Ключ без права передачи (1976 год). Цитаты и фразы из фильма
«Ключ без права передачи» — художественный фильм 1976 года, снятый
режиссёром Динарой Асановой на студии «Ленфильм» (СССР).
Все фразы и цитаты
- Ну, я уже почти со всеми
перезнакомился,
остался один класс - 10-й "Б".
- Это класс Марины Максимовны.
Очень своеобразный педагог. Вы еще с
ней познакомитесь.
- Пустое окошко - тут надо вставить.
- Школа давно без хозяина.
Между нами говоря, Серафима Осиповна
начала слепнуть года 2 назад,
и многие, знаете, широко-о
пользовались.
- Ребята?
- Да не только ребята...
Кирилл Алексеевич, давайте Я вас
представлю 10-му "Б"?
- Нет, спасибо. Я, наверно, лучше
сам это сделаю, спасибо.
- Ну, как хотите.
[ученики тихо переговариваются]
- Как вам вторая тема?
[тихо переговариваются]
Учитель: - В общем-то, я сомневалась...
- И правильно делали, что сомневались!
- Это почему это?
- Ну, как это можно со всем
человечеством говорить?
- Технически, вообще-то, это возможно!
- Всё равно, я отказалась бы!
- А он еще не созрел!
- А кто созрел? Ты?
- Главное не в этом, Марина Максимовна!
Со множеством людей надо разговаривать
коротко и ясно, лобником либо призывом.
- Один человек сказал, что
нельзя класть зерно на камень -
оно не прорастет на этом камне,
надо класть его в землю!
Так вот, мне кажется, что
земли-то еще очень мало
для того, чтобы класть это зерно. Все
настолько, может быть, разные...
Обратишься ко всему человечеству,
а получится, - обратился
к двум-трем людям.
- Такая масса людей, и к каждому
подбирать какой-то свой подход,
когда мне нужно в один момент всё
сказать?
Мне дали слово. Может быть, это
ненадолго,
может быть, мне нужно одновременно?
Это нереально же!
- Обращаться ко всему человечеству
можно, наверно...
и эффективней оно, пожалуй, будет, и
интересней, и...
глубже, через... искусство живописи,
через искусство музыки...
- А другому, в это время, просто
хочется есть!
Его, прежде всего, надо накормить,
чтобы с ним потом
разговаривать хоть как-то,
и поэтому э... мне кажется, что на
людей надо воздействовать э...
на их... это самое... пробуждая в них,
в их душе добрые чувства,
на их надо воздействовать э... тем,
что им вот щас именно непосредственно
нужно.
- Вот мы сейчас здесь обсуждаем тему:
"Что бы ты сказал человечеству, если
бы тебе предоставили такую возможность?"
Обращение к человеку уже существует -
это книга!
Но если уж обращаться ко всему
человечеству в целом,
то надо говорить на языке мыслей,
чтобы это было понятно каждому
человеку.
Ну, если так можно выразиться, нужно
войти в мозг,
и всё зависит от состояния его головы.
- Ты когда-нибудь в любви объяснялся?
- Нет и надеюсь, что избегу этого.
[смех]
Крик: - Ты что, в книге вычитал?
- Нет, это моя точка зрения.
- Конечно! [смеется]
Голос: - А на гвоздях ты не спишь?
Мальчик: - Нет.
- Всё это временное явление, временное!
- Нет, это не временно!
Крик: - Когда-нибудь объяснишься!
- Это исключено!
Голос: - Ну а как же? Если полюбишь
кого-нибудь, неужели не объяснишься?
- Не может быть такого.
- Ну почему?
- Да он выше этого, понимаете? Выше!
- Ну а как же тогда...
- Он будет объясняться на языке мыслей!
- Издеваешься?
- Все ли люди счастливы от этого мира?
Все люди счастливы?
Все они ходят, что ли, радостные от
этого...
Все мы...
- Ну, а если бы была война,
что бы ты тогда сказал?
- Хорошо, война... Была война...
[говор]
Хорошо, хорошо...
Ну, я - ярый совершенно противник воин,
это ужасно, потому что война - это...
Э... Жизнь каждого человека - это...
что-то неповторимое!
- Если бы у меня была такая
возможность, я бы, наверно, сказала...
человечеству, что давайте жить
по-доброму!
Ну, ведь об этом говорят, но этого нет!
Как сказать так, чтобы это
подействовало?
- Человек добрый, все люди добрые и
начнут из этого добра искать зло.
Это же правильно, то же самое, если
будет зло, то из этого зла найдут добро
и тогда самые... плохие черты будут
для человека идеалом.
И, в конце концов, что бы я сказала
человечеству,
даже не сказала, а просто посоветовала,
потому что как-то просто невозможно,
что... Надо просто не коверкать себя.
Если уж человек злой, если ему хочется
делать зло,
так уж сделай, чтобы видели все, чтобы
у тебя это от души.
- Нужно, именно, верить в людей.
Что имеет большое значение красота.
Что вот красота она как-то трогает
человека,
обязательно трогает его за душу,
поднимает в нем что-то самое хорошее!
Вот взять, допустим, Павлову, ее танцы.
Каждый человек, он не может не
испытывать, как бы он ни был плох,
какое-то удовольствие от ее танца -
ничего объяснять не надо!
- Нужно обращаться к душе, к тому, что
в ней, может быть, осталось
изначального, доброго. А слово здесь
не поможет!
Вы, Марина Максимовна, слишком большое
придаете значение слову!
- Чтоб истина явилась миру, она должна
быть названа.
А что думает Саша Майданов?
- Это мое дело!
- На какую тему будешь писать?
- Ни на какую. Это всё лишнее! Меня не
спросят об этом!
Юля: - Майданов, прекрати!
- Что прекрати? Правду говорить?
- Марина Максимовна, гоните вы его!
- "Гоните, гоните..." Я сам уйду!
И зачем только в душу ко всем лезть?
- Смородин, ну а ты куда?
- Майданов... я тебя очень прошу!
Пойди, извинись перед Мариной!
- За очки извиняюсь! Салют!
- Майданов!
Идем, Майданов!
- Кто может предложить что-нибудь
взамен?
- "Анна Каренина и современный брак".
[смех]
- "С кем я провел лето".
- С бабушкой!
- Ну ладно, ребята, достаточно.
Вторая тема: "Необходимость лишнего".
- Надеюсь, это не про машины, шубы и
дачи?
Голос: - Это тоже не лишнее!
- А ты почему не в классе?
- Отпустили.
- Какой класс?
- 10-й "Б"!
- А ты что ходишь?
- Здравствуйте!
- Здравствуй... Ты почему не в классе?
- Очки разбил!
- А слух у тебя хороший?
- Ну, знаете, когда у человека "-5" и
разбитые очки...
то он неадекватен сам себе.
- Какой класс?
- 10-й "Б".
[мурлычет мелодию]
- Кирилл Алексеевич!
Вы мне ничего не хотите сказать? Ни
словечка?
- Об уроке?
- Да.
- Вы же понимаете, Эмма Петровна...
- Эмма Павловна!
- Виноват, Эмма Павловна!
- Ничего!
- Вот видите, я даже еще имена путаю.
Ну, что я могу сказать? Один урок...
Бывает удачный, бывает неудачный...
- Да, я знаю, я знаю. Урок неудачный.
- Неудачный, да...
- Ну что же мы здесь стоим? Пойдемте.
У меня окно.
- Да, но...
- А вы, наверно, приуныли, когда
Мякишева отвечала?
Лепит и лепит, бедняжка, эти
цепочки, а сама не знает - зачем.
Но старательно, честно.
Честно говоря, я...
я так растерялась, даже я сама забыла,
что я ей велела синтезировать.
- Угу... А вы извините, Эмма
Павловна...
- У?
А всё вы виноваты!
- Я?
- [смеется] Да. Сидит на уроке
малознакомый мужчина,
интересный... Вы поставьте себя на мое
место!
- Да как-то трудно, знаете, трудно...
Вы знаете, я, честно говоря, удивился -
вы четверку поставили. Я удивился.
- С минусом. Она... она прекрасно
знала на твердую тройку,
но я ее пожалела... за ее бледность и
вот тут столько мела истрачено!
А что вы думаете, им эта неорганика
нужна? Не-ет!
- Нет?
- Она им нужна в магазинах,
в быту, там, в шифоньере...
в качестве сорочек, там, белья
хорошего, кофточек...
Это же невеста! У них же у всех золотые
кольца, часы!
- Да, да...
Тамара Мякишева уже в Индии давно
подцвела, как невеста.
- А, так эта четвертка ей вроде
удобрения, да?
Чтоб она расцветала, как в Индии?
Цвети, Мякишева! А в Индии, там что,
за это оценки повышают?
- Ну, Кирилл Алексеевич! Вы прекрасный
подарок нашему здоровому коллективу!
- Не знаю, не знаю! [смеется]
- При ваших данных еще и веселый,
остроумный.
- Да... Извините, пожалуйста, ко...
который сейчас час?
- Да...
- Мне еще надо зайти в 10-й "Б" на
урок литературы.
- Ну, я вам не завидую!
- Да, я сам себе не завидую!
- У?
- Нет, спасибо, я не курю. Я их это...
- Жуете.
- Да.
- Ну, заходите, Кирилл Алексеевич!
- До свидания.
- А если б этого не было, мы бы не
узнали друг о друге.
То есть, человек человеку был бы...
просто шкаф.
[говор]
- Это всё про некоммуникабельность
что ли?
- Глупости!
- Здравствуйте, садитесь.
Учитель: - Садитесь, ребята.
- Разрешите мне поприсутствовать на
уроке, Марина Максимовна?
Учитель: - Пожалуйста, пожалуйста,
проходите.
Учитель: Раков, освободи место!
Учитель: Ира, продолжай, хорошо ведь
говорила!
Ира: - Да нет, я уже всё, вот Андрей
хотел что-то сказать.
Учитель: - Ну, Андрей?
- Нет, но по-моему...
всё выяснили - действительно,
проблема существует,
человек человеку не должен быть
шкафом. [тихий смех]
Учитель: - Хорошо, может быть,
обсудим первую тему:
"Почему провалился Макбет?"
Голоса: - Да уж наговорились!
- Да ну, зачем!..
Учитель: - Ну, хорошо, хорошо. Темы
для сочинения вы знаете,
сдадите в среду. Прошу не забывать.
А теперь вернемся к программе.
Алексей Толстой "Петр Первый".
- Извините, пожалуйста, Марина
Максимовна!
Я зашел только...
познакомиться. Мешать не буду вам...
Меня зовут... Кирилл Алексеевич.
Я ваш новый директор школы.
Буду вести в 10-х классах
"Обществоведение",
факультативно - "Кружок автолюбителей".
[радостные возгласы]
Простите, пожалуйста...
Вы... ребят отпустили?
- Да, я их отпустила.
- Хорошо. Продолжайте урок.
До свидания!
[аккордеон и детское пение
"Голубой вагон"]
"... Лучшее, конечно, впереди!
Скатертью, скатертью,
Дальний путь стелется
И упирается прямо в небосклон.
Каждому, каждому
В лучшее верится
Катится, катится голубой вагон.
Если вы обидели кого-то зря -
Календарь закроет этот лист.
Жить без приключений нам никак нельзя,
Эй, прибавь-ка ходу, машинист!"
- Пум, пум, пум...
- Верочка, мне нужен Герцен. Я возьму,
хорошо?
- А Верочка ушла, нет Верочки!
Э... Марина... Максимовна?
"Максимовна" - я правильно говорю?
- Да, правильно.
- Э... тут Верочка мне...
подобрала книги по педагогике.
Марина Максимовна, помогите
разобраться,
что читать, что не надо читать...
что прежде читать? Ну, так толсто
пишут вот - я запутался совсем...
что к чему здесь...
- Да, толсто пишут о нашем деле!
Вот, может быть, сначала вот это?
А остальное потом.
- Так это белетристика, Мария
Максимовна!
А мне нужна точность.
Марина: - Ну, я не знаю.
Марина: А почему бы вам не взять
почитать домой?
- Не-ет, домой нельзя - дома тахта...
жена...
дочка.
Марина Максимовна, а что, "Макбет"
действительно провалился?
- Да, провалился, мы сами видели.
- А в прессе я ничего не читал об
этом...
А почему вы в школе до сих пор?
У вас что, дети дома не плачут?
- Нет, у меня сын до 7-ми часов в
детском саду.
- Сколько ему?
- Четыре, пятый.
- А муж чем занимается?
- Извините, меня ребята ждут.
- У вас литкружок?
- М... нет, у нас просто спор возник...
стихийный.
- Что, они спорят с вами?
- А что, не полагается?
- Ну нет, почему. Спорьте-спорьте.
Так они же голодные у вас!
Отпустите их домой, пусть пойдут
поедят!
Молодой организм!
Распорядок же нарушен! И другим
предметам разве это не мешает?
- Вы знаете, я никого не держу
специально. Они взрослые люди!
- Ну да, в общем, они не дети, конечно,
Марина Максимовна.
А вы часто даете такие темы для
сочинений?
- Я стараюсь, чтобы были почаще!
А сегодня - исключение: у меня было
два свободных урока,
и я имела право, не так ли?
Мне можно идти?
- Ну конечно! Спасибо за совет!
[танцевальная музыка]
Мать: - Виновница, встречай родителей!
- Ой, родители!
Отец: - Где ты там?
Мать: - Иди сюда.
- Ой! Ну спасибо!
Мать: - В щеку.
- Ну как ты одета?
- Да не, ничего! Какой магнитофон!
Отец: - Ну как подарок?
Мать: - Неси сюда банки...
Дочь: - Все от зависти помрут - такой
магнитофон! Где вы были-то, устали?
Отец: - Еще бы!
Мать: - Устали.
Дочь: - А что, рыба?
Мать: - Рыба, рыба. Давай тапочки!
- Угу. Сейчас несу. И правда рыба!
Живая еще!
- Таз с водой, "живая"! Она подохла,
пока мы доехали!
- Где вы ее достали-то?
Отец: - Поймали!
- Ой, устала, сил нет - по всем
магазинам таскались!
Переоденься! Что ты всё с голым пузом
ходишь?
- Да ладно!
- Господи, хоть бы ради дня рождения!
Мать: Ой, сил нет...
Отец: - Садись, мать, устала?
- Устала конечно.
- А что, мы сегодня праздновать будем?
Мать: - Обязательно.
- Вот хорошо! Я своих позову, можно?
- Позови, конечно. Мы своих позвали уже.
- А кого это своих, мама?
- Акимова, Сивака, Титовых...
(мужу) В морозильник клади.
- Угу.
- А масло?
- А?
- Бэ!
- Зачем Титов-то нужен?
- Он тебе нужен, дорогая моя, а не мне!
- Мне он не нужен!
- Не нужен он ей...
[звонок]
- Минуту!
Отец: (по телефону) Да?
Мать: - Поставь на стол.
Не рассыпь, осторожно!
Отец: - Сейчас позову.
Отец: Именинница, к телефону!
- Поздравляю вас, сумочка упала!
- Так...
- Марина что ли подсуетилась?
- Да?
- Только трубку не кидай - у меня
двушек больше нет.
- А если кину?
- Придется еще раз стрелять.
В общем, так, Маруля.
Поздравляю тебя, желаю всего-всего,
м... расти и не чихай!
- Ну, спасибо!
- Слушай, если я вчера в классе и
свалял дурака, ну, это всё так...
- Ха, уже прогресс!
I change for English.
I shall be at the corner at known place
in an hour...
- Чего-чего? [стук по стеклу]
Не понял, повтори!
- Родители, миленькие, ну я же скоро
по-птичьи чирикать буду,
дайте вы мне хоть слово-то
сказать!
- А чего ж стоять, действительно?
Выросла девка!
- Я не слепая, сама вижу, что выросла!
- В общем, так. Через час я буду на
Грибоедова. Подъезд ты знаешь.
Если хочешь, можешь прийти. Только
тебе сначала придется извиниться.
- Юль, тебе не надоело там?
- Представь себе, нет!
- Кошмар!
Поехали в Токусово, как в тот раз?
Тетка уехала.
Там хорошо, белки!
- Никуда я с тобой не поеду! Ты вел
себя с Мариной, как последний хам!
Я вообще тебя ненавидела тогда, и не
скоро еще отойду! Привет белкам! Понял?
- Понял!
- Марина Максимовна звонила?
- Нет.
- А ты куда собираешься?
- Погулять.
- То есть, как погулять?
- Только недолго!
- Что значит недолго, ты что?
А кто будет помогать?
- Да я помогу!
- Подожди.
- Я передумала справлять день рождения!
Ты пригласила своих гостей, вот и
празднуйте!
И вообще, прекрати меня пристраивать!
Надоела!
Отец: - Чего?!
Юля: - А зачем я-то вам нужна?
Посидите, с Титовыми поговорите,
телевизор посмотрите.
- Ох, врезала б я щас тебе!
- Чтоб через час была дома!
- Я подумаю!
Привет Титовым!
- Ничего не понимаю!
- Зато Я всё понимаю!
- Я ползу, он - на нее! Это я слон, я
хочу всё знать, и правильно делаю,
но за что же вы хватаете меня за нос?
Отпустите меня! [детский смех]
Ребенок: - Бам, снегом в шапку туда!
Так тебе и надо! [смеется]
- Ой, какая глубокая река Лимпопо!
А это я теперь буду дельфином,
и вот я плыву по прекрасному морю...
Акула! Акула! Спасайтесь, дельфины!
[смех ребенка]
Но теперь я буду тигром, тигром!..
- Нет, ты не тигр, ты дельфин!
- Буду тигром!
- Не будешь!
- Буду!
- Не будешь!
- Ррр! А смотри, как я рычу! Ррр!
Ну-ну-ну!
Ребенок: - Сейчас...
Вот тебе! Будешь знать!
Вот опять шапку взорвал! Опять в
шапку попал!
- Стой, Антон, подожди-ка! А ну-ка
сделай еще раз так!
- Уку.
- Попробуй, а?
- Совсем, как у мамы!
- Сколько свечек?
- 17.
- Как? Уже 17?
- Да.
- А я думала, что...
- Давай торт, я сама поставлю.
- Да-а, с тех пор, как мне исполнилось
17...
- Что же произошло с тех пор?
- Я чувствую себя стариком.
- Стариком? Не рано?
- Кстати, Танюша, а тебе сколько лет?
- Может, меньше 17-ти, а может и
больше!
Марина: - Ну и что же?
- И всё-таки я чувствую
себя ужасно старым!
- Тебе еще место в трамвае не уступают?
- Помолчи, малыш!
- Подожди, слушай, так что ж я,
по-твоему, уже старуха?
- Подожди, Сережа. Значит, в жизни
тебе всё ясно?
Все проблемы ты уже решил, всё понял,
да?
- Не совсем.
- Ну, а как же?
Сергей: - Дело в том, что...
Человек нормально живет до 30-ти лет...
- А потом?
- А потом он живет... по инерции.
- По инерции?
Сергей: - Никаких радостей, никаких
неожиданностей...
- А если несчастный случай?
- Тоже мне радость нашла, Вероника!
Ладно, сейчас с тобой говорить
бесполезно,
а вот через 15 лет я с тобой поговорю,
хорошо?
Голос: - Ребята, Юлька бежит!
- Ой, а что у нее такое в руках?
- Магнитофон, не видно что ли!
- Я знаю, ей подарили.
- Разглядел, глазастый какой!
- Алла, бери гитару!
- Беру, Марина Максимовна!
- Ну, пустите-ка! Медведь же здесь
лежит!
- Ты слезешь с табуретки, а?
- Спасибо.
- Идет красна девица по белому снегу
и не знает,
какой тут праздник приготовили!
- Ну что ты хочешь, Андрей? 17 лет!
- Да, стареют наши девочки...
- Ой, коли взрослая! [смех]
[весело подпевают под гитару, вальс]
- Пам-парам...
[звонок]
- Ну, открывайте, открывайте вы двери!
- Ну, наконец-то!
[радостная речь]
- Мокрые какие!
- Здравствуйте, подождите!
Ну, не начинайте же без меня? Ну,
куда же вы?
- [кричат хором] Поздравляем!
Юля: - Спасибо, ребята!
- Паша, возьми пальто! Юля, это для
тебя!
- Поздравляем! [радостный говор]
- Спасибо, спасибо, ребята!
Это мне родители магнитофон подарили...
[радостный говор]
[играет пианино, плавная музыка]
- А меня сегодня Майданов первый
поздравил.
- А родители?
- Ну, это само собой.
- С ними празднуешь сегодня?
- Нека! Мы уже отпраздновали.
[музыка пианино]
- Что ж Майданов с тобой не пришел?
- Да он на дачу уехал, в Токосово.
Белки там, снег...
- Белки, снег - прекрасно...
Звал?
- Угу.
[играет на пианино плавную музыку]
[быстрая классическая музыка]
[музыка продолжается]
[музыка продолжается]
Майданов: - Куда поедем?
- А?
- Куда поедем, говорю?
- Да вон, на две горки.
[Майданов присвистывает]
- Сань, это не к тебе вон случайно?
[оживленный говор]
- Далеко еще?
- Да нет, вот тут же рядом!
- [свистит] Кажется, ко мне!
Охлопеть можно! Чего это они?
- "Над ручьем весь день
Ловит-ловит стрекоза
Собственную тень."
Друг: - Ну это надолго затянется, я
чувствую... - Да-да.
- Бывай, мальчик!
Майданов: - Салют!
- Антончик, ну давай, попрыгаем, да?
Давай, опа!
Юля: Оп! Вот хорошо! Оп!
Ой, осторожнее - кто-то едет.
Лыжник: - Эй, посторонитесь, дайте мне
проехать!
[веселый говор]
Крик: - Салют в честь новорожденной!
- Ой!
- 17-ю артиллерийскими залпами огонь!
Крики: - Ура!
[веселый говор]
- Иди! Еще!
Давай, давай, вставай!
Ой! [смеется]
[веселый говор]
Ребенок: - Что там Майданов делает?
Марина: - А действительно, что же он
там делает, а?
[плавная музыка, веселый говор]
- Где белки?.. Где белки?
- Скачут.
- Ты нам.. почему еще к нам не
приходишь? Почему?
- Почему не прихожу? Дела!
- Врешь!
- Нет. - Да!
- Мы вместе с ним всё время. Верите?
- Верю.
Марина: Я-то верю, это он мне не верит.
Ревнует он тебя ко мне, Юлька!
- Да нет, ну что вы, Марина Максимовна!
- Ой, не могу я больше идти!
- Давайте посидим здесь, отдохнем?
- Ревнует.
[устало вздыхает]
- Ревнует... Он вообще ревнивый!
- Чепуховина получается какая-то!
Почему бы ему не прийти ко мне?
[вздыхает] Не пойму.
Как вы все приходите, а?
- Марина Максимовна, ну хотите я
приведу его?
Хотите?
- Нет, Юлька, приводить не надо.
Майданов: - Чего приехали-то? Только
честно - бумагу не пачкай!
- Было бы что пачкать!
- А ну, знаю - Марина Максимовна?
- Ну Марина.
- Да?
Так я и знал!
- Ну и что?
- Да ничего!
Чё она приперлась? Чё ей от меня надо?
- Ваше Высочество недовольно приезду
гостей?
Побеспокоили уединение на лоне природы?
- Да, побеспокоили!
Отдыхала бы! Выходной!
- За что такая немилость?
- Ну ты, Длинный, думаешь я шучу? Да?
Не верю я вам!
Тошнит меня от ваших забот!
Из меня одуванчика хотите сделать?
Дунь - и отключусь?. Не будет! На!
Майданов: Лысый? Не... не верю!
- Я-то тут причем?
Майданов: - А мне-то что? Возьми
обратно!
Майданов: Много вам!
На!
На! И завучу я больше верю! На!
- Ну, я не думал, что ты такой дурак!
Майданов: - Потише!
- И что она тебе сделала?
- Что?
Ничего! Не верю я ей!
Завучу больше верю!
А она - одна,
вот и няньчится с вами от скуки! Молодая,
красивая...
- Во-первых, она сама от мужа ушла.
Потом, нет у нее никаких задних мыслей!
- У ее пацана нет задних мыслей! Она
его мать, она...
- С ней можно говорить, о чем хочешь?
- Говорить? Говори, а я послушаю!
- Услышишь, сегодня!
- Ладно-ладно...
послушаю, а то у вас складно
получается.
Договорились?
- Окэй.
[свисток поезда]
Майданов: - Пошли!
[свисток поезда]
[танцевальная музыка]
Юля: - Ой, ребята, смотрите, Антон
танцует!
- Они смеется, смеется, смеется!
- Майданов, пойдем танцевать! Пойдем!
Не хочешь?
Юля: - Антон, а ты? Пойдем!
- Стоп! Прекратили!
- Почему?
- Сейчас всё объясню.
- Дай потанцевать! [недовольный ропот]
- Так, интеллектуальная пауза! Тише,
тише! Интервью!
Значит, звуковое письмо потомкам! Всё
ясно, да?
Пожалуйста, Таня - свет. Леша -
фотографируешь... Опа!
Таня: - Я готова.
- Алла, ты уверена в себе?
- Пока да.
- Сережа, какие у тебя отношения с
родителями?
- Сложные!
- Почему?
- А у тебя они простые?
Антон: - А меня?
- Антоша, кем ты хочешь быть?
- Танкистом!
- Таня, чего ты хочешь?
- Ну ты же знаешь!
Голос: - Татьяну Доронину заменить!
[смех]
- Так, Леша... слушай, а ты чего
хочешь?
- Денег зарабатывать побольше.
Да я не потому, просто чтобы матери
о них не думать.
Вообще, хотелось бы прожить жизнь
так, чтобы потом о ней не жалеть.
Ну ладно, хватит тебе, иди!
- Ника, а ты себе нравишься?
- Нет.
- Ну, бывают такие моменты, когда
хорошее настроение,
когда собой довольна внешне и внутренне?
- Бывает, но, вообще, нет.
- Ясно... А ты?
- Не жалуюсь!
Юля: - Хорошо!
- Юлька, хочешь замуж?
- Замуж? Не, не хочу!
- А детей?
- Хочу! Пятерых!
- Ого!
- Интересно, где она возьмет детей без
мужа?
- Вообще-то, странный вопрос! [смех]
- Марина Максимовна, вам нравится наша
школа?
- До сих пор нравилась.
- Конечно, при бабе Симе лучше было!
- Эмма Павловна - хороший
учитель?
- Не понял?
- Эмма Павловна знает химию, мягко
говоря, не лучше, чем Андрей!
- Пардон, даже сравниваться не хочу!
Она на проблемном уровне совершенно не
сечет!
- Эмма Павловна боится Андрюши и
поэтому и выгоняет его каждый раз.
- Ну, он сам виноват - Эмма Павловна
не такая уж вредная женщина!
И вообще-то с Голгофой можно ладить.
- Как ты ее назвала?
- Голгофа. Она говорит: "Я в ваш класс
иду, как на Голгофу!"
- Ну и юмор!.. До чего ж вы довели-то
бедную женщину!
- Понимаете, Марина Максимовна, мне
химия позарез нужна,
приходится до всего доходить самому.
Леша: - Андрей!
- Я, конечно, не говорю, что каждый
учитель должен быть таким, как вы,
во всяком случае, профессионалом он
быть обязан!
- Андрей, хватит! Не надо!
- Почему? Это же правда! Я, конечно,
понимаю: неудобно, но...
- А зачем начал?
- С кем же мне еще об этом говорить?
Майданов: - Лопух ты, Андрей!
Антон: - Лопух ты, Андрей!
- Говори, не говори - учителя все
заодно!
- Ну, хорошо, Майданов...
Я встану на педсовете и скажу: "Вот
мнение...
мое и десятиклассников об учителе
химии." Так?
Антон: - Ой, мам! Хочу к тебе!
Марина: - Ну иди ко мне! Иди-иди!
- Марина Максимовна, а как вам наш
новый директор? Нравится? [смех]
- Слушайте, ребята! Предупредили бы,
что экзамен - я не готовилась!
- Да просто, как человек, нравится?
- Нравится или не нравится, а?
- Что значит "нравится-не нравится"?
Он не кандидат в директора, мне его не
выбирать - он уже директор.
Хотя я, наверно, и не назначила бы.
Но нельзя же так обсуждать людей!
Это вчера в учительской задали вопрос
и началось:
кто, откуда, кто жена, сколько детей?
Вообще-то, уже темно, может?
Родители ждут, пора?
- Нет, что вы, Марина
Максимовна! Мы уже не маленькие!
- Юль, тебе батареек не жалко?
Голос: - Ой, а что мы, записывали?
- Да нет, пускай крутится! Будет что
вспомнить, когда постарею!
Ребята, давайте нашу споем?
- Конечно! - Давай!
Юля: - Начинаем!
- Алка, только не высоко!
[поют] "Давайте восклицать,
Друг другом восхищаться,
Высокопарных слов
Не надо опасаться.
Давайте говорить
Друг другу комплименты,
Ведь, это всё любви
Счастливые моменты.
Давайте горевать
И плакать откровенно,
То вместе, то поврозь,
А то попеременно.
Не надо придавать
Значения злословью,
Поскольку грусть всегда
Соседствует с любовью.
Давайте понимать
Друг друга с полуслова,
Чтоб, ошибившись раз,
Не ошибиться снова.
Давайте жить, во всём
Антон: - Я хочу тоже вместе с вами петь!
Песня: Друг другу потакая,
Тем более, что жизнь
Короткая такая."
[звонок]
- Осторожнее.
Да?
Добрый вечер! Поздравляю вас!
Что такое?
Он не мог ответить - мы только-что
вернулись из загорода.
Нет, ее никто не похищал.
- Красивая, красивая... Кажется, мои
предки?
Марина: - Клавдия Петровна, но
ведь я же предупредила!
- А ты что, знала об этом?
- Мне очень жаль, что так получилось,
но ей было хорошо.
Я вам обещаю, что через 20 минут она
будет дома.
Да, но не... не нужно обобщать - вы
раздражены сейчас!
Хорошо, пускай мы поговорим с вами в
другом месте, до свидания!
Юля!
- Что?
- Юля, почему ты не сказала, что у
тебя дома гости?
- Я не хотела.
Андрей: - Дитё раздето.
- Она пригласила своих гостей, ну и
пусть бы с ними сидела!
- Андрей, проводи ее.
- Нечего мне там делать после этого!
- Кончай хамить, Юлька!
Тебе мама магнитофончик, шубку...
- Ну, спасибо ей!
Да не трогай ты меня!
Марина Максимовна, но я бы там с тоски
померла!
- Юля, они родители твои! Ну, неужели
это нужно объяснять? Иди домой!
- Можно я Антона уложу?
- Антона я уложу сама!
- Но Марина Максимовна, я...
- Юля, иди! Мне неочем больше
с тобой разговаривать! Иди домой.
Андрей: - Понимаешь, семейные
отношения - это дело сугубо личное.
Конфликты с родителями надо решать
самой.
- Но идти к этому надо другими
путями - не через инфаркт!
[Юля плачет]
- Ты еще здесь?
Андрей, я же просила!
Спасибо, и так уже хватит на сегодня -
день был слишком длинным!
- Особенно... особенно мне спасибо, да?
- Юля, твои истерики здесь никому не
интересны!
Ты взрослый человек - тебе 17 лет!
Ну, неужели ты не можешь со своими
родителями разобраться сама? Иди домой.
Закройте дверь.
- До свидания, Марина Максимовна.
- До свидания.
Леша: - Марина Максимовна!
- Да?
- Переживать будете?
- Да нет, Алеша, я завтра начну.
- Марина Максимовна, я вас очень
прошу...
Не надо переживать!
- Хорошо. До свидания.
- До свидания.
- Дверь захлопни.
- Ну что, орлы? Опять в коридоре?
- Уши болят!
- Ясно, ясно...
- Он врет! Я ему в лоб дал, и нас
учительница прогнала.
- В лоб дал?
Ну не надо, в лоб не надо - по голове
вообще нельзя бить!
А тем, что вы в коридоре проводите
время,
вы мне все показатели портите!
[веселые крики]
- Можно, Кирилл Алексеевич?
- Да, пожалуйста.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Вы свой урок мне не подарите?
- А у вас что произошло?
- Мне очень хочется сводить ребят на
Мойку.
Сегодня годовщина смерти Пушкина, а
мои ребята еще там не были.
- Пушкин в 8-м классе по программе.
- Ну, я поведу туда 8-й, а заодно и
своих ребят захвачу.
Можно?
- Пожалуйста.
- Спасибо!
- Пирожными кормите их!
- Хлебом, Кирилл Алексеевич, хлебом!
- Алё... алё, это институт?
[веселые крики ребят]
- Фамилия?
- Майданов.
- Майданов на занятиях по автоделу и
военной подготовке
назначается старшим!
Голоса: - Ну ты, парень, даешь!
- Построй команду!
Майданов: - А ну, стано-вись!
[веселый говор]
Директор: - Пошустрее.
Леша: - ... только я понял, что
музыка - это вершина каждого,
и каждый к ней идет долго, упорно и
когда-нибудь он может быть дойдет,
как доходят до Льва Толстого...
- Так, начинаем занятия по автоделу.
Андрей: - А что ты считаешь той вершиной,
до которой...
Директор: - Автодело я рассматриваю,
как часть...
общетехнической подготовки...
для будущих защитников Родины.
- Леша, а он - шериф!
- Ха, да брось ты, какой он шериф!
Директор: - Из этого следует...
[Андрей и Леша громко спорят]
Директор: Что из этого следует...
расскажете вы!
Что из этого следует?
- А у меня минус пять.
- А, "неадекватен сам себе"?
- Вроде, так получается.
- Так что, установка на белый билет?
- Никак нет.
Просто, понимаю, чтобы сидеть за рулем
автомобиля...
К тому же я просто... в этом плане
опасен.
- Алексея ждет золотая медаль,
и, я думаю, его с радостью
встретят в университете.
- Это еще не факт! А 132-я статья
конституции СССР тебя не касается?
- Во-первых, в статье ничего про мои
мечты не сказано,
а свой долг, я надеюсь, я выполню не
хуже, чем многие другие.
Может даже, лучше получится!
- Ну вот... Вот это я и хотел от тебя
услышать!
- Пожалуйста.
- А неизлечимых болезней нет!
В журнале "Наука и жизнь" за 19...
19... 68 год, номер 4
есть статья: "Древнеиндийские
упражнения для укрепления мышцы глаза".
Показать?
- Если вам не трудно.
[ребята смеются]
- Ясно?
- Ясно!
- Повтори!
[ребята смеются]
Директор: - Вот-вот!
Вот-вот, хорошо-хорошо! И будешь
адекватен сам себе!
У меня было минус три, сейчас читаю
любой текст при любом свете!
- Здорово!
- Становись! Подравняйсь!
Майданов, выйди из строя.
- Есть!
- Расскажи товарищам, какие правила
дорожного движения...
ты нарушил, сев самовольно за руль
автомобиля.
- Ну... сел я за руль без инструктора,
тем более, самовольно...
[смеются]
Марина: - Здравствуй, Майданов.
Я убедительно прошу,
чтобы ты тоже пошел - тебе
это будет интересно.
Пошли-пошли!
Ну а ты что? Идем!
- "Александру Сергеевичу хорошо!
Ему прекрасно!
Шумит мельничное колесо,
Боль угасла!
Бабы щурятся из избы,
В небе - жаворонки,
Только десять минут езды
До ближней ярмарки.
У него ремесло - первый сорт
И перо остро!
Он губаст и учен, как черт,
И всё ему просто!
Жил в Одессе, бывал в Крыму,
Ездил в карете,
Деньги в долг давали ему
До самой смерти.
Очень вежливы и тихи,
Службой замученные
Жандармы его стихи
На память заучивали.
Даже царь приглашал его в дом,
Желая при этом
Потрепаться о том, о сем
С таким поэтом.
Он красивых женщин любил
Любовью не чинной,
И даже убит он был
Красивым мужчиной.
Он умел бумагу марать
Под треск свечки,
Ему было за что умирать
У черной речки.
[плавная музыка, церковный хор]
- "Но почему-то сны его воздушны,
И, словно в детстве - бормотанье,
вздор.
И почему-то рифмы простодушны,
И мысль ему любая не в укор.
Какая радость в
каждом сочлененье
Согласной с гласной!
Есть ли в том корысть?
И кто придумал это сочинение!
Какая это радость - перья грызть!
Быть, хоть не надолго, с собой в
согласье
И поражаться своему уму!
Кому б прочесть - Анисье иль Настасье?
Ей Богу, Пушкин, всё равно кому!
И за полночь пиши, и спи за полдень,
И будь счастлив, и бормочи во сне!
Благодаренье Богу - ты свободен,
Свободен в Болдине, в карантине."
- "В кругу земных столпотворений
В извечной сменности систем
Живет недолго добрый гений,
Себя раздаривая всем.
И в этой беспощадной трате
Остановить его нельзя,
Он держит целый мир в охвате,
По дебрям опыта скользя..."
- Гости ушли, смертельно обиженные.
Никто ничего не мог понять.
Пришла в 11 часов с совершенно... с
мокрыми ногами, совершенно промокшая.
А у нее был нефрит.
- Угу...
- Но дело не в этом, я не об этом...
Там маленький ребенок, 4 года -
прелестный возраст, я всё понимаю...
Но я не готовила свою дочь в няньки.
В 10-м классе она находит время с ним
заниматься.
Если Я прошу о чём-нибудь...
о любой ерунде
или отец обращается с какой-то
просьбой - "Много задали!"
- И ничего не делает что ли?
- Ничего она не делает, абсолютно!
- Ну, вы не волнуйтесь, не надо, не
волнуйтесь.
- О чём они разговаривают там по субботам?
"Разговаривают они"! О чем?
Ну, хорошо, я отстала... со мной... я
не в счет, но вы - руководство!
Вы - руководство! Вы
должны быть в курсе дела.
Какие такие проблемы они там решают?
- Ну, в общем, понятно... Вы считаете,
что Марина Максимовна плохо...
- Я ничего не считаю, Кирилл
Алексеевич, дорогой - я знаю!
После этих посиделок она приходит...
[плача] совершенно чужая!
- Ничем они плохим там не занимаются,
наверно, Клавдия Петровна...
- Может быть, они там ее...
развивают,
но и Ольга Денисовна, и мой муж -
мы не хотим развивать свою дочь...
в эту сторону!
- Вы поймите, они, наверно, просто
любят ее и всё.
Я, правда, недавно здесь, но,
по-моему, они ее любят.
А вы, вы извините конечно, но вы,
по-моему, ревнуете.
- Ну, это смешно, Кирилл Алексеевич...
- Ну вы ревнуете, ну серьезно!
Я разделяю ваши чувства, я понимаю...
Я сам отец, у меня дочка есть.
Мы с женой еле-еле с ней справляемся,
честное слово!
И я понимаю: эмоционально вы правы, мы
разделяем ваши чувства!
- Да-да, разделяем!
Директор: - Это нервы, это... Сейчас
все нервные,
но так расстраиваться - нет никаких
объективных причин, честное слово!
- Какие эмоции, Кирилл Алексеевич? Это
не эмоции!
Я не хотела до этого доводить, но если
вы считаете, что это эмоции,
вам нужны... факты...
Пожалуйста!
[танцевальная музыка]
- Что это?
- "Вот свет. Вот сумерки легли.
"Но где ж роман?", - читатель
спросит. -
"Здесь нет героя, нет любви!"
Меж тем - всё есть! Окрест крепчает
Октябрь, и это означает,
Что тот, столь счастливо любивший
Печаль и блеск осенних дней,
Идет дорогою обычной
На жадный зов свечи моей.
Сад облетает первобытный,
И от любви кровопролитной
немеет сердце, и в костры
Сгребают листья... Брат сестры,
Прощай навеки! Ночью лунной
Другой возлюбленный безумный,
Чья поступь молодому льду
Не тяжела, минует тьму
И к моему подходит дому.
Уж если говорить: "Люблю!", -
То, разумеется, ему,
А не кому-нибудь другому.
Очнись, читатель любопытный!
Вскричи: "Как? Намертво убитый
И прочный, точно лунный свет,
Тебя он любит?!" - Вовсе нет!
Хочу соврать и не совру,
Как ни мучительна мне правда,
Боюсь, что он влюблен в сестру
Стихи слагающего брата.
Я влюблена, она любима -
Вот вам сюжета грозный крен.
Ах, я не зря ее ловила
На робком сходстве с Анной Керн!
В час грустных наших посиделок
Твержу ему: "Тебя злодей убил!
Ты заново содеян
Из жизни, из любви моей!
Коль ты таков - во мглу веков
Сошлю назад!" Не отвечает
И думает: "Она стихов
Не пишет часом?", - и скучает.
Вот так, столетия подряд
Все влюблены мы невпопад,
И странствуют, не совпадая,
Два сердца, сирых две ладьи,
Ямб ненасытный услаждая
Великой горечью любви."
Гид: - Только день смерти Пушкина,
как никакого другого русского писателя,
с удивительным постоянством отмечают у
нас ежегодно.
В 139-й раз стоят у окон этого дома
люди.
И так же, как тогда - в 1837-м
всеми, кто находится здесь сегодня,
владеет чувство великой горечи и
сознание огромной утраты.
[церковный хор]
Запись: "- А детей?
- Хочу! Пятерых!"
- Кошмар какой-то!
- Пятерых!
Запись: "- Таня, чего ты хочешь?
- Ну ты же знаешь!
- Татьяну Доронину заменить!
[смех]"
- Всё смешно! Всё смешно!
Запись: "- Так, Леша, слушай... а ты
чего хочешь?
Запись: - Денег зарабатывать побольше."
- Денег зарабатывать побольше!
[выключили]
- Магнитофон вашей дочери?
- Да, это мы купили магнитофон,
подарили.
- Кирилл Алексеевич.
- Да?
- Там, как-будто, оборудование
привезли.
Клавдия Петровна, извините, мы на
минуточку - принять, расписаться.
- Простите, пожалуйста, Клавдия
Петровна, я сейчас.
- Кирилл Алексеевич, я страшно
обеспокоена,
я даже не думала, что настолько
всё это серьезно!
Вы же видите мамашу, на что она
способна!
Она возьмет магнитофон, поедет в РОНО,
поедет в ГорОНО,
и вы понимаете, какие могут быть
последствия!
И для школы - начнут склонять на
каждом собрании, и для Марины!
- Но без Марины Максимовны это
слушать нельзя. Это нехорошо.
- Кирилл Алексеевич! Знаете, я скоро
32 года как работаю,
и мне не хотелось бы быть этакой...
телегой несмазанной,
которая всё против молодости скрипит.
- Ну, сейчас-то что делать?
- Мы должны дослушать всё это до конца!
- Не могу я это слушать, не могу!
Нельзя это слушать, нельзя! Это всё
равно, что в замочную скважину смотреть!
Люди разговаривали, не предполагая,
что мы их будем слушать!
Нельзя это слушать!
- Надо знать, с чем мы имеем дело!
И всё!
- Мы уже знаем, с чем мы имеем дело,
и с кем мы имеем дело.
- Идемте!
- Клавдия Петровна, вы извините,
пожалуйста...
- Пожалуйста.
- Видите - дела.
Вы знаете, мне кажется, что на ходу
трудно разобраться с этим вопросом.
ведь вопрос серьезный...
Скажите, пожалуйста, вы могли бы нам с
Ольгой Денисовной
доверить магнитофон?
- То есть... вместе с пленкой?
- Да.
- Ну, ради Бога, пожалуйста,
Господи!
Цель у нас одна, я думаю?
- Спасибо большое! А как он включается?
- Вот так.
- Так включается, так выключается.
- И интерес один.
[звонок с урока]
- Спасибо.
- Незачто.
- Благодарю вас за сигнал...
- Это не сигнал.
- За доверие благодарю. Благодарю.
- Кирилл Алексеевич, скажите,
а моя откровенность никаким
образом не отразится на Юле?
- Нет! Нет!
- Я вас очень прошу!
- Ну что вы! Не беспокойтесь.
- Разнервничался директор!
Завуч: - Да...
- Я пересижу у вас переменку, можно?
- Да, пожалуйста.
- Ольга Денисовна, а...
А у директора с Мариночкой нет...
никаких отношений?
- Клавдия Петровна! Не ожидала!
- Да нет! Да вы меня не
поняли совершенно!
- Спасибо, Кирилл Алексеевич. Ребята
остались довольны!
Андрей: - Сдается мне, ребята, что это
магнитофон
нашей с вами общей знакомой Баюшкиной.
- Но как он сюда попал?
- Кого нет?
- Анварова нет, Шарова, Сысоева,
Смородина.
- Шарова нет? Ну, слава Богу!
Отдохнем от его великой учености!
Так... Ну а почему такая грязь на моем
столе?
Всё платье новое испачкала!
Леша: - Можно войти?
- Ну вот! А я только-что обрадовалась!
Шаров, я тебя отметила, как
отсутствующего!
Так что ты или уходишь, или садишься
и весь урок молчишь, как рыба!
- Ну, я думаю, вам легче исправить
отметочку в журнале,
нежели мне отрастить жабры и... метать
икру. [смех]
- Начинается! Садитесь.
Сысоев! К доске.
- Можно я, Эмма Павловна? Можно мне?
- Баюшкина, к доске быстро!
- Меня же на прошлом уроке вызывали,
Эмма Павловна!
- Так, Сысоев решает задачу.
Так, а Баюшкина нам рассказывает про
бензол.
Внимательно все слушаем про бензол!
- Бензол - это жидкость, в воде не
растворимая,
бесцветная, со своеобразным запахом.
Молекулярная формула бензола...
- В чем они ее могут обвинить? Ведь
то, что мы говорили - это правда,
и мы имеем на нее полное право!
- Ну, видишь... ответы были слишком
прямыми.
- Смородин!
- Так надо же было... (зовущему) Уйди!
Так надо же было для них время
выбирать и место подходящее тоже,
а теперь уже поздно!
- Ну, это было не для магнитофона,
а Юлька...
Юля: - ...оставалась жидкость. Это и
был бензол.
Э... Впервые структурную формулу
бензола
предложил в 1865 году
немецкий ученый Кекуле.
Но эта... формула Кекуле была не очень
правильная, потому что он изобразил
там... чередование двойных и простых
связей,
а этого быть не может, это не так.
- R6!
- Прекрати подсказывать!
Он сам прекрасно всё знает!
[плавная музыка]
- Таким образом, бензол занимает
промежуточное положение...
- Хватит, достаточно. Сысоев садись.
Сысоев - 4, Баюшкина - 3. Дневники на
стол.
Юля: - А я дневник дома забыла!
- Ты всё время забываешь дома!
Дневники надо сразу класть, как только
выходишь!
Андрей: - Эмма Павловна!
- А тебя у меня нет!
- Эмма Павловна, ну это же
субъективный идеализм, Эмма Павловна!
Как же меня нет, когда вот он я здесь
стою?
Эмма Павловна, собственно, почему 4,
а не 5 и не 3,
и ни какая-нибудь другая оценка?
Голоса: - Действительно, почему 4?
- Почему Баюшкиной 3? [говор]
- Господи, ну когда же это кончится!
[говор в классе]
- Вопрос по существу: человек
правильно вам решил задачу...
- Знаешь что, выйди вон из класса!
[возмущенные возгласы]
- Чуть что, сразу Андрюха!
- Всегда его выгоняют!
- Выйди вон из класса, я сказала!
Это я вас хочу спросить: почему такая
нервотрепка каждый день?
Что я вам плохого сделала? Я только...
[говор]
Я только хорошее вам желаю, только
хорошее!
Я вообще могу уйти из школы и
прекрасно устроиться фармацевтом!
[смех, насмешливые возгласы, говор]
[тишина в классе]
- Садитесь.
Я тоже посижу у вас на уроке, Эмма
Павловна, если вы не против?
- Да, пожалуйста. Очень даже вовремя
вошли!
Только урока не будет, Кирилл
Алексеевич, пока Шаров не выйдет.
Я уже вам говорила: это хулиган! Это
умственный хулиган!
Или он, или я!
- Пойди погуляй, Шаров!
- До свидания, Эмма Павловна!
- Садитесь, пожалуйста, Кирилл
Алексеевич!
Вон там место свободное - Анваров
сегодня не пришел.
Так, тема у нас: "Механизм реакции
замещения
на примере предельных углеводородов."
Что тебе?
- Можно выйти?
- Нет.
Тебе эта тема необходима в первую
очередь, Майданов! Садись!
- Ах, так?
Я сам выйду!
- Вот видите!
- Ничего-ничего, продолжайте урок,
Эмма Павловна!
Ученик: - Повторите, пожалуйста!
- Повторяю:
"Механизм реакции замещения
на пределе... это... на примере...
на примере предельных углеводородов."
[вздыхает]
Пишите, все пишите!
- Это не педагогично, нехорошо,
понимаешь? Они так считают. Нельзя!
Майданов: - (мальчику) А ты чего?
Давай валяй отсюда!
А ты понимаешь! Немножко!
- Не без этого!
- Мда...
- Ты вот хотел... Марину проверить,
да видишь, что из этого вышло.
- В общем, так...
Ты отвлекаешь Алину, а я... - в
кабинете директора.
- Погоди, тут подумать надо!
- Да чего тут думать? Тут надо
действовать!
- Действовать-то надо...
только всё это на воровство похоже.
- Да брось ты, деточка!
Магнитофон чей? Юлькин.
Вот мы и вернем его хозяйке.
- А, ну давай!
- В общем, так. Слушай сюда!
Ты отвлекаешь Алину...
- Как?
- Очень просто! Вешаешь лапши на уши...
Там, вызови ее, скажи, что, мол,
пойдем, я тебе что-то скажу...
- Я боюсь, она не пойдет за мной.
- Пойдет!
Как ниточка за иголочкой!
Она давно на тебя глаз положила!
- Чего?
- А ты что, не знал что ли?
Молодой!
Как бог красивый! Ну чего? В путь?
- Окэй.
[плавная музыка]
Таня: - Андрей! Мы идем или нет?
- Юль!
- Ну что? Чего тебе?
- Ты ничего не потеряла?
- Я? Нет, а что?
- Твой? Только тихо!
- Мой...
А где ты взял?
- Где я взял, там больше нет!
- У тебя лицо сейчас, как у афериста!
- Ну, чего ты сразу обзываешься?
- Ты можешь объяснить, где ты взял?
- Мать твоя принесла.
- Моя мама тебе?
- Ты чего, вообще ошалела?
- Мда... Образумить бы слегка Марину на
первом году работы,
и не было бы сейчас этого скандального
дела...
да и программа по литературе не
превращалась бы в Тришкин кафтан!
- В каком смысле?
- Ну, это когда одалживаются часы
одного писателя,
чтоб посвятить их другому, который
больше вдохновляет Мариночку.
- [тихо напевает] Пум-пум-пум.
Да, вы уверены, что...
Серафима Осиповна замяла бы всё
это?
- Да, безусловно!
- Ох, взяли мы с вами обузу на свою
голову!
- Да...
- Ну, хорошо. Прокрутим мы это всё
дело на педагогическом совете,
ну и что?
- Извините, Кирилл Алексеевич, мы вас
ждем!
В буфете ждем!
- В буфете?
Я не хочу есть!
- Кирилл Алексеевич, не обижайте людей!
Пойдемте, пожалуйста!
- И что это, надолго это в буфете?
- Ну, это кому как!
- Ну, тогда, одну минуточку, я
домашних предупредить должен.
- Я уже ничего не понимаю! Ну, с
Майдановым, ну с ним всё ясно,
ну вот ты-то? Это же элементарное
воровство!
Вот чего не ожидал, ну...
- Леша, ну что ты всё суетишься?
- Это я суечусь? Это Вы суетитесь!
Да...
- Я его страховал.
- Страховал? Боимся мы! Понимаешь,
боимся!
- Ты брось, старик! Мы все чего-то
боимся!
[хлопок, радостные возгласы]
- Нормальная операция по сближению с
начальством!
- Надо же отметить ваше назначение!
- Ну вот мы и собрались здесь все для
этого!
- А кто инициатор этого всего?
- А, так мы вам и сознались!
[веселый говор]
- Между прочим, Олег Григорьевич, если
позволите,
я, значит, хочу сказать... слово
первое.
- Не позволю! Я сам хочу сказать
первый!
Нет, простите...
Кирилл... Алексеевич?
- Алексеевич.
- Простите, Кирилл Алексеевич, мой
тост не за вас.
Я хочу сказать о Серафиме Осиповне,
сколько лет она здесь была хозяйкой.
Я-то стал учителем только после войны,
обстоятельства вам известны.
Всё думал: временно, временно. Искал
другую работу,
а она швыряла мои заявления в корзину,
просила позаниматься с каким-нибудь
хиленьким ребеночком - я занимался,
просила провести олимпиаду.
Потом я снова бунтовал: "Они
сломали мой амперметр!"
"Они тебе построят новый
амперметр", - говорила она, -
"если вы друзья, а если нет,
то Бог с ним, с этим амперметром, это
самая меньшая твоя потеря."
Учитель она была настоящий! Я прошу
всех выпить за ее здоровье,
никто так не нуждается в здоровье, как
она.
Я очень хочу, чтобы ей было хорошо,
чтобы всё у нее получалось!
- Я привыкла вас видеть холодным и
недосягаемым, Олег Григорьевич.
Спасибо за бабу Симу!
- Да, выпьем, товарищи, за бабу Симу!
Всё у нее будет хорошо! Всё будет
хорошо.
А теперь, Олег Григорьевич, я...
о новом шефе.
Честно говоря, я...
боялся, что нам назначат
какого-нибудь замухрышку.
Олег: [смеется] Так.
- Ну, я сказал, как думал.
И то, что нам поставили такого
человека,
я считаю, что нам просто повезло.
[говор]
Вы же демобилизовались недавно?
Олег: - Это не демобилизация.
- Ну, я не знаю, как там это называется,
во всяком случае, вы из армии недавно.
Так вот, я не скрою, я хочу сказать,
что, вот, некоторые считают,
что директором должен быть учитель со
стажем.
- Ну, армия дала Кириллу Алексеевичу
такую закалку - на все случаи жизни!
- Лилия Алентьевна, я ведь не про
зарядку говорю.
А просто говорю я, когда я увидел, как
вошел этот человек,
я сразу понял:
"То!".
Я сочинил еще экспромт, я его...
Олег: - Нет уж, не надо!
- Ну Олег Григорьевич, ну...
Ну, я надеюсь, вы понимаете,
что я хотел сказать?
- Благодарю вас, я понял.
[плачет]
- Да нет... Я знаю, там, бывает...
предают люди друг друга... но чтобы
мама?
Объясни мне, объясни, как она могла
вот так?
- Не знаю.
- [плача] "Не знаю, на знаю!"
Ты не знаешь... я тоже не знаю.
- Насолила ты ей!
- Чем?
- С дня рождения слиняла...
Она сейчас не работает?
- Не работает.
- Обалдеть можно!
- Угу.
- Сидит, скучает.
- [плача] Ничего...
Она теперь у меня не так поскучает!
Знаешь, мне бы... угол какой-нибудь!
и, хотя бы... 50 р. в месяц.
- Дурочка! 50 р.!
Юль, пойдем ко мне!
- Нет, Саня, не могу я!
- У меня мать ничего не скажет.
К Марине пойдешь?
- [всхлипывая] Угу.
- Юлька... я не могу без тебя!
- Слово Кириллу Алексеевичу!
- Дайте человеку спокойно поесть!
Знаете, Кирилл Алексеевич, что мне
удается, так это пироги!
- Пироги генеральные! Ах, хороши!
- С гречневой кашей - сама себя хвалишь.
- Но нет смысла возиться, потому что
собираешься и...
начинаются разговоры о родной школе -
школа, школа, школа!
- Ну не у всех же получается выключить
станок и по домам!
Это же так понятно, Эмма Павловна!
- Что же вам понятно, Марина Максимовна?
- Маринка, оставь
времечко на личную жизнь!
Марина: - Это у всех по-разному.
Эмма: - Класс вместо семьи, ясно.
- Ну что ж, это можно понять!
- Олег Григорьевич, чайку налить?
- Личная жизнь учителя и внеклассная
работа совпадают.
Поделились бы опытом, Мариночка!
Считай, что ключ к 10-му "Б" только у
вас!
- Это преувеличение! Потом, такой ключ
они дают сами кому и когда захотят,
и, конечно, без права передачи
посторонним.
- Я притащу музыку?
- Принеси, Костя!
- Я сейчас, Олег Григорьевич, я сейчас!
[говор]
- Мариночка, про ключ это очень
образно,
ну а всё-таки о внеклассной работе
расскажите что-нибудь.
- Ольга Денисовна!
Это не работа, это...
общение!
- И это общение помогает?
- Да, вы знаете, очень помогает!
- Вы думаете?
- Ну а кто думает, Марина
Максимовна?
- Алеша. Алеша Смородин, да?
Марина: - Да-да.
- Додо Палуньский?
- Додо Палуньский.
- Шаров?
- Шаров.
- Ну вот, видишь, Шаров!
- Ой, ради Бога, не вспоминайте при
мне эту фамилию!
Я его сегодня вышвырнула в присутствии
Кирилла Алексеевича!
Олег: - Да?
- Да.
- Ай-ай-ай! А я ему, как раз,
симпатизирую.
Эмма: - Вот поэтому ничего и не
замечаете.
- Дело не в симпатиях, а, вообще,
выдворение ученика из класса -
это капитуляция перед ним.
Есть прямая инструкция на этот счет.
Мы вас слушаем, Марина Максимовна.
Продолжайте.
- Ну, что рассказывать? Учимся,
читаем и размышляем!
Они сочинили песенку, правда мне не
всё там нравится:
"Сударь, когда вам бездомно и грустно,
Здесь распрягите коней:
Вас приютит и согреет Искусство
В этой таверне своей..."
- А дальше?
- Минуточку-минуточку! Замените слово
"таверна".
По-русски это - кабак, трактир.
Кто-нибудь подумает, что у вас трактир
для учащихся!
- Кто подумает, Ольга Денисовна?
- Да кто угодно!
Марина: - Себе надо верить!
Себе и ребятам тоже, а мы всю жизнь
боимся этого!
Олег: - Браво...
Браво, Марина Максимовна,
только зря вы так реагируете!
- Да спор этот не вчера начался, Олег
Григорьевич!
Со мной постоянно проводят работу под
девизом: "Как бы чего не вышло!"
- "Как бы чего не вышло"...
Товарищи, а может не зря Антон
Павлович сделал его учителем?
Были основания, значит, как не грустно?
Марина: - До сих пор есть основания!
Ученики ходят к учителю домой, пьют
там чай - "какой пассаж"!
Учатся отстаивать свои убеждения
почему там, а не в актовом зале?
- Действительно!
- Значит, "человек в футляре" - это я?
Спасибо, Мариночка!
- Пожалуйста.
- Да не о том речь, Господи! На ком из
нас нету такого футляра?
Такая профессия!
- Если я когда-нибудь с этим
соглашусь, я тут же уйду из школы!
- Ну и что, Мариночка, устроишься в
редакции и будешь поучать нас, грешных!
- Я сказала: "если я когда-нибудь
соглашусь".
А этого никогда не будет, потому
что мне моя работа нравится,
несмотря ни на что!
Только, вот... смешно теперь сидеть
тут с вами, пироги кушать!
- Да ты что, Маринка? Вернись -
пожалеешь!
- Не пожалею!
- Я же с ней по-хорошему!
Все свидетели...
- А что случилось?
- Ничего.
- Но я отвечаю полностью за магнитофон.
- Нет, не могу.
- Простите, Константин Иванович! Юля,
дай, пожалуйста, магнитофон!
- Ну а ты-то тут причем? Почему тебе?
Юля: - Не могу.
- Ну, Константин Иванович, я потом
объясню!
Юля...
- Ну, ладно, он объяснит потом,
а я объясняю сейчас. Дело в том, что
сейчас вашим учителям нужна музыка.
Да... Я, Баюшкина, за аппарат отвечаю
лично. Я и верну.
- Нет. Нет, нет.
- Константин Иванович, здесь не та
музыка!
- Простите, до свидания.
- Почему молчите, Кирилл Алексеевич?
Ну, тогда я скажу. Да будет вам
известно, что в этой самой таверне -
не только стихи да песенки! Там каждого
из нас разбирают по косточкам!
- Ольга! Ольга Денисовна! Вы не
нервничайте, не надо!
- Я не могу быть спокойной, когда меня
оскорбляют! Сносить такое в мои годы!
Она же от них ничего не скрывает!
Может, она их восстанавливает против
меня, как против Эммы Павловны?
- Как? Они и меня обсуждали?
- Ну, это я сказала в виде примера.
- Ну, Ольга Денисовна, вы скажите мне
на ушко!
- Да не подставляйте мне свое ухо!
- А что вы кричите-то на меня? Пироги
едят, а...
- А?
- Что на меня накричали-то?
- Я не накричала, я сказала... то, что
есть!
- Нервные все!
Олег: - А какие, собственно, новости,
друзья?
Ученики обсуждают учителей, выставляют
им отметки.
Так было всегда и прибудет вовеки!
[Эмма мурлычет мелодию]
Олег: Подозреваю, что когда ученики
уходили от Сократа,
говорилось что-нибудь вроде:
"Сегодня старик, по-моему, был
в полном маразме!"
Или, там: "Нет, это на него Ксантиппа
так действует".
Да... А если бы так не было,
то Сократ оставил бы не школу, не
учеников,
а кучку педантов, неспособных пойти
дальше него.
Закон диалектики!
- Ну, Олег Григорьевич, вам хорошо так
говорить - вас уважают!
- Ну, значит, я не способна на
диалектику!
Уберите меня за это на пенсию!
Олег: - Ольга Денисовна!
Ольга Денисовна, ну кто ж... Ой...
- Что?
- Да не об этом же речь, Ольга
Денисовна, дорогая моя!
Речь идет вот о чем.
Просто вы реагируете как-то уж так
очень... всё на себя, понимаете?
Олег: Спокойнее, спокойнее! Всё идет
хорошо!
- Э... у вас уже налито?
- Да.
- Очень рад был с вами познакомиться,
Олег....
Олег: - Григорьевич.
- Григорьевич.
[игра на балалайке]
- Вот и вся музыка!
Лилия Олимпиевна, ну это,
конечно, больше по вашей части!
[балалайка играет "Во саду ли, в
огороде"]
- Олег Григорьевич, там...
что-то в 10-м "Б"... случилось.
- Что случилось?
- Ну... ну, что-то не то, понимаете?
Баюшкина стоит вся в слезах,
заплаканная. Я попросил магнитофон,
они его рвут на части.
С этим магнитофоном что-то там не то.
Мне здесь быть или я туда?
- Садитесь-садитесь.
Во всём они сами разберутся!
- Садитесь.
- Нет-нет, пожалуйста, сидите.
Лилия Олимпиевна, вы что-нибудь такое,
знаете...
[играет оживленно "Голубой вагон"]
[шум лифта]
[плачет]
- [плача] Ну вот, сиди тут до ночи!
Голос: - Ну что, тетя Марина,
застряли?
- Андрюша, ни туда, ни сюда!
- Это дверь такая!
- Позови кого-нибудь, а, Андрей?
- А я секрет знаю!
- Ну?
- Рубь!
- Чего?
- Секрет рубль стоит.
- А ну-ка топай-ка отсюда! Я, вот,
маме твоей скажу!
- Ну и что! Мать тоже застряла!
А как часок посидела, так и на трёшку
согласилась!
Ну, ладно, я потопал, рубь - не
трёшка!
Майданов: - Чего ко мне все
привязались?
Леша: - Ну, всё, хватит! Стой, всё!
Майданов: - Убери руки!
Леша: - Всё, пожалуйста. Дашь ты
магнитофон или нет?
Майданов: - Мне вас раскидать что ли?
Я прям не знаю. Ну что, ну?
Андрей: - Саня, отдал бы ты лучше
магнитофон Алехе...
Юля: - Сколько можно бегать-то?
[продолжают спорить]
- А вы почему до сих пор в школе?
- Погодка, Кирилл Алексеевич. Ветер,
знаете ли.
- Погодка, да?
- Да.
- И всё? Больше ничего не скажете?
Леша: - Да нет, вроде ничего.
- Ну, тогда Я вам буду говорить.
- Не надо, Кирилл Алексеевич.
- Не надо?
- Не надо.
- Почему не надо?
- По-моему, мы знаем, о чем вы хотите
нам сказать.
Юля, ты обойдешься без магнитофона?
Ладно?
Кириллу Алексеевичу он нужен.
Юля: - Зачем?
- Ну, по-мо... по-моему Кирилл
Алексеевич хочет нас понять.
Не стоит ему мешать!
Правда... способ для понимания немного
странный, ну дак...
Кирилл Алексеевич, то же самое мы у
вас и в кабинете скажем.
- И спеть можем.
- Споем.
Юля: - Сань, отдай магнитофон.
- Майданов!
Подойди сюда.
Все остальные - по месту жительства!
- До свидания.
- До свидания.
- Шагом марш домой! До свидания.
Антон: - А дельфины ... кит еще больше.
Марина: - Какой-какой?
- Он такой громадный. Он меньше.
- Ну что ты говоришь?
Еще меньше он бывает да, чем кит.
Марина: - Ну что?
- Не нашел! Не нашел! Не нашел!
- Нет? Ну и не найдешь. Вот он.
- Не буду искать! Обиделся!
[лопочет]
- Успокойся! Антон, успокойся!
[звонок]
Что, я плохо прошу? Не кричи на меня,
сядь в воду! [Антон бормочет]
Антон, не ныряй без меня!
Вы?
- Разрешите?
- Пожалуйста, проходите.
- Как тут...
- Да, дверь просто захлопывается, да.
Извините, у меня сынишка в ванной, я
сейчас!
Не снимайте, не нужно, проходите так!
- Да?
- Здравствуй.
- Здраствйуте.
Ты кто такой?
- Я? Кирилл Алексеевич.
А вы кто такой?
- А я Антон.
Антошка. Это про тебя песня написана?
- Нет. Это не про меня песенка.
Марина: - Ну?
Ну, дельфин, вставай! Вставай...
Смывай пену.
Я говорю, смывай пену.
[Антон бормочет]
Дельфин!
Ну, хватит! Попался!
Антон: - А он не любит, когда его из
воды поднимают... или на спину сажают!
Марина: - Ну, а кто любит? Никто
не любит! Я тоже не люблю!
Скажи Кириллу Алексеевичу спокойной
ночи.
- Спокойной ночи!
- Вот так.
[Антон напевает песенку]
- Ну, дождемся мы: уедет он.
Ночевать напросишься?
- Да поправь ты шапку!
И курить перестань!
- Ну чего, замерзла?
- Что, некрасивая стала?
- Да нет, ничего еще. Я же говорю,
пойдем ко мне. Мать у меня...
- Мать у тебя хорошая.
Она ничего не спросит и ничего не
скажет.
На кухне я буду.
- Я знаю, Саша. Не могу я!
- Вы знаете, Марина Максимовна,
что по вашей милости я нахожусь в
затруднительном положении
и вынужден задать вам... ряд вопросов.
Скажите, можно обидеть человека,
заведомо зная, что ты умнее,
талантливее,
современнее его?
- Можно.
- И вы понимаете, что вы обидели
сейчас людей?
- Обидела.
- Я сейчас занимаюсь вот этим делом...
- Занимайтесь.
- Хотите прослушать?
- Нет, нет.
- В таком случае, я стираю всё это,
что здесь записано.
Я не знаю, Марина Максимовна,
но офицерам не положено... обсуждать
других офицеров
в присутствии солдат,
даже косвенно.
Это же профессиональная этика!
Надеюсь, с этим вы согласны?
- С этим согласна.
- Да, я искренне говорю вам, что
это - частная беседа.
Считайте, что ее не было.
Я просто пришел с вами... побеседовать.
Ну, я не знаю, я честно говорю, я не
знаю,
вернее, я не знал, как с вами
беседовать.
Я ехал сюда, я думал: "Ну как мне ее
убедить?",
но мне не понравилось, как вы
разговаривали...
на... банкете.
Будь я и директор, будь я и просто
человек, там бы просто сидел,
мне бы это не понравилось...
- Кирилл Алексеевич!
- Вы только, пожалуйста, не
перебивайте! Я...
Дайте досказать до конца и тог... и
тогда, может быть, вы меня поймете.
Я думаю, что человек, которому дано...
природой...
Он должен быть добрый, он должен быть
щедрый,
а... вам, по-моему, дано.
Я думаю: "Ну, как мне беседовать с
ней?"
Я думаю: "Ну, расскажу обо всём, как
остался ребенком в войну один,
как... спасали меня, как сейчас
дочка тех, кто меня спасал, она их...
не понимает." Ну, это вам понятно,
это вы скажете:
"Ну, вот опять начинает
всё сначала, всё..."
Вот...
Майданов: - Всё-таки учительницей
будешь?
Юля: - Ага, а что?
- Ну и работка!
- Сама выбрала?
- Ага.
- Охлопеть можно!
Майданов: [дрожа] И врямь х-холодно!
- И то, что не каждому...
человеку удается совмещать...
призвание с куском хлеба.
- Не каждому удается.
- Значит, с этим вы тоже согласны?
- Кирилл Алексеевич, мне задавали
вопросы, и я честно на них отвечала!
А вы бы хотели, чтобы я обманывала!
Потеряла доверие моих учеников!
- Но доверие нельзя же зарабатывать за
счет других!
Правильно?
- Кирилл Алексеевич!
Может быть, это нескромно...
но всё равно я...
чувствую себя больше правой, чем
виноватой!
Может, мне уволиться?
- Подумайте.
Но я бы воздержался на вашем месте.
Я не советую!
[плавная музыка из песни учеников]
Таня: - Пойдемте!
Андрей: - Погоди.
Не знаю, что мы тут стоим? Зайти надо
да сказать всё, что следует!
Леша: - И верно, братцы! Без смысла
здесь торчать!
- Ха, а куда спешить? Начальство здесь!
Леша: - Спокойно, братцы! Мы его не
видим!
Леша: Без паники давайте!
Таня: - Он нас видит!
[звук тормозов]
- Баюшкина, подойди, пожалуйста, ко
мне!
Отдай маме и скажи, что нам не
понадобилось.
- Спасибо.
- Грибоедова 113 смотрите!
Стоп-стоп! Стоп!
Муж: - Тебе туда заходить не надо!
- Почему это?
- Ты свое дело сделала!
- [плача] Что я такого сделала,
интересно?
- Юлька, твои родители!
- А родителям туда, по-моему, не надо
ходить!
- Знаешь, Юлька, разбирайся в своих
делах сама!
Не надо туда предков вмешивать!
- Угу, ладно. - Давай!
- Мама, мам!
- Юля!
Мать: - [плача] Господи, ну где ты была?
Отец: - Сейчас же домой!
Мать: - [плача] Ну куда ты делась,
Юленька?
[мотор не заводится]
[гитарная музыка в ритме вальса]
[песня] "Давайте восклицать,
Друг другом восхищаться,
Высокопарных слов
Не надо опасаться.
Давайте говорить
Друг другу комплименты,
Ведь это всё любви
[пробует завести мотор]
Счастливые моменты."
- Подтолкните... ребята!
[песня] "Давайте горевать
И плакать откровенно
То вместе, то поврозь,
А то попеременно.
Не надо придавать
Значения злословью,
Поскольку грусть всегда
Соседствует с любовью.
Давайте понимать
Друг друга с полуслова,
Чтоб, ошибившись раз,
Не ошибиться снова.
Давайте жить, во всём
Друг другу потакая,
[машина сигналит]
Тем более, что жизнь
Короткая-я такая."