаковали.
Догадайтесь с трех раз,
кого сделают виноватыми?
-То есть вы предлагаете все оставить?
Может, позвоним Заславскому
и попросим, пусть
они все это поменяют?
-Вы как ребенок.
Кто придет и все поменяет?
Поэтому считайте, что не было
никаких ИВЛ.
Просто провели пиар-акцию, отчитались
перед начальством и забыли.
-Дорогой мой, какую пиар-акцию?
У меня вот там вот люди умирают!
-Елизавета Владимировна,
вы действительно такая наивная?
Пословицу слышали?
"Кому война, а кому мать родна".
Неужели вы думаете, что никто
не воспользуется этой пандемией,
чтобы выслужиться перед начальством,
получить новую звездочку на погоны
или, чем черт ни шутит,
деньжат подзаработать?
-Поймите, есть люди,
они - живые люди!
Им помощь нужна вот здесь и сейчас.
-Я прекрасно понимаю.
Помочь, увы, ничем не могу.
Пусть везут в другие больницы.
-Да в какие другие больницы?!
Их нет! Они все заполнены!
Вы мне что, предлагаете
их на улице оставлять?!
-Кто сказал оставлять на улице?!
Отвезут домой, будут проходить
лечение в домашних условиях.
-Вы с ума сошли? Вы вообще понимаете,
что вы говорите?!
-У меня нет ни времени, ни сил
разжевывать вам очевидные вещи!
Всего доброго! Всего доброго,
Елизавета Владимировна!
-Всего доброго.
-Ну когда уже выпишут-то?
Я же сдельщик все-таки,
я как потопал, так и полопал.
-Пока никакой конкретики.
-Как никакой конкретики?
Уже же неделя прошла,
мне семью кормить надо.
-Понимаю. Боюсь, что вам
потребуется дополнительная операция.
-Что значит - дополнительная?
А эта для чего была?
Вы же говорили: немецкое
оборудование, ничего в стране
лучше нету, как новенький будешь.
Вы мне говорили.
-Давайте сменим тон, больной!
-Извините, доктор.
-Да, говорил, и был в этом уверен.
Но ситуация оказалась чуть сложнее.
Увы, у нас так бывает, и не все
прогнозы сбываются.
Поэтому, если вы хотите,
чтоб у вас все было хорошо,
потребуется повторная операция.
Если нет, пишите заявление,
выпишем хоть сейчас.
На перевязку.
-И почему ты не хочешь делать
эту операцию, Марат Леонидович?
-Я... Да у меня забито все,
не успеваю.
-Я смотрел твой график.
У тебя нет операций на эти два дня.
-Да какая разница!
Операцию сделаешь ты, и точка.
У меня нет времени тебя уговаривать.
-Я понял.
-Что ты понял? Колись.
-Ты просто боишься второй раз
наломать дров.
Вдруг что-то не так пойдет - и бац,
нет больше великого Плющева.
Вся репутация большого хирурга
коту под хвост.
-Это полный бред.
-Тогда сделайте ее сами,
Марат Леонидович.
-Впрочем, я согласен.
Но тогда от тебя ответная услуга.
-Какая?
-Сергеев требует от меня
платные операции. А мне их
делать совсем не хочется.
-И?
-Сделай так, чтоб он от меня отстал.
-Ну хорошо, я попробую.
Обещаю.
-Насть, как дела?
-Все хорошо.
-Вот нет ничего страшнее,
чем "хорошо" в таком тоне.
Так, так, так, так, так.
Оп. Кто обидел?
-Никто.
-Успокаиваемся.
Успокаиваемся и рассказываем.
-А чего он вечно вопросы у телефона
задает, будто я криворукая какая?
"Окей, милая, как сделать укол,
как поставить капельницу?
Какие лекарства принимать?
Девушка, вы все неправильно делаете".
-Это этот, да?
А ну-ка, веди меня к нему.
Может быть, он нас
чему-нибудь новенькому научит.
-Вот стою я перед вами,
уважаемый Олег Владимирович,
простой российский врач, в этом
идиотском костюме, из которого сутки
не вылезаю. Чего греха таить:
в туалет-то не всегда
получается сходить.
-И что?
-А то, что есть у меня к вам одна
единственная просьба.
-Какая?
-Дайте нам вас лечить.
Ну позвольте нам вас вылечить!
-Так лечите, лечите!
-Ну вот, кажется, договорились.
Договорились, Олег Владимирович?
-Договорились.
Только делайте все правильно.
-Да уж поверьте, мы делаем все,
что в наших силах.
-А вот сказок мне
не надо здесь рассказывать.
-Не понял.
-Ну вот эта ваша гидро...
-Гидросилорана.
-Да, вот у вас входит в курс лечения?
-Нет, не входит.
Уже 3 месяца как письмо выпустили -
его не рекомендуют.
-Чего-то с памятью прям совсем.
Этот...
Бисимол вы мне прописали?
-Верно.
-А ведь есть же более эффективное
средство, вот этот фапи... фапи...
-Фапинасир.
-Фапинасир.
Почему вы мне его не прописали?
-А это уже не к нам.
Это вот обращайтесь туда.
Мы выписываем то, что есть в наличии.
Так что извините,
наши возможности не безграничны.
-То есть мало того, что вы не знаете,
как лечить,
вам еще нечем лечить!
А вы говорите вас не контролировать?
Конечно, я буду проверять все.
Ведь нас-то у вас много,
а ведь здоровье у меня мое одно.
Нет, я буду вас проверять,
каждый шаг ваш буду проверять.
-И я тоже.
-Вы тоже что?
-Я теперь тоже все
контролировать буду. Понятно?
-Скальпель.
Разрез.
Отвертку.
Удаляем болты.
Теперь удаляем штифт.
Теперь зашиваем и готовим дрель.
Ножницы.
Дрель.
Спицы.
Есть.
Накладываем аппарат Елизарова.
-Да что же это такое?
Мы работаем, стараемся,
ночами не спим, ходим в этих
балахонах, не высыпаемся, а он!
-А он прав.
-Да как прав?
-Вот ты бы стала доверять
нашим медикам безоглядно? Неужели
не видишь, какой у нас стоит бардак?
-Ну мы же стараемся!
-Мы стараемся, а другие?
Ну некоторым вообще
уже все давным-давно по барабану.
Устали они, выгорели.
-Так что ж теперь делать?
-Ну, есть одна идея.
-А что это вы колете?
-Целомидин.
-Окей, Мила, целомидин
при лечении ковида.
-Целомидин - одно из средств
профилактики при лечении ковида.
-У, можно!
-Отлично, можно так можно.
Держите.
-Постой, а мне чего делать-то с этим?
-Держите.
-Что это, что это за издевательство?
-А без соли, в самом деле,
как издевательство какое-то!
Приятного аппетита.
-Да вы! Стой! Где обед-то мой?
-Как где? Перед вами!
Все необходимые
ингредиенты.
-Что мне с этим делать?
-Как что? А вы спросите девушку
в телефоне,
она вам все подробно расскажет.
Осталось всего ничего: приготовить.
-Врача! Срочно врача!
-Привет, мам! Нет, нет, нет,
я из "красной зоны" только что.
Это опасно.
-Что за времена? Даже сына обнять
нельзя.
Кирюша, ну как ты?
-Да целый день как снеговик
на утреннике.
-Ну что, надо это прекращать.
-В каком смысле?
-В прямом.
Едем в Москву! Ты и я.
Отец всеми руками за.
-Ага, это кто решил?
-А что тут решать? Это же Москва,
Кирюша, ну!
У меня там появились
новые серьезные знакомства.
Я почти тебя устроила
в отличную ординатуру.
Там ведь совершенно другие врачи.
Ну одни плюсы, сынок!
-Мне кажется, ты упускаешь один
большой минус.
-Какой?
-У меня же никто не спросил.
-Ну что спрашивать, очевидно же,
что тебе там будет лучше! Ну.
-Угу. Ну или хуже,
и тогда кого мне винить?
Тебя, папу, себя?
Мамуль, я сам буду выбирать,
где я буду жить, с кем работать,
что делать.
Это моя жизнь.
Вам не удастся ее прожить
за меня.
Ладно, мне надо бежать.
-Это что ж такое происходит-то?
Вы что, издеваетесь?
-А что происходит?
-Ну как же?
Вы что, не понимаете, что ли?
Ладно - укол, я еще как-нибудь
извернусь и сделаю,
но как я обед-то буду готовить?
-Вы нас просто поймите.
Мы теперь боимся любой шаг сделать.
Вдруг ваша дама из интернета
не одобрит?
-А не надо бояться, надо работать!
Просто сверяйтесь с источниками.
-У нас на каждый вопрос с десяток
противоположных ответов.
Если вы лучше нас знаете, что да как,
вам и карты в руки.
-Знать-то я знаю,
но лечить-то я не умею!
-Прозвучала главная фраза.
Вы вспомнили, что мы не только знаем,
но еще и умеем.
-Вам за это зарплату платят!
-Вот именно: за то, что умеем.
И если вы понимаете,
что мы умеем, то можно дать
нам чуточку доверия.
И возможность делать нашу работу!
Чтобы мы могли вас вылечить.
-Хорошо.
-Не нужен нам ваш телефон.
Мы вам доверяем.
-У меня пациента почему не принимают?
-Но у меня нет свободных мест с ИВЛ.
-Да вы издеваетесь, что ли?
Сегодня по телевизору показывали:
вам 7 новых привезли. Они-то где?
-Они сломаны.
-Что значит сломаны? 7 аппаратов!
И все сломаны?
-6 из 7-ми.
-Да ладно! А начальство?
-А что начальство?
Начальство аппараты купило,
дальше это уже наши проблемы.
-Плетью обуха не перешибешь.
А людей-то куда девать?
У нас 3 скорые с пациентами,
там счет уже на часы пошел.
-А как вы сказали?
Плетью обуха не перешибешь?
-Да.
-Давайте попробуем.
-Вы это куда?
-Куда едем?
-В Горздрав.
Мигалки вруби, пожалуйста.
Сергей, привет!
А скажи, ты на телевидении еще
работаешь? Отлично.
Тогда хотела попросить.
СИРЕНА СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Записала? Погоди, начальство звонит.
Добрый день.
Нет, не знаю, а что происходит?
Телевизор? Хорошо, включаю.
Понял, как разберемся, сообщу.
-Мы ведем репортаж от здания
Горздрава, где 2 скорые
с непринятыми ковидными больными
перекрыли дорогу.
Зараженным ковид не хватило места
в "красной зоне"
из-за отсутствия аппаратов ИВЛ.
Как мне сообщили, это пенсионеры
с поражением легких более 80 %,
и им угрожает смертельная опасность.
Впрочем, лучше об этом расскажет
глава "красной зоны"
Центральной клинической больницы
Елизавета Нарышкина.
Елизавета, что заставило
вас приехать к зданию Горздрава?
-Горздрав поставил нам 7 новых
аппаратов ИВЛ,
6 из которых оказались неисправны.
По факту чиновники выполнили свою
работу, а на деле - как не было мест
для тяжелобольных, так и нет.
Поймите, нам просто некуда класть
больных!
-Сейчас они будут реагировать
гораздо оперативнее.
-Я тоже на это надеюсь.
-Поймите нас верно: мы здесь
собрались не для того,
чтоб устроить скандал.
Мы просто в отчаянии.
Такое чувство,
что все делается не для того,
чтобы помочь больным,
а для галочки,
чтоб отчитаться перед начальством.
-А я напоминаю, что мы ведем прямой
репортаж от здания Горздрава,
куда привезли больных коронавирусом,
которым не нашлось места
в "красной зоне".
-Добрый день, ситуация уже оперативно
решается, и в ближайшие полчаса
будут выделены дополнительные места
для больных.
Я сотрудник Горздрава
и от всего ведомства должен
поблагодарить Елизавету Владимировну
за этот мужественный
и честный поступок.
Именно так и должен поступать
настоящий врач. Мы же со своей
стороны обещаем провести
расследование и наказать всех
виновных в поставке бракованных ИВЛ.
Еще раз огромное спасибо.
Камеру можно выключить, мы закончили.
-Ну, всего доброго.
-Спасибо большое!
Скажите, вы что, нам правда поможете?
-Конечно, отправляйте больных,
Сергеев сейчас срочно обеспечит
дополнительные места.
-Спасибо большое!
Ну, мы тогда поехали, да?
-Да, отправляйте машины немедленно.
Только вы остаетесь.
-Что, простите, я не поняла?
-А что непонятного?
Машины скорой помощи только для
медицинского персонала и пациентов.
Вы думаете, что эта хамская выходка
может сойти вам с рук?
Вы нас всех подставили!
Мы теперь должны утереться?
Как будто ничего не было?
Нет, так не пойдет.
Я отстраняю вас от руководства
"красной зоной".
Завтра будет приказ.
Уезжайте. Уезжайте!
-Надолго это?
-Ну, реабилитация обычно
длится 1,5-2 месяца.
-2 месяца!
Как я семью-то кормить буду?
От меня ведь все клиенты разбегутся.
Почему нельзя было
отделаться одной операцией?
-Не всегда самый
короткий путь - лучший.
-Угу, рассказывайте!
Скажите мне честно только, а?
-Хорошо.
-Я правильно понимаю,
что тот врач что-то напортачил?
А вы за ним исправляли, да?
Вижу, что да.
Ладно, я потерял кучу времени,
еще больше потеряю.
Я уж не спрашиваю,
кто за это отвечать будет.
Понятно, что никто.
Ну почему нельзя было с первого раза
все сделать нормально? А?
-Это очень сложный вопрос.
Увы, никто не застрахован от ошибки.
Даже врачи.
Просто иногда наши ошибки
значительно дороже, чем у других.
-Я вижу.
-Вы знаете что?
Эти ошибки бьют не только по вам,
пациентам.
Ошибка - это худшее, что может
произойти с врачом.
Это пекарь может испечь кривой хлеб,
а назавтра о нем все забудут.
А плохая операция - это навсегда.
Это проклятие, с которым ты
потом живешь всю свою жизнь.
И оно не снимается, понимаете?
Ничем. И никогда.
-Доктор!
-Да?
-Спасибо вам.
-Привет! А бабушка где?
-А бабушка за хлебом ушла.
Мам, мы для тебя ужин приготовили.
-Спасибо большое! Какие молодцы!
Ну-ка, иди ко мне, буду тебя
обнимать, иди!
Иди, иди, иди ко мне.
-Мам, ты что, плачешь?
-Ну если только вот так, чуть-чуть.
-Почему, мам? Не надо плакать.
-Я дома просто, понимаешь?
Я дома, я могу тебя обнять.
-А, ну тогда ладно.
-Люблю тебя, мой родной. Люблю.
Серия 46
-А если мы прямо здесь рожать начнем?
Что делать?
-Дамочки, поймите, роддом
перепрофилирован
в ковидный госпиталь.
Нужно вызывать скорую
и ехать в "восьмерку".
-Это ж сколько!
Там километров 30.
Скорую ведь не дождешься сейчас.
-Ой...
СТУК В ДВЕРЬ
Ой!
Господи.
-Дыши, дыши, дыши.
-Скорую надо вызывать, Насть.
-Дышим, дышим.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
И их глаза неумолимо
И торжественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
-Что с вами?
Все нормально?
-Меня уволили, Вик.
Теперь я просто врач.
-Ну, надо... надо что-то делать.
Может, в газету позвоним?
-Что ты, не надо никуда звонить.
А делать мы будем продолжать то,
что и делали.
Будем лечить людей.
И пока нет другого завотделения,
все будет по-прежнему.
-Владлен Эдуардович.
Владлен Эдуардович, извините.
-Что?
-Там вас уже вызывают.
-А.
Скажи, на летучке - сегодня без меня.
Я потом.
Иди.
-Но там попросили...
-Потом, все потом.
-Бородина пришла.
-Тихо.
-И вас требует.
-Бородина?
-Да.
-Скажи ей - я уехал.
Важное совещание.
-Ее Марина уже проводила
в ваш кабинет.
Вот халат свежий.
Вам бы переодеться.
Бейдж.
Галстук.
Причесаться нужно.
-Извини, надо бежать.
Я сейчас с этими пиявками улажу
и к тебе вернусь.
Слышишь, Лариса?
-Как она?
Владлен...
Ну, не убивайся, ну.
Лариса у нас сильная, справится.
Хлебников сказал, что все будет...
-Это вы во всем виноваты.
Вы ее убили. И вы за все ответите.
-Владлен...
-Вон отсюда.
Вон отсюда.
Посиди с ней.
-И главное - без вот этой липовой
демократии.
Без эмоций.
Без экзистенциальной рефлексии.
Иерархия и порядок.
Ну, и с каждым налаживай отношения
отдельно.
-Ир, ты гений подковерных игр.
Но ты ни разу не была
в "красной зоне".
Там свои правила игры.
-Ирина Николаевна, какими судьбами?
-Вот, знакомьтесь.
-С Никитой Львовичем?
Но мы ведь уже знакомы.
-Это ваш новый заведующий
инфекционным отделением.
Вот приказ.
У вас сейчас сложные времена.
Ваша супруга...
Кстати, я вас уверяю,
вы можете рассчитывать
на министерство и на меня лично -
любая помощь.
Любая.
Санавиация, квота в Москве.
Поэтому мы все подготовили,
вам осталось лишь подписать.
ВОПЛИ
-Ай!
На мокрое села.
У вас там что-то пролилось.
ВОПЛИ
-Да нет, это...
Это у вас воды отошли.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Сколько у вас уже схватки?
ВОПЛИ
-Почти неделю прихватывало.
Врач сказала, что это тренировочные.
Брекстона как там его...
-Брекстона-Хикса.
-Ага.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
А мне еще почти месяц.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
ВОПЛИ
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Между схватками меньше минуты.
Давайте быстренько сядем и поедем.
-В "восьмерку"?
Это же почти час.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Сейчас.
СТОНЕТ
ВИБРОЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Варь, я не могу сейчас.
-Ирочка, рожаю!
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Роддом закрыт, а я рожаю!
РЫДАНИЯ
Скорую вызвала. Они говорят...
-Фельдшер скорой рядом?
Дай ему трубку.
-Вот.
-Да?
-Глава Облздрава Бородина,
что такое?
-Женщина около 30.
Беременность позднего срока.
-Да, я знаю, дальше.
-Воды отошли.
КРЯХТЕНЬЕ
Между схватками около минуты.
Везем в "восьмерку", здесь закрыто!
-"Восьмерка" - это же на другом
конце города, и сейчас час пик.
В первую ЦКБ везите.
-Но...
-Я сказала, в первую ЦКБ везите!
-В первую, и быстро!
СТОНЫ
-Роды принимать умеешь?
-С этим понятно.
Дальше.
-Синицкая Маргарита Павловна.
Вторая палата.
Температура 36,7.
Сатурация 98.
Д-димер.
-Антикоагулянты продлим на три дня.
Согласны?
-Игнатова Фаина Георгиевна.
Тоже вторая палата.
Вот последние ее показатели,
здесь совсем все хорошо.
-Ну, слава богу.
Так, ну если совсем все хорошо,
тогда делаем тест.
Если он отрицательный, то выписываем.
-Йу-ху!
-Победа!
-Йе!
-Елизавета Владимировна,
ну вы меня извините,
но они реально душу вынули.
-Соседки жалуются.
-С утра уже, вон, пикируются.
-Терпите, мои хорошие.
Дай бог нам с вами
дожить до их возраста и вылезти
из этой мясорубки без последствий.
Спасибо вам большое.
-Лариса могла бы, но она - вы знаете.
А я по административной части давно.
-Вас я последним к ней подпущу.
Самого опытного зовите!
-Карпенко, у него трое детей.
-А он их сам принимал?
-Нет, но он непосредственно делал...
-Соберись и соображай!
Если сейчас приедет скорая,
а у тебя не будет готов
врач родильной палаты, я...
-Я понял, я понял.
Плющев выходной, Антонов
в "красной зоне" на консультации,
никого нет!
-Хлебников?
-Он с ночного. Он уже ушел, наверное.
-Найди мне Хлебникова.
-Хорошо.
-Надо - с полдороги верни, ясно?
-Да-да, сейчас, сейчас.
Карпенко?
Сюда, быстро!
ПЛАЧ
-Так!
-Варвара Николаевна, спокойно, дышим.
-Больно! Не могу, больно!
-Все хорошо, вас ждут, все готово.
-Поехали.
В операционную, все готово.
-Слава богу, согласились принять.
Не довез бы.
-Так, что давали?
-Спазмолитик, что я еще могу?
Стремительные роды.
Гнали, аж дым из ушей.
Еще угрожает,
что ее подруга - глава Олбздрава.
-Глава Олбздрава правда тут.
Велела под нее операционную оставить.
Две операции отменили.
-Иван Андреевич, вас там
очень и очень просят на роды.
КАШЛЯЕТ
-Народы?
Какие такие народы?
Пойдем посмотрим.
УСМЕХАЕТСЯ
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Ну, как вы у нас сегодня?
-Ой, Лизочка Владимировна!
Не спала всю ночь, мучилась.
Спина болит от ваших кроватей.
-Болит у нее! Это разве боль?
Вот когда ишиас
схватит тебя, узнаешь.
-Ишиас!
Зарядку надо делать,
тогда никакой ишиас
не будет страшен.
-Так вот чего у меня сверху-то
так все грохочет в квартире.
Это ты так зарядку делаешь!
А я думала, землетрясение!
-Зато я не пою!
Одна моя соседка снизу
когда начинает петь,
все думают, что у соседей
опять собака завыла.
Ой...
-Да-да-да!
-А я пою, потому что я -
человек счастливый!
-Угу!
-Не то, что ты.
-Такой счастливый,
что впору вешаться.
-Так.
Я понимаю, что нужно сделать.
Расселить вас подальше друг от друга.
КРИКИ
РЫДАНИЯ
-Давай, Варя.
КРИКИ
Солнце еще высоко.
КРИКИ
-Не могу я больше!
-Можешь!
-Не могу!
-Не можешь, так давай
тогда собирайся, пошли по домам.
СТОНЫ
-Э-э...
Я ошиблась.
Мне в первую операционную.
-Это и есть первая.
-Но тут же Туридзе должна быть.
-Уйдите!
-Отложили.
КРИКИ
-Давай, Варя.
-Можно я тихонечко полежу секундочку?
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Отдыхать команды не было, Варя!
ВОПИТ
Давай, Варвара!
-Давай!
-А Туридзе?
-Отложили!
-Отложили!
-Мы тут рожаем!
-Уйдите!
-Давай-давай, головка появилась!
ВОПИТ
Давай, давай!
Следующая потуга!
Жми!
-Легко вам говорить!
Ходят тут, отвлекают!
-Варвара, головка появилась, жми!
ВОПЛИ
-Отложили вашу операцию, я тут рожаю!
ВОПИТ
-Я вам мешаю.
ВОПИТ
А, уже не мешаю.
ДЕТСКИЙ ПЛАЧ
АГУКАНЬЕ
-Кто тут у нас такой хорошенький?
Кто тут у нас такой молодец?
-А чего сама не ешь?
-А я брату отнесу.
Ленечке.
-Угу.
-Кстати, Минина нужно отвезти
на УЗДГ, есть желающие?
-Ну, давайте я.
-Не забудь его медкарту
и исследования,
что он привез из "девятки".
-А если его на исследования сосудов
отправляют, значит, есть надежда?
-Честно? Вряд ли.
Скорее, еще раз хотят убедиться,
что ампутация.
АГУКАНЬЕ
-Ирочка, спасибо.
Если бы не ты...
-Я Горздрав раком поставлю
за такие решения по роддому.
У Заславского все решения
через одно место.
-Ира.
-Один роддом на весь город,
и на краю географии.
-Ирочка?
ПЛАЧ
-Это ж надо! Но ничего,
я его в бараний рог скручу.
-Ира!
-А?
-Малыш синеет, посмотри, он синеет!
-Елизавета Владимировна,
там Синицкая!
КРЯХТЕНЬЕ
-Давление и сатурация.
Быстро.
КРЯХТЕНЬЕ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Игнатовой плохо.
Сатурация падает, брадикардия,
давление 80 на 60.
-К Сафонову.
-Угу.
КРЯХТЕНЬЕ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Что же это такое, Вик?
Мы же их уже спасли.
-Минин, пойдемте на УЗДГ.
Вы опять ничего не поели.
-Не трогайте!
-Да я...
-Положите на место.
-Это ваши исследования.
-Дайте сюда.
-Да я могу понести, мне не сложно.
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Судя по кожным покровам, асфиксия.
Давай зонд. Есть шестерка?
СИГНАЛЫ ПРИБОРОВ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Не подойдет.
Слишком большой.
-Это самый маленький.
-Да не до удобства сейчас.
Начинай, аспиратор готов.
-Аспиратор - слишком опасно.
Слишком большая мощность.
-На минимум ставь.
-Все равно нет.
Большой шанс навредить.
-Никиш, ну придумай что-нибудь.
Иначе нас Облздрав в лице твоей жены
всех...
Никита!
-Выйдите отсюда.
Мешаете.
-Замом вместо Нарышкиной поставили,
так ты вон как запел?
-Вон, я сказал.
Олеся, быстро несите мне
катетер для инъекций.
Попробую им аспирировать.
-Думаем,
Синицкая и Игнатова,
почему резко стало хуже?
Давайте, ребята, прямо все,
что в голову приходит.
-Что-то с едой.
Кишечная инфекция, ротовирус.
-Вряд ли.
Все отделение бы словило.
-Сахар.
-У Игнатовой последние показатели...
-Да мы людей лечим, а не показатели.
-Ну...
Мы Игнатову же переселили.
Может быть, ей в другой палате
бактериальная среда не подходит.
-Но Синицкая-то осталась.
Ей тоже плохо.
-Давайте, давайте, ребята!
Все про них вспоминаем.
-Поступили они одновременно.
-Просились вместе лежать.
-Как только положили вместе,
сразу оживились, начали цапаться.
-Одинокие обе.
И живут вроде рядом.
-Представляю, как они видятся
и ругаются каждый день.
Ой, наверное, у них уже привычка.
-Точно.
Каждый день видятся.
Возвращаем их в одну палату!
-Думаете, это поможет?
-Все остальное мы уже попробовали.
Спасибо, ребят, быстро работаем.
-Куда?
-Он меня выгнал. Борзый стал.
-Сергеев, ты обалдел, что ли?
Если с ребенком что-то случится,
ты знаешь, я...
-А я что? Я ничего и никто.
А он...
Реаниматолог.
-Кто?
-Никита.
Никита Львович Бородин.
Знакома фамилия?
Теперь он за все отвечает,
я приказ подписал, помните?
-Ты пьяный, что ли?
-Наверное.
Раз мне уже ничего не страшно.
-Тебе - может быть.
А жене твоей?
Ты же знаешь, когда надо, я могу
быстро помочь, а могу медленно.
И от тебя зависит, будет Лариса
первой, кому я помогу, или последней.
Иди.
-Привет.
Слушай, я сегодня в хирургии
на замене,
а тут такое!
Представляешь, Никиту Бородина
назначили вместо Нарышкиной.
-Чего?!
Семен Федорович...
-Что?
-Представляете,
Никиту Бородина назначили
завотделением вместо Нарышкиной.
СМЕЕТСЯ
-Ничего себе!
Ексель моксель, а!
-Вот это точно вы сказали.
Пошла карьера в гору.
-Хотя, ты знаешь,
Бородина еще долго продержалась.
Другая б на ее месте
сразу после брачной ночи
мужа своего куда-нибудь
в начальники
пристроила бы.
-Надо Вике позвонить.
-О, конечно, без Вики-то куда ж?
Такие новости-то!
-Марин, привет.
Что?
-Елизавета Владимировна,
Марина говорит,
Никиту назначили на вашу
должность.
-А ты знаешь, Вика, мне кажется,
все не так плохо.
Ну правда, Никита - лучший вариант
для "красной зоны".
Он с нами с самого начала
и на собственной шкуре все испытал.
Он спокойно отстоит положение
и больных, и медперсонала.
Так, ты давай-ка через 10 минут
собери всех здесь, хорошо?
Мы будем новость сообщать.
Давай-давай. Иди.
-Сказали, что привезли сюда.
-Подождите минутку.
Иван Андреевич,
вы только сейчас уходите?
Вы же вроде в ночь сегодня были.
-Да, ухожу, ухожу, все никак не уйду.
-Слава богу, догнала.
Иван Андреевич, пойдемте обратно.
Там новорожденный синеет.
-Джон Иса меня зовут,
а жену - Варвара.
Сказали, что сюда привезли.
-Подождите, вы про беременную,
которую с улицы привезли? Варвара.
-Да. Мне ее подруга позвонила и
сказала ехать в Первую больницу.
-А вы муж?
-Да, муж. Вы что-то знаете?
-И отец ребенка?
-Да.
-Можно я вас сфотографирую?
-Да я отец.
Объясните, что здесь происходит?
-Все в полном порядке.
У вас сын!
Поздравлю!
Пойдемте.
-Он сказал, что у меня сын?
-Я вас поздравляю.
-Все будет хорошо.
-Ясновидящая, что ли?
-Да нужно просто верить.
-Верить?
-Верить. Надеяться на лучшее.
-Надеяться?
Верить и надеяться...
Дешевые лозунги.
А есть она вообще, надежда эта?
Я потомственный офицер,
столько горячих точек прошел -
ни одного ранения!
А ногу теряю в мирное время
из-за какого-то гребаного вируса.
-А я верю, вот поэтому мне и везет.
-Ну и в чем же тебе везет?
-Да я работу нашла за один день.
В городе безработица, а я нашла.
Потому что везучая.
-В "красной зоне"?
-Везучая и приношу удачу.
Вы вот увидите.
Давайте я помогу.
-Садись.
Сейчас будем два часа приема ждать.
Мы же везучие.
СМЕЕТСЯ
-Минин?
-Да.
-Проходите.
СТУК В ДВЕРЬ
-Влад, привет, а где новорожденный?
-В реанимации.
С Никитой.
-Скажи ему, чтобы ничего не делал.
С ребенком все в порядке.
-Хлебников, а почему от тебя
одни проблемы?
-Пьяный, что ли?
-Всегда одни проблемы...
Это же ты виноват.
Сволочь.
Это ты во всем виноват.
-Я сказал - вон!
Иван Андреевич,
ну хоть вы не отвлекайте.
Кожные покровы продолжают синеть.
-И правильно.
-В смысле?
-Пусть продолжают, потому что
им так положено - синеть.
Знакомьтесь.
Джон Иса - отец ребенка.
СМЕЕТСЯ
ПЛАЧЕТ
-Что с ним было?
-Ничего. Как выяснилось,
все хорошо.
-Ну, а почему он...
-Меланин.
Я бы на вашем месте, Ирина
Николаевна, всех на переаттестацию.
Да и меня в том числе.
Если бы не Хлебников,
замучили бы пацана.
-Я не понимаю.
-Почему кожные покровы
вдруг начали темнеть?
У метисов так бывает.
Сначала они рождаются светлыми,
а затем в мальпигиевом слое кожи
откладывается меланин.
Некоторые новорожденные темнеют
сразу,
некоторые - через несколько
часов или несколько дней.
В общем, ваш сын очень похож
на своего отца,
и с ним все хорошо.
СМЕЕТСЯ
-Все, все.
-Так...
Вас к нам из "девятки" перевели?
-Да.
-Понятно.
Да уж, понаписали...
Черт ногу сломит.
Ну что ж, все прекрасно.
На завтра назначаю операцию.
-Ногу отрежете?
-Зачем?
Завтра сделаем пластиковые
синтетические заплаты
глубокой бедренной артерии.
Бедренное подколенное шунтирование
с синтетическим протезом.
Установим сосудистый протез.
Шунт сосуда с использованием
тетрафторэтилена
и аналогичной заплаты.
-Ампутации не будет.
-Так, ну что?
Ирина Сергеевна, вас ждем.
-Извините.
-Ничего страшного.
Ну, я смотрю, вроде все собрались.
Друзья, я не буду скрывать, что мне
очень непросто вам это говорить.
Меня сняли с должности
заведующей нашего отделения.
-Как? За что? А мы куда?
-Мы закрываемся, что ли?
-Нет, нас не закрывают.
Все хорошо.
Я просто освобождаю должность
и буду просто врачом.
-А кто будет вместо вас?
-А вместо меня будет...
-О, Никита.
Привет, Никита.
-А вместо меня будет Никита Львович.
Прошу любить и жаловать.
НАПЕВАЕТ:
-Ампутации не будет.
Ампутации не будет.
Ампутации не будет!
Ну, что вы? Вам же сказали,
что все хорошо будет.
Антонов, вы знаете какой?
Он гений.
-Спасибо тебе, Настенька.
-Маргарита...
-Варечка...
-Я все-таки гладиолусы посажу
на твоей могиле, когда умрешь.
-Ну что, я должна тебе дела сдать.
Ну...
Ну, Никит, я не знаю,
что тебе сказать.
Ты же сам все знаешь лучше меня.
Ты у нас с самого начала.
Я же никогда от вас ничего
не скрывала.
И мне всегда было важно
ваше мнение. Ведь так?
Сохрани это, пожалуйста, Никит.
Это самое важное.
Никогда вообще ни от кого
не отмахивайся.
Вот даже от самой дурацкой идеи,
какого-то нелепого мнения.
А вот эта вся административная
работа - это вообще не важно.
Договорились?
Что такое, Роман Викторович?
-Да наоборот.
Насть, а ты что с Мининым сделала, а?
-Да ничего.
-С мужиками балагурит,
веселится, песни поет.
Соседи говорят, что наша
Настена подменила Минина.
Или заколдовала, понимаете?
Молодец.
-Синицкая и Игнатова, им лучше.
-Да ладно? Синицкая?
-И что это было?
-Вместе ссорятся постоянно, а как
разделили - помирать собрались.
Как это понимать?
-Ну как понимать?
Вместе плохо, а порознь еще хуже.
Така любовь.
СМЕЮТСЯ
-Сынок, надо поговорить.
-Давай, только у меня смена.
-Это не долго.
-Мама права, тебе нужно ехать
в Москву.
-Ну ясно, решила подключить тяжелую
артиллерию. Понятно.
-Учиться лучше всего у самых сильных.
Будет досадно, если ты упустишь такую
возможность. У тебя хорошие руки.
-То есть ты думаешь, если у тебя
здесь ничего не получилось,
то и у меня ничего не получится?
-Я не имел это в виду.
-Вы Роман Викторович?
Новый анестезиолог-реаниматолог?
Я Никита Львович.
Раньше работал на вашей должности.
-Да, я знаю, а теперь
вы завотделением.
Хорошая карьера.
-Нарышкина сама виновата
в своем увольнении.
Столько эмоциональных жестов,
показушных выходок на грани...
Мы должны делать то, что можем,
а что не можем -
разве это наша вина?
Поймите, Нарышкина гений,
и я ее уважаю.
Но она слишком заигралась.
Нельзя смешивать эмоции и работу.
У нас все отделение
в панибратских отношениях,
и никакой иерархии и порядка.
Давайте сходим к лекарю.
Выпьем?
Познакомимся. Я ведь даже не знаю,
откуда вы, как к нам попали.
-Так вы же сами сказали -
без панибратства.
-Сколько?
-Еще сто грамм коньячку.
Приятного аппетита.
-Ты хорошо, кстати, придумал:
использовать тонкий катетер
для инъекций новорожденному.
Как оперировать собирался?
-Ртом.
-Ну, правильное решение.
Так ты лучше чувствовал бы, как
отходит слизь, как направлять трубку.
Машина этого не смогла бы,
новорожденному было бы хуже.
-Но ведь никакой слизи не было,
асфиксии не было.
Я учел только один фактор из четырех.
-Но этот фактор при той информации,
которой мы изначально обладали,
был самый решающий, самый главный.
-Неужели вы не злитесь?
За Нарышкину, за себя, за Кирилла,
за то, что сделала с вами моя жена?
-Ну, во первых, злятся собаки,
а мы все-таки существа разумные.
И потом, я не считаю,
что муж и жена - одна сатана.
Все-таки две разных.
Серия 47
-Доброе утро.
-Доброе ли?
-Ну конечно, доброе.
Сейчас виноградик помоем,
поболтаем...
Или ты спешишь?
-Да куда мне?
Ладно, иди переодевайся,
сейчас помою.
КРИК
-Ты что кричишь?
-Там... желтый!
-Желтый что?
-Паук.
Но уже куда-то убежал.
-Ну, раз убежал, не переживай.
ИСПУГАННЫЙ ВЗДОХ
-Ой, мамочки...
-Что?..
-Это же черная вдова!
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
И божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
-Ну вот. Можно в космос.
Я же вам говорю,
я себя отлично чувствую.
Просто не позавтракал
перед тренировкой.
-Просто - сознание не теряют.
-Олег Сергеевич,
ну честное слово, огурцом прям.
Мне вечером еще и...
-Поднимите.
Перед обмороком ничего
странного не чувствовали?
Может, болело что?
-Да прихватило в боку,
как при физических нагрузках,
перестарался, наверное.
-Угу. Поднимите еще раз.
Вы не перестарались,
у вас нарушен синусовый ритм,
но причин может быть много.
Поэтому мы сейчас пойдем снимем ЭКГ,
а потом на УЗИ.
-Не, не могу.
У меня встреча с партнерами,
С женой вечером в театр...
-Вы слышите, что я говорю?
У вас могут быть серьезные
проблемы с сердцем.
-Я чувствую себя хорошо!
-Человек, который умирает
от сердечного приступа,
может чувствовать себя хорошо
до последнего момента.
-Ну все, Оксан, я побежала.
-И сразу дела нашлись.
А мне с пауком что делать?
Черная вдова - он же ядовитый.
-Да ладно тебе,
может, вы еще подружитесь.
-Иди уже!
-Елизавета Владимировна, вас
там Никита Львович вызывает к себе.
-Прям сейчас?
-Это чье назначение?
В Москве этот препарат не выписывают.
У него побочное перевешивает пользу.
-В Москве выбор есть, а у нас
даже такое лекарство не найдешь.
-Здравствуйте,
Елизавета Владимировна.
-Привет.
-Можешь идти.
-Я тебе рада.
Ты посоветоваться хотел?
Я во всем готова тебе помочь.
Во всем поддержу.
Не знаю, что тебе сказать,
сам все знаешь.
С лекарствами у нас беда, с местами
вообще тихий ужас, а главное, Никита,
нам катастрофически не хватает людей,
Никит.
Хлебников ушел,
надбавки все порезали,
и практически все уволились.
Смотри, если мы с тобой вдвоем
обратимся к Сергееву, к Заславскому,
к твоей... то, я тебя уверяю,
Минздрав области нас услышит.
-Елизавета Владимировна,
во-первых, при остальном персонале
давайте все-таки на "вы",
субординация должна быть,
иначе никак.
Надеюсь, без обид.
-Ну, конечно, да,
прости, пожалуйста, все верно.
Я как-то просто сама не догадалась.
Привычка.
-Во-вторых, я вас уважаю и ценю опыт,
который приобрел
под вашим руководством,
но прошу вас не драматизировать
ситуацию и не сеять панику.
Это всего-навсего первая волна,
которая по-настоящему
достигла регионов.
Мы не властны над болезнью.
-Но зато мы властны
спасти больше людей.
-Мы можем спасти лишь тех,
кого возможно спасти
при существующих ресурсах.
-Подожди, а остальные что?
Пускай вот так вот умирают, да?
А цифры мы с тобой нарисуем,
какие нужно.
-Вот вы уже год живете
в режиме нескончаемого подвига,
надолго так хватит?
Нам подвиги не нужны,
иначе некому лечить будет.
Нужна четкая работа
и снижение смертности.
-Никита, смертность -
это просто цифры.
А у меня вот там вот живые люди
умирают каждый божий день.
Простите, у меня сейчас
видеоконференция с руководством.
В общем, будьте здоровы,
и не нервируйте попусту
остальной персонал.
Надеюсь, мы друг друга поняли?
-Ну, как уж тут не понять, Никита.
-Оксана, потеряла что-то?
-Ну, вроде того.
-Оксана.
-Да.
Пульсоксиметр дай, пожалуйста.
-А что со мной?
-Сейчас поймем.
Палец.
Значит так, сейчас делаем
экспресс-тест, пока ждем результаты,
находитесь здесь на изоляции.
-Погодите, что значит - на изоляции?
-Оксана, перчатки, маску -
все в отходы "Б",
умойся, переоденься, и когда мы
уйдем, здесь все продезинфицировать.
И в коридоре тоже.
-Поняла.
-Слушайте, а может, я домой? Все
же болеют, многие по домам лечатся.
-Не с вашей сатурацией.
Вы в группе риска из-за сердца.
Вещи есть кому привезти?
-Да, жена.
Но я не понимаю, зачем это надо.
Я себя отлично чувствую.
-За жену вы не боитесь?
-Мы следим за собой:
спорт, правильное питание.
Для нас ковид не страшнее гриппа!
-Вы понимаете, что вы можете
случайно заразить пожилого человека?
-Да не может вся планета
сидеть по домам и бояться!
Должна переболеть
критическая масса,
и тогда появится стадный иммунитет.
-Иммунитет длится
несколько месяцев.
Поэтому никакого "стадного
иммунитета" быть не может!
-А я читал,
что умирают в основном старики и те,
кто не следит за собою,
у кого диабет или ожирение.
Еще надо разобраться,
кто больше виноват, они или вирус.
-Слова очень здорового человека,
но отказаться от госпитализации
вы не имеете права.
-В общем, днем он на учебе,
я работаю по удаленке,
а вечером и в выходные - сказка!
Рестораны, музеи, театры.
Конечно, это тебе не наша деревня.
-Подожди, а ковид?
Там что, все работает?
-Представляешь, все открыто.
Рестораны битком! Везде очереди.
-Надо же...
-Угу.
-Ну, а между вами как отношения?
-Слушай, ну...
Это, конечно, что-то!..
Это прям второй медовый месяц.
Нет, даже лучше.
Мы впервые, знаешь, настолько,
настолько на одной волне.
-Это после всего, что было?
-Ну, совесть мучает, видимо.
Прозрел наконец.
Понял, что мне рядом нужен
достойный мужик,
с амбициями, опора в моих планах.
Заведующий - это только начало,
я поняла,
что мы должны жить в Москве.
-Ну, ты же не просто так
похвастаться пришла, да?
Хочешь, чтоб я за ним приглядела?
А то Вика еще здесь,
жениха у нее уже нет.
-Я полностью доверяю Никите.
Но лишний глаз никогда не помешает,
сама знаешь.
-Здравствуйте, Никита Львович.
-Здравствуй, Вика.
-Поздравляю с повышением.
-Спасибо.
Я сейчас увидел, что не все карты
нормально заполнены.
И таких много. Ты не знаешь, почему?
-Все знают, почему.
У врачей нет времени.
-Ясно.
Со здоровьем все в порядке?
С женихом?
-На здоровье не жалуюсь, спасибо.
А с Вадимом мы расстались.
Как вы? Как поездка в Москву?
-Знаешь, многому научился.
Ладно, до встречи.
-Тут побольше, угол.
Туда еще.
Да. Так.
И второе тоже можете, пожалуйста.
Посильнее гораздо.
-Оксана!
А что здесь происходит вообще?
Какие-то танцы современные?
-Может, им плохо?
-У нас черная вдова сбежала.
-О чем ты говоришь?
-Паук, что ли?
-Да, паук.
Я сегодня в супермаркете купила
виноград, а он оттуда выскочил.
Марина посмотрела в интернете,
это черная вдова.
-Мамочки!
-А если он к пациентам
по вентиляции ползет?
-Без паники.
Какого он цвета был?
-Я не видела, но Марина сказала,
что желтого.
-А вдова твоя какого?
-Черная.
-И о чем нам это говорит?
-Это не вдова?
-Молодец. Садись. Пять.
Какой-нибудь безобидный
цветочный паучок.
Пошли, арахнолог, там больному
перевязку надо делать.
-Ребята, закончили. Все.
-Заславский здесь уже свои порядки
навел.
В городе уже вообще без него
ничего не делается.
-Заславский прыгает выше головы.
Думаешь, кто обставил меня?
-Ну а что ты с этим сделаешь?
Назад-то хода нет.
-Я не могу сейчас раскрыть всех карт,
скажу только одно, что скоро ему
будет не до смеха. Вот увидишь.
-Ириша, ты только будь осторожной,
ладно?
-Не переживай за меня.
Все мои враги получат по заслугам.
Впрочем, как и мои друзья.
-Не надо отменять путевки.
Меня уже сто раз к тому времени
выпишут.
Любовь моя, тут по мою душу идут.
Целую, не переживай, скоро увидимся.
Доктор, а у меня жалоба.
-На что?
-Я платил за пять звезд,
а это даже не ноль пять.
Но зато компания приятная.
Столько образованных людей рядом.
-Пришли результаты КТ.
Поражение более 50 процентов.
Это очень серьезная цифра.
Вы сказали, чтобы вам привезли
кислородный баллон?
-Да, скоро.
-Хорошо. Поднимите майку.
Выше.
Дышите.
Можете опускать.
У вас сейчас сердце работает гораздо
быстрее обычного, чтобы
компенсировать недостаток кислорода.
На него повышенная нагрузка. Плюс
признаки ишемии и кардиомиопатии.
Поэтому сегодня и потеряли сознание.
-А что это все значит?
-Дайте руку.
Нам с вами предстоит большая работа.
Вам уже ввели необходимые препараты.
Сейчас принесут парацетамол,
будем сбивать температуру.
-Да такая температура сама пройдет.
-Мы ей поможем.
Нам важно ее опустить, чтобы снизить
нагрузку на ваше сердце. Понимаете?
-Да.
-Вот тебе крест, Михалыч.
Черная вдова по больнице ползает.
Оксана сама видела.
-Ты не выдумывай.
Мы не в Африке.
-Откуда этот виноград везли?
-Я читал недавно про такой случай.
Мужчину укусил ядовитый паук. Из
винограда, который из супермаркета.
-Лидия Анатольевна, разрешите?
-Алексей Викторович,
простите. Прошу.
А я вот тоже, кстати,
слышала о таком случае.
-Ну, как себя чувствуете?
-Да как-то так.
-Неужели не лучше?
Странно.
Лекарство должно было
уже начать действовать.
Секундочку. Уберите руку.
А когда вы впервые почувствовали
проблемы с правой ногой?
Сюда! В ведро!
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Подержи, пожалуйста.
-Привет! Ну как ты?
-А мы вот с мелочью идем оболтуса
с каратэ забирать.
Скажи папе привет!
-Привет!
-Привет!
Как собрание?
-Все хорошо.
-Было бы хорошо,
они бы сами домой шли.
Что, так плохо?
-Не думай об этом, Сень.
Энергию некуда девать.
Засиделись в школе.
Что с пацанов взять?
Я попрошу тренера
побольше их гонять.
Чтобы не было сил хулиганить.
Мне пока удаленку разрешили,
я присмотрю за ними,
чтобы не влипали.
Мы пришли.
Целуем тебя.
Буду готовить ужин - еще позвоню.
Сева, скажи папе пока.
-Пап, мы тебя ждем.
-Мы тебя очень ждем, родной.
Я люблю тебя.
-Я вас тоже люблю.
-Почти 39.
Можете говорить?
Аллергии у вас ни на что не было?
-Да нет. Ничего такого.
-А когда вы почувствовали себя плохо?
Ну, после чего?
-Вчера вечером в магазин сходил
за продуктами, купил немного всякого.
-Всякого - это какого?
Выпили, что ли?
-Нет. Ну что вы?!
С моим-то диабетом.
Как обычно.
Яйца, молоко.
Хлеб, макароны.
И жене винограда немного.
Она его обожает.
-Подождите.
Винограда?
-Ну да.
-А где вы его купили?
В нашем супермаркете?
-А как вы узнали?
-Я всегда говорил, что у врачей после
10-го года практики открываются
экстрасенсорные способности.
Но мне никто не верит.
-Добрый день.
-Вик, привет.
Пришла поесть?
-Да, но я, наверное, в кулинарии
куплю что-нибудь, так быстрее.
-Давай я тебя угощу. Тут сегодня
уха фирменная из местной рыбы.
-Спасибо, но я не привыкла,
чтобы за меня платили.
-Тогда в долг на 3 года
без процентов. Ты ж сейчас
опять в красную зону нырнешь,
когда мы опять увидимся?
-Мне надо побыстрее.
-Мы поторопимся.
Неужели ты думаешь, что одной
в кулинарии кушать приятнее,
чем со мной пообедать в кафе?
Если ты мне скажешь да,
мне нужно будет серьезно
пересмотреть свою жизнь.
-Все внимание! Вот так
выглядит наш подозреваемый.
Со слов наших свидетелей -
Марины и Оксаны из приемного.
-И что мы должны делать?
-Для начала помолчать,
товарищ Тяпкин.
-Я Иванов.
-Иванов, чем лечится укус паука?
Кораблева?
-Для оптимального лечения необходимо
точно установить вид паука,
чтобы подобрать противоядие.
-Правильно. Но вряд ли
в средней полосе России найдется
противоядие от укуса турецкого паука.
-Противостолбнячное,
поднять поврежденную конечность,
приложить холод, антигистамины,
глюкокортикоиды, антибиотики.
И при необходимости хирургическое
удаление некроза.
-Умница.
Что стоим? Кого ждем?
Оценку в зачетку? Вперед!
Вперед, вперед.
Лидия Анатольевна.
-Да? Я тут.
-А у вас ключевая миссия.
Подозреваемого надо...
-Найти и обезвредить.
-Найти и идентифицировать.
И потом изолировать.
Мы же с вами все-таки медики,
а не убийцы. Правильно?
-Правильно.
Что стоим? За мной!
-Я слышала, ты болел.
-Угу. Да, еще в первую волну,
к нам в травму какой-то больной
занес. Пол-отделения скосило.
-Как перенес?
-Непростая болячка,
даже для здоровых.
Ну ладно, что мы про этот ковид.
Тебе этого ковида целыми днями
на работе хватает.
Давай о чем-нибудь повеселее.
Как жизнь молодая?
-А, да... все хорошо.
-Хорошо, и все?
-Мне правда нечего рассказать.
Работа, дом, дом, работа.
А у тебя какие новости?
-Ну, как какие?
У нас же Пряхина отстранили,
он в группе риска по возрасту.
По сути говоря, все отделение
свалилось на мои плечи.
-Ужасно, наверное.
-Ну да, не соскучишься.
Как Вадим? Когда свадьба?
-А-а...
Мы расстались.
-Прости, я не знал.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
По работе.
Вик, ты не поверишь...
у нас по больнице ползает какая-то
желто-черная вдова.
-Какой хорошенький.
-Хорошенький? Ты серьезно?
С такими щупальцами -
это хорошенький?
-Угу.
-Ах, фу, не могу больше.
Голова кружится от этого баллона.
Перерыв.
Фух... Сень!
-А?
-Жена у тебя красивая.
Сразу видно, добрая.
И малой классный.
А мы все так и не решились.
Все хотели для себя пожить,
понимаешь?
Но сейчас я вот мечтаю о детях.
Пора уже, конечно.
Ну а ты, ты о чем мечтаешь?
-О приставке.
-Температура - 38,3.
-О какой приставке?
-Игровая, для спиногрызов.
-Сатурация - 84.
-Интересная мечта.
-Да. Волнуюсь я за них,
болтаются без дела.
Светке за ними тоже некогда.
Да и мне...
-Температура - 39.1
-Давай я тебя на работу возьму?
-Да ты ж не знаешь, кто я.
-Я достаточно знаю.
-Сейчас повторим парацетамол.
-Спасибо, Настенька.
Фея наша.
-Сатурация 90.
-Сень, ты настоящий.
Семью тянешь.
Мне этого достаточно.
Сень!
Ну что скажешь-то?
А?
Семен?
Сень?
Кто-нибудь!
Помогите! Сюда!
Ой...
-Пульс слабый, но есть.
Переворачиваем на бок.
-А если бы никто не заметил?
Роман Викторович, его нужно
на кислородный концентратор.
Ему нельзя больше на баллоне.
-Так, и у кого ты предлагаешь
забрать концентратор?
Ну, кому он нужен меньше?
-Ты сейчас во мне дырку просверлишь.
-Хм!
Черт!
-А-а! Что такое?
Что такое?
-Там паук был.
-Какой еще паук?
-Желтый.
Очень ядовитый.
Поэтому я так...
-В фантазии тебе не откажешь.
Все, мой перерыв окончен.
Удачи с пауком.
-Оль, закажи, пожалуйста, сюда
кислородный концентратор.
Чем быстрее, тем лучше.
Нет, не волнуйся, это не мне.
Мне пока только баллон прописали.
Да!
Целую.
И я тебя люблю.
Ага.
Да, спасибо. Пока.
Фух...
-Фух...
-Спасибо!
Нет, ну, за... спасибо, спасибо!
-Да ладно, ладно тебе.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Теперь маска должна быть
почти все время.
Вот ручка с блокнотом, будете писать,
если что нужно. Хорошо?
Устал.
Конечно, устали!
Три пацана - это тебе не шутки.
СМЕХ
-Он мне по секрету сказал,
что лег сюда отдохнуть.
СМЕХ
Шучу, шучу.
Он их обожает, это я за первую минуту
разговора понял.
-Да, дети - это наше самое большое
счастье. Правда?
-Пока не знаю, но охотно верю.
У вас, у вас дети есть?
-Почти. У меня три брата,
они такие классные,
но проблем не оберешься, конечно.
-Вы часто родителям с ними помогаете?
-Маме. Папа погиб на службе
несколько лет назад.
-Простите.
-Да ничего.
Откуда же вы могли знать?
-Значит, вы помогаете маме
воспитывать братьев.
-Ну, а как же? Надо помочь.
Они без меня потеряются.
Сколько дурных компаний,
один неверный шаг - и настоящая беда.
Они должны знать, что я всегда рядом.
СИГНАЛЫ КАРДИОМОНИТОРА
ЗВУК ОТКРЫВШЕЙСЯ ДВЕРИ
-Как она?
-Без динамики.
-Ах, Влад, Влад.
Я уверен, что мы операционной
сделали все правильно.
Причем все успели, без единой ошибки.
Дайте.
-Гений медицины не понимает
элементарных вещей.
-Что вы имеете в виду?
-Полбольницы уже догадывалось, что
она в вас влюблена, но только не вы.
-Нана Вахтанговна, и вы туда же.
Весь этот бред я уже слышал от Влада.
-Это правда.
Он не ревнует. Просто он считает,
что если бы не вся эта история,
если бы не ваше увольнение,
вся эта драма,
она бы никогда не запила и не села бы
за руль в таком состоянии.
Все эти женщины, что вас любят,
слишком много от вас хотят.
Они хотят вас видеть
героем без устали,
а вы просто уставший человек.
-Ну...
И вот я качусь кубарем,
значит, с этой горы.
И хорошо, что лыжа отлетела,
а то б все ноги переломал.
СМЕХ
И...
О...
-Ты чего?
-Сеня!
Ой!
-Что такое?
-Сеня, что-то опять...
-Ты чего?
-Ой!
А-а...
-Насть!
Настя! Настя, помогите!
Настя!
КАШЛЯЕТ
Настя!
-21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28.
Воздух!
Раз, два, убирай.
Дефибриллятор.
Разряд.
Разряд.
Разряд.
Время смерти - 23:57.
-Семен, нам нужно проверить
сатурацию.
Растет. Впервые растет.
-А ему концентратор нужен?
-Нет.
У него отказало сердце.
Потому что оно у него было больное.
-Теперь его будут звать Глеб.
И он будет всем помогать.
-Насть!
В твоих слезах нет ничего
постыдного.
Иначе ты бы не была медсестрой,
если бы это тебя не трогало.
-Глеб, он...
Он только сегодня сказал,
как хочет детей.
Я думала, что Семен...
все вокруг него бегала.
Что-то я просмотрела.
-Нет. Настя, ты не виновата.
Но просто его сердце не справилось
с ишемией и с вирусом одновременно.
-Он же еще такой молодой был.
Почему?
Почему Бог не дал ему увидеть
своих детей?
-Настена... Держи, на.
Ну, дети - это наши корни.
Семен так укоренился,
что ни один шторм не способен
вытянуть его из земли. Ну а...
А Глеб, Глеб просто не успел
их пустить.
СИГНАЛ СМС-СООБЩЕНИЯ
-Ты вдова, а я еще замужем не была.
Ладно, ладно! Женщина
женщину в беде не оставит.
Я тебе даже ужин приготовила.
Ну?
-Оксана, что ты тут делаешь?
Опять журналы свои читаешь?
Кто кабинеты будет обрабатывать?
-Сейчас обработаю.
-Давай, бегом.
-Сейчас обработаем.
Сейчас мы так обработаем -
мало не покажется. Да?
Серия 48
-А, там, на скамейке.
Эй, дамочка!
-Дамочка, уродам мамочка!
-Мать урода.
-Мать урода с огорода,
мать урода с огорода!
СМЕХ
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
Их глаза неумолимы
И божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
-Чистую простынь принеси,
пожалуйста.
-Елизавета Владимировна,
чего одна?
-Конечно, это дело санитарок.
-Да где их взять-то?
Вчера еще одна с ковидом
на больничный ушла.
-Хоть форма легкая у нее, но...
Давай!
-Сама знаешь, форма легкая,
а работать нельзя.
-Знаете, Елизавета Владимировна,
за такие деньги...
-Знаю, Вика, а что делать?
-Надо с Никитой поговорить.
-А ты что думаешь,
Никита всесильный?
Посмотри, по всей стране так.
КРИКИ
-Больно!
СТОНЫ
-Так, что у нас такое?
-Острый живот.
-Анечка, потерпи. Мы уже приехали.
СТОНЫ
-Что у вас? Как вы?
Вы кто?
-Муж.
-Давно началось?
-Неделю, может...
Нет, дней десять.
-Как - дней десять?
А что ж вы ждали-то?!
-Я сама не захотела в больницу.
-Чш-чш, все хорошо.
Все нормально, дышим.
Ребята, в смотровую проводите.
Все хорошо, вы уже не переживайте.
СТОНЫ
-Дамочка?
Что вы здесь забыли?
Что вы ищете?
-А к кому можно обратиться
по объявлению?
-Медсестра?
-Нет, санитарка.
-Санитарка!
Голубушка, пойдемте, я вас провожу.
Санитарка.
-Халатик распахните, пожалуйста,
мне посмотреть надо.
Спокойнее, тихонечко,
дышите, спокойно.
КРИКИ
-А!
-Все-все-все, не трогаю.
Сейчас вот здесь чуть-чуть.
СТОНЫ
Понятно.
Здесь? Здесь?
СТОНЫ
Так больно?
КРИКИ
Все-все-все. Дышим.
Марина, сделай дротаверина
гидрохлорид с анальгетиком.
-Аня...
-Фух...
-Аня, Аня, маску, маску надень.
-Что, боитесь?
-Нет.
-По виду не скажешь...
Что же она такого съела,
что так отравилась?
-Курицу жареную,
салат с морепродуктами и рис.
Шарлотку испекла.
-Десять дней назад?
Так, Марин, значит, так.
Больную - на УЗИ.
Скорее всего,
отравление или непроходимость.
Общий, биохимия - и в хирургию.
-Почему вы решили работать
в красной зоне?
-Устроиться никуда невозможно.
Хоть какая-то работа.
-А где вы работали раньше?
-Воспитательницей в детском саду.
-Почему ушли?
-Карантин.
Вот.
Курсы доврачебной помощи проходила.
Согласна на любую работу.
СТУК В ДВЕРЬ
-Никит!
Простите.
Ну, нужно что-то делать с младшим
медицинским, работать некому.
-Вот, Екатерина готова работать.
-А вы сегодня можете начать?
-Да!
-Елизавета Владимировна,
покажите Екатерине наше хозяйство.
-Конечно. Пройдемте.
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
Уже не чаял вас увидеть.
-Пришла, как смогла.
-Присаживайтесь.
Что, работы много?
А думаете, мне сейчас легко?
Стоим вахтой на переднем крае,
так сказать.
-Зачем вызывали?
-У меня к вам будет маленькое,
но ответственное поручение.
Принимайте терапевтическое отделение.
-Это вы называете "маленькое"?
А как же мои обязанности?
-Тоже остаются за вами.
-Это совершенно невозможно.
-Замещающий Ларису врач слег
с ковидом. Что тут поделаешь?
Вот Ларисины пароли и явки,
я верю в ваши таланты.
-Я и так почти не сплю.
-За счет личной жизни, голубушка.
Всем нам приходится сейчас
чем-то жертвовать.
Время такое.
-Избавьте меня от вашей демагогии!
-Не переживайте, ничего сложного
здесь нет, у вас все получится.
-Такое ощущение,
что вы меня уговариваете.
Не стоит.
Мне самой работа очень нужна.
-Держите.
Значит, основная проблема,
к сожалению, у нас очки.
Потому что они очень сильно
запотевают.
-А когда можно будет уже раздеться?
-Раздеться можно будет
в обеденный перерыв.
Тогда разденетесь и сходите в туалет.
Возьмите, это очень нужная штука,
всегда носите с собой.
Если скотч подрезать или памперсы.
-Ну да. Я в детском саду
тоже их всегда с собой носила.
-Так, вот смотрите.
Бейджика вашего пока нет,
я на спине напишу
ваше имя и фамилию.
Какая у вас фамилия?
-Дробыш.
-Ну все.
-Так...
Жидкость в брюшной полости.
-ХГЧ около 1700.
-Имеем внематочную.
Разрыв трубы.
Пусть пациента готовят
срочно к операции.
Все очень серьезно, бегом.
Вы о чем думали?
Вам еще неделю назад
надо было делать операцию.
-Мы... боялись.
Сейчас столько всего говорят.
Меня подруга консультировала.
Она врач.
Так вот, она сказала тоже,
что в больницу ни в коем случае.
-Вы меня, конечно, извините,
но хреновый врач ваша подруга.
При разрыве трубы боли адские,
вы уже неделю должны
были на стенку лезть.
-Терпела.
-Мне сказали, что какие-то выписки
Анны Чандяевой есть в приемном.
-Нет, ничего не было.
-Это у меня.
Я ее муж.
-Почему жену сразу
в больницу не повезли?
-А... Нам нельзя было в больницу.
Мы...
Мама старенькая у нас, и дочка...
Как она?
-Плохо. А как вы думали?
Готовим к операции.
Придется удалить матку.
-Ей нельзя матку удалять.
Мы планируем еще детей.
Можно обойтись без удаления?
-Нет.
КАШЕЛЬ
КАШЕЛЬ
-Екатерина Дробыш?
Ах ты!..
Уйди отсюда!
Уйди отсюда!
Врача! Помогите! Помогите!
Уберите ее!
-Что случилось, Капустин?
-Уберите ее!
-Почему?
-Уберите ее,
я вас прошу, она плохая.
-Екатерина, что случилось?
-Ничего. Я просто мусор собирала.
-Выходи. Уйди отсюда.
-Уберите, я вас прошу.
-Тихо-тихо. Дышите, дышите.
Дышите, дышите.
Убрали, убрали.
КАШЕЛЬ
Дышите, дышите!
КАШЕЛЬ
Сейчас успокоительное вам дам.
Дышите, тихо, тихо, тихо.
-Скальпель. Разрез.
Сушим.
-Ранорасширитель.
-Коагулятор.
Так, удаляю матку с придатками.
Скальпель.
-Девочка молодая совсем, жалко.
-Жалко у пчелки. Тут сепсис.
ЗВУКОВЫЕ СИГНАЛЫ
-Давление - 200.
-Судороги!
-Черт.
Твою мать.
Держите ее!
Зажим.
Отсос.
Алла!
-Острая реакция на боль.
Препарат уже дала.
-Фух, отпустило.
Фиксируйте.
-Есть.
Черт.
Вокруг много жидкости
гнойного характера.
Инга, чистим.
Отсос.
Так...
Сушим.
Какое давление?
-Сто на шестьдесят.
-Хорошо...
Инга, зашивай.
Я не знал,
что настолько все серьезно.
-Ай!
-Ах ты, ведьма!
-Пустите!
Чего вы ко мне привязались, а?
-А ты не понимаешь, да?
-Помогите!
-Ах ты, ведьма!
-Капустин! Что творите, а?
-Убивают!
-Вы что творите, а? Вы домой хотите
за нарушение режима?
-Что у вас тут происходит?
-Я полы мыла,
а он на меня набросился!
-Просто так набросился?
-Да! Да!
-У вас сатурация 88,
вы что, на ИВЛ хотите?
Что вы творите? Маску рукой держите!
Собирай тележку, на выход.
Почему же он на вас напал?
-Ей-богу, не знаю.
Ну, вот хоть у больных спросите.
-Не переживайте, я спрошу.
Просто поймите, при низкой сатурации
возникает кислородное голодание
мозга.
И это может иметь
негативные последствия
для центральной нервной системы.
Вирус очень плохо изучен,
но то, что пациенты
могут впадать
в неконтролируемую агрессию
или что-то забывать -
это мы знаем точно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Добрый день, Эльвира Рафаэлевна.
-Добрый.
-Мне девчонки сказали,
что вы Ларису замещать...
-Семен Федорович, что вы хотите?
-Ладно, потом.
Сколько таблеток уже выпили?
-Три выпила.
-Знаете,
у моей жены тоже мигрени бывают,
помогает только точечный массаж.
Вы позволите?
-Это как-то неудобно.
Знаете, что? Сделайте, а.
Хочу, чтобы голова прошла,
а то работать вообще невозможно.
-Так... сейчас все пройдет.
Вот.
-Я уже два часа пытаюсь
разобраться с этими бумагами.
-Сейчас и с бумагами разберемся.
Вот здесь вот болит?
-Ай. Да.
-Сейчас, сейчас, все пройдет.
-А я думала, вы только традиционной
медициной занимаетесь.
-Смотря что считать
традиционной медициной.
Оп.
-Ой.
-Все.
Вот здесь посидите минуточку
с закрытыми глазами,
сейчас все пройдет.
-У меня же времени совсем нет.
-Это, Эльвира Рафаэлевна,
вопрос приоритетов.
На себя времени нет, а на
дополнительную работу - пожалуйста.
Себя полечить не можем, а дать
на себе ездить - это нормально.
Что ж мы от пациентов хотим, если
у нас врачи такие несознательные?
-Семен Федорович, не болит!
Спасибо вам!
-Вы знаете, вот эти списки - это уже
месячной давности, они идут вот сюда.
-А вы откуда знаете?
-Я Ларисе помогал в последнее время,
ну, месяц или два, жалко ее было.
Вы уж не говорите никому,
Эльвира Рафаэлевна.
-Да что вы, Семен Федорович,
вы же меня просто спасаете.
-Так, тогда это будет вот так.
-Там еще надо новые лекарства
купить.
-Это уже вообще неактуально.
Это сюда.
-И со страховыми разобраться.
-Страховые...
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Вы знаете, Эльвира Рафаэлевна,
должен вас покинуть. Извините.
-Так, Капустин, давайте пальчик.
Ну, вот видите, уже получше.
Ну что, рассказывайте,
что у вас там с санитаркой произошло?
Если вы мне не хотите рассказывать
по каким-то своим личным
соображениям,
то я вас, конечно, понимаю,
но и вы меня поймите.
Екатерина у нас совсем новый человек,
мы ничего про нее не знаем.
Нет, ну если момент
какой-то принципиальный...
Ну, пожалуйста,
ей же с людьми работать, ну скажите.
М?
-Я вам покажу.
Вот.
Это моя дочь Светочка, красавица.
Это фотография год назад.
А это кто?
Это она же.
Месяц назад.
-А вы что, хотите сказать,
с ней это Екатерина сделала?
-Нет, это ее сынок.
Он девушек подкарауливает
в парке и избивает до такой степени,
что все лицо в месиво превращается.
Она теперь на всю жизнь
такая будет... уро...
И денег на пластику нет.
-А вы точно знаете, что это он?
-Он уже дал признательные показания.
Суда еще не было, но я надеюсь,
ему дадут на полную катушку!
Теперь вы меня понимаете?
Понимаете?
-Лидия Анатольевна, я вас везде ищу.
Вот, посмотрите.
У нас есть несколько больных,
которые числятся по документам,
что у нас лежат.
На них и койко-место, и назначение,
я пошла проверить, а их нет.
И вообще не было.
А лекарства на них идут.
-Кто тебе это дал?
-План дежурная сестра выгрузила.
-Меня не могли дождаться?
Ладно, иди, я сама разберусь.
КАШЕЛЬ
-Вы что, больной?
-Да, больной.
-А почему дома не сидите
в таком случае?
-А здоровые люди
по больницам не ходят.
А ты, если заразиться боишься,
сидел бы дома.
ПО ГРОМКОЙ СВЯЗИ:
-Папа, ты когда приедешь?
Мама на телефон
не отвечает.
-Доченька, я еще тут побуду.
Ты пшикалкой пшикнулась?
-Да, папа. Я есть хочу.
-Возьми там печенье
и молоко в холодильнике.
-Бабушка вас зовет. Что ей сказать?
-Скажи, что я скоро приеду.
Все, пока.
Мать у нас лежачая.
Скажите, а как можно узнать
о состоянии больного?
-Сейчас я узнаю.
-Анна Чандяева.
-Это Марина, приемное.
Скажите, пожалуйста,
как состояние Анны...
-Чандяева.
-Чандяевой.
Поняла, спасибо.
Операция закончилась,
ее перевели в реанимацию.
-Почему в реанимацию?
-Ну, так положено после операции.
-Антибиотик ставила?
-Как назначено.
Противовоспалительные начинаем.
-СОЭ - 40, СРБ - 700.
-Это плохо, да?
Мне умирать никак нельзя.
У меня мама старенькая,
дочка маленькая.
Мама старенькая, дочка маленькая...
У дочки астма...
Нам болеть никак нельзя...
Мы хотели врача, а нам сказали,
не могут обеспечить.
А нам что делать?
Вот и терпели...
-Так, вызывай анестезиологов,
переводи на ИВЛ, быстро.
-Ничего себе!
-А ты представляешь,
как я перенервничала?
-Да ведь и Рафаэлевне помочь хочется.
И Ларису подставлять нельзя.
-Да как ей поможешь?
Ей бы с мужиками своими разобраться!
А то Хлебников от Рафаэлевны,
как черт от ладана,
а она от Заславского прячется.
Марлезонский балет какой-то!
Сейчас еще Ларисино
отделение на ней...
Вот я не понимаю Сергеева,
он же прекрасно знает,
что у Ларисы творится.
-Да, я уверен, что он ее сам
заставлял идти на эти махинации.
Ну вот. Вот, посмотри.
Положили молодого парня
на три дня в терапию,
чтобы аденоиды эндоскопом посмотреть.
Это делов-то на пятнадцать минут!
А он пролежит здесь три дня.
И теперь представь себе,
во сколько раз дороже для ОМС
теперь обычная риноскопия обойдется?
-Так вот!
Зачем же он Рафаэлевну
назначает в этом разбираться?
ВЗДЫХАЕТ
-Подставить ее хочет.
-Вот...
Зла на него не хватает!
Надбавки снял, медсестры увольняются,
сестра на одно отделение -
это уже норма. А то на три!
60 больных. Всех обойди,
у всех анализы возьми, осмотри...
Эх, ну как тут Хлебникова
не вспомнить, а?
-А...
Сломали парня.
-Приятного аппетита,
Иван Андреевич, можно к вам?
-Вообще-то тут занято.
-Один кофе, пожалуйста.
Ничего, я ненадолго, есть разговор.
Вы почему не уезжаете теперь,
когда обвинение с Кирилла сняли?
-Ну, может быть,
потому что теперь мне ехать некуда?
Вы об этом хотели поговорить?
-Не только.
-Все-таки какая вы приставучая
пиявка, Алла Игнатьевна.
Вы понимаете,
что вы лезете сейчас не в свое дело?
Я в вашей психологической помощи
не нуждаюсь.
Может быть, я сам как-нибудь
буду решать, где и как мне жить?
-Конечно, конечно. Благодарю.
Это так было, для затравки разговора.
-Хреновая получилась затравка.
Переходите к основной части.
-Вы почему не лечитесь?
-От чего?
-Иван Андреевич,
вам надо обследоваться.
У вас зависимость от обезболивающих.
Это не шуточки.
-О! Ко мне пришли.
-Здрасте.
-Здравствуй, Кирилл.
Ну, надеюсь, вы не позволите
платить даме за кофе...
Да уж, конечно...
-Тем более я его не пила.
Все доброго.
-До свидания.
-До свидания.
-Как дела?
-А ты знаешь, что вот именно она
меня в сложной ситуации вытащила?
Приятного аппетита.
-Мне... Капустин все рассказал.
-А что - все?
-Про то, что ваш сын преступник.
Что он женщин избивал.
Вы мне сами почему не сказали?
-Ну, ведь это все неправда.
Это не он.
Просто ментам под руку попался, и...
Не верите, да?
Только с работы не гоните,
мне ему еще в СИЗО
передачки надо собирать,
а деньги закончились.
Да ментам висяк повесить надо,
вот они его и схватили.
Ну даже суда не было!
Ну как вы думаете, почему?
Да потому что у них нет на него
никаких доказательств!
Его же даже не опознал никто.
А знаете, почему?
Тот нападавший вообще был в шапке,
ну, знаете, такой,
для мотоцикла, знаете?
-Мне сказали,
ваш сын дал признательные показания.
-А вы знаете,
как у нас в СИЗО допрашивают?
Когда дубинкой...
Понимаете, да?
Тут что угодно подпишешь.
Ай!
Сказали: принесешь 200 тысяч -
отпустим.
А у меня и на хлеб-то денег нет.
Из детсада поперли - родители
написали: уберите мать маньяка.
Двадцать лет там.
По улице пройти не дают.
"Мать урода с огорода".
ПЛАЧЕТ
Как собаку гонят.
-Простите, простите.
Не плачьте, я вам верю, правда.
-Давление падает.
Асистолия. Эпинефрин.
-Внутрисердечно.
НЕПРЕРЫВНЫЙ СИГНАЛ КАРДИОМОНИТОРА
Делаем непрямой массаж сердца.
НЕПРЕРЫВНЫЙ СИГНАЛ КАРДИОМОНИТОРА
Все.
-Нет, я попробую.
НЕПРЕРЫВНЫЙ СИГНАЛ КАРДИОМОНИТОРА
Ну давай!
Давай, давай!
-Леш!
Леш, все.
Леша, все.
-Время смерти - 17:32.
-Алексей Викторович, там...
муж ее внизу ждет новостей.
-Леша?
ТЯЖЕЛЫЙ ВЗДОХ
Леша, что, пациент умер?
-Да.
Не надо.
-Послушай...
-И перестань меня жалеть.
-С какой стати мне тебя жалеть?
Молодой, здоровый мужик.
Прекрасный хирург.
Скажешь, у прекрасных хирургов
пациенты не умирают?
-Ты просто читаешь мои мысли.
-У всех умирают. Ты же знаешь.
Хочешь, вечером поужинаем? М?
-В другой раз.
Так я не хочу.
-Ай-яй-яй! Это что тут произошло?
Это кто тут до горшка не дошел? А?
-Ай...
-Это кто сделал?
-А-а...
-Это кто сделал?
-А-а...
-Кто отвратительный маленький
грязный зассанец?
Вас всех учить надо.
И вам будет за это!
Будешь еще под себя ходить?
Отвечай, будешь?
СТОНЕТ
Вот только попробуй еще раз
обоссаться, только попробуй!
Я тебе твою резинку быстро отрежу.
Нечем будет гадить.
ПАЦИЕНТ СТОНЕТ
-Я вам ответственно заявляю,
Никита Львович, ее нужно уволить.
-Работать кто будет?
У меня санитаров нет.
-Да ее нельзя к больным подпускать!
-Да, что случилось?
-Она садистка.
Она просто издевается над больными.
Поймите.
Мне кажется, она не может по-другому.
Она издевается над больными,
как будто это безответные дети.
Это взрослые люди. Они жалобу
могут в Горздрав написать.
Вы что, этого хотите?
Ну, я вижу, подобрала
верный аргумент, да?
-Я оперировал вашу жену.
У нее начался перитонит и сепсис.
А...
Вы приехали слишком поздно.
Она умерла.
-Я ей говорил, поехали в больницу,
а она...
криком кричала, но терпела.
У нас дочка маленькая,
мама старенькая.
-Да, я знаю. Анна говорила.
-Вы бы сами что сделали, если бы
ваш ребенок на руках синел?
Вот в такую эпидемию.
Выходили бы из квартиры?
-Нет.
Вы езжайте сейчас домой.
Документы все можно оформить завтра.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Вы нам не подходите.
Мы вас на работу не берем.
-Вот как?
Нажаловалась, значит, да?
Ждите проверку из...
Горздрава.
Я много узнала подробностей.
И симпатичных подробностей
о вашей работе.
Даже за один день.
-Хоть тушкой, хоть чучелком,
но, по-моему, нам проверки
из Горздрава не избежать.
-Такое ощущение, что мы живем
в каком-то страшном сне.
Со всех сторон лезет эта ужасная
информация - из телевизора,
из соцсетей, из каждой дыры.
Что сделать со страхом смерти? А?
Да...
Жизнелюб-теоретик.
-Не-е... Я практик.
УСМЕХАЮТСЯ
Серия 49
СТУК В ДВЕРЬ
-Иду.
-Добрый вечер.
-Что надо?
-Мне Андрей нужен.
-Здесь нет никакого Андрея.
Иди отсюда.
-Спокойно, мужик, мне нужен хозяин
этого гаража.
-Хозяин. А ты что, собачонка?
Потерялся, что ли?
-Шутник?
Иди сюда. Что, бессмертный, что ли?
-Ладно, ладно, успокойся.
Нет Андрея.
Что надо от него?
-Он мне должен был оставить
одну вещь. Оставлял?
-Зовут тебя как?
-Как половину на Руси.
-Иван, что ли?
Есть для тебя пакетик один.
Сейчас вынесу.
-Это у вас тут что? Автомастерская?
-Да, мастерская.
Я хозяин, Андрей мой знакомый.
-А что ж ты тогда отказывался?
-Смотрю, больно на военного похож.
Мало ли. Вдруг ты мент.
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроют
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы.
Их глаза неумолимы
И божественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
-Я вроде все заказывала,
что заканчивается.
Не знаю, может, в этот раз на складе
не было, он же импортный.
Возьмите этот, бренд тот же,
просто вкус немного отличается.
Ваша собачка ничего не заметит.
К тому же он сейчас на акции.
-Почему на акции? Он что, просрочен?
-Нет. Посмотрите срок годности.
Еще долго.
Видимо, продвигают новые товары
и поэтому привлекают
клиентов скидками. Возьмете?
-Ну, хорошо. Давайте на пробу
я возьму маленький размер.
На него тоже акция есть?
-Конечно. Сейчас принесу.
КАШЕЛЬ
Вам воды принести?
Женщина?
-Нет у меня никакого ковида,
я просто закашлялась.
-Сейчас принесут результаты КТ,
вот и узнаем.
Я уже здесь три часа сижу.
А вы сами сюда приехали?
Или на скорой привезли?
-Я сознание потеряла в магазине,
вот скорую и вызвали.
Это все из-за маски.
В ней дышать нечем,
воздуха не хватает.
-А я сам понял.
Еще весной все симптомы выписал:
температура, потеря обоняния, кашель.
И тут начала температура расти.
Кашель.
А сегодня понял, что начал
задыхаться, думаю, пора сдаваться.
-Если бы не продавщица, которая
скорую вызвала, я бы уже дома была.
Меня Жунечка ждет.
-Жунечка?
Собачка? Кошечка?
-Собачка моя.
Умничка моя. Я же ей за кормом
в магазин пошла.
-Она теперь без вас надолго
останется.
А с ней есть кому погулять?
-Это зачем?
Лично я здесь лежать не собираюсь.
-А придется.
Ваши результаты готовы. У вас
поражение легких средней тяжести,
госпитализация обязательна.
-Я не могу.
У меня Жуня дома одна.
Где моя одежда?
Дайте мне лекарство, и пусть меня
отвезут обратно.
-Вам с таким поражением легких
нельзя лечиться дома.
Нужен постоянный контроль.
-А что же будет теперь с Жунечкой?
-Это ее собачка.
-Соседей можно попросить?
Позвоните сами,
мы телефон не забираем.
Я могу сама поговорить с ними.
-Нет у меня нормальных соседей.
-Придумаем другое! Есть волонтеры.
Вы не первая в таком положении.
Вам сейчас лучше позаботиться о себе.
-Повезло, конечно, что сосед приехал.
Сначала я даже не понял,
что в гараже кто-то есть.
Думал, сосед куда-то отошел, а потом
хрипы услышал, ну и нас вызвал.
-А так бы родные только вечером
опомнились. Пишу гемоторакс?
-Да, пиши.
А, вот ты говоришь,
родные опомнились.
Так это если они есть, родные-то.
Странно, конечно, бывалый мужик,
а пользовался неисправным домкратом.
А у вас кто сегодня дежурит-то?
-Хлебников вроде,
я его с утра видела.
Плющев тоже на месте,
а Антонов выходной.
-Мужику вообще вдвойне повезло,
что Хлебников дежурит.
Соберет быстро его грудную клетку
по частям.
Он в этих делах мастер.
Там такое месиво.
-Приветствую, Иван Андреевич.
-Мое почтение, Степан Михайлович.
-Все в порядке?
-Да. А что?
Что-то не так?
-Давайте-ка я вас приглашу к себе
в каптерку и угощу.
Мне из Сибири прислали чайный сбор
с лекарственными травами, бодрит!
Не откажите.
-Я хотел заняться картами,
пока операция не назначена.
-Да бог с ними, с картами-то,
ну, 10 минут дегустации.
Ну не здесь же чаи гонять?
-Хорошо.
-И операции не назначены.
-Хорошо.
-А здесь больно?
Больно?
-Просто моргните.
Если да - один раз.
Если нет - то два раза.
-Давайте обойдемся без этой азбуки
Морзе, и так видно, что все болит,
и все нужно обезболивать.
Я хотел диагноз уточнить.
Пишите.
Визуально грудная клетка сплющена,
обширная гематома всей грудной
клетки. Пациенту трудно дышать.
Оксана, введите ему промедол и дайте
еще эуфиллин для улучшения дыхания.
-Анализы: кровь - биохимия,
клиника и моча.
-Да. Кровь - биохимия. Моча.
Еще нужно, чтоб посмотрели количество
тромбоцитов, и еще бы коагулограмму,
чтобы проверить свертываемость крови.
По протоколу, конечно, нужны
консультации узких специалистов,
но у нас времени нет.
У меня нет вашей карты.
У вас есть тяжелые заболевания?
Диабет, сердечные, онкология?
Поверим на слово.
Сразу после анализов - на рентген.
Нужен снимок грудной клетки и УЗИ.
УЗИ пусть сделают:
легкие, брюшная полость,
там тоже могут быть повреждения.
Сейчас сам в хирургию позвоню,
попрошу, чтобы Хлебников делал.
Надеюсь, Плющев не обидится.
-Сергей Анатольевич,
ну что ж вы сами-то приехали?
Вызвали бы меня, я ж с радостью.
Кофе? Чай?
-Отчет.
Мы с вами договаривались,
что вы пришлете отчет
о первом месяце работы медцентра.
Даже обещали прислать
промежуточный результат.
Ничего нет.
По почте отправили?
-Да я сам только получил.
Только что, перед вашим приездом.
-Это как? Вы что, за целый месяц не
получали данных? Дайте посмотреть.
-Мы уже придумали,
как исправить ситуацию.
-Ситуация такова,
что ее надо исправлять?
-А что вы хотите? В стране пандемия,
медицинский центр новый,
о нем мало кто знает,
на рекламу у нас пока денег нет.
-Месяц назад вы мне клялись,
что под вашим руководством ЦКБ
и медцентр начнут процветать
с первого дня.
Сколько сделали операций?
-Две.
Но пока хирургия не вышла на плановый
уровень, будем зарабатывать
на диагностическом оборудовании.
-Дорогостоящее диагностическое
ортопедическое оборудование будет
простаивать, а мы будем срубать с
бабушек по две тысячи за томографию?
Вы сидите в этом кресле не потому,
что вы гениальный врач,
а потому, что ситуация требовала
быстрого решения.
И других кандидатов не было.
Но они могут появиться.
Рекламу я беру на себя.
У меня есть ресурс.
Бартер в СМИ и горячая линия
Горздрава.
Повесим объявление,
что медцентр готов провести в течение
двух недель бесплатное медицинское
обследование всем желающим.
-Как бесплатное?
-А вот так.
Будто первый раз о таком слышите.
Моя задача - нагнать вам людей,
а ваша задача - найти у них
что-нибудь, что требует срочного
лечения. И желательно кардинального.
-Вот, бараночки еще.
-Благодарствую.
-Ой...
-Что такое?
-Ничего.
Невралгия.
-Точно?
-Точно.
Может, вам лучше
отпроситься на сегодня?
Сказать, что вы плохо
себя чувствуете.
-А я нормально себя чувствую.
-Ну да.
Мне показалось.
Чаек хороший.
Ядреный. Бодрит.
От такого чая
сон как рукой снимает.
-Я вообще-то не сплю.
-Да, да, это я так.
Приятелю моему тут таблетки
прописали,
так он чуть за рулем не уснул.
Такая вот жесточайшая побочка.
-Намекаете на то, что я могу уснуть
за операционным столом?
Покалечить кого-нибудь?
Да? Степан Михайлович,
вы это хотели сказать?
Или хотели что-то спросить?
Я вам помогу.
Я, значит, таблеток с побочкой
не принимаю, сижу себе тихо,
никого не трогаю.
Ага?
-А надо бы.
-После драки кулаками не машут.
-Ну, драка-то прошла, а вы остались.
-Вы знаете причины?
-Я-то знаю.
А вот другие не знают, а хотят.
-А оно им надо?
-Надо!
Вы же теперь для них не чужой
человек, они ведь хотят вам помочь.
-Вот оно что!
Помочь мне хотят.
Так вот пусть они сначала
себе помогут.
А я со своими вопросами
привык разбираться сам.
Спасибо за чай.
-Пожалуйста.
-Вот, видите, сочетанная травма.
Тут все:
закрытые переломы с третьего
по седьмое ребер с двух сторон,
ушиб легких, гемоторакс.
-Судя по результатам УЗИ,
лечение гемоторакса возможно
консервативным способом дренирования.
А потом будет трудоемко.
14 сломанных ребер.
У меня такого количества
еще никогда не было.
И на каждое из поврежденных ребер
надо будет наложить пластину.
-Сами будете оперировать?
-Да нет.
У меня сегодня Хлебников дежурит,
впрочем, я лично буду ассистировать.
Ассистировать при дренировании.
Ну, а затем ребрами мы с ним
по очереди займемся.
Кстати, можно забирать.
Я сейчас относительно свободен,
а у Хлебникова нет плановых операций.
А где он?
Ладно, я его сейчас найду.
А вы пока готовьте
пациента к операции.
-Хорошо.
-Добрый день.
-Здравствуйте, Сергей Анатольевич.
-Я ищу Эльвиру Рафаэлевну,
вы ее не видели?
-Нет.
-Эльвира Рафаэлевна, на минуту!
Не надо бегать от меня, Эля,
я тебе ничего плохого не сделаю.
Прости.
Я просто хотел поговорить.
Мне тяжело без тебя.
Я не хочу, чтобы ты во мне
видела врага.
Давай спокойно все обсудим.
Хочешь - здесь, хочешь -
за пределами больницы.
Где и когда тебе будет удобно.
Можем вообще вместе уехать
на эти выходные.
Можем за границу.
Что сейчас открыто?
Турция, Дубай?
-Танзания.
-Ну, Танзания, так Танзания.
Если хочешь.
-Танзания открыта, я нет.
-Опять он?
-Не хочу об этом.
Я тебя искала.
-Зачем?
-Нужен совет.
-Профессиональный?
-Скорее, моральная дилемма.
-Заинтриговала.
Давай через 10-15 минут
в ординаторской. Идет?
-Я даже не успела корм купить.
В зоомагазине сознание потеряла.
Там у меня дома запасы есть,
но найдут ли?
Жунечка у меня капризная, не все ест.
Как вы думаете, помогут волонтеры?
-Если обещали, значит, помогут.
Вы, главное, сами быстрее лечитесь,
чтобы вернуться к своей псинке.
И мне надо домой.
КАШЕЛЬ
У меня дача.
Надо рассаду будет сажать.
Вернусь?
-Вернетесь, конечно.
У вас какое поражение?
-Больше вашего.
Почти 70%.
На обоих легких.
-Почему нас держат в коридоре?
Я видела, молодежь лежит
в отдельных боксах.
Доктор, почему мы, пенсионеры,
лежим в коридоре?
-Это временно.
Все палаты пока заняты.
Мы уже сказали, чтобы к нам сегодня
никого не везли.
Ну а кого уже привезли, будем
постепенно переводить в палаты.
-После нас привезли молодую женщину,
и ее сразу отвезли в отдельный бокс.
-Зависит от степени заболевания.
Если сразу в бокс, то срочно
подключили к аппарату.
В этих боксах у нас лежат
самые серьезные пациенты.
Пойдемте, я вам покажу.
Самые серьезные пациенты,
жизни которых в опасности,
и от возраста это не зависит.
В этом боксе у нас лежит девушка,
она у нас 5-й день на ИВЛ,
а ей всего 20 лет.
Смотрите.
У нее очень высокий процент
поражения легких.
Как только место освободится,
я вас первую переведу, хорошо?
Все, будьте здоровы.
-Видите?
Не надо сидеть молча,
надо требовать свое.
Скорее бы уже место освободилось,
а то лежим здесь, как в аквариуме.
А может, еще в отдельный бокс
получится.
-Не дай бог!
-Почему?
Там же удобнее.
-Вы разве не в курсе, какой процент
выживаемости на ИВЛ?
И почему эти места так быстро
освобождаются?
Боксы освобождаются чаще не потому,
что там люди выздоравливают,
а потому что умирают.
-Это моя соседка!
ШЕПОТОМ:
Это моя соседка.
Эта девочка - моя соседка.
Она же выживет?
-Я посмотрел снимки,
я согласен с вами,
на первом этапе
обойдемся дренированием.
Внутренние органы не задеты,
легкие повреждены поверхностно.
Пункцию плевральной полости
не проводили, как я понимаю.
-Нет, нет.
Сразу на операционный стол.
Повреждения были относительно
недавно. Часа 2 назад.
И как показал рентгеновский снимок,
объем потери крови на данный момент
составил менее литра.
-А откуда эти повреждения?
Это же не авария, не падение.
-Пациент - автослесарь.
Из тех, которые вечно
под машинами лежат.
Ремонтировал он какую-то легковушку
на домкратах, они не выдержали, ну и
весь груз пришелся на грудную клетку.
Отсюда травмы и повреждения.
А поскольку нашли его быстро,
то кровопотеря была небольшая.
Но, как вы сами видели,
почти все ребра переломаны.
-А почему нашли?
Он в мастерской один работал?
-Да какая там мастерская,
Иван Андреевич.
Жуков сказал, что шабашил он где-то
в личном гараже на окраине города.
Его сосед и фамилии-то не знал,
а когда его самого сюда привезли,
он даже прошептать ничего не смог.
Поэтому в карточке так и написали:
Юра, слесарь.
-Да, мастерская.
-Знакомый, что ли?
-Да нет. Показалось.
Пациент готов?
Начинаем.
Скальпель.
-Тупфлер.
-Иглу.
-Систему.
-Плотнее.
Шприц.
Держите трубку.
Гемоторакс удален.
Можем приступать к остеосинтезу.
Салфетку.
СТУК В ДВЕРЬ
-Держи.
Пей быстрее.
Я, конечно, торопился, пока шел
из кафе, но все равно может остыть.
Там ребята отличный кофе закупают,
да, и без сахара.
-Спасибо. Не стоило.
-Да ладно. Пустяки.
Ну, рассказывай.
-Ты меня знаешь.
Я всегда пытаюсь разобраться со всем,
что попадает в мои руки.
И поскольку сейчас я исполняю
обязанности Ларисы,
то решила также навести порядок
и в отчетностях.
И вообще разобраться
с делами в отделении.
-И сразу что-то нашла.
-Речь идет об отчетностях,
которые уже были проведены
по бухгалтерии и оплачены страховой.
То есть двух-трехмесячной давности.
-И?..
-Леш, я нашла там...
Я нашла там кучу нестыковок.
Например, в некоторых картах
говорится о нахождении пациента
в реанимации, а я точно знаю,
что эти пациенты там не находились.
-И что?
-Я слишком давно в профессии, чтобы
не понимать, зачем это делается.
Страховой выставляются счета
на услуги, которые не были оказаны,
но получают за это деньги.
Вопрос в другом.
Лариса это делала по собственной
инициативе или по согласованию
с кем-то?
-Это просто вопрос века получается.
С кем же из руководства больницы
Сергеева могла быть в доле?
Так, Алабину вычеркиваем.
Вычеркиваем же, да?
-Прекрати.
-Вот и я о том же.
Хлебников...
Хлебников как кристально честный
человек, если не сказать хуже,
тоже у нас оказывается
вне подозрений.
И кто же у нас остается
из руководства больницы?
-Остается Сергеев.
-Мы же не Сергеева ищем, правильно?
Сергеев, он на поверхности.
Ты его сразу же раскусила.
Лариса бы вообще ничего не смогла
проворачивать без него.
Тут вопрос другой.
Без кого не мог обойтись Сергеев. Да?
Нужно же подписать документы,
нужна подпись лечащего врача в карте
больного, подпись для отчета
по страховой.
Интересно, и чью же подпись
ты там нашла?
-Леш...
-Что - Леш?
Моральная дилемма, говоришь?
Указывать меня в своем отчете
или нет?
Да там половина персонала
подписалась.
Открой глаза, Эля, мы все так жили.
Я, Плющев, Волков, даже Карпенко.
Ты просто делала вид,
что ничего не замечаешь.
И если бы не солдафон,
то так бы и продолжалось.
-Последние два месяца твоей подписи
в документах не было.
-Думаешь, Хлебникова испугался?
Да надоела просто ерунда вся эта.
Копеечные махинации, ради чего?
Вот и послали Сергеева куда подальше.
А потому что хочется жить нормально,
работать спокойно и уважать себя.
Ты бы могла просто со мной
откровенно поговорить.
А так - можешь указывать
меня в своем отчете.
-Подожди.
Прости меня.
-Пластину.
Кусачки.
Теперь винты.
По одному.
Отвертку.
Еще один.
Одно ребро готово.
-Еще 9 ребер.
Иван Андреевич, давайте по очереди.
Теперь я.
-Хорошо.
-Присматриваете палату для себя?
-Как вы можете?
Неужели вы думаете, что я пожелаю
человеку смерти ради удобной палаты?
Господи, какая она молоденькая.
Пусть только живет.
Какие они глупые, эти девочки.
Хотят краситься, не носить маски,
нравиться.
Не понимают, как это опасно.
Доктор!
-Да.
-А эта девочка выживет?
Это моя соседка.
-Организм у нее молодой, крепкий,
хронических заболеваний нет.
Но у нее поражение легких более 90%,
а это уже критический уровень.
На ИВЛ она у нас пятый день,
вы же знаете, что на ИВЛ
выживают не все.
Но должна сообщить, что у нас
выживали и очень пожилые пациенты
с поражением легких
более 70%.
Поэтому будем надеяться и верить.
-Вы меня извините, я же совсем не это
имел в виду.
-Да все я понимаю.
Все мы тут между жизнью и смертью.
Вот, доктор говорит, что гарантии
выздоровления нет ни у кого.
Но мы же с вами уже здесь.
И врач, судя по всему, опытный.
-Что ж теперь делать?
-А ничего.
Страховая все равно себя
пострадавшей не признает.
Они же в доле с Сергеевым,
а еще раз такой номер Владлену
провернуть не удастся.
Никто просто не согласится.
Тут вопрос в другом.
Если вдруг что, Сергеев может
спихнуть все на Ларису -
лежит в коме без гарантии
выздоровления,
даже оправдаться не сможет.
Или попробует все спихнуть на тебя.
-Как на меня?
Моей подписи нигде нет на документах.
-Я тебя умоляю.
Подпись - не проблема.
Если бы Хлебников оставался главным
врачом, он бы с ним разобрался,
рано или поздно выгнал бы, и все.
Но Хлебников теперь не тот,
и ему теперь все равно.
-Это неправда.
Ему просто нужно время.
-Эля, ты всегда можешь
рассчитывать на меня.
Хочешь спросить,
что я, собственно, могу?
Да все.
Я его просто убью.
-Сергеева?
-И Сергеева, и Заславского.
Всех, кто постарается тебя
хоть как-то обидеть.
-Леша...
-Я все понимаю, я не навязываюсь,
даже не мечтаю.
Я просто хочу, чтобы ты это знала.
И жила спокойно.
Тебя больше никто не посмеет обидеть.
-Надо же, вроде бы рядовая операция,
но вот это монотонное повторение
одних и тех же действий
ужасно выматывает.
Я уже даже мысленно начал считать,
сколько ребер осталось
и когда они закончатся.
-Все прошло хорошо, я прослежу
за переводом пациента в реанимацию
и дам рекомендации по уходу.
-Да, хорошо.
Вы меня извините, Иван Андреевич,
мне нужно еще сегодня
в медицинский центр зайти.
-Значит, продолжаем обезболивать,
нужен курс антибиотиков,
сегодня напишу направление.
И когда будем переводить
из реанимации в палату,
нужна дыхательная гимнастика.
Я завтра зайду и лично покажу.
-Вера Константиновна, мы можем
перевести вас в общую палату.
Вы готовы сейчас переехать?
-Кто-то умер?
Не говорите, что кто-то умер.
-Нет, все в порядке.
Просто пациентка недавно выписалась.
Результаты теста пришли позже
обычного, и она решила не ждать утра.
Ее только что забрали.
Я сейчас санитаров позову,
они помогут переехать.
Вы же сами можете ходить?
-Подождите, вы сказали,
что эта палата общая?
-Да, но мы ставим ширмы, чтобы
отделить пациентов друг от друга.
Не переживайте, будет комфортно.
Мы стараемся сохранить разделение
на палаты,
но не всегда возможно
при такой загруженности.
-Нет, я имела в виду, что туда можно
и мужчину положить?
-Конечно. Но я вам первой обещала
освободившееся место.
-Тогда пускай лучше соседа переведут.
Вы же сами говорили, что все зависит
от тяжести заболевания.
А у него и степень поражения больше,
и привезли его раньше меня.
А я еще подожду.
Григорий Ильич.
Григорий Ильич, там место
освободилось, переезжайте.
-Ну, зачем же?.. Я могу подождать.
-Не спорьте.
Здесь свои правила.
А я в эту ночь еще за соседкой
пригляжу.
-Так, Григорий Ильич, давайте,
едем в отдельную палату.
Ребята, собирайте вещи, сумку.
Не переживайте, все в порядке,
все хорошо.
Осторожнее, пожалуйста.
Ну что,
Вера Константиновна,
сюрприз у меня для вас есть.
-Какой сюрприз?
-Да не переживайте вы.
Хороший сюрприз.
ЛАЙ СОБАКИ
-Это же Жунечка!
Жунечка, собачка моя.
Это ее голос, я слышу.
Как же так?.. Как?..
-Девушка из зоомагазина, которая
вызвала для вас скорую, она волонтер.
Она же вам пообещала с собачкой
помочь, когда узнала,
что вы в больницу ложитесь,
а собачка остается одна.
Она нашла мой номер телефона.
Сейчас покажу, там еще фотографии
есть.
Давайте вы мне свой номер
продиктуете,
а я вам все фотографии
просто скину.
-Спасибо вам!
Серия 50
АПЛОДИСМЕНТЫ
КАШЕЛЬ
-Я тебе говорил, что это наша точка?
-Да мне плевать, что ты говорил.
-Ты что, не понял?
Корявый сказал - ты платишь
два косаря за вечер,
а ты тут уже неделю стоишь
брынькаешь.
Значит, с тебя пятнашка.
-Я никому платить не собираюсь,
ни тебе, ни Корявому.
Пошел вон отсюда, гнида!
УДАР
-Пальцами на небе
Нарисованное облако
За птицами скрывается,
За крыльями огромными.
Солнце и луну закроет.
Белые, холодные,
Летящие на звук сирены
Ангелы голодные.
На сирену скорой помощи
Слетаются голодные ангелы!
И их глаза неумолимо
И торжественно прекрасны,
Лучше видеть их со стороны.
Их глаза холодней, чем снег.
Это смотрит не человек.
Из мира закрытых век
Тебя вынесут ангелы.
Ангелы.
Ангелы...
-Никита Львович, еще раз повторяю,
дело не в статистике,
а в целесообразности.
У нас не хватает свободных коек.
И при этом вы госпитализируете тех,
кому дома будет лучше,
кто выздоровеет,
скорее всего, дома.
-Мы госпитализируем как положено
и ничего не нарушаем.
-Но ведь есть новый приказ,
в конце концов.
Здесь написано,
что госпитализация в крайнем случае.
ОРВИ и грипп тяжелого течения.
Вы ведь понимаете, что надо улучшать
показатели?
И тем, кому за 80,
наверное, дома лучше.
Цифры говорят сами за себя.
У Нарышкиной смертность была 85 %.
Не совершайте ее ошибок.
-Понял, сделаю что смогу.
-Здрасте.
Тяжелый у вас пандус, конечно.
Принимайте бабушку.
Подозрение на ОРВИ.
Температура 38,2,
сатурация 95.
Подозрение на пневмонию,
правда, я шумов не слышу.
-Так, бабушка...
-Ольга Ивановна.
-Ольга Ивановна,
как давно у вас температура?
-Да уж с неделю.
Я думала сначала, что я отравилась,
а потом нюх пропал совсем.
-Нюх пропал.
Марина, похоже, ковид.
Давай звони, пусть забирают.
Ольга Ивановна, какие препараты
принимали?
-Ну, начала принимать зверобой.
-Так.
-Но-шпа.
-Так. Все?
-Все.
-Марин, ну что там?
-Я не понимаю.
Говорят, мест нет, не могут принять.
-Да, да, правильно поняли.
По новому распоряжению главврача.
-Настя, это приказ.
-Это чей-то приказ, я не так сказала.
-Какой еще приказ?
-Или приказ Минздрава,
или Сергеева, или Госдепа,
или всех вместе, я не знаю!
Нету мест!
-Вы что, сколько же можно?
Я за свою смену,
за сегодняшний день только,
9 человек туда-обратно отвезла.
Мне что, заняться больше нечем?
Я думала, хотя бы у Хлебникова
люди работают.
Что мне с ней делать?
Поехали, Ольга Ивановна.
-Что?
-Кузнецов Сергей. Правая рука
сломана, левая - трещина и вывих.
В "травме" гипс наложили, дома боль
в правой руке усилилась.
К вечеру температура поднялась,
сам сбить не смог, скорую вызвал.
Мы его только сейчас смогли забрать.
По его заявлению, астма еще, но...
Тут еще что-то на пневмонию похоже,
тридцать девять температура и
мелкопузырчатые хрипы в легких.
-Скажи, а в "травме" КТ легких
не делали?
-Нет, только руки.
-Пальцами пошевелить сможешь?
Ага. Правой.
Так, Марин...
Руки его давай быстро на рентген,
тут оттек мягких тканей.
И кровь - на общую и биохимию ПЦР.
Потом гипс снимаем.
КАШЕЛЬ
-Что-то, парень, не нравится мне
твой кашель.
Марин, приготовь ингалятор.
Давай-ка его на КТ, от греха.
-Да здесь в "красную" звонить надо.
Поехали, ребята.
А от греха хорошо крест животворящий
помогает.
-Вика, а ты дальше думаешь учиться?
-Я не знаю.
Пока нет.
-А я думаю, ты должна.
Ты же сама хотела.
-Ну да, но это было в прошлой жизни,
Елизавета Владимировна.
-Послушай меня, я все понимаю, но...
-Да что вы понимаете-то?
У вас ни мужа, ни отношений.
Да как вы можете меня понять?
-Входи, Насть.
Вика, пойми, все проходящее.
И я прекрасно знаю, о чем я говорю.
-Вику не видели?
Блин, раззява, перепутала капельницы
пациентам.
Слава богу, Петрова все заметила.
-Никита, ты прости, конечно,
но больше суток на ногах.
Да, случаются ошибки.
Именно поэтому я распорядилась,
чтобы девчонки друг за другом
проверяли.
-Хватит! Вы больше здесь
ничем не распоряжаетесь.
Каждый должен заниматься своим делом.
За собой следите, а проверять я всех
буду, поскольку я завотделением.
-Мне жаль.
Я действительно очень устала.
Я виновата.
-Ладно, вижу, устала.
Но в следующий раз будет выговор.
-Сегодня утром отказался бабушку
принимать с пневмонией.
Что ж поделаешь, мест нет.
-Подожди, как нет мест?
А ночью две койки освободилось,
сегодня утром еще три.
Семен Федорович, скажите,
а что там случилось сегодня?
Говорят, вроде какое-то распоряжение
новое пациентов не принимать?
Возрастных?
А кто?
Поняла.
Распоряжение Сергеевой.
Как всегда, наверное, устное, да?
Угу. А кто передал?
Да, поняла.
Спасибо.
-Неужто ковид отменили
и нас закрывают?
-Ну, пока отменили только возрастных.
Что за люди, а?
Нет, ну я от Сергеева все что угодно
ожидала, но Никита...
-А что Никита? Мне он показался
разумным. И как реаниматолог тоже.
-Бородин работает с нами с самого
начала пандемии,
потом он уехал учиться.
А сейчас вернулся, и как будто что-то
изменилось в человеке, словно умер.
-Это какое-то расстройство психики.
У нее в животе опухоль 25 килограмм,
при этом за пятнадцать лет
она ни разу не была у врача.
-Интересный случай.
-Ага.
-Я такое видел только один раз
в жизни, когда еще был студентом.
Мы тогда бабку из деревни привезли.
А эта тоже из деревни?
-Да нет, какой там.
Наша, городская.
Причем у нее свой бизнес даже.
Ну что, короче, отдаем
ее в гинекологию?
-Нет, я хочу показать
ее своим студентам.
-Ну хорошо, я тогда вызову
гинеколога сюда.
Только, Леш, давай без экспериментов.
-Марат Леонидович...
-И возьми себе толкового
ординатора и реаниматолога.
-Хорошо.
-Вот это тачила!
Респект, Никита Львович.
-Львович, ты теперь у нас настоящий
доктор, но не из нашего ЦКБ.
-А откуда?
-Из американского сериала.
-А сколько такая стоит?
-Пока.
-Никитушка, козырная у тебя жена.
Она тебе еще не то подарит.
Удачи.
-Привет.
Я тут был недалеко,
вспомнил, ты должна как раз
после смены идти.
Я тебя провожу?
Слушай, нам как раз по пути.
Пойдем.
-Ну, указательный и средний пальцы
надо точно ампутировать.
Когда ему наложили гипс?
-38 часов назад.
-Пережали всю кисть
и нижнюю треть предплечья.
-Да, и пошел некроз.
-Если сильно поторопимся,
кисть можно попытаться спасти.
Готовьте к операции срочно.
-Так у нас по графику Нуралеева.
Очистка сосудов.
У нее правая нога такая же,
она со вчера еще вас дожидается.
-Меня?
Чем ей другие хирурги не угодили?
-А потом еще бабушка - шейка бедра.
Ее тоже ночью привезли.
-Я понял.
Значит, не судьба.
Жалко, останется парень без руки.
Кирилл...
-Нет. Ты сам прекрасно знаешь,
что я не могу этого сделать.
-Хватит. Хватит себя жалеть,
займись делом.
-Я буду решать,
что и когда мне делать.
-Не надо.
Пусть сам решит.
-Ну кто вам сказал?
Я же только начала документами
заниматься, я думаю...
-Да мне без разницы, что вы думаете.
Никаких нарушений
у нас в больнице нет.
Работы выше головы. Я сам буду
решать, кто и в чем тут виноват.
-Что?
-Да-да, Эльвира Рафаэлевна,
терапия - это теперь ваша зона
ответственности,
и вы будете отвечать за все,
что в ней происходит.
Просто работайте, лечите людей.
И не занимайтесь вот этим вот...
крохоборством. Идите.
-Всем добрый день.
-День добрый.
-На удаление опухоли нужен ординатор.
Кто правильно ответит на вопрос,
того и тапки.
Итак, какие виды новообразований
в яичниках вы знаете?
-Фолликулярная цистаденома.
-Киста желтого тела.
-Геморрагическая серозная.
-По своему характеру кисты делят
на функциональные и органические.
Первые имеют временный характер,
а вторые требуют оперативного
вмешательства.
Это герминогенная,
эпителиальная и серозная.
-Инга победила.
Жду тебя в оперблоке.
Всем спасибо.
-Кем работаете?
Травмы какие-то, операции были?
-Раньше ничего такого не было.
Мне аппендицит вырезали в детстве,
переломов не было.
-В общем так, вам неправильно
наложили гипс на правую руку.
Вот. Обманывать вас не буду.
Посмотрите сами,
у вас все пальцы синие.
Пошел некроз, поэтому надо
ампутировать правую кисть.
-Не надо ампутировать!
Я же на гитаре играю, я же этим
на жизнь зарабатываю.
-Музыкант?
-Музыкант.
Я же ничего другого не умею.
Доктор, сделайте что-нибудь!
Я ваших глаз не вижу,
но душа-то у вас есть?
-Я боюсь, что...
-Вы не бойтесь.
Мне без рук и жить незачем.
Поняли?
-Хорошо.
Попробуйте подвигать пальцами.
-Я сейчас.
-Давайте.
-Я смогу.
-Все, благодарю.
Держитесь.
-Кузнецов, что, больно?
Давай обезболивающее добавлю?
-Отвалите все!
Больно.
Пальцы у меня шевелятся.
Что ж я такой невезучий-то, а?
-Ты даже не представляешь,
как тебе повезло.
Некоторые сюда даже попасть
не могут.
Вот ингалятор, к тебе подойдут.
А если что - кричи.
-Так, начинаем.
Скальпель.
Делаю разрез.
Сушим.
Ножницы.
Распатор.
СИГНАЛЫ КАРДИОМОНИТОРА
Кусачки Листона.
Ну все, формируем культю.
Пинцет.
Готово.
Еще один.
Хорошо.
Дальше у нас перелом дистального
отдела лучевой кости со смещением.
Делаем открытую репозицию перелома.
-А-а...
-Что?
-Но я видела снимки.
Можно же закрытую репозицию
и через кожную фиксацию спицами?
-Можно... но нельзя.
При закрытой репозиции невозможна
ранняя разработка
лучезапястного сустава.
Тут у нас особый случай -
гитарист на столе.
-Гитарист? Ух ты.
-Угу.
Так, скальпель.
Делаю разрез.
-Серафима?
О господи, а я смотрю
в расписании...
Это же ты?
Что случилось?
-Привет, Лид.
Ну, похоже, отмучилась я.
Опухоль у меня.
-Э-э, ты погоди.
-Ты знаешь, я даже рада.
Устала.
Ты меня не узнала, да,
когда в приемной-то столкнулись?
Не узнала.
Ну, понятно.
-Так это тебя везли.
Да я торопилась.
И вообще, мы с тобой 20 лет
не виделись.
-При чем здесь годы?
В институте я ж какая была,
не помнишь?
Тонкая, звонкая.
Не поверишь - 17 женихов
предложение делали.
А теперь...
-Ты у нас еще ничего.
Мы тебя починим,
побежишь, полетишь еще, Фима.
-Ничего не бывает просто так.
Говорят, эта опухоль вытеснила
все мои органы.
Понимаешь, Лидок, у меня
просто места не осталось.
ПЛАЧЕТ
Понимаешь, там мне не осталось места
на этой земле.
-Ну что ты говоришь?
У тебя муж.
Ты ж за Валерку вышла?
-Ну да, да.
-А дети есть?
-Конечно.
Две дочки.
У нас внуки.
Ой...
Я тебе хотела Олесю, внученьку...
ПЛАЧЕТ
Да наплевать им всем на меня,
понимаешь, наплевать!
Я всем убираю, стираю, готовлю.
Сплю на кухне...
Лидка, ты знаешь, клянусь, мне иногда
кажется, что я уже умерла.
А девки хоть бы раз позвонили,
сказали: "Как ты там, мамка,
как дела?"
-А Валерка как?
Нормально у вас все с ним?
ПЛАЧЕТ
Валерий?
Э-э, прости, я не помню
твоего отчества.
Это Лида Волк.
Из института, да.
Вспомнил?
Надо же.
Я вот чего звоню-то...
-Поешь что-нибудь?
-Я не успею. У меня операции
сегодня одна за другой.
-Я поняла.
Слушай, ну спасибо тебе огромное,
что согласился увидеться.
Сижу тут и думаю,
если бы не ты и не Кирилл,
ой, я бы не смогла так уехать
и оставить Ларису одну.
-Маша, ты не волнуйся,
я за Ларисой присмотрю.
-Спасибо.
А ты усталый какой-то,
не пойму.
-Маша, время.
О чем ты хотела поговорить?
-Ваня, вразуми сына.
-Маша, я считаю, что наш сын
взрослый и вполне разумный.
-Но ведь он застрял здесь,
в этом городе, в этой больнице.
Я его зову с собой в Москву,
а он не слушает, отказывается.
Ну почему?
-А ты считаешь, он обязательно
должен уехать?
-Конечно. Да.
-Поближе к тебе?
-Ну зачем ты так?
Но ведь его же...
Ему все здесь напоминает о трагедии.
Ну неужели это непонятно?
-Мне-то как раз понятно.
-Так а что тогда?
-Мне кажется, тебе непонятно.
Ты сама с ним разговаривала
на эту тему? Ты...
Что он тебе отвечает?
-Ничего не говорит.
"Не лезь", - говорит матери.
Вот так.
Закрылся в себе и...
Но тебя-то он должен послушать,
ты ведь отец.
-Я-то отец.
-Вот.
-Только он взрослый человек.
Уже никому ничего не должен.
Если должен, то только себе.
Себе. Ни ты, ни я
эту жизнь за него не проживем.
Я, честно говоря, страшно рад,
что мы не можем на него влиять.
Тем более решать за него.
Вот сегодня он отказался
делать операцию.
-Как?
-А потом взял в руки себя,
собрал волю в кулак
и сделал сложную операцию.
Сам.
Потому что он сам так решил.
Сам!
Он сам учится вытаскивать
себя из ямы.
Потому что только так можно стать...
-Хирургом.
-Хирургом. Мужчиной.
Личностью.
Прости, мне нужно бежать.
-Что, сложная операция?
-Типа того.
-Понятно.
-Пока.
-Вот такая нескладуха.
Врач должен людей спасать,
а ты их калечишь.
-Не я, а ты.
-Кто ж тебе поверит?
Ты же на колесах.
Любая экспертиза покажет.
Смотри, что получается.
Пришел за дозой без денег,
тебе отказали,
ну вот и случился несчастный случай.
У меня даже свидетели есть.
-Даже свидетели есть.
Подельника не пожалел,
чтобы меня подставить.
А зачем?
-А ты не догадался?
-А должен был?
-Ты теперь много должен.
Пора возвращать.
Работать будешь со мной.
Твой кайф и обезбол бесплатно,
все остальное - 70 на 30.
-В больнице? Ты в своем уме?
-Конечно.
Ну смотри, на тебя никто
не подумает,
с проверкой в больницу
никто не придет.
Ты же у нас на плакатах висел!
Правда, недолго.
-А ведь это не ты придумал.
-С чего это ты так решил?
-Не твой масштаб.
-Э, э! Куда пошел?
-Руки! Убрал.
Я, конечно, то, что поломаю,
починю,
но, не ровен час,
забуду что-нибудь пришить.
-В отказ, значит? Да?
-Хозяину своему передай:
если хочет сделать мне предложение,
пусть разговаривает лично,
а не шестерок подсылает.
Свободен.
Береги здоровье.
-Давай помогу.
-Спасибо, но ты уже помог...
-Эля, что происходит?
-Я только что от Сергеева.
Зачем же ты ему сказал, что я нашла
в Ларисиных документах?
-Я?
Ты с ума сошла?
С чего ты решила, что это я?
-А кто еще?
Я же только тебе рассказывала.
Я с тобой посоветовалась.
-Успокойся, пожалуйста.
Я согласен, Лариса вела
свои дела очень странно,
но я никому ничего
об этом не говорил.
Потому что я тебя...
Я тебя никогда не подведу.
Кого угодно, только не тебя.
-Девушка, мне звонили.
У меня брат в ковидном отделении.
Кузнецов Сергей.
У него переломы рук.
-А вы вместе проживаете?
-А, нет, нет, не переживайте.
Я уже давно переболела.
Мне звонили и сказали,
что у него руки ампутировали.
-Спокойно, спокойно, секунду.
Приемная.
По Кузнецову есть информация?
Тут его сестра.
Ага, поняла.
Ваш хирург - Воробьев
Кирилл Иванович.
У него сейчас закончится смена,
и он подойдет сюда. Ждите.
-Спасибо.
-Все будет хорошо.
-Спасибо.
-Да, родила детей,
и к гинекологу больше ни ногой.
Потрясающая беспечность.
-Да уж.
Итак, у нас тут фиброзно-кистозное
новообразование
весом примерно 25 килограмм.
Дислокация органов.
Инга, видишь?
Легкое приподнято опухолью.
Поэтому у пациентки была одышка.
Крючки.
Раздвигаем.
Скальпель.
Извлекаем опухоль.
-Ничего себе!
-Есть.
Так, дренируем.
Так.
Ага.
Еще чуть правее.
Держи крючки.
Так.
Проводим осмотр второго яичника.
-Удаляем второй яичник.
-Скальпель.
Так.
Проводим осмотр внутренних органов
на наличие метастаз.
-Да она в рубашке родилась.
-Да уж.
Все.
Зашиваем.
-Блестяще.
-Спасибо.
-Так ты говоришь, что у тебя нет
постоянной работы.
А почему?
-А зачем? Мне на пенсию скоро.
Фима много зарабатывает.
Не жалуемся.
Она же вообще хозяйка.
Шьет.
Если заказ большой,
помощниц нанимает.
-А ты вообще не замечал,
что у нее что-то болит?
-Не замечал.
Она же не жалуется.
Не жалуется, не жалуется, потом бах -
и поехали в больницу.
-Ну, она не жалуется, а ты сам?
-Что ты пристала?
Не очень-то я ей нужен в последнее
время. Сама справляется.
-Валер, да ты не только ей нужен,
ты нужен дочерям, внукам.
А я вот смотрю, ты их на выпивку
променял.
Ты должен о них заботиться.
-Мои девки уже сами родители.
Ничего я им не должен.
Я им сопли вытирал?
Пеленки менял?
Вот теперь они должны
обо мне заботиться.
-На что ты будешь жить, если она?..
Не дай бог, конечно.
-Не дай бог!
Давай еще лучше водочки закажем, а?
Душа рвет.
Ну расстройство такое, ну?
-Валера, да остановись.
Ты же не только Фиму в гроб загонишь,
ты сам под забором пропадешь.
Ты хочешь, чтобы она быстрее
выздоровела?
Тогда слушай сюда.
-Папа!
-Все, все, успокойся.
-Как хорошо, что ты пришел.
Сергею операцию сейчас проводят.
Ты вещи ему принес?
-Ну какие вещи, Наташ?
Он месяц шляется неизвестно где.
-Подожди, подожди.
Сергей что, дома не живет?
-У него дом под забором.
-Ты что?
Ты выгнал его?
Ты выгнал Сергея из дома?
-Я ведь знал, что так будет.
Я его предупреждал.
Вот пусть теперь расхлебывает.
-Что с тобой?
Да ему же руки ампутировать могут!
Ты не понимаешь этого?
Он же умереть мог там,
его убить могли.
Ты не понимаешь этого?
Простите.
-Ничего.
-Кирилл Иванович, это к Кузнецову,
гитаристу, Наталья.
-А-а!
-Здравствуйте.
-Да, здравствуйте.
Это я его оперировал.
-Как он?
-Сейчас он находится в реанимации,
у него пневмония,
но организм сильный, и он борется.
Вот.
И ампутацию он перенес нормально.
-Вы ему руки ампутировали?
-А, нет. Всего лишь два пальца
на правой руке.
Дело в том, что гипс был наложен
неправильно, и начался некроз.
Но я вам обещаю, что дело
с неправильно наложенным гипсом
мы так просто не оставим,
и они нам ответят по полной.
-Доктор, спасибо вам большое,
что вы ему руки сохранили.
-Горе-гитарист. Без пальцев.
Отыгрался.
-Это, простите, почему?
Ну...
Он сможет играть, ну не пальцами,
конечно, но медиатором.
А вы, я так понимаю, тот, кто за него
все решает - кем быть, как жить.
-Я хотел, чтобы он стал человеком
нормальным,
чтобы жил нормально,
деньги зарабатывал, семью кормил.
А не вот это вот все! Труляля.
-Ага!
Ага...
А вы сами себя считаете нормальным?
-Что?
-Он взрослый человек
и сам способен принимать решения.
И это его жизнь.
Если вы еще не поняли.
Простите, мне надо идти.
-Спасибо вам.
-До свидания, Марина.
-До свидания, Кирилл.
-Вот такая вот огромная.
Я не знаю, как воздушный шар.
-А я вот сегодня... пальцы удалял.
-Ты начал оперировать?!
-Да. И я очень благодарен отцу
за это.
-А я всегда знала, что вы помиритесь.
-Ну, просто кто-то был влюблен в него
с самого первого дня.
-А может, и влюбилась!
А Антонов сегодня - вот как он зашел!
Как сказал! Инга победила!
-Ну понятно. То есть еще и Антонов
у нас тут.
-Нет, ну а что?
Я - девушка свободная.
И Антонов холостой.
-Знаете, Инга, я не совсем понимаю,
что вы там себе придумали по поводу
холостой, да, свободная.
-Что?
Опять бабуля?
Ну я же сказал уже,
наш заведующий...
-Я знаете, сколько сегодня народу
перевозила? Нигде не принимают!
Ни КТ2, ни КТ3, ни КТ4.
Ни одного не приняли.
Ушки закройте.
Я ее домой помирать не повезу.
Понятно?
Вы что творите?
Почему я, фельдшер скорой помощи,
поему я должна? Что, мне плакать?
Умолять вас?
Это не моя мать, не моя бабушка,
это пациентка ваша!
Что вы творите? Если ей сегодня ночью
плохо будет?
Я что с ней буду делать?
Ответьте мне на вопрос.
-А не пошел бы этот заведующий!..
Алло, ребята, срочно нужна помощь.
Лично мне!
Да!
-Фима, если ты 15 лет
к врачам не ходила
и боль терпела до последнего,
это неправильно.
-Ой, да кому я нужна, Лид?
Ко мне даже скорая
со второго раза приехала.
-Эх, Фима.
Не понимаешь ты своего счастья.
Мы тут каждый день людей
в последний путь провожаем.
А у тебя опухоль доброкачественная.
Ну это же для тебя второй шанс
новую жизнь начать.
Ну разве не так?
-Так!
-Ну?
И теперь ты у нас
на 25 килограмм легче!
Ну, девчонка прям! Пушиночка!
-Правда, Лида, знаешь, мне
как-то дышать легче стало.
Просто вот свободнее.
Спасибо, Лида.
-Ну, вот. Держись за это, держись.
-Да, Лида.
-Ну, все, все. Я к тебе буду
заходить. Завтра, послезавтра.
-Да.
-Поговорим.
Все, теперь отдыхай.
-Спасибо.
-Спокойной ночи.
-Спасибо, Лида.
ЖЕНЩИНА ПЛАЧЕТ
СИГНАЛ СМС-СООБЩЕНИЯ
А-а...
-Иван Андреевич, у вас все в порядке?
Что с вами?
-Все нормально, просто устал.
-Хлебников Иван Андреевич?
Полковник Жданов.
Покажите-ка руки.
Вы задержаны
по подозрению в покушении на убийство
Юрия Ковалева.
-А вот и хозяин.