Невозможная женщина (2018 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Ольга Басова, Владимир Басов мл.

Татьяна Муравьева – известная писательница, автор детективных романов. Несмотря на свою популярность, героиня одинока. Два ее предыдущих брака сложились неудачно, и теперь она окончательно разочаровалась в мужчинах. Когда Татьяна узнает, что на месте ее любимой старенькой дачи в Свешнево планируется строительство крупного бизнес-центра, она возглавляет протестное движение дачников. Тем временем племянница Татьяны – Лиза начинает встречаться с Виктором Максаковым – главой той самой строительной компании, которая собирается отобрать землю в Свешнево. Лизе удается произвести впечатление на Виктора. Ей кажется, что ее мечта о богатой жизни вот-вот сбудется... Чтобы понять, как остановить склочную писательницу, Максаков нанимается к ней на дачу строить навес над крыльцом в качестве… обычного рабочего…

Все фразы и цитаты

- Привет, ребенок. Ты почему
не спишь? У тебя же выходной.
- Редакторша твоя названивает -
спать не дает.
- Странно. А мне почему не звонит?
Господи, я пропустила все ее звонки.
А что ей надо?
- Как обычно: рукопись к обеду.
- Если еще раз позвонит, передай:
будет ей первое, второе, третье
и компот - везу я ей уже рукопись.
- Ой, тетушка ты моя непродвинутая.
Ну зачем в город пилить по пробкам,
если можно просто переслать файл
в издательство?
- Ты за кого меня принимаешь?
Я ж тебе не халтурщица какая-нибудь.
Я могу уже плод своей кропотливейшей
работы сама, лично привезти?
А потом, читать всегда лучше
на бумаге.
- Ладно, тетя Таня, как хочешь.
Целую, пока.
- Давай, целую тебя.
- Спать.
- О боже!.. Файлы, скайпы, вотсапы,
инстра... ингра... инс... Неважно.
НЕВОЗМОЖНАЯ ЖЕНЩИНА
- Доброе утро.
- Доброе. Здравствуйте.
- Здрасте.
- Здравствуйте.
Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Можно? Здравствуйте.
- Ну наконец-то.
Татьяна, ну что вы так долго?
- Вы знаете, вносила финальные правки.
Вот, новый роман.
Надеюсь, плеваться не будете.
- Ну что вы, Татьяна?
Мы полностью вам доверяем.
- Да? Я, правда, там позволила себе
некоторую вольность с главным героем.
- Вам можно все.
- Спасибо.
- "Светоч современного детектива" -
так вас окрестили на днях
в одном СМИ.
- Ну, это завышенный аванс.
- Не скромничайте.
Завтра обязуюсь прочитать.
Ну а вы пока приступайте к новой нетленке.
- Обязательно, обязательно.
Меня, как атомный реактор,
останавливать нельзя.
Ну, я пошла работать?
- Конечно.
- До свидания. Всего доброго.
- Да, удачи вам. Cчастливо.
- Господи, да места-то здесь
шикарные - лес, речка, воздух.
Конечно, это релакс для этих нуворишей.
А мы, дачники,
вроде как на птичьих правах.
Понимаешь? Нас раскулачивать пора.
- А с кадастрового учета
нас как снимут?
- Спокойно снимут.
Я тут справки навела. Смотри:
если с момента постановки
на кадастровый учет прошло пять лет,
и земельный участок или дом не были
внесены в ЕГРП, чего хочешь снимут.
- И что теперь делать?
- Бороться!
Других вариантов я не вижу.
Я, например, со своим домом
расставаться не собираюсь.
Я думаю, ты тоже.
- И я не собираюсь.
- Вот. У меня вообще тут
строительство намечается.
И вообще, Вера, я же здесь выросла.
Короче говоря, история такая:
этот главный фирмы-застройщика
некий Максаков. Я тебе сейчас покажу
его наглую морду.
Во! Видала? А теперь читай,
чего он тут заявляет.
- "У нас получено разрешение
на строительство парка
бизнеса и отдыха "Бизнес Палас"
площадью 17593 квадратных метра.
В декабре следующего года
он будет введен в эксплуатацию.
Свои планы мы не меняем".
Раньше парки культуры строили,
теперь – кругом бизнес.
- А вот это понюхать не хочешь?!
- Знаешь, ты не хорохорься.
Снесут они к чертовой матери нас.
Закон-то на их стороне.
- А правда – на нашей.
Ничего, ничего, мы петицию напишем.
Подписи соберем.
У нас тут, между прочим, – ну,
чтобы ты знала, - исторические места.
Да, да, да, у нас... Пушкин проезжал.
Что? Между прочим, здесь где-то
вот в крестьянской избе ночевал.
Еще неизвестно – может быть, из наших
мест происходит какая-то ветвь целая
незаконных Пушкиных.
- Фантазерка. Писательница моя.
- Докажем, докажем. Архивы поднимем.
Господи, Вера, людей жалко -
они же строились, душу вкладывали.
А теперь по этой душе
эти гады экскаватором проедут.
- Бульдозером.
- Пусть только попробуют.
- Круто танцуешь.
- Я знаю, котик.
- Люблю тебя. А ты?
- И я себя, Леша, очень сильно люблю.
Слушай, я тебе сказать хочу...
- Потом скажешь. Пошли.
Пойдем, пойдем.
- Ром, пятьдесят.
- Лиза, ты супер.
У меня прям башню сносит.
- Да, есть такое дело.
Подожди. Я тебе сказать хотела!
- Потом скажешь.
- Короче... не звони мне больше.
- Лиза, я не понял.
Ты что, меня бросаешь?
- А на что это похоже?
- А что я сделал?!
- Ничего! Вот именно, что ничего!
Обещал Ниццу, обещал Лазурный берег.
Где Ницца, Леша?! Где берег?!
- Лиза, постой, давай поговорим!
- Ты знал условия:
испытательный срок – месяц.
И ты его не прошел! Ты мне за месяц
даже ничего не подарил!
- А лабутены?!
А сумочка эта, фурла-мурла?
- Фурла?! Со скидкой 70 процентов?
А себе Леша бээмвэху купил -
Леша себя любит.
- А что ты мои деньги считаешь?
- Прости, твои?
- Ладно, окей, папины.
- Так вот с папой и встречайся.
Свободен, Леша.
- А вот это тогда я тебе тоже
не дарил!
- Ты что, сдурел?!
Козел!
- Дура.
- Удачный бросок.
Хороший был телефон.
- Спасибо.
- Что?
- Он на меня смотрит?
- Кто?
- Кто-кто - Максаков, тот самый.
- Да ладно.
Офигеть!
- Даже не думай. Он мой.
- Он идет к нам.
- Можно к вам?
- Присаживайтесь.
- Спасибо.
Позвольте вас угостить. Что вы пьете?
- Минералку.
- Да, конечно.
- Без газа.
- Ой, а мне шампанского, пожалуйста.
- Свежий анекдот. Пожилой олигарх
спрашивает у молодого:
"Как ты считаешь, мои шансы
на ее согласие увеличатся,
если я скажу, что мне 60?"
Молодой говорит:
"Ты знаешь, твои шансы увеличатся,
если ты скажешь, что тебе 90".
- Какая прелесть.
- Может, шампанского для настроения?
- Все в порядке с настроением.
Просто тоже вот анекдот вспомнила.
"Рокфеллера с утра пораньше занесло
в провинциальный русский городок.
Он заказал на завтрак блины.
Ему приносят счет на 10 тысяч.
Тот говорит: "Вы с ума сошли?!
Почему так дорого?!
У вас что, мука в дефиците?"
Официант ему в ответ:
"Не мука у нас в дефиците,
а миллионеры".
- Хм. Не очень понял юмор.
- Ну, сейчас счет принесут – поймете.
- Вы об этом не думайте. Я угощаю.
Давайте выпьем за то,
чтобы разбивались телефоны,
а не девичьи сердца.
Лиза, улыбнитесь -
вам это так идет.
- Настоящие стюардессы всегда
улыбаются до самого конца.
- И за ваше чувство юмора.
- Татусь?
- Так. Ты в своем уме?
Ты на часы смотрела?
- Татусик, я сорвала джекпот.
- Опять? Кто на этот раз?
Менеджер, подающий надежды?
Нет. Тогда кадровик из МИДа.
Тоже нет? А, директор цирка.
- Тетя Таня, ну хватит меня троллить.
Взрослая женщина. Как не стыдно?
- Ты еще стыдить меня будешь?
Я, между прочим, волнуюсь.
- Ладно, отстань. Потом расскажу.
Ты просто мне завидуешь.
- Ах ты... соплюшка.
А ну быстро спать.
- Иду, иду, иду.
- Тебя еще тут не хватало.
Давай, давай, давай, я спать хочу, Гена.
- Я за гонораром.
На чай не напрашиваюсь.
- За каким гонораром? Я тебе за этот
месяц уже все заплатила. Все, давай.
- Танечка, милая, ну хоть тысячу.
В счет будущего.
- У меня нет. Все, проваливай.
И чтобы больше в таком состоянии
сюда не приходил!
- Танечка, ну очень надо, позарез.
Милая, ну...
- Татуся, не вздумай. Он же тебя разводит.
Сел на шею и ножки свесил.
- Цыц, Лизка! Цыц! Не чужие
прошу – свои кровные, консультантские.
-А это у вас в полиции все такие вежливые?
Или за хамство уволили, а?
Татуся, не давай! Это не хамство.
Это эмоциональный выплеск.
А из органов, между прочим,
я сам уволился.
Да. Я человек творческий,
неконъюнктурный.
У меня душа другого просит.
- Ага, видно, чего она просит.
- Это... это для вдохновения.
Я, между прочим, помогаю автору
насытить ее детективы
достоверными деталями.
Я соавтор в какой-то степени. Да.
- Слушай, соавтор, если честно,
то твои гонорары...
слишком уж превышают твой реальный
вклад в наше общее дело.
- Танюш, ну 500 рублей хотя бы.
Пожалуйста, я тебя прошу.
- На. И чтобы завтра же пошел
в общество анонимных алкоголиков.
- Клянусь! Клянусь! Танечка, милая.
- А где же наш здоровый цинизм?
Классическая модель, как жить нельзя!
- Злая ты, Лизка. Злая!
Танюш, золотая ты женщина.
Дай я тебя поцелую.
- Нет, нет. Все, иди.
- Человек.
- И это, по-вашему, финал?!
- Самый что ни на есть.
- Морочили читателям голову
на протяжении десяти романов,
а затем убили героя.
И это, по-вашему, точка?
- Это восклицательный знак!
Это... я не знаю...
его смерть – это настоящий катарсис.
Возмездие, торжество справедливости,
если хотите.
Вы страницу 56 читали? - Да.
- А страницу 70?
Вы помните, что он там выкинул?
Да он просто моральный урод.
Я не знаю, зачем его жалеть.
- Послушайте, по поводу моральных
качеств я с вами абсолютно согласна.
Но вы же сами наделили его ими.
- Ну, знаете, я своим героям не указ.
- А зря! Слишком, как бы это сказать,
маскулинные у вас тексты.
По стилистике.
Наша аудитория – женщины,
ориентированные на семейные ценности.
Они любят мужчин. А вы - ненавидите!
- Да за что мне их любить?!
У меня первый муж – бабник,
второй муж – алкаш. Нет больше
нормальных мужчин. Вымерли как класс.
- Ну не всем же так не повезло,
как вам!
Многие наши читательницы абсолютно счастливы в браке.
- Знаете что? Счастливые женщины детективов не читают.
- А вот это спорно! А то, что ваш роман
мужененавистнический –
это без сомнения!
Ни луча света, ни проблеска надежды!
Слушайте, да вы делаете
страшную вещь:
вы лишаете наших читательниц
какой бы то ни было надежды.
- Зато я дарю им правду жизни.
- Не нужна нам такая правда!
- Значит, вы это печатать отказываетесь?
- Это - да.
- А что же мне делать?
- Хотите личный совет?
Вам надо набраться положительных эмоций.
Да, да, да! Ощутить радость жизни.
Почувствовать себя женщиной.
Сделать красивую прическу.
Влюбиться, наконец, черт возьми!
И переписать роман.
Или следующей книги не будет.
Мы вынуждены будем
расторгнуть контракт.
Решать вам.
- Влюбиться. Замечательно.
Господи, влюбиться. Да проще простого.
Только в кого? О! Может быть, в тебя?
Или в тебя? Или в тебя?
Или... Лев Николаевич,
простите, пожалуйста.
-Татьяна Михайловна, на конференцию пойдете?
Тема очень интересная
"Психологические техники:
как помочь писателю".
- Вы считаете, что я писатель,
которому надо помочь?
- Да нет, что вы. Татьяна Михайловна,
я совсем не это хотела сказать.
- Как помочь писателю? Я не знаю:
как цунами или вулкану -
как ему еще можно помочь? Или...
Вы же на лыжах катаетесь?
- Да.
- В Карпатах, в Альпах?
- Эльбрус. - Представляете,
вы едете на лыжах по Эльбрусу,
и вдруг на вас сверху снежная лавина,
и вы кричите ей снизу:
"Эй, снежная лавина,
как тебе помочь?"
Только заметьте: вы снизу,
она сверху. И она больше вас
в три тонны раз. Ваши действия?
- Бежать как можно быстрее?
- Вот! Поэтому никогда ничем
не помогайте писательской братии.
- Да я же как лучше хотела.
- Никакого кофе с сегодняшнего дня.
Тебе надо бы сердце проверить, масик.
- Мама. - Все работа, работа.
Загубят тебя эти цифры.
Ой. Никакой личной жизни.
Дождусь ли я внуков когда-нибудь?
- Мама, ну не ворчи.
- Молочный улун.
Нет, не вздумай сластить.
Тебе, кстати, надо проверить
кровь на сахар.
- А шоколад? Для мозга полезно.
- Ой, вымогатель.
Возьмешь отпуск на неделю и пройдешь
всех специалистов. Обещаешь?
- Я здоров как бык.
- Отец тоже так думал.
А потом произошло все в один момент.
Ты же помнишь?
- Мама, не начинай. У меня твои гены,
а ты из рода долгожителей.
Мы же договорились: эта тема закрыта.
- Ну жили бы вы как все -
без запросов, спокойно.
Но нет, ты же весь в отца.
- Вот ты папу так всю жизнь и пилила.
- Масик, пилят пилы.
С вот такими зубами.
А твоя мать даже к стоматологу
сходить не может.
- А знаешь, почему? - Почему?
- Потому что ты трусиха.
Надо сходить.
- Я же знаю,
как тебе каждая копейка достается.
- Мама! Мама, не надо.
- Масик, ну я правда боюсь.
- Я тебя прошу, сходи к зубному. Обещаешь?
- Хорошо, обещаю.
Раз ты так настаиваешь.
- Все. Спасибо.
Буду поздно.
- Влюбиться. Легко сказать. В кого?
Идиот! - Да куда ты лезешь,
курица ты безмозглая?!
Жить надоело?
Вот чумные бабы.
И о чем они только думают, а?
- О замужестве – о чем же еще?
- Ну а ты, Витя, когда остепенишься?
Ну, в смысле – женишься.
- Ой, не начинай.
Мать мне и так этим всю плешь проела.
- Ей в свое время надо было
тебе сестричку родить.
Вот и внуки бы уже давно пошли.
Батя твой много детишек хотел.
- Согласен. И мне б веселей было.
А то носились со мной,
как с писаной торбой.
- Ну, зато вон в какие люди выбился.
- Да.
- "Бизнесмена Виктора Максакова
уже давно с уверенностью можно назвать
заслуженным холостяком страны.
За прожитые четыре десятка
он не предпринял
ни одной попытки жениться".
Я же говорила, не женатый он.
- Да в курсе я, уже гуглила.
Не знаю, что Самсонычу предъявить -
с минуты на минуту будет.
- Ты про слоган для семинара?
- Не видать мне премии как моих ушей.
- "Но поклонницы бизнесмена
все равно не теряют надежды
и продолжают устраивать скандалы
на этой почве.
Сам же бизнесмен данную ситуацию
никак не комментирует".
По-моему, здесь тухляк.
Что с этими будешь делать?
- Не знаю. "Могилы конкурентам".
"Памятник
свободному предпринимательству".
А ничего слоган, да? - Я даже знаю,
что Самсоныч на это скажет.
- Что? - "У вас, барышня,
шаблонный образ мысли".
- Да сам он шаблон ходячий.
- Ну конечно,
на такую, как ты, только
большой оригинал может клюнуть.
Как Максаков.
Только такие, как он, не женятся.
В отличие от Самсоныча.
- Максаков мой будет, спорим?
- На что?
- На сертификат в салон красоты.
- Согласна.
- Здравствуйте, Борис Самсонович.
- Девушки, на совещание!
- Создание модной
и качественной одежды,
продвижение и разработка брендов
онлайн и офлайн.
- Поясните.
- "Онлайн" - это продажа в интернете,
а "офлайн" - это когда есть офисы
и реальные адреса.
- Борис Самсонович, "онлайн" -
это не только продажи,
это видеоконференции,
вебинары, блоги.
Это такая изюминка в программе,
чтобы молодежь клюнула.
- Вот-вот, а то молодежь клюнет,
а кто постарше - откажется.
Коллеги,
есть у кого-нибудь что добавить?
- Борис Самсонович,
для нас сейчас в приоритете
настройка оборудования и инструктаж
по работе с системой.
- А кто лично занимается аккредитацией?
- Я.
- Хорошо. Лиза, исправленный вариант
программы мне на стол.
Всем спасибо. Работаем.
Вы - за мной.
- На этом семинаре
со скуки все помрут.
- Да пофиг.
Самсоныч повышение обещал.
Вон Ирка у него
личным помощником отработала,
теперь завотделом.
А я у него уже год!
- Ну-ну. Мечтай.
(Смеются.)
- Здрасте-здрасте.
(Собака лает.)
Только вы не сдали деньги на домофон.
- Фу, цыц! Это я собачке вашей.
Подождите, какой домофон?
Вы же в прошлом месяце
уже на что-то собирали.
- Тогда на мусор, теперь на домофон.
- А на воздух вы не хотите собрать?
На Луну, на звезды?
Вы записывайте, записывайте идеи.
Почему только на мусор?
- Деньги сейчас или потом занесете?
- Что ты хочешь?
Мужика у нее нет, вот и бесится.
- Это точно.
- Мне кажется,
там кого-то очень сильно интересует
моя личная жизнь, да?
Так вот знайте,
как вы меня все достали:
и вы, и собачка ваша истеричная -
вот здесь у меня все.
- Писательница!
- Ты же понимаешь.
- А деньги не сдала.
- Действительно.
- Так...
Ну что, понеслась.
- Я не понимаю,
как мог пропасть километровый кабель
с охраняемой территории? Не знаю.
Мы искали, искали - пропал с концами.
- Чтоб завтра кабель был здесь!
- Да где же взять за один день?
- Я не знаю, Сережа,
это твоя проблема.
На даче у себя выкопаешь
и сюда привезешь. Ты меня понял?
- Понял. - Монтаж лифтов по графику?
- Да. На следующей неделе начнем.
- Почему в седьмом корпусе
нет пандусов для инвалидных колясок?
(Звонит телефон.)
- Да.
Иду.
Я к шефу.
- Есть, кстати, не по-детски хочется.
- Давай пиццу закажем?
- Не-а.
Хочу какого-нибудь салатика
в милом ресторанчике.
- Лимит милых ресторанчиков
в этом месяце уже исчерпан, подружка.
- Значит, нужно подключать
резервные ресурсы.
- Ты сама ему позвонишь? Максакову?
- Угу. Шансы нужно использовать.
- Он уже забыл, кто ты есть.
- Вот я и напомню.
- А если испугаешь
своей навязчивостью?
- Ну если телефон дал, значит,
не из пугливых.
- Ребята, даю вам неделю
на устранение всех недоработок,
иначе, извините, буду бить рублем.
Давайте работайте, работайте.
(Звонит телефон.)
Да.
- Добрый день, это...
- А, стюардесса.
- Какая стюардесса?
Ах, да-да.
Шепотом: По голосу узнал.
Так мило.
- Елизавета, у вас потрясающее имя.
Прямо как Мона Лиза,
как королева Великобритании,
Елизавета Вторая.
- Вы мне льстите. Мне вот больше
нравится Лиза Бонапарт,
сестра императора.
Она была превосходным менеджером.
Кстати, мне нужен
ваш профессиональный совет.
- Всегда к вашим услугам.
А если я приглашу вас поужинать?
- А я не против.
- Куда за вами заехать.
- Если вам не сложно,
я вам эсэмэской адрес скину.
- Во сколько?
- Ну... в шесть.
Я в шесть сегодня заканчиваю.
- До встречи.
- Окей, до встречи.
Заедет! Заедет, заедет!
- Обалдеть!
Строки романа:
"Она была недурна собой,
обладала всеми данными,
необходимыми для...
...для того, чтобы в обществе за ней
закрепился статус "хорошенькая".
Но... но она не любила себя.
Не любила себя..."
А ведь это правда.
Боже мой...
(Слышен плач ребенка.)
Да чтоб!..
Слушайте, успокойте ребенка,
пожалуйста, я не могу работать!
- Простите, он хочет есть.
- Ну покормите его!
- Я б с радостью, но он хочет сисю.
- Мама где ваша? Где мама ребенка?
- Жена на работе задержалась.
Прошу прощения,
вы не могли бы мне помочь?
- Я?! Я чем могу вам помочь?
- Подержите, пожалуйста. Спасибо.
Помогите, а то сейчас молоко
у меня убежит. Секунду.
- Ну-ну-ну. Хватит-хватит.
Вот хорошо. У меня мама
тоже часто на работу уходила.
И я с папой тоже оставалась.
И ты с папой остаешься.
Папа у тебя хороший? Хороший папа.
Все, успокоился?
Вот и молодец.
- Пойди, сынок, сюда.
А как вы это сделали?
- Не знаю. Силой мысли.
- Спасибо. Вы такая хорошая.
- Господи, если бы все так думали.
- Мальчик мой, пойдем, пойдем.
Пойдем.
(Громко играет музыка.)
- Да чтоб!..
Да выключите вы эту жеребятину!
А!
Все. В глушь! В деревню!
- Вернулись? Здравствуйте.
- Привет, Юля.
- Новой книжки вашей
никак не дождусь. Скоро выйдет?
- Это зависит
от многих обстоятельств.
- Привет. - Здравствуйте.
- Танюшка, привет.
Вот распечатка петиции,
можно отправлять.
Взгляни своим писательским взглядом.
- Только не сейчас, Вера, хорошо?
- Что-то случилось? Ты меня пугаешь.
- Мне надо работать.
Я форму теряю. - Подожди,
ты же сама все это затеяла.
Что теперь с этим будет?
Тебе все равно?!
- Нет. Я просто взяла
маленький тайм-аут.
Вера, понимаешь,
я творческий человек.
И мне нужны две элементарные вещи:
тишина и вдохновение.
Тишина и вдохновение!
Все.
- А что, прямо вот так, да?
Нет, это нормально?!
- Масик, масик!
Масик, тебе звонят.
Это она? Что, ты собираешься
с ней встречаться?
С этой размалеванной соплячкой?
Ты разрываешь мне сердце!
- Я перезвоню. Мама, я просил
не брать без спроса мой телефон.
И вообще это мое лично дело, ясно?
- Ой... Я понимаю,
что это твое личное дело.
Это твой выбор.
Я желаю тебе счастья.
Но я так боюсь, что она тебя обманет.
- Что, сердце опять? Может, скорую?
- Не надо. Ну зачем, мне уже лучше.
Я просто переволновалась.
Господи... никому не нужная
старая развалина.
- Мама, не надо. Не говори так.
Ты - самое дорогое, что у меня есть.
Я твой единственный сын, твой масик.
Но очень тебя прошу:
если ты хочешь, чтобы я был счастлив,
не мешай мне. Ты меня услышала?
- Услышала.
- Обожаю тебя.
- И все-таки она влюбленная в жизнь.
Строки романа:
"А, может, она просто не знала себя?
От этого и происходила нелюбовь.
Как можно любить то,
чего ты не знаешь?
Наверное, на ее пути
еще не встретился тот,
кто дал бы ей подсказку,
маленький намек,
кто просто хотя бы махнул
в сторону той тропы,
которая привела бы ее к самой себе".
(Шумно выдыхает.)
Это будет бомба.
(Слышны крики.)
Сволочи, фашисты!
Сейчас я вам...
- Ну что там, танки?
В смысле, бульдозеры?
- Сначала площадку разровняют
под технику,
а потом прямиком на Свешнево,
сволочи!
- Я сейчас им...
- Татьяна Николаевна,
что же вы против них со скалкой?
- Ты миф читала про Давида и Голиафа?
- Нет.
- Короче, не важно. Там Давид
взял камень и в лоб прямо - бац!
- Кому?
- Великану.
Понимаешь, если будем молчать
как бараны, нас точно снесут.
Ну мы, конечно, повозмущаемся,
поболтаем по углам,
но все равно соберем манатки
и съедем.
Поэтому если что-то решать,
то сейчас или никогда.
В общем, но пасаран!
- Замечательно сегодня выглядите.
- Вы тоже просто вау, супер.
Сногсшибательно, я хотела сказать.
- Супер - тоже неплохо.
- А чем сейчас ваша фирма занимается?
- Работаем над новым проектом.
Долго к нему шел.
Это будет нечто фантастическое.
- Интересно, а где? - В деревне
Свешнево. Недалеко от города.
Что?
- А, все в порядке.
(Слышны крики протестующих.)
- Левее.
Давай-давай, левее бери!
Левее.
- Убирайтесь! Убирайтесь!
А ну давай убирайся!
- Назад давай уходи!
- Женщина, сюда нельзя!
Что тебе надо?! - Давай убирайся!
- Спасибо.
- А что вы собираетесь
в Свешнево строить?
Бизнес-парк. Это так,
чтобы и работать, и отдыхать.
Ну, два в одном.
- Нельзя здесь ничего строить!
Это историческое место!
Вам никто этого сделать не даст!
- Смета, план.
- Слушай, плевать мне на твою смету.
Мы не позволим!
- Так, все! Мне что велел хозяин,
то я и делаю.
- Звони быстро хозяину,
я лично с ним поговорю.
- Негодяи! Ну сколько можно?!
- Не позволим! - Стой, Вася! Стой!
- Сейчас, товарищи.
(Звонит телефон.)
- Да-да, маслины. Извините.
Да.
- Тут баба какая-то шизанутая.
- Кто?
- С вами поговорить хочет.
Вообще какой-то беспредел -
чуть не с вилами на бульдозер.
- Ладно, сворачивайтесь.
Завтра все решим.
- Что, проблема?
- А куда без них?
- Ну что?
- Вася, на паузу! Завтра.
А ты, если проблем хочешь, -
получишь.
- Так, стоять! Офис где твой?
Я завтра лично приду туда!
- Сама найдешь!
- Найду!
Давай-давай!
Вместе: - Ура! Мы победили!
- Поехали-поехали! Давай-давай!
Вместе: - Ура!
Вот так вот вам! Ура!
- Все хорошо?
- Извините. Неверное,
шампанское в голову ударило.
Я же говорила: лучше минералочка.
- А у меня для вас подарок.
Сережа! Так как я оказался невольным
свидетелем инцидента в клубе,
это вам.
- Спасибо!
- А еще у меня для вас сюрприз.
- Вот.
- А это что?
- Приглашаю на прогулку.
- Нет-нет, я не могу!
- Что такое?
- А у меня работы много на завтра,
надо доделать!
- Пять минут назад работы не было.
- Мне шеф задание прислал на телефон,
нужно делать.
- Ты летать боишься? Аэрофобия?
- Б-боюсь.
- Стюардесса боится летать?
Ну прямо сюжет для комедии.
- Вообще-то не смешно.
- Я не смеюсь.
- Я серьезно,
Я даже в Париж на поезде ездила.
Полтора дня: день, ночь, день.
- А знаешь что?
- Знаю.
Боязнь высоты по Фрейду -
боязнь любви,
но мне от этого не легче.
- Я знаю, как вылечить твою фобию.
- Как? - Клин клином.
- Нет...
- Вот спокойно, спокойно. Дай руку.
- Нет...
Нет...
- Глаза закрой. Спокойно. Пойдем.
- Ступенька, ступенька. - Мамочка!
У меня сейчас сердце выпрыгнет.
- Тихо-тихо. Стоп.
- Еще одна?
- Спокойно. Ступенька, ступенька.
- Серьезно?
- Тихо, спокойно.
- Не верится!
Ступенька... Можно подглядывать.
Ну? Смотри, какой красавец, а!
- А вот и она. Легка на помине.
Ты, Лиза, в курсе, который час?
Я, между прочим, нервничаю,
и ты это прекрасно знаешь.
- Татусечка, не нуди.
- Ну расскажи хоть, где была.
- На седьмом небе.
- Я серьезно.
- И я. На вертолете летала.
- Ты? На вертолете?
- Представляешь? Почему ты не любишь
обниматься, я же тебя так люблю!
- Будешь обнимать своего этого...
Погоди.
Слушай, что ты мне голову дуришь.
На вертолете на какой-то она летала.
- Не веришь?
Смотри.
- Это что, новый телефон? Откуда?
- Подарок.
- Это понятно.
Имя, фамилия, где работает.
- Бр-р-р! Как на допросе.
Ладно, я спать.
- А интересно как! Пришла,
оторвала от работы, заинтриговала -
а теперь спать?
Ну-ка, давай рассказывай.
- Ну я правда так устала.
- Ну хотя бы скажи, кто он.
- Тебе зачем?
- Я тетка тебе или нет?
- Ну ладно. Так, он один сантехник.
- А, понятно.
- Хорошо, он ученый.
- О-о, еще хлеще.
- Ну все, серьезно: он бизнесмен,
у него своя строительная фирма.
Небольшая.
- Слушай, а может, он мне тогда
ремонт сделает, а?
Посмотри, что у меня уже происходит.
- Ну, я так и знала.
Ты такая меркантильная.
Я тебе про чувства, а ты...
- А я... пошла спать. (Вздыхает.)
Теперь уж точно спать,
потому что мне завтра кое с кем
серьезно поговорить надо.
Вы, зажравшиеся нувориши...
вы хотите весь мир превратить
в торговый центр, в базар! Вы...
А, нет, не так.
- 17-й 18-му! Останови синий "фольксваген"
за превышение скорости!
- Совесть для вас - ничто.
Культура - пустой звук.
Вы жируете за счет простого народа,
вы обкрадываете людей. Вы...
Воры вы и обманщики, вот вы кто.
Имя вам – легион.
- Не понял...
- Ой, простите, это я не вам.
- А кому?
- Понимаете, я писательница.
- Да ну? - Да, известная.
- И что же вы, гражданка известная
писательница, нарушаете?
- Да я всего-то чуть-чуть.
- Всего-лишь в три разика?
- В три, да?
Ну я больше не буду.
Дело в том, что я очень спешу.
- А мы сейчас по базе вас пробьем
и посмотрим, спешите вы или нет.
Превышение скорости было? Было.
Оскорбление сотрудника
при исполнении было?
- Не было! Не было!
Дело в том, что... на нас напали.
- Кто?
- Ну, фирма там одного... Максакова.
Они хотят снести наши дачи и на этом
месте построить бизнес-центр.
- Подождите, это что, Свешнево?
- Ну да, да. А мы с ними боремся.
То есть я лично.
И сейчас я еду на встречу
с их главарем.
Ну, в смысле, главным.
Вот этой фирмы. Максаковым.
- Желаю удачи.
Они у моей матери дом снесли.
Может быть, вам повезет. Поторопитесь.
- Спасибо!
-Наш "Бизнес-Палас" станет настоящим оазисом.
В дальнейшем мы хотим,
чтобы здесь проходили экономические
форумы наподобие давосских.
Помимо офисной зоны,
также будут зоны отдыха со стадионом,
бассейном, теннисными кортами.
Вопросы?
Спрашивает по-английски:
- Есть вопросы?
(Звучит музыка.)
- Сермяжная, 6... 8...
Господи, 31...
Жемчужный переулок...
Да что же это такое-то, а?
- Да?
- Лиза, выручай.
Никак я не могу найти
этот Магнитный переулок.
Где-то должен быть, но...
"кирпичей" понаставили.
- Татусечка, ну я же тебе
говорила - осваивай навигатор.
- Ты же знаешь, что я его боюсь.
Хочешь, чтобы твоя тетка
с перепугу въехала
в какую-нибудь дорогую машину?
- Ну ладно, ладно...
Какой там адрес у ближайшего дома?
- Сейчас...
Ставрогинская, 14, строение 2.
- Это в сторону центра?
- Ну да, где-то справа.
- Вот Ставрогинская... Ага.
Вот Магнитный.
Татусечка, там очень хитрый заезд.
Ты сейчас поворачиваешь направо,
в Гусятников,
а потом за шестым домом
еще раз направо.
Это и будет твой Магнитный.
Тебе какой дом нужен?
Там почти сразу, не заблудишься.
- Давай.
Ну, Максаков, держись!
- А что за адрес-то?
- Фирмы какой-то... "Арт-строй".
Это же офис Максакова.
- Да, подписали все три договора.
Давай, до встречи, увидимся.
- Черт!
Нет, ну я не понимаю,
мало того что он сам
спровоцировал аварию, он еще даже
не соизволил из машины выйти.
Вы представляете, нет?
- Господин полицейский,
а можно ускорить процесс?
У меня времени в обрез.
- Угу.
Так, значит, вы ехали отсюда,
а эта мадам с прилегающей?
- Совершенно верно.
- Им же неинтересны наши чаяния,
желания, нужды нас, простого народа!
- Спокойно, женщина, мы разберемся.
- Вы разберетесь, конечно!
- Ну, вы ж видите – дура.
Мало того что в бок въехала,
еще и орет как резаная.
Вы ее на всякий случай
проверьте на алкоголь.
- Кстати, давайте мы и вас
на всякий случай проверим.
Чем черт не шутит.
- Я пил кефир.
- Хорошо. Прошу.
- Нет, ну... для меня ясно,
что он выпил!
Ну мало того что он пьяный ездит,
так он еще за рулем по телефону
разговаривает! Понимаете?!
- Все? Я свободен?
- Да. Только вот здесь вот
распишитесь, пожалуйста. Вот тут.
- А фары? Как я теперь буду ездить?!
У меня одна светит,
а вторая не светит!
Вы понимаете, о чем я?! Это как глаз!
Один видит, а другой - нет! Не видит!
О! О! Пожалуйста, уезжает!
Ну ясно: дал взятку - и вопрос решен!
(Вздыхает.)
- Вот здесь подпишите, пожалуйста.
- Я не поняла, а почему это
он не нарушал?
А кто нарушал?
- А вы знак видели?
- Где?
- А вон там. Знак "стоп".
Главная дорога была у него, а не у вас.
- Да?
- Спасите! Зуб болит. На стену лезу!
- Так, надо к врачу.
- Вот только не смейтесь: я бормашины
боюсь еще больше, чем высоты.
- Здрасте, приехали. А я чем помогу?
- На Клязьму подбросить сможете?
Нет, не на речку. Там частный
кабинет моего стоматолога.
У него рука легкая.
А к другому боюсь, хоть убей.
На такси никак. Могу в обморок упасть.
Знаете, бывало.
Ой, как же больно!
Я бы кого-нибудь другого попросила, но некого.
- Куда подъехать? Хорошо.
- Сейчас приедет.
- Зуб... Ты ничего лучше
придумать не могла?
- Да первое, что в голову пришло.
Там, походу, тетка моя уже начудила.
Не дай Бог, он узнает,
что мы родственницы...
Ой! Болит.
Из-за машины переживаете?
- Да нет. Достала эта психопатка,
дачница-активистка.
Палки в колеса вставляет.
- Да не принимайте вы близко
к сердцу. Кто она, а кто вы.
С вашими-то связями.
- Кстати, а кто она?
- Вы меня спрашиваете?
М-м... Зуб.
- Правильно,
надо справки о ней навести.
Черт знает, что от нее можно ожидать.
- Да все что угодно! Наверное.
Таблетка не действует.
- Ну вот зачем так далеко ехать?
Вон, стоматология на каждом углу.
Еще слово-то какое придумала, «бормашина».
- Я придумала?! Личный стоматолог
Джорджа Вашингтона изобрел
педальную машину с пневматической
передачей момента вращения.
Из прялки своей матери, между прочим.
- Откуда знаешь?
- Книжки читаю, в театры хожу.
А кто-то скоро совсем
от жизни отстанет
и отупеет со своими работами
бесконечными и переговорами.
Вот вы когда книжку
последний раз в руки брали?
- Я смотрю, зубик прошел.
- Да вы простите, я вам
ничего такого не хотела сказать.
- Какие книжки? Света белого не вижу.
Все работа, работа... Жить некогда.
(Телефонный звонок.)
Да.
Сейчас приеду.
Ты прости, я на встречу опаздываю.
Тебя Валера на служебной машине
отвезет и будет сопровождать, хорошо?
- Вау. Это очень по-джентельменски.
- Ну прости.
- Здравствуйте!
О! Я смотрю,
страстная женщина тебя поцеловала.
- Не сыпь соль на рану.
- А ты все продолжаешь искать
приключения на свою...
- Это пока просто вариант.
- Но этот вариант помыкает тобой,
как хочет.
- Я контролирую ситуацию.
- Что, не та компания
для поездки к зубному?
- Остановите вот здесь, пожалуйста.
- А что так? Уже не болит?
- Представьте себе.
Фантомная боль, наверное.
- А может и не было этой боли, а?
- Что?
- Послушай, девочка,
отстала бы ты от Виктора,
все равно у вас ничего не получится.
- А это еще почему?
- Жизненный опыт. Не сложится у вас.
- Спасибо, что подвезли.
- Пожалуйста. Обращайтесь.
- Права Татусечка:
все мужики - козлы.
Строки романа: "Этот день
был не такой обычный, как все.
Он был совсем не похож ни на один
из вереницы однообразных,
одноликих, мерзких, отвратительных,
скучных деньков.
Но чем он был так необычен?"
- Да просто она узнала, что ее дача,
ее родовое гнездо,
где жили мама, бабушка...
- Танюша, ну не нервничай так,
мы что-нибудь придумаем.
- Вот ты знаешь, Вера, ты права.
Что же такое творится, а?
Власть то одна, то другая,
а несчастные люди должны страдать?
Нет, я этого так не оставлю.
Я, знаешь...
- Хозяйка, принимай бригаду.
Или что, адресом ошиблись?
- Батюшки!
Я же забыла совсем про вас!
- Вот-те здрасте!
Так есть работа или нет?
- Работы завались.
Навес для крыльца
когда-нибудь делали?
- Вообще не вопрос. Было бы из чего.
- Кирпич за домом.
Значит так, плана у меня нет,
поэтому я на пальцах.
В общем, здесь надо поставить
два столба, а наверху крышу.
- Соломенную?
- Почему соломенную?
- Ну, как у этого... Ниф-Нифа.
- Вы что, издеваетесь?
У меня, между прочим, шифер есть.
- Да вы не обижайтесь.
Я просто обожаю,
когда женщины распоряжения
по стройке дают.
- Вы что-то имеете против женщин?
- Абсолютно ничего.
Я их точно так же обожаю.
Особенно таких, как вы.
Не замужем? Ну, как говорится,
вашей маме зять не нужен?
- Кирпич... за домом.
- Понял.
Айда, мужики, за кирпичом.
- Пойдем.
(Говорят по-английски.)
- Алина!
- Да, слушаю вас.
- Подготовь смету в двух вариантах:
на русском и на английском.
- Да, хорошо, Виктор Иванович.
Рабочий: - Дай еще гвоздь.
- Я не понимаю: вы крышу
собираетесь закрывать или нет?
- Сейчас навес доделаем, рубероид
постелем, потом шифер прибьем.
Рабочие: - Вот, держи.
- Ага.
(Телефонный звонок.)
- Да?
- Строительная компания
"Арт-строй", секретарь Алина.
- Да, здравствуйте. Я сегодня вам звонила.
Спасибо, что перезвонили.
Значит, девушка, я вчера направляла
вам в офис бумагу.
Хотелось бы узнать
ход ее рассмотрения.
- Одну минуту, соединю вас с отделом
по работе с клиентами.
- Хорошо, жду.
- Добрый день. Чем могу вам помочь?
- Девушка, я вчера направляла
вам бумагу в офис. Мне хотелось бы...
- Номер документа?
- Я не знаю номер документа.
Это вы должны знать номер документа.
- Одну минуту, соединяю вас
с отделом разрешения споров.
- Я вас слушаю. Чем...
- Поселок Свешнево. Дачники.
Мы вчера направляли вам протест
против строительства бизнес-центра.
Вы его получили?
Ну посмотрите, пожалуйста!
Как "не получали"?
Подождите, то есть на мнение
народа вам наплевать, да?
А кто знает? Руководство?
Ну тогда скажите своему руководству,
что если оно хочет войны -
оно ее получит.
- Так, 2 минуты до эфира. Все готовы?
- Готовы. - Принято.
- Здравствуйте, Татьяна.
- Здравствуйте.
- Меня зовут Оксана. Я ведущая.
Мне очень приятно видеть вас.
- И мне очень приятно.
- Эфир прямой,
но главное - не волнуйтесь.
- Я и не волнуюсь.
- Все. Замечательно. Можно.
- Доброе утро, дорогие наши телезрители.
Сегодня у нас в гостях
всеми любимая популярная
писательница Татьяна Муравьева.
Доброе утро, Татьяна. - Доброе утро.
Надеюсь, все еще доброе.
- Дело в том, что Татьяна пришла
к нам с наболевшей проблемой.
Как говорится,
и знаменитые тоже плачут.
- Вот тут позвольте
я сразу перебью вас, Ольга.
Дело в том, что я не считаю,
что моя известность как-то
мешает мне быть в отрыве от народа...
- Во Татьянка прихорошилась -
не узнать.
- Вот что телевизор
делает с человеком.
- Тише! Дайте послушать.
- Наверное, поэтому мои читатели
любят мои романы.
Потому что каждый находит
что-то близкое себе по духу,
и такие же проблемы.
- Несмотря на то, что это детективы?
- Именно.
Но я не вижу здесь противоречий.
Просто мне кажется, что наша жизнь
и есть один сплошной детектив.
В самом классическом понимании
этого слова:
то есть загадка и раскрытие загадки.
- Да, Татьяна.
И одну жизненную загадку
вам, кажется, удалось разгадать.
- Совершенно верно. И даже две.
Первая загадка связана
с самим местом -
нашим дачным поселком Свешнево,
который, как выяснилось,
имеет исторические корни.
Есть свидетельство,
что в наш поселок
приезжал сам великий поэт
Александр Сергеевич Пушкин.
И даже был влюблен в местную
крепостную и посвящал ей стихи,
которые, если вы позволите,
я могу прочитать позже.
- Да. А вторая загадка?
- А вторая загадка связана,
собственно, с именем человека,
который хочет забрать наши земли,
чтобы использовать их
для своих коммерческих целей,
и я сейчас знаю точно это имя.
Это строительный магнат
Виктор Максаков. Кто знает...
- Ну Танюха дала жару.
- А я говорила?
- ...может, великий поэт
оставил след, и даже не один,
в нашем поселке
в лице своих потомков.
Правда, точное их число
никто не знает.
- Напоминаем,
что известная писательница
возглавляет акцию протеста
против противозаконных действий
строительного магната Виктора Максакова
в дачном поселке Свешнево.
- Знаешь, масик, кого ты мне напоминаешь?
Майора Первезенцева.
- Это кто?
- А это из моего детектива.
Такой же трудоголик и красавец!
- А мама у него есть?
- Нет.
Зато он женится в следующей главе.
Кстати, она последняя.
Все!
Катастрофа - твоей матери
совершенно нечего читать.
- Мама, я по дороге заеду в книжный,
что тебе купить?
- Что-нибудь вот из этой серии.
И обязательно этого автора.
Я ее обожаю!
- "И кто виной?
Супруг, отец, конечно..."
- Не то, мой друг! - "Но что ж?"
- Я ей не он".
- "Я ей не он" - что за бред?
- Вообще-то, это Пушкин.
Александр Сергеевич.
- Не исключено, что и другие стихи
Александр Сергеевич написал
во время пребывания в Свешнево.
Например, это:
"Лила, Лила! Я страдаю
Безотрадную тоской,
Я томлюсь, я умираю..."
- Только вот фанатки этой чокнутой
у меня в доме не хватало!
- Волшебная женщина!
Боже, какая умница, масик!
- Мама, я тебя прошу,
не называй меня "масик".
"Котик" и "пупсик" тоже под запретом.
Татьяна: - Пушкин - наше все.
А для жителей маленького поселка
и Свешнево - наше все.
- Сегодня у нас в гостях
всеми любимая
популярная писательница
Татьяна Муравьева.
- Виктор Иванович,
саудиты заморозили первый транш.
- Не понял. А основания?
- Вот, решение об отказе
на строительство.
Комитет по градостроительству
прислал отрицательный ответ.
- Подожди, мы же на прошлой неделе
все согласовали.
- Да, но в Министерстве культуры
резко выступили
против застройки
исторического объекта "Свешнево".
- А культура здесь при чем?
- Да вот при чем.
- А вторая загадка связана,
собственно, с именем человека,
который хочет забрать наши земли
для своих коммерческих целей.
И я сейчас знаю точно это имя:
это строительный магнат
Виктор Максаков.
- Что, наши проблемы -
из-за вот этой?
- Да. В это трудно поверить,
но поднятая ею шумиха
переполошила всех,
даже из мэрии сегодня звонили.
Виктор Иванович, решение
по строительству не окончательно,
через полгода будет еще один тендер.
- Арабы полгода ждать не будут.
Они инвестируют в наших конкурентов,
в "Эверест", - и все, гуд-бай.
Ну нет, не на того нарвались!
Чтобы из-за какой-то вздорной бабы...
Мокрого места не оставлю,
в порошок, в пыль сотру!
"Бизнес-Палас" -
наш самый амбициозный проект,
это престиж всей нашей фирмы!
- "- О нет!
- Кому ж ты жертвуешь душой?
- Ах, ей!
- Ты скромен, друг сердечный!"
- Ладно, она хочет войны -
она ее получит.
- Что, думали,
курьер обед вам доставил?
Вот на сегодня ваша пицца духовная.
Осваивайте, читайте.
Присаживайтесь, присаживайтесь.
- Виктор Иванович,
хотелось бы понимать задачу.
- Хорошо. Задачу?
Из пункта А в пункт Б
выехал автомобиль
со скоростью сто километров в час.
В то же время ему навстречу
выехал другой автомобиль
с такой же скоростью
по встречной полосе.
Что будет, когда они встретятся?
Версии.
- Ну, кто-то из них явно дебил.
Почему по встречке?
- Это условие задачи.
- Есть вариант,
что до встречи нарушитель
врежется в столб или в кювет улетит,
ведь он явно под градусом.
- Каким градусом? Мозги включайте!
- Да я гуманитарий.
- Гуманитарии тоже включают мозги!
- Да, задачка нестандартная.
Тут теорию относительности
применить нужно.
- Какую, к черту, теорию?
Либо эта ведьма нас сделает,
либо мы ее сделаем.
- Так что делать, что искать?
- Что искать?
Искать, чем автор дышит, чем живет,
где у нее слабые места,
чего она боится.
Это должно быть между строк.
Включайте эту... дедукцию.
- Дедукция - это дар особый,
и не всем дано,
как вам, Виктор Иванович.
- Ну, если я знаю, что ты утром
выпил семь чашек кофе,
значит - что?
Значит, я контролирую ситуацию.
- Семь? - Семь.
- Да не может такого быть.
- Может. Когда работать неохота.
- Да, сразу видно, что лажа лажей.
Виктор Иванович, а может,
нам подкупить критиков?
Чтобы размазали писанину
этой Муравьевой просто по стенке.
- Читателю наплевать
на мнение критиков.
Надо общественное мнение пошатнуть,
очернить ее в глазах почитателей.
Мы с Муравьевой враги.
Война есть война.
Надо найти на нее компромат.
- Толя, привет.
- Привет, Витя.
- Давно не виделись. Как дела?
- Да работы хватает.
Что за конспирация?
- Дело деликатное.
Надо проследить
вот за этой особой.
- О-о, писательница?
Такого в моей практике не было.
Еще и детективщица.
Да мы с ней практически коллеги.
- Из-за этой писательницы
у меня серьезные проблемы.
- А по виду и не скажешь.
- Внешность обманчива.
На фото - божий одуванчик,
а в жизни - пороховая бочка:
рванет - мало не покажется. Поэтому
очень рассчитываю на твою помощь.
- Видать, здорово она тебя достала.
- Надо собрать на нее черное досье.
Наверняка есть скелет в шкафу.
Ну, и потом слить все это
в средства массовой информации.
- Сроки?
- Чем быстрее, тем лучше.
- Понял. Возьму?
- Конечно. Давай.
Наших-то видишь?
- Редко. Время шабашек прошло, Витя.
Я позвоню.
- И если бы мы продолжали молчать,
как покорные овцы,
вы представляете, что бы тогда было?
Этот Максаков захапал бы
вообще все наши территории
и глазом бы не моргнул.
Это я вам говорю абсолютно точно,
потому что с него как с гуся вода.
Поэтому очень хорошо,
что на свете еще существует
хоть какая-то справедливость.
- Татьяна, подождите...
- Ну и, конечно, сыграло роль то,
что среди этих несчастных бесправных
дачников оказалась именно я.
И спасибо моим дорогим читателям,
которые меня любят, ценят
и поддерживают в этом кошмарном
беспределе толстосумов.
- Стоп! Стоп-стоп. Стоп.
Горазды вы правду-матку рубить.
А если вы неправы?
Если буква закона на стороне, как
вы изволили выразиться, толстосумов?
- Да это все глупости, потому что
такого просто не может быть.
- Татьяна, мы получили письмо
из вашего МФЦ
по поводу дачных участков:
там не все в порядке
по кадастровому учету.
- Я не знаю, что это за бумага.
Лично у меня совсем другие данные.
Вот. Вот!
По закону вы не имеете на эти земли
собственнических прав.
Участки вам были даны для того,
чтобы картошку сажать,
а вы обосновались, домов понастроили.
- Вот.
- Вот, да.
- Вот, господин депутат,
значит, и до вас добралась
мохнатая лапа Максакова.
Скажите, хорошо он вам заплатил, да?
Только вы не надейтесь:
я не успокоюсь.
Я костьми лягу,
но справедливости добьюсь.
Невозможное сделаю!
(Щелчок фотоаппарата.)
(Щелчок фотоаппарата.)
(Щелчок фотоаппарата.)
- Так, вы кто такой
и почему за мной шпионите?
- Барышня, да вы что? Вам показалось.
- Нет, мне не показалось.
Вы, пожалуйста, не врите.
Я вас заметила,
еще когда сюда входила.
Вы на какое издание работаете?
- Да ни на какое.
Зачем мне за кем-то следить,
за какой-то неизвестной женщиной?
- Ну, знаете ли,
эта "неизвестная женщина",
между прочим,
очень известная писательница.
- А-а. Вот уж теперь вы не врите.
Писательницы - они другие.
Да и выглядят поприличнее.
- Интересно. Это что же,
я, по-вашему, так плохо выгляжу?
- Ну, как-то... да.
- Ну спасибо.
- Пожалуйста.
Надо же, Шерлок Холмс в юбке.
(Разговор не слышен.)
- Семен, я не понимаю,
в чем претензия.
Что конкретно тебя не устраивает?
- Вся эта возня вокруг Свешнево.
Я вообще не понимаю,
из-за чего сыр-бор.
Из-за кучки недовольных дачников?
- Там оппозицию возглавляет
одна публичная особа.
- С каких это пор мы перед оппозицией
реверансы делаем?
- Нас сейчас только ленивый
грязью не поливает.
Куда ни ткни - "Максаков вор",
"Максаков сволочь".
Невозможно в таких условиях
бизнес вести.
- Ой, Витя, мы с тобой столько грязи
в 90-е разгребли!
- Сейчас не 90-е.
- Вот это ты прав.
И арабы не братва люберецкая.
Если контракт слетит,
такой звон пойдет!
Локти будем кусать, Витя.
- Не слетит. Все под контролем.
- Ну-ну, ну-ну.
- Ты мне не веришь?
- Как я могу не доверять партнеру,
с которым и огонь, и воду?
Но ты должен учесть, что если вдруг
тебе не удастся разрулить ситуацию,
то в лучшем случае по миру пойдешь,
а в худшем - головой ответить можешь.
- Это угроза?
- Нет, это трезвое восприятие
реальности.
Извини, у меня встреча.
(Звуковой сигнал.)
- Господи! Опять с утра пораньше.
- Танечка, разговор серьезный.
- Быстро говори, что надо,
и проваливай.
- Разговор небыстрый,
давай пройдем в дом.
- Ты меня не услышал?
Я тебе сказала, уходи!
- Тихо-тихо, не дури.
Это в твоих интересах.
- Ты куда прешь?
Это частная собственность.
Я сейчас полицию вызову!
- Так, стоп! Вопрос спорный,
чья это собственность.
- Ты что несешь, дурак пьяный?
- Я трезв как стекло.
И закон, между прочим,
на моей стороне.
Да-да-да! Вот, пожалуйста.
Иди сюда. Читай:
"Маленьких все обижают..." -
и дальше.
- Тебя обидишь!
- Это же мои слова,
это же я сказал,
а ты приватизировала.
- Ты, Гена, в своем уме?
Это просто набор букв.
Ты еще скажи,
что я азбуку приватизировала.
- Ты мне зубы не заговаривай.
Меня приятель,
между прочим, просветил:
за авторские
нехилые бабки полагаются.
- А-а.
- Да. Да, да, да.
- А ты знаешь, Гена, что существует
такое понятие, как прототип?
Это реальный человек, с которого автор
пишет героя своего романа.
Вот ты, Гена, мой прототип, и все.
- Ясно. Бабки давай.
- Ну как ты себе это представляешь?
Это как, я не знаю,
прототип Болконского
будет гоняться за Толстым
и кричать:
"Гонорару бы мне, гонорару!"
Или прототип Герасима
будет душить в кустах Тургенева
и требовать: или червонец,
или отправишься вслед за Муму. Да?
- Мне эти твои типы не указ.
Я свои кровные хочу получить.
- Ты уже получил за консультацию.
И я тебя, Гена, очень ценю и уважаю,
но это - все.
- Я тоже себя уважаю
и поэтому повышаю свое уважение
в два...
нет, в три раза.
- Да ты лучше гордился бы, что вообще
попал на страницы моего романа.
Господи, да если бы у меня
были такие деньги,
я бы давно свинтила на Гоа
и оттуда бы строчила свои блоги.
Да-да, и никакой редактор
мне был бы не указ.
- "На Гоа"... Куда ты делась бы
от своего читателя? "На Гоа"!
- Ты вообще совесть, я вижу, потерял.
- Ты мне на совесть не дави,
я свои права знаю.
Так что все, не отвертишься.
- Все, дядя Гена, доигрался.
Вымогательство - это правонарушение,
и тебе это прекрасно известно,
так что все, сам не отвертишься.
- Лизонька, ты пойми,
что твоя тетка
нарушает мои авторские права.
- Я?
- Да, да, да!
Статья Уголовного кодекса 146.
- Ты мне еще за хулиганство ответишь.
Я сейчас в полицию позвоню...
- Лиза, Лиза!
- ...там узнаешь, где чья статья.
Тебя там хорошо знают,
не зря из органов выперли.
Так что давай-ка, Гена,
вали подобру-поздорову!
Дружки у магазина уже заждались.
- Лиза, я еще вернусь!
- Иди-иди.
Молодец. Моя школа!
- А это кто?
- А это ее бывший.
- Нет, девушка.
- Девчонка? Это ее племяшка.
- Племяшка?
Значит, писательница - тетка Лизы?
Вот это номер!
(Звонит телефон.)
- Да.
- Лиза, солнце,
а что ты делаешь после работы?
- Наверное, ужинаю с вами.
- Вау, здОрово! А чего тянуть?
Может, вместе пообедаем?
Ты как?
- Давайте.
Заодно научу вас говорить "вау". Хорошо?
До встречи.
- До встречи.
- Йес.
- Все равно разницы не понимаю.
- Да вы не принимайте близко
к сердцу. Я же сказала, что пошутила.
- А что ты все-таки имела в виду?
- Ну, логичнее было бы сказать:
"Вау, супер!"
А "вау, здорово!" - ну, это
как-то по-старперски, если честно.
Только не обижайтесь.
- А откуда такие познания?
- Я лингвист по образованию.
- Может, ты еще и книги пишешь,
как твоя тетя?
- Узнали? Понятно.
- Что же ты не сказала, что у тебя
такая знаменитая родственница?
- Не привыкла козырять родственными
связями перед молодыми людьми.
- За "молодого" спасибо.
А твоя тетя замужем?
- А откуда
такой неподдельный интерес?
- Хочу знать, кто
ближайший родственник моей девушки.
- Хорошо.
А вам все досье на нее рассказать?
Хорошо. Моя тетя в разводе.
Ее бывший - просто жесть!
Козел, алкоголик,
все время тянет из нее деньги.
А Татусик такая добрая,
не может отказать,
хоть веревки из нее вей!
Я даже ругаю ее за это.
- Добрая? А твоя тетя -
точно Татьяна Муравьева?
- Да, писательница. А что?
- Нет, ничего.
- Виктор, а не пора ли мне,
как вашей девушке, перейти на "ты"?
- "Девушки"... Конечно.
Только давай пока не при всех. Прости.
(Звонит телефон.)
- Да.
- Витя, ты издеваешься?
Стройка зависла,
партнеры рвут и мечут.
- Человеческий фактор.
Надо подождать немного, я все решу.
- Ты решаешь, а по башке получаю я.
Оправдываюсь, как последний пацан.
- Я делаю все, что могу,
все, что от меня зависит.
- Нет, я не понимаю ход твоих мыслей.
Например, что ты сейчас
собираешься делать?
- Буду менять тактику.
Скажи партнерам, что вопрос решается.
Я позже тебе позвоню.
- Когда? Нет, конкретные сроки.
- Как только, так сразу.
- Не понимаю я тебя, Витя.
Ты же сначала хотел ее
со света сжить, войну ей объявлял.
- Я же не знал, что она тетка Лизы.
Придется менять тактику -
включать обаяние,
галантность, манеры.
С женщинами это еще никогда
не подводило.
- Ну а если не купится?
- Да купится, куда она денется.
- Боже мой! Господи,
это какой-то кошмар!
Да это просто ужас какой-то!
Вы что, этим занимались?..
- Не все сразу.
- Вы начали делать две недели назад!
- Ха, работнички!
- Ну да.
- А это что такое?
- Это только закрепить.
- Все шатается.
Вы это даже не прикрепили.
То есть это я должна ходить
и ломать руки, ноги?
Вот это вы еще подровняете.
- Осторожно: покрашено.
- И вот это надо подравнивать.
- Дело-то плевое,
я бы в момент поправил.
- Вот это вы делали две недели!
Три взрослых мужика, шесть рук, -
и все ровняете. Замечательно!
Так, стоп. Ну-ка быстро
все обратили внимание вот на это.
Смотрим внимательно.
Вот здесь, смотрите, узко,
а вот здесь - широко.
Что я должна с этим делать?
Теперь все это надо сломать,
потом заново построить.
У меня нет таких денег!
У меня нет больше денег!
- Валера, а ведь это шанс.
Только в таком прикиде...
Кольчужку не одолжишь?
- В смысле?
- В прямом.
- Давай-давай, живей, по-военному.
- Что за маскарад?
Витя, держи.
- Главное, в доверие втереться,
а там уже придумаем,
как ее нейтрализовать,
чтобы она нам не мешала.
- Это в таком виде, что ли?
- По законам психологии, самое оно.
Будем в гармонии с хозяйкой дома.
"Ты морячка - я моряк,
Ты рыбачка - я рыбак". Держи.
- А ничего, моряк,
что она тебя видела?
Она же тебе машину покалечила.
- Она меня в лицо не видела.
Личного контакта не было.
- Ну что, Витя, погляди:
похож я на начальника?
- Во! А я на работягу?
- Ты?
Ох, все равно у тебя рожа большими
деньгами пахнет. На вот, держи.
- Это не рожа, это душа богатая.
Ну как?
- Во!
- Жди.
- Давай.
- Тебя как зовут-то? Напомни.
- Я же говорил - Богдан.
- Богдан. Давай рулеточку сюда, Богдан.
Значит, смотрим сюда.
Ну-ка помоги-ка.
Замеряем. Так. 180.
Богдан: - Ну?
- Поднимаемся. Давай, давай. Подержи-ка.
Так, аккуратненько.
Хотя бы примерно, Богдан! Два метра!
Скажи мне, пожалуйста, Богдан,
20 сантиметров ты куда подевал?
Как можно здесь и здесь -
20 сантиметров?
Что ты с этим будешь делать?
Объясни мне, пожалуйста.
20 сантиметров, Богдан!
Как мы будем с ним?..
А вы, собственно, кто?
- Говорят,
вам рабочий толковый нужен.
- Кто это говорит?
- А вон на даче говорят -
Муравьева строителей ищет.
- А, соседи, что ли?
- Да. Вы же писательница известная.
Я вас по телику видел.
- Язык-то у вас подвешен,
это понятно, болтать-то вы умеете.
А на деле что вы можете?
- На деле могу все.
(Смеются.)
- Ну-ка дай-ка.
Вот тогда вам шпатель в помощь.
Давайте, покажите,
на что вы способны.
- А мы что делать будем?
- А вы...
Взять лопаты - и идти копать дренаж,
который вы начали неизвестно когда.
Давайте, живее, живее!
- Пошли.
Ох, хозяйка, ты сама не знаешь,
чего ты хочешь -
"делай то", "делай это"...
- Кстати, меня Виктором зовут.
- О.
Ну как наши дела?
- Неровности поправляю.
Вообще-то, после шпаклевки
стены надо выравнивать - так положено.
- Хм, правда, ровно, гладко.
- Угу.
Для качественного результата надо
не так уж и много.
Первое: добросовестный специалист.
Второе: хорошие материалы.
- Господи, неужели все звезды сошлись?
Даже не верится.
- Да, и главное, третье: регулярный
и компетентный контроль работ.
- А, ну за это можете
даже не волноваться.
- Ну что, по рукам?
- Что я, мужлан, что ли,
с вами ручкаться?
Хотите - давайте подпишем
официальные бумаги.
- Мне бумаги не нужны.
Я вам и так верю.
Я продолжу?
- Товарищи! Можно вас на минуточку?
Товарищи...
пожалуйста.
Ну что ж, друзья мои,
больше я в ваших услугах не нуждаюсь,
поэтому адье, оревуар,
так сказать, до свидания.
Прошу вас.
- Так мы же вроде не закончили еще.
- Вам не стыдно? Вот вам не стыдно?
Вы за столько времени
не сделали работу,
которую человек сделал за два часа,
да еще в сто раз лучше, чем вы!
Переманила вас от соседа
на свою голову,
да еще и заплатила вам вперед!
Поэтому, пожалуйста, давайте.
Вас там ждет работа у соседа.
Собирайте свои вещи,
берите свое, мое не трогайте,
сдачи не надо. Давайте.
Прошу.
- Ну, вот как-то так.
А где у вас здесь руки можно помыть?
- Руки? Вы знаете, там,
в доме, в конце коридора.
- Угу. Хорошо.
Все в порядке?
- Просто все как-то
очень подозрительно.
- Да? В смысле?
- Ну как? Ваш паспорт и...
- А, это не мой паспорт,
это моего товарища, Валеры.
Мы с ним куртками поменялись.
- Вы уж извините,
просто я же детективы пишу -
профессиональная паранойя,
так сказать.
- Понимаю, понимаю. Все правильно.
Осторожность превыше всего.
- Какой-то вы сговорчивый.
- Завтра во сколько?
- В 10.
- В 10? Ладно. В 10. Не опаздывайте.
В смысле, я "не опаздывайте".
- И откуда мы такие голодные?
- Со стройки.
- Со стройки?
- Для качественного результата
надо три вещи.
Первое: грамотные специалисты.
Второе: хорошие материалы.
Третье, и главное:
личный контроль работ.
А что? Иногда приходится, знаешь,
и шпатель в руки брать.
- Чего?
- Шпатель - это такая штука,
которая стены выравнивает.
- А я думала, вы только из кабинета командуете.
- Ха, "из кабинета".
Со строителем все-таки встречаешься.
На будущее надо помнить.
- Таня! Таня, открывай!
Мы же с тобой не договорили!
Таня, ну ты же меня знаешь!
Ну выйди! Договорим, все решим. Танечка!
Я же не отстану, ты ж меня знаешь!
Да я сейчас разобью это стекло
к чертям собачьим.
Я предупредил.
- Стоп, стоп, мужик, стой.
- Что такое?
- Ты что буянишь с утра пораньше, а?
Людей беспокоишь, а?
- А ты кто такой?
- Свои, свои.
- Ты что, к Таньке?..
- Иди домой. Иди домой, отдохни,
поспи. Все, все, иди.
- Таня!
- Тихо, иди домой. Иди домой.
Домой, я сказал, иди. Иди.
Иди.
- Ладно, ладно, я понял.
- А это кто?
- Проходимец какой-то.
- А-а. - Доброе утро.
- Доброе.
- Ну что? За работу?
- За работу.
(Звучит музыка.)
- Что-то я его раньше не видела.
Подозрительно симпатичный.
- Да, мне тоже так кажется.
Прямо такой... обаяшка весь.
Аж страшно.
- Ты знаешь, сколько сейчас
альфонсов развелось?
Поосторожнее, Танюшка,
смотри не втюрься.
- Что я, дура, что ли, Вера?
Фантастика. Даже не верится.
- Да ладно, что навес? Я бы на вашем месте
полезную площадь увеличил.
- Да?
- Второй этаж пристроил бы с балконом
и мансардой, чтобы можно было
до небес дотянуться.
А еще лучше - сделать террасу,
последний писк моды, под ар-деко.
- Простите, что?
- Ар-деко.
Это Валера, архитектор, рассказывал.
Паспорт вы его видели.
- А вот это вот "дотянуться
до небес" - это тоже Валерина мечта?
- Нет, это моя. А что, нельзя?
- Нет, ну почему? Можно, просто
какая-то гигантомания получается.
Зачем? Не лучше ли испытывать
простые человеческие радости?
- Например?
- Я не знаю.
Например, малину собирать.
- Малину?
- Ну да. Скажите, а вы когда-нибудь
собирали лесную малину?
- Собирал в детстве в деревне у деда,
сто лет назад.
- А может быть,
тогда вспомним детство?
Вы только набросьте на себя что-нибудь,
а то вас комары могут съесть.
- Ну ладно.
- А я все лето, все каникулы
у деда в деревне...
- А родители?
- Папа был большая шишка.
- Шишка?
- Ну да, начальник ЖЭКа.
А мама - бухгалтер.
- Где?
- Там же в ЖЭКе.
Осторожно.
- Интересно, какая у вас мама.
- Как все мамы, заботливая.
В детстве часто болел -
она меня к деду в деревню
и отправляла.
Ну а мы с ним уже и на рыбалку,
и по грибы.
Он меня, кстати, всем этим
строительным хитростям и научил.
- А вы сами-то кто по образованию?
- Плотник, столяр.
Красота.
- Что-то вы мне недоговариваете.
- Не верите мне?
- Нет... Не знаю.
Нет, но вы мне почему-то нравитесь.
- Серьезно?
- Как персонаж.
Я бы даже вас сделала героем своего романа.
- Какая ирония.
- В смысле?
- В смысле какая честь.
- А-а. - Ух ты!
Ха, дождь.
(Раскаты грома.)
Прячемся?
- Да. Ой! Ой!
Простите.
- Что же вы со мной делаете?
(Недовольные возгласы.)
- А что происходит?
Э-э, я команды не давал!
- Вы что, шутите? что ли?
Это же люди Максакова.
Тоже мне, командир нашелся.
- А Максаков - это кто?
- Да... буржуй один.
Хочет наши территории захапать.
- Вот гад!
(Недовольные возгласы.)
Прочь!
- Ну вы даете.
Так они вас и послушали.
Я же говорю, указ сверху -
Свешнево отжать
и на нашем райском месте
построить бизнес-центр.
(Недовольные возгласы.)
Давай-давай-давай!
Убирайтесь отсюда, я сказала!
- Руки прочь от Свешнева!
- А ну убирайтесь!
- Руки прочь от Свешнева!
Руки прочь от Свешнева!
- Давай! Давай назад! Назад, назад!
Скандируют: - Руки прочь от Свешнева!
Татьяна: - Назад!
- Это что Максаков, что ли?
- Да он... вроде.
- А ничего такой прикид, ему идет.
- Так, а кто послал технику
в Свешнево?
- Виктор Иванович,
да кто бы без вас осмелился?
Это ошибка какая-то.
- Ошибка?
- Наверное, Семен Петрович.
Он звонил, телефон автобазы спрашивал.
Откуда я знал, зачем ему?
- Семен Петрович?
Ладно.
- А вы кто по гороскопу?
- М-м?
Лев. Или там Тигр, я не помню точно.
- Ну да. Левушка.
Вы же в августе родились.
А Тигр - по году, наверное.
А я Овечка. Ты меня не съешь?
Ой, в смысле вы.
- Смотря под каким соусом.
- У, как жестоко! А я думала,
мужчины вашего возраста -
сплошные романтики.
- За романтика спасибо,
но про возраст можно было и...
- Нет, я хотела сказать,
что мужчины, подобные вам,
старой формации -
не в смысле старые, а в смысле зрелые,
воспитанный по-другому, -
они вот любят широкие жесты,
шикарные подарки.
- Например?
- Вот одной моей подруге
один такой зрелый мужчина
подарил шикарный букет орхидей,
и каждый стебелек -
в стеклянной трубочке.
И вот когда она с этим букетом шла,
он так мелодично звенел.
А я розы люблю. Красные.
Цвет страсти и любви.
И чем больше, тем лучше, конечно.
- А я львиный зев люблю.
Вот как-нибудь выберемся
в поле - целую охапку тебе нарву.
(Стук в дверь.)
- Мам.
- Масик, ты забыл разуться.
- Привет.
- Привет.
- Как хорошо, что ты не спишь.
Мам, скажи, а ты книги своей
любимой писательницы Муравьевой
не выбрасываешь?
- Знаешь, я еще с ума не сошла.
Книги я могу отдать, но талантливую
литературу я не разбазариваю.
Вон посмотри в библиотеке -
полное собрание сочинений.
- Талантливую? Что-то я не заметил.
Может, читал невнимательно.
- Угу, да уж.
Это тебе не газетки бульварные.
Тут же нужно погружаться, думать,
наслаждаться стилистикой,
в конце концов.
Тебе же все некогда,
ты же все спешишь.
- Ладно, выделю часок, почитаю.
Может, зацепит.
- Масик! Ты даже не ложился?
- Мама, откуда она все знает?
- Очень интересный автор.
Абсолютно небанальные детективные ходы.
Знаешь, интрига не отпускает
до конца.
Тебе обязательно надо почитать.
- Ну, может, и почитаю. В отпуске
у меня как раз время будет.
Вот завтра и начну.
- Правильно,
не все же с удочкой отдыхать.
Хотя.. может, это только меня так зацепило?
Интересно. Но пишет как будто
про меня, про то, что я думаю.
Как это?
- Это уже не детектив,
это уже фантастика.
- Да? "Фантастика".
(Звонит телефон.)
- Строительная компания "Артстрой".
Слушаю. Да, конечно.
Угу. Диктуйте номер машины. Хорошо.
- С Семеном - никаких контактов,
выдерживаем паузу.
Пускай делает выводы.
Хватит под него подстраи... ваться.
(Слышны женские голоса.)
Меня нет! Нет меня!
- Да не надо меня уже держать! Хватит!
- Тихо, тихо, тихо.
- Ой! Виктор Иванович.
- Я не Виктор Иванович.
Ариночка, оставьте нас, все в порядке.
Чем могу вам помочь?
- Молодой человек,
помогать мне не надо,
посредники мне не нужны,
мне нужен Виктор Иванович Максаков.
Я точно знаю, что он здесь.
- Знаете, он здесь был,
но теперь его здесь нет.
- Как так - нет? Слушайте,
не морочьте мне голову, а!
- Был да сплыл. Видите?
Его здесь нет.
- Знаете... давайте я вас провожу.
- Вот только без рук.
Вместе: - Виктор Иванович.
- Ушла?
- А! Ой! Господи...
Явился не запылился.
Я вас уже не ждала.
- А меня срочно в офис вызвали.
- Куда?
- Шкаф-купе чинил.
По старой работе.
Интересный у вас плед. В клеточку.
Купальник красивый.
У моей мамы такой был.
Мы с ней в пятом классе ездили
на море.
- Я этот купальник еще в 90-е годы
покупала.
Сколько их потом было -
этот просто лучше всех.
Он вот даже не выцвел.
Мэйд ин Румыния, между прочим.
- Вот не пойму я. - Что?
- Вот что-то... что-то в вас не так.
- Ну конечно не так.
Мне же все-таки не 18 лет.
- Кхм...
Или мне в другой раз зайти?
- Слушай, я не знаю, что ты подумала,
мы просто здесь обсуждали...
- План строительства.
- Да.
- Ага, ну да-да.
Я именно это и подумала.
Танюшка, я бы никогда
тебе не помешала,
просто понимаешь,
такое важное дело...
Смотри. Я нашла документы еще.
Вот. - Господи!
- Ты понимаешь, что это знаешь?
- Ты где их отрыла?
Это же еще доперестроечные.
-Ну помнишь, мы в архив запрос отправляли?
Ну вот ответ пришел.
Теперь нас правами на землю
никто не попрекнет.
Это не филькина грамота,
это официальный документ.
Поет: - "Барыня-барыня, сударыня-барыня!"
- Сударыня-барыня!
- А можно посмотреть?
- Да, конечно.
- Так...
Филькина грамота.
- Не поняла.
- Каким годом датировано?
- Вот, 79-м.
- 79-м.
Страна другая. Вы бы еще купчую
на владения помещика Ярового
притащили - тогда полная "барыня"!
Историческая ценность у этой земли -
ноль, сударыня.
- А у вас, простите, такие познания
из столярного техникума, да?
- Нет, просто природная любознательность.
Уважаю историю края.
И вообще, книжки умные читаю.
Саморазвиваюсь, между прочим.
И... и... и работать мне надо.
- Ух ты, какой, а!
Слушай, а он, случайно,
не засланный казачок?
Ты в своем уме, мать? Я надеюсь,
в койку с ним еще не легла?
- Вера, я что, совсем ку-ку?
Я его несколько дней знаю.
- Ну не я же с ним сейчас целовалась.
- Ой, ладно.
- Может, он максаковский прихвостень.
Ходит тут, все вынюхивает.
- Да ты что! Он же целыми днями
здесь вкалывает,
ну сразу же видно: работяга мужик.
- А может, он для отвода глаз
с тобой любовь крутит.
А? А сам шпионит.
- Ну знаешь, Вера...
У тебя такая богатая фантазия,
что это тебе надо детективы писать,
а не мне.
- А ты чего его защищаешь?
А!.. Втюрилась, да?
Угу, понятно.
- Я не знаю, ну!
Он у меня, почему-то,
доверие вызывает.
В первый раз за столько... Господи,
страшно подумать, сколько лет.
- Я поняла. Но я тебя предупредила.
(Звонит телефон.)
- Да. - Такая удача!
Два билета в "Станиславского"!
Спектакль "Блеск".
Как - зачем? Ну вы же хотите
девушку в театр пригласить?
- Ну было бы неплохо. А во сколько?
- В семь.
Нет-нет, отказ не принимается.
Вы обязаны пойти.
Декорации итальянского дизайнера.
Могу ссылку скинуть.
- Я сейчас просто не в городе.
На объек... на объекте.
Правда, не могу. Простите.
- А чего это вы мне "выкаете"?
- Одну минуту. Хозяйка объекта -
дело не в ней.
Просто я немножко приболел,
хотел сегодня отлежаться.
До свидания.
Простите. Заказчик один нудный.
Достал!
- Ну вы же сейчас не шутили,
вы же действительно больны.
- Знаете, мне уже лучше.
- Ну, значит, я от вас заразилась.
Просто мы только что...
Пойду-ка я приму противовирусное.
- Приятно, что вы за меня
переживаете. - Что вы, уже нет.
Вам же лучше, вы же сами сказали.
А вот мне как-то нехорошо.
- Ничем я не болен.
Просто... наврал насчет болезни.
- Зачем?
- Ну говорю же: заказчик нудный.
- Слушайте, вы...
Вы так убедительно врете.
А у меня правда голова разболелась.
Я пойду-ка выпью чаю.
- Вы сегодня что-нибудь ели?
- Не ваше дело.
- Пойдемте в дом.
- Зачем это?
- Кормить вас буду.
Не могу позволить,
чтобы кумир миллионов умер с голоду.
Прошу.
- Что с тобой? Что-то случилось?
Что?
- Что-то темнит мой Виктор Иванович.
- Так, что тут у нас?
- Суп.
В кастрюльке.
Ой, вот только не надо сейчас,
не надо.
Между прочим, очень вкусный суп.
Я его вчера варила.
- М-да... путь к сердцу
через желудок - явно не ваш путь.
- С чего вы взяли, что он мне нужен?
- Нельзя к себе так относиться.
- Как?
- Ну наплевательски.
Вы не просто писатель,
вы же еще и женщина, в конце концов.
- Вот!
Здесь вы абсолютно правы.
Наверное, в этом месте надо сделать
трагическую паузу
и объявить минуту молчания?
- Я не хотел сказать,
что вы не нравитесь мне как женщина.
- А что вы так взбудоражились?
Мне лично вообще все равно.
- Вы же сами говорили
про простые человеческие радости.
- Мало ли что я говорила.
Просто редакторы мне
все уши прожужжали:
"Радости жизни, радости жизни!"
А где их взять?
- Ладно.
Сейчас что-нибудь приготовим.
- А вы что, серьезно думаете,
что меня это должно обрадовать?
- А мы это как раз и проверим.
- А...
Только хочу предупредить вас сразу:
вот уже на повара у меня денег нет.
- Я на общественных началах,
в рамках
шефской помощи голодному писателю.
- Прошу к столу!
Ну где вы там?
Ну так нечестно.
Теперь мы
в разных весовых категориях.
- Ничего страшного.
Ну что ж, попробуем.
М-м-м! Батюшки, как вкусно!
Да вы мастер на все руки.
И как же это так:
при таких талантах - и не женаты?
- Хотелось бы, чтобы будущая спутница
обладала не меньшим букетом талантов.
- Ага.
- Можем талантами помериться.
- Как?
- "Камень, ножницы, бумага".
- Лучше не надо.
Вы сами видели, сколько у меня бумаги -
я все равно выиграю.
- Это да.
Погорячился. Мне до ваших талантов...
- Ну почему же? Вы, например,
очень талантливо умеете уходить
от ответа.
- Вот вы почему не замужем?
- Мужским духом
в вашем доме не пахнет.
Пахло когда-то, но просто...
Для меня лично идеалом мужчины
всегда был мой отец.
Но сейчас таких мужчин
сняли с производства.
- А... кто вас научил
так крошки со стола?..
- Папа.
- Папа? А меня дед.
Блокаду пережил.
- А...
А мне папа всегда говорил,
что каждая крошка на вес золота.
До сих пор рука не поднимается
еду выкинуть.
- Расскажите об отце.
- Ну а что о нем рассказывать?
Честный, порядочный, работяга.
Сейчас такие не в цене. Ну знаете,
в 90-е их выкинули на обочину.
Поэтому я не люблю людей,
которые готовы идти по трупам,
по головам к власти, к деньгам.
Вот эти все, знаете,
олигархи, нувориши - сволочи просто!
Но я уверена, что до них дойдут руки,
и до них тоже доберутся, и...
- Давайте добавки?
- Спасибо.
Благодарю.
Ну спасибо вам еще раз за обед.
- Обращайтесь.
- Я все равно не понимаю:
какой-то вы слишком положительный.
Значит, точно что-то скрываете.
- Вот вы вопросы задаете
прямо как следователь.
- А вы от ответа-то не уходите.
- Каюсь, было 5 жен, 15 детей...
- Не начинайте. Вера, например,
считает, что вы альфонс.
Да, и ваша цель - мой дом,
квартира, машина...
- У вашей Веры буйная фантазия,
а вы - сама невинность,
Наташа Ростова.
- А вы, значит, Курагин.
- А вы красивая.
- А вот не надо.
Я про себя прекрасно все знаю:
у меня вполне заурядная внешность,
и возраст, и характер... И вообще
гораздо больше минусов, чем плюсов.
- Это вы так на комплимент напрашиваетесь?
- Ну все, ладно. Идите уже.
- Нехорошо посылать прототип
своего будущего романа.
- Двусмысленно получилось.
(Звонит телефон.)
- Вы же любите скрытые смыслы,
подтексты... Извините.
- Да, мама. Что такое?
Хорошо.
- Что случилось?
Да волокордин закончился.
Надо в аптеку заехать.
- Еще и сын заботливый.
- Всего хорошего.
- М-м-м... вкуснотища!
Татуся, ты готовить, что ли, научилась?
- Он всего лишь добавил соли.
Между прочим, это вредно.
- Он?
Татуся, колись. Я тебя никогда
такой красивой не видела.
Ты для кого так расфуфырилась?
- Лиза!
Что за архаичные выражения?
- Говорю на понятном тебе языке.
- Что?
- Дай угадаю: с Генкой, что ли,
сошлись?
- Ты совсем уже?
- Тогда кто?
- Пфф!
Да так, один работяга.
- Это тот, про которого ты говорила,
что она нам навес чинит?
- Ну да.
Он тебе неровня. Где ты, а где он.
- Ну знаешь! Меня в моем
советском прошлом учили,
что все люди равны
вне зависимости от регалий и званий.
- Как все запущенно...
Неужели влюбилась, Татуся?
- Самой страшно.
- Не знаю... Сто раз подумай.
Не твой уровень. Проходимец какой-то.
- Слушай, ты его ни разу не видела,
а уже ругаешь.
- О тебе забочусь.
Работяга... пфф!
Может, получше вариант подвернется?
- Он добрый, он мне картошку пожарил.
- Картошку пожарил! Я понимаю,
вот бы машину купил.
- Ой... машину купить
каждый дурак при деньгах может.
А у него денег нет,
зато руки золотые.
И душа.
- Странно как-то.
- Да мне и самой странно.
- Катя, мне уже страшно за Татусю.
Она же такая доверчивая. А этот -
кто его знает, что у него на уме.
- Квартирку оттяпает,
дачу ее отберет.
Знаешь, сколько таких умельцев развелось?
- Да ладно, ты хоть не пугай!
Но с другой стороны, она говорит,
что чувствует себя лучше,
чем в 20 лет. Прямо духом воспряла.
"Все могу, все хочу!"
- Ха! Наивная.
Если мужик к сороковнику
на халтурах перебивается,
то больше от него ждать нечего.
- А если это и правда любовь?
- Морковь!
Давай лучше слоган для кофейни придумывать.
- "Люблю латте в начале мая..."
- А еще вот так:
"Кофейная пора, ноздрей...
Вместе: - ...очарованье!"
- Нас уволят.
- Точно.
- Итак, вы знаете, что в нашей
компании я обладаю правом вето.
Посему принимаю решение:
стройка в Свешнево отменяется.
Бизнес-парк будем строить
в другом месте.
- Как? - Что?
- Это мое решение,
и я имею на него право.
- Нет, не имеешь.
Мы вместе начинали это дело,
и вместе будем принимать решение.
И я против стройки в обход Свешнево!
- Семен, я ценю, что ты все эти годы
меня поддерживал,
прошу поддержать и сейчас.
- А ты знаешь,
во сколько нам обойдется перепланировка проекта?
А арабы -
да они просто плюнут на нас!
Где мы будем искать инвесторов?
- К сожалению, издержки будут -
без этого никуда.
Но я уверен, мы сможем со всеми
договориться.
Мне пора. Совещание окончено.
- Антон, а куда он рванул -
не знаешь? - Да я сам в шоке.
- Тут что-то нечисто.
Он же не работает на конкурентов?
- Нет, нет...
- Или что, хочет мимо меня
какой-нибудь проект замутить?
А знаешь что? Проследи-ка за ним.
Я хочу знать правду:
он что-то от меня скрывает.
И тогда я приму свое решение.
Давай-давай.
- Он сворачивает на Свешнево.
(Вздыхает.)
Алло. Семен Петрович?
Тут она...
...та самая, Муравьева.
- У вас...
- Это тебе.
- Спасибо.
- Семен? А ты что здесь делаешь?
- Думаю.
- О чем?
- О нас, о нашей дружбе,
которую ты променял
на интрижку с какой-то психичкой.
- Во-первых, она не психичка,
во-вторых...
- Да ты сам психом стал, Витя.
- Подожди, ты что, следишь за мной?
- А почему бы и нет,
если оказывается, что твой
деловой партнер не в адеквате.
- В смысле - не в адеквате?
- Променять миллионный контракт
на какую-то бабу...
Да ты точно с ума сошел.
- Это мое решение,
и менять его я не буду.
И мои мотивы тебя не касаются.
- Еще как касаются!
И меня, и всех,
кто работает в этом офисе.
Ты отнимаешь у людей хлеб,
ты кидаешь инвесторов.
- Мы всего лишь меняем
место застройки.
- Ха, "всего лишь меняем место" -
всего лишь!
А ты знаешь,
на какие бабки мы попадаем?
Это на раз-два не делается.
И хуже всего - под вопросом
наша репутация.
Ну вот.
- Всего лишь меняем
место под застройку.
(Звучит музыка.)
- Татуся, как всегда,
посуду не помыла, в город умотала.
Опять не берет.
- Лиза, ну хватит.
Никуда не денется твой Максаков.
- Вот чувствую: что-то не то.
- Все нормально, не накручивай себя.
- Тогда почему он трубку не берет?
- Миллион причин: в пробке стоит,
музыку громкую слушает,
звук выключил,
на совещании, в конце концов.
- В выходной?
- Ну да.
- Или другую нашел
и сейчас ее охмуряет.
- Ну тогда он дурак,
и нечего ему звонить.
- Слушай, а помнишь, ты говорила,
что у тебя есть парень знакомый -
хакер, который все может.
- То есть?
- Ну, может человека
по телефону отследить.
- А, Пашка. А тебе зачем?
Да ладно! Мы что,
шпионить будем за ним?
- Почему нет.
- Неудобно как-то, ведь это
вмешательство в частную жизнь.
- Но мы только одним глазком -
убедимся, что он на совещании
или в пробке
и так далее и тому подобное - и все.
Ну пожалуйста!
- Ну ладно.
- Так, а вот здесь прямо.
- Не нравится мне это, Лиза.
- Осталось немного.
А вот тут налево.
Слушай, странно:
показывает, что туда. Пошли.
Убью! Глаза выцарапаю, гадина!
- Лиза... Лиза!
- Ах ты!.. Это и есть твой работяга?
Кошка шкодливая,
дорогу мне перебежать решила?
А я-то дура наивная!
Чем только ты его взяла?
- Ты что говоришь? Опомнись.
- Это ты опомнись, тетя!
Мужика у меня решила увести?
А вам не стыдно?
Или мода на старушек пошла?
- Лиза, хватит.
- Миллионами подразнил - и в кусты?
- Какие миллионы?
О чем ты говоришь? Я...
А ты откуда ее имя знаешь?
- А ты что, не знаешь, кто это?
Ты серьезно?
- Ну...
- Тетя, ты глаза разуй:
это же твой враг номер один Максаков.
- Да какой?..
Да что ты говоришь, Лиза?
- Дай телефон. - На.
- А это ты видела?
Поняла, тетя?
- Лиза...
- Да не трогай меня!
- Кошмар.
- Я сегодня хотел все рассказать.
- Господи, я же знала,
я же чувствовала, я...
Ты гад! Я знать тебя не хочу!
- Масик, я не понимаю:
ну что ей еще нужно, а?
Был нищий - оказался принц.
Так плясать должна от радости.
- Кто, мама?
- Ну как кто?
Эта девушка - кто же еще.
- "Эта девушка" - сама Муравьева.
Я тебе о ней говорил.
- Муравьева?
Так она же в возрасте.
- В каком возрасте?
Я ее старше на пять лет.
И потом, мама,
это твоя любимая писательница.
Где же твое читательское обожание?
- Ну, это как-то неожиданно.
Сама Муравьева...
- Лиза.
Ну открой, пожалуйста, Лиза!
Ну что мне, дверь ломать?
- Да ты мне жизнь сломала.
Что только он в тебе нашел?
- Ну что ты говоришь, Лиза?
Ну прости меня, пожалуйста.
Это не я, это...
Не знаю, это седина в ребро...
Ну или как там?
- Издеваешься, да?
- Ну в смысле...
Мне просто показалось, что...
...мы с ним из одной эпохи,
что ли, я не знаю.
Одно общее советское детство:
городки, макраме, пионерлагеря.
Лиза, ты же умная девочка,
ты же книжки читала вот эти все.
Ценности закладываются в детстве...
Боже, что я говорю?
- То есть они у вас уже общие,
эти ценности, да?
- Я не знаю. Мне так казалось.
- Какая же ты ушлая и меркантильная!
Тошно от тебя!
(Рыдает.)
- Лиза, ну ты что?
Ты... Я совсем не то хотела сказать,
ты меня неправильно поняла.
Мне... мне не нужны
его ворованные миллионы,
он мне вообще не нужен! У нас...
У нас уже ничего нет и не будет.
Не нужен он мне
ни как мужик, ни как...
Он ведь для меня
теперь только персонаж.
Персонаж. Я его использую.
Я его использую. Я роман напишу.
Главный герой -
Иван Иванович Козлов.
- Масик, пора вставать, труба зовет.
- Какая труба, мама? Масик устал,
масик хочет спать.
Оставьте масика в покое!
- А ну встать!
И хватит здесь сопли жевать!
За любовь нужно бороться,
Виктор Иванович.
И никаких больше "масиков", понятно?
- Таня!
Таня, открой!
Таня, так нельзя. Ну прости меня.
Таня...
- Барахло свое собери.
Просто у нас вывоз мусора
раз в неделю.
- Виктор Иванович, здравствуйте.
А до города подбросите?
- Поехали.
- В этом вся она:
хамство и грубость - наше второе имя.
- Ты же говорила, что она добрая,
хоть веревки вей.
- Ну, это в основном. Но если
что задумает, с пути не свернет.
Непрошибаемая.
Понятно же, что не вариант.
А вот я, Виктор Иванович,
в отличие от некоторых,
девушка сговорчивая,
готова все забыть, понять и простить.
(Гудок автомобиля, визг тормозов.)
- Давай начистоту.
Мы с тобой не можем быть вместе.
Прости.
- Почему?
- Кажется, я ее люблю.
- А это вы сейчас поняли,
когда она из дома вас вышвыривала?
- Нет, не сейчас.
- Бред какой-то.
- Сволочь, гад! Ненавижу!
- Лизка, милая,
да выкинь ты его из головы, забудь.
Ты себе в сто раз лучше
мужика отхватишь.
- Ты что, думаешь,
я серьезно на него запала?
Он просто гад!
Унизил меня, в душу мне плюнул.
Меня никто никогда не бросал, а он...
- Ну считай, что жизненный опыт.
- Да на фига мне этот жизненный опыт?
У меня еще вся жизнь впереди.
- Ну вот, молодец, так держать.
- Просто обидно, Катюха:
старой гвардии продула.
- Девочки, у нас, вообще-то, совещание.
Только вас ждем.
- Дорогие мои коллеги,
у нас последний шанс
придумать что-нибудь путное.
Клиенты обрывают телефон,
сроки горят, а воз и поныне там.
- Они сами не знают, что хотят.
- Значит, надо угадать.
Вы же не хотите,
чтобы наши конкуренты
наш кусок оттяпали.
Я жду от вас предложений.
- Разрешите?
Признать проблему -
первый шаг к ее разрешению.
Будем честны: агентство
в кризисной ситуации.
Это не управленческий
и не финансовый кризис -
скорее всего, это кризис
организационной структуры управления,
причиной которого является
несоответствие
между внутренней организационной
структурой управления
и масштабами деятельности
нашего агентства.
Для выхода из кризисной ситуации
нам необходим стратегический план,
инструмент реализации концепции.
- А можно попроще?
- Хорошо, объясню на пальцах.
Вот наше рекламное агентство.
Вот конкуренты.
Вот клиент на встречке.
Почему он нас не видит?
- Ослеплен дальним светом.
- Что такое дальний свет?
Это абстрактные, не затрагивающие
личные интересы предложения.
Что мы должны сделать?
- Переключиться на ближний свет?
- Переключиться
на индивидуальные запросы клиента,
быть предельно понятными
и конкретными
для потенциального заказчика.
А для начала нам нужна
мощная рекламная кампания.
- Реклама... рекламного агентства?
А это профессиональный менеджмент.
Высший пилотаж!
Ну а почему вы так долго
скрывали, Лиза, ваши таланты?
Давайте поддержим коллегу.
А что же вы раньше скромничали?
Значит, так: с сегодняшнего дня
вы возглавляете
отдел по работе с клиентом.
Поздравляю.
- Повтори.
Строки романа: "Хочу, говорит,
свой бизнес завести,
чтобы красивую фифу на ресепшен
посадить, с ногами от ушей.
Коммерческим Санька назначу,
по субботам владения
на джипе объезжать будем -
ну как у Шарля Перро.
А это чьи земли? Маркиза Карабаса?
Было ваше - стало наше.
А высотки чьи? А-а, это господина
Козлова Ивана Ивановича.
Вот это славно,
это совсем другое дело.
И жил бы наш Козлов
таким макаром долго и счастливо,
если бы на горизонте тень
сказочного Карабаса не замаячила".
- Лиза, привет.
Лиза, у меня к тебе просьба.
- Вообще-то, я спешу.
- Я быстро. Помири меня с Татьяной.
- Что?
- Я ей звоню, а она трубку не берет.
- Слышать вас не хочет.
- Ну да. Поэтому ты позвони.
- Вот я не пойму, что с вами не так.
Стоит перед вами молодая, красивая,
а вы слюни по моей тетке пускаете.
Это как, нормально?
- Пожалуйста, помири нас. А?
Позвони ей.
- Что она, что вы - оба шибанутые.
Вы нашли друг друга.
Ладно, помогу.
- Спасибо тебе.
(Звонит телефон.)
- Да.
- Алло, Татуся.
Здесь такое дело...
- Лиза, не произноси это имя.
Потому что больше всего
я ценю в мужчинах честность,
а этот человек меня предал и...
Что? Он рядом стоит?
Тогда передай ему, пожалуйста,
что он для меня
пустое место,
ноль целых ноль десятых!
И для меня он больше не существует
в реальной жизни.
Он для меня теперь только прототип.
- Ну что?
- Ругается. Говорит, вы прототип.
- Ой, не оставят они нас в покое.
Ой кошмар!
- Ну и где враги?
- Н-да, приготовились к атаке,
а ее все нет.
Татьяна: - Девушка, но два дня назад
у меня была совсем другая информация.
Что же произошло?
- Не расслабляемся, товарищи,
не расслабляемся.
Сейчас...
Татьяна: - Кто?
Сейчас она выяснит.
Татьяна: - Прямо сегодня?
Я почему-то не верю.
А что же теперь делать?
Я вас правильно расслышала?
Чудеса какие-то. Что вы говорите?
Понятно.
- Ну?
- Слушай, это что-то невероятное.
Максаков лично распорядился
перенести стройку.
Теперь они пойдут
в обход нашего поселка.
- Я не поняла: нас не сносят?
- Похоже, нет.
- Что, мы спасены?
- Да.
- Нас не сносят, товарищи!
Мы спасены!
Все: - Ура! Ура! Ура, товарищи!
Строки романа: "Тем утром Козлов
был злым и невыспавшимся.
Он вошел в офис и как обычно
попросил у секретарши двойной эспрессо.
Перед тем, как удалиться
к кофемашине,
секретарша протянула Козлову
тот злополучный конверт.
Теперь можно было разделить
жизнь Козлова на до и после.
Все дело его жизни катилось
в тартарары,
да и сама жизнь оказалась
под смертельной угрозой".
- Что же было в этом чертовом конверте, а?
Детали!
Где их найти? Где их найти?
О! А чтобы их найти,
мы воспользуемся его же методом.
- Здравствуйте. Вы к кому?
- Здравствуйте.
Я из журнала "Мир бизнеса".
Хотела бы взять интервью
у сотрудников компании "Артстрой", рассказать о людях,
которые здесь работают,
возможно, даже о вас.
- У вас есть договоренность?
- Конечно.
Главный редактор договаривался
с вашим пресс-атташе.
- Вообще, я обычно фильмы
в кинотеатрах смотрю.
- У меня столько свободного времени нет,
поэтому я, если смотрю, то дома.
(Звонит телефон.) - Да.
- Здесь журналистка говорит,
что договорилась об интервью.
- Сейчас посмотрю.
Нет, на сегодня договоренности
не было. Так о чем мы?
- Секретарь об этом ничего не знает,
в списках вас нет.
Так что прошу на выход.
- Странно.
- Конечно уже приехал. Да, все помню:
3-й этаж, 305-я комната.
Все, скоро буду, ждите.
- Молодой человек. - Да?
- На две секунды можно?
- Конечно.
- Пошли, пошли на пару минут.
Иди сюда и слушай меня внимательно.
Смотри: вот это тебе за курточку,
вот это тебе за кепочку,
а вот это тебе за пиццу.
Ну отвертишься как-нибудь.
- Спасибо.
- Как? - На подземном паркинге
лампочки погасли, целый ряд.
- Да, надо сделать.
- Пицца в 305-ю.
- Витя, ты хоть понимаешь,
сколько мы теряем?
У тебя башка на плечах есть или нет?
Это ты не понимаешь.
Там семья ее жила - отец, мать.
- Ну да, а теперь вы там
кувыркаетесь с Муравьевой.
- Да заткнись ты! Заткнись!
- Ну давай ударь!
- Да как вам не стыдно!
Виктор честный и порядочный человек,
у него есть совесть,
в отличие от вас.
И ему не чужды нужды простых людей.
- Вы вообще кто?!
- А вот та самая Муравьева. - Да.
- А что это за прикид?
- Это маскировка.
- Для мастера детективного жанра -
не очень маскировка.
- А вам еще достанется!
Вы еще за все ответите. Олигарх!
- А совещание?
- Отменяется.
В шпионов решили поиграть?
Сказали бы мне, я бы вас провел,
показал, что где.
К чему этот маскарад?
- Просто вы меня ненавидите.
- Таня, я своих решений не меняю:
если я сказал, что люблю -
значит, люблю.
- Только вы мне этого не говорили.
- Но вот сейчас же говорю.
- Тогда я вам тоже говорю:
я своих решений не меняю,
и если я сказала "нет" -
это значит нет.
Это не значит "может быть",
"я подумаю" - это "нет". И нет.
- Ну что ж, очень жаль.
- Виктор, я просто хотела узнать,
вы на меня правда не в обиде?
- Вы издеваетесь?
Я не ваш прототип - я живой человек.
- Не то говорю!
В общем, вы мне сейчас признались
в любви, и я хотела сказать,
что наши чувства взаимные.
Я действительно никогда раньше
не встречала человека
более близкого и родного.
Я тоже люблю вас...
Но мы не можем быть вместе!
- Вы невозможная женщина! Чудовище!
- Ты сам чудовище!
Стойте.
- Хватит!
Хватит ставить надо мной эксперименты!
Это жизнь, а не ваши
литературные фантазии.
- При чем здесь литературные фантазии?
Просто вы как...
- Что?! Что я?!
- Ко мне в машину быстро!
Репортер: - Покушение на известного
бизнесмена Виктора Максакова.
К счастью, его не было в машине
на момент взрыва.
Свидетели утверждают,
что видели Максакова с какой-то женщиной
незадолго до взрыва.
Кто это мог быть?
- Возможно, это его знакомая - Муравьева, писательница.
Честно говоря, у меня
просто нет слов, я...
- Связано ли покушение на Максакова
со скандалом вокруг Свешнево?
- Не знаю, не думаю.
- Если Максаков жив,
где он может сейчас находиться?
До сих пор никто не может
с ним связаться.
- Да где угодно. В том же Свешнево.
Извините.
- Семен. Это его рук дело.
Он мне угрожал, все слышали.
Надо в полицию звонить.
- Погоди. Погоди.
Понимаешь, просто иногда в сюжете
бывает такой поворот, некое событие,
которое меняет ход
всего повествования.
- Это жизнь, а не сюжет романа.
- Я понимаю, что это жизнь.
Просто тогда Семен был бы слишком
сволочью, чтобы быть просто сволочью.
Сам посуди, стал бы он так открыто,
нагло при всех тебе угрожать?
А случись что с тобой -
он первый бы попал под подозрение.
- Значит, не до конца все продумал.
- А он всегда был такой?
- Нет, не всегда.
- А если, предположим,
кто-то решил вот этим твоим Семеном
воспользоваться, подставить,
сыграть в темную?
- К чему ты это ведешь?
- Предположим, ты убит,
не дай бог, конечно. Семен арестован.
Кто от этого выигрывает?
- Никто, все в минусах.
- То есть работа фирмы встала,
договора не подписываются,
ничего не происходит?
- Ну почему? Право подписи есть
у первого помощника.
- И кто это?
- Антон.
Нет, не может быть.
- Я не понимаю, о чем вы говорите.
- О том, что ты мразь и дурак.
- Я попрошу меня не оскорблять.
- Кто послал технику в Свешнево?
- Какое это имеет значение?
- Имеет, Антон, имеет.
Многие хотели меня подставить,
но никому не удалось.
- Я же доверял тебе.
Ну вот чего тебе не хватало?
- Слушайте, я не понимаю,
о чем вы говорите.
- Сейчас поймешь.
Я же не просто так сказал, что ты дурак.
Да, машину, пригнал.
Да, специалистов проплатил.
И даже видеокамеру отключил.
Но не учел одного:
из соседнего здания тоже видна
часть парковки, на которую ты загнал
своих подельников.
- Это бред, это чушь.
Это полнейший бред какой-то.
- Хорошо. Бред, говоришь?
Вот взгляни, какие интересные фотки.
- Я не понимаю, при чем тут я.
- А вот при чем.
Вот, полюбуйся.
- Это ничего не доказывает. Ничего.
Я не обязан отвечать на ваши вопросы.
- А вот на вопросы следователей отвечать придется.
Кстати, твои минеры
уже дают показания.
Прошу.
- Спокойно, вы арестованы.
- Что вы делаете?!
- Уводи его.
- Я буду говорить
только в присутствии своего адвоката.
- Спасибо.
Витя, ты знаешь, мне кажется,
что нам не нужно больше заниматься
совместным бизнесом.
- Дело твое.
Но я бы этого не хотел.
- Татусик.
Представляешь, наше агентство
выиграло два тендера,
и я буду координировать оба проекта
как креативный директор.
- Я тебя поздравляю! То, что ты умничка,
я никогда не сомневалась.
- А я сомневалась.
Вот, наверное, искала себе кого-то,
чтобы на него положиться.
Все, хватит - достало от мужиков этих зависеть!
Буду сама карьеру делать -
я же не дура.
- Наконец-то девочка взрослеет.
Слушай, а ты что, личную жизнь совсем,
что ли, решила
на задний план задвинуть?
- Не знаю.
Шеф обещал в Америку
на стажировку отправить. Там посмотрим.
- Ну вот.
- У тебя-то как?
Мой бывший тебе предложение
уже сделал?
- Нет.
- Ой, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- А вы прочитали мой роман?
- Запоем.
- И что?
- Похмелье.
- Значит, там все было:
вкус жизни, радость, любовь -
все что вы хотели?
- Все в наличии.
Но кому это теперь нужно?
Говорят, новый хозяин
книжки не любит.
Не удивлюсь, если и грамоты не знает.
Сделает здесь
какой-нибудь ночной клуб или бордель.
- Новый всех в зале собирает. Идемте.
- Идем.
Идем послушаем.
- Идем. Идем.
Летим на крыльях вновь обретенной,
но никому не нужной любви.
- Прошу внимания! Присаживайтесь.
Дорогие друзья, я понимаю
ваше недоумение.
Вы думаете: с чего это строительный магнат вдруг решил
заняться издательским делом.
Я поясню.
Во всем мире строятся дома для того,
чтобы люди в них жили,
а книги печатаются для того,
чтобы люди их читали, думали,
понимали: как, зачем
и почему они живут.
Поэтому наша компания решила
расширить сферу деятельности.
И все это произошло благодаря
одной совершенно невозможной женщине.
Таня, видишь, иногда соединяются
несоединимые вещи.
Поэтому выходи за меня.
- Я еще ничего не решила.
- Таня! Таня! Так я не понял:
да или нет?
- Да. Но... нет.
Да.
Нет.
Да.
 

////////////////////////////