Как же быть сердцу (2008 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Андрей Селиванов

Самостоятельная жизнь двадцатилетней Ани начиналась так же, как и у большинства её ровесниц. Окончив училище, девушка пытается поступить в столичный ВУЗ. Её мечта стать хорошим врачом. На то есть веские основания: Анина мама умерла при родах, и девушка живет с комплексом вины. Но Аня проваливает вступительные экзамены.

Все фразы и цитаты

- Вот билет.
- Десятый вагон, а ты куда?
- Слушай, да я не успею, командир.
- У меня купе, а у тебя СВ -
вон первый за рестораном.
- Да хватит тебе.
- У меня ревизоры -
я из-за тебя попадаю.
- Ну решим вопрос.
- Ладно, давай.
- Здрасте.
- Здрасте.
Что, чуть не опоздали, да?
- Ага.
- Ну, как говорит мой папа,
после каждого спуска
обязательно будет подъем.
- Это точно.
- Далеко едете?
- В Климовск. А вы?
- Я чуть дальше - в Челябинск.
Командировка.
- А я домой.
- Домой - это хорошо.
- Добрый вечер. - Добрый.
- Ваши билетики, пожалуйста.
- Пожалуйста.
- Ваш билетик.
- Сейчас.
Нету.
- Чего нету?
- Билета и денег.
- А в карманах?
- Нету. Но я же вам предъявляла,
вы сами видели.
- Мало ли.
- А потом куда его положили?
- В кошелек.
Может, его украли?
Точно, его вытащили, когда я выходила
на перрон перед отъездом поезда.
- Девушка, поаккуратней надо быть,
все-таки вокзал.
В общем так: ехать дальше нельзя.
Я сейчас вызываю начальника поезда,
и на следующей станции
будьте любезны покиньте купе.
- Как же так?
- А как вы хотели?
Еще и штраф заплатите.
- Ну что вы, нельзя же так -
протокол, начальник поезда.
- Ревизоры у нас.
- Так, не плакать. Подождите.
Подождите минутку.
Всегда же можно договориться.
- Угу, можно.
- Так, значит, договорились?
- Договорились.
- Вот спасибо.
Жаль ведь девчонку-то.
- Хм, меня бы кто пожалел.
- Золотая вы женщина.
- Ой!
- Ну вот, делов-то.
Так что не страшны нам теперь
никакие ревизоры-контролеры.
И как говорит ваш папа, после каждого
спуска обязательно будет подъем.
- Что я ему теперь скажу?
Он меня вообще убьет.
- Мало ли как бывает.
- Вот именно, что никак не бывает.
У меня вообще ничего не получается.
- Все получится.
- Еще эти билеты.
- Да забудьте вы про билеты.
- Они мне ведь сказали,
что нет больше плацкартных,
что только такие остались.
Еще и деньги украли.
- Ну вот. Ну-ка хватит плакать.
Хватит плакать. Все. Все-все-все.
Ну?
- Я же ведь в Москву приехала
в медицинский поступать.
Пролетела.
Правильно папа говорил,
что поступить можно только по блату.
Вы не подумайте, у меня в медучилище
по химии всегда пятерки были.
А они мне - пару.
- Ерунда-то какая.
- Да вы не понимаете просто.
У меня...
У меня мама...
когда меня рожала, умерла...
из-за меня.
Ну, не из-за меня, конечно, но...
Вы поймите, я ведь и в училище,
и в Москву только из-за этого:
чтобы люди не умирали. Понимаете?
А они мне...
- Ну-ну.
Ну не надо.
Вам надо успокоиться. Хотите...
- Климовск. Подъезжаем.
- Спасибо вам большое.
- Да меня-то благодарить не за что -
сама знаешь, кого.
- До свидания.
- Счастливо.
- Так, Толяныч, теперь соседи.
Пиши: Власовы из 7-й квартиры - раз.
- Три.
- Чего три?
- Власовых.
- А, да. Марья Васильевна,
Егор Степанович,
Ленка эта их - прости господи.
- Дядя Петя...
- Ну соседка.
Что ты: "Дядя Петя, дядя Петя"?
Я тебе кто?
Чтобы до свадьбы никаких!
Батя. Месяц у тебя - учи.
- Вас понял.
- Понял он. Из мастерской кто?
Сколько получается?
- Так это... шестеро, не считая нас.
Кузьмич, Ванька и Серега.
- Серега этот твой...
Чего там Нюшка
с пирогом с этим завозилась? Аня!
- Да, папулечка, сейчас иду.
- Наконец-то разродилась.
- Ну папа.
- Дядя Петя, ну...
- Чего "дядя Петя"? Чего "папа"?
Я вам уже годков двадцать
как папа и дядя Петя.
Хорошо.
Нет, правда, ребята, хорошо.
Внуков бы дождаться.
Только до свадьбы - ни-ни!
Руку-то убери.
А то я ведь знаю: раз - и в класс.
Потерпите, немного осталось.
А вы, как...
Наливай ему чай, наливай.
- С днем рожденья, Катюша,
С днем рожденья тебя.
- У! У! У!
- Я предлагаю тост
не только за Катюшу,
но и за ее жениха.
- Да, за Андрюшку.
- Да, кстати, об Андрюшке.
Иди-ка сюда.
Пардон, пардон. Иди сюда.
И где этот твой жених, где?
- Ну мамочка, перестань.
Я же тебе говорю, что это рейс
задержали. Он сейчас приедет.
- Катя, последний раз рассказываю.
Берешь власть в свои руки:
женился - сидишь дома,
никаких командировок, все. За тебя.
Вот и он.
Ой, Андрюшка!
Обещай, что больше
никогда-никогда от меня не уедешь.
- Не уеду от тебя никогда.
- Пойдем быстрее, а то мама
нервничает, просто сил нет.
- Привет. Всем привет.
Эльвира Александровна, извините,
я опять опоздал.
- Ну и что?
- Добро пожаловать.
- Слушай, отлично.
Платье просто улет. Нравится?
- Очень нравится.
- Повернись тем боком.
Ну все, Толяну смерть.
- Точно.
- Я тебе затяну. Так.
А блесточки как тебе?
- Очень. Мне очень все нравится.
- Слушай, подожди.
Повернись. Что у тебя с грудью-то?
- А что? Нормальная грудь.
- Да грудь-то нормальная.
Подожди, я что-то здесь напутала.
Подожди, сейчас.
Так. Анюта, а тебя
не подташнивало вчера?
- Сегодня утром чуть-чуть.
- И на солененькое тянет.
- Точно. Я вчера
полбанки огурцов съела.
- Так, подруга,
ты часом не в залете, а?
- В смысле?
Ох тихоня! А говорила,
до свадьбы ни-ни.
Ну-ка колись: давно у вас с Толяном?
- Подожди, я не понимаю.
- Ну срок-то у тебя какой?
- Ты что, думаешь?..
- Да у тебя грудь
поправилась на 5 сантиметров.
Спокойно. Анька, не переживай:
до свадьбы два дня, успею расставить.
Анюта, я так рада за тебя. Молодец.
- Сколько человек в ЗАГС поедет, а?
Человек восемь-десять?
Нет, как минимум пять бутылок
шампанского надо брать.
Итого двадцать девять тысяч
семьсот три рубля.
Ай, клади тридцать.
Тридцать тысяч - как копеечка.
Ну а чего? Замуж-то один раз выходят.
Свадьба.
Нюша, чай-то скоро?
Вот, доча, тридцать тысяч.
Ты чего?
- Папа...
- Случилось что?
- Случилось.
- Ну-ка ты сядь. Сядь.
Выкладывай.
- Папа, у меня будет ребенок.
- Как ребенок?
Да вы что, ребята?
Я же вас предупреждал, что...
Вот Толяныч, вот паразит!
Ну сокол, я тебя за это... Ха-ха-ха!
- Папа...
- Доча. Доча, ты...
- Это не Толик.
- Как не Толик?
А кто?
- Подожди.
Все в порядке, пойдем.
Андрюша, подожди.
Мне нужно тебе кое-что сказать.
Я сегодня была у врача.
- Что-то случилось?
- У нас будет малыш. Уже пять недель.
- Катька!
Катька, Катюха!
- Ты что, не сердишься?
- Да ты что, с ума сошла, что ли?
- Послушай, но мы же с тобой хотели
сначала свадьбу:
ЗАГС, то-се, когда
твои из Англии приедут.
А теперь все наоборот.
Ты моя хорошая, ты моя зайка.
Дай поцелую.
Слушай меня внимательно:
свадьба у нас будет завтра.
- Подожди, у меня же платья нет.
- Не хнычь.
Дитя губить не будем.
Руки, ноги, голова на месте -
вырастим.
Но ты тоже это... Я...
Я чего хотел-то. Вот...
Тебе я тоже жизнь калечить не дам.
Толяну чтобы ни полслова.
И не заикайся, поняла?
- Папа, да как я с ним жить буду?
Я же не могу врать, папа.
- А спать с первым встречным могла?
Хорошо, мать-покойница не знает.
Ты же ее опозорила.
Все, второй раз повторять не буду.
- Пойдем.
Оп!
Давайте.
- Давай-давай-давай.
- Тост, тост, тост.
- Наливай.
- Я это... У всех налито?
- Да, да, налито.
- Дорогие гости. Родные мои,
любимые мои, дядя Петя...
- Какой "дядя Петя"? Я тебе кто?
- Батя. Все, батя.
- Вот, вот! Полгода тренируешься -
и наконец-то!
- Спасибо, что вырастил для меня
мою Анечку, мое золото, мое солнышко.
Господи, да я просто
счастливый человек.
Господи, да слов нет! Это
самый счастливый день в моей жизни.
- Ах!
- Ну вот. Это что?
- Горько тогда!
- Горько!
- Я хочу тебе признаться: я беременна.
- Горько! Давай-давай!
Горько! Горько!
- Ну давай. Ну...
- Да я беременна!
- Молодец, Толяныч, ребеночка
замастырил до свадьбы.
Наливай, наливай.
- Анюта, что ты сказала?
Ты чего?
- Я беременна.
- За здоровье молодых!
- Наливай давай.
- Ты что натворила, тварь, а?
Помолчать не могла?
Опозорила на весь город.
Вон с моих глаз!
Вон, чтоб не видел!
- Все будет попозже: родители, гости.
Спасибо.
- Я всегда думала, что свадьба
без родителей, без друзей, без фаты -
это ужасно скучно.
А сейчас я...
я понимаю, что...
что, кроме тебя, мне никто не нужен.
Это самая лучшая свадьба,
которая могла бы у меня быть.
Спасибо тебе.
- Ты не представляешь, как я счастлив.
Я тебя так люблю.
Вот увидишь, у нас все будет
очень-очень хорошо.
У нас втроем.
Давай выпьем за нас троих.
- Давай.
- До города едем. Такси.
Девушка, поедем до города.
Давайте, девушка.
- Не надо, спасибо.
- Ну девушка...
- Да мы с Петровичем посидели...
- Чего "посидели"?
Еще вякать что-то будешь? Если у нас
коммуналка, если ты только сосед,
это не значит, что ты не должен меня
слушать. Я здесь главная! И молчать!
Участкового помнишь?
Я тебе еще раз устрою.
Не уходи, я еще не закончила.
О! - Здрасте.
- Тебе чего надо-то?
- Вот я снова приехала.
- Вижу. И чего?
- Можно у вас угол снять? Просто мне
больше не к кому обратиться в Москве.
- А мне какое дело?
Тебе здесь гостиница, что ли?
- Здрасте.
- Уйди!
Ушел к себе быстро! Быстро!
- Мне только на первое время,
а потом я что-нибудь придумаю.
- Я тебе поподслушиваю,
я тебе поподслушиваю!
Ты знаешь меня!
Ну чего стоишь столбом? Проходи.
Все помнишь? Поздно не приходить,
ночью не шуметь,
в туалет не вставать -
у меня сон чуткий, -
из моего холодильника
ничего не брать.
Восемь тысяч в месяц:
жизнь-то подорожала.
Ну и, короче, деньги за неделю вперед.
Устраивает?
- Да.
- Ну и хорошо, раздевайся тогда.
- Здрасте. А отдел кадров здесь?
- Вы по какому вопросу?
- Я медсестра.
- Присаживайтесь.
- Я закончила медучилище в Климовске.
С отличием.
- И?
- Вот ищу работу.
- А московская регистрация у вас есть?
- Нет.
- Девушка, да без регистрации вас даже
вон на лоток торговать не поставят.
- Всем привет.
- Здрасте. - Здравствуйте.
- Здрасте. Ольга Петровна,
вы нашли мне медсестру?
- Нет. Нет пока никого.
- Да? И что прикажете делать?
- Ну нету.
- Я медсестра.
- Что это за барышня?
- Медсестра.
- У нее регистрации нет.
- Будет, обязательно будет.
Мне очень нужна эта работа. Я все
буду делать, что скажете, правда.
- Ну-ка подождите там, в коридоре.
Слушай, Оля, может быть,
ну ее куда подальше, эту регистрацию?
- Виталий Александрович.
Виталий Александрович...
- Мне медсестра нужна до зарезу.
- Найдем другую.
Зачем нам неприятности, а?
- Какие неприятности? Платить будем
ей копейки, а работать будет за двоих.
Ну, договорились? Угу?
- Только ради вас.
- Барышня, ну-ка иди сюда.
Как тебя звать-величать?
- Аня.
- Аня, и когда ты сможешь
выйти на работу?
- Сегодня.
- Ольга Петровна,
отправляйте на испытательный срок,
а там поглядим.
- Хорошо.
- Если будешь хорошо работать,
то с регистрацией
что-нибудь придумаем.
- Спасибо.
- Давай сюда свои документы.
Работать будешь в отделении
сохранения беременности
у Виталия Александровича.
- Ну чего?
- Доброе утро.
- Как чувствуешь себя?
- Да ничего. Тошнит чуть-чуть.
- Тошнит... Ну-ка сядь.
Да сядь, не бойся.
Слушай, девка, ты не брюхатая, а?
Ха! А ты думала, я не замечу?
Да чего я, дура, что ли?
Тю! Да все нормально,
я же все понимаю.
- Правда?
- Правда.
- Ой. Спасибо вам большое.
А я боялась сказать вам об этом -
думала, выгоните.
- Нет, съехать, конечно, придется,
ведь соседи ментов вызовут.
У тебя же регистрации нет, а у меня
соседи - ох! - такие сволочи, такие...
Но не о том речь. Короче,
даю тебе три дня - найди другое жилье.
- Как три дня?
- Так - три дня.
- Я же целую неделю дежурю,
я не успею.
Аграфена Ивановна, можно
я хотя бы месяц поживу?
Я потом что-нибудь найду, правда.
- Слушай, это поразительно.
Ты меня вообще слышишь или нет?
Я тебе говорю "выметайся",
а ты говоришь "поживу".
Ты одного мне в подоле принесешь,
второго, потом мужиков начнешь водить.
Нет, дело житейское, так все делают.
Но мне этого не надо, понимаешь,
мне этого не надо! Я здесь одна жила,
одна помру, и все.
И правильно мне мама говорила: "Груша,
никто не оценит твоей доброты".
Вот ты доброту мою ценишь?
Я тебе говорю: "До завтра поживи",
не выкидываю тебя за окно.
Ты это ценишь?
Нет, потому что неспособна.
Да никто не оценит доброты.
Ну а чего поделаешь?
Если добрый человек, чего поделаешь?
Ничего не поделаешь с этим.
- Катя... Тихо! Значит так:
с понедельника до среды - Катя.
- Хорошо. - С четверга
до воскресенья, Полинушка, ты.
- Ладно.
- Так, насчет ночных.
Красавица. Таня!
Насчет ночных дежурств.
Ты у нас не дежурила
на прошлой неделе.
- Елизавета Юрьевна, я же говорила,
что не могу по ночам.
- Так, ты и на прошлой неделе
не могла. Все, я пишу.
- Елизавета Юрьевна, я правда не могу.
- Все, записываю.
- Ну девочки!
- А можно я?
- Что ты?
- Можно мне ночью на этой неделе?
- С ума сошла? В ночь всю неделю?
- Мне просто нравится
по ночам работать.
- Девочки, ей нравится.
Пожалуйста. Кто-то против?
- Нет. Весь месяц забирай.
- Аня. Аня!
В чем дело? Что происходит?
Что ты здесь делаешь?
- Виталий Александрович, я...
я на секундочку глаза закрыла.
Просто...
- И?
- Виталий Александрович...
- Ну что это такое? Аня.
Ладно, хватит.
Хватит плакать.
Все, все, посмотри на меня.
Слышишь? Посмотри на меня.
Что случилось? Ну? Давай рассказывай.
Только рассказывай все.
Н- да, Анечка-Анюта. Ну-ка.
Ситуация у тебя,
прямо скажем, просто супер.
Прошу.
Это называется "ваши хоромы".
Конечно, не ахти, но в твоем
положении, я думаю, то, что надо.
- Ой. Спасибо вам большое.
Я теперь буду работать
до последнего дня, клянусь вам.
- Здрасте, приехали - "до последнего".
Зачем? Не надо.
Нам нужно, чтобы он здоровеньким
у нас родился, верно?
Да, кстати, вот кушетка.
Хлам разберешь.
Только вот что: особо не хозяйничай.
С утра на работу - и молчок. Угу?
- Я даже не знаю,
как благодарить вас за все.
- Ну, потом отработаешь как-нибудь.
А пока можешь поцеловать вот сюда.
Это шутка.
Ну ладно. Держи ключи от счастья.
Давай, располагайся.
Да-да.
- Анечка, солнышко, заходи.
А, дежурство свое ты закончила.
- Да. Просто Марья Ивановна сказала,
что вы меня ждете.
- А я знаю, а я в курсе,
мать писала, та-та-та.
Ну, заходи. Проходи.
Проходи, малыш, не стесняйся.
- А что, у вас праздник какой-то?
- Конечно праздник.
Ну? Ты пришла - конечно праздник.
Садись. Нет-нет, не сюда. Вот сюда,
пожалуйста, поближе к сладкому.
Коньяк я тебе не предлагаю,
сама понимаешь,
а вот сок и конфеты
милости прошу.
Анечка, я бы хотел выпить
за твое будущее, за твою мечту.
То, что в медицинский ты поступишь,
у меня нет сомнений -
это я тебе говорю.
И станешь ты, Анечка,
самой лучшей акушеркой в Москве.
Угу?
- Угу.
- Даже закусывать не надо.
Только, Анечка,
вот какой вопрос меня беспокоит.
Скажи, пожалуйста, а что ты будешь
делать одна с ребенком в Москве,
без жилья, без денег?
- Привет.
- Привет.
- Анечка, он у меня такой красивый,
высокий, Анечка, умный.
Анечка, он в банке работает.
- Юрка, что ли?
- Да какой Юрка, Ань? Геннадий.
- А-а... Так и чего?
- Солнышко, ну выручай.
Ну я на свиданку опаздываю.
Пожалуйста, это нужно подшить
и отнести в архив.
- Ой, я прямо боюсь ее трогать.
- Такие ручки, такие...
Катюха, ты моя золотая,
ну иди скорее сюда.
- Мамочка!
- Ты посмотри.
Ну посмотри, это вылитая ты, Катька!
- Да нет, мам, ну посмотри,
у нее же Андрюшкины глазки абсолютно.
- Это твои глазочки, твои глазки.
Да, мамочкины твои глазки.
Ну все, все, домой быстренько поехали.
Давайте, давайте, детки.
Ты мой хороший, ты мое...
Это вам, милая, большое спасибо.
- Спасибо.
- Так хотела, чтобы Макс
нас сфотографировал.
Представляешь, как это было бы, да?
Я позвонила, так у него
фотобиеннале в Брюсселе.
Вот так.
- "Выписана 20 мая".
Жива.
- А, Анечка. Откуда ты,
дитя мое, появилась?
- Где моя дочь?!
- Откуда?.. Что это такое?
О, интересно. О как!
Откуда это у тебя?
- Какая разница? Тут написано,
что она выписана, - значит, Таня жива!
- Чего-то бред какой-то
ты несешь - "жива".
Конечно же нет. Я же лично
давал деньги на ее похороны,
чтобы тебя оградить
от лишнего стресса.
- Хорошо, а где ее могила тогда, а?
- Могила... где могила...
Откуда я знаю, где ее могилка?
Я не знаю, где моя могила.
А ты мне - твоя могила.
Отвали от меня. Какая могила еще?
В крематории твоя могила.
Хочешь выпить?
- Я вам не верю.
Здесь написано, что она
выписана двадцатого мая.
Где тогда справка о ее смерти?
Где моя дочь?!
- Что ты орешь?!
Что ты орешь на меня?!
Даже гипотетически если бы это
было и так, что толку?
Ты голая, босая!
Что ты могла бы сделать?
- Пустите!
- Ты еще нарожаешь! Нарожаешь еще!
- А-а-а!
"Именем Российской
Федерации оглашается приговор:
Иванова Анна Петровна по статье 107
Уголовного кодекса
Российской Федерации
"Убийство, совершенное
в состоянии внезапно возникшего
сильного волнения, то есть аффекта"
приговаривается к трем годам
лишения свободы;
по статье 109 Уголовного кодекса
Российской Федерации
"Причинение смерти по неосторожности"
к трем годам лишения свободы".
- Пошла.
"Путем частичного сложения
и с учетом личности подсудимой,
а также того, что она ранее
не имела судимостей,
Иванова Анна Петровна
приговаривается к пяти годам
лишения свободы
с отбыванием наказания
в колонии строгого режима.
Приговор окончательный
и обжалованию не подлежит".
"Пап, у меня будет ребенок.
- Опозорила на весь город!
Вон с моих глаз!..
...Родинка! Примета хорошая,
счастливая будет...
...Есть такое понятие -
внезапная детская смерть...
...А-а-а!.. "
- Ну вот, Анют, пять лет прошло.
Пролетели как и не было.
Ты, главное, не горюй.
У тебя же вся жизнь впереди.
И дочку свою разыщешь,
и мужика хорошего себе найдешь.
- Спасибо вам большое за все.
- Да ладно.
Эй, эй, эй, стой, Гриш!
Стой, я тебе говорю, ну!
- Чего тебе, Петровна?
- Захвати девку.
- Куда мне ее?
- Ну московский через полчаса уходит,
чего ей стоять полтора часа
здесь автобуса ждать?
- Да я сама доеду.
- Давай садись. - Садись быстрее.
- Давай. Чего ей здесь стоять ждать?
- Здрасте.
- Я сам, сам.
- Вы не подскажете,
сегодня освобождается Аня Иванова -
во сколько, не знаете?
- Так она уехала в Москву вчера.
- Как уехала?
- Она ребенка искать поехала.
У нее подружка там какая-то.
- Подождите, вы ничего не путаете?
- Иванова? - Да, Иванова.
- Анна Петровна?
- Анна Петровна. - Так я же говорю,
она уехала еще вчера.
Во мужики - приперлись! Ну дают!
- Толяныч...
- Бать... Ты не переживай, бать.
Давай я сейчас домой тебя отвезу,
а сам за Анькой.
Бать, я ее найду.
Я найду, я тебе клянусь.
Пойдем, не переживай. Пойдем-пойдем.
Ты только не переживай, бать.
Пойдем.
- Толяныч...
- Кто там?
- Катя,
это Аня Иванова.
- Кто?
- Аня Иванова. Ты у нас в роддоме
лежала на сохранении, помнишь?
- Господи, Анька!
Анька! Привет!
- Привет.
- Как ты? - Ну ничего.
- Давай проходи, пойдем.
- Слушай, ты извини,
что я потревожила тебя.
- Да это ты меня извини,
что я так сразу тебя не узнала,
дура какая!
- Просто мне в Москве
не к кому обратиться.
- Заходи, заходи.
- Анютка, ведь целых пять лет прошло.
Откуда ты к нам, а?
- Ой, Катюш, сейчас все расскажу.
- Давай проходи.
Ты что будешь - чай или кофе, а?
- Слушай, ничего себе!
Катюш, да ты не беспокойся,
мне ничего не надо.
- Это не ответ. Проходи.
Вот сюда. Давай-давай. Давай.
А знаешь-ка что? Давай-ка ты тут
сейчас сама похозяйничай.
Вот чай и кофе, сахар вон в той банке.
В холодильнике все,
что ты найдешь, то твое, хорошо?
А то я пойду как-то
переоденусь и умоюсь, хорошо?
- Угу.
- Ты разберешься здесь сама со всем?
- Ну конечно.
- Хорошо.
- Мама, мамуля!
Ой, тетя, а ты кто?
Где моя мама? Мама!
- Ой, да ты не бойся, я хорошая.
А хочешь, я угадаю, как тебя зовут?
- Да.
- Тебя зовут Даша, да?
- Да.
- А ты что, волшебница?
- Нет, просто я тебя знала,
когда ты еще была у мамы в животике.
- В животике?
- Дашка проснулась. Вы познакомились?
- Да. Я кричала-кричала.
Где ты была?
- Ты испугалась, малышня?
Это тетя Аня, она моя подруга -
очень-очень хорошая.
Так, котенок, давай быстренько
сейчас умываться - и за стол.
Справишься сама?
- Мам, я у тебя уже взрослая.
- Взрослая, взрослая. Иди.
- Я скоро!
- Такая красавица.
- Она на отца похожа.
Вылитый Андрей, просто вылитый.
- Ну не знаю, мне кажется,
она больше на тебя похожа.
- Вообще, знаешь,
золотой у меня ребенок,
просто гений, абсолютный гений.
Тьфу ты!
Я же тебя ни о чем не спросила.
Как твоя-то дочка?
Или у тебя все-таки мальчик, а?
- У меня нет никого.
- Господи.
Неужели?..
- Да нет, девочка-то жива,
просто...
ее у меня украли.
Но я ее найду. Обязательно найду.
- Господи, бедная ты моя.
Послушай, Анька,
я во всем тебе помогу.
Через неделю вернется Андрей,
мы всех на ноги поставим.
Спасибо, Кать.
Правда, спасибо большое.
Слушай, а ты не знаешь,
где можно комнату подешевле снять?
- Ты что, с ума сошла? Какая комната?
Ты будешь жить здесь до тех пор,
пока мы не найдем твою дочку.
А потом...
потом дальше сама будешь решать.
- Ой, нет, мне как-то неловко,
да и к тому же муж твой скажет что?
- Андрей? То же самое.
Потом без него мы никак
не найдем твою малышку.
Даже пытаться не стоит.
- Нет, Кать, правда, мне...
Я не могу так. Слушай, а давай
я буду домработницей у вас?
Я полы могу мыть, готовить.
Я все могу, ты не думай.
- Мне не нужна домработница.
У меня есть идея:
ты могла бы с Дашкой посидеть.
- В смысле?
- Уф, боже мой,
ты меня просто огорошила.
Я... Я...
Нет, это выше моего понимания.
Кать, подожди, ну как же можно?
- Я тебе сто раз уже говорила,
что Аня не уголовница,
это была трагическая случайность.
- Ты понимаешь, что такое тюрьма,
как человек там меняется?
Ты понимаешь это?
- Ну все, мам, я тебя умоляю,
ну хватит, я так решила.
- Ты решила.
Но это еще неизвестно,
что Андрей тебе на это скажет.
- А он уже сказал да.
Все, мам, мне пора ехать.
- Ну ладно, давай приезжай
вечером - поговорим.
- Все, пока.
- Два.
- У-у!
- Три! Все, пошли.
- А можно мне не есть суп?
- Нет, Даш, суп нужно
обязательно поесть.
Ты знаешь, когда я была маленькая,
я тоже не любила суп.
Но папа мне говорил,
что суп - это святое,
вырастешь большая и красивая.
- А мама? - Что мама?
- А что тебе мама говорила?
- Нет у меня мамы, котенок.
Она умерла.
- А давай я твоей мамой буду.
- Давай.
- Пошли, дочка.
- Пошли, мамочка.
- Пошли есть суп.
Вырастешь у меня большой и красивой.
- Нюша!
- Ну что, спать?
- Я не хочу.
Спокойной ночи, я тебя люблю.
- И я тебя люблю.
- Так, это что такое?
Значит, я вам больше не нужна?
- Мам, какая же ты глупая.
Я тебя больше всех люблю,
но и Нюшу люблю.
- Какая ты молодец у меня.
Ну тогда быстренько в кроватку.
- А сказку, Нюш?
- Конечно расскажу.
- Иди сюда. Дай я тебя поцелую.
Все, спокойной ночи.
- Ну все, Катюш, отдыхай.
- Давай про Красную Шапочку.
- Давай.
- Ой, Анька, воздух!
От этого компьютера
голова просто кругом!
Целыми днями сижу, сижу.
- Слушай, Кать,
мне все было как-то неудобно
к тебе подойти и спросить...
Понимаешь, там, в милиции,
положено зарегистрироваться
по месту пребывания.
- Анька, а что ж ты молчала-то, а?
И я тоже, дура, головой
своей не подумала,
работой она у меня только забита.
Слушай, ну мы все с тобой решим.
Я сама с тобой схожу в милицию,
а к Дашке маму вызовем, угу?
- А это удобно?
- Ой, слушай...
Вообще, хотела тебе сказать:
я так рада, что вы с ней поладили.
Ну правда!
Серьезно: она не ко всем тянется.
Знаешь, сколько нянек отсюда
сбежало просто сломя голову?
- А у меня такое ощущение,
что я ее всю жизнь знаю.
Ну правда. Она какая-то
необыкновенная, что ли.
Добрая. Умница.
- Девица еще та!
С таким характером,
что мало никому не покажется.
Все, пошли в дом,
а то я что-то замерзла, холодно.
Чайку попьем - согреемся. Пойдем.
А мама внучку давно не видела,
вот приедет и повидается.
Анька, открывай - это мама приехала!
- Здрасте.
- Хм. Привет, Катюш.
- Здравствуй.
- Ой ты золотце мое.
Чего такая бледненькая?
- Мамочка, спасибо, что ты приехала.
- Пожалуйста, пожалуйста.
Только помни: в два у меня косметолог.
А то скоро буду выглядеть старше тебя.
- Я помню-помню. Мы успеем сто раз.
В общем, ты сама тут все знаешь.
Мы полетели.
Да, кстати, обед на плите -
Анька приготовила.
Все, побежали мы. Пока-пока!
- До свидания.
- Проходной двор.
Это кто у нас?
- Бабушка!
- Обед она приготовила,
скажите пожалуйста! Да? Да? Да?
- Немножко еще подождите.
Старый знакомый! Ты уж, наверное,
пол-аула прописал. Опять кого-то?
Вас здесь знаете сколько ходит?
Екатерина Васильевна, вы отдаете
себе отчет в своих действиях?
- Простите?
- Вы уверены, что добровольно хотите
прописать на своей жилплощади...
Иванову Анну Петровну?
- У вас что, есть какие-то
проблемы с документами?
- Нет, с документами-то
как раз все хорошо,
если это вообще
можно назвать "хорошо".
- Ну вот если все хорошо,
значит, регистрируйте.
- Да мне-то что?
Хотите - пожалуйста.
Вот здесь поставьте ваши подписи.
- Все, Анька, я побежала, и ты давай
поторапливайся. Маму надо сменить.
На, возьми деньги на такси.
- Спасибо.
- Ты Дашку сегодня
сама уложишь, хорошо?
А то на работе полная запарка -
ничего не успею.
- Нюша! Нюша!
- Дашка, ну зачем ты опять залезла?
Я же тебя просила меня подождать.
- Прости меня. Но я уже взрослая.
- Взрослая-взрослая,
только так больше делать нельзя.
Поняла?
- Да.
- Где твоя рыбка? Помыла?
- На. Ха-ха!
На, дочь.
- Спасибо.
- Ой, мой кулончик.
- Что, замочила?
- Да.
- Сейчас мы его высушим быстренько.
Да? И все будет хорошо.
Давай, Дашка, вылезай.
Давай. Иди сюда.
А что это у тебя такое?
- Родинка.
- Красивая родинка.
А у меня такая же.
- Можно посмотреть?
- Потом покажу, Даша. Потом. Пошли.
- Нюша, а правда у тебя родинка есть?
- Привет. Ну как вы тут?
- Все нормально.
Кать, ты прости...
- Что случилось?
- Нет, ничего не случилось. Просто мы
фотографию нечаянно замочили твою.
Но все нормально - я ее высушила.
- Аня, ну что же ты так пугаешь меня?
Я- то уже подумала,
с Дашкой что-то случилось.
А медальон-то этот так -
одно воспоминание.
Знаешь, у меня же кесарево
тогда было и ветрянка - помнишь?
Я Дашку-то увидела только
через 20 дней после ее рождения.
Знаешь, так странно увидеть
собственного ребенка
только через 20 дней.
А этот медальон сделал Андрюшка.
Я даже не знала.
Они пришли меня встречать, а...
Господи...
Знаешь, а дома я разворачиваю ее,
а у нее в пеленке этот медальон.
Представляешь?
- Да.
- Слушай, Анька, ты же, наверное,
устала как собака, да?
А я тут со своими благостными
воспоминаниями. Прости.
Может быть, чаю?
- Нет, Катюш, спасибо, я не хочу.
- Тогда все. Я пойду к Дашке еще,
а ты спать.
- Угу. Хорошо.
- А, да, кстати...
Завтра Андрей возвращается,
так что мы найдем твою дочку.
Я уверена.
- Ах! Это же папа!
- Катька!
- А я? А меня?
- Иди ко мне, моя кнопочка!
Иди ко мне. Как я по вам соскучился.
- А мы! А мы!
- Я вас очень, очень-очень люблю!
- А я тебя сильнее!
А где мой подарочек?
- Подарок? Есть подарок.
Кать, посмотри в бумажном пакете.
- Так...
Это что у нас такое, а?
- Это не что, это почти что кто!
Воздушный змей. Ты ж хотела, Даша?
- Да.
- Будем в выходные запускать?
- Да.
- Иди познакомь, познакомь...
- Пап, а у меня есть для тебя сюрприз.
- Ух ты!
- Это моя дочка Нюша.
- Я пойду кофеек принесу.
- Доброе утро. Я Андрей.
- Нюша. Ну Нюша!
- Здравствуй... те.
- А вы и есть та самая Аня.
- Да.
- Нюша, давай нарисуем зайца?
- Андрюшка, пей давай скорее,
а то я уже опаздываю.
- А, да мне самому в офис...
Эти французы, будь они неладны.
- Слушай, кошмар! Могли бы
денечек дать тебе отдохнуть.
Ну как же так? Ладно, тогда мы
вечером обо всем подробно поговорим.
Знаешь, вот мы с Анькой ничего
без тебя не предпринимали.
Ну помнишь, я тебе рассказывала?
- Угу.
- Потому что ты наша единственная
опора и надежда. Да, Анька?
Анька, с тобой все в порядке?
- Все нормально.
- Андрюш, я сейчас в редакцию еду,
тебя подбросить?
- Подбрось, подбрось.
- Ну давай.
- Папочка, а когда мы воздушного змея
будем запускать? - Пока!
Дашка, дай хоть папе переодеться.
- Слушай, Кать...
- А? В чем дело?
- А ты хорошо знаешь ее, эту Аню?
- Ну Андрюшка,
ну я же тебе уже рассказывала:
если б не она тогда в больнице,
возможно, нашей Дашки и не было бы.
- Ну да, конечно.
- А почему ты спрашиваешь?
- Да нет, просто так.
Садись, поехали.
Ты не думай, я бы тебя
никогда не побеспокоила,
но откуда ж я могла знать?
- Ну а почему ты так уверена?
Тебе же врачи сказали,
что девочка умерла.
Прости.
- Я видела медицинскую карточку:
она родилась 29 апреля,
а выписали ее 20 мая.
- Когда?
- 20 мая.
- Не может быть.
- Чего ты?
- Бред какой-то.
Послушай, я понимаю,
что все это очень сложно,
нужно просто забыть и жить дальше.
- Что?
Как забыть? Как забыть?!
Андрей, у Даши такая же родинка,
как и у нашей дочки!
Ну скажи, это ведь ты...
Тебе отдали мою дочку.
- Ты вообще слышишь, что ты говоришь?
Что я? Я тогда был с Катей
и видел Дашку.
- Да ты прекрасно знаешь,
что у Кати было кесарево,
ветрянка, потом общий наркоз!
- Ну и что?!
Я вот этими руками держал Дашку!
Ты понимаешь или нет?
- А родинка?
- Да что родинка?!
Мало ли какие могут быть
в жизни совпадения?!
Аня, ты вообще понимаешь?..
Ты представляешь себе, как я...
Мог ли я так поступить?
Я что, по-твоему, подлец?
Я подлец, по-твоему?
- Нет.
- Ну вот. Мне очень жаль тебя, Аня!
Очень!
И себя я чувствую сволочью за то,
что тогда произошло в поезде.
Но, Аня, я для тебя сделаю все!
Ты понимаешь, Анечка? Все!
Я тебя только прошу: выкинь ты
эти идиотские мысли из головы.
Дашка моя! Моя и Катина. Понимаешь?
- Угу.
- Ну вот.
Слушай, Ань...
ты не говори Катюше про поезд,
про все это.
- Да я поняла.
- Все, спать, спать - зверски устал.
Эльвира Александровна, добрый вечер.
Я не разбудил вас?
Нет-нет, с девочками все в порядке.
Кое-что другое.
Нет, это не телефонный разговор.
Эльвира Александровна, мне надо с вами
поговорить, пока Катя не вернулась.
Приезжайте, пожалуйста, сейчас -
это очень срочно.
Нет-нет, завтра может быть
просто поздно.
Хорошо, я жду.
- Говорил он! Чего ты
ягненка-то из себя корчишь, а?
Нет, это выше моего понимания:
ты ли это? Тьфу, девка!
Господи, бедная Катя.
- Эльвира Александровна,
разговор сейчас не обо мне.
Я понимаю, я дико виноват перед Катей,
но это мое дело.
Разговор сейчас вообще обо всех нас:
о Кате, о Даше и о вас в том числе.
Я боюсь, что Катя теперь все узнает.
- А ты не бойся!
Надо сделать так, чтобы эта девка
навсегда исчезла из нашей жизни!
- Как вы себе это представляете?
Мне сейчас пойти и убить ее, что ли?
- Не идиотничай, просто сделай так,
чтобы завтра ее здесь не было.
Ты понял?
- Понял.
Вот что: я завтра утром поговорю
с ней, скажу, что планы изменились,
скажу, что мы улетаем.
В крайнем случае, дам денег -
наверняка она нуждается.
- Не захочет уезжать - припугни.
Все равно она здесь на птичьих правах.
Никто. Тьфу!
- Катя прописала ее.
- Да ладно, это не проблема.
Главное, чтобы она поверила,
что Даша не ее дочь.
А еще важнее, чтобы вообще
здесь больше ее не было. Никогда!
Ой, господи боже мой...
Катя у нас с минуты на минуту
уже должна прийти,
надо лечь спать, чтобы она
ничего не заподозрила.
Ну ладно, эту каторжницу
я завтра к Дашке вообще не подпущу.
Давай действуй.
- Хорошо.
- Да не "хорошо", господи!
Натворил дел -
просто вот убила бы тебя!
Давай иди спать.
- Дашка. Дашка, проснись.
Малышечка, просыпайся, моя хорошая.
Давай-давай, скорей-скорей!
- Угу.
- Только молчи, ладно, Дашка?
Молчи и слушай меня
внимательно, хорошо?
У нас сегодня знаешь какой день?
Особенный-преособенный.
Мы сегодня с тобой пойдем гулять
и запускать твоего воздушного змея.
Слышишь, Дашка?
- А мороженое?
- Мороженое? И мороженое будем.
Аккуратнее. Давай-давай-давай.
Давай сапожки. Вот так вот - раз!
Вот, давай, молодчинка.
- Вкусное мороженое?
- Да.
- Вкусное?
- Угу.
- Ты любишь такое?
- Да.
- Смотри у меня не заболей.
- Я не заболею.
Я люблю ванильное мороженое.
Это кто?
- Да... никто. Ошиблись номером.
- Вот фотография.
- Ага, спасибо.
Вот хорошая фотография, открытая.
Красивая девочка.
На вас, кстати, похожа.
Граждане, не понимаю:
все вроде нормальные, серьезные люди -
чем же вы думали,
когда лагерную в няньки брали?
Это во-первых. А во-вторых,
чтобы нам принять заявление,
должно пройти не менее суток.
- Суток?!
- Согласно Уголовному Кодексу
Российской Федерации.
- Я тебе сейчас такие сутки устрою.
Ох я тебе сейчас устрою сутки.
- Не понял.
- Сейчас ты поймешь.
- А почему вы...
- Ты сейчас сядешь у меня
минимум на пятнадцать, ты понял это?!
- Почему вы мне хамите?
- Кто тебе хамит? Кто ты вообще такой,
чтобы с тобой разговаривать?
Хамят ему!
Я не с вами. Это не вам, девушка.
Алло, Бондаренко Петра Ивановича,
пожалуйста.
Как еще на совещании?
Сколько можно совещаться-то?!
Уберите руки отсюда! Безобразие какое.
Я не вам, девушка, я не вам. Отойдите!
Я не вам. Я не ору,
я так разговариваю!
Будьте добры, передайте,
чтобы срочно связался с Эльвирой.
Благодарю.
- Гражданочка, э-э...
Эльвира Александровна, ну что же вы
сразу генералу-то звоните?
- Уйдите вы отсюда.
- Мы сейчас сами во всем разберемся.
- Да вы час уже по дому шастаете
и вообще ничего понять не можете.
- Это какое-то недоразумение.
Я звоню, у нее абонент недоступен.
Господи, хоть бы ничего не случилось.
Мама! - Что?
- Послушай, ну она хорошая - я знаю.
Я была с ней в больнице вместе.
- Кать, я тебя предупреждала, да?
- Подождите.
У вас хоть какие-то предположения
есть, где она может быть?
- В Климовске. Она оттуда родом.
И она очень опасна - она сумасшедшая.
Она считает, что наша Дашенька -
ее дочь.
- То есть она и в тюрьме сидела,
и сумасшедшая?
- Андрей, откуда ты знаешь,
что она из Климовска?
- Ты мне сама сказала.
- Я?
Я не говорила такого.
- Давай выбирай. Какую хочешь?
А? Вот этого?
- Да.
- Сколько стоит?
- Это дорогой - полторы тысячи,
девушка.
Слушайте, может, вы вот этого
возьмете? Смотрите, он меньше.
- Я хочу вот этого.
- Точно того хочешь?
- Да.
- Ну смотрите.
- Все, мы этого берем. Держи.
Сколько, вы сказали?
- Полторы.
- Угу, держите. Спасибо.
- Пожалуйста.
- Ну что, нравится?
- Да.
- Видишь, как тебя мама любит?
- Что там такое?
- Андрей, а откуда ты знаешь Аню?
- Что, прости?
- Откуда ты знаешь Аню?
- Кать, с чего ты взяла?
- Только не ври мне.
Ты сказал, что она из Климовска.
Ты сказал, что она опасна.
Откуда ты все это знаешь?
- Ты же сама мне
все уши прожужжала про эту Аню.
- Смотри мне в глаза.
Начинай все с самого начала.
Только не ври.
Задействованы самые лучшие
сотрудники нашего отдела.
А так как Петр Иванович вам пообещал,
то как бы все будет сделано
в лучшем виде. Так что вы
не переживайте, мы их найдем.
Все будет нормально. Свяжетесь с нами.
Вы не переживайте.
- Не переживайте. Вам легко говорить.
До свидания.
- Всего хорошего.
- Что, мужики, проблема?
- Тебе что, больше всех надо, что ли?
- Да нет, я просто помочь могу -
я механик.
- Что, серьезно в машинах шаришь?
- Ну да.
- Не заводится, собака.
Вроде свечи поменял, клеммы почистил.
- Там клемма отошла. Попробуй заведи.
- Ну, парень, молодец!
- Спасибо тебе большое.
- Слушай, а ты чего к нам?
- Да я это... невесту разыскиваю свою.
Она в Москву уехала.
Иванова Анна Петровна.
- Иванова, говоришь?
Ну что, Вить, поможем?
- Конечно. Идем к нам в отделение
и решим эту проблему.
- Тебя как зовут?
- Анатолий. Толик.
- Дмитрий.
- Виктор.
Нюша, а скоро я увижу маму?
- Кто там?
- Аграфена Ивановна, это я.
- Кто "я"?
- Это я, Аня.
Помните, я у вас комнату снимала?
Ты не бойся, она бабушка незлая.
- Чего тебе надо?
Откуда ты свалилась-то? А это кто?
- Здравствуйте.
- Здорово.
- Аграфена Ивановна...
Вот. Мы только на одну ночь.
- Ладно, заходите.
- Спасибо большое. Пошли.
Дашка, давай пошли туда. Давай-давай.
Вот так вот.
Все у нас будет хорошо с тобой.
Давай скорее. Вот так.
- Нюша, а почему мы сюда пришли?
- Так, обе встали и вышли.
- А что случилось?
- Ты меня спрашиваешь, что случилось?
Каторжанка.
Ты откуда ребенка-то украла? А?
Где документы на ребенка?
Я тебя спрашиваю, чего молчишь?
Что молчишь?!
Что гляделки вылупила?
Убирайтесь обе отсюда.
- А как же...
- Что?! Ты еще варежку открывать?
Ты с кем разговариваешь?
А я сейчас милицию позову.
- Аграфена Ивановна...
- "Аграфена Ивановна".
- ... пожалуйста, не надо милицию.
- Нюша, давай уйдем от нее.
- Мне видать лучше, надо или не надо.
- Мы сейчас уйдем.
- Еще бы вы не ушли.
- Даша, бери.
Все, мы уходим.
- То-то и оно.
- Аграфена Ивановна,
там документы мои.
- Да на, подавись! Документы.
- Нюша, я боюсь ее, пошли.
- Дашка, пошли.
- Да дверь закрой!
- Девушка, миленькая, ну пропустите...
- Молодой человек, встаньте в очередь.
- Будьте добры, два билета
до Климовска.
- Документы, пожалуйста.
- Даша, иди сюда.
Я еще вот с ребенком,
поэтому мне детский и взрослый.
- А документы на ребенка?
- Ой, вы знаете,
мы потеряли их по дороге.
- Нет, без документов я не могу.
- Девушка, нам очень срочно
надо уехать.
- Нюша, я не хочу никуда ехать,
я хочу домой.
- Дашка, ну чего ты? Возьмите.
- Нет, девушка, без документов
я не могу, я же сказала.
Вы что, русский язык не понимаете?
Следующий, пожалуйста!
- Девушка, не задерживайте очередь.
- Будьте вы человеком,
ну вы же тоже, наверное, мать.
У меня просто больше нет денег,
это все, что есть -
возьмите, пожалуйста.
Я бы вам больше дала, если бы были.
- Она мне деньги сует, а?
Я сейчас патруль позову.
Сережа! Иваныч!
Эй, Иваныч!
- Дашка, пошли.
- Билет на Сычовку.
- Подождите вы - "на Сычовку".
Тут вот пигалица с ребенком,
но без документов.
- Даша, стой! Ну пошли, Дашка.
- Нюша, не хочу.
Я хочу домой к маме своей!
Отпусти меня!
- Даша, ну пошли. Пойдем. Даша.
- Мне с тобой плохо!
- Дашка, да все будет хорошо!
Тебе будет со мной знаешь как хорошо?
Слышишь, пойдем.
Даш, ну чего ты? Давай садись.
Ну садись, Даша. Ну что такое, а?
Ну что ты?
- Я не хочу никуда!
- Ну почему, Даша?
Тебе разве со мной плохо?
- Отпусти меня.
- Дашка, я же люблю тебя.
- А я тебя не люблю!
- Дашка, ну посмотри на меня.
- Катя...
Катюша, я не знаю,
какие еще слова подобрать.
Я правда тебя очень люблю.
Я не знаю, что мне делать.
Ну что, мне умереть? Скажи - я умру.
"А давай солнышко
и тучки. А давай снеговика сделаем!
А когда папа приедет?
- Скоро, моя родная, скоро".
- Успокойся, Андрей.
Успокойся.
- Мамочка, любимая, мне страшно.
Мы были у страшной тети.
Мы бежали, я упала.
Где ты? Мне страшно.
Я больше не буду баловаться,
найди меня.
Я правда-правда не буду баловаться.
- Дашка, держи. Чего ты плачешь?
Ну чего ты, Даша?
- Я хочу к маме.
- Даша, разве я не похожа
на твою маму?
- Я хочу домой. Отведи меня домой.
- Они ведь ее найдут? Правда?
- Обязательно найдут.
- Даша. Даша.
Дашка.
- Не трогай меня!
- Нюша, когда мы дома будем?
- Скоро, Даша, скоро.
Сейчас сядем на электричку
и поедем домой.
- Нюша, можно я с котиком сяду?
- Ну конечно садись.
Дашка, я пойду сейчас, а вы с котиком
ведите себя хорошо, ладно?
И мамулечка скоро придет.
- Нюша, а ты скоро вернешься?
Нюша!
- Алло, Катя, это я.
- Где Даша?! Где моя дочка?
- Дашка на качелях,
она ждет свою маму.
Она вас очень любит.
Вы простите меня. Прощайте.
- Даша! Даша!
- Мама, не плачь.
Мама, успокойся. Ну мама!
- Господи!
- Я же нашлась.
Мамочка, я тебя очень люблю.
- Аня!
- Ты?
- Я.
Ну все. Все-все. Все будет хорошо.
Успокойся.
Я тебя больше никому не отдам.
Пойдем. Пойдем.
 

////////////////////////////