Кардиограмма - казахский драматический фильм 1995 года, сценарий и
режиссер Дарежан Омирбаев. Фильм был включен в основной конкурс 52-го
Венецианского кинофестиваля и получил премию CICT/ЮНЕСКО «Энрико
Фульчиньони».
Все фразы и цитаты
КАРДИОГРАММА
- Эй, бензина и так мало.
Будем тратить его на то, что смотреть
на голых русских баб?
- Жасулан, что случилось?
Голова болит?
Или кто-то обидел?
Жасулан, открой глаза.
Рассвело уже, Жасулан.
Вставай, автобус нас ждать не будет.
Без нас уедет, вставай уже.
Жасулан, вставай!
Раз сказали встань, надо встать!
Скоро автобус приедет.
Жасулан! Не похож ты на мальчика,
который собирается в Алмату!
Чего не встаешь? Автобус уедет!
Посмотрите на этого бесстыдника!
Не может встать, когда просят!
Вставай и умой лицо!
Какой соня!
Вставай и умывайся!
Давай выпьем с тобой по кружке молока.
Вставай, дорогой.
Отоспишься в автобусе, вставай.
Чего ты на него обижаешься?
Сам же понимаешь.
Если смотреть с утра до вечера телевизор,
никакого бензина не хватит.
Прав ведь отец?
- Автобус едет.
- Где? Ничего не видно.
- Смотри лучше, вон же едет.
- А, теперь увидела.
- Почему все эти столбы кривые?
- С этой стороны обычно дует сильный ветер.
Вот ветер и погнул их.
- Неужели ветер может погнул столб?
- А почему нет? Если каждый день дует -
все что угодно погнуть.
- Командир, до Алматы не возьмешь?
- Садись!
- Девушка, а можно поинтересоваться,
что у вас за журнал?
- Журнал мод.
- А вы не могли бы сказать,
что сейчас модно?
- Смотрите.
- Ну, я думаю, джинсы, наверное?
- Ну, не знаю.
Это модели знают.
- Жанна! Жанна?
Сзади никого нет, может пойдем
музыку послушаем?
- Пошли.
- Ой, не говори!
- Какие колесики!
- Эй!
- Сначала у него была ангина.
Потом были осложнения, перешло
в болезнь сердца.
Мы целый день со скотом.
Может не лечили вовремя,
может какие-то другие причины.
- А вы знаете, почему у нас, у казахов
дети часто страдают болезнями сердца?
Мы их слишком любим.
- Вы думаете, так бывает, если любишь?
- Понятно, а где вы купили
нашу путевку?
- В нашей областной центральной больнице
работает мой брат.
Вот он нашел.
Сказал, что возле Алматы есть санаторий.
- А мальчик говорит по-русски?
Ведь у нас тут в основном городские дети.
- Ой, вы что?
Откуда ему знать русский?
Мы видим русских только по телевизору.
- Все понятно.
- Ну хорошо,
мальчик русскому языку научится.
Моторчик мы ему подремонтируем.
Сегодня у нас первое число.
То 31-го числа обязательно
забрать мальчика.
- Ну как, сынок?
Потерпишь один месяц?
- Ну, ты что, старик?
Не раскисай.
- Ну оставляю тебя на волю Богу.
Что еще сказать?
- У кого шестерка?
- Эй, у кого?
- Вон, у Бауыра шестерка.
- Он по жизни шестерка!
- Эй, пацан, иди сюда?
Ты новенький что ли?
Смотри, я тебе сейчас фокус покажу.
У меня из глаз дым выйдет, смотри на глаза.
- Ай!
- Ха-ха, ништяк!
- Что, кто заходит?
- Дальше, давай!
- Давай, кто там бьет?
- Эй!
- У кого шестерка? Бей!
- Давай отбивайся!
- Дежурный отряд, поторапливайтесь!
Алмас, на четвертый стол еще три каши!
- Девочка, хочешь прокатиться
на моей телеге?
- Нет, лучше я сама дойду.
- Ты новенькая, да?
Откуда ты?
- Не твое дело.
- Что, нравится девчонка?
- Ничего, она что, новенькая?
А то я здесь ее раньше не видел.
- Да, она вчера вечером из Караганды
приехала, я уже с ней знаком.
Хочешь, тебя познакомлю?
- Хочу.
- Ну пойдем тогда.
- Пошли.
- Ой, привет, Алтынай! Как дела?
- Привет, нормально. А у тебя?
- Как тебе здесь, понравилось?
- Неплохо, только вечером оказывается
здесь холодно.
Если бы знала, то привезла бы с собой
побольше теплых вещей.
- А в горах всегда вечером холодно.
А, кстати, познакомься.
Это мой друг Алмас.
- Алмас.
- Очень приятно, Алтынай.
А во сколько сегодня ужин?
- В семь часов.
- Спасибо.
- Дежурный отряд, заканчивайте!
Я запускаю!
- Пацан, ты с какого отряда?
- А он по-русски не понимает,
он из ауыла приехал.
- А, понятно. Ну тогда...
Вот сюда садись.
- Знаешь, Сергей, я учился в пяти школах.
Сначала в 136-ой, потом в 128-ой,
потом в 146-ой, потом в 147-ой.
А сейчас я учусь в 128-ой обратно.
- Меня зовут Ильяс, а тебя?
- Я Жасулан.
- А ты откуда приехал?
- С Базарбая.
- Базарбай это кто?
— Это наш ауыл.
В Кызылординской области.
- Интересно. Ладно, буду звать тебя
теперь Базарбаем.
- Откуда ты знаешь казахский?
- А меня летом бабушка научила.
Базарбай, видишь вон тех двух мальчиков?
Это Чинга и Баур, братья.
Они - атаманы этого санатория.
Держись от них подальше.
А этот мальчик, тот что читает книжку -
лунатик.
- Лунатик это что?
- Лунатик ночью во сне встает и ходит.
Если разбудишь его в то время,
когда ходит - он умрет.
- Сергей, ты можешь вот так вот сделать?
- Камень лежит у жасмина.
Под этим камнем клад.
Отец стоит на дорожке.
Белый-белый день.
Никогда я не был счастливей,
чем тогда.
Никогда я не был счастливей,
чем тогда.
Вернуться туда невозможно,
рассказать нельзя.
Как был переполнен блаженством
этот райский сад.
- Тебе что, мальчик?
А, ногу поранил, да?
Ну заходи.
Все, придешь на перевязку
через два дня, понял?
Встречаемся мы часто за Тоболом.
В лесу, в траве осенней и лежим,
и не шумим.
Я так же чист с тобою,
как наш Тобол, впадающий в Ишим.
С деревьев красные сползают ливни, трава
в багровой лиственной крови,
ты навсегда запомни - как счастливо
глядел на нас кузнечик из травы.
В моем лесу ничто не враждовало,
скользили блики света по траве,
и по руке твоей, как по тропе, шла
муравьиха, и ушла, пропала.
Все птицы пели что-то без названья,
за всеми кленами молчал Тобол.
Что было бы, не будь его? Не знаю.
Что было бы, не будь меня с тобой?
Ты что сидишь? Иди.
- А, Ильяс, ты. Я-то подумал, кто это.
- Базарбай, что у тебя с ногой?
- Да вот играл в футбол и упал.
Вот пошел в медпункт перевязал.
- Базарбай, если я тебе покажу кое-что,
ты никому не расскажешь?
- Не скажу, а что это?
- Пойдем.
Эту дырку я нашел только вчера.
Пока что про нее никто кроме нас не знает.
Теперь смотри.
- Девочка, ты откуда приехала?
- Из Караганды.
- Там холодно?
- Да, там холоднее, чем здесь.
А вы там были?
- Не-а.
- Мария Сергеевна, здесь нет этого.
- Посмотри эту книгу, она лично моя.
Можешь себе оставить.
- Пойдемте, тут все спят.
- Давай сюда.
- Лунатик, его лучше не трогать.
- А этот? Спит.
Пойдем туда.
Этот, кажется, спит.
- Помогите.
- Замолчите, уроды!
Тихо!
- Ребята, а что вы тут делаете?
- Тс-с! Сейчас он обоссытся!
— Вот садисты.
- Жасулан?
Жасулан!
- Мама!
Мама, подожди! Я сейчас приду!
- О, ништяк! Поплыл!
- У меня остатки от ангины.
А у тебя что?
- А у меня пролапс митрального клапана.
- Кошмар, а это опасно?
- Да нет, это звучит так страшно.
А так жить можно.
- Быстрее, бегите сюда!
Я вам места тут заняла!
- Да идем-идем!
- Если бы ты только знала, Жанар!
Я же на все готов для тебя?
А сейчас возьму и пройду мимо
самой злой собаки!
Перед носом у нее пройду,
да еще и промяукаю!
А если укусит, ну и пускай!
Так мне и надо!
- Привет от передовых коневодов!
Что ты здесь возишься,
в этой грязной луже?
Едем на рыбалку!
Вот я нашел местечко - во!
А рыба там - во! Ну?
- Закончил первый медицинский.
Два года отбарабанил в Актюбинске
в областной больнице.
Потом ординатура в Алмате.
Потом... Тебе что надо, мальчик?
- Он на перевязку пришел.
Проходи, садись.
Это правда, что вы когда-то
играли в футбол?
- Да, я даже когда-то за Кайрата играл.
У меня есть фотография,
я могу показать вам.
- А почему бросили это дело?
- Знаете, просто я однажды видел
на экране как играет Пеле.
И понял, что это не мое занятие.
После Пеле нет смысла
заниматься этим делом.
- А Марадона?
- Марадона? Марадона - великий футболист!
Но он не Пеле, и никогда им не станет.
- Старик, все.
Тебе же сделали перевязку, иди.
- Он по-русски не понимает.
- Ну хорошо, я пошел.
- До свидания, Марат Сергулович.
- Гуля!
- Да?
- Пойдем к нам чай пить?
- Спасибо, попозже.
Я сейчас иду в душевую.
- Ну потом заходи!
- Хорошо.
- Живому существу наносит больший урон
потеря зрения, чем слуха.
И по многим основаниям.
Во-первых, посредством зрения отыскивается
еда, нужная для питания
Повторюсь, посредством зрения постигается
красота созданных вещей.
В особенности, красота тех вещей,
которые склоняют к любви.
Красоту слепой от рождения не может
постигнуть по слуху.
Ибо он никогда не знал,
что такое красота какой-либо вещи.
Остается ему слух.
Посредством которого он понимает
лишь звуки и человеческий разговор.
В котором существует знание только
тех вещей, которым дано имя.
- Баур! Там твоего братишку бьют!
- Он здесь.
- Ты что, Базарбай,
говоришь, что меня бьют?
- Что ты притворяешься, ты же
только что говорил на русском!
Ты что, больной что ли?
- Еще раз будешь так шутить,
я тебе голову оторву, понятно?
Псих-одиночка!
- Что, куда пошел, красавчик?
- Да вот, музыку послушать.
- Пойдем вместе послушаем.
Садись вот сюда.
- А ключи?
- Ключи у меня.
- Ну а как тебя второй?
- Между прочим, тот даже интереснее.
- Естественно, в Москве учился.
- Да что вы говорите?
- Земную жизнь пройдя до половины,
я очутился в сумрачном лесу.
- Иди, вставай на ворота.
- Мастер ни разу не слышал, чтобы
Иозеф говори так горячо.
Пройдя еще несколько шагов, он сказал:
"Истина есть, дорогой мой! Но учения,
которого ты жаждешь,
абсолютного, дарующего совершенную
и единственную мудрость -
такого учения нет.
Да и стремиться надо тебе, друг мой, вовсе
не к какому-то совершенному учению.
А к совершенствования себя самого.
Божество в , а не в понятиях и книгах.
Истиной живут, ее не преподают.
Приготовься к битвам, Иозеф Кнехт,
я вижу, они уже начались.
- Смотрите-смотрите! Чинга
до Лунатика докопался!
- Чинга, ты что делаешь?
- Голова же закружится, он же упадет!
Кончайте, я говорю.
- Ты что, сдурел что ли?
- Мама!
- Жасулан?
Эй, Жасулан!
- Ильяс, Ильяс! Как будет по-русски
"выйдешь со мной один на один?"
- Чего?
- Как будет по-русски
"выйдешь со мной один на один?"
- Ну... "Выйдешь со мной один на один?".
Ненормальный какой-то...
- Выйдешь со мной один на один.
Выйдешь со мной один на один.
Выйдешь со мной один на один?
- Ты что, Базарбай, ночью упал что ли?
- Выйдешь со мной один на один?
- Давай. Только дай покушать.
- Так, короче.
Первое - подножку не ставить.
Второе - лежачего не бить.
Третье - за волосы не хвататься.
- Четвертое - в подмышку
голову не зажимать.
И пятое - про драку никому не говорить
и не жаловаться. Поехали.
"Алма-Ата - белый город
у снежных вершин Алатау.
Не по дням, а по часам растут этажи
новостроек столицы Казахстана.
Архитектурный профиль становится все более
выразительным, современным и самобытным...
Огромная армия казахстанских строителей
вдохновенно трудятся,
показывая образцы высококачественной работы
на самых ответственных объектах.
Урочище Медео - знаменитая плотина,
которая заслонила столицу Республики
от грозных натисков
грязекаменных потоков..."
- Да иду-иду!
- Как там в городе, снег так же валит?
- Да нет, там вообще снега нет.
Это у вас здесь что-то намело так.
- Сейчас куда ты, на прокат?
- Да нет, вон два санатория есть.
Сейчас в Алмаарасан поеду.
Пленку завезти надо.
- Петровичу привет передавай!
- Обязательно.
- В следующий раз не забудь сигареты.
- А, хорошо, обязательно.
- У тебя что-то поворотник не горит.
- Да знаю!
Перегорел, все заменить не могу.
- Ну смотри, осторожно спускайся.
- Хорошо, пока.
- Командир, ворота открывай!