Медиум (1 сезон, 2021 год). Цитаты и фразы из сериала

Медиум (1 сезон, 2021 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Елена Николаева

Адаптация одноименного американского сериала телеканала NBC – номинанта Golden globes и Emmy. Образцовая жена и мать троих детей Анна Островская однажды открывает в себе необычные способности. Она – медиум и может говорить с мертвыми, которые преследуют ее повсюду. Поначалу это пугает, но постепенно Анна понимает, что дар может помочь ей предотвратить преступления и спасти человеческие жизни. Так Анна начинает сотрудничать с полицией и берется за расследование самых сложных дел, а духи ей в этом помогают. Но совмещать необычные способности с семейным бытом ей непросто…

Все фразы и цитаты

Серия 1

- До центра подбросить?
- Да.
- Сегодня автобусов уже не будет.
Только вот здесь у меня немножко,
вон, беспорядок.
В салон садитесь, там почище.
Кресло есть.
- Спасибо.
- Помоги нам!
- Помоги!
- Они мешали мне. И я их наказал.
А теперь накажу тебя.
(Кричит.)
- Тихо, тихо, тихо, тихо...
Подышим, подышим, подышим.
Давай подышим.
Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох.
Опять кошмар?
- Да.
- Ну, подыши, подыши немножко.
Подыши. Вдох-выдох, вдох-выдох.
(Таинственный шепот.)
- Что? Ну что опять?
Что вы от меня хотите?
Да что вам от меня нужно?
- Они, что, прямо сейчас все здесь?
- Я устала!
Спать хочу!
(Девочка поет.)
- Свежий хлеб и натуральное молоко.
- Воскресные мамины сырники. Налетай!
Маша, сядь на свое место.
А я тебе порежу!
- Мама, а можно сгущенку?
- Нет.
- Папа, можно?
- Нет. Сгущенку можно только папе.
- С момента исчезновения
в Плющеево Елены Сапрыкиной
прошло уже два месяца,
но семья девушки не теряет
надежду найти ее живой и обращается
ко всем с просьбой:
кто видел девушку,
сообщить о ее местонахождении
по указанным телефонам.
- Женя, выключи, пожалуйста.
- Сейчас.
- Полиция уже задержала
подозреваемого в похищении,
но в интересах следствия
имя пока не разглашается.
- Женя!
Ну, это никому не интересно.
А знаете что?
А давайте-ка мы сегодня поедем
в город и покатаемся на кораблике?
- Да, давайте!
- Какой кораблик? У Дашки сопли.
- Попросим соседку, она посидит.
А вечером посмотрим с вами кино.
Дома. С попкорном.
- Да! - Да!
- А вон мультик начался, смотрите.
(Таинственный шепот.)
- Аня, ты что-то ищешь?
- Да. Нет. Перец.
- Мамуля, ты хочешь есть
сырники с перцем?
- Да. А я вот сейчас так вот поперчу.
Очень люблю. Очень вкусно.
Хотите попробовать?
- Нет! Фу, гадость.
- Ой, как вкусно!
- Ага, очень. Смотри, вон!
- О чем задумалась?
- О том, что твоя теория верна.
Беременность только временно
избавляет от кошмаров.
Дашке исполнилось два года,
кошмары вернулись.
- Смотри, чайка!
- Ну так в чем же дело?
Давай заведем еще одного ребенка.
- Да ты что, шутишь?
Нам еле хватает на троих.
- Ой, а у меня вата желтая.
- Отец, когда завещал нам дом,
хотел, чтобы у нас было много детей.
- А трое - это разве мало?
Потом, девочкам нужно дать
достойное образование.
- Ну ничего страшного.
Я смогу подготовить их к институту.
- Сильная экономия.
- Знаешь, а мне больше всего
нравится розовый.
- Женя, как ты смотришь на то,
если... Я выйду на работу?
- Не веришь в мои силы?
- Почему? Верю.
Но вторая зарплата нам
точно не помешает.
И потом, это наверняка отвлечет
меня от моих кошмаров.
- Ты десять лет сидела дома.
Какую работу ты себе найдешь?
- Ну, на свою прежнюю.
Вернусь в отдел кадров.
За мной же сохранилось место?
- Наверняка.
Так, нагибаемся все! Мост! Мост!
- Осторожно.
- Да, но по закону я имею право
вернуться на прежнюю должность.
- Это со мной.
А про реформу вы ничего не слышали?
Подразделение прокуратуры, в котором
вы работали в отделе кадров,
преобразовано в следственный комитет.
Юридически вашего места работы
не существует.
(Телефонный звонок.)
Сейчас. Алло?
Что, не нашли?!
А соседние подвалы можно проверить?
Ага, спасибо, спасибо.
Кот пропал, представляете?
Два дня уже нет.
Никогда с ним такого не было раньше.
- У вас на чердаке ремонт. Он там.
Ну, в смысле...
Я утром сегодня видела сюжет.
Как будто бы ремонтировался
другой дом, и там был другой кот.
Его там заперли на чердаке.
- Да? Ладно. Проверим. Спасибо.
Так. Проходите.
Господи, Валечка!
Да выключи ты этот ужас.
- Водичкой побрызгать?
Или сразу нашатырь дать?
- Не язви! Так, знакомься, новый
работник архива Анна Островская.
- Здрасте.
- Надолго?
- Так, не хами.
От тебя это тоже зависит.
И выключи ты это!
А то нервы уже ни к черту.
Так, предупреждаю, работа не сахар.
На мертвецов насмотритесь.
Вы их боитесь?
- Конечно, боюсь.
Как нормальный любой человек.
- Плохо!
Может, тогда лучше сразу отказаться?
- Нет-нет-нет, я согласна.
- Слушай, твой вчерашний кошмар.
Что там было?
- Ой, какой-то мерзкий тип.
Даже не хочу вспоминать о нем.
- Нет-нет, давай, вспоминай!
Я должен запротоколировать твой сон.
- Женя, пожалуйста, перестань
за мной записывать.
Это правда какая-то глупая затея!
- Это мой научный эксперимент.
Здесь свидетельства твоих
способностей за несколько лет.
Может быть, я потом напишу книгу.
Получу даже Нобелевскую премию.
- Так, все, хватит! Давай.
- За тебя.
- Женя.
- Ну давай-давай. Смотри какая ножка!
- Может, зря я затеяла
все это с работой, а?
Думала, буду сидеть
и бумажки перекладывать.
А там везде фотографии мертвых.
- Ой, только не говори мне,
что боишься мертвецов.
- А если мои кошмары станут чаще?
Что тогда делать?
Ой! Послушаешь меня,
так я просто ненормальная.
- Никакая ты не ненормальная.
Ты просто очень чувствительная.
Как сверхпроводник.
Это я тебе как физик говорю.
Знаешь, это еще пока не доказано,
но вокруг нас, я уверен,
существует информационное поле,
к которому ты умеешь подключаться.
У тебя в голове официальная антенна.
Ты - особенная.
(Таинственный шепот.)
- Опять?
- Да.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Простите. Здравствуйте.
Я дела принесла.
- Валентина где?
Ну-ка, давайте займитесь проектором.
Бегом-бегом, ждем вас.
- А... куда?
- Давайте сюда.
В загородном доме убита
тридцатилетняя Ольга Кольцова.
Не замужем, по профессии
дизайнер интерьеров.
Пожалуйста, покажите жертву.
- Ага.
- Дальше. Еще. По подозрению
в убийстве задержан
бизнесмен Владимир Петровский.
Он же вызвал полицию.
И он утверждает,
что Кольцова стала
жертвой грабителей.
Дальше мотайте. Дальше, пожалуйста.
Ну, на первый взгляд все выглядит
как ограбление.
Но мы уверены, что это инсценировка.
Предположительно,
Петровский пригласил Кольцову
на романтический ужин при свечах,
но неожиданно возникла ссора.
По свидетельским показаниям,
Петровский часто страдал
от вспышек ярости. Ну и, видимо,
в таком состоянии убил Кольцову.
Но сам же Петровский утверждает,
что когда он приехал домой,
то застал свою любовницу уже мертвой.
- Кольцова сама готовила
романтический вечер.
- Простите, что вы сказали?
- Я говорю, что Кольцова
проникла в его в дом,
чтобы сделать ему сюрприз.
- Почему вы так думаете?
- Ну вы же сами говорили, что жертва
была дизайнером интерьеров.
Она сама все приготовила.
Зажгла свечи, сервировала стол.
Для этого Кольцова и пробралась
к нему в дом без спроса,
пока хозяина не было.
Петровский увидел в доме приглушенный
свет и подумал, что это грабители.
Он взял пистолет и пошел в дом.
И столкнулся там с Кольцовой.
И от неожиданности он выстрелил.
Испугавшись, Петровский
создал видимость ограбления
и позвонил в полицию.
Пистолет он кинул
в колодец с септиком.
- А вы вообще кто такая?
- Я работаю в архиве. Первый день.
- Это полиция или детский сад?!
- Ну что опять?
- Вы берете первого встречного,
доверяете тайны следствия!
Ее вообще нельзя к архиву
близко подпускать!
- Не могу я ее уволить,
Андрей Иванович: она многодетная.
Закон не позволяет.
Но я с ней поговорю.
- Что, все плохо, да?
- Ну почему же все? Кот нашелся.
И все как ты сказала.
А вот первый рабочий день
ты провалила. Вон на тебя...
Вон на тебя какие люди жалуются.
- Я просто хотела помочь.
- Ну чем ты можешь помочь?
Смешно даже. Перестань фантазировать.
Доработай как-нибудь спокойно
этот месяц,
а там, может, все само собой
уляжется. Сможешь?
- Нет.
- За мной.
За мной!
Ну понятно теперь,
как ты моего кота нашла.
- Это, знаете, как...
Ну, как кино смотришь
и видишь, как все было на самом деле.
Я обещаю, я больше ничего
не буду рассказывать.
- Вот и правильно.
Похитрее с людьми надо быть.
А не хвастаться перед всеми
своими способностями.
- Да я бы с радостью избавилась
от этих способностей. Но как?
- Поговори с кем-нибудь,
кто в этом понимает.
- С кем?
- Так...
Смотри. Так... Ведунья. Ясновидящая.
Гадалка. Предсказание карт.
Куклы. Театр Волшебство.
Вон, смотри, какая смешная.
Как ее? Рагда.
- Здравствуйте. Это я вам звонила.
- Почему ты не хочешь
с ними разговаривать?
Проходи, садись.
Они просто хотят передать через тебя
послания своим близким.
- Если я начну,
они от меня не отстанут.
- Зачем ты воюешь сама с собой?
- Я ни с кем не воюю.
Я просто хочу быть
хорошей матерью и женой.
Я хочу быть как все.
- Но ты не такая, как все,
и ты это знаешь.
- Послушайте, я ехала к вам
через весь город.
И я хочу знать,
вы можете мне помочь или нет?
- Ты просишь забрать у тебя твой дар?
Это невозможно.
- До свидания.
- Быть счастливой - это значит
быть в ладу с собой.
А ты себя боишься.
Ты медиум, очень сильный.
И это твое призвание.
- Я знаю, в чем мое призвание:
заниматься семьей.
- Они пришли именно к тебе.
Попробуй, поговори с ними.
Дети: - Моя очередь!
- Тихо ты!
- Отдай! Отдай! Отдай!
- Так, что здесь происходит?
- Папочка, только маме не говори,
пожалуйста.
- Девочки, я, по-моему, уже говорил,
что в карты играть нехорошо.
- А вот Насте Шипиловой папа
разрешает, они даже вместе играют.
- Настя Шипилова с папой
могут хоть магазины грабить.
А мои дочери в карты играть не будут.
Это понятно?
Дети: - Понятно.
- Давайте сюда.
Вон мама пришла.
Все, быстро спать ложиться.
И чтобы никаких разговоров.
- Главное, усыпить бдительность
родителей.
- А теперь можно я посмотрю?
- Можно.
- Обалдеть, как классно!
- Я же говорила.
- А если мама найдет?
Ее не обманешь, как папу.
- Не найдет.
- Она сейчас сюда зайдет!
- Не зайдет. Они сейчас с папой
будут пить шампанское.
- Давай выпьем за первый твой рабочий
день на новой работе. Держи.
Ну что с тобой?
- Видимо, меня уволят через месяц.
- Ничего страшного,
найдем что-нибудь получше.
- Ты знаешь, что самое обидное?
Мне там понравилось.
У меня даже возникло такое чувство,
что я могу приносить пользу.
Решила, что меня там
все будут слушать.
Но им не нужна моя помощь.
Они все относятся ко мне
как к скучающей домохозяйке.
- Ну, ну что ты.
Ну что ты.
Ну, не надо. Зато мы тебя все любим.
- Дайте слово, что Анна
не узнает о моем визите,
иначе она меня убьет.
- Ну, если убьет, мы ее посадим.
У вас минута.
- Я понимаю, что вы
считаете ее ненормальной.
Не вы первый.
- Другие тоже были?
Значит, вы признаете, что у нее
с головой не все в порядке?
- Ну, скорее, не все в порядке
с головой у всех нас.
- Ну да?
- Вот, посмотрите.
Это статьи очень серьезных ученых.
Они утверждают, что феномен,
которым обладает моя жена,
действительно существует.
- Какой феномен?
- По-научному это называется
антиципация, то есть предвидение.
Видите ли, у нее чувствительность
в сто раз выше, чем у нас с вами.
Она медиум.
Вы посмотрите, посмотрите.
Такие люди действительно существуют.
- Ну, я очень рад за нее.
Вы, собственно, от меня чего хотите?
- Не увольняйте ее, пожалуйста.
Ей здесь очень понравилось.
Ну, в смысле, она вам может быть
очень полезна.
- Вот то, что вы жену защищаете, -
это прекрасно. Но...
Ну не задержится она у нас здесь.
Вы простите, очень много работы.
Вася! Кто в приемной еще?
- Полковник Крюков.
- Приглашай.
- Есть.
- Подождите, пожалуйста.
Я хочу вам еще кое-что показать.
Я записываю все ее сны и видения.
Вот, последняя запись.
Посмотрите, пожалуйста.
Это касается пропавшей девушки
из телевизора, из Плющеево.
Взгляните. Вот.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Вот это вы написали?
- Нет, это мой муж написал.
А откуда она у вас?
- Два месяца назад в Плющеево
пропала девушка, Лена Сапрыкина.
Ни тела, ни девушку
до сих пор не нашли.
По косвенным уликам арестовали
27-летнего парня.
Имя не сообщалось в СМИ.
Вы понимаете меня?
- Я понимаю по-русски,
а вы хорошо излагаете.
- Так вот, если имя
никому не было известно,
как вы могли написать
имя подозреваемого три раза?
Алексей Лялин. Три раза!
- Это написал мой муж.
- Вы меня понимаете?
- Я видела его фамилию
на пластиковой карте.
Лялин снимал деньги в банкомате
и увидел девушку очень расстроенную.
Они знакомы. Поэтому она приняла
предложение проводить ее.
- Вы откуда это можете знать?
- Мне приснилось это во сне.
- А! Во сне? Понятно.
Вы, случайно, не журналистка?
- Я просто домохозяйка.
Можете думать обо мне что угодно.
- А что мне прикажете думать?
Вы появляетесь неизвестно откуда,
сообщаете подробности преступления,
которые никто не знает.
Чего думать-то мне?
- Я не знаю.
- Да мне, честно говоря, наплевать,
откуда вы это узнали.
Мне очень нужно найти эту девушку.
- Она мертва.
- Тогда ее тело нужно найти.
Без этого мы не можем
предъявить Лялину обвинение.
А его выпустят через пять дней,
у него кончается срок
предварительного заключения,
понимаете?
Ладно, у меня нет другого выхода.
Помогите мне.
- На тапочки. Зачем тебе сапоги?
На улице тепло и сухо.
- Не знаю. На автомате взяла.
Как ты думаешь, у меня получится, а?
Или я зря в это ввязалась?
А вдруг я не смогу?
- Это твоя первая командировка,
поэтому ты волнуешься.
Ты будь шустрее, будь смелее.
Да, и с Жоговым будь пожестче.
- Ума не приложу,
как ты справишься с девочками.
- Не волнуйся. Справимся.
У меня хорошая помощница.
Ольке почти одиннадцать.
Так что все будет хорошо.
Все будет хорошо. Не волнуйся.
Не волнуйся, не волнуйся.
Присядем на дорожку и пойдем. Давай.
- Еще? Держи.
- Это Анна. Медиум.
- Шаманка... А бубен где?
Как духов будем созывать?
- Ну, раз уж меня представили,
вы кем будете?
- Майор Климов.
Для вас - просто Василий.
- Василий начальник местного розыска,
расследовал это дело.
- Я смотрю, вы там, в Следственном
комитете, модернизируетесь -
гадалок привлекаете. Шаманок.
- Может, уже хватит острить?
Отвезите меня в дом подозреваемого.
- Ух, ты, а? Ты глянь.
Поехали, господи помилуй...
- Ну что, Вася, какой дом?
- А пусть вам ваша гадалка подскажет.
А мы с ней потом поговорим.
Может быть.
- А Лялин не здесь живет.
- Вася, ну...
- Подождите.
Вы что, меня проверяете, что ли?
Андрей Иванович,
мы опять не туда приехали.
Здесь живет пожилая пара. Пенсионеры.
- Вася, ну, может,
хватит время терять, а?
- Погоди, Андрей Иванович.
Идет важный следственный эксперимент.
- Вася, ну...
- Андрей Иванович,
давайте я дорогу покажу. Обгоняйте.
Вон на том перекрестке
поверните, пожалуйста, направо.
- Дамочка наша почти угадала.
- Никаких почти. Ваш подозреваемый
живет здесь. А мне нужно туда.
- Анна, почему туда?
- Потому что там живет
дедушка пропавшей девушки.
Она приезжала к нему на каникулы.
Там ее Лялин в первый раз и увидел.
- Предположим. Это, кстати,
было в материалах дела.
Хозяев нету.
В дом попасть мы не сможем.
- Ну, если вы хотите, чтобы я нашла
тело, мне нужно туда попасть.
- Вася, открывай.
- Проникновение со взломом.
- Вася, открывай. Все беру на себя.
- А теперь вроде как и без взлома.
- А чего дом пустой?
- Родители девушки
в другом городе живут.
Летом она к деду приезжала.
Когда она пропала,
дед в больницу загремел.
Себя во всем винил.
- Не ходите за мной! Не мешайте.
Это ты сломала?
Что он с тобой сделал?
Я знаю, где найти тело Лены.
Водохранилище. Около дамбы.
- И кто вам сказал,
где находится тело?
- Сама Лена.
- Которая мертва?
Знаешь что, Андрей Иванович,
это переходит всякие границы.
- Давай проверим информацию.
Возмущаться потом будешь.
- Понабирают аферисток,
господи помилуй!
- Она там.
- Где? Где конкретно?
- Метров семь от берега
и метров пять в глубину.
- Ну, это водолазов вызывать надо.
- Погоди, погоди с водолазами.
Мадам, а откуда вы знаете?
Ну, как это вообще у вас все
работает? Призраки ходят за вами,
гремят цепями и рассказывают,
как все было?
- Ладно, ладно, майор,
ну притормози...
- А почему я должен
притормаживать, а?
Мы тут идиоты, работать не умеем?
А вы, шибко грамотные, приехали,
два часа поездили по городу
и раскрыли преступление,
которое я два месяца
раскрыть не мог?!
- Вам бы надо успокоиться.
- А может, ваши призраки, мадам,
расскажут нам,
как все было на самом деле?
Где вещдоки? И как этого ублюдка
в тюрьму засадить?
Расскажут, а? А? Расскажут? Нет!
А знаете, почему?
Потому что вы, мадам, аферистка!
И я таких, как вы, в девяностые
пачками засаживал!
- Вам необходимо успокоиться.
И вы, и я - мы оба знаем, что вам
нельзя волноваться с вашим сердцем.
Вам нужно держать себя в руках.
- Что?!
- Вася, Вася, Вася...
- Ну, хамка, а!
- Ну успокойся, правда. Чего ты?
Слушай, ну давай предположим,
что все-таки она права?
Ну, знает она. Давай вызовем
водолазов. Ну я тебя прошу, Вася.
- Вот вы заладили:
"Водолазов, водолазов".
А отписываться как я буду?
Что мне призраки подсказали?!
- Знаете, что? Я свою работу сделала.
Проводите меня до гостиницы.
- Вася, ты место запомнил?
Давай вызывай водолазов.
(Звук шагов.)
(Звук падения.)
Голос снаружи: - Ах, сейчас...
- Что такое?
- Он идет!
- Так, что здесь упало, а?
- Да ничего.
- Ничего.
- А ну, показываем, что за спиной?
- Мы проголодались.
- Капустки захотелось.
- Ну, слушайте, у нас же есть суп.
Давайте я вам котлеты разогрею?
Тосты хотите?
- Папа, мама говорит,
что наедаться на ночь вредно.
Поэтому...
- Да, мы лучше капустки погрызем. Да?
- Да.
- Идем?
- Скорее.
(Телефонный звонок)
- Алло.
- Привет. Еще не спишь?
- Нет. Жду твоего звонка.
Как прошел день?
- Я нашла тело,
но мне никто не верит.
В полиции считают, что я мошенница,
а я считаю минуты
до возвращения домой.
Соскучилась.
- Мы тоже скучаем.
(Громкий стук в дверь.)
- Подожди, кто-то стучит.
- Не клади трубку. Посмотри, кто там.
- Кто там?
Из-за двери: - Это Климов!
Поговорить нам надо.
- Одну минуту!
Пришел тот мужлан из полиции,
который назвал меня аферисткой.
- Почему так поздно?
Ты ничего мне не хочешь рассказать?
- Запал на меня с первого взгляда.
Зовет замуж.
(Нетерпеливый стук в дверь.)
Все, давай пока. Целую.
- Можно?!
- Ложитесь спать. Люблю тебя.
- Да. Мы тебя тоже.
- Слушаю вас.
Вы что, с ума сошли?
- Я сделал операцию три месяца назад.
Всем сказал, что уехал отдыхать
в Карелию. Это была тайна.
Об этом никто не знал.
Откуда узнали вы?
- Я почувствовала.
А еще я чувствую,
что вы будете жить долго.
Если не будете так нервничать.
- Врач сказал то же самое.
Спасибо вам.
Завтра утром водолазы
начнут искать тело.
(Стук в дверь.)
(Звук открываемой двери.)
- Аня!
Ты чего ж на звонки не отвечаешь, а?
- Ох... Что случилось?
- Что случилось?
Дамбу, вон, на плотине прорвало.
Московскую трассу размыло.
Через Рогозино придется объезжать.
Давай быстрее. Не уедем сейчас -
не выберемся. Потонем тут.
- А как же?..
- В районе, вон, режим ЧС объявлен.
Давай, давай, давай! Ну, Анечка,
быстрее, пожалуйста, быстрее.
- А как же тело? Климов сказал,
что вызовет утром водолазов.
- Смыло тело давно уже.
Садись давай.
- Если нет тела,
значит, нет доказательств?
- Я говорю, садись. Не уедем!
- Не переживай. Разве нельзя найти
еще какие-нибудь доказательства?
- Да нет больше
никаких доказательств.
Этого мерзавца выпустят,
потому что я на него ничего не нашла.
- Пойми, ты не можешь
за все это отвечать.
- А за что я могу отвечать?
Для чего мне этот так называемый дар?
Он мне только мешает.
Ну какой от него толк,
если я не могу предсказать
даже наводнение?
- Вот почему ты хотела
взять резиновые сапоги.
Все, уложил. Сказал,
если сейчас же не заснут,
на завтрак будут есть овсяную кашу.
- Послушай, я знаю,
ты хочешь меня успокоить.
Когда я поговорила
с призраком той девушки
и узнала, где тело, я подумала:
"Ну вот, наконец-то
я нашла свое место.
Вот оно - мое призвание".
Оказалось, что в этом теперь
нет никакого смысла.
Я не буду реветь.
- Я ничего не сказал.
- Но ты так подумал.
- Так, стоп.
Мы договаривались, что ты
не будешь читать мои мысли.
Пожалуйста, тренируйся на своих
преступниках. Это будет лучше.
- Боже мой, какой у меня умный муж...
- Ну да, я, между прочим, профессор.
- Андрей Иванович, здравствуйте!
- Тихо, ты...
- Анна Островская вас беспокоит.
Скажите, пожалуйста,
а как назначить свидание...
получить свидание
с подозреваемым Лялиным?
(Звучит музыка.)
- Лицом к стене! Заходим!
- А вы кто? Мне сказали,
что пришла невеста.
Хотя... я согласен прямо здесь.
- Леша, сядь.
Мне нужно с тобой поговорить.
- Понятно. Ты журналистка.
Но мне без адвоката
нельзя ни с кем разговаривать.
Зато сексом заниматься можно.
- Я друг Лены.
Девушки, которую ты убил.
- Я никого не убивал.
- Она мне сама об этом сказала.
И я знаю, где ты спрятал ее тело.
Я хочу понять,
что творится в твоей душе.
Ты вроде бы красивый,
интересный парень, как с обложки.
А я слышу только крики измученных
животных, плач несчастных девушек.
Ты пришел сюда не один.
Нет, ты там ничего не увидишь.
Там, в углу, стоит призрак девушки,
которую ты убил в прошлом году.
И специально уехал из этого города.
- Да это все бред,
у вас нет никаких доказательств.
Послезавтра истекает срок
предварительного заключения,
и я отсюда выйду.
- А вон девушка,
которую ты убил три года назад.
Родители не стали заявлять в полицию,
потому что думали,
что она просто сбежала из дома.
- Заткнись!
- Боже мой! Сколько вас?! Шесть?!
Ну что вы молчите?! Ну?!
Ну скажите, как мне его остановить?!
- Я хочу уйти! Выпустите меня!
- Нет. Это я только начала.
Они мне все расскажут.
- Выпустите меня!
- Димон?! Ты сказал,
что "все сжег Димон"?
- Я ничего не говорил.
Выпустите меня!
- Я тебя достану, клянусь!
- Аня, ваша самодеятельность
просто недопустима.
Вот его адвокат подаст жалобу
и будет прав.
- Послушайте, но я что-то делаю.
Ну его же выпустят.
- Наливайте чай.
Ну а что вы там увидели?
- Да почти ничего.
Когда я взяла Лялина за руку,
у меня было смутное видение,
в котором Лялин просто упрашивал:
"Димон! Димон, сожги все это,
я в долгу не останусь".
А Димона я не видела.
- Жалко.
Так, ну что у нас сегодня?
- Женя! Ой, иди на помощь! Тут это...
- Что?
Это... это что?
- Черепаха.
- Так, Маша, Оля, ну-ка, быстро сюда!
Ну-ка? Откуда это здесь взялось?
- Мы нашли ее на улице.
- Так. Почему вы нам
ничего не сказали?
- Мы думали, ты будешь ругаться.
- Мы играли на улице
и видим, там Чапа ползет.
- Она могла под машину попасть.
Мы же не могли ее там бросить.
- Не могли.
- Мам, пап, давайте ее у нас оставим.
Ей же негде жить.
- Ее хозяева плохие.
Как можно было Чапу выгнать на улицу,
она же такая красивая!
(Телефонный звонок.)
- Так, на. - А-а, нет!
- На.
- Между прочим, хозяева ее не выгнали
на улицу, она сама уползла из дома.
И сейчас один мальчик
очень сильно и сильно плачет.
- Откуда ты знаешь?
- Мама всегда все знает.
- Чапу нужно отдать хозяину.
- Аня, на. Жогов звонит.
- Мы отработали все связи Лялина.
Единственный, с кем он
общался в последнее время,
это его сосед по камере в СИЗО,
некто Димон. Дмитрий Загорский.
- Вы его уже допросили?
- Его выпустили неделю назад.
Слушай, а что если Лялин
вступил в сговор с Димоном
и попросил его уничтожить вещдоки?
Давай, давай, давай... Вы куда?
- Я с вами.
- Здесь. Нет, нельзя.
- Почему?
- Здесь задержание -
мало ли что случится.
Вдруг у него оружие?
- Подождите, а зачем вы тогда
меня сюда позвали?
- Чтобы потом поговорили,
после задержания, с ним.
- Послушайте, здесь темно и страшно.
А вдруг здесь крысы?
- Что стоишь? Давай, пошли.
Какой этаж?
- Четвертый.
- Как они тут без лифта?
Так, останься здесь.
- Не стрелять! Не стрелять!
Серый, там Аня, осторожнее!
Ну что, живой?
Покурите на улице.
Полковник юстиции Жогов. У вас в доме
найдены запрещенные вещества.
- А это не мое, начальник.
А побежал, потому что испугался.
- Понятно. Значит, если вы будете
сотрудничать со следствием,
мы, возможно, и поверим
в вашу версию.
- Спрашивайте.
- Вопрос у меня только один.
Где то, что вам поручил сжечь Лялин?
- Чего? Гон какой-то.
Ничего он меня не просил.
- А откуда у вас этот кораблик?
- Подарили на день рождения.
- То, что вас просил сжечь Лялин,
находилось на какой-то яхте, верно?
И оттуда вы украли этот кораблик.
- Я же говорю, это подарок.
- Я думаю, вы не выполнили просьбу
вашего сокамерника Лялина
и решили его шантажировать и тянуть
из него деньги всю свою жизнь.
- Голову включите, Загорский.
На Лялине несколько убийств -
вы пойдете как соучастник.
Деньги стоят того?
- Послушайте, говорю же,
ничего он меня не просил.
- Вы пошли на яхту ночью. Так,
вы подумали, вас никто не заметит.
Но вы ошиблись.
На соседней яхте ночью включается
инфракрасная камера слежения,
которая передает изображение
на удаленный сервер.
И вас было отлично видно.
- Слушайте, я просто забрал
коробку с яхты.
Этот псих попросил забрать коробку.
Все!
- И парусник?
- Нет, парусник, это я уже сам.
Понравился.
- Коробка где?
- Покажу.
- Андрей Иванович...
- Вызывали?
- Заходи. Смотри, что у Загорского
в гараже нашли. Лялин собирал трофеи.
Слушай, а вот ты чего там
про камеру говорила?
- Нет никакой камеры. Это блеф.
Ну... В смысле, так все делают.
Я в кино видела.
"- В связи с новой
доказательной базой
и открывшимися
новыми обстоятельствами
по делу об убийстве Елены Сапрыкиной,
а также в связи с возбуждением
еще пяти уголовных дел
по статье 105, часть 2, пункт Б
УК РФ -
"убийство лица,
заведомо для виновного
находящегося
в беспомощном состоянии,
равно сопряженное
с похищением человека", -
Лялину Алексею Юрьевичу продлевается
срок содержания под стражей
на 3 месяца". Заседание окончено.
- Ну что, довольна? Тварь конченая!
Стерва! Поняла, кто ты?!
Чтоб ты сдохла! И чтоб все твои
близкие сдохли! Сдохни, тварь!
- Аня, кстати, Василий передавал тебе
свои извинения и отдельное спасибо.
- Рада была помочь.
- Да, кстати, чуть не забыл.
Ты дело Петровского помнишь?
- Да.
- Мы обыскали колодец с септиком,
нашли орудие убийства. Пистолет,
которым он убил свою подругу.
Он дает признательные показания.
Скажи, пожалуйста,
ну как ты это делаешь?
- Ну я не знаю.
- То есть он не собирается
тебя увольнять?
- Нет. Он предложил мне стать
его внештатным сотрудником.
А работать я буду в архиве.
Ну, как бы под прикрытием.
- А что, так можно?
- Жогов сказал, что можно.
Главное, договориться с начальством.
И он обещал поговорить насчет меня.
- Классно.
- Только, девочки, мы об этом
никому не говорим. Военная тайна.
- Круто.
- Слушай, а что конкретно
тебе придется делать?
- Жогов попросил меня беседовать
со свидетелями и обвиняемыми,
выезжать на опознания.
Будут привлекать меня тогда,
когда я буду нужна.
- Мама, папа, а раз хозяин черепашки
нашелся, давайте собачку купим?
- Нет, котенка, котенка!
Давайте купим!
- Знаете что, давайте все вместе
сходим в зоопарк.
- О, да! Давайте! Ура!
- Ура!
- Отнеси-ка эти папки Жогову.
- Ага.
- Извините, пожалуйста,
Андрею Ивановичу передайте.
- Так, год назад у вас убили тещу.
Ровно через год у вас убили жену.
Довольно странное совпадение,
вы не находите?
- Да уж. Вы подозреваете меня, да?
Я понимаю.
Тогда меня тоже подозревали,
но потом сняли все обвинения.
Алиби. И сейчас тоже есть алиби.
Вы можете проверить.
Они мешали мне. И я их наказал.
- Ах!
- Что такое? Вы... вы знакомы?
- Вообще первый раз вижу.
- А давайте мы проверим ваше алиби
еще раз.

Серия 2

- Стой! Убери пистолет!
- Я пристрелю тебя, как собаку.
- Кто-нибудь, пожалуйста, помогите!
- А-а-а!..
- Что?!
- Все хорошо. Все хорошо.
Сон страшный приснился.
- Мама, только пожалуйста,
не делай так больше.
- Да, мама, пожалуйста,
не делай так больше. О господи.
- Мама, ты мне пуговицу
опять не пришила,
меня Светлана Петровна будет ругать.
Мам! Мам, тут еще пятно.
А можно я без формы пойду?
А ты мне записку напишешь,
что она еще не высохла?
Мне еще пятьсот рублей надо
на экскурсию.
Мы сегодня в музей идем.
Она в меня стреляется козявками!
Ой!..
- Хватит кричать! Вы Дашку разбудите!
Прекратите!
- Я тебя убью.
- Только попробуй,
я все маме расскажу.
Мама, Оля дерется!
(Ребенок плачет.)
- Ну все, Дашку разбудили.
Может, ты проснешься и разберешься
со своими детьми?
- Это не мои дети, мне их подменили
в роддоме. Надо их сдать обратно.
Или взять новых.
- Новые лучше не будут.
- Мама! Ай!..
- Аня, ну правда, хватит играть
в спящую красавицу.
Они сейчас переубивают друг друга.
- Вот ты мужчина, ты и разберись.
А у меня депрессия.
- Дура!
- Сама такая! Мама, она обзывается!
- Ну правда, что с тобой?
- Послушай Олю.
Ей всего десять лет, а какая у нее
бурная, насыщенная жизнь!
Поход в музей, стрельба козявками.
А у меня что?
Сижу в архиве и перебираю бумажки.
Жогов обещал меня сделать
консультантом,
обещал привлекать к важным делам!
И что? Избегает.
- Никто тебя не избегает.
Просто не каждый день
происходят преступления,
достойные твоего дара.
- Я никому не нужна.
- Так, все. Мне надоело.
Хочешь работы - звони Жогову.
И вообще, хватит спать.
Я на раз-два-три тебя поливаю водой.
Все. Хватит.
- Ой, нет! Нет, все, только не водой!
Все.
Пойду на работу, сегодня сразу
поговорю с Жоговым.
- О, у меня еще и медиум
с дырявой памятью.
Какая работа? У Дашки карантин
в садике. Ты забыла?
- Я забыла.
- А то, что мы вечером
идем в ресторан?
- О боже! Еще и это?
- Итальянский ресторан,
который открыли возле института.
Мы там с тобой пили кофе. Ты там
обедала. Тебе там очень понравилось.
- Мне еда там понравилась,
а вот ужин в компании преподавателей,
еще и жен преподавателей,
и еще мужа-преподавателя -
хуже только ночные кошмары!
- Нас пригласили еще месяц назад.
Я согласился. Сказал, что мы придем.
Отказаться невозможно. Все.
Девочки! Мама хочет,
чтобы вы ее разбудили!
Бегом, скорей сюда! Бегите!
Давайте-давайте! Будите маму.
- Хорошо! Мама! Просыпайся! Так!..
- Да, я здесь, да, едем, куда мы
едем? Куда же нам поехать?
Ж-ж... Посторонись, поберегись!
Куда бы нам поехать?
Может быть, в город? А поедем мы
в город на машинке за продуктами?
Что-нибудь к ужину вкусненькое купим,
да, Даша? На.
- Господи!
Алло, полиция?
Приезжайте скорее, авария.
Есть жертвы. Казначейская, 13.
И скорую, скорую вызовите!
- А скорую вызвали?
- Вызвали.
Эй, парень...
- Держите.
- Спасибо, доктор.
- Совсем охренели!
Помнишь этого подонка,
который сбил детишек на переходе?
- А... Гаршак, кажется?
- И что самое дерьмовое: так ведь
отмажут эту тварь. И этого тоже.
- Так я же вам объясняла,
девушка была за рулем!
Она скрылась, ее ищите.
Этот-то пострадавший.
- А кто может подтвердить ваши слова?
- А чего, вам меня мало?
- А вдруг вы лицо заинтересованное?
- От вас, кстати, тоже попахивает.
- Вы чего, с ума сошли?
Я пустырник пила!
Товарищи, кто-нибудь видел аварию?
- Вы покиньте место аварии,
не мешайте работать.
- Ну, чего встали?! Давайте быстрее!
- Я сейчас на вас жаловаться буду!
- Татьяна Павловна, что случилось?
Что случилось? Вы не пострадали?
- Я пострадала. Я пострадала.
Вот: то из меня алкоголичку делают,
то городскую сумасшедшую.
Показания мои не хотят записывать.
- Так, женщина, сюда нельзя!
Особенно с ребенком.
- Так я же из полиции!
- А, понятно все! Из полиции.
Прошу вас...
- Убери руки!
- Да нет, ну что вы!
Я из Следственного комитета.
Думаете, я шучу?
Ну, убедились?
Татьяна Павловна очень важный
и большой человек у нас в отделе.
Татьяна Павловна, ну покажите вы
ваше удостоверение.
- Предъявите удостоверение!
- Да просто не люблю я
корочками размахивать.
Посмотрел?
- Да как так?
Да что же вы сразу-то
не сказали, а?!
- А у нас перед полицией все равны.
Ох, я на вас буду жаловаться!
- Простите.
- Не дождетесь!
Аня, ты представляешь,
я на работу иду,
вдруг с визгом машина
вот так вылетает,
потом вот эти два лодыря приехали.
Ты представляешь?
Пошли отсюда! Пойдем.
- Точно все в порядке?
- Да точно со мной все в порядке.
Я вот здесь стояла, понимаешь?
Они вылетели вот так со свистом
прямо в стену!
- Ты представляешь, гад какой,
говорит мне!
Я говорю: "Ты мне погруби, милый!"
Да куда ты, иди вот здесь.
Стас, открой нам. Господи, какая
хорошенькая, маленькая! Спит ребенок.
Лапочка... Так, подожди, а ты куда
идешь-то? У тебя же бюллетень.
- Татьяна Павловна, мне очень нужно
поговорить с Жоговым.
Буквально пять минут.
Сможете за ней уследить, а?
- Конечно! Чего за ней следить,
она спит. Давай, пошли.
Ага, взяли.
- Вам помочь?
- Уйди от ребенка. Не трогай. Опа!
Идем, идем.
- Имя, фамилия, отчество?
- Гаршак Артем Сергеевич.
- Год и место рождения?
- Девяностый. Ростов.
- Вам понятна суть
предъявленного обвинения?
- Я вообще не понимаю,
почему я здесь.
Вину ведь еще надо доказать.
Вот и доказывайте!
- Вы осознаете тяжесть содеянного?
- Хотите меня на деньги развести?
Запугать решили? Не выйдет.
Я вообще безработный.
- Откуда у безработного автомобиль
стоимостью
более трех миллионов рублей?
- Завидуете? Да?
- Ну все, выключайте.
Вот этот подонок среди белого дня
на пешеходном переходе сбил
целый класс.
Пятеро детей в реанимации
в тяжелом состоянии.
Учитель и девочка погибли на месте.
- Алкоголь?
- Лыка не вязал. Права отобрали
за пьянку еще в прошлом году.
- Гаршак даже не попытался оказать им
помощь, скрылся с места происшествия.
- Гаденыш.
- Свою вину не признал.
Перед семьями погибших и пострадавших
даже не извинился.
В общем, мразь чистой воды.
- Андрей Иванович, простите,
можно вас?
- Я занят. Извините.
Ну так что? Вы к суду готовы?
- Конечно.
- Ну хорошо. Работайте.
- Есть.
- Андр... Я...
- Здорово! Голубушка, вы от меня,
вот скажите, чего хотите, а?
- Но вы же обещали поговорить
насчет меня с начальством.
Чтобы меня привлекать
к расследованиям.
Ну, как консультанта.
- Я поговорил.
- Ну, и что?
- Начальство не хочет.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. Не хочет начальство,
чтобы я вас привлекал, ясно?
Так что вы меня извините, пожалуйста.
- Да что вы! Это вы меня извините.
Ой, я подниму! Ой, извините.
- Дайте! Чего вы там смотрите?
- Я видела сон, в котором
этого человека убили.
- Да не может быть, он под арестом.
- Я знаю.
Его убьют прямо в здании суда.
Я видела.
- Ну-ка пойдем ко мне в кабинет.
- Хотите меня на деньги развести?
Запугать решили?
Не выйдет. Я вообще безработный.
- Откуда у безработного автомобиль
стоимостью
более трех миллионов рублей?
- Завидно? Да?
- Какой ужас. Он даже ни о чем
не сожалеет.
- Ну, скоро его будут судить.
Лично я не возражал бы,
чтобы этот подонок просто сдох.
Но чисто политически такая постановка
вопроса неуместна.
Кто и когда совершит покушение?
- Я не знаю.
- Ну, чего ты там смотрела?
- Убийца был в маске с клювом.
- Так-таки с клювом?
- Да, с клювом.
- Очень важная деталь.
В здание суда оружие пронести
невозможно,
а уж в маске с клювом тем более.
Ты не ошиблась?
- Нет, его точно застрелят.
Послушайте, а если я поговорю
с родителями потерпевших детей,
то я...
- Да ты что?! Что ты?!
Мне запретили привлекать медиумов.
- А никто не знает, что я медиум,
только вы.
Пусть все думают,
что я вам кофе приношу, а?
- Ой... Ну, не знаю я.
- Послушайте, убийцу надо остановить.
А если я смогу помочь?
- Ну, а если нет? Нас с тобой
не просто уволят отсюда,
нас под суд могут отдать. И этот
подонок не получит по заслугам.
Ой... Ладно, давай попробуем.
Значит, у нас сейчас здесь
мать убитого учителя,
мы вызвали ее подписать
кое-какие документы.
У тебя две минуты.
- Угу.
- Ты... ты точно уверена,
что Гаршака собираются убить?
Или это, может, там, помехи
в твоей голове какие-нибудь?
Ой, ну давай.
- Подпишите, пожалуйста.
- Никакие деньги не вернут мне сына.
Кирюша был для меня всем,
а теперь как жить?
Спасибо.
Я хочу только одного:
чтобы этого выродка остановили.
Чтобы больше ни одна мать
не теряла смысл своей жизни.
- Я пристрелю тебя как собаку!
- Давайте я вас провожу.
- Ну как?
- Убийца - мужчина.
Так я видела это во сне.
Нам нужны родственники-мужчины.
- Ну ты могла сразу
об этом сказать, а?
- Простите,
я только сейчас это поняла.
- Николай будет с женой Светланой.
Жену Олега зовут Соня.
Ты должна ее помнить,
они с моей кафедры.
Еще будут Виктор и Алина.
Они с теоретической механики.
Запомнила?
- Николай и Светлана,
Олег и Соня, Виктор и Алена.
- Угу. Алина.
- Алина.
- Прекрасно.
Ясновидящая с плохой памятью.
Да, кстати... Если спросят,
кем ты работаешь?
- Кстати, насчет работы!
Мне же Жогов
сегодня поручил новое дело.
- Я тебя поздравляю. Но все-таки
мне интересно, что ты ответишь?
- А что я должна ответить?
- Ну не знаю,
можно же по-разному сказать.
- Подожди, ты что, меня стесняешься?
Ну мне тогда действительно
нужно было оставаться дома,
готовиться к новой работе.
И на няне бы сэкономили.
- Милая, ты же умеешь
читать мои мысли.
- Хорошо, едем.
- ...Такие вообще невыносимые,
поэтому...
(Все смеются.)
- Друзья мои!
Друзья мои, я предлагаю тост!
Я хочу выпить
за мою любимую жену Алину,
которая скоро станет деканом.
Ректор сам предложил ей должность,
представляете?
Хотя Алина еще даже и не доцент,
но ректор обещал ходатайствовать
перед ученым советом.
- Угомонись.
- Дай погордиться женой.
Знаете, как он сказал?
"Помимо педагогических заслуг
хочу отметить деловые качества
и эрудицию Алины Витальевны".
- Ура! - За тебя, Алина.
- Дай бог.
- Поздравляю!
- Спасибо.
- Прекрасно.
- Спасибо, спасибо.
За вас.
(Звучит музыка.)
- Алина, это большая удача!
- По-хорошему завидуем вам.
- Да, мы тоже присоединяемся.
Правда, Аня?
- Мне кажется, вам не стоит
принимать это предложение.
- Не стоит? Как?
- Почему?
- Ты что такое говоришь?
- Извините...
- Да ерунда!
Алина должна стать деканом.
- Давайте еще раз выпьем!
- А давайте!
Никаких возражений!
- Обязательно станет.
- Вот это правильно!
- Простите, а у вас что нового?
Вы, кажется,
опять в декретном отпуске?
А сколько у вас, двое?
- Трое. Три девочки.
- Прекрасно!
- Я недавно вышла на новую работу
в Следственный комитет.
- Вот как? И чем вы там занимаетесь?
- Да так, бумажки перебираю.
- Нет, на самом деле,
это очень ответственная работа.
- Я работаю в архиве.
Там, конечно, не требуется
деловых качеств и эрудиции...
- Слушай, давай выбери
какой-нибудь десерт еще. А?
- Я буду то же самое, что и ты.
- Нам два шоколадных фондана.
Спасибо.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Татьяна Павловна, разрешите.
- Заходите.
- Лейтенант Захаров.
Только из наряда.
Поздно, думал, не застану.
Приношу вам свои извинения.
Решил лично.
- Садись. Чаю хочешь?
- Да нет, спасибо.
- Ну с работы же.
- Не стану задерживать.
Вы только жалобу на меня не пишите.
У меня уже есть взыскание.
Премии лишат.
- Да я и не собиралась.
- Правда?
- Это я так.
- Хороший вы человек. Ну... Я пойду?
- Давай. Стой, подожди!
А что там потерпевший?
- Жив он, в больнице.
- А парень этот? Ну чего ты молчишь?
- Алексей Кутепов его зовут.
Признал он свою вину,
Татьяна Павловна.
Заявил, что сам за рулем был,
никакой девушки в машине не было.
- Слушай, ты давай из меня
идиотку-то снова не делай!
Не было его за рулем!
- Его под подписку отпустили.
Сами у него и спросите.
- Ну ладно.
- Если интересно: сделали экспертизу
транспортного средства.
У машины тормозные шланги
были перерезаны.
- Так, подожди,
так это что получается?
- Умысел, выходит. Или его убить
хотели, или он сам жить устал.
Я пойду?
- Давай.
Интересно.
- Слушай, а мне кажется,
мы отлично посидели,
вкусно поужинали, пообщались.
- Ага, послушали
занимательные истории.
- Ты о чем?
- О карьерной лестнице.
- Аня, ты что, что-то знаешь?
- У этого ректора не только
карьерные виды на эту Алену.
- Да не Алену, Алину,
ну можно же уже запомнить!
Так говоришь, как будто знаешь все
на сто процентов.
Раньше ты сомневалась,
ты что-то чувствовала,
а сейчас прямо все знаешь наверняка!
- Я просто говорю, что я видела.
- А если я подпишу иск
о материальной компенсации,
когда я получу деньги?
- Ну, сначала должен состояться суд,
который вынесет решение о размере
и порядке выплаты.
- Таких, как ваш Гаршак,
расстреливать на месте надо.
А вы им суды устраиваете.
- Я эту тварь удавлю, если встречу!
- Да таких, как он,
стрелять надо без суда и следствия.
Нашей Ленке
уже семь операций сделали.
А Гаршака в новостях показывают.
Он довольный, лыбится во весь экран.
Тварь!
- Как нам пройти на суд?
Дайте нам пропуск!
- Пока что ничего не известно.
Возможно, заседание будет закрытым.
- Расстреливать на месте надо.
- Удавлю, если встречу!
- Стрелять надо без суда и следствия.
- Да я ваш суд взорву тогда,
если пропуск не дадите!
- Андрей Иванович, я Островскую
везде ищу, а она тут с вами.
Я ее заберу. Можно?
Аня! Ты аварию помнишь?
- Да, конечно, помню.
- Вот. Я же своими глазами видела,
что за рулем девушка была,
а в полиции мне сказали,
что этот парень, Алексей,
всю вину взял на себя.
- Так может, он хотел выгородить
свою девушку?
- Да! Рыцарь!
Понимаешь, мне в полиции
по секрету сказали,
что у машины были перерезаны
тормозные шланги.
Может, они того,
хотели счеты с жизнью свести?
Ты посмотрела бы по своим каналам,
что у них там на роду написано.
- Ой, Татьяна Павловна,
так я же не могу...
Вы думаете, это так,
по щелчку можно увидеть будущее
или мысли человека?
Нет, я так не умею.
- Да? Жаль.
Я тут вот адрес его пробила,
он сейчас под подпиской о невыезде.
Узнать бы, что он там замышляет.
Мне-то он все равно не скажет,
а тебе даже и говорить не надо,
сама все увидишь.
- Понимаете, я не всегда...
Ну то есть вообще...
- Кофейку принеси, Аня,
пожалуйста, мне.
- Хорошо. Извините.
Ну давайте.
- Нужно, чтобы вы подписали иск
о материальной компенсации к Гаршаку.
- Я ничего подписывать не буду.
- Почему вы отказываетесь?
- Не ваше дело. Имею право.
Я могу идти?
- Ну, тогда напишите объяснительную.
- А на каком основании
вы ее требуете?
- Ну, как бы это сказать,
письменный отказ от претензий.
- То есть оснований нет?
Всего доброго.
- Ну, вы опознали его?
- Не уверена.
Смогу сказать точнее,
только когда с ним поговорю.
- Будьте внимательны.
Видели, какой он грамотный?
- Извините, пожалуйста.
Примите мои соболезнования.
У меня тоже трое детей, и это ужасно.
Завидую вашему хладнокровию.
- Что?
- Ну, я про то, что трудно быть
таким спокойным в такой ситуации.
- Я не спокоен, я в ярости.
Но на людях приходится носить маску.
- Ваша дочь не хотела бы,
чтобы вы натворили глупостей!
- Ушки-трататушки! Ушки-трататушки!
- Тише. Спать всем.
- Мама, а почему нам нужно
ложиться спать так рано?
Вам можно вечером резвиться,
а нам нельзя.
- Резвиться?
Это где ты слышала такое слово?
- Мама, мамуля!
Нам тетя Валя сказала,
что вы по вечерам с папой резвитесь.
- Не знаю, мы с папой
таким не занимаемся.
Вчера встречались с друзьями,
например. Ложись.
- Так, твой босс звонит
уже пятый раз.
(Телефонный звонок.)
Ты можешь ему объяснить,
что в это время порядочные сотрудницы
уже спят со своими мужьями.
- Вот сам и объясни.
- Хорошо. - Ну...
- Андрей Иванович, здравствуйте.
Тушите свет.
- Спокойной ночи, мама.
- Спокойной ночи.
Извините, пропустила ваши звонки.
- Да ничего.
Я запросил информацию на Коздоева.
Он работает художником-декоратором.
Да, на работе характеризуется
положительно.
Правда, довольно давно
он проходил по делу об убийстве,
но в качестве свидетеля.
Причастность к преступлению
не доказана.
Ты уверена, что это он
совершит покушение?
- Да, я почти уверена.
- Не-не-не!
"Почти" не считается. Это он или нет?
- Но я не могу вам так сказать.
Мне снился убийца в маске.
А Коздоев сказал,
что он тоже ходит в маске,
но метафорически как бы.
И у меня полное ощущение,
что он что-то задумал.
- Ну тогда отбой. Я не могу напрягать
ни полицию, ни судебных приставов
без полной уверенности.
- Что-то не так?
- Ты был прав,
моим снам нельзя верить.
- Ну, верить можно только в Бога.
Все остальное требует проверки
и доказательств.
- Ты прав.
(Телефонный звонок.)
Алло? Привет. Хорошо. Конечно.
А там же? Договорились. До свидания.
- Кто это еще?
- Алена, которая Алина.
Попросила с ней встретиться.
- Прямо сейчас?
- Нет, конечно. Завтра.
Ну иди, ложись спать,
я все равно сейчас не усну.
- Я - зубы почистить.
По телевизору:
"Венецианский карнавал -
культурное явление не только Италии,
но и всего мира.
По традиции, участники праздника
надевают маски,
чтобы остаться неузнанными.
Здесь так легко перепутать
простолюдина и знатного горожанина,
опасного преступника
и добрую матрону.
Обмануться так просто, ведь все люди
выглядят одинаково. Верно, Анна?"
- Верно, Анна?
- Ты глупая, и ты ошиблась, ха-ха-ха!
(Вскрикивает.)
- Вы кто?
- Здравствуйте. Меня зовут Анна,
я от Татьяны Павловны.
- От кого?
- Ну, она была свидетелем
вашей аварии.
- Что вам нужно?
- Честно говоря, не знаю.
- Нина, зачем ты встала?
- Помогите нам.
- Долго вы здесь будете трезвонить?
Он с утра уже ушел из дома.
- А, извините.
- Родственники пострадавших детей
и просто возмущенные граждане
вышли с плакатами
и требуют вынести Артему Гаршаку
более строгое наказание.
- Расскажите, пожалуйста,
что вы чувствуете?
- Я чувствую, что этого человека
нужно наказать по справедливости,
по закону!
Люди скандируют: - Убийца! Убийца!
- Здравствуйте. Простите,
что опоздала.
- Ничего, ничего.
Пошумят и перестанут. Пошли.
Люди скандируют: - Убийца! Убийца!
Убийца! Убийца! Убийца!
- Мы хотим добиться того, чтобы его
посадили. Оба-на! Посмотрите!
Гаршака привезли!
Смотрите! Гаршака привезли!
Убийце детей - пожизненное!
Убийце детей - пожизненное!
Люди скандируют: - Убийца! Убийца!
- Обратно в машину!
(Шум, крики.)
- С обвиняемым все в порядке.
На него опрокинули ведро краски.
Это сделал отец погибшего ребенка.
Он уже задержан,
доставлен в отделение. Да, и судебное
заседание переносится на завтра,
на 16 часов.
- Ему будет предъявлено обвинение?
- Без комментариев.
- Андрей Иванович,
я должна вам кое-что сказать.
- Это я тебе должен кое-что сказать.
Слушай, ты оказалась абсолютно права.
Я не верил тебе.
Сейчас Коздоева будут допрашивать.
Хочешь, поедем со мной?
- Я не знаю, как вам это объяснить,
но... - Что-то случилось?
- Да... Нет. Мне снился сон
сегодня ночью, и это не Коздоев.
- Подожди. Может, этого парня
во сне не узнала просто?
- Это был не Коздоев.
- Слушай, дело закончено,
преступник задержан.
Все, дальше наша работа.
Ну ты едешь или нет?
- Да.
- Здравствуйте. - Меня зовут
Владимир Сергеевич Каховский.
Я адвокат задержанного.
Вот моя доверенность.
- Здравствуйте.
- Подготовились? Уже адвокат есть?
- Может, снимете наручники?
- Да, конечно.
Так, погуляй. Вы знаете что...
Я, может быть, тоже считаю,
что этот мерзавец достоин
пожизненного заключения.
Но есть закон, и кровной мести
я не допущу.
- Вы что, думаете, я хотел его убить?
- А разве нет?
- От двух литров краски
еще никто не умирал.
- Я знаю, что вы задумали.
Я не позволю вам этого сделать.
- Я уже сделал все, что хотел.
Я привлек к суду внимание прессы.
Теперь этот подонок...
Ему будет гораздо сложнее
получить снисхождение!
- Андрей Иванович,
вот заключение психиатра.
Здесь указано,
что Игорь Георгиевич Коздоев
после смерти дочери пребывает
в аффективном состоянии,
и никакой судья не предъявит ему
обвинение в хулиганстве.
А других оснований
для его задержания у вас нет.
- Да сколько угодно!
На 15 суток могу задержать.
- Андрей Иванович, ну зачем?
Зачем вы это делаете?
Ну войдите в положение этого
человека. Он ведь ребенка потерял.
- Я хочу видеть, как этому ублюдку
вынесут приговор!
- Увидите. По телевизору, дома.
Пойдем. До свидания.
- Всего доброго.
- Нина?
- Откуда вы меня знаете?
- Нина, вы должны заявить на мужа
в полицию. Почему вы это терпите?
- Потому что если я заявлю на него
в полицию, он убьет Лешу. Он обещал.
- Так вот кто испортил
тормоза в машине...
- Что?
- Ваш муж испортил тормоза в машине.
Поэтому вы попали в аварию.
- Это кто? Зачем ты ее впустила?
- Я никого не впускала,
дверь была открыта.
- Что вам нужно? Это он вас послал?
- Нет, Леша. Это Аня,
она хочет нам помочь.
- Алексей, я знаю, что вы очень
любите Нину и хотите ей помочь, -
но вы делаете все неправильно.
Вас посадят и дадут большой срок,
а Нина вернется к мужу, он продолжит
ее бить и когда-нибудь убьет.
А вы решите сбежать из тюрьмы,
вас поймают и дадут еще больше,
и вы умрете в заключении.
- Откуда вы это знаете?
(Телефонный звонок.)
- Простите, я должна бежать.
Э-э... Вот это телефон
Татьяны Павловны,
она работает в Следственном комитете.
Позвоните ей, и она вам поможет.
До свидания.
- До свидания.
"Татьяна Павловна Рыбакова".
- Извините, пожалуйста, за опоздание.
Здравствуйте.
- Ерунда. Может, перейдем на "ты"?
- Давай.
- Как-то редко мы встречаемся.
- Ты извини меня за то,
что я на вечеринке сболтнула
по поводу твоего повышения.
Я не хотела обидеть.
- Я именно об этом
и поговорить хотела.
Виктор как с ума сошел.
Требует, чтобы я согласилась.
А у тебя другое мнение. Почему?
- Я тут статью в журнале прочитала:
"Из-за чего распадаются браки".
- Есть время читать журналы?
- Я в архиве работаю,
бумажки перебираю.
В общем, там говорится,
что главная причина -
это из-за того, что пары слишком
редко проводят время друг с другом
из-за занятости на работе.
Вот я и подумала:
станешь ты деканом,
будешь постоянно торчать на работе.
Служебный роман,
не дай бог, заведешь.
- А это в журнале написано?
- Ага.
Вот я и подумала: не стоит
терять брак ради какой-то работы.
Виктор у тебя такой хороший.
- Добрый день. Посмотрите меню
или что-то закажете сразу?
- Да, посмотрим.
Черт! Мне нужно бежать.
- Что-то случилось?
- Да... Нет, может случиться.
Извини, пожалуйста. Извини.
- Проходите.
- Так занят он! Нельзя!
- Я к Андрею Ивановичу!
Ой, извините, пожалуйста,
Андрей Иванович, Татьяна Павловна.
- Я уже ухожу.
- Да.
- Андрей Иванович, я ошиблась,
слышите! Я теперь точно поняла,
что я ошиблась! Андрей Иванович,
во сне человек в маске.
Понимаете, я же не видела его лица,
а Коздоев мне сказал про маску,
я поэтому и решила, что это он.
А потом я видела во сне
в этой маске саму себя. И теперь
я точно поняла, только сейчас,
что человек в маске не имеет
никакого отношения к преступлению.
Это просто... это просто картинка,
которая из меню из ресторана,
она всплыла у меня в памяти,
понимаете?
Я теперь вообще не понимаю
смысла этого сна! - Сядь.
Сядь и расскажи все нормально.
- Хорошо.
Около работы мужа есть ресторан
итальянский. Мы туда иногда ходим.
Я никогда не акцентировала внимание
на меню.
- На чем?
- Ну на меню. На меню.
Там в развороте есть картинка.
Там был изображен человек
в венецианской маске. И просто
этот образ спроецировался в мой сон.
Понимаете, я не знаю, кто убийца.
Нет, у нас есть
только одна подсказка.
Он же тогда сказал, что под маской
может скрываться кто угодно:
и простолюдин, и знатный горожанин,
и опасный преступник,
и добрая матрона. Понимаете, он мне
давал подсказку, а я не поняла.
И я ошиблась.
- Ты ошиблась?
Это я ошибся. В тебе!
Ты вообще, дорогая, что думаешь,
что у нас здесь в бирюльки играют,
в какие-то вот угадайки:
виноват, не виноват?
Я из-за тебя задержал
отца погибшего ребенка
и обвинил его черт знает в чем!
- Андрей Иванович,
я беру всю ответственность на себя.
- Да какую ты ответственность на себя
берешь? Ты... Ты в архиве работаешь!
Правильно говорят: начальству виднее.
Я начальство не послушал.
Значит, я правильно понял,
что покушения не будет?
- Будет.
И теперь я в этом абсолютно уверена.
- Да ешкин ты кот! Кто его совершит?
- А вот этого я не знаю.
- Ну спасибо тебе большое!
Очень ты помогла мне
своей этой консультацией!
- Подождите,
но нужно же что-то делать.
- Иди спать ложись! Ты любишь
эти свои сны смотреть. Иди.
Может быть, хоть сейчас тебе
настоящий преступник приснится. Иди!
- Сейчас начнем.
Сегодня суд выносит обвинительный
приговор по делу Гаршака,
сбившего на пешеходном переходе
группу...
- Сегодня у здания суда
собралось множество людей
в ожидание приговора...
- ...Решение по резонансному делу...
- Проходите. Пропуск.
(Звуковой сигнал.)
- Женщина, сумочку будьте добры.
Это что?
Откройте.
С колюще-режущими нельзя.
- Это лекарства. У меня диабет.
- Извините, нельзя.
- Но это же лекарства. Как же так?
- Послушайте, товарищ
старший лейтенант, извините.
Оставите, пожалуйста, женщине
лекарства, она инвалид.
- Женщина вернитесь
и пройдите через рамку.
- Извините, пожалуйста. Простите.
У нее погиб сын, сегодня ей предстоит
очень тяжелое испытание на слушании.
- У нас распоряжение.
Я не имею права.
- Послушайте, если ей станет плохо -
кто будет отвечать?
- Хорошо. Лекарства возьмите.
А шприцы положите сюда.
- Нет, нет.
- Спасибо вам. Шприцы тоже оставьте.
А кто у вас главный?
- Ничего страшного, я переживу.
- Спасибо.
- Ой, спасибо вам.
- Извините.
Я знаю, что у вас в сумке.
Не делайте этого.
Женщине плохо! Плохо женщине!
Ну что? Плохо ей, плохо.
Я знаю, вы хотите его убить.
А потом убить себя.
Не бойтесь, я не буду звать полицию.
Только, я вас прошу, я вас умоляю
оставить эту затею. Вы слышите?
Вы только облегчите ему жизнь
и погубите свою!
- Я осталась одна на этом свете!
Мой единственный сын лежит в земле
и не встанет никогда!
А этот будет ее топтать!
Зачем мне такая жизнь?
В ней нет никакого смысла!
- Тихо! Стойте!
Это часы вашего сына. Да?
- Да.
- Найдите Ларису. Она беременна.
- Что?
- Лариса, его девушка.
Он очень торопился с этой экскурсией,
но сказать не успел.
У вас будет внук.
А малышу нужна бабушка.
Вот для чего жить.
- Но вы не...
- Татьяна Павловна, к вам пришли.
Да, ждут.
- Вы Татьяна Павловна?
- Ага.
- Нам Анна сказала,
что вы можете помочь.
- Слава богу, нашлись.
Ой-ой-ой. Ну не реви, чего ты. Пошли.
Давай-давай, оба. Это ко мне.
Давайте, давайте. Угу. Вперед.
- Ну-ка, попробуй.
- Очень вкусно. Давай уже есть.
- Все готово.
- Мама, мы тоже хотим тебе помочь.
- Тогда накрывайте на стол.
Все готово.
(Телефонный звонок.)
Женя, посмотри.
- Это Жогов. Знаешь, в такое время
звонить замужней женщине...
За это раньше вызывали на дуэль.
- Даже не думай.
Не хочу остаться вдовой
с тремя детьми.
- Вилку и ножик!
- Курица готова.
- Все, садимся. Курица готова.
- Да, слушаю.
- Гаршаку дали максималку - 15 лет,
лишили его права пожизненно
управлять транспортными средством.
- Отлично.
- И никто на него не покушался.
Значит, ваши сны не сбываются?
- Не совсем.
Мне просто нужно их правильно
научиться разгадывать.
- Я отпустил Коздоева.
Извинился перед ним.
Он обещал не писать на меня жалобу.
- Но вообще-то жаловаться он должен
на меня. Но спасибо вам.
- Пожалуйста. Вы... вы меня извините,
я там наговорил вам...
Спокойной ночи.
- Доброй ночи.
- Само судебное заседание прошло
в максимально эмоциональном ключе.
Судья несколько раз
останавливала процесс,
и приставам приходилось
буквально наводить порядок в зале.
Не единожды в адрес обвиняемого
звучали угрозы.
В общем, атмосфера была накалена
до предела.
Пока неизвестно,
будет ли предъявлено обвинение отцу
одного из погибших детей, вылившего
краску на Гаршака накануне.
Мы следим за развитием событий.
Не переключайтесь.
- Знаешь, когда я понял,
что ты не разбудишь меня криком
от очередного кошмара,
я испугался и проснулся.
Что делаешь?
- Набираюсь вдохновения,
чтобы напугать тебя посильнее.
- А-а, понятно.
А я тебе говорил,
что в моменты депрессии
и когда ты теряешь чувство юмора,
ты мне нравишься еще больше?
- Женя, ты был абсолютно прав.
Мои сны - они... Это просто фантазии.
Подозреваемый был у меня
почти у самого носа,
а я из-за своих снов... доверилась им
и чуть не пропустила преступление.
- Ну... Подумаешь, ошиблась один раз.
- Если я ошиблась один раз,
значит, я могу ошибиться и другой.
- У меня прямо сейчас
камень упал с души.
Значит, ты нормальный человек.
Потому что все нормальные люди
ошибаются.
Мне, кстати, звонила Алина, потому
что у тебя был телефон отключен.
Она просила тебя поблагодарить,
что она отказалась от повышения.
Мне очень интересно,
почему ты ее отговорила?
Мне интересны детали,
и что ты ей сказала?
- Уже забыла.
- Что значит "забыла"?
- Да не помню.
Я же медиум с дырявой памятью. Забыл?
- Ты умеешь отшивать.

Серия 3

- Молодых мы поздравляем,
Много счастья им желаем!
Вы настолько гармоничны,
Смотритесь вы на отлично.
Лучше пары не сыскать,
Так давайте же... стрелять.
- Пропустила самое интересное.
Опять кошмар?
- Да. Свадьба.
- Не такая уж и кошмарная
у нас была свадьба.
Если ты до сих пор дуешься на меня
из-за этого танца, то...
- Я видела чужую свадьбу.
(Звон будильника.)
- Женя, ты где?
Из детской: - Мне не нравится,
что мы ничего не скажем маме.
- Если ты скажешь маме,
то испортишь сюрприз, балда!
- Хватит так с сестрой, хватит.
Мне кажется, что маме
пока знать не надо,
зато потом будет веселее.
- Да. Точно.
- Да? - Правда.
- Так. Так, что я не должна знать?
- У папы была бессонница,
и он боялся тебе рассказать.
Ему приснился кошмар страшный,
и он пришел к нам.
- Да, это правда, это чистая правда.
- И рассказал нам.
Вон, даже Дашка подтверждает.
- Да, Даша? - Да.
- Ты самая ужасная именинница в мире.
Твой день рождения -
самый грустный праздник.
Потому что ты знаешь,
кто что тебе подарит.
- Ничего подобного!
Между прочим, я очень люблю сюрпризы.
Особенно тех, кто умеет их делать.
- Тогда будь снисходительна.
Девчонки встали с утра пораньше,
чтобы тебе что-нибудь придумать.
- То есть это будет не твоя идея?
- Я что, похож на идиота?
- Ну, я ничего изменить не могу.
Я ж не специально это делаю. И потом,
из тебя очень плохой заговорщик,
у тебя сразу все на лице написано.
- Даже вот так?
Так, не лезь ко мне в мозги.
И не читай мои сакральные
мысли по поводу подарка.
Ну-ка, иди-ка сюда. Иди сюда.
- Что ты думаешь? - Да.
- Прекрати так думать.
- Ну что такое?
- Послушай, я сейчас всюду опоздаю.
- Ну и что такого? Ну что такого?
Смотри, какой я красивый сегодня.
- Оля, у тебя сегодня музыка.
- Хорошо.
- Брызни на бантики.
Еще раз. Ага. Маша.
- А? - У тебя после школы
кружок рисования.
- Помню. - И, пожалуйста,
не покупай еду в автомате.
Она вредная.
- Разве могут быть сладости вредные?
Не понимаю.
- Поймешь,
когда тебе будет немножко за тридцать
и ты не будешь влезать
в свои любимые вещи.
- Мои любимые вещи
мне и так уже маленькие,
потому что я расту.
Я что, буду до тридцати расти?
- До тридцати.
- Девочки! Идите, одевайтесь,
скоро поедем. Держи.
Нет, эту помнешь. Держи эту.
- Хорошо.
- Оля.
- Ага, спасибо.
- Бегом. - Пошли.
- Бегом, бегом, бегом!
Мама, давай просыпайся.
- Извини.
- А что тебе сегодня
за свадьба снилась?
- Какая-то странная свадьба.
Вместо людей манекены,
и потом их расстреливают.
- Кто был?
- Ну не знаю. Я не видела убийцу,
и соответственно не видела жертв.
Может быть, не рассказывать
об этом Жогову, а?
- Ну ты знаешь, начальник
следственного отдела УВД, он верит,
что ты медиум, и верит, что тебе
снятся совершенные преступления.
Так что когда он узнает,
что новые жертвы - манекены, то...
Ну да, конечно, он все бросит
и побежит их спасать.
Давай, собирайся.
- Если это были манекены,
тогда что, получается,
и преступления никакого не было?
- Я не знаю.
Были выстрелы, была кровь.
Или что-то красное,
что изображало кровь.
И знаете, эти капли крови как будто
застыли и торчали потом из тел.
Извините, я, наверное,
слишком сумбурно объясняю.
- Не-не-не, подожди. Как вы сказали?
Застывшие капли крови?
- Да нет, извините. Забудьте.
Извините, что отвлекла из-за ерунды.
- Нет. Нет. Ну-ка, давайте-ка,
пойдемте ко мне в кабинет.
Проходи, Аня, проходи, садись.
Садись, садись.
В общем, 4 месяца назад
у одного нашего полицейского
в семье случилось несчастье.
Сводная сестра убила своего мужа
и застрелилась сама
из наградного револьвера его прадеда,
который хранился в квартире.
Ну, во всяком случае
так установило следствие.
- Какой ужас.
- Он очень привязан был к сестре
и считает, что это было убийство,
замаскированное
под семейную ссору и суицид.
Он очень держится за эту версию,
но доказательств у него нет.
Если ему не помочь, он загубит
и карьеру, и жизнь свою.
Я прошу тебя, встреться с ним.
- Но как я могу помочь?
Вы считаете, что мой сон
как-то причастен к этому делу?
- Ну ты сама как-нибудь там реши.
Да - да, нет - нет. Я напишу адрес.
- Есть кто-нибудь?
- Проходите, я сейчас.
Вы от Жогова?
- Да. Здравствуйте. Меня зовут Анна.
- Здравствуйте. Жогов мне звонил.
Только я не понял, где вы работаете.
Вы баллистик? Специалист по крови?
Где ваше оборудование?
- Мне оно не нужно.
- Так где вы работаете?
- В архиве.
- В архиве? Очень смешно.
- Почему вы считаете, что их убили?
- Ну, вы не знали
мою сестру и ее мужа Марка.
Не было пары счастливее.
- Ну, в супружеской жизни
всякое может случиться.
- Ой, да перестаньте.
Только не говорите, что вы психолог.
Их убили, ясно?
- Но если нет доказательств,
почему вы так уверены?
- Когда я работал в ППС,
я смотрел на толпу из машин.
Я почти безошибочно определял,
кто без регистрации, кто без прав.
Девять из десяти. Неплохой результат.
Моя интуиция меня
еще никогда не подводила.
Так что вы собираетесь делать?
- Для начала попрошу вас выйти.
- Жогов говорил,
что вы уникальный специалист,
но не говорил, что такой наглый.
Я знаю здесь каждый след,
каждую отметину.
Я знаю, как передвигались жертвы,
что они трогали.
- Для меня это важно.
Мне нужно здесь остаться одной.
- Ну хорошо. Будете уходить,
захлопните за собой дверь.
- Надюша, Надюша! Я разогреваю
жаркое. Салат сделать?
- Да, давай.
Давай я тебе помогу.
- Давай.
Милая, какой лучше выбрать?
- Мой любимый.
- Ты кто? Стой на месте.
Надюша, вызывай полицию!
(Звуки выстрелов.)
- Был третий? Ты уверена?
- Да. Но я не знаю, кто это был
и что он там делал.
Но я уверена, он напал первый.
- Я знал, я знал! А я что говорил, а?
Спасибо! Спасибо вам огромное!
Иваныч, признайся, ты тоже думал,
что я уже с ума схожу потихоньку, да?
Теперь покажем прокурору,
кто тут с ума сходит.
Ну, скажите, я... Что вы нашли?
Я что-то пропустил, да?
- Да нет. Я ничего не нашла. Я...
Это просто, ну, моя интуиция.
И она мне подсказывает,
что это было убийство.
- Чего?
- Олег, мы не нашли ничего нового,
подтверждающего твою версию.
Просто Анна, она - медиум.
Она иногда мне помогает работать.
Ну так, неофициально.
Но это - между нами. Понял?
- Вы что, издеваетесь? Какой медиум?
Иваныч, ты мне обещал,
что она мне поможет!
Что я в суде предъявлю?
Бредни какой-то гадалки, что ли?
- Но я не гадалка, нет!
- Да какая разница?!
Вы поймите, я всех знакомых опросил,
всех свидетелей;
я проверил все места, где они были
за последние полгода. Вот.
И ни одной зацепки, вы поймите!
Мне нужны реальные доказательства,
чтобы я мог их в суде предъявить.
Чтобы дело снова открыли!
Иваныч, ну ты мне помощь обещал, а?
Мне спецы нужны, а не...
Чем она поможет?
Она мне погадает, что ли, на картах?
- Данилов, ну-ка сядь.
Сядь!
Я обещаю, если вы с Анной
что-нибудь найдете,
я сразу же пойду к прокурору
и потребую дело на доследование.
Тебя прикреплю к опергруппе.
У вас же с сестрой разные фамилии?
Вот. Поэтому о вашем родстве никто,
кроме меня, знать не будет.
- Ладно. Хорошо. Давайте.
Ну, с чего начнем?
- Я видела сон.
Там была очень странная свадьба.
- Так-так, сон видела, да?
Очень круто!
И чего? Будем строить дело
на основании снов теперь, да?!
- Послушайте, вы проверили
всех друзей погибших,
но вы не проверили загс,
в котором они регистрировались.
Верно?
- Чего я не проверил?
- А я считаю, что нужно делать
это в первую очередь.
- Твою мать! Ты что, меня будешь
учить мою работу делать, да?
- Олег! - Я ухожу!
- Да ты...
Ну-ну-ну!
- Олег!
- Татьяна Павловна.
- Уйди! Совсем ошалел.
- Анечка, ну... Ну успокойтесь.
- Хам!
- Данилов, он замечательный парень.
- Островская, а я вас ищу.
Почему вы не на рабочем месте?
- Татьяна Павловна, извините,
это я виноват.
Это я отвлек Анну... Как?
- Борисовну.
- Анну Борисовну от дел.
По служебной необходимости.
И давайте так на будущее:
если Анны Борисовны нет в архиве,
значит, она работает со мной.
Я оценил, какой она
нужный специалист.
- Ну надо же.
Аня, ты у нас человек безотказный,
но я тебя в обиду не дам.
Значит так, это вы у нас
за полночь сидите,
вы у нас холостяк,
а у нее семья и трое детей.
- Правда?
- Правда. Ничего, Аня, все нормально.
Ты совершенно не обязана
помогать Андрею Ивановичу.
- Да что вы, мне совсем не трудно.
Я с удовольствием, с радостью.
Я долго, конечно,
задерживаться не буду.
- Ну хорошо. Ну все, можешь идти.
Иди работай.
А вас, Андрей Иванович,
я попрошу остаться.
И завизировать мне, наконец,
ведомости,
которые я вам сдала неделю назад.
Давай, ешь.
- Маме ни слова. Договорились?
- Я прямо с ног валюсь.
Дашка спит?
- Да.
- Оля, что с музыкой?
- Я туда больше не пойду.
Сольфеджио - отстой.
- А что по этому поводу скажет папа?
- Папе хотелось бы, чтобы его дочери
были разносторонне развитыми.
Поэтому сольфеджио, Оля, - это круто.
(Телефонный звонок.)
- Сережа, сейчас не очень удобно
разговаривать.
Перезвоню, хорошо? Спасибо.
- Девочки, если вы поели, умываться,
раздеваться и спать быстро. Быстро!
- Поняла? Вот так.
Сольфеджио - это круто.
- А тебя вообще никто не спрашивал,
малявка!
- Тихо.
- Оля, не груби Маше.
- Она сама виновата.
- Все, спать.
- А ну, кому сказала...
- Тихо! Даша спит! Тихо!
Павлов звонил? Что хотел?
- Да, это звонил Павлов.
Я пригласил его
на твой день рождения.
Они дали согласие.
- Отличный сюрприз.
- От тебя же ничего не скроешь.
- Тогда сделаю вид,
что я этого не слышала.
Глухая жена тебе, конечно,
больше нравится, чем жена-медиум?
- Конечно.
Ну что случилось?
- Да ерунда.
Познакомилась сегодня с одним хамом
с завышенной самооценкой.
Ты бы слышал, как он говорил
про свою интуицию.
А когда дошло дело до меня,
он сказал, что это бредни гадалки.
- И что, ты расстроилась?
Не знаю, мне казалось,
ты уже научилась плевать
на такого рода "специалистов".
- Да нет. Там погибла семья,
и я хочу помочь.
- Ну, сейчас уже поздно.
Завтра с утра будешь помогать.
Пошли спать.
- Эй! Как вас там? Анна?
Доброе утро. Погадаете мне?
- По утрам не гадаю.
А вот порчу наслать могу.
- Да я шучу.
- А я нет.
- Вы меня простите,
я вчера был с вами резок.
- Извинения принимаются.
- А вы оказались правы.
- В чем?
- По поводу загса.
После ваших слов
я попросил пробить его.
И есть зацепка.
Одна пара полгода назад подала
заявление об ограблении их квартиры.
Еду поднимать висяк. Поедете со мной?
Полномочий вести дело моей сестры
у меня нет,
но поговорить с людьми
мне никто не запрещает, правда?
И Жогов не против. Поехали.
Ну поехали.
- Мы, как прилетели
со свадебного путешествия,
три раза ходили заявление подавать.
- Нет, спасибо.
- Вы, говорят, сами деньги потеряли
или родственники ваши взяли.
- И сколько там всего было?
- 545 тысяч. Подарили на свадьбу.
- А ключи кому-нибудь отдавали свои?
- Нет.
Дверь целая, окна закрыты.
Я на всякий случай замок сменил.
Банда домушников здесь орудует,
а полиция даже не чешется.
- Вообще, это безобразие какое-то.
- Ну, что вы думаете?
- Вас действительно интересует
мое мнение?
Я же ничего не смыслю
в делах полиции.
- Послушайте, я же уже извинился.
Давайте так: поехали, выпьем чаю,
посидим и поговорим.
А то я терпеть не могу
эту бурду в пакетиках.
Давайте, поехали.
Вот это я понимаю - чай.
Ну, как это у вас все происходит?
- Что "это"?
- Ну, вы понимаете, о чем я.
- Ну, мне снятся сны.
Ну, это снами-то и не назовешь.
Какие-то обрывки.
Обрывки образов, звуков, деталей.
Это как некие намеки, подсказки,
которые я должна разгадать.
Ну, найти какой-то смысл.
- Ну хорошо, а что конкретно
вам снилось, можете рассказать?
- Снился белый свет.
Марш Мендельсона.
Регистрация брака была,
но все было каким-то странным.
Потом выстрелы.
И вместо людей
почему-то были манекены.
Я тогда подумала,
что это ерунда какая-то.
А потом эти манекены
привели меня к вам.
- Вы сказали, были выстрелы.
Вы видели, из чего стреляли?
- На полу лежал пистолет.
Но я не видела,
чтобы из него стреляли.
- Какой пистолет?
- Ну, обыкновенный.
- Револьвер? Я не знаю...
ПМ, ТТ? Какая модель?
- Я не разбираюсь в оружии.
- Не разбираетесь в оружии? - Да.
- А в полицейской работе
вы разбираетесь?
Ну, как проводится расследование?
Как собираются вещдоки? Знаете?
- Ну да, в общих чертах.
- В общих чертах...
Вы же ничего не знаете.
Какой от вас толк тогда вообще?
- Я к вам в напарники
не напрашивалась.
И я знаю кое-что. Я знаю,
что у вас отвратительный характер.
И также я знаю,
что вас даже ваша сестра
не хотела из-за этого
на свадьбу приглашать.
- Эй, люди, вы где все?
- Мы тебя не ждали так рано.
- Сюрприз.
- Не ходи наверх.
Девчонки тебе готовят к дню рождения
подарок. Пойдем ужинать.
(Телефонный звонок.)
- Ой. Это Павлов.
Да, слушаю.
Ну, честно говоря, не знаю.
На твое усмотрение.
Ага. Спасибо.
Звонил Павлов, спрашивал,
что мне подарить на день рождения:
мультиварку или картину по номерам.
- Он мне тоже звонил. Но я не медиум,
я не знаю, что тебе нужно.
- Может, отменим все, а?
Не надо ничего справлять, а?
- Почему? Что случилось?
Что-то на работе опять?
- Да ничего у меня не выходит.
Этот хам, про которого я тебе
рассказывала, оказался не совсем хам,
но это уже не важно, потому что
он отказался от моей помощи.
- Но это же замечательно. Значит,
до пятницы ты совершенно свободна.
Прости. Просто мечтаю.
- Папа! Папа!
- Да, иду!
Давай накладывай. Иду!
- Сюда ставь.
(Телефонный звонок.)
Да.
Здесь. Хорошо, скажу.
Я смотрю, он уже жить без тебя
не может.
- Кто?
- Кто... Жогов.
Просил к нему зайти.
- Так я пойду?
- Ну иди.
(Стук в дверь.)
- Да!
- Андрей Иванович, вы бы хоть
какую-то легенду придумали.
Почему вы меня сюда так часто
вызываете? Скоро разговоры пойдут.
- Садись.
- Здрасте.
- Добрый день.
- Ну что, сам ей скажешь?
- Мы опросили 38 пар, которые были
зарегистрированы в том загсе.
11 из них утверждают, что,
вернувшись из свадебного путешествия,
они недосчитались подарочных денег.
- Мы считаем, что молодоженов
грабит кто-то из загса.
Тот, кто знает, что пары будут
в свадебном путешествии,
тот, кто знает адреса, тот,
кто видит уровень их благосостояния.
- Но ваша сестра не была
в свадебном путешествии.
- Не ездила. Но это как раз
все и объясняет.
Грабители залезли в дом
и напоролись на хозяев.
Нужно быть полным уродом, чтобы убить
двух человек из-за таких денег.
- В общем, я отправил судье документы
с просьбой вернуть дело
на доследование. Дело будет у меня.
Олег возглавит опергруппу.
- О, поздравляю.
Вы же этого и хотели?
Надеюсь, вы найдете убийцу.
Я пошла? Иди.
- Анна. Одну секунду.
У меня к вам просьба. Вы не могли бы
съездить в загс вместо меня?
Я похож на полицейского.
А вы не вызовете подозрений.
- Но я же ничего не понимаю
в делах полиции.
- Я погорячился.
Вы сказали, что моя сестра не хотела
приглашать меня на свадьбу.
Мы действительно поссорились.
Это так. Я вам верю.
- Хорошо. Я схожу.
- Еще один момент.
Заберите, пожалуйста, фотографии
со свадьбы моей сестры.
Я так и не смог.
Спасибо большое.
- Спасибо.
Извините.
Простите.
- Раз кольцом украшен палец у руки,
вы теперь два берега у одной реки.
Берега пусть свяжет нерушимый мост.
За семью счастливую поднимите тост!
В добрый путь.
- Извините.
- Вы ищете кого-то?
- А, да. Нет. Хотела спросить:
где здесь можно забрать фотографии?
- А! Это вниз и направо.
- Спасибо.
Здравствуйте. Извините, пожалуйста.
Молодой человек.
Ой, извините, ради бога.
- Ничего страшного, я привыкла.
Что у вас? - Вот.
А что это у вас за пистолет?
- Это английский "Веблей-4".
1899 года.
Калибр одиннадцать и пять.
Интересуетесь оружием?
- Нет, нет, просто недавно
видела похожий.
- Считается лучшим револьвером
Первой Мировой.
Говорят, из таких расстреляли
всю царскую семью.
- Правда?
- Да, есть такая легенда.
- Интересное хобби.
Особенно для девушки.
- Но зато я одна девушка на весь тир.
Так...
- А что это у вас там за наклейки?
- Это если кому заказ
нужно срочно отдать, или доставка
уже оплачена, или кто-то уезжает
и не может подождать с обработкой
фотографий - я помечаю.
Люблю все систематизировать.
Так. Это май. А я в летних ищу.
Долго вы не приходили.
- Так, вот ваши.
Очень странно. Я их точно
забирала из печати.
- А может быть, кто-то пошутил?
- Кто? Да и как?
Ключ есть только у меня
и у заведующей.
Давайте так,
вы мне оставите свой адрес,
а я их найду в компьютере,
распечатаю, и пришлю вам с курьером.
- Кофе пойдем пить?
- Ты не видишь,
я с человеком общаюсь.
- И что?
- Ваш парень?
- Нет. Ну, разве что, бывший.
- Пашка, наш виолончелист. Так...
Значит, договорились, да?
А, вот ваши фотографии.
Только это не вы.
- Я знаю.
- Товарищ майор...
- А Вася где?
- У него экзамен.
- Ясно.
- На конверте и на бумаге
Абрамыч обнаружил отпечатки пальцев
двух людей. Одни ваши, Анна.
А другие обещал по базе пробить.
- Она что, все конверты
вот так помечает?
- Да, она все любит
систематизировать.
- Значит так,
благодаря этому стикеру,
грабитель мог решить,
что дома никого.
Залезает в квартиру, ищет деньги,
вместо этого находит
наградной пистолет.
Вещь ценная, решает забрать.
Возвращаются Надя с Марком,
Марк его видит, хочет вызвать
полицию, грабитель убивает обоих.
После чего решает
инсценировать самоубийство,
якобы Надя убила Марка,
потом покончила собой. Черт.
- Пистолет, из которого застрелили
вашу сестру и ее мужа
"Веблей-4" 1899 года.
- Да. Откуда вы знаете?
- Я ей не говорил.
- Он мне приснился.
И еще я его видела
на заставке компьютера у фотографа.
Она сказала, что из таких
расстреляли царскую семью.
- Есть такая легенда,
что именно из этого пистолета
убили Николая Второго.
Прадеду Марка его вручил
сам Тухачевский.
Там вроде бы даже какая-то
наградная надпись имеется.
- Револьвер, из которого убили
последнего русского царя...
Интересно, сколько он стоит
у коллекционеров?
- Я думаю, дорого. Но это не важно.
Ведь грабитель не знал о его
истинной ценности, раз выкинул.
- Фотограф знала.
Надо брать ее сегодня же.
Так, я к прокурору.
- Андрей Иванович, подождите, но...
Вы тоже думаете, что это Ульяна?
- А что вам ваши духи говорят?
- Они молчат. Вы можете
сколько угодно иронизировать,
но на "Веблей" вышла я.
- Да стойте. Я не серьезно.
К тому же, меня завтра могут убить,
а вы на меня ругаетесь.
- Во-первых, я не ругаюсь.
Во-вторых, жить вы будете долго.
А в-третьих, я не люблю хамства,
поэтому общаться мы с вами не будем.
- Анна, постойте.
Пожалуйста, посмотрите видео
со свадьбы сестры.
- Хорошо.
- Алло, Абрамыч, слушай, посмотри
еще раз внимательнее пистолет.
Что искать? Я не знаю.
Но что-то с ним не так.
- Вот. Спокойной ночи.
Спокойной ночи.
Закрывай глазки. Закрывай.
Все, уложила.
(Сигнал СМС-сообщения.)
Тебе два сообщения.
- Прочитай, пожалуйста.
У меня нет секретов
от моей любимой жены.
- Подтверждение заказа
на воздушные шары.
Ты что, заказал шарики?
Ну, ты мог бы потщательнее
готовить свои сюрпризы.
- А какой смысл?
Ты же мне сама сказала,
что сделать тебе сюрприз
не получится.
(Телефонный звонок.)
Возьмешь?
- Да, алло.
- Добрый вечер, я не поздно?
- Нет-нет.
- Я хотел тебе сказать,
что мы задержали фотографа из загса.
Она, конечно, отрицает
свою причастность к убийству,
но я думаю, что Данилов
ее расколет, это я уверен.
- Да, спасибо, поняла.
- Пока.
На видео:
"Дорогие молодожены,
сегодня для вас особенный день.
Вы вступили в семейный союз
любви и верности.
Отныне вы муж и жена."
- Это наша свадьба?
"Создатели новой семьи
и продолжатели рода своего,
в семейной жизни проявляйте
больше терпения, заботы..."
- Ты на себя не похожа.
"...доброты и уважения друг к другу".
- Не смешно. Между прочим,
эту девушку убили.
- Надеюсь, ее призрак
не в нашей кровати?
На видео:
"Шампанского! Давайте, ребята.
Что уж поделаешь. За вас. Ура!"
- Пашка, наш виолончелист.
(Телефонный звонок.)
- Да...
- Андрей Иванович, здрасте.
Это Аня Островская,
извините, что так поздно.
- Я думаю, что рано скорее. Сейчас
четыре часа утра. Что случилось?
- Я поняла. Виолончель. Мне
только что приснилась виолончель.
Это не фотограф. Это ее парень,
музыкант, и он играет на виолончели.
Работает в загсе. Его зовут Павел.
- Ты уверена?
- Да абсолютно.
- Ладно. Спи.
- Хорошо, до завтра.
- Алло.
Данилов, извини, что в такое время,
но ты же у нас ранняя пташка.
- Извините.
Тихо. Давайте не будем
портить людям праздник.
- Извините, пожалуйста, простите.
Извините...
- Что вы здесь делаете?
- А вы что здесь делаете?
- Жогов приказал.
- А на Павла что-то есть?
- В общем, интересный персонаж
этот ваш виолончелист.
Закончил консерваторию, подавал
надежды, а потом что-то не так пошло.
Кстати, Инесса Крюкова - его мать.
У нее был доступ к фотостудии.
Инесса Михайловна...
- В чем дело? Кто вы такие?
- Можно на секунду вас сюда?
Так...
А где ваш сын?
- Это я их убила. Меня арестуйте.
- Семенов.
- Ну, Абрамыч, чем порадуешь?
- Садись. Кое-что есть.
Взгляни на эту надпись.
- Я и без лупы знаю,
что подарок Тухачевского.
- Не на то смотришь.
Ты посмотри, как она сделана.
Это лазерная гравировка.
В 30-м году такой технологии не было.
Я сделал анализ металла, из которого
изготовлены болты на табличке.
Это новодел.
- Значит, получается, револьвер,
который всю жизнь хранился в семье
у Марка, не от Тухачевского?
- Однозначно.
- Это странно.
- Отказалась от адвоката.
Вон, чистосердечное пишет.
Я думал, что оговаривает себя,
чересчур гладко все рассказывает,
но, по-моему, она была на месте
преступления: знает все детали.
- Вы просили меня помочь.
А что я должна сделать?
- Ну послушай ее просто. Пошли.
- Я почти закончила.
- Инесса Михайловна, вы говорите,
случайно нашли пистолет.
А вы знаете его истинную стоимость?
- Я в оружии не разбираюсь.
- Как не разбираетесь? Вы смогли
его зарядить и дважды выстрелить.
- Он уже был заряжен.
- Вообще, пистолет этот
очень необычный -
на нем дарственная надпись
от Тухачевского есть.
Говорят, что из него
царскую семью расстреляли.
Я для вас вот тут кое-что распечатал.
Вот смотрите, точно такой же пистолет
предлагают за полмиллиона рублей.
Но я думаю, что истинная
его стоимость раз в десять дороже.
- Что с моим сыном? Он успел?
Пожалуйста, скажите, он успел?
- Аня! Что с тобой?
- Нет, все в порядке.
А куда должен был успеть ваш сын?
- Я не понимаю, о чем вы. Я не знаю,
где он. Он взрослый мальчик.
- Иваныч!
- Извините.
Ну где ты болтаешься, а?
Она все берет на себя.
- Она выгораживает своего сына.
- Да это я знаю.
Но в нашем деле очень важны
доказательства, понимаешь?
- Я понимаю, но извините.
- У тебя есть что-нибудь?
- Ну как бы да.
Я от Абрамыча. Мы раскрыли дело.
Ну, и что с орудием убийства?
Где пистолет нашли?
- В спальне в шкафу был ящик,
там лежали награды и пистолет.
Левая створка, третья полка снизу.
- Это неправда.
Пистолет убийца принес с собой.
Сначала мы не обратили
на это внимания,
но потом моя коллега
навела меня на мысль,
что нужно проверить
орудие убийства еще раз.
Вот результат экспертизы.
Ознакомьтесь.
Дарственная надпись
была сделана недавно.
Это лазерная гравировка.
Таких технологий в 30-е годы
еще не было.
Убийца принес с собой револьвер,
точную копию того,
что лежал в квартире.
Его целью были не деньги -
он хотел заменить оружие,
как подменяют картину подделкой.
Только вот хозяева вернулись,
и он их хладнокровно убил.
- А с чего вы взяли,
что пистолет подменила именно я?
Я просто взяла его из ящика.
Может, он давно там уже лежал?
- Ну это же не вы убили, а ваш сын.
Ну верно же?
Павел уже несколько лет
грабил молодоженов,
когда они были в отъезде.
И вы это знали, но молчали.
- Мой сын гений.
Его уже выгнали из оркестра
под смехотворным и надуманным
предлогом.
А вы теперь хотите повесить на него
все нераскрытые убийства?
- Я понимаю, что он ваш сын.
У меня тоже, знаете, трое детей.
И я прекрасно понимаю, как далеко
может зайти желание матери
защитить своего ребенка.
Но ваш сын не ребенок, он преступник.
- Это неправда.
Вы здесь все продажные.
Павлик так и говорил, что ему
никто не поверит, и был прав.
Но у вас на него ничего нет.
У вас нет на него доказательств.
Я убила, я дала признательные
показания - меня судите.
- О, вы ошибаетесь.
Краденый пистолет
до сих пор у вашего сына.
Он ничего об этом не рассказывал,
нет?
Он вам позвонил в панике, в слезах,
сказал: "Мама, помоги!
Мама, я не виноват! Я защищался!
Мамочка, помоги! Приезжай!"
Вы приехали, помогли замести следы,
стереть отпечатки пальцев,
инсценировать самоубийство.
Так было дело?
Только он вас обманул,
Инесса Михайловна,
и всю жизнь обманывал.
Он никуда не уезжал,
он до сих пор здесь, в городе.
Пытается продать пистолет.
Вот, посмотрите,
переписка с покупателем.
- Вы думаете, я вам поверю?
Это кто угодно мог написать.
- Посмотрите внимательно.
И вы знаете, и я знаю, что это он,
это он пишет. Мы возьмем вашего сына,
я вам обещаю. Пошли.
- Ну что, у тебя кроме бумажек
есть что-нибудь?
- Мы провели обыск в его квартире,
ребята из компьютерного
взломали его удаленку.
Он третий месяц ищет покупателя
и, похоже, нашел.
Я на всякий случай
пробил этот револьвер
по базе незаконного оборота оружия.
Ребята пасут этого продавца
уже месяц,
и эта сделка - это их операция.
Так что этот жадный засранец
завтра будет у нас.
- Стоять. Заходи медленно.
- В глаза не свети.
- Деньги принес?
- Вот. Револьвер покажи.
- Давай деньги.
- Сначала револьвер вот сюда.
- Я сказал, давай сумку.
- Спокойно. Без нервов.
- Шаг назад.
(Осечка.)
- К стене! Стоять! Работает ОМОН!
Стоять, я сказал! Руки чтоб видел!
- Ты задержан по подозрению
в убийстве Надежды Эрлих,
моей сестры, ублюдок.
У тебя есть право
на юридическую помощь,
у тебя есть право известить
родственников о твоем задержании,
у тебя есть право отказаться
от дачи показаний. Забирайте.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Иваныч, вызывал?
- Ну-ка, садись.
Вот скажи мне,
ты на всю голову ненормальный, а?
Ты зачем полез? Это не твоя операция.
- Доложили уже.
- Доложили.
- Я хотел сам его взять.
- А если бы осечки не было?
Ты броник-то хоть надел?
- А зачем? Твоя же гадалка сказала,
жить долго буду.
- Ох, дурак ты!
Вася, почему чай?
Ну-ка, коньяк быстро.
- Есть.
- Ну, рассказывай.
- Зря ты, Анечка,
такой вкусный торт купила.
Я же теперь с места не встану,
пока весь не съем.
Хорошо, хоть низкокалорийный.
- Да-да. На здоровье.
- Спасибо. Иди, иди, иди. Иди.
- Да?
- Семья небось заждалась.
Еще и стол накрывать для гостей, да?
- Нет.
Муж в этот раз все взял на себя.
Так что спасибо вам. Побегу.
Ну что, до понедельника.
- Угу.
Еще раз с днем рождения.
- Спасибо.
- Оружие не забудь.
В темной подворотне пригодится.
- Спасибо.
- Здравствуйте.
- Здрасте. - Здрасте.
- Уходишь уже, что ли? Что так рано?
- А у нашей Ани
сегодня день рождения.
- Присоединяйтесь.
- Нет, спасибо большое.
Поздравляю.
- Спасибо.
- Я провожу. Спасибо.
- Пожалуйста.
- Тетя Таня, а что, вы думаете,
у них это исключительно по работе?
- Валентина!
- Все, все, я поняла.
Островская -
у нас лицо неприкосновенное.
- Слушай, я хочу тебя обрадовать.
Наш виолончелист сознался в убийстве.
- Понятно. А почему он взял
свадебные фотографии?
- Так там были отпечатки пальцев,
он следы уничтожал.
- А. А как он узнал о револьвере?
- Так от Ульяны.
Когда в загс пришла пара по фамилии
Эрлих, она спросила:
"А не у вас ли в семье хранится
легендарный револьвер?"
Ну а дальше дело техники: он точно
такой же купил у черных копателей,
заказал подарочную гравировку -
и все.
Спасибо тебе огромное.
Вот если бы не ты,
мы бы никогда не догадались
проверить револьвер.
Спасибо от меня и от Данилова.
- Что же он сам не сказал?
- Я Данилова сто лет знаю -
от него благодарности не дождешься.
Но поверь мне,
он тебе очень признателен.
- Не за что. Рада служить. Андрей
Иванович, простите, пожалуйста,
опаздываю. Извините, Андрей Иванович.
- Все. Еще раз поздравляю.
- Я дома! Извините за опоздание.
Эй, есть кто-нибудь? Вы где? Девочки!
Эй, да где вы все?
Ах!
- С днем рождения.
- Ой...
- Подожди, а где все?
- Дети у соседки.
Это, вообще, здорово,
что она к нам хорошо относится.
Не ожидала?
- Ничего не понимаю.
- Ну как? Ты что, не знала, что мы
сегодня едем на два дня в спа-отель?
Тоже мне медиум!..
- А как же шарики, гости,
Павлов с женой?
- Ну, честно говоря,
пришлось применить военную хитрость.
Слушай, ладно, давай собирайся.
Там сейчас большие пробки,
я заказал ужин на девять.
- Ах ты хитрец, а!
- Да.
Честно говоря, я очень горд,
что тебя перехитрил.
- Только, пожалуйста,
дай мне 10 минут, я должна собраться.
И сделай мне горячий бутерброд,
умоляю! - Конечно, сделаю.
Только у тебя нет 10 минут,
у тебя есть 5.
- А... За 5 я не успею.
- Я ничего не хочу слышать.
Мы едем на два дня,
много вещей не бери.
- Ага!
Ну все, я готова! Вот как это
тебе удалось меня провести, а?
Это я тебе запомню. Вот будет у тебя
день рождения... Берегись!

Серия 4

- Оля! Маша!
(Дети говорят одновременно.)
- Дети!
Оля! Маша!
- Даша, скорее!
- Ой! Я за вами не поспеваю!
- Скорее! Скорее!
- Вы куда?
- Мама!
- Мама!
- Маша! Ты куклу уронила!
(Телефонный звонок)
- Кто там?
- Жогов.
- Я убью его. Воскресенье...
- Спи, спи.
- Анечка.
- Да. Алло.
- Ты нам нужна.
- Что случилось?
- У нас двойное убийство.
- А почему я?
- Ну что же такое-то, ну...
- Мне кажется, что это
по твоей части.
- Хорошо. Я поняла.
- Записывай адрес.
- Так, сейчас, секунду.
- Привет, Аня. Бахилы надевай.
- Ага. А где все?
- Во! А чего кофе по дороге
не купила?
- Олег, перестань паясничать!
- В гости зашли?
- Я Олега включил
в следственную группу.
- Ясно. А где?..
- Трупы? А это мы у тебя хотели
спросить.
- Не поняла.
- Андрей Иванович, на минутку!
- Покажи ей.
- Пойдем. Давай, давай.
- Все нормально?
- Абрамыч...
- А зачем оставлять столько крови
и прятать тела?
- Мы тебя для этого и позвали.
Значит, в этой квартире проживала
чета Гавриловых.
Сын обнаружил вот это вот все
два часа назад
и утверждает, что родителей убили,
а от тел избавились.
- И вы ему не верите?
- Я верю фактам.
- Он здесь?
- Ты работать-то можешь?
Значит, родителей в последний раз
вы видели позавчера?
- Да, позавчера мы ездили на рынок,
затарились продуктами,
я привез их домой и уехал.
- Вы живете отдельно?
- Да. Уже лет десять, с института.
Мне от дедушки квартира досталась.
- Отношения с родителями
хорошие были?
- Нормальные. Хорошие.
А чего вы спрашиваете?
Ну мама, ну пожалуйста!
Ну дайте мне эти деньги!
Они мне нужны! Я отдам!
- Успокойся, успокойся, дорогая...
- А почему вы считаете,
что их убили, а?
- Кровь в ванной засохшая.
Явно не сегодняшняя.
И вчера я целый день пытался
дозвониться.
Никто не подходил к телефону.
- Это необычно?
- Да. Для моей мамы это необычно.
Обычно она звонит пару раз в день.
Поэтому я разволновался и приехал.
Я что, много прошу, что ли, отец?
Ну одолжите, пожалуйста,
мне эти деньги!
- Олег, продолжай. Ну-ка пошли
выйдем. Давай, давай, давай. Давай.
- И о чем вы в последний раз
с ней говорили?
- А вы заметили, что у них нет
ни одной фотографии с сыном?
То есть они вдвоем есть,
а сына вообще нигде нет.
- Да, пожалуй, ты права.
- Короче, так. Парень говорит,
что его родители сегодня собирались
в автосалон ехать,
новую машину покупать.
И сняли в банке крупную сумму
наличными.
- Ну что, по соседям? Пошли.
- Нет, я ничего не слышала
подозрительного. Все как обычно.
Поверить не могу, что с ними такое
произошло. Такие приятные люди были.
- А как Гавриловы жили?
Сын их часто навещал?
- Навещал-то часто,
но лучше бы не навещал.
- А чего так?
- Да ругались они - ужас.
Стены тряслись.
- А споры из-за чего?
Ну, ссорились они из-за чего?
- Так он деньги с родителей требовал.
Отец-то его антиквариатом занимался,
деньги водились.
Знаете, чем молодежь сейчас
занимается? В интернете биржи.
Естественно, родителям
это не нравилось:
ни профессии, ни зарплаты,
сплошные долги.
- А вчера вы его видели?
- Нет.
Я вчера у дочки была,
с внучкой сидела.
А вы Игорька спросите. Игорь!
- А?
- Ты Колю вчера видел?
- Нет. Николая я вчера не видел. Нет.
- Не видели. Ну, спасибо.
Помогли вы нам.
Да, пожалуйста.
- Всегда пожалуйста.
А вы действительно сына подозреваете?
- Мы работаем.
Спасибо вам за сотрудничество.
- До свидания.
- Всего доброго. До свидания.
- Ну чего? Два трупа, ограбление.
А кто кроме сына еще про деньги знал?
- Ну, деньги они в банке забирали.
Их могли из банка пасти.
Но зачем убивать? Тюкнул по голове,
взял деньги и слился по-тихому.
Тут такая жестокость,
прямо патология какая-то.
- Аня...
- Да?
- Почему вы обманули?
Вы сказали, что вчера Гаврилова
не видели!
- Нет, я не видел.
- Хорош юлить!
- Олег!
- Я правду говорю.
Я... самого Гаврилова я не видел.
Но машина его здесь стояла.
- Чего сразу-то не сказали?
- Я не хотел напраслину на человека
возводить. Вдруг я ошибся?
- "Напраслину возводить".
Благородный какой, а.
- А это что такое?
- Чего там?
- Ну-ка, давай, скрылся.
Позовем, если что.
Кровь. Иваныч, кровь.
- Их выносили! В полиэтиленовых
черных мешках для мусора. Частями.
- Олег! Иди за Гавриловым. Пусть
ключ от машины только не забудет.
- Это они. - Это не мои пакеты,
я не знаю, что это такое.
- Тихо, тихо. Абрамыч, давай.
- Это подбросили мне. Я не знаю.
- Спокойно.
- Это не мои пакеты.
Я не знаю, что это.
Кольцо папино!..
- Спокойно. Тихо!
- Да что вы творите?!
- Э! Тихо, тихо!
Ну-ка тихо, тихо!
Встряхнись. Выдыхай, выдыхай.
- Все хорошо.
- Да не мое это, говорю.
- Уводим.
- К этому невозможно привыкнуть.
- И не привыкнешь никогда.
Данилов, я тебя жду.
- Да?
- Абрамыч, принимай гостей,
мы к тебе.
- О!
- Пиццу тебе принесли. Давай-ка
итоги подведем. Что у тебя нового?
- Ну что... Точные данные экспертизы
будут позже.
Но там, в принципе,
и так все понятно.
Останки в багажнике принадлежат
Гавриловым.
Образцов крови очень много.
Поэтому в лаборатории жалуются,
что слишком много сравнивать.
- Они всегда жалуются.
- А чего там отпрыск?
- А чего отпрыск? Все отрицает.
"Никого, - говорит, - не убивал,
деньги не брал".
- Да они всегда все отрицают.
- Ой. Это чей телефон? Жертвы?
- Это Гаврилова-старшего.
- Абрамыч, ну-ка глянь.
О, работает, по-моему.
- Это... это из банка.
Номер карты, перевод, дата.
Слушай, когда я смотрел,
этих сообщений еще не было.
- А дату посмотри.
- Число сегодняшнее.
Триста тысяч всего перевели.
50, 50, 50...
Это уже после убийства Гавриловых.
После того, как мы парня арестовали.
- Так вы что, задержали не того?
Или у Николая есть сообщник?
А как они узнали ПИН-код?
- А это под пытками.
Там на теле такие раны...
- Абрамыч, хорош, а! Смотрите,
последняя транзакция
три минуты назад. Бар "Арлекино".
16200. Я поеду брать этого Петрушку.
Абрамыч, я возьму?
- С возвратом.
- Иваныч, в бар "Арлекино" Семенова
пришлешь, хорошо? - Хорошо.
- Семенов! Ну вы где? Я уже внутри.
Добро.
- Пожалуйста.
- Привет, красавица!
- Чем вас угостить?
- Я на работе.
- О-о! Полицейский! Как интересно!
- Тихо. Я же говорю: на работе.
- Какое совпадение. Я тоже.
Чем могу посодействовать?
- Скажи, пожалуйста,
что можно купить вот на эту сумму
у вас?
- О, я знаю этот чек: бутылка виски,
бутылка шампанского для девушки.
Кстати, взял вон тот молодой человек.
- Какой?
- Вон. Шампанское уже выпили.
Сейчас должны быть на середине
бутылки виски.
- И откуда такая информация?
- Опыт, дорогой.
- Надо сделать так, чтобы этот
человечек как-нибудь сюда подошел.
Скажи, что оплата не прошла
или еще что-нибудь, а?
- Легко.
- Давай.
- Ваня, подмени меня!
Извините...
- Да?
- Хорошего отдыха. У нас по кассе
прошла оплата два раза.
Вы не могли бы подойти к бару?
Пойдемте.
Можно карточку?
- Ледников. Давай отойдем, поговорим.
Ну? Тихо, тихо. Спокойно! Спокойно.
Девочку отпусти! А? Отпусти, говорю.
В порядке?!
- Да. - Тихо.
Посторонись!
Лежать!
- Пожалуйста, отпусти меня! Хватит!
Что? Нет! Нет, я не хочу это делать!
Зачем ты меня заставляешь?
- Кончай клоунаду, артист!
- Пожалуйста, помоги мне!
Умоляю, помоги! Вытащи!
Вытащи его у меня из головы! Вытащи!
Это он заставляет меня убивать!
- Что? Вставай давай!
Семенов... Тихо. Семенов, ну вы где?
Да я на Лесной задержание произвел.
(Люди вскрикивают.)
Опа!
Давай дуй сюда скорее!
И скорую вызывай. И психиатричку.
Что-что... Убился мужик, что.
- Представляешь, оказывается,
сын Гавриловых ни при чем.
Это сосед, Ледников.
Он специально все так подстроил,
чтобы вина пала на Николая.
А я была уверена, что виноват сын.
- Ну, давай рассуждать логически:
если бы сына не арестовали
по твоим подозрениям,
Ледников бы не стал тратить деньги.
А если бы ты не нашла СМС,
Ледникова бы не взяли.
Так кто молодец? А?
- Ты правда так считаешь?
- Ну конечно. Все будет хорошо.
Виновный будет наказан.
- Да, но его не посадят.
Жогов сказал, что он душевнобольной,
его уже определили в клинику.
- Да и фиг с ним.
Они сами разберутся.
Ты сделала уже достаточно.
- Я прошу прощения, я уже жду
вашего главврача сорок минут.
Когда он меня примет?
- Вы не волнуйтесь, он помнит о вас.
Примет. Ждите.
- А вы не могли бы напомнить
обо мне еще раз?
Полковник Жогов должен был звонить
вашему главврачу по поводу меня.
Мне нужно пообщаться с одним
из ваших пациентов, Ледниковым.
К вам его вчера привезли.
- Я вас понимаю. Все хорошо.
Я знаю, зачем вы здесь.
Но вам придется дождаться главврача.
- Хорошо. Тогда я приду завтра,
если он так занят.
Но я сообщу полковнику Жогову,
что вы не хотите
сотрудничать со следствием.
До свидания, всего доброго.
Дверь откройте, пожалуйста!
- Тут опять Кондратьева.
- Что?
- Кондратьева, может быть, хватит?
Ну поиграли и хватит.
- Да я никакая не Кондратьева.
Я Анна Островская.
- Опять за свое.
Ты - Юля Кондратьева.
- Кондратьева,
ну ты же знаешь правила.
Тебя попросили сесть,
значит, надо сесть.
- Это какое-то недоразумение.
Вы меня с кем-то путаете.
Нет, нет, это ошибка. Позвоните,
пожалуйста, главврачу и спросите.
Его ждет Анна Островская
из Следственного комитета.
Я никакая не Кондратьева.
- Мы позвоним,
если ты пойдешь с нами.
- Послушайте! Да послушайте...
- Юля, ну не начинай!
Ты себе же хуже делаешь! Юля!
- Отпустите меня! Я Анна Островская!
Что вы делаете? Отпустите меня!
Не делайте этого! Я не пациентка!
Не надо, не надо, не надо!..
- Юлия, постарайтесь успокоиться.
Больно почти не будет.
- Нет, нет!
(Звук электрического разряда.)
- Еще разок.
- Ах!
- Хорошо, что ты проснулась.
Пришей мне, пожалуйста, пуговицу,
а то у меня нет времени. Ладно?
Спасибо.
- Пуговицу?
- Мама!
- Оля, ты почему еще не поела?
- У нас просто все молоко
уже кончилось.
- Я вчера купила две бутылки. Поищи.
- Слепая!
- В 10 часов встреча у Ларина.
Встретимся уже у него?
- Мама, я не хочу есть хлопья!
Я хочу на завтрак мятные леденцы!
- Леденцы - это не завтрак.
- Мама, а Маша вытащила
из твоей сумочки леденцы.
- Ябеда, предательница, фуфлыжница!
- Маша, я тебе сейчас
рот с мылом вымою!
- Рот-помойка, рот-помойка!
- Оля, быстро доедай.
Маша, из моей сумочки без спросу
ничего не трогай. Ясно? - Ясно.
- Отойдите в сторону.
- Ну, Маша, а!
Дочка, наверное, пропуск вытащила.
- Идите в бюро пропусков,
разовый возьмите.
- Здравствуйте. Анна Островская.
Выпишите, пожалуйста,
разовый пропуск. Свой дома забыла.
Дочка с сумкой играла.
И паспорт тоже...
- Островская?
Так на вас пропуск не заказан.
- Нет. Вы меня не так поняли,
я здесь работаю. В архиве.
Ну, позвоните в отдел кадров
или полковнику Жогову.
- Кадры, у меня тут Островская
на проходной,
говорит, работает у нас в архиве.
Поняла. Вас там никто не знает.
- Что?
- Там никто не знает
никакую Островскую.
- А с кем вы говорили?
Нет, послушайте,
мы же с вами виделись.
Помните, в столовой? Неоднократно.
Позвоните, пожалуйста, еще раз.
- Охрана!
- Проблемы?
- Вот она говорит,
что работает у нас в архиве,
но забыла пропуск.
Я позвонила в отдел кадров -
там ее никто не знает.
- Да нет, это какое-то недоразумение.
- Где ваш пропуск?
- Я его дома забыла.
- Единственный выход - это вернуться
домой и забрать пропуск.
- Да, вы правы. Так и сделаю.
- Ты мне давай голову не морочь.
Пиши заявление, социальные выплаты,
потому что... - Ой, вот!
Вот кто может подтвердить,
что я Анна Островская!
Татьяна Павловна, Татьяна Павловна!
- Что?
- Закажите мне разовый пропуск,
потому что я свой забыла.
- А вы кто? Вы к кому?
- Как? Я Аня Островская.
Я же у вас в архиве работаю.
- Я вас не знаю. А что вы ко мне?
Что у вас тут происходит?
Смирнов, ты разберись.
- Это чудовищная ошибка!
Я Анна Островская!
Пустите вы меня! Я прошу!
- С возвращением, Юлия.
Юлия, постарайтесь успокоиться.
- Почему вы меня так называете?
- Потому что вас так зовут.
Юлия Кондратьева.
- Меня зовут Анна! Анна Островская.
Послушайте,
можно я позвоню своему мужу?
- Мужу Евгению?
- Да. А откуда вы знаете?
- Юлия, вы помните,
как долго все это продолжается?
Месяца три? Четыре?
- Что? Что "это"?
- Вы помните, сколько времени
вы находитесь у нас?
- Я не понимаю, о чем вы?
Я здесь вообще в первый раз.
- Юлия, Анны Островской никогда
не существовало в действительности.
Никогда. Вы ее придумали.
Это ваша причудливая фантазия.
Иллюзия.
- Что?
- Вы просто хотите ею стать.
Я вас понимаю. Анна - прекрасный
человек, счастливая женщина.
У нее семья, любящий муж,
трое детей - все девочки.
Но вы должны признать тот факт,
что все это вами придумано.
Анны Островской не существует.
Итак, какой сейчас год?
Юлия, какой сейчас год, по-вашему?
- 2018-й.
Ох...
- Хорошо, что ты проснулась.
Пришей мне, пожалуйста, пуговицу,
а то я опаздываю. Спасибо.
- Опять?!
- Мама!
- Так, Оля, ты почему еще не поела?
- У нас молоко кончилось.
- Я вчера купила две бутылки молока.
Поищи.
- Слепая!
- В 10 часов встреча с Лариным.
Встретимся уже у него?
- Мама, я не хочу есть хлопья!
Я хочу на завтрак мятные леденцы!
- Леденцы - это не завтрак.
- Что с тобой?
- Я уже это все видела.
- Понятно.
Все-все-все.
- Мама, а Маша вытащила
из твоей сумочки леденцы.
- Отойдите в сторону.
- Ну, Машка!
Не может быть.
- Идите в бюро пропусков
и возьмите разовый.
- Пишешь заявление,
как мать-одиночка, на соцвыплаты.
Островская, ты куда?
Смирнов, ты что, не узнал, что ли?
Это Островская из архива.
- Татьяна Павловна, только ради вас!
- Смирнов, запоминай людей!
Давай за мной.
Татьяна!
- Я бы...
(Стук в дверь.)
Да. - Извините.
- Давай, давай, быстрей.
Ну, значит, вот. Познакомьтесь.
Вот это Наталья Семенова,
адвокат Ледникова.
А это Анна, наша... Наша сотрудница.
- Здравствуйте.
- Очень приятно.
Ну так что будем делать,
Андрей Иванович?
- Ну что делать? Я думаю,
прокурор будет просить пожизненное.
- Сожалею, но наш эксперт,
ведущий психиатр города Гриняев,
готов подтвердить, что у Ледникова
психическое расстройство:
раздвоение личности. Когда Ледников
совершал все эти ужасные деяния,
он был не в себе,
он не ведал, что творил.
- А когда он расчлененные тела
выносил в пакетах
и прятал в багажнике,
он в своем уме был или еще нет?
А когда деньги снимал с их карточки?
Наташа, откажись от этого дела.
Ну проиграешь ведь.
- А мы с вами, Андрей Иванович,
на брудершафт-то не пили,
так что нечего мне "тыкать".
Ладно. Не хотите по-хорошему,
тогда...
Вот!
- Что это?
- Приглашение на психиатрическую
экспертизу. Билеты в первый ряд.
Очень прошу не опаздывать.
Всего доброго.
- Зараза! Ну почему именно ее
назначили адвокатом по этому делу?
- Я вообще не понимаю, как такая
молодая женщина может быть адвокатом.
- Не-не-не, Семенова -
баба хорошая, она боевая.
А молодая - потому что вундеркинд.
- Как это?
- Ну, она в пятнадцать лет
сама поступила на юрфак
и за три года закончила его.
Ей из-за молодости даже лицензию
адвокатскую не хотели давать.
Она добилась.
И пять лет уже практикует.
- Ну, это я понимаю. Но почему
вы-то с ней так миндальничаете?
Разве в наших делах талант без опыта
много значит?
- Ну, в общем, мне жалко просто ее.
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
- Она больна неизлечимо.
Я вообще подозреваю,
что это ее последнее дело.
- Больна? Давно?
- Ну, я подробностей не знаю.
- Бедная...
- Ну вот видишь,
вот и твои симпатии на ее стороне.
А нам нужно посадить этого негодяя.
Так что давай,
ты эмоции отключи. Пошли.
- Ну что, все готовы?
Пожалуйста, расскажите нам,
что вы помните о том дне?
- Это было как будто во сне, но...
Но я не спал, потому что я стоял.
Я стоял посреди ванной.
И я дышал так, как будто я
10 километров пробежал только что.
Но это было не так.
Я даже подумал сначала,
что я заболел,
и решил прощупать себе пульс, -
и увидел, что у меня в руке
часть скальпа.
Видимо, ее, Гавриловой.
- Ты посерьезнее, пожалуйста.
- Дальше, пожалуйста.
- Я прикоснулся к волосам.
Они были мокрые и теплые.
В этот момент я осознал,
что произошло.
Я ясно понял: это сделал он.
Он пришел и сделал это.
- А кто "он"?
- Он. Степан.
- Степан?
- Он всегда ненавидел Гавриловых.
Соседи ему не нравились. Он давно
грозился, что убьет, и вот он убил.
- Ну а где Степан этот сейчас?
- Он здесь, здесь. Внутри.
Он слышит каждое слово.
- Поговорить можно с этим Степаном?
- Нет. Нет, нельзя, нельзя, нельзя.
Он не станет.
- А чего? Ну так, недолго.
- Нельзя! Нельзя!
Ему будет больно! Он не станет!
Ты. Ты, ублюдок полицейский, встань.
- Я?
- Встань, встань. Встал, встал.
Подойди сюда. Я тебе нос откушу.
Я тебе уши отгрызу!
Я тебе лицо выгрызу!
- А ну успокойся!
Вы все сдохнете, слышите!
- Все, уводите!
- Вы все сдохнете!
Вы все, все сдохнете!
- Хороший спектакль.
- А если он не притворялся?
- Ты так говоришь,
потому что почувствовала что-то?
- Да. Он все время почему-то думал
про вишню: "Вишня, вишня, вишня..."
Только не знаю, что это такое.
- Вишня?
- Господин Жогов...
- Ну что, теперь вы убедились,
что наш пациент абсолютно невменяем?
- Давайте мы разговор
в кабинете у вас продолжим?
Анечка, все, пока, счастливо.
- Какие еще вам нужны доказательства?
- Всего доброго. - Может быть,
вы сомневаетесь в моей квалификации?
Хотите, соберем консилиум,
пригласим специалистов из Москвы...
- Больно почти не будет.
- Интересуетесь?
- А?
- Доктор Петерсон,
наш основатель. Светило.
- Он у вас тут работает?
- Нет, работал в 90-е.
Последний динозавр
советской психиатрии. А вы?
Кого-то навещаете?
У вас пропуск есть?
- А, да, простите. - Просто тут
никто не останавливается.
- Я Анна Островская
из Следственного комитета.
- А я-то думал,
вы сбежали из отделения.
- Нет, не беспокойтесь.
- Ну ладно.
- Простите, а этот Петерсон...
Расскажите мне о нем.
- Это всемирно известный ученый,
новатор.
Сейчас, конечно, его методы
считаются варварскими.
В заброшенном крыле
сохранилось место,
где было отделение шоковой терапии.
Ну, знаете: электрошок,
ледяные ванны, инсулинотерапия...
Хотите посмотреть?
- Ага.
- Пойдемте.
Вот, в 1997 году здесь хотели
все снести, но денег не хватило.
А недавно все отреставрировали.
Для меня это кладезь информации,
для моей диссертации.
Здесь собраны все записи
главврача Петерсона.
497 пациентов.
- А вам случайно не попадалась
история болезни такой пациентки -
Юлии Кондратьевой?
- А какой год?
- Она могла быть пациенткой Петерсона
в 1991 году.
- 1991-й я оцифровал. Сейчас.
Извините, ремонт.
Так. Кондратьева...
Юлия Кондратьева. Поступила
3 июля 1991 года. Дело 54.
Сейчас. Где-то здесь. Это 1993-й...
Так. 54-е.
Кондратьева Юлия, 1991 год.
Диагноз "раздвоение личности".
"В 1991 году впала в глубокое
необратимое депрессивное состояние
и сбросилась с моста с маленькой
дочкой". Мать спасли, ребенок утонул.
Есть кассета.
Доктор Петерсон был новатором,
записывал все свои беседы
с пациентами. Можем посмотреть.
Сейчас. Так...
Сейчас, секунду.
- Спасибо.
- Готовы?
- Я вас очень прошу,
вы должны отпустить меня.
Мне нужно забрать детей!
- Юлия, вы знаете,
что у вас нет детей.
- Вы ошибаетесь.
У меня три дочери - Оля, Маша
и Даша - и муж Евгений.
Они не знают, где я.
- Какой сейчас год?
- Господи, да почему вы меня
постоянно об этом спрашиваете?!
- Юлия, скажите, какой сейчас год?
- 2018-й.
И вы прекрасно знаете,
что я не Юля Кондратьева.
Я Анна. Анна Островская.
- Ох.
- То есть она выдавала себя за тебя?
Еще и в 1991 году?
То есть не за Люсю Пупкину,
а вот прямо за Анну Островскую, да?
- Да! Он знала обо мне все.
Знала, как меня зовут.
Знала, как тебя зовут.
Знала, как зовут наших детей.
Их дни рождения, сколько им лет.
Она знала все.
- Это невозможно.
- Но тем не менее это так.
- Ну, этому должно быть объяснение.
- Я тоже все время об этом думаю.
- А что сейчас с этой Кондратьевой?
- Она умерла.
Скончалась в 1992 году от амилоидоза.
- О... Звучит страшно.
Это что-то связанное с мозгом?
- Нет.
В данном случае у нее
это связано с печенью.
Это наследственная болезнь...
Подожди, ты что, уже ложишься?
- Угу.
- А помочь мне разобраться с этим?
- Зачем? Раз Кондратьева умерла,
значит, ее уже не вернуть.
Это не в твоих силах. Спокойной ночи.
- Не подходи ко мне!
- Хорошо. Юля, что ты делаешь?
Отдай мне малышку.
- Ты не понимаешь.
Они все равно не оставят нас в покое.
Они нас убьют.
- Хорошо, Юля, мы уедем.
Мы в милицию пойдем, нам помогут.
- Они нас найдут!
(Слышны разговоры.)
- Юля, очень прошу, отдай ее мне.
Мужчина: - Она сейчас сиганет.
- Нет. - Юля, прошу...
- Не подходи!
- Юля, прошу тебя, давай поговорим.
Я же твоя сестра.
Девушка: - Беги вызывай милицию!
- Разве я могу тебе сделать плохо?
- Нина, когда-нибудь ты все поймешь,
когда-нибудь ты во всем разберешься.
Когда-нибудь.
- Нет!
А-а!
Юля!
(Вскрикивает.)
(Тяжело дышит.)
- Можешь не прятать. Я вижу,
что эта папка не из нашего архива.
- Это по работе. Это мне Жогов дал.
- Да мне все равно.
- О! Хорошо, что ты здесь.
- А, да.
- Слушай, ты не поверишь...
Вишня сработала.
Вот это мы нашли
при обыске у Ледникова.
У него на компьютере
стояла программа "Вишня".
Мы отследили все последние транзакции
и обнаружили, что все деньги,
похищенные у Гавриловых,
он перевел на электронный кошелек.
Наши орлы взломали его - и знаешь,
что обнаружили? - Что?
- Кошелек пуст. Деньги сняли
уже после задержания Ледникова.
- Значит, у него все-таки
есть сообщник.
- Вероятно. Вероятно...
Что за папка?
- А это... личное.
- Значит, если ночью будут новости -
ты понимаешь, в каком смысле, -
звони мне.
- Хорошо. И вы тоже звоните.
- Угу.
- Здравствуйте. Вы Нина Кондратьева?
- Здравствуйте. Да.
А вы кто?
- Я из Следственного комитета.
Хотела поговорить с вами
о вашей сестре Юлии.
- Проходите.
"Нервный срыв, раздвоение личности".
Я очень любила сестру.
Очень. Ладно, спрашивайте,
что вы хотели. Садитесь.
- Расскажите о Юлии.
О ее нервном срыве.
- Это случилось
после рождения ребенка.
Юлин муж тогда, в 90-е,
был новым русским, свой банк открыл.
И поначалу все шло очень хорошо,
деньги текли рекой.
А в один прекрасный день
он обчистил все счета
и сбежал за границу с деньгами.
- Он бросил Юлю с ребенком?
- Да. А деньги он украл
у очень серьезных людей.
И бандиты стали требовать
деньги с Юли.
Она все продала: шубы, квартиру,
машину, драгоценности.
Но этого все равно было мало.
Они поставили ее на счетчик,
и каждый день сумма росла.
Они не верили ей, что муж ее обманул.
Они угрожали, что убьют ее дочь,
если она не вернет деньги.
"Раздвоение личности"!
Юля сошла с ума от безысходности.
Ее мучали кошмары.
Она каждую минуту ждала,
когда придут эти страшные люди
и замучают ее ребенка.
Она пряталась от них,
она пыталась сбежать много раз,
но они всегда ее находили.
Я ничего не смогла сделать.
Юля!..
- Женя, она точно такая же, как и я!
Она медиум. Вот в чем разгадка!
- Помедленней, пожалуйста,
я ничего не понимаю. Кто медиум?
- Юля! Юля Кондратьева! Понимаешь,
она видела меня в своих снах!
И поэтому она обо мне
так много знает.
Она постоянно посылает мне сообщения
из прошлого.
Я - ее единственный шанс. Слышишь?
Только я не понимаю,
что она хочет мне сказать.
- То есть она не просто тебя видела,
она говорила, что она - это ты.
- Именно!
Зачем она это сделала, Женя?
- Аня, речь идет о женщине,
из-за которой погиб
ее собственный ребенок.
Зачем бы она это ни сделала,
это ее не оправдывает никак.
- Вы понимаете, что сейчас 1991 год?
- Сколько можно это смотреть?
Пошли спать.
- Сейчас утро.
Утро самое сложное время.
- А ты мне не говорила,
что она такая красотка.
По телевизору: - Мне их не хватает.
- Кого?
- Жени, девочек. Сейчас безумный
порыв ветра вынесет вас из дома.
На работу, в школу.
Вы думаете, так будет всегда?
Нет, вы ошибаетесь.
Здесь всегда царит хаос.
- Я что-то не понимаю.
Что за чушь она несет?
По телевизору:
- Значит, вы женщина из будущего?
И вы думаете, что я поверю?
- Если честно, доктор, мне все равно,
поверите вы мне или нет.
Главное, чтоб поверила она.
- Она не убийца.
Она что-то придумала.
Что ты мне хочешь сказать?
(Телефонный звонок.)
- Дурдом какой-то. Если это
твой начальник и он разбудит детей,
я его убью.
- Тогда тебя посадят,
а я останусь без работы.
Алло.
- Надеюсь, я тебя не разбудил?
У меня есть новости.
- Новости? Я люблю новости.
Особенно если они хорошие.
- Помнишь, ты подсказала мне идею
про "Вишню", про систему
электронных кошельков?
- Ну да, конечно, помню.
- Так вот, мы нашли терминал,
на котором сняли деньги Ледникова.
Знаешь, где он находится?
- Где?
- Рядом с институтом психиатрии,
где держат Ледникова.
- А вы установили, кто снял деньги?
- Только что. Мы просмотрели записи
с камер видеонаблюдения.
Знаешь, кто им оказался?
- Кто?
- Эксперт! Этот, мать его,
главный психиатр города.
Я уверен, что Ледников заплатил ему,
чтобы тот научил его
правильно симулировать сумасшествие
и поставил ему нужный диагноз.
Ты завтра сможешь быть
на его допросе?
- Конечно, смогу.
- Я тебе утром завтра позвоню.
- Да, до завтра.
- Когда-нибудь ты все поймешь.
Когда-нибудь ты во всем разберешься.
Когда-нибудь...
- Пойдем спать.
Блин!
Три тысячи! Ну, вот ты мне объясни,
зачем мы их покупаем?
Наши дети просто вандалы какие-то!
- Она не убивала своего ребенка.
- Конечно, Машка ее убила.
Она на батарейках.
- Она прыгнула с моста,
и в руках у нее была кукла.
- Кто?
- Кондратьева.
Она хотела всех убедить,
что ее дочка мертва,
чтобы ее не искали.
И чтобы бандиты оставили их в покое.
- Ну ты вообще, мать...
- Да, это безумие.
Но она хитра, как лиса,
она знала, что она делала.
Она прыгнула с моста при свидетелях.
Единственное, что я не понимаю,
как она рассчитывала выжить?
- Ну, она рисковала ради дочери.
Получается, что она не была
сумасшедшей?
- Она была отчаявшейся.
- Поэтому она с тобой и связалась,
чтобы ты доказала, что она не убийца.
- Нет, нет, нет!
Она связалась со мной,
потому что ее дочке нужна помощь.
Но она ее спрятала.
И до сих пор никто не знает
о ее существовании.
- Значит, вот это фотографии,
которые доказывают,
что вы сняли деньги
с электронного кошелька Ледникова
и перевели их на свою карту. Вот это
вот выписка из банка о транзакции.
- Послушайте, это же ровным счетом
ничего не доказывает.
Ледников сам мне дал пароль,
чтобы я снял деньги
с его электронного кошелька.
- И что?
- И отправил их сыну погибших.
Ледников очень сожалеет о содеянном
и хотел хоть как-то возместить
нанесенный им ущерб,
хотя бы частично.
- Это подпись ваша?
- Разумеется, моя.
- Значит, согласно этому документу,
гражданин Ледников страдает,
вот вы пишите, "диссоциативным
расстройством личности".
Расстройство носит стойкий характер,
и вы рекомендуете признать
гражданина Ледникова недееспособным,
а также установить над ним опеку.
Так?
- Так.
- Значит, вы считаете,
что гражданин Ледников не может нести
ответственность ни за убийство,
ни за кражу денег?
- Все верно.
- Тогда что же, гражданин Гриняев,
мы вас обвиняем в махинациях
с использованием пластиковых карт.
- Что?
- Да что слышал, дорогой товарищ.
Ворованные деньги сняли вы.
И никакие эти ваши красивые истории
вас не оправдывают.
А это - два года лишения свободы.
Пока вы сидите, суд признает,
согласно вашей экспертизе,
Ледникова недееспособным.
И мы посадим вас еще раз за то,
что вы совершили
противоправные действия
против недееспособного гражданина.
Также мы обвиняем вас в причастности
к целой серии подобных преступлений,
а это "мошенничество
в особо крупных..."
Да чего? Мы вам лет десять наберем.
А Ледников в это время полечится год
и выйдет из клиники.
- А он хорош.
- Лучший.
- И какие у меня есть варианты?
- Правду расскажите, да и все.
Ледников просил вас научить
симулировать сумасшествие?
- Да.
- Вот видите, все легко и просто.
- Ну что ж, поздравляю.
Мое присутствие
здесь больше не требуется?
Тогда передайте Андрею Ивановичу,
что я ему позвоню.
- Обязательно.
- Всего доброго.
- До свидания.
- Пожалуйста, подойдите.
- Вам что, плохо? Что случилось?
- Сейчас пройдет.
- Может быть, скорую вызвать?
- Нет-нет. Не надо скорую.
Я все равно знаю,
что они мне скажут, что я умираю...
Я давно знаю про этот диагноз.
У меня наследственное.
А я так и не могу запомнить,
как это называется.
Я все время говорю вместо "Л" - "Н".
Надо амилоидоз, а я говорю аминоидоз.
- У вас что, амилоидоз печени?
- Да.
А вы знаете об этом заболевании?
- Да. Но сейчас это лечится.
Это раньше у больного было
очень мало шансов,
но сейчас можно сделать
трансплантацию.
- Можно. Но только если правильно
подобрать донора. А я детдомовская.
Меня удочерили.
- А вы какого года рождения?
Нет, я понимаю, что этот вопрос
кажется странным, но...
Но мне это очень важно знать.
- Девяносто первого.
- Господи, я тебя нашла.
Я тебя нашла!
Маруся, повторяй за мной. Не купать!
- Не купать.
- Не постригать.
- Не постригать.
- Не красить.
- Не красить.
- Держи, это твоя кукла!
- Спасибо, мамочка!
- Ладно, беги и открывай.
- Все-таки, дорогая, если каждый раз
им покупать новые игрушки,
они ничему не научатся.
Получается, ты их поощряешь.
Да, девочки, конечно, давайте ломайте
старые игрушки,
мама с папой вам купят новые.
- Да, ты прав.
Но если бы Маша не оставила
эту куклу в ванне,
я бы никогда не разгадала послание
Кондратьевой
и никогда бы не спасла ее дочь.
Поэтому я должна была купить Маше
эту куклу.
- А как Семенова отреагировала,
что она дочь Кондратьевой?
- Сначала не поверила. А потом
познакомилась с Ниной, своей тетей,
и со всей ее семьей.
- Теперь, когда они познакомились,
они готовы отдать кусок печени
совершенно незнакомой девушке?
- Ну какой ты циник, а!
Между прочим, трое
из ее родственников уже согласились
лечь на обследование,
чтобы проверить совместимость.
- Ну и какова совместимость?
- Так, все, отстань.
Главное, что все хорошо закончилось.
(Звучит песня Владимира Кузьмина
"Как ты живешь без меня".)
Поет: - Нет, я звоню лишь узнать,
как ты живешь без меня,
С кем делишь беды свои,
какие песни поешь.
- Вы слышали, что я сказал?
- Нет, доктор,
я была за тридевять земель отсюда.
- Я сказал, что сегодня
у нас большой прогресс.
- Согласна. Большой прогресс.
Звучит песня: "С кем делишь беды
свои, какие песни поешь..."

Серия 5

- Вы кто? Вы что здесь делаете?
- У меня для тебя послание.
- Какое послание?
- Верь своим глазам.
Это твое?
- Нет, конечно, не мое.
- Твой муж. Его ждет испытание,
но ты ничего не сможешь изменить.
- Что? Что вы имеете в виду?
- Верь тому, что видишь.
- Я... Я не поняла!
(Звонит телефон.)
- Это важный звонок.
Евгений: - Да, хорошо.
Спасибо большое. Я понял. Да.
Так тихо, тихо. Пойдем.
Пойдем, маме дадим поспать еще.
Пошли, пошли.
- Гренки для Даши. Каша для Маши.
Блинчики для Оли.
- Мама, ты все перепутала.
Каша для Даши, а тосты для меня.
Я уже не маленькая.
- Да ладно, я пошутила.
Но твоя сестра
с этим не очень согласна, да, Оля?
- Мама, мы уже очень сильно
хотим есть! - Сейчас, сейчас.
- Вы что тут ресторан устроили?
У мамы не десять рук,
так что будем есть все одну еду,
понятно?
И не надо выкаблучиваться.
Доброе утро. - Доброе утро, папочка.
- Женя, кто звонил?
- Это ошиблись номером.
- Как - ошиблись? Я же видела,
что ты с кем-то разговаривал.
- Апсия!
- Мама, она балуется.
- Я звонил в больницу,
мне там нужно процедуру одну пройти.
- Какую процедуру?
- Папа, ты что, забыл?
Ты же говорил: "Апсия".
- Так, ешь давай.
- Забыл? Ты сказал: "Былапсия".
- Так, хватит стучать, я сказал!
- "Былапсия былапсия, былапсия!"
- Так, тише! Подожди, подожди, Маша.
Женя, ты что, хочешь делать биопсию?
- Отдай! Отдай! Ты чего две берешь?
- Так, успокойтесь, пожалуйста!
- Тише, тише. Выйдем на секундочку.
Девочки, хватит!
- Мама, ну она постоянно балуется!
Скажи ей!
- Успокойтесь!
Биопсия?
Ты почему мне ничего не сказал?
- Потому что все в порядке.
Это просто формальность, ерунда.
- Женя, это биопсия. Биопсия
и ерунда - это абсолютно разные вещи.
И потом,
биопсию никогда не делают просто так.
Должна быть причина.
- Помнишь, я содрал родинку?
Врач сказал, что нужно проверить.
- Быстро мне показывай.
Поднимай рубашку!
- Не прошло и недели -
жена заметила болячку мужа.
А когда я умру, ты через какой день
это заметишь? Ну правда. Серьезно.
- Твой муж. Его ждет испытание,
но ты ничего не сможешь изменить.
- Что там?
- Ничего.
- Нет, Аня, правда.
Ты что-то видишь? Все плохо?
Завещание нужно уже писать?
- Да ничего я не вижу. Не придумывай.
Я бы тебе троих детей не рожала.
(Стук в дверь.)
- Да. - Здравствуйте.
- Здрасте. О! Случилось что-нибудь?
- Вы теперь тоже предсказатель?
- Да нет, я вижу, что сама не своя.
- Можно я не буду рассказывать?
- Ну тогда я тебе расскажу.
Вот пожалуйста.
- Что это?
- Убийство, что еще?
Сотрудник дорожной полиции Сергиенко
возвращался домой,
возле подъезда на него напали
и расстреляли в упор.
- За что?
- Следствие считает,
что на него напал некто Моргунов.
- Это он?
- Да. Сергиенко когда-то остановил
его за езду в нетрезвом виде,
лишил прав,
и тот пообещал отомстить ему.
Моргунов привлекался раньше
за грабежи, разбои,
но, похоже,
отомстить Сергиенко ему было важнее.
Три выстрела в упор средь бела дня.
- Сколько ему дадут?
- Тут-то самая загвоздка.
У следствия
только косвенные доказательства.
- Неужели никто ничего не видел?
- Нет, свидетелей хватает.
Пять человек. Моргунова видели
на месте преступления со спины.
Два человека подтверждают
одну одежду,
три человека - другую.
На опознании его идентифицировали,
но опознали еще двух человек
схожей комплекции.
- Послушайте, а может,
это подкуп свидетелей, а?
- Аня, сериалов насмотрелась что ли?
Просто ему везет очень.
Но самое неприятное,
что представлять его интересы в суде
будет адвокат Добужинский.
- А что, это плохо?
- Конечно плохо.
Добужинский просто мерзавец,
ничего святого для него нет.
Он строит свою защиту
на отсутствии орудия преступления,
а у нас нет пистолета,
из которого убит Сергиенко.
- Это Сергиенко?
- Сергиенко.
- Так это он приходил
ко мне во сне...
- Аня, посмотри вот сюда.
Какой пистолет был у Сергиенко?
Вот такой? Может, такой? Такой?
- Вот! Вот этот был.
- Ты уверена?
- Да. Абсолютно.
- Слушай, экспертиза тоже сказала,
что его убили из пистолета
марки "Беретта".
- Послушайте,
если вы знали марку пистолета,
зачем вы мне показывали
все эти фотографии?
Вы что, хотели убедиться,
что мой сон - не пустая фантазия?
- Ты же сама говорила,
что у тебя во снах не все реально.
- Говорила,
но пистолет был очень реальный.
И потом,
у него рукоятка была такая вот...
Не такая,
а как будто из красного дерева.
- Слушай, неужели Сергиенко
не сказал тебе, где пистолет, а?
Ну почему?
- Откуда я знаю? Он же призрак.
И потом, он приходил
передавать мне личное сообщение.
- А какое конкретно?
- Какая разница?
Это личное. Все равно я не смогу
на суде рассказать о своих снах.
- Аня, нам очень нужно
найти пистолет.
Ты может что-нибудь поделать, а?
- Вы думаете, что это была месть?
- Я ж тебе говорю,
что Сергиенко остановил Моргунова
за езду в нетрезвом виде,
отобрал у него права,
передал дело в суд,
и тот публично поклялся
отомстить ему. - Правильно,
это была месть.
Только права здесь ни при чем.
У них была одна женщина на двоих.
Ее ищите. Она главный свидетель.
- Да?
- Верь тому, что видишь.
- Ну как же это несправедливо!
Вот например, ваши сережки.
Я знаю, откуда они у вас.
Я знаю, что они для вас значат,
а когда дело касается моего мужа,
моих детей, моей жизни, -
как будто бы все застилается пеленой.
- Так со всеми нами.
Насмешка судьбы.
- Меня беспокоит мой муж.
- Я знаю.
- На это есть причины?
- Обычно я думаю,
говорить такие вещи или нет.
Люди обычно плохо реагируют,
когда рассказываешь им будущее.
- Я вас очень прошу...
- Ну хорошо.
Давайте посмотрим.
Это касается медицины.
- Да.
- И я не вижу никаких последствий.
- Правда?
- Дело не в биопсии.
Можете выкинуть это из головы.
- Значит, все в порядке.
- У слова "все"
слишком много смыслов.
- Что вы хотите сказать?
Но это же не дети?
- Дело не в детях. Дело в вашем муже.
- Что вы так смотрите?
Вы что-то недоговариваете?
- У вас будет стресс
по поводу вашего брака.
- А что с моим браком?
- Вокруг темнота. Очень темно.
Ваш муж обнимает женщину.
Я хотела бы вам сказать больше,
но это все.
- Нет...
- Что ты так на меня смотришь?
- Нет, ничего. Задумалась просто.
Пойдем спать? - Ты иди -
мне еще надо по работе позвонить.
- Почему так поздно? А кому?
- Коллегам. Они за границей.
- Ну хорошо. Я тебя тогда жду.
- Нет, нет. Иди спать.
Я долго.
- Ваша диссертация еще не готова.
Ее нужно еще здорово дорабатывать.
А раздел "Результаты работы"
вообще сырой.
(Звонит телефон.)
- Давай уже сожжем этот телефон?
- Да? Чтобы потом новый покупать?
Алло.
- Аня, ты была права.
Мы нашли женщину.
Да. Екатерина Савельева, 27 лет.
Она была на панихиде.
Она так рыдала возле гроба,
что оттащить не могли ее.
- Она знает, где находится пистолет?
- Так вот это и нужно выяснить.
Ты могла бы присутствовать
при обыске?
- Да, хорошо. Конечно. Куда ехать?
- Доброе утро.
- Опять вы.
Что, преследуете меня?
- Это вы на моей территории.
- Сколько это будет продолжаться?
Мне нужно ребенка вести в бассейн.
- Ну, пока не закончим.
- Вы здесь все равно
ничего не найдете.
- А расскажите-ка
о своих отношениях с Моргуновым.
- Совершенно необязательно выяснять
эти вещи при понятых и ребенке.
- Я работаю.
- Как тебя зовут?
- Алеша.
- Так у вас была связь с Моргуновым?
- Я вам в сотый раз говорю:
я не знаю никакого Моргунова,
в отношениях не состояла. Уходите.
- Олег!
- Семенов, мы ствол ищем.
- А кто ее тебе подарил?
- Дядя Витя.
- Ой, трансформер.
- А его кто подарил?
- Дядя Миша.
- Хватит! Уйдите, я вас прошу!
Ну, хватит уже! - Тихо. Тихо.
- Все хорошо.
- Ну-ка, садитесь.
Значит дядя Витя - это Сергиенко,
а дядя Миша - это Моргунов.
Дальше будем врать, а?
- Я сказала: "Уходите".
- Значит так, продолжишь отпираться,
я тебя арестую
за соучастие в убийстве.
Вы с полюбовником порешили
сотрудника Госавтоинспекции.
Ты хоть знаешь,
сколько тебе светит за это?
Твой сын успеет в школу пойти,
успеет ее окончить,
если, конечно, закончит.
Его же в детдом определят.
А ты сама знаешь, как там учатся.
- Я его не убивала.
- А суд разберется.
А пока будет разбираться,
мы твоего ребенка
в спецприемник определим.
Устраивает такой расклад?
"Устраивает?" - я спрашиваю.
- Не надо, пожалуйста.
- Тогда рассказывай:
были отношения с Моргуновым?
"Рассказывай!" - я сказал.
- Были.
- Так...
- Я ушла от него год назад.
Все было нормально.
Потом я встретила человека,
порядочного.
Он стал за мной ухаживать.
- Сергиенко? Да?
- Да.
- Так. Ну?
- Моргунов очень сильно разозлился.
Потребовал, чтобы я с ним
больше не встречалась, угрожал.
- Бил.
Однажды он ворвался ночью пьяный,
стал хвастаться:
"Я твоего мусора убил.
Тебя убью и твоего выродка".
- Тихо-тихо.
Все хорошо. Все хорошо.
Вам теперь нужно эти слова будет
в суде подтвердить, ладно?
Вы не бойтесь.
Моргунова арестуют и посадят,
и он больше никогда вас не тронет.
Я вам обещаю. Хорошо?
- Свидетель, я внимательно
выслушал ваши объяснения,
ознакомился с протоколом вашего
допроса в ходе досудебного следствия.
Вы утверждаете, что мой подзащитный,
Михаил Моргунов,
лично признался вам в убийстве
гражданина Сергиенко.
Кстати, вы в курсе, что орудие
убийства еще не найдено?
- Да. - А вы знаете,
что других доказательств,
свидетельствующих о причастности
моего подзащитного
к преступлению, нет.
Нет ничего, кроме ваших слов.
- Да.
- Тогда, пожалуйста,
объясните мне такой момент:
а где же вы были раньше?
Как вообще появилось это признание?
Может быть, вас запугали?
Вас заставили сделать это?
- Ваша честь,
это давление на свидетеля.
- Отклоняется. Отвечайте на вопрос.
- Да.
Они сказали, что если я
не выступлю в суде,
то они отберут сына Алешу.
- Кто - они?
- Полиция.
- Значит, вы подтверждаете,
что эти свидетельские показания
даны вами под давлением?
- Да.
- Ваша честь, защита
больше вопросов не имеет.
- Если не будет орудия убийства,
мы проиграем процесс.
И отвечать за это будете вы.
- Ну вы что стоите?
Ищите это орудие убийства.
- Жень, мне так грустно.
- Да, сейчас я уже закончу.
Что случилось?
- Да в суде все как-то
по-дурацки прошло.
Ну, хватит сидеть в телефоне.
- Угу, угу.
- Ну иди ко мне.
- Да. Слушай, тоже что-то устал так.
- Опять вы? Что вам нужно?
- Передай Катерине, что я не держу
на нее зла за то, что она сделала.
- Что? Что она сделала?
- Скажи ей, что я ее любил.
И пусть сына бережет и горло его.
- Скажите, где найти пистолет.
Где он? У Катерины?
- Верь своим глазам.
- Загоняй.
Малыш, поиграй пока, ладно?
- Угу.
- Что вам нужно?
- Я уже все рассказала.
Я вас не пущу.
- Екатерина, всего одну минуту.
Я должна вам кое-что передать.
Сергиенко попросил передать,
что любил вас,
что он все понимает и не держит
на вас зла за то, что вы сделали.
Я понимаю, что я вас шокирую сейчас,
но это правда.
Я могу видеть мертвых,
и они приходят ко мне во снах.
- Что он еще сказал?
- Он сказал, чтобы вы
берегли сына и его горло.
- Он однажды перекормил
сына мороженым.
У него началась страшная ангина.
После этого он всегда переживал
за его горло.
- За что он не держит на вас зла?
Что вы сделали?
- Не ваше дело.
- Катерина, что вы сделали?
Господи.
На панихиде вы спрятали пистолет,
из которого убили Сергиенко,
в карман его пиджака?
- А что, что мне было делать?
Он угрожал убить моего сына.
- Мама, не плачь.
- А ты что один? Где Семенов?
- Выходной сегодня.
- Ладно, группа захвата за поворотом
вроде не отсвечивает.
Что у тебя?
- Пока тихо.
Баба какая-то к ней приехала.
Вроде ничего так.
- Эту видел.
- Знаешь, кто такая? Кто она?
- Я еще сам не понял, кто она.
(Звонит телефон.)
- Островская слушает.
- Привет, это Данилов.
А ты где? Что-то в архиве тебя нет.
- Я отошла по семейным делам. А что?
- Да обстоятельства новые открылись.
Мы у Жогова сидим.
Ты приходи поскорее, ладно?
- Хорошо, буду через 30-40 минут.
- Зараза.
- Мне пора идти.
- Подождите, пожалуйста.
Подождите. Я вас очень прошу,
дайте мне время.
Пожалуйста, дайте мне время.
Моргунов страшный человек.
Я вас очень прошу: не говорите
своим ничего хотя бы до вечера,
пожалейте моего ребенка, пожалуйста,
до вечера.
Ну хотя бы до вечера! - Хорошо,
я никому ничего не скажу до вечера.
- Спасибо.
- Давай. Тебя в архиве
папки заждались.
Твою же мать, а!
- Похоже, она тачку твою запалила.
Малыш, ну я же сказала,
только самое необходимое.
- Вы передумали?
- Нет, не передумала.
За домом следят. Мне кажется,
вас собираются задержать.
- Это все? - Нет, это не все.
Есть второй выход из дома?
- Ладно.
Так, внимание всем, начинаем.
Давайте поосторожнее:
в доме две женщины и ребенок.
- Есть куда пойти?
- Да, здесь недалеко станция.
Уедем на электричке.
- Куда?
- Я вам не скажу.
Хотя вы все равно узнаете.
Нам туда. Спасибо вам. Давай, давай.
- Берегите ребенка.
- Спасибо.
По рации: - Никого нет.
Ушли огородами.
- Я тебе покажу кузькину мать!
- Какая встреча! - Привет.
- Привет. А что ты тут делаешь?
Ты у Жогова должна быть.
- Так и ты должен быть у Жогова.
- Так, ясно. Где она?
- Кто она?
- Ну, Савельева с ребенком.
Куда побежала? Куда?
- Вот туда побежала. Нет...
- Так, ясно. Ну-ка, пойдем.
Пойдем-пойдем.
- У меня же вот здесь своя машина.
- Едешь за мной к Жогову.
- "За мной!" - я сказал.
- Ее задержать надо. Где это видано,
чтобы сотрудник полиции
помогала сбежать подозреваемой, а?
- Я не сотрудник полиции -
я сотрудник архива.
- Она издевается надо мной, а!
- Объясни ей, что она
совершила преступление,
что ее могут в цугундер посадить,
а плачущие детки
ей будут передачки носить.
- Он прав.
Ты действительно сорвала
задержание подозреваемой.
- Так я не знала,
что она подозреваемая.
И я не знала, что вы
собираетесь ее задерживать.
- Мы не должны перед тобой
отчитываться.
Ты меня всего лишь консультируешь.
Тебе это понятно?
- Я поняла, но Савельева не виновата.
- Виновата или не виновата -
не тебе решать.
Куда она уехала?
- Она мне не сообщила.
- Слушай, Иваныч,
давай ее привлекать, а?
Через час она у меня
по-другому запоет.
- Я знаю, где пистолет.
- Что?
- И скажу где. Только вы мне
должны пообещать,
что вы оставите Савельеву в покое.
И вот если этот выйдет.
- Олег, перекури.
- Иваныч!
- Перекури.
- Да ну вас!
- Ты что-то увидела?
- Да.
Но теперь я уверена
на все сто процентов.
- Где пистолет?
- В кармане пиджака Сергиенко,
в котором он похоронен.
- Ты уверена?
- Да абсолютно. Мне Савельева
все это подтвердила.
Моргунову мало было
расстрелять Сергиенко,
он еще хотел унизить Савельева
и выразить свое презрение
к покойнику.
Это Моргунов заставил Савельеву
положить этот пистолет в гроб.
Помните, вы говорили, что Савельеву
не могли оттащить от гроба, помните?
Ну вот. В тот момент
она как раз его и спрятала.
- Слушай, это хитро -
похоронить орудие убийства
вместе с жертвой.
Так, нужна эксгумация. Эксгума...
Подожди, а на каком основании
я потребую
вскрыть могилу и обыскать гроб?
- Я не знаю, придумайте что-нибудь.
- Мама, мама, а Оля зубы не чистила.
Я потрогала ее щетку - она сухая.
- Мама, не слушай ее, она врет.
Моя щетка вся мокрая,
можешь проверить.
- Ты только что ее намочила.
Просто подставила под воду,
а зубы не чистила.
- Чистила, и много раз! А ты врушка!
- Мам, мам, мам, ты слушаешь?
- Что? - Если ты так волнуешься
о папе, позвони ему.
- Да я не волнуюсь, все в порядке.
Оль, ты зубы чистила?
- Кому я это объясняла?
- Что?
- Привет.
- Ты где был?
- Представляешь, еду домой -
звонит Марченко и просит о встрече.
- А кто этот Марченко?
- Кандидат.
Ты не мог позвонить?
- Просто кафе было в подвале,
и там не берет мобильная связь.
М-м, как вкусно пахнет!
- Я беспокоилась.
Я, вообще-то, извинился.
- Между прочим,
почти одиннадцать часов,
и я не знала, что думать.
Я чуть с ума не сошла.
А если бы ты погиб?
- Если бы я погиб,
мой призрак пришел бы сразу к тебе.
- Не смешно.
Садись ужинать.
- Ой, спасибо, я не хочу,
я поужинал с Марченко.
Ну зачем ты ставишь
горячее в холодильник?
Ты долго будешь еще на меня дуться?
Я успею сходить в душ?
- В душ? Ты же не принимаешь
по вечерам душ.
- Ну, знаешь...
На работе душно, в кафе жарко.
А у нас что, по вечерам
душ не работает?
- Да нет, пожалуйста, иди прими душ.
- Спасибо большое.
Душ, душ, душ, душ.
- Марусь, не пинай кресло -
будет опять грязное. Оль.
- Да. - Посмотри, пожалуйста,
что там у папы в карманах куртки.
- Мам, это неприлично.
- Там должна быть жвачка.
- Мам, а тут ничего нет.
Тут только вот, визитка.
- Дай-ка посмотрю.
- Ага, на. Я сажусь.
- Руки аккуратнее.
- Хорошо. Где?
- В правом кармане в пиджаке.
- Слышал?
- Да.
- Разверни.
- Ну что, опять права?
Довольна собой?
- Нет.
- А что смурная такая?
Я ж шутил насчет задержания.
Страху нагонял. Методы у меня такие.
- Отличные методы.
- Какие есть.
- Олег, а есть такие методы, чтобы
найти человека, узнать где он живет?
- Мужчина? Женщина?
- Женщина.
- Что, муж изменяет? Да шучу я.
У тебя есть телефон этой женщины?
- Да, есть.
- Скинь. Найду.
- Откровенно говоря,
я был ошеломлен решением суда
внести в вещдоки пистолет.
Ну, согласитесь, как Моргунов
мог засунуть пистолет в гроб,
если его не было на похоронах.
Только в воспаленном мозгу могла
родиться такая дикая фантазия.
Я полагаю, что следователю нужно
честно и откровенно сказать:
"У нас ничего нет.
Поэтому мы подбросили вам оружие".
Благодарю вас дамы.
- Слушай меня внимательно.
- Анна Островская? - Да.
- Вам повестка. Вас вызывают в суд.
Распишитесь, пожалуйста.
- Давай.
- Андрей Иванович, здравствуй.
Приветствую.
- Ба, Виктор Янович!
- Рад вас видеть.
- И я вас.
Сволочь.
- Так я не поняла, это вы меня
в суд вызываете, что ли?
- Да не я, а прокурор.
Свидетельницей по делу Моргунова.
Что тут непонятного?
- Какая же я свидетельница?
- Да вот такая. Значит, чтобы мне
получить разрешение на эксгумацию,
я должен объяснить, откуда у меня
информация, что пистолет находится
в гробу. Судья не очень поверит
в твою прямую связь
с загробным миром.
- Ну и что вы сказали?
- Я сказал... Я сказал, что был
анонимный звонок.
Тебе позвонили и сказали,
где пистолет.
Что ты смотришь так на меня?
Хочешь, чтобы мы Савельеву в розыск
объявили - пусть она показания дает?
- Нет-нет. Не хочу.
Послушайте, я никогда
не выступала в суде.
- Ничего страшного. Там все просто:
вопрос - ответ. Чистая формальность.
Все.
- Простите.
Андрей Иванович.
- Успокойся, это чистая формальность.
- Да, Жень, прости,
не могла говорить.
Почему?
Хорошо. Пока.
- Алло. Слушаю. Говорите.
- Извините, я ошиблась номером.
- Вокруг темнота. Очень темно.
Ваш муж обнимает женщину.
- Да, я обязательно подъеду к десяти.
Поняла.
- Ты меня извини, пожалуйста,
за вчерашнее.
Просто время уже было полвторого.
Они решили побить какой-то рекорд
по этим совещаниям. У тебя как?
- Жогов вызвал меня в суд
свидетельницей. Но сначала сказал,
что со мной поговорит.
Ты зачем надел эту рубашку?
- Что?
- Вот эту рубашку, которую ты надел,
я ее тебе купила, а ты сказал,
что она тебе не понравилась,
потому что она в цветочках.
- Нормальная рубашка.
- Нет, но ты никогда ее не надевал.
Что случилось? Она ж "в цветочках".
Почему ты поменял свое решение?
- Мне пойти переодеться?
- Да нет, просто удивительно.
Она два года пролежала в шкафу -
и вдруг ты ее надел.
- Да хорошая, модная рубашка. Между
прочим, мне ее подарила любимая жена.
- Понятно.
- Ты девочек отвезешь?
- Да. - Пока.
- Что я должна говорить?
- Адвокат обвиняемого спросит тебя
про анонимный звонок -
ты подтвердишь. И все.
- Что, это я должна солгать?
- Нет. Не надо лгать.
Но фактически ты же получила
от Сергиенко сообщение про пистолет?
Ты же не будешь отрицать,
что сны - это сообщения?
- Послушайте, я не могу.
- Стой.
Мы, Аня, все-таки в этой ситуации
оказались в каком-то смысле
из-за тебя.
- Простите меня, но я не могу врать.
Ну давайте я скажу правду.
- Вот какую?
То, что ты этот... экстрасенс,
и тебе призрак Сергиенко рассказал
про пистолет?
Вот как суд к этому отнесется?
- Что делать?
- Анонимный звонок.
Иначе пистолет исключат из списка
доказательств.
- А если мне адвокат не поверит?
- Не поверит, конечно.
Добужинский? Да он тебя постарается
дискредитировать как свидетеля.
Он будет издеваться над тобой.
Унижать. Но это часть его работы.
- А я тогда что должна делать?
- А ты стой на своем.
Анонимный звонок, и все.
Ну, давай посадим того Моргунова,
убийцу полицейских, за решетку.
Давай. Чего бы нам ни стоило.
- Мне надо подумать.
- Ты думай. Но альтернативы
у тебя нет: завтра суд.
- Ань, хватит дуться. Я специально
приехал пораньше с работы,
а ты делаешь вид, что меня нет.
Ну что, ты обиделась,
что я пару раз опоздал к ужину?
- Нет, я просто на взводе. Завтра
я буду давать показания в суде,
а Жогов хочет, чтобы я солгала.
- Зачем ему это надо?
- Видите ли, разрешение на эксгумацию
не выдают на основании сновидений.
Поэтому он сказал,
что я получила анонимное сообщение,
и хочет, чтобы я это подтвердила.
- По-моему, это разумное решение.
- Ты слышал меня?
Он хочет, чтобы я солгала.
- Да, я слышал.
- А я не могу лгать.
- Ты неделю назад сказала
родственникам, что мы не можем
к ним поехать,
потому что у нас дома ремонт.
- Женя, это суд.
За дачу ложных показаний
есть уголовная ответственность.
- А разве у тебя есть выбор?
- Ты меня не понимаешь.
- Понимаю.
- Нет, ты меня не понимаешь.
Если я солгу,
я предам не только себя,
но и те силы,
которые мне помогают видеть эти вещи.
А если они от меня отвернутся?
- Подожди, то есть если ты дашь
показания в суде, то больше не будет
никаких снов, никаких мертвецов,
никаких мыслей на расстоянии?
Тогда вот что я тебе скажу, дорогая:
ты просто обязана соврать.
- Знаешь что? Зря мы начали
этот разговор.
- О, ну вот все как всегда.
- Что это значит?
- А то значит. Что это просто
какая-то патологическая мания -
быть центром вселенной,
вокруг которой все крутится.
- Я этого не выбирала.
Почему я увидела этот пистолет?
Я этого не хотела.
Я не просила об этом.
Мне иногда хочется, чтобы этого
ничего не было, но это есть.
И я часть этого.
И в данной ситуации...
- Какой ситуации?
Ну, скажи, ну, что ты хочешь сделать?
Ты хочешь выйти сказать правду?
- Да, хочу.
- Ты с ума сошла?
Ты что, с ума сошла?
(Звонит телефон.) Оставь. Подожди,
я просто даже не могу поверить,
что ты это говоришь.
Ты вообще думаешь? А? Оставь телефон!
Послушай, представь, что будет
с девочками, что будет в школе,
что со мной будет.
Что будет с моей работой.
Это касается не только тебя
и твоих призраков - это нас касается!
Не будь эгоисткой. Ты правда
хочешь выйти и все рассказать?
Скажи мне. Ты хочешь выйти
все рассказать?
- Я не знаю.
Алло. Секунду.
Тебя - твоя Марианна Марченко.
- Да. По семейным обстоятельствам.
На столе папка с фамилией Марченко.
Всего доброго.
- Ты действительно хочешь,
чтобы я солгала в суде?
- Я хочу, чтобы ты не делала ошибку,
о которой будешь потом жалеть.
- Тогда, если ты хочешь, чтобы
я солгала, я хочу видеть твое лицо
в этот момент в зале суда
на первом ряду.
- Суд предупреждает вас
об уголовной ответственности
за неосновательный отказ
от дачи показаний,
а также о даче
заведомо ложных показаний.
О том, что вы предупреждены
об уголовной ответственности,
пожалуйста, пройдите к секретарю
и дайте подписку.
- Туда?
- Да.
Прошу Вас: начинайте.
- Свидетель, расскажите суду,
чем вы зарабатываете на жизнь.
- Я работаю в Следственном комитете.
- А что конкретно вы делаете?
Какую работу выполняете?
- Я работаю в архиве.
- В архиве.
То есть у вас есть доступ к уголовным
делам, находящимся в архиве?
- Ну можно и так сказать.
- А как давно вы работает в архиве?
- Я работаю два месяца, а до этого
я была в декретном отпуске.
- Вы по образованию юрист?
- Нет.
- Понятно. Не могли бы вы вкратце
описать ваш рабочий день?
- Что же вы?..
- Да он сам... тормознул резко.
- Обычно я сижу в архиве, обрабатываю
бумаги, готовлю материалы и запросы.
- А вы разговариваете со свидетелями,
имеющими отношение
к совершенным преступлениям?
Может быть, принимаете участие
в допросе подозреваемых?
- Иногда.
- А на каком основании
вы занимаетесь этим,
не имея юридического образования?
Вы что, особенная?
- Кстати, мой муж тоже так считает.
- Разрешение на эксгумацию тела
Сергиенко было выдано
на основании анонимного сообщения,
полученного вами. Я прав?
- Да.
- Однако в заявлении не указывается
как именно вы получили это сообщение.
Это был телефонный звонок?
- Нет.
- Так значит, вы лично встречались
с этим человеком
и сообщение уж никак
нельзя назвать анонимным, верно?
Вы встречались со свидетелем? Кто он?
- Скажите, 331 комната где?
- Прямо и налево.
- Возражаю, Ваша честь.
Ответ на этот вопрос
может скомпрометировать наш источник.
- Отклоняется.
- Свидетель рассказала нам,
что она всего два месяца
работает в полиции.
У нее нет юридического образования -
следовательно, значимость ее
как работника невелика,
но почему-то именно она получает
архиважное анонимное сообщение,
которое, как мы выяснили,
не совсем анонимное.
Но это же нелогично,
это же лишено всякого смысла.
Если только госпожа Островская
не состоит в личных отношениях
с информатором, о которых
она не хочет нам рассказать.
- Я вас не понимаю.
- Понимаете, понимаете.
Вы прекрасно знаете,
почему вас, простую архивистку,
привлекают к оперативно-следственным
мероприятиям.
Вы прекрасно знаете,
в чем ваша исключительность
и почему таинственный аноним
решил встретиться именно с вами.
Но суть дела, я думаю,
заключается в том,
кто вы и чем вы занимаетесь
в Следственном комитете.
Не так ли, госпожа Островская?
Я жду вашего ответа.
- Возражаю: это не конкретный вопрос.
- Ну, я конкретизирую вопрос.
О чем вы умалчиваете,
госпожа Островская?
- Я не совсем понимаю
формулировку "умалчивать".
А, умалчивать - это значит
не говорить об Иване Комове,
который сдал за вас
экзамены в институте.
- Что она сказала?
- Что вы сказали?
- Иван Комов сдал за вас
экзамены в институте,
когда вас трижды выгоняли
за списывание.
Это вы называете умалчиванием?
- Что-что?
- Или, может быть,
не говорить о Феликсе Касаткине,
которому вы заплатили за молчание
в последнем деле?
Ах, это, может быть, скрывать имя
вашей любовницы Ирины Черновой?
Такого рода умалчивания
вы имеете в виду?
Тогда нет, я не умалчиваю.
- Господин адвокат, мы вам не мешаем?
- Вы все еще хотите знать, кто я?
Даже если все узнают, кто вы?
- Господин адвокат,
вы намерены продолжать допрос?
Господин адвокат, у вас есть вопросы?
Так, скажите, какой вопрос
был задан свидетелю последним?
- "О чем вы умалчиваете?"
- Свидетель, ответьте конкретно
на данный вопрос.
- Я ни о чем не умалчиваю -
я простая женщина и работаю в архиве.
- Господин адвокат,
у вас есть еще вопросы?
- Нет, Ваша честь,
у меня нет вопросов.
Но мы оставляем за собой право
вызвать свидетеля
для дачи повторных показаний.
- Ты знаешь, для человека,
так ловко обманувшего всех,
ты слишком грустная.
В чем дело? Ты разочарована?
- Нет.
Просто...
Кто такая Марианна Марченко?
- Ой, Марианна Марченко!
Это монстр. Это из-за нее
я уже неделю не сплю.
Она на днях сдает диссертацию,
из-за которой мы все должны умереть.
- А сколько ей лет? Она красивая?
- Ну, я не знаю, лет пятьдесят семь.
Чуть-чуть симпатичней крокодила.
А что?
- Нет, ничего. Все хорошо.
- Тогда у меня
для тебя еще одна новость:
мне сегодня звонили из больницы.
- И что?
- Результаты биопсии отрицательные.
- Отрицательные... Но это же хорошо?
- Ну конечно хорошо.
- Ой! Ой, как хорошо.
Я хочу вина еще.
- Молодой человек,
можно нам еще вина?
(Слышен кашель.)
- Она задыхается.
- Верь своим глазам.
- Всё хорошо?
- Да вроде.
- Водички попейте. - Спасибо.
- Попейте водички.
- Спасибо вам большое.
- Да не за что.
- Ты в порядке? Точно?
- Видишь, без дела не сидим.
Ты чего улыбаешься?
- Верю глазам своим.
Ты мой герой.

Серия 6

Оля: - Мамочка, мама! Мама!
- Оля!
- Мамочка!
- Оля?
Оля, детка, ты где?
Женя?
- Здравствуй, прорицательница.
(Призрак смеется)
- Где моя дочь?
Что происходит? Что с ней?
- Я забрал твою девочку
и заберу еще многих других.
Попробуй остановить меня.
- А-а-а!
(Смеется.)
- Аня?
(Кричит.)
- Что ты делаешь, Женя?! Ну ей-богу!
Я с ума чуть не сошла.
Так же можно напугать людей!..
Ну, ты подкрадываешься так незаметно.
- Мама, кто к нам пришел?
- Нет, все хорошо,
моя хорошая. Спи.
Это папа. Папа, как медведь, топает.
Что ты здесь делаешь?
- Это ты что здесь делаешь?
Я проснулся... - Мам, пап, мешаете.
- Извини, пожалуйста.
Ты объяснишь, что происходит?
- Что? Детей зашла посмотреть.
- Посреди ночи? Зачем?
Тебе что-то приснилось?
- Да ничего мне не приснилось!
- Тогда, пожалуйста,
можешь больше так не делать?
Ты пугаешь детей...
И меня тоже пугаешь.
- Хорошо.
- Девочки, скорее собирайтесь -
и завтракать.
У Оли сегодня гимнастика.
А ты, пожалуйста, купи в магазине
йогурт обезжиренный и авокадо.
Ой, да забыла: я сделала овощной сок.
Пожалуйста, не забудь
вынуть из холодильника.
А то тренерша будет возмущаться,
что мы неправильно кормим ребенка.
- Хорошо.
- Так. А какое сегодня число?
- Что-то еще?
- У меня задержка на неделю.
- Какая задержка?
У тебя задержка?
- Да, на неделю.
- Так, все, кажется, я проснулся.
Слушай, а если это будет пацан?
- Ты два раза уже это говорил.
- Ну да. Ну конечно. Просто...
Просто я рад. Серьезно.
- Ты хочешь опять детский плач,
бессонные ночи?
Да? Хочешь, чтобы я на двадцать
килограммов поправилась?
- Послушай, ради сына
я готов отрастить себе грудь
и кормить его грудью.
- О каком сыне вы говорите?
- А-а... Ни о каком. Дай посмотрю.
Ой! У твоей дочери два по математике.
- Что значит два по математике?
Этого не может быть.
- Как это не может быть? Написано,
чтобы родители пришли в школу.
- Математика - отстой.
- Что значит: "Математика - отстой"?
Математика -
самая лучшая наука в мире!
- Почему же ты преподаешь физику?
- Да, действительно, почему?
- Потому что не было мест
преподавателей математики.
А сейчас я буду твоим личным
преподавателем математики -
и ты станешь лучшей в классе.
Нет, станешь лучшей в школе.
Это просто нонсенс: я даже
троек не получал по математике,
а это моя дочь.
- А я не ты!
Я никогда не стану
лучшей по математике.
И вообще, я ненавижу его.
- Что значит "его"?
Математика женского рода.
Математика... "Его", - она называет.
- Молодец.
- Ничего, я дождусь сына.
Все будет нормально.
(Плачет.)
- Машенька, отведи, пожалуйста, Дашу.
- Потом скажешь, кто Олю обидел, -
я ему вот. Пойдем.
- Ну все-все-все,
ну подумаешь - двойка.
- Я не из-за двойки.
- Я знаю, ты поругалась с учителем.
Он на тебя что, накричал, да?
- Нет.
- Ты на него накричала?
Ничто никогда не заставит
нас с папой перестать тебя любить.
Даже пусть будет много двоек.
- Даже если сто?
- Да даже если сто пятьдесят!
Но мы этого не допустим, нет.
Мы решим любую проблему с учебой.
Все вместе.
Поняла? Что произошло?
- У нас была
контрольная по математике.
Я написала правильный ответ, а он
сказал, что мне должно быть стыдно.
Прям перед всем классом!
И все смеялись надо мной.
- Стыдно? За что?
- Я не знаю, но я его ненавижу и
больше на математику ходить не буду.
И вообще - в школу...
- Ах!
А что это ты такая горячая?
Ты не заболела?
- Не знаю.
- Нет, нет, нет, нет,
тебе в школу идти нельзя.
Нет, давай-ка ты останешься дома.
А кстати, и позанимаешься
с папой математикой.
А потом, когда выздоровеешь
и придешь в школу,
то ты будешь математику знать
лучше всех в классе.
Договорились?
- Да.
- Ну, спасибо большое. Вы нам очень
помогли. Спасибо. До свидания.
- Не за что. Любой на моем месте
поступил бы так же.
- Извините.
- Ничего страшного.
- Попробуй остановить меня.
- Все хорошо? Вы на меня смотрите,
как на приведение.
- Все, спасибо. До свидания. Спасибо.
- Да-да. Понял. До свидания.
- Чего с тобой?
- Кто это?
- Это Анатолий Антонюк.
Герой, между прочим.
Помог нам преступников задержать,
когда они грабили
инкассаторскую машину:
перекрыл им выезд своей "газелью".
Проходит свидетелем сейчас.
Что с тобой?
- Аня, что такое?
Тихо-тихо-тихо, Аня, пошли.
Андрей Иванович, не волнуйтесь.
- Что? - "Что"! Работа нервная -
что-что. Пойдем. Тихо-тихо-тихо.
- Ну что, я так понимаю,
тебя поздравить можно?
- Да нет. Нет, пока только задержка.
- Ты знаешь что?
Если плохо себя чувствуешь,
давай-ка иди домой.
- Мне действительно
что-то не очень хорошо.
- Ну так понятно.
- Я ничего не понимаю!
Вчера он мне снится и говорит,
что он маньяк, а сегодня улыбается
как ни в чем не бывало
и оказывается героем.
- 72.
- Ему уже чуть ли не медаль вручают.
- Твои сны всегда были загадочны.
А если еще смотреть
на твой гормональный фон... - 28.
- Оставь мой гормональный фон
в покое!
Еще ничего неизвестно. Скажи,
что мне делать с маньяком? - 48.
- Уходи от него подальше.
И не заезжай в школу,
а лучше - сразу домой.
Ты убедишься, что у нашей дочери
нет проблем с математикой вообще.
- 56.
- Она вся в папочку.
- Ой, все, целую. Пока.
- Пока.
А сейчас - самое сложное.
Девятью пять?
- 45.
- Восемью семь? - 56.
- Семь на шесть?
- Семью шесть... 42.
Можно я пойду поиграю?
- Можно.
- Угу, спасибо.
- Извините меня, пожалуйста,
что я утром так на вас налетела.
- Ничего страшного. Вам уже лучше?
- Да, все в порядке.
Меня зовут Анна.
- Анатолий.
- Я забрал твою девочку
и заберу еще многих других.
- Тихо-тихо-тихо.
- Все в порядке?
- Да. Вы извините,
она у нас в положении.
- А-а, я понял. Поздравляю.
Чем больше девочек, тем лучше.
- Почему вы сказали так? Почему?
Вы знаете, что у меня три девочки?
- Я не знаю. Я просто подумал,
что если родится девочка,
то будет хорошо.
Я вот холостяк, и...
Я какую-то ерунду говорю, да?
- Давайте-ка идите в 43-й кабинет,
я вас сейчас догоню.
Давайте, давайте. Спасибо. Давайте.
Мне Татьяна Павловна все рассказала.
- Да что рассказала?
Еще ничего не известно.
Меня затошнило не из-за этого.
Понимаете, он мне дал руку...
- Кто?
- Да вот этот, свидетель. Он стал...
- Подожди-подожди... Подожди!
Ну-ка, пойдем.
- Послушайте, он мне пожал руку...
- Ну? - ...и мне стало плохо.
На его руках кровь. На нем много
убитых и замученных девушек,
я видела это во сне.
- Значит, наш свидетель - убийца?
- Да, да. Ваш свидетель, ваш герой.
Он убил девушек, много девушек.
- Танечка, езжай домой
и хорошенько отдохни.
- Женя, ты не помнишь,
как зовут учителя математики?
- Ты все-таки решила заехать?
Сергей Андреевич.
Олька знает назубок
таблицу умножения,
легко раскладывает трехзначные числа
на сумму слагаемых,
вычисляет площадь квадрата,
так что она сдаст на пятерку
любую контрольную.
А как дела с твоим тестом?
- Точно! Нужно не забыть
зайти в аптеку купить тест.
- Сергей Андреевич, я не понимаю,
что я здесь должна увидеть.
Оля дала правильный ответ - 27.
- Да, ответ верный,
но у нее был совершенно неправильный
ход мыслей.
Вот видите, в черновике у нее
другой ответ - 21.
- Но в итоге ответ верный?
Что вас не устраивает?
- Ее решение расходится
с результатом.
Она не могла его получить
с помощью арифметических действий.
- То есть вы хотите сказать,
что Оля списывала?
- Ответ был записан у меня
в плане урока,
а план был открыт и лежал на столе.
Из класса я выходил на одну минуту.
- Знаете что, я очень хорошо знаю
свою дочь: она на такое не способна.
- Знаете, все родители так говорят.
Вы извините, но другого объяснения
внезапному проблеску гениальности
вашей дочери у меня нет.
- Но и доказательств,
что она залезала в ваши бумаги,
у вас тоже нет.
- Да. Поэтому я пригласил вас.
Я не могу наказать вашу дочь,
а вы можете.
И вы должны ей объяснить,
что списывать, тем более у учителя, -
это плохо.
- Я не собираюсь ее наказывать,
потому что она не списывала.
Послушайте, Оля особенный ребенок.
Понимаете, она очень чувствительна
и у нее сильно развита интуиция -
она могла просто угадать.
- Вы знаете, какова вероятность
угадать правильный ответ?
Один к тремстам тысячам.
- Значит, она просто прочитала
ваши мысли.
- Простите, но это просто
полный бред!
- Вы в этом уверены?
А вот сейчас вы думаете,
какой у меня размер груди,
второй или третий,
и решили, что третий. Верно?
- Что?
- Вы же говорите,
что мысли читать нельзя.
А хотите еще угадаю?
Боже! У вас роман
с учительницей литературы?
А вы женаты.
И она вот-вот войдет в дверь,
а вы хотите поскорей
выпроводить меня из класса.
- Кто вам сказал?
- Никто. Я угадала.
Так почему моя дочь
не может угадать число?
- Ты что-то плохо выглядишь.
- Ох.
- Давай.
- Что-то меня мутит.
Ты был прав: учитель математики
просто идиот.
- Да? Приятно слышать,
что хоть в чем-то я прав.
Что у тебя на работе?
- На работе...
Меня чуть не стошнило при начальстве.
- Да ты что? - Ага.
- До просьбы отправить тебя в декрет
или после? А?
- Очень хочу в постель.
- Да?
Знаешь, если у нас будет парень,
я готов носить тебя на руках
всю жизнь.
Во всяком случае, до кровати.
Ну пойдем.
Слушай, я себя чувствую виноватым:
тебе плохо, а мне - радостно.
Так, аккуратно, аккуратно.
Знаешь о чем я сейчас подумал?
Что нам придется купить машину
с тремя рядами сидений.
- Ну, подожди!
Ты раньше времени радуешься.
- Почему? По-моему, все ясно:
тошнота, усталость,
плохое самочувствие -
все как в прошлые разы было.
Когда будешь делать тест -
вечером или утром?
- Ах! Мне кажется,
я забыла его купить.
- Но ты же собиралась.
- Ну да, я... я встретила человека
из своего сна,
и, когда дотронулась до него,
мне стало очень-очень плохо.
- Подожди, то есть тебе стало плохо,
когда ты прикоснулась к этому мужику?
- Да. Ну, в смысле,
не от беременности.
- С ума, что ли, сошла?
В таком положении нельзя.
- В каком положении?
- Да в таком!
Ты же знаешь, что первый триместр
самый важный, -
нельзя касаться
всяких там грязных маньяков.
- Да послушай, может быть,
нет никакого ребенка,
может быть, и маньяка никакого нет -
может, я просто больная
или какая-то сумасшедшая.
И вообще, я как минимум
просто уставшая женщина.
- Ну видишь, раздражительность.
Ну ничего страшного,
ничего страшного.
Давай я тебя поцелую.
Давай, давай.
Я тебя вот так поцелую.
И ты меня поцелуй.
- Девушка, вы в город?
- Да.
- Давайте подвезу?
- Давайте.
- Преступник использовал
свой автомобиль
как удобное прикрытие:
"газель" на улице
никогда не привлекает внимание.
Он никогда не вызывал подозрений
у своих жертв:
такой обаятельный,
спокойный, безвредный.
Его первая жертва -
студентка Аксинья Кострюкова.
Он похитил ее у здания
общежития института
и держал на привязи в своем доме.
Он насиловал и пытал девушку,
но когда она обессилила
и впала в забытье,
он решил от нее избавиться.
Он завернул ее в ковер,
положил в свою "газель"
и вывез из города,
чтобы закопать в лесу.
- Уйди! Уйди! Нет, нет,
я не могу больше, нет!
- Тихо-тихо, просыпайся.
- Нет, уйди!
- Просыпайся, просыпайся. Тихо-тихо.
Давай подышим, подышим:
вдох - выдох.
Вдох - выдох. Вдох - выдох.
Вдох... Тихо-тихо. Вдох - выдох.
Вдох - выдох. Все.
Все-все-все. Все, успокойся.
- Как же я... Женя, я устала!
Если бы ты знал, как это невыносимо -
просыпаться вот так каждую ночь.
Ты прав: беременность
будет облегчением.
- Ну конечно. Хотя бы два года
будешь спать спокойно.
- Может быть, поставят в оцепление...
О, сейчас кофейку возьму.
Подождите.
- Хорошо.
- Андрей Иванович, здравствуйте.
Извините! Я вам новый сделаю.
- Да не надо. Что опять случилось?
Выглядишь неважно.
Как чувствуешь себя?
- Да все в порядке.
Можно вас на минуточку?
- Ребята, идите. Я вас догоню.
- Да, хорошо.
- Ну?
- Я хотела узнать:
вы нашли что-нибудь по Антонюку?
- Пока не было времени.
Я же тебе сказал: как только узнаю,
обязательно тебе позвоню.
Ты ради этого сюда
в такую рань приехала?
- Да, потому что не могла ждать.
Вы обещали проверить.
- Ты отдохнуть обещала.
- А я не могу отдыхать,
потому что мне нужно знать.
- Значит, так:
как только я узнаю,
обязательно тебе позвоню.
Что за одержимость этим Антонюком?
- Да потому что я знаю,
что он делает с этими девушками,
я видела их тела,
и я уверена, что он украл и убил
эту рыжеволосую студентку.
Ее зовут Аксинья Кострюкова.
- Аксинья... как?
- Кострюкова.
- Ладно, я пробью по базе.
Думаю, совпадений много не будет.
Ты давай домой сейчас же.
Домой, я говорю, домой!
- Спасибо. Кострюкова!
- Анна! Аня, подожди.
Ну что - девочка? мальчик?
Шучу. А моя дурища даже не думает
о внуках для меня,
ветер сплошной в башке.
Как ты себя чувствуешь?
Можно за животик подержаться?
- Нельзя.
- Так, не в духе. Токсикоз уже, да?
- Да нет никакого токсикоза.
И беременности тоже, может быть, нет.
Татьяна Павловна, я пойду домой.
Извините.
- Аня, ешь побольше морковки.
- Зачем?
- Ну ребенку надо.
Четвертый уже - вот молодец!
- Папа сказал,
что я все решила правильно.
- Папа тобой гордится,
и я тобой очень горжусь.
(Вздыхает.)
Что?
- Иногда папа хочет,
чтобы я была мальчиком.
- Не выдумывай. Папе очень нравится,
что ты родилась девочкой,
и он любит тебя такой,
какая ты есть.
- Ладно.
- Ну что еще?
- Один человек, очень плохой,
хочет меня обидеть.
Ты же не дашь?
- Какой человек?
- Это она обо мне.
- Ах!
- То есть совсем ничего?
- Да абсолютно.
Ни штрафов ПДД, ни проблем
с налоговой, представляешь?
На работе, в своих грузоперевозках,
он на хорошем счету.
Он работает волонтером
в благотворительной организации:
на своей машине развозит саженцы.
- Ясно. Значит, санитар леса.
А что по девушке?
- В списках пропавших и погибших
за последние 15 лет
ни одной Аксиньи Кострюковой нет.
- Понятно.
- Аня, этот человек жизнью рисковал,
чтобы задержать грабителей.
Ну не может он быть маньяком!
Это хорошая новость - ну чего ты?
Ты порадуйся и забудь это дело.
- Аня, представляешь, Олька
вчера решила задачу по геометрии.
- Они же еще не проходили геометрию.
- Да, не проходили,
но она так лихо ее решила,
как будто это я решил.
- Странно. Никогда не замечала
у нее математических способностей.
- Способности возникают неожиданно,
так же, как и дети.
Ты сделала тест?
- Нет, не получилось.
- А что такое произошло в ванной?
Извержение вулкана?
- Я звонила Жогову:
на моего маньяка ничего нет,
это просто какой-то ангел.
- Падший ангел на блестящей "газели"
не убийца - какая трагедия!
Ты из-за него не сделала тест?
- Да он просто сводит меня с ума.
Я не понимаю его поступков.
Ну вот подумай. Ты крадешь,
мучаешь, убиваешь десятки женщин -
и ты находишься вне подозрений.
Зачем тебе
привлекать к себе внимание?
Ну, к чему совершать
какой-то там подвиг?
Тебя вызывают в полицию,
досконально проверяют всю биографию
вдоль и поперек.
К чему такой риск, я не понимаю.
Глупо!
- Глупо, если это убийца. А если нет?
Видишь, ты такой мысли
даже не допускаешь.
А ведь ты знаешь,
что в момент беременности
все твои способности
немножко барахлят.
- Если я и беременна,
то только три недели,
а ты прекрасно знаешь,
что на этом сроке
эти способности никуда не пропадают.
- Я знаю,
что проще пописать
на полоску бумажки,
чем гоняться за каким-то
воображаемым маньяком.
- Папа, почему маме можно сидеть
за столом с планшетом, а нам нет?
- А пусть мама
сама об этом скажет.
- Потому что маме нужно очень быстро
найти адрес одного человека.
Это жизненно важно
для одной очень хорошей девушки.
- Ты уже нашла?
- К сожалению, нет.
- А эта девушка теперь расстроится?
- Так, если мы не выйдем вовремя,
вы опоздаете в школу, а я на работу.
И расстроятся очень хорошие дяди.
А ты позвони в компанию
грузоперевозок.
Если он такой герой,
его должны там знать.
- Девочки, а вы знаете,
что ваш папа очень умный человек?
- Конечно знаем.
- Угу.
- Да. Очень умный, правда.
- Ой...
Да возьмите же вы трубку!
Черт, возьмите трубку. Алло!
Алло, здравствуйте.
Я еду по каналу Грибоедова,
и передо мной "газель".
Карина 267 Анатолий, Роман.
198 регион.
И у меня есть все основания считать,
что в машине находится
тело убитого человека.
Нет, я его не видела.
Но я считаю, что убийца
попытается избавиться от тела.
Меня зовут Анна Островская,
я работаю в Следственном комитете.
Нет-нет, я не следователь.
Я работаю в архиве.
Что значит - на каком основании?
Я же вам говорю: в "газели" труп.
Послушайте, нет, я его не видела,
но у меня есть достаточно веские
основания считать,
что он находится там. Да какая шутка?
Какая шутка?! Какой розыгрыш?!
Вы что, издеваетесь?!
Да я не нервничаю, я просто
одновременно пытаюсь и вести
и объяснить вам, что нужно срочно
задержать преступника. Алло!
(Звон битого стекла.)
- Здравствуйте! Произошла
автомобильная авария на перекрестке
Дойникова переулка и Бронницкой
улицы. - Все в порядке?
- Я потерпевшая. Я беременна.
Приезжайте срочно.
- Я что, слишком резко затормозил?
Опять вы?
- Не вздумайте убежать!
- Я не слышу, что вы говорите.
Все в порядке? Вы живая?
У вас фара разбита.
Здрасте.
- Подушки не сработали?
Вы головой не ударились?
- Здравствуйте. Вы должны задержать
этого человека, у него в машине труп.
- Что у меня в машине?
- Точно не ударились?
- Да послушайте меня.
Я из Следственного комитета.
Обыщите его машину.
Там труп, завернутый в ковер.
- Руки на машину!
"Руки на машину!" - я сказал.
Ноги расставить.
Тихо, тихо. Что за бред, какой труп?
- Руки на машину. Паша иди сюда.
- Леня, что такое тут?
- Проверь фургон.
- Этот?
- Да.
- Эй, на каком основании вы
вообще все это делаете, а?
Я сейчас позвоню в вашу
службу собственной безопасности!
- Ну, ковер здесь какой-то.
- Давай.
- Зачем вы это делаете? Вы
сумасшедшая? Что вам от меня надо?
- Послушайте, я видела, как он
в ковер заворачивал труп девушки.
- Мужики, ну не смешно уже.
Меня кто-нибудь послушает?
Ну нет здесь никакого трупа.
- Так, стоп. Документы ваши можно?
- Сейчас.
- Здесь, в кармане. Слышь,
мне на днях дали грамоту за помощь
в раскрытии преступления.
Про инкассаторов слышали?
Вот, можешь проверить.
- Проверим.
- Командир, ну, сними ты с меня
наручники. Никуда я не убегу.
- Сними.
Анна Борисовна,
там нет трупа, не ищите.
- Да это не тот ковер.
Тот был старый и грязный!
- Так. У меня только вот этот ковер.
Купил его месяц назад.
Посадил на него пятно,
хотел отвезти в химчистку.
Спасибо вам большое. Вы меня,
наверное, с кем-то перепутали.
Или как?
- Да ничего я не перепутала!
- Анна Борисовна,
мне придется направить вас
на медицинское освидетельствование.
Там проверят, нет ли у вас
наркотического
или алкогольного опьянения.
- Какого опьянения? Послушайте, я...
- Да нет, это вы послушайте.
Я не знаю, что и где вы видели,
но этот гражданин
может подать на вас в суд
за ложный донос. Статья 306.
Штраф - 125 тысяч или, внимание! -
до двух лет лишения свободы.
Вы продолжаете утверждать,
Анна Борисовна,
что видели труп
в машине этого мужчины?
- Я не знаю.
- Понятно. Полицию будем вызывать?
Протокол? - Нет, нет, нет.
Не надо ничего составлять.
Всякое бывает. Ошиблась. А по поводу
аварии я тоже не в претензии.
Не надо ничего составлять.
Все нормально.
- Хорошо. Повезло Вам, что такой
добрый человек Анатолий Петрович.
Но имейте в виду: я сообщу
по месту вашей работы об этом факте.
А вон и скорая.
- Ковер могу забрать? - Давай.
- Оля, что с математикой?
Учитель извинился перед тобой?
- Да, прямо перед всем классом
на уроке.
А еще спрашивал, кем ты работаешь.
- А что ты ответила?
- Что ты ловишь преступников.
- Молодец.
Давай доставай учебники,
я тебе помогу с уроками.
Тебе что, ничего не задали?
- Задали, но я подожду папу.
- Ой нет. У папы сегодня
занятия допоздна,
поэтому помогать тебе буду я.
- Мне нравится с ним заниматься.
- Ну мало ли что тебе нравится! Я не
хочу, чтобы вы сидели с папой до ночи
и делали домашку.
Давай доставай учебники.
Маша, будешь сок?
- Да.
- Держи. Оля, тебе.
Там закладка. Двести пятый номер.
- Я, конечно, в математике не очень
сильна, но... Да здесь вообще легко.
Давай.
- Я без него не могу.
- Да все ты можешь.
Все у тебя получится. Все ты можешь.
- Ну я же сказала: не могу!
- Да почему - не могу?
- Потому что у него есть ответы,
а у тебя нет.
- Подожди, папе тебе что,
подсказывает правильные ответы?
- Нет. Просто, когда я с папой
решаю задачи,
я вижу цифры и записываю их.
- О боже...
А со мной ты не видишь цифры?
- Вижу, но это какие-то другие цифры.
И буквы.
А букв при умножении
быть не может.
- Дай-ка, пожалуйста.
Запиши, что ты видишь.
- "К 267.
АР 298".
Вот.
- Оля, последи за Дашей,
мне нужно позвонить.
- А как же домашка?
- Сама, сама. - Сама?
(Звонит телефон.)
- Олег? Привет, это Аня Островская.
Да, та самая.
Мне нужно срочно пробить один номер.
- Какой-то злодей подрезал тебя
на дороге, и ты хочешь,
чтобы я его наказал?
- Да нет, просто я хочу знать,
кому он принадлежит.
"К 267 АР 298".
- 298-ой регион? Ты уверена?
- Да.
- Разочарую тебя: такого региона нет.
- В смысле?
- Ну так.
Количество автомобильных номеров
с одним и тем же регионом -
чуть больше одного миллиона
семисот тысяч.
Когда они заканчиваются,
к региону добавляется одна цифра.
Был 98-й - стал 198-й.
Потом уже 298 и так далее.
Ну так вот, серия "198"
появилась примерно два года назад.
Ее будут давай еще лет десять.
Алло, ты там?
(Сигнал входящего звонка.)
- Ой! У меня вторая линия.
Спасибо тебе большое!
Да, Женя, привет.
- Привет, милая.
Машину твою в сервис отогнал.
- Прости меня, я плохой водитель.
- Да ладно, все нормально. Фару,
сказали, починят через два часа.
Вы как? Сделали с Олькой домашку?
- Не совсем. Еще сидим.
- Задачи за 4-й класс не должны
занимать у нее больше 5 минут.
- Женя, у нас замечательная дочь.
Очень умная и очень талантливая.
Но ты ошибаешься.
- Что, она пошла не в меня?
- Она просто считывает
правильные ответы у тебя в голове.
Возможно, она тоже... медиум.
- Я что-то такое предполагал.
Уж очень легко ей далась геометрия.
- Приезжай скорей. Нам надо решить,
что делать.
- Да. Хорошо.
- Я не сказал, что она ненормальная.
Я просто не хочу,
чтобы она просыпалась ночью
от криков - так же, как и ты.
- А с чего ты взял,
что так и будет?
Я лично в детстве
никаких мертвецов не видела.
- Но ты же не будешь спорить,
что этот талант обременителен?
Просто я правда очень переживаю.
Женя...
А-а!
(Напряженная музыка.)
- Не спится?
- Нет, заснуть легко -
проблема в пробуждении:
это может свести с ума.
- А, вот как?
- Да, жаль.
И еще, я боялась делать тест:
я боялась, что беременна;
я боялась, что нет;
я боялась остаться без работы;
я боялась остаться без сына,
ну, или без четвертой дочки.
Но, мне кажется, как бы ни сложилось,
я в любом случае осталась недовольна.
- Знаешь, у нас ведь есть уже
три замечательные дочки.
Даже если они все пойдут в тебя,
они не перестанут быть
прекрасными и замечательными.
- Извините. Анна Борисовна!
Анна Борисовна, извините,
здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Можно с вами поговорить?
- А кто вы?
- Вы разве меня не знаете? - Нет.
- Но о моих отношениях с Сережей
вы знаете, Анна Борисовна.
- С каким Сережей?
- Сергей Андреевич,
учитель математики вашей дочери.
Я работаю в этой же школе,
преподаю литературу.
- А, кажется, я начинаю понимать.
- Он рассказал мне о вашем разговоре.
Вы понимаете, после того
как вы с ним поговорили,
он был очень подавлен.
Я никогда его таким не видела.
Он думает, что директор откуда-то
узнал о наших отношениях.
Он всю ночь не спал, думал, гадал,
кто мог ему об этом сказать?
- Я не понимаю,
что вы от меня хотите?
- Я прошу вас, пожалуйста,
в школе никто не должен знать
о наших отношениях.
- Боже, я не собиралась
никому ничего рассказывать.
Не волнуйтесь,
никто ничего не узнает.
- Спасибо, Анна Борисовна.
И Сергей просил передать,
что теперь у вашей дочери
по математике будут
только хорошие оценки.
- Я не знаю, что он имел в виду,
но я хочу, чтобы моя дочь
честно заработала каждую пятерку.
Вот так ему и передайте.
А если он не поймет,
то я действительно буду жаловаться.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Здрасте. Можно?
- Проходите.
Анна Борисовна, мы получили рапорт
старшего сотрудника ДПС Круглова.
Да, должна вам сказать,
что противоправные действия
наших сотрудников -
это повод для увольнения.
- Извините, пожалуйста,
я не знаю, что на меня нашло.
- Если бы этот Антонюк
выдвинул иск против вас,
то дело было бы решено уже сегодня.
Ну, а так как он претензий не имеет,
объявляю вам устный выговор.
- Ой, спасибо вам большое.
Я обещаю: такого больше
не повторится.
- Ну чего, как ты? Какой срок?
- А, да никакой. Ложная тревога.
- Жаль.
Ну...
Ой, а моя дочь внуков мне,
наверное, уже и не подарит.
- Да подарит.
До точно подарит. Одного.
Ой, нет, двух.
Ну, пойду я, да?
- Ладно.
- Двух мальчиков.
- Так я же внучку хотела.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Можно? - Да.
- Я хотела извиниться.
- За что?
- За свое поведение.
Я вела себя как ненормальная,
преследовала вашего героя,
разбила ему машину.
Вы что, еще не в курсе?
- Я еще не в курсе.
- В общем, я ошиблась.
Вот.
- Ну, я рад это слышать.
Потому что я проверил
Аксинью Кострюкову через загс,
и знаешь, кто это оказался?
Одиннадцатилетняя девочка,
которую никто не похищал.
Надеюсь, теперь ты успокоишься?
- Вы нашли ее?!
А контакт у вас есть?
- Не успокоишься, да?
- Я не поняла,
вы не из школы, что ли?
Михалыч, отвернись, чего смотришь!
- Я хотела поговорить с вами
о вашей дочери.
Возможно, вы меня сочтете
за сумасшедшую,
но я должна рассказать
одну страшную историю.
- Какую историю?
- Через 10 лет
одна очень красивая девушка
с рыжими волосами
будет учиться в музыкальном училище.
Однажды днем или вечером
она будет стоять на остановке
с гитарой и чемоданом,
к ней подойдет человек
и предложит ее подвезти.
Он вызовет у нее доверие,
покажется абсолютно безопасным -
и напрасно, это не так.
Она сядет к нему в машину,
он предложит ей бутылку воды,
и после нескольких глотков она уснет,
а проснется только в клетке.
Но она может спастись. Она не должна
садиться в эту машину, понимаете?
Она должна бороться изо всех сил.
Вы должны научить дочь защищать себя.
Вот. Это школа самообороны
для девочек.
Самая лучшая, я проверила.
Вы должны ее туда записать.
- Хорошо школу рекламируешь.
Хочешь, чтобы я заплатила
за год вперед,
пока у вас там скидки, да?
- Да нет!
- Деньги где я возьму?
И так еле-еле концы с концами сводим.
- Подождите...
Вот.
- Что?..
- Вот, возьмите сколько есть,
только, пожалуйста,
научите дочь защищать себя.
Прошу вас.
Ой!
Никогда не сдавайся,
ни при каких обстоятельствах.
Поняла? Тогда будешь жить
долго и счастливо.
Ну все, все, беги к маме.
(Напряженная музыка.)
(Стук в дверь.)
- Да.
- Андрей Иванович, вы просили.
Я пойду?
- Нет.
Я тебя позвал для разговора.
- С ним?
- Да, с ним.
Господа, я вас собрал для того,
чтобы вы сейчас здесь
выяснили свои отношения.
До тех пор, пока вы их не выясните,
никто из кабинета не выйдет.
- Почему вы так поступаете со мной,
обвиняете меня в каком-то убийстве?
Вы понимаете, что оскорбляете меня?
- Я говорю правду.
- А вы ненормальная, да?
Как мне вам втолковать,
что я никогда никого не убивал?
- Не убивали, но убьете.
Через 10 лет.
- А откуда вы это знаете?
Я никому никогда не причинял
никакого зла.
Вы можете спросить у кого угодно.
С какой стати мне начинать убивать?
- Я не знаю.
Может быть, кто-нибудь
разобьет вам сердце.
Или, может быть, кто-то
обидит вас так сильно,
что вы захотите отомстить.
Я не знаю, почему люди
доходят до этой черты,
а потом ее переступают.
Слушайте, а вы же уже об этом думали,
как все это произойдет,
что вы будете делать,
что вы будете чувствовать
в этот момент.
Я знаю, кто вы.
Вы страшный человек, вы убийца.
Вы маньяк!
- А вы - прорицательница!
И вы ошибаетесь.
- Мне очень хотелось бы ошибаться.
- Да? И что мне для этого сделать?
- Пообещайте, что мы с вами
больше никогда не увидимся
и мне никогда не придется
раскрывать ваши преступления.
- Это все? Вы оставите меня в покое?
- Я никогда не оставлю вас в покое.
- Угу.
- Никогда! Если я узнаю,
что пропала какая-нибудь девочка
или женщина, или нашли труп в лесу,
то знайте, что вы всегда будете
первым подозреваемым.
Я оставлю метку на вас во всех
базах данных насильников и маньяков.
- Ты мне угрожаешь.
А давайте мы с вами предположим,
что я все-таки стану убийцей.
Мы только это предположим.
Но ведь сейчас здесь, в этой комнате,
я еще никого не убил.
Как вы можете меня винить в том,
что я еще не совершил?
Презумпция невиновности.
- Да, может быть, вы и правы.
- Вы ошибаетесь насчет меня.
Спасибо, что поняли это.
- Я очень на это надеюсь.

Серия 7

- Женя! Женя!
Женя, дай руку.
Женя! Женя, помоги!
Спасибо большое.
- Отдай, она моя!
- Мне ее раньше подарили!
- Потом она перешла ко мне,
мама сказала!
- А ты у меня ее не просила -
значит, она моя!
- Нет, моя! - Да отпусти ты,
сейчас сломаешь, дура!
- Мама, Оля опять издевается!
- Так, девочки,
почему до сих пор не оделись?
Опоздаете. Ну-ка быстро одевайтесь,
давайте.
Аня, чего сидим?
- Ой, извини.
- Девчонки еще не собрались.
Вы хотите к первому уроку опоздать?
Они дерутся из-за какой-то
старой куклы.
Да что с тобой?
Ты в таком состоянии
сможешь за руль сесть?
- А?
- Алло, гараж!
Ты меня везешь. Помнишь,
мы с тобой договаривались?
У меня сегодня юбилей кафедры.
- Точно! Прости, я забыла.
Девочки! Девочки, собирайтесь,
а то опоздаем.
Так, еще не одеты.
- Что такое?
- Оля, быстро найди ботиночки.
- Пусть Машка ищет, я вчера искала.
- Я кому сказала!
- Та-та-та!
- Так, будешь в углу стоять вечером.
- Мама, так нечестно! Мама, скажи ей!
- Аня, ну зачем ты так?
- Женя, а ты не поддавайся
на их манипуляции. Лучше помоги мне.
Оля, одевай Дашу.
- Ты, конечно, удивительная мать:
то летаешь где-то в облаках,
то опускаешься до шантажа и угроз.
- Мне приснился сон.
- Ничего себе, неожиданно.
Ладно, прости, что там было?
- Там девушка покончила
жизнь самоубийством,
прыгнула с обрыва,
но никто не знает где,
поэтому мне и снился этот сон.
- Понятно.
- Что понятно?
- Понятно, что ничего не понятно.
- Ладно, все, давай собираться,
а то опять встанем на переезде
и везде опоздаем.
- А потусторонние силы тебе могут
расчищать маршрут, чтобы без пробок?
Может быть,
как-то сообщишь им об этом?
- Не смешно.
- Я не смеюсь.
- Так, вперед.
- Кто готов?
- Застегни, пожалуйста.
- Давай. - Я готова!
- Давай, все, беги вниз. Спускайся.
- Ботинки берем. Ботинки.
- Все, давайте.
- Ага.
- Спасибо, что подвезли.
Люблю вас всех.
- Ой, дай, пожалуйста, наличные:
мне на рынок нужно.
Кстати, могу тебя сегодня
забрать в семь часов,
если, конечно, ваш сабантуй
не продлится до утра.
- Ой, это отлично. Юбиляру 85,
поэтому я уверен,
что танцев допоздна не будет.
У меня только три тысячи.
- Папа, пока.
- Пока, пока.
- Мама, а можно я пересяду
на папино место?
- Нельзя! Ты еще маленькая!
- Так, все. - Заткнись, а!
- Сама заткнись!
- Девочки, прекратите.
Оля, садись на папино место.
Маша, ты почему отстегнулась?
Женя, Женя, пожалуйста,
пристегни ее, а.
- Сядь на место.
- Подвинешь меня?
- Сейчас пристегну.
Женя, помоги, пожалуйста.
- Сейчас.
Так, ты пристегнута, все.
- Женя! Женя, не могу.
- Давай.
- О, Островский!
Это все, что ли, твои красотки?
Слава богу, пошли в мать.
- Аня, познакомься: это Борис,
я тебе о нем рассказывал.
- Привет. Наслышан о вас.
- Пульса нет. Реанимация.
Время смерти - 14:30.
- Он вам, наверное,
все уши про меня прожужжал.
Ну ладно, я буду наверху
в своей келье.
Приятно познакомиться, Аня.
- Взаимно.
Неплохой парень.
- Неплохой парень?
У тебя странный взгляд.
- Что?
Нет, нормальный взгляд.
Ну все, нам пора ехать.
- Все, пока. Пока всем.
- Пока, папа. - Пока.
- Пока-пока.
- Здрасте.
- Здрасте.
- Хвала господу за еду и секс.
Как он все это придумал?
- Лучше бы он придумал
умных студентов.
Какая-то катастрофа: две тройки
на группу, остальные - незачет.
- Относись проще. Умных людей
на свете вообще раз-два и обчелся:
ты да я.
- Ну да.
Что с тобой, Боря?
- Пора переходить
на здоровое питание.
- Да. Да, только вот вышел.
- Извините, пожалуйста,
а вы не подскажете,
где здесь доки?
- Доки? Туда.
- Спасибо.
- Я очень тебя люблю, конечно.
- В принципе, вы свободны.
Официальное опознание
проведут родственники.
- Хорошо.
- Здравствуйте. Вам должны были
звонить родители из Владивостока.
Они не могут приехать,
поэтому меня попросили.
- Вы родственник?
- Можно и так сказать.
- А вы что здесь делаете?
- Я нашла тело.
Не буду мешать вам и вашему клиенту.
- Угу.
- Соболезную.
- Мне нужно пять минут,
чтобы оформить бумаги.
Вы можете подождать снаружи.
- Можно вас на минуту?
- Папа!
- Подожди, Игорь.
Что вы здесь делаете?
Что, черт побери, происходит
и что вам от меня нужно?
- Ничего.
Нашей встрече я удивлена
не меньше вашего.
- Не надо держать меня за дурака.
Я двадцать лет в этой системе.
Я не знаю, какие игры вы там затеяли,
но я это выясню.
А если вы вздумаете достать меня
через моего сына,
я вас уничтожу.
- Перестаньте мне угрожать.
- Отец, хватит.
- Ладно, пойдем.
Я предупредил.
- Извините.
- А где твой-то?
- Ученики у него.
Мы же строимся.
Пойду.
- Мальчики, а добавки не хотите?
- Нет-нет, я уже наелся.
- А я буду. Мне вот этот кусочек,
пожирнее.
- Вот этот, да?
- Жирный кусочек!
- Обалденное мясо.
- Спасибо.
- Еще по одной?
- Нет. Ты знаешь, мне кажется,
что уже хватит.
- Мне кажется, что сейчас
говоришь не ты, а твоя жена.
- При чем здесь моя жена?
- Старик, буду с тобой откровенен.
Она гораздо сильнее, чем ты,
как личность.
Почему она тебя выбрала - вот вопрос.
- А вот тебе ответ:
потому что я особенный.
- А вот это слова настоящего мужчины.
- Мне кажется, надо закругляться.
Вот-вот, все. Действительно,
нет, правда хватит.
Все, до свидания, всего доброго.
Хорошо вам потанцевать.
Хорошего вечера.
- О, я вижу, вечеринка
удалась на славу.
- Да. Ты, кстати, очень понравилась
моему коллеге Борису.
- Правда?
- Да. Я могу его за это даже убить.
- Ну, не смешно.
- Почему?
Мне кажется, у меня
хорошее чувство юмора.
Это что такое?
- Ширма твоего папы.
Ее привезли из мастерской.
По-моему, даже неплохо
отреставрировали.
- Да. А у вас как дела?
Вы что делали вечером?
- Оля опять поссорилась
с Машкой из-за куклы -
надо им покупать вторую.
- Да? А потом Дашке третью.
Нет, лучше ее выкинуть,
чтобы больше не было конфликтов.
- Еще чего!
Это очень хорошая кукла.
- Ну, я не знаю. Я хочу спать.
- Милый, я должна тебе
кое-что сказать.
- Я не уверен, что хочу сейчас
это слышать.
- Это касается не тебя,
это касается Бориса.
У него очень плохо со здоровьем.
- Ты о чем?
- У него больное сердце,
и оно скоро остановится.
- И ты мне сейчас так спокойно
говоришь про это?
- Я так думаю.
- Ты так думаешь?
- Ну, со мной такого
еще никогда не было.
И я целый день думала,
говорить тебе или нет.
- И что мне сейчас делать
с этим знанием?
- Я не знаю. Направь его к врачу.
- Зачем? Если ты права, то, чтобы я
ни делал, это ничего не изменит.
А если ты ошибаешься,
то я не хочу выглядеть идиотом.
Как, ты думаешь, я скажу ему
про его смерть? Как?
- Я не знаю. Возможно, я ошибаюсь.
- А если ты не ошибаешься?
- Чего ты на меня злишься?
- Ну, потому что... потому что мне
прекрасно было без этой информации,
а сейчас я просто не могу
остаться равнодушным.
- Извини, что я усложняю тебе жизнь.
- Ну, прости, пожалуйста.
Прости, ну.
Ну, ты взяла его за руку - и что?
- И я увидела: он лежал в больнице,
на нем была спортивная футболка,
и он был мертв.
- А что за футболка?
- Вашего института.
На ней было написано:
"Волейбольный клуб "Интеграл".
У вас есть волейбольный клуб?
У них есть футболки?
- Я тебе что, рассказывал
когда-нибудь про волейбольный клуб?
- Нет, но я говорю то, что видела.
- Вот, у нас нету никакой футболки,
никакого клуба -
значит, чем заканчивается твоя
история? Правильно: Боря будет жить.
Спокойной ночи, мой дорогой медиум.
О господи!
- Зачем я ему сказала? Вот зачем?!
Дура.
- Никогда не понимал,
что мой сын в тебе нашел.
- Петр Григорьевич,
вы-то что здесь делаете?
- То, что и все: общаюсь с тобой.
Меня же, кроме тебя, больше никто
не видит и не слышит.
- И что вы от меня хотите?
- Ничего особенного.
Просто поболтать.
Ты даже не представляешь,
какая там скука смертная.
Поболтаем, я тебя успокою.
Ты правильно все сделала.
И Женьке, может, на пользу пойдет.
- Какая уж тут польза.
- Да уж такая польза: может быть,
он тебя понимать получше научится.
- Дай бог.
- Дай бог.
- Аня, успокойся, это суицид.
У нас нет убийства,
дело даже не к нам попадает.
Нет нужды волноваться.
Вот это срочно отправь.
Так, вот это забери. Вот это тоже.
Не забудь!
- Почему вы меня не слушаете?
Она продолжает мне сниться.
- И что?
- А то!
Это значит, что она хочет
мне что-то сказать.
Может быть, ее довели
до этого самоубийства.
Статья такая у вас есть?
- У нас есть любая статья.
У тебя доказательства есть,
что ее довели до самоубийства?
Ну, вот конкретное что-нибудь.
- Послушайте, я вам говорю,
что она снится мне снова!
И вот за минуту до того,
как она прыгнула с этого края дока,
отъехала машина,
и она мне показывала на колеса,
следы от колес.
- Ну?
- Ну, там же были эти ваши как их...
эксперты, вот.
- Ну, эксперты.
Ну есть у нас следы от колес -
что нам это дает? Вот что?
Вот если бы тебе приснилась бы марка
автомобиля, а лучше бы его номер,
вот это было бы что-то.
- Я вам говорю то, что видела.
- Ну ладно, я вызову этого Игоря.
Надо с чего-то начинать.
- Игорь, вот экспертиза установила,
что смерть Соколовой
наступила между двенадцатью
и тремя часами дня.
Вот это распечатка звонков
с ее телефона.
Здесь видно, что последний разговор
у нее был с тобой.
- Да, мы говорили,
было где-то половина первого.
Мы разговаривали минут десять.
- Когда она позвонила,
она уже была там?
- Я не знаю, она мне не сказала.
- Полицейским ты сказал, что ты весь
день провел дома, смотрел телевизор.
Кто-нибудь это подтвердить может?
- Да, мои друзья.
Мы футбол смотрели.
Могу назвать имена, если хотите.
- Да, конечно.
Просто нам хочется разобраться,
что же случилось на самом деле.
- Мне тоже.
Я до сих пор не могу поверить, что
она покончила жизнь самоубийством.
- И вот.
- Это что?
- Это фотография отпечатка протектора
с места происшествия.
Игорь, для того чтобы полностью
исключить тебя
из числа подозреваемых,
я прошу тебя дать разрешение
на осмотр твоего автомобиля.
Мы сравним рисунки протектора с фото
и возьмем пробы грунта с колес.
- Ни в коем случае.
- То есть вы считаете,
что это я сделал?
- Нет, просто нужно
проверить все версии.
Потом, у нас есть основания полагать,
что ее довели до самоубийства.
- Я не позволю осматривать машину
без постановления суда.
- Смотрите. Делайте, что нужно.
- Я же сказал: сначала постановление.
- Виктор, ну перестань,
это простая формальность.
Я абсолютно уверен,
что Игорь здесь ни при чем.
- Ты знаешь не хуже меня,
что никто, ни один судья,
не подпишет тебе это постановление,
потому что у тебя нет никаких причин
подозревать моего сына
в причастности к смерти этой девицы.
Она была ненормальная,
из неблагополучной семьи -
в мозгах переклинило что-то,
и она решила свести счеты
со своей никчемной жизнью.
- Папа, прекрати, пожалуйста.
Не называй ее так. Я ее любил,
и ее жизнь не была никчемной.
Я понимаю, ты хочешь меня защитить,
но не делай это таким образом.
- Хорошо, прости. Прости, Игорь,
этим ты можешь себе навредить.
- Мне нечего скрывать.
- Спасибо.
- Он так заботится о своем сыне,
этот адвокат.
- Это не сын - это его пасынок.
- Правда?!
- Вообще, Добужинский - человек
широко известный в узких кругах,
особенно своими любовными скандалами.
Он женат был раза три или четыре,
я уже не помню.
Этот парень - сын его последней жены,
с которой он тоже, кстати,
развелся со скандалом.
- Почему?
- Застукала его с кем-то. Измена.
- Понятно.
- Она умерла,
довольно быстро сгорела от рака,
а Добужинский оформил опеку
над парнем.
- Не знала.
Поступил как настоящий мужчина.
- А ты думала, он конченый мерзавец?
Нет, таких людей не бывает.
В человеке пополам
и хорошего и плохого,
только одному удается
раскрыть хорошую сторону,
а другому - плохую.
А вот почему это происходит,
я не знаю. Спасибо.
- Здравствуйте.
- Добрый день. - Здравствуйте.
- Здравствуйте. Пока.
- Пока.
(Тревожная музыка.)
- Привет. Как ты после вчерашнего?
А мы до утра гудели.
По лицу вижу, что не очень.
- Это что?
- Собираю волейбольную команду.
Мы с Лукьяновым поспорили,
что я за неделю соберу команду.
Вот, футболочки с утра уже забрал.
- Я тебе должен кое-что сказать.
- На всякий случай:
меня интересуют только женщины,
альтернатив не приемлю.
- Послушай, я никогда никому
это не говорил...
Моя жена...
Помнишь, я тебе вчера сказал,
что я особенный?
Я предвижу будущее.
Об этом никто не знает, только ты.
- Женя, мы не так много вчера выпили.
- У меня было видение, сон:
ты был в этой майке, умирал,
у тебя был инфаркт.
Так что сделай для меня одолжение:
можешь сходить к врачу прямо сейчас?
Я тебя отвезу.
- Это уже не смешно.
- Вставай, поехали.
- Убери руки!
- Послушай, ну что такого,
просто сходим вместе к врачу - и все!
- Никуда я не пойду.
И перестань на меня так смотреть.
Если кому и надо обратиться
к доктору, так это тебе.
- Поверь мне, пожалуйста.
- И не надейся.
- Они вот-вот подъедут.
- Что-то я запуталась.
- Ну, началось!
- Я знаю, что он
не толкал ее с обрыва.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Извините, что задержались. Садись.
Игорь организовывал поминки.
Представляете, ее родители
даже не соизволили приехать.
Бедная девочка. Ну, зачем вызывали?
- Игорь, у нас тут возникла
небольшая проблема.
Мы сделали экспертизу, и результаты
оказались положительными:
следы колес полностью совпадают.
- Но это невозможно: я же был дома.
- Но вот и проба грунта
с места происшествия
идентична почве на колесах.
- Ну, значит, тест неверный,
сделайте другой.
- Виктор, ну послушай...
- Нет, это ты послушай меня.
На каждого эксперта,
получающего нищенскую зарплату
в вашей занюханной лаборатории,
я найду десяток независимых
высокооплачиваемых специалистов,
которые разнесут
вашу так называемую экспертизу
в пух и прах. Вы этого хотите?
- Игорь, ты понял, что я тебе сказал?
- Секунду!
Я не давал разрешение
допрашивать моего сына.
- Твой сын вполне себе
совершеннолетний человек,
и нам твоего разрешения не требуется.
- Да, мы разговаривали с Лерой.
У вас же все это зафиксировано,
вы звонили в телефонную компанию.
Все есть.
- Ну правильно. Но это только
доказывает факт разговора с ней.
Ты где находился в это время?
- Как "где"?
Дома с друзьями смотрел футбол.
Я же вам сказал, назвал их имена.
Вы их спросили?
- Мы спросили.
Но это никак не исключает
факт присутствия
твоего автомобиля возле дока.
Если бы ты как-нибудь мог доказать,
что ты кому-то дал автомобиль,
кто-то воспользовался им,
это многое прояснило бы.
- Мы закончили.
Пойдем, Игорь.
- Господин Добужинский!
- Да?
- Вы ничего не хотите добавить?
- Разве вы не слышали?
Я сказал: беседа окончена.
Мой клиент ответил
на все ваши вопросы.
Если вы хотите выдвинуть обвинение -
правда, я не понимаю в чем, -
у вас должно быть постановление суда.
Оно у вас есть?
Его нет. До свидания.
- Я не вашего сына спрашиваю, а вас.
Вы знаете, кто был в машине.
Игорь, ваш отчим сказал,
что у него сел аккумулятор в машине,
и воспользовался вашей.
- Папа, ты сказал,
что едешь в офис.
- Игорь, молчи. Сейчас не говори
ничего, ни слова не говори.
- То есть это правда?
- Мне нужно наедине переговорить
с моим сыном.
- Подожди...
- Я вернусь и расскажу вам все,
что я знаю о смерти Леры.
Пойдем.
- Я познакомился с Лерой
как-то вечером в баре.
Есть бар недалеко от офиса,
я иногда захожу туда.
Она сама ко мне подошла.
Ну, купил ей выпить, разговорились.
- У вас близкие отношения были с ней?
- Да, да. Но я понятия не имел,
что она дружит с моим сыном.
Через три дня
она мне позвонила и сказала,
что все это время знала, кто я,
заранее все спланировала
и даже записала
нашу встречу на диктофон.
И сказала, что, если я не дам ей
15 тысяч долларов,
она передаст эту запись Игорю.
- Когда она потребовала деньги?
- В пятницу. Дала мне сутки,
чтобы я успел собрать всю сумму.
Поверьте мне,
мой приемный сын ни в чем,
абсолютно ни в чем не виноват.
Он понятия не имел,
что это за женщина,
и, разумеется,
не знал о наших с ней отношениях.
- Понятно. Потом наступила суббота.
- Да. Как вы понимаете,
я согласился встретиться с Лерой.
Она сама назначила место.
Единственное, чего я хотел, -
это чтобы она навсегда исчезла
из моей жизни,
из жизни моего сына.
Когда я попытался
передать ей наличные,
она отказалась отдавать мне запись.
Вдруг сказала, что передумала,
что деньги ей не нужны, -
она все равно все расскажет Игорю.
- Может быть,
она хотела еще больше денег?
- Я сразу ей сказал:
это все, что она от меня получит.
Я ни в коем случае не позволили бы
этой... женщине меня шантажировать.
Ну, разумеется, мы поругались.
Поругались. Больше того,
она набросилась на меня.
Вот, до сих пор осталось.
Я еще какое-то время пытался
уговорить ее взять деньги,
а когда понял, что мы не договоримся,
просто уехал.
Я клянусь:
когда я уезжал, она была жива.
И вы мне верите?
- Я вам верю.
(Слышен стук.)
- Доброе утро, милый.
Ты извини, что я вчера
так поздно вернулась,
но... но ты не поверишь.
- Я ничего не хочу слышать.
- Ты что?
- Я вчера сказал Борису,
доктору физико-математических наук,
человеку, с которым я работаю
долгие годы, умнейшему человеку,
человеку, которого я безмерно уважаю,
который до вчерашнего дня
уважал меня,
что я, Евгений Островский,
предвижу будущее.
- И?
- И что его дни сочтены.
- Понятно. Он пошел к врачу?
- Угу. Он послал меня,
перед тем как выбежать из кабинета,
полный злобы и негодования.
- Теперь ты меня понимаешь.
- Ну что мне делать?
Смотреть, как он умирает от инфаркта?
Будущее можно как-то изменить?
- Но ты же сам всегда говорил,
что будущего нет.
Это просто совокупность возможностей.
Нельзя изменить то,
чего не существует.
- Да, только пока это тебя
не касается лично.
Все это кажется уже
совсем неправильным.
- А что такое?
Я только хотела записаться.
- Тренировок не будет.
- Почему?
- Потому что тренер заболел.
Все. Все.
- Будьте добры, подписи здесь,
здесь и вот здесь. - Благодарю вас.
- Извините, мы опоздали.
- Ничего страшного.
Как раз передаю дела фирмы
на время следствия.
Оформляю генеральную доверенность
на сына.
Контора должна работать.
- Зачем вы так, Виктор Янович?
Мы не собираемся вас задерживать.
- Ой, Андрей Иванович,
боюсь, потом будет поздно.
- Игорь, распишитесь, пожалуйста.
- Игорь, эта доверенность
дает тебе доступ
ко всем делам в моей фирме,
то есть счета, печати, право подписи.
Можешь представлять меня в налоговой,
в компетентных органах.
- Это правда обязательно?
- Я очень на тебя рассчитываю.
Пока я разберусь со всем этим...
- Это суд разберется.
- Спасибо вам, Нестор Иванович,
всего хорошего.
В суде это дело развалится
на первом же слушании.
Меня шантажировала психически
неуравновешенная женщина,
которая со школьных лет состояла
на учете у психиатра
и принимала антидепрессанты.
- Папа, ты опять?
- Прости, Игорь, но сегодня
мне прислали медицинское заключение
из Владивостока.
У нее действительно были проблемы.
Она была склонна к суициду,
постоянно звонила на телефон доверия.
Я тебя понимаю:
она тебе нравилась -
ты этого не замечал.
Игорь...
- Извините! Это правда?
- Нет. Это точно не та Лера,
которую я знал и любил.
- Думаете, она сама прыгнула,
никто ее не доводил?
- Послушайте, я правда не знаю.
Но я точно убежден,
что папа здесь ни причем.
- Женя...
- Боря...
- Ты объяснишь, что это значит?
Твоих рук дело?
- Боря... - Зачем ты сказал,
что секция закрывается?
- Послушай, я подумал, что если никто
не придет к тебе в секцию,
ты бросишь это дело, и все.
- Я уже майки напечатал.
- Я тебе отдам за них деньги.
Сколько они стоят?
- Зачем ты мне мешаешь?
- Я же сказал,
что у тебя будет сердечный приступ.
- Хватит нести чушь.
Ты не врач и не Господь Бог.
Старик, приди в себя.
Заглянуть в будущее ты не можешь.
Это я тебе как доктор наук говорю.
- Да ты доктор упрямства.
Почему просто нельзя
взять и поверить мне на слово,
сходить в больницу на обследование?
- Да я прекрасно себя чувствую
и терпеть не могу больницы.
- Здравствуйте.
- Выйдете и закройте дверь!
- Ладно.
- Спорт тебя убьет.
- Я решил организовать эту секцию,
потому что мой терапевт
посоветовала мне больше двигаться.
По радио: "Результаты опроса людей,
пытавшихся покончить с жизнью,
ошеломляют.
Каждый из них осознал:
любая проблема имеет решение.
Все можно изменить.
Все, но только пока вы живы.
Если вы в отчаянии
или вам не с кем поделиться,
просто позвоните нам.
Вы не одиноки. Мы рядом.
Мы на расстоянии вытянутой руки.
Дотянитесь до телефона
и наберите номер
экстренной психологической помощи.
Мы знаем:
любая жизнь стоит спасения".
(Звонит телефон.)
- Старик, ну извини.
Я это сделал только потому,
что очень за тебя переживаю.
- Женя, помоги.
- Боря! Боря, что с тобой?
Тебе плохо?
Боря, ты где?
- Простите. Инфаркт?
- Еще полчаса - был бы инфаркт,
а так реанимацию вовремя начали.
- Здравствуйте.
Я из Следственного комитета.
Мы расследуем дело
о смерти Валерии Соколовой.
Подскажите, пожалуйста,
могла она вам сюда звонить?
- У нас все звонки анонимные.
Даже если она сюда звонила,
мы имен не спрашиваем.
Извините. - Понятно.
Можно это посмотреть, да?
- Угу.
- А что это за фотографии?
- Мы проводим
группы личностного роста.
Это фотографии
наших выпускников и сотрудников.
- Вот этого человека вы знаете?
- Это Игорь Андреев.
Он у нас иногда дежурит
на телефоне доверия как волонтер.
- Он мог принимать звонки?
- Да.
- Ты не такая, как все.
- Привет. Как ты?
- Врачи сказали, еще немного -
и было бы поздно.
А так - у меня просто небольшая
ишемия миокарда.
Спасибо, что позвонил.
- Да...
- И извини, что я был таким болваном.
- Послушай, как только выздоровеешь,
я первым запишусь
в твою волейбольную секцию.
- Это будет не скоро.
Говорят, мне нужно делать
четырехстороннее шунтирование,
так что я тут надолго.
- Да нет, ты что,
сейчас это все быстро делается.
Ты же знаешь технологии.
Выздоравливай давай.
- Опять плохой сон?
- Нет, нет.
Просто плохое предчувствие.
Чего ты улыбаешься?
- Я про Бориса.
Ну смешно получилось.
Я все боялся ему рассказать
про смертный приговор, а оказалось,
что я... что мы его спасли.
Прости, что был эгоистом.
Ну что ты? Хватит себя накручивать.
То, что этот парень работал
в телефонной службе доверия,
ничего не доказывает.
Его отчим во всем сознался.
И тут нечего раздумывать.
- Да, ты прав.
- Так, теперь ты перестань
быть эгоисткой. Мне надо поспать.
Может, мы еще кого-нибудь спасем.
Мне понравилось.
Давай. Давай спать.
- Воу-воу, аккуратнее.
Скажи, а зачем мы ищем ее телефон?
- Она мне его показывает.
Она мне его постоянно показывает.
- Ну что у вас там?
- Ищем.
- Осторожно.
- Нашел!
- Красава!
- И я нашел!
- Что это?
- Здравствуйте, господа и дамы.
- Здравствуйте.
- Вы сказали, что у вас
хорошая новость. Что произошло?
- Ну, новости есть.
Наши люди ездили в Петровский док,
искали телефон Леры.
Мы его нашли. Еще нашли вот это.
Запись: "Уйди от меня. Вот шлюха!"
- Это ты, Виктор.
- Папа...
- Подожди, подожди, Игорь.
- Дослушай, Игорь, до конца.
Запись: "Уходи. Я не возьму деньги.
Я все равно расскажу ему.
Ты меня не остановишь".
- А это Лера.
Запись: "Не на того напала.
Я тебя, тварь, уничтожу".
- Ну, вы понимаете,
что это было сказано со зла,
что на самом деле я так не думал.
- Ты слушай дальше.
Вот это ты отъезжаешь.
(Звук трогающейся с места машины.)
- А это Лера набирает номер.
(Звук набираемого номера.)
- Когда ты уехал, Лера была жива.
Поэтому мы снимаем с тебя
все обвинения.
- Ох, слава тебе господи!
Честное слово, если бы это произошло
не со мной, никогда бы не поверил.
Диктофон, с помощью которого
она меня шантажировала, помог мне
доказать, что я ее не убивал.
Запись: "Возьми трубку".
- А это Лера звонит вам, Игорь.
Помните? - Да, я прекрасно помню.
Давайте выключим.
- Пожалуйста.
- Ну что же, спасибо. Мы свободны?
- Нет.
- И о чем же еще мы будем говорить?
- О правде.
- Не понял.
- Вы знали, что ваш сын
иногда дежурит на телефоне доверия?
Бесплатно, в качестве волонтера.
- Да, Игорь очень добрый мальчик.
- Но на самом деле у Игоря был план.
Чтобы его осуществить,
ему нужен был человек,
которым можно было бы
манипулировать, - помощник, -
и держать все под контролем.
Поэтому Игорь пошел в центр
психологической поддержки
и стал принимать звонки
от одиноких, отчаявшихся.
И вот, наконец-то позвонила девушка,
которая его полностью устраивала, -
Лера.
- Нет, пожалуйста, не говори так.
Ты не такая, как все.
Лера, мы можем встретиться?
- Она доверилась ему.
И Игорь стал для нее всем.
Она чувствовала себя при нем
особенной.
Наконец-то в этой жизни ее любили.
И после, через несколько месяцев,
он приказал ей
соблазнить своего отчима.
Игорь долго шел к своей цели,
вынашивал этот план.
Ты пригласил друзей.
Удостоверился, что машина отчима
сломана и он возьмет твою.
Приказал Лере не брать деньги
и спровоцировать ссору.
Потом Лера тебе позвонила
и отчиталась.
- Милый, привет, это я.
Да, отчим уехал. Да, записала.
Он дико разозлился.
Думала, меня там убьет.
- И тогда ты отвернулся от нее
и назвал шлюхой.
- Ты зачем так? Ты сам просил,
чтобы я это сделала.
- Ты сказал, что это был тест -
ее проверка не верность.
- Ты что такое говоришь?
Анна: - Ты знал, как сделать
ей больно.
- Ты что говоришь?
- Сказал, что лучше бы
не встречал ее.
Лучше бы ты не брал трубку
и не говорил ей,
что она такая же, как все, дрянь.
- Игорь, я люблю тебя. Пожалуйста,
не бросай меня. Я живу для тебя.
Анна: - Тогда ты сказал,
что лучше бы она умерла.
Ты знал, что она прыгнет.
И ты не ошибся.
- Игорь, вот если бы мы
не вышли на твою машину,
как бы ты подставил отчима?
- Думаю, Игорь решил разыграть целый
спектакль "Я не верю в самоубийство,
мы так любили друг друга",
а потом бы сам подкинул версию
про взрослого любовника. Так, Игорь?
- Это какой-то бред. Зачем мне это?
Отец, а ты чего молчишь?
- Доверенность. Тебе нужна была
генеральная доверенность.
- Ну конечно.
Пока бы тебя раскручивали
по поводу доведения до самоубийства,
он бы пользовался твоими деньгами.
- И судя по всему, Игорь рассчитывал
не на эту статью.
Он плавно бы подтолкнул нас к мысли
об убийстве Леры.
- Виктор, мне очень жаль.
- Игорь, ну зачем?
- Я просто хотел отомстить тебе
за мать, которую ты довел до могилы
своими изменами.
- Но ведь я дал тебе все.
Я считал тебя своим сыном.
- О как.
- Молодой человек...
Молодой человек, у нас есть
постановление на ваш арест.
- Да. Долго будете доказывать.
А даже если докажете,
я же ее не убивал.
Вы можете меня обвинить в шантаже,
но и только.
А отчим не может свидетельствовать
против меня.
- Это так.
Но все равно я постараюсь
твою жизнь превратить в сущий ад,
так что ты сам захочешь
прыгнуть в пропасть.
- Я требую адвоката.
- Но ты только что лишился
своего адвоката.
Ну ничего, мы назначим тебе
бесплатного.
- Привет. Ты что здесь сидишь
в темноте?
- Дети спят.
- Смотри, я все-таки ее сломала.
Ну, нечаянно.
- Ну вот, вопрос решился сам собой.
Чему быть, того не миновать.
- А что случилось?
- Борис умер в больнице.
Бляшка размером с кружку.
В крови дошла до самого сердца.
Все-таки умер как ты сказала.
- О боже!
- Ты ведь знала, да? Когда я с утра
сказал, что мы его спасли,
знала, что все бесполезно,
он все равно умрет.
Но мне ничего не сказала.
- Я не знала как. Я не знала когда.
Я просто не хотела тебе делать больно
заранее. Вот и все.
Чему быть, того не миновать.
- Да, вот здесь.
Давай.
Вот теперь мне стало легче.
- Скажи спасибо своему папе. Это он
мне напомнил, что ты любишь волейбол.
Ладно, дальше я сама. Беги.
- Спасибо.

Серия 8

- Давай быстрее, а то не успеем!
- Витя, подожди!
- Ты куда?
- Спи-спи, все хорошо.
- Тебе что, опять
этот дурацкий поезд снился?
- Да.
- Опять голова болит?
- Да я уже привыкла.
Женя, спи, прошу тебя.
Пойду сварю суп, раз уж проснулась.
- Подожди, какой суп?
Ты уже вторую неделю просыпаешься,
тебе снится этот дурацкий поезд,
голова болит. Я, между прочим,
тоже просыпаюсь.
- Женя, прости.
- Да при чем здесь извинения?
Нужно какое-нибудь решение принять,
так больше не может продолжаться.
- Ну хочешь, я пойду спать на диван?
- При чем здесь диван?
- Но ничего другого
я предложить не могу.
- Значит, нужно сходить к врачу.
- Я не пойду к психиатру.
Что я ему скажу?
- Тогда ложись спать.
- Я не усну.
- Все, поворачивайся и ложись спать,
а завтра сходишь хотя бы к терапевту.
Поворачивайся давай.
Все.
- Господи, как же я устала!
- Все, хватит!
- У нее пистолет!
- Тихо, тихо.
Стоп-стоп-стоп!
- О господи!
- Подожди, тихо. Стой-стой-стой!
Тихо! Стоп-стоп-стоп. Тихо, тихо.
Дай-ка мне пистолет.
- Вы полицейский?
- Я полицейский. Что случилось?
- Я убила человека.
- А-а, убила. Все, замечательно.
- Арестуйте меня, пожалуйста.
- Сейчас все сделаем.
Расходитесь.
Пойдем, голубушка, пойдем.
Все, ребята, спасибо.
- К вам Островская.
- Спасибо.
- Добрый день. Прошу вас.
- Здравствуйте.
- Я не могу спать. Каждую ночь
мне снится один и тот же сон,
вот уже две недели.
Он мешает мне работать, жить.
Я не могу спать,
я не могу вообще ничего,
потому что у меня постоянно
болит голова.
- А где вы работаете?
- В Следственном комитете.
- Ух ты! Трупы, кровь, убийства.
- И это тоже.
Но о работе мне говорить нельзя.
- Понимаю.
А что вы, собственно, хотите от меня?
Чтобы этот повторяющийся сон ушел,
или чтобы голова перестала болеть,
или?..
- Дайте мне, пожалуйста, таблетки -
мне просто нужно выспаться, -
и я уйду. - Ну, снотворное
вам может выписать и терапевт.
Но если вы хотите избавиться
от повторяющегося сна,
то таблетки тут не сработают.
- А что же сработает?
- Расскажите о вашем сне.
- Мальчики... мальчики
бегут к рельсам.
- К рельсам?
- Да.
Мчится поезд, товарный, очень быстро.
Платформа и столб. На столбе -
такая старая потертая табличка,
читаются только 5 букв:
З, А, К; О, Н.
Одному мальчику лет восемь,
второму - лет пять.
Он падает и кричит: "Витя!"
Мне это постоянно снится.
Что?
- Меня зовут Виктор.
В детстве я жил в небольшом городке.
Мы с братом как-то заигрались
и опаздывали домой.
И вот чтобы успеть домой,
нужно было успеть на автобус,
а чтобы сесть на автобус, надо было
перейти через железную дорогу.
И мы спешили изо всех сил, бежали.
Вдруг появился поезд, и нужно было
пробежать перед этим поездом.
Брату было 5 лет.
Он упал перед самыми рельсами.
Мой брат - Кирилл Долгушев.
- А что было дальше?
- А что было дальше,
вы прекрасно знаете:
поезд прошел, а Кирилл пропал.
- Нет, я не знала.
- В самом деле?
Вот здесь все описано.
Кто вас на это подбил?
- На что?
Никто меня не подбивал.
Это мой сон,
я его вижу уже две недели.
Бегут два мальчика - и поезд.
Послушайте, видимо, в этом сне
я вижу вас в детстве?
- Я прошу вас уйти немедленно.
- Простите, я вам вначале не сказала:
я медиум, я часто вижу сны.
- Я прошу вас немедленно
покинуть мой кабинет.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
Я тебе зачем день дала?
На плановую диспансеризацию.
А ты чего опять на работе?
- Ненормальная.
- Вот-вот, мне в больнице
то же самое сказали.
- Ну так справку тогда неси -
будем инвалидность оформлять,
льготы какие-то будут. Запишем тебе
как производственную травму.
Дай чай человеку.
- Тебя, кстати,
твой начальник обыскался.
- Жогов?
- Андрей Иванович.
Уже пять раз звонил.
- Зачем?
- Не может без тебя
преступления раскрывать:
раскрывалка не работает.
(Звонит телефон.)
Вот опять.
Да, Андрей Иванович.
Да, подошла. Угу, передам.
Иди - требует.
- Ой!
Спасибо большое.
- Наконец-то. Вовремя.
- Здрасте.
- Что-то выглядишь неважно:
вся зеленая.
- Отличный комплимент.
Девушки такие любят.
- Ну ладно, не обижайся,
я просто волнуюсь за тебя.
- Я просто не выспалась.
- Ты про убийство Антона Фалькова
слышала?
Бизнесмен, владелец сети заправок,
ветеран Афганской войны.
Сегодня в 7:30 получил
две пули в сердце -
убийца сидел на заднем сидении.
- Да, я слышала по радио,
по всем новостям передавали.
- Журналюги нас просто достали,
и наверх требуют отчет.
- Ну и как успехи?
- Успехи такие,
что у нас есть убийца.
Сам пришел в полицию и сдался.
- Так это же отлично.
- Отлично. Только это девушка
семнадцати лет, вот-вот родит.
- А может быть, это не она?
- Да нет, все показывает, что она.
Мы у нее пистолет изъяли,
и баллистическая экспертиза показала,
что из этого оружия Фальков убит.
Да она и сама говорит, что убила.
Нет, я чего-то ей не верю.
Я сейчас пойду допрашивать ее -
она там сидит со своим адвокатом.
Я прошу тебя пойти со мной.
Ты посидишь - я тебя представлю
моей помощницей, -
вопросов задавать не будешь.
- Угу.
- Вот. Последи за ней - ладно? -
поприсматривайся.
Меня очень интересует твое мнение.
Ну, справишься?
- Надеюсь. - Пошли, пошли.
- Пистолет я купила... не скажу где.
- Ну а чего полицию-то
сразу не вызвали?
- Она была в состоянии аффекта.
Видите же, она неважно себя чувствует
на фоне беременности.
- Ну, это да, это ясно.
Просто к вашей истории
столько вопросов!
- Я же говорю,
это была самооборона.
Я просто его припугнуть хотела.
Ну а что мне делать оставалось?
Я любила его, он обещал жениться...
потом послал.
- Опишите, как случилось убийство.
- Как только он узнал,
что я беременна, начал меня избегать.
Я ждала его у машины,
хотела с ним поговорить.
Потом мы сели в машину -
он за руль, я сзади.
Вдруг он накинулся на меня,
начал трясти.
Я стала доставать
пистолет из сумочки,
а потом раздался выстрел.
Я не хотела.
- Подождите, я чего-то...
Как он набросился?
- Слушайте, что вы хотите?
Моя клиентка пришла к вам с повинной,
все вам рассказала. Что вы хотите?
Видите, она не может говорить?
Что же вы за люди такие?!
Издеваться здесь будете, что ли?
- Хорошо...
- Спокойно.
- Ой, простите, пожалуйста!
Я две недели... я не спала...
Я ничем не могу помочь.
- Нет, это просто возмутительно!
- Иваныч, привет.
- О, здорово.
Хорошо, что пришел.
Вася, давай чай!
- Вася, еще доску с ножом захвати.
- Есть!
- Ветчину хорошую принес.
- Да ты что!
- Ну, чего у тебя?
- У меня вот что:
значит, вот это дело
надо раскрыть до конца недели.
Я просил прикрепить тебя
к оперативному сопровождению.
- Это что?
Фальков, Фальков... Это который
заправочный король?
- Так все же знают, что убийца
пришла с повинной прямо сюда, -
кого искать-то?
- Понимаешь,
это все выглядит как хорошо
срежиссированный спектакль.
Нас вроде хотят в чем-то убедить.
Вася, поставь и иди,
ты свободен сегодня.
- Есть!
- Смирнова обманула дважды.
Во-первых, с самообороной.
Во-вторых, я восстановил весь ее путь
от машины убитого до нашей парковки -
а это два квартала, - ее никто
на протяжении этого пути не видел.
Она как будто материализовалась
из воздуха посреди нашего двора.
- Ну, это еще ничего не значит.
Может, вы просто свидетелей не нашли.
- Нашли. Никто ее не видел.
Видели какого-то мужчину
в черной куртке с капюшоном
возле машины убитого.
- Угощайся.
Этого поищем.
- М-м!
Потом телефон Фалькова.
Вот смотри, если Фальков и Смирнова
были любовниками,
то почему в его аппарате
нет ни звонков, ни сообщений от нее?
- Ну, не знаю, это тоже
ничего не значит.
Может, у него был отдельный телефон
для связи со Смирновой? А?
Думаешь, нас разводят?
- Уверен. Так что выясни это.
Только сработай тихо,
не посвящай в это прессу.
И официальная версия -
Смирнова убийца.
- Сделаем.
Шепотом: - Ты проснулась? Молодец.
Оля, Маша... Маша, просыпайтесь,
просыпайтесь.
- Почему ты шепотом говоришь?
- Всем по мороженому, если встанете
и оденетесь тихо, не разбудите маму.
Хорошо?
- Неси шоколадку.
- А в выходные - в кино.
- Хорошо. Если Дашку быстро соберете.
- Ага. Папа, с тобой
приятно иметь дело.
- Одевайтесь.
- Тихо иди, маму разбудишь.
- Стоп, стоп, стоп. Иди сюда.
Ждите меня возле машины.
Я сейчас заберу ключи у мамы. Хорошо?
Держи. Только застегнитесь все.
- Если ты будешь плакать...
- Я все вижу.
Ты хочешь украсть мою помаду?
- Нет. Я забираю твою машину,
повез девчонок в школу.
- Ох, который час, Женя?
Мне же нужно на работу.
- Возьми сегодня отгул. Поднимись
в спальню и поспи нормально.
- Нет-нет. Все в порядке.
- Какое "все в порядке"?!
Ты свои глаза видела?
- Что, все так плохо?
Да. Тебе сегодня на работу
идти не надо.
- Ой... Я думаю, после того,
как я уснула на допросе,
теперь будет запрет в это здание.
- Ну вот, видишь, тем более.
(Звонит телефон.)
Так. Что это за дикость-то -
в восемь утра? Да!
Да, минуточку. Какой-то Долгушев.
Тебе сегодня за руль нельзя. Все.
- Алло?
- Виктор Николаевич, к вам пришли.
Проходите.
- Виктор Николаевич? Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Спасибо что пришли.
Я обдумывал ваши слова и вспомнил,
что в своем сне вы видели на станции
на столбе табличку испорченную.
Там буквы: З, А, К; О, Н.
Я все перепроверил.
Я этого факта нигде не приводил,
в книге этого нет.
Так что примите мои извинения.
- Что вы, что вы, не извиняйтесь.
Вы уже извинились по телефону.
Это я прошу вас о помощи.
Я больше так не могу.
Мне третью неделю
снится этот поезд.
Это какое-то сумасшествие!
Я как зомби.
- Может, мы сможем помочь друг другу?
Если мы будем изучать ваш сон,
может быть, мы поймем его смысл?
- Не знаю, что еще сказать.
Длинный-длинный поезд.
Дети бегут по пыльной дороге.
- Откройте глаза.
Пыльная дорога? Вы уверены?
- Да, старая пыльная дорога.
- Мы выросли в Кольцово.
Городок небольшой, но дороги там были
заасфальтированы. А какое время дня?
- Солнце было - значит,
дневное время.
- Мы с братом бежали домой
в сумерках.
Это был конец длинного летнего дня.
Я совершенно уверен,
потому что плохо было видно.
Может, именно поэтому
брат споткнулся и упал?
- Если это весточка
от вашего брата...
Сколько ему тогда было лет? Лет пять?
Может, он не помнит время суток,
а помнит только пыльную дорогу?
- Может быть.
А я вот все помню до мелочей.
Могу описать оттенок травы
у нас под ногами.
Я до сих пор помню запах наволочки,
в которую я проплакал три дня.
Я все эти годы винил себя в том,
что Кирилл пропал.
Мать от меня отвернулась.
Она тоже считает, что я виноват.
- Ну, она не права.
Вы здесь ни при чем.
- Анна, вы сказали, что вы медиум.
Может, вы как-то посмотрите,
вдруг Кирилл, так сказать...
- Вы хотите, чтобы я вступила
в контакт с Кириллом?
- Я совершенно уверен, что этот ваш
сон - это какая-то весть от брата,
и что неслучайно вы пришли
ко мне, именно ко мне на прием!
- Скажите, есть ли у вас
какие-то вещи Кирилла?
Ну, не знаю, игрушки, книжки, одежда?
- Конечно! Моя мать сделала
из его комнаты мемориал.
Там все, все, все в целости
и сохранности абсолютно.
- ...22.
Меня уже допрашивали.
И про любовницу спрашивали.
Что вам еще от меня нужно?
- Еще один вопрос.
На телефоне вашего мужа,
который хранится у нас в вещдоках,
нет ни одного сообщения от Смирновой.
Мы думаем, для связи с ней
он использовал другой телефон.
Вы что-нибудь знаете об этом?
- Да. Я тут недавно перебирала вещи
Антона и нашла еще один телефон.
- Он что, поехал на встречу
со Смирновой без этого телефона?
- Наверное, просто забыл.
Поймите меня правильно.
Его предательство стало для меня
просто ударом, и я не сдержалась.
- А вы случайно не выкинули его?
- Да нет, я его об стену шваркнула.
И только потом подумала,
что, может, это полиции пригодится.
- Скажите, я могу на него
сейчас взглянуть?
- А, да, конечно.
Принеси, пожалуйста.
- О, работает.
- Они встречались полтора года.
С вами, мужчинами, после сорока
словно что-то происходит.
Все норовите запрыгнуть
в последний вагон,
доказать всем, что вы еще молоды,
сильны и неотразимы.
Новый дом, новая машина, новая жена.
Молодая, улучшенная.
- А он что, хотел жениться на ней?
Как давно вы знали об их отношениях?
- Женщина всегда чувствует,
когда мужчина ей изменяет.
Простите, пожалуйста, мне нехорошо.
Вы все выяснили, что хотели?
- Да. Спасибо большое.
Могу я забрать с собой телефон?
- Да, конечно. Проводи, пожалуйста.
- Всего хорошего.
- Да. До свидания.
- Андрей Иванович? Это не развод.
Смирнова и Фальков
были любовниками полтора года,
так что Смирнова не врет.
Доказательства у меня.
- Тогда это был страшный дефицит.
Я купила этот стол по великому блату.
Думала, время быстро пролетит:
еще года два,
и Кирюша в школу пойдет,
будет тут уроки делать.
Тогда было модно с шести лет
детей отдавать.
- А читать начал с четырех?
- Да.
Он вообще был большой умница.
Из него мог бы получиться
великий ученый или писатель.
А оно вон все как получилось.
Сгинул.
- Мама, успокойся.
- Помолчи! Ты его никогда не любил.
Он тебе всегда мешал,
ты всегда на него злился.
- Анна, что скажете?
- Ничего не чувствую.
- Давайте я вам покажу фотографии.
Кирюшины фотографии.
Может, вы по ним что-то почувствуете?
Вот, вот. Тут ему два годика.
А вот здесь, вот таким
он был, когда... когда...
- А это кто?
- Это? А, это Галина Александровна,
воспитательница из детского сада.
Тетя Галя. Мы очень с ней дружили,
а когда Кирилл пропал,
она тоже вскорости куда-то переехала,
и связь с ней прервалась.
- Какое доброе лицо.
- Да.
Дети очень ее любили, готовы были
за ней хоть на край света.
- Это она увезла вашего ребенка.
- Да, товарищ генерал. Да, два дня.
Нет-нет, не волнуйтесь, не подведем.
Да. Точно. Спасибо.
- Вот вы где! А я вас везде ищу.
- Что случилось?
- Сейчас. Вот. Эта женщина
35 лет назад похитила ребенка.
Ее нужно срочно объявить в розыск.
- Ну хорошо. На следующей неделе
ко мне зайди, пожалуйста.
- Вы меня слышите?
Ее необходимо срочно
объявить в розыск!
- Это случилось 35 лет назад!
Пару дней-то может еще подождать, а?
- Нет, не может!
Потому что из-за таких, как вы,
это дело висит уже 35 лет!
Потому что вы бездействуете
и уклоняетесь от своих
прямых обязанностей.
А у матери украли ребенка!
- Ко мне зайди, пожалуйста.
Садись! Ты что себе позволяешь, а?
- Потому что вы первый начали.
- Значит, как помочь мне разобраться
с убийством Фалькова, ты хвораешь!
- Послушайте, я же вам говорила,
что я сейчас не вижу, не могу.
Ну говорила же!
- Не важно!
А как заниматься своими делами,
которые даже со мной не согласованы,
ты себя прекрасно чувствуешь!
- Да при чем здесь это?
- Да при том,
что меня трясут со всех сторон!
А я должен заниматься поиском
какой-то старушонки,
о которой вообще минимум информации!
- Слушайте, наконец-то я вас застала.
- Да я занят! Вы видите, мы работаем!
- А я что тут, по-вашему, делаю?
Вы мне когда договора подпишите,
которые я вам отдала?
- Ну вы что, не видите, что ли,
что у нас совещание?! - Совещайтесь.
Не обращайте на меня внимание.
Где они? Ну, где?
- Где-то здесь.
- Вот же.
- Аня, я тебя прошу,
попробуй еще раз.
Я не верю, что молодая
семнадцатилетняя беременная девушка
вот так вот хладнокровно расстреляла
отца своего будущего ребенка.
- Ну не вижу я! Ну простите.
- А я сериал сейчас один смотрю,
там похожая история. Там, значит...
- Спасибо вам огромное,
Татьяна Павловна, спасибо.
У вас интересная история,
но сейчас не до вас.
Забирайте документы
и, пожалуйста, идите!..
- Подумаешь.
- Да-да, там одна девушка,
она все скрывала про ребенка.
Он оказался от другого.
- О чем ты?
- Да я про сериал,
я тоже его видела.
А какие у нас есть доказательства,
что Смирнова беременна от Фалькова?
Никаких.
- Подожди, мы же должны были это
в первую очередь проверить.
Как же я сам до этого не допетрил?
- Но вы не виноваты.
На вас все время давят.
Кстати, если на меня давят,
я тоже перестаю что-либо соображать.
- Да, это очень заметно.
Аня, спасибо тебе.
- Это вы Татьяну Павловну
благодарите.
Кстати, она на вас обиделась.
И я на вас тоже обижусь,
если вы не подадите эту женщину
в розыск.
- На, держи, я приготовил тебе
чай с мелиссой
и добавил туда пустырника.
Говорят, это очень успокаивает
и усыпляет.
- Спасибо тебе, дорогой.
- А хочешь, я почитаю
что-нибудь тебе?
Тоже усыпляющее.
- М-м-м!
Что-нибудь из интегрального остатка
Лагранжа?
- Нет, "Анну Каренину" -
там тоже про поезд.
Может, если загрузить тебя
поездами наяву,
они тебе во сне не будут докучать?
- Не смешно.
- Аня, с тобой уже просто невозможно:
ты даже шуток не понимаешь.
- Потому что шутки у тебя дурацкие.
- Спокойной ночи.
(Слышен неразборчивый шепот.)
- Женя, мы проспали! Женя!
Жень, девчонки в школу опоздали
на первый урок.
- Ага, сейчас. Пять минут еще.
- Если еще пять минут,
они опоздают и на второй! Девочки!
Девочки, вставайте, проспали!
Девочки!
(Звонит телефон.)
Да, да, слушаю.
Хорошо, договорились, спасибо.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Можно?
- А, проходи.
Пуговичка на кофточке
застегнута неправильно. Ну?
- Слава богу, что вообще ее надела.
- Привет работникам
мистического фронта.
Ну чего у нас плохого?
- Представляешь,
не могу я провести
тест на отцовство у Смирновой -
по медицинским показаниям.
Надо ждать, пока родит.
- Иваныч, ты все еще думаешь,
что Смирнова не убийца, что ли?
- Нужно ждать, пока родит?
- Ладно, думаю,
до понедельника меня не уволят.
Мы отработали новые версии
с соседями.
Оказалось, что у Смирновой
был ухажер - некто Портнов.
Так вот недавно он купил
дорогой автомобиль. Ты понимаешь?
- Нет.
- Нет...
Я говорю: дорогой автомобиль,
дорогой адвокат. Ну?
Подкупили Смирнову! Уверен.
Она юная, беременная -
защита выстраивает все так,
что это была необходимая оборона.
- Складно.
- Я не понимаю: зачем ей брать
на себя вину? Ее же посадят!
- Ну, посадят. Учитывая ее состояние
и явку с повинной -
посидит она недолго.
- Конечно.
Я уверен, что она по амнистии
вообще выйдет.
Выйдет и будет весьма состоятельной
барышней. Так, Данилов. - Да.
- Надо срочно найти этого Портнова -
и к нам сюда на допрос.
- Будет сделано.
- Давай.
- Ой, а с моим что делом?
- По твоему? А!
По твоему, по твоему... Да!
Значит, Галина Войтенко,
1945 года рождения.
По последнему месту регистрации
проживает в городе Белореченске.
Туда на машине -
часа три-три с половиной.
- Ага! Ой, спасибо вам огромное.
- Да. Только, пожалуйста, не забывай,
что ты действуешь как частное лицо.
- Как частное. Спасибо.
- Вот.
- Ой, извините, простите.
- Ну что, идем?
- Мама, пойдем.
- Господи, у меня сейчас
сердце остановится.
Меня не было с ним все эти годы.
Я его не уберегла,
не спасла, не нашла...
- А если окажется,
что он мертв, что будет?
- Будет хуже,
если мы не узнаем правду:
вы до конца своих дней
будете жить с чувством вины,
мне будут сниться поезда,
а та женщина, которая забрала
Кирилла, останется безнаказанной.
Идемте!
- Идем, мама.
Пойдем-пойдем.
- Извините, пожалуйста. Здравствуйте.
- Что?
- Мы ищем Галину Александровну
Войтенко.
Она была зарегистрирована
в этом доме.
- Нет тут таких.
- Как же нет? Нам в Следственном
комитете дали именно этот адрес.
- Я тут с 2000 года живу -
никаких тут Войтенко нет.
- Скажите, а кто жил до вас
в этом доме?
- Женщина. Аля... Алина.
Фамилию не помню. Чернова, кажется.
- Скажите, скажите, а...
А она с сыном жила -
мальчиком лет двадцати пяти?
- Да нет, она одна жила.
Никого у нее не было.
- Извините, пожалуйста.
- Мама, пойдем, пойдем.
- Подождите секундочку, извините.
- Что еще?
- А вы не подскажите: этой Алине
сколько могло быть в 2000 году?
- Так, слушайте,
она вот только на пенсию вышла -
значит, получается пятьдесят пять.
- Ага, спасибо большое.
Вы поняли? Она была здесь -
эта Алина, Галина - в 2000 году
она вышла на пенсию.
Фамилию могла поменять. Все сходится.
- Анна, довольно.
Мы совершили большую ошибку,
что послушали вас.
Не стоило ворошить прошлое.
- Мама, успокойся.
- Нужно продолжать искать.
Я могу поговорить у себя
в Следственном комитете, нам помогут.
- Зря вы подарили нам надежду -
это очень жестоко с вашей стороны.
Виктор, поехали! - Вы извините,
пожалуйста, мама расстроена.
- Я понимаю. Извините.
- Хорошо, хорошо.
Печень, голова. Отлично.
Вам чего? - Здрасте.
Мне Владимир Портнов нужен.
- На ринге работает.
- Который?
- В белом.
- Спасибо.
Эй, хорош!
Владимир Портнов?
- А ты кто?
- Оперуполномоченный Данилов.
Надо поговорить.
- На какую тему?
- Пойдем в тихое место отойдем.
- Спокойно!
На пол! Все - на пол! Пушку брось!
- Сам брось.
- Пушку брось быстро!
- Бросай или убью.
- Спокойно, спокойно.
- Отошел от него.
- Отхожу.
Все в порядке?
- Нам Портнов так нужен был живым!
- Ну прости. Я применил оружие
обоснованно.
- Теперь отстранят тебя
на период проверки.
Ну, спасибо, брат, ты мне,
конечно, очень удружил.
- Да что тут проверять?
Все было в рамках закона.
Он взял заложника. Иваныч,
я подчинился его требованиям -
я отбросил пистолет!
Он первым открыл огонь,
поставил жизнь заложника
и окружающих под угрозу.
Я действовал по обстоятельствам.
- Ладно, ладно.
Давай думать, как без Портнова
доказать, что Смирнова лжет.
- Давай думать.
- Ну же, давай. Почему ты молчишь?
- Ой... Долго еще?
- Пока хоть что-нибудь не скажет.
Давай же, отвечай, ну!
- А если не ответит?
- Обязательно ответит.
Должен ответить.
(Слышен шум.)
- Девочки, пожалуйста,
я вас очень прошу!
Слушай, сегодня выходной.
Вчера ты работала, сегодня идет
дождь. Видишь, девочки с ума сходят?
Ну давай их хотя бы в кино сводим?
Я договорюсь с этой соседкой
по поводу Дашки.
- Жень, идите, пожалуйста, без меня.
- Так, хватит пялиться
на эти игрушки целый день!
Надо хотя бы и о семье подумать.
Ночью можешь играть тут хоть
в солдатиков - все равно не спишь.
Давай собирайся. Девочки, мама
предложила пойти всем вместе в кино!
- Тихо вы там, не беситесь!
- А ну прекрати, пожалуйста.
- Что?
- Кино еще не началось,
а ты уже смотришь на часы.
- Не ешь мой попкорн. Пап, скажи ей!
- Ты у меня тоже брала,
когда мы сюда шли.
- Так, девочки, успокоились.
Уже начинается.
- Тихо вы!
- Женя, я не сплю?
- Нет, Аня, ты не спишь.
- Витя, подожди!
- Давай быстрее, а то опоздаем.
- А я вижу то же самое, что и ты?
- Мам, ну не мешай!
- Мам, не мешай!
- Что на экране?
- Аня, мальчишки бегут к поезду.
- Черт...
- Мам, ты ругаешься.
- Мам, ты ругаешься.
- Тихо. Она не специально.
- Кирилл! Кирилл!
- Аня!
- Пап, куда мама ушла?
- Тихо-тихо. Ты здесь сидишь.
Ань, куда ты убежала-то?
- Женя, это он!
Он - пропавший мальчик!
- Не понял.
- Женечка, милый, пожалуйста,
мне очень нужно на работу. Срочно!
- Аня, проснись, сегодня воскресенье.
- Воскресенье?!
Значит, Жогов точно там.
- Пальто не забудь!
- Все, давай,
вот с этим повнимательнее.
- Ах! Простите. - Аня,
ты хоть иногда стучалась бы в дверь!
Все-таки я твой начальник.
- Извините, пожалуйста,
но у меня очень-очень срочное дело.
Скажите, можно найти адрес
этого писателя?
Я думаю, что это и есть
тот пропавший мальчик.
- Это мы сделаем. У меня к тебе
встречная просьба есть.
- Да, какая? - Мне сегодня
нужно закрывать дело Смирновой,
а ее дружок, этот Портнов, который,
вероятнее всего, и убил Фалькова,
при задержании оказал сопротивление
и был застрелен.
А без ее признания
мы до правды не докопаемся.
- Так она что, так и стоит на своем?
- Да, упорствует. Ну, пошли?
- Куда?
- На допрос!
Поняла? Прошу. Все, спасибо.
- Я думала, вы уже обо мне забыли.
- Знаете, чем-чем,
а забывчивостью не страдаю.
- Где мой адвокат?
- Чего ты так? Едет адвокат,
пока в дороге адвокат.
У нас не допрос -
так, товарищеская беседа.
Ты же призналась в убийстве Фалькова,
все верно?
- Да. Сколько можно об одном
и том же? Я устала.
- Никого ты не убивала.
Ты вообще кого выгораживаешь?
Этого любовника своего, Портнова?
Он отец ребенка?
- Я не знаю никакого Портнова.
Это ребенок Фалькова.
- Таня, подумай о ребенке.
Ты хочешь, чтобы малыш
родился в тюрьме?
А кто будет: мальчик или девочка?
- Вам какая разница?
- Девочка? Ты хочешь
испортить дочери судьбу?
- Отстаньте от меня.
- Твой любовник мертв.
Его застрелили при задержании,
тебе больше некого выгораживать.
- Вы врете. Нет, вы все врете.
Уберите это от меня! Я не знаю,
не знаю, ничего не знаю, отстаньте!
- Кто дал деньги на убийство
Фалькова? Чей это заказ?
- Я не знаю, замолчите!
- Вот что, голубушка. Даже как
соучастница ты получишь по максимуму.
Когда ты родишь, мы сделаем
анализ ДНК и докажем,
что Фальков не является
отцом ребенка,
а это будет отягчающим
обстоятельством.
Поскольку ты родишь в тюрьме,
ребенка у тебя заберут.
Когда ты выйдешь, ему будет лет
примерно столько,
сколько тебе сейчас. Он тебя знать
не будет, он тебя стыдиться будет.
- Это Володя. Он убил Фалькова.
Он сказал, что мне не будет ничего.
- А чего убил-то?
- Я не знаю, из-за заправок
из-за каких-то.
Фальков не хотел их продавать,
и Володю Портнова наняли.
- Это она все. Она все, это все она.
- Так.
- Елена Фалькова?
- Вы знаете, кто я.
- Вы обвиняетесь в организации
заказного убийства вашего супруга
Фалькова Антона Савельевича.
Ознакомьтесь.
- Да что вы несете?
- Семенов.
Шаг назад. Вы мешаете правосудию.
Ваши ручки.
- Ты пожалеешь.
- Уже расплакался.
- Что делаешь?
- Смотрю карту.
- Куда бы ты ни убежала
и ни скрылась,
мы тебя все равно найдем.
- Здесь живет Кирилл Неглинный.
Поселок Светлый.
Километров 70 от нас.
- И что?
- Завтра поеду. Но сначала развезу
девчонок и поговорю с ним.
Может быть, это и есть
Кирилл Долгушев.
- А если это не он?
- Мне кажется, что я на верном пути.
Вчера я спала всю ночь,
и поезд снился всего три раза.
Конечно, не идеально,
но гораздо лучше.
- Знаешь, я против,
я не хочу тебя отпускать.
- Я должна это сделать.
По крайней мере, теперь я гоняюсь
за поездом, а не он за мной.
- Да? Ну, тогда удачи на переездах.
- Здравствуйте.
Извините, а не подскажете,
Кирилл Неглинный здесь живет?
- Его сейчас нет.
Скоро вернется, а сейчас его нет.
- А, спасибо.
Зайду попозже.
Ах!
- Я знаю, что ты устала.
Я знаю, что ты не спишь.
Прости, что нарушала твой покой.
Я не сплю почти десять лет.
Почти десять лет я стою
у небесных врат,
а чувствую только адский жар
за спиной.
И он притягивает меня.
Да, я плохая.
Я совершила страшный грех.
Мне так нужен покой.
Мне нужна твоя помощь.
Помоги мне. Помоги.
(Слышен неразборчивый шепот.)
- Здравствуйте. Кого-то ищете?
- Вы Кирилл?
Кирилл Неглинный?
- Да.
Чем могу быть полезен?
- Я приехала по просьбе вашей матери,
точнее женщины,
которая вас воспитала.
- Моя мать давно уже умерла.
- Да, десять лет назад.
Но еще по поручению вашего брата.
- Я не знаю, кто вы такая
и что вам нужно, но брата у меня нет.
- Есть.
Вы написали о нем книгу.
Фамилия Долгушев
вам о чем-нибудь говорит?
- Нет.
- Кир!
- Долгушев!
- Возможно. Повторите еще раз.
Мама постоянно про это твердила.
Про двух мальчиков.
Они бежали, потом младший упал
прямо перед рельсами,
и потом его нашла добрая женщина.
- Кирилл, это про вас.
Галина Войтенко вас воспитала.
Это потом она поменяла имя и фамилию
на Алину Чернову. Так?
- Да, это моя мать.
- Ее настоящий ребенок умер,
когда ему было семь месяцев.
Сначала она болела,
а потом всю свою нерастраченную
любовь она дарила чужим детям.
Поэтому ее все так любили.
Все, кроме собственного мужа,
который обвинял ее в смерти ребенка.
И в конце концов он ее бросил.
- Мой отец умер,
когда я был еще младенцем.
- Это она вам так говорила.
Она вас похитила,
когда вы маленький плакали
перед поездом,
и отвела к себе домой.
Сначала просто на ужин,
а потом решила
и совсем оставить у себя.
И каждый день вам говорила,
что она ваша мать.
Она вам это каждый день говорила,
а вы каждый день плакали.
Но однажды вы перестали плакать.
- А мой брат?
- Он очень хотел вас найти,
как и ваша настоящая мать.
Я понимаю, что это тяжело осознать,
но когда вы будете готовы -
позвоните, пожалуйста.
Да, кстати. Галина Войтенко,
которая вас воспитала,
очень хотела вам передать,
чтобы вы знали,
что она действительно вас любила
очень сильно
и чувствует себя очень виноватой.
До свидания.
- Мальчики!
- Аня! Аня, ку-ку. Просыпайся давай.
Ты уже почти сутки спишь.
- Ах! Полвосьмого!
Ты почему меня не будишь?
- Потому что ты так сладко спала.
Поезд не снился?
Троллейбусы, автобусы, метро,
чужие дети?
- Нет.
- Прекрасно!
Тогда иди скорее
и займись нашими детьми,
а то они меня совсем не слушаются.

Серия 9

Голос: "Я люблю рассматривать картины.
Мне кажется, они рассказывают о своем
авторе больше, чем любая биография.
Я так ясно вижу, что происходило
с художником в этот момент.
Я почти физически ощущаю его
творческие муки и озарения,
его душевную боль.
Многие великие живописцы
страдали от душевных недугов.
И по некоторым картинам
им можно поставить диагноз".
- Послушайте. Послушайте!
- Да слушаем мы!
Зачем два раза повторять?
- Мама! Ну она мне мешает.
- Маша, послушай, пожалуйста, Олю.
Давай.
- Послушайте. Послушайте!
Ведь если звезды зажигают,
значит, это кому-нибудь нужно?
Значит, кто-то хочет, чтобы они были?
Значит, кто-то называет
эти плевочки жемчужинами.
Нет, неправильно. Жемчужиной?
- Мама, она сказала слово "плевочки".
- Дура, ну это стихи!
Мама, ну скажи ей, пожалуйста!
- Машенька,
Оля готовится к конкурсу чтецов.
Давай, пожалуйста, не мешай ей.
- Я не мешаю, просто слово смешное.
- Давай. - Я не буду участвовать
в этом дурацком конкурсе.
Я опозорюсь!
- Так. Так, ну-ка, прекратить панику.
Я из коридора слышал -
ты замечательно читаешь.
- Правда?
- Правда. Еще лучше, чем я в детстве.
А я, между прочим,
занимал первые места.
У тебя все получится.
- Слышала, что папа сказал?
- Ага.
- Вот! Так, руки моем - и за стол.
- Давайте.
- Плевочки, плевочки, плевочки!..
- Да замолчи ты!
Мама, зачем вы ее родили, а?
- Плевочки, плевочки, плевочки!..
- А с кем у тебя встреча?
- По мне соскучился
мой студенческий дружок,
Серега Славихин.
Он по совместительству работает
замом по науке в компании "Альмакор".
Миллионер, и у него есть яхта.
Кстати, ты его должна помнить.
- А, помню. Но смутно.
Ты же с ним редко встречался.
Ты поэтому так нарядился?
- Ну что, я не могу надеть
галстук и рубашку?
- Просто когда ты надеваешь галстук,
ты постоянно на него
что-нибудь проливаешь.
- Давай поспорим на щелбан,
что в этот раз я ничего не пролью?
- Считай, что ты уже проспорил.
- Ой-ой, какая ты самоуверенная!
Может, тогда приготовишь
любимому мужу кофе?
- Конечно, милый.
- Отдай! Отдай!
- Подожди! Сейчас.
- Ты что, серьезно? Хочешь,
чтобы я вот так вот пошел на встречу,
как карапуз в слюнявчике?
- Карапуз, карапуз!..
- Все-все, хорошо, извини-извини.
- Так, хватит надо мной изде!..
Ну, немножко...
- Проспорил?
(Вскрикивает.)
- Бесполезно. Не отстирается.
- Вы решили меня сделать заикой?
Вы так и будете врываться
в наш дом без предупреждения?
- Ну, вообще-то, это мой дом.
- Был.
- Да, был. И чего, теперь я каждый
раз должен спрашивать разрешение,
если я решил навестить своего
единственного сына и его жену?
- При жизни вы не особо баловали
своего сына вниманием.
Решили наверстать упущенное?
- В особых случаях.
- Например?
- Например, когда мой сын
надевает галстук,
что ему совершенно несвойственно.
Значит, он на пороге
какого-то важного решения.
По-моему, самое время
дать мальчику дельный совет.
- Спасибо, конечно, за заботу,
но раньше мы как-то неплохо
обходились без ваших советов.
- И все-таки один совет я дам:
галстук не отстирается однозначно.
Поэтому дай ему новый - тот, который
ты купила для подарка на Новый год.
- Откуда вы все?.. Хватит!
Врываетесь в личное пространство!..
Я прошу вас уйти!
Я в туалет хочу!
- Да пожалуйста!
- Ладно. Хорошо. Я скажу,
чтобы перезвонили.
- Кто это?
- Твой Жогов.
- Ты знаешь, галстук не отстирался.
Тебе так даже очень идет.
Ты просто наш герой без галстука.
Твой однокурсник будет тебе
просто завидовать.
- Да?
- Да, я слушаю.
- Ясно...
- Привет.
- Привет. Хорошо, что ты пришла.
Надевай бахилы, перчатки. Давай.
Прошу. Знакомься, Дарина Попеску.
30 лет. Из Молдавии.
Была найдена в петле
из собственного шарфа.
- Самоубийство?
- Кто-то очень хотел,
чтобы мы так подумали. Но нет.
- Трахея сломана.
Душил кто-то очень сильный.
- Представляешь,
два дня уже здесь лежит.
- Да, нечасто они тут
прибираются в номерах.
- Она повесила табличку
"Не беспокоить".
У нас сервис хороший,
желание гостя - закон.
- Послушайте, подождите, я попозже
с вами пообщаюсь. Хорошо?
В общем, никаких ценных
вещей не нашли.
Ни документов, ни денег.
Похоже на ограбление,
но, как всегда,
никто ничего не видел.
Что там? Чего-то видишь?
- Ой.
Можно забирать?
- Абрамыч?
- Все. Я закончил.
- Давай. Увози.
Выйдем, поговорим.
Что-то увидела там?
- Что может означать "гал-мур"?
- Может, "гламур"?
Ты хочешь сказать, что она как-то
с шоу-бизнесом связана?
- Да нет. Именно "гал-мур".
- "Гал-мур"? Не знаю.
Галиматья какая-то.
А что по жертве-то?
- Пока ничего. Мне нужно здесь
остаться и побыть одной.
- Понял. Хорошо.
Так, давайте, труп выносим
и закругляемся все по-быстрому.
Хорошо? Человеку нужно поработать.
Я пока пойду поговорю
с администратором.
- Очень забавное местечко.
Я тебя долго не задержу. Давай.
- Я думал, мы в ресторан.
- Ай, ресторан...
Ой, как я все это люблю! Приветствую!
Как хорошо, что вы сегодня работаете.
Я заказик оставлял. Да?
- Минутку.
- Я ведь стал собирать коллекционные
книги. Представляешь, да?
Вот, смотри. Спасибо.
Спасибо, дорогой! Потрогай страницы.
Просто возьми.
Чувствуешь? Вот это книга, да?
- Кожа?
- Нравится? Да! Переплет, а!
А это у нас что такое?
А ведь это 19-й век. Вторая половина?
- Слушай, это цена? Я без очков
не вижу. Столько нулей...
- Это столько нулей. Я это возьму.
- Великолепный выбор.
- Да. Будьте добры, пожалуйста.
Ох, Островский, Островский...
Ведь у тебя была самая
светлая голова среди всех.
Я это до сих пор помню.
Никак не могу понять,
вот что ты по-прежнему
прозябаешь в своем институте?
Может быть, что-то изменить уже?
- Знаешь,
как все быстро разбогатевшие,
ты ошибочно считаешь, что все,
кто зарабатывает меньше тебя,
совершенно несчастны
и смертельно завистливы.
Может быть, кто-то и завидует,
но я не завидую.
У меня все прекрасно!
Три дочери, жена.
- Конец 19-го века.
- Скоро стану завкафедрой.
- Да нет, у меня лошадей этих полно.
- И вообще, мне нужно идти,
спасибо, что пригласил в магазин.
- Гордый, гордый, гордый...
Как всегда, гордый.
Я тебя прекрасно понимаю.
Я ведь тебя сюда
не просто так пригласил.
У меня же фирма открывается -
ребята будут делать софт
для онлайн-трейдинга.
Там эти все тендеры, шмендеры...
Все это. Мне нужен руководитель
в отдел аналитики, понимаешь?
И я очень хочу тебя,
как ты можешь догадаться.
Нет, работы очень много, очень много,
но и зарплата приличная.
И каждый квартал будут бонусы.
Я даже так себе представляю:
через три года,
ежели все пойдет хорошо,
станешь партнером. Что думаешь?
- Да я...
- А, вот, кстати.
Это тебе - подарок.
- Нет, ты что!
- Не-не, это тебе! А ты, пожалуйста,
подумай над моим предложением.
- Дорогая, есть повод выпить.
Жду тебя в нашем
итальянском ресторане.
Давай, до встречи.
Ну что, как тебе шампанское?
- Потрясающее!
Наверное, безумно дорогое, да?
И эти устрицы...
- Я тебе еще про зарплату не говорил.
- Высокая?
- Ну скажем так: месяца через три
мы сможем себе позволить
новую крутую тачку.
Ну, понятное дело, в кредит,
но с приличным
первоначальным взносом.
Я чувствую, что я на пороге
грандиозных перемен.
- Ты уже все решил?
- А у тебя есть сомнения?
- Если ты про то, вижу я твое
будущее или нет, то не вижу.
Ты это знаешь.
А если ты действительно
хочешь знать мое мнение, то...
- Спасибо.
Ух!
- Что там написано?
- Где?
- Вон.
- "Галерея Муравьева".
- ...Так вот, это работа
известного художника.
Очень молодого, но уже очень
известного на Западе -
Георгий Муравьев. Он потомок
знаменитого Браницкого.
- Я, конечно, не очень
разбираюсь в искусстве,
но вот эта картина мне нравится.
Интересно, сколько она стоит?
- Если вас что-то заинтересует,
вы можете ознакомиться
с ценами в каталоге.
- Спасибо.
- А чьи это картины?
- Это картины нашего
молодого художника,
но уже довольно знаменитого
на Западе, Георгия Муравьева.
Он потомок Браницкого,
художника Серебряного века.
- А кто изображен на этом портрете?
Я недавно видела это лицо.
- Лицо?
- У моей жены богатое воображение.
- Вы знаете, обратите лучше внимание
на эту картину.
У художника довольно много таких
полотен, когда не видно лицо...
- Я сейчас.
- Хорошо.
- ...Но при этом в них есть динамика,
экспрессия, чувственность.
- Помоги!
- Что? Все хорошо?
- Все хорошо. Все в порядке.
- Да? Пойдем тогда.
Душно, конечно. Окна закрыты все.
Совершенно дышать нечем.
- Ха. Лицо.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Спокойной.
- Спокойной ночи.
- Голосистая. Вся в тебя.
- Вы знаете, который час?
- Ну, для меня время суток
теперь уже не имеет значения.
- А для меня имеет! У меня работа.
А у вашего сына, между прочим,
завтра собеседование!
- О да. Женька бизнесмен.
- Вы что, уже что-то знаете?
- Преимущество моего теперешнего
положения в том, что я знаю все,
и часто наперед.
- И что?
Вы сомневаетесь
в способностях вашего сына?
- Не сомневаюсь. Ему туда не надо.
Это плохо кончится.
- А я уверена, что вы просто
плохо знаете вашего сына.
Он замечательный,
он талантливый, он умный,
и я знаю, что он справится
с любой работой.
- Я рад, что ты любишь моего сына.
Я его тоже очень люблю.
И поэтому боюсь, что он сделает
неправильный выбор.
Поэтому обязательно передай ему,
что ему надо держаться
подальше от "Эвереста".
Обязательно передай! "Эверест" -
это опасность. Обязательно!
- Предварительные выводы
подтвердились.
Убийца - явно мужчина.
Нужно недюжинной силой обладать,
чтобы так трахею сломать.
На шарфе ничего, кроме биологического
материала жертвы, не обнаружено.
Посторонних следов и отпечатков
в комнате тоже не нашли.
- Что, даже горничных?
- Иваныч, они работают в перчатках.
- "В перчатках"...
- У меня тоже пусто.
Ни с кем не общалась,
цель приезда неизвестна.
Не похоже, что работу искала.
Нашел соседей за стенкой - говорят,
что слышали ссору между мужчиной
и женщиной ночью. Больше ничего.
- Так, Абрамыч, ручку положи,
и можешь идти работать.
- Не мелочись.
- Абрамыч, это моя ручка!
- Перестань!
- Клептоман хренов!
- Доброе утро. Простите, пожалуйста.
Извините, что опоздала.
- Утро так себе у нас.
Ты что-то важное хотела сообщить?
- Мне кажется, я знаю,
зачем сюда приезжала жертва.
Она позировала местному художнику,
Георгию Муравьеву.
Я видела ее портрет в его галерее.
- Ну, портрет в галерее.
Экспозиция не вчера открылась.
Она, может быть, и раньше бывала там.
- Ну да. На портрете стоит дата:
2012 год.
Видимо, тогда он ее и нарисовал.
- А можно взглянуть на этот портрет?
- Возможно, но бесполезно,
потому что на портрете показан
только затылок Дарины.
- А ты как узнала ее?
- Она ко мне повернулась.
- Я соскучился по всему этому.
Правда, ребята.
- Островская Ольга, 4 "Б" класс.
Что ты нам прочтешь?
- Владимир Маяковский. "Послушайте".
- Хорошо. Начинай.
Оля слышит мысли:
"У нее что, губы накрашены?"
"Вертихвостка малолетняя".
"Маяковского взяла...
Ей точно ничего не светит".
"Интересно, какая у нее мамаша.
Девочка страшненькая".
- Оленька, ну что же ты?
Начинай. Мы ждем.
- Это нечестно! Нечестно!
- Наташа Петрова, 4 "А" класс.
- Не знаю. Не мое.
- Черт, вы меня напугали.
Если хотите что-то купить,
связывайтесь с моим менеджером.
- Майор Данилов, уголовный розыск.
Анна Островская,
Следственный комитет.
- Здравствуйте.
- Здрасте. Что-то случилось?
- Да. Мы расследуем убийство Дарины
Попеску, уроженки Молдовы, 30 лет.
Длинные волосы. Красотка.
Вы ведь ее знаете, так?
- Не знаю ни одной Дарины.
Редкое имя.
- У меня фотография есть.
Посмотрите, может быть, узнаете?
- Первый раз вижу.
- Но она же вам позировала, верно?
В 2012 году.
- Я не работаю с натурщицами.
Вы скажите, как на меня вышли?
Скажите, я постараюсь вам помочь.
(Кашляет.)
- Простите. У вас нет воды?
- Кулер вон там.
- Спасибо.
- Ну и что, ты все это сам нарисовал?
- Правильно говорить: написал.
Что вы делаете? Что вы делаете?!
- Ты видишь то же лицо, что и я?
- Конечно. Я же не слепой.
Нормально! А говорил,
что не знаешь эту девушку.
Ничего себе!
- Я все сказал.
- Ты уверен?
- Да.
- Ну, все так все.
Не знаю. Парень утверждает,
что она ему снится много лет,
и он рисует ее,
чтобы избавиться от наваждения.
- Ну что, бывает такое?
- К сожалению, да.
- Хотите мою версию?
- Ну?
- Предположим, она действительно
ему снится.
И вот он встречает ее в реале,
его клинит,
душит он ее, чтобы она
его больше не доставала.
- Слабая какая-то, спорная версия.
Ну а делать-то чего?
- Ну а что делать? Пусть посидит.
Такие после ночи в кутузке
пишут чистосердечное признание.
- Ну давай. Все равно другого
подозреваемого нет.
- Оля! Оленька, детка, что случилось?
Оля, открой дверь, пожалуйста.
Ты забыла слова? Запнулась?
- Нет. Я вообще не стала читать.
- Почему? Ты же так хорошо
дома читала.
- Они говорили про меня гадости.
И про тебя тоже.
Я еще не начала читать стих,
а они уже сказали, что я не выиграю.
- Подожди, это они тебе
так прямо и сказали? В лицо?
- Ну, нет. Они как будто говорили
про себя, но я же все слышала.
- Детка, люди часто заранее
составляют мнение о человеке,
а потом так же легко его меняют.
Я уверена, что, если бы
ты прочитала стихотворение,
у них появились бы
совершенно другие мысли.
- Правда?
- Ну конечно!
Ну все, не плачь.
Я обещаю, я обязательно
с ними поговорю,
и они послушают тебя еще раз.
- Ну наконец-то. На, держи скорее.
- Чур, я первая в туалет!
- Папа, я не хочу,
чтобы ты менял работу.
- Откуда ты знаешь?
- Пойдем, я тебе расстегну платье,
будем переодеваться
и укладываться спать, да?
Да, моя хорошая. И ты спать?
- Я только спросил,
как прошел конкурс.
Она закрылась там на два часа.
Ты что, ей сказала про работу?
- Ничего я ей не говорила.
- Как она тогда узнала?
- Ну ты же знаешь, что у нашей дочери
тоже есть способности.
Ну, наверное, каким-то образом
прочитала твои мысли.
И мысли комиссии тоже услышала.
Услышала, что ей ничего не светит
на этом конкурсе, вот и расстроилась.
- Поздравляю, теперь ее
будут дразнить мутантом.
- Да никто не будет ее дразнить.
Вообще, это произошло у нее случайно,
она переволновалась
и способности проявились.
- А если ей это понравится
и она будет это развивать?
Куда это ее заведет? Кем она станет?
- Да кем бы она ни стала,
прежде всего, главное,
чтобы она выросла хорошим человеком.
Разве не так?
- Ну да, ты права, конечно.
- Еще поработаешь?
- Посижу полчасика.
- О, Елена Александровна!
Какая неожиданность.
А чего вы не позвонили?
- Добрый вечер, Андрей Иванович.
Я звонила.
- Правда?
Ой, действительно.
Семь неотвеченных звонков.
А, я звук нечаянно выключил!
- Вы не хотите кофе?
- Это кто?
- Это Муравьев-старший, отец Георгия.
- Я ожидал чего-то такого.
- Такого вы не ждали,
Андрей Иванович, уж поверьте.
Он не просто отец, он еще и друг
нашего губернатора, на секундочку.
- Что вы говорите!
- Из семьи наследников Браницкого,
художника Серебряного века.
Его картины продаются сейчас
за сотни тысяч долларов.
В общем, Муравьев обещал
устроить большой скандал
и подключить московскую прессу,
если его сына не отпустят.
- Я имею право задерживать
любого человека
на 48 часов без предъявления
обвинения.
- Безусловно. Но у вас есть веские
причины для такого решения?
Он - известный художник!
- Он подозревается
в убийстве иностранки.
- Так подозревается
или есть доказательства?
- Доказательства есть. Косвенные.
Но очень весомые.
- Андрей Иванович, если не ошибаюсь?
- Не ошибаетесь.
- Геннадий Андреевич Муравьев.
Я понимаю, вы делаете свою работу,
но если через 37 часов и 52 минуты
вы не предъявите прямых обвинений
моему сыну,
поверьте, я найду причины
подать на вас в суд.
Благодарю за помощь,
выход я найду сам.
Всего хорошего.
- До свидания.
- Мама, а почему папа не идет
завтракать? Он что, заболел?
- У папы сегодня очень важный день.
- Папа сегодня идет на собеседование,
чтобы его взяли на новую работу.
- Что такое собеседование?
- Это когда ты рассказываешь о себе
и хвастаешься своими достижениями.
- Ты же говорила, хвастаться плохо?
- Ты ничего не понимаешь.
Когда устраиваешься на работу,
хвастаться хорошо.
- Да, доброе утро.
Ешьте!
- Может, сгущенки?
- Давай сгущенки.
- Только тихо!
Давай. Так, чтобы мама не заметила.
- Ну что?
- Не отстирался.
Может, мне пойти в водолазке?
- Ну, нет, нет.
Раз уж такая ситуация...
Хотела тебе подарить на Новый год,
но да ладно, держи.
- Так. О, ничего себе. Спасибо.
Это получается, что я остался
без подарка на новый год, да?
- Ну ничего, что-нибудь придумаем.
Хотя странно.
- Что?
- Да нет, ничего, ерунда.
- Ну что, что? Ты что-то увидела?
Я стану миллионером?
Или, может быть, министром?
Подожди, ну не уходи.
Расскажи мне, пожалуйста.
- В ту ночь, когда мы с тобой
вернулись из ресторана,
опять явился твой отец.
И просил предупредить,
чтобы ты держался подальше
от Эвереста.
- Эвереста? Я же не скалолаз.
Ты ничего не путаешь?
- Опасается, чтобы ты
не ошибся в выборе.
- Знаешь, я свой выбор
уже сделал давно.
- Георгий Муравьев
связан с убийством женщины.
Я не делаю ничего противозаконного.
Извините, я не согласен.
Мы работаем день и ночь.
И вам.
Прокурор.
В общем, братцы,
у нас меньше 25 часов,
чтобы найти доказательства
вины Муравьева.
Постановления на обыск у нас нет.
- Значит, дача, квартира, мастерская
недоступны. Все, как мы любим.
- Я не знаю, чем вам помочь.
- Понял.
- А?
- Алексей Петрович...
- О господи, только не она.
- И вам доброе утро.
- Это наша сотрудница.
Она будет осматривать коллекцию.
- А что происходит?
- Это все картины Георгия Муравьева,
что удалось найти по галереям.
Ты их посмотри все повнимательнее.
Вдруг мы что-то упустили.
- Мы? Ты хотел сказать - я.
- Мы - это мы. Хорошо звучит, правда?
- Барышня, только одно условие:
картины руками не трогать.
Некоторые из них стоят
больше миллиона рублей.
Вы же не хотите их испортить?
Тогда уберите эту гадость подальше,
не дай бог прольете.
Спасибо.
- Тихо-тихо! Что случилось?
- А, нет, все в порядке. Эта картина.
- Ты что-то увидела?
Алексей Петрович, принесите,
пожалуйста, еще картины.
- Ну?
- Он похоронил ее под этим деревом.
Скорее всего, она еще была жива.
- Кто?
- Да кто-кто? Он - вот эту вот
девушку с портрета.
- Ты что-то путаешь. Девушку
с портрета убили в гостинице.
- Я не путаю! Я видела.
- Так-так, ты хочешь сказать,
что он убивает всех своих натурщиц?
Сначала рисует, потом убивает,
а потом закапывает под деревом.
А потом рисует дерево.
Хвастается своими трофеями.
Художник!..
Алексей Петрович,
можно вас на секунду?
- Да.
- А вы случайно не знаете,
где находится это дерево?
- О, вы знаете,
это удивительная история.
Георгий Геннадьевич утверждает,
что он увидел это дерево во сне.
А потом его нашли
в окрестностях Санкт-Петербурга.
Недалеко от дачи,
которую снимали родители Муравьева.
Получается, что оно
произвело когда-то на него
такое сильное впечатление,
что потом явилось во сне.
- Знаешь что, съезжу-ка я
к этому дереву.
А ты не уходи отсюда, пока все
картины не посмотришь, ладно?
- А сколько их?
- Где-то штук пятьдесят.
- Барышня!
- Не волнуйтесь, у нее чистые руки.
Алексей Петрович, а скажите,
пожалуйста, где находится эта дача?
- Сергей Михайлович
просил извиниться,
но вам нужно будет еще немножко
подождать, у него важное совещание.
- Хорошо. Спасибо.
- Что у вас?
- Это Сергею Михайловичу.
- Что с вами?
- "Эверест"?
- Да, это наша управляющая компания,
а что-то не так?
- Нет, все в порядке.
- Ну что, Абрамыч?
- Копаем.
- Точно здесь?
- Ну, собака показала, что здесь.
- Да, Олег.
- Аня, привет. Нашли дерево.
Сейчас я сфоткаю, тебе пришлю.
- Хорошо, жду.
(Звук входящего сообщения.)
- Куда? - Туда.
- Абрамыч, посмотри сюда.
Ну улыбнись хоть.
- Как пацан, а. Честное слово.
- Да.
- Аня, ну что, нашли
захоронение женщины и ребенка.
А теперь самое главное.
Только не падай.
Этому захоронению лет 20, не меньше.
- А кто они?
- Не знаю.
Только наш художник к их смерти
отношения никак не может иметь.
- Да, я знаю, что осталось 12 часов.
Нет, у нас нет доказательств
причастности Муравьева к убийству
Дарины Попеску. Мы зато
два других тела нашли,
к которым он не имеет отношения,
потому что он был тогда младенцем.
Извините. Да мы работаем, работаем!
Ладно, все, до свидания. И вам!
- Я не понимаю,
почему я видела лицо Дарины,
когда он закапывал ее под деревом.
- А ты видела не Дарину.
Мы идентифицировали
останки женщины. Абрамыч.
Это Марьана Попеску, мать Дарины.
Ее родственники заявили о ее пропаже
еще в 1993 году.
С ней пропал
и ее годовалый сын Александр.
- Как похожи!
- Да, я уверен,
экспертиза ДНК подтвердит эту версию.
А ребенок - ее сын.
- Теперь я поняла. Значит, я видела,
что закапывали не Дарину, а ее мать.
- Да, получается так.
- Что лицо такое хитрое?
Еще что-то есть?
- Есть.
20 лет назад
соседка Марьяны по общежитию
тоже заявила о ее пропаже.
Я нашел ее показания.
Угадайте, кем подрабатывала Марьяна?
- Ну?
- Натурщицей.
И как вы думаете, у кого?
Есть версии?
У Геннадия Муравьева.
у отца нашего художника.
- Он тоже рисовал?
- Получается так. Правда, не так
успешно, как наш молодой гений.
Этот малюет без остановки.
Был у него в камере.
Вот чем он всю камеру украсил.
Штук, наверное, 15
таких портретов намалевал.
Я думаю, он реально того.
- Там было два ребенка.
Там был сын Марьяны
и маленький Георгий.
Он все видел.
Вы знаете, когда я вижу его картины,
ну, они как бы начинают оживать,
и я вижу происходящее
как бы его глазами,
ну, глазами ребенка.
Вот почему у него все картины
с нижним ракурсом.
Я вам покажу. Когда я
выстраивала его картины
в определенной
последовательности, вот,
у меня получилась картина убийства.
- Что получается, что Георгий видел,
как убивали Марьяну и ее ребенка?
- Да!
- Прям кино...
- Привет, жена! Представляешь,
я все-таки испортил галстук
и еще у нас закончился
весь алкоголь в доме.
- Разве?
- Да. Я его весь выпил.
Но ты не переживай,
я вначале уложил детей.
- А что, это ты так
на радостях погулял?
Как прошло собеседование?
- А я сейчас расскажу.
У меня есть пицца.
Я тебе сейчас подогрею.
- Нет-нет, я сама разогрею.
Давай, я хочу знать все подробности.
- В общем, у них великолепнейший
офис, просто прекрасный;
у них красивые молодые секретарши,
у них ароматнейший бесплатный кофе...
Вот...
И тут я узнаю, что фирма, в которую
меня берут, принадлежит другой фирме.
Представляешь, как она называется,
эта фирма?
Она называется, представляешь,
"Эверест".
- И что?
- Как что?
Ты же передавала предупреждение папы,
чтобы я держался подальше
от "Эвереста".
Короче, я сказал, что это все
мне не подходит, и ушел.
- Ты правильно поступил.
А новая машина...
Обойдемся без новой машины.
- Да-да. Да я, наверное,
тоже съем пиццу.
- Я тебе погрею.
Это что?
- Это моральная компенсация.
- Книга?
- Да, она очень дорогая.
Посмотри, сколько она стоит.
- Сергей, похоже, очень хотел,
чтобы ты у него работал.
- Бедная Марьяна...
Я почти не помню ее.
Она позировала мне раза два или три.
- Вы знали, что у нее есть сын?
- Нет, ничего такого я не помню.
- А почему вы перестали рисовать?
- Писать. Надо говорить "писать".
- И все же?
- Мой сын оказался
гораздо талантливее меня,
и я занялся его образованием.
- В 90-е вас задерживали за торговлю
наркотиками. Почему не посадили?
- Меня отмазали.
Родители жены дали кому-то денег.
Если вы намерены копаться
в моем прошлом, я позову адвоката.
- Зачем адвоката? Мы всего лишь хотим
прояснить пару вопросов.
- Учитывая, что вы задержали
моего сына на 48 часов в камере,
у меня нет ни малейшего желания
вам помогать.
- Это вы убили Марьяну Попеску?
У вас была связь,
потом она вас шантажировала.
- Вы не первый, кто думает,
что я женился на матери Георгия
из-за денег.
Родители жены так же считали.
- А разве это не так?
Она наследница знаменитого художника,
картины которого
стоят целое состояние,
а вы просто мелкий наркоторговец.
- Я не получил ни копейки
от этого брака.
Когда жена умерла,
она все завещала сыну,
а до его совершеннолетия капиталом
управляли родственники жены.
Все, что вы здесь видите,
принадлежит не мне, а Георгию.
Он только позволяет здесь жить
и выплачивает мне что-то вроде пенсии
на карманные расходы.
- А это вы написали?
- Да. Георгию тогда был годик.
- Саша, посмотри на дядю.
Вон дядя. Он совсем не страшный.
- Я думаю, на этом все.
Ну что?
- Он врет.
- Конечно, врет.
Не получил он ни копейки...
- Да нет, я не об этом. Он сказал,
что на картине изображен его сын,
а это сын Марьяны.
Почему он соврал, что не знал
о существовании этого ребенка?
- Ты уверена? Может, он забыл
или не знал. Может, ты ошибаешься?
- Может быть, но... Я видела сон,
и потом эта передача про художников:
там говорили, что болезнь художника -
это его благословение.
Может, в этом что-то есть?
- То есть ты хочешь сказать,
он чем-то болен? И что это нам дает?
- Я же говорю, я не знаю.
- Ладно, я проверю его медкарту.
Может, он действительно
какой-нибудь наркоман или псих?
Давай садись.
(Телефонный звонок.)
- Привет. Извини,
что беспокою тебя в выходной.
- Привет. Что-то срочное?
- Пришли результаты исследования ДНК.
Как и ожидалось, под деревом мы нашли
останки Марьяны, матери Дарины.
А вот ребенок - не ее сын.
- А чей?
- Готов поспорить,
это сын Муравьева - Георгий -
его настоящий сын,
а не тот, кто себя им считает.
- Значит, художник ему не сын?
- Слушай дальше, дальше интереснее.
Я проверял старшего Муравьева
в наркологическом диспансере,
как ты и просила,
и нашел там медкарту его жены.
Она была ВИЧ-инфицирована.
Причем еще до родов. Представляешь?
- О боже... Бедняжка...
- Муравьев подсадил будущую жену
на наркотики, она заразилась СПИДом.
И что самое важное -
болезнь передалась ее сыну.
- Но здесь какая-то ошибка.
Ребенок не смог бы прожить так долго,
раньше это не лечили.
- Умничка.
И тогда Муравьев решил выдать
сына натурщицы за своего.
- А своего больного ребенка
похоронить
вместе с Марьяной Попеску?
Какой ужас...
- Так... Почему ты снова здесь?
Гера...
- Мы пригласили Георгия для того,
чтобы от имени
Следственного комитета
принести свои извинения
за причиненные неудобства.
- Неудобства?
- Да.
- Если думаете, что ваших извинений
достаточно, вы ошибаетесь.
Встретимся в суде! Гера...
- Конечно.
И даже раньше, чем вы думаете.
А пока ваш сын требует объяснений
по поводу своей истории болезни.
- Что это?
- Детская медицинская карта Георгия.
Представляете себе
удивление вашего сына,
когда он узнал,
что родился ВИЧ-инфицированным.
- Откуда у вас эта карта?
У вас есть согласие моего клиента
на разглашение врачебной тайны?
- Не-не-не, подождите, я хочу знать.
Это правда?
- Послушай, это неправда. Врачи
поставили тебе неправильный диагноз.
У тебя была редкая форма пневмонии,
я отвез тебя в Германию,
и тебя вылечили. Вот и все.
- Вы доказать это можете?
- Он ничего не должен доказывать.
У вас какие-то обвинения
к моему клиенту?
- Обвинения в убийстве. В двойном.
Я так думаю,
даже, наверное, и в тройном.
- Так, разговор закончен.
- Отец! Подожди. Сядь, выслушаем.
- Вы соврали, что Марьяна Попеску
была просто натурщицей.
Она была еще и кормилицей
вашего сына.
Ваша жена болела, ее лечили,
а у Марьяны Попеску был ребенок
такого же возраста, как и Георгий,
ваш сын.
- Я вообще не понимаю,
как это возможно:
убить собственного сына
и заменить его чужим ребенком. А?
- Какое у вас странное воображение.
- Сына вы убили?
- Нет! Нет!
- Успокойтесь. Я прошу, успокойтесь.
- Все равно бы умер сам.
- Ни слова больше.
- Нет. Я хочу знать.
- Я был вне себя от горя.
Марьяна хотела все рассказать
родственникам. Мы повздорили.
Я был в состоянии аффекта.
Это была случайность, понимаете?
А потом я... я не смог отдать тебя
и выдал за своего сына.
А что мне оставалось делать?
Отправить тебя в Молдавию?
И что тебя там ожидало?
Война, нищета.
А я вырастил тебя как родного, научил
тебя рисовать, сделал знаменитым.
Гера, послушай, ты мой сын,
я тебя люблю.
Я все делал для тебя.
- Для себя вы все делали.
Для себя, ради денег.
Вы продавали картины Георгия, а он
даже был не в курсе ваших доходов.
Вы пользовались квартирами семьи
в Питере, Париже, Милане,
дачей в Сочи, домом на Корфу.
И если бы вы похоронили своего сына,
вы бы всего этого лишились.
- Я так понимаю, что за давностью лет
у вас нет прямых доказательств?
- Да нет для этого преступления
давности лет.
Но если хотите,
есть более свежее преступление -
убийство Дарины Попеску
в гостинице "Уют".
- Я не имею представления...
- Вот о чем вы действительно
не имели представления -
это когда убивали Марьяну
и ее сына, -
что в Молдавии
у нее осталась дочь Дарина.
Мы связались с молдавскими коллегами
из Кишинева.
И они разыскали двоюродную тетку
Дарины, и та рассказала,
что месяц назад племянница
приезжала к ней с журналом,
посвященном творчеству Георгия.
Вот этот журнал.
- Георгий, как видите, это вы,
а вот это отец Марьяны,
то есть ваш дед.
Вы как две капли воды
похожи на своего деда,
а ваша сестра похожа на мать.
- Тетка подтвердила, что Дарина
поехала в Россию искать своего брата.
Она приехала сюда в поисках правды,
а вы ее убили.
Возможно, чистосердечное признание
поможет вам
избежать пожизненного заключения.
- Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!
- Браво!
- Браво!
Вместе: - Браво, браво!
- Комиссия выслушала ее еще раз,
и Ольга победила.
И ты тоже сегодня победила.
- Да, этот монстр во всем сознался.
- В проигрыше один Женька.
- Не понимаю... Вы о чем?
- Компания, от должности в которой
отказался работать твой муж,
будет успешной.
- Подождите,
вы же сами отговаривали Женю.
Зачем вы тогда
предупреждали об опасности?
- Опасность была,
но совсем иного рода.
Если бы он согласился там работать,
он потерял бы тебя и семью.
- Что за чушь?
Да Женя делает все ради нас.
И работу он собирался поменять
только ради нас.
- Я тоже когда-то вот так думал.
А в результате...
Сначала ты допоздна остаешься
на работе - ради семьи,
потом вкалываешь по выходным -
ради семьи.
Потом забываешь
про день рождения жены,
пропускаешь выпускной своего ребенка.
Ну как же, ну ты же вкалываешь,
ради семьи.
И постепенно ты отдаляешься от тех,
ради кого приносил все эти жертвы,
и становишься для них
совсем-совсем чужим.
- Почему вы судите нас по себе?
Мы не маленькие дети,
чтобы нас водить за руку.
У нас своя жизнь,
свои победы, свои риски.
- Разве есть на свете что-то,
ради чего можно
вот всем этим рискнуть?
- Вампиры нападают!
(Смеются.)
- Ой, как же так, падаю!..
- Папа, вставай!
- Надо ей помочь.
Укусил меня, укусил!
Смертельным ядом!.. - Нет!
- Ай! Мама пришла, мама пришла!
Она всех спасет, ура!
- Ура! - Мама!
- Мама пришла.
Скорее иди. И меня тоже подними,
пожалуйста.

Серия 10

- Дамы и господа, наш самолет готов
к взлету.
Пожалуйста, убедитесь, что спинки
ваших кресел приведены
в вертикальное положение,
а ремни безопасности застегнуты.
Авиакомпания "Стар"" желает вам
приятного полета!
Девушка, выключите телефон. Молодой
человек, сядьте и пристегните ремень.
- Что с вами? Вам плохо?
- Нет.
Я просто смертельно боюсь летать.
- Возьмите.
- Спасибо, я не ем.
- Это хорошие. Возьмите.
Сегодня все будет хорошо.
- Почему вы так считаете?
- Ну, вот потому что сейчас
со мной ничего плохого не может
случиться.
- Ага. Замечательно.
- Вам нужно отвлечься.
Вот что вы читаете?
- "Чайку".
А почему нас так трясет-то?
- Чехова "Чайку"?
- Нет. Почему мы никак не взлетаем?
- Взлетели. Все, все в порядке.
- Двигатель горит! Мы падаем!
Мы разобьемся!
(Все кричат.)
- У тебя сердце так колотится,
аж кровать трясется.
Что, будет ядерная война?
- Нет.
- Ну что, наши три дочери
не выйдут замуж
и будут жить с нами до пенсии,
что ли?
- Нет.
- Ну ладно, ну что?
- Самолет. Он разобьется.
Все люди погибнут.
И там будет беременная молодая
женщина.
- Что, ты видела,
как самолет разбился?
- Нет. Я не досмотрела, проснулась.
- Ну, если бы ты увидела,
что он разбился...
А так все будет в порядке.
- Ты думаешь?
- Да конечно! Давай спать. Ты что?
Давай, давай, все будет хорошо.
Ложись. Давай. Все.
(Стук в дверь.)
- Машенька, открой дверь, пожалуйста!
- Она не хочет идти в школу.
Маша, ну открывай! Там моя одежда!
Папа, я хочу в свою комнату!
- А я хочу дом у моря.
Еще хочу есть. Можешь завтракать
в пижаме. Пойдем.
- Машенька, детка, доченька,
почему ты не открываешь?
- Я не хочу выходить
из своей комнаты. Никогда.
- И даже в школу не пойдешь?
- Нет. Я ее ненавижу.
- Тогда можешь остаться
в своей комнате до конца месяца.
- Правда?
- Правда.
Но мне тогда придется остаться
вместе с тобой.
И тогда я не пойду на свою работу.
А работу свою я очень люблю.
- Тебе будет грустно?
- Да, мне будет грустно.
И многим другим людям тоже будет
грустно, если я не приду,
потому что они меня ждут.
- Я тебя не держу.
Можешь идти на свою работу.
- Но я не могу тебя оставить одну.
И к тому же с тобой в комнате Даша,
а Дашу нужно кормить.
А знаешь что, давай покормим Дашу,
а потом подумаем,
что нам делать дальше? Хорошо?
- Хорошо.
- Ну что, все в порядке? Давай беги
зубы чисть, и потом будем завтракать.
Ты помнишь, что нас сегодня вызывают
в школу?
Понятно. Давай, забирай Дашку,
и пошли.
- Это нарисовала ваша дочь.
Машенька - чудесный ребенок.
В учебе у нее нет никаких проблем.
- Значит, мы пришли посмотреть
только рисунки?
- Да. Но не только.
То есть не совсем.
У вашей дочери проблемы в общении.
- Вот это для нас новость.
Мы этого не замечали.
- Ну, родители иногда не замечают,
что происходит с их ребенком
в таком возрасте.
Маша не любит работать в группе,
на переменах она ни с кем не играет.
- Правда? Дома она очень общительная.
- Да. Иногда даже чересчур.
- Тем не менее. У нее нет друзей.
И остальные ребята ее избегают.
- Мы ужасные родители! Наш ребенок
одинок! Как мы могли не заметить?!
- Ну потому что с ней все в порядке.
Я не могу поверить,
что у нее нет друзей.
- А ты помнишь ее день рождения?
- Да! Прекрасный день рождения!
Мы ходили в поход.
- Да.
Вот она, наверное, поэтому
и попросила нас пойти в поход,
потому что ей некого приглашать.
Боже мой, ну как я не заметила?
Ах! А знаешь что? А давай позвоним
родителям одноклассников
и позовем детей на детский праздник
к нам в гости?
Да, я не люблю гостей. Но что делать?
(Телефонный звонок.)
Да, Островская слушает.
Андрей Иванович?
Нет, я еще не на работе.
Да, конечно. Хорошо. Угу.
Жогов. Просил срочно приехать.
У них там что-то случилось.
- Ну...
- Проверили, все чисто.
- Ой-ой-ой...
- Здравствуйте.
Извините, что опоздала.
У меня был вызов в школу,
но я предупреждала.
- Здравствуйте.
- Привет.
- Так, Абрамыч, работать.
Давай, давай.
Даже не думай!
- Как ты с ними работаешь?
- Присаживайся.
- Спасибо.
- Как дела?
- Где?
- В школе. У тебя же трое...
- Три девочки.
Два года, шесть с половиной
и одиннадцать. Почти.
- Потрясающе! Вот Олег по твою душу.
- Ага. А что на этот раз стряслось?
- 11-го числа Гремин заявил о пропаже
жены Натальи Греминой.
Гремин - первый пилот. Вернулся
из рейса - ни жены нет, ни машины.
- А может, они поссорились.
Ну, в смысле - она могла вспылить
и уехать к маме, например.
- Вещи, косметика, паспорт -
все на месте.
Родители умерли недавно.
Родственники в Ижевске.
Мы их спрашивали уже. Не видели.
Следов взлома, похищения тоже нет.
- У Гремина большие связи
в администрации области.
Прокуратура через голову
районных следственных органов
передала дело мне.
Олег будет осуществлять поиск.
- В общем, этот пилот торчит тут
уже сутки
и говорит, что никуда отсюда
не уйдет, пока мы не найдем его жену.
Странно, да?
- Так вы что, его подозреваете?
- Конечно подозреваем!
Только у него железное алиби.
Вышел из дома в шесть утра.
В десять часов у него был рейс.
Соседи говорят, что видели, как жена
вышла из дома где-то в 10:15,
села в машину и куда-то уехала.
- У нас нет оснований не верить
его словам.
- Ну, а так зачем вы меня позвали?
- Я соскучился просто.
- Подожди, Олег.
Мы тебя позвали затем,
чтобы ты поговорила с ним
и составила свое мнение.
- Соглашайся. Пиццу кушай.
- Вот, ваше блюдо возвращаю.
- Абрамыч, бери!
- Ну, мы пошутили, честное слово!
- Спасибо, что не отказали.
- На здоровье.
Ну что, сделаешь?
Поможешь?
- Попробую.
- Ориентировка по Греминой
на всех постах по области,
отслеживаем ее карту кредитную,
телефон.
- Он знает, что вы его подозреваете?
- Догадывается, если не дурак.
А он, по ходу, не дурак.
- Вы нашли ее?
- К сожалению, пока нет.
Вы езжайте домой, а.
- Слушайте, я же сказал,
что я никуда не уеду,
пока не дождусь результатов.
- Ну ладно, дело ваше.
Мне нужно отъехать.
Вы тогда еще раз все перескажите
моей помощнице в деталях.
- Здравствуйте. Вы извините,
придется еще раз все повторять,
но вдруг вы вспомните
какие-нибудь детали.
- Я уже раз сто все рассказал.
Смотрите сами.
- Скажите, может, ваша жена просто
поехала к кому-то в гости?
- Вы замужем?
- Да.
- Вы уедете из дома,
ничего не сказав своему мужу?
- Да, я вас понимаю. Конечно, нет.
Но нам нужно понять,
как все произошло.
- Произошло то, что моя жена пропала.
Может быть, ее похитили.
Может, ее пытают и ей нужна помощь!
- А почему вы так думаете?
Вам угрожали?
- Никто нам не угрожал. Просто я
пытаюсь рассмотреть все версии.
А вы зациклились на одном. Я знаю,
что ваш напарник подозревает меня.
Я прошу не терять времени даром
и рассмотреть все возможные варианты,
пока еще не поздно.
- Вы летчик?
- Да,
я первый пилот авиакомпании "Стар".
- Мы падаем! Нам конец!
- Отпустите немедленно! Успокойтесь!
- Да как успокоиться?
Двигатель горит!
- Экипаж контролирует ситуацию!
Придите в себя!
- Серега, протокол выполнил.
Результат нулевой.
- Земля. Борт 417, СОС.
Отказ одного двигателя.
Разрешите обратным разворотом?
- Второй двигатель теряет мощность.
Не дотянем!
- Не дотянем.
Садимся на поле без шасси.
Перехожу на ручное управление.
- Уверен, что получится?
- Абсолютно. Не знаю, как ты,
а я погибать сегодня не намерен.
У меня годовщина свадьбы скоро.
- Что с вами? Вам плохо?
Эй, кто-нибудь, принесите воды! Эй!
- Нет-нет-нет, не нужно.
Ничего не нужно. Все в порядке.
Все хорошо.
А ваш самолет когда-нибудь попадал
в аварийную ситуацию?
Пожар, отказ двигателя?
- Какое это имеет отношение
к моей жене?
- Я не знаю. Было такое, нет?
- Нет. За всю карьеру
у меня не было ни одного ЧП.
- А вам приходилось когда-нибудь
сажать самолет на поле так,
чтобы он не разбился?
- Что вы говорите?
С какой стати он должен разбиться?
У самолетов этого типа
вообще не было крушений.
- Вы сказали, что у вас годовщина
свадьбы?
- Что? Я ничего не говорил.
- Неважно. Вы отмечали годовщину
свадьбы?
- Нет. Она в конце месяца.
- Спасибо вам большое.
Вы нам очень помогли.
- Пожалуйста. Может быть,
теперь поможете мне?
- Андрей Иванович! К вам Орлов.
- Давай, проси.
Пусть подождет.
- Есть.
- Чего у вас лица такие?
- Вы попросили проверить Гремина,
я проверила.
- Ну?
- Он невиновен.
- Рассказывай.
- У меня сейчас было видение:
у самолета отказали двигатели,
и он падал.
- А Гремин при чем здесь?
- Ну, при том,
что он управлял этим самолетом.
Он сумел посадить самолет на поле
без шасси.
Ни один пассажир не пострадал.
Теперь понимаете?
- Пока не очень. - Скорее всего,
это все произойдет в будущем.
- И как это доказывает
невиновность Гремина?
- Господи, ну как вы не понимаете?
Если Гремин управлял этим самолетом
в будущем, значит, он на свободе,
значит, он невиновен.
Да, он еще там собирался праздновать
годовщину свадьбы.
Значит, жена нашлась.
- Чего ты смотришь на меня?
Сам просил к работе ее привлечь.
- Извините, но мы не сможем.
- Не сможете подъехать?
- Не-а. - А почему?
- У Стасика фигурное катание.
- Ну не целый же день?
Вы подъезжайте после тренировки.
Сможете?
- Евгений, извините,
но, если честно, -
только не обижайтесь, -
Стасик не хочет идти.
Он говорит, что ваша Маша странная.
- Почему странная? В каком смысле?
- Не знаю. Может,
вам у своей дочери спросить?
Извините, мне нужно идти.
Простите, пожалуйста.
- На, держи.
- О, спасибо.
- А ты чего такая радостная?
- Просто так.
- Ты что-то натворила? Тебя уволили?
- А что, я не могу
просто радоваться жизни?
У меня хорошее настроение.
Впервые за долгое время
я очень-очень довольна.
- То есть все 12 лет нашего брака
ты была недовольна? Здорово.
- Да я не о нас с тобой.
Я вот об этом.
Я очень довольна, что помогла
следствию снять обвинение
с невиновного человека.
Довольна тем, что благодаря мне
будут искать пропавшую женщину,
и первый пилот Гремин
выполнит свое предназначение
и спасет всех пассажиров
своего самолета от гибели.
- То есть ты радуешься из-за того,
что предотвратила катастрофу?
Я-то думал,
что-то серьезное действительно.
- Я тебе сейчас покажу, как меня
дразнить! Сейчас тебе покажу!
- Что ты делаешь-то?
Знаешь, я сейчас испорчу тебе
твое игривое настроение.
Я сегодня обзвонил всех родителей
Машиных одноклассников.
К нам никто не придет.
У Маши действительно нет друзей.
- Женя, послушай, наша дочка
только первоклассница.
Она всего полтора месяца учится.
О чем ты говоришь?
Будут у нее друзья. Все. Расслабься.
- Знаешь, какой я стресс получил?
- И не надо на нее давить.
- А на тебя можно?
- Ну попробуй.
- Попробую.
- Ой.
Все, все, все.
- Быстрее давай.
Свой забирай портфель.
- Пока, мам!
- А поцелуйчики?
- Пока, мамуля.
- Пошли.
Пока, мам!
- Пока.
- Боря, привет!
- Привет, Маша.
- Чего грустишь?
- Тебя долго ждал.
- Без меня скучно?
- Ой, не говори.
Маша, я давно тебя жду.
- А ты когда пришел? В 10 утра?
- Да я уже и не помню.
- Женя! Женя, ты представляешь,
что я вижу?
Наша Маша играет с мальчиком!
Да, они прекрасно
друг с другом общаются.
Так что ложная тревога.
- Я же тебе говорил,
что с ней все в порядке.
- Ну, все, все, у меня вторая линия.
Все, целую.
- Давай, целую.
- Да, Островская слушает.
Правда? Отличная новость.
Да, я хочу подъехать. А вы где?
- Будешь играть?
- Я как раз рядом. Да, договорились.
До свидания.
- Пойдем.
- Побежали.
- Я сейчас тебя догоню.
- Ох. Дай-ка перчаточки, пожалуйста.
- Кто обнаружил машину?
- Охрана парковки. Надевай.
Машина после мойки. Ни следов почвы,
ни отпечатков не обнаружено.
Но Гремину увезли силой,
бьюсь об заклад.
И тот, кто это сделал,
очень круто подготовился.
- А почему ты считаешь,
что Гремину увезли силой,
если нет ни отпечатков,
ни следов борьбы?
- Сядь за руль.
Ну как, удобно? Ноги достают?
- Да, комфортно.
Как будто под меня подстроено.
- А в зеркала посмотри.
- Ой. В центральное зеркало
я вижу только потолок.
И правое неправильно отрегулировано.
- А знаешь, почему?
- Нет.
- Потому что тот, кто был за рулем,
выше Греминой. Сиденье он
назад вернул, а зеркала забыл.
- А закрой, пожалуйста, левую дверь,
я проверю.
291-015-112-318.
Бери ручку, быстро записывай!
- Так.
- 291-015-112-318.
- 318... Что это?
Счастливые номера в лотерею?
- Это координаты. Это последний
маршрут машины. Гремина там.
- Судя по координатам, это здесь.
Ты уверена,
что видела именно эти цифры?
- Абсолютно уверена.
- Так, хорошо.
Парни, прочесываем местность
в радиусе 500 метров. За мной.
До конца опушки.
- Есть.
(Телефонный звонок.)
- Да?
- Женя. Женя, я за городом.
Не успею вернуться. Тебе придется
забрать девочек из школы.
- Ну хорошо. А как ты там оказалась?
- Нашли машину той женщины,
а я села в нее и увидела координаты,
где она находится.
- Ну отлично. Но мне почему-то
кажется, что ты грустная.
- Да потому что так и есть.
Женя, я... Я ее видела. Она мертва.
- Ух ты, черт! А муж ее знает?
- Нет. Никто не знает.
Я никому не сказала, что видела ее.
- Почему?
- Да потому что я сама
не могу в это поверить.
Я думала, что она жива
и что муж ее невиновен,
а сегодня я увидела ее мертвой.
- Знаешь, что мне кажется?
Выводы все-таки делать пока рано.
Вы ее еще можете найти,
и она окажется жива и здорова.
- Все, не могу говорить, пока.
- А что конкретно мы ищем?
Может, шалаш или палатка какая?
- Я не знаю. Мне надо пройтись.
- Хорошо. Мы подождем.
Но нам нужно знать, что искать.
- Я поняла.
- Что с тобой? Все в порядке?
- Нет, не в порядке.
Она мертва, и она здесь.
- Привет, папа! - Привет.
- У меня пятерка!
- Ты молодец. Дай поцелую.
Садись давай.
- Сейчас Машу подождем и пойдем.
- Да, очень! Да, да, очень хороший!
Да, Боря!..
- Пап, а почему она
такая странная, а?
- Ой, привет! Пока, Боря!
У меня пятерка!
- Ну ты молодец какая!
Пятерку получила?
- Да.
- Ой ты моя маленькая. Молодец.
- Пошли? - Пошли.
- Пойдем.
- Когда же уже мама приедет?
(Хлопок входной двери.)
- Мама приехала!
- Мама, почему ты так поздно?
- Папа приготовил
замечательную картошку,
но Маша съела две порции,
и тебе ничего не осталось.
- Что ты врешь?
Это ты съела две порции!
- Я попросила добавки,
а ты стрескала две тарелки.
- Так, хватит, хватит.
Сейчас заставлю всех посуду мыть.
Бегом умываться. Бегом!
- Я первая, я первая!
- Я первая!
- Нет, я!
- Ну что, нашли?
- Угу.
- Ну и?
Ну... Ну что ты?
Ну, ну, ну. Не надо, не надо.
(Анна плачет.)
Не надо, не плачь.
По телевизору: "Экологи бьют тревогу.
Строительство
новой скоростной магистрали
потребовало осушения
части территории,
что привело к миграции птиц".
- Давай я тебе еще вина налью?
- Да.
- Слушай, надо про Машу поговорить.
Я сегодня на перемене увидел:
вокруг полно детей,
а она играет сама с собой
и разговаривает сама с собой.
Где этот мальчик,
про которого ты говорила?
- Не знаю. Может быть,
пораньше забрали?
- Маша! Машуля, подойди,
пожалуйста, сюда!
- Ты что, мне не веришь?
- Сейчас спросим, и все.
- Да?
- Слушай, я сегодня
после уроков видел -
ты как будто играла с кем-то?
- Это мой друг.
- Друг. А как его зовут?
- Боря.
- Боря. А у Бори есть фамилия?
- Есть. - Какая?
- Кучерик.
- Кучерик. Боря Кучерик.
Да, здорово!
Слушай, у меня есть идея.
А давай Борю Кучерика
пригласим к нам в гости.
- Правда? Здорово!
- Да. Вот только Бори Кучерика
нет в списке одноклассников.
А он что, не с тобой учится?
- Нет.
- А где?
- Не знаю.
- Может, он учится
в параллельном классе.
Иди играй, зайка. Иди.
- Ура, мы пригласим Борю в гости!
- Давай-ка я позвоню учительнице
и все узнаю. - Давай.
- Наталья Александровна,
здравствуйте.
Извините за поздний звонок.
Это мама Маши Островской.
Да. Подскажите, пожалуйста, а у нас
в школе учится такой мальчик -
Боря Кучерик?
Спасибо. До свидания.
Она сказала, что такой мальчик
учился три года назад и умер. Утонул.
- Ты думаешь, она знает?
- Думаю, нет.
Для нее он обыкновенный мальчик.
- Чего он вообще пристал к ней?
Других детей, что ли, мало?
- Ну, он с ней общается,
потому что она его видит.
- Ты так говоришь,
как будто гордишься ею.
- А ты что, стыдишься?
- Я не про это.
Ты что, не хочешь признать,
что это проблема?
Ей дальше тяжело будет.
- Эти способности как появляются,
так и исчезают.
Я уверена, через год она об этом
мальчике даже и не вспомнит.
(Люди кричат.)
- Семеныч, протокол выполнил.
Результат нулевой.
- Земля, борт 417, СОС!
Отказ одного двигателя.
Разрешите обратным разворотом.
- Второй двигатель теряет мощность.
Не дотянем!
- Отставить панику!
Действуем по протоколу.
Возвращаемся в аэропорт взлета.
Борт 417. Начинаем обратный заход.
(Крики пассажиров.)
- Все! Это конец!
- Нет, не может быть. Не может быть.
Этого не должно случиться.
- Прощайте, мама, папа!
Это мое последнее видео!
Мне навсегда останется 15!
(Кричит.)
- Тихо-тихо-тихо!.. Что случилось?
- Самолет! Тот самолет!
Он все-таки разбился!
- А как же твой суперпилот?
Он же должен был всех спасти.
- Но там был другой первый пилот.
Из-за него самолет разбился,
хотя он действовал по инструкции.
- Значит, это просто
другой самолет, и все.
- Нет, нет, это был тот самолет,
те же люди!
Я ничего не понимаю!
- Ну, ну, ну.
Ты поспи, а тебе приснится
продолжение. Ты поспи еще.
- Там была девочка
с мобильным телефоном!
Она говорила, что ей навсегда
останется 15!..
- 15... Какие-нибудь еще цифры
были в твоем сне?
- Сок... "15 вкусов".
Мне снился он и тогда, и в этот раз.
- Ну, значит, потусторонние силы
хотят обратить твое внимание
на число 15.
- А что это значит?
- Ну, 15... Завтра пятнадцатое число.
Точнее, уже сегодня.
- Сегодня?
Точно! Катастрофа произойдет сегодня,
потому что самолетом будет управлять
не Гремин, а другой пилот!
И самолет разобьется!
- Ты куда?
- Мне нужно к Гремину!
Мне нужно убедить его
обязательно выйти в рейс,
потому что его должны сегодня
вызвать на опознание!
- Тихо, тихо!
- Я не могу этого допустить.
- Тихо, тихо! Я очень плохо
соображаю, но сейчас три часа ночи.
Ты завтра с утра поедешь
и все расскажешь.
Завтра с утра! Пожалуйста. Завтра
с утра ты поедешь и все расскажешь.
А сейчас не надо, пожалуйста.
Сейчас ложись пока спать. Пожалуйста.
Ложись, ложись. Завтра ты все
расскажешь с утра. Ложись.
Пожалуйста, давай, укладывайся.
Ложись, ложись.
Ты завтра все сделаешь,
все расскажешь.
А сейчас поспи еще. Поспи, поспи.
- Мне сказали,
это вы помогли найти тело.
Есть надежда, что это не Наташа,
что это другая женщина?
- Извините.
- Так а что вы хотели?
- У вас же сегодня плановый рейс, да?
- Да, но я не лечу,
у меня сегодня опознание.
- Да, я знаю.
Но если вы не полетите,
то погибнут люди. - Что?
- Я сейчас вам все объясню.
Дело в том, что мне иногда
снятся не простые сны.
- Знаете, я сразу заметил, что вы
очень странная. Моя жена исчезла.
Возможно, она мертва. Родственники
приехали меня поддержать.
Мне сегодня идти на опознание,
а вы мне рассказываете
о каких-то своих снах.
- Да, я прошу прощения,
что я вас беспокою. Но не могли бы вы
перенести вот это опознание?
- А зачем мне это делать?
Я не понимаю.
Вы думаете, так просто
жить в неведении?
Я не хочу оттягивать момент,
я хочу знать.
- Но послушайте...
- Сережа, у тебя есть успокоительное?
Бабушке плохо. - Сейчас дам.
- Давай быстрее.
- Извините, я же сказал, родственники
приехали, все жутко переживают.
А вы тут с каким-то бредом.
Наталья Петровна, как вы?..
- Бабушка, приляг, пожалуйста.
Гремин: - Наталья Петровна,
вот валокордин, выпейте.
- Так, проходите, зайки.
Рассаживайтесь.
Так, Катюша, у Маши свободно. Садись.
- Хорошо. - Тут занято!
- Нет, не занято! - Нет, занято!
- Ну и кто же тут сидит?
- Боря! Он сейчас придет.
- У нас нет никакого Бори!
- Девочки, что у вас? Садись, Катя.
- Здесь занято!
- Машенька, не придумывай.
Не придумывай.
Маша!
- Ты видела? И по-прежнему считаешь,
что ей ничего не нужно говорить?
- Не волнуйся. Я обещаю тебе, что
этот Боря больше ее не побеспокоит.
Мне нужно с тобой поговорить
о чем-то важном. По работе.
- Знаешь, ты по поводу
своей работы очень много думаешь.
Я, между прочим, тоже работаю.
Но я не убегаю с утра пораньше,
не собрав детей в школу.
- Это был вопрос жизни и смерти!..
Послушай, я сюда мчалась,
торопилась, чтобы ты помог мне,
чтобы ты дал совет, чтобы мне
во всем этом разобраться!..
- Хорошо. Прости. Давай рассказывай,
что ты мне хочешь рассказать.
- Вот представь: ты знаешь,
что погибнет много людей,
и ты можешь это предотвратить.
Но для этого тебе нужно отпустить
человека, который совершил убийство.
Вот что правильнее - дать возможность
убийце спасти десятки людей
либо наказать его за убийство одного?
- Ну... Десятки -
это, конечно, аргумент.
А почему ты считаешь,
что он всех спасет?
- Да потому что мне это приснилось,
что он спас самолет.
У самолета отказали оба двигателя.
И если я его сдам, то его арестуют,
а самолетом будет управлять
другой пилот,
и тогда вообще все погибнут!
- Неужели ты не понимаешь,
что ты путаешь реальность со сном?
Этот летчик убил свою жену,
это факт. А что он кого-то спасет -
это только твой сон и фантазия.
- Но я знаю это точно!
- Да не можешь ты знать этого точно!
Это невозможно! Будущее может
меняться в любой момент!
- Подожди, а как же люди в самолете?
- А как же правосудие, жертва?
Я тебя очень прошу: расскажи все
Жогову, и пусть он примет решение.
А тебе нужно заняться дочерью,
у нее проблемы.
Ты слышишь? У нашей дочери проблемы!
- После смерти родителей
она получила огромное наследство.
После ее смерти эти огромные бабки
достаются ему.
Это реальный мотив.
- Да я прекрасно понимаю про мотив.
Но у него же алиби:
он же в этом, в полете был.
- Да знаю я!
- Извините! Извините, можно?
- Тебе всегда можно.
- Мне нужно вам сообщить кое-что
очень-очень важное.
- Ты чего такая?
- Я, я... Извините,
но я снова ошиблась. Я вам говорила,
что Гремин невиновен, -
а теперь я точно уверена,
что это он убил свою жену.
И у меня есть доказательства.
Вот. Это его пропуск на аэродром.
И вот здесь, вот, хвойные иголки.
Вот точно такие же, которые были там,
в том месте, где нашли тело.
- Ты где его взяла?
- Да у него дома!
Вы понимаете, дело в том,
что сегодня разобьется самолет,
если Гремин не выйдет в рейс, да,
и я поехала его уговаривать,
я просить хотела.
А там, в стеклянной вазочке,
был он. Ну, я его и...
- Ты... ты вообще понимаешь,
что ты натворила, а?!
Это наш главный вещдок,
а ты его выкрала!
Теперь это не примут в суде.
Без этого мы не сможем доказать
его вину!
Если адвокат докажет, что вещдок
выкрал сотрудник полиции,
нас погонят в шею отсюда, -
и правильно сделают!
- Я... Я виновата.
Нет-нет, это я виновата!
Пусть тогда меня и гонят взашей.
Задним числом.
- Так, Иваныч, давай-ка не кипятись.
Так, ты тоже не мороси! Спокойно.
Давайте все успокоимся и решим,
что дальше с этим делать.
- Извините, но мне срочно нужно идти.
- Куда?
- Мне нужно идти. Простите.
- Вот чего с ней делать, а?
- Ну, не нравится - мне отдавай.
- Да? Во!
- Извините, пожалуйста! Просите!
- Куда вы без очереди? - Я быстро.
Здравствуйте. Извините,
во сколько вылетает рейс в Сочи?
Авиакомпания "Стар"?
- По расписанию, в 12:45.
- А с кем мне связаться,
чтобы рейс отменили?
- В смысле? Почему?
- С ним произойдет трагедия.
- Срочно к справочной
компании "Стар".
Женщина: - Девушка, можно побыстрее!
- Минуточку. - Простите, ради бога!
- Дайте пройти.
Добрый день.
Старший лейтенант Евдокимов.
Ваши документы, пожалуйста.
- Здравствуйте. Да, пожалуйста.
Кто у вас отвечает
за безопасность полетов?
- Начальник отдела безопасности.
- Мне нужно срочно с ним поговорить.
- С какой целью?
- Чтобы предотвратить авиакатастрофу.
Да не смотрите на меня так.
Я нормальная, не сумасшедшая.
Работаю в Следственном комитете.
- Служебное удостоверение есть?
- Да... Нет, я его только что сдала.
Меня, наверное, уже уволили.
Но это не имеет никакого значения.
Понимаете, нужно спасти людей!
Люди погибнут, понимаете?!
- Вы не волнуйтесь.
Пожалуйста, пройдемте со мной.
Пройдемте-пройдемте.
Так, граждане, спокойно!
Все в порядке.
- Располагайтесь.
- В каком смысле "располагайтесь"?
Мне нужен ваш начальник!
Я должна ему сообщить!..
- Пожалуйста, присядьте.
Присаживайтесь, присаживайтесь.
- Здравствуйте. Я начальник службы
безопасности подполковник Игнатов.
Садитесь. Что вы хотели сообщить?
- Нужно остановить рейс компании
"Стар", который вылетает в Сочи.
- Вы серьезно?
- Абсолютно!
У него откажут двигатели
и произойдет катастрофа!
- А почему у самолета
должен отказать двигатель?
- Ну, я... Я не знаю. Может быть,
взрыв, может быть, диверсия?
- Откуда у вас такая информация?
Вы как-то с этим связаны?
- Да боже упаси. Да нет, ну что вы!
Нет, я не знаю, я...
Должен был лететь капитан Гремин, да?
Но его заменили.
Капитан Гремин бы справился
с этой ситуацией,
а этот второй - он не сможет,
понимаете, он не справится!
И двигатель загорится,
и самолет разобьется!
- Простите, можно вашу сумочку?
- Пожалуйста.
- Благодарю. Секунду.
- Подождите здесь минуточку.
- Подождите, там...
Зачем вы забрали сумку?
- Минутку здесь подождите!
- Там телефон! Послушайте!..
Вы слышите меня! Телефон отдайте!
- Скажите, была сегодня
замена пилота на рейсе 417?
По рации: - Была.
- А кто должен был лететь?
- Гремин.
- Гремин?
Значит так, останавливайте посадку,
высылайте кинологов с собаками,
пусть проверят самолет
на взрывчатые вещества. - Есть.
- Надо в Следственный комитет
позвонить.
- Позвонили уже. Действительно,
Островская работает у них.
- Чисто.
- У нас все чисто.
- Объявляйте посадку.
- Здрасте.
- Пожалуйста, пристегните ремни.
- Выпустите меня! Слышите?!
- Дамы и господа,
наш самолет готовится к взлету.
Убедитесь, что спинки кресел
приведены в вертикальное положение,
а ремни безопасности застегнуты.
Авиакомпания "Стар"
желает вам приятного полета.
- Сегодня все точно будет в порядке.
- Правда?
Это с чего это вы так уверены-то?
- Мы проверили самолет:
никакой бомбы там не обнаружено.
Вы в курсе, что есть статья
за ложную информацию?
- Борт 417, к взлету готов.
- Скажите, а птицы могут повредить
двигатель самолета при взлете?
- Птицы?
- Ну да-да, птицы.
Чайки. Целая стая чаек?
- Теоретически возможно.
Но у нас есть специальная бригада
орнитологов, которая разгоняет птиц
и со взлетной полосы,
и со всего аэродрома.
- А сегодня разгоняли?
- Не знаю. Птиц мало. Не сезон.
- Узнайте, пожалуйста. В районе
аэродрома может быть стая чаек.
- Чего мы ее слушаем?
Она явно не в себе.
- Но проверить надо.
Пойдем к орнитологам.
По телевизору: "Строительство
новой магистрали потребовало
осушения части территории,
что привело к миграции птиц".
- Я поняла.
Это все из-за строительства!
Нарушена экология, и чайки мигрируют!
Понимаете?
Они... Они мигрируют! Откройте!
Слышите?! Я все поняла!
- Ну, и что мы ищем?
- Ищем то, не знаю что,
и там, не знаю где.
- Не замечали в последние дни
в окрестностях аэродрома стаю чаек?
- Отдельные чайки попадались,
но чтобы стая...
- Подождите. Отмотайте-ка назад.
- Что за?.. Черт!
- Это я у тебя должен спросить!
Проморгал! 417-й, остановить влет!
Как поняли? Прием!
- Нет, ну почему я на слово-то
должен был поверить?
Документов у нее не было.
- Людям надо доверять. Особенно ей.
- Олег, как я рада тебя видеть!
- Ты что? Ты в порядке?
- Да.
- Давай, садись.
- Анна Борисовна,
извините, пожалуйста,
вышло небольшое недоразумение.
- Что еще надо сказать?
- Спасибо большое.
Вы были абсолютно правы насчет чаек.
Включили шумовые пушки -
целая стая поднялась и улетела.
- Ты что, плачешь?
- Нет, уже не плачу.
- Пойдем, давай.
- Ой.
- Что?
- Нет, ничего, ногу ушибла.
- Сама?
- Сама. Конечно, сама.
Вы на дверь посмотрите. Это, между
прочим, порча имущества аэропорта.
- Извините, пожалуйста.
Я, правда, не хотела.
- Да ну что вы...
- Давай, пойдем.
Человек жизни спас, целый самолет,
а ты - дверь! Крохобор.
Тебе к врачу бы надо,
ногу посмотреть.
Есть врач? - Есть.
- Давай, веди.
- Извините.
- Ничего.
- Вот и все. Только повязку
не снимайте, чтобы не было отека.
И я вам советую сделать рентген.
- Спасибо. Можно обуваться?
- Конечно, а я вам дам еще таблеточку
и обезболивающий пластырь.
- Давай я тебе помогу.
Ну ты даешь!
Больно?
- Все. Ага.
- Так, вставай.
Так, сейчас пальто. Что такое?
Нормально все?
- Ой! Нет, ничего. Все хорошо.
Олег, посмотри.
- Пожалуйста. Служебные документы.
- Гремин...
Ничего себе! Все в порядке.
Я из полиции.
- Чем обязан?
- Скажите, пожалуйста,
почему у вас 11-го числа,
первый пилот Гремин
у вас два раза медосмотр проходил?
- 11-го? - Да.
- А! Утренний рейс по техническим
причинам был перенесен на вечер.
А мы осматриваем экипаж
перед каждым полетом.
- Ага. Это многое объясняет.
- Ой, ой.
- Да, Иваныч, хорошо.
Гремин сейчас в морге на опознании,
с ним Старостин.
Я тогда к нему, а ты...
- Я доеду, не волнуйся.
Нога уже вроде бы не болит.
- Спасибо твоей ноге.
Если бы не она...
- Ну все, все. Дальше я сама.
Спасибо, пока.
- Аня...
- Что?
- Крутая у нас с тобой
команда получилась.
Может, мы?..
- Олег...
- Ладно, ладно.
- Привет, Боря. Я мама Маши,
с которой ты играешь.
Я тебя тоже вижу.
Ты не можешь отсюда уйти?
Есть одно волшебное место,
где тебя очень ждут твои дедушки,
бабушки и твой дядя.
И оттуда можно видеть свою маму.
Хочешь туда?
Тогда нужно перестать бояться,
закрыть глаза...
Хочешь, я с тобой тоже закрою?
...И немного покачаться.
- Ну как прошло опознание?
- Да, это Наташа.
Пожалуйста, найдите того,
кто это сделал.
- Так нашли уже.
- Правда? - Да.
- Кто это?
- Вы.
Мы знаем, что ваша жена получила
огромное наследство,
после чего решила с вами развестись.
- Этим слухам сто лет в обед.
Мы любили друг друга.
- В тот день вы выехали из дома,
как обычно.
Только ваш рейс перенесли на вечер.
И вы решили -
либо сейчас, либо никогда.
Позвонили жене, пригласили на обед.
Так все было?
- Вы все еще подозреваете меня?
Ищите настоящего убийцу.
- Хватит! Вы убили свою жену.
Задушили ее в машине,
отвезли ее труп в лес и там закопали.
После чего вернулись
и успели на свой рейс.
Только вы одного не учли - бумажки,
бумажки все помнят.
- Какие бумажки?
- В тот день вы второй раз
расписались в журнале медосмотра
в 15:10.
Забыли, наверное, да?
А, вот еще что.
Знакомый предмет?
- Мой пропуск?
Это ваша сумасшедшая его выкрала?
Я буду жаловаться.
Ни один суд не примет во внимание
улику, полученную незаконным путем.
- Может быть. Но сейчас в вашем доме
проходит совершенно законный обыск.
Видите вот эти вот хвойные иголки?
Я уверен, у вас дома найдут их
предостаточно.
Так что лучше признайся, а.
Да все ж понятно.
Ты хотел свой частный аэроклуб,
а жена решила с тобой развестись
и уйти к другому.
Мало того что уничтожила твои мечты,
так еще и в грязь втоптала. Да?
Да, это ты ее убил.
- Если вы предъявляете мне обвинение,
то я требую адвоката!
- Стоять!
- Лежать!
- Ну что, набегался?
Надевай браслеты.
- Пошел!
- Надеюсь, ты всех спасла?
- Почти.
Очень устала. Да еще ногу ушибла.
- Ты молодец.
Ты извини меня за резкие слова.
Я очень люблю тебя и наших девочек,
какие бы они не получились.
А получились они замечательные,
все в маму.
- Пока, мои хорошие.
- Пока!
- Все, если будете себя плохо вести,
мама мне все расскажет. Понятно?
- Хорошо, папа.
- Пока, пока.
- Пока! Пока, пока!
- Ну, а ты чего?
- Там нет Бори. Без него мне
не с кем играть. Почему он уехал?
- Машенька, так надо было.
Ты не беспокойся,
обязательно найдутся новые друзья.
Главное - ничего не бояться.
- Я не боюсь. Я не хочу.
Пока.
- Что ты делаешь?
- Ничего.
- А где твой друг?
- Он уехал.
- Хочешь поиграть с моим другом.
Правда, он воображаемый,
его могу видеть только я.
- Классно! А кто он?
- Жираф.
- Из Африки?
- Ну да. Будешь с нами играть?
- Видишь, не всё так плохо.

Серия 11

(Слышен детский плач)
- Женя, Маша!
Женя, Маша плачет! Женя!
Доченька, Машенька, успокойся.
Тебе приснился просто страшный сон.
Маша! А где Маша?
Ой! Вы кто?
Где мои девочки?
Что вам от меня нужно?
Я спрашиваю: что вы от меня хотите?
(Звонок в дверь.)
- Кто там так рано-то, а?
Лежи-лежи, я открою.
Аня, это к тебе.
- Татьяна Павловна, здравствуйте.
А вы откуда здесь?
- Ань, ты прости, что мы к тебе
так рано заявились,
но без тебя никак.
- А что случилось?
- Познакомься: это Тоня, соседка моя.
Тоня, ну-ка садись.
Очень приятно.
- Ань, беда у нас.
У Тони сын пропал.
- Господи! А сколько лет?
- Ему 23 года.
Он поехал в Псков сдавать сессию.
Мы недавно переехали в Питер,
мы до этого в Пскове жили.
Там он в университет поступил,
а переводиться не захотел.
Вот он так и мотается
между Питером и Псковом.
Я его проводила,
а домой он так и не добрался,
и вот пошли вторые сутки.
- Тоня сразу ко мне,
а чего я могу-то?
Для заявления еще рано.
Скажут: загулял.
- Он не мог так поступить.
Он знает, что у меня сердце больное.
Илюша точно бы предупредил.
- Ань, Илюшка действительно
парень очень приличный,
он бы так не поступил.
- А даже если бы он загулял,
почему выключен второй телефон
и из соседей никто его не видел?
- А вы к Жогову-то обращались?
Он бы точно помог.
- Доберусь я еще до этого Жогова.
Но с тобой-то уж всяко быстрее будет.
- Я вас очень прошу:
вы, пожалуйста, помогите.
- Ань, посмотри парня
по своим каналам.
Может, что увидишь.
- Ну как, жив?
- Во всяком случае я не вижу,
что он мертв.
- Вот видишь! Это очень хорошо,
если Аня не видит и не чувствует.
Значит, он жив.
- Правда?
- Ну конечно правда! У нас к Ане
только одни жмурики приходят.
Ты ведь только призраков видишь?
Ну, в основном.
- Если только в основном.
- А вы сможете Илюшу найти?
- Может, его машина сбила?
А может, приступ какой?
А что, если он лежит
где-то без сознания?
- Пока мало информации, извините.
Сейчас я ничем не могу помочь.
- А может быть, вы сможете с нами
поехать в квартиру к Илюше?
Ну, может быть, вы там сможете
что-нибудь увидеть. Пожалуйста.
- Тут ведь не очень далеко,
всего часа три езды.
Извините, Татьяна Павловна,
я сейчас подойду.
- Тонь, не раскисай раньше времени.
- Что думаешь?
- Не знаю, решай сама.
Я понимаю, что последнее время
я все взвалила на тебя,
но у нее сын пропал.
Вдруг я смогу чем-то помочь?
- А ты хочешь всем помочь?
У тебя, между прочим, дети есть.
- Так нельзя, Жень.
А если бы у нас такое произошло?
- А, то есть я сейчас
бесчувственный негодяй?
Ладно, хорошо, я всех развезу
по школам, по садикам,
потом привезу, сделаю ужин,
уроки, уложу спать.
- Спасибо тебе.
- Девочки, давайте просыпайтесь.
- Ань, я Олега попросила,
он вас быстро домчит.
- А как же вы?
- Я на автобусе,
здесь недалеко, не переживай.
Тонь, ты держись.
Нормально все будет, хорошо.
- Татьяна Павловна, давайте хотя бы
до остановки вас докинем?
- Я пройдусь, подышу воздухом.
Поезжайте.
- Привет. - А ты что,
решил водителем подработать?
- Все равно выходной сегодня.
Я вас мигом домчу.
- У меня даже мыслей
никаких плохих не было.
Все как всегда: я его собрала,
банки с вареньем положила,
всю ночь у телефона просидела,
а он как сгинул.
- А сколько лет вашему сыну? Года 23?
У него, небось, и девушка есть,
еще, наверное, и не одна.
Найдется ваш Илья, не волнуйтесь.
- Да вы что, он у меня
мальчик домашний.
Я всех друзей его знаю.
А девушки у него нет пока.
Нравилась одна,
на день рождения хотел пригласить.
Через две недели день рождения.
- Давайте я вам дам успокоительное?
У меня есть, хотите?
- Да, пожалуйста. У меня, знаете,
сердце как в тисках и шум в голове.
- Вот, держите. И, пожалуйста,
не накручивайте себя.
Вы же сами сказали:
никаких плохих мыслей не возникло.
- А у вас?
- И у меня тоже.
- Правда?
- Воду возьмите.
- Спасибо.
- Папа, больно!
- Прости, пожалуйста, я нечаянно.
- И к криминальным новостям.
В Лужском районе в ночь на среду
произошел пожар в садовом
товариществе "Радуга".
Пожарные сработали оперативно,
но большая часть дома сгорела.
На месте трагедии обнаружено
частично обгоревшее тело мужчины.
- Оль, выключи, пожалуйста.
- По предварительной версии
погибший отравился угарным газом.
В данный момент личность жертвы
устанавливается
и все обстоятельства трагедии
выясняются.
- Подождите секундочку.
Вот бахилы надеваем.
- Зачем это?
- Ну, вдруг понадобится
криминалистов вызывать,
а мы здесь натопчем.
- Но ведь вы сказали,
что вы его не видели среди мертвых,
что он вернется.
- Да нет, это обыкновенная процедура,
ничего в этом страшного нет.
Знаете что, а давайте-ка вы
идите на улицу,
посидите, подождите нас там,
воздухом свежим подышите,
а мы сами все посмотрим,
исследуем, изучим. Сами.
- Ладно. Я тогда пойду.
- Давайте.
- Ну, что притихла?
- Да не обращай внимания.
- Тебя что-то беспокоит,
я же вижу. Что?
- Все беспокоит. Все.
Последнее время только и делаю,
что всех расстраиваю,
но изменить ничего не могу.
- Это из-за матери парня
или из-за домашних?
Ну, меня ты вообще не расстраиваешь.
Ты же не робот - обычный человек.
- Ты такой милый.
Спасибо тебе большое.
- "Милый" - давно меня так
никто не называл.
А мужа ты тоже так называешь -
"милый"?
- Так, я беру свои слова обратно.
- Ну, в общем,
следов криминала я не вижу.
Следов похищения тоже. И варенья нет.
Значит, просто парень не доехал.
А у тебя что?
- Ничего. Квартира как квартира.
Надо ванную еще посмотреть.
(Звонок.)
- Ну что?
- Привет, мил... дорогой.
- Как дела? Парнишку нашли?
Все в порядке? Скоро домой?
- Сейчас, минуточку.
Ну что там у тебя? Ты закончил?
- В принципе, да. Сейчас выйдем,
часа через три буду дома.
- Да, но новостей никаких:
ни плохих, ни хороших.
А как у вас?
- Да ничего, все хорошо.
К вечеру хотя бы успеешь домой?
Если да, то обещаю вкусный ужин.
- А если нет, то ужина не ждать?
- Конечно. Даже не рассчитывай.
- Ты мне не оставляешь выбора.
Скажу Данилову,
чтобы мчался как можно скорее,
тогда успею.
- Ань, я скучаю, девчонки тоже.
Да, кстати, сегодня в саду спросили:
"Все ли хорошо с вашей мамой?
Что-то давно ее не было видно".
- Какие сплетницы, а!
Данилов: - Аня!
Евгений: - Девчонки на следующей
неделе хотят пойти на ледовое шоу.
Данилов: - Аня!
Евгений: - Ты с нами?
- Аня!
- Алло, Аня, ты что-то пропала.
Ань, ты меня слышишь?
Данилов: - Останови его!
- Что с тобой?
- Ань, что-то случилось? Аня!
- Алло, я перезвоню. Нет, ничего.
Простите. Простите.
Мы ничем не смогли помочь.
- Ну, не расстраивайтесь так.
Отсутствие новостей в этой ситуации -
это хорошо.
Я бы на вашем месте обзвонил бы
еще раз всех друзей, подруг,
в соцсетях посмотрел. Наверняка
сидит где-нибудь в теплой компании.
- Я уже обзвонила.
- Вы еще раз позвоните.
Они же такие, прикрывают друг друга.
- Да, конечно.
- Точно с нами не поедете?
- Нет, я здесь останусь,
буду Илью ждать. А вдруг он вернется?
А вам и так большое спасибо.
- За что спасибо? Мы же ничего
не нашли. Никаких хороших новостей.
- Ну, за то, что плохих новостей
тоже нет.
- Ладно, поедем.
- Поедем. - Спасибо.
- А ты ведь соврала мне.
Рассказывай, что видела в ванной.
- С чего ты взял,
что я там что-то увидела?
- Да ладно, хватит.
Была бледная, как мел.
Потом выскочила из дома
как ошпаренная.
Ну рассказывай, что там было.
Привидение? Это связано с парнем?
Падла!
- Хватит!
- Что?
- Немедленно остановись
и пристегнись.
И хватит вести себя как смертник!
- Ну и что на тебя нашло?
- Хочешь знать, что я там увидела?
Я действительно в зеркале увидела
призрака. И этим призраком был ты.
- Ну и что это значит?
- А ты не понимаешь?
Чаще всего я вижу мертвых.
- Я же живой.
И ты говорила, что я буду жить долго.
- Я не знаю, что это может значить.
Я даже боюсь подумать,
что это могло бы значить.
Но я хочу до дома доехать живой.
- Пропавший парень, мертвые девушки,
Данилов в зеркале,
восьмиконечная звезда.
Вот что мне с этим прикажешь делать?
- Я не знаю.
- А что, если пока суд да дело,
мы в втихаря начнем розыск парня?
- Ну конечно. - Да.
- Ну на каком основании?!
- Иваныч, ты забыл?
Анна видела мертвых девушек.
А если мертвые -
скорее всего, жертвы.
И наверняка связаны с парнем.
- Чьи жертвы?! Объясните мне.
Жертвы чего?
- Послушайте, честно говоря,
я не знаю, что это может значить,
но они являлись сегодня мне дважды,
эти мертвые девушки.
- Так. Давайте вот что сделаем:
мы сейчас составим фотороботы
этих ваших призраков,
пропустим по базе - может быть,
что-то и всплывет.
Я для вас больше ничего
сделать не могу.
- А еще вы можете позвонить
насчет Ильи.
- Татьяна Павловна, идите займитесь,
пожалуйста, своим делом.
- Да.
- Хорошо, я позвоню в полицию.
Я позвоню.
- Спасибо.
- Так, Аня, давай займись
фотороботом.
Олег, помоги ей, пожалуйста.
- С удовольствием.
- Делайте все сами.
Никого не привлекаете.
Потом... Это что?!
- Новое оборудование.
Устанавливать будем.
- Бардак.
- Брови такие?
- Нет. Нет. Нет, не эти.
А давайте попробуем сделать такие же
брови, как у второй девушки.
- Вась...
- Ага, только шире.
Вот. Да, вот так.
- Глаза узко посажены, широко?
- Нет, шире. Нет, нет, еще шире.
Ага, вот. Похоже на то.
- Распечатай.
То есть ты хочешь сказать,
что на том свете
меня будут окружать
вот такие вот красотки.
- Ну как ты можешь вообще так шутить?
Спасибо.
- Ну, хочешь по-серьезному?
Назовите особые приметы, гражданка.
Вес, возраст, рост.
- Ну, 20-25 лет. Ниже меня.
Намного стройнее.
- То есть, получается,
телосложение худощавое.
Выходит, они примерно одного возраста
с парнем, да, все?
- Выходит, что так.
- Ну хватит уже чертить.
До дыр протерла.
Ты уверена, что именно это
я тебе показывал?
Ну, может быть, я такой вот цветок
нарисовал для тебя.
Или хотел сказать,
что ты наша звезда.
(Звонит телефон.)
- Извини. Алло, алло.
- Алло, мама, ты скоро приедешь?
- Нет, я буду в десять часов,
а ты уже будешь спать в это время.
- Плохо. Мне надо завтра сделать
бумажные цветы,
а у папы ничего не получается.
- Ну, конечно. Это наглая ложь.
Твоя дочь - врушка.
- Ну дай, пожалуйста, папе шанс.
- Мам, ты же говорила,
у папы по-другому руки растут.
- Попроси Олю, она поможет.
- Оля только мешает и говорит,
что я криворучка. - Криворучка.
Ручкакриво. Маша - это криворучка.
- Ну, мам.
- Так, девочки, я на работе.
Все, пока.
- Что-то не спешишь ты к дорогому,
а мы почти закончили.
- Послушай, у меня дежавю.
У меня ощущение,
что я их видела где-то раньше.
- Ну, ясен пень.
Во сне и вчера в зеркале.
- Да нет, еще раньше.
Надо понять, что означает вот это.
И, мне кажется, я знаю,
кого я могу об этом спросить.
- Что вас снова ко мне привело?
- Вы знаете, что это значит?
- Конечно. Это октаграмма.
Это известный символ.
Восьмилучевая звезда.
Еще ее называют крестострел.
- А что она значит?
Какой в ней смысл?
- Откуда она у вас?
- Из моих видений.
- Что ж...
Особенность октаграммы в том,
что все ее вершины
связаны между собой
и все они вращаются
вокруг единого центра.
- Получается, убитые девушки
связаны между собой. Но как?
- Боюсь, я тут не смогу вам помочь.
Призраки приходят к вам.
Значит, они хотят говорить с вами.
- Но они приходят и молчат.
И только показывают этот знак.
Я не знаю, кто они, откуда они,
чего они хотят, чем они связаны.
- Наберитесь терпения.
Информация придет.
- Боюсь, что у нас
очень мало времени.
Девушки стали приходить,
когда исчез вот этот парень.
Вы можете о нем что-то сказать?
- От его фотографии идет холод.
Я не вижу его в мире живых.
- Я так устала.
Просто голова кругом.
Тот мальчик, которого мы искали,
скорее всего, мертв.
Бедная мать.
- Ей рассказали?
- Нет, конечно. У нас нет ни трупа,
ни свидетельских показаний.
- Как у вас прошел день?
- Не так насыщенно, как у тебя.
Вначале мы ждали тебя к обеду,
потом к ужину,
потом мы делали поделку.
Я выслушивал,
откуда у меня растут руки.
Правда, им то же самое говорил.
- У тебя самые прекрасные руки.
Самые нежные. Самые красивые.
Я тебя очень люблю.
Поставь мне, пожалуйста,
будильник на 10.
У меня в 12 часов
совещание на работе.
- А ты не перебарщиваешь, мать?
Совещание у нее.
А я что, должен опять
с утра вставать, всех будить,
кормить, одевать,
собирать в школу и в садик?
- Жень, ну прости.
- Получается, сына уберег
от работомании, а тебя нет.
- Ну кто же знал, что так получится?
- Ну конечно, действительно.
Кто же знал, что так получится?
Все само собой получается,
а ты здесь ни при чем.
- А что же делать?
- Всегда есть надежда.
- Жень, Жень, нельзя терять надежду.
Жень...
А хочешь, я сама всех развезу завтра,
а до этого встану пораньше,
что-нибудь приготовлю вкусненькое?
- Нет, не надо. Мы сами справимся.
Ты лучше выспись, а то, если
не выспишься, нам всем будет хуже.
- Я имел в виду не вообще надежду,
а конкретно Надежду Аркадьевну.
- Жень, давай мы позовем к нам
Надежду Аркадьевну?
- А как ты догадалась? А, ну да,
от тебя же ничего не скроешь.
- О чем догадалась?
- Мама звонила два дня назад,
сказала, что хочет к нам приехать.
- А почему ты мне ничего не сказал?
- Слушай, я не хотел тебя
расстраивать раньше времени.
- Почему "расстраивать"?
Я вовсе не расстроилась.
Наоборот, мама приедет,
будет с девочками, по хозяйству,
пока я занята.
- Ты что, правда так думаешь?
- Ну, конечно. Ну правда, правда.
Давай спать. Да? Надеюсь,
сегодня обойдется без кошмаров.
- Спокойной ночи.
- Девочки! Девочки, вставайте.
И папу будите.
Я вам печенье испекла.
(Звонит телефон.)
- Да. - Доброе утро, соня.
Ты просила разбудить тебя в 10 утра.
- Да, но я могла бы поспать
еще пять минут.
- Ну, у меня лекция скоро.
И у меня для тебя сюрприз.
- Сюрприз? - Мама звонила.
Сегодня она прилетает.
- Сегодня? И правда сюрприз.
- Ты не рада? Ты же...
- Да нет, нет. Я рада.
Просто не думала, что так скоро.
Но надо кто-то подготовиться.
А где она будет спать?
- Ну, в гостиной
или у меня в кабинете.
Только там нужно убраться.
И можем поужинать, кстати,
все вместе в ресторане.
- Нет. Не надо в ресторане.
Я сама что-нибудь приготовлю,
а то твоя мама будет говорить,
что у нее невестка
не может создать домашний уют.
- Ну отлично. Только, помнишь,
она не ест свинину?
Только телятину и рыбу.
А я куплю тогда вина и сладкого.
- Хорошо. Все, я тебя люблю.
- Я тебя тоже.
- Давай, до вечера.
Ну опять вы, а? Ну что вы? Зачем вы?
- А что такого? Я стерилен. Ты одета.
- Да я не об этом!
Зачем вы посоветовали пригласить
Надежду Аркадьевну? Вы знаете,
что у нас с ней отношения не очень.
Мы не очень ладим. - Она все равно
сама собиралась ехать.
Тут было важно,
чтобы инициатива исходила от тебя.
- Для кого важно?
- Для тебя, для Женьки.
Для укрепления
семейных взаимоотношений.
- Вы говорите
о взаимоотношениях семейных,
а сами их рушите, не моргнув глазом.
Вы ушли из семьи, женились на другой.
К внучкам не заезжали ни разу
при жизни.
- Ну, никогда не поздно
исправить свои ошибки.
- Ну да, за наш счет.
(Звонит телефон.)
Да, слушаю.
- Доброе утро. Срочно приезжай.
- Мы же договорились в полдень.
- Есть новости. Приезжай поскорее.
- Хорошо-хорошо, я поняла.
Могу я наконец принять душ?
- Да я не против. Алло!
- Где Данилов?
- Не знаю.
- С утра звонил, кричал,
что у него какие-то важные новости.
Ну что, эта штука работает?
- Работает. Настраиваем.
- О, все на месте. Это очень хорошо.
- Так, я надеюсь, что у тебя
действительно важные новости,
потому что я отменил
встречу у начальства.
- Новости есть, Иваныч.
На днях в Лужском районе
произошел пожар.
На пепелище был обнаружен
труп мужчины.
- Опознали?
- Да, экспресс-анализ ДНК показал,
что это останки нашего Ильи.
- О господи!
- Откуда у тебя ДНК парня?
- Когда мы были в Пскове,
я взял пару волосков с расчески.
- Оперативно.
Матери сказали?
- Пока нет.
Это еще не все. Вчера мы с Анной
составили фотороботы
мертвых девушек из ее видений.
- Есть что-нибудь?
- Работа с нашей базой данных
ни к чему не привела,
и я решил пробить по базе данных
судмедэкспертизы по всей стране
на предмет соответствий.
И вот что обнаружил.
За последние полгода
я обнаружил четыре случая,
когда жертв приходилось опознавать
при помощи анализа ДНК.
- Это все пожары?
- Да, все пожары.
Раз, два...
Третья. И четыре.
Пятый - наш Илья.
- Так это же они!
Это же они ко мне приходили.
- Да.
- Кто была первая?
- Вот эта первая.
- Вторая?
- Внизу.
- Третья?
- Вон там.
Четвертая - здесь.
- Пятый - Илья.
Так это же октограмма!
Вот что мне хотели сказать призраки.
Значит, у нас будет еще три убийства,
замаскированных
под несчастные случаи!
Вот в этих местах.
- Это еще не все. Самое интересное,
что все наши жертвы -
единокровные братья и сестры:
генетики подтвердили
с вероятностью 99 процентов,
что у них один отец.
- Все вершины вращаются
вокруг одного центра?
- Центр - в Питере?
- Да, Иваныч, получается, у нас.
- Мама, у нас сегодня
праздник, что ли, будет?
- Что? Почему?
- Ты готовишь настоящий ужин.
- Конечно, ведь приезжает бабушка.
Вы прибрали в комнате?
- А зачем? Если бабушка приезжает,
то она и приберет.
- Откуда такие выводы?
- Папа любит повторять:
"Бабушка бы такого бардака
не потерпела,
бабушка бы порядок навела".
(Звонит телефон.)
- Так, давай дальше ищи.
Холодно, холодно.
- Да, слушаю.
- Ты сейчас сильно занята?
Скоро мать Ильи приедет -
нужно поговорить с ней:
вдруг удастся что-то выяснить.
- А до завтра подождать не может?
- Ну не может. Я тебя жду.
- Хорошо, поняла.
- Бабушка приехала!
- Ох, Олечка!
- Надежда Аркадьевна, здравствуйте.
- Здравствуй, Анечка.
- Вы прекрасно выглядите.
Морской воздух вам явно к лицу.
- Уж этот мне морской воздух!
Летом на него слетается куча людей,
и не продохнуть,
а зимой - холодно, сыро,
и... одиночество.
- Девочки вам скучать точно не дадут.
- Это да.
- Вы уж меня извините, но мне нужно
отлучиться по работе, срочно.
- А ты куда собралась?
- Женя, прости, пожалуйста.
У нас в расследовании большой прорыв,
и мне нужно срочно ехать на допрос.
- Прямо сейчас, вечером?
- Ну да.
К сожалению, тот парень,
которого мы искали, погиб.
Мне нужно поговорить с его матерью.
- А что, на утро
это нельзя перенести?
- Нет, нельзя. И еще вот, смотри.
- Что?
- Это тетрадь, в которую
ты записывал мои сны.
Вот эти девушки мне уже снились.
Почему я тогда не обратила внимания
на этот сон?
- Потому что ты еще не работала
в Следственном комитете,
их никто не искал.
- Ты понимаешь, они давно хотят
что-то до меня донести.
Если бы я их услышала,
этих убийств не было бы, понимаешь?
- Я понимаю.
Я маме-то сейчас что скажу, а?
Мы же ужинать собирались.
- Я поставила телятину. Если
я сейчас уйду, то в десять закончу -
как раз все приготовится.
Я к ужину обязательно успею.
- Ну хорошо, иди.
- Тоня, Тоня! Тоня...
(Антонина плачет.)
Тоня, Тонечка!
- Здравствуйте. - Здрасте.
- Связались с тревожными регионами:
все заявления о пропаже молодых людей
и девушек от 20 до 25 лет
поставлены на особый контроль,
все несчастные случаи с жертвами
перепроверяются.
- Отлично. Тебя уже прикрепили
к этому делу?
Я звонил твоему начальству.
- Не знаю. Но тебе вряд ли откажут,
так что могу прямо сейчас приступить.
- Приступай. - Есть!
- Аня...
Ну что? Как она?
- Плохо. Плачет не переставая.
- Говорить может?
- Да.
- Ну пойдем.
- Антонина Васильевна,
мы приносим вам
свои глубочайшие соболезнования.
Не могли бы вы ответить
на несколько вопросов?
- Да, конечно.
- Кто отец Ильи?
- Я не знаю.
Это очень долгая история.
Мы с мужем с самого начала
хотели много детей, но Бог не дал.
- Вы не могли забеременеть?
- Не во мне была проблема.
Муж, как выяснилось, бесплоден, и...
- И вы сделали ЭКО?
- Да,
экстракорпоральное
оплодотворение.
Мы в Питере нашли клинику,
и там нам подобрали донора.
Илюша так и родился.
- Донор был анонимный?
- Да, конечно.
- Значит, вы не можете помочь нам
установить отца ребенка?
- Нет, простите.
В клинике должны знать.
Хотя столько времени прошло...
- Антонина Васильевна,
я прошу вас: пожалуйста, вспомните
что-то еще про эту клинику -
ну, адрес, название,
может быть, фамилии врачей. Хорошо?
- Да, хорошо.
- Аня, запиши, пожалуйста.
До свидания.
- До свидания.
- Аня, вот ручка.
- Садовский. Фамилия врача Садовский.
Я не знаю, как называется клиника.
Где-то на Октябрьской находится.
Мало вам вводных, что ли?
Давайте. Мне это срочно надо.
Да, быст...
Да, все.
Что у тебя? - Я дозвонилась
родителям остальных жертв:
все они делали ЭКО в Петербурге
в той же клинике.
Это что же получается? Кто-то
уничтожает потомков одного донора.
- Подожди, так, может быть,
убийца - отец?
- Почему вы так думаете?
А если это кто-то из клиники?
- А мотив какой?
- Убийца таким образом мстит донору -
убивает все его потомство.
Может быть, это вообще
какой-нибудь религиозный экстремист.
- Нет, я думаю, что это маньяк.
Точно говорю, маньяк.
- В любом случае нам нужно
срочно найти этого донора.
- Так уже ищем главврача, работаем
с клиникой, архивы поднимаем.
Данилов, что у тебя?
- ЧП, Андрей Иванович.
Из Новгорода сообщают:
у них там девушка пропала.
- Шестая.
- Спасибо.
- Вася...
Ваня, я тебя очень прошу:
подключайся.
Убийцу надо остановить.
- Но послушайте,
у меня нет никакой информации пока.
Простите.
- Я могу на место поехать.
С момента исчезновения девушки
и суток не прошло -
возможно, убийца еще там.
- Давай.
Аня!
- Да?
- Во всех регионах,
где было совершено преступление,
поднимите базы по билетам -
на поезда, самолеты.
Счет идет на часы.
Убийца мотается по всей стране,
совершает безнаказанные убийства.
- Можем еще попробовать, а?
- Даже самая крутая программа
не сможет найти то, чего нет.
(Звонит телефон.)
- Да, слушаю.
- Так и знал,
что застану тебя на работе.
Может, я тоже медиум, а?
- Привет.
- Как дела?
- Да плохо.
Судя по всему, преступник
передвигается по стране на машине.
У тебя что?
- Подъезжаю к Новгороду.
Ну и дороги здесь!
- Ты зачем звонил?
- Отчитаться.
Пристегнут,
скоростной режим соблюдаю.
- Береги себя.
- А тебе не все равно?
- Все, мне пора.
- К дорогому? Ну беги.
- Пока. Ах!
Мясо же!
(Набор телефонного номера.)
- Я буду у вас максимум через час.
Доложите обстановку.
- Пропавшая девушка была на машине:
красный седан.
Мы объявили план "Перехват",
но машина так и не найдена.
- А что родители говорят?
- Мы их доставили.
Ждем вас, чтобы провести допрос.
- Не надо меня ждать,
начинайте без меня.
- Слушаюсь!
(Набор телефонного номера.)
- Алло. Слышно меня? Алло!
(Короткие гудки.)
Черт!
- Женя, такие милые девчонки!
Ну что, детей покормили, уложили -
давай пировать.
Надо отметить мой приезд,
а Аня к нам присоединится.
Дай-ка мне тарелку. Давай.
- За тебя, мама.
Хорошо, что ты прилетела.
- А я - за тебя.
- Это вообще! Совсем сигнала нет.
Приехали.
Ни черта не ловит.
- Эй, есть кто?
Эй, вы там?
У вас все в порядке?
Фары погасил, из машины вышел!
А ну стой! Стоять! Стоять, я сказал!
- Где Аня работает?
- В архиве Следственного комитета.
- И всегда так поздно?
- Ну, она еще там консультирует
по делам... Эх!
- Ничего-ничего.
- Представляешь,
я вначале был страшно рад,
что она пошла на эту работу,
нашла свое место.
И деньги, знаешь, лишними не будут.
- Ну, деньги лишними
никогда не бывают.
- Потом она слишком стала
заниматься этой работой.
Больше времени она отдает этим делам,
чем девочкам и мне.
Возвращается всегда в ночи и,
честное слово,
у меня уже терпение заканчивается.
- Знакомая история.
Я ночи напролет ждала твоего отца.
Ждала, терпела,
потом терпение лопнуло.
Стала выяснять отношения, ревновать,
устраивать сцены,
а он просто не выдержал и ушел.
- Я пришла. Добрый вечер.
- Наконец-то, Анечка.
Давай раздевайся и садись.
Женя, мясо греем, картошку греем.
- Нет, нет, благодарю.
Я так устала, что падаю с ног
и единственная моя мечта -
нырнуть в подушки и уснуть.
Поэтому посидите еще поговорите.
Сто лет же не виделись.
Ну ладно.
- Ты знаешь, Аня,
это даже не страшно.
То есть совсем не страшно.
Даже любопытно. - Олег...
- Знаешь, вся жизнь реально
проносится у тебя перед глазами.
Только вся. Сразу. За одну секунду.
Даже меньше, за пол секунды.
И все. И видишь все.
И чувствуешь все.
Все чувства сразу: страх,
паника, любовь, радость - все.
Все сразу. Это очень странно.
Как будто волной накрывает.
А потом накрывает вторая волна,
и все, что тебя удивляло раньше,
чего ты не знала,
становится очевидным и ясным.
- Ты как здесь оказался?
- И знаешь, поражает
эта абсолютная ясность в голове,
как будто я все чувствую, все знаю...
Я действительно все знаю.
Я знаю, кто убийца.
- Ты знаешь?
- Да.
И только ты можешь его остановить.
- Мама, вставай! Мама!
- Доброе утро!
- Доброе утро, мамочка.
- Мама, сегодня выходной.
Мы хотим гулять, а на улице дождь.
- Сейчас придумаем что-нибудь.
- Мама, заплети мне косички.
- У папы не получается.
- Не сейчас, не сейчас.
- А это у тебя волосы такие дурацкие.
- У тебя волосы дурацкие.
(Телефон абонента выключен.)
- Нет, у тебя.
- Нет, у тебя!
- Как палочки такие.
- Здравствуйте.
Я хотела узнать насчет Данилова.
- Уже знаешь?
- Что знаешь? Что я должна знать?
- Данилов в ДТП попал,
находится в критическом состоянии.
- Боже...
- Да, приятного мало.
У него была остановка сердца.
Мы постоянно на связи с врачами.
Как только он придет в себя,
я тебе обязательно сообщу.
- Да-да. Конечно. Спасибо.
- Мама, мама...
Бабушка варит кашу. Говорит,
что с утра кашу есть полезно,
а мы не хотим есть кашу.
Мы хотим есть оладушки.
- Мы хотим есть гренки еще.
Гренки я хочу.
- Мама, действительно, вставай уже.
Девочки, пошли одеваться.
- Я первая, я первая!
- Нет, я! - Нет, я!
- Лучшая семейная психотерапия -
это совместная настольная игра.
Когда я была маленькой,
мы играли в лото,
а теперь и эта сойдет.
- А почему Оля оранжевую фишку взяла?
Я ее первая взяла!
- Так, подождите.
Сейчас все распределим.
Смотрите. Мама играет оранжевыми.
- Спасибо.
- Папа играет зелеными.
- Зеленый.
- Я буду белой.
А сейчас разыграем...
- Я хочу желтую.
- Посмотрим, какая попадется.
- Так, вот эту. Желтая! Ура!
- Синяя - для мальчишек.
- Хватит спорить. Давайте играть.
(Звонит телефон.)
- Ой! Извините, пожалуйста.
Данилов.
Алло! Ты как? Что с тобой случилось?
Извините.
- Ну ладно, давайте тогда
пока начинать без мамы.
- Мне сказали, что ты чудом уцелел.
Я жутко испугалась.
- Права ты была
со своим предсказанием:
я чуть было не погиб.
Но "чуть было" не считается.
- Что случилось?
- А я не помню.
Вообще ничего, как отрезало.
Помню, тебе звонил.
Дождь шел, по-моему.
Дорога была мокрая.
Наверное, соскочил в кювет.
Хорошо, что скорая помощь
быстро приехала, откачали.
- Это было приблизительно
в шесть часов утра?
- Наверное. Откуда ты знаешь?
- Ты приходил ко мне во сне ночью.
- Я? В каком смысле?
- Ты явился в мою спальню
где-то около шести утра.
Видимо, минуту или две ты был
в состоянии клинической смерти.
- Я даже не знаю, что сказать.
Я приходил к тебе в спальню...
А ты хотя бы одетая была?
- Ты сказал,
что все очень отчетливо видишь
и знаешь имя убийцы.
- Кто убийца? - В этот момент
тебя, видимо, откачали.
Или дочки меня разбудили.
Но главное, что ты не назвал
имя убийцы, не успел.
- Ты знаешь,
эта сволочь убила уже пять человек.
И шестая, наверное, скоро умрет,
а я здесь застрял.
Абсолютно бесполезный. Ненавижу
себя чувствовать бесполезным.
- Прекрати.
Не переживай, ты скоро поправишься.
Пожалуйста, выздоравливай.
- А тебе правда не все равно?
- Мне пора. Пока.
- Пока.
- Все, он пришел в себя.
- Правда? - Да.
Да, моя хорошая?
Ну что, кто выигрывает? Чей ход?
- Я только что походила, значит,
теперь ходишь ты. - Отлично.
- Нет. Мама этот ход пропускает.
И следующий тоже пропускает.
Вообще, мама пропускает
все ходы этой игры.
- Почему?
- Потому что,
если игрок покинул игру
без разрешения,
он должен быть оштрафован.
Такие правила.
- Что это за правила?
А кто их устанавливает?
- Жизнь их устанавливает, Анечка.
Давай, Женя, не зевай.
- Не зевай! - Да. Хорошо, мама.
Дуй. Дуй.
Аня, дунь тоже. Спасибо.
- Да! Наконец-то! Я сама я богатая!
У меня 39 миллионов 580 тысяч!
- Подожди...
- И маме чаек можно?
Дашенька, чаек мамин, да?
- Ну что, есть новости по девушке?
Это плохо!
Ладно, я на связи. В любое время.
- Хотела уложить девочек,
а они сказали:
"Нет, нас бабушка уложит".
Твоя мама настраивает детей
против меня.
- Угу.
- Ну что - угу?
Поговори с ней.
- Ты же сама хотела,
чтобы она нам помогала.
- Да, но не до такой же степени.
Я себя просто чувствую изгоем
в нашем собственном доме,
а дом становится каким-то концлагерем
со своими жесткими правилами.
- Ты преувеличиваешь.
- Да ничего я не преувеличиваю.
Скоро дойдет до того,
что она будет нам указывать,
как нам заниматься сексом.
- Так, я могу спокойно поработать?
- Прекрасный способ решить проблему -
просто уйти от нее.
(Звонит телефон.)
Алло.
- Привет. Это Данилов.
Звоню удостовериться,
что с тобой все в порядке,
что ты дома, в своей постели.
- Да, я дома. Практически сплю.
- Значит, говоришь,
что я знал в твоем сне, кто убийца?
- Да. Ты знал все. А что?
- Да так, ничего.
- Пожалуйста, поскорее выздоравливай
и возвращайся домой,
а я приду тебя навестить.
- Если я к тебе первый не приду.
Приятных снов.
- Взаимно.

Серия 12

- Реанимация.
- Еле уложила.
Ты чего не спишь?
- Мама, ты могла бы быть
с Аней полегче?
Не надо так на нее давить.
- А я и так полегче.
Я просто не хочу,
чтобы у тебя терпение лопнуло.
Пусть лучше она на меня обижается.
- Она на тебя обижается,
и она на меня обижается.
- Ну а что же ты сидишь?
Иди утешай ее, успокаивай.
- Так, не надо мне указывать!
Я сам знаю, что мне нужно делать.
(Непрерывный сигнал
зуммера жизнеобеспечения.)
- Ну прости маму.
Она, конечно, перегнула палку,
ты же знаешь ее характер.
- Ты ведь правда так не думаешь,
как она?
Что я плохая жена, что я плохая мать?
- С чего ты взяла?
Она такого не говорила.
- Не говорила, но она так подумала.
Раньше у нас все было хорошо,
все было прекрасно.
Что случилось? Почему все изменилось?
- Ну, ты же помнишь закон системы:
если поменять один элемент,
вся система меняется.
- Когда я не работала,
у нас все было хорошо,
а теперь все плохо, да?
- Ну, ты что? Ты с этой работой
стала счастливее,
ты живешь полной жизнью,
просто нам тебя немножко не хватает.
- А давай изменим систему, а?
Давай начнем с мелочей?
Будем выполнять обещания друг друга.
Будем заботиться друг о друге.
Я буду очень стараться. Очень.
- Так, давай 200. От стола!
Давай-давай, парень, ну!
Еще разряд! От стола!
Еще раз! От стола!
Олег: - Эй! Аня!
Ты меня слышишь, Аня?
Это очень важно, Аня! Я...
Ты прости, что...
- Какая минута пошла?
- Шестая, кажется.
- Черт. Ставь 360. От стола!
Олег: - Аня, у меня совсем
мало времени! Врач: - Еще разряд.
Олег: - Я должен сказать тебе,
кто убийца, Аня!
Врач: - От стола!
- Ах!
- Что?
Олег: - Кто убийца...
- Что?
- Нет, ничего.
- Смотрите, пульс пошел.
- Вот, молодец.
Молодец парень, давай-давай!
Открывай глаза.
Вот, умничка. Вот, хорошо.
Ну вот. Все хорошо.
- Значит, сегодня у меня выходной,
девчонок ты заберешь?
- Да, конечно. И еще приготовлю
что-нибудь достойное,
чтобы окончательно убедить твою маму,
что я хорошая хозяйка.
(Звонит телефон.)
- Возьмешь?
- С сегодняшнего дня я работаю
только на рабочем месте
в строго отведенные для этого часы.
А сейчас у меня время для семьи.
- Тогда до вечера.
Кстати, ночью было интересно.
Предлагаю повторить.
- Поддерживаю.
- Пока.
- Пока.
(Стук в дверь.)
- Да?
- Андрей Иванович, здрасте.
Ой, воды... Бежала.
Что случилось?
- Данилов в коме.
- Что?! Подождите, я с ним
разговаривала несколько часов назад.
- Ночью опять была остановка сердца.
Врачи говорят,
что он сам спровоцировал приступ:
оборвал все провода
системы жизнеобеспечения.
Ты не знаешь, что нашло на него?
- Я не знаю.
С ним все будет в порядке?
- Врачи боятся делать прогнозы.
Говорят: "Скажите спасибо,
что откачали". И самое неприятное,
что девушку из Новгорода не можем
найти - ни живой, ни мертвой.
- А что же теперь делать?
- Делать, делать...
Значит так,
я сейчас поеду в Новгород,
а ты нарой мне какой-нибудь
информации, что ли, здесь:
смотри свои сны,
с мертвыми разговаривай.
Но его надо остановить, ясно?
- Так точно.
- Ну чего стоишь?
- Мам, ты что, оглохла, что ли?
- Что, что?
- Мама просто не хочет слышать бред,
который ты несешь!
- Замолчи!
- Что?
- Мама, меня мама Лины Добролюбовой
опять из-за тебя отругала:
ты опять не сдала деньги
в родительский комитет!
Она говорит, что я живу
за счет других детей.
- Боже мой,
как неудобно-то получилось.
А что же ты мне раньше не напомнила?
- Мама, попить купи! - Я забыла.
- И я забыла.
- Мама, попить купи.
- Куплю, куплю.
Куплю попить на заправке сейчас.
Вот ваша вода... Ах!
- Не медли. Останови его.
- Ах!
- Останови зло.
- Не медли. Ты должна остановить его.
- Кого - его? Кто он?
Как его найти, ну?
Что я могу сделать?
Ну почему вы все время молчите?!
Ну почему, почему вы молчите, ну?!
Вы прекрасно знаете, что пропала
еще одна девушка, ваша сестра!
Что я должна сделать, я не понимаю!
Почему вы молчите?!
Я отсюда не уйду,
пока вы мне не ответите!
И вы отсюда никуда не уйдете!
Хватит меня мучить!
- Мама!
- Мама!
- Не надо меня мучить!
- Мама, прекрати!
- Прекратите!
- Эй, что происходит?
А ну отпусти ее! Ты чего?
Ты пьяная, что ли?
- А... Со мной все в порядке.
Девочки, нам пора ехать, да?
- Куда ехать в таком состоянии?
Я не пущу вас.
- Послушайте, со мной все в порядке.
Правда, честное слово.
- Полицию вызвали?
- Не нужно полицию, зачем полицию?
- Как не нужно?
- Прекратите.
- А ну... Стойте! Вызвали или нет?
- Вызвали, уже едет.
- Все, приехали.
(Звучит музыка.)
- Дорогие друзья, я вам все возмещу.
Спасибо большое. Спасибо.
- Я один раз в магазине в очереди
в кассу увидела твоего отца.
Вашего дедушку.
Он тогда уже умер, но этот человек
был точь-в-точь Петр.
Я бросилась к нему, стала
его тормошить, бить его по щекам.
Думала, что это привидение.
Потом пришлось купить ему
бутылку коньяка,
чтобы он полицию не вызвал.
И смех и грех!
- Еще раз прошу прощения у всех.
- Мама, ты больна?
- Сама ты больная!
- Так, спокойно! Наша мама здорова,
она просто обозналась.
Она перепутала эту тетю с другой,
вот и все.
- Мама, а почему ты ее так трясла,
как будто побить хотела?
- Не знаю. Извините,
если я вас напугала.
- Ваша мама переутомилась,
это же ясно.
Вот ей и мерещится всякое.
Вам нужна помощница по дому.
- Какая еще помощница?
- Ну, чтобы готовила
нормальные завтраки, обеды и ужины,
а не вот этот вредный общепит.
- Бабушка, это же гамбургеры!
- Мама их готовит сама лучше всех.
Да, мама?
- Эта булка с котлетой -
прямой путь к гастриту и ожирению.
А еще помощница нужна, чтобы вовремя
сдавать школьные взносы,
чтобы дети не страдали
и не краснели за маму.
- Мама.
- Простите. Извините. Простите.
- Ты куда?
- Ну что, разве я не права?
(Всхлипывает.)
- Какая же...
- Да, да. И это тоже.
Так умеет иногда достать!
Но все же главное в ней не это.
Главное - она очень одинока.
Поэтому она хочет к вам перебраться,
хочет быть вам полезной.
- Чем полезной?
- Всем полезной.
- Ой, знаешь, гамбургеры
все-таки очень вкусные.
- Она хочет здесь остаться,
хочет сюда переехать.
- Кто тебе сказал?
- Твой отец.
- А, ясно.
Ну что я с этим могу поделать?
Она моя мать, и я ее люблю.
- Я понимаю.
Я буду терпимее.
- Спасибо.
Может, он еще ошибается.
- Обычно призраки не ошибаются.
Это я не мог их расслышать и понять.
- Ты на себя наговариваешь.
- Я не наговариваю.
Данилов себя чуть не убил,
хотел назвать мне имя убийцы,
а я его даже не видела.
Мертвые девушки приходят
и хотят сообщить мне что-то важное,
а я не могу разгадать их послание.
- Потому что ты просто устала.
- Я устала от своей никчемности.
Девушку похитили, ее скоро убьют,
а я ничем не могу помочь!
Женя, что делать?
- Я знаешь что подумал:
если призраки тебе явились
не где-нибудь, а на заправке,
значит, это что-то означает.
- Ты думаешь?
- Ну что? Расслабься,
попробуй заснуть.
- Ничего себе задачка:
заснуть на заправке...
- Ты неделю не спала. Закрой глаза.
Ты же хочешь им помочь.
Ну давай, попробуй. Давай.
Закрывай глаза.
Давай-давай.
(Вскрикивает во сне.)
- Помощь нужна?
- Нет, спасибо, ко мне уже едут.
- Вот правильно, дочка,
сиди в машине и запрись.
Только открой багажник,
я вытащу запаску.
- Да вы не беспокойтесь.
- Ты что, здесь, на трассе,
всю ночь будешь торчать?
А лихих людей не боишься?
Давай колесо поменяю -
и поедешь дальше.
Да открывай! Открывай.
Ага.
(Мрачная музыка.)
(Вскрикивает во сне.)
Ну все.
- Возьмите.
- Дочка, ну ты чего, я же от чистого
сердца - просто помочь тебе хотел.
А если бы мои дети
в такой ситуации оказались?
- Спасибо вам. Передайте вашим детям,
что у них замечательный отец.
- Ладно, бывай.
- Не выходи из машины!
- Что с вами?! Вам плохо?
Что с вами?
Ай!
(Вскрикивает во сне.)
(Напряженная музыка.)
- Прости, доченька,
судьба у тебя такая.
- Выпустите меня!
Выпустите меня, пожалуйста!
- Ты не должна была родиться,
а родилась.
- Выпустите меня, пожалуйста!
Здесь же бензин, я сейчас задохнусь!
(Кашляет.)
Ну пожа...
Кто-нибудь, помогите!
- А-а!
- Прости, прости.
Прости, плохая идея была:
тебя сюда привезти.
- Нет! Нет, идея была хорошая.
Со мной все в порядке.
Жогов: - Алло.
- Алло! - Да, Аня.
- Вы еще в Новгороде?
- Что случилось?
- Пропавшая девушка - в заброшенной
цистерне на окраине города.
Там еще буквы "ДН".
- Она жива?
- Нет, вы найдете ее тело.
Сволочь, я тебя из-под земли достану!
- Ты видела его лицо? Разглядела?
- Нет, он был в капюшоне.
Там тени, полумрак -
я ничего не видела.
Все напрасно!
- Подожди, ты же говорила,
что жертвы - дети одного отца.
- Да, они дети одного донора.
- Я, кажется, знаю,
кто нам может помочь.
- Все напрасно.
(Плачет.)
- Никита, привет. Это Островский.
Ты в лаборатории у себя?
Отлично. Мне нужна твоя помощь.
- Аня, познакомься:
это Никита Савченко,
мой институтский приятель.
А это Анна, моя жена.
Она работает в Следственном комитете,
у нее к тебе дело.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Вы антрополог?
- Нет, я математик.
- Математическое моделирование
и компьютерные технологии
сейчас используются везде,
но у Никиты свой метод.
- Вот эти шесть человек -
дети от одного отца,
но от разных матерей.
Возможно ли по их фотографиям
реконструировать образ их отца?
- Ну, давайте посмотрим.
Так, так, так, так...
Вот смотрите:
у них всех одинаковая форма губ -
точно повторяет форму
прикуса челюсти.
Носы...
у всех по ширине не выходят за линию
альвеолярных возвышений клыков,
близко посаженные глаза,
волосы у всех рыжеватые.
- Ну, так возможно что-то сделать?
- Попробуем реконструировать
лицо предка, но потребуется время.
Сутки, не меньше.
- А? Спасибо, Никита.
Подождем?
- Угу.
- Всех, кого нужно, подключайте,
я вам говорю!
Повисите, пожалуйста.
- Ну что, как дела?
- Мы нашли тело. Девушка задохнулась
от ядовитых испарений.
- А как Данилов?
- Данилова привезли на реанимобиле
в наш госпиталь.
Из комы вышел, но пока в реанимации.
- Все будет хорошо.
- Мы нашли Садовского,
главврача клиники,
где все родители шести жертв
делали ЭКО.
Я пригласил его на беседу.
Поприсутствуешь? - Угу.
- В Советском Союзе
экстракорпоральное оплодотворение
было чем-то из области
научной фантастики.
На Западе детей в пробирке
делали уже много лет,
а у нас первый ЭКО-ребенок
родился только в 1986 году.
- Давайте поближе к делу.
Вы клинику когда открыли?
- Началась перестройка, все перешли
на хозрасчет и самоокупаемость.
Вот это нам и дало возможность
в 1993 году
открыть клинику на базе
четырнадцатого родильного дома.
- А у вас много было клиентов?
- К двухтысячному году
мы так раскрутились,
что к нам очередь выстроилась
на несколько месяцев вперед.
У нас работали лучшие специалисты.
За время работы клиники
родилось более
трех с половиной тысяч детей.
- А вы доноров как отбирали?
- Папочками могли стать
только здоровые мужчины
строго от 20 до 40 лет,
не имеющие отклонений
в органометрических
и фенотипических признаках.
Каждый донор проходил
полное медицинское обследование.
Контингент у нас был
очень качественный.
- Даже чересчур, я бы сказал.
- Мы обращали внимание
и на другие параметры:
группа крови и резус-фактор,
национальность и возраст,
рост и вес, цвет волос, глаз,
тип лица, фигуры,
а иногда образование и профессия.
- А это зачем?
- Как это "зачем"?
Наши донорские дети получались
как две капли воды похожими
на отцов, которые на самом деле
не являлись им генетически родными.
- Скажите, пожалуйста,
а сколько у одного донора
могло быть детей?
- По нормативам,
в нашем регионе - не более восьми,
чтобы избежать
кровнородственных браков.
(Сигнал СМС.)
- А как бы нам информацию
по донорам получить?
- Я бы с удовольствием,
но, вы понимаете,
с полгода назад случился пожар,
в котором сгорели все архивы.
- Понятно.
- Выведите, пожалуйста, на экран.
Простите, пожалуйста, сейчас
мы вам покажем одну фотографию...
Вот. Знаком ли вам этот человек?
- Не уверен, хотя память
на лица у меня чрезвычайная.
Кажется, что он похож
на мужа медсестры Бушминой.
- Бушминой?
- Да.
Очень толковая была медсестра.
В 90-х еще молоденькая
пришла сразу после училища.
Мы им еще деньги на свадьбу собирали.
- А он был донором?
- Он донором не был.
Я запрещал приводить родственников.
- Угу.
- Теперь будем учиться
есть палочками.
- Это что, мясо или рыба?
- На, мое солнышко.
- Это рыба со вкусом мяса.
- Привет.
- А это битые огурцы - традиционное
очень вкусное китайское блюдо.
Огурцы надо только очень хорошо -
вот так вот - отбить.
- Не сомневаюсь, что это
получается у вас лучше всего.
- Так, теперь вопрос: "У кого
самая лучшая бабушка на свете?"
- У меня! - У меня!
- Правильно!
А теперь: что делает
лучшая бабушка на свете?
Она делает сюрпризы!
Вот! И вот!
- Ничего себе!
- Вот.
- "Ледовое шоу Марины Ветровой".
- Ветровой?! Чемпионки?
- Да.
- Бабуль, спасибо огромное!
Ты самая лучшая бабушка на свете!
- Ура!
- Ура-а!
- Все дело в шуме.
Сначала нас это радует:
муж что-то обсуждает
по телефону с друзьями,
дети играют, смеются.
Потом это начинает немножко утомлять,
даже раздражать.
А затем вдруг наступает момент,
когда шума больше нет, тишина:
дети выросли, уехали,
муж ушел к другой.
И вот тогда ты понимаешь,
как же тебе этого шума не хватает.
(Звонит телефон.)
- Твоя полиция
не может без тебя жить.
- Доброй ночи. Что случилось?
Новое убийство?
- Мы нашли медсестру Бушмину.
Я прошу тебя завтра поехать со мной.
- Хорошо.
- За вас, дамы.
- Ну, так что вы хотели узнать?
- Да...
Да, спасибо.
- Позволите? - Да, конечно.
- Вам известен этот человек?
- Ну да, это Юрий Семин,
мой бывший муж.
- Вот где его можно сейчас найти?
- Умер. Месяц назад в США.
- О-о...
- Он работал донором
в клинике Садовского?
- Да. Вам и это известно?
- А почему вы спрашиваете?
Леночка оттуда уволилась
лет 20 назад.
- Витюша, нормально все.
Дай мы поговорим, а?
- Угу.
Простите.
- До сих пор ревнует.
Знаете, мы с Юрой
познакомились давным-давно.
Я тогда еще в медучилище училась,
а он был студентом университета,
занимался компьютерами.
Бедно очень жили, но очень счастливо.
Знаете, смеялись все время.
Вообще он был таким,
светлым человеком. - Угу.
- А вы сами оформляли
донорские документы на чужие фамилии?
- Да. Но в этом не было
ничего такого.
Он был очень здоровый человек,
очень умный.
Знаете, от таких
только рожать и рожать.
А у нас тогда каждая копейка
была на счету.
- А сколько раз он был донором?
- Восемь - сколько это возможно.
- Но об этом никто не знал, да?
- Нет, конечно.
Я сама оформляла документы
и никогда никому не говорила.
Да и потом, если бы Садовский это
узнал, он меня немедленно уволил бы.
- А почему вы с ним расстались?
- Я хотела рожать - он был против.
Он убеждал меня,
чтобы мы не торопились.
Он вообще хотел уехать за границу.
А я, знаете, была такая:
молодая, гордая, упертая -
либо я, либо карьера.
Ну все, расстались.
Он уехал,
получил американское гражданство,
разбогател.
А я, слава богу, тоже...
Все в порядке: у меня ателье -
не бедствуем. Я вышла замуж,
чудесного сына вот родила.
Да, Дениска?
- Ну, мам!
- Здрасте. - Здрасте.
- Ну что?
Посмотрите, какой скромный, а?
Ведь весь в отца - копия, да?
- Похож, да.
- А как вы узнали о смерти Семина?
- Из интернета. Ведь он же был
очень известным программистом.
Вы знаете - как он называется? -
антивирус "Маккинли"?
- Ну да.
- Ну так это он придумал.
- Да вы что!
- Да.
- Так он действительно
был очень богатым человеком.
А кому все досталось?
- Не знаю.
Больше он не женился. И детей,
кроме донорских, у него не было.
- А не осталось ли хоть каких-нибудь
данных об этих семьях,
где были эти дети?
- Нет.
Знаете, что-то, возможно,
сохранилось в архивах, но вряд ли.
Ну а мне это зачем?
- Ну да.
- "Состояние Семина
оценивается в несколько
десятков миллионов долларов..."
- Сколько?!
- Ага.
- Ничего себе!
Так вот мотив:
может быть, он наследник,
который убивает конкурентов.
- Андрей Иванович,
нам нужно поработать с архивами.
- С какими?
- Ну я имею в виду
женские консультации и роддома:
экошных рожениц должны были
отмечать в материнском паспорте -
их наверняка помнят.
- Да ладно!
Думаешь, что-нибудь сохранилось?
Столько времени прошло.
- История родов
хранится 25 лет.
Потом, какая у нас альтернатива?
Нужно проработать
все ближайшие области -
все их роддома
и женские консультации -
на предмет экошных рожениц
и новорожденных девяностых.
- Давай.
- Эй, есть кто дома?
- Нравится, да?
Все чистенько, все прибрано,
дети накормлены, спать уложены.
Женька может спокойно
заниматься своей диссертацией.
Но ей необязательно
быть вашей нянькой.
- Но вы сами предложили ее
сюда пригласить.
- На время. Только на время.
Ей не нужно сюда переезжать.
Ее счастье - не здесь, а там, в Ялте.
- Но вы же сами говорили,
что она одинока!
- Говорил. И там она перестанет
быть одинокой.
Она еще не знает:
там на нее запал один мен.
Вдовец. Состоятельный - владелец
небольшого отеля на берегу моря.
Ну, лично мне он не нравится,
но я знаю, что с ним
она будет счастлива.
- Это что, это вы оттуда,
сверху, все видите?
- Вижу.
Только никак не могу познакомить
их поближе. А ты можешь.
- Я? Но как?
- Фигурные коньки ей подари.
Этот хмырь все свое свободное время
на катке проводит, фигурист хренов.
- Аня...
- А?
- А ты с кем разговариваешь?
- Я... Ни с кем. Вам показалось.
- А я что-то задремала.
Девчонки меня укатали.
- Какой же я был глупец!
- Сейчас умоюсь -
и спать, спать, спать.
- Спокойной ночи, мама.
Спокойной ночи.
- Да. Проходи.
- Доброе утро.
- Да. Слушай, держи.
Вот это вот все - в архив.
Ну ты оказалась права.
Мы изучили записи за 1999-2000 годы
в архивах женских консультаций
и нашли двух вероятных
наследников Семина.
Их сейчас проверяют на ДНК-анализ.
- То есть что, мы нашли убийцу?
- Да нет. Мы перепроверили их алиби -
никто из них не причастен к убийству.
- Не может быть.
- Ну как не может быть?
Ну один из них давно уехал
в Австралию, живет там.
Другая - это фигуристка,
олимпийская чемпионка Ветрова -
она всегда на виду. Да никто из них
физически не мог убийства совершить.
- Ветрова?
- Ветрова.
- Марина Ветрова?
- Ну.
- Так у нее сейчас здесь будут
выступления ее ледового шоу.
- Откуда ты?.. А, господи,
чего я тебя спрашиваю!
- Да нет, нет,
тут гораздо банальней все:
свекровь купила билеты
на ее выступление.
- Подожди, так Ветрову же
надо предупредить.
Может, охрану обеспечить?
Позови ко мне Старостина.
- Выключай музыку.
Музыку выключай, говорю!
- Почему остановили музыку?
- Вот.
Это пришли те,
которые звонили из полиции.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Это Анна Островская,
сотрудник Следственного комитета.
Я капитан юстиции Старостин,
следователь по особо важным делам.
- Вы сказали,
что мне угрожает опасность
и выступление нужно отменить.
Может, расскажите, в чем дело?
- Нет, нет, нет!
Выступление нельзя отменять
ни при каких обстоятельствах.
Даже не думайте.
У нас тур в двадцати городах России -
и все билеты проданы.
- У нас есть основания считать,
что на вас будет совершено покушение.
- Это какой-то бред.
Меня что, хотят убить? За что?
- Вы знаете,
что вы родились в результате
экстракорпорального оплодотворения?
- Ну да, мне мама рассказывала.
- И что ваш биологический
отец - Юрий Семин?
И помимо вас у него еще семеро детей,
но в живых остались
на сегодняшний день только вы
и еще парень за границей -
остальные были зверски убиты.
И, скорее всего,
следующая мишень - это вы.
- Так-так. Мариночка,
я организую круглосуточную охрану,
телохранители будут стоять
вокруг тебя каждую минуту.
- Это не стопроцентная гарантия -
нужно отменить выступление.
- Ничего отменять я не буду! Зрители
хотят увидеть шоу - и они его увидят.
Это моя работа.
- Правильно, да.
- А обеспечить безопасность -
ваша работа.
- Послушайте, вы рискуете...
- Я бы никогда не стала
олимпийской чемпионкой,
если бы не рисковала. У вас все?
- Все. - До свидания. Всего доброго.
Включай, давай включай.
- А где мама?
- Мама пошла прогуляться с девочками
перед сном. А Дашку я заранее уложил.
Ну, давай показывай, что ты купила.
- А сюрприз.
Надежда: - Мы пришли.
Маша: - Пришли!
- Сейчас, минуточку подождите,
не заходите.
Оля: - Хорошо! Мы раздеваемся!
- Все, можно.
- Всем привет.
- Так, все, садитесь.
Садимся все. Мамочка, проходи,
садись туда. Давай, давай.
- Все радостные!
- Поздравляем тебя с именинами.
- Поздравляем!
- Вот это да!
- Слушайте, я действительно забыла:
у меня же именины сегодня.
- Вот это да!
- Спасибо.
Поставь, пожалуйста, в вазу.
А что в коробке?
- Шляпа!
- Да сама ты шляпа.
Мне кажется, новое платье.
- А вот и не угадали.
- Ах! Фигурные коньки!
- В них можно, бабушка,
на льду кататься.
- Аня, как ты догадалась?
- Ничего себе! Ты что,
хочешь возобновить свои катания?
- Да, я мечтаю об этом. Аня, до того
как я вышла замуж за его отца,
я очень серьезно занималась фигурным
катанием, я даже подавала надежды.
Между прочим, девочки,
я тренировалась на том же стадионе,
на котором будет выступать Ветрова.
- Ух ты!
- Вот это да!
- Ура! - Ура!
- Вот это да!
- Не будет выступать: шоу не
состоится по техническим причинам.
- Как? По телевизору идет реклама,
никто ни о какой отмене не говорил.
- Вам с девочками категорически
нельзя появляться на этом шоу.
Надежда Аркадьевна, я не могу всего
сейчас рассказать: служебная тайна.
- Скажите, вы идиот?
- Андрей Иванович, можно?
- Вы вообще понимаете,
что вы натворили?
- Андрей Иванович,
вы что так кричите?
- Что я кричу? Я кричу...
Вот потому что! Вот.
- Как стало известно, за олимпийской
чемпионкой Мариной Ветровой
охотится маньяк.
Произошло несколько убийств -
очередной жертвой может стать
знаменитая фигуристка.
- Вот зачем вы это обнародовали?!
Теперь вся страна знает про убийства,
а убийца знает, где находится
оставшаяся наследница.
- Это... это...
Журналисты во всем виноваты:
они как-то пронюхали обо всем этом.
- Черта с два! Вы их сами вызвали,
как только мы ушли.
Вам реклама бесплатная нужна.
- Послушайте, я уже приставил
к Ветровой двух охранников -
они будут при ней постоянно.
Марине ничего не угрожает:
маньяк до нее не доберется.
И потом, не дурак же он: при всех
попытаться убить известного человека.
- Ладно. Свободны.
- Спасибо. Да, кстати, у нас
сегодня вечером генеральный прогон.
Если будет желание, милости просим -
приходите, родных приводите.
- А кто знает об этих прогонах?
- Все знают,
журналисты приглашены.
Да вы так не переживайте!
Марине ничего не угрожает.
Если бы я не был уверен, поверьте,
я бы и репетицию, и шоу отменил бы.
Мне нет смысла рисковать Мариной -
она мой хлеб с маслом
и домик у озера,
который я пока еще не купил.
Извините. Всего доброго.
- Андрей Иванович,
не волнуйтесь, все будет хорошо.
Он действительно прав: не будет
убийца нападать во время шоу.
- На шоу - не будет,
а на репетиции...
(Бормочет.)
- Девя...
Девять!
- Что?
Тихо, тихо. Что, плохо?
Плохо? Тихо-тихо. Ложитесь.
Сейчас, сейчас я врача позову.
- Стой!
Стой, сестричка, милая, хорошая моя.
Я полицейский. Мне нужна помощь.
Это очень важно, иначе погибнут люди.
- Вот ваши вещи.
- Спасибо, моя хорошая.
- Стойте здесь.
Эльвира, в десятой палате
у Андреева капельница закончилась,
пойдемте - поможете мне поставить.
- Аля, мы туда. Правый сектор чист.
Иду на левый.
- Вот это все шоу... Здрасте.
Вот это все шоу мы собрали, да?
- Вы почему сюда пришли?
Я вам запретила!
- Ты нам запретила на шоу приходить,
а это репетиция.
Девочки так расстроились, и я решила:
пусть они посмотрят это замечательное
представление хотя бы в таком виде.
- А где Даша?
- Даша у соседки. Не волнуйся,
все под контролем.
- Женя знает, что вы здесь?
- Нет. Зачем ему волноваться?
Пусть преподает спокойно.
И ты не волнуйся. Репетиция
закончится - и мы сразу домой.
- Не нравится мне все это.
Королев, поднимись повыше и наблюдай
за этим сектором. Хорошо?
Семенов, иди с другой стороны зайди,
там побудь.
- Ты точно в норме?
- Я точно в норме. Давай.
- Так, сидите здесь,
только никуда не уходите. Поняли?
Чтобы я вас все время видела.
- Слушаюсь, наш генерал!
- Я не шучу! Сидите здесь,
я сейчас вернусь.
- Ветрова! Марина Ветрова!
Марина Ветрова!
- Данилов? Ты же болен.
- Привет, Аня. А ты что,
не рада меня видеть?
- Да рада. Рада, рада. Прости.
Послушай, но тебе же нужно еще
как минимум месяц быть в кровати.
- Конечно. А этот упырь
будет дальше убивать.
- Позвольте задать несколько
вопросов. - Бабушка, а она уходит.
- Пошли со мной.
- Но мама же не разрешает!
- А мы ей ничего не скажем.
- Не надо. Дальше я сама. Спасибо.
- Ты знаешь кто убийца?
- Наверное, если бы помер,
то знал бы. Ты знаешь, мне все время
мерещится цифра девять.
Девять, девять, девять.
Что это значит?
- Девять. Мы знаем о восьми
донорских детях Семина.
Значит, существует девятый?
(Звонит телефон.)
- Да.
По телефону: - Мариночка,
у нас все готово к прогону.
Журналисты в сборе,
так что пресса нам обеспечена.
- А что с продажами?
- После этой истории с маньяком
все билеты распроданы. Нам предлагают
дополнительные выступления.
- Отлично.
(Шум.)
Эй!
- Разрешите нам пройти.
- Туда нельзя.
- Вы знаете, нам разрешили.
Вон та дама. Она полицейский.
(Напряженная музыка.)
- Не знаю никакой дамы.
У меня приказ.
- Ну как же так?
Вы пойдите сами спросите.
- А где Ветрова?
- Я откуда знаю?
- Кто это? Может быть, ей плохо?
- Бабушка! Там...
Марина Ветрова лежит задыхается,
как будто под водой захлебывается.
- Врача живо!
- Вы что здесь делаете?!
- Данилов, убойный отдел. Как вы?
- Нормально.
- Все в порядке? - Да.
- Кто это? Как он выглядел?
- Он был одет в форму
сотрудника арены.
- Это его? - Да.
- Куда он побежал?
- Туда. - Что там?
- Запасной выход. Обычно он закрыт.
- Код сорок четыре, быстро!
Всем постам:
преступник ушел в форме работника
ледовой арены.
Уводи всех отсюда.
- Береги себя!
- Сафронов, всех уводи
через тридцать восьмой выход.
- Два кроссовка. Извини.
Не наш клиент. Стволы убрали!
Перекрыли все выходы. Туда! Бегом!
Королев, за мной.
(Выстрелы.)
Ствол брось. Быстро на землю! И руки.
Руки.
- А ты живуч.
- А ты думал!
- Молодец.
- А то.
- Год назад Семин объявился у нас.
- Вы с ним давно знакомы?
- Мы были лучшими друзьями.
Еще со школы.
Пока он не увел у меня Лену.
- Это вы о Бушминой?
- Да.
Он, конечно, ее бросил,
а она... вышла за меня
уже беременная от него.
Родила. А мне сказала, что родила
от меня Дениса семимесячным.
- Значит Денис - сын Семина?
Вот он - девятый.
- Денис мой сын.
Я его всю жизнь воспитывал,
очень люблю и никому его не отдам!
И тут заявляется Семин и говорит,
что мой сын похож на него
как две капли воды. И что он его
увезет в Америку и даст ему все:
деньги, образование, свой бизнес.
- А вы?
- Что я? Я для Семина ничтожество,
нищеброд дальнобойщик,
который никогда ничего не сможет дать
своему пацану.
- Бушмина знала о вашем разговоре?
- Нет, она в это время
с Денисом была на море в Турции.
- Ну, дальше.
- Семин знал, что уже умирает,
пришел ко мне и стал мне угрожать,
что если он не сделает Дениса
наследником сейчас,
то не сделает никогда и что мой сын
не получит от него ни копейки.
И тогда все его деньги достанутся
его другим детям.
- Донорским.
- Да.
- А Семин знал, где их найти?
- Ну, он хвалился, что его адвокаты
могут найти кого угодно.
А еще он сказал, что дети должны
рождаться от таких, как он.
А ничтожества типа меня
вообще не должны размножаться.
И вот тогда я решил
уничтожить всех его наследников,
чтобы его поганые деньги
достались Денису.
- И вы сожгли клинику,
чтобы уничтожить данные
о всех донорских детях.
- Это было легко.
Все адреса детей оказались у меня,
а дальше - проще простого.
Я ж дальнобойщик, катаюсь
по всей стране и за ее пределами,
поэтому брал груз туда,
куда мне надо.
И ты мне больше не помешаешь.
Я сяду в машинку и найду их всех.
- Да-да. Сядешь. Пожизненно сядешь.
- Это не вам решать,
кому жить, а кому нет.
- Нет. Мне решать.
Я выйду и убью их всех.
- Мама, смотрите,
я научилась жонглировать.
- Ух ты!
- Я готова, мы можем ехать.
- Ой, может, посидим на дорожку, а?
- Давайте.
- Бабушка, тебе обязательно уезжать?
- Да. Может, останешься?
Научишь нас на коньках кататься.
- Да.
- Бабушка к нам обязательно
еще приедет. - Ура!
- Да? А летом мы поедем
к ней в гости.
- Да, давайте.
- Конечно.
Я вас на коньках научу кататься.
У нас там такой каток построили.
- Давайте идите одевайтесь,
а то нам уже выезжать надо.
- Пошли собираться.
- Хорошо. - Куртки, шапки.
- Хорошо, мама!
- Хорошо, мама!
- Мама, что случилось?
Ты же хотела остаться.
Я видел, как ты смотрела сайты
с недвижимостью в нашем районе.
- Хотела.
- Слушай, если ты переживаешь
из-за того, чтоб взяла детей туда,
мы на тебя не обижаемся.
Ты же хотела как лучше.
- Да я всегда хочу как лучше,
а получается...
Я, действительно, хотела переехать,
но потом поняла,
что бабушкой лучше быть,
когда тебя ждут,
когда без тебя скучают,
когда ты сама скучаешь.
А морской воздух для моих легких -
он действительно лучше.
- Я по тебе всегда скучаю, мама.
- И я. Все. Пора. Поехали.
- Давай возьму.
- Молодец!
Ты все правильно сделала.
Спасибо тебе.
- Мама, на зонтик.
- Я под крышей постою.
- Это тебе, бабуля.
- Спасибо, девочки. Ласточку делаем?
- Так давайте без ласточек,
а то мы опоздаем.
- Мы не опоздаем.
- Если Аня говорит, что не опоздаем,
значит, не опоздаем.
Правильно девочки?
- Мама всегда все знает!
- Даже то, чего еще не случилось.
- Да, но самолеты
я еще не научилась останавливать,
поэтому поторопимся.
- Машка, иди сюда. Я первая.
- Осторожней.
- Осторожно.
- Села?
- Да.
- Сейчас. Сейчас будет знаете что?

////////////////////////////