Мастроянни – идеальный итальянец (2015 год). Цитаты и фразы из фильма

Mastroianni, The Ideal Italian Marcello Mastroianni - Ieri, Oggi, domani

Режиссёр: Эммануэль Нобекур

Марчелло Мастроянни - один из самых известных мировых плейбоев. На протяжение своей 40-летней карьеры он был воплощением всего того, что представляет собой итальянец: харизматичный, меланхолично-нежный, с чувством самоиронии, умный и обладающий природным даром быть привлекательным для всех. Фильм дает возможность актеру говорить самому за себя: это своего рода автобиография в образах. Мастроянни, его родственники и партнеры рассказывают о его жизни. Создавая портрет самого известного итальянского актера мы пытаемся разгадать загадку того, что такое необъяснимый завораживающий итальянский стиль. 

Все фразы и цитаты

- Готовы? Мотор!
- Марчелло! Иди сюда. Раздевайся.
- Сильвия...
Сильвия, кто ты?
- Послушай.
- Сильвия...
- Тем утром 1960 года из вод
фонтана Треви родилась новая икона
мирового кино. Отныне для всего мира
Марчелло Мастроянни не кто иной,
как блестящий соблазнитель
из "Сладкой жизни". Марчелло вводит
новый стиль: непринужденный шик,
неизменно модный контраст черного
и белого, шарм безумца
с оттенком легкой иронии...
Короче - итальянский шик.
В дальнейшем Марчелло Мастроянни
станет любимцем кинематографа.
Его актерская карьера была
необычайно долгой. За 50 лет
он снялся в 160 фильмах, некоторые
из которых входят в число лучших
в истории кино. Самый знаменитый
в мире итальянский актер занимает
особое место в пантеоне мировых
звезд, и в то же время он удивительно
земной кумир. Вот почему Марчелло
любим всеми без исключения.
- Меня всегда поражала его
приветливость. Он был очень простым
в общении. И, пожалуй...
довольно уравновешенным для актера,
на мой взгляд. Это просто
удивительно, потому что он был
настоящей звездой.
- Марчелло был не таким, как другие.
Многие великолепные актеры,
снимавшиеся в прекрасных фильмах,
очень ревниво относились
к приглашениям на ужин.
Марчелло же был не таким.
Он вовсе не был тщеславен.
- Он был совершенно нормальным
человеком. Ему претила
звездность, он боялся, что его
будут считать звездой или тем,
кто страдает звездной болезнью.
- Он был, можно сказать, шутником.
Он никогда не забывал, в чем его
профессия. Он говорил, что он актер
и его дело - играть,
а вся эта помпезность отношения
к делу не имеет.
ПОЕТ ПО-ИТАЛЬЯНСКИ
ИЗОБРАЖАЕТ СОБАЧИЙ ВОЙ
- Если Марчелло удалось сохранить
свою естественность, то это благодаря
скромному происхождению. Вначале
ничто не предвещало, что выходец
из рабочей семьи станет национальным
достоянием. Родившийся в Лацио,
в горной деревне, в 1924 году,
через два года после прихода к власти
фашистов, Марчелло вырос в Риме,
куда его семья перебралась,
спасаясь от нищеты.
- Надо сказать,
он редко говорил об этом.
Меня он ни разу не свозил в свою
родную деревню, потому что и сам
никогда не ездил туда.
Думаю, в нем боролись чувство
ностальгии и чувство глубокой грусти,
потому что, как он сам рассказывал,
это была бедная деревушка,
которая напоминала ему о нищете,
о материальных трудностях.
Он всячески избегал
этих воспоминаний.
- Марчелло преследовали и другие
призраки: детство, отнятое фашистским
режимом, травмы военного времени,
юность в стране, где царила разруха.
Миллионы итальянцев начинали
свою жизнь примерно так же.
И за его мечтой стать актером стоит
не только призвание, но и надежда
на то, что жизнь станет
не такой тяжелой.
- У меня такое же призвание,
как и у всех. Все хотели бы стать
актерами, певцами или футболистами.
Сразу после войны я какое-то время
работал служащим и в то же время
забавы ради ходил на занятия
в университет, где учился
на архитектора и где была маленькая
студенческая театральная студия.
В те времена у актеров было
не очень много возможностей:
играть в театре в любительских
спектаклях - вот и все. И тогда,
как это обычно бывает в нашей
профессии, однажды кто-то заметил
меня в спектакле и пригласил, можно
сказать, в самую крупную в то время
театральную труппу Италии, которой
руководил тогда Лукино Висконти.
- Судьба Марчелло строится
на таких вот встречах. В 24 года он
находит своего режиссера. Если позже
Феллини сделал из него икону,
то Висконти был именно тем,
кто открыл его талант.
- Когда он пришел в труппу, он был
отличным парнем, довольно простым
и очень бедным. Помню, он начал
с совсем маленькой роли
в одной из пьес Шекспира,
в которой он, к своему стыду,
был не очень хорош, потому что текст
роли был совсем не такой, к каким он
привык. Но позже я поставил
на сцене "Трамвай "Желание" Уильямса,
где он сыграл роль второго плана
и сразу же имел огромный успех.
И тогда я сказал ему: "Уверен,
ты будешь сниматься в кино".
Он сказал: "Нет, с какой стати?
Я непопулярен, меня не замечают".
А я ответил:
"После этой пьесы заметят".
- Пробы Бозе. Мастроянни,
сцена первая, дубль третий.
Мотор!
- Почему вы не пришли сегодня в школу?
Я ждал вас.
Аньезе!
- Ты такой неаккуратный.
- Стоп!
- Марчелло так хорошо смотрелся
в кино, потому что он был из тех
театральных актеров, которые играли
естественно, без нарочитости,
с минимальными модуляциями. Это был
довольно новый тип актера для того
времени. Я помню очень хорошо
и его самого, и реакцию зрителей.
Это был сюрприз для всех.
- В процессе работы с великими
произведениями Шекспира, Чехова
и Теннесси Уильямса в Марчелло
произошла первая метаморфоза.
Молодой и немного неотесанный
римский пролетарий становится более
утонченным, развивает свой вкус.
Именно благодаря тем десяти годам,
что он работал под руководством
Висконти, он и стал великим,
всемирно признанным актером.
- Однажды я спросил Марчелло,
что он предпочитает - театр или кино.
Он воскликнул: "Конечно театр!"
Он считал себя театральным актером.
Однако в кино он привнес
простоту и естественность.
- Я люблю тебя. Поедем со мной.
Я подожду еще пару минут и уеду.
- Скажите, Мастроянни, какими,
по-вашему, качествами должен
обладать актер?
- Прежде всего - огромным терпением.
Мне пришлось стать терпеливым.
Эта профессия - сплошное ожидание.
Ожидание в одиночестве.
А остальное уже несложно.
"ПРОТИВ ЗАКОНА"
- Актеру, который играет каждый
вечер в театре в пьесах великих
авторов, легко перевоплотиться
в тех немного слащавых героев,
которых ему предлагали играть
в начале его карьеры в кино.
"ЧЕРНЫЕ ПЕРЬЯ"
- Впервые я встретилась с ним
на съемках фильма, где я играла
главную роль. Я увидела очень
красивого и приятного молодого
мужчину. Он стал ухаживать за мной,
причем довольно настойчиво.
Но, поскольку мне было всего 14 лет,
дальше флирта дело у нас не пошло.
Я снова встретила его два года
спустя. Мы снимались в чудесном
фильме "Дни любви".
- Женится ли Марчелло
Мастроянни на Марине Влади?
Будет ли у них любовь? Помирятся
они или так и будут ссориться?
- Мы флиртовали на протяжении всего
фильма. Со мной тогда была моя
сестра. Я была еще несовершеннолетняя
и все такое, а он, по-моему, тогда
уже был женат. Я точно не помню.
В любом случае он навсегда остался
для меня тем отличным парнем,
с которым я познакомилась,
когда мне было 14 лет.
- В 1950 году Марчелло женится
на Флоре, с которой он познакомился
в труппе Висконти и которая родила
ему дочь Барбару. Хороший муж и отец
семейства, он похож на всех
итальянских мужчин своего возраста.
Имидж хорошего парня, далеко
не дурная внешность помогают
ему добиться успеха в кино. Можно
сказать, он оказался в нужном месте
в нужное время. А в 1950-х годах
таким местом и центром мирового кино
стала "Чинечитта".
Римскую киностудию - позитивное
наследие фашистского режима -
в послевоенные годы оккупируют
американские продюсеры. В моде
эпические киноленты на античные
сюжеты. Доллары текут рекой.
В эйфории экономического бума
Рим становится Голливудом на Тибре.
Среди руин из папье-маше
и в кафе на виа Венето
американские кинозвезды попадают
под обаяние светской жизни Рима.
Киностудия вновь работает на полную
мощь, и на этом фоне вырастает
новое поколение итальянских
кинематографистов.
- Сцена 24-я, дубль 3-й, мотор!
- После неореализма они придумали
абсолютно новый жанр, простонародный,
язвительный, высмеивающий появление
мелкой буржуазии в этой стране
в самом разгаре перемен.
Эта современная комедия дель арте
вывела в звезды целую цепочку
актеров с уникальным талантом
смеяться над собой.
- Эти пятеро, а именно: Мастроянни,
Сорди, Манфреди, Тоньяцци и Гассман,
рассказывали о нашей стране и нашем
характере каждый по-своему,
но тем не менее достоверно. Каждый
из них взял на себя те особенности
итальянского национального характера,
которые были ему наиболее близки.
И в этом была их необычайная сила.
Мой отец играл роли хвастунов.
Его амплуа - открытый итальянец,
не признающий никаких правил,
но при этом очень симпатичный.
Сорди - итальянец коварный, который
так насмешит вас, что вы не сможете
устоять перед ним.
Манфреди играл человека
из простонародья,
а Тоньяцци - безумца, каковым
отчасти он был и в реальной жизни.
А Марчелло олицетворял
приветливость, доброту и радушие
итальянского характера.
- Говори скорее.
- Нет уж, ты сама угадай!
- Как я угадаю?
- Я же сказал, что это хорошая
новость.
- Тебя выгнали из коллегии арбитров?
Скажи.
- Я нашел работу.
- Работу?
- Да. И такую, как ты хотела.
В американской фирме.
- Марко, я так рада!
Ты с ума сошел! Нас же увидят.
- Здесь никого нет.
ХОРОМ: Шесть, семь, восемь,
девять, десять... Все.
- В итальянском послевоенном кино
не было великих романтических
актеров. В других странах они были.
Наверное, это был ответ на фашистскую
риторику, потому что здесь ничего
уже не воспринимали всерьез.
Поэтому итальянские кинозвезды
той эпохи были комиками.
Единственным, кому удалось выйти
за рамки этого, был Марчелло -
именно потому, что в нем
не было героического размаха.
Он был обычным человеком. На самом
деле Марчелло пришлось потрудиться,
чтобы освободиться от его первых
ролей в кино, когда он играл
симпатичного таксиста
или простого парня.
- За десять лет Марчелло снялся
в 40 фильмах, терпеливо преодолевая
ступени известности. В начале
1960-х годов он был известным,
но уже набившим оскомину актером.
"МНЕ НАДОЕЛО
БЫТЬ НАИВНЫМ КРАСАВЧИКОМ"
Фильмом, который помог ему сменить
амплуа, стала "Сладкая жизнь",
где он сыграл роль
светского журналиста.
В очередной раз обстоятельства
сложились в его пользу.
Хотя продюсеры хотели снимать таких
известных актеров, как Пол Ньюман
или Жерар Филип, Федерико Феллини
настоял на том, чтобы взять на эту
роль "среднего" актера, которого
он едва знал. Это оказало влияние
как на его собственную судьбу,
так и на судьбу Марчелло.
- Когда я встретился с Феллини,
он как будто ждал меня,
чтобы предложить эту роль. Он вдруг
сказал мне: "Я выбрал вас не потому,
что считаю вас хорошим актером.
Я вообще не знаю, какой вы актер.
Я выбрал вас, потому что вы
неизвестный". Я не был всеобщим
кумиром, не был знаменитостью.
И хотя это не походило на комплимент,
я был очень взволнован.
- Под руководством Феллини
актер преобразился.
Похудевший, с впалыми благодаря
гриму щеками и выразительным
взглядом из-под накладных ресниц,
хороший парень перевоплотился
в меланхоличного красавца.
Марчелло, одновременно и прежний,
и другой, становится меланхоличным
героем, отражением преобразившейся
реальности той эпохи,
того неистового содома, в который
превратился Рим благодаря гламурной
и космополитичной атмосфере
Голливуда на Тибре, которую Феллини
в озарении гения
окрестил сладкой жизнью.
Фильм о роскоши и отчаянии "Сладкая
жизнь" получил "Золотую пальмовую
ветвь" на фестивале в Каннах
в 1960 году. После этого успеха
итальянское кино стало завоевывать
мир. Жизнь Марчелло изменилась.
Он сразу приобрел статус звезды
мировой величины, но с тех пор
его стали отождествлять с теми
плейбоями, которых он играл в кино.
- А теперь продолжай.
- И так каждый день:
сначала они идут в Колизей,
а потом сюда, кричат: "Мастроянни!" -
и посылают поцелуи.
- А вот и сам исполнитель
главной роли в "Сладкой жизни"
собственной персоной,
Марчелло Мастроянни!
- Что может быть хуже для актера,
чем быть отождествленным
со своей ролью? Хотя он часто шутил
на эту тему и вместе с Феллини,
ярлык соблазнителя стал
для Марчелло настоящим кошмаром.
- Вам пришлось развенчивать
миф о соблазнителе.
- Да, я пытался, но мне это так
и не удалось сделать. Как-то раз,
несколько лет назад, я приехал сюда,
в Париж, на съемки одного из эпизодов
фильма "Казанова-70". Здесь меня
уже ждала целая толпа журналистов.
И все спрашивали, какие у меня
отношения с женщинами, ведь я имел
славу соблазнителя. На что я ответил
им довольно грубо: "Я импотент,
так что даже не знаю, что
вам сказать". Честное слово,
я так и сказал. И знаете, что они
на это ответили? "Вот что значит
настоящий донжуан - нем как могила".
И тогда я сказал: "Все бесполезно,
я пропал".
- Но несмотря ни на что всю
свою актерскую жизнь Марчелло
будет пытаться освободиться
от этого ярлыка.
"МАРЧЕЛЛО МАСТРОЯННИ,
"РАЗВОД ПО-ИТАЛЬЯНСКИ"
"НОЧЬ"
"УБИЙСТВО В РИМЕ"
При этом не берутся в расчет
роли людей слабых, в том числе
и карикатурных персонажей,
которых он сыграл с необыкновенной
человечностью: обманутых мужей,
импотентов, неудачников,
невезучих донжуанов.
"ЧАСТНАЯ ЖИЗНЬ"
"ДЕСЯТАЯ ЖЕРТВА"
"КАЗАНОВА-70"
- Думаю, своей славой латинского
любовника он обязан своей
необыкновенной красоте.
При этом в нем не было ничего
жеманного или женоподобного.
- Он был соблазнительным
и в то же время каким-то
незащищенным, именно поэтому
он так нравился женщинам. Он был
по-настоящему красивым мужчиной
и в то же время иногда
беззащитным, как ребенок.
- В нем было нечто женственное.
Он был мягким человеком,
даже очень мягким,
очень обаятельным.
Разве это можно передать словами?
На самом деле нет.
- По-моему, хорошо.
- Очень приятно,
когда тебя кто-то одевает. Портнихи,
как мамы, одевают тебя, приглаживают.
Начинаешь себя чувствовать
маленьким мальчиком.
- Его лицо, будь то в профиль
или в фас, было удивительным.
Фотогеничность - настоящая загадка.
Одни люди фотогеничные,
другие - нет.
- Ему не очень нравилась собственная
внешность, он себе не нравился.
Он говорил, что у него
слишком тонкие ноги.
Они правда были слишком тонкие
для его туловища. Ему не нравился
его нос. Когда он был молодым,
то считал свои губы слишком
мясистыми и всегда шутил:
"Если я нравлюсь остальным,
тогда другое дело, тогда жить можно".
- Если женщину он заставлял мечтать,
то для мужчины он был образцом
для подражания. И все-таки в реальной
жизни он не был верным мужем,
однако он всегда был привязан
к своей жене Флоре, которой звонил
по три раза на день. Она в конце
концов смирилась с его
многочисленными связями. Раз Марчелло
так хорошо вошел в свою роль,
похоже, в душе он был
и правда донжуаном.
- О моем успехе у женщин
ведется столько разговоров!
По-моему, это самая настоящая утка.
Без сомнения, очень удобно, но это
неправда. Я много слышал, если актер
имеет успех у женщин, его часто
находят то под чужой кроватью,
то у кого-то в комнате, он мечется,
ему кто-то звонит. А со мной
ничего такого не было. Так откуда
эти разговоры?
- Естественно, что такой красивый
мужчина, как Марчелло Мастроянни,
который еще притворялся, что его
не интересуют женщины, буквально
сводил их с ума. Он был очень умен
в этом плане. Я уверен,
на протяжении всей своей жизни он был
не то чтобы маниакально помешан
на женщинах, но его, безусловно,
очень тянуло к ним.
- Что вам нравится в женщине?
- Если так можно сказать,
ее готовность быть милой, нежной,
понять тебя. А вот чрезмерная
раскованность иногда даже может
оттолкнуть.
- А в плане интеллекта?
Вам нравятся женщины сложные,
которые любят поговорить?
- Нет, это меня утомляет.
Естественно, мои представления
о женщинах такие же,
как и у большинства мужчин -
моих соотечественников,
даже если понимаю, что это не совсем
правильно. Но я верен традициям.
"ЕГО МАТЬ - ЕДИНСТВЕННАЯ ЖЕНЩИНА,
С КОТОРОЙ ОН СЧИТАЕТСЯ"
"РЯДОМ С МАТЕРЬЮ Я СНОВА
СТАНОВЛЮСЬ РЕБЕНКОМ"
- Мастроянни, как можно одновременно
быть любимцем женщин и маменькиным
сынком?
- Я не один такой. Все итальянцы -
маменькины сынки, все итальянские
мужчины. И одно другому абсолютно
не противоречит. Напротив,
итальянские матери гордятся,
что их сыновья нравятся женщинам.
- Что вы приготовили для Марчелло?
- Котлеты. Это простое блюдо,
ему вообще нравится простая кухня.
- Он как-то рассказывал,
что однажды мама приготовила ему
какое-то его любимое блюдо,
он положил его в чемодан.
В самолете он познакомился с одной
очень красивой девушкой и стал
с нею флиртовать. И тут его
останавливают на таможне. Всем
стало любопытно, почему Мастроянни
остановили на таможне. Открыли
его чемодан, а у него там
что-то вроде кастрюльки с едой.
И он сказал, что как только девушка
это увидела, то тут же испарилась.
И больше он ее не видел.
"ЭКРАННЫЕ КАЗАНОВЫ -
ЖАЛКИЕ ЛЮБОВНИКИ"
"ВСЯ ПРАВДА О МОИХ УВЛЕЧЕНИЯХ"
- Папа говорил мне, что больше всего
в романе
с женщиной ему нравится первая фаза,
само приключение: "Сначала
поиски, потом я вижу женщину,
я заинтригован, я пытаюсь узнать,
кто она, как ее зовут, познакомиться
с ней. Потом, когда дело доходит
до главного, интерес пропадает".
Главное - покорить, завоевать
женщину, а потом уже неинтересно.
- Вы говорили, что вне съемочной
площадки не способны на большую
любовь.
- Да.
- И тем не менее
вы женаты уже почти 20 лет.
- Да, но для меня брак и любовь -
вещи совершенно разные.
Обычно мужья - неважные любовники.
Советую женщинам быть мудрее.
Если они хотят заниматься любовью
и быть любимыми - взять в дом
работника, а не выходить замуж
за актера. Не хочу обижать своих
коллег, я говорю лишь о себе.
- Доброе утро. Как ты?
- Я наломал дров.
- Что?
- Но если на экране актер страстей
не испытывал, то перед реальными
чувствами он устоять не мог.
Его семейная жизнь чуть было
не рухнула из-за его партнерши
Фэй Данауэй. Но он не был готов
бросить ради нее все.
После 10 лет безумной любви
их роман резко оборвался.
Марчелло, убитый горем, вернулся
домой искать утешения у жены,
но ненадолго.
Новая встреча перевернула
его спокойную жизнь.
Катрин Денев было 28, ему - 46.
И они начали все заново.
- Скажите, вы дружная пара?
- Что? Что она сказала?
- Да, мы можем ответить утвердительно.
Она спрашивает, дружная ли мы с тобой
пара.
- Да.
Очень.
- Ради Катрин Денев и их дочери
Кьяры Марчелло поселился в Париже.
Покинув Рим, он отдалился от Флоры
и Барбары, но никогда не рвал
с женой и всегда отказывался
разводиться.
- Почему ты не сказал про твоих детей?
- У тебя было такое лицо, когда
я говорил о своем доме.
- Твоем доме?
Твой дом... и ваш дом.
А для нее мой дом - это наш дом.
Ты скверный человек, Николя.
Ты всех обманываешь.
О, Николя, ты живешь для себя.
Тебя никогда не бывает рядом.
- Ты больше не любишь меня.
Ты меня больше не любишь.
- В то же время было странно,
что всегда женщины бросали Марчелло,
а не он их. Он соблазнял их всегда
с энтузиазмом. Не знаю, был ли он
счастлив с ними, но они
всегда его бросали.
После расставания с женщиной он
обычно бывал убит горем и долго
потом страдал. Очень долго.
- Но была одна женщина, которая
никогда не бросала Марчелло
ни в жизни, ни на экране.
Она бывала на всех его премьерах,
и он был верен ей до конца.
Они дополняли и понимали друг друга
лучше, чем кто бы то ни было.
Он - римский донжуан,
и она - неаполитанская красотка.
- Ты обманул меня и потом бросил!
- Когда я тебя бросил?
- Вот как?! Скажи, что любишь меня,
или я тебе голову разобью!
- Разве это не ясно?
- Скажи, что любишь, или я разобью
тебе голову!
- Я написал тебе об этом в записке.
- Нет, скажи!
- Хорошо.
- Скажи!
- Я люблю тебя, но брось кирпич.
- Тебе что, стыдно?
- Нет, но брось кирпич.
- Просто сказать?
- Я люблю тебя и женюсь на тебе,
но брось кирпич!
- Что с тобой? Ты поранился?
- Ничего не поранился.
- По-вашему, его можно назвать
латинским любовником?
- Да, да. Он латинский любовник.
- София... Я латинский любовник?
- Ты интересный, красивый.
- Просто симпатичный.
- Ты хороший человек и можешь быть
хорошим мужем и спутником жизни.
И я предполагаю, что ты латинский
любовник. Почему нет?
- Латинский любовник...
Я не знаю, что это значит.
Наверное, ты должен все время
заниматься сексом, только им.
Работник любви.
- Секс-машина.
- Секс-машина.
- Секс-машина.
- Да, но моя машина работает совсем
не так: "та-та-та-та-та", - а так:
"та", а завтра видно будет.
Зачем ты назвала меня латинским
любовником? Это неправда.
- Для меня ты латинский любовник.
- Ладно, возможно.
- Между ними
никогда ничего такого не было,
я уверен, потому что было нечто
большее. Было какое-то согласие,
взаимопонимание, особое доверие.
- Они походили на любовников
без обязательств, но со всем тем,
чего любовники обычно ждут друг
от друга - непринужденности,
остроумия. В их отношениях этого
было полно - всего того, чего нет
у других пар.
"ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА"
- Помимо всего этого, между ними была
некая химия, взрывная смесь из юмора
и чувственности, которая часто
порождает различные вариации любви.
"БРАК ПО-ИТАЛЬЯНСКИ"
В 12 фильмах, включая два снятых
Витторио де Сика, Марчелло
и София сводят с ума весь мир
своей неотразимой итальянской
красотой и чувственностью.
"ДВЕ ГЛАВНЫЕ ЗВЕЗДЫ МИРОВОЙ ВЕЛИЧИНЫ"
Часть своей легенды Марчелло
и София написали вместе.
Но София снималась непрерывно. Она
много работала, чтобы достичь вершины
и суметь устоять под бременем успеха.
У Марчелло все сложилось по-другому.
Известность пришла к нему неожиданно,
он никогда не был готов
к столкновению
с ее негативной стороной.
- Папа немного страдал от всего этого.
Думаю, что слава и признание приятны
всем,
но ему не нравилось все остальное.
Ему не нравились папарацци,
фотографы, многолюдные мероприятия.
Он всегда старался избегать этого.
Точно так же он воспитывал нас
с сестрой. Советовал бежать от пустой
болтовни, от сплетен, от пустой
славы, от тех, кто пристает
с бестактными расспросами.
И я старалась этого избегать.
- Боготворимый в США, Марчелло стал
единственным итальянским актером,
звезда с именем которого украшает
тротуар "Аллеи славы" в Голливуде.
И все же он без сожаления отклонял
все предложения американских
киностудий, которые любой
ценой хотели, чтобы он выучил
английский, а главное - бесконечно
изображал латинского любовника.
- Я помню все
эти сценарии, которые присылали
Марчелло в надежде, что его что-то
заинтересует. Он едва читал их.
Я за пару дней переводил сценарий,
он пробегал его глазами и говорил:
"Ну уж нет!" Только однажды, чтобы
отвязаться от какой-то киностудии,
он сказал им, что с удовольствием
снялся бы в вестерне, но не хочет
говорить по-английски, потому
сыграл бы глухонемого шерифа.
Вскоре пришел сценарий, где был
глухонемой шериф, правда, я сам его
переводил. Ему нравилось меняться,
играть самые разные роли. И в самом
деле в его карьере было много
забавных ролей и приключений,
подчас абсурдных.
- Актер-хамелеон, великолепный
как в комедии, так и в драме,
Марчелло без усилий менял кожу,
добавляя индивидуальности
и естественности в образ подчас
невероятных персонажей.
И хотя он всегда признавал,
что притворяется, всех остальных
он приводил в естественное
замешательство.
- Он был не из тех, кто тщательно
изучает свой персонаж. В этом плане
он был уникальным. Он сразу схватывал
сущность своего героя и потом уже
спокойно надевал и снимал
его личину. Раз - и все.
Если он потом шел на ужин,
то уже не имел с ним ничего общего.
Он был совсем не такой,
как американские актеры,
которые глубоко вживаются в образ
своих персонажей. Для него это
была лишь работа. Он делал
ее как положено, а потом снова
становился собой - Марчелло.
- Из всех твоих персонажей был ли
кто-то, с кем ты мог бы отождествить
себя?
- Да, конечно, было такое.
При всей скромности могу сказать,
что это был герой фильма Феллини
"Восемь с половиной".
Он был похож на меня в той степени,
в какой он похож на все мое
поколение, коллективный портрет.
На самом деле я считаю, что это был
лучший фильм из всех, в которых
я снимался или еще буду сниматься.
Мне казалось, я так ясно все вижу.
Я хотел снять правдивый фильм
без тени какой-либо лжи.
Мне казалось, мне есть что сказать,
сказать что-то такое простое.
Этот фильм мог быть полезен всем
нам, чтобы похоронить наконец все
отжившее, что мы носим в себе.
А оказалось, что мне первому
не хватает смелости
похоронить хоть что-нибудь.
И теперь в голове у меня
все перепуталось. Да еще
эта башня...
Как понять, почему все так вышло?
В каком месте я сбился с пути?
Мне особо нечего сказать,
но я все равно хочу этого.
- Шедевр барокко "Восемь с половиной"-
уникальный опыт взаимодействия
реальности и кино за всю его историю.
Чтобы сыграть своего героя -
известного режиссера в состоянии
депрессии - Марчелло идентифицирует
себя с Феллини, чтобы стать его
вторым "я". Феллини, в свою очередь,
ощущает себя его персонажем,
вдохновляя этим Марчелло.
Такое совершенное взаимоподражание -
это так же и проявление той глубокой
дружбы, которая связывала
этих людей в жизни и в кино.
- С Феллини даже сценарий читать
не надо, тем более что его просто
нет. Во время поездки на машине
в Остию, по дороге туда и обратно,
он рассказал мне в общих чертах,
что за фильм он собирается снимать.
И лучше больше у него ничего
не спрашивать. Либо ты понял,
либо нет. Утром я прихожу
на съемочную площадку, спрашиваю:
"Федерико, что мы сегодня будем
делать? Что я должен говорить?"
Он дает мне кусок бумаги и говорит:
"Пока скажешь вот это. А во время
дубляжа посмотрим". И мне это
нравится, это потрясающе.
С ним меня как будто захватывает
водоворот жизни, понимаете?
Нужно сбросить с себя все и явиться
к нему нагим, как ребенок в этот мир.
Об остальном позаботится он.
- Готовы?
- Он из тех режиссеров, с которыми
легко работать. С ним это похоже
на игру.
- Мотор! Пошли.
Они запутались. Марчеллино!
Осторожнее, распутай их.
Говорите между собой, хорошо?
"Спасибо, приятного вечера". -
"Куда же вы, девушки? Постойте,
вернитесь, подождите!" -
"Все, спокойной ночи".
Донателла! Стоп.
"КИНО СМЕШИТ МЕНЯ, ЭТО ИГРА"
- Театр для него был связан со строгим
режиссером и дисциплиной, так что
впоследствии Марчелло предпочитает
творческий беспорядок съемочной
площадки. Он выбирает фильмы
инстинктивно, скорее ориентируясь
на личность режиссера, чем
на пользу для карьеры. На протяжении
двух десятилетий, когда итальянское
кино переживало свой золотой век,
фильмография Марчелло была отражением
его дружеских предпочтений.
- Понимаете, актерская карьера всегда
зависит от встречи с режиссером,
от того, талантлив ли он,
интересен ли его сценарий, готов ли
он предложить вам серьезную
роль и понимает ли вас.
- И еще вы должны доверять ему.
- Да. Но, как правило, актер всегда
доверяет режиссеру,
поскольку он более уязвим,
более... инфантилен. Ему нужно
любить своего режиссера, даже если
это вовсе не великий режиссер.
- Но Марчелло работал с самыми
великими. Например, с Этторе Скола,
у которого он снялся в 9 фильмах.
Этот настоящий друг предложил ему,
без сомнения, одну из лучших ролей
в его жизни - роль гомосексуалиста,
преследуемого фашистами, в драме
"Необычный день". В сцене встречи
двух одиноких униженных людей
он снова играет с Софи Лорен.
Лишенные своего традиционного
обаяния, они вместе отважно
ниспровергают представления
о своих персонажах как об изгоях.
- Не понимаю.
- Все ты понимаешь.
Это правда.
Чего ты ожидала? Чего ты ожидала?
Поцелуев? Что я запущу тебе руку
под платье? Ты этого ожидала?
Так положено вести себя наедине
с женщиной? Отвечай! Ведь все
мужчины одинаковы, верно?
- Не трогайте меня! Пустите!
- Дать вам почувствовать его?
- Нет!
- Ведь именно в этом...
- Нет!
- ...и проявляется сила. Так ведь?
- Не трогайте меня!
- Увы, ты просчиталась, дорогая.
Ошибочка вышла! Я не тот жеребец,
которого ты ждала. Я голубой, ясно?
Гомик! Нас так называют.
- Он был из тех актеров, которые
не просто играют роль, а живут в ней.
Он не играл кого-то, а был им.
- Однажды я попросил
Марио Моничелли назвать лучших
актеров, с которыми он работал.
Он сказал, что в плане
профессионализма лучшими были
Гассман и Франка Валери - что их
ни попросишь, они все сделают
в точности, а потом и в точности
наоборот, если надо. Я спросил:
"А Марчелло?" - "А Марчелло -
он как кот. Если все хорошо -
и Марчелло все делает хорошо.
Ему не надо ничего говорить,
у него все само собой получается.
Он не декламирует,
он просто говорит".
- Он был такой. Именно за это его
и любили, таким его хотели видеть,
зная, что Мастроянни никогда
не изменяет себе. Ни один человек
в мире не мог бы добиться таких же
успехов без особой подготовки.
- Я никогда не любил актеров, которые
зубрят сценарий. Это же смешно
и просто бессмысленно. Реплику можно
запомнить и в последний момент.
Обычно я спрашиваю: Что я должен
сказать?" И помощник режиссера
отвечает: то-то и то-то. Поэтому
учить текст не так уж и важно,
а вот заранее понять состояние души
персонажа действительно важно.
А слова - это просто слова, вот
и все. Их можно выучить в последний
момент, и тогда они звучат ново,
свежо, как будто они в самом деле
только что пришли вам в голову.
- Я был не столько помощником
режиссера, сколько суфлером
и должен был все время подсказывать
ему реплики, потому что он никогда
не учил текст и вообще ничего
не помнил. Я стоял либо справа,
либо слева от камеры, иногда даже
под столом прятался - где получится -
и шепотом подсказывал ему реплику,
чтобы он услышал ее и произнес.
- Обычно у него все
получалось с первого
раза, не нужно было переснимать
сцену. Мы делали один, максимум
два дубля. Но, когда участвовали
и другие актеры, которым требовалась
разминка, Марчелло иногда по два часа
стоял возле камеры, помогая актерам
сыграть как можно лучше.
- Помню, как-то раз
снимали сцену на лестнице.
Он наблюдал за съемками, причем стоя
в очень неудобной позе.
Это было совсем непросто.
Он весь искривился, но он был достоин
уважения за проявленное терпение.
- Даже когда речь шла об актерах,
которые играли маленькие роли
и произносили пару реплик, он всегда
был там, как солдат на боевом посту,
хотя и не был задействован.
Такое не часто случается.
Обычно реплики актерам подсказывает
помощник режиссера или же их пишут
на бумажке, которую вешают около
щитка киносъемочного аппарата.
- Он вел себя совсем не как знаменитый
актер. В том смысле, что ему не было
присуще высокомерие, он не чурался
общения с другими актерами
и съемочной группой. Он был
не из тех, кто старается оградить
себя. Он, например, никогда не сидел
в гримерке, предпочитал быть
не съемочной площадке.
И он был очень общительным,
это было его потребностью.
- Ему очень нравился технический
персонал съемочной группы.
И это было взаимно. "Куда девался
Марчелло?" А Марчелло пошел обедать
со вторым ассистентом оператора,
потому что ему с ним интересно.
- Каждый вечер он говорил:
"Анджела, сегодня мы приглашаем
электриков" - и приглашал на ужин
всех электриков. Он приглашал их
и платил за ужин. В другой раз
он говорил: "Сегодня мы приглашаем
осветителей". Ему нравилось ужинать
в компании. Я уезжала на съемки
худая, а возвращалась толстая,
как гармошка.
- Главной проблемой было как
уклониться и не пойти
так, чтобы не обидеть его.
- Он был заядлым курильщиком,
любил выпить.
Он был настоящим жизнелюбом.
- Марчелло был тем человеком, которого
любили все. Его
невозможно было не любить.
В нем было что-то очень трогательное,
потому что он был и очень открытым,
и в то же время довольно робким.
На съемочной площадке он был
гораздо счастливее, чем в жизни.
Иногда при встрече я говорил ему:
"Мне предложили роль, но фильм
дерьмовый". А он: "Какая тебе
разница? В любом случае в памяти
остаются 2-3 фильма за всю карьеру
актера. В моем случае, возможно,
будут 3-4. А в остальных я снимаюсь,
чтобы заработать на жизнь.
Вот и все".
- После "Восьми с половиной"
он мог сниматься в странной
дебютной картине. Он говорил: "Дайте
мне работу! Я хочу работать,
я не могу сидеть без дела".
- Он не мог без работы. Он не находил
себе места, не знал, чем заняться.
У него не было хобби,
не было особых увлечений.
- Когда ты надеваешь на себя чужую
кожу, ты как будто ведешь некую
двойную игру. Ты будто
заполняешь некую пустоту.
- Марчелло принимает все предложения,
стараясь сниматься как можно больше.
Вечно в поисках индивидуальности,
более комфортной, чем его
собственная, он проводит бОльшую
часть жизни в облике своих героев.
"СЛАДКАЯ ЖИЗНЬ"
"ТЕРРАСА"
"СЦИПИОН АФРИКАНСКИЙ"
"РАЗВОД ПО-ИТАЛЬЯНСКИ"
"КРАСАВЧИК АНТОНИО"
Загадка Марчелло Мастроянни -
в его тайной внутренней грусти.
И хотя в попытке бегства от нее
на протяжении своей жизни
он 160 раз перевоплощался в своих
героев, все они были окутаны ею.
Его любили и за это тоже.
- Марчелло был необыкновенным
человеком. Как все умные люди,
он был подвержен сомнениям
и не производил впечатления
человека с самомнением. В его
прошлом все было просто и ясно.
Его настоящее было неоднозначным,
потому что чем старше он становился,
тем меньше интересных ролей
ему предлагали. И потом никого
из великих режиссеров, у которых
он снимался, уже не было в живых.
Но он относился ко всему очень мудро.
- Был момент в его жизни, когда он
задумался, не уехать ли ему
куда-нибудь далеко, не пуститься ли
в какие-нибудь приключения.
Оказаться в Африке, в России,
в Южной Америке, в Греции... Заняться
чем-нибудь, пусть даже и далеко.
И в этом был элемент его вечного
стремления быть неуловимым.
- По мере упадка итальянского
кинематографа в 1980-х годах
Марчелло пытается сниматься в других
странах, чтобы избежать скуки,
которая пугает его.
Но по иронии судьбы иностранные
режиссеры, у которых он стал
сниматься, предлагали
ему играть самого себя.
- Михалков знал меня только
по фильмам, главным образом
по фильмам Феллини. Я должен был
играть своего прототипа - типичного
итальянца, как видят его русские,
немного неуверенного в себе,
деликатного, немного
лицемерного, немного лживого,
эмоционального и посредственного.
И конечно, в конце концов,
он скорее использовал меня
такого, какой я есть на самом деле,
чем свой полностью
придуманный им персонаж.
- За то, что в фильме "Очи черные" он
сыграл того, кем был на самом деле,
Марчелло получил на Каннском
фестивале 1987 года приз за лучшую
мужскую роль. Это одна из 30 наград,
которые он получил за свою
долгую карьеру.
- Герой Марчелло лишился всего.
Он говорил, что он постарел,
что он устал. И, совершенно
не стыдясь, рассказывал открыто,
в каком положении он оказался.
Я видел этот фильм много раз,
и каждый раз он потрясает меня.
- Что такое старость?
- Старость меня не пугает.
Она может доставлять беспокойство,
когда дело доходит до физического
и умственного недомогания, и человек
впадает в детство, становясь обузой
для других, что очень унизительно.
Но что меня тревожит - так это мысль
о смерти. Она не дает мне покоя.
Конечно, мне хотелось бы пожить
подольше, как и всем, наверное.
Пусть даже больным, но перешагнуть
в следующий век и увидеть, что будет.
- Я помню, он очень много курил.
И мне кажется, он говорил себе,
что у него еще вся жизнь впереди.
- Итак... Тише, пожалуйста. Тише!
- Подождите.
- Мотор!
- Постойте.
- Что?
- Подождите.
- Отбой. Отбой.
- Какого персонажа тебе не хватает?
- Старого Тарзана. Да, потому что
Тарзан - герой, который больше
ничего не значит. Никто не сожалеет
о Тарзане. Этот фильм мог бы
совместить идею монизма с более
глубоким подходом к старости
как этапу в жизни человека
и к его одиночеству. Он по-прежнему
герой, но крокодил больше
не боится его.
- В последний раз Марчелло
перевоплощается в своего персонажа
через 50 лет после своего дебюта
в труппе Висконти. Старый человек,
которого он играет, готовится
к скорой встрече со смертью.
Но был ли это только персонаж?
- Я пришла к нему в гримерку,
и он сказал: "Анджела, подойди.
Я хочу поговорить с тобой". О боже!
Я что-то сделала не так? Он сказал:
"Садись. Знаешь, я очень болен,
у меня рак. Но мне сделали операцию,
и теперь я выздоравливаю".
Так он сказал.
- На каком-то этапе съемок
он заболел, стал уставать.
Он позвонил моей матери и сказал:
"Слушай, ко мне приезжал Гассман.
Он был на съемочной площадке, но даже
не подошел поздороваться". Гассман
в очередной раз был в тяжелейшей
депрессии, и вот Марчелло
рассказывает моей матери:
"Я позвонил ему и по голосу понял,
в каком он состоянии. Он с трудом
говорил. Поблагодарил меня
за звонок, но голос у него
был ужасный. И я подумал,
как мне повезло, что у меня рак".
Да, Марчелло был такой.
- Природное обаяние, деликатность,
мягкость, тактичность...
Я не встречала другого такого
человека даже среди моих друзей.
Я расчувствовалась...
- Марчелло умер в Париже в декабре
1996 года. Когда в Риме стало
известно о его смерти, статуи
фонтана Треви накрыли черной вуалью.
Но итальянцы оплакивали не коварного
соблазнителя из "Сладкой жизни".
Они потеряли человека, который был
похож на них, который в глазах всего
мира стал олицетворением их
национального характера, их обаяния
и их недостатков.
Марчелло Мастроянни, итальянский
идеал, актер, ставший иконой,
хотя он был просто человеком.
- Федерико, что я должен сказать?
Что говорить?
Повторите вопрос.
 

////////////////////////////