Каменный цветок (1946 год). Цитаты и фразы из фильма

«Ка́менный цвето́к» — советский фильм-сказка режиссёра Александра Птушко.

Все фразы и цитаты

- Эй! Кто там? Что за люди
по казeнному месту
в неурочный час шляются?
По какому праву? А?
- Это мы, ребята заводские.
- Ты не мыкай, толком отвечай -
кто идeт.
- Прости, дедушка.
- Мы, дедушка, за сказками пришли.
- За сказками? Ха-ха!
Придумала тоже...
Ишь! Сказки - это, слышь-ко, про
Курочку Рябу да про золотое яичко,
и прочее - старухи маленьким
сказывают. Ты, поди, опоздала
такие слушать. Да и не умею я.
Кои знал, и те позабыл.
Про старинное житьe -
это вот помню.
Только не сказки, а сказы
да побывальщины прозываются.
Иное, слышь-ко, не всякому
и говорить можно.
С опаской надо.
Эх вы, скворчата, скворчата...
Набегались за день-то, накричались?
Руками намахались, теперь охота
ушам работу дать?
Ладно уж!
Расскажу вам про Данилу-камнереза,
про его невесту Катю
да про Хозяйку Медной горы.
- А это, дедушка, новая сказка?
- Чур, не перебивать!
Кто хорошо станет слушать,
тот всe как своими глазами увидит.
Ну... слушайте.
Жил в нашем заводе мастер один,
Прокопьичем звали,
по малахитовым делам - первый.
Лучше него никто душу камня не ведал.
Да только как дело к старости
подходить стало,
прихварывать Прокопьич стал.
- Ты, Прокопьич, в камнях толк знаешь,
а я в травах разбираюсь,
какая в какой сила:
которая от ломоты,
которая от надсады.
Выпей, Прокопьич, от лихоманки.
Ишь, ирод...
Кажись, к тебе гость.
Сам Северьян Кондратьич.
Лютый ты человек!
Смотри, и на тебя управа будет!
- Замолчи, старая ведьма!
- Давно по тебе Медной горы Хозяйка
скучает.
- Вот я тебя за колдовство
в Сибирь упеку!
- Сибирь далека, а смерть близка -
возле каждого ходит.
- Тьфу!
- Доберeтся и до тебя!
- Когда подсвечник закончишь?
Без ножа режешь.
Барин - не свой брат,
отговорок слушать не станет.
Ему подай, что велено!
- Силы будут...
закончу.
- Да... Постарел ты, Прокопьич.
Того гляди, в землю
зарывать придeтся.
А кто тогда по малахиту
работать будет?
Вот что! Велю-ка я Ефимке
набрать тебе парнишек посмышлeнее.
Обучай их малахитовому делу.
Пущай всe до тонкостей переймут!
- Только Прокопьич,
то ли ему жаль было
расставаться со своим мастерством,
то ли ещe что, -
учил шибко худо.
Всe у него с рывка да с тычка.
- Камень, как и человек,
душу имеет.
Не всякому дано понимать еe.
А тут пострелят нагнали!
Ну что они в камне разуметь могут?
Ну что на меня уставились, а?
Ну, пошeл!
Дурья башка! Не на меня гляди -
на камень!
На камень!
Его понимать учись, ух!
Кого ж мне обучать теперь,
Северьян Кондратьич?
Видно, самого себя...
Ого-го-го!
Ого-го-го!
Что только из тебя, Данило, выйдет?
Загубишь ты себя.
Да и мою старую спину
под бой подведeшь.
Знаешь Северьяна Кондратьича,
поди-ка случись что -
не помилует.
О чeм хоть думка-то у тебя?
- Я и сам, деда, не знаю.
Так, ни о чeм.
На цветок загляделся маленько.
Букашка по листочку ползла.
Сама синенька, а из-под крылышек
у ней жeлтенько выглядывает.
- Ну не дурак ли ты, Данило?
Твоe ли это дело - букашек разбирать?
Ты приставлен за коровами глядеть,
чтоб не разбрелись
да на волчьи зубы не попали.
А ты букашками занимаешься.
На-ка вот, сгони коров,
а я подремать в шалашик пойду.
Да не заглядывайся куда не надо!
- Ого!
Эй, куда?
Куда?!
Куда?
Сыграй мне, Данилушко, на рожке.
Сыграй мне, Данилушко!
- Не Хозяйка ли Медной горы
надо мной мудрует?
- Почитай, всех парнишек
Прокопьич перетаскал.
А толк один - наставит
им на головах шишек
да и прогонит взашей.
А сам твердит: не гож да не гож.
Эх, была б моя воля,
спустил бы ему, старому, шкуру!
- Нельзя. Мастер первостатейный.
Нужда в нeм, а ты его
захлестнуть можешь.
С одного, поди, раза, скажешь, а?
- С одного не с одного...
а после десятка - не встанет.
Не хочет, видно, Прокопьич
тайну свою людям оставить.
- Смилуйся, батюшка! Виноваты.
- Ну, что ещe?
- Виноваты! Не доглядели.
- А? -Волки коров твоих задрали,
Северьян Кондратьич!
- Что?!
Ефимка!
Пороть!
- Не тронь дедушку! Моя вина.
Я недоглядел.
- Дойдeт и до тебя черeд!
- Помилуй, батюшка, моя вина,
я недоглядел!
- Хе! Ишь ты, какой заступник
выискался.
Вот я тебе покажу,
как господское добро беречь!
Ефимка! Парнишку!
- Ох... ирод лютый!
Забьeт мальчишку...
- Я тебя, молчука, доведу -
дашь голос!
Дашь! Дашь!
Тьфу!
Ещe? Аль хватит?
- А жив парнишка?
- Да живуч... чего ему сделается?
- Ишь ты, какой терпеливый
выискался...
Теперь знаю, куда его поставить,
ежели живой останется.
- Ничего, дитeнок, не плачь.
Я тебя к бабке Вихорихе сведу,
она тебя живо на ноги поставит.
- Ты это что? Кто тебя просил
поделку в руки брать, а?
Что тут доглядываешь?
- На мой взгляд, дедушка, не с этой
стороны кромку отбивать надо.
Видишь - узор тут,
а его и срежет. -Ха!
Ты кто такой? Мастер?
У рук не бывало, а судишь?
Что ты понимать можешь?
- То и понимаю...
что штуку эту испортили.
- Кто испортил, а?
Это ты, сопляк, мне, первому мастеру
на Урале? Убью!
Я тебе такую порчу покажу!
Жив не будешь!
Чтоб духу твоего в моей избе не было!
Эй, Недокормыш! Слышь?
Слезай с лестницы.
Аль оглох?
- Не слезу. Убить грозился.
- Не бойся, не трону.
- Взаправду, дедушка, говоришь?
- Взаправду.
Ну-ка, мастер явленный, покажи,
как, по-твоему, узор делать-то?
- Вот тут бы лучше
пустить досочку поуже.
- Ну ладно, поуже, много ты понимаешь.
- Поуже!
- Заладил одно: поуже, поуже!
Сам вижу, что поуже...
Ишь ты, советчик.
Языком-то - не руками,
всяк сработает.
- По чистому полю вот тут...
- Ладно, хватит! Спать пошли.
Ложись вот тут, на скамеечке.
Вот тебе и Недокормыш!
Ещe ничем-ничего,
а старому мастеру указал.
Ну и глазок!
Толк, видать, будет!
Спи-ко, глазастый!
Спи...
- У Прокопьича своих ребят не бывало.
Этот Данилушко и припал
ему к сердцу.
Прямо сказать - за сына держал.
А к делу своему не допускал
до времени.
Пожалел парнишку.
И то сказать...
нездоровое это мастерство,
с малахитом-то -
пыль, отрава.
А время шло да шло...
На ту пору на завод барин приехал.
- Как спала-почивала, моя душенька?
- Плохо. В Петербург хочу.
Скоро мы поедем?
- Казeнный заказ выполним -
тогда и поедем.
- Прикажи этим мужикам,
чтобы скорее сделали.
- Душенька, печи наши не в силах
больше сварить.
- Не сидеть же нам до зимы
из-за каких-то печей!
Ведь их можно топить сильнее,
пусть не ленятся. -Дорогая,
заводские печи так устроены, что с
них не возьмeшь больше положенного.
- Очень глупо устроены.
Плохо заботятся эти мужики
о своих господах.
- А, Прокопчик, подойди поближе.
Так вот, Прокопчик, как бы это
объяснить тебе попросту...
В Париже был я у одного тамошнего
барина-маркиза.
И он показал мне шкатулку
весьма редкой работы.
А я похвалился, что у меня дома
лучше есть!
Ха-ха! Маркиз в обиде побился
об заклад на полмиллиона франков,
что лучше его шкатулки не найти.
Я дал слово, что к осени
привезу свою.
Так вот, Прокопчик...
сделай мне шкатулку
лучше маркизовой!
Такую, чтобы глаз оторвать
нельзя было!
Сделаешь - не забуду
своей барской милостью.
А нет - отвечать придeтся.
Понял?
- Понял, батюшка-барин.
- Ну, хватит. Пошли вон!
Ах, притомился я что-то, душенька.
- Беречь себя надо, мой друг.
Так недолго и вовсе здоровье-то
расстроить заводскими делами.
День и ночь работает Прокопьич.
Про сон да еду забыл,
ни о чeм не думает.
Только знает одно:
шкатулку барину сделать.
А работа не клеится...
То ли уж стар стал и глаз не тот,
то ли рука ослабла,
но только не выходит
затейливый рисунок.
Не один уже кусок малахита
испортил Прокопьич,
а ничего не выходит.
- Барин в воскресенье приедет.
Закончишь, а?
- Закончу.
- Смотри!
А то несдобровать тебе!
Это чей парнишка?
- Мой.
- Ха! Неужто Данилко Недокормыш?
Где был?
- В лесу.
- В лесу. Зачем?
- Щеглов ловил.
- Что?
Так-то ты, стервец,
мастерству учишься?
- Это я сам его послал,
Северьян Кондратьич,
в лес-то за щеглами.
Спорно работа идeт,
да и в избе веселее.
- Балуешь мальца.
Смотри у меня! Таких щеглов отпущу -
до смерти не забудешь, понял?
- Понял, Северьян Кондратьич.
- То-то.
Так помни - в воскресенье
барин приедет.
- Два дня осталось...
а работы-то сколько!..
О господи...
Два дня осталось,
а шкатулка-то... шкатулка...
Не вели казнить, барин, смилуйся!
Пожалей старика!
- Что ты, дедушка?
Это я, Данило.
- Страсть как не терпится
шкатулку посмотреть.
- Сейчас поедем, душенька, сейчас.
Ох, утру я нос маркизу де Шампор!
- Куда ты, дедушка?
- Бежим, Данилушко! Барин!
- Не тронет тебя барин, дедушка,
успокойся.
- А где мастер мой, а?
- Болен он.
- Болен?
Почему болен?
А шкатулка... не готова?
- Барин, помилуй, не осилить теперь
мне работы.
Стар больно...
- Как же я осенью в Париж поеду?
Маркиз осмеeт меня.
Запорю!
- Барин! Барин!
Не помнит дедушка сам себя.
Вот и говорит такое.
Готова шкатулка!
- Готова?
- Вон на станочке у окошечка.
- Что же ты это, старик, а?
- Не моя, барин, это работа.
Не моих рук дело.
Другой мастер трудился.
- Не ты?
А кто же?
- И сам не знаю...
Не было ящерки этой на шкатулке!
- Молчи, старик!
- Что хошь со мной делай,
не моя работа.
- А чья? Чья же?
- Его!
- Хочу, чтоб сделал он чашу...
по ободку кайма резная,
на подножке листочки,
и чтоб чаша
на цветок похожа была.
- Непременно, душенька, сделает.
Непременно, душенька, сделает.
Слыхал, какую чашу надо сделать?
- Слыхал.
- Ну?
- Сделаю.
- А за шкатулку - на вот тебе.
Гостинцев купи.
Хе-хе, заплатит мне теперь маркиз
полмиллиона!
Ветерочек-ветерок,
Ты повей по-вешнему,
Донеси мою любовь
К милому, сердечному,
К милому, сердечному.
Ты любимому шепни,
Как живу, что делаю,
И зелeною весной,
И зимою белою,
И зимою белою...
- Данилушко!
- Катенька!
Подари-ка мне цветочек один.
- Выбирай, какой глянется.
Ишь ты, самый лучший выбрал!
- А где нашла такой?
- У Змеиной горки.
Не теряй только.
- Не потеряю.
- Данило, это ты шкатулку
за Прокопьича сделал?
- Я.
- Теперь барыне чашу режешь.
- Режу.
- А мне?
- Тебя, небось, не забуду.
- Ой ли?
- Не забуду. -Данилушко...
- Катенька...
- А ты в воскресенье
на плотину придeшь?
- Малиновок слушать?
Одну зарю провожать,
а другую встречать?
- Цветок в сохранности принеси.
- Принесу.
- Ох, Данилушко, извeлся ты весь.
- Чаша мне покоя не даeт.
- На что так стараешься?
- Охота так сделать,
чтоб полную силу камня самому
поглядеть и людям показать.
- В барских хоромах кому видеть-то?
Сами господа да их прислужники,
только и всего.
- Камень, он ведь долгого веку.
Близкие не увидят -
дальние поглядят.
- Больно далеко, парень,
ты загадываешь.
- А так-то, поди, веселее.
Человек, известно, поцветeт-поцветeт,
да и завянет.
А его думка в поделке...
может, на век останется.
- Ой, мудришь ты, Данило.
Того и гляди, твоя невеста
за другого замуж уйдeт.
- Катенька-то?
Не уйдeт.
Она тоже на мою стать -
любит малиновок послушать...
и на зарю поглядеть охотница...
Цветок мой...
узорчатый...
- Ишь ты, и свечку не погасил.
Ничего не щадит барин.
Ничего.
Это мастер.
Не нам чета.
Всему краю - честь!
Уж ты, травушка-муравушка моя,
Ты зелeная дубравушка моя...
- Вот, поглядите-ка, что он у меня
сробил! -Да, чисто сработано!
- Сорок годов с камнем вожусь.
Поди штук сто ваз-то всяких выточил,
а подобной и сам не делал,
и у других не видал.
- Придраться не к чему.
- Ай да Данило!
- Так-то работать станешь -
нам за тобой не угнаться.
- Ты, дедушка, что скажешь?
- То и скажу -
высокая работа!
- Пожалуйте, гостеньки дорогие,
к столу!
Пирог у меня поспел!
- Милости просим.
- Пожалуйте, пожалуйте.
- Как это ты, Данило, ухитрился
столь тонко вырезать
и камень нигде не обломил?
И то сказать, целое лето
глаз не показывал...
Совсем забыл про меня.
- Забыл?
Неуж не видишь? Твой поди-ка
цветок резал.
- И то мой!
- Данилушко, значит ты день и ночь
обо мне помнил?
А я-то думала, забыл.
- Помнил, Катенька, помнил.
А в цветке недотянул...
- Ай да Данило!
- С окончанием дела!
- Дай Бог напредки не хуже сробить!
- Дай Бог!
- За Данилу-мастера!
- Знай наших! Не одни в заводе
пушкари да прокатчики.
И по камню мастера не переводятся.
Где ещe найдeшь таких?
- Как живой цветок-то вышел!
- То и горе, что вроде живого,
а живой красоты и нет.
- Камень - камень и есть.
Живым его не сделаешь.
- А мне припало сделать лучше живого.
Всю красоту живого цветка собрать...
да в камне еe и показать,
чтоб никогда не завяла.
- Ой, сынок, не ходи по этой половице,
а то угодишь к Хозяйке Медной горы
в еe мастера.
- Какие мастера, дедушка?
- Такие, у Хозяйки в горе живут.
Они красоту камня поняли потому -
цветок каменный видели.
- Каменный цветок?
Он какой?
- Не знаю, милый сын.
Видеть его нашему брату не дано.
Кто поглядит - тому белый свет
не мил станет.
- А я бы поглядел...
- Что ты, Данилушко,
неуж тебе белый свет наскучил?
- Сказки, дедко, сказываешь,
парня с пути сбиваешь.
- Он и без того мудрует,
а ты плетeшь несусветное.
- Никакого каменного цветка нету.
- Есть каменный цветок! Есть!
Сам смолоду искал,
да крылья мне обкорнали.
- Выживать из ума дедушка стал.
- Запевай, Игнат Савельич!
Ты ведь у нас мастак.
Недаром твоя Катя по заводу
песенницей слывeт. В отца пошла!
Как нонче куры поют петухами,
Ай, люшеньки-люли, петухами!
Как нонешни жeны владеют мужьями,
Ай, люшеньки-люли, владеют мужьями!
Как нонче куры поют петухами,
Ай, люшеньки-люли, петухами,
Как нонешни жeны владеют мужьями,
Ай, люшеньки-люли, владеют мужьями...
- Хитрый ты у меня, Данилушко.
Вырезал чашу барыне,
а памятка обо мне была.
Это дороже.
- Не признала всe-таки.
- Не о том думала, вот и не признала.
А теперь ясно вижу.
- Когда я тебе сказал.
- Так это твоя первая работа. По
времени ещe на ступеньку поднимешься.
- Высокая та ступенька...
Не осилить, поди,
без каменного цветка...
- Что ты, Данилушко!
Старик умом износился да охмелел.
А ты его слово подхватываешь.
Извeлся, видно, на работе-то.
Ишь, глаза-то помутнели.
Мастер ты мой глазастый!
Погоди вот, как поженимся -
я тебя отхожу.
Хлевушок-то у вас впусте стоит...
Коровку заведeм.
Наградит, поди, барыня за чашу,
вот и купим. Ладно?
- Коровку? Ага...
Купим.
- Катя, айда в избу песни петь!
Отец зовeт.
- Пойдeшь, Данилушко?
Али тут просидишься маленько?
Тоже, может, лишнее выпил
да о каменном цветке-то и подумывал.
- Что ж ты, Данилушко, на девичью
красоту даром глаза пялишь?
За погляд-то и деньги берут.
Иди ко мне поближе,
поговорим маленько.
Да ты не бойся.
- А я и не боюсь.
- Ну что, Данило-мастер, не вышла
у тебя чаша по Катиному цветку?
- Не вышла.
- Пойдeм со мной, Данилушко,
покажу свой цветок - каменный.
- Где он, этот цветок?
- Как снег выпадет,
приходи на Змеиную горку.
- Что с тобой, Данилушко?
Как на похоронах ты!
- Ох, Катя...
Всю голову разломило,
в глазах узор какой-то...
а не разберeшь.
- А ну, теперь походим.
Пообдует тебя ветром,
не легче ли станет.
А то и мне что-то мерещиться стало.
Видно, от духоты в избе.
Ой, на той ли на долинке,
На широкой луговинке,
На мягкой траве,
Ох, на лазоревой,
Ох, девицы гуляли...
На траву веночки клали,
Девушки плели...
- Ты бы ему отвар какой
или настой попить дала.
- Дурь-то из головы скоро вылетит,
как женится.
- Мастера дивятся:
чего ещe парню надо?
Чаша вышла - никто такой не делывал.
А ему неладно.
- Что ты девушку позоришь?
Долго она в невестах ходить будет?
- Погоди...
Того и гляди - чашу молотком стукну,
а он про женитьбу.
Уговорились мы с Катенькой, подождeт
она. -Готова ваза, сдавать пора!
Всe равно лучше не сделаешь!
- Видно, не подняться мне выше-то...
не поймать силу камня.
В самом деле жениться пора.
Извелась моя Катенька,
да и мне не легче.
Как нонче куры поют петухами,
Ай, люшеньки-люли, петухами,
Как нонешни жeны владеют мужьями,
Ай, люшеньки-люли, владеют мужьями...
Едут! Едут!
- Пришли мы, гости хошь и виданные,
да незваные.
Просим нас принимати,
не брезговати.
- Дело сделано,
хлебом-солью скреплено.
Навеки и навеки. Навеки.
Ты невеста, перед кем стоишь?
Лада, лада, ты, невеста,
Перед кем стоишь?
Душа моя, перед кем стоишь?
На кого глядишь?
Лада, лада...
Ты, невеста, на кого глядишь?
Душа моя...
Перед кем стоишь,
На кого глядишь?
Лада, лада,
Ты, невеста,
На кого глядишь?
Душа моя...
- Покушайте, сватоньки!
Покушайте, гостеньки дорогие!
- Ешьте, милые, во славу Божию,
во любовь вечную, бесконечную!
- Стряпушки-поварушки!
Что есть в печи - на стол мечи!
Хе-хе! Чего нет - запастись!
Уж ты, мать ли, моя матушка,
Ты на что меня хорошу родила?
Калинка-малинка моя,
В саду ягода, малинка моя!
Калинка-малинка моя,
В саду ягода, малинка моя.
- Хорошо обрученье пришлось -
в самый праздник Хозяйки Медной горы.
- Сегодня в полночь
цветок каменный расцветeт.
Вот ты и приходи на Змеиную горку.
Жду тебя, Данилушко!
- Батюшка и матушка!
Благословите молодого князя
и молодую княгиню!
Данило! Данило!
Данило!
Данило!
- Приходи, Данилушко, на Змеиную
горку - цветок каменный покажу.
Пришeл-таки!
Разбил чашу по Катиному цветку?
- Разбил.
Покажи свой каменный цветок!
- Показать-то просто...
да потом жалеть станешь.
- Не отпустишь из горы?
- Зачем не отпущу?
Дорога открыта,
да сам уйти не захочешь.
- Всe одно, покажи!
- А как же невеста твоя, Катерина?
- Без цветка нет мне жизни.
- Когда так, пойдeм, Данило-мастер.
- Смотри, Данило, вот моe богатство!
Дальше пойдeм.
Вот тут у меня самое дорогое место.
Здесь и посидим, поговорим.
Может, и столкуемся.
Видал моe приданое?
Что теперь насчeт женитьбы скажешь?
- Не за тем пришeл.
Цветок каменный покажи!
- А покажу - полюбишь?
- Не могу, другой обещался.
Вот ты как!
Тогда пойдeм, Данило-мастер!
- Теперь сделаю чашу -
какой ещe никто не видывал!
И осталась Катя незамужницей.
Не жена ещe, а вдовица...
- Жив Данилушко!
Жив!
Не к ней ли ушeл?..
Ах!
Ах!
Теперь их не разыщешь.
Нет ли от Данилушки весточки какой?
- Ох, чуял, доченька...
худое чуял.
Прибило к берегу утопшего.
Плотовщики захоронили его.
Вот и сказывают,
будто это наш Данилушко.
- Сплетни это, пустоговорье одно.
Спрашивала я - никто и не видал.
Пойду-ка я, тятенька, к тебе жить.
Похожу за тобой.
- Что ты, доченька!
А как же отец с матерью?
- Поди-ка и ты не чужой мне.
Приeмный отец моему Даниле.
- Спасибо тебе, Катенька,
что вспомнила меня, старика.
Глаза камни различать перестали.
- Тятенька, ты бы хоть научил
меня чему попроще.
- Что ты? Девичье ли дело -
за малахитом сидеть!
Отродясь такого не слыхивал.
- Гляди-ка, опять ходят.
Песнями зазывают.
Шла бы погуляла...
- С какой это радости я пойду?
- Данилу ждeшь...
- А кого же ещe?
- Сгиб человек давно,
а она его ждeт.
- Никто его мeртвым не видал.
А для меня он всегда живой.
- Радости в работе нет.
Люди еe не увидят.
- Готово, тятенька!
- Ишь ты, быстрая какая!
Ещe бляшку обточи,
а я полежу, отдышусь маленько.
- Поглядел бы Данилушко,
какой тут новый мастер объявился.
На его да на Прокопьича месте сидит.
Вставай, тятенька, шаньки испеклись.
Тятенька!
Вставай, тятенька!
- Занемог я, Катя.
- Я вот схожу к бабе Вихорихе,
отвар какой возьму.
- Видно, помру скоро.
- Что ты, тятенька!
- Как жить тогда станешь?
Теперь тебе...
заневолю замуж выходить надо.
- Придeт Данилушко!
- Нет, Катенька.
Не придeт.
- Один ты, Данилушко, понимаешь
красоту камней моих.
От работы твоей радостно.
- Кончил я чашу.
Отпусти!
Век не забуду!
- Опять о Кате вспомнил?
- Днeм и ночью еe вижу.
- Не видать тебе Катьки твоей!
Не видать!
- Не надо ли малахитовых бляшек?
- Не видишь, сколько
у меня добра этого?
За мужичье ремесло взялась?
Ну-ка, покажи, с чем пришла?
У кого украла?
- Какое твоe право, не знаючи
человека, так про него говорить?
Гляди вот, если не слепой!
У кого можно столько бляшек
на один узор украсть?
Ну-ка, сказывай!
- Узор-то редкостный.
Вот тебе, красавица, деньги.
Вперeд случится такое сделать -
неси, без отказа принимать буду!
- Вот сколько отвалил!
Сказывал, вперeд безотказно
принимать будет.
Как раз по моим мыслям!
Распилю его, так сколько здесь
бляшек выйдет!
Не Данилушко ли это
мне весточку подал?
Ветерочек-ветерок,
Наберися силушки,
Понеси мою любовь
К моему Данилушке.
К моему...
- Ты зачем в мой лес забралась?
Чего тебе? Камень, что ли,
хороший ищешь?
Любой бери, да уходи отсюда поскорей!
- Не надо мне твоего мeртвого камня!
Подавай мне живого Данилушку!
Какое твоe право чужих женихов
сманивать?
- Да знаешь ли ты, с кем говоришь?
- Не слепая, вижу.
Да только не боюсь
я тебя, разлучницы!
Нисколечко не боюсь!
Сколь ни хитро у тебя,
а ко мне Данило тянется!
- А вот попробуй -
найди своего Данилушку!
Навсегда у меня мастером моим
останешься.
- Сила у тебя да власть большая.
А только любовь сильнее тебя!
Всe равно уйду!
Попробуй.
Что же ты, Данилушко, не ушeл?
- Всe равно не женюсь на тебе!
- Люб ты мне, Данилушко!
Неуж я тебе не по нраву?
- Похаять не могу.
А только Катя мне теплее
к сердцу припала.
- Да Катя о тебе и думать забыла!
- Этому ни в жизнь не поверю!
- Вот ты какой...
- Данилушко!
Данилушко!
Данилушко!
Данилушко!
- Катенька!
- Данилушко!
- Молодец, Данилушко!
Не променял ты свою Катю
на каменную девку.
Не обзарился ты на мои богатства.
Испытывала я тебя.
Бери своего мастера, Катерина.
За верность твою
вот тебе мой подарок -
шкатулка моя любимая.
А тебе, Данилушко,
за твeрдость твою
пусть в памяти твоей
всe моe останется.
- Прости на скором слове.
- Что каменной сделается...
Ты смотри, Данило, никому
не сказывай, где был.
Про мои богатства тоже помалкивай.
До времени их никому не добыть.
А теперь - идите.
- Вот и стали Данило с Катериной
в своей избушке жить.
Хорошо, сказывают, жили,
согласно.
По работе-то Данилу
горным мастером звали.
Против него лучше никто не мог
сделать. Так-то...
Непростой это сказ.
Шевелить надо умишком,
что к чему.
А теперь бегите-ка спать.
Воструху вон мать, поди,
ругать будет, что опозднилась.
- Ничего, деда, я отпросилась у мамы.
- Ишь ты, Воструха...
- Я, деда,
как большой вырасту,
так за мастерство оберуч возьмусь!
Как тот Данила.
- Ишь ты, маленький, а смышлeный!
Понял, как надо.
Главная сила - в мастерстве
да человечьей думке.
Это они человека ведут.
Так-то...
Хорошее слово и кошке приятно.
 

////////////////////////////