Яцек Бурда, талантливый молодой артист, получает премию в номинации
«Актёр года». Судьба наконец благоволит ему в плане карьеры, на него
возлагают надежды. Яцеку также предстоит сыграть главную роль в
экспериментальной постановке. Однако он всё равно не чувствует себя
счастливым и не понимает, чего ему не хватает. У него возникает страх
потерять то влияние, которое есть сейчас, вдобавок его сравнивают с
величайшим народным артистом Михалом Барчевским, который уже долгое
время не появлялся на публике. Чтобы разобраться в себе, Яцек решает
разыскать скрывающуюся легенду театра. А в это время пан Барчевский
занимается своим необычным театром и созданием собственной пьесы «Смерть
артиста в лесу».
Все фразы и цитаты
Мне 54 года.
По профессии актёр.
Зовут меня Михал Барчевский.
Последние 35 лет я каждый вечер играю на сцене.
За это время успел сыграть все роли,
которые только можно сыграть.
Кроме одной.
Что для актера может быть хуже,
чем слишком сложная для него роль?
Разве что смерть.
Сыграть её поистине сложно.
Ну, если только вы не такой амбициозный,
молодой и неприлично честный актёр,
как Яцек.
Даже не знаю, смогу ли я рассказать вам его историю.
Если я где солгал, не бойтесь сказать об этом.
Прошу.
Я готов.
Начинаем.
МАСКАРАД
Раз-два, раз-два, раз-два, раз.
Пан Михал Барчевский, наш великий актёр,
наконец-то Вы снова с нами спустя столько лет.
Что для Вас театр?
Театр...
Театр – это не просто место работы. Это место, где вы
вместе со всем коллективом живёте и дышите.
Я просто считаю, что все работники театра, в частности
актёры, должны быть хозяевами этого места.
В свободное время они должны менять декорации,
ставить свет, звук, работать билетёрами.
Должны быть хозяевами места,
куда и приглашают свою публику.
Хорошо, а Яцек Бурда был схожего мнения о театре?
А почему...
Я не знаю, говорю Вам! Не знаю, не знаю...
Я правда не знаю, чего он хотел добиться.
Все эти жесты, позы... Эти бесовские каменные маски...
Мне это всегда казалось какой-то бестолковщиной.
Тут ничего общего с театром!
Театр – это место, где вы должны выступать
перед публикой в определённое время.
Нельзя примешивать театр к личной жизни
и личную жизнь к театру. Верно говорю?
Марек? Юлька?
- Да-да.
- Конечно!
Ну хорошо.
Ну хорошо! И тот, кто этого не понимает, не должен выходить
на сцену, независимо от того, насколько человек талантлив.
А у того были все шансы. Все в него верили.
Даже я.
А он...
А что он? Пытался посмеяться, подшутить над нами.
Никакой порядочности. Просто гадёныш.
Почему Вы так о нём говорите?
Я привёл Вас на этот стадион, потому что именно
здесь Яцек узнал о своём большом достижении.
И о своей значимой премии.
Награды, премии...
К тому же, это было так давно.
Почти что другое время.
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Я есть!
«Мастер Спорта», сцена 275.
Отлично, Яцек, молодец! Всем спасибо!
Дети, на сегодня всё. Дублей не будет.
Пан Яцек!
Пан Яцек!
Пан Яцек, нам позвонили и сказали, что
Вы выиграли в номинации «Актёр года».
Поздравляю!
- Правда?
- Ну!
Фантастика!
Пан Яцек, нам через 15 минут нужно быть на радиостанции.
Пан Влодзя, знаете что?
Вы чего это, пан Яцек?
Вы чего это?
Яцек, пожалуйста.
- Ну не выделывайся.
- Ладно.
- Это очень важное интервью!
- Ладно!
Стойте-стойте, остановитесь!
Яцуся, солнце моё, это было потрясающе,
чудесно! Дай поцелую.
Не стоит, солнце моё!
И вот, дорогие слушатели, он в нашей студии.
«Факты и Такты», спустя всего час после объявления
результатов, имеют честь приветствовать «Актёра года».
Прямо сейчас, за микрофоном «Фактов и Тактов»
«Актёр года» – пан Яцек Бурда.
Браво. Браво, пан Яцек. Примите поздравления
от наших слушателей и от меня лично.
В целом, Вы довольны?
Чем, пан Янек?
Ну как это? Вы самый популярный актёр в стране.
Разве Вы не рады славе, популярности, премии?
То есть, Вам бы хотелось увидеть на мне радость?
Прежде всего, я бы хотел поблагодарить всех,
кто отдал за меня свой голос.
Это ж большая ответственность быть «Актёром года».
И само осознание того, что столько
людей по всей стране на тебя рассчитывают...
Это же восторг! Огромный восторг!
Конечно же, вперемешку с лёгким страхом.
- То есть, восторг и страх.
- Да.
И такие чувства нередко сопровождают актёров?
Да, да, ведь никогда не знаешь,
каким же будет конечный результат.
Ну хорошо, а может ли актёр сыграть любую роль?
Да, если хороший – да.
А что скрывается за всеми этими ролями? Что внутри Вас?
Ничего.
Внутри ничего, всё снаружи. Понимаешь?
Понимаю.
Звезда родилась, да?
Ага...
Интересно, захочет ли он по-прежнему жить с нами?
Да захочет конечно!
А желал ли ты стать «Актёром года»?
Раньше да. Когда ещё был пареньком.
Ну, некоторые до сих пор зовут тебя Пареньком.
Разве что выдающиеся люди меня могут так называть.
Что будешь делать с премией? Это не малая сумма.
Куплю себе доску.
Какую доску?
Обычную, для плавания.
Но, подумай, где ты будешь на ней плавать?
Ты самый популярный актёр, но это ещё и значит,
что ты один из самых занятых актёров страны.
Ну, например, секунду назад ты был на съёмках
фильма, а далее побежал выступать в театре...
- Потом ещё в кабаре...
- Сегодня нет кабаре.
Ну вот, хоть чуток отдохнёшь!
Не боишься как-то выгореть, потеряться во всём этом?
Я боюсь, да.
Боюсь.
Но когда ты годами играешь роли второго плана, когда...
...кругом безразличие, потому что ты не знаменит или...
...слишком молод, не даёшь в зад ради карьеры...
Когда каждую ночь пьёшь водку в баре,
потому что тебя скручивает
от боли,
от ненависти...
Как думаешь, можно ли во всём этом
потеряться, сгореть?
О чём ты вообще?
Соедините с мужем.
Ты его слышишь?
Он передо мной, за стеклом.
Здесь всё, приятель, вокруг нас становится печальнее.
Безнадёжнее, ещё страшнее.
Здесь страшно, понимаешь?
Страшно.
Разве не видишь?
Перейдём к другому вопросу.
Сейчас ты работаешь над главной ролью
в «Маскараде», постановке Ежи Вольфа.
- Да.
- Не боишься, что ты слишком молод для этой роли?
Да, боюсь. Ужасно боюсь, но я рискну.
У нас так повелось, что серьёзные роли
доверяют более зрелым актёрам.
Но такая традиция не имеет ничего общего с искусством.
Сейчас же времена меняются, и приходит новое.
Молодые актеры смогут продемонстрировать
свой истинный талант. А талантов у нас много!
У нас лучшие театральные школы, прекрасные
педагоги, великие театральные традиции...
И поэтому для меня эта премия словно
некая возможность.
Да и не только для меня. Вообще хотелось бы,
чтобы мои коллеги смогли поверить...
Ребят, кажись, он о нас болтает!
Поехал, что ли?
Надеюсь, мы сможем играть роли,
для которых были рождены!
Надеюсь, мы сможем играть роли,
для которых были рождены!
Хорошо, но вернёмся к «Маскараду».
Всё будет замечательно!
Нельзя быть слишком молодым или старым для роли.
Ты либо хорош в ней, либо нет!
Это, конечно, красиво сказано,
однако всё же сравнений не избежать.
Многие до сих пор помнят Михала Барчевского в этой роли.
Его незабываемую игру.
Не боишься такого сравнения?
Михал Барчевский – величайший народный артист.
И его молчание во время последних
нескольких сезонов – большая потеря для нас.
Раз-два-три! Раз-два-три! Раз-два-три! Раз-два!
Раз-два-три! Раз-два-три! И раз-два!
Михал! Михал, подойди на минутку! Скорее!
Говорят, что Михал Барчевский нас оставил.
Зачем мне это?
Не знаю, где он сейчас, но я верю, что...
Это ж Паренёк! Не узнаёшь?
Потому что артист никогда далеко не уходит.
А видишь ли ты какие-либо конкретные возможности для
своих молодых коллег-актёров в плане развития карьеры?
Возможности? Да, возможности есть,
просто надо ими воспользоваться.
Ну вот моя премия...
Я же шутил про доску для плавания! Съюморил!
На самом деле я думаю, что нужно устроить эдакое классное представление!
Всем собраться, выбрать хороший сценарий, набрать команду...
Нужно показать, на что мы по-настоящему способны!
И, причём, на настоящей сцене!
Мой театр, каким я его вижу... Он огромный!
Ну что ж, желаем тебе найти свою настоящую сцену,
и получать всё больше прекрасных ролей,
которых ждут твои зрители.
С «Актёром года» Яцеком Бурдой беседовал ваш Ян Лаский.
Здесь не курят, приятель.
Тебе это дорого обойдётся.
Отъебись.
А я неплохо так высказался о твоём бывшем муже,
великом Михале Барчевском, да? Понравилось?
Надеюсь, он не слышал, как ты к нему подлизывался.
Передашь ему привет?
Если мы ещё как-то пересечёмся.
Это было просто нечто, пан Яцек.
Что такое?
Я отвечаю за эту передачу, а также частично за Вас.
И если позволите, вот моя визитка.
Буду очень рад нашей встрече.
Как насчёт следующей недели?
Вы предложили весьма интересную идею.
Этого нового театра.
Выпендрёжник.
Но он такой притягательный.
Напоминает Михала.
Да, заносчивостью.
Прости, Зося, я не хотела тебя задеть.
Мне он тоже понравился.
Есть в нём что-то настоящее.
Настоящее...
Скажи этому французу, что именно
вон тот дуралей всё и решает.
К нему все подходят, что-то спрашивают, обговаривают...
Вот за ним последнее слово.
И как мне об этом сказать?
Интеллигентно, Яся. Интеллигентно.
Знаешь, почему мы никогда не будем вместе?
Нет.
Ты слишком сильно этого хочешь.
Посмотрим.
Для меня, конечно же, после Михала Барчевского,
Вы просто лучше всех!
Яцек...
Яцек, не так быстро. Это не самое лучшее лекарство.
Знаю не понаслышке.
Оно мне тоже не особо.
Хотел бы тебя поздравить.
Мы с Эвой послушали твоё интервью.
Завидую.
Чему?
Ну, тому, что ты можешь посмеяться
над всем и всеми. Даже над собой...
А может нам сделать целый цикл передач?
Например, «Молодёжь на сцене»...
Да конечно, господин редактор!
Отличная идея! Сам об этом думал.
Ты там один много не думай.
Яцек!
Мы отремонтировали нашу площадку. Придёшь на репетицию?
Приду, Мачек, приду. Когда-нибудь.
Только смотри, не приди поздно.
Зося... Зося, ну погляди! Меня все пугают!
Потанцуем?
Яцек, когда перестанешь дурачиться?
Потом.
Дамы и господа, слово режиссёру!
Мои любимые дети и дорогие гости,
закончились съёмки нашего фильма «Мастер Спорта»,
и так вышло, что сразу после них наша восходящая
звезда получила самую настоящую звёздную награду.
Ба! Он даже стал вести себя по-звёздному.
Ну разве не прекрасно? Разве не здорово?
За час до этого прибыл самолёт
с нашим гостем и другом из Франции,
который прилетел с предложением о совместном
создании нового фильма!
И теперь если всё пройдёт гладко, и главы обеих
наших сторон придут к соглашению, в скором времени,
то уже через пару месяцев начнётся производство грандиозного
польско-французского сериала «Варшава - Монте-Карло»!
Это ещё не всё, дамы и господа.
В этом международном проекте согласилась принять участие наша
европейская звезда Ханка.
Браво, Ханочка. Поздравляю.
Мы также надеемся там увидеть и наших
гениальных детишек, Эву и Яцусю.
Если, конечно же, до этого не подадутся
из актёров в артисты балета.
А теперь о самом главном.
Имею честь сообщить вам, что
наш великий актёр, пан Михал Барчевский,
на данный момент также рассматривает возможность
сыграть главную роль в нашем фильме.
Выпьем за здоровье нашего великого артиста!
За здоровье Михала Барчевского!
Выпьем за настоящее искусство! За здоровье пана Кшиша!
Идём!
Ты чего толкаешься?
Ты обещал.
- Да что такое?
- Идём!
Ну не толкай меня!
- Яцек, успокойся...
- Ты обещал.
- Ну что ты в самом деле?
- Итак, Кшиш, конец съёмок?
Банкетик для своего сопродюсера, да?
Нет уж, дорогой.
Тебе это с рук не сойдёт.
Яцек, я...
Обещал изменить конец фильма?
Обещал, но...
- И ты изменишь.
- Дай мне сказать...
Обещал изменить диалоги,
и ты изменишь.
Обещал переснять сцены, и переснимешь.
Прошу тебя...
Я знаю, что мог бы отхватить, ведь ты у нас злопамятный,
но этого так не оставлю!
Сейчас моя смена, и в это время все будут слушать меня!
По радио, в телевизоре, газетах!
Я выскажу всё, что о тебе думаю!
Уберу своё имя из титров! Буду рвать и метать!
И ты не отделаешься!
Либо будешь предан мне до конца,
либо я надираю зад твоему сопродюсеру и сажаю в самолёт!
Что выбираешь? А? Ну? Что?
Хорошо, хорошо, только не кричи пожалуйста... Не кричи...
И что это за перлы про Барчевского?
- Кто сказал, что он согласится?
- Не знаю...
Яцек, иди домой.
Чай будешь?
Где Ежи?
Не знаю.
Может вышел, а может и нет...
Перестань.
Почему ты со мной никогда не разговариваешь?
Может...
Может потому что мне нечего тебе сказать, Эва.
Кроме реплик на сцене.
Ты изменил мне!
Ты изменил мне!
Да, я изменил с этой цветастой обезьяной,
но зато не сгорел на костре и сделался царём!
Не желаешь ли стать моей второй женой?
Молчи!
Я буду мучить его совесть.
Буду мучить его совесть!
Я буду мучить его совесть.
А с судьбой ты не поспоришь, Тутли-Путли.
Организация и дисциплина
И общественная работа —
Преуспеянья это причина.
Тут спорить уже неохота.
Простите, мне надо быть в этом номере или как?
Эва, это не какой-то там номер.
Это репетиция.
Яцек.
Ты знаешь, что этой строфы нет в сценарии?
Но именно эта строфа есть.
Но...
Её нет в нашей пьесе.
А о какой пьесе Вы говорите?
Яцек, ты не забывайся.
Это репетиция или выступление перед цензорами?
Это репетиция. Репетиция...
Репетиция.
- Спасибо.
- Идиот...
Перерыв.
Десять минут перерыв.
Да-да, это я знаю.
Актёр должен прибираться на сцене, да?
Ставить свет, билеты продавать...
Но, Яцек, в чём твоя проблема?
Всё потому, что он великий актёр...
Не-не-не-не, это не такая глупость, как кажется.
Без таких безумцев, как он, мы бы
уже давно все стали чиновниками.
И что, думаешь, он сам в это верит?
Сейчас...
Сейчас я даже не знаю, во что он правда верит.
Совсем поехали с этим электричеством.
Забавно...
Эта магическая вера в занимаемое тобой место...
Просто здесь важно то, что ты делаешь
и как.
А в целом,
нужно быть там, где трудно.
Яцек, разве я не прав?
А ты и впрямь жёсткий парень.
Ты не просыхаешь с тех пор, как переехал к нам.
Может тогда мне съехать, Эвуня?
Не в этом дело, Яцек. Можешь просто перестать пить.
Эва, видно, мне не надо было сваливать из той дыры, да?
Ведь мог бы там стать честным пьяницей во всей дерёвне!
Жалеешь?
Да.
И о бывшей жене?
А вот это лишнее.
Клоун...
Гамлет.
Как тебе идея?
Я поговорил, и они согласились.
Кто?
Ну, в министерстве. Актёров обсуждали.
А меня ты спросил?
Зачем мне тебя спрашивать?
Ну что ж, тогда я так же просто трахну твою невесту,
либо ты меня отымеешь.
Ах ты свинья! Сволочь бесстыжая, чтоб тебя!
Эва!
Что за день, а... Что за день...
Эва, вызови скорую.
Проснитесь, пожалуйста.
Уже пора.
Пожалуйста, откройте глаза.
Как узнать,
где явь, а где же сон?
Воля есть в краях многих, не в моём.
Как узнать,
где явь, а где сон?
Где граница между ночью и днём?
Как узнать, где явь, а где же сон?
Где же окончанье пути моего?
Где ж оно?
Пани профессор?
Пани профессор, что Вы здесь делаете?
Играю в твоём фильме, дитя моё.
Если на верхах можешь судьбу вершить —
Будешь жить! Увидишь, будешь жить!
Если на верхах можешь судьбу вершить —
Будешь жить! Увидишь, будешь жить!
Будешь жить! Да!
Будешь жить! Да!
Будешь жить! Да!
Нет, нет, нет... Не могу, Михал. Не могу.
Сюда.
Здесь мы передохнём немного.
Ты что, Михал?
Ты ничего не знаешь.
Ничего не пережила. Не знаешь, как там всё было.
Думаешь, так будет лучше?
Я больше не могу ждать до последнего.
Это надо сделать сейчас, пока я ещё...
Пока ещё жив... И всё это мирно, понимаешь?
Мирно и с честью.
Нет, нет!
Не знаю, смогу ли я.
Мне не с кем тебя оставить.
Ты должна пойти со мной.
Ты не понимаешь.
Это же конец.
И ничего не могу с этим сделать.
Даже сейчас я не могу тебя защитить.
Ну давай сядем, прошу...
Не-не-не, нам надо ещё...
Но ладно, побудем здесь. Красиво, хорошо...
Тут и останемся.
«В какой же момент мне стоит достать бритву?
Так, чтобы себя не рассмешить...»
Это реплика самая важная.
И он должен сказать её совсем по-другому, но как?
Он был старым хитрецом.
Никогда не был собой, никого к себе не подпускал.
Даже в последние минуты...
А ты знаешь, что сжигание рукописи тоже
не такая уж и правда?
Тут не важно, правда-неправда. У каждого
она может быть своя.
Я звонила Ежи.
- Что?
- Нужно было.
Он сказал, что Паренёк очень хочет с тобой встретиться.
Послушай, Лёля.
Мы договаривались о другом: ты здесь, чтобы играть.
Понимаешь? Никаких телефонов, никаких визитов...
- Никаких разговоров, так?
- Да, так.
Вот, а ты мне пудришь мозги своим мужем.
Каким-то дебилом, строящим свою карьеру в столице.
А мне-то что с того? Какое мне дело? Не моя забота.
Слушай, мы дошли до самой трудной части пьесы,
и непонятно, как с ней управимся.
Скажи, вот я выполняю свои обязательства? Плачу тебе?
Ну скажи, плачу?
- Да, конечно.
- А слово держу?
- Да, да.
- Ну вот. Так что не хочу слышать о твоих разговорах.
Окей?
Репетиция в десять утра.
Хорошо.
Скучно мне.
Тоскую по бурям,
Живу без любви и блеска...
Стоп, стоп!
Я демон неопределённый! Существую сверх программы!
С самого начала песню.
Ещё раз песню, с начала.
Эва, ну, это не то. Это как-то странно...
Не знаю, попробуй отыграть как-нибудь... Ну не знаю...
...пораскрепощённее. Ты ж избалованный человек.
Ещё раз, с начала.
Подождите, а если я сделаю...?
Сейчас я не знаю, будете ли Вы вообще в этой сцене.
Ещё раз песню!
С начала. Давайте.
Ну что?
Яцек...
Прошу тебя, успокойся.
Куда ты собрался?
С кем ты себя сравниваешь?
Тоже думаешь оставить эту срань и исчезнуть,
чтобы обрести величие, шик и блеск?
Не обманывай себя.
Я ж говорил, не в этом дело.
- Мне нужен адрес.
- Нет.
Я не знаю, где они.
Ничего не знаю.
С ним же твоя жена.
Моя бывшая жена.
Давайте, начинаем.
Яцусь...
Чего ты так бесишься, Яцек?
Что такое?
У тебя же всё прекрасно, нет?
Делаешь и говоришь, что хочешь.
Играешь роли, какие тебе угодно. Никто тебе не указ...
А когда вздумается, ты замыкаешься в себе,
и никто не смеет тебя трогать.
Ну что с тобой такое?
Будь кто другой на твоём...
Другой сделал бы по-другому.
Яцек, мы не спим уже полгода.
Вот как бывает в годах чудесных.
Нам не прочесть всех книжек учебных,
Но все мы знаем силу в единстве.
Вместе сдадим экзамен с запиской!
Братья, сёстры, объединяйтесь!
Клоун, умник, девочка, парень!
Песню согласья мы распеваем.
- Вместе!
- Все мы!
Славно отжигаем!
Дай же мне руку, брат мой любезный!
В наших мирах не будет так тесно!
Ведь мы едины во многих взглядах!
Так заживём приятно и сладко!
Братья, сёстры, жёны с мужьями,
Слабый ты, мощный, велик иль мал ты.
Песню согласья мы распеваем.
- Вместе!
- Все мы!
Славно отжигаем!
- Вместе!
- Все мы!
Славно отжигаем!
- Вместе!
- Все мы!
Славно отжигаем!
- Вместе!
- Все мы!
Славно отжигаем!
Вместе!
Ну что ж, господа и дамы,
всё хорошо, что хорошо кончается.
А посему мы специально арендовали несколько автобусов,
чтобы те довезли вас всех до ближайшего отделения.
Но давайте расстанемся на позитиве,
храня в сердце партию и Господа,
а также наше небольшое беспартийное заведение,
работающее с кем доведётся.
И скажу вот что.
Давайте же покинем это место с ясной,
высоко поднятой головой,
ведь именно там, за дверьми этого бара,
начинается настоящее кабаре.
Яцек, знакомься, это моя подруга Моника.
Очень приятно.
Идёшь?
Сгинь.
Пока.
Вы отлично выступили.
Все так говорят.
Но я не все.
Дай мне адрес Михала.
Не-а.
Ты здесь не с мужем живёшь?
С мужем, но сейчас он в Лондоне.
Обещал позвонить тебе, когда вернётся.
Мне?
Да ладно тебе. Всё-то ты знаешь.
Дай мне адрес Михала.
Хватит курить, это мерзко.
Будешь вонять, как он.
Дай мне его адрес.
Я решила тебя побаловать, чтоб ты понял,
что на деле всё намного проще.
Искусство – это уникальная драгоценность! Бриллиант!
И грех им бездумно разбрасываться.
Ты бы хотел башню из бриллиантов?
Дай мне адрес Михала.
Михал!
Михал Барчевский... Я сейчас что, опять в кабаре?
Неужели ты хуже него?
Дай мне его адрес.
Никогда ты его не узнаешь.
Я тебе покажу кабаре!
Раздевайся!
Сейчас разбалую!
На колени!
Будут тебе бриллианты!
Ты что тут делаешь?
Хочешь здесь или снаружи поговорить?
Пан Марек, можете меня подменить?
Да, конечно.
Ты знала, что приду, да?
Не, думала, там останешься. Ключи.
Спасибо.
Спасибо большое.
Я с ума схожу...
Выгораю, Зося.
Сил нет.
Раз уж ты решил притворяться,
продолжай.
Думаешь, я притворяюсь Михалом?
Ты пытаешься быть лучше него.
Это плохо?
Не знаю.
Я не знаю, кто ты.
И что ищешь.
Что для тебя значат такие слова,
как «честность», «порядочность», «чувство»?
Слова, без которых нельзя жить.
Ты хоть и забавный в своём репертуаре, но
не совсем убедителен.
Может
у меня просто не было такой женщины, как ты?
Зачем тебе женщина?
Это ничем тебе не поможет, и ничего не изменит.
То же самое я могу сказать и Михалу.
Вы оба разбиваете сердца людей,
а затем бросаете их на произвол судьбы.
Хотите, чтобы вас любили, а сами не умеете любить.
Да что там любить...
Просто быть рядом.
Дать ощущение безопасности.
А вы бежите от этого
до самого конца.
Я мог бы попробовать с тобой.
Я бы не оставила с тобой ребёнка даже на пару часов.
С Михалом тоже?
Знаешь, что он сказал ей перед отъездом?
Что они увидятся через три года.
Забавно.
Может он думал, что так будет честно.
Говорил, что с детьми надо быть честными.
А она сейчас сидит и считает дни.
Правда – это своего рода вымысел, да?
Это его любимое высказывание.
А ты сейчас мечтаешь только о том,
чтобы у него чему-то научиться.
Ну ладно.
Больше я ничего не расскажу.
Я не знаю, где он и чем занимается. Не знаю.
Мне это не интересно.
Ты мне тоже не интересен.
Жизнь – не театр. По крайней мере, для меня.
Я слишком глупа для этого.
Не оставляй меня.
Ищи его.
Может так станет легче.
Прощай, любимый. Прощай.
Ждёт тебя дальняя дорога.
И ждать я буду хоть сколько.
Прощай, любимый! Прощай!
Прощай, родная. Прощай.
Знаешь, буду я скоро,
Хоть уеду в дальнее далёко.
Прощай, родная! Прощай!
Не-не-не-не всегда
Это к лиху в наших снах,
Нет, нет, нет, не всегда,
Если в окнах пустота.
Как-как-как-как-как-как
Не скучать?
Как-как-как не скучать?
Повернуть бы время вспять!
Стоп! Снято!
Давайте ещё раз?
Остановите поезд! Стоп!
Отлично, пан Яцек! Сняли с первого дубля.
Выходим! Все выходим!
Через минуту поезд отбывает.
- Принёс, что я просил?
- Да, но...
Что? Что «но»? Давай.
Господи Боже...
Если они узнают, мне конец!
Да какой конец? Ты говорил с Лёлей?
Да, говорил. Она сказала, чтобы все приехали и поговорили.
Но Михал вообще против этого! Может, на месте уже...
Дай мне его.
Вот, тут написано, на какой станции выйти.
А потом ещё через участок 14 километров!
Нормально.
Ей-богу, я влипну по самое не балуйся.
Когда отбывает ближайший поезд?
Через шесть минут, с перрона номер 6.
К счастью, Влодзя предупредил меня о его
неожиданном приезде.
И мне оставалось только одно: заиграться до смерти.
Попытаться заманить его в край чистого самоунижения.
Избавить его от его же глупости, которой так боялся.
Не думаю, что получилось.
- Нет, нет...
- Идём.
Не знаю, смогу ли я.
Мне не с кем тебя оставить. Ты должна пойти со мной.
Ты не понимаешь. Это конец,
и я ничего не могу с этим поделать.
Даже сейчас я не могу тебя защитить.
- Ради Бога, давай уже сядем! Не могу!
- Неее, нам надо ещё...
Но ладно, побудем здесь.
Красиво, хорошо... Будем здесь.
Зачем тебе это?
Чтобы улучшить кровообращение.
А вот то, что я припас для тебя.
Ты как-то сказала, что если ты и выйдешь за меня,
то только под хлороформом.
Видишь? Ты сказала, вот я и принёс люминал.
Я знал, что не очень хорош в изображении дурака,
который мало того, что балуется острой бритвой,
так ещё и не знает, как вовремя её вынуть.
И это раздражало ещё больше,
чем появление Яцека на ферме.
Ну что ж, за нашу встречу!
Раньше такие места называли ночлегом.
- Не злись, пожалуйста. Я должен был...
- Прям-таки должен был, да?
Ну да ладно.
Кто-то ж должен быть первым.
Чем больше прячешься, тем больше ищут.
Послушай, Паренёк,
как я и сказал,
ты можешь здесь завтракать, мыться,
и всё, что подобается гостю.
Мне всё равно, зачем ты приехал.
Не хочу...
Просто не хочу знать.
Мне не интересен твой мир, твоя хандра, эмоции...
Не хочу знать, как твои дела.
Вот не хочу, и всё.
Что это за мода такая?
Почему сейчас все должны друг друга понимать?
А что, это какой-то грех?
Грех... Ещё какой. Гордыня.
Я прячусь, говорят они.
Но я здесь живу, нормально.
По-своему. Наконец так, как я хочу.
- Я не хотел тебя беспокоить.
- Не хотел...
Ты уже побеспокоил, Паренёк.
Понимаешь? Уже побеспокоил.
Это порядочный дом.
Здесь жизнь не сахар, все работают в поте лица.
У меня нет времени на эти...
Нет времени, понимаешь?
Независимость дорого стоит, дружочек.
И здесь всё по-настоящему, а не игра.
Каждый день встаём в пять утра, чёрт возьми!
Ну успокойся, Михал, не надо так...
Чего «успокойся»? Это ты должна понять.
Хотела же гостя, вот и займись им.
Покажи ему всё.
Делайте что хотите. У меня времени нет.
И мне нет дела до этих разговоров.
Репетиция в два.
Как хорошо, что ты приехал.
Лёля...
А что у вас здесь? Что за репетиции,
куры, кони? О чём это всё?
Каждый день встаёте в пять утра, чёрт возьми.
А что потом?
Ну а потом... Всякие дела около девяти утра.
Куры, кони...
Куры, кони, сады, огороды.
Мы живём в общине, работаем вместе, чтобы
в оставшееся время могли выступить в театре.
- А как он поживает?
- Кто?
Ежи? Нормально. А что за театр?
Он такой
странный.
Понимаешь, его волнует ни столько игра, сколько...
Ну, интенсивность переживаний.
И каждое утро в десять утра мы собираемся на репетиции.
А что репетируете?
Чаю не хочешь?
Нет.
«Смерть артиста в лесу».
Это его идея. Он нарисовал иллюстрации...
Сейчас продумывает диалоги...
А потом мы завтракаем... Потом в два
часа репетируем на сцене...
А вечером спектакль.
Или же разговор на сцене,
со всем освещением и открытым занавесом.
А что за репетиция? Какой спектакль? Что за идея?
Пойдём, покажу тебе.
Можешь смеяться, но это его самая лучшая роль.
Он одновременно и король, и шут, и экономист.
Работает с утра до ночи.
Знаешь, мы уже больше года как финансово независимы.
У нас тридцать работников.
Но мы также кого-то содержим,
поскольку в округе большая бедность.
В восьми километрах отсюда есть
приют для брошенных детей.
И почти все помогают нам здесь.
Они носят белые рубашки, как для школы,
и только на ночь возвращаются к себе.
Михал поставил одно условие: чтобы никто его не беспокоил.
Ну и до сих пор его не беспокоили.
Ещё селяне отправляют сюда своих детей.
Иногда они сами приходят либо чутка помочь, либо поглазеть.
А ты чем занимаешься?
Присматриваю за всем хозяйством.
И за ним тоже.
- Что-то ещё?
- Не, достаточно.
Ох, уже два. Пора бежать.
А насчёт тебя не знаю.
Он такой непредсказуемый, но можешь попробовать.
Театр вон там.
Оно не прекращается.
А мы продолжаем.
Это невыносимо!
Мама!
Наши тела чувствуют.
И мы хотим вырваться из этого ада.
Пробуем вырваться.
Не смеёмся.
Хорошо.
Нет никого. Никого рядом нет. Нет...
Зови свою маму изо всех сил!
А нет твоей мамы! Никого нет!
Никто тебе не поможет! Никто! Ты один!
Нет. Нет. Никого нет.
Нету. Никого. Так, так, так...
Хорошо, хорошо, хорошо, хорошо...
Стоп!
Тишина... Мы дышим,
отдыхаем, расслабляемся...
Может такой тренинг был слишком интенсивным
для тех, кто впервые оказался у нас,
но теперь самым главным было не
возвращаться к самому себе.
К разговорам о знакомых, о жизни,
и о мире, который я хотел забыть.
Бруммель, Бруммель...
Проходи, раз уж явился.
Больше всех я презираю подпевал,
этих никчёмных полудурков.
Если хочешь быть со мной, то тогда играй всегда.
Не выходи из роли ни на одно мгновение.
Ни на минуту, ни на долю секунды. Проходи, проходи.
Сдаётся мне, ты хочешь поиздеваться.
Не благородное это дело,
мой Бунго.
Мне нужно было это показать.
Чувствовал, что такое может произойти.
Она
проникает туда, куда я никогда не осмеливался заглянуть.
Это последнее переплетение основных направлений.
Восхитительная...
Восхитительная...
Нельзя этого делать, Михал.
Это дети.
Мне нельзя?
Небо звёздное надо мною.
Вот.
Влодзя передал. Какие-то записи.
Ты ничего не понял.
Может быть, может.
Рубашку я верну.
Стой! Куда идёшь?
Куда идёшь? Пароль!
Какой пароль? Не знаю я никакого пароля! Я свой!
- Какой «свой»?
- Ну свой!
Как сюда попал?
Да обычно! Отведите меня к командиру!
Ты ещё будешь нам приказывать? Сейчас пулю получишь!
У нас приказ стрелять в каждого!
Я чиновник спецслужбы! Только что вернулся из Европы!
Из Европы?
Я друг товарища комиссара Темпе!
Здравствуй.
Он назвался другом товарища комиссара.
Говорит, заблудился.
Пожалуйста, послушай меня, Сайтек...
Как давно это было.
Теперь уже никто не зовёт меня Сайтеком.
Знаю...
Я охотно сотрудничал бы с вами,
но у меня должна быть другая работа.
Какая-нибудь более творческая работа,
поближе к идейному центру...
Может, я смогу нечто выдавить из себя!
И кроме того, это общество, лица...
Нам нужны новые люди,
такие, кто сердцем, понимаешь, не жалким нигилистическим
интеллектом, но сердцем верит в будущее человечество.
Я хоть и дилетант, но я учусь, созидая.
Созидая, а не болтая, понимаешь?
Для пропаганды специалисты у меня есть.
А господ вроде тебя мы тоже используем,
хоть и с отвращением,
и даём им то, чего они заслуживают.
- До свидания.
- Но, Сайтек...
Ты – навоз, понимаешь?
А если ещё хоть раз посмеешь
вспомнить о каких-то там лицах,
ты знаешь, что тебя ожидает.
- Сайтек, я не...
- Молчать и вон отсюда.
Вон!
К стенке!
Отделение, становись!
Огонь!
Ну что, присоединишься к нам?
У нас подход чутка другой, да?
Ты повидался с Барчевским?
Да.
Яцек, чем он сейчас занимается?
Ну, он уже совсем отошёл от театра.
Ты чего, Казя?
Ничего.
Да что случилось-то?
Ничего, говорю! Валим отсюда.
Нас прикрыли.
- Что?
- Ты чего это... Ты о чём?
О чём слышала.
Не дают нам, понимаешь?
Не дают разрешения на театр.
Марек...
Яцек!
Не будем говорить обо всей этой самодеятельности.
Нам нужно нечто большее.
- И вот появилась возможность.
- Да? Какая?
Коньяк? Виски?
Ну тогда коньяк.
Мы решили пойти на встречу театральному сообществу.
Поняли, что эту инициативу стоит поддержать.
А с художественной точки зрения тем более.
Ведь молодёжи нужно своё место для самореализации?
И мы вместе решили, что нам следует создать новое культурное учреждение.
Да что я говорю...
Новую сцену, экспериментальный театр, или как там у вас.
Разумеется, управление будет коллективным.
Только во главе должен стоять кто-то
молодой, динамичный, амбициозный...
Тот, у кого есть репутация и авторитет в театральных кругах.
То есть...
То есть, Вы станете директором театра.
Настоящего театра. За здоровье.
Господи...
Театр нельзя так сразу взять и основать
только потому, что вы так решили.
Ну это конечно.
Но общество терпеть не будет. Сами же говорили.
Я? Ну да...
Я не понимаю. Вы не даёте права ребятам
основать свою независимую площадку, а тут...
А где он будет?
На месте театра оперетты. Они переезжают.
Фантастика.
Что ж...
Наконец, Вы выйдете на более
серьёзный уровень. Пора бы уже.
Да-да, давно пора!
И получается,
что я смогу играть с ними их же репертуар?
Ну конечно же. Иначе, какой во всём этом смысл?
Шикарно!
- Ну так что, согласны?
- Я подумаю, хорошо?
Да, конечно, подумайте.
Подумайте над хорошим проектом,
репертуаром, актёрами и т.д. и т.п.
А мы, тем временем, подготовим все
необходимые документы, и всё. Дальше вы сами.
- Надолго?
- Что «надолго»?
Даёте мне свободу.
Ну, настолько, насколько могу.
Ну же, смелее! За молодыми будущее.
Просто если не воспользоваться шансом,
не факт, что он появится снова.
Ну-с... А что касается всяких административных
моментов с персоналом, бюджетом и так далее,
моя секретарша свяжет Вас с Брауном.
Но он ведь уже на пенсии.
Неважно. Он отличный человек.
Он знает, как лучше организовать театр.
Ну-с...
Удачи Вам, пан директор.
И я Вам советую перестать ездить к Барчевскому.
Он великий артист, но дверь за ним уже закрыта.
Не дайте себя обмануть.
Что ты подписал, а? Что?
Тебе дали что-то подписать, а что это было?
Не психуй.
Нет, ты за чьё дело борешься? За моё? За наше?
Меня ты спросил?
Стефан! Стефан, прости, но... Стефан!
Стефан, прости ради Бога...
Я хотела поговорить с тобой, слышишь?
- Слышишь?
- Не сейчас.
Но мне надо сейчас. Я не могу позже.
Я очень люблю тебя, Яцек.
Я хочу выйти за тебя, слышишь?
Отлипни от него уже.
Кто закрыл твой театр? Кто его закрыл? Кто?
Мы можем уже поговорить?
Нет, нет.
Ну, пожалуйста...
Тот, кто управляет театром, должен быть ответственным...
Марек!
Он будет такой, какой вы хотели.
Я это гарантирую, так или иначе.
Слышишь, Юлька?
Театру быть!
Иди домой.
Никуда я не пойду.
Боже...
Я уже не могу...
Не могу... Не могу ждать до последнего!
Это надо сделать сейчас, пока я ещё жив...
И всё это мирно, понимаешь?
Мирно и с честью.
Это же конец. Конец.
И ничего не могу поделать. Я даже не могу тебя защитить.
- Умоляю, давай сядем. Не могу...
- Нет, нам надо ещё...
Но ладно, побудем здесь. Будем здесь. Здесь хорошо...
Зачем тебе это?
Чтобы улучшить кровообращение.
А вот то, что я припас для тебя.
Ты как-то сказала, что если ты и выйдешь за меня,
то только под хлороформом.
Видишь? Ты сказала, вот я и принёс люминал.
Сколько их там?
Восемнадцать
и два цибальгина.
Попрощаемся...
Давай же...
Не засыпай...
Не засыпай...
Не оставляй меня...
Если оставишь... Если уснёшь,
я перережу себе горло.
Я не сплю...
Не засыпаю...
- Засыпаешь.
- Немного...
Ты засыпаешь.
Я так хотел бы...
Так хотел бы, чтобы светило солнце...
Помните ли покой до резкого наступления
звенящей разноголосицы?
Хитрый торговец с помощью листьев лебеды
уговорил благородного кавалера д’Эспаржа
отправиться на поиски затерянного архипелага Туа-Туа.
В тот вечер мне казалось, что мы были
почти готовы к премьере нашего спектакля.
Это была такая генеральная репетиция
на глазах у одного зрителя.
Я хотел его увлечь, погрузить в поток общего
веселья, переманить на свою сторону.
Но он сидел как истукан. Угрюмый и серьёзный.
Что мне оставалось делать?
Я продолжил играть роль царя экзотического острова.
Задуманное приключение оказалось ловушкой
и тюрьмой для благородного кавалера д’Эспаржа.
Он стал царём экзотического острова.
Без права вернуться.
Без права писать письма.
Без права на прогулки.
Без права на любовь.
Без права на визиты.
Он заточён.
Он заточён.
Он затворник!
Ах ты!
Старый консерватист!
Ты меня всё ещё любишь?
Ты изменил мне!
Но послушай, дитя моё!
Да, я изменил с этой цветастой обезьяной,
но зато не сгорел на костре и сделался царём!
Не желаешь ли стать моей второй женой?
Молчи!
Он хотел меня изничтожить. Хотел изничтожить!
Я буду мучить его совесть!
Но с судьбой ты не поспоришь, Тутли-Путли!
Моя судьба – благородный кавалер д’Эспарж! Он на этом острове!
Я могу застрелить его на месте. Как блохастого пса!
Так для меня будет лучше!
Вижу, моя дорогая, что у тебя нет ни капли таланта.
Но...
Нам надо сбежать отсюда.
Видишь ли, некоторые обладают таким многообразием талантов,
что не знают, как с ними ужиться.
Всего-то нужна пара стен,
и перед ними откроется
уже готовый театр.
Ты не одна из них, Тутли.
И я не такой.
Такие, как мы, продают солёную воду
близ морского побережья.
У нас, дорогая, намного меньше таланта,
чем у горы зубов.
Меньше таланта, чем у горы зубов!
А ещё меньше таланта, чем у куры зубов!
Прибытие Тутли-Путли на остров Туа-Туа
изменило весь его социальный порядок.
Народ понял, что его использует монарх,
а монарх осознал, что он – марионетка в руках народа.
Чёрная царица ужаснулась от мысли,
что её дети будут в клетку.
И по острову разнеслось волшебное слово
«революция».
Революция!
Революция! Революция! Революция!
Стоп!
Стоп!
Слушай,
пойдём прогуляемся.
Я не хочу, Миша. Не могу.
Ты ничего не знаешь, ничего не пережила...
Неправда, это ты ничего не понимаешь.
Я уже не могу!
Не могу ждать до последнего!
Это надо сделать сейчас, пока я ещё здесь!
Пока я ещё жив!
Михал, перестань. Михал, идёт спектакль, люди смотрят.
Ты ничего не понимаешь!
Это же конец.
И ничего не могу с этим поделать!
Даже сейчас я не могу тебя защитить!
Перестань, Михал! Перестань! Хватит!
Хватит! Пожалуйста, хватит...
Не приезжай сюда, Паренёк.
Здесь нет места таким зрителям, как ты.
Твой театр где-то в другом месте.
Браво, Михал! Браво!
Скучно мне.
Тоскую по бурям,
Живу без любви и блеска.
О, где вы, маньяки из тюрем,
Гиганты страстей и секса?
Ну где мой любовник прекрасный?
И где же та жизни изнанка?
А люди болтают напрасно,
Мол, она нимфоманка.
Скучно. В том-то и горе,
В сердце напрасные муки.
Ах, не придётся ли вскоре
Мне тут же околеть от скуки?
А люди... Люди на кукол похожи,
Пыл безвозвратно потерян.
Кто ж будет мне мужем, ну кто же?
Неужто морж или мерин?
Я жизни хочу настоящей,
Тесны приличия рамки.
Ах, мчаться бы с милым по чащам
В виде звереющей самки!
Организация и дисциплина
И общественная работа —
Преуспеянья это причина.
Тут спорить уже неохота.
Задача – быть среди сытых первым.
И нету идеи справедливей.
Я буду со временем миллионером
И каждого,
И каждого, и каждого,
И каждого, и каждого, и каждого
И каждого, и каждого, и каждого осчастливлю.
Но мир вращается вне моей воли,
В морду заехать он так же горазд.
Правильно поймут ли нас все люди?
Кто же добровольно всё своё отдаст?
Но я поработаю в этом же духе.
Оковы сброшу я со всех подряд.
А уж потом я не обижу и мухи,
Ведь человек человеку друг и брат.
Ведь человек человеку друг и брат.
Ведь человек человеку друг и
брат.
Режиссёр! Режиссёр! Режиссёр! Режиссёр!
А где Яцек?
Яцек? Не знаю.
Пан Яцек, откройте, пожалуйста.
Что-то случилось?
Пан Яцек, откройте немедленно!
Яцуся, это успех!
Мы тебя все ждём! Всей группой ждём!
- Дай минуту.
- Потрясающий успех!
Дай минуту!
Как будет у тебя свой театр,
тогда будешь рассиживаться. Но не у меня!
Пожалуйста, открой, Яцек.
Пожалуйста, открой.
Ты же ведь спел свой куплет, разве нет?
Я вызову пожарных!
Яцек, пожалуйста.
Яцек...
Идём?
Дамы и господа, «Факты и Такты»,
как всегда, в центре событий.
Мы приглашаем всех вас принять участие
в этом необычном празднике.
В празднике, на котором молодые артисты получат то,
чего они так долго ждали:
их собственный, настоящий театр.
Во время нашего интервью «Актёр года» Яцек Бурда
вдохновил наших слушателей на интересные идеи.
Каждый день нам приходили сотни писем, был создан фонд для
поддержки молодых актёров, который уже собрал солидную сумму.
А наш новый радиоцикл «Молодежь на сцене»
приоткрыл нашим слушателям театральное закулисье,
а также показал силу и амбиции этого
нового поколения артистов.
Ну, и всем стало ясно, что им нужно своё место.
Свой театр. Чтобы играть свой собственный репертуар.
Это также осознали и спонсоры нашей культуры.
Прямо сейчас приезжает всё больше и больше гостей,
среди них есть представители науки и культуры.
А вот и они! Наши молодые актёры!
Браво! Браво, пан Яцек!
Скажите, как Ваше настроение?
Думаю, это очень важный день в нашей жизни.
Может, мы сможем сделать что-то...
Пойдём.
Спасибо! Спасибо! Благодарим Вас, пан Марек!
Вот она юность!
Я
Я живу!
Вижу!
Чувствую!
Браво! Браво театральной молодёжи!
- Поздравляю!
- Яцек!
Спасибо.
Подожди-ка. Ты будешь в моём
новом фильме. Продюсер о тебе печётся.
Да, да... Сыграем вместе с Барчевским.
Ты уже как-то обещал.
Вот видишь? Теперь тебе веришь.
Да, да, да... Наверное, так и есть.
Спасибо тебе, Зося.
Вас я тоже от души поздравляю.
Яцек, я всегда в тебя верил.
В твой талант и силу.
Спасибо, директор.
И будь к ней добр.
Ты с этим чёт припозднился!
Тебя уж никто не послушает!
Вы тоже здесь, пани профессор?
Ну ведь скоро появится новый театр, дитя моё.
Я же сейчас бываю только на похоронах.
Вы будете снова выступать?
А я никогда и не переставала играть.
- Я отвлеку Вас ненадолго.
Идёмте. Сейчас будет очень важная встреча.
Идём-идём.
Проходите.
Позвольте представить нашего героя,
нашего любимца, пана Яцека Бурду.
Здравствуйте. Рад встрече.
Какой там цирк снаружи, да?
А почему?
Все в толкучку и всмятку. Так у вас говорят?
Да... Всё верно, молодёжь так и выражается.
Но прошу меня простить. Мне нужно срочно ехать
в аэропорт, поэтому на празднике я не побываю.
А вы веселитесь! Отдыхайте!
- У нас же всё подготовлено, верно?
- Ну конечно же.
За молодыми будущее! Весь мир у ваших ног, так скажем.
Я не так уж и молод, пан министр.
Это не так важно. Площадка молодая!
Вот что важно, согласитесь? У Вас всё получится, я уверен!
Тем более, с Брауном и такими профессионалами рядом...
Мы вас одних не оставим.
Ну что ж, я думаю, мы... Ох ты ж, ё-моё...
Несчастный случай на работе.
Итак, за работу.
Как молодняк говорит, давай лапу.
Всего доброго.
У меня тоже кое-что есть для Вас.
Кое-что?
Леденцы.
Интересно... Чудный же! Чудный парень!
Именно поэтому я рад объявить, что этим
документом мы начнём новый театр.
Простите, мы заложим фундамент нового театра,
который так важен и нужен нашей культуры.
У нашей культуры молодой дух.
Так пусть же театр будет так же молод.
Пожалуйста.
Поздравляю, пан Яцек.
Интересно то, что я несколько другой человек.
В этой замечательной труппе я лишь обыкновенный статист.
А вас, моих недругов, которые, начиная с моего сердца
и заканчивая песчинками под ногами,
отняли у меня всё, сказав:
«Он не видит. Не понимает. Не знает. Не слышит»...
Мне, разве что, хотелось бы всех вас
благословить от всего сердца.
Хотелось бы, но я не смогу, поскольку
кончаюсь я там, где кончается свобода моя.
Новый театр – хорошая идея, но я
не могу. Простите. Не здесь и не сейчас.
Яцек!
Ну что, остаёшься?
Ну, то-то.
Приветствую по-римски!
Залезай.
А сейчас будет номер!
Не знаю, так ли приветствовали друг друга римляне,
но одно скажу точно: я хотел
быть неподдельно искренним.
Я был готов сыграть любую роль,
которую предложил бы Яцек.
Ешь-ешь!
Не боись.
Здесь всё ненастоящее, как в настоящем театре.
А откуда вы узнали, что я приеду?
А куда ж тебе ещё?
Оформление сцены, свет, костюмы... Всё на мне, пан Яцек.
Декорации я тоже делаю.
А кухня моя. Я ж даже ветчину сама приготовила.
И моя режиссура!
Прекрасно... Браво.
Значит, мне ничего не остаётся, кроме как быть актёром!
Я тебя заиграю.
Не стоит, не стоит, Паренёк.
Просто будь собой.
Быть собой...
Ну хорошо. А ты кем будешь?
Призраком моего отца или коварным дядей?
- Лёля!
- Да?
Ты Гертруда или Офелия?
Влодзя, а ты кем хочешь быть?
Весёлым могильщиком, размышляющим о
покойном королевском скоморохе?
Не говорите так, пан Яцек.
Вот.
Мой череп.
Михал, ну что ты... Успокойся.
Я спокоен!
А я тебе серьёзно говорю.
Увы, бедный Йорик. Знал его.
Это был человек бесконечного остроумия,
неистощимый на выдумки.
А теперь лишь тошнота подступает к горлу.
Где теперь твои каламбуры,
твои смешные выходки, куплеты?
Где заразительное веселье, охватывавшее всех за столом?
Спокойно, я включу музыку.
Что, не ожидал?
Это канава, Парниша! Настоящая жуткая канава!
Там тоже есть канава.
Но отсюда ты никуда не сбежишь.
Это дно!
Господи, успокойся. Ты снова под ними.
Хватит, хватит, хватит уже об этом!
Но ты хоть чутка насладился своей карьерой.
А ты, я слышал, использовал каких-то сироток?
О тебе писали, что ты будешь «новым Барчевским».
Да-да! Похоже, мы соревнуемся!
Зачем ты это делаешь? Зачем?
Думаешь, это что-то исправит?
Лёля!
Лёля, Лёля, Лёля, Лёля, Лёля...
Лёля, Лёля, Лёля!
Лёля!
Она ещё не поняла до конца своей роли.
Но как только мы со всем управимся, то не пройдёт и часа...
Говорю тебе,
здесь всё серьёзно.
Даже ложь.
Да-да, я верю тебе.
Я должен покончить с этим.
У тебя ребёнок.
Вы виделись?
Она просила ничего тебе не говорить.
Мы что, играем?
Да что такое... Завязывай!
Лёля... Лёля!
Отдай мне это!
Нет, нет, не вздумай...
Лёля...
Хватит!
Лёля!
Неужели это конец? Какой же ты трус...
Ты хочешь сбежать? Один?
Не-не, не сбежишь. Никуда не сбежишь. А я?
- Нет!
- Лёля...
Михал, пойми ещё раз! Нет! Нет! Нет! Нет!
Михал...
Пойдём, я покажу, как это надо сыграть.
Что?
Идём.
Я проснулся в шесть утра.
Я это помню, ведь тогда Влодзя включил радио.
Голова раскалывалась.
У меня было похмелье, как после неудачной премьеры.
И я сразу заметил, что этот театр был обычным сараем.
Сегодня шесть часов утра.
Вчера в столице состоялось празднование по случаю открытия
нового культурного учреждения «Театр молодого актёра».
- Его руководителем стал...
- Пан Михал! Пан Михал!
...актёр нового поколения Яцек Бурда, популярный
среди зрителей театра, кино и телевидения.
В некоторых регионах страны наблюдались перебои
с сигналом и кратковременные перерывы в работе.
Внеплановые задержки произошли в Гданьске,
Гдыне и Щецине.
Руководители каждого предприятия
прислушались к требованиям работников.
Нет, я не могу... Не знаю, смогу ли...
Да, здесь красиво...
Здесь хорошо...
Михал... Михал...
Михал!
Что же случилось после?
За годы, проведённые в уединении, в своем раю,
я научился быть скромным, уважать свою профессию, зрителя...
И театр в целом.
Это же место, где вымысел становится правдой.
Мне кажется, что он, Яцек, тоже чего-то искал,
но он не мог понять, что в некоторые
места заглядывать нельзя,
ведь они пугающие.
Об этом много можно рассуждать,
но всё же благодаря ему я понял, что нужно возвращаться.
К жизни, к людям, к театру... Что я и сделал.
Выключите.
Сейчас Яцек стал легендой.
- Для нас всех.
- Да что Вы заладили? Какой легендой?
У него был потенциал стать великим актёром.
Вы же знаете, что значит слово «актёр»?
Актёр, который забыл, где сцена, а где жизнь.
Ну может быть...
Да и вообще, может благодаря тому, что он забыл,
многие и вспомнили об этом.
- Как Вы, например?
- Да, я тоже.
Что ж Вы за осёл любопытный? Сказать Вам кое-что?
Пожалуйста.
Я очень рад, что мне предложили
стать руководителем этого театра.
В этом есть необходимость.
Старые театры закрылись.
Атмосфера в них могильная.
Молодой дух жив там,
где живы отвага и ум. Так всегда было.
С кем Вы будете создавать этот театр?
Ну как это с кем...
С ними.
К счастью, это не записалось.
И вновь я ошибся.
Жизни этих ребят сложились совсем по-другому.
Я до сих пор помню их имена,
которые, возможно, вы уже забыли.
Марек закончил карьеру актёра и
стал театральным педагогом.
Эва вышла замуж за Марека, и сейчас у них двое детей.
Тадя пил, и позже погиб в аварии.
Юлька переехала в Англию.
Кшиш путешествует с авторами по стране. Стефан,
который с мячиком, стал директором
провинциального театра.
Збишек окончил полиграфический
техникум в Гамбурге и сменил профессию.
Казя выступал в кабаре аж до
введения военного положения.
После тюремного заключения он вновь стал выступать.
Марыся стала женой директора Ежи Вольфа.
Иногда она ездит к Лёле,
чтобы навестить могилу Яцека.
Сам же я по-прежнему выступаю в театре
с семи до девяти каждый день, помимо понедельника.
Экземпляр пьесы «Смерть артиста
в лесу» был сожжён.
Она не годится для сцены.
«МАСКАРАД»