Месье Спейд (1 сезон, 2024 год). Все цитаты и фразы из сериала

Monsieur Spade

Франция, 1955 год. Выполняя очередное задание, частный детектив Сэм Спейд привозит из США в маленький городок Бозуль 7-летнюю Терезу, чтобы передать её отцу — шантажисту и специалисту по разного рода криминальным делам Филиппу Сен-Андре. Однако найти Филиппа в условленном месте встречи не удаётся, и Спейд вынужден отдать девочку в местный женский монастырь, а сам решает осесть в Бозуле. Спустя 8 лет Филипп объявляется в городке и пытается наладить контакт с дочерью, поскольку имеет к ней меркантильный интерес. Со Спейдом же у него свои счёты.

Все фразы и цитаты

Серия 1

ПО МОТИВАМ РОМАНА ДЭШИЛЛА ХЭММЕТА
МСЬЕ СПЕЙД
Эй?
Есть кто дома?
Филипп Сент-Андре. Он дома?
Вы говорите по-английски? Парле англе?
Меня зовут Сэмюэл Спейд.
Я приехал по просьбе
Бриджид О'Шонесси,
покойной жены
Филиппа Сент-Андре.
Она просила привезти сюда их дочь
Терезу.
Не будете ли вы столь любезны
передать Филиппу, что...
Вот это я понимаю,
теплый прием, мадам.
Филипп.
Где он?
И это Одри вас еще тепло встретила.
Но она сказала правду.
Филипп вроде не был женат.
И, если честно, не представляю,
кто бы за него пошел.
Вы знали Бриджид?
К несчастью, я знавал многих Бриджид.
Она щедро заплатила мне,
чтобы я передал девочку ее отцу.
А она была не из тех,
кто легко расставался с деньгами.
Так вы не знаете,
где сейчас этот Филипп Сент-Андре?
Никто не знает. Филипп у нас скиталец.
Сегодня он здесь, завтра он там.
И не понимаю, почему вам велели
доставить девочку сюда.
Я лишь знаю, что мне прислали билет
на самолет до Стамбула
первым классом,
чтобы я забрал девочку,
и еще два билета, уже второго класса,
до Марселя.
А затем вы приехали в нашу деревушку,
чтобы постучать в дверь
и отдать девочку любому, кто откроет?
Мне сказали, что откроет ее отец.
И вас не волновало, как ее тут примут?
Мне платят не за то,
чтоб я волновался.
Вас с мисс О'Шонесси связывали
сугубо деловые отношения?
Она выбрала меня не случайно,
если вы об этом.
- Мы были знакомы.
- Ясно.
И под этим вы имеете в виду,
что вы с ней были знакомы...
...близко?
- Достаточно, чтобы она мне доверяла.
Возможно,
вы были любовниками?
- Господи, эти французы...
- Значит, да?
- Недолго.
- И кончилось все плохо.
- Как и всегда.
Разбитое сердце...
Один живет дальше,
второй становится озлобленным.
- У нас не так далеко все зашло.
- Почему?
Я сдал ее полиции.
Так значит,
Бриджид О'Шонесси доверяла вам,
потому что из-за вас ее посадили?
Потому что я помог ей
выйти на свободу.
Помогли выйти? Как?
Я знал, с кем поговорить.
Весьма ценный навык.
И почему же вы решили ее освободить?
Она отсидела два года из 20,
когда узнала, что больна и умирает.
Или она так думала.
Оказалось, даже ее тело умеет врать.
Она вышла по УДО
и жила бы долго и счастливо,
если бы не погибла при крушении поезда
в Стамбуле пару месяцев назад.
Ирония - моя любимая форма правосудия.
А сколько времени она вам экономит.
Позвольте спросить,
чем она занималась в Стамбуле?
Антиквариатом.
После ее освобождения вы продолжили
с того, на чем остановились?
Я успел всего лишь отвезти ее
на машине из тюрьмы в мотель.
Затем она нарушила закон
и сбежала в Европу.
И вам не казалось,
что время будто замерло?
Что, несмотря на всю боль
и разочарование,
ту искру в вашем сердце
еще можно разжечь.
Должен признать, шеф,
странные вас интересуют вопросы.
Я полицейский.
Меня интересует вообще все,
особенно
вооруженные и подозрительные мужчины.
Или скажете, что у вас в кармане
не пистолет, а леденец?
Я просто ищу ее отца.
А я-то думал,
что вы внимательный человек.
Я и сам не знаю, какой я человек.
Но я держу свое слово.
Особенно если мне за это платят.
Мой вам совет.
Отвезите девочку обратно в Штаты.
Если Филипп Сент-Андре
и впрямь ее отец,
пусть лучше будет сиротой.
И все-таки я должен его найти.
И все-таки я вам советую -
настоятельно -
поискать в другом месте.
Кто это был?
Сэмюэл Спейд.
Что еще за Сэмюэл Спейд?
Американец.
Сэмюэл Спейд.
Что за тупое имя?
Как ее зовут?
- У нее есть имя?
- Бетти Берта.
Мама ее сделала.
Дождь собирается.
Судя по звукам - тоже.
Доешь в машине.
Придется пока постоять тут.
Укладывайся спать, что ли.
Простите, я не говорю по-французски.
- Американец?
- С рождения.
Полагаю, вы не умеете чинить машины?
Я всегда думала,
что их просто выбрасывают.
Привет, зайка.
Отвезти вас с дочерью
обратно в деревню?
Она не моя дочь.
Отвезите нас
куда угодно, кроме деревни.
Понимаю. Прошу.
А Карл пересядет назад.
Не хочу его стеснять.
Впервые в роллс-ройсе?
Впервые в машине, пахнущей розами.
Я работала в саду.
Никогда этого не понимал.
Тут самое главное - полив.
Где вы были раньше.
У вас прекрасный английский.
У меня был хороший учитель.
Это мне тоже не дано.
- Учить?
- Учиться.
Просто найдите того,
кого захочется слушать.
Я весь внимание.
Доброе утро, мсье Спейд.
Мадам Уше.
Мы приходим сюда
ради них или ради нас самих?
Хороший вопрос.
Мсье Спейд.
Филипп Сент-Андре вернулся.
Вы его видели?
Это ни к чему,
я и так поняла, что он здесь.
И врач говорит:
"Мужайтесь, я скоро закончу".
А пациент ему: "Вы могли бы
хоть кольцо сначала снять".
А врач отвечает: "Кольцо?
А, нет. Это мои часы".
Все так же смешно.
Боже мой.
Что?
Кажется, я только что нашел
Сент-Экзюпери.
А что насчет моего достоинства?
Его вы не нашли?
Я лишь врач, а не чудотворец.
Лучшая простата, что я сегодня видел.
А остальные части меня?
Поговорим в кабинете.
Видите вот это?
У вас ранняя стадия эмфиземы.
То есть?
Вам надо бросить курить.
Забудьте все, что вы читали,
забудьте рекламные ролики
с красивыми девушками.
Сигареты очень вредны.
- Я умираю?
- Нет.
Но вы себя убиваете.
И сколько мне осталось?
Зависит от вас.
Бросите - проживете еще лет 30.
Не бросите - проживете еще лет 30,
но с кислородной маской.
В остальном у вас все отлично.
Эмфизема...
Такое себе...
Добрый день. Как дела?
Что нового?
Наш сын Эрик съезжает от нас.
Давно пора.
Поедет в Париж - к своей девушке.
Можете что-нибудь на нее накопать?
- Бонжур.
- Бонжур.
Чем могу помочь, мсье?
- Вы тут новенькая.
- Да. Я сестра Анжелик.
Меня зовут Сэм Спейд.
Похоже, моя репутация меня опережает.
Тереза о вас говорила.
Тереза? Обо мне?
Мерси.
Бонжур, мсье Спейд!
Прекрасная работа.
Мистер Спейд?
Как же я рада вас видеть, маэстро.
Как и всегда. Прошу, садитесь.
Сигарету?
Вы не против, если я закурю?
Нет, если будете выдыхать дым в меня.
Ваши колокола отстают.
На моих 10:24.
Уже больше 300 лет сестры поднимались
на колокольню и сами в них звонили.
А в том месяце приехал какой-то торгаш
и убедил меня поставить там механизм.
Его установили в ту пятницу.
И с тех пор колокола звонят,
когда заблагорассудится.
Может, оно и к лучшему -
не знать, сколько сейчас времени.
Только если вы не пасете детей
с утра до ночи.
Как они, кстати?
Слава богу, все здоровы и счастливы.
Хотя...
Некоторые предпочитают уединение.
В уединении масса плюсов.
Бог любит ее и оберегает.
За Его тяжкий труд. И за ваш.
Мы, как всегда, весьма признательны,
мистер Спейд.
Давным-давно мне сказали,
что деньги и признательность
не всегда идут рука об руку.
Этот кто-то был циник, без сомнения.
Тогда я только с такими и общался.
Кстати о прошлом:
ее отец возвращается в Бозуль.
Да что вы?
Я полагала, он умер.
Но мертвые не пишут писем.
А он написал уже несколько.
И его мать подтвердила,
что это почерк Филиппа.
Вы говорили с мадам Сент-Андре?
Одри наконец-то прониклась к внучке
теплыми чувствами.
Раз в неделю она приносит ей одежду,
которую сама и вяжет.
А вы не думали,
что стоит рассказать мне об этом?
Вот я и рассказала.
И теперь вы в курсе,
что скоро он вернется домой.
Одри могла написать те письма сама.
- С какой целью?
- Девочка богата.
Конечно. Но разве что духовно.
У нас все-таки не отель "Георг Пятый".
Она унаследовала счет с кучей денег,
добытых нечестным путем.
И они достанутся Терезе,
когда ей исполнится 18.
Уверен, Филипп об этом знал,
эти деньги покинули своих владельцев
не без его участия.
Филипп Сент-Андре - вор?
Вот так новость.
Он украл эти деньги
с помощью мамы Терезы,
а она хорошо знала Филиппа,
потому и положила их на имя Терезы,
а не на его.
А какая у вас роль в этой истории,
мистер Спейд?
Я лишь наблюдатель.
Филипп всегда отрицал, что отец он,
и до совсем недавнего времени его мать
также не хотела ничего знать о внучке.
Но за пару лет до того,
как Терезе исполнится 18,
он стал писать письма,
а она - вязать свитеры?
Война изменила многих людей.
Но мало кого - к лучшему.
Бабуля Одри явно что-то задумала.
Я всегда надеялась,
что со временем
Тереза перестанет на вас злиться.
Я отправил ее мать за решетку,
а ее отца - в Алжир на смерть.
Времени уйдет немало.
Но она знает, что вы о ней заботитесь.
Держать слово -
не то же, что заботиться.
Я обещал,
что привезу девочку в Бозуль.
Да, но, как сказано
в священном Писании,
"тот, кто дает обещание,
становится должником".
Это Ветхий Завет или Новый?
Это Талмуд.
А вы тоже полны сюрпризов.
Мне так нравится с вами беседовать,
дорогой мой мистер Спейд.
Что вы делаете? Я починил посудомойку.
Да, но руками получается лучше.
- Свежие овощи?
- Решил заняться здоровьем.
Что вам приготовить?
Я и сам могу.
Я знаю нашу кухню лучше, чем вы.
Да? С чего вы взяли,
что я хочу что-то французское?
Мы же во Франции.
Но это не значит,
что я должен есть как француз.
Даже у ворон вкус и то лучше вашего.
Вы не могли бы запирать двери?
Мы никогда не запирали двери.
Запертые двери приглашают в дом беду.
Эта беда явится и без приглашения.
Вы про возвращение Филиппа Сент-Андре?
Вы, кажется, совсем не переживаете.
Вам не кажется. Ничуть.
В конце концов,
он не моей смерти жаждет.
Не хотите заработать немного
сверх того, что вам уже заплатили?
Что именно нужно сделать?
То, что вы и так собирались.
- Поговорить с Филиппом Сент-Андре.
- Просто поговорить?
Он меня шантажирует.
Чем именно? Вы убили мужа?
Простите.
Мой муж был нацистом.
Он был немцем?
Хуже. Он был французом.
Коллаборационистом.
А Филипп грозится рассказать властям?
И не только им.
- Газетчикам, международной прессе...
- Какое им дело?
Уверен, партизаны тогда убили
немало коллаборационистов.
- И их детей.
- Это было десять лет назад.
Что изменилось?
Алжир.
Мы все были согласны,
что остановить Гитлера
надо было любой ценой.
Но насчет нашего недавнего конфликта
мнения разнятся.
А еще хуже, что обе его стороны
заперты в этой ужасной ловушке,
вынуждены совершать разные зверства.
Я росла с мыслью,
что, когда мы с семьей
едем отдыхать в Оран,
это, считай, еще один регион Франции.
А что вы думаете об этом сейчас?
Важно то, какие мысли
мне приписывают другие.
И уже не важно, что Жака наказали
за предательство родного города,
за то, что он помогал убивать
своих старых друзей,
потому что хотел
спать в своей кровати,
продолжать делать вино
и ездить на своей бордовой машине.
Теперь, после войны, если ты француз,
важно лишь, чтобы мы сами их наказали.
"Мы"?
То есть Филипп шантажирует
не только вас?
Речь только обо мне.
Я не хочу больше никого вмешивать.
Жителям Бозуля
и без того хватило унижений.
Но, если Филипп сделает то,
что грозится, все начнется заново.
Их не тюрьма страшит.
Они не хотят,
чтобы их запомнили преступниками.
Особенно их дети.
Я хотел бы вам помочь,
но я еще не отработал прошлый гонорар.
Надо решить, как быть с ней.
Вы человек слова. Понимаю.
Скорее человек с кучей долгов.
По правде говоря,
чем быстрее я ее припаркую,
тем скорее смогу ехать дальше.
У меня есть идея.
Но нужна пара дней,
чтобы все устроить.
Может, я вам заплачу,
чтобы вы подумали,
как поступить в моей ситуации?
Только никаких убийств.
О, есть масса способов
избавиться от мужчины.
Особенно когда идет война.
Интересно.
Ваш местный констебль ясно дал понять,
что он мне тут совсем не рад.
Поживете у меня.
В каретнике.
День добрый.
Меня зовут Джордж Фитцсиммонс, сэр.
Чем могу помочь, мистер Фитцсиммонс?
Мадам Лаварон дома?
Нет, боюсь, что нет.
Вы не знаете, когда она вернется?
- Когда солнце остынет.
- Что, простите?
Она больше не с нами.
Ясно.
Дом не продается.
Хорошо. А я и не собирался покупать.
Мне такая красота не по карману.
Значит, не мне одному.
Так зачем вам моя жена?
Жена?
О боже... Я такой идиот.
Соболезную. Мне так жаль.
- Я не знал, что она вышла замуж.
- Вы ее знали?
Да. Но это было давно.
Сразу после войны.
Я тогда был еще ребенком.
Видите ли, отец был художником.
Пейзажистом.
Синджен Фитцсиммонс.
В общем, мадам Лаварон разрешала ему
тут писать.
Ну, овраги... Виноградники и коров.
А, да.
В библиотеке висит какая-то картина.
Да! Это подарок от отца -
в знак благодарности.
Мы даже три месяца прожили
в ее каретнике.
А когда пришла пора уезжать,
я был безутешен. Рыдал навзрыд.
Мне тут так нравилось.
И, по правде говоря,
я даже вроде как неровно к ней дышал.
Неудивительно.
- Мне вот интересно, мистер...
- Спейд.
Габриэль Спейд. Надо же.
Что вам интересно, мистер Фитцсиммонс?
Да я... Ну, я тоже стал художником...
И хотите тут писать?
Если вас не слишком обременит,
что я тут буду иногда околачиваться.
Ничуть. Околачивайтесь сколько угодно.
Главное, тихо, и чтоб я вас не видел.
Считайте меня
еще одной коровой на лугу.
Мы продали коров после того,
как каретник сгорел дотла.
Ты всегда любила бродяжек.
К другим новостям.
Президент Кеннеди
выступил с заявлением:
через десять лет
Америка пошлет человека на Луну,
и он вернется целым и невредимым.
- Человек на Луне.
...начали строить
новый космический корабль.
И на кой это надо?
Возможно,
вам стоит купить новый ковер.
Красный, например.
Доброе утро.
А, Элена...
Попросите, пожалуйста, Анри
зайти ко мне.
Доброе утро, мистер Спейд.
Джордж.
Что такое, Жан-Пьер?
Ты вчера ночью заблудился?
Или забыл, что тебе нельзя заходить
на мой участок?
- "Твой" участок...
- Господи, ты что, всю ночь тут сидел?
Ты о чем? Меня тут вчера не было.
- А кто был?
- Мне откуда знать? Меня тут не было.
Филипп Сент-Андре.
Ты одолжил ему мотоцикл?
Иногда он берет его без спроса.
Он все же мой старый друг.
С такими друзьями и друзей не надо.
Жан-Пьер.
Поверь мне на слово,
ты не хочешь этого делать.
Мы все слышали эти байки
о том, каким крутым ты был.
- А я вот не слышал.
- Скажи мне.
Это все правда?
Или ты просто красуешься
перед моей женой?
Эй, стой.
У меня к тебе деловое предложение.
- Не смей смеяться.
- Тогда не неси ерунды.
Я серьезно. Выкупи мою половину клуба.
В смысле половину Маргерит?
Ты с ней об этом говорил?
Ей незачем знать.
Смысл в словах пьяниц
видят только пьяницы.
Заплати, и я исчезну.
И весь клуб, и моя жена
будут только твоими.
С чего ты взял, что мне нужна Маргерит
или что я нужен ей?
Просто подумай.
Передай своему другу Филиппу,
если он хочет поговорить,
то пусть приходит днем,
как любой нормальный гость.
- Здравствуйте, мистер Спейд.
- Миссис Девро.
Будете?
Немного рановато, не находите?
Или поздновато. Смотря как посмотреть.
Тут вчера было так шумно, я уж думал,
у меня в гостиной вечеринка.
- Неужели?
- Или это просто вы с Жан-Пьером
швырялись друг в друга бутылками?
Он попал?
Или это я в него попала.
Я могу о себе позаботиться.
Он сегодня приехал ко мне
на мотоцикле.
Прошу, давайте не будем о Жан-Пьере.
Зря вы вчера не пришли.
Был аншлаг, бурные овации.
А вы не ошиблись?
Я же говорю, вчера был аншлаг.
Ваш муж и так думает,
что я украл этот клуб.
Жан-Пьер думает,
что вы не только клуб украли.
Если бы он только знал...
Но этот клуб не его. Этот клуб - мой.
Наш.
Он поэтому так бесится?
Жан-Пьеру много не надо.
Вы здоровы?
Конечно. Здоров как бык.
Я на днях шла вечером мимо кладбища
и увидела вас там.
Вечером там лучше всего.
Надо думать,
раз вы туда ходите каждый вечер.
А вы так часто ходите мимо кладбища?
Присматриваю участок.
Два года прошло, Сэм.
Я уже давно перестал смотреть
на календари и в зеркало.
- Как обычно?
- Мерси.
- Здравствуй, Сэмюэл.
- Патрис.
Мне, будьте добры, яйцо всмятку
и два кусочка подсушенного хлеба.
- Вам нездоровится?
- Только от вашей еды.
- Слежу за весом.
- И что он делает?
Ты бы пока не лез к мсье Жан-Пьеру
и мадам Маргерит Девро.
- Вчера опять устроили гранд-скандал.
- Знаю, я с ней говорил.
Хоть бы они уже поубивали друг друга.
Хоть отдохнем от них.
Жан-Пьер сам не свой
с тех пор, как его демобилизовали.
Война пришла в наш дом.
Рано или поздно так всегда случается.
Сейчас, с этим алжирским фиаско,
все по-другому.
Хотя, по сравнению с прочими,
Жан-Пьер - просто душка.
Или ты еще не слышал новости?
У нас построят кегельбан?
Филипп Сент-Андре,
судя по всему, вернулся.
Мне нужно переживать из-за вас с ним?
Подайте. И вам воздастся.
Проваливай. Исчезни.
Зря ты с ним так, Патрис.
Гореть тебе в аду.
Я голлист.
Для многих я и так исчадье ада.
Ты не ответил.
А о чем переживать?
Я упомянул двух желающих тебе смерти,
а завтрак еще не принесли.
Да, но только один из этих двоих -
социопат.
Хватит и одного.
Я еще тогда тебе говорил,
что твое решение - плохое.
Да. Но меня нанял не ты.
А Габриэль.
Спустя почти год после покушения
в Пти-Кламар в августе 62-го
на генерала де Голля снова напали
бывшие члены ОАС.
Сторонники
колониальной администрации...
Привет, Басем. Все хорошо?
Будет, если заставите дождь пойти.
Постараюсь устроить.
Вы просили моего внука зайти.
Привет, Анри. Пойдем прогуляемся.
Ну и как тебе военная жизнь?
Ну, подготовка тяжелая -
психологически и физически.
Но сложнее всего у меня с дисциплиной.
- Мне тяжело исполнять приказы.
- Прекрасно понимаю.
Вы служили в армии, мистер Спейд?
Нет, отказался
по принципиальным соображениям.
Вы считаете,
что нельзя убивать других?
О, я считаю,
многие заслуживают смерти.
И что многие войны стоит вести.
Но предпочитаю сам решать какие.
Возможно, ты слышал...
Филипп Сент-Андре
снова объявился в городе.
Чем могу помочь?
Ты так и встречаешься
с той рыженькой девочкой?
Вы о какой именно?
Я только с рыженькими и встречаюсь.
Я о той, которую ты приводил на ужин.
Она еще работает
у генерального секретаря.
Я хочу, чтобы ты взглянул
на дело Филиппа.
Выяснил, чем он занимался в Алжире.
И после него - тоже.
Но я не хочу подставлять ни тебя,
ни твою рыжулю.
Твоя бабушка меня убьет.
Ну, она всегда говорила,
что этот Сент-Андре опасен.
Что он жесток и неуправляем.
Да, этого у него не отнять.
И еще что он шантажировал вашу жену
до того, как вы поженились.
У Габриэль были сложные отношения
с Филиппом, да.
И вы послали его на войну?
Скорее убедил его, что, отправившись
на войну, он проживет дольше.
Постараюсь вам помочь.
Не лезь к Терезе.
Неужели отец года объявился?
Я тебя предупредил, Спейд.
Она не хочет тебя видеть.
Слышал, твоя мама увлеклась вязанием.
Ты и половины всей ситуации не знаешь.
Я бы пригласил тебя в гости поболтать,
но, полагаю,
ты опять во что-то по уши вляпался.
Это не твое собачье дело.
Филипп?
Вчера я сказал тебе,
что Филипп вернулся.
Спросил, надо ли мне беспокоиться.
- И вот я тебе говорю: да.
- Нет.
Ты мне говоришь,
что вчера
тебе позвонил Филипп Сент-Андре,
что, конечно, вызывает беспокойство,
но не скажу, что сильное.
А потом, во время разговора,
ты услышал выстрел.
Кто стрелял?
В кого стреляли?
Без понятия.
Филипп был в комнате, где стреляли.
Либо он сам, либо в него.
И я надеялся, что ты,
легендарная чистокровная ищейка,
сразу вскочишь с места
и начнешь вынюхивать его следы.
Если опустить это сравнение с собакой,
я и впрямь считаю себя экспертом
во всем, что связано
с Филиппом Сент-Андре.
И как эксперт тебе говорю,
его никто не сможет найти,
если он сам того не пожелает.
То есть ты эксперт по ожиданию.
Ставишь под сомнение
мой профессионализм?
Только твою смелость.
В моей смелости никто не сомневается.
Мое тело покрыто шрамами.
В отличие от некоторых.
Намек на мое военное прошлое?
Чтобы у тебя было военное прошлое,
нужно было воевать.
Мы же договорились
не говорить о войне на трезвую голову.
У меня похмелье. Это считается?
Скажи мне, Патрис,
тебя совесть не заест,
если он кого-то убил?
Зависит от того, кого убил.
Ладно.
Отправлю лучшего из своих на поиски.
Лучшего из своих?
- Ты про своего брата-полудурка?
- Да тебе не угодить.
Морис - прекрасный детектив.
Морис и воду не нашел бы,
даже если бы выпал из лодки.
- Не вынуждай меня это говорить.
- Что?
Что мы столько вместе пережили?
- Что за тобой должок.
- И я отдал свой долг, разве нет?
Ты живешь здесь по моей милости.
Вот черт.
Морис.
- Побудешь тут пару часов за главного?
- А ты куда?
На военную базу. В Лионе.
- Мадам Сент-Андре. Доброе утро.
- Что вам нужно?
Пришел пригласить вас с Филиппом
позавтракать вместе со мной.
Слышал, он вернулся домой.
Если и так, здесь его не было.
Но может и приехать.
Я сильно в этом сомневаюсь.
Мы с сыном не слишком-то ладим.
Даже если вчера вечером его ранили?
Давайте я сэкономлю нам время. Хорошо?
Мой ответ на все ваши вопросы:
идите к черту.
Хорошо. Если вы все же его увидите...
- Я не его секретарша.
- Нет.
Но вы его почтальон.
Относите его письма дочери.
Хорошего дня.
Когда ж вы уже сдохнете?
Работаю над этим.
Сэм. Филипп Сент-Андре.
Это он?
Не сегодня.
Кажется, я все пропустил.
Надеюсь, 52-го.
Иногда Патрис все же прав.
В смысле отсюда до Алжира
путь неблизкий, есть где спрятаться.
И вам совершенно не интересно,
почему Филипп вернулся?
Не-а.
И почему он позвонил вам
посреди перестрелки?
Скорее в самом начале перестрелки.
Даже после того,
как он угрожал Габриэль,
скажете, что это не ваше дело?
Не совсем так.
Услышав тот выстрел, я вспомнил,
что у меня аллергия на чужие дела.
С каких пор?
С тех пор, как я поселился в Бозуле.
Но до этого у вас был талант
раскрывать чужие дела. Да?
Талант? Сильно сказано.
Ремесло, как называл это Майлз.
Люди приходят к тебе со своими
проблемами и скидывают их на тебя.
И чем лучше ты справляешься,
тем больше проблем.
Как и денег.
Очень скоро мелкие проблемки
сменяются серьезными.
Оказывается, в них ты тоже хорош.
Может, даже слишком.
А потом ты смотришь в зеркало,
и тебе не нравится то, что там видишь.
Ну и что?
Больше не смотрись в зеркало.
Деньги и выпивка тебя отвлекут.
Пока однажды ты не поймешь,
что прогнил насквозь.
И не важно, сколько ты пьешь
и сколько получаешь,
ты больше не сбежишь
от собственной вони.
Какой сильный образ.
Но вы ведь здесь не по этой причине.
Никто просто так не приезжает
в прекрасный Бозуль.
Из вас вышел бы хороший детектив.
- Лучше, чем я.
- Прошу вас.
- Я владелица бара.
- Совладелица.
Когда я впервые пришел сюда,
только вы не смотрели на меня
как на диковинку.
Смотрела, и много раз, но потом.
Что ты здесь делаешь, Спейд?
Занимаюсь любовью с твоей женой.
Мне пора.
Ты бы мне так не дерзил.
Ты понятия не имеешь, кто я такой,
а значит, что я делал
и что могу сделать.
- Думаешь, я дурак?
- Нет, не думаю.
Я думаю, ты из тех парней,
которые торчат ночью в баре
и слушают на повторе
одну и ту же грустную песню.
Я помню, каким ты был,
пока не начал пить.
Не таким убогим.
Ведь почему-то
она за тебя вышла.
Мистер Спейд!
Тереза?
Помогите!
Я всю дорогу бежала.
Расскажи, что случилось
и чья это кровь.
- Моего отца.
- Филипп приехал к тебе?
- В него кто-то стрелял.
- Ты видела кто?
- Его ранили раньше.
- Он сказал, кто это был?
Сказал, что плохие люди.
Что, неужели хуже него?
Я в курсе, отец никому не нравится,
но вы его не знаете. Не так, как я.
При этом мы сидим тут,
потому что в твоего отца стреляли,
цитирую, "плохие люди",
и, надо полагать, он вляпался
в какую-то плохую историю.
И не придумал ничего умнее,
чем прибежать
к своей 14-летней дочери.
Мне 15. А вы просто... скотина.
Я в курсе. Где он сейчас?
Тереза, где Филипп?
- Можно еще?
- Нет.
Значит, он стучит в дверь,
истекая кровью,
обнимает тебя,
а потом что? Просто уходит?
- Да.
- Что еще он успел сделать?
Что сказал?
Хватит думать о том,
что он велел сказать,
скажи, как было на самом деле.
Те, кто в него стрелял,
пришли в монастырь?
- Я не знаю, кто в него стрелял.
Может, монах.
Он пришел сразу после ухода папы.
Начал колотить в ворота.
Хотел видеть мать-настоятельницу.
Как выглядел этот монах?
Уродливое лицо и хриплый голос.
Большой нос? Карие глаза?
Одет в балахон?
- Вы его знаете?
- Я его видел.
Что ему было нужно?
Не знаю.
Он ворвался в монастырь
и начал на нее орать.
Она велела ему убираться,
он послал ее к черту и...
Он ее ударил.
- С ней все хорошо?
- Не знаю.
Мы все очень перепугались
и спрятались.
Не все. Ты прибежала сюда. Зачем?
Потому что я старше и быстрее всех.
Да, но почему сюда,
а не в жандармерию?
Этот комендант...
Я его боюсь.
Жди здесь. Никуда не уходи.
У вас что, часы сломаны?
Простите, что разбудил.
Могли бы не будить,
и извиняться не пришлось бы.
У нас проблема.
Элена сейчас подойдет.
А я съезжу выясню, что там.
Если вдруг что -
почитай книгу.
Откройте.
Пожалуйста, не трогайте нас.
Я и не собирался.
Мсье Спейд!
- Что случилось?
- Нас заперли.
- Где ключ?
- Он у Терезы.
Ясно. Я скоро вернусь.
Нет, нет, стойте!
Я вас тут не брошу.
Сидите тихо как мышки.


Серия 2

Слышал плохие новости?
У нас открывают боулинг?
Филипп Сент-Андре, кажется, вернулся домой.
- У меня к тебе деловое предложение.
- Не смеши меня.
- Ты в порядке?
- Да, лучше не бывает.
Не знаю, кто стрелял в отца.
Может, монах?
Он явился сразу, как ушел папа.
Стал колотить посохом по воротам.
КЛАЙВ ОУЭН
Господи...
Что за чудовище...
Доктор?
Идем.
Скажи мне, Сэм.
Помимо антиквариата, что Габриэль
дарила тебе на праздники...
У тебя остался пистолет?
Тому, кто хочет меня пристрелить,
придется принести свой.
Тебе бы все шутки шутить.
Ты можешь
хоть сейчас побыть серьезным?
Потому что
по округе бегает какой-то псих.
И твои остроты не помогут
от него защититься.
ПО МОТИВАМ РОМАНА ДЭШИЛЛА ХЭММЕТА
Это правда?
Сестер? Всех?
Где Тереза?
Я постелила ей в синей спальне.
Бедная девочка совсем измотана.
Подождите, пока проснется.
МСЬЕ СПЕЙД
- Опять спал допоздна?
- Как встреча в банке?
Чтобы взять ссуду, мне нужно почти
столько же, сколько я хочу занять.
Почему ты просто не попросишь у Сэма?
Не начинай.
- Надела колье?
- Да.
На удачу. Как и всегда.
Забудь про банк, продай его.
Ну, когда Габриэль его дарила,
она сказала...
"Лучше продать рубины, чем сердце".
Оставь.
Не снимай.
Что с нами случилось?
Не знаю.
Может, война?
Самый простой ответ.
Представь, что я - кто-то другой.
Тереза.
Вы не видели Терезу?
Этим утром? Нет.
- В спальне ее нет?
- Нет.
Далеко она уйти не могла.
- Уж точно не пешком.
- Могла, если сбежала вчера ночью.
Или если ее похитили.
Какой у вас интересный автомобиль.
Едете подышать свежим воздухом, да?
- Можно и так сказать.
- С той девочкой?
- Вы ее видели?
- Да. На рассвете. Я как раз шел сюда.
Цвета на рассвете - мечта художника.
- Она шла по дороге?
- Да, она прошла мимо меня.
Туфли были грязные, будто она бежала.
А взгляд такой...
Потупленный. Она явно была расстроена.
Какого они цвета?
Кажется, они были...
Да. Да, простите.
Я слегка помешан на деталях.
Издержки профессии.
Вы сказали, что она была расстроена.
Да, надо думать,
из-за бойни в монастыре.
- А, так вы уже слышали?
- Да все уже слышали.
- От девочки?
- Не. Я помахал,
пытался заговорить,
но она прошла мимо.
Не могу ее винить.
Что?
Тереза?
- Доброе утро, Клод.
- Мсье Спейд.
- Патрис уже закончил?
- Да, только что ушел.
- А дети? Где они?
- В Сент-Фуа.
Но почему так далеко?
В аббатстве смогут разместить всех.
Их не придется разлучать.
Вы не видели Терезу?
Нет. Я все утро был здесь.
Попросили бы кого-нибудь помочь.
Это моя работа.
Шесть душ.
Добрых душ.
Теперь их просто нет.
Почему?
Вы не того спрашиваете.
Судя по моему опыту,
добрые люди погибают первыми.
Эта дрянь тебя убьет.
Врачи курят точно такие же.
По телику видела.
Да, я вижу, как они тебе нравятся.
Все, хватит. Слезай,
а то голова закружится,
еще шею свернешь.
Я никуда не пойду.
Филипп не приедет.
- Он обещал.
- Я не сомневаюсь.
Это ты написала?
- Нет.
- Знаешь кто?
Откуда бы? Нам сюда нельзя.
- Но ты же здесь.
- Они мертвы.
Что толку следовать
их глупым правилам?
Я тебе так скажу.
Сиди и жди своего папеньку,
копти легкие сколько влезет.
Я вернусь на закате.
Если ты так и будешь здесь -
поедем вместе домой.
Если нет - приятно было познакомиться.
Надеюсь,
вам с Филиппом понравится в бегах.
Черт!
Не знаешь,
как она вчера оказалась в часовне?
Я больше не играю в куклы.
И как она лишилась головы, не знаешь?
Отрубили? Я ее давно уже отдала.
В машине до сих пор пахнет розами.
На Рождество
она привозила нам гостинцы.
Габриэль.
Апельсины из Калифорнии.
Ничего себе.
Иногда она привозила книги или блузку.
Или другую одежду, которая ей надоела.
Книги были на французском.
Она говорила, начну видеть сны
на французском - значит, выучила.
Мне она тоже так говорила.
К несчастью для всех,
мои сны - на английском.
Хотя обычно про французское вино.
Она просила не злиться на вас.
За то, как вы обошлись с папой.
Пригнись.
- Что вы?..
- Голову.
Ты цела?
Мистер Спейд?
Плохо дело.
Эта машина проклята.
Винтовка МАС. Пуля 7,5 на 54.
- Армейского образца.
- Странный выбор.
Патроны только если почтой заказывать.
Кто желает вам смерти? Кроме меня.
Уж точно не тот,
кто прострелил мне заднее стекло.
Он промазал специально?
Мы ехали слишком медленно,
он не мог в меня не попасть.
- А второй выстрел?
- Самооборона.
- Я его чуть не переехал.
- Ну да, разумеется.
Я даже не уверен, что стреляли в меня.
Чудесно. Просто превосходно.
- Мой новый сосед.
- Странный малый.
- Может, стрелял Филипп?
- Зная, что рядом Тереза?
Даже Филипп не стал бы так рисковать.
К тому же он ранен.
А значит, его нетрудно будет найти
столь прекрасным детективам,
как ты и твой братец-полудурок.
Сэмюэл. Я же просил не называть
моего брата идиотом и полудурком.
- Я ведь ласково.
- Мы проверили обе местные больницы.
С огнестрельными ранениями - никого.
У ветеринаров и дантистов - тоже.
И у ветеринарных дантистов.
Судя по всему,
у вас, ребят, все под контролем.
Вас-то я и искал, мадемуазель.
Это одежда, которая была на мне вчера.
С пятнами крови.
- Что-нибудь еще?
- Да. Нам надо поговорить.
Разумеется.
Мистер Спейд, одолжите адвоката?
Но, мадемуазель,
адвокат вам ни к чему.
- Вы свидетель.
- Это пока.
Потом вы меня подловите -
и стану подозреваемой.
Не подловим, если скажете правду.
Последнее, что сказала мне мама:
"Никогда не говори с полицией
без адвоката".
Да ты под стол пешком ходила.
У меня хорошая память.
И к тому же я все рассказала
мсье Спейду.
Поговорите с ним.
Прелесть. Да?
Я отвел ее в "Канар Нуар".
Ну знаете, в Родезе.
Обошлось в 20 франков.
Я все компенсирую.
Да не надо.
Лучшее вложение 20 франков.
Судя по этой глупой ухмылочке,
вы с мадемуазель рыжулей
вновь разожгли пламя жаркой страсти?
В кабинете генерала.
На его же столе.
Надеюсь,
вы хоть дело Филиппа не помяли?
Да там и мять было нечего,
если честно.
Всего несколько страниц.
Имена, даты, места - все вымарано.
Он служил в разведке?
Простите, что ничем не помог.
Этого достаточно.
Филипп - и шпион...
Видимо, после войны
и впрямь не хватало достойных людей.
Я еще кое-что слышал.
Просто слухи.
В общем, рядом с базой есть бар,
где часто отдыхают парни
из Второго бюро.
Я тоже иногда захожу туда выпить, и...
На днях кто-то пошутил, что Сент-Андре
прятал у себя молодую женщину.
Когда в тот раз был на базе.
Он же не первый такой.
Та женщина была из Алжира.
Имени никто не знает.
Спасибо, Анри. Ты очень помог.
Не за что.
Я должен признаться.
Я с самого детства
считал вас своим героем.
- Героем, значит?
- Да.
Мой тебе совет:
выбери нового.
Знаешь как говорят:
"Женись по расчету,
разводись по любви".
Я думал: "Женишься по расчету -
отработаешь все до цента".
- А сам ты как думаешь?
- Сложный вопрос.
Ты ничего не забыла, милая?
Мы же плавать идем, нет?
А что подумает садовник?
Это не садовника я ревную
к красавицам помоложе.
Я бы на твоем месте
больше переживал из-за комаров.
А я никуда не денусь.
Хотела напомнить,
что могу предложить не только деньги.
Как такое забудешь?
Почему невинные вечно страдают за нас,
за наши грехи?
Когда нацисты пришли в гости,
мать-настоятельница
вооружала партизан.
К чему вы это?
Невинных не бывает.
И все же можно хоть пытаться
поступать правильно.
Если бы мы только знали, как это.
Шесть монахинь мертвы, а дел - пять.
Которого не хватает?
Я знал этих женщин.
Осматривал их раз в полгода.
Три были из Испании,
одна - из Португалии,
а мать-настоятельница родилась здесь.
Последняя была из Африки.
С ней я знаком не был.
Ее дела и не хватает.
Я с ней встречался.
Можно взглянуть на тела?
Патрис велел подготовить их
к отправке в Париж.
Патрис правда хочет,
чтобы по его городу шатались парижане?
Конечно, нет.
Но он понимает,
что шесть застреленных монахинь,
да в принципе мертвые монахини,
не могут не привлечь внимание.
А у парижан больше ресурсов.
Все, что я смог бы сделать
на вскрытии: исключить смерть
от падения с лестницы
или от сердечного приступа.
- Не забывайте смерть от скуки.
- Смешно вам?
Но министерство дало
вполне ясные и четкие указания.
Я не имею права трогать их тела.
Разумеется,
они сказали это после того,
как я нашел это на шее африканки.
Не знал, что монахиням разрешают
носить украшения.
То есть настоящим монахиням.
Есть минутка?
Да, проходи.
Что угодно,
лишь бы не заниматься счетами.
С чем пожаловал?
Этот американец,
который привез девочку...
Дочь Филиппа.
Габриэль говорит, он нам поможет.
- Я тоже так считаю.
- Я сам разберусь с Филиппом.
И как же? Убьешь его?
- Если придется.
- То, что мы делали во время войны...
То был патриотизм.
А это будет просто убийство.
Ты поклялся защищать закон,
поддерживать порядок.
А я...
Я поклялась Богу
любить всех Его детей, даже Филиппа.
Бог требует от нас слишком многого.
Во время войны, когда я видела,
что творят эти звери, нацисты,
как Жак выдает им наших близких...
Я утратила веру в Бога.
Или Он - в меня.
Но, когда все закончилось,
Бог как будто похлопал меня по плечу
и сказал: "Идем за Мной".
И тогда я обрела покой.
Изабель, вы казались мне
рациональным человеком.
- Откуда вдруг эта ностальгия?
- Нет, это не ностальгия.
Всякий раз, как я преклоняю колени,
перед глазами встает смерть Жака.
Мы могли поступить по-другому.
После того, как сожгли Давида?
Вашего Давида.
Костер прямо на площади,
и этот запах...
Нельзя было больше ждать.
- Вы сами это знаете.
- Мы ответили злом на зло.
И тогда это было оправдано,
но теперь это недопустимо.
Американец тоже не боится
замарать руки.
Габриэль говорит,
что он не убьет Филиппа.
Да ну?
И что же он с ним сделает?
Убедит повеситься? Так, что ли?
Филипп умрет не от наших рук.
А от алжирской винтовки.
Ну что ж... Скажите,
если винтовка будет не в наших руках,
ваш Бог простит нам смерть Филиппа?
Комендант Мишо?
Инспектор Суше.
Министерство внутренних дел.
Я буду отвечать
за транспортировку тел в Париж
и за расследование...
- Нет.
- В смысле - нет?
- Откуда вы родом, инспектор?
Где жили до Парижа?
Я родился в Париже.
- В университете учились?
- Да. Конечно.
- В Сорбонне.
- И что вы изучали?
- Социологию.
- И стали социологом?
Нет.
Я остался в Сорбонне изучать закон.
- А потом стали адвокатом?
- Я пять лет работал прокурором,
получил диплом по криминологии
и поступил в министерство.
- Вот. Пока это все.
- Скажите, инспектор,
много убийств вы видели в Сорбонне?
- Что, простите?
- Убирайтесь из моего бюро.
- Так, постойте...
- Убирайтесь отсюда,
иначе я сам спущу вас с лестницы.
- Командир Мишо, вы не имеете права...
- Это мое дело!
Она была моей подругой.
И я сам найду ее убийцу!
Потому что, мсье Суше,
из нас двоих убийства видел только я.
И вы мне тут не нужны.
Хорошо, что у вас такой опыт.
Мои поздравления.
Но все-таки это не вам решать.
И кто так сказал?
Министерство.
Тогда передайте своему министерству,
что комендант Патрис Мишо
вместо ответа направляет им
их избитого до полусмерти директора.
Я добьюсь вашего увольнения.
- Мы еще не закончили.
- С этим я могу поспорить.
Убери его,
пока ненароком не убил кого.
Придется подождать,
пока стекло доставят из Англии.
Долго?
Де Голль говорит,
благодаря новому соглашению
торговля пойдет быстрее,
но кто сейчас верит де Голлю?
Мой отец чинил эту машину.
Тогда ее водил Жак.
Покойный муж мадам.
Проклятый роллс-ройс...
Как и его хозяин.
Вот надо вам было брать эту машину?
- Кто в вас стрелял?
- Вообще-то, не в меня.
Одну минутку.
Я люблю эту машину.
Так что, как бы сильно тебя ни бесил
покойный Жак Лаварон,
пообещай,
что не будешь срываться на ней.
Я буду с ней обращаться
как с красавицей, которую презираю.
При ней - со всем уважением,
а за глаза - с похотью.
- Хорошо.
Значит, мы друг друга поняли.
Я надеюсь.
Чао, Анатоль.
Сэм?
Вы случайно тут оказались?
У нас уже давно ни в кого не стреляли.
Не важно, насколько метко.
Аж со времен войны.
И тогда коллаборационисты убивали
партизан,
а партизаны убивали
коллаборационистов.
А теперь какой-то псих расстрелял
монахинь.
Если вы не забыли,
после той войны была еще одна,
и мы оба знаем, что после нее
многие вернулись психами.
Но дело ведь не в этих людях. Да?
Дело в вас самом.
Шесть покойниц с вами поспорили бы.
То было вчера.
А сегодня кто-то стрелял в вас.
Вы же не за меня волнуетесь?
- Жан-Пьер мог на это пойти?
- Конечно.
Мог бы. Но это не он.
С чего вы взяли?
Он просто трепло. Убийство? Нет.
Жан-Пьер поспорил бы.
Как и любой, кто был на войне.
Поэтому им и выдавали медали и форму,
на которую их вешать.
Чтобы, когда они смотрелись в зеркало,
видели солдата.
А что насчет тех, кто сжег свою форму,
а медали продал?
Что видит такой человек?
Вы думаете, что понимаете его,
но вы его принижаете.
Не только его, большинство мужчин.
Просто они меня не знают.
Хотя мне безразлично,
что обо мне думают другие.
Безразличие не делает вас
пуленепробиваемым.
Эту фразу стоит вышить на подушке.
Иногда, Сэм,
вы меня так бесите.
Мистер Спейд!
Позвольте представить вам мою маму.
Леди Синтия. Сэм Спейд.
Как поживаете, мистер Спейд?
Бывало и лучше.
Прошу прощения, что вот так вторглась
в ваш безбожно прекрасный дом
без приглашения,
но Джордж сказал,
что вы будете не против.
Не против. Рад познакомиться.
Мистер Спейд.
Вы, конечно, можете мне отказать,
но можно вас попросить об одолжении?
Попросить - можно.
Я так и не видела пейзаж,
который мой муж писал
для вашей покойной жены.
Вы не будете сильно возражать,
если я зайду и взгляну на него?
А мне можно с вами? Я его не видел
с тех пор, как папа его закончил.
Вместе веселее.
Мы с Джорджем
сняли виллу по соседству.
Мы теперь соседи.
Хотя едва ли она столь восхитительна,
как все это.
Семья Габриэль купила этот дом
по дешевке.
Предыдущий хозяин
скоропостижно скончался.
Его обезглавили.
Если точнее, к гильотине его подвели
сразу после Марии-Антуанетты.
- Боже мой!
- Мама, он тебя разыгрывает.
Ах вы!
Я ужасно легковерна, мистер Спейд.
Я в этом сильно сомневаюсь.
Спасибо.
Джордж! Ты только посмотри,
как красиво!
Таких домов уже не строят.
Это просто потрясающе!
Да, мам, смотри, какие тени.
У Синджена было
божественное чувство цвета.
Взгляни, Джордж.
Смотри, как он передал нежные оттенки
кожи этой прекрасной обнаженной леди.
Что ж, я вас оставлю.
Выход найдете сами.
Да, огромное вам спасибо.
Вы столь любезны.
Еще один вопрос.
Полагаю, у нас с вами есть общий друг.
Филипп Сент-Андре.
Не сказал бы, что мы с ним друзья.
Скорее много лет назад
мы просто наткнулись друг на друга.
А, да, поняла.
Что ж, я слышала,
он вернулся в Бозуль.
Так хочется с ним повидаться.
Боюсь, тут я не помощник.
Я без понятия, где он.
- Досадно.
- Как вы с ним познакомились?
Ну, много лет назад он купил
один из шедевров моего мужа.
Неужели?
И очень щедро за него заплатил.
Мы точно говорим
об одном и том же Филиппе?
Филипп, которого я знаю,
не стал бы щедро платить,
да и вообще платить
за то, что можно просто украсть.
Где ты был весь день?
Я ездил в Париж.
Послушать оперу. А ты думала?
Ты только по кроликам стрелял?
Нет.
Еще в оленя,
но он оказался слишком проворен.
- Или ты - слишком пьян.
- Знаешь, любимая,
с каждым разом
все сложнее убивать живое существо
на трезвую голову.
Зависит от того, что это за существо.
Может, уже прямо скажешь, в чем дело?
Кто-то стрелял в Сэма.
- Он ранен?
- Нет. Стрелок промахнулся.
Досадно.
Может, в следующий раз повезет.
Я тысячу раз говорила,
между нами ничего не было.
- Клянусь могилами родителей.
- Не клянись.
Прошлое уже в прошлом.
Сегодня в лесу я понял,
что надо думать о будущем.
Рада слышать.
И бороться за то, что по праву мое.
Господи...
Сегодня и впрямь странный день.
Габриэль обещала их мне.
И это обещание умерло вместе с ней.
Спейд должен его выполнить!
Я спас их виноградники.
И Габриэль это знала.
Весь город это знал.
- Тогда она была одинока.
- И что?
И то, что муж наследует
имущество покойной жены. Таков закон.
- Поэтому я найму адвоката.
- И чем ты будешь платить?
Тушками кроликов?
Знаешь, утром мне пришлось взять
машину Басема,
чтобы съездить за шинами.
Могла бы хоть запаску не резать.
Не понимаю, о чем вы.
Ты прямо как мать.
Она тоже отвечала так на все вопросы.
"Не понимаю, о чем вы".
Даже не задумываясь.
Это за то, что оскорбили мою маму.
Что с вами? Заболели?
Здоров как бык.
Скажи лучше,
где ты видела эту вспышку.
Там.
Не, оттуда никто стрелять не стал бы.
Что там? Это улика?
Пока что
это просто пустая пачка сигарет.
- Она тут явно недавно.
- Думаешь?
Да, вчера было ветрено.
Будь пачка тут,
ее занесло бы листьями.
Интересная теория.
Ладно.
Расскажи, что ты видела в часовне.
Я есть хочу.
Тереза.
Элена приготовит равиоли.
Что ты видела вчера в часовне?
Я же говорила.
Какой-то монах ударил
мать-настоятельницу.
А потом мы все убежали.
Да, это я уже слышал.
Очень убедительно.
Но кто-то запер детей в кладовке,
а утром кто-то в тебя стрелял.
- В меня?
Чтобы припугнуть, заставить замолчать.
А значит, ты либо видела то,
что не должна была,
либо знаешь то, чего не должна знать.
Почему Филипп прибежал к тебе?
Я его дочь.
Ты его дочь, но он не посчитал нужным
сказать, кто в него стрелял и почему?
Он защищал меня. Не хотел впутывать.
Как он тебя защитил?
Просто бросив тебя там одну?
Мой отец приходил не ко мне.
Он пришел к одной из сестер.
По какому-то делу.
- К которой?
- К новенькой.
К сестре Анжелик.
Но его планы изменились.
- Да, это они.
- "Они"?
- Она приехала с ребенком?
- Нет.
Он приехал через месяц. С папой.
Значит, Филипп, раненый,
привез ей ребенка.
- И что он сказал?
- Чтоб я спрятала мальчика.
А он пока найдет безопасное место.
И что через день вернется за нами.
Он оставляет мальчика с тобой,
уезжает...
И тут же появляется этот монах.
Я отвела Заида в башню,
а потом дети закричали.
Они бежали из часовни.
Сказали, монах ударил настоятельницу.
То есть на самом деле ты не видела,
как он ее ударил?
- Нет.
- Что потом?
Ты заперла детей в кладовке?
Чтобы их не нашли.
Я побежала к себе.
И услышала первый выстрел.
Монах что-то кричал.
Мальчик. Где он?
Сказал сестре Анжелик,
чтобы она смотрела.
Потом спросил каждую, где мальчик.
Говори, где мальчик.
Они не отвечали.
И он убил их.
Одну за другой.
Где мальчик?!
Я хотела закрыть глаза,
но просто не могла.
А потом...
Что потом?
Он заметил меня.
Где он? Отвечай.
Думаешь, я тебя не трону,
раз ты ребенок?
И ты рассказала ему, где мальчик.
Нет.
Думаешь, я не перебью всех детей
в этом монастыре?
Ты не испугалась?
У меня был нож.
Но пришлось оставить его там.
В часовне?
В монахе.
Я побежала в башню,
но мальчика там не было.
Что же это за мальчик,
раз из-за него убили шесть человек?
Не знаю.
Но прямо перед тем, как он убил ее...
- Не надо.
- Сестра Анжелик сказала что-то.
Прошу тебя.
Махди нас ждет.
Махди?
Господи, во что твой отец тебя втянул?
Самир, я пошла. Это тебе.
Держи. И еще 20 - твоему шурину.
Скажи, если что,
у меня найдется еще работа.
Хорошо, передам.
Но дорожным рабочим платят больше.
Ну да, зато тут
он не мокнет под дождем.
Не забудь выключить свет в гардеробе.
Вчера опять забыл.
- Доброй ночи.
- Доброй ночи.
Сыграем в игру под названием
"Я не солгу Сэму"?
У нас встреча с епископом. Поедешь?
Если не заставят исповедоваться.
Мистер Спейд, ничего не хотите рассказать?
Я же объяснил. Я должен найти Филиппа.
Это Зейд.
Если я захочу, чтобы ты сдох,
нужно только подождать.
Хочешь поговорить нормально?
Заходи в гости.


Серия 3

Шесть убитых монашек, невинных не осталось.
Вы не видели Терезу?
Сегодня? Ещё нет.
- Это ты сделала?
- Как я могла?
Нас сюда не пускают.
Она просила не злиться на Вас за
то, что Вы сделали с отцом.
Пригнись!
Что это за ребенок, ради нахождения
которого нужно убить шестерых?
Я работаю на Габриэль Лаварон.
Кем? Ты ее садовник?
Скорее ее квартирант.
Еще раз, как тебя звать?
Сэмюэл Спейд.
- Смешное имя.
- Маме нравилось.
Шлюхой была. Точно.
Может, не будем приплетать мою маму,
а вернемся к теме?
Да. Мы с тобой
и эта девочка, которая якобы моя.
Она здесь совершенно ни при чем.
Ладно.
Итак, скажи мне,
что тебя держит в Ле Тру?
- В Ле-чем?
- В Ле Тру. В дыре. Здесь.
Останешься - поймешь,
что название точнее некуда.
Я и так это понял, выглянув в окно.
Ты не видишь всей картины.
В смысле?
Иногда, когда солнце такое...
Стоишь на вершине и смотришь вниз.
И река с домами исчезают. Их нет.
Однажды, еще в детстве,
было так темно,
что я доплыл на лодке аж до ля каскад.
Скучаю я по той лодке.
Я каждый день сплавлялся по реке.
Понимаешь, о чем я?
Не очень, но я все равно не слушал,
просто ждал, когда ты уже заткнешься.
Я говорю образно.
То есть вся эта чушь
про тьму и водопады -
просто нытье о несчастном детстве?
Американцы ни черта не понимают.
Тебе надо трахнуть француженку, и...
Тогда узнаешь все, что надо знать.
Кажется, мы с тобой ведем
два разных диалога.
Ну разумеется.
Значит, либо ты тупой,
либо провоцируешь меня,
что тоже довольно тупо.
Или ты и впрямь такой,
каким тебя считают.
Красавчик?
- Сорвиголова?
- Кем бы ты ни был
и кем бы ни хотел казаться,
ты не пьян, тебе не скучно
и ты совершенно не интересен.
Так что завязывай паясничать
и послушай меня.
Я быстро, обещаю,
а потом ты вернешься к нытью,
а я вернусь в Штаты,
где хотя бы фрукты едят без масла.
Ты просто частный коп-американец,
и во Франции
у тебя примерно столько же власти,
сколько у крысолова.
В моем случае
обязанности одни и те же.
Спокойно. Не буду я стрелять.
Тут 500 тысяч франков.
- 500 тысяч? Это немало.
- Куча денег.
И что прикажешь с ними делать?
Купи себе новую лодку
и угребывай отсюда.
Но куда?
Слыхал, в Норвегии нужны такие уроды.
Я здесь вырос.
И до сих пор люблю Бозуль.
К сожалению, не взаимно.
А остальные?
Мои соседи, которые мне так дороги.
А что с ними?
Они тоже принесут по конверту?
Нет, не принесут. Считай,
они все скинулись на этот подарок.
И больше тебе уже никто не предложит.
А если я предпочту остаться?
Эта дыра очень глубокая.
Образно говоря.
- Зря ты мне угрожаешь.
- Если ты думаешь, что это угроза,
то явно не знаешь разницы
между угрозой и обещанием.
Прошу,
передай мадам Лаварон и этим трусам
мое пламенное "нет, спасибо".
Цена справедливая,
я не соглашусь на меньшее.
Филипп.
Мне встречались люди куда хуже тебя.
И куда опаснее.
Просто чтоб ты знал.
Удачи с поисками дома для девочки,
мистер Спейд.
МЕСЬЕ СПЕЙД
ПО МОТИВАМ РОМАНА ДЭШИЛЛА ХЭММЕТА
Его зовут Заид.
Где ты его нашел?
Скорее он меня нашел.
На одежду посмотри.
- Он жил на улице.
- Я не о том.
Она грязная, но это не лохмотья.
Видно, что она дорогая.
Он из богатой семьи.
Что он тут делает?
Услышал,
как я говорю с Басемом по-арабски,
и пошел за мной от рынка к клубу.
В смысле что он делает в Бозуле?
Не знаю.
Он не говорит. Он прятался в клубе.
От кого прятался?
Этого я тоже не знаю.
- Но по нему видно, что он напуган.
- Чего он так боится?
Дайте ему поесть и чистую одежду.
Не торопись.
Я понимаю. Понимаю.
Ему нельзя тут оставаться.
Зачем ты его привел?
Если этот мальчик что-то натворил,
нас всех депортируют.
- А там нас точно убьют.
Может, и его хотят убить.
И поэтому у него было оружие.
Французского солдата?
Надо спросить имама.
Пусть он его заберет.
На, попей.
Какую часть слова "нет"
он не понимает?
Все. Он решил,
пусть лучше я спрошу вас лично.
И ты спросил. И я еще раз скажу "нет".
Нет. Нет тысячу раз.
Один час.
И зачем мне это делать?
Он умирает.
Вот и славно.
Я не вернусь без вашего ответа.
Тогда передай ему... "Гори в аду".
Жан-Пьер?
- Ты зачем дверь запер?
- Минутку.
Прости. Старая привычка.
Так и не привык, что вокруг спокойно.
Я задремал.
У нас завелись мыши.
В кладовке. Нашла на полу
обглоданную буханку хлеба.
Поставь мышеловку.
Не хочу. Эти мышеловки - варварство.
Ладно, тогда я аккуратно прогоню
этих мышек, обещаю.
Ты их перестреляешь?
Нет. У меня дела в Ле Пуи.
Поэтому ты взял пистолет?
Тоже старая привычка.
- Жан-Пьер...
- У меня была жизнь.
Я просто хочу ее вернуть.
Разве это плохо?
Нет, я тоже хочу ее вернуть.
Тогда у нас не было столько тайн.
В Бозуле только тайны и выживают.
- Так может, пора уехать?
- Нет.
У тебя тут вся жизнь.
Твой клуб, твои друзья.
Зря я увез тебя из Парижа.
Я знаю, тебе тут никогда не нравилось.
Мне не нравится,
что ты запираешь дверь.
Я вернусь к ужину.
И ты для меня споешь.
Бонжур, мсье Спейд.
Суть истории в том, что ему
не жаль было бросить прежнюю жизнь.
Ему это казалось вполне разумным.
В конце концов, человека чуть
не зашибло балкой у него глазах.
И первое, что обычно приходит на ум, -
бежать.
Мы встретились годы спустя,
у него была вторая семья,
и он не понимал, что его новая жизнь -
точная копия той,
от которой он сбежал.
Уверена, эта часть истории -
твоя любимая.
Он приспособился к тому,
что балки падают,
а когда они перестали падать -
приспособился и к этому.
Ты очень умна для богачки.
Мне повезло,
что в Бозуле почти ничего не строят.
Ведь на самом деле ты хотел сказать,
что когда-нибудь, возможно,
без предупреждения, ты меня бросишь.
Это не исключено.
Что ж... У нас есть кое-что общее.
Но я уверена, что брошу тебя.
А еще уверена,
что жена из меня никудышная,
и не строю планов дальше этого вечера.
Более того, слово "навсегда" -
самое абсурдное из всех.
По крайней мере, для меня.
Ты больна.
- Так заметно?
- Совсем нет.
Филипп мне сказал. В аэропорту,
прямо перед посадкой на самолет.
Я решил, что он наврал,
ведь меньше всего ты похожа
на смертельно больную.
Потому что я здорова.
То есть, по крайней мере, сейчас.
Я болела. Причем недавно.
Но я поправилась.
Ну, или мне так сказали.
Возможно, однажды я уйду.
Возможно, однажды ты уйдешь.
Звучит
как и любая другая история любви.
У нас в четыре встреча с епископом.
Зачем?
Надо думать, из-за убитых монахинь.
Поедешь с нами?
Если не надо будет исповедоваться.
Отличный день, чтобы поплавать.
Что скажете?
Хорошая рама.
Спасибо.
И куда это ты с ней направляешься?
Это подарок для мсье Спейда.
Я хочу сделать ему сюрприз.
В библиотеке есть идеальное место.
Оставь ее у двери.
Мсье Спейд предпочитает
сам вешать картины.
Хорошо. Спасибо.
Они хотят построить под Ла-Маншем
тоннель от Кале до Дувра.
И что нам даст этот тоннель?
Еще больше англичан.
Ты уже три часа тут сидишь.
Будь я чуть наивнее, решила бы,
что ты соскучился по бабушке.
Мсье Спейд попросил меня
присмотреть за Терезой.
И ты отлично справляешься.
Не просто присматриваешь.
А пялишься.
Ей всего 15.
Я в курсе.
Но скоро ей будет 16,
17, а там и 18.
Я умею ждать, бабуль.
Спасибо, Анри.
Вытрешь мне спину?
Конечно.
Бесстыдник.
Эй!
Не присмотрите за моим мотоциклом?
Нет?
- Из Алжира?
- Нет.
Те уже давно закончились.
Это подарок жене от моей тети.
Как скажешь.
Я решил вернуться.
- В Алжир.
- Не глупи.
Там все уже не так.
Но места-то все те же.
А именно они запали мне в душу.
Места - не то же, что страна.
И та страна больше не наша.
- А эта - уже не мой дом.
- Хочешь побезумствовать?
Я все понимаю, но...
Нарисуй плакат и встань на ящик
под Триумфальной аркой.
А это все лучше забудь.
- Я хочу знать, как она.
- Жива ли?
Нет.
- Она уже умерла.
- Ты этого не знаешь.
Я знаю, что ты тоже умрешь,
если вернешься.
Там мир намного опаснее войны.
Не знал, что ты заделался философом.
Сколько дашь?
20 тысяч.
Сорок.
А вдруг это краденое.
- У тебя разве не все краденое?
- Я очень доверчивый.
Чего только люди не находят.
Дам 30 тысяч.
- Как боевому товарищу.
- Я бы предпочел 40.
А я бы предпочел быть правшой.
Ну так?
На конфирмации я взял имя Себастьян.
Остальные выбирали
имена Жан или Марк...
А я выбрал Себастьяна.
Говорил всем, что это стрелы Амура.
Уже тогда любил иронию.
Неплохо для 12 лет.
И это смешно?
Морис.
Я тебя очень прошу, закрой рот.
- Комендант Мишо.
- Да.
Я приглашал только вас одного.
Я никуда не езжу без охраны.
Уверяю вас, тут безопасно.
Как Дэни в логове львов? Нет, спасибо.
Прошу за мной.
Прошу прощения,
что заставил вас ждать.
И за холод тоже.
Но столь прекрасные творения -
это дар Господень.
И эти дары нужно оберегать
даже ценой наших страданий.
Я монсеньор Клеман,
генеральный викарий епархии.
Генеральный викарий...
Это как вице-президент, нет?
- А вы кто?
- Сэмюэл Спейд.
Мсье Спейд - благотворитель монастыря.
Я думал,
мы сегодня встретимся с епископом.
У него возникло срочное дело,
не терпящее отлагательств.
А он тогда кто?
Позвольте представить: отец Морган.
Он, как и вы, американец.
- Из Нью-Йорка.
- Мои соболезнования.
Господа, прошу, садитесь.
Не стесняйтесь.
Трагедия, постигшая наших сестер,
глубоко потрясла
каждого члена этой епархии.
Мы не меньше вашего хотим
поймать убийцу.
Поэтому позвольте вас успокоить, мсье.
Мы уже поймали этого негодяя.
Монаха. Его нашли.
- Где?
- В Родезском соборе.
Что он там делал? Свечку ставил?
Не совсем. Истекал кровью.
Его ударили ножом.
- Он до сих пор без сознания.
- И где он?
Его везут в Рим,
и, когда он придет в себя,
предстанет перед церковным судом.
Но убийства были совершены в Бозуле,
а не в Риме.
- Это наша юрисдикция, а не Ватикана.
- Мне очень жаль.
Но монах посвящен в сан, и поэтому
он будет передан святой церкви.
Вы правда верите в эту чушь?
- Прошу прощения?
- В хрень, которую вы несете.
- Это просто смешно.
- Нет.
Я не нахожу смешной
ни ее, ни ваш тон и выбор слов.
Мы не кражу кагора расследуем.
Речь об убийствах!
Которые совершили в моем городе!
Патрис. Может, просто послушаешь?
Закрой рот.
У этого божьего человека
хоть есть имя?
Простите,
но я не имею права его называть.
Вам это с рук не сойдет.
Я буду жаловаться в министерство.
Правительство Франции уже дало добро
на его экстрадицию.
- В обмен на что?
- Многие вещи, сын мой,
лучше оставить
на милость Господа Бога.
Ваше расследование окончено.
Что еще нам оставить на милость Бога?
Мы просим вас передать отцу Моргану
все собранные улики
и показания свидетелей.
Конечно. Сейчас же этим займусь.
Спасибо.
Мальчик.
Им нужен мальчик.
О каком мальчике речь, мистер Спейд?
Он нужен церкви.
Настолько, что они готовы
закрыть глаза на мертвых монахинь.
О, мистер Спейд,
даже вы должны понимать,
что есть дела церкви,
а есть государственные.
Церковь разделяет их,
только когда ей удобно.
Сделаю вид,
что вы не пытались меня оскорбить.
Для кого-то правда - уже оскорбление.
А вы не можете сдержаться, да?
Даже когда ваш самобичующийся друг
наконец-то очнется,
он ничем вам не поможет.
Он потерял мальчика до того,
как ему воткнули нож в почку.
Мистер Спейд, вы ничем не хотите
с нами поделиться?
- Уже поделился.
- Давайте проясним.
Мы к вашей пастве не относимся.
И мы продолжим расследование.
А что до вас...
Горите в аду.
Идем.
А ты умеешь держать себя в руках.
Прошу.
Пусть ты и не повысил голос,
но тоже неплохо по нему прошелся.
Иногда надо разворошить осиное гнездо.
Только вот, мой безрассудный друг,
разворошишь римское гнездо -
и тебя зажалят до смерти.
Мистер Спейд, комендант.
Монаха зовут брат Анджело.
Полагаю, его послали в Бозуль
члены "Игнис Омнипотенс",
это что-то вроде тайного общества.
Тайное общество? В Ватикане?
- Да.
- Я в шоке.
Да, подумать только...
Меня прислали сюда
разыскать этих фанатиков.
Как вы догадываетесь,
задачка не из простых.
Все равно что искать
иголку в стоге игл.
Вы мне не доверяете. Я вас не виню.
Но мы с вами в одной команде.
Подыграете?
Ясно.
Значит, в список тех,
кто охотится за мальчиком,
можно внести и американцев.
Можно потише? Ты не против?
- Ты чего это?
- Не голой же ходить.
Решила взять что-нибудь
из одежды Габриэль.
- Тут была ваша спальня?
- Наша с Габриэль, да.
Почему вы тут не спите?
Вид из окна не нравится.
Предпочитаю закаты.
Вы купили ей это платье?
Габриэль и сама прекрасно справлялась.
- У нее был отличный вкус.
- Во всем, кроме мужчин.
Почему тут нигде нет фотографий
ее первого мужа?
Их брак не назвать счастливым.
- Он ее бил?
- Ее - нет.
Так, давай мы с тобой сыграем в игру.
Называется "я не буду врать Сэму".
- Звучит ужасно уныло.
- Правила такие:
я задаю тебе вопрос,
а ты отвечаешь честно,
если это возможно.
- И как в нее выиграть?
- В том и суть.
Выиграть нельзя, только проиграть.
- И что на кону?
- Твое самоуважение.
Вопрос номер один.
Филипп говорил тебе,
откуда этот мальчик?
Из Алжира.
Откуда именно? Назвал город?
Нет.
Папа сказал, что мальчик богат.
Точнее, его семья.
- Видишь, как просто?
- Вы ужасный человек.
Ко мне не сразу привыкаешь.
Вопрос номер два.
Он называл его фамилию?
- Нет.
- Третий вопрос.
Эта богатая семья наняла Филиппа,
чтобы он отвез мальчика во Францию?
Насчет этого не знаю.
Папе заплатили,
чтобы он за ним присмотрел.
Они так сильно ненавидели мальчика?
- Что?
- Ничего.
Вопрос номер четыре.
После того, как Филипп привел мальчика
в монастырь,
он сказал, куда направится дальше?
- Это вы уже спрашивали.
- И ты мне соврала.
Это твой шанс на искупление.
Я не врала. Я не знаю, куда он поехал.
Но он должен вернуться.
Откуда ты это знаешь?
Прекрати этот показ мод и ответь мне.
Я знаю, что он где-то рядом.
- Потому что ты так ему дорога?
- Нет.
Не я, а Заид.
Ну что сказать...
Возможно, это он.
Махди, избранный.
Он говорил, кто привез его сюда?
Он ничего не сказал.
Возможно, французы выкрали его.
Но ему удалось сбежать.
Его видели во многих странах.
И он всегда сбегал.
Как истинный Махди.
Самир, расскажи.
- Расскажи про монастырь.
- Ты про убийство монахинь?
Сестра, до Родеза рукой подать.
Мы сразу же обо всем узнали.
Значит, вы знаете,
что их убил какой-то монах.
В дни беззакония,
несправедливости, войны
Махди придет, чтобы восстановить мир.
Но для церкви он, конечно же,
представляет угрозу.
Этот мальчик никакая не угроза.
Взгляните на него.
Может, я ошибаюсь. Но он очень важен.
Пусть мы и не знаем почему.
Надо доставить его в Родез.
Там его защитят.
Я не смогу его отвезти.
За мной постоянно следят.
- Может, даже и в Бозуле.
- Кто следит?
Секретная служба.
Думаете, они уже здесь?
Если не прямо здесь, то рядом.
Что он делает?
Мы не знаем.
- Он весь день пишет цифры.
- Все стены нам исписал.
Пришлось купить ему блокнот.
Пусть он побудет с вами,
а я поговорю с людьми,
которые могут вернуть его домой.
Он не немой. Он говорит с нами.
Только мы его не понимаем.
Да ничего страшного.
Она дешевая.
Дома все хорошо?
Как здорово видеть вас за пианино.
Шастен, уходи, не доводи до греха.
Пожалуйста.
Он просто хочет с вами поговорить.
Скажи, что извинения приняты.
А теперь убирайся отсюда.
Я 40 лет на него работал, Маргерит.
- Он изменился.
- Неудивительно, он ведь умирает.
Он вернет письма, если приедете.
Я работаю. Приходи завтра утром.
Завтра?
Дорога долгая...
Завтра утром.
И, Шастен...
Если он не при смерти,
я сама его убью.
Подпишите здесь.
- Спасибо, Катрин.
- Вам спасибо.
Снимайте пиджак и садитесь.
А, точно.
- Катрин.
- Да, доктор.
Спасибо.
У меня к вам просьба.
И я выслушаю ее сразу после того,
как послушаю вас.
Одри Сент-Андре -
одна из ваших пациенток, не так ли?
Садитесь.
Покашляйте.
Так она?..
Мы вроде договорились,
что вы бросите курить.
Договорились? Нет.
Вы настаивали, а я увиливал.
Сказал то, что вы хотели услышать.
Скажу еще раз. Бросайте или умрете.
И это ваша хваленая
французская деликатность?
Лучше ходить вокруг да около?
Когда речь идет о моей смерти - да.
Не думал, что вы из тех,
кто поддается искушению.
- Куда подевалась ваша сила воли?
- Я стараюсь бросить.
Но сигареты будто сами
прыгают мне в руку.
Старайтесь лучше.
Попрошу написать это
на потолке спальни.
Так Одри - ваша пациентка?
Как и все в этом городке,
с рождения и до смерти.
Хотя, помимо прочего,
она была моей медсестрой.
И весьма неплохой.
Уверен, пациенты, завидев ее ружье,
становились как шелковые.
Почему вас вдруг заинтересовала Одри?
Ей, случайно, не надо скоро на осмотр?
Нет.
Можете придумать предлог
увидеться с ней?
С чего вдруг?
Мне надо найти Филиппа.
Зная этого шакала,
предположу, что он уже залег на дно.
Возможно.
Но, если бы он узнал,
что с Терезой случилась беда,
он мог бы и объявиться.
Что, например, случилось?
Например, ее подстрелили.
Хотите, чтобы я соврал его матери,
что Тереза ранена?
Не ранена. Подстрелили.
"Ранена" может означать что угодно,
даже "ушибла палец".
А "подстрелили" -
это только "подстрелили".
Полагаете, Одри не плевать на девочку?
Я полагаю, она общается с сыном.
И полагаете,
что ему не плевать на девочку?
Пусть чувства Филиппа
и не назвать отеческими,
но он очень заинтересован
в ее добром здравии.
Я схожу к Одри,
измерю ее давление.
А оно очень высокое.
И, пока я буду у нее,
возможно, мы заговорим о девочке.
И не забудьте деликатно упомянуть,
что пока она живет у меня.
Я сама деликатность.
Деликатны, как кувалда.
Иногда лучше не ворошить прошлое.
Часто смерть - это лучшее лекарство.
Она приносит облегчение.
Это вы после медицинского колледжа
такой оптимист?
После Бухенвальда.
- А соль и перец?
- Мсье Спейд.
Моему омлету не нужна соль.
Моему омлету не нужен перец.
Но мы каждый раз играем в эту игру.
Да.
И будем играть, пока я плачу.
Вы и в Америке всем хамили?
Нет. Но в Америке
еда хотя бы была съедобная.
- Да, присаживайся.
- Я нашел адвоката.
Ну правда, Жан-Пьер, дай хоть поесть,
а потом приставай.
Габриэль мне доверяла.
Она в меня верила.
Это было до того, как ты ее обокрал.
Но ведь это далеко не вся история.
Слушаю.
В молодости я был в нее влюблен.
Знаю, это глупо, но это правда.
Ничего глупого.
В Габриэль нельзя не влюбиться.
- Но она была твоей тетей.
- Не по крови.
Я звал ее тетей, но Габриэль была
близкой подругой мамы.
Просто подругой. Она тебе не говорила?
- Нет.
- И что они познакомились в Шарантоне?
В больнице?
В психбольнице. Мама устроилась туда
поваром после развода.
А Габриэль что там делала?
Ее положили туда после смерти Жака.
- Ты что, правда не знал?
- Нет.
Мы почти не говорили о Жаке.
Только о том, что он умер
и почему так вышло.
После этого она изменилась.
И теперь ты скажешь,
что она была не в себе,
когда писала завещание.
Мой адвокат говорит, это не исключено.
На юридическом это значит
"труднодоказуемо",
особенно с учетом того, что Жак умер
за восемь лет до моего приезда.
- Бон аппети.
- Большое спасибо.
Не за что.
У меня был отпуск.
Я был так рад вернуться,
ждал встречи с Габриэль,
а тут вдруг ты.
Поселился в ее доме.
- Она стала какой-то чужой.
- Чушь собачья.
Ты так приревновал,
что решил ее обокрасть? Что за бред.
Мне нужны были деньги,
чтобы откупиться от армии.
Я не хотел возвращаться туда,
не хотел сражаться.
Филипп знал полковника,
тот мог бы меня демобилизовать.
Как это похоже на Филиппа.
Даже другу детства бесплатно не помог.
Но незачем было красть у Габриэль.
Она бы и так дала нужную сумму.
И она простила бы мне мою ошибку.
А я за нее заплатил.
Тогда не совершай еще одну.
Тебя дома ждет жена, которая пытается
до тебя достучаться.
- Это немало.
- Нет.
Маргерит живет дальше.
Она не хочет это признавать,
не хочет меня ранить,
но она меня не понимает.
Я должен уехать.
Но только когда я буду знать,
что моя жена не пропадет.
- Понимаешь?
- Значит, все это - ради нее?
Ради нас обоих.
Ты пьян, раз решил,
что я отдам тебе виноградники.
Нет, этого я не ждал.
Когда я впервые увидел Габриэль
с тобой, я подумал:
такой, как он...
- Такой, как я, - что?
Не сможет по-настоящему любить ее?
Нет, наоборот.
Слушай, Спейд...
Я просто защищаю свои права и...
- У тебя их нет.
- Если их нет,
то я приму свое поражение.
Я уеду из Бозуля.
Но я хотя бы буду знать правду,
а не просто приму твою версию.
А если твои притязания обоснованы?
Я предложу тебе выкупить земли.
И все равно уеду.
Мне надоело с тобой ссориться.
Я могу просто подождать,
когда ты сам помрешь.
И, судя по всему,
ждать придется недолго.
Бон аппети.
Кто там?
- Симон.
- Симон?
Подожди минутку.
Черт...
Сейчас.
- Что ты здесь делаешь?
- Забыла?
Раз в месяц я меряю тебе давление.
Но ты приходил две недели назад.
Пора завязывать с ликерами.
Думаешь?
А еще я соскучился.
Симон.
Если хочешь поиграть в доктора,
мог так и сказать.
Подожди.
Не то чтобы тебе нужна была причина,
но ты сейчас из-за Терезы
пьешь с утра пораньше?
- Из-за Терезы?
- А ты не слышала?
Ко мне, знаешь ли, мало кто заходит
просто поделиться новостями.
С ней что-то случилось?
Присядь.
Я помню, как мы встретились.
Мы были в комнате, там было жарко.
Мне нечем было дышать,
голова кружилась.
А потом вдруг
я оказалась с вами на самолете.
В Стамбуле
в то время года всегда жарко.
Что я там делала?
Только твоя мама могла бы ответить.
Мне лишь сказали, где тебя искать.
Деньги у меня на счете...
Откуда у нее столько?
У нее был нюх на антиквариат.
А у отца?
У него был нюх на людские слабости.
- Он воровал антиквариат?
- И хуже того.
Надеюсь, он не вернется.
С чего такая смена курса?
Я хочу жить здесь.
И постоянно прикладываться к бренди?
Не могу тебя винить.
Я хочу жить здесь с вами.
А вот это совсем уж неожиданно.
Умница.
Смотри на меня невинными глазками,
ничего не говори,
и, возможно, я куплюсь.
Ну моим словам вы все равно не верите.
Потому что ты врешь,
как другие люди дышат.
Само собой получается.
Но, увы, когда монастырь откроют,
ты вернешься туда.
- Не вернусь.
- У тебя нет выбора.
- В 18 появится.
- Но тебе не 18.
Как получу деньги,
свалю из этого убогого городишки.
Как тебе будет угодно.
Может, полечу в Сан-Франциско
и раскопаю ваши секретики.
Алло.
- В Терезу кто-то стрелял?
- Филипп.
Я здесь совершенно ни при чем.
Нет, но это ты втянул ее
в эту историю.
Мальчик с тобой?
Если ты так хочешь поговорить,
приходи ко мне домой.
В девять часов. На кладбище.
На кладбище? Ты издеваешься?..
Боже правый...
Я слышала, как она хлопнула дверью,
а потом вы уехали.
И с тех пор она сидела у себя.
Вы упустили свой шанс
пристрелить меня.
Вот же паразит!
Да, не Ван Гог, конечно, но неплохо.
Вы что, правда хотите
оставить тут эту ужасную мазню?
- Габриэль оставила бы.
- Она не умела отказывать.
Но я думала, у вас с этим проблем нет.
Если вы опять насчет прибавки...
Ой, прошу вас.
Я уже поняла,
что ваша щедрость сравнима
лишь с вашим словарным запасом.
Я здесь работаю из любви к дому.
И из любви к хаосу.
Добрых снов.
Элена?
В доме кто-то есть.
Элена?
Найди девчонку!
- Вы кто такие?
- Девочка...
Сидеть.
Нам нельзя вмешиваться.
Мистер Спейд!
Я задам вопрос, а не дождавшись ответа,
буду бить по голове. Пойдет?
Рада, что вы согласились пообедать с нами.
Я вся на нервах, с тех пор как
увидела труп в вашем бассейне.
Был рад помочь.
Хватит врать, что происходит?
Из-за него всех убивают.
Все мы притворяемся, мистер Спейд.
У тебя много врагов.
- Вы заблудились?
- Похоже на то.


Серия 4

Ему заплатили, чтобы он позаботился о нём.
Когда Филипп привёз мальчика в монастырь,
он сказал, куда отправится потом?
Что ж...
Может быть, это он.
Махди, избранный.
Мальчик... им нужен мальчик.
- А пистолет тебе зачем?
- До этого у меня была жизнь.
Я хочу её вернуть.
Ты спятил, если думаешь, что
я отдам тебе виноградник.
Убивать тебя я не стану,
просто подожду.
В доме кто-то есть.
ПО МОТИВАМ РОМАНА ДЭШИЛЛА ХЭММЕТА
- Я так по тебе скучал.
- И я по тебе, любимый.
Я думал, заберу тебя из дома,
соберу вещи.
Дома теперь небезопасно,
за мной следят.
Кто думал,
что ситуация так быстро изменится.
Я не знала, увижу ли тебя еще.
Меня прятали в какой-то убогой лачуге,
с двумя гестаповцами...
Не надо ничего говорить.
Грустно уезжать отсюда.
Бозуль не такой, как мы представляли.
Начнем с чистого листа.
Ладно, нам пора.
- Ты что-то совсем налегке.
- Слышала, в Аргентине тепло.
Да, есть такое.
И ты у меня неприхотливая.
Жак.
Ты всегда был таким?
Каким - таким?
Мне не хочется думать,
что я вышла замуж за предателя.
Я ведь никогда не была импульсивной.
- Не теряла голову от любви...
- Милая, нам пора ехать.
Почему я не заметила,
что ты продал душу дьяволу?
Объясни мне.
Нам обязательно обсуждать это сейчас?
- Другой возможности не будет.
- Конечно, будет.
До Аргентины добираться два дня.
Да. Но, увы, ты туда не попадешь.
Ну вот и все, конец истории.
МЕСЬЕ СПЕЙД
Ты как?
Второй выпрыгнул в окно.
Но я его ранил.
Хорошо.
Вы как?
Я и этого пристрелить хотел,
но подумал, это ничем не поможет.
Сперва надо хотя бы допросить его.
Не говоря о том,
что ты мог попасть в меня.
Не мог. Я меткий стрелок.
Подъем!
Что ты здесь делаешь?
Да. Что ты здесь забыл?
Я тебя спрашивал.
Вы велели присматривать за Терезой.
Да, когда меня нет дома.
Ну... Хорошо, что я был рядом.
Сложно сказать.
Я не привык полагаться на удачу.
А, французская армия.
Настоящий солдат
не стал бы похищать девочку.
Ты кого девочкой назвал?
- Ты цела?
- Да.
Благодаря Анри.
Кто ты такой?
Отвечай сейчас же. Кто ты?
Анри.
- Будь другом, поднимись наверх.
- Зачем мне туда идти?
- Просто иди наверх.
- Ладно.
И возьми с собой женщин.
Анри.
Оставь, пожалуйста, пистолет.
Как шея?
А твоя как?
В любое другое время,
если бы ты попытался убить меня,
я пристрелил бы тебя или выбросил
в окно и забыл о твоем существовании.
Но я стал старше. И несколько мудрее.
У тебя есть имя?
Я так и думал.
Любишь Дина Мартина?
Надо полагать, ты хорошо обучен
и тебя не так-то просто разговорить.
Но я задам тебе пару вопросов.
Очень простых вопросов.
И, если ты не ответишь
или скажешь "не знаю",
получишь ногой в голову.
Ну знаешь, как в той песне.
А потом я сам отвечу на вопрос.
Как тебе план?
Ну поехали.
Не надо быть семи пядей во лбу,
чтобы понять, что ты из разведки.
И что ты работаешь на СВДК.
Я правильно сказал?
Да, я правильно сказал.
Вечно путаюсь с аббревиатурами.
Так о чем мы... А, да, СВДК.
Военная разведка.
И твой начальник, надо думать,
как и все остальные в этой Вселенной,
дико зол на Филиппа Сент-Андре.
Он украл что-то
или в данном случае кого-то,
кого ему поручили защищать.
Нет, это не был вопрос.
Но сержант Сент-Андре
действительно работает на СВДК, да?
А вот это был вопрос.
А ответ такой: "Уи, месье Спейд,
он правда там работает".
Но он ударился в бега.
И вы с приятелем заглянули к нам
в надежде, что девочка знает,
где пацан?
"Уи, все так".
Потому что изначально план был такой:
Сент-Андре должен был доставить
мальчика большим шишкам в Париж.
"Уи. План действительно был такой".
А я в ударе.
Итак, вопрос на миллион франков.
Чем так важен этот ребенок,
что все готовы убивать монашек
и похищать девочек,
лишь бы заполучить его?
Я не знаю. Нам велели прийти сюда.
И, если мальчика тут не окажется,
забрать девчонку.
Но ты пришел во всеоружии,
как будто думал,
что тебя тут ждет перестрелка.
Такая у тебя репутация.
Я польщен, но...
Прошу...
Перестань так делать.
Перестану, если начнешь отвечать.
Ты думал, что Филипп будет здесь?
На то были причины.
Ты знаешь, чем он занимался в Алжире?
Он был в отряде снайперов.
Он был шпионом.
Сент-Андре разыскивал членов
секретной вооруженной организации.
И затем убивал их.
Убил больше 30 человек.
Это не отвечает на вопрос,
почему все - от кардиналов Ватикана
и французской разведки до ЦРУ -
ищут этого мальчика.
Я ничего не знаю, только слухи.
Хорошо.
Так поделись ими со мной.
Этот мальчик якобы -
самое ценное, что есть на свете.
Похоже на записку
из печенья с предсказанием.
Больше я ничего не знаю.
Клянусь жизнью матери.
Ладно.
Можешь идти к своему другу,
он, наверное, где-то неподалеку,
заливает кровью мой виноград.
Серьезно?
Я могу идти?
Передай тому,
кто отдал этот тупой приказ,
что я хочу найти сержанта
не меньше вашего.
Хотя бы потому, что из-за этого
выродка весь мой дом стоит на ушах.
И когда я найду Филиппа -
а я его найду,
я с ним поговорю,
а потом заверну его в ковер
и отправлю в Париж.
И тогда делайте с ним что угодно.
Но до тех пор...
Если я снова увижу
вооруженных военных,
которые шарятся рядом с домом,
я выстрелю. Прямо в яйца.
Я тебе не врал.
Мы знаем, кто ты.
Говоришь так, будто я скрываюсь.
У тебя много врагов.
Так. Я тебя отпускаю,
даже не покалечив,
хотя ты пытался меня убить,
а ты решил поугрожать мне на прощание?
Дружище, хочешь напечатать мой адрес
в утренней газете
или сообщить в вечернем шоу -
вперед и с песней.
Но ты сам поймешь:
до того Сэма Спейда никому нет дела.
Теперь уже нет.
Передай своим боссам, что мы не враги.
И они вам поверят?
С чего бы?
С того, что ты все еще жив.
А теперь катись на хер.
Маргерит?
Что с шато Сент-Сесиль?
Продано.
После удара он не всегда в себе.
Просыпается в здравом уме,
но спустя какое-то время
начинает забывать, где он и кто.
То есть не изменился.
Он уже пару дней отказывается от пищи.
Ему недолго осталось.
Вот и все. Готово.
- Что-нибудь еще нужно?
- Нет, ничего.
Тогда я пойду.
Как там Жан-Пьер?
Спроси этого гада,
который за нами следит.
Уверена, он расскажет.
Шастен уже много лет
этим не занимается.
Староват стал.
Даже шлюх и наркотики
тебе не добывает?
Теперь он ходит за меня по магазинам.
Закат карьеры.
Хотя я не удивлена.
Знала, что однажды ты разоришься.
Я не разорился.
Я раздал все свое состояние.
- Кому?
- Различным фондам,
которые помогают страждущим.
Какая ирония.
А ты разве страдала?
Я. И все вокруг.
Маргерит, я надеялся,
мы с тобой тихо простимся.
И все.
Мы уже простились на нашей свадьбе.
Я же умираю.
Можешь хоть сейчас не язвить?
Это такое правило?
Ты же помнишь, я не люблю правила.
Да, но в глубине души
ты меня еще любишь.
Нет, Дени.
Не люблю.
Я тебя ненавижу.
Меня это не радует, но и не печалит.
И сын тоже тебя ненавидит.
И всей пудры в мире не хватит,
чтобы скрыть твою суть.
А суть в том, что ты подонок.
Мы ненавидим тех, кого любим.
Да господи... Ты серьезно?
Решил вставить строчку
из своей паршивой песенки?
Да, я ее узнала.
Я тысячу раз пела ее с тобой.
- Ты была слишком юна.
- Ай, снова-здорово...
Слишком юна, чтобы выходить замуж.
Но для тебя - не слишком.
Что ж, Дени. Дорога была долгая.
Ты вернешь то,
что этот хорек украл у меня, или нет?
Я имел право знать, что с моим сыном.
Жан-Пьер так не думал,
иначе написал бы сам.
Он украл тебя у меня. Украл.
И за это ты отправил его в ад?
- Ты сама просила меня помочь.
- Я просила вернуть его домой.
Нечего было идти добровольцем.
Я говорил ему,
что мы найдем выход. Но...
Он хотел быть героем. Ради тебя.
Нет. Он хотел сбежать от тебя.
Сбежать как можно дальше.
И по твоей вине
он так и остался в том аду.
Я не жду,
что ты простишь меня, Маргерит.
Я бросил их, моего сына и его мать,
ни с чем.
Я никак им не помогал.
Даже не старался.
Но я хотел бы, чтобы Жан-Пьер знал,
что я все осознал.
Что я наконец понял:
всю жизнь я только и делал, что брал.
Пусть он знает, что я умираю.
И что я знаю,
что заслужил такую смерть.
- В одиночестве.
- Ты серьезно?
Ты правда ждешь,
что Жан-Пьер тебя простит?
После того, что ты сделал?
Просто потому, что ты вдруг понял,
каким эгоистом был?
Я ничего не жду.
Лишь надеюсь,
что он оставит ненависть в прошлом.
Сможет жить дальше. Вот и все.
У нас с тобой была еще одна песня.
Помнишь ее?
Желаю тебе поскорее сдохнуть.
Постой.
Мы с Джорджем только сели
за кроссворд в "Таймс"
и услышали, как кто-то кричит.
Аж у вас дома было слышно?
Ну, мы были в саду.
Это часть нашего ежевечернего ритуала.
Свежий воздух и "Мимоза", конечно же.
Как вам такая теория?
Он попытался сбежать,
из дома рванул сюда и споткнулся.
Ну, мне так кажется.
Вам совершенно зря так кажется.
Дорога в другой стороне.
Ночь была безлунной. Кромешная тьма.
А ему это место незнакомо, так что...
И все же никто еще не умирал
от падения в бассейн.
Умирал, если не умел плавать.
- Он обученный военный.
- А еще истекал кровью.
Я его едва зацепил.
Что тут у нас?
- Сколько раз ты в него выстрелил?
- Один.
Попал в плечо.
А ты уверен?
Уверен, что стрелял не в лицо,
когда он прыгнул в окно?
А ему выстрелили не в лицо.
Стреляли в затылок.
А это выходное отверстие.
Ладно. Но я стрелял в плечо.
Возможно, его напарник решил,
что с раненым сбежать будет сложнее.
Его напарник не сбежал.
Я его отпустил.
Не видел смысла его задерживать.
А сегодня утром ты не увидел смысла
рассказать мне,
что двое мужчин пытались
похитить Терезу?
Опыт подсказывает, что чем меньше
людей в курсе - тем лучше.
Так трогательно,
что ты переживаешь за меня.
Даже днем попасть было бы сложно.
А его убили ночью.
Такая точность просто поражает.
Может, у убийцы был
прибор ночного видения.
Например, "Пи Ви Один Старлайт".
Джордж служил в фузилерном полку.
Там и научился живописи?
Стрелковая часть?
Машбюро. Я ужасно стреляю.
Не сомневаюсь.
Анри. Позвони на базу,
пусть они займутся телом.
Генерал Даву
ревностно охраняет границы.
- А солдатик - его.
- Но бассейн-то мой.
Но в него он попал из их части.
Спасибо за помощь.
Не за что. Мы будем... там.
- Звони на базу.
- Да.
Давным-давно, в Сан-Франциско,
ты носил костюм,
размахивал пистолетом
и делал, что хотел.
Ты так романтично все это описываешь.
Но сейчас
мы с тобой не в Сан-Франциско.
Я в курсе.
Рад слышать.
Тут я мою унитазы и оттираю рвоту.
А дома был учителем. Хорошим учителем.
Раз ты так несчастлив, иди к нам.
На дороге надо убирать только скунсов.
Полюбуйся.
Он стоит там с тех пор,
как к нам приходил имам.
- Уведи мальчика отсюда.
- Куда?
Да куда угодно.
Лишь бы подальше от наших детей.
Смотри. Это, по-твоему, нормально?
- Но имам сказал...
- У имама нет своих детей.
Почему этот мальчик тут один?
Убивает не падение.
А удар об землю.
Никогда к этому не привыкну.
К чему?
Тео начал печь круассаны.
- У тебя такой чуткий нюх.
- Да.
Я до сих пор иногда чувствую
вонь трупов на поле боя.
А это было до того, как я ослеп.
Рассказать эту историю?
Еще раз.
Только если сам хочешь.
Это было до твоего прибытия.
Моя вторая ночь там,
наш отряд попал в засаду.
Потеряли десяток человек.
Солдаты ФНО хорошо обучены.
И очень жестоки.
Отчасти я восхищался ими.
Я завернул за угол
и оказался лицом к лицу с солдатиком,
мальчиком лет 13-14.
Он хотел выстрелить,
но крючок заклинило.
Я отобрал винтовку и ударил ей его.
Сильно, чтоб вырубить.
И оставил его там, без сознания,
но живого.
Пять лет спустя меня взяли в плен.
Обе ноги прострелены, меня подлатали,
чтобы я не умер до пыток.
И кто был командиром отряда?
Тот парнишка из деревни.
Только теперь уже взрослый.
И он меня вспомнил.
Точнее, он меня и не забывал.
Я уже решил, что спасен.
Что сейчас мы с ним мило поболтаем
за обедом.
Они поставили чайник
и предложили мне чашку чая.
Я сказал: "Да, спасибо, не откажусь".
А потом двое держали меня,
пока третий лил в глаза кипяток.
Хороший был день.
Они тебя ослепили, что тут хорошего?
Я понял, что ненависть и помогает,
и отвлекает от цели.
Я отвлекся.
А вот тот парнишка - нет.
Он не забывал о своей цели.
Это не цель, а хрень какая-то.
Мы рождены учиться. И все.
Но даже с этим не справляемся.
Маргерит?
Стоять! Чтоб тебя!
Самир!
- Я тебя чуть не застрелил!
- Хорошо, что не успели.
Это твой сын?
Я не знаю, кто он.
Тогда что он здесь делает?
Я недавно нашел его.
Прятался в кладовке.
Наш имам думает, что за ним охотятся.
Плохие люди, само собой.
Так это ты.
Тот, ради кого все убивают.
Лейтенант встретит скорую в Бозуле.
- Тебе не прилетит?
- Маловероятно.
Все хорошо, что хорошо кончается.
Всегда рад помочь.
Да. Конечно.
А теперь расскажи, как все было.
Ты кадет, подстрелил солдата,
и его нашли мертвым.
Да, вы правы, но это еще...
Перестань. Кому ты позвонил?
- На базу.
- На какую именно -
в Лионе или в Париже?
- Зачем мне звонить в Париж?
- Потому что твое начальство там,
а ты вчера пришел не просто так.
Ты был при исполнении.
- Я?
- А что, умно.
Я бы тоже послал сюда
солдата, знающего тут каждый уголок.
Какое у тебя звание?
Младший лейтенант.
Неплохо.
Ладно, давай так:
если ты и дальше
будешь тут околачиваться,
имей хотя бы совесть не врать мне.
Спасибо.
За что спасибо?
- Ты спас мне жизнь.
- Да я просто...
Он так сильно схватил меня за руки,
я даже думала, что сломает.
И тут появился ты. Мой герой.
Такой храбрый, как...
Ну не знаю, сэр Ланселот.
- Я поступил так, как...
- Велело сердце?
Как нас учили.
Прости, если из-за этого
у тебя будут проблемы.
За меня не переживай.
В армии нас учат разным маневрам.
Я выкручусь.
А что такое СВДК?
Это служба внешней разведки.
Получается, ты шпион?
- Мистер Спейд говорил...
- Нет. Не совсем.
Я скорее... аналитик.
И что ты анализируешь?
Не могу сказать.
Даже мне? Ну брось.
Скажем так, мы защищаем страну.
- От кого?
- От врагов.
Внешних и внутренних.
- От ОАС, например.
- От кого?
От секретной организации.
Это ультраправые фанатики,
готовые убить де Голля
за то, что он отдал Алжир.
- Французские солдаты?
- Предатели.
Но да. К сожалению, они французы.
А мой папа... Он один из них?
Филипп, как и многие военные,
не знает, когда остановиться.
Это не ответ на вопрос.
Что такого смешного?
Ты говоришь совсем как месье Спейд.
Мой отец - член ОАС?
Нет.
Нет, его задачей было
их выслеживать и устранять.
Убивать своих земляков?
Лучше забудь обо всем этом.
Как я могу забыть
нечто настолько ужасное?
И как я забуду, что ты рисковал собой,
чтобы спасти меня?
Если понадобится, я рискну снова.
Я ждал ее несколько месяцев.
Все в восторге.
- О чем эта книга?
- Прочитайте название.
- "Планета обезьян".
- Дочитаю и дам вам.
Да не надо, спасибо.
На этой планете и так полно обезьян.
Да, алло?
- Он на месте?
- Смотря о ком вы.
Передай ему, что звонит Жан-Пьер.
Я не знаю никаких Жан-Пьеров.
Передай, что мальчик у меня.
Есть кто дома?
- Что ты здесь делаешь?
- Где мой отец?
Мне откуда знать? Я его не видела.
И ничего о нем не слышали?
Нет, с тех пор как он вернулся.
А в чем дело?
Какой-то подонок
пытался меня похитить.
Ты цела?
Да, все хорошо.
Это вам.
Мне они не нужны.
Но я связала их для тебя, милая.
Нет. Вы их связали для себя.
Чтобы я поделилась деньгами.
- Деньгами? О каких деньгах речь?
- О моем наследстве.
О наследстве, оставшемся мне от мамы.
В Алжире у вас было все,
а теперь вы ютитесь в этой дыре.
Тяжело, наверное.
Но знаете... Вы сами виноваты.
Не стоило спать
с охранником своего мужа.
Что я тебе сделала?
Как ты смеешь хамить?
С первого же дня, как я оказалась
здесь, вы делали вид, что меня нет.
Что я пустое место.
Так что я еще не хамлю.
Не стану уподобляться тебе
и попрошу вежливо.
Пожалуйста, сейчас же покинь мой дом.
Скажите отцу, я заходила.
Думаешь, ты лучше всех?
Время и тебя не пощадит.
И даже все деньги мира
не спасут тебя от старости.
Я так рада,
что вы к нам присоединились.
Ваше присутствие вселяет уверенность.
После того, что я увидела
в вашем бассейне, боже...
До сих пор трясет.
Вынужден признать,
у вас тут люди мрут как мухи.
Подумать только,
такое безмятежное местечко...
И вдруг реки крови.
Уверяю вас,
обычно в Бозуле очень тихо.
А эти убийства - из ряда вон.
Или новая тенденция.
Прошу, дорогой комендант,
не стесняйтесь.
Ой, нет, спасибо. Я и так уже объелся.
Глупости какие.
Я же вижу, у вас хороший аппетит,
и, если судить
по моему любовнику-итальянцу,
это признак ненасытности в постели.
Что ж... В таком случае...
Вот, прошу.
Постойте. И подливка.
- Спасибо.
- Бон аппети.
А я знала, что вы не откажетесь.
Я...
Подумываю обзавестись оружием.
Для самообороны.
Вы можете что-нибудь посоветовать,
мистер Спейд?
Конечно. Я советую водяной пистолет.
Ах вы. Все бы вам шутить.
- Но я, вообще-то, серьезно.
- Как и я.
Вы ни разу не держали в руках
пистолет?
Держал. Поэтому и дал такой совет.
Вы меня заинтриговали. Поясните?
Если у вас под подушкой
будет пистолет,
рано или поздно вы его направите
на другого человека.
А если вы направите его на человека,
то либо убьете его, либо убьют вас.
А я не настолько азартен.
Выпущенную пулю
уже не вернуть обратно в дуло.
Я думаю, с должной подготовкой
оружие можно держать дома.
Или даже носить при себе
на постоянной основе.
Для художника
вы чересчур интересуетесь оружием.
Меня больше интересуете вы,
мистер Спейд.
У вас была такая насыщенная
и увлекательная жизнь.
Вы местная легенда.
И я, как женщина,
живущая в постоянном страхе,
могу полагаться только на мужчин
вроде вас, мистер Спейд.
- Мне нужно в уборную.
- Да, конечно.
Она там, идите по коридору,
вторая дверь налево.
Мы вас ждем.
Налить вам еще вина? Сейчас.
Вот, прошу.
Где вы учились?
А, ну... В школе жизни, так скажем.
Кто-то заблудился?
Похоже на то.
Вы не похожи на того,
кто часто теряется.
Видимо,
меня эти убийства тоже потрясли.
Не будьте к себе так строги.
Мы все притворяемся, мистер Спейд.
Взять хоть моего супруга.
Он притворялся, что любит меня и сына,
но волновала его одна только Габриэль.
Я поняла, что что-то не так,
когда ее обнаженная фигура
стала появляться на его картинах.
- На чем мы остановились?
- На обеде.
Может, пойдем назад?
Разумеется.
Очень вкусно. Спасибо.
Не за что, мой дорогой.
"Вкусно"?
Плохой вкус - тоже вкус.
Эти англичане не умеют готовить.
Да господи боже, кто вообще решил,
что блюдо под названием "жаба в норе"
может вызывать аппетит?
- Зато вино хорошее.
- Потому что французское.
А из него такой же художник,
как из меня - доярка.
- Зачем я представил?
- И что с гаражом?
Почему там нет места для их машины?
Полагаю, это как-то связано
с той статуей на крыше.
Где ты была?
Ездила к Дени.
Так он еще жив?
- Точнее, все еще умирает?
- Ты знал?
Он мой отец.
Пусть он и подонок, но я слежу за ним.
Надо же знать, когда можно будет
плюнуть на его могилу.
Очаровательно.
Так ты знаешь, где он живет?
Для него этот пансионат слишком хорош.
Все эти годы его считали
каким-то легендарным затворником.
А он просто нищий больной старик.
Никому больше нет до него дела.
Кроме тебя. Почему?
Шастен умолял меня поехать.
Сказал, если я навещу Дени,
он вернет это.
Как мои письма попали к отцу?
Он их украл.
Точнее, велел Шастену их украсть.
Откуда он вообще узнал про эти письма?
Я ему рассказала.
- Надеялась, он тебе поможет.
- Поможет?
Это он меня туда и отправил.
И он должен был узнать,
на что обрек тебя.
Маргерит, это был наш секрет.
- Он мог бы поднять свои связи.
- Связи?
И вернул бы тебя домой.
Я его использовала.
Это ты так думаешь.
Да, я заключила сделку с дьяволом.
А что мне оставалось?
Я испугалась за тебя,
когда прочла эти письма.
Когда заключаешь сделку с дьяволом,
надо предложить ему что-то взамен.
- Что?
- Какую цену запросил мой отец?
Не важно.
- Ты с ним спала?
- Что?!
- Да ни за что.
- А что ты сделала?
Прочитала ему письма.
- Прочитала ему мои письма?
- Таков был уговор.
Твоя боль - моим голосом.
- И что он на это сказал?
- Ничего.
Просто встал и ушел.
По-твоему, это смешно?
- Свою часть сделки он не выполнил.
- В смысле?
Зато ясно, почему из одного ада
меня перевели в другой.
Да, но... Всего на два месяца,
а потом демобилизовали.
- Это да, но не благодаря ему.
Я думал, что потеряю все.
Тебя,
свой разум, свою душу.
И я тоже заключил сделку с дьяволом.
Какую?
Жан-Пьер?
Какую?
Простите, месье.
Спасибо, дружище.
Теперь мы квиты.
Вся семья пришла.
Заид взял кое-что мое.
Спасибо, что присматривали
за этим мальчиком.
Вас щедро вознаградят.
Он из саудовской тайной полиции.
Они тоже хотят заполучить мальчика.
Теперь он в надежных руках.
С ним ничего не случится.
Я даю вам слово.
Идем, Заид.
Продолжим наше путешествие.
Умница, Заид. Умница.
Храни вас Аллах.
Как же неловко-то.
Я её знаю.
Увидишь, я полна сюрпризов.
Как такой умный человек может
быть таким глупым?
Мы с вами оказались на
пресловутой развилке, мистер Спейд.
Мы либо поделимся друг с другом всем...
Либо просто допьём чай.


Серия 5

Сообщник не сбегал, я его отпустил.
Не было нужды задерживать его.
А рассказать о том, что Терезу пытались
похитить тоже не было нужды?
С того дня, когда месье Спейд привёл
меня в этот дом, вы отвернулись от меня.
Значит, это ты...
Из-за тебя всех убивают.
- Вы заблудились?
- Похоже на то.
Спасибо, друг мой...
Твой долг зачтён.
Алжир, 1956 год
ПО МОТИВАМ РОМАНА ДЭШИЛЛА ХЭММЕТА
На чем мы остановились?
Вкуснотища.
Попробуешь?
Божественно.
- Ты совсем спятил?
- Не знаю.
Думаешь, спятил?
Сегодня будет жара.
Сорок с лишним градусов.
И я вот что предлагаю...
Мне не хочется ходить туда-сюда,
так что давай ты сам все расскажешь?
Начнем сначала.
Освежим твою память.
Говорю же, я его не знаю.
Я не знаю никого из ОАС.
При чем тут ОАС?
Я ищу нашего земляка.
Или ты у нас из ОАС, дружище?
Да?
Убивал невинных алжирцев?
"Алжир - это Франция,
и так будет всегда"?
Пытался убить Жан-Поля Сартра?
Скажи мне, где он скрывается.
Или мне прострелить этот арбуз?
Либо меня пристрелишь ты, либо они.
- В любом случае я труп.
- И что ты чувствуешь?
В смысле?
Ну что...
...в данный момент
ты что-то значишь.
Ты действительно важен.
Ты можешь все изменить.
Но всего одна пуля -
и тебя не станет.
Навсегда.
Ладно. Как угодно.
Постой!
МЕСЬЕ СПЕЙД
Сестра Анжелик?
Быть не может...
Сестра Анжелик?
Сестра Анжелик?
- Что за Анжелик?
- Я думал, вы - это она.
Нет, не она. Вы обознались, месье.
- Не так ли?
- Да-да-да.
- Повторите.
- Я обознался.
Кто там?
Брижит Бардо.
Да господи, открой дверь.
Привет.
Прекрасно. Как нас и учили,
проще спрятаться у всех на виду.
Нас учили еще кое-чему.
А именно: не полагаться на удачу.
Так что мы тут ненадолго.
А если таинственный месье Кан
так и не позвонит?
Он позвонит.
Ты уверен, что он исправен?
Он позвонит.
А если
по какой-то причине
месье Кан забудет позвонить?
Или умрет, не дойдя до телефона?
Сделаем по-моему?
"По-твоему" получилось вот что.
Надо сменить.
В одной книге были такие слова:
"Бог важнее всего сущего".
Но, как и все остальное,
это можно трактовать по-разному.
Будет больно.
- Чтоб тебя.
- Очень больно.
Еще немного. Закрой глаза.
Для верующего, фанатика
"Бог важнее всего сущего" означает,
что Господь и впрямь всемогущ.
Но для меня эта фраза значит,
что Бог важнее сущего.
А ничто, небытие,
бесконечная пустота
пространства и времени...
Она сильнее всего, даже Бога.
И... Когда я беру в руки винтовку,
целюсь в другого человека,
это ничто поглощает меня.
В этом-то и ирония моей работы.
Чтобы забрать у другого все,
я становлюсь ничем.
Ты все молчишь?
Меня восхищает твое молчание.
Молчание требует стойкости.
И силы. Верно?
- Ты его пугаешь.
- Пугаю?
Не бойся, Заид.
Тебя тут никто не тронет.
Да.
Ты слишком много стоишь.
Не мешай нам говорить о возвышенном.
Но к чему это все?
Он тебя не понимает.
Да и я едва понимаю.
Вы, алжирцы, все такие.
Говорите на пяти языках,
но ни один не понимаете.
Тебе молчание тоже пойдет на пользу.
А тебе пойдет на пользу
спуститься с небес на землю.
Ты как гончая.
Тебя обучили загонять дичь.
Но в дом после охоты тебя не пустят.
Только вот моя охота
никогда не закончится.
Ты путаешь навыки с ценностью.
А свою ценность определяем не мы.
Как прагматично.
Ницше писал:
"Змея, которая не может
сменить кожу, погибает".
Да? Ты еще и Ницше читала?
Я полна сюрпризов, вот увидишь.
А ты умеешь ладить с детьми.
Из-за него погибла Анжелик.
Она погибла из-за своей тупости.
Моя сестра была не такой, как мы.
Ты слишком много на нее взвалил.
Я всего-навсего поручил ей
приглядывать за мальчиком. И все.
Но даже с этим...
Еще Ницше писал:
"Нет более сильного врага для меня,
чем я сам".
Да в жопу Ницше.
Если что, я пошел поплавать.
А вот и нет.
Басам спустил всю воду.
- Что?
- А сейчас намывает его
какой-то вонючей химией.
- С какого перепугу?
С такого,
что трупы портят воду и ауру.
Привет.
Доброе утро, Анри.
- Будешь завтракать?
- Нет-нет, спасибо.
Я все равно ненадолго.
Потерял блокнот.
Ты про черную книжечку
с именами твоих подружек?
- Она коричневая.
- Когда ты его видел?
Да на днях.
Когда тут нашли, ну знаете...
Чертов труп в бассейне.
- Вы не видели блокнот?
- Нет.
- Ты его подписал?
- Нет.
В следующий раз подпиши.
Да. Хорошая мысль. Подпишу.
Хочешь, я подпишу вместо тебя?
А то от руки ты пишешь, как...
...курица лапой.
- Да что ты?
- Тебе не сложно?
- Нет, что ты.
Давай съездим в город
и я помогу тебе выбрать новый?
- Звучит чудесно.
- Так, все.
Давайте вы уже свалите отсюда,
пока меня не вырвало.
Кое-кто не в духе,
потому что не может поплавать.
Пока. Оревуар. До свидания.
Схожу переоденусь.
Я же не могу ехать в город
в пижаме, да?
- Подожди здесь. Я скоро.
- Хорошо.
Уже придумала, что надеть.
Я в предвкушении.
Вы слишком сильно переживаете за нее
для человека,
которому нет дела до других.
Я не за нее переживаю.
Он большой мальчик.
И солдат как-никак.
Боюсь, этого недостаточно.
ГАБРИЭЛЬ СПЕЙД
Не "Ритц", конечно. Знаю.
Много лет назад тут жила моя мама.
Когда мы вернулись из Алжира.
У нас ничего не было.
В тех комнатах она встречала клиентов.
А я играл с ключами.
И слушал, что там происходит.
Большинство из них
приезжали в Бозуль ради нее.
Он ни слова не понимает.
Поэтому я с ним и говорю.
Очень успокаивает.
Я думала, твоя мать богата.
Она была богата. Точнее, ее муж.
- В смысле твой отец?
- Нет.
Ее муж. Жерар.
Богатый и нечистый на руку делец
из Алжира.
А вот на мою мать
его энергии, увы, не хватало.
Что оставалось
бедной неудовлетворенной женщине?
Она жила в золотой клетке?
- Какое клише.
- Старое как мир. И...
Ну и, разумеется,
в этой истории появился я.
Она залетела от менеджера отеля.
И ей пришлось променять
постылую жизнь в Боне на это.
На убогое существование в этой дыре.
Мне нравится тебя слушать.
Как будто читаю "Ле Монд".
А мне нравится, насколько тебе
плевать, что я могу тебя убить.
Если я не убью тебя первой.
Я тоже импульсивна.
Я уже всю жопу отсидел
в ожидании звонка!
Как будто мне не плевать.
- У нас было много дел, так что...
- Хорошо.
Может, тогда продать мальчика
тому, кто не так занят?
Алло?
Где встретимся?
К югу от моста, на дне нашей дыры.
Будь там... Завтра.
- Без семи десять вечера.
- Почему без семи?
- Почему не без пяти или?..
- Месье Кан.
Не опаздывайте. У моей подруги
руки чешутся его пристрелить.
Не смейте...
Патрис. Это Спейд.
Я нашел мальчика. Не спрашивай как.
Но...
Есть ручка? Записывай.
Сразу за заброшенным вокзалом
есть грунтовая дорога в лес.
Езжай прямо по ней, до самого конца,
а затем иди к озеру.
Встретимся у спуска к воде.
Да, и, Патрис, возьми оружие.
Возможно, там будет Филипп.
Да уж.
Как неловко вышло.
- Вы уехали вдвоем.
- Вам так показалось.
Мы лишь прикидываемся идиотами.
У вас отлично получалось.
И все же вы что-то заподозрили.
Издержки профессии.
Так и откуда вы? Из МИ5? МИ6?
Разве есть разница?
- Итак...
- Не хотите его опустить?
Простите.
Так вот.
Давайте проясним.
Вы заезжаете в соседний дом,
прослушиваете меня...
Полагаю, вас волнует
не секрет моего превосходного вина.
Не такого уж и превосходного.
- Филипп?
- Он тоже нас мало волнует.
- Мальчик?
- Уже теплее.
Откуда мне знать, где он?
- Холодно.
- Тереза?
Бинго.
А ей-то откуда знать, где он?
Мы полагаемся не столько на факты,
сколько на совпадения.
Сестра Анжелик?
Представляете?
Мы проследили за ней до монастыря.
Но ребенка там нет.
И сама она не монашка.
Так что она там делает?
Беседует с Богом.
Расплачивается за грех прелюбодеяния.
Ждет. Наблюдает.
И мы на ее месте поступили бы
точно так же.
Но опять же, почему там?
И мы изучили всех, кто там живет.
Начали с монахинь.
Но, помимо настоятельницы,
у которой, надо признать,
довольно интересное прошлое...
Вы, видимо, плохо знаете монашек.
Увы, никто не был связан
с нашим алжирским скитальцем.
Затем мы пригляделись к детям.
И выяснили, что одна девица
несколько отличается от остальных.
Это мягко сказано.
Одна девица, чья мать была
американкой, осужденной убийцей
и воровкой антиквариата,
а ее отец -
офицер французской разведки
и, как оказалось...
Больной ублюдок.
Второй похититель.
А, да. И это тоже.
Разумеется,
она привлекла наше внимание.
Если хотите ее завербовать,
она будет только рада.
А еще один подозрительный человек
каждую неделю
привозил в монастырь деньги.
Ничего подозрительного.
Я делал то, ради чего меня наняли.
А именно - следил за тем,
чтобы о "девице" заботились.
Как по мне, это немного перебор.
Неужели вы настолько
испортили себе карму?
Вы тут шпион.
Скажем так, ваша жизнь в Сан-Франциско
достойна стать сюжетом романа.
И в продолжении я участвовать не хочу.
Вы слегка опоздали. Согласны?
"Слегка опоздал", как правило,
означает "совсем умер".
Так что нет,
я не собираюсь лезть во все это.
Как говорят в Хакни,
сказал "А", говори и где.
В данном случае нас интересует,
где мальчик.
Полагаю, вы видели его работу.
Те цифры?
- Думаете, это цифры?
- Мне плевать, что это.
Особенно после того, как мертвый
солдат забил фильтр моего бассейна.
И все-таки эта загадка нашла вас сама.
Так пусть она меня потеряет.
Я хочу, чтобы вы с мамулей
перестали тут шастать.
И чтобы Терезу оставили в покое,
пока какой-нибудь мазила
ее не пристрелил.
Все понятно?
Вы очень доходчиво объяснили.
Хорошо. Прекрасно.
А теперь, если позволите,
я хочу поплавать.
Я думал, это ваше "хорошо-прекрасно"
значит, что вы все поняли.
Уже второй раз за два дня
какой-то гребаный подонок
уложил меня на лопатки.
"На лопатки"... Скажете тоже.
Это просто тхеквондо.
Я служил в Корее. В Северной.
Что ж... Рад за вас. Наверное.
Куда вы так спешите?
Может, останетесь на чай?
Жан-Пьер?
Тот мальчик... Как он?
Хорошо.
- Лучше не бывает.
- Ты его видел?
Я же сказал, что присмотрю за ним.
Хватит меня допрашивать!
Можешь идти. Я хочу поспать.
Месье Спейд!
Клод?
Что вы здесь делаете?
Что с вами случилось?
Кто вас побил? Скажите мне.
Я не могу.
Конечно, можете.
У нас ведь нет друг от друга тайн.
Ну же.
Скажите мне. Я передам месье Спейду.
Я видел призрака.
Три года назад
няня выкрала этого мальчика.
Она работала на семью египтян,
жившую в Алжире.
К слову, это очень влиятельная
и очень богатая семья.
Они ведут дела по всему миру.
Но при этом никто не поднял
никакой шумихи насчет того,
что одного из их детей похитили.
Может, он им не родной?
Не родной.
Насколько мы поняли,
мальчик переходил из рук в руки
с самого рождения.
Два года назад нам сообщили,
что в Тунисе какая-то алжирка
пытается продать ребенка. Дижестив?
В Британии нашлась приемная семья.
Выходцы из Аравии.
Но что-то пошло не так.
Женщина не пришла,
а ребенок снова пропал.
И спустя еще год он объявился снова.
На этот раз - в Алжире.
В военное время
проще всего спрятаться.
Это значило,
что ставки поднялись на новый уровень.
Я ее знаю.
Вы знали ее сестру.
Няню. Анжелик.
Ту, которая притворялась монахиней.
Эту зовут Газала.
- Чья форма?
- ФНО.
Не последний человек
среди повстанцев.
Мы полагаем, это она его похитила.
Но не знаем зачем.
Может, чтобы выручить деньги
или обменять его на пленных.
И зачем мальчик французам?
Им он нужен не меньше, чем остальным.
Из-за этой истории с цифрами?
Что ж, тут мы подходим
к самому главному вопросу,
мистер Спейд.
- Разве?
- Да.
Стоит ли нам рассказать
все, что мы знаем,
либо просто допить чай?
Иными словами,
можно ли вам доверять?
Насколько это возможно.
С оговорками и осторожностью,
как и всегда.
Короче говоря,
мальчик может взламывать шифры.
Любые.
Мгновенно.
И он создает
собственные уникальные шифры,
которые вы считаете каракулями.
Нет, я считаю это бредом.
А вот СВДК, ЦРУ, КГБ и, конечно,
наш босс в Лондоне другого мнения.
- Не забывайте про Церковь.
- Про которую?
Хотя какую ни возьми - он нужен всем.
- Начнем с Рима.
- Да, эти чертовы кардиналы...
Они думают, что Заид может доказать
существование Бога.
И они бы хотели, чтобы он доказал
существование их Бога.
Само собой.
Некоторые шииты пришли к выводу,
что мальчик - так называемый Махди.
Последний пророк Аллаха,
который появляется и исчезает
по своему усмотрению.
И, судя по всему,
появление этого конкретного Махди
сулит нам конец времен.
А скажем, суннитские улемы полагают,
что мальчик пришел
восстановить чистоту ислама.
И хотя мы все желаем ему добра,
мы опасаемся, что ФНО хочет его убить.
- Как-то это не по-божески.
- Нет.
Но ФНО сгодится любой мученик.
И тогда всеобщий гнев обратится
на одну цель.
Именно.
Столько армий истребляют друг друга,
в том числе ОАС,
истребляющая всех подряд,
что случайное убийство
божьего посланника
сможет объединить страну
быстрее любой пули.
Видите ли, мистер Спейд,
какими бы талантами он ни обладал,
они станут доказательством того,
что он вполне может быть мессией.
Избранным, которого все ждут.
"Вполне может быть" -
совсем не то же, что "точно".
Кто купится на эти бредни?
То есть да, люди легковерны,
но не настолько же.
Тысячелетия истории
говорят об обратном.
Или я упустила тот момент,
когда люди начали полагаться
на знание, а не на веру?
А для создания мифа не нужно
ни то, ни другое.
А именно этим
алжирцы сейчас и занимаются.
И этот миф в числе прочего
может сдвинуть границу Марокко.
Вы много чего рассказали
про суннитов, шиитов, марокканцев,
но ни один из вас не упомянул
Филиппа Сент-Андре.
Как он оказался
в эпицентре этой истории?
О, тут все просто.
Она.
Я полагаю, сержант Сент-Андре забыл,
что ему приказано убивать членов ФНО,
когда увидел эту милую мордашку
в своем прицеле.
Вы не забыли, что Филиппа Сент-Андре
милые мордашки привлекают
не так сильно, как деньги?
Надо думать,
ФНО очень щедро ему платит.
Это им так кажется.
Но, будь я Филиппом и знай я,
что этот мальчик позарез нужен
всем мятежникам, шпионам и святошам,
я сам назначал бы цену.
Устроил бы аукцион
и отдал бы его победителю.
Это сейчас и происходит.
Разумеется, Газала может ему помешать.
Опять же, будь я Филиппом,
пуля устранила бы эту помеху.
Не в этот раз.
Ведь никто не видел мальчика.
Нет ни одного его фото.
Газала - единственная, кто может
подтвердить, что это действительно он.
Так что Филиппу она нужна.
Мы полагаем, обе стороны думают,
что они договорились.
Но при этом планируют убить друг друга
после продажи мальчика.
- В любом случае
не мне вам объяснять,
почему мы так спешим забрать мальчика
у этого человека.
Конечно.
Чтобы он взламывал шифры вам,
а не кому-то еще.
МИ5 или МИ6.
Что ж...
Все это, конечно,
весьма увлекательно...
Увы, мы не можем вас отпустить.
А я и не спрашивал разрешения.
Дорогой мой мистер Спейд,
прошу, не обижайтесь,
но, несмотря
на ваше героическое прошлое,
спустя столько лет в Бозуле
вы стали неосторожны и неуклюжи.
Поэтому
мы не можем позволить вам
поставить под угрозу плоды
нашего двухлетнего кропотливого труда.
А я не могу позволить вам...
Сейчас карате тебе не поможет.
Я предлагаю сотрудничество.
Мы не договорили.
Так... Только не злитесь.
- Мы хотели...
- Идут сюда?
- Что?
- Наставили на меня пистолет?
Или что?
Нет, просто стоят.
Хорошо.
Поведу я. Не смей дуться.
Скажи, этот Джордж...
Как думаешь, он владеет кунг-фу?
Кунг-фу?
- Нет.
- Да.
Вот и я удивился.
Мелкая сучка.
Жан-Пьер?
Жан-Пьер?
Мне снился такой чудесный сон.
И о чем же?
О том же, о чем и всегда.
Я совершаю всю ту же ошибку.
Снова, и снова, и снова...
Всем снятся кошмары.
Но не все спросонья
хватаются за оружие.
Черт...
Может, не будешь держать его
под подушкой?
Прости.
Ты писал о каком-то месте в Алжире...
Забудь, что я писал.
И сожги эти письма.
Как я тебе помогу,
если ты будешь держать все в себе?
Ты мне никак не поможешь.
Я знаю, ты хочешь, но не сможешь.
И просить тебя об этом
было бы жестоко.
Клуб скоро откроется.
Иди спой что-нибудь о любви.
Сперва приготовлю ужин.
Я еще даже не завтракал.
Значит, будет завтрак вместо ужина.
Маргерит.
А это за что?
За все.
Я успел к открытию?
Оно через неделю.
Филипп Сент-Андре.
Ваш муж говорил обо мне?
Раз или два. Мимоходом.
А он не говорил, что это я научил его
общаться с дамами?
Не думала, что ему надо было учиться.
Конечно, он был хорошим учеником.
Раньше Жан-Пьер влюблялся в любую,
кто ему улыбнется.
А потом до него дошло,
что такому красавчику, как он,
стоит лишь пальцами щелкнуть...
Но вы...
Вы - другое дело.
Вас он явно добивался.
Интересно,
что у вас с ним может быть общего.
Мы с ним герои
парочки грустных историй.
Эта история только началась.
Но Жан-Пьер...
Впрочем, вы и сами знаете.
Позвольте дать вам совет,
как избежать проблем в браке.
Вы не похожи на женатого человека.
А я и не женат.
В разводе?
- Вдовец?
- Тоже нет.
Тогда чем мне поможет ваш опыт?
Если вы его любите,
вернитесь в Париж.
- Как можно скорее.
- И это ваш совет?
Если я люблю мужа - бросить его?
Этого мужа - да.
Следующего - как знать.
Вы это в "Мари-Клэр" вычитали?
Все остальные считают,
что брак - это любовный роман.
Дают советы, как сохранить искру.
Быть шлюхой в постели,
служанкой на кухне...
Но это все не про вас.
Бегите, пока есть возможность.
Я только приехала.
Вы оба будете несчастны.
И это не пустые слова, мадам.
Я точно это знаю.
Почему? Что плохого в этом месте?
Вода. Воздух. Земля.
Вся эта дыра. Она убивает тело и дух.
- Я вижу это каждый день.
- Но при этом остались здесь.
Да. Я попал в ловушку.
Поэтому знаю, что говорю.
Вы уже большой мальчик.
Садитесь в машину и уезжайте.
Так и сделаю.
Но сперва надо доделать дела.
И мне.
Рада была познакомиться.
Ладно, не буду мешать.
И портить настроение.
Надеюсь, достучался до вас.
Что там?
Ничего. Там никого не было.
- Но Клод сказал...
- Это тупик.
Не хочешь выпить?
- Серьезно?
- Всего один бокал. Маленький.
Мы пойдем в бар?
Там ведь наливают выпить.
- А сигарету можно?
- Нет.
- А за руль?
- Только через мой труп.
Нужно придумать, как с ней поступить.
Монастырь явно откроют не скоро.
К тому же она туда не хочет.
Но, если бы вы могли, вернули бы ее?
В монастырь?
Ну а куда еще?
Как такой умный мужчина
может быть таким дураком?
Ее место - с вами, и больше нигде.
Со мной? Нет. Она меня ненавидит.
Может, потому что вы сдали ее
в монастырь?
Мне нужен совет, а не нравоучения.
Нравоучения тоже нужны.
Вы и сами знаете, как с ней поступить.
Просто не хотите...
Как там говорится...
- Признаться себе в этом.
- В чем признаться?
В очевидном.
В том, о чем вы не хотите говорить.
Вы мне напомнили
одну знакомую из Фриско.
Та тоже говорила загадками.
Никогда не скажет, что цвет красный,
только что он не синий.
Просто скажите прямо, хватит намеков.
Я и говорю.
Я уже много лет вам это твержу.
Но вы не хотите меня слышать.
Повторите.
Еще один джин-тоник.
Это не вам потом
отмывать рвоту в салоне.
Самир умеет мешать
целый бокал тоника с каплей джина.
Может, ей остаться у вас?
Вы так хорошо ее понимаете.
Ладно. Давайте сделаем вид,
что вы правда дурак.
И я просто повторю ваши слова.
Много лет назад Бриджид выпорхнула
из тюрьмы прямо в ваши объятья.
Вы с ней помчались в мотель,
трахнули ее в последний раз,
но сразу же поняли, что любовь -
или что там вас связывало -
все-таки прошла.
Но вы не успели сказать ей это,
ведь она сбежала в Турцию,
где повстречала Филиппа.
И больше вы ее не видели.
Так все было? Да?
Да. Но...
И из какой части этой истории следует,
что я ее отец?
Вот. Не такой уж вы и дурак. Видите?
Вы правда считаете,
что я об этом не думал?
Я считаю,
что вы не хотите признавать правду.
Не хочу, потому что это чушь собачья,
а не правда.
Почему?
Терезе было четыре, когда я забрал ее.
- И?
- А Бриджид я не видел шесть лет.
А вы видите разницу
между четырехлеткой и шестилеткой?
Я видел свидетельство о рождении.
Я так поняла,
Бриджид умела подделывать документы.
Взгляните на нее.
- Правда думаете, что ей 14?
- Ей пятнадцать.
И вы дали бы ей 15 лет?
Да.
От пятнадцати до пятидесяти.
Вот именно.
Взгляните на нее.
Филипп не ее отец. Она ваша дочь.
И вы это знаете.
Кто там?
Жан-Пьер.
Ты совсем дурак - стучать в эту дверь?
- Как ты меня нашел?
- Ты сам меня сюда привел.
Тут был мой первый раз.
Чего тебе?
С мальчиком все хорошо?
Конечно, хорошо.
Ну чего ты такой кислый?
Жалеешь, что отдал его мне?
Это зря.
Раскаяние никому не помогало.
- Он знает, куда поедет?
- Ему будет лучше где угодно.
Дружище, забудь ты о нем.
Он в надежных руках.
Это Газала. Его тетя.
Можно с ним поговорить?
Ты, кажется, меня не слушал.
- Я просто хочу...
- Хватит!
Я спас тебе жизнь.
Доказал тебе свою преданность.
Прошу тебя.
Уходи сейчас же.
Хорошо.
Удачи.
Прости меня...
Завязывай.
Настроение у меня и так паршивое,
не нагнетай.
Я частный детектив. Приехал в Бозуль
найти Заида.
Занимаете очередь.
Заид?
Я не тот, кем вы меня считаете,
месье Спейд.
Сложно поверить, что человека с
вашим прошлым может волновать гора трупов.
Это мое решение, и мне с ним жить...
Как бы ни легли карты.


Серия 6

Сестра Анджелика?
Месье Кен?
Если вы опоздаете, я велю подруге
убить мальчишку.
У меня тоже есть импульсы.
Чертова засранка.
Посмотри на неё.
Она не дочь Филиппа.
Это твоя дочь!
Извини...
Постой.
Пойду сварю кофе.
МЕСЬЕ СПЕЙД
Спасибо.
Жан-Пьер ненавидел кладбища.
Ненавидел статуи и надгробия.
Говорил: "Лучше бы сад разбили".
Он хотел, чтобы его кремировали.
А прах подсыпали в стряпню Эдгара.
Хуже точно не стало бы.
Так, значит...
Этот мальчик...
Это из-за него Филипп убил моего мужа?
Не знаю.
Но это ты привел его сюда?
Я нашел его здесь.
А мне не сказал.
Я сказал Жан-Пьеру.
Только через день.
Я не знал, как поступить.
Ты мог привести его ко мне.
Простите, но что бы вы сделали?
Не знаю.
Поговорил бы с кем-нибудь из мечети.
- Я так и сделал.
- И что?
Имам пришел посмотреть на него.
Сказал, что за ним следят.
И чтобы мы ничего не делали,
пока он не сообщит в Алжир.
- И почему вы не дождались его?
- Я хотел.
- Но за нами тоже следили.
- Кто?
Я не знаю.
У дома постоянно стоял человек.
Ну и...
Я обратился за помощью к Жан-Пьеру.
Почему к Жан-Пьеру?
Как-то раз он спас мне жизнь.
И ты думал, он спасет и мальчика?
Нет. Но он сказал,
что знает кое-кого,
кто его разыскивает.
Чтобы вернуть его домой?
Так я подумал. Да.
То есть ты не знаешь?
Филипп сказал кое-что Жан-Пьеру.
Кое-что странное.
Сказал, что...
...теперь они квиты.
Филипп помог ему вернуться домой.
Ладно, иди домой.
Но никуда не уезжай.
Я зайду
поговорить с твоими родными.
Мадам,
мне так жаль.
- Хватит.
Никаких соболезнований.
Уходи, пожалуйста.
И вы тоже.
Я хочу побыть одна и поорать.
Угостишь сигареткой?
Запишу на ваш счет.
Вы как?
Лучше не бывает.
Дорогая Маргерит,
если ты это читаешь, значит, я погиб.
Либо от своей руки, либо от чужой.
Я должен исчезнуть,
чтобы защитить и освободить тебя.
Ой, да хорош.
Я и так не в духе, хоть ты не начинай.
Где хозяин этого мотоцикла?
Какого мотоцикла?
Этот мотоцикл.
- Где его хозяин?
- Какой хозяин?
Думаешь, я шутки шучу?
Еще один придурок с пушкой.
Доброе утро, Анри.
Не хочешь отозвать своего стрелка,
пока он не убил прохожего?
Простите, месье Спейд.
Я не знал, что это вы.
А кто?
Грабитель, позарившийся на покрышки?
В темноте
в шлеме ничего толком не видно.
Да господи... А я думал,
хуже Терезы никто врать не сможет.
Подойди сюда!
Кто-то стрелял в нас с Терезой.
И этот же кто-то ездил за мной хвостом
с тех пор, как объявился Филипп.
- Слушайте...
- Не позорься.
Я сразу понял,
что Анатоль в этом замешан,
когда увидел здесь мотоцикл.
Вы многого обо мне не знаете,
месье Спейд.
О да, ты весь такой загадочный.
Так и что?
Думал выйти на Филиппа через Терезу?
Я пытался вас предупредить.
Я знаю, как вам дорог ваш покой.
Ну, а мне дорога Тереза.
Так дорога,
что ты даже в нее выстрелил?
Я не в нее стрелял.
Я целился в стекло.
И его можно заменить.
Мы заранее все обсудили
и решили, что...
Я не с тобой говорю.
- А если бы ты промазал?
- Я не мажу.
- А, так у тебя богатый опыт, да?
- Богатый.
И его хватит, чтобы убить Филиппа?
Начальство полагает, что да.
А мы все знаем,
что они никогда не ошибаются.
Каким бы метким стрелком ты ни был,
ты мог убить Терезу,
и поверь мне,
ты не смог бы с этим жить.
Вы не знаете, с чем я могу жить.
Нет, я имел в виду,
что я бы прикончил тебя, на хрен.
Я не тот, за кого вы меня принимаете,
месье Спейд.
Да неужели?
Так ты не придурок,
которого Анатоль завербовал в ОАС?
Я не из ОАС. Я из "Аксьон Франсез".
Господи, да сколько у вас в стране
поехавших радикалов?
Мы радикалы, раз хотим вернуть
ту Францию, которую мы любили?
А если не выйдет? Эту вы взорвете?
Я вижу лишь, что эта Франция
в подметки не годится
той великой Франции.
И насколько далеко в прошлое
вы хотите вернуться?
Мы монархисты и антикоммунисты.
Я люблю свою родину.
Я готов умереть за нее.
А обязательно любить и умирать
в Бозуле?
В Аргентине тьма таких патриотов,
с которыми можно писать манифесты
и составлять расстрельные списки.
А я просто хочу наслаждаться
коньяком и сыром.
Вы не француз.
Вы просто американец,
пожинающий плоды наших жертв,
но вы не понимаете нашу историю.
Вы отпускаете тупые шуточки
насчет Франции и французов,
наплевав на всех тех,
кто сражался и умер за свою родину.
Вы сражаетесь только за себя.
Слова прямо как
с агитационной листовки.
Может, ты не заметил, но я сражаюсь
за жителей нашего городка,
за всех тех, кто живет в Ле Тру,
включая таких полудурков, как вы.
И да. У меня роскошная жизнь.
То есть была,
пока вы все не испортили.
Я теперь даже в бассейне
поплавать не могу.
- Какая трагедия.
- Да, вот именно!
Трагедия, мать твою!
Бабушка знает,
чем ты теперь занимаешься на досуге?
Я так и думал.
Вы ей расскажете?
Хочешь разбить ей сердце? Давай сам.
Да. Кстати.
Умоляю, Анри, не надо нас защищать.
Ты так нас всех угробишь.
- Что это?
- Теперь - дрова.
Пару лет назад
я посадил кизил на границе участка.
И что с ним стряслось?
Похоже, молния ударила.
Да что ты? И давно у нас была гроза?
Не помню. Но его расщепило пополам.
Что не так?
Почему такой свирепый взгляд?
К вам пришел гость.
Кто это?
Месье Кан.
Так он мне представился.
Месье Кан?
Мистер Спейд.
Зашел передать привет
от общего друга, детектива Данди.
- Я думал, он умер.
- Слухи.
Уверен, их пустила миссис Данди.
- Вы познакомились на войне?
- С чего вы это решили?
Он воевал в Северной Африке.
Мне было двенадцать. И я жил в Сирии.
Нет, мы познакомились
при других обстоятельствах.
Не хотите присесть?
Чудесный инструмент.
Жена тоже так говорила.
Музыка мне не давалась.
Я ее очень люблю,
но таланта у меня никакого.
- По крайней мере, музыкального.
- А какие есть?
Я умею находить то,
что не хочет быть найденным.
Я не знаю арабского.
Я частный сыщик.
У нас много общего.
Было. Кто вас нанял?
Я не могу раскрыть вам имя заказчика.
Но могу сказать, что специализируюсь
на производственном саботаже.
Мне уже переживать за виноград?
Благодаря этой работе я познакомился
с некоторыми из богатейших
и влиятельнейших семей мира.
Дайте угадаю,
этим богатеям нужен мальчик.
Я приехал сюда найти Заида
и отвезти его в безопасное место.
Попутно наказав тех,
кто выкрал его у родных.
- Вставайте в очередь.
- Мне пришлось кое с кем объединиться.
- Понимаете?
- Я понимаю, что мальчик очень ценен.
И опасен.
Он как острый нож,
который можно брать в руки только тем,
кто умеет с ним обращаться.
Нож режет в любых руках.
И именно поэтому ни один человек,
страна или организация
не должны получить его.
Но вы же сами сказали,
что объединились с кем-то.
Я пошел на это, только чтобы вернуть
мальчика, все остальное не важно.
К счастью, пока что я их опережаю.
- Я знаю, где он сейчас.
- Потрясающе. Но мне все равно.
Что ж... По правде говоря,
я знал, где он был.
Знаете, откуда пошло слово "саботаж"?
Из словаря.
Это производное
от французского "саботе".
Что значит "халтурить",
"портить", "ломать".
Оно появилось,
когда рабочие начали бастовать.
Тут это что-то вроде
национального хобби.
Они брали деревянные башмаки,
так называемые сабо,
и ими выводили из строя технику.
И как это все касается меня?
В данном случае вы - тот самый "сабо".
И какой же механизм мной ломают?
Механизм, который позволит мне
передать Филиппа
и его любовницу-террористку под суд.
И спасти мальчика.
Пока что мальчик
и сам о себе прекрасно заботился.
Да. Можно даже подумать,
что за ним кто-то приглядывает.
Госпожа Удача.
Вы не верующий человек,
да, мистер Спейд?
Да, с верой у меня не сложилось.
Что ж... Не госпожа Удача,
не Бог и даже не интуиция
недавно спасли вас от смерти.
Вас спас я.
Жаль,
что Жан-Пьера вы спасти не смогли.
Увы, на нем тоже были
деревянные башмаки.
Я видел, как он ходил
в тот же дом харки, что и имам.
Если вы думаете, что Жан-Пьер стал
частью какого-то заговора,
лучше верните своему клиенту деньги.
Я думаю, что сержант Девро
пошел туда искупить свою вину.
Он искупил ее уже на выходе.
Я надеялся, что сержант Девро
окажется более осторожным.
Осторожность никогда не была
главной его добродетелью. И моей тоже.
Полагаю,
поэтому мы и ведем эту беседу.
Как я только что сказал,
мы прилагаем совместные усилия,
чтобы в ближайшем будущем
положить всему этому конец.
Я мешать не стану.
А вы нам и не мешаете.
А вот шеф Мишо не слишком охотно
идет нам навстречу.
Он не идет навстречу тем,
кто ему врет.
Церкви, которая набрехала,
что сама займется этим делом,
военному разведчику,
выдающему себя за легавого из Парижа.
- В таком духе.
- И девушке.
- А что с ней?
- Она говорит правду?
- Ненамеренно.
- Она не окажется "сабо"?
- Скорее ложкой дегтя.
- Вы уверены?
Пока мы не найдем мальчика
и не вернем его домой,
все мы стоим на краю пропасти,
еще более страшной, чем правда.
- У меня есть парашют.
И, как я вижу,
остроумная шутка на любой случай.
Дальше я сам, с вашего позволения.
И выход я тоже найду сам.
ЗДРАВСТВУЙТЕ, МЕСЬЕ СПЕЙД
- Вуаля.
- Что - вуаля?
Ничего не замечаешь?
Ты наполнила бассейн?
Ты что-то с чем-то.
Ну намекни хоть. Что изменилось?
Да все! Кресло, подушка, зонтик.
Садись.
Бассейн слишком далеко от дома,
и им никто не пользовался.
Но тебе это пошло бы на пользу.
Я не слишком люблю плавать.
- То был старый ты.
- А теперь стал еще старше.
Кресло только одно.
- Ты целый день торчишь дома.
- Потому что он прекрасен.
Иногда сидишь на террасе.
Но никогда не гуляешь.
Зачем мне ходить сюда,
если все, что мне нужно, - там?
Ты должен знать, где тут что.
Не только в доме. Но и вне его.
Будешь ходить
мимо погребов и виноградников.
Встретишь наконец Басема.
Или других работников,
с которыми не хотел знакомиться.
Мне это ни к чему.
Они тебя всему научат.
Зачем мне разбираться в виноделии?
Я его даже не пью.
Хотя, говорят, "Ля вен кларе"
неплохое.
Это название...
Я уже так давно хочу его сменить.
Может, у тебя есть идеи?
- Так о чем мы?
- О вине. И это твое дело.
А мое - делать тебя счастливой.
И ты отлично справляешься.
Эти четыре года
были лучшими в моей жизни.
Надеюсь, ты останешься.
Я не планирую уезжать.
А вот ты - планируешь.
Помнишь, я говорила,
что жена из меня будет никудышная?
Ты соврала.
Кажется, это конец.
Да хрен тебе.
Мне осталось полгода. Или три месяца.
Пушоль говорит, ничего нельзя сделать.
Пушоль - деревенский врач,
он знает немногим больше
деревенского цирюльника.
Я все оставлю тебе.
Виноградники, деньги, дом...
- Все, что у меня есть, станет твоим.
- Габриэль.
Но я не хочу умирать у тебя на глазах.
Мы найдем врача в Париже.
Я не хочу в Париж.
Я читал про новые методы лечения.
Я все пробовала.
И я не хочу провести
оставшееся время так.
Я приняла решение. И не передумаю.
И что,
все это "в болезни и в здравии" -
просто пустой звук?
- Ты как-то говорил,
что от жизни очень просто сбежать.
Да, это была
моя очередная глупая байка.
- Когда ты уезжаешь?
- Если скажу,
ты попытаешься меня остановить.
О, как мило.
Тогда зачем это все?
Могла бы просто исчезнуть.
Ты хотела так сделать?
- Сэм...
- Господи. Это уму непостижимо.
Сэм.
Прошу, отпусти меня.
Чтобы ты умирала в одиночестве?
Чтобы я умерла так, как хочу.
Чтобы воспоминания об этих годах
не померкли
на фоне долгого безрадостного конца.
И ты хочешь быть одна?
Эту часть жизни - да.
Мы хоть попрощаемся?
Это было бы ужасно. Нет?
Ну и как все будет?
Однажды я проснусь, а тебя нет?
И я увижу тебя
лишь на твоих похоронах?
Сэм, посмотри на меня.
Когда захочешь меня увидеть,
приходи сюда.
Я буду тебя ждать.
Так и будешь на меня дуться?
Или все-таки поплаваем?
Вы знали, чем занимается Тереза?
Она перешивала одежду Габриэль.
А как вы думаете, кто показал ей,
как пользоваться машинкой?
- Могли бы спросить.
- С какой стати?
Эта одежда не ваша.
А Габриэль было бы приятно,
что девочке она подошла.
Почему всем кажется, что они знают,
чего хотела бы Габриэль?
Какой же вы идиот.
Тереза хочет вам понравиться.
Это я ей не отдам.
Они никуда не бегут.
Они прячутся. У всех на виду.
Чего же они ждут?
Брат.
Боюсь, дальше будет еще хуже.
Морис?
Есть тут кто?
Элена?
Я ее не видела. И Анри тоже.
Переживаете за него?
А надо?
Для многих Алжир - часть Франции.
Мы жили там много поколений.
И всех этих людей просто бросили.
Ты сам там бывал?
Нет.
Тогда почему сражаешься за это место?
Я сражаюсь не за место.
- А за идею.
- Какую?
Ты не поймешь.
А вы с тем механиком, помешанным
на истории, разве понимаете?
Хватит мне врать.
Ты из ОАС.
Я украла твой блокнот.
Но зачем?
Думала, ты знаешь, где Филипп.
Знал бы - сказал бы.
Но ты знал и не сказал.
Ты следил за каждым его шагом.
Я все прочла.
Хотя почерк у тебя ужасный.
Можешь злиться,
только скажи мне, где...
Я не могу сказать, где он.
Ни тебе, ни месье Спейду.
Ты хочешь его убить.
У нас есть план.
И уже скоро все закончится.
Моей задачей было найти его.
И ты вышел на него через меня.
Разве солдат не должен сам решать,
за что он сражается?
И за что сражаешься ты?
За единственное, в чем я уверена.
За себя.
Но так было раньше.
А что случилось потом?
Я стала старше.
Не важно, кому я буду верен -
армии или ОАС, им нужно одно и то же.
- Убить твоего отца.
- Он мне не отец.
Твои шаги слышно на весь город.
Не ты первый это говоришь.
У меня есть подарок.
- Холодные руки.
- Горячее сердце.
Он взял два билета
на завтрашний поезд.
От Лиона до Барселоны.
Хоть первым классом?
Оттуда мы поедем к гавани.
Там нас будет ждать лодка,
и нас отвезут...
- Куда отвезут?
Куда-то.
Надеюсь, ему будет не слишком грустно
столько часов ехать в одиночестве.
Нет. Он поедет
в компании своего разбитого сердца.
Но без денег.
Он точно ничего не знает?
Я очень старалась сделать так,
чтобы он и не хотел ничего знать.
Восхищаюсь твоей жертвой.
А ты? Леди тебя не подозревает?
Нет. Она только жрет, пьет и спит
дни напролет.
Уже скоро сможем делать это днем.
- На пляже.
- Хоть на полотенце?
У меня всего десять минут.
Я успею за пять.
А ведь все это время я думала,
что ты не по этим делам!
Морис?
Тут никто не проходил?
Кроме тебя - нет.
Морис?
Морис?
- Морис!
- Комендант Мишо!
А, мадам Уше. Вы не видели Мориса?
- Скорее поезжайте к мосту.
- Что случилось?
Я пошла на кладбище -
положить цветы на могилу мужа -
и чуть не столкнулась
с женщиной и ребенком.
- И что?
- Они алжирцы.
И у женщины был пистолет.
Она сунула руку в карман.
Там точно был "Люгер П08",
ни с чем не спутать.
Знаете, что мне в вас нравится?
- Нет.
- Наблюдательность.
Спасибо. До свидания.
Можно?
Не уверена, что это...
Будь умницей и молчи,
или я отрежу твою хорошенькую головку.
Если ты еще раз меня укусишь,
я укушу тебя в ответ.
Подарок Филиппу от Жан-Пьера.
Филипп всегда понимал,
каково Жан-Пьеру.
Как ему тяжело.
Отец его бросил без денег,
мать озлобилась на весь мир.
Они никому не были нужны.
Жан-Пьер говорил,
что Филипп был ему как старший брат.
И даже когда весь город
отвернулся от вас,
мы всегда были к вам добры.
Так хотел Филипп,
так хотел Жан-Пьер,
а значит, и я тоже.
Месье Кан, полагаю?
Где сержант Сент-Андре?
Неподалеку.
Я не спрашивала,
как Филипп вернул Жан-Пьера домой.
Но то, что он спас жизнь моему мужу,
не дает право ее отнимать.
Я так понимаю, сержант Сент-Андре
держит меня на мушке?
Вы не ошиблись.
И что же, позвольте спросить,
не даст ему выстрелить,
когда я передам вам это?
Возможно, то, что я тоже на мушке.
Надо лучше обучать своих людей.
Я давно его заметила.
Когда увидитесь с сыном, скажите,
что я вернула его подарок.
Пистолет, который он дал моему мужу.
Пистолет, из которого
он застрелился бы, если бы не Филипп.
И запомните.
Я в жизни больше с вами не заговорю.
- Так на кого вы работаете?
- На семью мальчика.
Он сирота.
А тот ваш солдатик с винтовкой -
француз.
Единственное, что имеет значение, -
это.
Не так ли?
Можете пересчитать.
Заид!
Иди сюда. Скорее! Не бойся.
Ну же! Идем, Заид!
Идем. Сюда.
Прости, шеф.
Вот умница.
- Куда прешь?! Я чуть...
- Ваш брат!
Зови Пушоля!
Монах. Тереза - у него.
Без глупостей, или прострелю ей башку!
Попробуешь меня убить -
девчонка тоже умрет.
Божье дитя,
спаси ее.
Спаси эту девочку.
Нет!
Беги!
Беги! Беги!
Нет! Заид!
Иди сюда.
Нет, беги!
Беги!
Как в Адаме все умирают,
так во Христе...
Бежим!
- Спасите!
- Тереза?
...все оживают.
Помогите!
- Мистер Спейд?
- Я его вижу.
Заид?
Заид?
Мне жаль,
но, боюсь, вы не успеете на поезд.
Такая досада.
Неужели это наш инспектор Суше
из министерства чего-то там?
- Займетесь этим психом?
- Формально он ваш.
Да мне плевать, если честно.
Вы так хотели это дело - прошу.
Я поеду проведаю брата.
Ку-ку!
Буду признательна,
если все вы опустите оружие.
Ну же. Прошу вас.
Мой дедушка умер от инсульта,
когда ему было 59.
Его последние слова моей бабушке
были: "Рут, у меня голова болит".
А последние слова бабушки ему
были: "Что еще за Рут?"
Ее-то звали Бетти.
Так что... Действительно,
что за Рут?
Какой-то скелет в шкафу?
Или глупая оговорка?
Вот чем я занимаюсь.
Определяю, что есть тайна,
а что - глупость.
И поверьте, если хотите
что-то от меня утаить,
лучше не надо.
У вас ничего не выйдет.
Вам меня не провести.
Вам ничего не удастся от меня скрыть.
Итак.
Давайте договоримся: никакой лжи.
Хорошо? Отлично.
Тогда начнем.
Простите за опоздание.
Не дороги, а тихий ужас.
- Дальше будет еще ужаснее.
- Отлично.
- Присаживайтесь.
- Я постою.
Как угодно.
Меня зовут Вирджиния Дэлл.
Я подполковник командования сил
специальных операций Канады в отставке
и заместитель
генерального секретаря совета ООН
по урегулированию
и предотвращению конфликтов.
Простите, что?
Именно.
Никто из вас не знает, кто я,
но я более чем уверена,
вы все прекрасно знаете,
почему сидите здесь.
Как мы поступим с мальчиком?
"Мы"?
Прошу прощения,
но с чего бы вдруг
нам что-то вам рассказывать?
А ведь все так хорошо начиналось.
В данном случае слово за МИ6.
Почему вы так решили?
Мы два с лишним года искали
этого мальчика.
Ваша светлость, сейчас речь идет
не о простой миссии,
а о целом попурри из доктрин,
догм, кодов...
Но главный принцип тут:
"было ничье - стало мое".
Проблема в том,
что никто из присутствующих
не имеет никаких прав на мальчика.
Так почему я должна отдать его вам?
Или вам. Или вам. Или...
Приведите аргумент, почему я не должна
отправлять мальчика на родину.
Он британский подданный.
У него британский паспорт.
У меня тоже такой есть.
А еще Франции и Германии.
Даже паспорт Сан-Марино.
Да, но вы родились не в Лидсе.
Как и этот мальчик.
Он провел там с родными
всего два месяца,
когда ему было уже три года.
Он родился в Алжире.
А вы, сэр, у нас...
Лоран Суше.
Французская военная разведка.
Ребенок родился в Алжире.
- А значит, он гражданин Франции.
- Или Алжира.
Тут как посмотреть.
Он номинально родился во Франции.
Это настолько притянуто за уши,
что даже смешно.
Вы меня впечатлили, сэр.
По просьбе его семьи
мы спасли мальчика от работорговцев,
похитивших его.
Месье Суше, уж простите,
но ваш английский не так хорош,
как вы думали.
Правильно говорить
не "спасли", а "выкрали".
ОАС украли его у родителей.
Кстати о его родителях. Где же они?
Его отец - в тюрьме.
- Можно чуть подробнее?
- Осужден за измену.
Самое страшное из преступлений.
Я бы хотела поболтать с ним,
пока вы его не казнили.
Боюсь, что это уже...
...невозможно.
В смысле вы уже успели его казнить?
Или же вы имели в виду,
что в тюрьме его уже нет?
Второе.
Давайте сразу отметем дерзкий побег
в духе графа Монте-Кристо.
Надо полагать, что вы его освободили
в обмен на что-то?
Он сообщил нам,
где именно в Алжире искать мальчика.
Мы отправили человека.
Тот подтвердил, что мальчику грозит
страшная опасность.
И мы приказали доставить его сюда.
Чтобы вернуть родителям.
Потому что он взламывает шифры.
Чтобы ему ничто не угрожало.
И никто не справился бы
со спасением ребенка
лучше вашего снайпера.
Нет. Мы послали туда
сержанта Сент-Андре
не для того, чтобы спасти мальчика.
Мы послали его в Алжир,
чтобы устранить
очень важного члена ФНО.
Но он, к сожалению, отвлекся.
Я так понимаю,
вы имеете в виду агента ФНО,
которая чуть ранее
так мастерски сиганула с моста
и сейчас где-то в бегах,
прячется по деревням Франции.
Отличная работа.
Простите. Я просто вспомнил
кое-что очень забавное.
Кое-что, что я видел во время войны.
И что же именно, сержант?
Как кого-то ударили по лицу лопатой?
А, нет. Не настолько забавное.
Вы правда думаете, что я считала вас
настолько наивным?
Ваш мистер Кан был прикрытием.
Могли бы хоть имя получше придумать.
- Прикрытием для чего?
- Что ж,
увидев, как месье Суше прячется
на заднем сиденье,
я предположила, что ваши
будущие бывшие начальники из СВДК
участвовали в сделке.
- В сделке с кем?
Этого я пока не знаю.
Но мне интересно,
как наш преподобный
так быстро сюда добрался?
Неужели где-то тут есть аэродром?
Мне бы ваше воображение.
В нашей сфере воображение и опыт -
это одно и то же, когда речь идет...
Но у меня другая сфера, так что...
- Я вас не понимаю.
- Нет, понимаете.
Я понятия не имею, к чему вы клоните.
Скажите, отец,
вас завербовали в семинарии?
Агенты пришли туда и поставили столик
с лимонадом и тарелкой печенюшек?
А что скажете про ватиканского
мальчика на побегушках,
убившего пять монахинь и няню?
Даже не смейте
обвинять в этом Церковь!
И похитил девочку 14 лет!
- Семнадцати.
- Прошу прощения.
Так вот, преподобный,
не могли вы бы пролить свет на то,
как именно Рим связан с месье Рабидо?
Теперь всех пациентов психушек
берут в монахи?
Церковь не несет за это
ответственности.
О да, повторяйте это почаще,
пока сами не поверите.
- Я не буду это выслушивать.
- Не выслушивайте.
Можете потом прочитать все
в "Ле Монд".
"Церковь убивает монахинь".
Эту статью переведут
на все языки мира.
Вы отпустили этого маньяка на свободу.
И, как полагает ООН, Интерпол
и еще несколько уважаемых организаций,
все, что было после этого, -
ваша вина.
А вы кто такая, а? Вы из Интерпола?
Или из разведки?
Вы свободны, командир.
- В смысле отец.
- Я думаю, разведка.
А, да, мое почтение директору ЦРУ.
Пропихнули своего человека в Ватикан.
Сука ты.
Вы тоже можете идти.
Я всегда мог уйти.
А вернуться - нет.
Иди шпионь за другой тихой деревней.
Не такая уж она тихая.
На пару слов, лейтенант?
Можно даже и не на пару.
- Аншантэ.
- Куда это вы собрались?
- Ухожу со всеми.
- Да, было бы здорово.
Филипп Сент-Андре.
Ты арестован
за убийство Жан-Пьера Девро.
Не понимаю, о чем ты.
Тогда скажу яснее.
У меня есть свидетель убийства.
- Газала? Где она?
- Не Газала.
Зря ты не сдох в Алжире.
Похоронили бы как героя.
А мне какая с того радость?
Ты с самого детства всех изводил.
Идем.
Леди Синтия.
Вы свободны.
Уверяю вас,
этот разговор еще не окончен.
У королевы есть мой номер.
Пожалуйста.
Вы не могли бы оставить нас наедине?
И наконец,
мистер Спейд.
Интересный у вас акцент.
Из какой именно провинции вы родом?
Я с юга.
Южнее Ниагарского водопада, полагаю.
А я полагала,
что человек с вашим опытом
ни за какие деньги мира не стал бы
ввязываться в этот дурдом.
И уж точно не стал бы устраивать
такой бардак.
Бардак устроил Филипп,
а я пытался все убрать.
Если убирать рвоту чайной ложкой,
будет только хуже.
Потрясающая метафора.
Люблю почитать Каммингса.
Крошечный полицейский участок
в самой жопе мира...
Куда ему тягаться
с тяжелой артиллерией.
Всего один звонок кому угодно,
из любого ведомства,
и все бы закончилось,
не успев начаться.
Кому, например? Вам?
Я не знаю, кто вы и на кого работаете.
Но мы оба знаем, что из вас канадка -
как из меня балерина.
И что вы приехали сюда за мальчиком
не из чистого альтруизма.
Еще одна война никому не нужна.
Ни в Алжире, ни где-либо еще.
А, так вы сцапаете его
во имя мира во всем мире?
Можно сказать и так.
Но знаете, я не понимаю,
с чего человеку с вашим прошлым
так переживать за других.
Видимо, я просто никогда не понимал
всей этой дипломатии
с оружием в руках.
- Хотите сказать,
что вам ни разу не приходилось
марать руки,
чтобы сделать все как надо?
Я принимаю решения и следую им.
Хорошо это или плохо.
Никто не может проснуться
другим человеком,
просто потому что так решил.
То есть люди не меняются?
Вот так откровение.
То есть люди знают, чего хотят.
А остальное - способ этого добиться.
Взять хоть вас, например.
Вы хотите, чтоб к вам не лезли.
Вы поселились в тихой деревушке,
и местные знают о вас ровно столько,
чтоб вас не трогать.
- Вы читали мои письма.
- Но, к сожалению,
от прошлого не сбежать.
И вас раз за разом
как магнитом тянет к одиноким,
несчастным, сбитым с толку...
Вы сейчас описали всех людей в мире.
Но меня ни к кому не тянет.
Потому что я никому не доверяю.
И в этом мы похожи. Хоть в чем-то.
- Анри Тибо.
- А что с ним?
Он - в ОАС.
И он убил французского солдата.
Помните труп в бассейне?
Анри в него попал, но добил его
тот бриташка, где бы он сейчас ни был.
И как вы это поняли?
По пуле 303-го калибра,
которая расколола мой кизил.
Сочувствую вашей утрате.
Выставлю счет МИ6.
Я бы сдала его французской армии,
но этот Суше такой пафосный выскочка.
- Я об этом пожалею?
- Оставьте Анри в покое.
Если он начнет подстрекать кого-то
расправиться с де Голлем...
Просто у него такая стадия.
Стадия? Как подростковый бунт?
Он впечатлительный,
а в его дом пришла война.
Ему просто нужна какая-нибудь цель.
Пусть заведет собаку.
Или девушку, например.
Все лучше, чем это.
Мне еще обратно лететь...
Обратно - это куда?
Может, вам будет интересно узнать,
что ваш старый офис в Сан-Франциско
больше не пустует.
Вы и мой офис проверили?
Какие вы, канадцы, дотошные.
Там теперь офис импресарио.
Эдди Соломона.
И в числе его клиентов
только пародистки.
- А куда делся тот чревовещатель?
- Повесился.
В общем, поговаривают,
что дела у Эдди идут неплохо.
Он арендовал весь этаж.
Ну, между нами,
аренда там никогда не была дорогой.
Я это к тому, что...
Это уже не наш мир, мсье Спейд.
Именно поэтому я не там, а здесь.
- Господи...
- Что?
Акцента хуже вашего я еще не слышала.
Заид! Идем со мной.
Как там Джордж?
В отставке.
Да, и его зовут не Джордж.
- Нет?
- Нет. Его зовут Реджи.
- А вас как?
- Фелисити.
Джой. Элизабет.
Кальперния. Как захотите.
Что ж...
Раз уж с делами покончено, как насчет
пойти пропустить по стаканчику?
Или может, лучше вы пойдете на хер
и утопитесь в чае?
Ну и пожалуйста. Зря отказываетесь.
Счастливо, мистер Спейд.
Ему отрубят голову?
Скорее всего, его увезут куда подальше
и запрут там на тысячу лет.
Никто не любит,
когда ему напоминают об ошибках.
Ну что?
Уже решили, как поступите с клубом?
Я не строю планов
дальше вечернего выступления.
Что будете петь?
Составлю программу исключительно
из любимых грустных песен.
Интересно,
скольких я заставлю расплакаться?
В баре, где все приуныли,
выпивка разлетится на ура.
Знаете, может, я приду
и тоже слегка всплакну со всеми.
Жду, затаив дыхание.
А петь как будете?
Я не хочу, чтоб мой клуб прогорел.
Я подожду.
Но недолго.
Она красивая.
Знаете, мистер Спейд,
если я мешаю,
я могу уехать отсюда.
Сделай одолжение.
Зови меня Сэмом.
А вы куда?
Иду поиграть в домино.
В смысле напиться
с остальными местными кумушками?
Понятия не имею, о чем вы говорите.
Вы хоть умеете играть в домино?
Когда вы уже выучите французский?
А то с вами
совершенно невозможно общаться.
И о чем же мы будем говорить?
О том, как вы меня раздражаете.
Как по мне,
я и так отлично говорю по-французски.
Эй, месье Спейд!
Плавать будем или как?
ПО МОТИВАМ РОМАНА ДЭШИЛЛА ХЭММЕТА
 

////////////////////////////