Любовь по приказу (1 сезон, 2016 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Любовь по приказу (1 сезон, 2016 год). Цитаты и фразы из сериала

 

Режиссёр: Николай Борц

Ленинград, 1988 год. Главная героиня — Варвара Утешева, молодая артистка театра музкомедии. Она вполне успешна в карьере, на сцене Варвава поет лучшие партии, а дома ждут сын и любящий муж. Однако жизнь приготовила для нее неожиданный поворот.


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

-Здрасте.
-Здравствуйте.
ЗВУЧИТ КАНКАН
-Николай Саныч, я связалась
с авторами. Они обещают феерично
переписать, учитывая ваши замечания.
Тексты будут готовы через неделю.
Крайний срок - 10 дней.
Им можно верить.
-Снова слышу скрипок пенье
И цимбал призывный звон.
-Утешева поет?
-Да Утешева, Утешева. Прогон идет.
-Очень хорошо.
-Пойте, все друзья...
РАДИО: Может развернуться
опасная контратака.
-Слышишь, Утешев? Мне на прошлой
неделе японский предлагали
за полтинник. Цельнотянутый.
-Японский цельнотянутый.
Не взять - грех.
-А я вот согрешил.
На цветной телевизор копим.
-Цветной? Тоже вещь.
-Ага.
Ну что?
Можем начинать?
-Начинаем.
-Запускаем.
Время пошло.
Ставлю рубль, что он включится
на десятой секунде.
-Спорим на червонец, что он
не включится раньше чем через
полторы минуты.
-Я чего-то не знаю?
-Многого, Леня, многого. Время.
-8, 9, 10.
Ты что-то с ним сделал?
-Так спорим на червонец или нет?
-15, 16 секунд. 17.
-Последний шанс.
-Да подожди ты!
21. Петр, 22 секунды!
-До 99-й секунды можешь расслабиться.
-Утешев, к Ивановскому зайди.
Говорит, срочно.
-Наверное, приемник накрылся.
-Подожди.
РАДИО: Вот это было красиво!
Вот это футбол! Армейцы даже просто
не успели опомниться. Совершенно
какой-то неожиданный поворот.
-Чтоб меня...
-Время?
-102-я секунда.
Ты увеличил время в 10 раз.
Ты как это сделал?
-Руками, Леня, руками.
Ладно, я к Ивановскому, потом домой.
Пожалуйста, оформи все бумажки.
Пожалуйста.
-Да-да, конечно. Я...
Конечно-конечно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Добрый день, Валентин Петрович.
-Добрый.
-Что нового в мире спорта?
Впереди планеты всей?
-Ты к чему?
-Да это я так. Валентин Петрович,
мне бы сегодня пораньше уйти.
У жены спектакль, ребенка из детсада
надо забрать. Ничего?
-Ты же знаешь, мне все эти ваши
"пораньше"...
-Знаю. Валентин Петрович, очень надо.
-Тут из ЖЭТФа звонили.
-Откуда?
-Из Журнала экспериментальной
и теоретической физики.
-Я просто не расслышал. Ну и что?
-Просят меня про наши космические
перспективы несколько строк написать.
-И что вас останавливает?
-Да у меня и без этих
шелкоперов хлопот хватает.
-Угу.
-Давай ты возьмешь?
-Ну надо так надо.
-Справься за недельку.
Я за тобой пройдусь,
и опубликуем на двоих. Лады?
-То есть свою фамилию
хотите поставить?
-Меня же попросили - не тебя.
Правильно?
-Ой, куда прешь?
-Извините.
-Дороги мало?
-Простите.
Алло. Добрый вечер. Да, это я.
Все замечательно. Я все сделал,
как и договаривались. Разумеется,
у меня. С собой.
Витебский вокзал, камера хранения.
А номер? Не надо, я не буду
записывать, я запомню.
Диктуйте. 812. Хорошо.
Все понял. А когда? Сейчас? Черт!
Да нет, все хорошо, просто мне
ребенка нужно забрать из детского
сада. А у жены спектакль.
-У вас билетика не найдется?
Простите, у вас нет лишнего билетика?
-Внимание всем цехам: даю первый
звонок. Монтировщикам покинуть сцену.
-Ну что? По-моему, красота.
-Красота красотенская.
Ну что, все?
-Угу.
-Пошла искать образ.
-Ну, Варька, ну хороша!
Ну хороша, чертовка!
-Пал Мироныч...
-Что такое?
-Давно хотела вас попросить.
Не хватайте вы меня за руку сильно.
Понимаете, кольцо.
Оно еле надевается. Я просила
реквизиторов отнести в слесарку,
чтобы растянули, но они опять забыли.
-Хорошо, я понял. Я не буду хватать
тебя за руку.
-Спасибо.
-Но во втором акте я обязательно
схвачу тебя за зад. Ты не против?
Эх, Варька! Был бы я помоложе!..
-Утешева!
-Что? Ну что?
-Ну ты сегодня вообще.
-Тьфу ты! Спасибо, Марик.
-Стоять!
-Чего тебе?
-Спинку держим. Ни пуха ни пера.
-Иди к черту.
-Что застряли? Даю второй звонок.
-Ребята, всем удачи.
-Варвара Игоревна, вы великолепны.
-Гражданин!
Товарищ!
-Да? В чем дело?
-Портфель забыли.
-Ах, да. Что-то я сегодня совсем...
Спасибо.
Спасибо огромное.
-Угу.
-Все, опоздал. А, черт с ним.
ВМЕСТЕ: Весь край наш обойдешь -
Земли прекрасней не найдешь.
А что за нежный взгляд?
-Внимание осветителям
и монтировщикам, готовимся к переходу
на восьмую сцену.
-Славик, давай быстрее. Мы и так
задержали Анжелу Федоровну.
-Не "мы", а вы меня задержали.
И постарайтесь, чтобы это было
последний раз. Я не обязана
сидеть на работе до ночи.
-Анжела Федоровна, прошу прощения.
День был очень тяжелый.
-Думаете, у меня был легкий?
-Уверен, что нет. Поэтому еще раз
прошу прощения.
-Если понимали, что задерживаетесь,
могли бы позвонить.
-Обязательно. В следующий раз
я обязательно позвоню.
-В следующий раз приходите вовремя.
-Анжела Федоровна, еще раз прошу
прощения. Добирался больше часа.
-А мне все равно, потому что, помимо
работы, у меня есть личная жизнь.
И учтите: если вы еще раз придете
за ребенком не вовремя, я буду
вынуждена поставить вопрос об его
отчислении из детского сада.
-Славик, ты готов?
-Да.
-Я вижу. Подожди меня на улице.
-Ладно.
До свидания, Анжела Федоровна.
-До свидания.
-Вы прелесть, Анжела Федоровна.
Славка каждый день приходит домой,
рассказывает, какая вы чудесная,
славная, умная женщина.
Всего вам доброго.
-Пап, я есть хочу.
-Что?
-Есть хочу.
-Ты тайны хранить умеешь?
-Ну допустим.
-Давай так. Я тебе сейчас покупаю
апельсин... сладкий, оранжевый.
Но, перед тем как пойти домой,
мы зайдем в одно место.
Это ненадолго, обещаю.
-Не хочу апельсин, хочу мороженое.
-Славка, ты обалдел? Холод собачий
на улице. Какое мороженое?
-Какое мороженое...
Эскимо на палочке!
-Знаешь, ты кто? На палочке...
Ладно, будет тебе мороженое.
-Ура!
-Ура! Только обещай: придем домой -
ты съешь все, что бабушка на ужин
приготовила. Обещаешь?
-Ну ладно.
-Так, пойдем-ка в телефонную будку.
Нам надо маме позвонить.
-Пап, можно я монетку заброшу?
-У тебя запросы, я тебе скажу.
-Ну пап...
-Да я шучу. Конечно, можно.
-Ура!
-На, держи.
-А у тебя хорошо сегодня.
-Так я старалась.
-Варя, тебя к телефону.
-А кто?
-Понятия не имею. Мужик какой-то
странный. Говорит, срочно.
-Алло.
С АКЦЕНТОМ: Алло! Добрый вечер.
Варвара Игоревна?
-Добрый. Кто это?
-Это большой поклонник
вашего творчества.
-Да что вы говорите! А уж я-то какая
поклонница... вашего творчества!
-В таком случае, Варвара Игоревна,
что вы делаете сегодня вечером?
-Слушайте, дураки вы оба.
У меня антракт всего ничего.
-Короче, Варька, после спектакля
никуда не убегай. Я за тобой заеду.
-Хорошо. А чего вдруг? Случилось что?
-Нет. Сюрприз. Все, пока.
-Пока.
-Ну ты предатель!
-А вот и я.
-Где тебя носит-то? Я тебе кофе
из буфета приперла. Остыл уже, поди.
-Спасибо. Да муж позвонил. Хочет
встретить после работы.
-А чего это вдруг?
-Бог его знает. Говорит, сюрприз.
Ты чего кислая?
-Да чего мне веселиться-то?
Это ведь ты у нас счастливая. Муж -
гений, пацан классный растет...
роли одни только главные.
-Да ладно тебе прибедняться, Света.
У тебя, вообще-то, тоже роли.
И муж тоже как бы...
-Вот именно, что как бы.
Как бы роли, как бы муж.
-Светка, да ладно тебе.
Не кисни. Все как-то устаканится.
-Ох, Варька, какая же ты
все-таки счастливая!
-Внимание, даю второй звонок.
Прошу всех приготовиться
к началу второго акта.
-Ладно, иди, а то на сцену опоздаешь.
Иди-иди.
Иди.
-Вы что, хотите закрыть весь вклад?
-Да, все так.
-Такую сумму заказывают заранее.
-Я дико извиняюсь, но я об этом
не знал. Простите, я что,
не могу получить свои деньги?
-Я же говорю: такую
сумму заказывают заранее.
-Мне эти деньги
нужны сегодня.
-Мужчина, вам же сказали: такую
сумму надо заказывать заранее.
Приходите завтра, заказывайте и...
-Тише там, в очереди. Тише.
-Спасибо вам за ваше участие.
Я вам крайне признателен.
Понимаете, я завтра улетаю в космос.
-Куда?
-В космос, на орбиту. Вы можете себе
представить! Весь следующий год
я проведу на станции "Мир".
И буду сидеть часами и любоваться
в иллюминатор на планету Земля,
в том числе и на вас. А сейчас
я просто хочу закрыть книжку.
-Пап, ты скоро?
-Скоро-скоро, сынок.
Подожди еще минуту. Прости.
-Вы что, действительно
не знали о правилах?
-Если бы я знал, я бы выучил все
ваши правила наизусть. Заказал бы
сумму заранее.
-Попробую поговорить с заведующей.
-Спасибо.
Заходи, раздевайся.
Здрасте, Надежда Сергеевна.
-Здрасте. А разуваться кто будет?
Пушкин? Ты мой хороший!
Солнышко ты мое в окошечке!
-Привет, бабуль, привет.
-Привет. Дай-ка я тебя поцелую.
Это что такое? Почему щеки такие
липкие? Ты что это такое ел
перед ужином?
-Бабушка, это секрет.
-Да конечно, секрет. Мороженое ел,
так и скажи. Хороший папа угостил,
да? А бабушка для кого здесь
старалась? Целый день у плиты стояла.
Мороженое-то вкусное было?
Ну конечно, кто же теперь будет
макароны по-флотски есть
у плохой-то бабушки?
-Славка, ну-ка, ответь
скорее любимой бабушке.
-Бабушка, я все съем. Я обещал.
-Обещал он.
-Надежда Сергеевна, вы сегодня
прекрасно выглядите. Ваш любимый
внучок дома и, что характерно,
живой и здоровый. А мороженое мы ели,
потому что праздник у меня сегодня.
Так что я сейчас уйду, заеду
за вашей дочерью в театр, и мы
пойдем этот праздник праздновать.
Вы же не против?
-Браво!
-Браво!
-Спасибо.
-Браво, Утешева!
-Здрасте.
-Добрый вечер.
-Здрасте.
-Кто это?
-Ты чего? Это же муж Утешевой.
-Неслабый муж. Жену на такси
встречает. А чем он занимается?
-Не знаю. Говорили, вроде ученый
какой-то. В ящике работает.
-В ящике?
-Угу.
-В смысле... прямо в ящике?
-Марина, ну ты чего? Ящик - это
завод такой секретный или институт.
Короче, они оборонкой
занимаются. Поняла?
-Ого!
-Варвара Игоревна, прошу.
Карета подана.
-Это и есть твой сюрприз?
-Погоди, основной сюрприз
еще впереди. Прошу.
-Варенька, наши люди после спектакля
домой на такси не ездють.
-До свидания, Пал Мироныч.
-Добрый вечер и до свидания,
Пал Мироныч.
-До свидания, мои дорогие.
-Благодарю вас.
-О, спасибо.
-Петя, ты с ума сошел? Ты ему сколько
дал? Это половина моего аванса.
-Варя...
-Прошу вас, присаживайтесь.
Меню, пожалуйста.
Цветочки позвольте. В вазу поставим.
-Молодой человек, а будьте добры
сразу бутылочку шампанского.
В ведерке.
-Прошу прощения, шампанское
полусладкое, полусухое, брют?
-Полусладкое.
-Полусладкое. "Советское"?
-А что, есть не советское?
-Болгарское, итальянское.
Для особых гостей - французское,
"Вдова Клико". Перестройка.
И мы перестраиваемся.
-Это хорошо. Тогда тащите сюда
вашу "Вдову".
-Будет сделано.
-И икорочки черной грамм 150.
-Угу.
-А мы пока изучим репертуар.
-Как говорится, джаст э момент.
-Мерси боку.
Ух ты! Слушай, ты когда-нибудь
пробовала почки заячьи, запеченные
с трюфелями?
-Трюфели.
-Ага.
-Конфеты такие.
-Ой, не пугай меня, девочка моя.
Трюфели - это грибы. И причем очень
даже вкусные. Давай закажем.
-Так, Утешев, ты мне лучше ответь
на другой вопрос. Ты убил
кого-то или просто ограбил?
-С чего ты взяла?
-Да потому что ты соришь деньгами,
будто это конфетти новогоднее.
Пе-тя! Что происходит?
-Скажем так, я получил премию.
-Не смеши меня. Ваши премии я знаю.
Или вам в этот раз вместо
квартальной Нобелевскую выдали?
-Между прочим, почему бы и нет?
У меня есть 3-4 серьезных научных
статьи в западных журналах. "Сайенс",
"Нейчер". Спасибо гласности.
А сколько я для этого гения
Ивановского статей написал?
Сегодня еще одну заказал. Да что
там западные журналы! У нас я тоже
рационализатор. Изобретатель, можно
сказать. У меня только за этот год
42 патента. В обувной коробке
на антресолях валяются. Так что
я заслужил этот ужин с любимой женой
в хорошем ресторане. Варюшка...
Я эти деньги заработал. Своим умом.
Честно и, как я считаю,
по справедливости. Так что ешь,
пей и ни о чем не думай. И вообще
привыкай к хорошему. Скоро у нас
с тобой будет все только так,
как сегодня. И никак иначе.
Ну что же, за тебя, моя маленькая.
Девочка моя хорошая, ты все,
что есть у меня в этой жизни.
Ты и Славка.
И я в лепешку расшибусь,
лишь бы вы были счастливы.
Давай.
Мм! А теперь икорочки!
И балычок.
-Утешев, расскажи-ка мне теперь,
пожалуйста, над чем же таким
вы там в своей лаборатории работаете,
что вам выдали такую фантастическую
премию?
-Скажем так, мы куем щит
для нашей родины.
-И Леня Бейнцмахер тоже кует?
-Ну а как же! Леня Бейнцмахер
кует прямо в первых рядах.
-Угу. Значит, он тоже премию получил?
-Нет, моя хорошая.
Только я.
-А почему же?
-А потому что без твоего гениального
мужа ни одно изобретение
нашего института в жизни бы
не заработало.
Потому что без меня они
были бы просто бесполезны.
Потому что никто и никогда
во всем этом не смог бы разобраться.
Кроме меня.
-Так что ж ты изобрел-то?
-А это, Варечка, уже
государственная тайна.
-Ну а если без деталей,
в общих чертах?
-А давай выпьем сначала. Коньячку, а?
-Ван, ту, фри, фо!
-Яблоки на снегу,
Розовые на белом...
-Что такое современная техника?
Скажем, самолет или даже большой
корабль, авианосец? Это сплошная
электроника.
Компьютеры, микросхемы
и прочая дрянь.
А теперь представь себе,
навстречу этому гигантскому
авианосцу мы посылаем маленький
электронный пучок, импульс.
И весь этот фарш на 20 минут
выходит из строя, совсем.
И эта махина со всеми ее самолетами,
пушками, ракетами становится
просто плавучим корытом, которое
можно брать голыми руками.
Каково, а?
-Фантастика!
Неужели такое возможно?
-Было бы возможно еще вчера.
Но мы над этим только работаем.
-Почему же невозможно сегодня?
-Да потому что лабораторией
заведую не я, а, как тебе известно,
Валентин Петрович Ивановский.
И плевать, что я в балете понимаю
больше, чем он в физике.
Этот малограмотный трус боится
всего, что выходит за рамки газеты
"Советский спорт". Больше
он ничего не понимает.
Ладно, не суть.
-Яблоки на снегу,
Розовые на белом...
-Нет, ну это невыносимо.
Прости, я больше не могу это слушать.
ПРИЯТНЫЙ ДЖАЗ
-Петя...
-Мм?
-Петечка...
Все-таки мне как-то не по себе.
-Что, не понравился мой сюрприз?
-Нет, что ты, все замечательно.
Ты мне только скажи, ты же
не обманываешь меня?
Ну, там, с этой премией...
да и вообще...
-Я тебе больше скажу. Сюрпризы
на этом не заканчиваются.
-Да ну! А что еще?
-У меня в кармане две путевки
в Болгарию на Черное море.
Так что через неделю вы со Славкой
едете отдыхать, а я приеду
через пару дней.
-Петя!
Ты сошел с ума?
-Да.
-Какая, к черту, Болгария?
Какое Черное море?
У меня же театр, репетиции,
спектакли, к 22 апреля нужно
концерт готовить.
-Какой концерт?
-Праздничный! Ко дню рождения
вождя мирового пролетариата.
-А-а, ну-ну, да. Девочка моя,
при чем здесь твой театр?
При чем здесь вождь?
Какой, на фиг, пролетариат!
-Тише! Ты что?
-Что "тише"? У нас гласность!
-Петя!
-Варечка моя!
Ты себе цены не знаешь. Тебе с твоим
голосом, с твоими данными
надо петь в Карнеги-холл, а не
в этой твоей конюшне. Я тебе обещаю,
ты будешь там петь.
Обязательно будешь.
-Что-то тебя совсем занесло.
-Ты только вот что... ты верь мне.
И делай, как я тебя попрошу.
И все будет хорошо.
СМЕЮТСЯ
ПОЮТ: Яблоки на снегу!
Яблоки на снегу!
-Ты помнишь, как я тебя первый раз
провожал до дома?
Холод был такой же жуткий,
только осенью.
-Нет, не помню.
-Как - нет?
-Зато знаешь что я помню?
Я помню, как ты меня первый раз
поцеловал у этого окна. А я тогда
еще ни с кем не целовалась.
-Рядом!
Рядом, сказал!
-И вам доброго вечера.
-Пойдем!
-Варька, слушай...
-Тихо!
Ты чего шумишь? Спят все наверняка.
Т-ш-ш!
-Чаю хочешь?
-Да подожди ты!
Ну что?
-Т-ш-ш! Спит.
-Пошли на кухню, очень чаю хочется.
-Петя!
-Мм?
-Ты чего?
-Я того.
-Мы цветы в ресторане забыли!
-Какие цветы?
Да я тебе завтра сто таких куплю!
ЗВОН ПАДАЮЩИХ ЛОЖЕК
СМЕЮТСЯ
СТУК В СТЕНКУ
-Мама еще не спит. Черт!
Ей в шесть утра вставать.
-Мама не еще не спит, она постоянно
не спит, она всегда начеку.
Пойдем! Пойдем со мной!
-Подожди. Стой!
-Что такое?
-Петя!
Мне кажется, Светка права.
-Какая Светка?
-Федорова. Это моя подруга
из театра.
Она мне говорит, что я самая
счастливая женщина на свете.
Господи! Петька!
Господи! Она права!
СМЕХ
-Спасибо.
ЗЕВАЕТ
Не выспалась?
-Мне кто-то дал поспать?
Мне Славку через полчаса
в садик будить.
-Варь, песок еще есть?
-Куда тебе сахар-то еще?
Не слипнется нигде, нет?
-Не-а.
-Надо будет сегодня в профком зайти,
к празднику в театре заказы дают.
-Спасибо.
-Наверняка будет индийский чай
со слоном.
-Мм, пора бежать. Нам, Варя,
сегодня вечером
нужно очень серьезно поговорить.
-О чем?
-О Болгарии.
-Петь, я тебе говорила вчера.
-Я помню. Концерт, вождь,
пролетариат...
Ничего не хочу слышать.
-Беги уже.
-Варь!
-Тихо! Ты чего шумишь-то?
Славку разбудишь.
Ничего не забыл? На!
-Спасибо.
Ну что, до вечера?
-Стой!
Сюда иди.
Теперь все.
Иди!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Петя!
Петя! Петя!
-Варя...
Прости меня.
-Петя! Петя!
Петя!
Помогите!
Закончилась? Закончилась операция?
-Да. Валентин Михайлович сейчас
подойдет. Наташа, можно
тебя на секунду? Извините.
Там жена.
-Да вы присаживайтесь.
Здесь прохладно, еще простудитесь.
Татьяна, принесите нам
какое-нибудь одеялко.
-Хорошо, Валентин Михайлович.
-Доктор, как прошла операция?
-Понимаете, милая моя, в общем,
там и оперировать-то нечего было.
-Я не понимаю.
-Как бы вам это сказать?.. Там
ни одного целого органа не осталось.
Примите мои соболезнования.
-Света, мы пойдем потихоньку.
-Да-да, идите.
Ну все, Варь.
Надо идти.
-Что?
-Я говорю, идти надо.
-Да, я иду сейчас.
-Пойдем. Пойдем-пойдем.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Скажи, а Славка-то где?
-В садике. Его мамина
подруга заберет.
-Он уже знает?
-Нет.
Я ему сказала, что папа...
папа улетел далеко, в Америку.
-Странно, почему же с работы
Петра никто не пришел.
-Я не знаю, мне все равно.
-А в милиции уже что-то известно?
-Ничего. Машину нашли,
но она числится в угоне.
-Прошу меня извинить.
Утешева Варвара Игоревна?
-Да.
-Можно вас на два слова?
Извините, пожалуйста.
Майор Ферапонтов, Комитет
государственной безопасности,
шестое управление. Варвара Игоревна,
прежде всего примите наши
самые искренние соболезнования,
это раз. Во-вторых, завтра в 11:00
вам следует явиться к нам. Пропуск
будет в бюро пропусков на ваше имя.
-Я не могу в 11:00, у меня репетиция.
-Об этом можете не беспокоиться,
с руководством театра все уже
согласовано. Так что ждем вас завтра
в моем кабинете.
-Скажите, а почему он
на меня так смотрит?
Вот этот, возле машины.
-Это Семен Федорович, мой коллега.
Еще раз примите наши соболезнования.
-Варька, это кто? Я видела,
они тебе корочки показывали.
Они что, оттуда?
Что им от тебя нужно?
-Света, а почему он на меня
так смотрит?
Эй! Вы! А что вы на меня
так смотрите?
-Варя, не надо.
-А что вы смотрите на меня так?
-Варенька, я тебя прошу, не надо.
-А какого черта он смотрит на меня?!
-Я тебя умоляю, Варя!
Успокойся. Все-все-все.
Все хорошо. Пойдем скорее.
-Ну? Что скажете, Варвара Игоревна?
-Что?
А что я могу сказать?
-Как? Совсем нечего?
Знакомая вещь, Варвара Игоревна?
-Что? Папка?
-Да.
-Да, я сама дарила ее Пете
на день рождения. Вы знаете, у нас
за углом галантерея есть, там...
-Все верно, Варвара Игоревна.
Все верно. Пожалуйста, продолжайте.
-Я не знаю, что продолжать.
-Ну, расскажите нам
про содержимое папки вашего мужа.
Простите, вашего покойного мужа.
Ну и вообще расскажите нам
про эту видеозапись.
-Простите, а откуда она у вас?
-А вы не знаете?
-Нет.
-Ну хорошо, тогда давайте
я начну, а вы потом,
я надеюсь, продолжите.
Итак, Варвара Игоревна, ваш
покойный супруг Петр Утешев
обвиняется в промышленном шпионаже
в пользу одной из капиталистических
стран. Следствием установлено,
что около месяца назад
гражданин Утешев был завербован
с целью передачи информации
о секретных разработках предприятия,
на котором он трудился
и к которым имел допуск.
-Что?
Это чушь какая-то!
Нет, подождите! Это бред!
Вы не могли что-нибудь перепутать?
-За это гражданину Утешеву была
выплачена солидная сумма
и гарантировано
предоставление гражданства
в Соединенных Штатах Америки.
Для него и для его семьи.
То есть для вашего сына и для вас,
Варвара Игоревна.
-Я ничего не понимаю.


Серия 2

-Я не понимаю. Подождите,
я ничего не понимаю.
-То есть вы хотите убедить меня,
что это все новость для вас?
Но вы же не будете отрицать,
что вы собирались
на отдых в Болгарию?
-Подождите. Да.
Да, Петя говорил мне, что у него
есть путевки, но я сказала ему,
что у нас вряд ли получится, потому
что меня наверняка бы не отпустили
из театра и... Я вообще не понимаю,
при чем здесь Болгария.
-Да знаем мы эти тропки! По сто раз
по ним хожено туда и обратно!
Из Болгарии вас бы переправили
в Турцию, через Турцию - в Израиль,
а из Израиля - оп! - пожалуйста,
куда глаза глядят.
-Я не понимаю. Я ничего не понимаю.
-А я сейчас тебе объясню, мать.
Муж твой бывший - шкура продажная.
Ему советская власть все дала,
из деревни зачуханной вынула,
от коровьего дерьма отмыла
и ни копейки за это не взяла.
Образование - пожалуйста!
Престижная работа - на! Здоровье
поправить - так это мы запросто!
Бесплатно же все. А он что за это?
-Семен Федорович!
-Что "Семен Федорович"? Вот у меня
уже где это, не могу слушать, тошнит!
Она с этой гнидой шесть лет в одной
койке провалялась, ублажала его
в разных позах, а теперь козу
валдайскую из себя строит?
"Ничего не знаю, ничего не понимаю"?
А хочешь, я тебя прямо сейчас
в КПЗ укатаю? Вон через Неву,
напротив. Подсажу тебя к двум
девицам-красавицам - триста килограмм
на двоих. Вот они с тобой у параши-то
покуражатся! Может, тогда
по-другому запоешь?
-Успокойтесь!
-Распустили народ!
Демократизация! Гласность!
Советский Союз им, вишь, не нравится!
Разбегаются как тараканы! Родную мать
за жвачку и джинсы готовы продать!
-Товарищ Щипченко!
-Твари!
-Возьмите себя в руки, наконец!
Извините, Варвара Игоревна. Извините.
Работа у нас такая. Нервная.
Это не допрос. Запись,
как вы видите, мы не ведем.
Но нас действительно интересует все,
что вы можете знать.
Лично к вам у нас никаких
претензий нет.
-Пока нет.
-Может быть, ваш покойный супруг
рассказывал про свои планы?
Может быть, у него были какие-то
сослуживцы, которые могли бы быть
причастны к этому делу?
Или какие-нибудь друзья? Мы очень
надеемся на вашу сознательность,
Варвара Игоревна.
-Я боюсь, что я... обману
ваши надежды.
О планах моего мужа мне
ничего не было известно.
Хотите верьте, хотите нет -
мне все равно.
О работе Петя со мной
почти не говорил.
А если говорил, то в общих чертах.
Что еще? Друзья? У Пети был один
друг. Это Леня Бейнцмахер.
Они учились вместе в институте,
потом они работали вместе
в одной лаборатории.
Мы как-то встречались, мы говорили
в основном на отвлеченные темы.
Выпивали.
Потому что встречались
чаще всего по праздникам.
И последнее.
Мужа своего я любила.
Люблю и сейчас.
И отрекаться от него я не собираюсь,
нравится вам это или нет.
А сейчас вы можете делать
со мной все что хотите.
Хотите - сажайте,
хотите - арестовывайте,
мне все равно, я повторю.
-Будьте добры, поставьте, пожалуйста,
вот здесь вашу подпись.
Все, о чем мы говорили, должно
остаться в стенах этого кабинета.
Ну а если вспомните что-нибудь,
звоните. Вот номер моего телефона.
А это ваш пропуск. Можете идти.
-И помни, мать, следствие
не закончено.
Пока ты у нас проходишь свидетелем.
Но если что-нибудь нароем,
загремишь по полной.
-Я действительно могу идти?
-Ты из себя Жанну д'Арк не строй!
На себя наплевать,
так хоть о сыне подумай.
-Действительно, Варвара Игоревна,
подумайте о сыне.
И вообще... подумайте.
-И вновь продолжается бой,
И сердцу тревожно в груди,
И Ленин такой молодой,
И юный октябрь впереди!
-Так! Стоп!
Подождите! Простите!
Пал Мироныч!
Нет, все замечательно.
Но я вас прошу, переставьте
ударение. Вы сейчас поете:
"И Ленин (!) такой молодой,
И юный октябрь (!) впереди".
-Ага.
-А я вас прошу обобщить, понимаете?
-Обобщить.
-Вот именно, обобщить.
И Ленин такой молодой,
И юный (!) октябрь впереди.
Понимаете? Они как бы
до сих пор еще молоды.
-Ах вот оно что... Молоды.
-Да. Молоды.
И неразрывно связаны друг с другом.
-Неразрывно.
-Неразрывно.
-Угу. Потрясающе! Неразрывно.
Слушай, Сашка, ты меня, мастера
ложного пафоса, вздумал учить,
как его готовить?
-Да нет, ну что вы, Пал Мироныч.
Я просто прошу, чтобы вы сместили
акцент, только и всего.
-Хорошо. Сместим акценты.
И Ленин, значит, молодой,
и октябрь - юный.
-Да.
-Ну хорошо. Переходим к тексту.
-Ну хорошо, давайте.
Давайте к тексту.
-Когда я итожу то, что прожил...
И роюсь в днях - ярчайший где,
Я вспоминаю одно и то же...
Одно и то же каждый день.
-Пал Мироныч! Ну опять
эти ваши шуточки!
-Я прошу прощения.
Извините за опоздание.
Здравствуйте.
-Здравствуйте. А вы...
-Я на репетицию.
-А разве Марк Арсеньевич
вам ничего не сказал?
-Нет. Я не видела его еще сегодня.
-Вам стоит его разыскать.
Дело в том, что... произошли
кое-какие изменения.
Он вам все расскажет.
-Привет, девчонки!
-Здрасте.
-Здравствуйте.
-Здрасте.
-Привет!
-Добрый день.
-Утешева! Ну наконец-то!
Мне сказали, что ты в театре.
Я буду везде тебя бегать искать?
Короче, в сегодняшней репетиции
твоего номера не будет.
Не знали, когда ты объявишься
и объявишься ли вообще. Завтра
репетиции не будет и послезавтра.
Утешева, ты свое расписание
на доске-то смотрела сегодня?
-Нет еще.
-О, Варя? Привет.
-Привет.
-Докладываю: завтра ты встречаешься
в танцклассе с Лебедевой.
-С кем?
-С нашим новым дарованием,
артисткой Мариной Лебедевой.
-А, я поняла.
-Господи, Утешева, ты хотя бы
спросила зачем.
-Зачем?
-На предмет ее ввода в спектакль
"Марица" на твою роль.
-Что? Почему?
-А я не знаю почему.
Меня вызвал к себе Сундуковский,
велел, как только ты объявишься
в театре, все это тебе передать.
-Меня что, снимают с роли?
-Пока нет.
И приказа директора тоже,
кстати, пока нет.
Лебедеву вводим в апреле, а пока
ты должна неофициально передать
всю свою линию: текст, партию
танца - ну, в общем, всю роль.
-Отлично. Я поняла, Марик, спасибо.
-О господи, Утешева, ну что сразу
надулась, как шарик на демонстрации?
Прям уколи - лопнешь!
Мне велели - я передал.
Варь, ну ты нормальная, вообще?
Ты где сегодня была?
У любимой тетки на именинах или...
Ну ладно-ладно, все, не кисни.
Давай, Варя. Ну-ка, посмотри на меня.
Варвара!
-Завтра-то я играю? Или уже Лебедева?
-Господи, ну ты, конечно.
-Ну и на том спасибо.
-Утешева, спинку!
РЫДАНИЯ
СТУК В ДВЕРЬ
-Варя! Варь! А ну, открывай!
Ты чего заперлась-то?
Варь! Ты меня слышишь?
Открывай, говорю!
-Иду я, не кричи.
-Ну чего, ты как?
-Нормально!
-А чего запиралась?
-Одна хотела побыть.
-Не надо тебе одной.
-Да ладно тебе, Светка,
все со мной в порядке.
-Я вижу.
-Света, пожалуйста!
-Тебе уже сказали?
-Что сказали?
-Про Лебедеву.
-Что я ее на Марицу должна вводить?
-Ну да.
-Сказали.
-И ты?.. Что, собираешься вводить?
-А что бы ты делала на моем месте?
-Да послала бы их всех
к чертовой матери!
Вам надо - вы и вводите!
Нет, ну ты сама подумай!
Какая из нее Марица?
Да она же мышь серая! Ее с десятого
ряда вообще видно не будет!
Нет, ну какая все-таки сволочь!
-Да ладно, брось, Света.
Она-то здесь при чем?
-Да я не про Лебедеву!
Я про Сундука нашего! Ты понимаешь,
для чего он это делает?
Ты понимаешь?
-Света, он худрук, ему видней,
может, я не справляюсь.
-Варя!
Да Сундук просто заранее страхуется!
Ему комитетчики - ух!
А он тут же - пффф!
А сейчас снова позвонят - он скажет:
"Меры у нас приняты,
ищем Утешевой замену". Он только
в театре с артистами смелый,
а против комитетчиков
у него кишка тонка.
-Света, Лебедева так Лебедева!
Какая разница?
Хотят снимать с роли - пусть снимают,
мне все равно.
-Что значит "все равно"?!
-Света, я мужа похоронила!
Я вообще пока не понимаю,
как мне дальше... без него.
Так что поверь мне, все остальное
по сравнению с этим - такая фигня!
Ладно, пойду я, мне Славку надо
из садика забирать.
-Кстати, как он?
-"Как он?" Нормально.
Он же не знает ничего.
Ладно, Светуль, пока!
Славка, подожди меня на улице.
Только не уходи никуда, у дверей жди.
У дверей жди, понял?
-Понял.
-Я вполне сочувствую вашему горю,
но и вы меня поймите.
Ваш ребенок разбил
Виталику Маевскому голову.
Он ударил его железной лопаткой
по голове. Это немыслимо!
Вы понимаете, чей ребенок -
Виталик Маевский?
-Да, я понимаю.
-Что мне от вашего понимания?
Мне пришлось вести ребенка в
медпункт, ему хотели накладывать швы,
и теперь у него на голове большая
шишка и пластырь. Его родители
еще не приходили, но я с ужасом
думаю, что я буду им говорить
и как я им объясню, что
их ребенок в таком виде.
-Анжела Федоровна, вы простите
нас, ради бога, я даже подумать
не могла, что Славик вообще
способен на что-либо подобное.
-Потому что своими детьми надо
заниматься, а не перекладывать
всю ответственность на нас.
И я вынуждена поставить вопрос
об отчислении вашего сына
из детского сада.
-Анжела Федоровна!
-Мне тоже не хочется лишаться
квартальной премии
из-за всяких там хулиганов.
-Подождите, послушайте...
Войдите в положение, я...
Я поговорю со Славой, я обещаю вам.
Но не надо нас отчислять.
Не надо нас отчислять, пожалуйста.
Мы эту очередь год ждали.
-Об этом вы будете рассказывать
заведующей.
-Хорошо. Она у себя сейчас?
-Она уехала на семинар,
будет на следующей неделе.
Я поставлю вопрос,
а вы можете разговаривать
с ней сколько угодно.
-Спасибо.
Слава, что ты не поделил с Виталиком?
Ты мне расскажешь?
Я не понимаю, ты можешь мне ответить?
Слава, он что-то сказал тебе?
Он обидел тебя?
Так! Ты мне можешь объяснить,
что произошло?
Слава! Ты понимаешь,
что все очень серьезно?
Тебя отчислят из садика,
я работаю, бабушка работает.
Что мы делать будем, Слава?!
-Он сказал, что наш папа - предатель!
-С чего он это решил?
-Я ему сказал, что папа уехал
в Америку. Ты же мне сказала,
что папа уехал в Америку.
-Да, я так сказала.
-А я Виталику сказал по секрету.
А он сказал...
-Хватит. Я все поняла.
Послушай, все равно
не надо было его трогать.
Драться нехорошо, неужели ты
этого не понимаешь?
-Я его не трогал! Он первый стал
дразниться, насыпал мне в глаза
песку, а потом стукнул
меня лопаткой. Вот!
Сказал, что я сын предателя.
Тогда я отобрал у него лопатку
и тоже стукнул, потому что
наш папа не предатель.
Я скучаю без него.
-Маленький! Слава! Сыночек, послушай!
Я тоже очень скучаю по нашему папе.
Мне очень его не хватает. Очень.
Но мы с тобой должны как-то
научиться жить, понимаешь?
Мы должны как-то приспособиться.
И никогда, слышишь, никогда не делать
того, чего бы он не одобрил!
Ты понимаешь меня?
-Да.
-Ну не трогай ты этого Виталика.
Вообще никого не трогай.
Как бы они ни обзывались, как бы ни
хотели подраться, что бы ни говорили,
просто отойди в сторонку, и все.
Пообещай мне.
-Хорошо. Я больше не буду.
Я обещаю.
-Ты мой родной!
-Вот билеты.
-Спасибо.
-Варя, я закончила.
Варя, я закончила.
-Спасибо, тетя Лида.
РАСПЕВАЮТСЯ
-Постойте! Вы забыли. Возьмите.
-Спасибо.
-Ты где ходишь? Уже давно начали!
ГРОМКАЯ СВЯЗЬ: Внимание, прошу
подготовиться к переходу на третью
сцену. Хор - готовность минута.
Постников, на сцену. Ваш выход.
-По-моему, похожа.
-Да, похожа.
Нет, ну это невозможно! Я сто раз
просила растянуть кольцо!
-Варька, ты чего?
ГРОМКАЯ СВЯЗЬ: Постников, на сцену,
ваш выход.
-Все делают назло!
Хожу по театру - шарахаются все от
меня, будто я чумная или убила кого!
Что я вам сделала?! Что я сделала?!
-Варька!
-В чем я виновата?!
ГРОМКАЯ СВЯЗЬ: Хор, на сцену.
Приезд Марицы.
-Да пошел ты к черту!
Все идите к черту! Все!
Не хочу ничего.
-Варька! Сейчас твой выход.
-Не пойду.
-Ты чего, с ума сбрендила?
А ну-ка, пошла!
-Не трогай меня!
Я сказала, не пойду!
-Варька!
-Эй! Люди! Все сюда! Живей! Живей!
ХОР ПОЕТ: Век живи, Марица!
Без печали век живи, Марица!
Звучат цимбалы в честь Марицы,
Марица, в добрый час,
Поживите вы у нас,
Поживите вы у нас.
-Утешева, вы на сцене?
Утешева, вы где?
-Варька, ты понимаешь, что это срыв?
Сейчас Марик спектакль закончит!
-Пусть заканчивает. Мне все равно.
-С минуты на минуту сюда явится
наша хозяйка, графиня Марица Самуши.
-Кто-нибудь видит Утешеву? Это пипец!
Срочно найдите Утешеву!
-Варя, там полный зал людей.
Они билеты купили,
отдохнуть пришли.
Они-то в чем виноваты?
-Виноваты.
ТОРЖЕСТВЕННАЯ МУЗЫКА
-Внимание, машинист сцены,
по моей команде даем занавес.
-Ну, наверное, графиня Марица
задерживается
по какой-то причине.
-Да, вероятно.
-Все. Пошел занавес.
ШАГИ ЗА СЦЕНОЙ
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Стоп занавес!
Внимание! Работаем! Все нормально!
Продолжаем спектакль. Все нормально.
-Я прошу меня извинить,
я немного задержалась в пути.
Снова слышу скрипок пенье
И цимбал призывный звук...
-Утешева, ты у нас совсем, что ли?
Упала, да? Упала?
Головкой об пол? Ты мне скажи!
-О, привет, Марик!
-Привет! Ты понимаешь, что я на тебя
должен сейчас докладную накатать?
-Марик, не будь говнюком.
-Кем мне не быть?!
У нас в театре стук быстрее звука
распространяется. Какая-нибудь гнида
донесет Сундуковскому и спросит,
почему нет докладной.
И выгонит меня к чертовой матери
из театра! Это вы
талантливые, с голосами,
а таких, как я, как блох на жучке!
-Ну пиши докладную на меня.
-Ты-то здесь при чем?
-А это я Варьку в гримерке на ключ
заперла. Вышла в буфет, а ключ
случайно повернула. Потом уже
услышала про накладку по трансляции,
а Варька все равно на сцену опоздала.
-Ты чего несешь?
-Помолчи!
-Так, все! Девочки, вы уж тут сами
разберитесь, кто, кого, чем. А мне
пора ко второму акту звонки давать.
Гуд-байчик!
-Марик, подожди.
-Браво!
-Спасибо.
-Спасибо.
-На, забери.
-Утешева!
-Ну что?
-Светка, пока.
-Пока, Валера.
-Стой!
Ты зачем это сделала?
-Что?
-Ты зачем заставила Марика
написать докладную на тебя?
-А ты не понимаешь?
Да потому что мне в худшем случае
светит выговор. А если бы он написал
докладную на артистку Утешеву,
у Сундука появился бы отличный повод,
чтобы тебя уволить. Ты этого хочешь?
-Да ничего я не хочу.
Спасибо тебе, конечно.
Но я и жить-то теперь не очень хочу.
-Слушай, у тебя что, крыша совсем
уехала?
-Может, и так.
-Эх, Варька-Варька...
Я ведь все понимаю.
Тебе сейчас очень тяжело.
Может быть, даже так тяжело,
что я и представить себе не могу.
Но ведь надо же как-то жить. У тебя
же сын, мама. Сундук и без того
собирается Лебедеву на твою роль
вводить. А если ты будешь и дальше
так дурить, он вообще тебя на выход
попросит. И вот куда ты денешься?
В "Ленконцерт" пойдешь? Колхозников
по области развлекать?
Нет, Варька, ты просто не понимаешь.
Они тебе могут так кислород
перекрыть, что тебя
даже туда не возьмут.
Придется ехать либо
в Хреново-Поленово, либо вообще
из профессии уходить.
-Ну и что ты предлагаешь?
-Надо уметь за себя постоять.
Или ты так и будешь жить коровой?
Куда погнали - туда пошла.
Надо же что-то делать.
-Что?!
-Не знаю. Пока.
Но что-то делать нужно.
-Смешная ты, Светка.
Спасибо тебе.
-Варя! Утешева!
-Бейнцмахер. Ленька, ты?
-Да, это я.
-Ты что здесь делаешь?
-Я тебя жду.
-Что же ты в квартиру не поднялся?
-Нет, спасибо. Не важно.
Вот, возьми.
-Что это?
-Ребята в лаборатории скинулись,
попросили передать. Тут деньги.
Просто мы же сами понимаем:
похороны, поминки, все такое.
Местком вам в помощи отказал.
Мы решили как-нибудь сами.
-Спасибо.
-Не за что.
-Да погоди ты.
Поднимись. Мама будет рада.
-Нет.
Варь, послушай.
Вот это исключительно для тебя
и для Славика. К Петру это не имеет
никакого отношения. Хорошо?
-Как это?
-Да вот так, Варя, вот так. Ну да,
зажимал его Ивановский, задвигал
его идеи в стол, премии его лишал.
Но это же исключительно из зависти
к Петькиному таланту. Подумаешь, он
так со всеми делает. Это нормально.
Это же не повод, чтобы вот так вот
секретами торговать.
А по большому счету знаешь, как это
называется? Предательство.
Да-да, самое что ни на есть
натуральное предательство.
А предателей во все времена
недолюбливали, какими бы там высокими
идеями они не руководствовались.
Я пойду.
-А ну стой!
-Чего тебе еще?
-На, забирай свои деньги.
Проживем без них со Славиком.
-Это не мои деньги. Я к ним не имею
никакого отношения. Меня ребята
попросили передать - я передаю.
Вот и все.
-Ну спасибо ребятам.
А ты давай, топай.
-Что значит "топай"?
-Ленька, ты трус. И всем твоим словам
высоким...
-Что ты... Да я же...
-Нет, права Светка Федорова. Хватит
быть коровой, надо что-то делать.
-Кто такая Федорова?
-Федорова? Большой человек.
Полковник КГБ. Говорит, надо что-то
решать с Леней Бейнцмахером.
-Что решать?
-Она считает: лучше сразу...
расстрелять.
-Я сейчас не понял. Это что, шутка
юмора у тебя такая? Так поверь мне,
совсем не смешно!
Я, между прочим, на похороны
приходил. Хотя мне настоятельно
не рекомендовали этого делать.
Я, между прочим, цветы ему принес
и на могилу положил! Когда все ушли,
тогда положил! Потому что у меня есть
своя жизнь, и я не хочу ее разрушать
из-за...
Скотство.
Кругом одно скотство.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Николай Саныч у себя?
-У себя, но он занят.
-Ничего страшного, он всегда занят.
-Подождите! Куда вы?
-Не переживайте. Он меня ждет.
-Утешева!
-Николай Александрович,
добрый день. Я к вам.
-Вы не поверите, Варвара Игоревна,
я немного занят.
-Да, я вижу. Но, к сожалению,
разговор не терпит отлагательств.
-Зинаида Степановна, что это?
-Это сценарий праздничного концерта
к 22 апреля.
-Не делайте из меня идиота.
Я знаю, что это сценарий!
Тексты откуда?
-Тексты ваших любимых авторов -
Ратнера и Семеновича.
-"Любовью народа согрета
Советская оперетта".
Это еще ничего. О, а как вам вот это?
"Пороки все изжить со света
Поможет нам родная оперетта.
В ней нашей страны богатство -
Свобода, равенство и братство".
Это что, новогодняя елка в ДК Цурюпы
или ответственнейшее мероприятие?
-Николай Александрович...
-Подождите!
Зинаида Степановна, будьте добры,
скажите завлиту, чтобы он
к трем часам связался со всеми
авторами и к четырем - ко мне!
-Хорошо. Я могу идти?
-Да. Что там у вас?
-Мне нужно с вами поговорить.
-Ну так говорите! Мы вас слушаем.
-Хорошо.
Николай Александрович, вы
неофициально поручили мне
подготовить артистку Лебедеву
к вводу в спектакль "Марица".
-Да, поручил.
-Так вот, я провела с ней несколько
репетиций, и я полагаю, что она
не подходит на эту роль.
-Вы полагаете?
-Да. Может, кто-то другой,
но не она. Кроме того, мне
хотелось бы знать причину,
по которой вам стал так необходим
этот ввод. До недавнего времени я вас
вполне устраивала. Или я ошибаюсь?
-Зинаида Степановна,
что вы здесь делаете?
-Я могу идти?
-Да, идите.
И подождите в приемной.
Вообще-то, я не обязан перед вами
отчитываться. Пока я руковожу
театром, я решаю, кто подходит
на роль, кто не подходит. Кроме того,
у театра есть репертуарная политика,
творческие планы. Если на вашу роль
кого-то вводят, значит, в этом есть
производственная необходимость.
Я ответил на ваш вопрос?
-Нет. Вы не назвали причину.
-Я не обязан отчитываться перед вами!
Утешева, у вас что, звездная болезнь?
Сыграли 2-3 роли и расхворались?
И вообще, примите к сведению,
что у нас советский театр,
а в советском театре звезд никогда
не было, нет и... не будет.
Есть коллектив - все, точка.
Впрочем, если вы полагаете,
что театр к вам несправедлив,
и вас что-то в нашем театре
не устраивает, то...
-То что?
-То, пожалуйста, поищите себе
подходящую труппу, в которой ваш
талант оценили бы по достоинству.
Как говорится, страна моя родная
широка.
-То есть... вы хотите, чтобы
я написала заявление об уходе?
-Я этого не говорил. Как вы себе
представляете эту ситуацию?
Вас не устраивает наш театр, значит,
по-вашему, театр должен уйти
и вы одна - остаться?
-Я поняла вас. Я поняла вас,
Николай Александрович.
-Зинаида Степановна! Зайдите.
Зинаида Степановна, вы уже
разговаривали с завлитом?
-Вы же мне приказали ждать
в приемной.
-Очень хорошо. Скажите завлиту, чтобы
исключил из сценария концерта...
номер с участием Утешевой.
-Варька! Подожди! У меня для тебя
потрясающие новости.
Пошли в буфет, я тебе там
все расскажу.
-Света, ты меня извини,
если честно...
-Так, молчи и иди за мной.
Короче...
-Спасибо.
-...в обкоме появился новый
мужик по культуре - Зайков...
Борис Ефремович. Говорят,
очень перспективный кадр.
Его к нам в Ленинград перевели
из Свердловска. Так вот, для него
наш обком - перевалочный пункт,
и скоро его в ЦК в Москву переведут!
-Ну и что?
-Я считаю, ты должна пойти
к нему на прием.
А что такого? Сейчас власть
становится ближе к народу.
Он мужик современный, божий дар
от яичницы отличить может.
А у нас тут, между прочим,
лучшую Марицу за всю историю
Театра оперетты меняют
на какую-то мышь облезлую!
Нет, куда министерство культуры
смотрит?! Тебя уже трижды по ящику
показывали, а она кто?
-Света, ты сама слышишь,
что говоришь?
-Нет, ну а вдруг?
И вообще, говорят, он на молодых
красоток падок. А ты у нас девка -
дай бог каждому.
-Совсем с ума сошла?
-У тебя есть другие варианты?
Угу, то-то и оно!
Да и что тебе терять? Добьешься
приема, слезу пустишь, слова послаще
подберешь...
-Какие слова? Ну что я ему скажу?
-Как - что?
-Что мой муж торговал
государственными секретами? Что меня
трижды уже в КГБ вызывали?
Да уж, слаще некуда. Или что
после этого все в театре от меня
отвернулись? Не хочу я никому глазки
строить и уж тем более ни на кого
стучать никакой шишке обкомовской.
-А чего ты хочешь?
-Ничего. Жить хочу спокойно,
сына растить. Хочу сама отвечать
за свою судьбу. Нет, спасибо тебе,
конечно, только план твой
не сработал бы в любом случае.
-Да почему?
-Да потому что я только что отнесла
Сундуковскому заявление.
-Чего?
-Что слышала.
Я только что подала заявление
об уходе из театра.
Мам, не швыряйся, пожалуйста,
тарелками. Ну чего ты добиваешься, а?
Славку разбудишь. О внуке подумай.
-А ты о нем подумала?
А обо мне ты подумала?
Видишь ли, "я ухожу из театра"!
Куда, зачем, почему?
А захотела - и ушла, все, точка!
А ты у меня спросила перед этим?
-О чем я должна была тебя спросить?
-О своем решении. Вот ушла ты
из театра. Что дальше?
-Я сказала тебе уже.
Я попробую устроится в "Ленконцерт".
-Она попробует! А если не получится?
-Если не получится, уеду куда-нибудь.
-Ну куда?!
-Мама, не кричи!
Поеду туда, где есть театр оперетты.
-Она уедет! Теперь все понятно.
А мне что прикажешь делать? А Славке?
-Поедете вместе со мной.
-Вот уж нет. Я из Ленинграда
никуда не уеду дальше кладбища.
Здесь дед мой и бабка во время
блокады померли, родители
на Северном лежат, и муж мой там
с ними. И твой муж, между прочим,
теперь тоже. И почему это я должна
уезжать? Потому что доченьке моей
любимой шлея под хвост попала?
-Мама!
-Что "мама"? 25 лет я уже твоя мама.
-Все хорошо. Не хочешь уезжать -
оставайся. Оставайся, я заберу
Славика и уеду одна.
-Я тебе его не отдам.
-Права такого не имеешь.
-Ах, ты права качать?
А кто мне только что говорил:
"Подумай о внуке"? Так вот, я думаю.
Уедешь ты, его увезешь - так придется
и тебе, и ему отсюда выписываться.
А без прописки его ни в садик,
ни в школу не возьмут.
И что? А вдруг тут со мной что-то
случится? А вот помру я, как отец,
от инфаркта, в одночасье помру -
и что тогда будет?
А! Я тебе скажу, что тогда будет.
Вот эта вот квартира тут же
государству отойдет, а ты и Славка
лишитесь ленинградской прописки.
Так что, милая моя, уехать куда глаза
глядят можно, пожалуйста, а вот...
-Слушайте, чего вы тут ругаетесь?
-Ой...
-Ночь на дворе.
-Славка, все хорошо, мы не ругаемся.
-Пойдем, я тебя уложу.
Мы с мамой сейчас тоже ложимся.
-Зачем толкаешься?
-Да кто ж тебя толкает, разве можно?
ТРАГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Доченька...
Ничего, ничего, Варюша...
Проживем мы с тобой как-нибудь.
ХОРОМ: Плохой тот мельник
должен быть,
Кто век свой дома хочет жить.
Всё дома, всё дома.
Всё дома, всё дома.
-"Всё дома, всё дома"! Всё, домой!
Заканчиваем петь!
Варвара Игоревна, вы на часы
смотрели? Занятия давно кончились.
-Да, мы поняли. Спасибо.
-Все, заканчиваем. А то еще уборки
выше крыши.
-Ребята, на сегодня все. Спасибо вам
большое, вы сегодня молодцы.
ВСЕ: До свидания, Варвара Игоревна.
-До встречи!
СТУК В ДВЕРЬ
-Да?
-Николай Александрович,
возьмите, пожалуйста, трубочку.
-Кто там еще?
-Это из обкома, вас требуют.
-Переключите.
-Хорошо.
-Да, слушаю!
-Здравствуйте, Николай Александрович!
-Здравствуйте.
-С вами говорит референт
Зайкова Бориса Ефремовича,
заведующего отделом по культуре.
Моя фамилия Леднев Артем Иванович.
-Очень приятно, Артем Иванович.
Чем обязан?
-Что вы, Николай Александрович!
Представьте, ничем не обязаны.
Я звоню по личной просьбе
Бориса Ефремовича.
-Так... Я весь внимание.
-Борис Ефремович будет присутствовать
у вас в театре на юбилейном концерте.
-Да, мы в курсе. Тщательно готовимся.
-Прекрасно, прекрасно. Словом, Борис
Ефремович будет на концерте не один -
с супругой. Знаете, сегодня так
принято. Раз уж Михаил Сергеевич
с Раисой Максимовной бывает на всех
мероприятиях, то нам-то, грешным,
как говорится... сам бог велел.
-Да.
-Но вернемся к нашим... баранам.
Супруга Бориса Ефремовича - большая
любительница театра, а тут она как-то
увидела по телевидению выступление
молодой артистки вашего театра.
Она пела песню...
что-то там про Ленинград.
Да вы лучше меня знаете, не так ли?
-Да, да, конечно.
-Так вот, Борис Ефремович
очень хотел бы, чтобы эта песня
прозвучала в концерте.
Фамилия артистки - Варвара Утешева.
Сам он ее не слышал, но желал бы,
как говорится, сделать подарок жене.
Алло?
Алло!
Николай Александрович, алло!
-Да-да, я слушаю.
-Ну так как же? Я надеюсь, для вас
это не составит большого труда?
-Нет, конечно! Мы же... работаем
для людей и всегда рады, так сказать,
пойти навстречу пожеланиям
нашего зрителя.
-Угу! Ну отлично, отлично.
Значит, договорились и я могу
сказать Борису Ефремовичу,
что вопрос решен положительно?
-Да.
-Тогда до встречи.
Спасибо вам большое, желаю вам
творческих и всяческих успехов.
-Спасибо. И вам... того же.
-Вот, смотри.
Нам на работе к зарплате
продуктовые заказы выдали.
Вот... Теперь не надо по городу
носиться и за всем этим добром
в очередях стоять по три часа.
О, курица венгерская. Да ладно, мам!
Да доживем.
Доживем до зарплаты.
-Угу. Что ж ты не разделась даже,
Варь? Давай помогу.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Сиди, я подойду.
Алло?
Здравствуйте. Да, конечно.
Да, она дома.
Одну минуту.
Варя!
-Что?
-Там тебя из театра спрашивают.
-Из театра?
-Да. Иди.
-Алло?
Да.
Да.
Да, но...
Хорошо.
До свидания.
-Ну? Что они сказали?
-Я ничего не понимаю.


Серия 3

-Зинаида Степановна, здравствуйте.
-Здравствуйте, Варвара!
Вас ждут. Извините, тороплюсь.
-Да, конечно.
-Здравствуйте, Варенька!
Одну секундочку.
-Здоровье слабое, пусть лучше
отдохнет от школы. Пусть лучше книжки
читает!
СТУК В ДВЕРЬ
-Николай Александрович!
-Я занят.
-Варя Утешева пришла. Вы просили
доложить немедленно.
-А, пригласите! Извини, я перезвоню.
-Прошу вас, Варенька, проходите.
-А, Варенька! Как я рад! А я уже
боялся, что вы не придете.
Вот и хорошо, вот и прекрасно.
Проходите, пожалуйста.
Присаживайтесь. Кофе, чай?
-Ничего не нужно.
-Наташенька, сделайте нам два кофе.
Для Варвары - черный без сахара.
Как всегда.
-Хорошо.
СИРЕНЫ
-Николай Александрович!
-Борис Ефремович, очень рад.
-Добрый вечер! Добрый вечер!
-А что без супруги?
Мне говорили, что она у вас
большая любительница театра.
-Приболела. Знаете, сыровато у вас
здесь, в Ленинграде, сыровато.
-Что делать! Зато творческая
атмосфера, художественная.
-Ну да, ну да.
-Николай Александрович!
Добрый вечер.
-Очень рад.
-А это моя жена. Татьяна.
-Здравствуйте.
-Очень приятно.
-Что, мы так и будем на улице стоять?
Нам концерт обещали.
-Концерт будет. Обязательно будет!
Прошу, товарищи.
-Пойдемте.
-Очень интересно,
что вы нам покажете.
-Хо-хо, вот увидите, мы вас удивим.
-Не сомневаюсь.
-Ну как там наши гости?
-Проходят в зал.
-Уже!
Давайте второй звонок.
И сразу третий!
Минуту... Как, Утешева готова?
-Все в порядке, она у себя
в гримерке.
-Ну, дай-то бог.
Дай-то бог!
Хотелось бы избежать сюрпризов.
-Вот именно.
-Что вы! Все будет хорошо.
Хорошо.
-Внимание! Крославский,
возвращайтесь в кулису.
Утешева, приготовиться к выходу.
-Сегодня... после концерта...
фуршет обещали.
-Что?
-Что-что...
Шанс твой - вот что.
-О чем ты?
-Я о Зайкове. Он сегодня здесь.
В общем, подойдешь, познакомишься,
туда-сюда... Потом начнутся танцы,
прижмешься посильнее.
Ну и все ему про Сундуковского
и расскажешь.
Он его вмиг на место поставит!
Ты меня вообще слушаешь, нет?
-Я слушаю, да.
ТОРЖЕСТВЕННАЯ КОНЦОВКА
-Спасибо! Спасибо большое.
А теперь на эту сцену я приглашаю
молодую и очень талантливую артистку.
Прошу любить и жаловать:
Варвара Утешева! Со знаменитой
песней "Ленинград".
-Дорогие друзья! Дорогие наши гости!
Я очень рада стоять сегодня
на этой сцене в такой праздничный
день. Я немного волнуюсь.
В сегодняшнем концерте я должна
исполнить для вас песню "Ленинград".
Но я хочу исполнить другую песню.
-Какую - другую? Что она сказала?
-Гори, гори,
Моя звезда...
-Что она себе позволяет?
-Звезда любви
Заветная.
Ты у меня
Одна заветная,
Другой не будет никогда.
-Идиотка.
-Ты у меня...
-Гляньте-ка лучше туда.
-...Другой не будет никогда.
Звезда любви волшебная,
Звезда прошедших лучших дней.
Ты будешь вечно незабвенная
В душе измученной моей.
Ты будешь вечно незабвенная
В душе измученной моей.
Твоих лучей небесной силою
Вся жизнь моя озарена.
Умру ли я -
Ты над могилою
Гори, сияй, моя звезда.
Умру ли я -
Ты над могилою
Гори, сияй,
Моя звезда!
ЗАЛ: Браво!
ОВАЦИИ
-Браво!
-Браво, Утешева!
-Браво!
-Браво!
-Браво!
-Ну ты дала! Ну ты дала, подруга!
Я просто тащусь от тебя.
А ты что здесь еще делаешь?
Все уже давно на фуршет поскакали.
-Варвара, срочно иди
к Сундуковскому, он тебя ищет.
-Не пойду.
-Утешева, ты с ума сошла? Может,
мне перед тобой на колени упасть?
-Марик...
-Все, Утешева!
Можешь считать, что я давно там,
а ты иди к Сундуковскому,
в зрительское фойе. Там этот,
из обкома. Варюша, ну ради меня.
-Сейчас иду.
-Ну прям рублем одарила!
Чмок! Светка, гони ее!
-Так, и что мы здесь еще делаем?
Иди давай. И помни,
о чем мы с тобой говорили.
-Извините, я вас оставлю на секунду.
Простите, ради бога.
Как хорошо, что вы здесь!
-Вызывали, Николай Александрович?
-Не вызывал, а просил подойти. Борис
Ефремович хочет с вами познакомиться.
-Борис Ефремович?
-Вот он. Пойдемте, у него мало
времени.
-Ах!
-Что с вами, Варя? Аккуратней надо.
-С вами все хорошо?
-Да-да, все в порядке. Спасибо.
-Борис Ефремович, вы просили вас
представить. Это и есть наша актриса
Варвара Утешева. А это...
-Борис. Зайков. Мне очень приятно.
Знаете, мне сегодня понравилось
ваше выступление. Ну, я имею в виду,
вы замечательно пели.
Позвольте выразить вам свое
восхищение и...
Спасибо.
-Пожалуйста.
Я прошу прощения. Николай
Александрович, если это все,
я могу идти?
-Ну...
Если Борис Ефремович не возражает...
-А я здесь при чем?
Конечно.
-Очень было приятно познакомиться.
-Борис Ефремович, у меня к вам
предложение. Хочу показать эскизы
нового спектакля и макет.
Замечательный художник!
-Ну что? Рассказывай, как сходила.
-Замечательно. Видишь, ногу
подвернула.
-Да подожди ты с ногой!
Ты сказала Зайкову, чтобы Сундук
тебя в театр вернул?
-Света, как ты себе это
представляешь?
-Я так и знала! Знаешь,
Варя, кто ты после этого?
-Ну кто?
-Прошу прощения!..
-Здравствуйте. А я подруга Вари -
Светлана Федорова.
-Борис. Зайков.
-Очень приятно.
Я знаю. А мы сегодня с артистом
Постниковым дуэтом пели. Песню
про тачанку. Помните?
-Да-да, помню.
Прошу прощения, Варвара,
я могу вас так называть?..
-Конечно, можете!
-Я заметил, вы ногу повредили.
-Да не то слово! Вы посмотрите,
она вообще ходить не может!
-Света! Борис Ефремович, все хорошо.
Я посижу немного - и все пройдет.
-Да конечно, "все пройдет"! Борис,
а вы слышали, как сегодня Варя пела?
-Да, конечно, конечно...
-Вам понравилось?
-Да, очень. Но я уже вашей
подруге сказал...
-А это еще что! Вы ее в спектаклях
не видели. Например, "Марицу".
Она там потрясающе поет!
-Света!
-А что "Света"?
Борис, а вы хотели бы прийти к нам
на спектакль и послушать, как Варя
поет Марицу?
-Конечно. Когда?
-А никогда! К сожалению, ничего
не получится.
-А почему?
-Видите ли, какое дело...
Наш худрук Николай Александрович ведь
полгода назад уволил Варю из театра,
а сегодня попросил только
в концерте выступить.
-Я не знал. А почему?
-Так никто не знает почему!
Весь театр задает себе один и тот же
вопрос: вот зачем, почему?
И кому это надо было, когда
на спектакли с Варькиным участием
билеты же просто не достать! Борис,
может, вы узнаете у Сундуковского,
зачем он уволил молодую
талантливую артистку?
-Так... Хватит.
Я прошу прощения. Борис Ефремович,
я вам очень благодарна за участие,
за комплименты, но сейчас мне,
к сожалению, пора идти.
-Куда тебе пора идти с больной ногой?
Никуда ты не пойдешь!
К тому же банкет только начался.
Правда, Борис? Вы же тоже не хотите,
чтобы она уходила?
-Борис Ефремович!
Меня прислал Николай Александрович.
Ну как же так? Мы же собирались
подняться к нему в кабинет -
посмотреть эскизы нового спектакля.
-Хорошо. Ну тогда...
я скоро вернусь.
-Пойдемте-пойдемте!
-Если ты мне сейчас скажешь
хоть слово, я тебя убью.
Поняла?
-Гори, гори, моя звезда!..
Здрасте!
Знаешь, а я тебе все-таки скажу.
Дура ты, Варька, упертая дура.
"Спасибо за комплимент! Спасибо
за участие! Мне пора идти!"
Знаешь, я не удивляюсь, что Сундук
тебя из театра попер. Да тебя
с таким характером отовсюду выпрут.
И из твоего детдома, кстати, тоже.
-Это дом пионеров.
-Ой, да какая разница?
-Я смотрю, быстро ты напраздновалась.
-Да, я выпила. А что,
имею право. Праздник,
в конце концов. А вот ты - дура.
-Светка, иди в задницу.
-Ну конечно.
У тебя на все один ответ.
Ладно, пошла.
-Что это?
-Славке отнеси.
Пусть пожрет пацан по-человечески.
А то либо наши все слупят,
либо буфетчики по домам растащат.
-Свет...
-Ну что "Свет"?!
-Спасибо тебе.
СТУК В ДВЕРЬ
Хватит дурака валять.
Чего тебе еще?
-Извините...
Это опять я.
-Мне это для сына принесли,
чтобы он дома мог поесть.
-Да что вы, я понимаю. Знаете, я сам
из Ключевска, это городок такой
небольшой на Урале. Нас в семье
пятеро было. Так вот, по весне,
когда особо тяжко было, мы с братом
на овощебазу залезали за картошкой.
Так что я понимаю. Варвара Игоревна,
я сейчас уезжаю - завтра рано
вставать и всякое такое... Словом,
я хотел бы вас домой подвезти.
-Нет-нет, ну что вы.
Это ни к чему, не стоит. Я сама.
-Ну как же? У вас нога,
а у меня машина служебная.
Вы, кстати, где живете?
-Набережная Мойки.
-Ну видите, нам практически по пути.
-Нет. Спасибо. Я сама.
-Да, совсем забыл представить:
это Михаил, Миша, мой шофер.
-Очень приятно.
-Варя, а что это за история
с вашим увольнением?
-Борис Ефремович, это не имеет
прямого отношения к театру,
и я бы не хотела об этом говорить.
-Но может, я смог бы вам как-то
помочь.
-Навряд ли.
-Варенька, вы плохо себе
представляете мои возможности.
-Борис Ефремович,
ничего не надо. Правда. Ничего.
-Прошу.
-Благодарю.
-Помогу вам дойти?
-Нет-нет, спасибо, я дойду сама.
-Хорошо.
-Поезжайте.
-До свидания!
-До свидания!
ТВ: -Что я сейчас с тобой сделаю!
-Иди сюда, стерва!
-Где ты шлялся? Срань господня,
думаешь, я должна вот так сидеть
и ждать тебя?
-Ты что, еще не поняла этого, детка?
Я твой босс!
-Ну, чего не спишь?
-Не спится.
-Да? Как себя чувствуешь?
-А как бы ты себя чувствовал,
если бы тебе до полуночи звонили
по межгороду и содержательно
сопели в трубку?
-Нелли, я имею в виду твою простуду.
-А я имею в виду твою свердловскую
курву. Скажи, чтоб не звонила
после одиннадцати.
ТВ: Садись давай, поехали.
-Пусть соблюдает нормы
советского общежития. Ой...
-Нелли!
-Я в порядке.
ТВ: -Сколько ты хочешь за эти стволы?
-50 кусков за штуку.
-Иди сюда! Ты хочешь сесть?
Делай то, что тебе говорят!
ВЫСТРЕЛ
Ты себя правильно повел
в первый раз, хоть и облажался.
-Алло, Артем? Да, это я.
Извини, знаю, что поздно.
Просьба у меня к тебе будет.
Подготовь-ка мне справку по этой
артистке, Утешевой Варваре.
Ну да, да.
Где родилась, кто был ее муж.
Я знаю уже, что у нее сын есть.
Ну и так дальше.
Ну конечно. Я же обязан знать
побольше о кадрах, с которыми мы
работаем. И вот еще что, ты сильно
там не трезвонь. Понял меня?
Ну все, отбой.
ТВ: ...За то, чтобы перестройку
провести и страну не расколоть
на лагеря, чтобы лбами шли и так
далее. Так давайте не так делать...
-Доброе утро, мам.
-Доброе-доброе.
Видно, хорошо вчера погуляла.
-Нормально.
-Угу.
ТВ: Разве так можно?
-Мам, сделай телевизор потише.
Славик еще спит.
-Да выключить его на фиг вообще.
Ну что у тебя в театре-то? Может,
расскажешь? Обратно-то возьмут?
Или так, спела, Сундуковский
прогнулся перед начальством - и все,
"спасибо, до свидания"?
-Не спрашивай, мам. Сама не понимаю,
что происходит.
-Так, а что у нас такое с ногой?
-А, ничего. Нормально все.
Я пойду посплю еще немножко.
-А кто это нас вчера на черной
"Волге" до дома подвозил?
-Никто.
-Артем...
-Да, Борис Ефремович?
-Во-первых, молодец:
грамотная справка.
-Стараемся.
-А во-вторых, соедини меня
с этим деятелем - Сундуковским
Николаем Александровичем.
-Да-да, слушаю.
-Здравствуйте, Николай Александрович.
Это Зайков говорит.
-Да, я вас узнал.
-Значит, не быть мне богатым.
Послушай меня. Я человек прямой,
можно сказать, из деревни.
Поэтому что у меня на уме,
то и на языке.
И от других прочих того же требую.
Скажи-ка мне, друг мой дорогой,
за кого ты меня держишь?
-Простите, Борис Ефремович,
в каком смысле?
-В смысле кто я для тебя?
Просто партийная шишка, которую
бросили на культуру, или все-таки
человек, который больше в этом
понимает, чем в коровьих лепешках?
-Борис Ефремович, я полагаю,
вы прекрасно понимаете...
-Честно хоть полагаешь-то?
-Само собой.
-Тогда скажи, с какого перепугу ты
артистку Утешеву из театра попер?
-Борис Ефремович, если бы
не чрезвычайные обстоятельства...
-Ой-ой, только не надо лукавить!
Какие такие чрезвычайные
обстоятельства? И не вздумай юлить.
-Ну почему же вы так говорите?
-Потому что все твои чрезвычайные
обстоятельства находятся
в Комитете государственной
безопасности, который дело на ее
покойного мужа завел.
Скажешь, не так?
-Это она вам сказала?
-Нет, зачем? Я сам справки навел.
Знаешь, не первый день замужем.
Слышишь меня?
-Да.
-Так вот, давай мы с тобой
так договоримся: ты эту девку
в театр возвращаешь. Понял меня?
-Понял.
-Вот так. Талант у нее,
это за версту видно. А если к тебе
комитетчики обратятся, ты их ко мне
отправляй, я сам с ними вопросы
порешаю. Договорились?
И вот еще что. Вы мне там с твоей
Кукушкиной все про ремонт намекали.
Так вот, будет тебе ремонт,
изыщем мы дополнительные фонды.
Если, конечно, дружить будем.
Дружить-то будем?
-Конечно.
-Кто бы сомневался. Конец связи.
КОРОТКИЕ ГУДКИ
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло?
Алло, я вас слушаю.
Ну говорите же. Алло!
-Кто звонил, мам?
-Не представились.
Трубку бросили.
-Что?
-Что?
-Что ты на меня так смотришь?
-Я не смотрю.
-Ну и все.
Мам, может, правда
просто не туда попали.
-Ну конечно-конечно.
-Вот что ты смотришь на меня?
-Да я не смотрю.
-Я действительно не знаю,
кто звонил.
-Угу.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло? Я вас внимательно слушаю.
Да. Одну минуточку, сейчас.
Тебя.
Трубку возьми!
-Да, алло.
-Варя, здравствуйте!
-Здравствуйте.
-Это Зайков Борис. Если,
конечно, вы не забыли такого.
-Да, Борис Ефремович, здравствуйте.
-Варя, как ваша нога?
-Спасибо, побаливает еще.
-У меня к вам неожиданное
предложение. У меня завтра выходной,
и я предлагаю нам вместе съездить
на залив. Там сейчас хорошо...
-Борис Ефремович...
-Подождите, не отказывайтесь.
Ну пожалуйста, подождите.
Это Репино, пансионат. Там работает
один мой очень хороший знакомый,
он замечательный доктор.
У меня когда-то были проблемы
с позвоночником, так он меня
поставил на ноги за два дня.
Заодно и вашу ногу посмотрит.
Ну так как?
-Борис Ефремович, я все-таки
вынуждена снова отказаться.
Понимаете, мой сын... Я обещала
провести с ним целый день.
-Варь, ну какие могут быть вопросы?
Берите его с собой.
И вообще ему будет полезно
прогуляться, подышать морским
воздухом. И ребенку хорошо,
и ногу вашу вылечим. Ну?
Ну так как, а?
Варя, ну соглашайтесь.
О, совсем забыл, боец.
Ты об авиации не мечтаешь?
-Чего?
-Летчиком не хочешь стать?
-Не знаю.
-Тогда посмотри, что у тебя
за спиной лежит.
-А что это?
-Так возьми и посмотри.
-А-а! Мама, это воздушный змей,
настоящий! Ничего себе!
-Борис Ефремович, не стоило, правда.
-Да ладно, пустяки.
-Слава, что нужно сказать?
-Спасибо огромное!
-Не за что.
Во, смотри. Видал?
-Ого!
-Понял?
-Понял.
-На. Давай-давай!
-Класс!
Теперь я все знаю: и зачем ему
ветер, и как он работает.
-Молодец, мужик. Дай лапу.
-Надо будет маме показать.
-Обязательно.
-Она скоро придет?
-Скоро.
-Так-так, сейчас посмотрим.
Ну-ка.
Больно?!
-Да.
-Это еще не больно!
Сейчас будет больно. Терпи!
ХРУСТ, КРИК
Это хорошо! Хорошо кричишь!
Больно больше не будет.
Это мазь, мазать надо на ночь.
Всю ступню надо мазать.
Два-три дня, понимаешь?
-Понимаю.
-Хорошо.
Что сидишь? Вставай - ходить надо.
Иди-иди! Ходи давай!
-Ну, как ваша нога?
-Не болит.
-Вот видите.
-Она действительно не болит.
Спасибо вам большое.
-Ну, это мой долг.
Я, как глава управления культуры,
обязан следить, чтобы мои лучшие
кадры были в строю. Думаю, что...
в ближайшее время вы вернетесь
в труппу нашего прославленного Театра
оперетты и в конце концов я смогу
насладиться Марицей в вашем
исполнении.
-Борис Ефремович, зачем же вы...
-Варвара, я должен думать о зрителях.
О простых ленинградцах, которые
хотят видеть любимую артистку,
а не о дурацких страхах
вашего начальника.
-А этот врач, он кто? Кореец?
-Нет, я его из Бурятии привез.
-Мама!
-Слава! Что случилось?
-Мама!
-Что случилось?
-Дядя Миша потерял змея!
-Как?
-Веревка оборвалась, и змей улетел.
-И ты из-за этого плачешь?
-А дядя Миша где?
-Вон там.
-Господи...
-Чего там, Чингачгук?
-Да все, чуть-чуть осталось.
-Давай быстрей.
-Славка, ты не переживай.
Еще немного!
Ловите.
-Ура!
-А ты переживал.
-Молодец, герой. Слезай уже.
Мы проголодались.
-Сейчас.
-Что копошишься?
-Высоковато.
-Давай быстрее.
-Да все, все.
-Вы живы?
-Нормально.
-Дядя Миша, вам больно?
-Нет, я же на песок упал,
а это, считай, та же самая перина.
-Давайте я вам помогу.
-Не надо, я сам.
-Мясо сможешь приготовить, Маугли?
-Конечно. Ну что, старина, пойдем?
Поможешь мясо приготовить?
-Как?
-О, брат, это целая наука.
-А как?..
-Варя, вы чего так испугались?
Все хорошо. Все хорошо. Пойдемте.
-Застегни куртку, пожалуйста.
-Да ну, жарко.
-Это на солнце жарко,
а ветер холодный.
-Готово уже?
-Да. Приятного аппетита.
-Молодец.
-А можно мне просто так?
-Как "просто так"?
-На палке, как в кино.
-Держи. Только не обожгись - горячо.
-Ой, нет, давайте...
Давайте лучше вот так.
-Недурно мясо, недурно. Михаил,
ну давай, махнешь чуток.
-Да не.
-Да ладно, можно, я разрешаю.
-Вы же знаете, Борис Ефремович,
я не любитель.
-А мясо?..
-Я пока готовил, бутербродов наелся.
-Как скажешь.
-А мне попить.
-А тебе, богатырь, вот, лимонад...
...нашего потенциального противника.
-Лимонад кого?
-Ты не думай кого, ты пей.
Это очень вкусно. Пей.
-Ладно.
-Давайте, Варя, и мы выпьем.
За что будем пить? А, я знаю.
Давайте выпьем за ваше чудесное
исцеление, за то, чтобы
вы никогда не болели.
-Спасибо.
-Давайте.
-Ура!
-Правильно. Ура!
-Мда...
СТОНЕТ ВО СНЕ
Ты чего не спишь?
-А где мама?
-Мама прогуляться пошла.
Вернется - домой поедем. Спи.
-А ты?
-А я... Я от тебя никуда не денусь.
Спи.
Я буду рядом.
-Варь, не волнуйтесь вы так.
Ваш богатырь набегался, надышался
воздухом. И конечно, после обеда
его потянуло в сон.
А Михаил посидит с ним в номере,
присмотрит и никуда не уйдет.
Миша - человек свой, надежный.
А мы пока с вами прогуляемся.
Тут недалеко есть ресторан,
там варят отличный кофе. Пошли.
-Смотрю, выходит из подворотни!
И эта фифа с ним.
И знаешь, что он мне ответил? Знаешь?
-Погоди-ка.
Боря Зайков собственной персоной.
Бывает же!
-А кто такой этот Зайков?
А! Ты же мне про него рассказывала.
-Да-да, тот самый Борюсик.
Скотина такая.
-Да. Ты тогда ребенка потеряла.
-Люд, залетела по неопытности,
вот и все. Неудачный аборт.
Дело обычное. Холостой теперь
хожу - это да. А что делать?
А Борюсик тогда комсомольский вожак
был в универе. Бывало, как выскочит
на трибуну, ноздри раздует, думаю:
этот паренек далеко пойдет,
надо брать. И взяла, идиотка. Думала,
что женится. Сказала, что беременна.
А он хвост поджал - и в норку.
Видимо, знал, что далеко пойдет.
Вот и пошел. По костям, говорят,
шагает.
-Так, давайте за этот столик.
-Кто это с ним, жена?
-Меню, прошу. И вам, пожалуйста.
-Да какая там жена! Нелька вообще,
наверное, не в курсе.
Надо бы к ней в гости напроситься.
-Варя, мне нужно будет подойти
вон к той даме.
Я вас оставлю буквально
на минуту, хорошо?
-Пойду-ка поздороваюсь с этой гнидой.
-Давай.
-Здравствуй, Боренька. Вот уж
не ожидала тебя здесь увидеть.
-Здравствуй, Раечка!
-Целоваться-то будем?
-Обойдемся, я думаю.
-Слышала, тебя к нам перевели.
-Да.
-Поздравляю.
-Спасибо.
-Давно хотела тебе позвонить,
на чай напроситься, но...
-Да ладно прибедняться.
Ты ведь в Ленинграде уже 4 года назад
как замуж вышла. И муж у нас тоже
не самое последнее лицо в городе.
-С мужем мне повезло,
он замечательный человек.
-Я его знаю.
-Да?
-Да, мы с ним на семинаре в Высшей
партийной школе познакомились.
-Он мне ничего не говорил.
-Ты же тогда была еще замужем
за Федором. После Константина.
-Боря, ладно, рада тебя видеть.
Неплохо выглядишь.
И, судя по всему, хорошо себя
чувствуешь.
-Нет, это моя знакомая.
В пансионате встретились.
-Угу.
-Долгожданный выходной у меня,
вот и решил в пансионате
остановиться. Шли, хотели
кофейку попить. Но что-то, знаешь,
солнце садится, уже холодно.
-Очень.
-Да. Мы, пожалуй, назад пойдем.
-Нелли привет.
-Хорошо.
-Она с тобой?
-Нет, приболела, дома осталась.
-Ну счастливо, Боренька.
-Пока.
Варенька, говорят, кухня стала здесь
безобразной. Пойдемте отсюда.
-Я разглядела, кто это с ним.
Это же артистка из оперетты.
Утешева. Я ее в спектакле видела.
Талантливая девушка, между прочим.
-Да вижу, что талантливая.
-Значит, Зайков у нас теперь
культурой руководит?
-Это ненадолго. Наверняка
в Москву скоро переведут.
-В Москву?
-Да. Если никто не остановит.
-Сейчас меня высадишь, а Варвару
с сыном до дома довези.
-Борис Ефремович...
-Да.
-А эта женщина в ресторане, она...
-Да так, одна старая знакомая.
Честно скажу, не самая приятная
встреча. Жаль, что у нас с вами
прогулка не очень удалась. Но ничего,
как говорится, не в последний раз.
Верно я говорю, богатырь?
-Угу.
-Вот и все, я пошел.
До свидания, Варенька.
Спасибо вам за все.
Надеюсь, до встречи.
И забудьте вы про Сундуковского!
-Это вам спасибо огромное,
Борис Ефремович.
-Ну мы же договорились:
без Ефремыча. Ох, Варя-Варя.
Ну все, счастливо.
-До свидания.
-До свидания.
До свидания, дядя Миша. Спасибо.
-Пока.
-Так. Ключи...
-На дурочку ты вроде бы
тоже не похожа.
-Что?
-Может, просто не представляешь,
куда лезешь?
-А куда я лезу?
-Беги от него, пока не поздно.
Он твою жизнь в порошок сотрет.
-Простите, вы...
-Спокойной ночи.
-Спокойной ночи.
ЛЕГКАЯ МУЗЫКА
-Будешь?
-Нет. Для меня рановато.
-А для меня - в самый раз. Что ты
думаешь, ты мне глаза открыла?
Думала, я не знаю, что мой
Боренька кобель? Знала. И давно.
-И ты так спокойно об этом говоришь?
-А что нервничать? Нервные клетки
не восстанавливаются. Это я в первый
раз дергалась, поплакала даже.
Любила, видимо. А второй раз,
когда его с подругой своей лучшей,
на тот момент, в постели застала...
Вот тогда я думала: все, не могу
больше, разведусь. Потом ушла
в соседнюю комнату, посидела,
подумала и задала себе единственный
вопрос: как мне будет лучше -
с ним или без него?
И поняла, что с ним.
-Нель, разве это лучше?
-А чего? Он, как нашкодивший кот,
нагуляется, потом ходит
мурлычет, ластится. То колечко
своей Нелечке купит, то дубло
из заграницы привезет.
-Нель, ты меня извини, но разве
все это не унизительно?
-Ой, унизительно - это за сто рэ
в месяц в школе горбатиться.
Унизительно за колбасой по 2 часа
в очереди стоять с колхозниками!
А остальное можно пережить.
-Нелька, ты же раньше была такой
волевой, такой цельной натурой.
-Милая... а не драконь мне мозги, а.
Ты хочешь сказать, что ты не такая,
как я, что у тебя с твоим генералом
сумасшедшая любовь случилась? Так
ему давно за 50, у него на лысине
яичницу можно из 5 яиц пожарить.
У него пузо ниже колен висит.
Прям очаровашка. Это ради такой
красоты ты своего Федьку
в Свердловске бросила? Нет, Федьку
ты бросила, потому что он из зарплаты
в три сотни никак выскочить не мог.
Молчишь? Вот и молчи.
А что ты приперлась, что тебе надо?
-Нель, ты чего? Мы же были
лучшими подругами.
-Были - и чего?
-Я приехала тебя поддержать,
тебе помочь.
-"Помочь" - это как?
-Видишь ли, сейчас тебе кажется,
что эта девочка - очередное
увлечение Зайкова. Но, прости меня,
у Бори такой возраст, когда у мужиков
крыша едет. А вдруг он влюбится?
Серьезно. А вдруг подаст на развод,
Нель?!
-Кто, Боря?! Нет. Разведется он!
Он в ЦК метит. А там же ханжа
на ханже. Хочешь быть у кормушки -
изволь олицетворять облик
кристально чистого семьянина.
Должен чтить моральный кодекс
строителя коммунизма. Боря...
Да Боря скорее удавится,
чем разведется.
-Ой, Нелька, ну смотри. Ты помнишь
Васю Шепелева? А его Лерка
тоже считала, что Васька
ее никогда не бросит.
-Вася твой лох. Он все равно
выше первого секретаря райкома
никуда не пошел бы.
А мой танк, Т-34.
И пока в Кремль не въедет,
не успокоится.
-Ладно, Неля, как знаешь.
-Рая, не причитай. Пусть бесится,
кобелюка. Что мне делать?
Что бы ты делала на моем месте?
-Не знаю. Существует общественность,
профсоюз, обком...
-А, письма писать? Ну напишу.
Ну вызовут его. Отшлепают
по заднице и сошлют куда-нибудь
в Кызыл-Орду, и меня вместе с ним.
А что я там делать буду,
за баранами дерьмо убирать?
Нет, я не самоубийца.
-Ладно, Нелечка, пора мне, наверное.
-Хорошо. Ты прости, что я твой
порыв не поддержала.
Но у нас с Борей давно так.
Я к нему не лезу,
он ко мне тоже не лезет.
У него своя жизнь, у меня - своя.


Серия 4

-Консервы, колбаска.
И много фруктов. Вот, держите.
Ну, чуть-чуть сладенького, как
говорится, и немножко черной икорки.
-Господи, Борис...
-Ефремович. Можно просто Борис.
Все нормально, все хорошо.
-Я не понимаю, Борис Ефремович...
-Тут понимать нечего,
Надежда Сергеевна. Как говорится,
кушайте на здоровье.
-Спасибо, конечно...
-Посудите сами: ну зачем мне все
это изобилие? Ни к чему. А у вас
ребенок, пусть побалуется.
-Я не ребенок!
-Славик!
-И к тому же, вы знаете, я вам
скажу по секрету, я не поклонник
всего этого. Нас было в семье
пятеро на печи, отец на тракторе,
мама - сельская учительница.
Вот и не приучили ко всему этому.
Мы были больше специалистами
по картошке.
-Я понимаю.
-Теперь уже привыкать поздно.
Ну, богатырь, держи ириску.
-А мне бабушка запрещает
сладкое перед обедом есть.
-Ну, Слава, иногда же
можно сделать исключение.
-Ничего, потом съест. Да?
-И то верно. После обеда
будет правильнее.
-Ну все, Надежда Сергеевна,
побежал я. Извините
еще раз за вторжение.
-Ну что вы!
-Дочке низкий поклон.
-Обязательно передам.
-Ну, давай, пока, богатырь!
-Угу.
-Я вас провожу,
а то у нас там замок сложный,
иногда заклинивает.
Спасибо вам, Борис Ефремович.
До свидания.
-Утешева, а ты-то что
прискакала в такую рань?
-Марик! Так вызвали. Репетиция
у меня. Полгода не играла.
-Отменили твою репетицию. Утром
в день спектакля сделаю для тебя
технически. Ты же у нас
талантливая, на лету хватаешь.
-Здравствуйте, Варя.
-Привет, Петя.
-Здравствуйте.
-Я не понимаю. Но я же с Лебедевой
в очередь буду играть?
-Нет больше Лебедевой.
Как одна играла, так и будешь
все свои роли одна играть.
-Так... А почему?
-Ты что думаешь, никто не в курсе,
кто тебя до дома провожал, с кем
ты на залив отдыхать ездила?
-Честно. И что?
-А ты думаешь, все вокруг тебя
по уши из дерева?
Я ушел. Берешь управление.
-Марик! Марик!
-Все хорошо, Утешева.
Держим спинку!
-Господи, Лаптев,
что у тебя здесь происходит?
-Мышка моя пришла! Мышанечка!
-Ты хоть бы форточку открыл.
-А я для моей мышки котлетки готовлю.
-Ой, а чем от тебя пахнет?
Ты что, опять пиво пил?
-Самую малость. Для аппетита.
-Можно подумать, он у тебя когда-то
отсутствовал. Форточку открой!
-Хорошо.
Мышка, картошечка.
-Лаптев, мне срочно нужна
твоя помощь.
-Понял. Салатик я уже сделал,
на стол накрыл. Сейчас покушаем,
чекалдыкнем по рюмочке, и ты мне
все расскажешь.
-Да какая рюмочка?
Что, совсем ошалел?
-Мышка, все болезни у людей
начинаются либо от нервов, либо
от голода. Сейчас я тебя покормлю,
покушаешь - и успокоишься.
-Да не успокоюсь я.
Помнишь, я тебе говорила, что
я встретила на заливе Зайкова
с какой-то девкой? С артисткой.
-Да, что-то припоминаю.
-А сегодня я была у Нельки,
его жены. Ой, печальное зрелище...
-А что такое?
-Нет, она, оказывается, в курсе,
что Боря гуляет, но делает вид, что
ей все равно, что ее это не волнует.
Но с самого утра хлещет коньяк.
-Тебе одну котлетку или две?
-Лаптев, ну подожди ты со своими
котлетками. Ты понимаешь, что Нелька
спивается?
-Понимаю. Я тебе две котлетки положу.
-Лаптев!
-Все-все, кладу и слушаю внимательно.
-Это письмо нужно отнести в ЦК.
-Куда?
-В Центральный комитет
коммунистической партии.
И чтобы оно не затерялось по дороге
и дошло завтра, в крайнем случае -
послезавтра, и легло на стол
какого-нибудь ответственного
секретаря. Ты меня понял?
-Мышаня! Это такая канитель! Надо
идти к начальству, падать в ноги,
писать обоснование. Ой...
-А мне наплевать, что ты там будешь
писать. Ты у меня генерал КГБ
или просто погулять вышел?
Или тебе наплевать, что моя лучшая
подруга может погибнуть?
Лаптев, а может, тебе
и на меня наплевать?
-Ну мышанечка, не начинай!
-Нет, ты скажи! Тебе наплевать на то,
что он мне всю жизнь исковеркал?
Для тебя же это все
бирюльки-бирюлечки.
-Ну хватит, а!
-Знаешь, как мне было тяжело,
когда он со мной как с шавкой
подзаборной обошелся? Я ведь
руки на себя хотела наложить.
И мне было двадцать. А Нельке -
за сорок. И что с ней будет,
даже страшно представить.
-Ну что ты говоришь?
-И это все на моей совести.
Я должна руку ей подать, а не подаю.
Я должна ей помочь, а не помогаю.
Потому что мой любимый муж
считает, что это канитель.
-Ну все, хватит, мышанечка!
Ну давай покушаем спокойно!
-Да пошел ты на хрен, Валя,
со своими котлетками!
-Мама, а это что?
-Разве сама не видишь?
-Да, мам. Вот ананас,
вот шоколадка, вот банан.
-Славка, давай-ка иди на кухню,
посмотри там мультики.
-Ладно.
-Давай-давай.
Мама, я вижу, что это.
Я спрашиваю, зачем ты это взяла.
-Ну а как я могла не взять, Варя?
Борис Ефремович позвонил, спросил
тебя к телефону. Тебя не было.
Он попросил разрешения заехать.
-Скажи, ты не понимаешь,
во что это все может вылиться?
-Ну ты же меня не спросила, когда
собралась с ним на прогулку ехать.
-Мама, у меня был вывих. Он просто
предложил показать меня врачу и все!
-А-а. Ну а теперь он просто
привез продукты и все.
-Мама, он женат. Это ты
понимаешь? У него семья!
-Угу. Ну и что? Разве женатому
человеку запрещается с другими
женщинами дружить?
-Дружить? Мама! С женой он будет
дружить по ночам, а со мной -
от случая к случаю, так?
-Варя, ну я тебя прошу,
присмотрись к Борису Ефремовичу.
Ну пожалуйста. Ведь хороший мужик.
Видно же, что хороший.
-Ты меня слышишь вообще или нет?
Мама, он мне даже не нравится!
Мне не надо ничего от него! Я не хочу
с ним иметь никаких отношений!
-Варя, а мне знаешь
чего хочется? Чтоб...
-Что? Мам, ты чего? Плохо с сердцем?
-Подожди.
-Мама!
-Подожди, Варька.
-Что?
-Сейчас...
А вообще, Варя, это
твоя жизнь. Тебе и решать.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Это он, наверное, звонит.
Третий раз уже.
-Скажи ему, что меня нет.
-Сама и скажи.
-Мам!
-Алло? Да, Борис Ефремович.
Здравствуйте еще раз.
Нет, почему? Вот, рядом стоит.
Да, сейчас передам.
-Да, Борис Ефремович.
-Здравствуйте, Варенька.
Меня в Москву дернули, но завтра
к вечеру я хочу вернуться.
Я знаю, что у вас завтра спектакль.
Может быть, после спектакля
я за вами заеду
и мы где-нибудь поужинаем?
-Борис Ефремович, вы простите меня,
а где-нибудь - это где?
-Ну я не знаю. Где люди ужинают?
В каком-нибудь ресторанчике.
-А знаете, да! Да, Борис Ефремович,
я хочу с вами встретиться.
Мне кажется, нам есть
о чем поговорить.
-Вот и договорились. Я заеду,
и мы обо всем поговорим.
-Да.
-Очень рад был слышать
ваш голос, Варенька.
-До свидания, Борис Ефремович.
-До встречи.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Да.
-Егор Яковлевич, к вам
Зайков Борис Ефремович.
-Жду.
-Извини, Егор Яковлевич,
что задержался. Рейс из-за тумана
на час отложили.
-Присаживайся.
-Ага, спасибо.
-Как думаешь, друг мой любезный,
с чем я тебя в Москву пригласил?
-Ну...
-Наверное, думаешь, что я тебе уже
кабинет на старой площади приготовил?
Пакуй, мол, чемоданы,
добро пожаловать в ЦК?
Нет, Боря, не за тем.
Спросить хочу тебя.
-О чем спросить?
-Вопрос у меня к тебе имеется.
-Спрашивай, не тяни.
-Что ж ты творишь, сукин ты сын?
Ты что тут устроил, а?
-Подожди, Егор Яковлевич.
Ты коней-то попридержи. Можешь
нормально объяснить, что случилось?
-Вот, почитай сам.
Ну, как оно? Нравится?
В опереттку, значит, потянуло.
Музыки и танцев захотелось.
-Ну да, у вас-то здесь в ЦК
все сплошь ангелы с крылышками.
-Может быть, и не ангелы, Боря.
Но, как ты справедливо заметил,
они уже в ЦК, а ты - еще нет.
Тебе не то что в оперетту -
в туалет надо ходить и оглядываться!
Я его тяну пять лет изо всех сил,
а он мне танцульки устраивать!
Ведь только-только свердловскую
историю твою удалось замять,
а ты опять на те же грабли!
Ты мне в ЦК не за красивые глазки
нужен, мне там свои люди нужны.
Очень нужны! Решительные,
серьезные люди.
Страну спасать надо,
она уже и так трещит по швам.
Хорошо, что эта писулька попала
к моему секретарю, а если бы
к кому другому? Ты представляешь,
что могло быть?
Короче, так... Не для того
я тебя за 800 верст тащил, чтобы
за советскую власть агитировать.
Либо ты забудешь про всех своих
актерок и на все другие случаи
все, что на тебе выросло, узлом
завяжешь, либо я тебя
сам в твой Задрищинск
зашлю до конца твоей жизни!
Ты меня понял?
Эх, Боря-Боря,
не тем местом думаешь.
А пора бы уже думать головой.
-Здравствуйте, Борис Ефремович.
-Здравствуй.
Сверни-ка в лесок на минутку.
Вот что, Миша, разговор у меня
к тебе. Даже не разговор, а просьба.
Сегодня вечером я с Варварой должен
был встретиться после спектакля.
Так вот, я не смогу. Егор Яковлевич
включил меня в делегацию
по культурному обмену. Сегодня
вечером опять в Москву, а завтра
лечу на Кубу. Значит, с Варей
встретишься вместо меня ты.
Подождешь ее после спектакля,
вручишь цветы. И не за углом где-то,
а прям у служебного входа,
чтобы все тебя видели: и артисты,
и администрация.
Потом отвезешь девушку в ресторан,
проводишь до дома.
-А если она не захочет идти
со мной в ресторан?
-А ты сделай так, чтобы она захотела.
Ты же у нас мужик видный.
Постарайся. А через пару дней
позвонишь ей и узнаешь, как дела,
не надо ли чего. Можете в кино с ней
сходить. Гарика ее куда-нибудь своди.
-Вы имеете в виду Славика?
-Ну да, Славика.
Вот, на, это тебе на текущие расходы.
Кстати, машина тоже в эти дни
в твоем распоряжении. Держи.
-Зачем вам это все, Борис Ефремович?
-Деньги возьми.
Молодец. Вот так.
-Кхм...
-Знаешь, вообще-то, я тебе объяснять
ничего не обязан. Но я скажу.
Нравится мне эта девушка.
Очень нравится.
Есть, правда, одна маленькая
загогулинка. Я все-таки женат,
если ты помнишь. И сейчас не самое
подходящее время от жены на сторону
бегать. Вот ты меня и прикроешь.
Все люди должны думать, что это
не у меня с Варей отношения,
а у тебя. Я так просто, рядом стою.
-Не нравится мне эта идея,
Борис Ефремович.
-Что? Да плевать мне,
нравится она тебе или нет.
Мишаня, мы же с самого начала
договорились, что будем
дружить. А друзья должны помогать
друг другу. Вот и помоги.
И тогда у тебя все будет хорошо.
Тебе, наверное, уже шоферюги
из гаража рассказали, что с моим
предыдущим водителем случилось?
Представляешь, дружили мы с ним,
дружили, все нормально, и вдруг -
раз! - перестал дружить со мной.
Хвост на меня стал поднимать, да.
Теперь он где-то лес валит в местах
не столь отдаленных. Выяснилось,
что он, оказывается, наркотиками
торговал. А на следствии всплыли
другие темные стороны его биографии.
А уж твою биографию, Мишаня,
я очень хорошо изучил.
Ладно, поехали.
Да, Мишаня, а теперь самое главное.
Ты должен только сделать вид,
что за ней ухаживаешь. Понял?
Чтобы пальчиком ее - ни-ни!
А то я видел, как ты на нее
на заливе смотрел. Она моя, понял?
Моя! Не дай бог, если я что-то узнаю.
Но ты мужик умный, да?
Ты все понимаешь.
Понимаешь?
Не слышу. Понимаешь?
-Понимаю.
-Молодец. Молодец!
Ну, теперь поехали.
-Действительно так считаешь?
-А чо? Я что-то не так написала?
-Не так. Слово "подстилка"
пишется через "о".
Кроме того, в таких случаях лучше
пользоваться своей губной помадой.
Теперь пошла вон.
-Варя, я...
-Пошла вон!
-Привет. А куда это молодое
поколение так торопится?
Варя, ты чего?
Эта коза колченогая тебе что-то
нарисовала? Ты расстроилась, что ли?
Думаешь, чего она бесится? Она и сама
на твоем месте не прочь оказаться.
-На каком - таком? На моем месте.
-Да ладно тебе!
Лучше расскажи, как у тебя
с ним дела-то.
-С кем - с ним?
-Ну что ты как неродная?
Давай рассказывай, интересно же.
-Что мне рассказывать?
Что рассказывать, если вы все за меня
решили? Вы же все знаете! Одни вон
улыбаются до ушей, другие убить
готовы. Кольцо это...
О! А, Света! Растянули! Кольцо
растянули! Я год не могла
допроситься! Растянули!
Так, слушай меня, Света. Заруби,
пожалуйста, себе на носу
и другим можешь передать: у меня
с ним никаких дел не было,
нет и не будет. Поняла?!
-А это что за хмырь с цветами?
-Здравствуйте!
-Дорогие мои!
-Привет.
-Привет.
-А где Борис Ефремович?
Он просто звонил...
-В командировке Борис Ефремович.
Я сам по себе.
-Но он знает, что ты будешь
меня встречать?
-Да какая разница? Знает не знает...
-До свидания!
Понятно.
А это мне, как я понимаю?
-Тебе, кому же еще?
-Так... Дальше что?
-Я столик в кабаке заказал.
Поедем, я на машине.
-А если Борис Ефремович узнает?
-Расскажешь - узнает, не
расскажешь... Короче, едешь или нет?
-А после кабака мы куда поедем?
-Там видно будет.
Ты едешь?
Не хочешь - как хочешь.
-А ну, стой!
Ну уж нет. Поехали!
Поехали-поехали.
-Добрый вечер!
-Добрый вечер.
-Прошу вас.
-Ну, я жду.
-Чего?
-Когда ты начнешь
за мной ухаживать. Ты же не просто
так меня сюда пожрать привез.
-Не просто.
-Очень хорошо для начала.
Можешь еще что-нибудь сказать,
чтобы закрепить успех?
-Что сказать?
-В таких ситуациях обычно
делают комплименты.
Хотя в твоем случае можно обойтись...
шуткой или забавной историей.
У тебя были в жизни забавные истории?
-Сейчас не припомню.
-Ну не страшно. Вспоминай пока.
А пожрать нам все-таки не помешает.
Можно вас?!
-Да.
-Я надеюсь, обкомовские шоферА
прилично зарабатывают?
-Нормально.
-Хорошо.
-Я слушаю вас.
-Так, что тут у нас есть?
Черная икра, две порции.
-Хорошо.
-Трюфели у вас есть?
-Нет. Есть жюльен из шампиньонов.
-Жалко. Миш, ты знаешь,
что такое трюфели?
-Пирожные какие-то.
-Миш, не позорься. Трюфели -
это грибы. Хорошо, давайте ваши
шампиньоны. А к этому всему...
шампанского... бутылку.
-Хорошо.
-Только не советского, конечно.
-Как скажете.
-Ты что будешь пить?
-Я за рулем.
-Миша, у нас обкомовские номера -
ну кто нас остановит?
-Тогда мне водки 150.
-Ни в коем случае! Какая может быть
водка? Мой спутник будет пить...
коньяк. Да и я тоже. Хочу...
вот этот. Французский.
Двести граммов.
-Двести.
-Хотя нет, несите триста.
-Триста граммов.
-Миш, женщину для пущей надежности
нужно как следует подпоить.
Понял?
Ну и что-нибудь из мяса.
Что тут у вас подороже?
Вот это.
-Угу.
Хорошо. Что-нибудь еще?
-Пока все.
МЕДЛЕННАЯ МЕЛОДИЯ
Мм! А это вкусно. Попробуй.
-Не хочу.
-Попробуй.
Я же сейчас все это съем, придется
опять по новой заказывать.
Ешь!
А я сегодня удивилась,
когда тебя увидела.
Мне почему-то казалось,
что я тебя раздражаю.
Ошиблась, выходит. Бывает.
Или не ошиблась?
Или одно другому не мешает?
-Что не мешает?
-Ну как - что?
Я тебя раздражаю, но при этом
ты хочешь со мной переспать.
-Слушай, чего ты со мной
в ресторан поехала? М?
Отказалась бы - и точка. Или очень
приятно надо мной измываться?
-Очень. Очень, Миша, приятно.
Мне тоже, знаешь, тоже не по душе,
когда меня принимают за девушку
легкого поведения.
-А за кого я тебя должен принимать?
Или скажешь, что по любви
с Зайковым на залив поехала? А?
Или Борис Ефремович с ума свел? Жить
без него не можешь? Любовь с первого
взгляда?
-А чтобы на залив поехать,
нужно проституткой быть?
-Я на таких, как ты, вдоволь
насмотрелся. Вам все равно, с кем
под одеяло лезть. Главное, чтоб
звездочек на погонах было побольше
да кабинет повыше. Главное
забыл - кошелек потолще.
-И где же ты на таких
насмотрелся?
-Да везде! Пачками возил.
До тошноты.
-Ага! Я поняла.
Все равно не понимаю. Если меня
интересуют только генералы
да партначальство, ты-то куда лезешь?
Со свиным рылом в калашный ряд!
Или я, по-твоему, безотказная? Или
начальник в Тверь - шоферня в дверь?
-А не так, что ли?
-Слышь ты, Зайков твой сам до меня
докапываться стал, я его не просила.
И нужен он мне, как рыбе - зонтик.
У меня с ним ничего не было
и не будет, что бы он ни думал.
Женатые мужчины меня не интересуют.
А во-вторых, меня сейчас вообще мало
что интересует, кроме сына и работы!
И не может интересовать... в силу
определенных обстоятельств. И очень
жаль, что никто этого не понимает.
И ты в том числе!
Хотя... Господи, чего я от тебя-то
хочу? От тебя-то я чего хочу, Миша?!
Миша, ты же всем этим начальникам
своим завидуешь. Да? Миш, как они
хочешь быть? Но ты служи, Миш, служи
ему. Выслужишься - и у тебя все
будет. И работа, и машина,
и девочки на халяву!
Ладно...
Извини. Испортила тебе вечер.
-Да нет, это...
ты извини. Я...
-Да нет уж.
На вот. Видишь, как повезло,
аванс дали сегодня.
-Ты убери деньги...
-Ой, ладно!
Не генерал еще пока у нас.
И не партийная шишка.
-Варя, убери.
-Счастливо оставаться!
-Я заплачу... Варя!
Варя, ты куда? Варя!
-Молодой человек, вы куда?
-Деньги на столе.
-Рассчитайтесь как положено.
-Твою мать!..
СИГНАЛИТ
-Ничего себе!
Ну и что? Всю ночь здесь простоял?
-А чего? Я дом твой запомнил.
А номер квартиры... Стал бы я тебя
в час ночи по соседям искать?
-А ты у нас упорный такой, да?
-Чего?
-Ничего!
В общем, я не знаю,
зачем ты приехал, но...
Я тоже столько не зарабатываю, чтобы
тебя каждый день по ресторанам
водить.
-Так за этим и приехал.
Возьми.
-Не возьму.
-Это не обсуждается.
-Хорошо, пусть будет так.
Все?!
-Нет!
Я вчера...
Короче, наговорил лишнего.
Хотел попросить прощения.
-Серьезно?
Так... В общем, я тоже была вчера...
была неправа и тоже...
прошу у тебя прощения.
ОДНОВРЕМЕННО: Ладно, пошли...
-Я поеду...
-Пошли. Чаем тебя горячим напою.
-Да я поеду.
-Да потом поедешь! Пошли, говорю.
Подхватишь воспаление легких -
мне потом отвечай.
-Спасибо.
-На здоровье.
-Дядя Миша пришел! Привет!
-Здорово! А ты чего не в садике?
-Сегодня суббота -
сегодня не надо в садик!
-Ах ты, хулиган.
-Хоть в садик и не надо, а умыться
и зубы почистить - обязательно.
-Я быстро.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Мам, у нас гости. Это Михаил,
шофер Бориса Ефремовича.
-Очень приятно. Пусти, пожалуйста.
Я ребенку завтрак приготовлю.
-Может, я...
-Ешь.
-Угу.
-Мама, бабушка! У нас душ - бабах!
У нас настоящий потоп!
-Этого нам еще не хватало.
-Смотри, какой фонтан! Круто!
-Слава, ты с ума сошел,
куда ты лезешь?!
А Борис Ефремович в курсе?
-В курсе чего?
-К кому ходит в гости его шофер,
пока он в отъезде.
-А плевать, в курсе твой
Борис Ефремович или нет.
-А, понятно.
-Ну вот, смотри.
Вот это вот - вот сюда.
-Так.
-Вот это - сюда.
-Ага.
-Вот, а ты говорил, не получится.
Теперь надо проверить, работает
или нет. Алло? Да. Алло, вы слышите?
Я не слышу, говорите громче.
Послушай ты.
-Дядя Миша, это же душ,
это не телефон!
-Да? А я как-то и не разобрался.
Остается только его поставить теперь.
-Пошли ставить.
-Пошли.
-Ты идешь?!
Куда ты смотришь?
-На маму твою смотрю.
-Пошли уже.
-Идем-идем.
-Ты согрелся?
-Да, спасибо тебе за чай.
-Тебе - за душ.
-Да ладно.
-И за Славку тоже.
-Хороший у тебя пацан.
-Хороший.
Скажи, мы когда с залива
возвращались...
ты сказал мне, чтобы
я бежала от Зайкова.
Что ты имел в виду?
-Понимаешь...
Безотносительно всего...
гнилой он человек, опасный.
Внешне вежливый, культурный - да,
а подцепит тебя на крючок,
и уже никуда не денешься.
-Это ты про себя?
-Это я про тебя.
Я-то ладно.
Ты осторожнее с ним.
-Да мне вообще от него ничего
не нужно. Ты думаешь, почему
я с ним вчера согласилась поужинать?
Хотела сказать, чтобы отстал
от меня. Раз и навсегда.
-Варь!
Погоди.
Ты это...
Прости меня еще раз.
-Ладно, проехали.
-Я позвоню как-нибудь?
Славка просился на машине покататься.
-Ну позвони. Раз Славка просился.
-Марин, ты чего-нибудь понимаешь?
Он тут не в первый раз.
Утешева с ним крутит, что ли?
-Не знаю.
-Вот и я не понимаю ни хрена.
-Здорово, мужики!
-Здорово.
-Михайло, ну-ка, поди сюда.
-Чего?
-Ты чего, пьяный?
-С чего ты взял, дядя Коля?
-Морда лица как у придурка.
-Так это, не выспался, наверное.
-А лыбишься чо?
-А чо, нельзя?
-Можно.
-Вот и езжай.
-Мама!
Марья Давыдовна?
-Варенька, вы только не волнуйтесь.
Маму на скорой в больницу увезли.
Она попросила вас дождаться.
А Славик у нас, с Сонечкой играет.
-Подождите, с мамой что?
-С сердцем что-то. Как я поняла,
ее положили, чтобы сделать какие-то
анализы, поскольку в домашних
условиях это сделать невозможно.
Я записала адрес.
Вы поезжайте, не волнуйтесь.
О Славике я позабочусь.
-Спасибо большое, Марья Давыдовна.
-Ну что вы, Варенька.
-Спасибо!
-Ну что вы, Варенька, поезжайте.
-Что я могу вам сказать?.. В общем,
хирургическое вмешательство сейчас
не требуется, но медикаментозное
лечение просто необходимо.
Понимаете, мерцательная аритмия
такая вещь - если не лечиться,
может произойти все что угодно -
от ишемического инсульта,
инфаркта до образования тромбов
и внезапного летального исхода.
Так что все это очень серьезно.
Вы меня понимаете?
-Да, я понимаю.
-Хорошо. Я лекарства выписала.
Правда, сейчас с лекарствами туго.
Но вы все-таки сходите
в дежурную аптеку - мало ли.
-Конечно.
Я могу увидеть маму?
-Она сейчас в палате, спит.
Мы ей успокоительное дали.
Да не волнуйтесь вы,
мы внимательно за ней наблюдаем.
Завтра ей станет получше,
вот тогда и повидаетесь.
Позвоните мне завтра.
-Девушка, из всего этого
у нас только дигоксин был.
И тот кончился года 3 тому назад.
-И что? И нигде нельзя этого купить?
-Почему нельзя? Можно.
Километров 300 отсюда.
-Где?
-В Хельсинки.
-Я аптек 20 оббежала -
нигде ничего нет.
Я даже в центральную звонила.
Бесполезно.
-Да, Варенька... В этой стране
лучше не болеть.
-Странно.
Вы сейчас так сказали...
Петька бы мой так же сказал.
-Царство ему небесное.
К сожалению, ваш муж был прав.
Ладно, уже поздно, пойду.
А вы не стесняйтесь,
приводите Славика.
-Спасибо вам, Марья Давыдовна.
-Вы меня простите, Варенька...
...но Надя мне сказала, что у вас
появился какой-то очень влиятельный
знакомый. Может,
попробовать через него?
-Марья Давыдовна, дело в том,
что там не все так просто.
-Знаете, Варенька...
...никогда не бывает все просто.
Но речь идет о жизни вашей мамы.
Что бы там ни было,
побеспокойте этого человека.
Вы же сами понимаете,
Варя, мама у вас одна.
Подумайте, Варенька. Подумайте.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло?
-Варя, здравствуйте, это Борис.
-Да, Борис Ефремович, здравствуйте.
-Надеюсь, я не поздно звоню?
-Нет, не поздно.
-Варя вы даже не представляете,
как я рад слышать ваш голос.
Вы знаете, я всю поездку
чувствовал, что виноват перед вами.
И чтобы загладить свою вину,
я хочу вам сделать неожиданное
предложение. Не поверите,
но я уже знаю, что у вас в ближайшие
два дня выходные. Так вот, если,
конечно, вы не против, я завтра
постараюсь пораньше освободиться
и часикам к 12 заехать за вами.
Я хочу показать вам одно
чудное место на Карельском перешейке.
Там тихие охотничьи домики для своих.
-Борис Ефремович, послушайте,
честно говоря, я хотела бы...
-Алло! Алло! Алло!
-Борис Ефремович, вы слышите меня?
ЗВУК ПРЕРЫВАЕТСЯ
-Варя! Вас почти не слышно.
-Я говорю, что завтра я вряд ли
смогу куда-либо поехать.
-Что вы говорите?
-Борис Ефремович, у меня к вам
будет одна просьба. Это связано
с моей мамой.
-Я вас почти не слышу. Что?
-Алло!
-Варя!
-Борис Ефремович...
-О, Варя, теперь я слышу.
Варя, смотрите, пока связь
окончательно не прервалась:
завтра в 12 часов
я вас забираю. Хорошо?
Ну так что, договорились?
Варя? Алло! Вы меня слышите?
-Да, хорошо.
-Отлично, договорились. Все.
Спокойной ночи.
Спокойной ночи.
-Она согласилась?
-Кто, Варя? А чего бы ей
не согласиться? Надеюсь,
в мое отсутствие ты ничего
лишнего в ее адрес не позволил?
-Нет.
-Смотри, Мишаня. Организуешь нам
шашлычок... поболтаешь с нами.
Если хочешь, можешь выпить.
А потом пойдешь на рыбалку.
Рыбу пойдешь ловить.
-Какую рыбу?
-Как - какую? Не знаю, окуней,
ершей. Какую рыбу ловят?
Главное, чтобы ты ее
ловил до самого утра.
Так что оденься потеплее.
СИГНАЛИТ
-Слушаю.
-Слава богу! Полчаса до вас пытаюсь
дозвониться, думала уже так ехать.
Это дочка Надежды Сергеевны
Поляковой вас беспокоит.
Здравствуйте.
-Да, помню. Вы лекарства нашли?
-Нет пока. Но я все аптеки
оббегала.
-Понятно.
В таком случае ехать сюда
пока не торопитесь.
Надежда Сергеевна должна сейчас
как можно больше спать.
-Как она?
-Состояние стабильное. Не волнуйтесь.
А лекарства, что я вам вчера
выписала, все же постарайтесь найти.
-Да. Конечно.
-До свидания.
КОРОТКИЕ ГУДКИ
-До свидания.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
А где Борис Ефремович?
-Привет. Планы поменялись.
Он будет ждать на месте.
Мне велено тебя доставить.
-Черт!
Ему можно позвонить?
-Не обладаю такой информацией.
Ты едешь или нет?
-Ты не разговариваешь со мной?
-О чем с тобой разговаривать?
Хозяин вернулся - вот
с ним и наговоришься.
-Хорошо. Буду разговаривать
с хозяином.


Серия 5

-Ну наконец-то! Как я
рад, что вы приехали!
А я всё вас жду-жду! Мишаня, ну что
ты стоишь? Давай шашлычком займись.
Варенька, посмотрите, красота какая!
Это же чудо какое-то!
Пойдемте скорее. Все-таки наши
северные пейзажи - это не чета
всяким тропическим. Некоторые
товарищи у нас на Кубе
восхищались...
-Борис Ефремович...
-"Посмотрите, океан, пальмы!"
А что океан? Что пальмы?
Стоит столб полосатый, фу, неприятно,
не мое. Пойдемте скорее к столу.
Вы посмотрите, какой простор!
Вот она, душа - крепкая,
северная душа.
Вот за это мы с вами и выпьем.
-Я не буду, не хочу.
Борис Ефремович, вы слышите меня?
На самом деле я хочу с вами
поговорить.
-А! Я понял, Варенька.
Мы сейчас... Мы сейчас с вами пойдем.
Берите, Варенька, берите и пойдем
с вами в домик, пообщаемся.
А я уж думал, что вы не приедете.
-А мясо?
-Что? Какое мясо? А, мясо!
При чем здесь мясо?
Ты хотел вообще рыбу половить,
так что возьми удочки, порыбачь,
рыбак! Варенька, аккуратно,
здесь ступеньки крутые.
-Борис Ефремович, у меня
к вам просьба.
-Слушаю. Проси всё, что хочешь.
-Это касается моей мамы.
Вы знакомы с ней.
-Я? Да, конечно, да.
-Понимаете, она заболела.
-Ну.
-Доктор выписал ей лекарства.
-Так.
-А я нигде не могу их найти.
Эти лекарства нужны очень срочно.
У нее мерцательная аритмия,
понимаете?
-Понимаю. Вот это понимаю.
Варенька...
Это понятно, потому что мама -
это мама. Вот, держите.
Выпьем за маму. Давайте,
это святое. Давайте.
-А...
-Сейчас. Что я могу сделать?
Мы сейчас с вами здесь, а лекарства
в городе. Вот...
Я очень хочу выпить
с вами на брудершафт.
-Я прошу...
-Нет, на брудершафт.
Опаньки...
-Так что же мы все-таки с мясом
делать будем?
-Да...
-Подержите, пожалуйста.
Давай шагай!
Ты куда лезешь, а? Ты чего приперся?
-Мясо готово.
-Да пошел ты знаешь куда!
Тебе сказали?
А? "Иди на рыбалку" сказали или нет?
-Сказали.
-О! Значит, иди и... рыбаль...
рыбачь. А сюда чтоб ни ногой!
Вот так! А теперь поцелуй меня.
Чтобы перейти на ты.
-Не надо, я прошу вас.
Пожалуйста, не надо.
-Я сказал... поцелуй меня!
Слышишь? Куда?!
ЖЕНСКИЙ КРИК
Убила... я, кажется, его убила.
Мамочки...
Что ж теперь будет?
-Да нажрался он.
СТОНЕТ
-Т-ш-ш!
-А мясо где?
-Сгорело.
Ты рыбу ешь.
Для здоровья полезнее.
-Жалко. Хотелось чего-нибудь
горяченького.
-А! Ты за горяченьким сюда приехала?
А я думал, опять повредила
себе что-нибудь.
Ногу там какую-нибудь...
Или на этот раз голову?
-Что?
-Да ничего!
А что было бы, если бы он
не нарылся в хлам?
-Тебе-то что?
Ты мне кто? Кум, брат, сват?
Тебе чего надо-то от меня?
-Да ничего не надо. Я просто понять
хочу, что же вы за создания такие.
-Кто - вы?
-Бабы!
Была у меня одна знакомица, тоже
любила слова красиво разговаривать,
обещания раздавать. Не дождалась
из армии - дело обычное.
Но там хоть два года прошло.
С трудом, но понять можно.
Тем более жених из самой Америки
подвернулся.
Ну а ты-то?
А? Ты-то! Неделю назад говорила,
что тебе ничего от него не надо.
А стоило ему только появиться,
пальчиком поманить - и все,
вся нарисовалась?
-Ну и что?
-Да ничего.
А когда ж ты правду-то говорила,
интересно мне знать, тогда
или сейчас?
-Интересно тебе?
-Очень.
-Помнится, Миша, ты сам у меня
недавно прощения просил. А сегодня
вот по новой меня в проститутки
записываешь. Так вот мне тоже
интересно, когда ж ты искренним
был - тогда или сейчас?
-Ты от ответа не уходи.
-Да, Миш, с вами, мужиками,
тоже непросто все.
-Ты на мой вопрос не ответила.
-Слышь, ты, моралист! Меня осуждаешь,
а девочек хозяину возишь.
Отказался бы, если противно.
-Да не могу я ему отказать-то.
-А что такое?
-Да ничего такого.
Просто это моя работа.
-Работа?
-Угу.
-А когда противно, но все равно
делаешь, знаешь, как такая работа
называется? Знаешь.
Так вот ничем ты от меня,
Миша, не отличаешься.
-Да что ты!
-Такая же проститутка,
если уж на то пошло.
-Хорошо, я расскажу, послушай.
-Да пошел ты!
ТВ: "...Формула сотрудничества между
нашими странами. Делегацию возглавил
первый заместитель министра
культуры СССР товарищ Грибанов
Михаил Алексеевич. Делегацию нашего
города представил заведующий отделом
культуры ленинградского обкома КПСС
товарищ Зайков Борис Ефремович.
В рамках культурного обмена
на Острове свободы состоялись
контакты..."
-Все, хватит.
-Ну что же вы, Раиса Ивановна?
Я же еще не закончила.
-Я сказала, хватит, свободна!
-До свидания, Раиса Ивановна.
Спасибо большое.
-Не за что.
ТВ: "...Мячом владеют футболисты
сборной..."
-Пасуй! Пас, пас!
-Лаптев!
-А?
-А что вообще происходит?
-Да в кои веки выигрываем!
Глазам своим не верю!
-А ты, кроме своего футбола,
еды и пива, чем-нибудь еще
интересуешься?
-Давай, давай, давай!
-Как тебя еще из твоей службы
не выперли, не понимаю.
-Ну мышка, ну что случилось?
-Ты письмо отправил, о котором
я тебя просила?
-А какая связь?
-А такая связь. Я думала, что Зайков
уже чемоданы пакует, чтобы назад
в свой Ключевск валить.
А он по заграницам разъезжает,
делегацию на Кубу возит.
Честно скажи, отправлял письмо?
-Отправлял.
-Врешь.
-Ну зачем мне врать? Там все так
удачно сошлось: у артистки этой...
Как ее?
-Утешева.
-Да. Муж покойный ее у нас
фигурантом по одному делу проходит -
промышленный шпионаж. Мои орлы
написали в представлении, что, мол,
возможно, Боря с этой Утешевой крутит
просто так шуры-муры, а может быть,
и как-то связан с нашим фигурантом.
Запросили разрешение на проверку.
Дай пульт, пожалуйста, а?
-И что?
-Да пока ничего, молчок.
-А почему?
-А я знаю? Это Москва,
у них всегда свои соображения.
Они прозвонили стукачей внештатных,
которые в этой оперетте работают.
Внештатные сотрудники в отчете
написали, что отношения этой
твоей Утешевой вовсе не с Зайковым.
-А с кем?
-С его водителем.
-Что? Да этого быть не может.
-Почему же не может? Я сам читал.
-Читал он! А надо было проверить,
так это или нет.
-Да пойми ты, нет у меня оснований
для проверки! Я ж не удельный
князь - что хочу, то и ворочу!
Мы все-таки государственная
безопасность, а не отдел нравов.
-Лаптев, ты что, не можешь сделать
так, чтобы у тебя были основания?
-Как?
-Я не знаю как, тебе виднее.
Сам сказал, что у Утешевой покойный
муж шпионажем занимался. Вот и вызови
ее, допроси, задержи, предъяви
что-нибудь. И тогда мы узнаем,
у кого с кем какие отношения.
-Не понял.
-Если Утешева романит с шофером,
Зайкову на это будет наплевать.
А если он засуетится, заступаться
начнет, вот тогда у тебя и будет
основание для проверки.
-Рая... я понимаю про тебя
с Зайковым, обиду твою понимаю,
и про подругу твою тоже понимаю.
Понимаю, что он как кость вам
в горле, но извини, мышка, перебор!
Что я, генерал КГБ, буду ко всяким
актрисулькам цепляться?!
ТВ: "...и отдал прекрасный навес
на штрафную армейцев!
Прекрасная атака!"
-Кушать будешь? Я борщ сварил.
-Ты неизлечим.
-Алло, Ферапонтов? Завтра в девять
у меня в кабинете. И захвати
дело Утешева.
СТОНЕТ
СТУК В ДВЕРЬ
-Ну!
-Доброе утро, Борис Ефремович.
-Доброе, доброе.
Чего это тут? Я, что ли, покуролесил?
Надеюсь, ничего такого...
Ну, в смысле, ты понимаешь?
-Ничего.
-Варя где?
-В гостевом домике заночевала.
-Одна?
-В смысле?
-Шучу я. Почему не здесь?
-Не знаю.
-Давай сходи, посмотри.
Если она уже проснулась,
пусть собирается, домой поедем.
-Вы же вечером хотели.
-Ну ты же видишь, я не в форме.
Ну давай иди, иди!
-Варя...
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Варь...
-Что надо?
-Там это...
Зайков в город собрался ехать.
Просил тебе сказать.
-Скажи, иду.
-Варь, послушай...
-Руки убрал.
-Я не держу тебя.
-Пусти!
-Да пожалуйста.
Варь!
-Что надо?
-Ты вчера обронила.
А что это за рецепт?
-Не твое дело.
-Разрешите?
-Заходите. Генерал ждет вас.
-Как, говорите, его зовут?
-Бордэ, Шарль Бордэ.
-А он мог быть как-то
связан с Утешевым?
-Никак нет. По проверенным
данным, у Бордэ совершенно другое
направление, ничего общего с наукой
или промышленным шпионажем.
-Значит, Бордэ этот ваш ищет новые
контакты и новых людей для вербовки?
-Не исключено, что уже нашел.
Видите ли, Шарль Бордэ оказался
очень общительным человеком.
У него разносторонние интересы:
спорт, музыка, живопись...
-Выпить не дурак.
-Да, и это тоже. И женщины.
-Значит, ваш план мне, в принципе,
нравится. Не нравится только, что вы
собираетесь использовать в этом деле
наших внештатных сотрудниц.
-Почему?
-Вы же сами сказали, этот Бордэ -
любитель клубнички. С какого года
он в Ленинграде?
-Практически с 1984-го, наездами.
-Ну вот видите? Значит, за это время
наверняка познакомился не с одной
нашей путаной. Может иметь информацию
и о тех, кто из них работает на нас.
-Ну и? Не меня же ему подкладывать.
-Да уж, Сипченко, тебе он точно
не обрадуется.
Вот что... А давайте-ка привлечем
к этому делу вдову нашего
фигуранта?
-Кого? Утешеву?
-Утешеву, Утешеву!
А что вас так смущает?
-Мы разговаривали с ней. Есть большие
сомнения, что она пойдет с нами
на сотрудничество.
-А вы уж постарайтесь,
уговорите ее как-нибудь.
У нее все-таки небольшой должок
перед государством, не так?
-Утешева - человек достаточно
публичный, актриса.
-Очень хорошо. Я же не прошу вас,
чтобы она перевоплощалась
в какую-нибудь Элизабет Тейлор.
Пусть будет сама собой, сыграет себя.
Актриса - всегда загадка.
Это привлекает.
Еще вопросы есть?
-Нет.
-Ну, на нет и суда нет.
Свободны.
-Есть!
-Есть!
-Остановись где-нибудь здесь.
Варя...
Вы мне вчера что-то про маму свою
говорили? Про лекарства там...
У вас есть список или рецепт?
-Рецепт есть.
-Он у вас с собой?
Угу. На, Ледневу отвезешь.
Я ему позвоню, он все сделает.
Варя... можно вас на два слова?
Варя, я хотел бы извиниться перед
вами. Понимаете, не рассчитал...
Долгий перелет, смена часового
пояса... Ну, не обессудьте.
-Ничего, Борис Ефремович, бывает.
-Угу.
А с лекарствами будем считать,
что вопрос уже решили, так что
не беспокойтесь. Ах да!
Я завтра утром улетаю в Москву
на пару дней, нужно отчитаться
о поездке. А как вернусь,
я вам обязательно позвоню.
Договорились?
-Хорошо.
-А! Я прогуляюсь, а Михаил вас
отвезет туда, куда вы ему скажете.
-Спасибо. До свидания.
-До свидания.
До свидания...
-Так...
-Мама! Мамочка!
Мама, как же я испугалась!
-Ну ладно, ладно тебе.
Ну что ты? Ну все же обошлось. Ну?
-Послушай, я договорилась, мне
обещали, для тебя найдут нужное
лекарство. Скоро ты у меня
поправишься.
-Ну вот видишь? Ну и хорошо.
Обещал-то кто? Борис Ефремович?
-Ну какая разница?
-А я говорила тебе: хороший он
человек. У меня знаешь какое чутье
на людей?
-Да.
-Ну ладно, ладно. Ну чего ты?
-Варь...
Приехали.
Я так понимаю, ты из-за мамы?
Ну, то есть...
...тебе лекарства были нужны, так?
-Ну допустим. Дальше что?
-Обратилась бы ко мне.
-И ты бы смог их достать?
-Не знаю. Я бы попробовал.
-Так вот представь себе, я тоже
попробовала. Я все аптеки
обежала, всех обзвонила.
Ай, что с тобой говорить!
Будь здоров.
-Варя, я...
-Не надо только вот извиняться.
Дыши носом, крути баранку.
-Варвара Игоревна!
Добрый вечер.
Через четыре дня господин Бордэ
отбывает в Париж, так что
времени у нас с вами в обрез.
-Послушайте...
с чего вы взяли, что я вообще
с этим смогу справиться?
-Мы просто уверены, что сможете.
-Ну ты же артистка, мать!
Ну дай гастроли, ё-моё!
-Видите ли, сцена и жизнь -
это разные вещи. В театре есть
пьеса, репетиционный период...
-На репетиции у нас с вами
времени нет. Начальный сценарий мы
вам изложили, а остальное -
импровизация.
-Соглашайся, мать, соглашайся!
Что ты корчишь из себя Анну Каренину?
Лучше под французом,
чем под паровозом.
-Что?!
-Семен Федорович...
-Вы что, хотите, чтобы я с этим?..
Вы хотите, чтобы я с ним?..
-Вовсе нет, Варвара Игоревна,
просто у Семена Федоровича
шутки такие. Нас интересует
только содержимое
блокнота месье Бордэ.
Познакомитесь, погуляете, поужинаете.
Ну пококетничаете. Как без этого?
Потом при первой же возможности
сфотографируйте странички.
И адью, мы с вами больше
никогда не увидимся.
-Никогда?
-Никогда. Слово офицера.
-Мужчина, подождите! А ну, стой!
Стой, гад! Ты слышишь меня?
Я тебя сейчас в милицию...
С АКЦЕНТОМ: -Какого черта?!
-Господи, простите меня ради бога.
Вы так похожи на... Я обозналась,
я приняла вас совершенно за другого
человека.
-Другого?!
-Да. За одного типа, за спекулянта.
Ой, мамочки! У вас кровь.
Я, наверное, вам по носу попала.
Сейчас. У меня есть платок.
-У меня свой есть!
-Ничего страшного. Держите крепко.
И голову назад запрокиньте.
-Спасибо.
-Вот уж, как говорится, не за что.
Простите еще раз. Вы из Прибалтики?
-Нет.
-У вас акцент, вы иностранец?
-Да, француз.
-О! Это очень хорошо.
-Что тут хорошего?
-Хорошо, что милиции не видно:
меня бы уже за вас в тюрьму посадили.
Вы простите меня, ладно?
Понимаете, я позавчера в гостинице
хотела джинсы купить. Ой, вы
по-русски-то понимаете?
-Понимаю.
-Ну да. Так вот, подходит ко мне
один тип и предлагает джинсы.
Как раз мой размер. Я ему деньги,
он мне пакет. Прихожу домой,
а вместо джинсов в пакете одна
штанина лежит, представляете?
-Не очень.
-Как вам объяснить... У нас
нормальные джинсы не купишь. А этот
тип, он спекулянт. Я же ему за джинсы
почти месячную зарплату отдала.
А он меня обманул. Понятно?
-Понятно.
-Ну вот. А вы со спины...
Вы просто... У вас даже пальто
такое же. Простите меня.
Мне на работу пора, я опаздываю.
-А где вы работаете?
-В театре. Я актриса.
-Актриса? Ола-ла!
-Ну да. Мне пора.
-Да, но, может, мы еще поговорим?
-Я не могу.
Хотите после спектакля?
Приходите сегодня вечером
в театр, я оставлю вам контрамарку
у администратора на свое имя.
-А какой театр?
-До встречи.
-Хорошо.
До скорой встречи.
-Присаживайтесь, Варвара Игоревна.
-Ну что же, с дебютом вас,
Варвара Игоревна.
О чем договорились?
-Мы договорились, что сегодня
вечером он придет ко мне в театр.
Я оставлю контрамарку на свое имя.
Правда у меня сегодня в спектакле
не очень большая роль...
-Это не имеет никакого значения.
Главное - первый контакт состоялся.
-Послушайте, я не могу.
Я не смогу, понимаете? Я только что
чуть со страху не умерла. У меня
не получится. Давайте, я сделаю
что-то другое в следующий раз.
-Варвара Игоревна, успокойтесь.
У вас все прекрасно получится.
-Вы слышите меня, я не могу!
-Сможешь ты все. Вон как ты ему
с первого раза всю морду
раскровянила.
-Варвара Игоревна, вы же актриса.
Наверняка перед премьерой
вы тоже испытываете чувство страха.
-Нет, я уверяю вас, в театре все
совсем по-другому.
-Бросьте. Все то же самое, никакой
разницы. Короче, слушайте меня
внимательно. Вы встретитесь
с Бордэ после спектакля...
-Нет. Нет, пожалуйста!
-Вы встретитесь с ним. Будет
приглашать вас на ужин -
соглашайтесь. Предложит погулять
по городу - погуляйте.
-Нет.
-А на чашку кофе к себе позовет,
не отказывайтесь.
-А если не позовет?
-Позовет, куда денется.
Видела бы ты со стороны,
как он тебя глазами ел.
Общупал с головы до ног.
-Вот, держите.
-Что это?
-Это часы. Одновременно фотоаппарат.
Наводите циферблат на страницу
и нажимаете на правую кнопку.
Аппарат рассчитан на 150 снимков.
Главное, не забудьте
надеть часы на руку.
-А это?
-Откройте.
Там второе дно.
Растворяется очень быстро,
в чае, в кофе, в спиртном.
Когда окажетесь случайно у Бордэ,
ненароком подмешайте ему.
Минут через 15 он уснет.
-Но...
-Не волнуйтесь, таблетка безвредная.
Когда убедитесь, что он уснул,
найдете блокнот - такая
небольшая записная книжица
в кожаном переплете морковного
цвета. Значит, сфотографируйте
каждую страницу. Подчеркиваю:
каждую страницу независимо от того,
что на ней изображено. Что бы там
ни было, запись, рисунок, каракули.
Как только закончите, уберите
блокнот на место и уходите.
-Как я его найду?
-Кого?
-Блокнот.
-Обычно он держит его во внутреннем
кармане пиджака. Но если его там
не будет, придется поискать.
-А если не найду?
-Не волнуйтесь, найдете. Времени
у вас будет более чем достаточно.
Бордэ уснет часов на десять.
Есть еще вопросы?
-Нет.
-Прекрасно.
Варвара Игоревна,
все у вас будет хорошо.
Идите.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло.
Да. Ща.
Мишаня! Тебя к телефону, межгород.
-Иду.
-Ух ты! Куда ты так вырядился?
-По делам.
-Круто.
-Да.
-Мишенька! Ты слышишь меня?
-Хорошо слышу, мам.
Привет. Как поживаешь?
-Сынок, я не поздно?
Сколько времени у вас в Ленинграде?
-Да нет. Еще мало, мама.
Никто не спит.
-Ну хорошо. А то я каждый раз
переживаю. Расскажи,
как ты там живешь.
-Да как живу? Работаю,
шоферю потихоньку.
-Ништяк костюмчик.
-Галстук вязать умеешь?
-Не-а.
-Алло!
-Ты-то как?
-Жива. И слава богу.
Ты к нам собираешься? Когда?
-Посмотрим, мама.
Летом, может, выберусь.
-Ты невестой не обзавелся?
Алло.
-Да что-то не выходит никак.
-Что не выходит?
С тобой что-то не так?
-Фу, накурил тут!
-Миш?..
-Нет, со мной все в порядке.
Обзаведусь. Как только обзаведусь,
сразу тебе телеграмму пошлю.
-Хорошо. Как погода у вас?
-Погода хорошая, сыро только.
-Я слышала, в Ленинграде
все с насморком...
-Нет, мам, не все.
Ты-то как, не болеешь?
Ты смотри, а то кто внуков
воспитывать будет?
-Постараюсь.
-Ладно, мам, бежать надо.
-Куда, на работу, что ли?
-Не совсем. Позвоню еще.
Целую. Пока.
-Хорошо, сынок. Пока.
-Извините, у вас лишнего
билетика не будет?
Простите, пожалуйста...
-Нет.
-Извините, билетика лишнего не будет?
-Извините.
-Товарищ, добрый вечер. Я слышал,
вы лишний билетик спрашивали.
А у меня как раз девушка
не пришла. Могу уступить.
-А Утешева точно сегодня играет?
-Играет-играет.
Вот только за билетик
три рубля, пожалуйста.
-Ну как, тут же написано...
-Не хочешь - не надо.
-Надо-надо.
Спасибо.
Извините.
АПЛОДИСМЕНТЫ, КРИКИ "БРАВО!"
-Спектакль окончен, всем спасибо.
Прошу монтировщиков пройти на сцену.
СТУК В ДВЕРЬ
-Варя!
Варя, это я. Открывай давай.
-Иду.
-Чего запираешься?
-Переодевалась.
-Ого, какие часики!
-Ничего особенного.
-Подарил кто?
-Сама купила.
-Скрытная ты стала, подруга.
Все темнишь чего-то.
Сегодня весь вечер
как рыба промолчала.
-Что бы тебе хотелось знать?
-Ну, много чего.
-Например?
-Ну например...
Весь театр теряется в догадках,
с кем у тебя роман.
-В смысле?
-С Зайковым или с его шофером?
-Передай театру, что у меня
роман с большим искусством.
Пока.
-До свидания!
-До свидания.
До свидания.
-До завтра.
-Всего доброго.
Спасибо. Спасибо большое.
Всего доброго.
-Ой, Варь, привет.
-Привет.
-Я был на спектакле.
-Хорошо. Ты был на спектакле...
-Да, я раньше кино больше любил,
но теперь...
Короче, это тебе.
-Спасибо.
-Варь, давай отойдем.
-Миш...
-Нам надо поговорить.
-Миш, я не могу сейчас говорить.
-Почему, я тебя обидел?
-Не в этом дело.
-А в чем тогда дело?
-Миш, мне сейчас нужно встретиться
с одним человеком.
-С каким?
-Какая разница? Со знакомым,
назовем это так.
Миш, давай завтра. У меня утром
читка, а потом я полностью
свободна вечером.
Тогда и поговорим, хорошо?
-Хорошо. Я понял. Я подъеду к театру.
-Давай часа в три. Я думаю,
что в три я буду полностью свободна.
Миш, мне пора. Прости, мне надо...
В общем, нужно вернуться. Пока.
-Пока.
До свидания.
-Всего хорошего.
-Ключики от третьей гримерки.
До завтра.
-Шарль!
А вот и я. Вы простите, я вышла
через главный вход.
-Браво, мадемуазель Утешева.
-Благодарю.
-А это небольшой подарок
в память о нашей встрече.
Цветок завянет - презент останется.
-О, Шарль, я... Нет-нет, я не могу
это принять. Это очень
дорогой подарок.
-Ну что вы! Не обижайте меня,
Барбара, мне ничего не стоит.
Я надеюсь, что вы также
не откажете поужинать со мной.
-Нет. То есть...
То есть да.
Шарль, я хотела сказать
"да, конечно".
-Вуаля!
-О, вы здесь живете?
-Нет, я живу в Париже.
Здесь я остановился.
ЧИТАЕТ СТИХИ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
Прошу.
-Благодарю вас.
-Вот так. После кофе
обязательно немножко вина.
-У меня уже и так голова кругом.
-Нет.
Надо немножко вина.
ФРАНЦУЗСКАЯ ЭСТРАДА
За тебя.
Барбара, когда тебя сегодня
увидел в театре...
На ты можно? Ничего?
-Ничего.
-Ты очень красивая женщина.
-Прости, а где у тебя...
-Ванна? По коридору направо.
-Я сейчас.
ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
-Мамочки...
СТУК В ДВЕРЬ
-Барбара!
С тобой все в порядке?
-Да-да, все хорошо. Я уже иду.
-Какого черта?! На каком основании
вы сбежали?! Мы что, тут с вами
в бирюльки играем? Для вас наше
задание как завтрак утром?!
Хочу - ем кашу, не хочу -
не буду?! Может, вы сознательно
провалили дело?
Я вас спрашиваю. Отвечайте.
-Я вам уже сказала.
Я вам уже сказала много раз:
треклятая таблетка куда-то
подевалась!
-Да ладно, заладила "таблетка".
Как будто таблетка все решает.
-Простите. Я вас очень прошу,
вы не могли бы пересесть сюда,
вперед, мне очень неудобно,
когда кто-то сидит у меня за спиной.
-А мне удобно сидеть у тебя
за спиной.
-Так. Варвара Игоревна, давайте
лучше перейдем к делу. Мы хотим
знать, по какой причине
вы не выполнили задание.
-Без таблетки он бы не уснул.
Вы это прекрасно знаете.
-Ну и что?
-Что? Что "ну и что"?!
Что я могла поделать?
-Да могла, мать. Да, видать,
не очень захотела.
-Чего? Чего я не захотела?
-А будто не понимаешь.
Без таблетки не уснул. А ты бы его
накормила, напоила, в постельку
уложила, приласкала бы как следует
до последнего вздоха.
-Что... Что вы говорите?!
Вы сами понимаете, что вы несете?!
-Я-то понимаю. А ты сама хоть
что-нибудь понимаешь?
Мы тебя не на курорт отправляли.
Бордэ - шпион, и не ваш театральный,
а самый что ни на есть настоящий.
Он враг. Враг государства нашего,
твоего и моего. А чтобы с врагом
справиться, люди иногда жизнью
жертвуют, буквально, в прямом
смысле. И это не пустые слова.
А ты, значит, хочешь чистенькой
остаться. Пусть, мол, вместо меня
кто-нибудь дерьмо разгребает,
чтобы потом на митингах орать
"КГБ во всем виноват".
Сказочку себе придумали.
"С нами никто воевать не собирается,
долой КГБ". Еще как собираются, мать.
Еще как собираются! И если бы не мы,
жрала б ты сейчас баланду иностранную
за колючей проволокой и ходила бы
с кайлом в рудники, ясно?!
Вместо того чтобы свои
песенки распевать!
-Ладно, Семен Федорович, давайте мы
не будем читать лекции.
Варвара Игоревна давно уже вышла
из пионерского возраста.
Ну что, гражданка Утешева...
Возбуждать против вас уголовное дело?
-Отпустите меня.
Отпустите, пожалуйста,
я ни в чем не виновата.
-Отпустить?
Отпустить...
Понимаете, Варвара Игоревна,
есть такое слово "возмездие".
Согласно словарю Даля, оно означает
награду или кару по заслугам.
Уж поверьте моему опыту, есть в этой
жизни высшая справедливость.
Поэтому даже если вы выйдете
отсюда, возмездие все равно
вас настигнет. Вас или вашего сына.
Да всю вашу семью. Вот возьмем,
к примеру, вашего покойного мужа.
Мы ведь даже не сумели его
задержать. А возмездие его настигло.
Его сбила машина, а преступник
нами так и не найден.
-Это вы.
Значит, это вы его убили.
-Ну ты, мать, даешь!
-Вы меня не так поняли.
Я говорил вообще
о неотвратимости наказания.
Вот что, Варвара Игоревна, мы сейчас
с Семеном Федоровичем пойдем
пообедаем, а вы посидите и подумайте,
на что вы способны, а на что вы
не способны ради безопасности страны.


Серия 6

-Ну что, Боря, прими мои самые
искренние поздравления.
Пока ты там на Кубе прохлаждался,
нашему письму ход дали.
-Но ты же говорил, что дальше
тебя это письмо не пойдет.
-Я ведь тоже не Марья Чудесница!
Твои друзья этот вариант, возможно,
предусмотрели, посему заранее
копии приготовили
и по другим каналам пустили.
А письмо, могу тебе сказать,
высоко поднялось, очень высоко.
Так что тебе не только кресло
в этом здании не светит,
тебе и в Ленинграде будет
усидеть крайне проблематично.
Что молчишь? Скажи хоть что-нибудь.
Ты хоть счастлив или нет?
-Ага! Просто весь дрожу от радости.
-Ну и то хлеб.
Думай, Боря, думай.
-Над чем думать?
-Я эту историю заморозил на время,
но времени мало. Сказал,
что, как только ты вернешься от
товарища Фиделя, сам все объяснишь.
-Что тут говорить?!
-А мне говорить ничего не надо.
Ты сначала подумай, а потом скажешь.
Сначала мне, а потом вместе решим,
сгодятся твои объяснения или нет.
Иди!
От себя могу сказать одно:
ты на слова не очень рассчитывай,
нынче Москва не только слезам,
но и словам не верит.
-Я извиняюсь, а вы не Варьку
случайно ждете? Утешеву.
-Да, ее.
-Не было ее сегодня в театре
и, похоже, уже не будет.
-Почему? А что случилось?
-Пойдемте... расскажу.
Вас, кажется, Михаил зовут?
-Да. А вас?
-Я Светлана. Можно просто Света.
Короче, Михаил, у меня
для вас плохие новости.
По театру прошел слух, что
Варьку сегодня забрали в КГБ.
-Как это - забрали? За что?
-Да кто ж его знает за что?
Может, из-за мужа ее покойного,
может, сама что натворила.
-При чем здесь муж?
-Как, вы разве ничего не знаете?
-Не знаю.
-Значит, она ничего
вам не говорила...
-Не говорила.
-Пал Мироныч!
Пойдемте отсюда, а то народ
с репетиции расходится,
он у нас такой любознательный.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
-Николай Александрович,
Бориса Ефремовича нашли.
-Что?
-Снимите трубочку,
он на линии.
-Черт! Ну наконец-то!
Соедините.
-Слушаюсь.
-Алло, Борис Ефремович! Это
Сундуковский Николай Александрович
беспокоит. Если позволите,
я сразу к делу. Неприятность у нас,
если не сказать больше.
Видите ли, артистка нашего театра
Варвара Утешева задержана была
сегодня утром сотрудниками
комитета госбезопасности. Более
ничего, представьте себе, не знаю.
Так вы сами сказали, что в такой
ситуации я должен буду вам позвонить.
Ну так вас нужно было еще разыскать,
дозвониться до вас, а у нас,
между прочим, читка новой пьесы.
И в новой постановке я хотел дать
Утешевой новую роль, а теперь
не представляю, как быть
и что делать.
Что?
А, да-да, я буду ждать.
Мы все будем ждать.
-Николай Александрович, можно?
-Что вам?
-Я слышала, вы разговаривали
по телефону с Борисом Ефремовичем.
-Разговаривал.
-И? Что слышно? Я про Утешеву.
-Если бы вы знали, Зинаида
Степановна, как они мне все надоели!
-Ну что же, Варвара Игоревна,
вы просили себя отпустить...
Можете быть свободны.
Вот ваш пропуск.
Идите. Идите, Варвара Игоревна.
-А где же ваш напарник?
-На задании.
На ответственном, важном
задании. Идите-идите.
-До свидания.
-Мама!
Мам!
-Славка!
-Подожди меня!
-Слава, стой!
-Чего стоять?
-Назад!
Назад!
Славка!..
-Варвара Игоревна, просыпайтесь.
Продолжим наш разговор.
Прошу, присаживайтесь.
-Ну что, мать, надумала что-нибудь?
-Садитесь.
-Нет.
-Зато мы с Семеном Федоровичем
кое-что надумали. Только предупреждаю
заранее: если опять начнете
искать причину для отказа,
мы не будем вас упрашивать.
-Что я должна делать?
-Вы должны снова встретиться с Борде.
-Когда?
-Прямо сейчас.
Вам повезло: он сейчас у себя
на квартире, никуда не собирается
выходить.
-Откуда знаете?
-Знаем!
-Как я смогу объяснить ему
мое вчерашнее исчезновение?
-О господи... Ну скажи, что месячные
были. Шла к нему, думала, кончились,
а в ванной выяснилось, что нет.
Ну, застеснялась, убежала,
потом решила вернуться,
извиниться и так далее!
-А таблетка?
-Что - таблетка?
-Вы дадите еще одну таблетку,
чтобы он уснул?
-Видите ли, Варвара Игоревна,
если говорить о вчерашнем дне,
вы были в ресторане, выпивали,
затем пошли продолжить свидание
на квартире у Борде. В том, что он
уснул, не было бы ничего странного,
поскольку алкоголь, усталость -
ну бывает. Но сейчас день,
половина четвертого, так что,
если он уснет, да еще в присутствии
такой привлекательной женщины,
как вы, у него могут возникнуть
подозрения, будто вы пришли
к нему на свидание с иной целью,
а это нежелательно.
-То есть вы хотите все-таки,
чтобы я с ним переспала.
-Ну это, извините, как получится.
-Переспишь ты с ним или нет,
нам все равно. Но пока ты не срисуешь
блокнот Борде, ты уходить оттуда
не имеешь права. Нам нужен результат!
-Ну так что же?
Что мы решили, Варвара Игоревна?
-Мне кажется, у меня не получится.
-Когда кажется, креститься надо.
-То есть вы все-таки отказываетесь
от встречи с Борде?
-Ее фамилия Утешева...
-Молодой человек!
У нас не справочная,
а бюро пропусков.
-Да, я понимаю. Просто я хотел
узнать, за что ее задержали,
надолго ли...
-Еще раз повторяю:
таких справок мы не даем.
У нас нет такой информации.
Вы этой задержанной кто -
родственник, муж?
-Знакомый.
-Знакомым знать вообще
ничего не положено.
Родственники у нее есть?
-Есть.
-Вот у них и узнавайте.
-Добрый день!
-Здрасте.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Алло! Месье Борде?
К вам тут девушка пришла.
Нет, она не представилась.
Хорошо.
Он просил взять трубку.
-Здравствуйте, Шарль.
Это... Варвара.
Я бы... Что?
Вы уже спускаетесь?
Нет-нет, это очень хорошо.
Я... подожду вас внизу.
-А, вуаля! Мадемуазель Барбара!
Зачем вы пришли опять?
-Шарль! Я...
Понимаете...
Пойдемте выйдем, я вам все объясню.
-Пойдемте.
Хорошо. Пойдемте.
Куда мадемуазель желает пойти
в этот раз? Опять в ресторан?
-Можно и в ресторан.
-Вот как.
-Мм?
-Шарль, послушайте...
Вот так. На самом деле мне стало
ужасно неловко, и я просто решила
уйти по-английски, вот и все.
-Да, только я француз.
-Да, я помню.
-Должен сказать, я думал,
что вы более романтичная дура. А ваше
объяснение совсем не романтичное.
-Что поделать!
-Ну хорошо.
Мы сейчас пойдем в ресторан, потом
вернемся, пойдем ко мне пить кофе.
-Было бы неплохо.
-Да, я богатый француз!
Я за все люблю платить. Верно?
-Не понимаю.
-Мы пойдем ко мне пить кофе, а потом
ты снова найдешь способ сбежать.
-Почему?
-Потому что у таких девушек,
как ты... У них это, кажется,
называется крутить тему!
-Да что у них там происходит?!
-Шарль, вы не правы, я...
-Ты хочешь сказать, что это неправда?
-Это неправда.
-Значит, я тебе понравился
просто так, как мужчина?
-В общем...
-Да?!
-Да.
-И ты готова со мной
заниматься любовью?
-Я... Да.
ПО-ФРАНЦУЗСКИ: Хорошо. Очень хорошо.
Тогда поцелуй меня.
-Это что еще за выход
с баяном из-за печки?
-Подарки получать любим...
-Убери руки! Да подавись ты!
-Сейчас пойдешь ко мне
и заплатишь за все.
-Слышь ты, урод!
Я тебе сейчас руки вырву.
-Миша!
-Помолчи пока!
ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
Чего?
-Откуда этот клоун взялся?
-Эта женщина пойдет со мной.
-Ты чо, оглох? Никто с тобой
никуда не пойдет.
-Миша, не трогай его...
-Сказал, подожди!
-Я устрою вам большие неприятности.
-Давай, давай! Ну чо ты, давай!
-Я ухожу домой.
-Да, только для начала извинишься.
-Миша, не надо!
-Граждане, что такое? А почему
хулиганим? Что случилось?
-Все хорошо.
-Иди отсюда.
-Как-как?
-Ногами. Шел мимо - иди дальше,
пока я тебе башку в трусы не загнал.
-Нарываешься?
-Нарываюсь.
-Ну извини.
-О, ну зачем же вы?..
-Господи...
-Сейчас мы его проводим в милицию,
и все будет в порядке.
-Ну нежно, месье.
-Еще не все в порядке.
СИРЕНА
-Миша!
-Ну что,
извиняться будем?
-Всем стоять!
-Не слышу!
Извиняться будем, нет?
-Пройдемте.
-А тебе особое приглашение
нужно? Пойдем!
-Ты чо творишь?!
-Э, ты чо!
-Да успокойся ты! Господи,
откуда ты вообще здесь взялся?!
-А ну, стоять!
-Спокойно, я сказал!
-Стоять! Не дергайся.
-Варя!
-Давай-давай.
-Тьфу!
-Хорошо, диктуйте адрес.
Угу...
Записал. Высылаю наряд.
-Миша-Миша...
Что ж ты наделал?
-Кто это был?
-Что?
-Я спрашиваю, кто это был.
Этот хрен в пальто...
цвета детской неожиданности.
-Да так...
Один очень важный француз.
-Да мне хоть японец.
Что ему от тебя было надо?
-Было надо... шоколада.
-Варя, я серьезно. Он к тебе
еще вчера в театр приходил.
-Ну и что?
-Ничего.
Так что у тебя с ним?
-Ну любовь, конечно же, что же еще.
-Что ты врешь?
-А что я вру?
С Зайковым у меня, по-твоему, может
быть любовь, а с французом - нет?
-Варь, я...
Я же не знал ничего.
В смысле...
что у тебя... муж недавно погиб...
...что семья у тебя хорошая была.
Я ничего этого не знал.
-Теперь знаешь?
-Подруга твоя рассказала, Света.
Я тебя ждал возле театра,
а она сказала, тебя в ГБ увезли.
-Ну и хорошо.
-Так что у тебя...
с французом-то этим?
-А я почему должна
перед тобой отчитываться?
-Не должна.
-Ну а что это за вопросы тогда?
Да не могу я тебе всего
рассказать, понимаешь?
-Нет.
-Да что ж ты непонятливый такой!
-Да потому!..
Да потому что я за тебя и за твоего
Славку кому хочешь башку оторву.
Поняла?
Почему непонятливый...
Потому что нравишься ты мне. Очень.
И ты это знаешь, сама это видишь.
Вот так вот.
И нечего тут усмешки строить.
Ничего смешного нет.
-Смешно.
Миш...
Миша...
-Чего?
-Да не смеялась я.
-Угу.
-Ну, улыбалась просто.
-Какая разница?
-Большая.
Миш...
-Ну чего?
-Да ничего.
Губа у тебя разбита. Больно было?
-Нет, конечно.
Ты же видела,
они меня под наркозом били.
-Что ж теперь будет-то, Миша?
-Гражданка Утешева?
-Да.
-Сейчас пройдете со мной.
Туда, пожалуйста.
Проходим, проходим.
-Ну а ты чего ждешь?
-Команды.
-Так выходи.
Ты куда? Сюда встань.
Пошел.
-Э, Стас!
-А?
-К майору зайди.
-Скажи, сейчас приду. Что встал?
Давай, проходи. Будь как дома.
-Да нет у меня ничего
с этой Утешевой. Нет.
-Ну откуда же тогда телега?
-Ну, от генерала Лаптева
Валентина Вячеславовича, я думаю.
У его жены нынешней на меня
вот такой вот зуб вырос.
-Вот как?
-Думаю, гадит, как может.
-Правда?
-Ну да, правда.
-А что ж ты тогда за артистку
эту так переживаешь, в театре
за нее хлопочешь?
-Да Мишка, водитель мой, хороший
парень, мне практически
как родственник, вот с Варварой
у них отношения.
-Да?
-Да. Ой, да ладно, не веришь -
поезжай в Ленинград, спроси,
там любой знает,
каждая собака подтвердит.
-Ты хочешь сказать, что девушка
тебе сначала понравилась,
ты решил за ней приударить, потом -
телега, я поучил тебя уму-разуму,
а ты меня послушал? И водителю
своему передал бабу свою. Шоферу?
-Верно излагаешь, Егор Яковлевич.
-Ловко. Нет, ну ты сукин сын.
-Почему?
-Сукин ты сын.
-Что опять не так?
-Если бы я тебя первый день знал,
может быть, я тебе и поверил.
Шофер! Родственника нашел.
Ладно.
Ну а теперь говори всё как было.
-Ну как? Как сказал, так и есть.
-Ну раз так, как есть, певичке
твоей я помогать не буду.
-Егор Яковлевич!
-Разговор окончен.
-Подожди.
-Я сказал, разговор окончен!
Мы с тобой в одной связке, одно дело
делаем. У нас друг от друга никаких
секретов быть не должно, а он мне
пулю отливает про шофера какого-то.
Скажи мне, на кой
черт она тебе сдалась?
-Ну хорошо, хорошо. Скажу.
Как мужик мужику скажу.
Да чо...
Чо греха таить-то? У меня
в жизни разные приключения были.
И после женитьбы на сторону ходил,
ну, ты знаешь. Я ведь вроде еще
не старый, но уже и не пацан безусый.
Думал, никогда ничего серьезного
в жизни уже не случится. А тут...
увидел ее - и всё, как пионер,
честное слово. Думаешь, я тебя
обманывал, когда говорил,
что у меня с ней ничего
не было? Правда - не было.
Егор, да если бы не служба -
бросил бы я всё, развелся с Нелькой
не думая и женился на ней.
Да я понимаю всё.
И ты меня тоже пойми.
Не могу я тебя подвести. Но от нее
тоже совсем отказаться не могу.
Ты меня спросил:
"На кой она тебе сдалась?"
А я себе не могу ответить на кой.
Только прикипело меня к ней.
Понимаешь? Прикипело.
-Послушай, а ты уверен, что другие
думают, будто у нее роман не с тобой,
а с шофером твоим?
-Ой, да до лампочки мне,
что другие думают.
Мишка, водитель мой, он под пытками
подтвердит, что у них роман.
Так вон, их недавно
вместе гэбэшники повязали.
-Всё бы ничего.
И про шофера ничего.
Тот, кто тебя близко не знает,
может быть, и съест.
Только помнишь, я тебе
говорил, что всё это слова?
Тут бы что посерьезнее ввернуть-то.
-Не понимаю тебя.
-Думаешь, я понимаю?
Только вот чувствую,
что шофера маловато здесь будет.
Поезжай в Ленинград и думай.
-Да.
Да.
Так точно.
Я вас понимаю,
Владимир Александрович.
Нет, это была моя идея.
Вины ни на кого
перекладывать не хочу.
Да.
Ну что теперь говорить, когда
дело, как говорится, сделано?
Виноват.
Так точно. Хорошо.
Так точно.
Так что ты там, Семен,
говорил? Продолжай.
-Я говорил, что блокнот Борде...
-Погоди.
Я сейчас.
Продолжай, Семен, я слушаю.
-В общем, Валентин Вячеславович,
блокнот Борде мы в конечном итоге
срисовали.
-Да? А как это вам удалось?
-В отделении менты у Шарля
и у остальных конфисковали документы,
личные вещи. И пока устанавливали
личности, я у майора местного
конфисковал блокнот Борде на время.
Микропленка сейчас у наших
дешифровальщиков в работе.
-Мо-лод-цы!
Рассчитываете, что я вам
медаль за это выпишу?
Или, может быть, орден?
Нет, орлы, не получится.
-А кто звонил, Валентин Вячеславович?
-Кто звонил? А если скажу,
не обделаешься?
Значит так, за мою инициативу с этой
артисткой Утешевой мне же по шапке
и настучали с самой
что ни на есть верхушки.
-С чего бы это?
-С того, Осипченко,
что нельзя без согласования
к подобным акциям привлекать
непрофессионалов!
И откуда он только
об этом узнал, паршивец?
-Но блокнотик мы все-таки срисовали.
-Блокнот - да.
Подробный рапорт мне на стол.
-Есть!
-К тому же после всей это чехарды
французский резидент занервничал.
И может соскочить. Чтоб ему...
Короче, артистку эту
больше не трогать.
Шофера Зайкова - тоже.
Ну и вас я должен наказать, так что
на премиальные к Новому году можете
не рассчитывать. Всё, свободны!
-Семен, как надоело это всё!
-Ты о чем?
-Работаешь-работаешь с утра
до вечера, света божьего не видишь,
а потом тебя же за это
мордой об стол.
-Ну, бывает.
-Неправильно это, Семен.
Тут у них своя игра, своя мышиная
возня. Уйду я отсюда к чертовой
матери, подам рапорт -
и гори оно всё синим огнем.
-Да куда ты уйдешь?
-Приятель по академии кооператив
открывает, звал начальником
охраны - от шпаны отбиваться.
Вот туда и пойду. А эти пусть
идут на хутор бабочек ловить.
-Слушай, а кто этот Владимир
Александрович, который нашему шефу
звонил?
-Лично я знаю только одного
Владимира Александровича.
-И какого?
-Крючкова. Председателя нашего КГБ.
-Ну что, отдохнул? Подъем. На выход.
Эй, ты что?
-Что это с ним?
-Всё нормально.
-Миша!
Привет!
-Привет!
-Ты чего? Что с тобой?
-Ничего, просто голова
немного закружилась.
-А я решила подождать. Мне сказали,
тебя должны скоро отпустить.
-Понятно.
-И спасибо тебе сказать хотела.
Спасибо.
-Да не за что.
-Только про француза меня больше
спрашивать не надо. Я подписку дала.
Всего рассказать тебе
все равно не могу, а врать...
Не хочу, понятно?
-Слушай, пойдем посидим на скамейке.
А то я...
-Миша!
Миша! Миша, что с тобой? Миша!
-Ты куда?
-На кухню водички хлебнуть.
Ты рассказывай, я тебя слушаю.
-Да я уже всё рассказал.
Шеф после этого напился в хлам,
мы его с Серегой еле до машины
доперли, а он всю дорогу
бормотал: чего это,
откуда Крючков узнал, что он
к операции эту артистку Утешеву
привлек. Слышь?
-Слышу! И даже знаю откуда.
-Да?
-Угу.
-Ну и откуда?
-Да наверняка Боря Зайков свою руку
приложил, чтобы зазнобу свою спасти.
Ой, Боря! Не ожидала я,
что он так высоко взлетел.
-А наши внештатники, все как один,
стучат, будто Утешева с шофером
Зайкова роман крутит.
-Ой, Сема, гляжу я на тебя -
здоровый ты как шкаф. Если бы тебе
еще в этом шкафу антресоли все
заполнить, цены бы тебе не было.
-Что это?
-Чтобы Зайков свою тетку кому-нибудь
отдал? Чтобы он за барышню своего
шофера так суетиться стал?
Не тот случай. Просто он так
шифруется. Зашифровался и вас,
дурачков, всех купил.
-Думаешь?
-Да знаю я. Слушай, Сема, ты говорил,
у тебя канал есть в курьерской
почте... по линии комитета.
-Ну есть, а что?
-А если я письмо напишу,
сможешь его по адресу доставить?
-По какому адресу?
-Председателю комитета
госбезопасности. Ну и так далее.
-И о чем письмо?
-Это уже мое дело. Я же не зря
журналистику в университете
оканчивала. Открою глаза
Владимиру Александровичу
на личность товарища Зайкова.
-А подпись чья будет стоять
под письмом?
-Скажем так, сотрудник комитета
госбезопасности, член КПСС 1979 года.
-Не прокатит.
У нас анонимки не рассматриваются.
-Конечно, официально
не рассматриваются. А если
твой сосед триппер подхватил,
допустим, а ты об этом узнал
неофициально... Триппер-то сам
по себе от этого не выветрится.
-Не понял.
-Товарищ Крючков все узнает о Зайкове
и ходу ему наверх в ЦК не даст.
Ну что, сокол мой
ненаглядный, сможешь?
Или ты только в постели герой?
-Это мы под Мазари-Шарифом.
На границе с Узбекистаном.
-Проснулся.
-Минуты две за тобой наблюдаю.
Как я тебе на снимке?
Там рядом Евсей, слева - Лысый.
Чуть дальше - Горшок. Кореша мои.
-Так ты в Афганистане воевал?
-Долго я в отключке был?
-Часа три.
-Надо же! Давненько
со мной такого не было.
А я думал, все прошло окончательно.
-Не вставай.
Доктор велела лежать до утра.
-Да нормально всё.
-А ты что домой-то не пошла?
-А ты бы с кем остался?
Мало ли что.
-Охота тебе со мной,
контуженым, возиться?
Надо штаны надеть.
-Есть хочешь?
-Да, наверное.
Сейчас я чайник поставлю.
-Да я сама.
-Только не шуми. Поздно.
Соседи бухтеть начнут.
-А ты расскажешь мне потом?
-Чего?
-Как там было. В Афганистане.
-Сходи чайник подогрей.
ЧАЙНИК СВИСТИТ
Короче, шли мы колонной.
У всех на борту груз 200.
Обычно груз этот транспортными
самолетами домой переправляли,
а тут вдруг нас подрядили. Ну мы
и пошли. И тут где-то что-то завыло,
где-то шарахнуло. Повсюду взрывы.
Передо мной что-то полыхнуло.
В общем, очнулся в госпитале. Глаза
продираю, а рядом сидит такой хрен
в очках, военный следователь
из прокуратуры, и задавать
вопросы начинает.
А у меня башка гудит, я его слышу
еле-еле. А он все спрашивает
и пишет что-то. Я ему говорю:
"Я устал, мне бы поспать". Он:
"Сейчас. Допрос закончим - поспишь".
В общем, промурыжил меня еще часа
два. Потом подсовывает какие-то
бумажки: "Прочитайте и подпишите,
что все верно". Да какое там читать?
Я мало того что не видел ничего,
уже не соображал ничего.
Подпись поставил и вырубился.
А потом, когда очухался, выяснилось,
что, когда колонну нашу раздолбили,
в грузовиках, вместе с пацанами
убитыми, в гробах героин нашли
и валюту. Громкое дело было.
По ящику даже показывали. Не видала?
Понятно. Короче, ясно было, что
все это кто-то из военной верхушки
организовал, а когда все всплыло,
через прокуратуру стали виновных
искать. А по протоколу моего допроса,
который я подписал в несознанке,
выходило, что я тоже
про валюту и наркотики знал.
Этот гнида очкастый так ловко вопросы
задавал, что я вроде как сам ему
во всем и признался.
-А дальше?
-А что дальше?
Спасибо Михалычу, генералу
моему, которого я возил.
Не знаю как, но протокол
того допроса из дела исчез.
Тут-то Зайков и нарисовался.
Они с Михалычем дружили как-то.
Генерал на пенсию собрался - меня
Боре и присоветовал. А заодно
по дружбе и протокол этот Зайкову
отдал. Понимаешь, Варя?
Преступление, в котором я как бы
сознался, срока давности не имеет.
Сдаст его Борис Ефремович в военную
прокуратуру - тут же дело откроют.
Трибунал - и привет.
15 лет минимум, максимум...
Короче, Боря сказал, пока мы с ним
дружим - про этот протокол никто
не узнает.
Теперь понимаешь, почему я тебе
сказал, чтобы ты от Бори бежала?
Вляпаешься во что-нибудь -
он уже потом тебя не отпустит.
Все, что ему надо от тебя, возьмет.
Так-то.
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
-Борис Ефремович,
Калабанов на проводе.
-Хорошо. Соедини.
-Угу.
-Слушаю.
-Здравствуй, Борис Ефремович.
-Здравствуй, Егор Яковлевич.
-Ну как живешь? Как долетел?
Посадка-то мягкая была?
-Хорошо долетел. Жаловаться
не на что. Ты мне лучше
вот что скажи: ты чего звонишь?
Мы же только вчера расстались.
-Ну да. А что, если я соскучился?
-Приятно слышать. Ну а если серьезно?
-А если серьезно, Борис Ефремович,
я по твоей милости сегодня
целый час на Лубянке провел.
В компании нашего председателя КГБ.
-На тему?
-На тему выдвижения твоей
кандидатуры в ЦК. На тему
твоего облика морального.
-И что?
-Да не верят на Лубянке в твой
моральный облик. Над твоей историей
с шофером в лицо смеются. Говорят,
что тебе на покой надо,
сказки детские сочинять вместо
Корнея Ивановича Чуковского.
Ты бы, Борис Ефремович, сказал бы
что-нибудь. Что молчишь-то?
-А чего говорить-то,
если тебе все равно не верят?
Ты когда на Лубянке будешь,
на свадьбу их пригласи.
-На чью свадьбу?!
-Ну как - на чью? Моего шофера
и актрисы Утешевой. Решили
они узаконить свои отношения.
-А ты это сейчас серьезно говоришь?
-Ну а кто же такими вещами шутит,
Егор Яковлевич? И тебе
пригласительный выпишем.
-И когда событие?
-Пока еще не решили, но, думаю,
тянуть с этим не будут.
-Да, другое дело, Борис Ефремович.
Другое дело. Но ты смотри там,
чтобы они не передумали.
-Не бойся, не передумают.
-Ну ладно. Рад был слышать.
Счастливо тебе.
КОРОТКИЕ ГУДКИ
-Что, Мишаня, гости?
-Типа того.
-Гляжу, лицо тебе слегка
подрихтовали. Ну как она?
-Нормально.
-Хотел с самолета сразу к тебе
заехать, не получилось.
Надолго у тебя больничный?
-Да я его вообще не хотел брать.
Это все участковый наш.
Но я могу и с больничным выйти.
-Это хорошо.
Это Варя тебя сюда привезла?
-Нет, меня скорая привезла.
-Но она ведь тоже сюда заходила?
-Заходила.
-Ну вот видишь.
-Чаю попила да ушла.
-Хорошая она баба, да?
Нравится она тебе?
Ну а коль нравится - женись.
-На ком?
-На Варваре.
-Это как?
-Ну как люди женятся? Надеваешь
костюм, покупаешь цветы, побрякушку
какую-нибудь золотую выбираешь
на свой вкус и приходишь просишь
руки и сердца. Если ты беспокоишься,
что получишь от ворот поворот, -
не беспокойся. Я с ней предварительно
поговорю. Квартиру получишь.
Двухкомнатную. В одной комнате будешь
жить ты, в другой она. Но условие
прежнее: пальцем ее коснуться
не смей. Понял? Все будет хорошо.
Где-то полгодика поживете, а потом
можно и разойтись. Ну? Что?
Чего?
-А я так не хочу, Борис Ефремович.
-А думаешь, я так хочу?
-Тогда зачем вам все это надо?
-А вот это, милый мой, абсолютно
не твое дело. Считай,
что это мой приказ.
Мы ведь с тобой по-прежнему
дружим? Или как?
-Да все равно,
Борис Ефремович, я не смогу.
-Ух ты! Ух ты, как он
заговорил-то! Не боишься?
-Да делайте со мной что хотите.
-Это твое последнее слово?


Серия 7

-Значит, нет?
Ну что ж, хорошо.
А давай мы так сделаем... Ты делаешь
то, что я тебя прошу. Ну, женишься,
разводишься, а я прошлое твое забуду.
Ну бумажки твои, которые тебе покоя
не дают... тебе отдам. Ты можешь
с ними делать все что хочешь.
Хочешь - на память возьми, хочешь -
сожги. Это потому, что, Мишаня,
мы с тобой по-прежнему дружим.
Ну, так как?
-Я думаю, она не согласится.
-Ты не сомневайся.
Как - не согласится?! Уверен,
что согласится. Потому что
у нас с ней...
полное взаимопонимание.
-И в самом деле, почему именно
оперетта Исаака Осиповича
Дунаевского "Вольный ветер"?
Напоминаю: эту оперетту
композитор написал после войны,
в 1947 году. А это было время победы
нашего народа над фашизмом. У всех
было состояние постоянного праздника,
бесконечного счастья, ощущения
вот именно вольного ветра, что ли.
Радости от простых,
обыкновенных вещей.
А теперь я вас спрошу:
что происходит у нас в стране?
Что мы видим в нашем обществе?
Перестройка, гласность, то есть
обретение нашими гражданами истинной
свободы и истинной демократии.
-Кхм-кхм...
-А что это, если не ветер перемен,
тот самый вольный ветер, если хотите?
Что вам нужно, Зинаида Степановна?
-Там...
-Ну?
-Можно вас на два слова?
-Это обязательно прямо сейчас?
-Это очень срочно.
-Прошу прощения. Я на минуту.
Ну что вам?..
ШЕПЧУТСЯ
Я понял.
Утешева Варвара Игоревна, пройдите,
пожалуйста, с Зинаидой Степановной,
будьте добры.
-А что случилось?
-Вам все объяснят.
-Здравствуйте, Варенька!
-Здравствуйте.
-Ну здравствуйте, Варвара Игоревна.
-Здравствуйте, Борис Ефремович.
-Ну, не буду вам мешать.
Столько дел - не представляете.
Может, еще чаю?
-Нет, спасибо.
Тшш.
Так-то понадежнее будет.
Ну здравствуйте, Варя, еще раз.
Ну чего же вы стоите?
Прошу вас, пожалуйста, проходите,
присаживайтесь вот сюда.
Знаете, Варя, вот смотрю я на вас -
словно целую вечность не видел.
Вы меня извините, что свалился
как снег на голову, с репетиции
вас вызволил. Но, как говорится,
дело не терпит отлагательств.
Кстати, как ваша мама?
Как она себя чувствует?
-Спасибо. За лекарства
спасибо и вообще.
-Да ну что вы, это ерунда.
Ну правда, вот даже
не знаю, с чего начать.
Варя, у меня к вам будет одно
очень неожиданное предложение.
Но только я хочу, чтобы вы поняли
меня правильно, не воспринимали
в штыки.
Да, Варя... с вами все хорошо?
Ну, я имею в виду эту вашу вчерашнюю
историю с этими типами из комитета.
-Вы уже знаете?
-Варенька, ну если бы
я вовремя не узнал, поверьте,
мы бы сейчас с вами не разговаривали.
-Так это?..
-Да, хорошо,
что я оказался в Москве,
не надо было далеко ехать.
Ну, пришлось навестить пару
кабинетов, потревожить влиятельных,
серьезных людей. Слава богу,
что пока все разрешилось.
Я повторю: пока. Потому что,
увы, я не всесилен.
-Вы думаете... То есть вы хотите
сказать, что все может повториться?
-Вполне. Знаете, Варя, у меня,
конечно, много друзей, но есть
и сильные, влиятельные враги.
И чтобы подобная ситуация больше
не повторялась,
вам нужно выйти замуж.
-Что?
-Что?
-Замуж?
-Ну да.
-Очень интересно. А за кого? За вас?
-Ну, к сожалению, нет.
И к тому же я пока еще женат.
-Не понимаю. Тогда за кого?
-За моего шофера. Но ненадолго,
месяца на два-три, ну в крайнем
случае - на полгода.
-То есть фиктивно?
-Ну разумеется!
-Ерунда какая-то. В смысле... зачем?
-Поймите, Варя, сейчас мне удалось
вас вытащить, да. Но пока вы будете
одна и пока вас некому будет
защитить, они от вас просто так
не отстанут! А когда вы будете
женой личного водители члена ЦК...
-Вы член ЦК?
-Нет, ну это я так,
для примера. Ну даже личного водителя
секретаря обкома! ...вас не тронут.
И мне будет легче вас защитить.
Ну?
-Да бред!
Ну бред какой-то! Да я думаю, и
Михаил никогда в жизни не согласится.
-Кто? Да кто его будет спрашивать?
Прикажу ему - да и все.
Ну ведь согласился он приударить
за вами в мое отсутствие,
в ресторан вас водил, с сыном
вашим гулял, даже на комитетчиков
с кулаками полез.
-Вы сейчас... Вы хотите мне сказать,
что все вот это он делал по приказу?
-Ну а как же иначе, Варя? Не мог же
я оставить такую красивую,
такую обаятельную и талантливую
женщину, как вы, без присмотра.
-Вы шутите сейчас?
-Варенька, ну какие
могут быть шутки? Миша мой человек.
Я ему плачу деньги, а он мне платит
своей преданностью. Ну сколько лет
ему можно мыкаться по коммуналкам?
Ему уже угол свой пора иметь -
вот он на квартиру и зарабатывает.
Ой, Варя, да все люди
продаются и покупаются.
-За что вы собираетесь меня купить?
-Нет, Варя, вы не продаетесь.
Пока вы со мной, вы бесценны.
Ну? Что вы скажете
на мое предложение?
А-а, я понимаю, вам, наверное, Михаил
рассказывал свои истории из Афгана?
О том, что его обвинили
несправедливо. О, вижу, рассказывал.
И вы, конечно же, ему поверили.
Варя-Варя, ну какая же вы все-таки
доверчивая! Все хотят выглядеть
героями, но все не совсем так.
Ну неужели я посмел бы явиться к вам
с этим предложением, предварительно
не согласовав с Михаилом? Да конечно,
он согласен! Ему деньги очень нужны.
И в то же время он не хочет выглядеть
продажной тварью в глазах красивой
женщины. Так что ему передать?
-А что, вот...
Вот прям так? Свадьба будет?
Кольца, платье? Гости?
-Это как вам будет угодно.
Нет, все финансовые вопросы
я беру на себя, вы не волнуйтесь.
Ну, Варя?
-Я подумаю.
-Ну как? Она согласилась?
-Ох, Мишаня, она же неглупая
женщина, все понимает.
-Что понимает?
-Все. Да не будь
таким наивным. Она только кажется
такой простой, как три копейки,
а на самом деле все просчитывает
на три хода вперед.
Женщины - они как кошки: любят ласку,
тепло любят, любят, чтобы сытно,
чтобы во всем комфорт был.
-Значит, согласилась?
-Ты сомневался?
Давай в обком.
-Ясно.
-Сегодня позже освобожусь.
Часам к девяти будь здесь.
-Поздравляю вас с началом
репетиционного периода.
Всего вам доброго, творческих
успехов. Всего хорошего!
-Ну что, в буфет?
-Пойдем коньячку шарахнем.
-Да, за ветер перемен.
-Варя, а ты что такая?
-Какая?
-Дерганая, как будто тебе в одно
место электропровод вставили.
-Сигарета есть?
-Так ты ж не куришь.
-Неважно. Есть?
КАШЛЯЕТ
Какой идиот сказал,
что это нервы успокаивает?
-Может, тебе в медпункте
валерьяночки хлебнуть?
Если от нервов.
Понятно. Тогда...
проверенное надежное средство.
Вот, с прошлого банкета сперла.
Вообще-то, я на двоих рассчитывала.
-Да? Извини.
-Ладно, рассказывай, что стряслось.
-Что стряслось? Ничего.
Но может и стрястись.
-Да что стрястись-то может?
-Замуж мне предлагают сходить.
-Кто? Все-таки Борис Ефремович?
-Нет.
Шофер его.
-Чего?! Михаил?
-Угу.
-Тебе за этим
с читки дергали?
-Ага.
-Так, а ты что?
-А что я?
-Что ты ему сказала?
-Сказала: "Подумаю".
-До свидания.
-До свидания.
Молодой человек, вы куда направились?
-К Варваре Утешевой. Комитет
госбезопасности.
-Проходите, пожалуйста.
-А как ты к нему относишься?
Что у тебя с этим Михаилом?
-С кем - с ним?! Света!
Что у меня с ним может быть?
Он же обыкновенный шоферюга,
он никто! Ненавижу!
-Ненавидишь?
-Да убила бы своими руками,
была б моя воля.
-Ну-ну.
-А что? Да глаза б мои его не видели!
Он же... трус! Ничтожество!
Обслуга! Халдей! Да пошел он к черту!
Налей мне еще.
-Да хватит тебе.
Тебе и так хорошо уже.
-Я же недавно с ним ночь провела.
И... Господи, да что ты смотришь
на меня так? Я же не в этом смысле.
Просто сидели разговаривали.
Он мне про жизнь свою рассказывал.
И я поверила.
Поверила, понимаешь?
Я же думала, это все от души.
Нет, он, оказывается,
все это... по приказу.
А может, правда
из-за квартиры расстарался.
Ой господи!..
-Так-так, Варька...
-Да ладно.
-Давай-ка на диванчик.
-Да что ты со мной как с маленькой?
-Так, ложись!
-Света!
-Ложись. Вот умница.
-Просто не выспалась... немножко.
Жениться хочет.
А пускай.
Пойду. Я ему устрою.
Я ему такую семейную жизнь устрою!
-Варька... ну зачем тебе это надо?
-А что? Света, мне обещали:
замуж выйдешь - и все эти морды
от меня отстанут. А что?
Господи, как же я их всех ненавижу!
Ненавижу. Его - больше всех.
-Давай-ка. Ты как?
-Спасибо тебе, Светка.
-Давай. Да ну, что ты...
Так, погоди, а сумка-то?
Вот ты растяпа!
-Спасибо!
-Ты до квартиры-то дойдешь?
Или проводить?
-Я в полном порядке.
-Ну, давай. Славику привет!
Трогай, командир!
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ШУМ МОТОРА
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Алло! Минутку.
Тебя.
-Да.
-Миша, привет. Это я.
-Чего ты хочешь?
-Я поговорить с тобой хотела.
-Наговорились уже, хватит.
В загсе увидимся.
КОРОТКИЕ ГУДКИ
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да, алло!
-Варенька, добрый вечер.
-Борис Ефремович...
-Ну, и что вы надумали?
-Что я надумала?
Я скажу вам.
Знаете, Борис Ефремович, я согласна.
-Варя...
-Но при одном условии.
Я этого своего... жениха...
не хочу видеть до свадьбы. Пусть
даже близко ко мне не подходит.
В загс приедем, распишемся - и все.
-Варенька, вы приняли верное
решение. Знаете, когда-нибудь придет
время - и я вам все расскажу.
Естественно, всю организацию
свадьбы я беру на себя.
-Борис Ефремович, а когда свадьба?
-Думаю, недели через две.
Варя, вы не беспокойтесь.
Все будет хорошо. Спокойной ночи!
-До свидания, Борис Ефремович.
-До свидания, Варенька.
-Хочешь знать мое мнение?
Ты сошла с ума.
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
-Телефон нужен.
-Бери, я уже закончил.
Водитель мой, Мишка Ванин, женится.
На свадьбу нас пригласил.
-Ты пойдешь?
-И ты пойдешь.
Ну неудобно, все-таки у меня
почти 4 года прослужил.
-И на ком он женится?
-На артистке из оперетты,
Варваре Утешевой.
-Что, правда?
-Правда.
-Надо же...
ТВ: -Разве вам их не жалко?
-Нет.
-Ну вот, смотрите, как красиво.
Плечико поднимем...
И вот здесь...
рукавчик на место встанет.
Давайте я вам покажу.
Посмотрите, какая вы красавица.
Будете снимать - аккуратно,
не уколитесь.
Вам нравится?
-До свидания.
-До свидания.
Не волнуйтесь, все будет
готово в срок.
ТЕЛЕВИЗОР ВЫКЛЮЧИЛСЯ
-Славка, что происходит?
Ну что с тобой?
Слава, почему ты мне не отвечаешь?
-Ты мне не сказала.
-Чего я тебе не сказала?
-Я больше никогда не увижу папу.
-Почему? Почему ты так думаешь?
-Потому что ты бы не стала...
выходить замуж за дядю Мишу.
-Славка! Господи, прости меня,
пожалуйста.
Славка, прости меня.
Я все время забываю, какой ты...
у меня взрослый, какой умный
мальчик.
Ты не хочешь, чтобы я выходила замуж?
Только скажи - никакой свадьбы
не будет.
-Он не будет тебя обижать?
Папа тебя никогда не обижал.
-Не будет.
Дядя Миша не будет,
я тебе обещаю.
-Это хорошо.
Мама, а когда я вырасту, я смогу
съездить к папе в Америку?
-Сможешь.
Конечно, сможешь.
-Тогда не плачь.
-Спасибо тебе!
-Все хорошо, мам.
Не плачь. Мам, ну хватит уже плакать.
-Я не буду. Слышишь меня?
Я не буду.
-Ну и не плачь.
-Я больше не буду.
РАДОСТНЫЕ ВОЗГЛАСЫ
-Совет да любовь!
-Опаздываем, жених, опаздываем!
Ну, поздравляю.
-Цветочки забыл, жених.
-Шагай-шагай.
Значит так, невеста твоя уже
в комнате для новобрачных.
А ты сразу ступай в комнату
для жениха, понял?
Кольца я уже администратору отдал.
Ну давай, ну, что ты?
Улыбайся, улыбайся. У тебя свадьба
сегодня, а не похороны.
-Не похороны.
МАРШ МЕНДЕЛЬСОНА
РЕЧЬ ЗАГЛУШЕНА МАРШЕМ
-Товарищи!
Хочу сказать. Хочу поднять этот бокал
за организатора этого вечера...
за свидетеля нашего жениха -
за Бориса Ефремовича Зайкова!
-Борис Ефремович, за вас!
-Да, мы давнишние приятели.
И спасибо тебе за то, что ты нас
пригласил. Должна сказать, что еще
с самой юности я могла по достоинству
оценить организаторские способности
Бориса.
-Ну...
-И что мы сегодня в результате видим?
Эту прекрасную пару.
Наш дорогой жених Михаил и его
очаровательная невеста Варвара
Утешева. Да, я наслышана о ней как
о прекрасной актрисе, о талантливой
актрисе. И вам, Михаил,
очень с ней повезло.
Должна признаться, я очень люблю
театр. Театр - это же...
Как тут не вспомнить Белинского?
"Любите ли вы театр так,
как люблю его я?!" В общем,
за Бориса, за молодых...
и за театр!
-Давайте.
-Желаю вам творческих успехов
в вашей будущей семейной жизни.
Ура! Ура-ура!
Ой, вино-то горчит!
Или мне показалось?
-Горчит-горчит!
-Горчит!
Горько!
ВСЕ: Горько!
Горько! Горько!
СЧИТАЮТ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-На счастье. На счастье!
-На счастье.
-На счастье.
-На счастье!
-Нелечка! Нелли!
Все нормально.
Нелли, подожди.
-Все, хватит.
-Да подожди ты! Послушай...
Куда ты собралась?
-Молчи, Зайков! Я знаю, что ты меня
не любишь, я даже знаю, что я тебе
мешаю. Но зачем меня так унижать,
Боря?! Неужели за всю жизнь
с тобой я заслужила только унижение?
-Подожди, я не понимаю, ей-богу.
О чем ты говоришь?
-Все ты понимаешь!
-Тшш...
-Ты меня чего сюда притащил? Зачем?
Ты не мог сказать, как всегда:
"У меня голова разболелась"? Тебе
надо было, чтобы я прошла через этот
спектакль, да еще на глазах
у этой сучки Лаптевой!
Ой, как стыдно...
-Послушай, ну подожди, прошу тебя.
-Знаешь что? Я хочу с тобой
развестись.
-Что-что?
-Я завтра подам на развод.
-Нет, ты этого не сделаешь.
-Сделаю.
-Да... Ну тогда я буду вынужден
тебя упрятать в психушку! Поняла?!
Где тебя будут лечить от алкоголизма
до конца твоих дней!
Черт... Нелечка, родная, прости, я...
Дорогая, послушай... Ну разумеется,
я никогда этого не сделаю.
Ты все не так поняла.
Ты совсем все не так поняла!
Давай так, мы приедем домой
и обо всем поговорим.
Я тебе все объясню. А сейчас, прошу
тебя, пожалуйста, я тебя умоляю,
вернись за стол, а?
-Боря...
Боря, дай мне слово.
-Какое?
-Как только тебя переведут
в Москву, мы разведемся.
-Послушай, ты... Правда, ты сейчас
не в том состоянии, ты выпила
лишнего.
-Боря, дай мне слово.
-Ну хорошо, если тебе будет лучше,
я даю слово. Даю.
Ну?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Так-так-так, я не понял,
гости дорогие, вы куда?
-Понимаешь...
-У Валентина еще дела.
-Да! Спасибо, что пригласил.
Извините, я сейчас.
-Ага!
А я смотрю, ты все никак
не угомонишься.
-О чем это ты, Борюсик?
-Рая...
А ведь меня можно разозлить.
Всерьез разозлить.
-Ты меня пугаешь, что ли?
-Я? Тебя?
-Простите, там туалет?
-Да-да, внизу.
Конечно, пугаю.
-Так я пуганая.
-Значит, еще не до конца. Рай,
прекращай свои штучки-дрючки.
Ты меня поняла, да?
-А то что?
-А то, знаешь...
-Мм?
-А то вот... вдруг твой генерал...
ну так, ненароком, может узнать,
что его мышка спит с его
ближайшим подчиненным.
И эта мышка отправится в свою
однокомнатную норушку куда-нибудь
далеко за Урал. Как тебе такая
перспективка, а?
-Боря, ты...
-Вот именно, что я Боря!
А ты, Рая, дура! Ты меня за кого
держишь? Я когда тебя на заливе
повстречал, приказал своим людям
про тебя все узнать.
С кем дружишь, с кем воюешь,
с кем, Раечка, спишь.
Ну естественно, не только со своим
этим... пельменем в лампасах.
Так что вот тебе мое последнее
предупреждение. Завязывай,
оставь мою жену в покое! Чтоб
без всяких там подколов, подначек,
без эпистолярного жанра. Ну? Поняла,
какую я тебе тут картинку нарисовал?
Не слышу - поняла?!
-Поняла.
-Хорошая девочка, хорошая.
А, да! Гэбэшнику своему
привет передавай,
когда он от своих дел
сортирных освободится.
-Ой...
-О, здрасте, Надежда Сергеевна.
-Здравствуйте.
-Вы извините, как-то сегодня
еще не получилось с вами
поздороваться.
-Ну да.
-Вы, кстати, как себя чувствуете?
-Хорошо, спасибо. С вашей помощью.
-А чего внука с собой не взяли?
-Он у соседей. Мы договорились.
-А, это правильно. Знаете, еще успеет
насмотреться, как люди водку пьют.
-Ну да.
-А как вы относитесь к тому, что
теперь он жить с вами будет?
-А я, знаете, только рада.
-Тоже правильно. Теперь ведь
у молодоженов своя квартира,
двухкомнатная.
Пусть отдельно поживут. Ведь дело
молодое, знаете...
-Вы извините.
-Да-да, конечно.
Это вы меня... извините.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Кто?
-Открывай, открывай. Свои.
Ну что, молодожен,
как тебе квартирка?
-Нормально.
-Нормально?
Да люди о таких всю жизнь мечтают.
Так... а жена твоя где?
-Уехала.
-Как - уехала? Как - уехала, ты что?!
С ума сошел? Куда?!
-К матери.
Да не волнуйтесь вы, Борис Ефремович.
Ребенка она навестить поехала.
Гости видели, как мы сюда приехали
и зашли, квартиру обмыли.
А уж когда вдвоем остались,
она и ушла.
-Хорошо. Вот это совсем
другой разговор.
Ну что, мебелишки я тебе потом еще
подкину. Просто сейчас на это
нет времени. Как решили?
Чья это комната?
-Ее.
-А! Та, стало быть, твоя?
Ну что ж, неплохо, неплохо. Шкаф
есть, стол есть, стулья есть.
О, даже целых два телевизора. Н-да..
Диван... Ух ты!
Хороший. Даже не скрипит. Чего ты на
меня так смотришь? Знаешь, женщинам
нравится, когда не скрипит.
-Борис Ефремович...
-Чего?
-Вы кое-что обещали.
-А... Бумаги тебе твои отдать.
Мишань, ну отдам, отдам.
Как только в Москву переведут,
сразу отдам. А это мой вам еще
один подарок. Держи, держи.
Это путевки в Эстонию, в Таллин.
Чего так смотришь? Должен же ты свою
жену в свадебное путешествие свозить.
Кстати, с театром я уже договорился.
Тебя я тоже отпускаю.
Мишань, ты чего?
Да уверен, понравится тебе.
Город красивый, гостиница хорошая.
Я там уже бывал.
Мишань...
Да не переживай ты так. Ну? Поверь
мне, все будет по высшему разряду.
Ведь я... тоже с вами туда еду.
Если, конечно, ты не возражаешь.
Ну ладно, все. Мне бежать надо.
Ну что? Новобрачной привет передавай.
ЗВОН КОЛОКОЛОВ
Прошу.
Нам сюда.
Пойдем.
Здравствуйте.
-Здравствуйте. Чем я могу быть
вам полезна?
-Вам звонили. Просили оставить
два номера. Один двухместный, один
одноместный. На фамилию Зайков.
Варвара, паспорт, пожалуйста.
-Двухместный для мужа и жены?
-Совершенно верно.
-Вы муж?
-Нет. К сожалению, нет.
Миша! Подойди. Тут муж требуется.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-О! А вот и наш номер.
Вот, Варь, прошу, проходите.
Чувствуйте себя как дома.
Давай чемоданчики. Отлично.
Миш, Миш... Ты ничего не перепутал?
Твой номер там, в конце коридора.
-Вообще-то, я муж.
-Чего-чего? Муж ты, дорогой мой,
там, в Ленинграде. А здесь ты -
в конце коридора.
Ну что, Варенька? Как вам здесь?
-Ничего.
А что ж вы, Борис Ефремович,
мужа моего спровадили?
-Бросьте, Варь. Ну какой он муж?
Так, игра, не более того. А я...
Я, Варенька... Давно мечтал...
оказаться с вами, так сказать,
в подобной обстановке.
Наедине.
СТУК В ДВЕРЬ
Чего тебе?
-Мне надо поговорить с Варей.
-Через неделю в Ленинград вернемся -
поговоришь. Исчезни.
-Вы понимаете...
-Пошел вон, я сказал!
-Да подож... Сука!
-Дядя, наверное, ключик потерял.
-А почему?
-Не знаю...
-Есть я хочу, Борис Ефремович.
И выпить чего-нибудь. Вы как?
Или здесь останетесь?
-Нет, но зачем куда-то ходить?
Можно просто спуститься в ресторан.
-Прекрасно. Давайте спустимся.
Накормите девушку.
НАПРЯЖЕННАЯ МЕЛОДИЯ
-Кого-то потерял? Чо молчим?
Горшок...
-Мишаня...
-Живой! Чтоб ты сдох! Вот это да!
А я смотрю, пес за мной какой-то
увязался. Очки эти еще шпионские!
-А я тоже думаю, будка-то знакомая,
а что...
-Что в Эстонии делаешь?
Ты же из Владика...
-А я знаешь кто теперь?
-Ну кто?
-Я теперь, Миша, старпом
на сухогрузе.
-Старпом Горшок!
-Да.
-Ну ты даешь.
-Как она, жизнь?
-Ну я как...
-Ну что?
-Живой вроде.
-Ну да.
Повезло мне тогда, да, Миш? Руку
сломал, с вами в колонне не пошел.
-Повезло. Лысый погиб. Евсея закрыли.
-Слышал, Миш, слышал. Все тебя хотел
разыскать. Да как-то не доехать
мне было до Ленинграда.
-Вот ты из Владика,
а я из Ленинграда. Ну где ж нам,
как не в Таллине, встретиться?
-Ну Земля квадратная, братан.
Не знаешь, кого за углом встретишь.
Ты что?
-Нет повода не выпить.
-А у меня есть тост, Борис Ефремович!
Давайте-ка мы с вами выпьем...
знаете за что?
-За что?
-За любовь.
За настоящую, чистую.
В общем, за ту, которой нет.
-То есть как - нет?
-Я не знаю!
Я не знаю, почему нет. Нет - и все.
Может быть, потому что... вся жизнь
наша такая, Борис Ефремович.
Не настоящая и не честная.
А какая жизнь - такая и любовь!
Ваше здоровье!
Что ж вы не пьете совсем?
Или не нужна вам любовь настоящая?
-Всем нужна.
-Ну так пейте.
Пейте, Борис Ефремович.
Пейте, пейте.
СМЕЕТСЯ
Вот так-то лучше.
А сейчас, Борис Ефремович, нам
остается только надеяться и ждать.
-А может быть, в номере подождем?
А то мы здесь уже почти три часа
сидим.
-Успеем, Борис Ефремович.
-Ты мне вот что скажи...
На судно к себе возьмешь?
-Миш, оно тебе надо? Ну живешь ведь
нормально. Город-герой Ленинград...
Жилплощадь имеешь. Баранку крутишь -
не где-то там, а в обкоме.
-Так возьмешь или нет? Капитаном,
конечно, не получится, но хотя бы
механиком каким-нибудь.
-Миш, ты сейчас серьезно?
-Серьезно.
-Да не вопрос. Ты мне адресок свой
дай. Как только вернусь на судно,
в этот же день организую тебе вызов.
-Давай.
-Все.
ДЕВУШКИ СМЕЮТСЯ
Миша...
Что-то я замерзать начал. Ты говорил,
у тебя номер в гостинице?
Может, мы это... девочек возьмем,
посидим, поедим, попьем?
-Горшок, слушай...
-Девочки!
Слушайте, разговор к вам
есть серьезный...
-Борис Ефремович...
-М?
-А вы любите петь?
-Петь?
-Петь. Песни петь... любите?
-Ну...
-Давайте мы с вами споем?
-Что, прям здесь?
Тут общественное место вроде.
Не совсем прилично.
-А давайте мы о ваших нравственных
ограничениях поговорим позже?
А сейчас я хочу петь.
В том саду, где мы...
С вами...
встретились...
Ваш любимый куст
Хризантем расцвел...
И в душе моей
Расцвело тогда...
Подпевайте, Борис Ефремович,
подпевайте!
Чувство первой
Нежной любви...
Отцвели уж давно
Хризантемы в саду.
А любовь все живет
В моем сердце больном!
-Браво!
-Ну что?
Борис Ефремович...
На посошок?
И поднимемся в номер.
НАПРЯЖЕННАЯ МЕЛОДИЯ


Серия 8

ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
-Варя...
Варь, я не знаю, что сказать.
Я так долго ждал этого момента.
-Борис Ефремович...
-Чего?
-В общем...
-Что?
-Борис Ефремович,
у нас ничего не будет.
-Подожди, я чего-то ничего
не понимаю. О чем ты говоришь?
-Не надо. Не подходите ко мне,
я вас очень прошу.
-Я правда не понимаю. Тогда
зачем мы здесь? Варенька....
-Я не знаю.
-Прекрати. Послушай, прекрати
немедленно. Я что тебе, мальчик,
что ли? Я тебя спрашиваю:
я мальчик, что ли?!
Тшш, спокойно.
Спокойно.
Спокойно-спокойно.
Дай мне, пожалуйста.
Все-все, успокойся. Выпусти.
Аккуратно, а то еще порежешься.
Выпусти, я говорю. Вот так.
Варя! Послушай! Варя!
Я тебя прошу!..
Варя! Послушай, открой дверь!
Варь, ну!..
Ну ты меня совсем не так поняла.
Ну прекрати ты этот детский сад!
Неужели ты правда думаешь, что я
ее не открою? Разобью стекло и все.
Но я не хочу так.
Понимаешь? Силком не хочу.
Ты даже не представляешь,
что я могу для тебя сделать.
Знаешь, мы переедем в Москву,
я разведусь. Жена сама этого хочет.
Мы переедем. У меня
в Москве много друзей.
Если Горбача снимут...
меня могут на его место.
Да ты у меня тогда в золоте ходить
будешь, в бриллиантах купаться.
Я театр для тебя построю.
Варенька, ведь я же люблю тебя.
Люблю, слышишь?
Варь, ты чего? Варь.
Ты чего, плачешь, что ли?
СТУК В ДВЕРЬ
Черт, я убью его.
Слушаю вас.
-Зайков Борис Ефремович?
-Да. В чем дело?
-Я не нашла вас в вашем номере.
Вам телефонограмма из Москвы.
-Наконец-то. Сколько можно ждать?!
-Что?
-Извините, это я не вам.
Варечка, тут такое дело...
Мне нужно срочно в Москву.
Передай Михаилу, чтобы завтра утром
вы с ним возвращались в Ленинград.
Ты меня слышишь?
-Да, я слышу.
-Понятно.
Ты все-таки подумай о том, что я тебе
сказал. Когда я вернусь, мы продолжим
разговор. Но похоже, нам
больше скрываться незачем.
УХОДЯЩИЕ ШАГИ
ТВ: Это эпизод
"Прожектора перестройки"...
-Кругом вода. Впереди
тоже вода. И звезды.
Звезды вот такие. Как яблоки.
-Миша, ты скоро?
-Хочется их сорвать
и в карман положить.
СТУК В ДВЕРЬ
Миша, открой, там кто-то стучит.
-Я занят.
-О-о, кто-то пришел?
-Я открою.
-Так вот... И луна. Огромная луна...
-Здравствуйте! Вам кого?
-Здравствуйте. Миша здесь?
-Минуточку.
Миша! Это к тебе.
-Хозяин твой в Москву улетел.
Приказал утром возвращаться
в Ленинград.
ЖЕНСКИЙ СМЕХ
-Все?
-Все.
-Мишань, кто там?
-Жена.
-В яблоко! Ты шутник.
Миша, ну серьезно, кто там?
-Серьезно - никто.
-За никого?
-За никого.
-Что надо?!
-Шоколада. Оба-на! А чего это
мы плачем? Любимый уехал?
А как у вас все прошло-то?
-Не твое дело. Ты иди,
там тебя твои бабы ждут!
-Это как это - не мое? Ты же моя жена
законная. С подписью и печатью.
-Совсем там допился со своей...
-Она не моя. А ты - моя.
-Ты что делаешь?! Ты что
делаешь?! Руки убери!
Я сейчас милицию вызову.
-Вызывай.
-Хозяин узнает -
ругаться будет. Не боишься?
-Никакой он мне не хозяин.
А ты моя жена.
И я тебя никому не отдам.
-А я думаю: "Вот ведь гад какой.
Ему приказали, а он и рад стараться.
За квартиру продался".
-Ты что, серьезно так подумала?
Что я из-за какой-то квартиры?
-Ну не только.
Я же помню твой рассказ.
Про тот протокол,
как ты оговорил себя.
-Ты думаешь, я бы тюрьмы испугался?
Я же не из-за себя.
-А из-за кого?
-Мать у меня в Ключевске. А у нее,
как и у твоей, сердце слабое.
Два инфаркта уже было.
Если бы она узнала, что я сел...
Я бы потом всю жизнь себе не простил.
-Хороший ты.
Настоящий. А я мучила тебя.
-Угу.
-Я хотела, чтобы ты ревновал.
-Я ревновал.
-Поэтому девчонок притащил?
-Да я чуть с ума не сошел.
Я люблю тебя.
-Я тоже тебя люблю.
-А ты знаешь, что
у тебя рука тяжелая?
-Ну вот, надо быть внимательней.
-Есть! - быть повнимательней.
-Янко, не могу я уйти любя.
Янко, не могу погубить тебя.
Где мне искать пути?
Где мне ответ найти?
Янко, жизнь моя,
Как тебя спасти?
-Значит, покидаете нас,
Борис Ефремович?
Значит, вы теперь в самом ЦК!
Наше вам поздравленьице.
-Да кандидат я только, кандидат.
Еще утверждать будут на пленуме.
Ты мне лучше вот что скажи...
Что-то я так и не понял...
А чего это меня не Мишка встречает?
Опять, что ли, на больничном?
-А я думал, вы знаете. Он же еще
две недели назад заявление подал.
Увольняется Михаил.
-Как это - увольняется?
-О! Здрасте.
-Здравствуй. А ты что здесь делаешь?
Ты вроде у бабушки живешь.
-Так я с бабушкой
вчера в гости приехал.
-Вот как. Ну а дядя Миша дома?
-Нет, он на работу поехал.
Бабушка в магазин пошла.
А мама болеет.
-Болеет? А что с ней?
-Не знаю.
-Варя... Варечка...
Варя... Вы меня слышите?
Это я, Борис.
Я только что прилетел. Представляете,
три недели вопрос решали.
Варя...
-А бабушка сказала...
что маму беспокоить нельзя.
-Это когда маме температуру измеряли?
-Сегодня. Она утром заболела.
Бабушка сказала, что в аптеку зайдет.
-Тут одной аптекой не обойдешься.
СИРЕНА СКОРОЙ
Доктор, что там?
-Приятного мало. Почечная колика.
Но ничего, сейчас сестра сделает
укол, к вечеру будет легче.
Скажите, где тут у вас есть стол,
на котором я могу писать?
-На кухню проходите.
-Надежда Сергеевна, вы лучше это...
за внуком приглядите. А я с доктором
сам обо всем договорюсь. Хорошо?
-Я же думала, у нее обыкновенная
простуда. Поясница болит, жар.
-Я понял, понял.
Все хорошо. Идите.
-Ладно.
-Доктор, скажите,
а отчего это может быть?
-Колика?
-Ну да.
-Возможно, хронический пиелонефрит.
Хотя не похоже. Надо обследоваться.
Я выпишу направление.
А вообще вы ей кто?
-Вы имеете в виду - больной?
-Ну да. Муж?
-Допустим, муж.
-Угу. Обострение может случиться
во время ранней беременности.
-Беременности?!
-Ну да. 2-3 недели. Такое возможно?
-2-3 недели!..
Возможно.
-Угу.
-Домой.
-Ну как она там, Борис Ефремович?
-Что?
-Я говорю, все обошлось?
-Болтаешь много! Что, оглох, что ли?!
Тебе сказали - домой!
-Слушаюсь. Уже едем.
-Послушай, ты мне голову не морочь!
Кто тебе вообще разрешил подписывать
заявление без моего разрешения?!
Да потому что это мой сотрудник!
Он мой! Короче так! Он у тебя
еще работает или уже нет?!
А-а, пока все еще работает!
Так вот, его мне и присылай!
Как только объявится,
так сразу и присылай!
Ну здравствуй, Миша.
-Здравствуйте, Борис Ефремович.
-А чего это ты уволиться решил?
Почему со мной-то не посоветовался?
-Так не было вас.
-А-а.
-Почти месяц.
Все, что вы хотели, я сделал.
-Да, сделал. И даже больше,
чем надо. Ну что, давай поедем.
Прокатишь меня напоследок.
-В обком?
-Нет, в обком я сегодня не поеду.
Давай куда-нибудь за город смотаемся,
погуляем, воздухом свежим подышим.
Давай-давай, поехали,
Мишаня. Поехали.
Ну что, Мишаня, ты делаешь
только то, что я тебе сказал?
Молодец.
Сейчас поворот будет направо,
сверни. Там лесок, озеро - красиво.
Что сидишь-то? Давай,
выходи-выходи. Выходи.
Что ж ты наделал, сволочь?
Это моя женщина. Моя.
Я ее люблю.
Жениться на ней хотел.
Я до этого момента даже...
дыхнуть в ее сторону не мог.
А ты... Ты ведь это
все знал, подонок.
Скажи, что мне теперь
с тобой делать? Ну скажи!
Что ты на меня уставился?
Что уставился?!
Скажи, что это все не так,
что я все придумал,
что у тебя с ней ничего не было!
Скажи! Что ты молчишь?
Посмотрите на него,
он даже ничего не отрицает!
Значит, правда.
Значит, обрюхатил девушку.
-Она моя жена. И я ее люблю.
-Что? Что ты сказал?
Слышь, ты! Ты прав таких
не имеешь! Потому что ты никто!
Ты жижа под моими ногами,
ты пыль на моем ботинке, понял?!
Я дуну - и ты исчезнешь!
И никто тебя не будет искать!
Знаешь, если завтра сотни тысяч
таких, как ты, исчезнут, сдохнут -
ничего не случится! Знаешь,
тварь, почему?! Потому что ты и тебе
подобные - их по факту
рождения не существует. Понял?
Вам позволено жить только для того,
чтобы баранку крутить, на заводе
работать, в поле, в армии служить!
Вообще - понимаешь? Вообще служить!
Даже если вы подохнете, никто
не заметит. Понял? Самостоятельный
он стал! Любит он, видите ли!
Да тебе любить позволено
только того, кого положено.
Понял, дерьма кусок?!
Ты знаешь, что в этом конверте?
Бумажки. Да, те бумаги, которые
я тебе обещал вернуть. Так вот,
хрена с два ты их получишь!
Выбирай, Мишаня: либо сейчас мы
с тобой едем в прокуратуру, и ты...
по полной программе
отправляешься в зону...
либо сейчас и здесь я тебя
пристрелю, как собаку бешеную.
Выбирай, говорю!
-Меня убьешь - сам сядешь.
-Ты за меня, Мишань, не беспокойся.
Ты где видел, сука, чтобы такие,
как я, сидели?
Ох и наивняк ты, Миша!..
Ну иди сюда.
-Ну все, Борис Ефремович, в расчете.
-Ну-ка, стой! Стой, сволочь! Стой!
-Ничего, назад на автобусе
доберешься или на электричке.
Ты же всегда мечтал быть поближе
к народу - вот и познакомишься.
КРИЧИТ
Как ты себя чувствуешь?
-Да прошло уже все.
-Это правда, что мне Зайков сказал?
-Что?
-Что у нас с тобой ребенок будет.
-Я не знаю.
Ну...
Да, доктор сказал,
что такое возможно.
Но это еще не точно. То есть нужно
сходить в женскую консультацию
и там все проверить.
Миша, я посчитала уже все...
Да, скорее всего. Да.
-Счастье ты мое...
-Кхм-кхм.
Бабушка зовет всех пить чай.
-Очень кстати. Кстати, Славка...
-Что?
-А ты кого больше хочешь -
сестричку или братишку?
-Миша...
-Больше всего хотелось бы собаку.
-Ну что ж, теперь, когда мы переедем
во Владивосток, надо будет
еще и собаку заводить.
-Придется.
-Конечно.
-Угу.
-Ладно.
-Здорово, Николай Николаевич!
-Мишань, стой.
-Что?
-К тебе тут пришли.
-Кто?
-Ванин Михаил Георгиевич?
-Да.
-Пройдемте с нами.
-Куда?
-К вашей служебной машине.
-Ванин Михаил Георгиевич?
-Да.
-Скажите, Ванин, вы вчера
ставили этот автомобиль в бокс?
-Ну я.
-Кроме вас в машине быть кто-нибудь?
-Один я был.
-В машине были какие-нибудь
запрещенные предметы:
оружие, наркотики, валюта?
-Когда ставил, не было.
-Валерия Петровна!
-Да.
-Кажется, тут что-то есть.
-Спокойно.
-Пантелеев, багажник снимай.
Доставай и клади на капот.
Понятые, ближе подойдите!
При обыске служебного автомобиля
"Волга" был найден целлофановый
пакет. При вскрытии пакета в его
содержимом оказались денежные
средства в долларах США. Точная сумма
будет установлена экспертами позже.
-Пакет не мой, мне его подкинули.
-Неоригинально, Ванин.
Все так говорят.
До выяснения обстоятельств
вы задержаны.
-Ну что, давай руки.
-Что?
-Говорю, руки подними.
-Везучая ты у меня, доченька,
вот что я тебе скажу.
-Что?
Мам... ну ты-то... понимаешь?
Ты же понимаешь,
Миша не мог этого сделать.
Мама, его же подставили!
Его же Зайков подставил!
-Да я-то понимаю.
-Нет, я должна с ним поговорить.
-С кем, Варюша?
-С Зайковым, мама.
Я должна поговорить с Зайковым.
-Ты не сердись, Варя, но я думаю,
это бесполезно.
-Бесполезно? Бесполезно?
А что мне делать, мама?
Сидеть и ждать, пока его посадят?
-Варя, доченька моя любимая...
Господи!
Родная ты моя доченька...
ПО СЕЛЕКТОРУ: Борис Ефремович!
-Да, Артем?
-К вам тут пришли.
-Кто?
-Варвара Игоревна Утешева.
-Минутку.
Пригласи, пожалуйста.
Варвара Игоревна! Ну что же
вы стоите? Прошу, пожалуйста,
проходите, присаживайтесь.
Пожалуйста, проходите.
Итак, я весь внимание. Что у вас?
-Борис Ефремович, я...
-Что?
-Я пришла поговорить с вами
о своем муже, о вашем бывшем шофере.
-Да-да. Знаете, это
уму непостижимо! Я просто сам
в недоумении. Не понимаю.
Ну правда не понимаю!
Вроде неплохо зарабатывал,
квартиру новую получил,
жена молодая... Правда не понимаю:
зачем ему нужны были эти махинации
с валютой?
-Борис Ефремович, перестаньте.
-Извините, что я должен перестать?
-Вы должны ему помочь. Я вас прошу,
пожалуйста!
-Помочь Михаилу?
Вы знаете, Варвара Игоревна,
я бы с удовольствием, но как?
Им занимаются правоохранительные
органы, органы госбезопасности.
И, если у вас есть что сообщить
следствию, это не ко мне.
Вы же знаете, я просто курировал
культуру, а сейчас меня переводят.
Поверьте, я искренне сочувствую вам,
но вы явно пришли не по адресу.
-Хотите, я на колени встану?
-Умоляю, не надо, пожалуйста!
Прошу вас, встаньте. Ну что вы,
ей-богу? Оставьте для театра
все эти ваши страсти
и всякое такое.
Если у вас ко мне все... Я не хочу
показаться невежливым, но, правда,
очень мало времени.
Давайте я вас провожу.
Прошу. Ну, вы очень
не расстраивайтесь,
может, все еще обойдется.
Артем, водички принеси. Давай живей!
Разочаровала ты меня. Очень
разочаровала. Ты не поняла:
у тебя был шанс. А теперь он будет
сидеть, а ты - рожать вашего
ублюдка одна!!
Спасибо, Артем.
Проводи Варвару Игоревну.
Всего хорошего. А, да, меня
ни для кого нет. Сдаю дела,
работать надо.
-Слушаюсь.
Варвара Игоревна, прошу.
-Приветствую! Это Зайков.
Ну что, как там наш подопечный?
В изоляторе сидит? Хорошо сидит?
Да хотелось, чтобы ему
не очень хорошо сиделось-то.
Организуешь? Ну-ну.
Тогда давай, до связи.
-Есть у нас один моряк.
Он скитался в тех морях,
Где не плавал ни Колумб, ни Беринг.
-Шел он в Арктике на дно
И тонул на юге, но
Выходил всегда сухим на берег.
-Он проплавал много лет,
Видел Старый, Новый свет,
Не боялся шторма он и шквала.
-Что ему девятый вал,
Что ему десятый балл?
ХОРОМ: Он и в бурю напевал, бывало...
-Утешева, сиди пока. Сейчас эти
закончат, потом ты будешь.
ХОРОМ: Дили-дили-дили-дили-дили,
Дили-дили-дили-дили-дон.
Мы ли Филиппинами не плыли
в Бостон?
Дили-дили-дили-дили-дили,
Дили-дили-дили-дили-дон.
Мы ли в шторм и штили не ходили
в Сиам?
Вот что должен знать матрос:
Майна, вира, стоп и SOS!
Кто не знает, кто не понимает -
амба!
-Чем обязан, Варвара Игоревна?
Что вас заставило ко мне обратиться?
-Чтобы долго не рассусоливать,
я могу сдать вам Зайкова.
-Кого, простите?
-Зайкова. Бориса Ефремовича.
Знаете такого?
Мне он говорил, что из-за него
у вас были большие неприятности.
-Извините, Варвара Игоревна, а что вы
имеете в виду под словом "сдать"?
Вам-то это зачем?
-Это мое дело.
Не удастся мужа вытащить -
хотя бы он пусть сядет.
-Слышь, Серега? Может,
все-таки доложимся шефу?
-Не стоит. Он сам на этого
Зайкова такой зуб отрастил!
Устроим ему подарок.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Привет.
Ну что ты стоишь, Борь? Проходи.
-Надо же, какие перемены!
Недавно слова от тебя лишнего
добиться не мог, а тут вдруг
сразу на "ты".
-Да надоело все.
Давай, раздевайся.
Выпьем, закусим, поговорим.
Давай-ка мы с тобой, Боря,
выпьем на брудершафт.
Ты же хотел на брудершафт, помнится.
-Вот дает мать! А с этим французиком
все кочевряжилась чего-то.
-Ну что ты не пьешь?
Пей, Боря, брось, расслабься.
Что ты напряженный такой?
-Ты меня только за этим сюда позвала,
чтобы на брудершафт со мной выпить?
-И за этим тоже.
-А еще зачем?
-Куда ты торопишься? Узнаешь еще.
У нас с тобой весь вечер впереди,
ночь вся. Ты же не спешишь?
-Нет, но все же.
Чего ты хочешь?
-Я, Боря... много чего хочу.
Съешь яблочко.
Я, например, хочу,
чтобы ты Мишку выпустил.
Ну жалко же его, дурачка.
Не виноват он ни в чем.
Я его сама в постель затащила.
Он, кстати, сопротивлялся,
а я настояла. От тоски, наверное.
Я ж не знала, что я залечу.
Да и... Борь, срок маленький,
сделаю аборт - делов-то!
А Мишка сядет. Ты ему валюту
подкинул, ты его подставил,
а совесть мучает меня.
Ну из-за меня же все?
-Ну хорошо.
Про Мишку я все понял. А что еще?
-Замуж хочу.
За тебя.
Не передумал еще?
-Вот так, да?
-А что?
Ну а что, Боря?
Ну давай начистоту.
Я тебя, Боря, не люблю...
а жить с тобой буду.
Если позовешь.
Ну сходила я к тебе в обком,
ну побеседовали мы...
А потом я домой вернулась
и долго-долго думала: действительно,
ты уедешь, Мишка сядет, а я
одна останусь. А дальше что?
Жить ради сына? Ради театра
этого убогого? В котором меня,
кстати, сожрут в два счета, как
только ты уедешь, не подавятся.
Не могу, устала.
Очень я устала...
за последнее время.
А я не хочу так больше.
Понимаешь, не хочу. Не хочу жить
ради кого-то - хочу ради себя.
Не хочу в очередях этих стоять,
не хочу за продуктами носиться,
не хочу спекулянтам деньги за шмотки
переплачивать - надоело! Понимаешь?
Налей-ка мне еще вина.
-Вот это актриса!
-За тебя.
Ну что? Замуж-то меня возьмешь?
Или передумал?
-Возьму.
-Тихо-тихо, Боря!
Подожди.
-Чего ждать?
-Я знать хочу - всерьез ты это
или так. Ты сейчас со мной
помилуешься, а завтра уедешь -
и привет! А я хочу в Москву
с тобой уехать. Увезешь
меня в Москву?
-Отвезу.
-А про Таллин?
-Что?
-Про Таллин правду говорил?
-Что?
-Что тебя самым главным
могут сделать?
-Скорее всего. Обещали.
-Как же так? А Горбачева же куда?
-Черт знает куда! Снимут и в тюрьму,
топор дадут - и куда-нибудь в Сибирь,
лес валить.
-Так уж и лес валить?
-Ты это слышал?
-Да какая разница, куда его зашлют!
-Неужели это возможно?
Неужели твои друзья тебя
самым главным поставят?
-Поставят. Варенька,
как же не поставить?
-Бокал разбила.
-Черт с ним.
Да у меня и золото есть.
-Ты сумасшедший.
-Да. Да, я сумасшедший!
Сюда иди!
-Любви все возрасты покорны.
-Нет!
-Это что такое?
Это что такое там?! Я тебя спрашиваю!
-Быстро все вниз!
-Ах ты, дрянь!
-Зараза! Твою мать!
Быстрее!
-Осторожнее!
-Куда прешь?!
Охренели, что ли?
-Ненавижу! Ненавижу!
-Убрал руки! Убрал, сказал!
-Все, тихо-тихо.
Тихо... Все позади. Все, все.
ЗАЙКОВ: Убью ее, убью!
Пустите меня!
-Все. Ну, все уже хорошо.
Все уже хорошо.
-Ты что, майор, мать твою туда
налево, совсем уже мышей не ловишь?!
Ты что там устроил? Я тебя спрашиваю!
Почему в обход, без моего разрешения?
-Товарищ генерал...
-Молчать!!!
А ты знаешь, что из-за тебя и твоего
дружка Сипченко мне сегодня
по вертушке сам
Владимир Александрович звонил?
Ты еще помнишь, кто такой
Владимир Александрович?
-Я помню.
-Так вот, он меня лично полчаса
мордой по столу возил, а я стоял
и слушал, как пацан, который
в штаны перед мамкой наделал!
Как же, устроил провокацию кандидату
в члены ЦК из-за такого пустяка!
Решил дискредитировать его доброе
имя!
-Извините, товарищ генерал,
это не пустяки.
На сделанных нами записях...
-Нет никаких записей и никогда
не было!! Ты меня понял?
И заруби себе знаешь где?
Где хочешь, там и заруби!
Мужик бабу оприходовать хотел и все!
А в такой ситуации можно пообещать
чего хочешь, хоть золотой дворец
пообещать или рассказать ей, что ты
король Бенилюкса. Ты что, майор,
действительно не понимаешь,
какие люди здесь замешаны?
Иди с глаз моих.
Иди.
-ЗдорОво, дядь Миш!
-ЗдорОво, Славик.
ДЕВОЧКА КАШЛЯЕТ
Ну, а ты чего кашляешь? Замерзла?
-Не замерзла.
-Ну что стоим? Пошли домой.
-Пойдем домой.
 

 

 

 

////////////////////////////