Комитет спасения (1 сезон, 2023 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Анатолий Артамонов

Писательница Аглая Ермолаева случайно сбивает на дороге своего учителя по литературе Александра Сергеевича Смирнова, в которого была безумно влюблена в школе. Учитель чудом не пострадал, но выясняется, что он стал жертвой мошенников, потерял квартиру и теперь ему негде жить. Его сын Митя вскоре тоже остаётся без жилья, жена выгоняет его из дома и меняет замки. Аглая решает приютить обоих мужчин у себя в квартире и организует так называемый «комитет спасения», состоящий из бывших учеников Смирнова. Она собирается вывести мошенников на чистую воду и восстановить справедливость, но недооценивает нависшую над ней опасность…

Все фразы и цитаты

Серия 1

КОМИТЕТ СПАСЕНИЯ
- Подпишись, голубушка.
- Так. "От автора
с благодарностью за дебют".
- Вот и славно,
наша коллекция пополнилась.
Ну что ж, Аглая Андреевна,
я вас поздравляю с дебютом.
Презентация через два дня.
- Да, я помню, конечно.
Георгий Иванович,
я как раз хотела вас спросить.
Если во время презентации
зададут вопросы
о моих творческих планах, я уже могу
рассказать идею своей новой книги?
- Я бы не советовал.
- Почему?
Реклама - это же двигатель торговли,
и все такое.
- Вот именно.
В этой вашей первой книжке
я нисколько не сомневаюсь:
разлетится мигом.
Но вот то, что вы предлагаете
для следующей...
- Стойте, заявка всеми была одобрена,
всех все устраивало,
мы с редактором уже начали
прорабатывать сюжет.
И она сказала, что после презентации
мы подпишем договор.
- Знаете, за обещания редакторов
отвечают сами редактора.
Но не с меня спрос!
Я отвечаю, знаете,
за успешность работы издательства
в целом.
И знаете, то, что вы предложили
в следующей книге,
это какая-то невнятица
и это читателя вряд ли заинтересует.
- То есть вы вот прямо всегда
знаете, что нужно читателю? Так?
- Конечно, милочка моя,
иначе давно бы мы вылетели в трубу.
Вот фэнтези всегда интересует,
приключения, мистика
или, на худой конец, детектив
с элементами любовного романа.
А вот в вашем, с позволения
сказать, произведении
даже, извините, жанр не определяется.
Хорошо бы что-нибудь современное,
с элементами криминала, со страстями.
Вот, кстати, недавно
в газетах писали про этих...
"черных риелторов" -
очень интересная тема.
- Так, во-первых, я вам не милочка,
а во-вторых, вот сами
про "черных риелторов" и пишите.
- Дашка, ты только подумай,
он, видите ли, в курсе,
что интересно читателю.
Ну вот кому может быть интересно
читать про "черных риелторов"?
Тебе разве что,
потому что ты нотариус.
- Мне? Нет уж, спасибо.
Ты знаешь, я прочитала бы
о чем угодно, но вот точно не о них.
- Вот именно! Вообще все брошу
и на презентацию не пойду.
Пусть сами книгу презентуют.
- Ты не горячись, успокойся, подумай.
В конце концов,
в любом жанре можно самовыразиться.
- Угу... В любом жанре.
Даша, я человека сбила.
Простите меня, пожалуйста!
Давайте я вам помогу.
- Да отстаньте, я сам.
- Я вас прошу, я прошу.
- Отстаньте вы, говорю же!
- Александр Сергеевич, вы?
- Ермолаева? Опять ты?
- Итак, пишем контрольную работу.
Пишем-пишем.
(Кричит.)
- Александр Сергеевич, миленький,
вы очень ушиблись?
Давайте я вас в больницу отвезу, а?
- Не надо меня никуда везти,
у меня все в порядке.
- А до машины сами дойти сможете?
Осмотрим вас там.
- Не надо меня осматривать,
все в порядке, спасибо.
- Да как же не надо?
Мало ли что, обязательно надо!
Я с вами поеду.
- Не надо со мной никуда ехать!
- Вы в какую больницу повезете?
- В четвертую.
- Я за вами следом поеду.
- Хорошо.
- Здравствуйте!
Скажите, пожалуйста, пациента
Смирнова Александра Сергеевича
куда определили?
Его только что, полчаса
как, должны были привезти.
- Ушел ваш Смирнов минут пять как.
- Как - ушел? А травмы?
- А я знаю?
Вот, от осмотра
и госпитализации отказался.
Спасибо.
- Как?! В смысле?!
Его хотя бы врачи осмотрели?
Человека машина сбила, а вы!..
- Мы что, его силой должны были
держать?
Ушел и ушел, от таких
только одни неприятности.
Заносчивый еще такой!
- Да, он такой.
- Ты же взрослая девица, а выходки -
как у малолетнего беспризорника.
Что с тобой происходит?
- Влюбилась.
- Здрасте, а не подскажете,
что с домом?
Капитальный ремонт?
- Капитальнее некуда.
- А жильцы-то где?
- Ну так разъехались.
Банкирша Краснова особняк выкупила,
слыхали про такую?
Вот она всех жильцов и расселила.
Теперь там лепнину лепит
и золотые унитазы устанавливает.
- А про Смирновых не знаете?
Они куда переехали?
- Эти-то дольше всех сидели,
измором ее брали.
Теперь наверняка
вариант получше других поимели.
- А может, у вас адрес есть
этого варианта?
- Так откуда? Я видела только,
как они вещи в машину грузили,
а куда поехали - кто ж это знает?
- Александр Сергеевич!
Можете расписаться?
- Кошмар какой. Это ж надо было
исхитриться всех так изуродовать.
И зачем вы их только выкупили?
- На память.
- "На память"...
(Звонок в дверь.)
(Настойчивый звонок в дверь.)
- Привет! Ты что на звонки
не отвечаешь? Что случилось?
- Кого ты сбила-то,
Дашка звонит мне:
"Спасай, выручай, ее посадят".
Что случилось-то?
- Не поверите. Я сбила Смирнова.
Александра Сергеевича!
А телефон, наверное, разрядился.
- Какого Смирнова? Депутата, что ли?
Или кого? Объясните мне,
в чем проблема?
- Подожди, нашего Смирнова?
- Я вообще не понимаю,
что ты в нем нашла. Он же старый.
- Нет, не понимаешь. Он самый-самый.
- Да какого нашего-то? Вы о ком?
А, нашего Смирнова, который у нас
русский и литературу, что ли, вел?
- А ты что, не видишь? Тот же самый
глупый мечтательный взгляд.
Она в школе по нему сохла.
Так а мы здесь будем стоять?
Или, может, ты нас чаем напоишь,
все расскажешь?
- А из больницы он сбежал.
- Прости. Еще бы он не сбежал! Он
столько от тебя в школе натерпелся,
чтобы потом, почти спустя 15 лет:
"Здрасте, Александр Сергеевич".
- Нет, подожди, Даша.
Глаша права, надо же узнать,
что с ним случилось. Мало ли
что он себе повредил при падении.
Сначала не почувствовал
на адреналине, а потом, знаешь...
- Вот! Я даже домой к нему ездила.
- Ну и?
- И ничего. Их дом купила какая-то
банкирша Краснова и всех расселила.
Ну и... Витя, ты же следователь.
А не можешь узнать его новый адрес
или хотя бы номер
мобильного телефона?
- Витя!
- Ну я попробую.
- О!
- Спасибо.
- Нет, ну надо же, а!
Вот о чем Глашке надо писать.
Такое ведь, как говорится,
нарочно не придумаешь.
"Как я сбила своего любимого
преподавателя по литературе".
- Подруга переживает, вообще-то,
а ты!
- Да? А ты вспомни, как ты переживал,
когда я в школе с ней таскалась.
Зато она из-за своей влюбленности
записалась к нему
на литературный кружок.
- А, и ты вслед за ней.
- Ну я ж подругу не брошу.
- Хорошо, что на филфак за ней
не пошла, вовремя одумалась.
- Слушай, зато она стала
писательницей.
Это же что, получается,
благодаря Смирнову?
- Получается, что да.
- Так, слушай. Ты же правда
поможешь его отыскать?
- Куда я денусь-то?
Вы же с живого с меня не слезете обе.
- А можешь как-то так,
прям побыстрее, чтобы, типа, завтра?
- Завтра? Так, что задумала?
Выкладывай.
(Звонок в дверь.)
- Кто?
- Здравствуйте, а я могу
увидеть Александра Сергеевича?
- Нету его. А вы кто будете?
- А он преподавал литературу
у нас в школе,
и моя подруга написала книгу.
И я хотела Александра Сергеевича
пригласить на презентацию.
Я могу оставить пригласительный?
- Вы что, не поняли? Нету его.
- Ладно, я тогда в почтовом ящике
оставлю пригласительный.
Спасибо за ответ.
- Вот это происшествие в поездке
и послужило сюжетом
для моей первой книги. Но я не буду
раскрывать все подробности,
потому что вы сами сможете
все это прочесть.
- А следующая книга будет о чем?
Уже знаете? Она вообще будет?
- Да, конечно, сюжет уже утвержден
издательством.
Это будет детективный роман
о "черных риелторах".
- Нет, ты это слышал?
Два дня истерила как ненормальная,
издателя проклинала, а теперь...
Витя, куда ты смотришь, а?
- Глянь, это, случаем, не Смирнов?
- Ну да.
- Тебе не кажется,
что он с похмелья?
- Ну ладно, без разницы,
главное, что пришел.
Глашка обрадуется.
- ...на встречу с Аглаей Ермолаевой.
Желающие, естественно,
могут купить книгу,
и Аглая Андреевна
любезно вам ее подпишет.
- Спасибо.
- Подпишите, пожалуйста.
- А как вас зовут?
- Татьяна.
- Вот уж от кого угодно,
но от тебя, Ермолаева,
я литературных успехов не ожидал.
- Ну, благодаря вашему
литературному кружку,
Александр Сергеевич, у меня
и другого выбора-то не было никакого.
- А вы до сих пор
ведете литературный кружок?
- Нет, я уже больше
вообще ничего не веду.
Как стаж выработал,
так сразу ушел из школы.
- А почему?
- Потому... потому что
им профессионалы не нужны.
Им главное, чтобы вовремя эти...
отчеты рисовал
и натаскивал детей в правильные
квадратики галочки ставить.
- "Им" - это кому?
- Руководству!
Им на детей плевать,
на знания плевать.
Нет, приличному человеку теперь
не место в системе образования.
Но приятно было познакомиться...
ой, повидаться. Извините.
Но мне пора.
- Александр Сергеевич, подождите
минутку, я вам такси вызову.
- Не надо мне ничего вызывать.
- А мы вам поможем.
- Вы вытрете?
- Вытрем обязательно все.
- Я не просил вызывать такси,
я дойду сам!
- Мне заказ отменять?
- Сейчас, одну минуту.
- Вы адрес назовите.
- Улица Речная, дом 15.
- А с чего это вы взяли,
что я там живу?
- Ну я же позавчера к вам заходила.
- Александр Сергеевич,
просто назовите свой адрес,
пожалуйста.
- Ничего я не буду называть!
С какой стати?
Да оставьте вы меня в покое!
- Александр Сергеевич!
- Так что? Я отменяю заказ или нет?
- Нет. Витя! Давай поедем, Аглаша.
- Давай-давай, поехали.
Садись, мы до дома тебя довезем.
- Поехали.
- Нет-нет, ребята,
я пройдусь тогда лучше. Тут недалеко.
- Ты уверена? Просто поздно уже.
- Да, я прогуляюсь.
- Давай.
- Ну мы едем или нет?
- Только не расстраивайся, ладно?
Да едем-едем!
- Поехали.
- Я тебя люблю.
- Пока.
(Слышен стон.)
- Александр Сергеевич, что с вами?
- Похоже, ваш знакомый ногу сломал.
- Я не сломал, просто подвернул.
- Если разрыв связок,
то неделю минимум ходить не сможет.
- Вы скорую-то вызвали? - Нет.
- По-хорошему, в полицию сдать надо.
Пьяный - вы разве не видите?
Тут публичное место, между прочим,
вот так вот валяться нельзя.
- Да как вам не стыдно!
Вы же сами сказали:
человек ногу сломал.
Ему в травмпункт срочно надо.
- Вот сами и разбирайтесь.
Пойдем. Все, пошли.
- Рядом!
- Ах! Извините. Давайте я...
Ай!
Александр Сергеевич, стойте!
Такси куда вызвать?
Адрес у вас какой?
- Да нет у меня адреса,
и дома тоже нет.
- Как это?
- Вот так. Я классический бомж.
- А?.. Ладно, с этим
мы после разберемся.
Ну а сейчас тогда едем ко мне, да?
- Нечего особо рассказывать.
Дом приглянулся какой-то банкирше.
Краснова, кажется.
Ну а дальше, как говорится,
деньги решают все.
Всех выкупили - я почему-то
должен этому радоваться.
А я, между прочим, родился
в этом доме и всю жизнь там прожил.
А до меня еще там три поколения
моих предков жили,
пока не появилось эта богатейка.
- А соседи-то почему согласились?
- Дом старый, перекрытия деревянные,
были проблемы.
А тут новое жилье,
вот все и повелись.
- А вы долго не выезжали?
- Полгода где-то.
- А ваш сын, Митя, кажется, -
он тоже без жилья остался?
- Почему? У Мити все в порядке:
живет в своей квартире.
- Ничего не понимаю. Сын живет
в своей квартире, а вы бомж?
- Это наши дела, семейные!
- Конечно ваши.
Но я все равно не могу понять...
Вы что, стали жертвой мошенников?
- "Жертва мошенников"!
Сразу видно, что ты писательница.
Тебе-то какая разница?!
- А Митя, он знает,
что вы, извините, бомж?
- Вот за Митю только
не надо переживать:
у Мити все в порядке.
У него и у жены его.
Слушай, у тебя попить ничего нет?
- А... нет.
- "Митя и Валентина прогуливаются
рядом с особняком..."
- А ты веришь в судьбу?
Я ведь в ваш двор
совершенно случайно свернула.
Думаю, так короче получится.
- Конечно верю.
Наш дом расселяют, мы с отцом,
считай, одни остались.
Того и гляди,
придут с полицией выгонять.
- Как? Почему с полицией,
если расселяют?
Почему сами не выезжаете?
- Отец артачится.
Да и куда теперь ехать?
Ведь здесь ты.
- Куда бы ты ни поехал,
я всегда буду рядом.
- Ты выйдешь за меня?
- Да.
- Отец, надо поговорить.
- Что за разговор?
- Вот, мы с Валей решили пожениться.
- Женитесь на здоровье.
- Это еще не все, отец.
Надо разъехаться.
- Так разъезжайтесь,
раз есть куда. Не держу.
- Дело в том, что у Вали
нет собственной жилплощади,
и мы, посовещавшись, решили,
что следует принять
предложение Красновой.
Мы уже говорили с ее риелтором,
есть очень достойный вариант, папа.
- Вот как? Вы уже с риелтором
успели поговорить?
Как, однако, вовремя
Валентина в тебя влюбилась.
- Вы что, думаете, меня подослали?
Что я из корысти?..
- Я, девушка, ничего не думаю.
Это вы озвучили эту мысль.
- Папа!
- Митя...
Я ухожу - и ноги
моей больше здесь не будет.
- Как же ты жесток.
Ты хочешь, чтобы мы расстались?
Эх, папа, папа...
- Что "папа"?
- Ладно, я согласен.
Продаем квартиру...
- ...и разъезжаемся.
(Звонок в дверь.)
- Привет!
- Привет!
Чего так долго не открываешь?
Держи.
- Пойдем на кухню.
-А Александр Сергеевич
еще не вставал?
А то как-то неудобно,
надо его на завтрак пригласить.
- Можешь нормально разговаривать:
он уже ушел.
- Куда?
"Спасибо за гостеприимство".
Офигеть! И что, он реально бомж?
- Похоже, что да.
Я пыталась его расспросить. Но он
был не очень разговорчив, знаешь.
- Ну вот куда он мог пойти?
- А ты, часом,
на второй круг не зашла?
Неужели чувства не остыли?
- Даша!
Жалко же человека.
Помнишь, какой он был?
- Я-то помню, какой он был.
И еще помню, какая ты была.
- Ты знаешь, я благодаря
его истории сюжет нащупала.
И, конечно, по сюжету главную героиню
обязательно нужно в него влюбить.
- Ну хватит, а.
- Я же не про себя,
я про героиню надуманную.
Ну вот если по жизни, куда он мог
пойти со своей сломанной ногой, а?
- Ну ты даешь, Сергеич!
Как тебе угораздило-то, а?
Может, тебе больничный взять?
Ну какой из тебя сторож-то?
Я как представлю,
как ты за грабителями
вот так на костылях побежишь...
- Кто мне этот больничный даст?
Для этого прописка нужна.
- А-а. Ну да, и то верно.
- Послушайте, я бы хотела увидеть
наши новые эскизы.
- Да-да, конечно.
Жалко, что не предупредили,
что вы заедете: у нас дизайнер
сегодня не на месте.
Но вы не беспокойтесь,
все будет сделано в лучшем виде.
- Наш опять старые образцы
втюхивает.
- Госпожа Краснова,
пройдемте ко мне в кабинет.
- Хотя так этой Красновой и надо:
заслужила.
- Кому? А ты что,
с ней знаком, что ли?
- Можно сказать, пересекались.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- А вы... вы Аглая?
- Да.
- Ой!
- А Митя-то дома?
- Да. Мы вас давно ждем, проходите.
- Ты чего трезвонишь?
- Вы Митина жена?
- Допустим.
А ты кто такая? Что надо?
- Я бы хотела с вашим мужем
поговорить.
- Так нет его. А он тебе зачем?
А ты вообще ему кто?
- Никто. В смысле,
я у его отца училась.
И вот как раз по поводу
Александра Сергеевича
я хочу с Митей поговорить. Вы можете
ему номер мой просто передать?
- Это папаша его подослал?
Так ты ему передай,
что нечего тут подсылать к Мите баб
одну за другой.
А хочет - пускай сам звонит.
А если он надеется нас рассорить,
у него ничего не получится.
- Да нет же, Александр Сергеевич
даже не знает, что я к вам пошла.
- Хватит мне тут заливать.
Я тебе все сказала.
И передавать я ничего не буду.
- Смотри, по документам расселения
вроде все в норме
и никаких претензий.
Но есть одна странность.
Видишь, у всех жильцов
сделку оформлял риелтор Руденский,
а у Смирнова - Майков.
Я проверила по базе.
Квартира, которую умудрился
приобрести в этой сделке Смирнов,
за два месяца до него
была продана другим людям.
- Как это возможно?
(Слышны голоса за дверью.)
- Добрый день! Что вы хотели?
- Я хотел бы узнать,
что вы делаете в моей квартире.
- Подождите, я сейчас.
Мы купили эту квартиру
два месяца назад.
- Ты меня слышишь вообще? Глаша!
- А? Что? Да-да, я слушаю.
Даша, повтори еще раз, пожалуйста.
- Я говорю, что квартира,
с которой развели Смирнова,
первоначально принадлежала
некой старухе Соколовой.
Когда она умерла,
квартиру унаследовал ее внук,
который постоянно
проживает за границей.
И, видимо, квартира в России
не нужна,
поэтому он ее подарил
некой Зинаиде Вакуленко.
- Неплохой подарок.
- Ну да.
Но на самом деле, я думаю,
что, возможно, не подарил, а продал.
Потому что подарить можно
хоть на следующий день,
а продавать - только через три года,
иначе ты будешь платить
огромный налог.
- И все-таки я не понимаю,
как можно продать одну и ту же
квартиру дважды?
- Смотри. Судя по выписке
о переходе прав на объект,
Вакуленко сначала
получила квартиру в дар,
а потом уже продала ее
какой-то Гуськовой.
Видишь, которая прописана
в Хабаровске.
А та, в свою очередь, по доверенности
через уже известного нам Майкова
продала ее Смирнову.
И все это в течение месяца.
- А Николаевы-то откуда взялись?
Ну, те самые, которые
сейчас в квартире живут.
- Вот с Николаевыми
я еще не разобралась.
Тут нужна выписка
о правах отдельного лица,
а это сведения ограниченного доступа.
- Может быть, Виктор
по своим полицейским базам...
- Глаша, ты опять?
- Что?
Это не то, что ты подумала.
Мне для книги надо.
- Уверена?
Я просто помню, как в детстве
ты организовывала "комитет спасения":
мы собирали всех бездомных кошек
и пристраивали их в добрые руки.
Я же не знаю -
может, ты теперь решила
и бездомным Смирновым заняться.
- Нет, ну если тебе сложно...
Я понимаю, у тебя с Витей
и своих забот хватает. Да-да.
- Ой, ну хватит, а.
Конечно, я займусь этим.
И уговорю его. Я, правда, не уверена,
что он обрадуется, но я договорюсь.
- Знаешь что? Надо еще выяснить
про эту самую Гуськову:
кто она такая и почему она сама
на сделке не присутствовала.
- И надо выяснить, у кого конкретно
Николаевы покупали квартиру.
Может быть, отсюда ниточка потянется.
- А давай я этим займусь?
Схожу к ним - адрес-то у нас есть.
(Напевает.)
- А вам кого?
- Здрасте! Меня Аглая зовут.
И пожалуйста... У меня к вам
всего два вопроса.
Как давно вы эту квартиру купили?
И проверяли ли вы ее историю
при покупке?
- А почему я должна вам
это все докладывать?
- Нет-нет, вы ничего не должны.
Я понимаю.
Но вы бы мне очень помогли.
- Им квартиру продала сама Вакуленко,
а не какая-то подставная Гуськова.
Так что, боюсь,
что Смирнов в пролете.
Я, конечно, сейчас зайду для очистки
совести к этой Вакуленко - и все.
Единственное, что можно сделать
для Александра Сергеевича, -
это помирить его с сыном.
- Прежде чем мирить,
ты найди еще своего Смирнова.
- Проходите. Что же вы такие вопросы
при всем подъезде задаете?
Тут же вокруг полно шпионов -
могут мужу доложить.
А, правда, мы еще с ним
не расписаны,
но мне совсем не нужно, чтобы он знал
о таком дорогом подарке
от другого мужчины.
Поэтому я так быстро ее и продала.
- А Соколов, который вам эту квартиру
подарил, кем доводится?
- Это вообще такая история!
Моя первая школьная любовь.
Я так обалдела, когда он меня нашел!
Даже мой телефон раздобыл,
представляете!
Правда, он давно живет за границей
и возвращаться не собирается.
У него родственников не осталось,
а вот это прилетать, оформлять -
это же сколько времени нужно.
Поэтому он решил, что проще
мне подарить и не думать об этом.
- Это, конечно, очень романтично,
но как-то странно, нет?
Он же мог бы так же эту квартиру
и продать, не приезжая,
через какое-нибудь доверенное лицо.
- А какая вам разница, а?
Ну подарил и подарил.
Вы что, отказались бы
на моем месте?
- Нет. Это как-то глупо -
отказываться от квартиры.
А вы потом эту квартиру кому продали:
Гуськовой или Николаевым?
- Какой Гуськовой?
Конечно Николаевым.
Слушайте, у меня сейчас муж
с минуты на минуту придет.
Я вообще не понимаю, почему я должна
перед вами отчитываться.
Так что хорошего дня.
- Спасибо.
- Ладно, мне на дежурство пора.
А ты тут располагайся.
Как говорится,
чем богаты, тем и рады.
Главное, начальству на глаза
не попадайся - авось принесет.
- Здравствуйте!
Это что это тут у нас такое?
- Да это перелом пустяковый.
Гипс через две недели снимут.
Я и на костылях могу передвигаться.
- Через две недели, говоришь?
Понятно. А когда ты хотел
рассказать, что ты здесь ночуешь,
да еще и не в свою смену?
- Дело в том, что я временно
оказался без жилья.
- Его риелторы, гады, кинули:
квартиру заселенную продали...
- А, вон оно что.
Ты бомж, значит.
- Выходит, что так.
- И все это время ты обманывал.
Нехорошо. А ведь здесь
материальные ценности.
- Вот я сейчас не понял.
Следуя вашей логике, если пропадет,
то виноват обязательно буду я.
- Вот именно, виноват будешь ты!
Получается, что у тебя ничего нету.
А раз у тебя ничего нет, значит,
и чужое добро ценить тебе незачем.
Что, скажешь, не так?
- Я скажу.
- Скажи.
- Я скажу, что ты идиот
бессмысленный!
И работать я с тобой не буду!
- Это я с тобой не буду!
Слышал, ты? Уволен!
- Так, что я собиралась проработать?
Влюбленность героини
в своего учителя.
(Звонок в дверь.)
- Оказывается, мне совершенно
некуда идти. Только к тебе. Примешь?
(Романтическая музыка.)
(Звонок телефона.)
- Алло.
- Ну что там у тебя?
- Да ничего. Сижу работаю.
- А Смирнов что?
Не объявлялся?
- Нет.
Даша, я тебе потом перезвоню.
- Александр Сергеевич,
идите завтракать!
Неужели опять ушел?
Идите завтракать.
Александр Сергеевич, у меня сюжет
к новой книге никак не получается.
Мне помощь ваша нужна.
- Что тогда почитать не дала?
- Ну вот поэтому и не дала.
- Какая помощь тебе нужна?
- Я все никак не пойму,
как так с вашей квартирой-то вышло?
- Мне ее наш риелтор Майков продавал
по генеральный доверенности.
Я ее только по фотографии видел.
Майков сказал, что хозяйка в отъезде
и цепочка рушится, и вторая квартира,
Митина, может уйти.
Я ее не глядя и согласился.
- Как же так-то?
- Да вот так!
Мне было плевать, где жить.
- А когда вы туда пришли,
вы увидели что там живут
другие люди. Да?
Так а как сыну-то почему вы не пошли?
- Да я лучше в подворотне
буду жить, чем с ним!
Ты про риелторов пишешь -
вот я тебе все и рассказал.
- Да нет тут никого.
Ну откуда я знаю? Ага.
Нет, ну я же должна попробовать.
- Здрасте!
- По-моему, я его нашла.
Вы Дмитрий Смирнов?
- Да. А в чем дело?
- У вашего отца сломана нога,
и он сейчас живет у меня.
- Валя, иди домой, я тебя догоню.
- Я тебя жду.
- Девушка, а вы вообще кто?
И какое отношение мой отец
имеет к вам?
- Я Аглая Ермолаева. Я когда-то
училась у вашего отца в школе.
А вы, вообще, в курсе,
что вашему отцу негде жить?
Что его обманули с покупкой квартиры,
что он практически на улице. Нет?
Хотя чего я распинаюсь перед вами?
Судя по всему, вам вообще
на него наплевать -
у вас же проблем с жильем нет.
- Стойте! Секунду.
Аглая, да?
Во-первых, вы меня совершенно
не знаете, чтобы обвинять,
а во-вторых, отец со мной
сам общаться не хочет.
На звонки мои не отвечает
и видеть меня не желает.
Всячески меня игнорирует.
- Ну так заехали бы к нему -
и сразу бы поняли, что он в беде.
- А вы думаете, я не заезжал?
Я на выходных пару раз
у него был, но не застал.
Казалось бы, куда ему деться
на выходных? А его нет.
- И вы на этом успокоились, да?
- Да вы себя кем вообще возомнили?
Это мой отец и мои отношения с ним.
Давайте свой адрес,
я приеду и его заберу.
- Я вам дам адрес, только вряд ли
он куда-то с вами поедет.
Хотя, если вы действительно
хотите помочь...
- Ты чего делаешь?
- Папку с документами на квартиру,
не помнишь, куда положила?
- А с чего вдруг тебе папка
понадобилась?
- Отца, похоже, кинули.
Нужен номер риелтора.
У тебя не записан?
- Ах, вот для чего эта баба
опять приходила.
И ты что, ей поверил?
- Что значит "опять"?
Она уже была здесь?
Ты что, знаешь, что отец бомжует,
и ничего не сказала?
- Откуда я могла знать?
Или ты хочешь меня во всем
подозревать так же, как папенька?
А я уверена, что с ним все в порядке.
Он только спит и видит,
как бы нас с тобой развести.
- Нашел.
- Ты куда?
- Так. Вот номер риелтора.
- А в папке что?
- Документы по сделке.
Ну, по моей квартире.
- Ой, а можно я посмотрю?
Я просто книжку пишу
про "черных риелторов".
Мне чисто для понимания:
какие документы нужны...
Ну, что вообще к чему. Можно?
- Пожалуйста.
- А вы почему решили
квартиру на жену оформить?
- С чего вы это взяли?
- Ну вот же выписка из ЕГРН:
"Собственник -
Смирнова Валентина Сергеевна".


Серия 2

- Ваш кофе, барыня.
- Ага.
- "Краснова с довольным видом
кладет трубку.
Ей удалось не просто
захапать особняк,
но и нажиться на расселении жильцов".
А при чем тут Краснова?
- А при том. Ищи, кому выгодно.
- И какая выгода Красновой?
- Не знаю. Деньги.
- Проходите, проходите.
Проходите, прошу вас.
- Ну, и на чем остановились?
- Значит, деньги на ваш счет
упадут через неделю.
- Почему так поздно?
- Ну, потому что мы их
проводим через подставных лиц.
- А вы чего-то боитесь, да?
- Нет, но вы понимаете,
что отец с сыном...
- И что?
- Ну, могут быть неприятности -
вдруг они обратятся в полицию?
- Ну и что они докажут?
Они сами согласились на этот разъезд.
Сами подписали бумаги.
Я тут при чем?
- Да, но...
- Никаких но.
Если эти двое начнут
активничать, примем меры.
Если начнут, так сказать,
настаивать, пожалеют.
И вообще, пусть радуются,
что потеряли жилье.
А могли бы потерять гораздо больше.
Валялись бы сейчас
где-нибудь в канаве.
- Ну и почему ты решила,
что против Смирновых общий заговор?
- А как ты объяснишь то,
что они оба остались без жилья?
- Ну почему без жилья?
У них есть классная квартира - твоя.
- Даша, не начинай.
Ну не могу же я их выгнать на улицу.
- Ладно, с чего начнем, Шерлок?
- Так, для начала: что мы знаем?
Расселением квартир для Красновой
занимался Руденский.
Но Смирновых расселял...
- Майков.
- Да. Которого привела Валентина,
жена Мити.
- Кстати, Витя пробил этого Соколова,
который унаследовал квартиру.
Так вот, он коренной москвич,
а Вакуленко родом из Воронежа.
- А она сказала "школьная любовь" -
не сходится.
- Я тебе говорю: я была права.
Это была подпольная сделка,
которая была оформлена как дарение.
- Значит, Вакуленко мне наврала.
А ты как думаешь,
риелтор знал об этом?
- Майков? Ну кто его знает.
- А мы спросим.
Я уже с ним созвонилась и наврала,
что мне нужно оценить мою квартиру.
Завтра обещал зайти.
- Не могу поверить,
что ты меня заставил печь сырники.
- Ничего, не сломаешься.
Неправильно это: два здоровых мужика
уселись на шею хрупкой девушке.
Причем тебе есть где жить,
в отличие от меня.
Что ты со своей Валентиной
цацкаешься?
Это же твоя квартира, в конце концов.
- Она замки сменила.
- Вот, а я тебе говорил,
что твоя Валентина - еще та штучка!
Ты: "Нет, папа не прав.
У девушки любовь с первого взгляда".
- Папа, выяснилось, что Валентина
квартиру на себя оформила.
- Твою же мать...
Значит, нам обоим некуда идти.
- Рассказал? Давно пора.
- Что ж, получается,
я один был не в курсе?
- Александр Сергеевич,
нам надо все вместе пойти к Виктору.
Ну не может быть совпадением,
что вы оба остались без жилья.
Тут явный криминал.
А Витя нам поможет.
Надо только заявление написать,
и все.
- Ничего я писать не буду.
И не надо устраивать мои дела.
Уж где жить, я как-нибудь сам найду,
а тратить остаток жизни
на подлецов я не собираюсь.
- Ну и как ему помогать,
если он сам себе помочь не хочет?
- То есть Майков появился
у вас благодаря вашей супруге, да?
А где она его нашла,
она вам не говорила?
- Я не знаю, я не вникал.
Сперва отец не захотел работать
с риелтором этой Красновой,
а потом уже жена привела
этого Майкова.
- А не было ощущения,
что они прежде были знакомы?
- Да вроде нет.
- А вы сейчас в каких отношениях
с женой?
- А какое это имеет значение?
- А это очень важно.
Согласно документам,
основанием для регистрации квартиры
на вашу жену могла быть дарственная,
а подарить квартиру могли только вы.
- Так в том-то и штука,
что я ее не дарил.
- Действительно, дарственной нет.
- Откуда ей взяться,
если ее никогда и не было?
- Так ты уверен, что не подписывал
никакой дарственной?
- Вот скажи мне честно:
я похож на идиота?
- Да я просто пытаюсь понять,
как такое могло произойти.
Может,
ты среди других бумаг не заметил?
- Я всегда внимательно
проверяю любые документы,
которые я подписываю.
- Ну в папке же дарственной не было.
Тогда где она может быть?
- Не думай, что я буду оправдываться.
- Ты мне вот что объясни:
как так получилось,
что ты - собственница этой квартиры?
- Здрасте, приехали!
Ты мне сам ее подарил.
Сказал: свадебный подарок.
- Если бы я хотел ее подарить,
я бы ее сразу на тебя и оформил.
- Я в этом ничего не понимаю.
Ты сказал, что все мне,
и я согласилась.
А почему нужно было оформить
через дарение, а не через покупку,
это вы с нотариусом решали,
а я не вникала.
И вообще,
где ты шлялся все это время?
Пришел, допрос мне тут устраиваешь.
Если так дальше будет продолжаться,
я подам на развод.
- Подавай.
Давай-давай подавай, но не надейся,
что эта квартира достанется тебе.
Я уже написал заявление
в полицию. Следствие началось.
Рано или поздно я тебя
выведу на чистую воду.
- Я так и думала,
что подарки эти добром не кончатся.
Попользуешься мной и бросишь,
как только я тебе надоем.
Нужно поговорить.
- Ой, ну и молодец - полдела сделано.
Осталось только Смирнова-старшего
уговорить подать заявление.
- Ага, легко сказать! Он опять ушел.
- Ой, слушай, как ушел, так и придет.
Как там твоя книга?
- Книга? Книга продвигается, да.
(Звонок в дверь.)
Ой, Дашка, не могу говорить -
ко мне пришли.
- У меня тоже такси приехало.
Все, давай. Целую.
- Привет.
Что, отец не возвращался?
- Нет.
- И на звонки не отвечает.
Все как обычно.
- Есть будешь? - С удовольствием.
Сейчас, я руки помою.
Как же вкусно ты готовишь!
- Очень смешно.
Вообще-то, я прекрасно готовлю.
У меня просто времени нет.
А что сказала твоя жена?
- Там все максимально странно.
Она говорит, что квартиру
я ей подарил на свадьбу:
мол, сам все решил с нотариусом.
А я, хоть убей,
не помню никакого нотариуса.
Прав был папа.
Папа был прав, а я сопротивлялся.
- Ну, потому что любовь.
- Да причем здесь любовь?
Просто он все время со мной спорит,
все время знает, как лучше.
Будто не хочет смириться с тем,
что я вырос.
- Вот! Это я даже на себе чувствую.
- Но при этом я ему благодарен.
Когда мамы не стало,
он все свободное время мне посвящал.
Минутка появляется -
сразу же меня тащит то в театр,
то в музей, то на выставку.
- Надо же! А почему вы сейчас
все время собачитесь?
- Наверное,
потому что мы с ним похожи,
а одноименные заряды отталкиваются.
Я вино купил. Будешь?
- А давай.
- Ну, что случилось?
- Что-что? Лихо вы меня подставили.
- В смысле?
- Митя сказал, что ведется следствие
и скоро разберутся
в ваших махинациях.
Старуха-то тебя отмажет,
а меня сдадут.
Зачем я только тебя послушала -
взялась его охмурять?
- Ну ты не просто взялась,
а за деньги,
причем за большие деньги.
- Да, тоже мне, большие!
У самого особняк, а меня - в тюрьму.
- Да потому что не надо
было с квартирой мухлевать.
После развода получила бы половину.
Но нет, мы же жадные.
И деньги, которые тебе дали,
потратила на поддельную дарственную.
Да ты сама виновата, дура.
- Ну пожалуйста!..
Мне из этого не выпутаться! Помоги!
Ты мне брат или кто? Пожалуйста.
- Ладно, успокойся.
Что-нибудь придумаем. - Спасибо.
- Чувствуешь черную смородину?
- Ты так хорошо разбираешься в вине?
- У меня память такая странная -
натренированная, что ли, я не знаю, -
очень много чего в голове застревает.
- Надо же! И что еще в ней застряло?
- Да много чего.
Я, например, детство хорошо помню.
Тебя помню - как мы в театр ходили.
Отец возил ваш класс
на спектакль "Горе от ума".
- "Горе от ума"?
В девятом классе, что ли?
- Да. Ты была самой красивой.
У тебя еще такая юбка была -
синяя, до пят.
- Ты был такой высокий, худой, да?
Если бы ты знал,
как я на тебя злилась!
Ты мне на подол наступил, да?
- Да. Я просто хотел
обратить на себя внимание.
- Обратил.
- Чаи гоняешь?
Как ночь прошла, не засветился?
- Ты бы лучше спасибо сказал за то,
что я за тебя ночь отдежурил.
- Ишь ты, спасибо!
Это тебе еще повезло,
что у нас начальник в отгулах -
поехал свою племянницу
замуж выдавать.
А вернется - ты уж извини,
ночевать пускать не смогу.
- Да я и не рассчитывал.
Пойду увольняться -
я же без трудовой ушел.
- Жаль. Хороший ты мужик, Сергеич.
Ну, счастливо тебе. Давай.
- Смирнов? Выздоровел?
- Да вроде.
- А чего хочешь?
- Да не то что бы хочу, а надо.
Вот, за трудовой пришел. Увольняюсь.
- И ты?
Что же вы все увольняетесь-то?
Дизайнер меня кинул, ты уходишь.
Куда собрался-то?
- Да никуда.
С начальством не поладил.
- С начальством надо ладить.
Вот что он имел в виду, а?
Вот куда эти шкафы вставлять, куда?
- Что за проект-то?
- Особняк на Зеленой, банкирши одной.
- Так эти шкафы-то там потеряются.
Вон, они под потолки 2.80,
а в особняке - в полтора раза выше.
- А ты-то откуда знаешь?
Ты вообще увольняться пришел.
Что, соображаешь?
- Ну, немного. - Так...
- Я даже по молодости
хотел архитектором стать
и институт окончил, но в результате
литературу преподавал.
- А что ж ты раньше-то молчал,
в охране сидел?
Так, давай-ка подключайся.
К трем часам приедет заказчик.
Давай-ка бери эскизы, изучай.
Давай, давай, давай.
- Я бы не хотел проект делать.
- Работа нужна? Все.
- Вы Майков? - Добрый день.
Мы с вами договаривались.
- Да-да, заходите.
- Сразу хочу уточнить:
насколько срочная продажа?
- А мне надо с вами поговорить.
Проходите.
- И о чем же вы
со мной хотели поговорить?
- Я вам честно скажу:
ничего продавать я не собираюсь.
Особняк по адресу: улица Зеленая.
- Эту тему я обсуждать не намерен.
Сразу скажу: я ничего не знаю.
Меня просто попросили
помочь в покупке квартиры
для одного из его жильцов.
- Кто попросил?
- Руденский, риелтор Красновой.
Да мне, собственно,
ничего делать не пришлось.
Квартиру тоже предоставили.
Единственный минус -
она продавалась по генеральной
доверенности, выписанной на меня.
Хозяйка была не против -
я говорил с ней по телефону.
- С Гуськовой?
- Ну да. Она откуда-то из-за Урала,
не смогла приехать.
Сделку проводили
по ее электронной подписи.
- А почему Руденский
сам не захотел провести сделку?
- Это его не захотели.
Ну вы, наверное, сами об этом знаете.
- А почему вы так занервничали,
когда узнали,
о чем именно
я хочу с вами поговорить?
- Потому что я не смог
показать квартиру - только фото.
Вот я и подумал, что в квартире
вылезли какие-то недостатки.
- Еще как вылезли!
Оказалось, что квартира
принадлежит другим людям.
- Да бросьте! Этого не может быть.
Документы и я проверял,
и до меня Руденский -
там все в порядке: и предыдущая
купля-продажа, и право собственности.
- Надежда Борисовна, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Прекрасно выглядите.
Впрочем, как и всегда.
- Благодарю.
- Знакомьтесь: ваш новый помощник,
Александр Сергеевич.
Будет работать с вами вместо Дронова.
- А что с Романом?
- Там личные обстоятельства,
но не переживайте:
Александр Сергеевич -
не менее опытный
и умелый специалист.
- Надежда Борисовна.
- Александр Сергеевич. Очень приятно.
- Мне дивно повезло: заполучила
старинный особняк в самом центре.
Ну, надеюсь, получится
прекрасный большой дом,
о котором я всегда мечтала.
- Конечно.
- Там шикарные потолки с лепниной.
Мне ее отреставрировали.
И в некоторых квартирах
сохранился старый паркет.
- Я этот дом прекрасно знаю!
Может, хватит болтать
и пройдем на объект?!
Извините. Извините,
просто время идет,
а помещение в его нынешнем
состоянии я еще не видел.
Вы так прекрасно расписываете -
не терпится посмотреть.
- Хорошо, я вам его покажу.
- Ну тогда, с вашего позволения,
я откланиваюсь.
Думаю, вы договоритесь.
- Да, я надеюсь.
- Извините. Извините.
- Пойдемте.
- Да, не узнать.
- Что?
- Я говорю: впечатляет.
Рассказывайте, где что предусмотрено.
- Ну, в общем, в этой комнате
я пока не решила, что я хочу.
Вот вместе подумаем.
Вот там я бы хотела спальню,
а вот здесь мне хотелось бы...
- А здесь будет
репетиционный зал моей студии.
Так ведь, дорогая?
- Привет. Познакомься:
Александр Сергеевич,
будет нам с дизайном помогать.
- Я уверен, что ты ему сама
все прекрасно объяснишь.
Извини, мне надо бежать на репетицию.
Вот документы, которые ты просила.
Увидимся вечером.
- Ох уж мне эти репетиции! Да...
Он музыкант.
Крис - мой гражданский муж.
- Я так и понял. Пройдемте.
- Да, пройдемте.
- В общем, Майков даже
заверил сделку у нотариуса.
Сказал, что решил подстраховаться,
поскольку сделка чужая.
Непохоже, что он в доле.
- А что за нотариус?
Фамилию не спросила?
- Да какой-то Синюков.
- Хм! - А ты его знаешь?
- Ну у нас его все знают.
Вечером приходи - расскажу.
- Получается, две проблемные
квартиры - и везде Синюков.
Не нравится мне это.
- А Синюков никому не нравится,
даже собственному дяде.
- А кто его дядя?
- Олигарх наш местный, Савченко.
А Синюков - его родной племянник.
Года три назад он его к себе
приблизил - у него тогда мать умерла.
Ну и он взял его под крыло:
купил нотариальную контору,
арендовал помещение.
Они до этого у нас сидели,
а после ремонта решили съехать.
Они теперь там.
- Трудно будет подобраться:
начальство не любит
с такими связываться -
они, чуть глубже копнешь,
сразу начинают
связи свои использовать.
- А если Синюков сам заговорит?
- Да с чего вдруг?
- Ну, например, дядя на него надавит.
- Савченко будет давить
на племянника? Да никогда в жизни.
- Вообще-то, в наших кругах говорят,
что у них плохие отношения.
Что он вроде как уже достал
своего дядю тем,
что размахивает его именем
как флагом.
Ну и он его хочет вроде как
куда-то сплавить подальше.
- Ну не в тюрьму же.
Если вскроются темные дела...
Да кто его посадит-то?
- Вопрос: как нам выйти
на этого Савченко?
- У меня есть одна идея.
- Ты говорил, твой дед был
с Савченко дружен - или нет?
- Дружить-то они дружили,
но я-то не дед.
Я с ним работаю,
у нас отношения, можно сказать,
полупрофессиональные.
- Гришенька, ну подумай.
Очень надо.
- Ну разве что на рыбалке
с ним поговорить. - Вот!
- Он звал,
но это не меньше чем на неделю.
Мне сейчас не до рыбалок.
- Почему? Почему нельзя съездить,
если тебя зовут?
- Да я бабушке ремонт сделать обещал.
Уже и стройматериалы купил -
полдачи ими завалено, -
а я сейчас на рыбалку поеду.
- Ты что,
не можешь начать ремонт
на неделю позже?
- Да не в этом дело.
Понимаешь, тут все в одном флаконе:
бабушка на время ремонта
в пансионат ехать отказывается,
и жена еще все время пилит.
На даче жить невозможно,
и тут я уеду.
- А если я уговорю Елизавету Петровну
на пансионат,
ты поговоришь с Савченко?
- Ну и как ты ее уговоришь?
Ты же знаешь ее характер -
упрется, и все.
- Я помню, что она ко мне
очень хорошо относится.
- Это когда было? Еще в школе,
когда я в тебя влюблен был?
- Ну Гриша...
- Не знаю.
- Глашенька, моя хорошая,
как же я рада тебя видеть!
Слушай, ну ты вообще не меняешься.
- Да? Спасибо.
- Ты, говорят,
теперь у нас писательница?
Сто раз просила Гришку
купить мне твою книгу.
Но у него разве допросишься?
- Да не надо вам ее покупать:
я вам ее подарю.
- Спасибо.
- А Гришка... Просто ему некогда.
Он мне тут, вообще, жаловался,
что даже на рыбалку пойти не может.
- Гришка - на рыбалку?
Это какая-то новость.
Первый раз слышу, чтобы Гришка
интересовался рыбной ловлей.
- Он вообще
весь какой-то расстроенный.
Говорит, что ремонт вам
хочет сделать, а вы против.
- Глаша, да я не против ремонта -
я против пансионата.
Ты понимаешь, какая ситуация...
Если я уеду в пансионат, Ирочка,
моя помощница, от меня уйдет.
- А почему?
- Ремонт неизвестно
насколько затянется,
а я, сами понимаете,
не могу долго без работы сидеть.
- Гриша, я все решила.
Елизавета Петровна
не против поехать в пансионат.
Надо просто сохранить зарплату Ирине.
- Ясно, Ермолаева,
то есть я должен заплатить
и за ремонт,
и зарплату помощнице, так?
- Ну их же можно понять?
Бабушка привыкла к Ире
и не хочет ее терять,
а Ирина не может сидеть без денег.
- Молодец, молодец.
Так я и сам бы мог
с бабулей договориться.
Просто я напрасно на тебя понадеялся.
- Да по... Пока.
- Да-да, до свидания.
- Да, не оправдала
ты Гришкиных надежд,
так что помощи от него не жди.
- Да он, похоже,
и не собирался мне помогать.
А то, что Александр Сергеевич
без квартиры...
- Подожди,
а Александр Сергеевич в курсе,
что Митя заявление написал?
- Угу, в курсе.
И даже не ворчит. Вообще,
он как-то изменился, повеселел.
Сюда вернулся, деньги принес -
сказал, что работает.
И у Мити какое-то
собеседование сегодня.
- Так это отличные новости!
Так, глядишь,
и съедут от тебя наконец.
Слушай, а что, если этой Ире
найти временную работу?
Так и Елизавета Петровна уедет,
и Гришке некуда деваться будет.
- А это мысль!
Надо продумать варианты.
- О каких вариантах идет речь?
- Да одной моей знакомой,
Александр Сергеевич, -
а она дама в возрасте - нужно срочно
поехать в пансионат на пару месяцев.
А она отказывается: боится,
что ее помощница по хозяйству
уволится.
И вот мы пытаемся
ей временную работу найти.
- Кажется, варианты есть.
Попробую завтра переговорить
со своей заказчицей.
Думаю, для переезда
ей потребуется помощница:
там столько барахла,
что месяца на три хватит.
- А где вы работаете,
Александр Сергеевич?
- Да все там же, только теперь
занимаюсь интерьером.
Пригодилось мое первое высшее.
- Александр Сергеевич,
а ваша заказчица - она кто?
Ей точно нужна помощница?
- Сказал же: спрошу.
- Этот твой ремонт, этот дизайн...
Да я после репетиции - еле живой.
Мне хочется как-то переключиться,
выспаться наконец.
- Вот этот, как ты назвал сейчас,
мой дизайн тебя вообще не касается.
Все делаю я.
Спасибо, у меня Александр Сергеевич
появился - помогает.
- О боже мой, Александр Сергеевич!
Тоже мне, дизайнер нашелся!
Да мужлан с гонором -
я таких сразу же вижу.
- Это ты зря. Он очень деликатный,
и у него отличный вкус.
- Что?
- Да.
- У него?! Ты видела,
как он одевается?
"Отличный вкус"! Я представляю,
что он тебе тут надизайничает.
- А я тебе предлагала:
"Подключайся, пожалуйста, к выбору".
Но ты же не захотел!
- Да я и сейчас не хочу.
И что бы ты ни говорила,
я завтра улетаю в Сочи.
- Подожди, какой Сочи?
У нас переезд на носу!
Ты что, с ума сошел?
- Ну вот,
Александр Сергеевич тебе в помощь.
- Не переживайте,
Надежда Борисовна.
Без него будет даже спокойнее,
согласитесь.
- Все слышали?
- Кое-что.
- Он устал. Он уехал в Сочи.
- Пусть уезжает,
а с переездом я вам помогу.
Еще, мне кажется, нужно нанять
помощницу по хозяйству,
чтобы все разложить, развесить.
У меня есть одна знакомая женщина
с очень хорошими рекомендациями.
- Вы знаете, спасибо, конечно,
но я все люблю делать сама.
И потом, честно говоря,
я в своем доме
не очень жалую чужих людей.
- То есть вы хотите сказать,
что сами ведете хозяйство?
То есть стираете, убираете, готовите?
- А что тут такого?
Я же не всегда была
госпожой миллионщицей.
Я все умею.
И, кстати, очень люблю
и готовить, и убирать.
Не верите?
Ну ничего-ничего, я еще вас удивлю.
Вот угощу вас своим пирогом -
пальчики оближете, язык проглотите.
- Договорились, ловлю вас на слове.
Но все-таки мне кажется,
помощницу надо нанять.
- Слушайте, не знаю...
Может быть, только на время переезда.
А потом-то что я с ней буду делать,
если ей работу другую не найду?
Я же ее на улицу не выгоню?
Что вы на меня так смотрите?
- Вы хотите сказать,
что вас волнует судьба домработницы?
- А вы что, думаете,
я волчица, что ли?
- Нет, просто так сказалось,
не подумав.
Так я могу прислать женщину?
- Конечно присылайте.
- Да, в наследство Соколова вводил я.
Все было по закону.
Мне предоставили документы,
мои сотрудники проверили их
подлинность, и я их заверил.
- А генеральную
доверенность риелтору Майкову
на проведение сделки
от лица Гуськовой вы оформляли?
- Конечно, по электронной подписи
госпожи Гуськовой.
А в чем, собственно говоря, дело?
Меня что, в чем-то подозревают?
- Нет-нет,
просто опрашиваем как свидетеля.
Я, кстати, слышал,
что вы специализируетесь
на оформлении дарственных.
- Что вы имеете в виду?
Ну я, естественно,
как нотариус занимаюсь
и оформлением договоров дарения.
- Например, договор дарения квартиры
госпоже Вакуленко,
а также госпоже Смирновой,
урожденной Егоркиной.
- Какая Егоркина? Первый раз слышу.
- Да, Александр Сергеевич.
Ага, поняла. Сейчас всех обрадую.
Все в порядке: помощница
Елизаветы Петровны пристроена.
- Митя! Митя, иди сюда.
Присаживайтесь.
Вы знакомы?
- Нет, что-то я не припомню.
- Ну как же?
Разве не вы оформляли
дарственную на квартиру Смирнова
Дмитрия Александровича его жене?
- А, да-да, конечно! Конечно я!
Простите, просто не вспомнил сразу:
очень много клиентов.
Здравствуйте, Дмитрий Александрович.
- Здравствуйте.
Понимаете, в чем дело...
Я ничего никому не дарил.
Квартира покупалась на мое имя.
- А договор купли-продажи,
где указано,
что приобретатель квартиры вы,
у вас же имеется?
- Нет, дело в том,
что сделку оформлял риелтор
и он сказал, что все эти договоры
мы получим уже потом -
после регистрации права
собственности в Росреестре.
Вот, соответственно,
он все туда и отправлял.
- Правильно, сначала отправлял,
а потом отзывал,
потому что господин Смирнов решил
подарить квартиру своей жене.
- Я не решал никому ничего дарить.
- Вы лично заверяли подпись дарителя
Смирнова на договоре дарения?
- Ну а как же?
Если есть договор дарения,
то его подписывают
в присутствии нотариуса.
- Да я в глаза его не видел!
- Кого, Синюкова?
- Синюкова видел. Договор дарения.
- Справку из Росреестра
о праве собственности вы видели?
- Я не помню.
Этим всем занималась жена.
- Вот видите, он ничего не помнит,
ничего не видел,
а вы мне еще что-то предъявляете.
- Ладно, запросим экземпляр
дарственной из архива нотариуса.
Пока все свободны.
- Нет, врет же! Явно врет.
Притом так уверенно держится.
Я уже сам начинаю сомневаться,
что это не моя подпись в дарственной.
- Значит, тем более
надо добраться до Савченко.
Кто-то же должен
остановить этот беспредел.
Алло. Гриша, я решила твою проблему,
так что за тобой должок.
Ага, договорились.
Поехали.
- Я, конечно, не сомневаюсь,
что ваши сотрудники -
люди профессиональные,
что они разберутся.
Но сам факт! Это кидает
тень на работу органов в целом.
- Да, я понимаю.
- Это хорошо я: я в себе уверен
и могу себя отстоять,
но ведь такое
может случиться с каждым.
Я боюсь, что дядя
может быть расстроен.
- Мы разберемся. Успокойте дядю.
- Мало того что такие
подозрения бросают тень
и могут запятнать его имя -
а он, как вы знаете,
один из основателей Фонда
поддержки силовых структур города, -
этот казус просто по-человечески
может его разочаровать.
- Я вас уверяю: для беспокойства
нет никаких причин. Я разберусь.
Не всегда инициатива
бывает оправдана.
- Спасибо. Знаете, я очень рад,
что мы с вами друг друга поняли.
- Взаимно. Большой привет
Павлу Алексеевичу. - Непременно.
- Назову злодея
в своей книге Синюковым -
и пусть попробует придраться.
Митя, не волнуйся. Не бывает такого,
чтобы правду нельзя было доказать.
- Да, подкинули мы,
конечно, тебе хлопот.
- Да...
- Надо искать собственное жилье.
Не можем же мы вечно у тебя сидеть?
- А вам что, у меня плохо?
- Я не знаю, как отцу, но мне хорошо.
Я бы, может, и не уезжал никогда.
- Никто же тебя не гонит.
- Ах!
- Доброе утро!
- Привет!
О, сырники!
- Сядь поешь нормально.
- Не могу! Я же Гришке обещала
бабушкин отъезд проследить,
а сама проспала.
Голова никакая!
- Может, я тебя отвезу?
А то, не выспавшись,
влетишь в аварию
и вообще никуда не доедешь.
- Точно.
Лишние мужские руки
при переезде никогда не помешают.
- Ой, Елизавета Петровна,
простите, что опоздала.
А где Гришка? Он звонил?
Когда он будет?
- А его и не будет:
он в отпуск уехал.
- В смысле? С Савченко - на рыбалку?
- Почему на рыбалку?
На море - с семьей.
- А...
- Чемоданы грузим?
- Да. Благодарю вас,
вы очень любезны.
Глашенька, представь же мне
своего молодого человека.
- Простите, Елизавета Петровна.
Митя, это Елизавета Петровна.
Елизавета Петровна, это Митя.
Сын нашего учителя - Смирнова.
- Александра Сергеевича?
Очень приятно, Митя.
- Взаимно.
- Ну Гришка, ну мерзавец!
Пусть только вернется.
- Прости, пожалуйста, Глашенька.
Я так понимаю,
Гришка вам что-то наобещал?
- Наобещал уладить одну ситуацию.
Мы все сделали, а он уехал.
А главное,
дело не терпит отлагательств.
- Очень в Гришкином репертуаре.
Вот паршивец!
А что конкретно наобещал-то?
- Да свести меня с Савченко.
У меня к нему очень важное дело.
- Ах, Савченко. Ну, ребята, я боюсь,
Гришка тут нам не помощник.
Надо было сразу ко мне обращаться.
Ну что, поехали? Дорогу я покажу.
Митя, а вы чем занимаетесь?
- Я пишу компьютерные программы -
айтишник.
Пока временно без работы. В поисках.
- Елизавета Петровна,
извините, а куда мы едем?
- Скоро узнаешь. Потерпите.
(Сигнал СМС.)
О, Паша нас ждет. Поехали.
- Лизонька, дорогая, как я рад!
- Здравствуй, мой хороший.
Сто лет не виделись.
А! Познакомься.
Вот эта милая пара - Аглая и Дмитрий.
- Павел Алексеевич.
- Очень приятно.
- Здравствуйте.
- Очень приятно.
Вы располагаетесь на веранде -
там стол накрыт,
есть кому за вами поухаживать.
А я прошу прощения, нам с Лизаветой
нужно кое о чем переговорить.
Идем.
- Да!
- Лиза, Лиза, годы идут,
а ты все так же хороша,
как в молодости.
Совершенно не меняешься.
- Спасибо, милый, мне приятно.
Грешна - люблю комплименты.
Особенно запоздалые.
Ты тоже чудно выглядишь,
просто прелестно. Внешне.
А с головой как? Ничего?
- Я же говорю:
совершенно не меняешься -
все такая же язва.
Скажи, а почему ты
не вышла за меня замуж?
Ведь уже и кольца купили...
- А ты помнишь? Дура была.
Обидчивая и доверчивая.
Верила кому попало,
вот и сделала глупость.
- Я всегда знал, что ты за Серегу
вышла замуж мне назло.
- Назло, как выяснилось,
я сделала это прежде всего себе.
Ты очень удивишься, если я скажу,
что жалела об этом всю жизнь?
- И я.
- А что же ты тогда молчал?
А что же ты даже не пытался
хоть что-то изменить?
- Есть такое понятие: дружба.
- А, это хорошее понятие.
Замечательно.
А, ладно, что уж теперь.
Так вот, я по делу.
Вот эта девочка,
которую я привезла...
Ей надо поговорить с тобой
о твоем племяннике.
Там какая-то темная история
с квартирой.
- Опять мой племянничек.
- Какое вкусное вино!
- Пино нуар 2020 года, Бургундия.
Да, это мы удачно заехали.
Кстати, этот олигарх -
весьма приличный мужик.
- Настолько приличный,
что жаль его огорчать
с этим мерзавцем Синюковым.
- Ты что, не хочешь с ним говорить?
- Да при чем тут "хочу, не хочу"?
- Значит... Сиди, сиди, сиди.
Значит, план таков. Вечером
мы все вместе приглашены на ужин.
Глаша, после ужина
ты сможешь поговорить
с Павлом Алексеевичем о своих делах.
А, да, значит, и все остаемся.
Что касается меня:
ни в какой пансионат я не еду,
я остаюсь здесь, погостить.
Апартаменты вам приготовят.
- Но это как-то неловко...
- То есть никуда не едем?
В город не возвращаемся?
- Не возвращаемся. Это приказ.
- Дима!
- Да, приказы мы не обсуждаем.
А за руль сесть я все равно не могу:
пригубил.
- Вот такая некрасивая история.
- Да, я подозревал,
что мой племянничек с гнильцой.
Ну ничего, примем меры.
Вы, Аглая, говорят, пишете? Успешно?
- Не мне судить,
но первая книга разошлась хорошо.
- А вы, Дмитрий, чем занимаетесь?
- Митенька -
очень талантливый программист:
он пишет компьютерные программы.
Тебе нужны такие люди.
- Пригодится. Поговорите
с секретарем, назначьте встречу,
но не позднее будущей недели.
- Спасибо большое,
обязательно позвоню.
- Ну что, припозднились мы, однако:
первый час ночи.
Пора на покой.
- Спасибо.
- Ух ты, ну прям Версаль!
- Угу.
- Мне нравится. Красота!
- Красота-то красотой,
только как мы тут вдвоем?..
- А ты думаешь, не поместимся?
- Ты знаешь,
надо было просить две комнаты.
- Зачем?


Серия 3

- Доброе утро!
- Привет!
- Проснулась?
- Угу.
- Слушай, ну все класс!
Савченко там позвонил куда-то своим,
мне перезвонил секретарь,
и мне назначили собеседование,
так что, можно сказать,
жизнь удалась.
Что-то случилось?
- Нет, ничего.
- Ну я же вижу.
- Ну просто все не так, неправильно.
- Что неправильно?
- Ты женат.
- Ой, господи! Ты же знаешь,
что я женат де-юре, а де-факто...
- А ты не мог бы выйти?
Я хочу одеться.
- Глаша, а что происходит?
- Выйти, пожалуйста. Я же попросила.
- Ладно, как скажешь.
- Прошло больше недели,
как ты взялся за дело
о квартирных махинациях.
И что, где результаты?
- То, что махинации имеют место,
у меня сомнений нет,
но вот прямых доказательств
тоже пока нет.
- Не понял.
- Ясно,
что Руденский и Синюков
работают в тесной связке,
но ведь по документам
у них все в порядке,
а доказать поддельность
документов пока не получается.
- Почему не получается?
Конкретнее, пожалуйста.
- Утрачена дарственная. Даритель
свой экземпляр в глаза не видел,
а экземпляр нотариуса Синюкова
отсутствует.
- Как это - отсутствует?
- Ну что-то они не могут его найти.
Синюков говорит,
что они после переезда
из одного помещения в другое
никак порядок навести не могут.
- А если не найдут, то?..
- Вообще, это лишение лицензии.
Но только нам что от этого?
- Понятно.
В общем, дело у тебя не движется.
Передавай дело Копытину.
Это приказ, не обсуждается.
Свободен.
- Может, поговорим наконец?
- О чем?
- Ну, как нам жить дальше.
Я так рада, что ты вернулся.
Я готова все понять и простить.
- Что простить?
- Ну как - что?
То, что ты ушел из дома,
жил неизвестно где,
обвинял меня бог знает в чем.
А если хочешь,
можешь отца своего позвать.
И пусть он здесь живет,
если он квартиры лишился.
- Вот так все просто, да?
Ты что, думаешь, пальчиком поманила -
и я прибежал на задних лапках?
- Митя, а что происходит?
Неужели ты и вправду
решил со мной судиться?
- А ты на что рассчитывала?
- А я-то дура! Пошел вон!
- Да с удовольствием.
- Убирайся прочь,
пока я полицию не вызвала.
- И что я в тебе нашел?
(Стук в дверь.)
- Да?
- Разрешите? Здравствуйте!
- Здравствуйте.
- Я хочу сделать заявление.
Ну, "явка с повинной",
или как там у вас называется?
Дело в том, что я совершил
противоправное деяние.
- Какое из?..
- Я выписал Руденскому
генеральную доверенность
на оформление наследства Соколовой
без присутствия доверителя.
Я просто хотел помочь
двум уважаемым людям:
риелтору Руденскому
и внуку Соколовой.
Да, я выдал пустой бланк,
но я Руденского знаю очень давно.
Я ему полностью доверяю.
И потом он мне вернул его
с подписью доверителя Соколова.
Просто Соколов был очень занят.
Он просто физически
не мог приехать к нему в контору:
он занимался похоронами бабушки,
его постоянно дергали с фирмы,
заставляли ехать в Англию.
И это единственное мое прегрешение.
Можно сказать,
пострадал по доброте душевной.
- Ну а все остальное?
- А что - остальное?
- Дарственная на квартиру
младшего Смирнова,
двойная продажа квартиры
старшего Смирнова.
- Да какая двойная продажа?
Я тут вообще ни при чем!
Квартирой старшего Смирнова
занимался Руденский.
Вот его и вызывайте.
А я чистосердечно готов признаться.
- А что это вы так
разоткровенничались?
- Совесть замучила.
- А.
- Или дядя велел,
с которым ссориться нельзя.
- Что?
- В коридоре подождите, пожалуйста.
Даша, мне срочно нужна
ваша с Глашкой помощь.
- Да это бессмысленно!
Я только что у нее была.
Она сказала, что больше
вообще ничем заниматься не будет.
Сидит в своей комнате.
В общем, я что-то ничего не понимаю.
Надо что-то делать, Витя.
- Витя, нет, нет и нет!
Я вернулась к работе над романом
и я больше не собираюсь
заниматься расследованием.
Не надо мне никакой правды жизни.
Я сама все придумаю.
- Ну класс!
А как же твой "комитет спасения"?
Собрала нас - и все, на попятную?
- Ты пойми, там явная
преступная группа.
А меня отстранили от дела.
Теперь, когда у меня руки связаны,
а на тебя одна надежда была,
ты сливаешься!
- Я не сливаюсь.
Ладно, рассказывайте.
- Так, первое, что нам нужно
сделать, - еще раз пугануть Синюкова.
- Привет!
- Привет!
Я отца проведать решил,
а у вас нет никого.
- А он ушел.
- Куда?
- Понятия не имею.
- Ладно, я тогда в другой раз.
- А зачем тебе отец?
- Думал, может у него
на объекте перекантоваться.
- Поздно уже, пойдем.
- Честно сказать, не поверил,
когда вы сказали,
что умеете готовить.
Но у вас явно кулинарный талант.
Это было настолько великолепно,
что просто слов нет.
- Ох, Александр Сергеевич,
льстить вы конечно умеете.
Но мне это нравится.
Крис?
(Свистит.)
Крис, ты же обещал через две недели,
ты в Сочи собирался задержаться.
- И что?
И поэтому ты решила не терять времени
и пригласила первого попавшегося?
- Крис, это совершенно не то,
что ты думаешь.
- А что я еще могу думать?
Если я среди ночи прихожу
к себе домой и вижу непонятно кого,
а его еще и ужином угощают.
Я так полагаю, что после
ужина ты рассчитывала
от него на некоторую благодарность?
- Ты с ума сошел?
- Извините, Надежда Борисовна.
- А! - Александр Сергеевич,
вы что, с ума сошли, что ли?!
Крис, миленький...
- Да не трогай.
- Покажи, покажи. - Уйди!
- Покажи, что там.
- Я тебе клянусь:
я вот это не подписывал.
Но при этом подпись
очень на мою похожа.
Я не знаю, может, Вите отдать?
Пусть там экспертизу у себя сделают.
- Виктора отстранили от дела.
- И что теперь делать?
- Можно самим попробовать
экспертизу сделать.
- Подожди, а ты уверена?
- Я же писатель,
я прорабатывала этот момент.
- Ах так?
Значит, ты меня больше не увидишь.
Все, прощай!
Да я видеть не могу уже эту старуху!
Зина, ну придумай что-нибудь.
Пожалуйста, сейчас ночь на дворе,
мне ночевать-то негде.
- Слушай, а помнишь квартиру
моей подруги?
Мы с тобой еще там
пару раз встречались.
Она сейчас в отъезде,
ключи у меня - я подъеду.
- Лучше, может, гостиницу?
- Не вопрос, только оплачивай сам.
У меня лишних денег нет.
- Все, я тебя услышал,
еду на квартиру.
(Телефонный звонок.)
- Да.
- Александр Сергеевич, а вы где?
Но вы еще не уехали? Возвращайтесь.
- Я больше не могу
ее ни видеть, ни слышать.
- У меня такая же фигня с Руденским,
но я же как-то терплю.
Надо закончить то, что мы начали.
- Ну поторопись тогда.
Думаешь, мне приятно сознавать,
что ты до сих пор с ним спишь?
- Ну ты же тоже спишь
со своей старухой.
- Я ушел. Я больше так не могу.
- Ну я не могу сейчас уйти.
Ты же знаешь, что он нам еще нужен.
Он не все связи мне сдал.
Тем более тех денег,
которые мы получили
от продажи квартиры Николаева,
нам не хватит.
Это еще хорошо, что Руденский
не знает о том,
что мы с тобой квартиру продали.
Второй покупатель лохом оказался,
повезло.
- Тебя послушать,
как будто ты одна тут рискуешь.
А я как нахлебник. Между прочим,
квартиру эту я подогнал.
- Ну не ты, а твоя сестра.
- Да какая разница?
Сестра-то надеялась, что квартира
старухи Соколовой ей перепадет.
Зря, что ли, она за ней ухаживала?
И к тебе я ее привел.
Чтобы эту квартиру,
после посмертной приватизации
и наследства ее внукам,
ты ее как в дар оформила.
А ты эту квартиру
себе самой подарила.
- Можно подумать,
что у Вальки были деньги,
чтобы заплатить Руденскому
и Синюкову.
Вон пусть лучше радуется,
что я вообще ее с Митькой свела.
Она же кроме того, как флиртовать
с мужиками, ничего не умеет.
Да, вот и пусть радуется
половине Митькиной квартиры.
- Половина. Синюков, сволочь,
надоумил ее всю квартиру захапать.
Он узнал,
что она деньгами разжилась,
и сразу же прибежал к ней
со своими услугами.
И сделал ей подложную дарственную.
- Да что ж вы за люди-то такие?!
Мы так посыпемся!
Какая-то афера на афере!
Ну я же тебе говорила,
ну давай поедем к морю,
купим какой-нибудь домик.
Нет, ты все со своей заграницей.
- Что?
Это значит, я во всем виноват, да?
Ну не надо, не надо. Не трогай меня!
- Доброе утро!
- Привет!
- Уже позавтракала?
- Ага.
Надеюсь ты помнишь, где что лежит?
Поешь?
- А ты куда?
- А я потом лучше расскажу,
чтобы не сглазить.
- Ладно.
- Видите ли,
я пишу роман о риелторах.
Мне очень нужна ваша консультация.
Вот как, к примеру, продать квартиру
без ведома владельца?
- Вы знаете, вряд ли смогу вам
чем-то помочь.
В своей практике я никогда
с подобным не сталкивался.
И вообще, к сожалению,
простите, так много работы -
некогда заниматься литературой.
- Ну я же почему к вам пришла?
Мне Майков рассказал,
что вы с Руденским
продали одну и ту же квартиру дважды.
- Не знаю, кто там вам
что про меня рассказывал.
Наша деятельность осуществляется
строго по закону.
- Да? А как же дарственная
на квартиру Дмитрия Смирнова,
которую Дмитрий не подписывал?
- Такого не может быть.
Лерочка, выйди,
пожалуйста, на минутку.
У вас что, есть доказательства?
- Есть.
Почерковедческая экспертиза.
- И кто тогда, по-вашему, расписался
вместо гражданина Смирнова?
- А это неважно.
Важно, что подпись не его.
- Обычно документы готовят
мои сотрудники,
я лишь их только заверяю.
Я обещаю вам,
что разберусь с этой ситуацией
и дам вам все необходимые объяснения,
которых пока у меня нет.
- Хорошо, я буду ждать.
- Алло, у меня неприятности.
Копают под квартиру Смирнова.
Меня вызывали к следователю, а сейчас
вообще приперлась писательница,
которая взяла меня за горло.
- Не до тебя сейчас, перезвоню.
- О!
- Где была всю ночь?
- С девчонками загуляла.
Сначала пошли в бар,
потом на дискотеку,
потом в караоке,
потом решили позавтракать.
Слушай, я так спать хочу.
Пойду, ладно?
- Что там у тебя, рассказывай?
- Почему квартиру Соколова
продали дважды,
а я об этом ничего не знаю.
Нет, я понимаю, конечно,
когда риск оплачивается.
Но я не нанимался работать бесплатно.
- Тебе за введение Соколова
в наследство
и за все доверенности
очень хорошо заплатили.
- Да, но квартиру Соколова
продали дважды.
Ты понимаешь, что ведется следствие?
- Слушай, если ты попался
на каких-то своих махинациях, -
это твои проблемы, -
от меня помощи не жди,
выпутывайся сам.
У меня все в порядке.
Ко мне не подкопаться. Я все сказал.
Зина!
Что это за деньги?
- Откуда я знаю, что это за деньги.
Слушай, что ты хочешь
от меня услышать?
- Правду. Я вижу это в первый раз.
Кроме нас с тобой
в квартире никого нет.
Я повторяю свой вопрос:
откуда эти деньги, и что там
за история с квартирой Соколова?
- Правду?
Хорошо, будет тебе правда.
Ты меня уже достал!
Да, втайне от тебя,
я продала квартиру Соколова,
потому что мне нужны мои деньги.
Я не могу больше жить
и каждый раз выпрашивать у тебя
эти копейки.
Если бы не возможность
пользоваться твоей информацией,
я бы давно уже тебя бросила, понял?
- Понял. Пошла вон из дома.
- Деньги отдай!
- Обломишься.
Полчаса тебе на сборы.
- Алло, Крис, ты еще в квартире?
Я сейчас приеду. Черт!
- Привет!
- Привет!
- Вот кофе тебе взял, как ты любишь.
- Ты бы видел, как испугался Синюков,
когда я соврала про экспертизу.
- Да ладно?
Будет круто, если все получится.
- Да конечно получится.
Ты даже не сомневайся.
Ну а как у тебя с работой?
Я надеюсь, ты не отказался?
- Нет-нет, я пошел.
Все, собеседование прошел,
сейчас мне формируют новый график.
Я выхожу со следующей недели.
И теперь я возглавляю
новое направление.
- Круто!
Не зря у Савченко остался погостить.
(Звонок телефона.)
Я побегу, у меня еще куча дел.
Увидимся дома.
- Да.
- Алло, Митя,
я была неправа, погорячилась.
Возвращайся, пожалуйста.
Я и ключи от дома сделала.
И вообще, это же твой дом.
Какая разница, на кого он записан.
- Ладно, заеду.
- У-у!.. Какая же ты все-таки дура!
Мы теперь совсем остались без денег.
На что ты рассчитывала,
пряча деньги в квартире у Руденского?
Я же тебе говорил, отдай мне
на сохранение. А теперь что?
- А теперь то же самое,
если б я их тебе отдала.
Я же знаю, какой ты транжира.
- Зина, что нам теперь делать, а?
- Поживем пока здесь - подруги нет.
Потом мы что-нибудь придумаем.
Снимем.
- Что мы снимем, на какие деньги?
Нет, ты знаешь,
я уж лучше вернусь к Красновой.
Нет, временно, конечно.
Я попробую с ней помириться,
попытаюсь развести ее
хоть на какие-то деньги,
хоть на первое время.
Так... Так, она обещала заплатить
за издание диска.
Надо, чтобы она мне заплатила налом.
Да, я попробую.
- Подожди, подожди.
Сколько тебе времени
на это потребуется?
- Да откуда я знаю!
Постараюсь как можно быстрей.
- А как же я?
Как я буду жить без денег,
пока ты охмуряешь свою старуху?
- Зина, да если бы ты не была
такой дурой,
мне не надо было бы
к ней возвращаться.
- Ах, я дура, да?
- Да.
- Я дура, да? Да пошел ты!
Чтоб ноги твоей больше здесь не было!
Иди отсюда!
- Вообще не звони мне больше.
Истеричка!
- Все-таки я считаю неправильным
расположение студии Криса
чуть ли не в центре дома.
Мне кажется, по-хорошему,
ее надо перенести в цокольный этаж:
это позволит обеспечить
хорошую звукоизоляцию.
- Да студии вообще, боюсь, не будет,
она под вопросом.
Вон, Крис же уехал.
Думаю, он вряд ли вернется.
- Да куда он денется!
Он без вас - ноль.
- Ну, не думаю,
что и со мной Крис дороже.
Тот же ноль.
А вы знаете, я, честно говоря,
даже рада, что так случилось,
закончилось вот это все...
- Надин!
Я тебя обыскался.
Ты почему трубку не берешь?
Я так сразу и понял, что ты здесь.
Ну прости, я был неправ,
что опустился до разборок с мужланом,
который меня даже недостоин.
Просто все это было так неожиданно!
Это не ревность, нет.
Да и кто он такой?
Мне просто за тебя обидно,
что ты все время подбираешь
всякую шваль.
- Это точно.
- Что? - Ничего.
- Надин, давай все забудем. А?
Все вернем как было.
- Ничего возвращать я не буду.
Зла на тебя не держу,
но и видеть тебя не хочу.
- Как? Подожди, да как ты без меня?
А все твои обещания? А диск?
Да я уже обо всем договорился!
Неужели ты хочешь
загубить мою карьеру?
- Вот теперь свои проблемы
ты будешь решать сам.
Благотворительность идет на пользу
только одаренным
и благодарным людям,
а ты не то и не другое,
так что ступай с богом, мил человек.
- Послушай, ты кто?
Тебе вообще никто тут слова не давал.
Мы с Надин сами разберемся, ясно?
- У тебя как нос-то, зажил?
- Александр Сергеевич
очень правильно все сказал,
я бы точнее не сформулировала.
- А, я теперь понимаю, да.
Но ты еще пожалеешь.
- Спасибо. Уф!
Боюсь, я бы не справилась.
- Обращайтесь. Пойдемте?
- Да, пойдемте.
(Звонок в дверь.)
- Митя, ты?
Что вам нужно?
- Поговорить.
Ты почему меня
в известность не поставила?
Что у вас за странная семейка
такая, а?
Все тишком, молчком,
за спиной у партнеров.
- О чем именно?
- О том, как так получилось,
что твой свекор без жилья остался.
- Да при чем здесь я?
Если он с квартирой лоханулся,
это его проблемы.
- Ты ошибаешься, дорогая моя.
Теперь это для всех проблемы,
и в первую очередь твои.
Ты, вообще, в курсе, что
из-за твоего бездомного родственничка
следствие затеяли?
- В курсе. А мне это чем грозит?
- Рано или поздно и до твоей
фальшивой дарственной доберутся.
Уже добрались!
Потому что ее надо было спрятать
и никому не показывать.
А ты кому ее показала?
- Никому.
- А почему тогда она оказалась
у этой писательницы,
которая сегодня ко мне приходила?
- Я не знаю, какая писательница
к тебе приходила,
но дарственная
у меня в надежном месте. Сейчас...
- Надо же, это она меня что,
на понт взяла?
- Ничего не понимаю. Тут была.
- Ну ясно. Твое дело труба.
Давай собирайся. Поехали!
- Куда?
- Новую дарственную оформлять, дура!
Только теперь на Смирновых.
Может быть, тогда они заткнутся.
- А как же я?
А деньги, которые я тебе заплатила?
- Слушай, Валечка, тебе теперь
не о деньгах надо думать,
а о том, как свою шкуру спасать.
На нарах тебе деньги не понадобятся.
Значит, так: сейчас поедем,
оформим новый договор дарения -
на твоего мужа и его отца
в равных долях, -
а потом ты уедешь отсюда,
и так, чтобы тебя долго искали
и не нашли. Понятно?
- Куда?
- Да куда хочешь. "В деревню,
к тетке, в глушь, в Саратов..." -
в Ендовище твое.
Чтоб духу твоего тут не было!
- Александр Сергеевич,
мне действительно крайне неловко
нагружать вас
еще и своими домашними проблемами.
Вы и так помогаете мне,
столько внимания оказываете.
- Ничего, я даже соскучился
по домашним мужским делам.
- Почему?
- Потому что дома давно не было.
Ладно, давайте посмотрим
этот ваш насос,
но, возможно, его вообще
отремонтировать нельзя -
может, поменять придется.
- Ну...
Пойдемте.
(Звучит пьеса "Лебедь"
Камиля Сен-Санса.)
- Я не хочу видеть жену.
Мы чужие люди.
Нас вообще ничего не связывает.
Я сам заработаю и куплю себе
собственную квартиру,
а она пусть живет как хочет,
ведь мне...
- Что?
- Мне нужна только ты.
- Но это-то тут при чем? Это лишнее.
(Стук входной двери.)
- Опаньки! Уже и ключами разжился.
Ребята, а вы не слишком поторопились?
Ничего, что она еще замужем?
- Вообще-то, я ее брат.
- Брат?
Так мы родственники, получается?
А до сих пор не знакомы.
Я Митя.
- Крис.
- Крис, очень приятно.
Знаешь, давай-ка вали отсюда!
Ее все равно нет.
- А ничего, я ее дождусь:
мне торопиться-то некуда.
(Кричит.)
Ты сдурел, что ли?!
- Коля! Вы что, ополоумели?
(Стонет.)
- Ну что, Надежда Борисовна,
не так все страшно оказалось:
поработает еще ваш насос.
- Слушайте, неужели получилось?
Спасибо вам огромное.
А я вот в знак благодарности
решила обед приготовить.
- Право, не стоило так беспокоиться.
- Что значит не стоило?
Я пирог, между прочим, испекла. Да.
Так что возражения
не принимаются.
Моем руки - и к столу.
- Вы еще и пироги печете?
Даже боюсь спросить,
что еще вы умеете.
- Ох, Александр Сергеевич,
чего я только не умею.
- Я аккуратно.
- Ай!
- Держи.
- Ай!
- Все, лежи.
(Стонет.)
Ну что, все недоразумения улажены.
Теперь ты вернешься?
- Нет, Валя, я нашел работу.
Дают хорошую зарплату,
и я могу сам себе снимать квартиру.
- Что за работа?
- У олигарха местного, у Савченко.
Знаешь такого?
- Ого! И как ты устроился?
- Не имей сто рублей,
а имей сто друзей.
- А как же мы?
Помириться уже не получится?
- Ты же сама прекрасно понимаешь,
что все кончено.
Давай подавать на развод.
- Только ты сам подавай, а я уезжаю.
Квартиру я на вас с отцом
переписала.
Вот дарственная. Синюков заверил.
- Надо же. И что ты хочешь взамен?
- Пустяк. Переговори
со своей подругой.
- С какой подругой?
- Не отпирайся.
Синюков все рассказал.
С писательницей. Так вот, я надеюсь,
что ты с ней поговоришь,
и она посодействует,
чтобы ко мне - никаких претензий.
Ведь у вас с отцом ко мне теперь
никаких претензий быть не может?
- Теперь, наверное, нет.
- А эта твоя...
она всю кашу заварила -
пусть теперь угомонится уже.
- Я поговорю с Глашей. Обещаю.
- Синюков, я только что
из прокуратуры.
В принципе, все не так уж и плохо,
но нужно успокоить эту энтузиастку.
Это и в твоих интересах.
Ах ты решил проблему?
А мне почему-то кажется,
что твои проблемы только начинаются,
поэтому давай поезжай к дяде.
Почему без толку?
Ты и здесь облажался.
Ладно, я сам.
- Ох!
- Коля... - А?
- ...а ты чего пришел-то?
- Да бабуля взъерепенилась,
так что пришлось
от нее временно съехать.
Ох! А у меня ни копейки. Выручишь?
- Коленька, ты до старости
будешь жить за мой счет?
То, что я старше,
заменила тебе родителей,
не дает тебе права думать,
что это будет вечно.
Да и нет у меня денег.
- Валя, ну ты чего?
Ты знаешь, как я тебя люблю.
Ну а деньги-то...
Да деньги всегда можно найти.
Ну, у тебя квартира в собственности,
и ее можно продать.
- Да не продать ее.
И вообще, ведется следствие,
и я хочу уехать,
чтобы меня не привлекли.
- Да кто тебя привлечет?
Кому ты нужна?
- Кому надо, тот и привлечет.
Мне Синюков все рассказал.
Что писательница,
с которой снюхался Митя,
всех на уши подняла,
до Савченко добралась.
И Синюков теперь
ничем помочь не может.
Дядька ему от дома отказал -
племяннику родному, между прочим.
Так что нас с тобой в порошок сотрут,
если захотят.
- Что это за писательница?
И кто ей Савченко?
- Аглая Ермолаева ее зовут.
Кто ей Савченко, не знаю,
но Митю она к нему на работу
устроила.
- Да любовница она! Если олигарх
собственного племянника чморит,
только чтобы ей угодить.
А что, квартиру, значит,
трогать нельзя?
- Да нет квартиры.
Я на Смирновых ее переписала.
И вообще я домой уезжаю.
И тебе советую.
Билеты я уже купила.
(Стонет.)
- Правда, вы так волшебно готовите!
Я давно так вкусно не ел.
- Почему? Ну, потому что...
потому что вам негде жить?
Простите, я просто, ну...
услышала, ведь вы сказали как-то,
что остались без дома.
А как так получилось?
- Так, Надежда Борисовна,
давайте заново знакомиться.
Я тот самый упертый жилец,
который так долго не хотел
освобождать особняк,
теперь принадлежащий вам.
- Постойте, это получается,
что все из-за меня?
Нет, ну хорошо, а почему
вы остались на улице?
Я никогда не поверю, что Руденский
что-то делал за моей спиной.
Это не такой человек,
я его много лет знаю.
И он же не сумасшедший,
чтобы так рисковать.
- Нет-нет, он тут совершенно
ни при чем. Это я сам.
Я почему-то решил,
что ваш риелтор меня обманет,
нашел другого - и вот.
- И вы мне после всего этого
еще помогаете?
Вот после того,
что с вами случилось по моей вине?
- Не по вашей вине, простите,
а по моей глупости.
- Да, Александр Сергеевич,
вы, конечно,
удивительно благородный человек.
Нет, я сознаюсь,
что никогда таких не видела.
Знаете что? Давайте завтра -
слышите меня, завтра! -
я распоряжусь, и вам подберут
несколько вариантов.
Нет, даже не так.
Я сама займусь этим делом.
- Так, спасибо,
Надежда Борисовна, за ужин,
за участие, но...
Спасибо, но нет.
Знаете, я просто, извините,
сам привык решать свои проблемы.
- Папа, у меня потрясающая новость!
В общем, Валя вернула мне квартиру.
Мы с ней разводимся,
и она возвращается к себе на родину.
Да, так что ты можешь заезжать
прямо сейчас.
Ну а что Глаша говорит? По сути,
это все благодаря ей и произошло.
Да здесь она,
вот сидит напротив меня.
Да, улыбается, рада.
Ну еще бы не радоваться, папа!
Мы здесь сколько с тобой?
Месяц ей глаза мозолим, да?
Так что прямо сейчас
давай заезжай туда.
Да никого там нет, папа!
Она вещи собрала:
у нее поезд через 15 минут.
Так, я ничего не хочу слышать.
Давай заезжай,
у нас с тобой теперь есть квартира.
Понял? Пока!
Глаша, ты даже не представляешь,
что для нас сделала.
Квартира - это ладно,
но ты нас с отцом помирила.
Вот сейчас немножко там обустроимся,
порядок наведем -
и ждем тебя в гости.
- В гости? - Угу.
- Конечно, я обязательно приеду.
А-а... Только я не поняла:
ведь квартирное дело
еще не закончено.
- Слушай, да бог с ним!
Вот правильно папа говорит:
не надо тратить свою жизнь
на подлецов.
- А-а. То есть для вас
все завершилось -
вы больше не будете бороться.
Пусть другие тратят свою жизнь
на подлецов, да?
- Погоди, сейчас я... Ты чего?
Если нужна какая-то помощь,
я же всегда...
- Помощь? Спасибо.
Только мне кажется, что мне теперь
от тебя никакая помощь не нужна.
- Да что с тобой происходит?
- Ничего. Можно я пойду поработаю?
(Стук двери.)
Господи, какая же я дура!
(Звонок телефона.)
Алло.
- Добрый вечер.
Моя фамилия Руденский.
Надеюсь, вам не нужно объяснять,
что пришло время встретиться
и поговорить?
Замечательно, прекрасно.
Поверьте, эта встреча
и в ваших интересах.
Да, давайте встретимся
на углу сквера.
Мы приедем с нотариусом вместе
и потом решим, где мы поговорим.
Скажем так, часиков в шестнадцать.
Замечательно. До свидания.
- Ты что, свихнулся?
Зачем так подставляться?
И вообще, при чем тут я?
Зачем ты меня втягиваешь?
Поезжай сам.
Или пусть, вон, едет твоя Зинаида.
- Я с этой дрянью, Зинкой,
больше никаких дел иметь не хочу.
Хотя...


Серия 4

- Во-первых, Зина,
не вздумай мне хамить,
иначе своих денег ты не увидишь.
Во-вторых, пока идет следствие,
мы с тобой - в одной лодке, поэтому
грести нужно в одном направлении,
иначе не выплывем. Ты меня поняла?
- Поняла.
Ну рассказывай,
что я должна сделать
и сколько ты мне за это заплатишь.
- Сейчас посчитаем.
- Давай.
- Мне нужно договориться
со следователем,
чтобы он сдал дело в архив.
Это будет стоить.
Но главное - заткнуть
эту писательницу,
иначе дело тихо-мирно
закрыть не получится:
она эту кашу заварила.
- Ну а как ее заткнуть-то?
- Деньгами.
- Ха! У нее Савченко в любовниках -
ей эти деньги...
- Зиночка, как показывает твой опыт,
много денег не бывает.
Я ведь тоже думал,
что ты ни в чем не нуждаешься,
а ты меня обокрала втихаря.
Это твое счастье,
что ты мне нужна очень,
иначе бы ты так легко не отделалась.
- Так, давай наконец рассказывай,
что я должна делать.
- Для начала припугнем ее,
а потом пообещаем денег.
- И сколько предлагать?
- Я думаю, в пределах той суммы,
которую ты выручила
за сделку с Николаевыми.
- Встреча с Руденским через 2 часа.
- Не нравится мне все это.
Зачем Руденскому эта встреча?
Ну сама подумай.
Он тебя купить хочет? Или пригрозить?
Это фактически доказательство
его вины -
зачем ему так подставляться?
- Не знаю. Пойду послушаю.
- Давай я с тобой пойду.
А лучше знаешь что?
Давай Вите позвоним.
- Нет, Даша, Виктора не надо:
вдруг Руденский что-то заподозрит,
и я от него ничего не добьюсь.
Ну, потяну время,
если начнет что-то предлагать,
скажу, что мне надо все обдумать.
Вот тогда и Виктора можно подключить.
- Ладно, хорошо,
вот сейчас Витю не надо.
Но меня-то Руденский не знает -
буду рядом прогуливаться.
- Аглая, не пугайтесь. Не пугайтесь.
Помните, вы ко мне приходили?
Ну, это я Зинаида.
- А, да.
- Знаете, я хочу вас предупредить:
пожалуйста, не связывайтесь
с Руденским.
Да, это мой муж...
ну, гражданский, не важно.
Важно то, что Руденский -
очень страшный человек.
Вы знаете, он сейчас
как раз встречается со следователем
и хочет замять это дело.
А поскольку инициатором этого дела
являетесь вы,
то он ни перед чем не остановится,
чтобы избавиться от вас.
- Подождите, он подослал вас,
чтобы вы меня запугали, да?
- Да вы что!
Вы что, я сама его боюсь.
А больше всего я боюсь
попасть за решетку.
Послушайте, у меня есть
одна очень хорошая идея.
Те деньги, которые остались
от продажи квартиры -
ну, которую потом Смирнову продали, -
лежат у меня на счету.
Давайте так: я вам их отдаю,
и Смирнов покупает себе
новую квартиру,
а я больше никогда не буду
иметь никаких дел с Руденским.
Вот пусть сам выкручивается
как хочет. А?
- Надо же, неожиданно.
- Если вы согласитесь,
вы спасете меня.
Пожалуйста, только не встречайтесь
с Руденским.
- Хорошо, я подумаю.
- Нет, я вас очень прошу, пожалуйста,
не встречайтесь с Руденским
и не сдавайте меня.
- Нет-нет. Конечно!
А если он позвонит, я скажу,
что сегодня встретиться не смогу. Да?
Сошлюсь на обстоятельства.
- Да.
Да, послушайте...
На всякий случай, если что,
это мой номер телефона.
Вы мне позвоните, ладно?
- Да.
- Спасибо вам. Спасибо!
- Это неожиданный поворот.
Но соблазн, конечно, велик.
А что, Смирнов забирает
деньги, покупает себе квартиру...
Или не покупает,
ему же есть где жить.
Справедливость торжествует.
Только злодеи -
они уходят от возмездия.
- Вот именно.
- Опять-таки Зинаида...
Она меня предупредила,
а я что, ее кину?
- Слушай, вот эта Зинаида
должна была идти не к тебе,
а к следователям.
- Ну тут ее можно понять, знаешь,
она испугалась.
По ее словам, она даже
не может себе представить,
что за ней может числиться
из-за Руденского.
Ну, я не знаю, мне надо
с кем-то посоветоваться.
У меня уже голова кругом.
- Я так понимаю, с Митей?
Ищешь повод помириться?
- Да ничего я не ищу.
Просто к Смирнову
с этим идти бесполезно.
Опять встанет в позу, скажет,
мне не нужны эти ваши подачки.
А Митя... Да, вот Митя
как раз в этом заинтересован.
- Ну да.
- Ну не все так плохо.
Я получу деньги от Руденского,
и мы, как планировали,
уедем куда-нибудь на юг.
Главное, чтобы эта Аглая
не выкинула какой-нибудь фортель.
- Какой юг?!
И что мы там будем делать?
А жить где?
- Ну Руденский вернет деньги -
и мы что-нибудь купим.
- Вот именно "что-нибудь".
Какую-нибудь собачью
конуру мы на эти деньги купим.
Или халупу в каком-нибудь селе.
И вообще, как ты представляешь,
что я там буду делать?
- Ну то же самое, что ты делал
в своих Ендовищах: работать будешь.
На, ешь.
- Кем? Трактористом?
А петь?
Кому и где я там буду петь?
- Дома - мне после работы.
Слушай, хватит ныть, а!
Это тоже не то, о чем я мечтала.
Но у нас сейчас с тобой такие
обстоятельства, ну что поделать.
- Это вообще дурацкий вариант.
- А у тебя есть лучше?
- Думаю, да.
Нужно деньги, которые
вернет Руденский, использовать.
- Это как?
- Кажется, я кое-что придумал.
- Митя, как думаешь,
какой галстук лучше?
- Вот этот.
- Ну нет, это какой-то кричащий.
- Папа, да возьми любой.
- Да что ты киснешь?
Ну ты же мужик, в конце концов.
Неужели так сложно
просто пойти поговорить?
- Да?
Вот у тебя все хорошо,
слава богу, вот и не лезь, а?
- Что у меня хорошо?
Как у меня может быть все хорошо,
когда мой сын ведет себя
как последняя институтка?!
- Да что ты такое говоришь! А сам?
Делаешь вид, что горишь там,
на работе,
что весь такой принципиальный:
"Подачек нам не надо!"
А тут первая попавшаяся
подвернулась - и все,
крылья расправил, хвост распушил!
- Ты не смей так
со мной разговаривать!
- А то что?
(Звонит телефон.)
Алло!
- Привет, Митя!
- Привет.
- В общем, тут такое дело...
Мне с тобой кое о чем
посоветоваться надо.
Лучше не по телефону.
- Не вопрос, давай приеду. Ты дома?
- Да.
- Жди, я сейчас буду. Давай.
Папа, ты... Папа, ты не обижайся, а?
Я не хотел, правда.
Я не хотел тебя обидеть, папа.
Вот, бери вот этот.
Отличный!
Я с удовольствием познакомлюсь
с твоей пассией.
- Какой пассией?
- Я думаю, что все же нужно
встретиться с этим Руденским.
- Ну зачем? Если все,
что сказала Зинаида, правда,
то от него лучше держаться подальше.
- А если мы встретимся с ним
в каком-нибудь публичном месте,
что он мне может сделать?
Тем более ты можешь подстраховать
меня где-нибудь неподалеку.
- Знаешь, какой момент меня смущает?
Ты не пришла к нему на встречу,
а он тебе даже не перезвонил.
А что если он специально
подослал эту Зинаиду?
- Ну и что? Если это план Руденского,
то тогда и он сам
предложил бы мне деньги,
как это сделала Зинаида. Так?
- Не знаю. Стоп!
Руденский назначил место встречи.
- Ну да.
- Вот. Если у него был
какой-то план и он провалился,
потому что ты в условленное место
не явилась, то он сейчас, получается,
выигрывает время,
чтобы придумать новый план.
- Вот скажи, почему ты
отметаешь все, что я предлагаю, а?
Ну вот почему?
Это у вас с отцом
какая-то семейная черта -
отрицать все, что предлагают
другие люди, просто из принципа?
- Да при чем здесь отец,
при чем здесь принципы?
Я же за тебя беспокоюсь.
- Да чего ты за меня беспокоишься-то?
Ты же уже сказал, что не собираешься
тратить свою жизнь
на борьбу с подлецами.
Извини, я как-то не подумала,
что ты мне в этом деле не советчик.
И не помощник тем более.
Так что прости, что побеспокоила.
А мне надо идти уже.
- Куда ты?
- К Синюкову. Он точно знает,
где находится Руденский.
- Никуда ты не пойдешь.
- Да почему ты за меня все решаешь?!
- Да потому что!
- Я ума не приложу,
Александр Сергеевич,
но как же мне вас отблагодарить, а?
- За что?
- Ну как за что? За все.
За все то хорошее,
что вы для меня сделали:
и за помощь, и за поддержку, и...
И, главное, за то,
что зла на меня не держите.
- Надежда Борисовна, вы же обещали.
Ну мне правда крайне неприятно
вспоминать все те обстоятельства.
- Я понимаю. Простите еще раз.
Да, я все, больше ни слова.
Но я тоже помню свое другое обещание.
- Какое?
- Ну что у вас обязательно
будет своя квартира.
- К счастью, она у меня уже есть.
Жена сына подала на развод и обратно
передарила их квартиру мне и Мите.
Поэтому я вас прошу
о первом обещании помнить,
а про второе забыть.
- Знаете, у меня по жизни принцип:
обещал - умри, но сделай.
- Надежда Борисовна,
у меня тоже есть принципы,
поэтому спасибо, не нужно.
Я не хочу себя чувствовать обязанным,
вернее, облагодетельствованным.
Вы совершенно не виноваты
в происшедшем,
поэтому делать такие дорогие
подарки совершенно ни к чему.
- Наверное, вы правы.
- Ну, вот и хорошо.
Я пошел?
- Александр Сергеевич!
Ой, подождите.
Вы знаете, я тут подумала...
Погода хорошая,
может быть, прогуляемся,
если у вас, конечно,
есть время и вы согласны.
- Вот, с удовольствием.
- А я ведь лет сто уже так не гуляла.
Нет, правда, постоянно
летишь куда-то, несешься,
а ведь как приятно
просто идти, дышать,
смотреть по сторонам.
Прямо как в детстве.
- Да, мы с Митей
любили гулять в эту пору.
По вечерам все вокруг как в сказке.
- Да.
- Я вот только сейчас с вами
как-то сформулировал для себя,
почему я так злился на Митю.
- Ну, я надеюсь, теперь-то
вы с ним уже насовсем помирились?
- Да. И опять-таки забавно:
помогла нам в этом
моя бывшая ученица.
Она в школе влюбилась в меня
и просто житья мне не давала.
- Ну я-то ее понимаю.
Да в вас просто невозможно
не влюбиться.
- Глаша!
- Ты почему не на работе?
- Не могу работать, думаю
постоянно про тебя: где ты, что ты?
Что сказал Виктор?
- Все просто:
я встречаюсь с Зинаидой,
беру у нее деньги
и пытаюсь как-то разговорить ее
про Руденского.
- И все? Точно?
- Точно.
- Хорошо.
- Не вздумай ничего говорить.
Я вся в жучках, не хочу,
чтобы нас подслушивали.
- Ой, а я уж решила,
что вы передумали.
- А вы на машине?
- Нет, я так, пешком.
- Я просто думала,
что вы хотите пересчитать,
в машине было бы удобней.
- Да вы что, я вам верю.
А что Руденский?
Вы с ним виделись или он звонил?
- Подождите, а вы что,
встречались с ним, да?
Он где-то здесь, да?
- Нет, нет, вы что!
Просто вы так его описали:
прямо акула.
А он даже не перезвонил.
Я подумала:
может, вам что-то известно.
- Да нет.
Слушайте, знаете, с меня хватит.
Я билет уже купила,
прямо сейчас еду на вокзал.
Знаете, я хочу забыть
все как страшный сон.
Спасибо вам!
- До свидания.
- До свидания.
- Ну не удалось мне ее разболтать.
Заладила свое: он страшный человек,
не хочу иметь с ним ничего общего.
- Кукла.
- А вот теперь я
вообще ничего не понимаю.
Зачем было весь этот
огород городить тогда?
И теперь, ну по логике
вещей, я как на них разозлюсь
и как начну еще больше
всех на них натравливать!
Да?
Витя, ну чего ты молчишь?
(Сигнал сообщения.)
- О! Начальство приглашает.
Дождись меня здесь.
Заодно доложу,
что тебе предлагали откупные.
- Я выяснил:
оказывается, следователь Ковалев -
одноклассник Ермолаевой.
Я просто уверен, что они
эту схему вместе придумали.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Разрешите?
- Заходи-заходи, Ковалев.
Садись.
Рассказывай.
- Что именно?
- Вот гражданин Руденский уверяет,
что на него
через его гражданскую супругу
вышла твоя одноклассница Ермолаева,
которая, насколько я помню,
и спровоцировала расследование
по якобы имевшим место
квартирным махинациям.
- Ну не якобы, а имевшим.
И не Ермолаева вышла на гражданина
Руденского, а он ей позвонил.
А на назначенную встречу не явился,
а прислал вместо себя
как раз свою сожительницу.
- Позвольте, позвольте,
это именно Ермолаева
настаивала на встрече.
Как потом выяснилось,
с целью вымогательства.
Она сказала, что следователь
за деньги может закрыть дело.
Ну мы вынуждены были согласиться.
Я все зафиксировал
на камеру, вы все видели.
- Что скажешь?
- Это ведь тот самый пакет,
который на фотографиях, верно?
- Да-да, это тот пакет.
Супруга с ним отправилась
на встречу. Там деньги.
- И как ты объяснишь,
почему этот пакет
уже через час после встречи
оказался у тебя?
- А потому что встреча происходила
под нашим наблюдением.
На Ермолаевой был жучок.
Что касается взятки...
Вот она вся.
- Зинка, сука!
- Да, видели бы вы
физиономию Руденского,
когда он понял, что Зинаида
его не просто прокинула,
а еще и подставила.
- Поделом ему!
- То есть дело опять отдали тебе?
- Да.
Руденский под подпиской о невыезде,
Синюков под домашним арестом,
а Вакуленко в понедельник
вызвали для дачи показаний.
- Ну в таком случае
в выходные мы с отцом
всех вас приглашаем в гости.
Хотим проставиться за все,
что вы для нас сделали.
- Это все Аглая.
- Ой!
- В очередной раз созвала
"комитет спасения".
- Что такое "комитет спасения"?
- Да мы еще в школе его создали.
Это когда надо навалиться
всем миром и решить чью-то проблему.
Только проблема-то так и не решена.
- Ты не переживай, у отца в любом
случае сейчас голова занята другим.
Он собирается представить
нам свою новую знакомую.
Там, похоже, роман.
- У Александра Сергеевича?
- Да?!
- Да ладно!
- И вы ни за что не догадаетесь,
кто избранница.
- Ну-ка?..
- Ну!
- Готовы?
- Да.
- Краснова.
- Ого!
- А вот это уже поворот сюжета.
Спорим, что ты в своей книге сто
процентов до такого не догадалась бы?
- Вообще нет.
- Ну что, за любовь?
- Тост.
- Слушай, ну и натащили!
Никогда не съесть нам, правда.
- Ага.
- Ой, а что это такое интересненькое?
- А это мой фирменный салат.
Хотите попробовать?
- Оригинальный, да.
- Да?
- Я потом обязательно рецепт запишу.
- Обязательно.
А вот Александр Сергеевич
считает, что я никудышная хозяйка.
- Я беру свои слова обратно.
- То-то же!
Ах!
- Что?
- Ну я так и знала!
Мы тортик забыли купить.
Я сейчас.
- Тортик.
- Надо же, кто бы мог подумать!
Покладистей стала, готовить начала.
- Ну так это же все
из-за твоего Мити.
Женщина, знаешь, горы может свернуть,
когда она влюблена.
- Мужчина тоже.
Я кстати хотел...
Нет, ничего, это не сейчас.
Я, пожалуй, пойду
Мите помогу стол раздвинуть.
- Все, я побежала за тортиком,
а ты иди на кухню
и мясо замаринуй, понял?
Ну скоро Даша с Витей приедут,
а у нас вообще ничего не готово,
кроме салата.
- Слушаюсь и повинуюсь.
- Да?
Да иди!
- Ах! А-а!
- Тихо!
Тихо, сказал! В машину лезь.
Я сказал, в машину!
(Звонок в дверь.)
- Привет! А вот и мы.
Витя сейчас поднимется.
Он никак не может
припарковаться у вас во дворе.
Что-то случилось?
А где Глаша?
Так, дай я угадаю с первого раза.
Вы опять поругались, и ты надеялся,
что это она вернулась?
- Я правда надеялся, что это она,
но мы не ругались.
Вышла за тортом минут 40 назад -
и нет.
И на звонки не отвечает.
- Кто на что не отвечает?
- Здрасте.
- Здрасте.
- Аглая трубку не берет.
- Странно, магазин через дорогу.
- Может, она в другой пошла?
Что вы так разволновались?
- Даша, ты, наверное, проходи.
Я пойду ее поищу.
- Давай.
А я тортик принесла.
- Вина?
- С удовольствием.
Может, вам помочь?
- Да что вы, мы уже все приготовили.
- Все так вкусно.
- Извините, пожалуйста,
можно я вас отвлеку на секунду?
- Угу.
- Случайно, не видели эту девушку?
- Да, видела. Я как раз выходила,
а ее парень какой-то
в машину запихивал.
- А что за парень?
- Поссорились как будто бы.
Да здоровый такой! Я еще подумала:
может быть, полицию вызвать?
Но она молчала, и я подумала:
влезу - сама же
еще и виновата окажусь.
- А номер машины вы не запомнили?
- Нет, как-то не догадалась
посмотреть.
- Спасибо.
(Сдавленный крик.)
- Да не кипишуй ты.
Будешь себя хорошо вести - отпустим.
Сейчас только любовнику счет выкатим.
Разверни ее:
у нее - по отпечатку пальца.
(Звуковой сигнал разблокировки
телефона.)
Теперь хорошо.
Сейчас найдем его номерочек.
Что стоишь? Давай пакуй ее.
(Сдавленный крик.)
- Пошли.
Посиди пока тут. И без глупостей!
Еще раз долбанешь - я тебя успокою!
- Вот нашел: Савченко.
Господин Савченко?
У нас к вам предложение,
от которого вы не сможете отказаться.
- Ничего не понимаю.
Звонил какой-то идиот -
требует выкуп... за мою любовницу.
- Боже, какая прелестная новость!
У тебя есть любовница?
- Я бы с тобой вместе повеселился,
если бы он не сказал,
что, если я не соглашусь,
он ее прикончит.
- Он ее что?
- Прикончит.
- Паша, ты с ума сошел!
Ну просто какая-то дурацкая шутка.
А ну-ка, покажи номер.
Три девятки на конце.
Что-то очень знакомое.
Сейчас проверю. На.
Боже мой! Паша, это номер Аглаи.
- А если он откажется от выкупа?
- Не откажется.
Если бы Зинка была не уверена,
не стала бы платить таких денег:
она баба ушлая.
- Не нравится мне все это.
Да черт с ним, с этим выкупом,
пусть Зинка его сама забирает.
А мы свое получим за то,
что эту бабу отловили, и свалим.
- Ты идиот? Сам-то сравни:
Зинка платит миллион -
олигарх выкатит десять.
Разницу чувствуешь?
- Разницу я чувствую.
Так - по полмиллиона,
а если Савченко полицию подключит,
то и пожизненно загреметь можно.
- Да заткнись ты: накаркаешь!
Ладно, давай так:
если что почуем - сразу сваливаем.
Задаток Зинка уже выплатила -
обойдемся этой суммой.
- Тут Зинка нас и сдаст:
мы же ее, считай, кинули.
Да и с бабой этой...
Бабу-то чего? Отпускать?
- Нет, бабу эту при любом раскладе
мочить надо: она же нас видела.
- Ба, два часа ночи - есть хочется.
Я когда нервничаю, аппетит страшный.
- Гришка, иди на кухню -
ешь там что хочешь.
А то мелькаешь тут -
только на нервы действуешь.
- Виктор, ну что мы сидим?
Ну что-то же надо делать!
- Что нужно - все делается.
- Моя служба безопасности
пробила последний звонок,
выяснила, что он шел из зоны,
где сразу три вышки.
- И? Что это за зона?
- Это где-то вот
здесь приблизительно.
- Так, это... Это Жуковка?
- Угу.
- Ну и почему мы сидим?
Почему мы не там?
- Ну а смысл?
Позвонить могли откуда угодно,
по дороге из машины могли позвонить.
- И что? Просто сидеть здесь и ждать?
- Да, сидеть и ждать.
Бандитам сообщили, что деньги готовы.
Значит, сидеть и ждать,
пока они назначат встречу.
- Да что ж такое-то, а?
У меня уже нервы не выдерживают!
Почему они не звонят-то, а?
- Да потому что
не надо было им денег давать.
Сделали бы дело сначала -
потом получили бы гонорар.
А сейчас они и кинуть могут.
- Да?!
Они без аванса не соглашались!
- Ну послала бы их тогда.
- Послала? А кто бы девку крал? Ты?
Вот сидишь на кровати и что-то там
бубнишь - и толку от тебя никакого!
- Зина, да ты чего?
- Ничего!
- Да успокойся ты! Иди сюда.
- Да отстань!
- Успокойся, не нервничай ты.
Наверняка они утром позвонят.
- Да?
- Да.
(Тревожная музыка.)
- Паша, 5 утра.
Ну ты же не спал всю ночь.
Пойдем, я кофе сварила.
- Знаешь, зарядка меня лучше бодрит.
Хотя, пожалуй, от кофе не откажусь.
(Звонок телефона.)
Да.
- Ну что, деньги приготовил?
- Да, приготовил.
- Тогда слушай внимательно.
Через полчаса в городском парке
оставишь сумку с деньгами:
пятая скамейка, боковая аллея.
Запомнил?
- Боковая аллея, пятая скамейка.
- Потом идешь на парковку,
сидишь и ждешь СМС
с адресом, где искать свою бабу.
Все запомнил?
Успеешь за полчаса?
- Да, парк рядом.
Буди Виктора, я выезжаю,
времени мало.
- Ну ты как думаешь:
один приедет или хвост приведет?
- Вряд ли.
Мы ему времени в обрез дали.
У него тоже своя служба
безопасности имеется.
- Да хватит мне нервы делать!
Без тебя тошно!
Лучше делом займись:
олигарх через полчаса будет здесь.
Давай, как определились:
езжай кончай писательницу.
Встречаемся на заправке,
на выезде из города.
- Слушай, может, ну ее? Отпустим, а?
- Вот идиота кусок!
Она же нас видела.
Езжай, пока я тебя сам не прикончил.
- Доброе утро!
- Доброе утро, Дашенька!
А где Митя?
- Не знаю.
Заглянула к нему в комнату - его нет.
Я думала, он тут, вам помогает.
- Нет.
- Павел Алексеевич, не рискуем.
Время раннее, парковка пустая,
парк тоже пустой -
незамеченным не проскочишь.
Одна надежда на маячок.
Надеюсь, что они его не обнаружат.
- Надо же как Следственный комитет
быстро работает.
- Это не Следственный комитет -
это одноклассник наш,
Борька Сергачев, ночью привез.
У них фирма трекерами занимается -
вот пригодился опытный образец.
Я, как только установлю
маршрут похитителей,
сразу же вызову группу захвата.
Ребята уже готовы, ждут команды.
(Тревожная музыка.)
(Лязг дверного замка.)
- Может, вы скажите наконец,
что вам от меня надо?
- Извини, подруга, по-другому никак.
Ты же нас видела.
- Вы с ума сошли?!
Я вас не видела. Я никому не скажу!
Нет!
Витя!
- Глаша, беги!
Беги скорее!
- Виктор, он клюнул.
(Жизнеутверждающая музыка.)
- Паша, я тебя очень прошу, позвони,
как только вы найдете Аглаю. Да.
- Да, Александр Сергеевич, нашли,
где похитители держат Аглаю.
Ну конечно. Сразу позвоню.
- Борька, ты гений!
Витька их отследил, твоя штукенция
работает - едут их брать.
- Павел Алексеевич,
спасибо вам огромное.
Ваши ребята нам очень сильно помогли.
- Самое главное -
все хорошо закончилось.
- Ну да.
- Все целы и невредимы.
- Не болит?
- Да... Пустяк, царапина.
Глаша?
- А?
- Выходи за меня замуж.
(Звучит свадебный марш
Ф. Мендельсона.)
- Так, стоп! Что за ерунда?!
(Музыка обрывается.)
- Почему ерунда?
- А почему книга
должна заканчиваться свадьбой?
Это же детектив. Финал детектива -
это погоня, перестрелка,
поимка преступника, суд, возмездие,
торжество справедливости,
в конце концов!
Должен же читатель понимать,
кого и как наказали.
- Это вам, мальчикам, важно,
кого и как наказали.
А для нас, девочек, важнее, чтобы
у главных героев жизнь сложилась.
Поэтому свадьба!
И вообще, я писатель!
Какой хочу финал - такой и придумаю.
- Никто не спорит, ты писатель.
Писатель...
- Я писатель...
- Давай-ка бросай свой книжный финал,
все эти свадьбы: нас, похоже,
ждет настоящая помолвка.
Да, звонил отец -
какой-то очень торжественный -
и сообщил, что они с Красновой
всех нас собирают
в ее загородном доме.
- Привет!
- Привет-привет!
- Поверить не могу, что
Александр Сергеевич на это решился.
- А он и не решался: Краснова
сама сделала ему предложение.
- Да?!
- Говорит, от него не дождешься.
- А что Александр Сергеевич?
Он же не выносит,
когда за него что-то решают.
- Ты знаешь, мне кажется,
вот сейчас он в первый раз в жизни
счастлив,
что кто-то что-то наконец-то
за него решил.
Пойдем?
Здравствуйте!
- Привет!
- Здорово!
- Привет!
- Привет!
- Девочки, вы такие красивые,
с ума сойти!
- Привет! Дай я тебя поцелую!
- Привет!
- А мне ты не хочешь
сделать комплимент,
тактичный ты наш?
- Бабуль, ты у нас вообще звезда!
Тебя можно хоть сейчас
замуж отдавать.
- Поздно: она уже замужем.
- Что ты?!
- А ты что, не рассказала?
- Нет.
- Ребята, мы с Лизой расписались.
- Поздравляем!
- Поздравляю!
- Спасибо! Вот и кончилось
мое одиночество.
Теперь уже навсегда.
- Ну вот!
А зачем я у тебя ремонт затеял?
- Ой!
- А свадьба?
Вы чего, зажали свадьбу?
- Свадьба будет.
- И, по-моему, не только у нас.
- Так-так-так!
- О-о-о!
- Дорогие друзья, пользуясь случаем,
хотим с Александром Сергеевичем -
с Сашей - пригласить вас
на нашу свадьбу.
- О-о-о! Ура!
- Поздравляем!
- Поздравляем! Ура-а-а!
- Спасибо-спасибо!
Это все потом, потом. А сейчас...
Сейчас я предлагаю
переместиться вон туда:
на наше семейное барбекю.
- С удовольствием!
- Прошу к столу! Ну...
- Все-таки ты права: свадьба -
это самый правильный финал.
- Идите к нам.
- Ну тогда что: "Ура!"?
- Ура-а-а! Горько! Горько!
- Это нам.
- Нам?
- Да.
- Раз, два, три...
- Ура!
- Я тебя люблю.
 

////////////////////////////