Николас Никльби (1 сезон, 1977 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Николас Никльби (1 сезон, 1977 год). Цитаты и фразы из сериала

 

Nicholas Nickleby

История горестей и радостей Николаса начинается со смерти его разорившегося отца, внезапной бедности и знакомства с жестоким дядей Ральфом, желающим как можно быстрее отделаться от Николаса и извлечь выгоду из красоты его сестры Кэт. Николаса отправляют учителем в далёкую школу-пансион, которой руководит семья Сквирсов, а Кэт приходится пойти в портнихи, чтобы иметь возможность содержать добрую, но глуповатую матушку. Благородство и горячие сердца обоих снискали им много врагов, но ещё больше преданных друзей.


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

Ногс!
Сейчас половина первого?
Всего только двадцать пять минут
по трактирным часам.
По чему?
По верному времени.
У меня часы остановились.
Не знаю, почему.
- Не заведены.
- Нет, заведены.
- Значит, перекручена пружина.
- Вряд ли это может быть.
Должно быть.
- Ладно, может быть.
- Ха!
Кто бы это
мог быть?
- Ждете неприятностей?
- Нет, не жду. Посмотрите, кто это.
- Вы дома?
- Да.
- Для всех?
- Да.
- Для сборщика налогов?
- Нет.
Ха! Я так и знал.
Это мистер Бонни
из Булочной Компании.
Дорогой Никльби.
- Какие-нибудь помехи?
- Нет, я просто проходил мимо.
- У меня есть последние новости.
- О собрании?
Да. Сэр Мэтью Попкер
согласился председательствовать,
и три члена парламента
придут безусловно.
- Дело как будто налаживается неплохо.
- Неплохо?
Это превосходнейшая из всех идей,
когда-либо возникавших.
"Объединенная столичная компания
по улучшению выпечки
горячих булочек и пышек
и аккуратной их доставке".
Одно только название за 10 дней
поднимет акции в цене.
- А когда они поднимутся в цене?
- Когда они поднимутся, вы знаете,
что с ними делать
и как выйти потихоньку из игры
в надлежащий...
- Что-то не так?
- Нет.
Какой удивительный человек
этот ваш клерк.
Ньюмен Ногс?
О да, бедняга.
- Было время, он держал своих лошадей
и охотничьих собак.
- Вот как?
Но он промотал свои деньги, вложил
их куда-то, занимал под проценты,
сначала был круглым дураком,
а потом стал нищим.
Он запил, был у него легкий удар,
и затем он явился сюда занять фунт,
- так как в более счастливые
для него дни я...
- Вы вели с ним дела.
Совершенно верно. Я, конечно,
не мог дать взаймы.
Разумеется, нет.
Но мне как раз нужен был клерк
открывать дверь и все такое,
вот я и взял его из милости.
Он немножко... не в себе,
знаете ли,
но кое-какую пользу,
бедняга, приносит.
- Выходите! У меня для вас кое-что!
- Что же?
Выходите, я вам покажу!
Имеете ещё что-нибудь
сказать?
Нет, это всё.
Увидимся завтра, Никльби,
на собрании.
Письмо касательно закладной, а?
Я так и думал.
- Ошибаетесь. Это не письмо по закладной
- А что тогда?
Почтовый штемпель - Стрэнд,
черный сургуч, черная кайма.
Женский почерк, в углу - К. Н. ...
Черный сургуч?
И почерк мне как будто знаком.
Ньюмен, я не удивлюсь,
если мой брат умер.
- Не думаю, чтобы вы удивились.
- А почему, сэр?
Вы никогда не удивляетесь.
Именно то, что я предполагал.
Он умер
Ах, боже мой.
Да, это неожиданность.
Право же, мне это
не приходило в голову.
Дети остались?
Да.
Двое.
- Двое?
- Да вдобавок еще вдова.
Все трое в Лондоне,
будь они прокляты.
Мой брат никогда ничего для меня
не делал, и я никогда на это рассчитывал.
И вот, не успел он испустить дух,
как я должен оказать поддержку
здоровой сильной женщине
и взрослому сыну и дочери.
Достаньте мою шляпу
и пальто.
Что они мне?
Я их никогда
и в глаза не видел.
Я знаю, как обращаться с нахлебниками,
вымогателями и им подобными.
Я ненадолго.
Ну, возвращайтесь
за конторку, любезный.
Я слышал, что вы
говорили обо мне Бонни.
''Кое-какая польза.'',
''кое-какая польза.''
Я держу язык за зубами,
а платят мне меньше, чем рассыльному...
''Кое-какая польза.''
- Миссис Никльби дома?
- Ее фамилия не Никльби.
Вы хотите сказать - Ла-Криви.
- Ла что?
- Ла-Криви.
Вторая дверь, Ханна,
Ну и глупы же вы!
Покажите джентльмену,
где здесь колокольчик,
и скажите, чтобы он не стучал
двойным ударом.
Я не разрешаю стучать,
разве что колокольчик испорчен,
а в таком случае достаточно двух
коротких раздельных ударов.
Я заключаю, что вы
хозяйка дома, сударыня?
Да. Ла-Криви. Мисс.
С вашего разрешения, сударыня,
я бы сказал вам два три слова.
Полагаю, вам нужна миниатюра.
У вас весьма подходящие для этого
черты лица, сэр.
Вы когда нибудь позировали?
Нет у меня таких денег, чтобы
я их тратил на миниатюры,
а если бы и были, то, слава Богу,
мне некому делать подарки.
Я хочу задать вам вопрос
насчет кое-кого из ваших жильцов.
Их зовут Никльби.
Да, есть такая леди из провинции
и ее двое детей.
- Вдова, сударыня?
- Да, вдова.
Бедная вдова, сударыня?
Да, боюсь, что она бедна.
Смею надеяться,
что в случае невозможности
выполнить денежные обязательства,
родные этой леди смогли бы...
Нет, не смогли бы, сударыня.
Я родственник.
Я не могу их поддерживать
при таких непомерных расходах.
Лучше всего им вернуться в провинцию,
здесь они для всех помеха.
Если миссис Никльби сняла помещение,
не имея средств платить за него,
- это весьма неподобающе для леди.
- Конечно, сударыня.
И, натурально, будучи в данный
момент женщиной беззащитной,
я не могу терпеть убыток.
Конечно, не можете,
сударыня.
Хотя я решительно ничего
не могу сказать ни против этой леди,
она очень приветлива
и любезна, бедняжка,
ни против ее детей,
ведь не встретишь более приятных
и лучше воспитанных юноши и девицы.
Прекрасно, сударыня.
Я исполнил свой долг.
И, быть может, сделал больше,
чем полагается.
Конечно, никто не поблагодарит меня
за сделанное. До свиданья.
Не будете ли вы так любезны взглянуть
на несколько портретов моей кисти?
Быть может, вы не откажетесь
взять мой прейскурант.
Миссис Никльби,
пришел мистер Никльби.
Мистер Никльби, как вы любезны,
что пришли, и так незамедлительно.
Не делайте из этого
никаких выводов, сударыня.
Дети, это ваш дядя Ральф.
Кэт...
Это честь для меня, сэр.
- Полагаю, вы Николас.
- Так меня зовут, сэр.
Положите мою шляпу.
Ну-с, как поживаете,
сударыня?
Вы должны побороть свою скорбь,
сударыня. Я всегда так делаю.
- Утрату мою не назовешь обычной.
- Ее не назовешь необычной, сударыня.
- Мужья умирают каждый день,
равно как и жены.
- А также и братья, сэр.
Да, сэр, и щенята и моськи.
Вы, сударыня, не упомянули в письме,
чем страдал мой брат.
Доктора не могли назвать
какой-либо определенный недуг.
У нас много оснований опасаться,
что он умер от разбитого сердца
Такой штуки не бывает. Я понимаю,
можно умереть, сломав себе шею,
проломив голову, сломав ногу,
руку или нос,
но от разбитого сердца…
чепуха!
Это нынешние
модные словечки.
Человек не может заплатить долги,
умирает от разбитого сердца,
а его вдова - мученица.
Мне кажется, у иных людей вообще
нет сердца и нечему разбиться.
- Бог мой, да сколько же лет
этому мальчику?
- Николасу девятнадцать, сэр.
Девятнадцать? Э! А как вы намерены
зарабатывать себе на хлеб, сэр?
- Я не намерен жить на средства матери.
- А было бы не на что.
Сколько бы там ни было, к вам я
не обращусь, чтобы получить больше.
Николас!
Придержите язык,
мальчишка!
Клянусь честью,
это прекрасное начало, миссис Никльби,
прекрасное начало!
Вы сообщили, что с кредиторами
улажено, а у вас не осталось ничего.
Ничего.
И вы истратили всё на поездку,
узнать, что я могу для вас сделать
Я надеялась, что вы сможете сделать
что-нибудь для детей вашего брата.
Его последнее желание было, чтобы
в их интересах я обратилась к вам.
Не знаю, как так случается,
но всегда, когда человек умирает,
не оставляя имущества,
он почитает себя вправе распоряжаться
имуществом других людей.
Для какой работы пригодна
ваша дочь, сударыня?
Кэт получила
хорошее образование, сэр.
Дорогая, расскажи дяде, каковы твои
успехи во французском и искусствах.
Неважно. Попробуем отдать вас
куда-нибудь в ученье.
Надеюсь, вы для этого
не слишком изнежены?
О нет, дядя! Я готова делать все,
чтобы иметь пристанище и кусок хлеба.
Ладно, вы должны попытаться, и,
если работа слишком тяжела,
быть может, шитье или вышиванье
на пяльцах покажутся легче.
А вы, сэр, намерены работать?
Конечно, намерен.
Николас не так давно
закончил образование,
какое мог дать ему его бедный отец,
а он думал…
Вот как. В таком случае,
взгляните, сэр.
Вот что привлекло мое внимание утром,
и за это благодарите свою звезду.
Образование.
''В Академии мистера
Уэкфорда Сквирса, Дотбойс Холл,
близ Грета-Бридж в Йоркшире,
мальчиков принимают на пансион,
обеспечивают одеждой, книгами,
карманными деньгами,
обучают всем языкам,
живым и мертвым
математике, орфографии, геометрии,
астрономии, тригонометрии,
обращению с глобусом, алгебре,
фехтованью (по желанию),
письму, арифметике и всем другим
отраслям классической литературы.
Никакой сверхоплаты, никаких каникул
и питание, не имеющее себе равного.
- Условия - 20 гиней в год''
- Но, сэр...
Шшш... Николас.
''Мистер Сквирс в Лондоне и принимает
днем в "Голове Сарацина", Сноу-Хилл.
И вот: требуется способный
помощник-преподаватель.
Жалованье 5 фунтов в год.
Предпочтение магистрам искусств.''
Вот!
Пусть он поступит на это место,
и его карьера обеспечена.
Но жалованье такое маленькое,
и это так далеко отсюда.
Тише, Кэт, дорогая моя,
твой дядя лучше знает.
Если ему это не по вкусу, пусть ищет сам.
Пусть найдет приличное место в Лондоне,
чтобы заработать себе хотя бы
на башмаки, и я ему дам тысячу фунтов.
Во всяком случае, дал бы,
если бы она у меня была.
Но я не магистр искусств, сэр.
Я думаю, это можно уладить.
Мистер Сквирс с радостью примет
вас по моей рекомендации.
Тогда сейчас же испытаем мою судьбу
у мистера Сквирса.
Это превосходный джентльмен,
несмотря на наружность.
У него только один глаз, а из обычного
предрассудка предпочтают два,
но он прекрасный
человек.
Трое мальчишек.
Ну-ка, посмотрим.
Трое мальчишек по 20 фунтов
за каждого это...
Трижды ноль - ноль.
Трижды два - шесть.
Шестьдесят фунтов.
В середине лета я увез десять
мальчишек. А теперь только трое.
Что случилось с мальчишками?
Что вбили себе в голову их родители?
Что все это значит?
Это что такое, сэр?
- Ничего, простите, сэр.
- Ничего, сэр?
- Простите, сэр, я чихнул.
- А почему же вы сказали "ничего"?
Подождите, юноша, пока я вас доставлю
в Йоркшир, а тогда получите остальное.
- Вы прекратите этот шум?
- Мистер Сквирс, сэр,
- вас спрашивает какой-то
джентльмен в баре.
- Проводите джентльмена сюда, Ричард.
Эй, ты, маленький негодяй,
спрячь носовой платок в карман,
не то я тебя убью, когда уйдет
этот джентльмен.
Вот туда, сэр.
Милое мое дитя, у всех людей
бывают испытания.
Ты покидаешь своих друзей, дорогой мой,
но во мне ты обретешь отца,
а в миссис Сквирс - мать.
В очаровательной деревне Дотбойс...
- Мистер Сквирс, полагаю?
- Он самый, сэр.
Я занимаюсь масляными красками.
Моя фамилия Снаули.
Я подумываю о том, чтобы поместить
моих двух мальчиков в вашу школу.
Не мне это говорить, сэр, но полагаю,
что лучше вам ничего не найти.
Кажется, 20 фунтов в год,
мистер Сквирс?
Гиней.
За двоих - фунты, полагаю я,
мистер Сквирс.
- Мальчики не очень много едят.
- Это не имеет никакого значения.
Мы в нашем заведении не обращаем
внимания на аппетит мальчуганов.
Я об этом кое-что слышал.
Все полезное для здоровья,
что только может дать Йоркшир,
все прекрасные нравственные правила,
какие может внушить миссис Сквирс,
все домашние удобства, какие
может пожелать мальчуган,
у них будут, мистер Снаули.
Хотелось бы, чтобы сугубое внимание
было уделено их нравственности
Я рад. Они попадут как раз в нужное
место для усвоения нравственности.
Вы сами человек высоконравственный,
мистер Сквирс?
Надеюсь, сэр.
Могу я сказать вам несколько слов, мистер Сквирс, в соседнем отделении?
Разумеется.
Милые мои, поболтайте минутку-другую
с вашим новым товарищем по играм.
Это один из моих воспитанников, сэр.
Сидит на своих пожитках.
Каждому мальчику, сэр, полагается
захватить с собой два костюма,
шесть рубашек, шесть пар носков,
два ночных колпака, два носовых платка,
две пары башмаков, две шляпы
и бритву.
- Бритву! Зачем?
- Чтобы бриться.
А до каких лет мальчики могут
оставаться у вас в школе?
До тех пор, пока их... друзья будут
вносить плату каждые три месяца.
Давайте говорить начистоту. Что это
за мальчики? Незаконнорожденные?
- Нет.
- Я думал, что незаконнорожденные.
У нас таких очень много.
Вон и тот мальчик.
Дело в том, что я им не отец,
мистер Сквирс: я всего-навсего отчим.
А я удивлялся, какого черта
вы хотите отправить их в Йоркшир.
Я озаботился поместить их
в какой-нибудь пансион подальше,
где не бывает никаких
каникул, понимаете?
- Оплата вовремя - и никаких вопросов.
- Верно.
- Серьезное внимание нравственности?
- Серьезное.
Полагаю, домой разрешается
писать не слишком часто?
Вообше не разрешается, если
не считать Рождественского письма
о том, что они никогда не были
так счастливы и надеются,
что за ними никогда не пришлют.
- Превосходно.
- Вот что значит дело делать.
Это мне по вкусу.
- Мистер Сквирс?
- Да, что вам угодно?
Поговорить по делу, сэр.
Вероятно, вы меня узнаете?
Кажется, вы в течение нескольких лет
уплачивали мне небольшую сумму.
Да.
Вместо родителей мальчика по фамилии
Доркер, который, к несчастью...
…к несчастью, умер
в Дотбойс-Холле.
Я это прекрасно помню, сэр.
Миссис Сквирс была привязана
к мальчику, как к родному сыну.
Ежедневно утром и вечером
ему предлагали гренки и теплый чай,
когда он уже ничего
не мог проглотить,
свечу поставили в спальне
в ту самую ночь, когда он умер,
лучший лексикон принесли,
чтобы подложить ему под голову.
- Впрочем, я об этом не жалею.
- Несомненно.
Это мой племянник,
мистер Николас Никльби.
- Как поживаете, сэр?
- Вы напечатали, что нужен
способный помощник.
- Совершенно верно.
- И вам он действительно нужен?
- Разумеется.
- Вот он налицо.
Мой племянник Николас
только что со школьной скамьи,
голова забита всем, чему его обучали,
в карманах пусто.
Самый подходящий
для вас человек.
Нет, боюсь, что этот молодой
человек мне не подойдет.
Нет, подойдет,
мне лучше знать.
Боюсь, вы против моей молодости
и того, что я не магистр искусств.
Отсутствие ученого звания
действительно является препятствием.
Не является.
Позвольте вас
на пару слов.
До свиданья, сэр.
- Кэт.
- Уже пора?
Нет, Кэт, ещё нет.
Я не мог уснуть, и решил
получше упаковать свои вещи.
- Мама проснулась?
- Нет.
О, Кэт, Кэт, что такое?
Что тревожит тебя?
Невыносимо думать, что ты
уезжаешь так далеко.
Это на время.
Тебе не нужно так волноваться.
Может быть, это предвещает
изменения в нашей судьбе.
Кто знает, что
может случиться?
- Я даже могу стать компаньоном
мистера Сквирса.
- На это могут уйти годы.
А вдруг какой-нибудь молодой
аристократ, обучаясь в Дотбойс,
почувствует ко мне
расположение
и, выйдя оттуда, добьется,
чтобы его отец пригласил меня
наставником в путешествиях.
Да, Николас, мне бы хотелось!
Кто знает? Он, быть может,
встретит мою сестру и влюбится в неё.
Николас...
Когда это случится,
ты будешь совсем красавицей,
и эти печальные времена
будут забыты.
Думай об этом.
- Да.
- Да.
Ну, а теперь спать.
Мне ещё нужно
столько сделать.
Иди.
Иди.
Здесь молока на два пенса,
не так ли, любезный?
На два пенса.
Что и говорить,
в Лондоне молоко - редкость.
Долейте-ка эту кружку
теплой водой.
Доверху, сэр? Да ведь
молоко утонет в ней.
Поделом ему,
раз оно так дорого стоит.
Обуздывайте свои страсти, мальчики,
и не волнуйтесь при виде еды.
А, Никльби, вот и вы. Мы, как видите,
завтракаем перед дорогой.
А! Как вкусно.
- Готовы, мальчики?
- Да, сэр.
Подумайте о многочисленных нищих,
как бы они этому обрадовались.
- Ужасная штука - голод, не так ли?
- Ужасная, сэр.
Прекрасно, мальчики. Теперь...
Когда я скажу начинать...
..по порядку, который
я вам назначил.
Подавляйте свой аппетит, милые, и вы
преодолеете человеческую природу.
Вот как мы воспитываем
силу духа, мистер Никльби.
Номер первый!
Номер второй!
Номер третий!
Номер четвертый!
Хватит, мальчики.
Возблагодарим Бога за сытный завтрак.
А теперь в карету.
Бегом, давайте, давайте.
О, вот вы где, сэр. За ваш проезд
до Йоркшира заплачено.
Вам остается только
постараться не замерзнуть.
- Я в долгу у вас, дядя.
- Не за что.
Сэр, вы уже столько
для меня сделали,
я могу показаться неблагодарным,
но моя мать и Кэт...
Я о них позабочусь.
Это будет первой моей заботой.
Не пройдет и недели,
как их положение изменится.
- Сэр...
- Николас!
Мама!
Бедный дорогой мальчик.
Ушел, даже не позавтракав,
потому что боялся нас расстроить.
- Как вы здесь оказались?
- Мы взяли наемную карету, милый.
Наемную карету? Много денег,
не знаете, что с ними делать,
вот и наняли карету?
В начале работы я брал на завтрак
хлеба на пенни и полпинты молока,
отправляясь каждое
утро в Сити.
Что скажете, сударыня?
Завтрак! Наемная карета!
Никльби! Вам пора выйти
и сесть в карету.
Николас, кто этот
грубый человек?
Э! Вы желаете, чтобы вас представили
мистеру Сквирсу, моя милая?
Так это владелец школы?
Нет, дядя. О нет!
Мистер Сквирс, вот моя племянница,
сестра Николаса.
Очень рад познакомиться
с вами, мисс.
Хотел бы, чтобы миссис Сквирс
принимала девочек, и вы бы у нас учили.
А впрочем, может, она
приревновала бы.
Николас, что это за место,
куда ты отправляешься?
Я сам почти
ничего не знаю, Кэт.
Кажется, жители Йоркшира довольно
грубы и неотесанны, вот и все.
- Но, Николас...
- Никльби!
Пора занять мое место.
И вы. Давайте.
Ну, вот.
Господь с тобой,
- прощай.
- Прощай.
Прощайте, мама.
Дядя, до свиданья. Благодарю за все,
что вы сделали и намерены сделать.
Никльби, вам следовало бы
взобраться наверх.
Как бы кто из мальчиков не свалился,
и пропали 20 фунтов в год.
- Это мне?
- Шшш. Возьмите.
Прочтите.
Никто не знает.
Погодите.
О, Кэт.
Пошли!
Мой милый юноша!
Я знаю свет.
Ваш отец не знал, иначе он
не оказал бы мне доброй услуги,
не надеясь получить
что-нибудь взамен.
И вы не знаете, иначе вы
не отправились бы в такое путешествие.
Если вам когда-нибудь понадобится
пристанище в Лондоне,
в трактире "Корона" на Силвер-стрит
знают, где я живу.
Простите за ошибки. Я забыл
все старые мои привычки.
Может, позабыл и орфографию.
Ньюмен Ногс.
Пошли!
Открывайте!
Открывайте!
Открывайте!
Открывайте!
Это ты? Я мог бы догадаться.
Почему, черт дери, ты не вышел раньше?
Простите, сэр,
я заснул у огня.
У огня? У какого огня? Не должно
быть огня, и уж не тебе там греться.
Давай, покажи мальчишкам,
где им спать.
Ну, Никльби...
Что вы думаете
о Дотбойс-Холле, а?
- Ну...
- А-а-а.
На самом деле это не Холл (*усадьба*).
Здесь мы его так не называем.
- Нет, сэр?
- Нет, нет.
В Лондоне так лучше звучит, но здесь
его под этим названием не знают.
Человек может, если пожелает,
назвать свой дом даже островом.
Полагаю, это не запрещено
никаким парламентским актом?
- Полагаю, что так, сэр.
- Сквири?
О, Сквири!
Любовь моя!
Ха-ха, любовь моя!
Ну, как мой Сквири?
- Прекрасно. Ну, а как коровы?
- Здоровы.
- А свиньи?
- Не хуже, чем когда ты уехал.
- Вот это отрадно! А мальчишки?
- Здоровехоньки.
У этого Питчера
была лихорадка.
Черт побери этого мальчишку!
Он это делает из упрямства.
Это новый молодой человек.
Сегодня вечером он поужинает с нами,
а утром пойдет к мальчишкам.
- Вам все равно, на чем вы будете спать?
- Да, конечно.
Вот это счастье!
- Смайк!
- Куда же вас положить?
Позвольте-ка! Кто спит
в постели Брукса, дорогая моя?
Брукса? Там Дженнигс,
маленький Болдер, Греймарш и еще...
один… как его зовут?..
Смайк!
Совершенно верно.
У Брукса полно.
Неважно.
Где-то есть местечко, я знаю.
Неважно, неважно,
найдем.
Ну, давайте-ка ужинать.
Ты где был?
Никаких оправданий. Неси эль.
Дорогой мой, что будет есть
молодой человек?
Все, что пожелает из того,
что подано на стол.
Если можно, я бы съел
кусочек пирога.
Совсем маленький,
потому что я не голоден.
Ну, раз вы не голодны,
жалко разрезать этот пирог.
- Не хотите ли кусок говядины?
- Все, что вам угодно.
- Как бифштекс, Сквирс?
- Нежный, как ягненочек.
Это первосортное мясо. Я сама
выбрала славный большой кусок.
- Нет! Неужели для?..
- Нет, нет, не для них.
Для тебя,
к твоему возвращению.
Бог мой! Уж не подумал ли ты, что
я дура и дам тебе мясо для мальчишек?
Честное слово, дорогая моя,
я не знал, что думать.
Что ты тут вертишься, Смайк?
Что? А, это ты.
Простите, сэр, есть ли...
Ну?
Нет ли у вас...
...кто-нибудь...
...обо мне никто
не спрашивал, сэр?
Черта с два.
И никто не спросит.
Хорошенькое дело:
оставили тебя на столько лет,
и после первых шести - никаких денег,
и неведомо, чей же ты.
Хорошенькое дело! Я должен
кормить такого здорового парня,
и нет никакой надежды получить
за это хоть пенни?
Вот что я тебе скажу, Сквирс, я думаю,
этот мальчишка становится слабоумным.
Надеюсь, что нет.
Он слишком полезен, чтобы его терять.
Вот наша лавочка, Никльби.
А, я и забыл.
Сегодня утро серы.
Время от времени мы очищаем
мальчишкам кровь, Никльби.
Глупости - очищаем! Серу они
получают потому, что, если не давать,
они всегда будут болеть,
и хлопот с ними не оберешься,
а еще потому, что это обходится
дешевле, чем завтрак и обед.
Цены нет этой женщине, Никльби.
Она для них больше, чем мать,
в десять раз больше.
Она такие вещи делает
для мальчиков, Никльби,
каких, я думаю, добрая половина
матерей не сделает для родного сына.
Полагаю, что не сделает, сэр.
- С лекарством покончено, дорогая?
- Готово.
Эй! Смайк! Унеси это.
Да пошевеливайся!
Не знаю ей равной, Никльби.
Воистину не знаю равной.
- Книги!
Это мой сын, Никльби,
Уэкфорд младший.
Получил новую пару ботинок?
Он любит новеньких,
мой Уэкфорд.
Слишком узкие!
Это первый класс английского
правописания и философии.
А где же первый ученик?
Кобби?
Простите, сэр, он протирает
окно в задней гостиной.
Совершенно верно! Мы применяем
практический метод обучения, Никльби.
Про-ти-рать - протирать,
глагол, залог действительный,
делать чистым, прочищать.
О-к-н-о - окно, оконница.
Когда мальчик познает сие из книги,
он идет и делает это.
Такова наша система, Никльби.
Что вы о ней думаете?
- Во всяком случае, она очень полезна.
- Вы правы.
Вот ты, Мобс. Что такое лошадь?
- Скотина, сэр.
- Правильно! Не правда ли, Никльби?
- Сомневаться в этом не приходится.
- Конечно, не приходится.
Лошадь есть квадрупед, а квадрупед
по-латыни означает - скотина,
что известно всякому,
кто изучил грамматику,
иначе какая была бы польза
от грамматики?
Да, в самом деле, какая?
Раз ты в этом усовершенствовался,
ступай и присмотри за моей лошадью.
И хорошенько ее вычисти,
а то я тебя вычищу!
Это ваш стол, Никльби.
Мальчики!
Я побывал в Лондоне и вернулся
к своему семейству и к вам
таким же сильным и здоровым,
каким был всегда.
- Гип, гип...
- Ур-а-а.
Я видел родителей
некоторых учеников,
и они так обрадовались, услыхав о том,
как преуспевают их сыновья,
что отнюдь не предвидится, чтобы
эти последние отсюда уехали,
о чем, конечно, приятно поразмыслить
всем заинтересованным лицам.
Здесь у меня письмо для Кобби.
Встань, Кобби.
Бабушка Кобби умерла,
а его дядя Джон запил,
вот и все новости, какие посылает его сестра, если не считать 18 пенсов,
которые как раз пойдут на уплату
за разбитое оконное стекло.
Греймарш, встань!
Тетка Греймарша с материнской стороны
рада, что ему хорошо и счастливо,
посылает почтительный
привет миссис Сквирс
и считает, что она - ангел.
Также она считает, что мистер Сквирс
слишком добродетелен для этого мира.
Она надеется, что он научится
любить Сквирса младшего
и не сетовать, если на одной кровати
спят пятеро, на что не посетует
ни один христианин
Какое восхитительное письмо.
Очень трогательное.
Мне пришлось испытать
и разочарования.
Отец Болдера не доплатил
2 фунта 10 шиллингов.
Болдер! Ко мне!
Болдер, если твой отец
полагает, что потому…
Позвольте, что это такое, сэр?
Что это значит?
- Опять бородавки, сэр?
- Я, право же, ничего не могу поделать, сэр.
Они сами собой выскакивают.
Я думаю, это от грязной работы, сэр…
Я не знаю, что это такое,
сэр, но я не виноват.
Болдер, ты -
неисправимый негодяй.
Последняя порка не принесла
тебе никакой пользы,
мы должны узнать, поможет ли
еще одна выбить это из тебя.
Пожалуйста, не надо!
- Место, мистер Никльби? Для Кэт?
- Да, сударыня, об этом и речь.
Кэт, дорогая. Разве я не говорила,
что дядя найдет тебе место?
Разве не уверяла за завтраком - теперь,
когда твой дядя позаботился о Николасе,
он не покинет нас, пока не сделает
для тебя по меньшей мере того же?
- Это были буквально мои слова.
- Дайте мне договорить.
- Кэт, милочка, дай дяде договорить.
- Мне больше всего этого хочется, мама.
Но, дорогая моя, если тебе
больше всего этого хочется,
ты бы дала твоему дяде сказать то,
что он собирался, и не перебивала его.
- Его время драгоценно.
- Я вам весьма признателен, сударыня.
Мы не должны быть эгоистами
и должны принять во внимание
серьезный характер
его занятий в Сити.
- Я хотел сказать, сударыня...
- Тише, Кэт.
...место, которое я постарался ей
обеспечить, это модистка и портниха.
- Модистка?
- И портниха, сударыня.
Мне незачем напоминать вам,
что в Лондоне модистки
зарабатывают состояния, имеют выезд
и становятся особами очень богатыми.
- О!
- Вот именно, сударыня.
Это место у мадам Манталини.
Она живет около Кэвендиш-сквера.
Если ваша дочь согласна занять это
место, я немедленно отведу ее туда.
Разве тебе нечего сказать
твоему дяде, милочка?
Я вам очень признательна, дядя.
Очень.
- Рад это слышать.
- Я постараюсь угодить. Право же, я…
Не начинайте плакать.
Терпеть не могу слез.
- Я знаю, это очень глупо.
- Да, глупо, к тому же одно притворство.
Идемте.
Мадам Манталини
вас ждет.
Полно, Кэт.
Твою шляпку.
О, мистер Никльби.
Эй, вы, Манталини.
Черт возьми!
Как! Это Никльби.
Черт возьми, уж не хотите ли вы
сказать, что я вам нужен?
Еще нет.
Какой вы чертовски странный
человек, Никльби!
Самый чертовский, самый лукавый,
самый чудаковатый
старый чеканщик золота и серебра,
какого мне приходилось видеть.
Моя племянница.
Да...
Черт возьми, вспоминаю,
зачем вы пришли.
Да. Минутку.
Любовь моя!
Жизнь моя! Сюда!
Мистер Никльби ждет,
жизнь моя.
Любовь моя, я даже не знала,
что мистер Никльби здесь.
Каким же вдвойне дьявольским негодяем
должен быть этот лакей, душа моя.
Чего же можно ждать, раз ты
не исправляешь этого человека?
Я уверена, что ему необходимо
сделать внушение.
В таком случае
не огорчайся.
Его будут стегать хлыстом, пока он
не начнет чертовски вопить.
- Мистер Никльби.
- Моя племянница, сударыня.
Вот как! Вы умеете говорить
по-французски, дитя?
- Да, мадам.
- Черт возьми, как француженка.
Мы постоянно держим в нашем
заведении 20 молодых женщин.
- В самом деле, сударыня?
- Да, и есть среди них чертовски красивые.
- Манталини!
- Идол души моей.
Ты хочешь разбить
мне сердце?
Не хочу, даже
за 20 тысяч полушарий,
населенных…
маленькими балеринами.
Но ты разобьешь, если и впредь
будешь говорить в таком духе.
Будьте добры не обращать внимание
на то, что говорит мистер Манталини.
Я и не обращаю,
сударыня.
Мистер Манталини ровно ничего не знает
об этих молодых женщинах.
Он даже никогда не бывал в той комнате.
Я этого не разрешаю.
Сколько часов в день привыкли
вы работать?
Я еще совсем не привыкла
к работе, сударыня.
Тем лучше будет она
работать теперь.
Надеюсь. У нас рабочие часы
с девяти до девяти,
а когда заказов очень много,
то еще дополнительная работа,
за которую я назначаю особую плату.
Еду вы будете получать здесь.
Жалованья вам будет назначено
от 5 до 7 шиллингов в неделю,
но я не могу дать никаких обязательств,
пока не увижу, что вы умеете делать.
Можете начать в понедельник,
ровно в девять часов утра.
- Еще что-нибудь?
- Больше ничего, сударыня.
В таком случае, полагаю,
мы закончили. До свиданья.
Сударыня.
- Манталини!
- Иду, радость моего сердца.
- Ну вот! Теперь вы пристроены.
- Спасибо, дядя.
Ха. Глупости.
Господин Манталини разговаривает
не как иностранец.
А он не иностранец.
Его настоящая фамилия Мантль.
Женился он благодаря своим усам,
затем отрастил бакенбарды
и этим преуспевает.
Чертов попугай.
Манталини!
Ну-с, дорогая моя, что ты о нем
теперь думаешь?
- Про чего думаю?
- О ком еще мне говорить?
- Об этом молодом человеке,
новом учителе.
- Новом учитиле, папа?
Он приехал из Лондона, пока ты гостила
у твоей подруги мисс Прайс.
Ну?
Об этом Накльбое?
Я его ненавижу.
- За что ты его ненавидишь,
дорогая моя?
- А тебе какое дело?
Ненавижу - и хватит.
Я только так спросил,
из любопытства.
Если желаешь знать, потому, что он
гордый, надменный, напыщенный
павлин с задранным носом!
- Но согласись, он дешево стоит.
- Ничуть не бывало.
- Пять фунтов в год.
- Ну, так что ж?
- Это дорого, если он тебе не нужен.
- Но он нам нужен!
Надсмотрщику в Вест-Индии
разрешено иметь подчиненного,
и я хочу иметь
подчиненного,
пока маленький Уэкфорд не будет в силах
взять на себя заведование.
- А я буду заведовать школой,
когда стану взрослым, папа?
- Да, сын мой.
Ах, бог ты мой, ну и задам же я
мальчишкам!
Ох, папа, как они
у меня завизжат!
Мой сын!
Вот, на тебе пенни.
Берегитесь, Болдер,
и Белинг, и Греймарш!
А теперь, мальчики, внимание.
Мистер Сквирс уже говорил вам,
что лошадь - это животное. Так и есть.
Но этого недостаточно,
чтобы отличать животное.
Вам так же нужно знать,
как пишется это слово.
Давайте, повторяйте
за мной буквы.
- Л
- Л
Мальчики, не молчите.
- Л
- Л
- О
- О
О, прошу прощения. Я думала,
мой отец здесь… мог быть здесь…
Как неловко.
Ваш отец, сударыня?
- Ну, мистер Сквирс.
- Полагаю, он обедает.
Благодарю вас. Право же,
мне так жаль, что я сюда ворвалась.
Если бы я не думала, что отец здесь,
я бы ни за что на свете…
Это так неприятно…
может показаться таким странным.
- Да?
- Я пришла попросить у отца новое перо.
Если это все, что вам нужно,
быть может, я могу его заменить.
Вы очень добры.
- Острие нужно твердое или мягкое?
- О, пожалуйста, как можно мягче.
Ну вот.
- Какой я неловкий.
- Ничуть не бывало, сэр. Это моя вина.
Простите, что причинила
вам столько хлопот.
Отнюдь никаких хлопот.
До свиданья.
За всю свою жизнь
не видывала таких ног!
Так, мальчики,
внимание.
А где мистер и миссис Сквирс?
- А?
- Уехали, сэр.
Меня не нужно бояться.
- Вам холодно?
- Нет, сэр.
Но вы дрожите.
Мне не холодно.
Я привык.
Ладно.
Сэр.
- Пожалуйста, сэр.
- Да, Смайк?
Вы здесь человек новый.
Весь мир такой же плохой и печальный,
как это место, сэр?
Нет. Нет, Смайк.
Самый тяжелый, самый грубый труд -
счастье по сравнению с тем, что здесь.
Как давно вы здесь?
Не знаю, сэр.
С тех пор, как я был ребенком -
моложе любого из тех, кто сейчас здесь.
Где они все?
- Все?
- Мои друзья.
Все мои друзья.
Помните того мальчика,
который умер здесь?
Я же здесь новенький.
Вы сами только что сказали.
Умерший мальчик,
что вы хотите сказать о нем?
Я был ночью около него.
И, когда все стихло, он перестал кричать,
чтобы его друзья пришли и посидели с ним.
Но ему стали мерещиться лица вокруг
его постели, явившиеся из родного дома.
Он говорил - они улыбаются
и беседуют с ним.
Иногда я думаю: какие лица улыбнутся
мне, когда я буду умирать.
- Смайк...
- Они не могут прийти из родного дома.
Они испугали бы меня,
если бы пришли,
потому что я не знаю,
что такое родной дом.
Как больно и страшно
и жить, и умирать.
- Никакой надежды.
- Однажды вы уйдете отсюда, Смайк.
Нет.
Только не я.
Думаю...
...они хотят, чтобы я умер.
Боюсь, что это занятие
вредно для здоровья.
Помню, мне позировали
три молоденькие модистки,
когда я только что начала
заниматься живописью,
и все они были очень
бледные и хилые.
О, это отнюдь
не общее правило.
Я помню, что наняла одну
сшить пунцовый плащ,
в те времена, когда пунцовые плащи
были в моде,
и у нее было очень красное лицо,
да, очень.
Может быть, она выпивала.
Вряд ли это могло быть,
но я знаю, что у нее было очень красное
лицо, значит, ваш довод ничего не стоит.
Этот дом, который
мистер Никльби
так великодушно отдал вам
с матерью, милая, далеко отсюда?
Да, это в другой части Лондона,
в Ист-Энде.
Вы знаете эту часть города,
мисс Ла-Криви? Там славно?
- Ну, там...
- На самом деле дядя не отдал нам дом.
Дом принадлежит ему, и мы можем
пожить, пока он не сдал его.
Если вы предпочтете
остаться здесь,
я хочу сказать, если дело
в денежных расчетах...
Спасибо, мисс Ла-Криви.
Вы были к нам так добры.
Но дядя очень настаивал,
чтобы мы съехали отсюда...
- Должно быть, это слуга моего дяди.
- Войдите.
- Мистер Ньюмен Ногс.
- От мистера Ральфа Никльби.
Сейчас мы будем готовы. Вещей у нас мало, но все же, боюсь, придется взять карету.
- Я найму.
- Вы не должны утруждать себя.
- Найму.
- Я не могу допустить, чтобы у вас
даже мелькнула такая мысль.
- Не от вас зависит.
- Не от меня?
Да. Я об этом думал, когда шел
сюда, но не стал нанимать,
думая, что вы
еще не собрались.
Я много о чем думаю.
Никто не может этому помешать..
Да, я вас понимаю.
Разумеется,
наши мысли свободны.
Они не были бы такими, если бы иные
люди могли сделать по-своему.
- Пойду за каретой.
- Извините.
Но не видела ли я вас в то утро,
когда мой брат уехал в Йоркшир?
- Нет.
- Нет? А я была бы готова поручиться.
И были бы неправы.
Я вышел сегодня в первый раз
за три недели.
У меня был
приступ подагры.
Пойдемте, мама.
Прощайте, мисс Ла-Криви.
Вы были очень добры.
О, мама, что такое?
Что случилось?
Я не хочу переезжать
ещё в один дом.
Почему мы никак
не получим покоя?
Как ужасно быть бедными.
Это не будет
очень долго, мама.
А тогда Николас к нам вернется,
добившись успеха, как обещал.
Вот увидите.



Серия 2

Огня нет? Где этот
бездельник Смайк?
Я предупреждал, что он получит,
если будет тратить уголь.
- Он опять, небось, захворал,
лживый, ленивый щенок.
- Он захворает, я это устрою.
- Что ты с ним сделаешь, отец?
- Насажу на вертел и съем на завтрак.
- Уэкфорд, подкинь угля и разожги огонь.
- Ну, я не умею.
- Что?
- Я никогда раньше огня не разжигал.
Что ж, пора научиться, сынок.
Рассчитаешься со Смайком
на его шкуре, когда поймаешь.
Твоя сестра
тебе поможет,
если спустится на землю с облаков,
в которых сегодня витает.
- Она влюбилась в мистера Никльбоя.
- Что?
- Нет, не влюбилась!
- Я слышал, ты Тильде Прайс говорила.
Ах ты, мелкая тварь.
Противная мелкая тварь!
Что всё это значит?
Влюбилась в Никльби, так, что ли?
- Нет.
- Не ври мне.
- Я всего лишь сказала,
что он - джентльмен.
- Ах, джентльмен, неужели?
- А твой папа - не джентльмен, да?
- Нет, па. Я такого никогда не говорила.
Ты притащил сюда этого
чванливого павлина.
Я поняла, что он таков с женщинами,
едва его увидела.
- О, что он с тобой сделал?
- Заигрывал с тобой, да?
- Ты поддалась его страсти?
- Да он со мной ещё даже не говорил.
- Тебе лучше рассказать мне правду.
- Да это правда, па, честно.
Ладно, слушай меня,
моя красотка.
Я не позволю тебе позорить
славную фамилию Сквирсов.
Я не против разговоров с Никльби,
но пусть это будут только разговоры.
Будь аккуратнее со списком женихов.
Ты знаешь, о чем я.
Аккуратнее со списком женихов,
не то я выбью это из твоей головы.
Теперь иди и помоги Уэкфорду
разжечь огонь. Давай.
Ну-ка, что ты задумал?
Дядя этого Никльби богач.
У него есть деньги и дома.
Когда можно прибрать
к рукам капитал,
более ловких рук, как мне говорили,
в Сити не найти.
Ну, и если дело дойдет до свадьбы
между его племянником и нашей Фанни...
Ох, Сквири, ты слишком
много хочешь.
Если ты думаешь, что я буду льстить
и угождать этому выскочке Никльби...
- Да, он выскочка, любовь моя.
- Я ненавижу его, как чуму.
Ну и продолжай ненавидеть.
Пусть он это почувствует.
Ворчи на него, пинай его,
царапай его, если хочешь.
Это проявит его истинные чувства
к нашей красоточке.
Да о чем ты толкуешь?
Если ты его не оттолкнешь, если он
все равно будет обращать на неё внимание,
это докажет, что он не приволокнулся,
а влюбился по уши.
А нам это
может быть на пользу.
Он мало ест.
Он даже может работать
бесплатно.
Ну, некоторые мужчины в пылу страсти
способны делать что угодно.
Кроме того, они покорнее.
А теперь на поиски
этого чертова Смайка.
Эй, вы, ленивые собаки!
Целый день спать собираетесь, что ли?
- Мальчики сейчас спустятся, сэр.
- Да, лучше бы они сейчас спустились,
а не то я напущусь
на кое-кого из них.
Смайк! Где этот негодяй,
который не разжег утром огонь?
- Смайк!
- Но его здесь нет, сэр.
Врете. Он здесь. Смайк!
Ну же, Накльбой.
Куда вы его упрятали?
- Я его не видел со вчерашнего вечера.
- Где он?
- Полагаю, на дне ближайшего пруда.
- Будь вы прокляты!
Что вы хотите этим сказать?
Простите, сэр, я думаю,
он сбежал, сэр.
Кто это сказал? Ты, Греймарш.
Так вы думаете, сэр, что он сбежал?
Простите, сэр, да.
А какие у вас основания полагать,
что какой-нибудь мальчишка
захочет убежать
из этого заведения?
Вот так! Если еще кто-нибудь
из мальчиков думает, что Смайк сбежал,
я буду рад потолковать с ним.
- Полагаю, и вы думаете, что он сбежал?
- Считаю это в высшей степени вероятным.
И я тоже, но что же
тут удивительного?
Если ты держишь шайку чванных
учителей, которые мутят щенят,
можно ли ждать
чего-нибудь другого?
Ну-с, молодой человек, будьте
так добры убраться в классную
и забирайте с собой мальчишек,
а не то у нас с вами произойдет размолвка,
от которой пострадает ваша красота,
ведь вы считаете себя красавцем.
- Да что вы!
- Да, вот вам и "что вы",
вот вам и "что вы",
мистер нахал.
Будь моя воля, вы бы часу
не провели в этом доме.
И не провел бы, будь моя воля.
Мальчики.
Мальчики! Ступайте за своим вожаком,
мальчишки, и берите пример со Смайка,
если посмеете.
Увидите, как ему попадет,
когда его приведут назад.
Если я его поймаю, я разве только что
шкуру не сдеру с него.
Если ты его поймаешь!
Конечно, поймаешь.
Не можешь не поймать, если
как следует примешься за дело.
Так. Коровник и конюшня заперты,
значит там он быть не может.
Он должен был пойти по направлению
к Йорку по проезжей дороге.
- Почему - должен?
- Болван.
- Деньги у него были или нет?
- У Смайка? У него никогда в жизни
не было ни единого пенни.
Значит, он должен просить милостыню,
а просить милостыню он может
только на проезжей дороге.
- Верно.
- Теперь, если ты сядешь в двуколку
и поедешь по одной дороге,
а я возьму двуколку у Свалоу
и поеду по другой,
и мы будем смотреть в оба
и расспрашивать, кто-нибудь из нас...
непременно его поймает!
Садись! Давай, садись!
- Он за Смайком поехал.
Мальчики, вернитесь на место.
- Мисс Сквирс.
- Мистер Никльби.
- Да, мисс Сквирс?
- Пожалуйста, простите, что прерываю вас.
Даже не знаю, как спросить.
Что вы обо мне подумаете?
Вам что-нибудь нужно,
мисс Сквирс?
Да?
Моя самая любимая и близкая подруга,
мисс Матильда Прайс,
придет ко мне
сегодня на чай
в сопровождении джентльмена,
с которым она помолвлена...
- Да, мисс Сквирс?
- Мы...
Так вот, я хотела спросить,
не будете ли вы так добры...
доставить нам удовольствие
своим обществом. Ну вот, всё.
- Очень признателен, но я...
- Вы не можете отказаться.
- У вас не будет других занятий.
- Это очень любезно, но...
Значит, договорились.
Даже не знаю, как я сумела
побороть свою застенчивость.
Мама говорит, что это самая
большая моя слабость.
Стало быть,
увидимся за чаем.
Так, мальчики...
Если ты будешь так отвратительно,
дьявольски, возмутительно
ревнива, душа моя,
ты будешь очень несчастна, ужасно
несчастна, дьявольски несчастна!
Да, я несчастна!
Значит, ты придирчивая, недостойная,
дьявольски неблагодарная маленькая фея.
Ты любезничал
с ней весь вечер.
- Нет, нет, моя жизнь!
- Любезничал, любезничал!
Я все время
не спускала с тебя глаз.
Да благословит небо эти маленькие
мигающие, мерцающие глазки.
Неужели они все время смотрели
на меня? Ах, черт побери!
Болтать очень легко.
Не так то легко, когда ешь чертово яйцо,
потому что желток стекает по жилету,
и, черт побери, он не подходит
ни к одному жилету, кроме желтого.
- Черт побери.
- И я еще раз повторяю...
ты не должен вальсировать
ни с кем, кроме своей жены.
Я этого не вынесу, Манталини,
лучше уж мне сразу принять яд.
Она не примет яда и не причинит себе
ужасной боли, не правда ли?
Она не примет яда, потому что
у нее дьявольски хороший муж,
который мог бы жениться
на двух графинях и на знатной вдове.
На двух графинях?
Раньше ты говорил об одной.
На двух!
А почему же
ты не женился?
Почему?
А разве я не увидел
на утреннем концерте
самую дьявольскую маленькую
очаровательницу во всем мире?
А как насчет денег,
сокровище моей жизни?
- Сколько у нас наличными?
- Право, очень мало.
Жизнь и душа моя!
У Скробса продается лошадь,
которую было бы грешно и преступно
упустить, - идет просто даром.
- Даром? Я этому рада.
- 100 гиней.
Я буду разъезжать
на ней в парке
прямо перед каретами
отвергнутых графинь.
Те возненавидят друг друга и пожелают,
чтобы вы умерли и были погребены.
Черт побери.
Я посмотрю, сколько
денег у меня в столе.
- Мадам Манталини.
- Ах, боже мой, дитя мое!
Как вы сюда попали?
- Я уже давно жду здесь, сударыня.
- Вас зовут...?
Мисс Никльби.
Мой дядя привел...
Ах, да.
Я поручу вас мисс Нэг.
Мисс Нэг, пожалуйста.
Вы сообщили лакею
о своем приходе?
Мне кажется, он позабыл
доложить вам, что я здесь.
Вы должны обратить внимание на этого
человека. Он все забывает.
Я отвинчу ему нос
с его проклятой физиономии
за то, что он оставил такое
прелестное создание в одиночестве.
Манталини!
Ты забываешься!
Я никогда не забываю о тебе, душа моя,
и никогда не забуду и не могу забыть.
Возьми...
возьми бумаги, которые тебе нужны,
из моего стола.
Но только те бумаги,
о которых мы говорили,
и больше ничего.
Сокровище моего сердца.
Идол души моей.
Где мисс Нэг?
А, мисс Нэг, вот та молодая особа,
о которой я вам говорила.
Лучше будет, если мисс Никльби
будет вместе с вами в ателье
примерять платья
заказчицам.
Сейчас она еще не может приносить
много пользы, а ее наружность…
…будет прекрасно гармонировать
с моей, мадам Манталини.
У вас столько вкуса
в подобных делах,
что, право же, я не знаю,
как, когда и где
вы могли приобрести
все эти знания.
Мисс Никльби и я -
мы как раз под пару,
только у меня волосы чуть-чуть
темнее, чем у мисс Никльби, и...
мне кажется, у меня нога
чуть-чуть меньше.
Наша семья всегда славилась
маленькими ножками.
Мой дядя, который жил
в Челтенхеме,
имел очень маленькие ноги,
не больше, чем ступни,
какие обычно приделывают
к деревянным ногам.
Вероятно, мисс Нэг, они
походили на спеленатые.
О, как это на вас похоже!
Спеленатые! О, чудесно.
Я часто говорю
молодым леди:
"Остроты мадам Манталини
такие легкие, такие саркастические
и в то же время такие добродушные,
что когда, как и каким образом она
этому научилась, для меня тайна."
Вы позаботитесь о том, чтобы мисс
Никльби ознакомилась с часами работ.
Итак, оставляю ее с вами. Вы не забудете
моих распоряжений, мисс Нэг?
Забыть любое распоряжение мадам - это
невозможно с моральной точки зрения.
Какое она очаровательное создание,
не правда ли, мисс Никльби?
Я ее очень мало видела.
Я еще не могу судить.
Вы видели
мистера Манталини?
Не правда ли, он -
очаровательное создание?
Право же - на меня он совсем
не произвел такого впечатления.
Как, дорогая моя! Господи боже мой,
где же ваш вкус?
Такой красивый, рослый, видный
джентльмен, с такими бакенбардами,
с такими зубами
и волосами...
Да вы меня изумляете.
Разве у него
не прекрасные лошади?
Очень возможно,
но я их никогда не видела.
Никогда не видели?
О! Теперь все ясно.
Как можете вы высказывать
мнение о джентльмене… гм...
...если вы не видели его, когда он
выезжает в своем экипаже?
Сюда, мисс Никльби.
Доброе утро,
мистер Манталини.
Доброе, доброе...
Черт побери.
Так что он тебе сказал?
Не спрашивай, дорогая Тильда,
что он мне сказал.
Если бы ты только видела,
как он смотрел и улыбался.
Никогда в жизни я
не была так потрясена.
А вот этак он смотрел?
Очень похоже на это…
только более благородно.
Ах, так! Значит, будь уверена,
у него что то серьезное на уме.
- Это он! О, Тильда...
- Тише! Скажи: "Войдите".
Войдите!
- Мисс Сквирс.
- Мистер Никльби.
Мы вас заждались.
Мисс Матильда Прайс,
мистер Никльби.
Мистер Никльби,
мистер Джон Брауди.
- Ваш покорный слуга, сэр.
- К вашим услугам, сэр.
- Не приступить ли нам?
- Да.
Тильда, садись здесь.
Мистер Никльби.
- Значит, старуха уехала?
- И папа тоже.
Они поехали за мальчишкой,
за Смайком.
Вероятно, вам не каждый вечер
приходится есть хлеб с маслом.
Джон.
Не очень-то
дают им здесь жрать.
Если вы здесь подольше поживете,
от вас останутся кожа да кости!
Вы шутник, сэр.
Да. Прежний-то
учитель отощал.
Был как ходячий стебелек.
Не знаю,
понимаете ли вы,
что ваши слова оскорбительны
для мисс Сквирс.
Ног если понимаете,
будьте так добры...
Ещё хлеба с маслом,
мистер Никльби?
Спасибо, мисс Прайс.
Вы ничего не хотите
сказать Фанни?
- Мисс Сквирс?
- Разве вы не заметили, какой у неё вид?
- Какой вид у мисс Сквирс?
- Стыдно, мистер Никльби.
Она сидит такая
разодетая
и выглядит так прелестно,
право же, почти красавица.
- Мне стыдно за вас.
- Мисс Сквирс выглядит мило.
Ну, Фанни, вот тебе
и комплимент.
- Тише, Тильда. Я сейчас умру.
- Фанни выглядит более чем мило.
Признайте свою вину,
мистер Никльби.
Милая моя, какое мне дело до того,
как выглядит мисс Сквирс?
Не называйте меня "милой", не то Фанни
заревнует и скажет, что это моя вина.
Заревнует?
Слышали бы вы,
как она о вас говорила.
- И как, мисс Прайс?
- Ни слова больше, я запрещаю!
Она рассказывала,
как вы на нее смотрели.
Как я смотрел?
- Тильда, ты пренебрегаешь Джоном
самым безобразным образом.
- Да!
- Простите, но...
- Да, мистер Никльби?
Об этом очень неловко говорить,
даже заикнуться о таком предположении
покажется наглостью...
Смею ли я спросить, не предполагает ли
мисс Сквирс, что... ну...
что я... в нее влюблен?
- Ответь за меня, дорогая.
- Думает ли она это?
- Конечно, думает.
- Вот как.
Если мистер Никльби сомневался в этом,
Тильда, он может успокоиться.
- На его чувства отвеча…
- Мисс Сквирс, пожалуйста,
выслушайте меня.
Хотя я едва знаю, что сказать.
Это какая-то дикая ошибка.
- Ошибка?
- Должен сказать прямо.
Я не связывал с мисс Сквирс ни единой
мысли, ни одного желания или надежды,
и всё, о чем я мечтаю, - я говорю это
не для того, чтобы оскорбить её,
но выражаю
истинные мои чувства, -
мечтаю повернуться однажды
спиной к этому проклятому месту,
и никогда больше
ногой сюда не ступать!
Прошу прощения, мисс Сквирс.
Мисс Прайс, мистер Брауди.
- Да как он смеет!
- Вот оно что.
- Я упаду в обморок!
- Какая неучтивость.
- О моя бедная, дорогая подруга.
- Я папе скажу.
Я еще больше вооружу
против него мать. Вот посмотрите.
Какой стыд! Отвергнута простым
учителем, подобранным по объявлению.
- Всего за 5 фунтов в год!
- Постарайся не думать об этом.
- Это все твоя вина.
- Моя?
Ты нарочно его подначивала.
Я тебя ненавижу.
- И это мне благодарность!
- Ты коварная подруга.
Как я презираю тебя!
Слышишь? Презираю тебя.
А все же незачем вам трудиться и делать
себя еще некрасивее, чем вы есть.
Вы себе глаза выплачете, когда я уйду.
Вы сами это знаете
- Я презираю ваши слова, вертушка!
- Вертушка!
Джон, вы слышали,
как она меня назвала?
Да, и вот что я скажу.
Пусть черт заберет мои кости и тело,
если я дальше буду терпеть этот визг!
Надевайте шляпку
и пошли домой.
А этому молодому шептуну скажите
поостеречься, а то башку повредит,
когда в следующий раз
попадется мне под руку.
Пошли домой, или я
за себя не отвечаю.
Два плюс два?
Беллинг?
Уэкфорд, пожалуйста, скажите нам.
Два плюс два?
Ну?
- Миссис Сквирс уже вернулась?
- Нет, сэр.
Значит, ещё есть надежда.
Но если она его не поймает,
если он удерет,
за это я кое от кого получу утешение,
я вас предупреждаю.
Не в моей власти утешить вас, сэр.
Это не мое дело.
- Не ваше? Посмотрим.
- Посмотрим.
Мой пони запарился,
и мне пришлось нанять верховую
лошадь за 15 шиллингов.
Отвечайте, кто за это заплатит?
Говорю вам, я кой из кого это выколочу.
Хватит вам здесь хныкать
и задирать нос, мистер щеголь.
Отправляйтесь-ка в свою
конуру. Ступайте!
Я присмотрю
за этими негодяями.
Вы слышали, что я сказал?
Я сказал убираться!
Что там случилось?
Никто не трогается с места!
Мальчики,
всё внимание на книги.
Ну что, Смайк, думал,
тебе удалось сбежать, а?
- Я нашла его в канаве, съежившимся.
- О, я заставлю его поежиться.
Все мальчишки здесь?
Никльби! На кафедру, сэр.
Ну, Смайк, имеешь ли ты что-нибудь
сказать в свою защиту?
Отойдите в сторонку,
миссис Сквирс, дорогая моя,
мне здесь тесновато.
Иди сюда!
- Пощадите меня, сэр!
- О, да. Да, я... пощажу тебя.
Я изобью тебя до полусмерти
и тогда пощажу.
- Вот так потеха!
- Прошу, сэр. Меня до этого довели, сэр.
О, так это была не твоя вина!
Должно быть, моя, а?
Мерзкий, неблагодарный, подлый пес.
Что он хочет этим сказать?
Отойди в сторонку, дорогая моя.
Сейчас узнаем.
Стойте!
Больше этого
не должно быть.
- Не должно?
- И не будет.
Вы превратили его жизнь в ад на земле,
так что не вините меня за вмешательство.
- В нем повинны вы.
- На место, подлец.
- Положите палку.
- Сгинь!
Стойте!
Ну, вот мы снова и встретились,
мистер Никльби.
Да. В последний раз мы расстались
не в очень-то добрых отношениях.
Вероятно, это была моя вина,
но у меня не было намерения обидеть вас.
Потом я очень об этом сожалел.
Хотите - пожмем друг другу руку?
Пожать руку?
На это я согласен.
Но что у вас с лицом, приятель?
Оно как будто разбито.
Удар. Но я его вернул, да вдобавок
еще с хорошими процентами.
Да неужто?! Здорово!
Вот за это вы мне нравитесь.
Дело в том, что со мной дурно
обошелся этот Сквирс.
Я здорово приколотил его,
а теперь ухожу отсюда.
Что? Приколотил
владельца школы?
Приколотил
владельца школы?
Ну, слыхал ли кто
о такой штуке?
Еще раз давай руку, приятель!
Приколотил владельца школы!
Ей богу, вот молодчина!
Что думаете делать теперь?
Собираюсь вернуться
в Лондон.
В Лондон?
Идти пешком в Лондон?
Да, за это время я бы уже сделал
немало шагов, а потому - прощайте.
Погодите! А сколько у вас
при себе денег?
Не много, но я могу по дороге
подрабатывать.
Вот. Здесь хватит, чтобы
добраться до дому.
Давай, не стесняйся, приятель.
Знаю, когда-нибудь ты мне их вернешь.
Благодарю.
Да, и ещё возьми вот это.
Будешь на нее
опираться в дороге.
Не падай духом,
и господь с тобой.
Приколотил владельца школы.
Ей богу, весь год не слыхал
такой славной штуки!
Вперед.
Он за это заплатит.
Видит бог, заплатит.
О, Сквири.
Мой Сквири.
Мы думали,
ты убит.
Я знаю, как расправиться с этим
господинчиком, и я это сделаю.
Он проклянет тот день,
когда ударил Уэкфорда Сквирса.
- Вот что с ним будет
- Да, вот что с ним будет.
Смайк!
Что вы здесь делаете?
- Я хочу идти с вами.
- Со мной?
Куда угодно…
до могилы.
Позвольте мне.
Возьмите меня с собой.
- Как вы меня нашли?
- Я шел за вами следом.
От самой школы
не терял вас из виду.
Позвольте мне
идти с вами.
Я буду вашим
верным слугой.
У вас будет хозяин, почти такой же нищий
и беспомощный, как вы сами.
Ну, хорошо, Смайк. Мир будет для вас
тем же, чем и для меня.
Куда мы пойдем?
Я знаю одно место.
Идем. В путь.
Перед нами
длинная дорога,
и бог знает,
что там в конце пути.
Да, сударыня?
Разумеется, сударыня.
Сейчас.
Мисс Никльби, здесь его светлость
со своей невестой.
Захватите шляпки,
которые сделаны набок.
Да, мисс Нэг.
Мне кажется, милорд будет в восторге
от того, что мы можем предложить.
Мы гордимся нашими
садебными шляпками.
Мы с вами как на подбор,
сударыня,
так как я горужсь тем,
что нашел прекрасную девушку.
О, милорд!
Не будет ли угодно госпоже примерить
пару наших последних моделей.
- Мисс Нэг.
- Сейчас, мадам.
- Ах.
- Она к лицу?
В высшей степени
элегантный вид.
Никогда в жизни не видела
ничего столь восхитительного.
Я должна взглянуть!
А что думает милорд?
Мне нужно
рассмотреть поближе.
Разумеется, у нас есть ещё несколько
шляпок, столье же привлекательных.
- Мисс Нэг!
- Если госпожа не возражает... О!
О, право же,
простите.
Какая дерзость. Едва ли эта шляпка
подойдет. Мне бы хотелось...
Мадам Манталини, может, меня обслужит
эта хорошенькая молодая особа?
Разумеется.
Больше всего на свете я ненавижу,
когда мне прислуживают
пугала или старухи.
Пожалуйста, посылайте мне эту молодую
особу всякий раз, когда я бываю здесь.
Непременно! Прелестную
молодую особу. Непременно!
Не только для меня, но и для милорда,
большого поклонника красоты.
Да, мисс Никльби вызывает
всеобщее восхищение.
На этом всё, мисс Нэг.
Вы можете не возвращаться.
Прошу прощения,
что вы сказали?
Вы можете не возвращаться, мисс Нэг.
А теперь, мисс Никльби...
Это неплохо.
- Изысканно.
- Ах, как вы краснеете, дитя.
Она еще не совсем привыкла к делу.
Скоро она привыкнет.
Боюсь, что вы бросали на нее ваши
убийственные взгляды, милорд.
Нет, нет! Я собираюсь жениться
и начать новую жизнь!
Тем лучше. Похоже, что старой жизни
ему хватит ненадолго.
Как может он садиться в карету,
не вспомнив о катафалке!
15 лет! 15 лет была я достойным
украшением этой комнаты
и комнаты наверху.
Неужели я дожила до того,
что меня называют пугалом?
Неужели я заслужила,
чтобы меня называли старухой?
Мисс Нэг, в чем дело?
В чем дело? В чем дело?
Стыдитесь, гнусное созданье!
- Боже мой! Неужели это я вас обидела?
- Вы обидели меня?
Вы! Девчонка, ребенок,
ничтожная выскочка!
Посмотрите на неё, дамы.
Вот красавица... красотка…
Ах вы, дерзкая тварь!
Я еще ни разу не была жертвой интриг,
подлых интриг особы,
которая позорит всех нас
своим поведением
и заставляет краснеть
порядочных людей!
- Но мисс Нэг...
- Никогда не позволяйте ей
заговаривать со мной!
Пусть никто из тех, кто мне друг,
не разговаривает с ней!
Девчонка, нахалка!
Бесстыдная, нахальная
интриганка!
Оставьте свои страхи, мальчик.
Они не будут искать нас так далеко к югу.
- Смайк, вы хотите отдохнуть?
- Нет. Нет.
- Я ещё бодрый.
- Ладно, мы ещё не так далеко ушли.
Хороший дом, сударыня,
ничуть не хуже, чем если бы его
покрасили и оштукатурили.
Уверяю, деверь, Кэт и я
очень благодарны вам.
Вы обязаны быть
благодарной, сударыня.
Ведь если бы я захотел,
я бы уже десять раз сдал этот дом.
Но вместо этого я по доброй воле
отдал его вдове и дочери брата.
Никто не мог бы быть
великодушнее.
Значит, с моей стороны вполне разумно
просить о маленькой услуге в ответ.
Об услуге, мистер Никльби?
Кэт от радости лишится дара речи.
Ведь это будет по сути развлечением.
Услугу оказывают ей.
Тем не менее, сударыня...
Дядя.
А, милая моя!
Мы как раз говорили о вас.
В самом деле?
Честное слово, я бы никогда
не поверила, что возможна такая…
Кэт, милая, завтра в половине седьмого
ты будешь обедать у твоего дяди.
Какой для тебя
милый сюрприз.
Твое черное шелковое платье
будет вполне приличным нарядом,
хорошенький шарфик
и пара черных шелковых чулок...
Боже, боже. Если бы только у меня
были эти мои несчастные аметисты.
Ты их помнишь, Кэт, милочка?
Но твой папа, твой бедный
дорогой папа...
Ах, какая жестокость была
пожертвовать этими драгоценностями.
Право же, мама,
они мне не нужны.
- Забудьте, что они когда-то у вас были.
- Забыть? Ты рассуждаешь, как дитя.
двадцать четыре серебряных ложечки,
два соусника, четыре солонки, аметисты
- все было спущено сразу!
А я-то чуть ли не на коленях умоляла:
''Мистер Никльби, почему
вы как-нибудь не устроитесь?''
Сударыня, вернемся к предмету,
от которого мы отвлеклись.
У меня собирается небольшое общество
джентльменов, с которыми я веду дела,
завтра они приедут к обеду.
Ваша мать обещала, что вы будете
исполнять обязанности хозяйки дома.
Я не очень-то привык к званым
вечерам, но это связано с делами
и иногда такие пустяки имеют
существенное значение.
- Вы не против оказать мне услугу?
- Против? Кэт, дорогая моя...
- Я обращался к моей племяннице.
- Конечно, я буду очень рада, дядя,
но боюсь, что я покажусь вам
неловкой и застенчивой.
О, нет, нет, нет.
Ну, значит, всё улажено.
Приезжайте, когда хотите,
наймите карету,
я за нее заплачу.
Спокойной ночи, и... э...
… да благословит вас Бог.
Какие резкие черты лица
у твоего дяди.
Я не замечаю ни малейшего сходства
с его бедным братом.
Мама! Думать о таких вещах!
Да, право же, нет
никакого сходства.
Но у него очень
честное лицо.
- Кто там?
- Николас Никльби, мистер Ногс.
Простите, мистер Ногс.
Нам некуда больше было идти.
- Вы как-то сказали мне...
- Входите, входите.
Вы сказали, если когда-нибудь мне будет
нужно пристанище, я могу прийти сюда.
Верно.
Кажется, я никогда ещё так
не нуждался в друге, как сейчас.
- Я знаю.
- Знаете?
Простите. Это мой друг Смайк.
Это мистер Ногс.
Мистер Смайк - он из Дотбойс-Холла,
я думаю?
- Кажется, вы очень хорошо
осведомлены, мистер Ногс.
- Садитесь, мистер Смайк.
Есть ли новости
о матери и сестре?
- Здоровы, обе здоровы.
- Они по-прежнему живут в Сити?
По-прежнему.
А моя сестра по-прежнему
занимается той работой,
о которой писала мне, что, кажется,
она придется ей по душе?
- Ну да.
- Моей первой мыслью
было увидеть их.
Но потом я подумал,
что это будет неразумно.
Сначала мне нужно узнать, какие
сведения из Йоркшира получил дядя.
Ну, что ему сообщили? Ничего хорошего,
уверен, но я готов к этому.
Скажите мне .
- Завтра утром. Услышите завтра утром.
- Чего вы этим достигнете?
- Вы будете лучше спать.
- Я буду хуже спать.
Мой милый юноша,
вы не должны поддаваться…
это, знаете ли, не годится…
вставать на защиту каждого,
с кем плохо обращаются…
К черту! Я с гордостью услышал
об этом и поступил бы точно так же!
Значит, моему дяде
сообщили.
Этим вечером в его контору пришло
письмо. Он тогда уже ушел.
Мне сказали, он обедает с несколькими
джентльменами, с которыми у него дела.
А письмо...
Он увидит его завтра.
Я поспешил снять с него копию
перед уходом из конторы.
- Дайте посмотреть.
- Хорошо.
Но только после того, как вы
с вашим другом закусите.
Времени будет достаточно.
Хлеб и сыр.
Входите, милая.
Дядя, там нет других леди?
Нет, у меня нет знакомых леди.
Идемте. Сейчас доложат, что обед подан.
Господа. Лорд Фредерик Верисофт
- моя племянница мисс Никльби.
- Как… черт!
- Моя племянница, милорд.
Значит, слух
меня не обманул,
и это не восковая фигура.
Как поживаете?
Счастлив познакомиться.
- Представьте меня, Никльби.
- Сэр Мальбери Хоук.
Иными словами - лучшая карта
в колоде, мисс Никльби.
Чертовски мила.
- Не пропустите меня, Никльби.
- Мистер Пайк.
- И меня, Никльби.
- Мистер Плак.
Достопочтенный мистер Сноб.
Полковник Чоусер.
- Неожиданное удовольствие, Никльби.
- Сюрприз, приготовленный для вас.
Недурная мысль.
Она могла бы почти оправдать
лишние два с половиной процента.
Никльби, подловите его на слове
и прибавьте эти проценты к 25%,
а половину дайте
мне за совет.
- Обед подан, сэр.
- А. Приступим?
- Мисс Никльби, позвольте мне.
- Черт возьми, Верисофт.
Ведите игру честно.
Мы с мисс Никльби договорились
при помощи взглядов минуту назад.
- Превосходно, превосходно.
- Послушайте, Хоук...
Не сядете ли здесь, дорогая?
Садитесь, господа.
Господа.
- О, вы нашли местечко по соседству?
- Разумеется. Стоит ли
задавать такой вопрос?
Займитесь-ка обедом, и не обращайте
внимания на мисс Никльби и на меня.
Мы, полагаю я, окажемся очень
рассеянными собеседниками.
- Хотел бы я, чтобы вы вмешались
в это дело, Никльби.
- Подайте вино.
- Что случилось, милорд?
- Хоук присваивает исключительные
права на вашу племянницу.
Он получает порядочную долю во всем,
на что вы претендуете, милорд.
Ей-богу, верно! Черт меня подери, если я
знаю, кто хозяин у меня в доме - он или я.
Зато я знаю.
Придется мне от него отделаться,
оставив ему по завещанию шиллинг.
Нет. Когда вы дойдете до шиллинга -
до последнего шиллинга,
я от вас быстро отстану.
Но до той поры я ни за что
не покину вас, можете мне поверить.
Ну-с, если этот обед дан по случаю
учета векселя, я могу только сказать,
черт меня побери, что хорошо было бы
учитывать их ежедневно.
Со временем у вас будет немало
подобных поводов. Никльби подтвердит.
Что скажете, Никльби?
Буду ли я хорошим клиентом?
Все зависит
от обстоятельств, милорд.
От обстоятельств вашего лордства,
хотел он сказать.
Но мы забылись.
А мисс Никльби
удивляется, почему, черт побери,
никто за ней не ухаживает.
- Право же, нет...
- Я с кем угодно побьюсь об заклад
на 50 фунтов,
что она не посмеет посмотреть мне
в глаза и опровергнуть мои слова.
Идет! Срок - две минуты.
- Идет.
- Сноб.
Прошу, не держите из-за меня никаких
пари. Дядя, право же, я не могу…
Почему, дорогая моя? Это всего секунда.
Если джентльмены настаивают…
Я не настаиваю.
Я отнюдь не настаиваю,
чтобы мисс Никльби отрицала этот факт,
ибо в таком случае я проиграю.
Но я буду рад увидеть
ее ясные глазки,
в особенности раз она оказывает
предпочтение столу красного дерева.
Верно, и это слишком плохо
с вашей стороны, мисс Никльби.
- Прямо-таки жестоко
- Ужасно жестоко.
Я не боюсь проиграть. За то, чтобы
заглянуть в глаза мисс Никльби,
стоит заплатить... вдвое больше.
- Больше.
- Гораздо больше.
- Что на злодейских часах, Сноб?
- Прошло больше минуты.
Быть может, вы сделаете над собой
усилие ради меня, мисс Никльби?
Не трудитесь задавать такие вопросы,
мой милый франт.
Мисс Никльби и я
понимаем друг друга:
она принимает мою сторону и этим
доказывает, что у нее есть вкус.
Вам не везет, старина.
Только взгляните
ему в лицо, мисс Никльби.
- Время, Сноб?
- Осталось 15 секунд.
Готовьте деньги.
Скоро вы мне их вручите.
Я... я...
Превосходно!
50 фунтов, милорд.
Кэт?
Это девушка с характером,
и мы выпьем за ее здоровье.
- За мисс Никльби.
- За мисс Никльби.
Мистер Ногс, я так благодарен
за еду и пристанище.
Мы оба благодарны.
И я тем более буду у вас в долгу,
если можно будет увидеть то письмо.
Это от мисс Фанни Сквирс
вашему дяде.
Мисс Сквирс утверждает,
что вы напали на её отца.
- Да.
- Защищая меня, сэр.
Пожалуйста,
могу я взглянуть?
''Мой папаша просит меня
написать вам,
потому как доктора сумлеваются,
будет ли он когда-нибудь снова владеть
...ногами,
что мешает ему держать перо
...в руке.
Он - одна сплошная
маска из синяков.
Нам пришлось отнести его вниз
в кухню, где он теперь лежит.
Ваш племянник, которого вы
рекомендовали в учителя,
учинил это моему папаше
и прыгнул на его.
Потом он с ужасным неистовством
напал на мою мамашу.
После этого я и мой брат
стали жертвами его бешенства,
от которого мы очень
сильно пострадали...
Утолив свою кровожадность,
чудовище убежало,
захватив с собой мальчишку,
отъявленного негодяя...
..а также кольцо с гранатом
моей мамаши.''
- Но это ложь.
- Вы не брали кольцо?
- Конечно, нет.
- Это всё, о чем говорится в письме?
Нет. Ещё абзац.
''Если ваш племянник
отдаст вам кольцо,
мой папаша говорит, чтобы вы отпустили
его, а то его всего-навсего сошлют.
А если он останется на свободе,
его непременно скоро повесят,
а это избавит нас от хлопот
и будет гораздо приятнее.''
Мой дядя не сможет поверить
этим россказням.
Разве только для достижения цели
или утоления ненависти ко мне
он притворится,
будто верит.
- Он ещё не видел письма?
- Увидит завтра.
Я должен разыскать
маму и сестру.
- Терпение.
- Нет, я должен.
Если мой дядя навестит их
и расскажет эту ложь...
Не пытайтесь увидеться
с ними в его отсутствие.
Я его знаю. Не кажитесь тем, кто
тайком оказывает на кого-то давление.
Он может обратить это
против вас и меня.
Завтра, когда он прочтет письмо,
я дам вам знать о его намерениях.
Если он решит навестить
вашу мать и сестру,
самое время будет
и вам появиться.
Успокойтесь.
Доверьтесь мне.
Какое восхитительное
прилежание.
Оно неподдельно или цель его -
показать во всей прелести ресницы?
Ах, зачем я заговорил и испортил
такую прелестную картину?
- Будьте любезны уйти, сэр
- Клянусь жизнью, не уйду.
Я ваш верный раб,
мисс Никльби, и это...
...плохо - так резко
обращаться со мной.
Я бы хотела, чтобы вы поняли, сэр,
что ваше поведение оскорбляет меня.
Если сохранилась у вас хоть искра
благородства, вернитесь к своим друзьям.
Почему вы, нежное мое создание,
продолжаете притворяться?
Будьте более...
непосредственны...
...милая моя мисс Никльби,
будьте более непосредственны.
- Отпустите меня, сэр. Вы слышали?
- Останьтесь. Я хочу поговорить с вами.
Отпустите меня, сэр,
я требую!
Отпустить?
Ни за что на свете!
- О, нет! Отпустите! Прошу, отпустите!
- Что это значит?
Это значит, сэр,
что здесь,
где я могла бы, казалось, найти защиту,
мне нанесли оскорбления.
- Дайте мне уйти.
- Успокойтесь. Идемте.
Вы сейчас поедете домой.
Подождите здесь.
- Ступайте, сэр.
- Что вы хотите этим сказать?
Вы больше не мой гость.
Да вы что, не знаете меня,
сумасшедший старик?
Знаю.
Начинаю понимать.
Вам нужен был лорд Фредерик.
Черт подери, а я встал
поперек дороги.
Кто привел его к вам, а?
Как бы вы могли без меня
заполучить его в свои сети?
Сети большие и, пожалуй,
полным-полны.
Берегитесь, как бы кто
не задохся в петлях.
Ваша родная племянница? За деньги
вы готовы отдать свою плоть и кровь?
И вы хотите сказать, что хорошенькая
племянница была доставлена сюда
не для того, чтобы служить приманкой
для этого пьяного дурака?
Я не скажу вам ничего, кроме того,
что в этом доме вам больше не рады.
Вы это отрицаете?
Что, проберись он сюда
вместо меня,
вы бы не были чуточку более слепым,
и чуточку более глухим,
и чуточку менее
наглым, чем сейчас?
- Ответьте мне.
- Я вам вот что скажу.
- Я привел ее сюда в интересах дела…
- Вот оно, то самое слово!
...думая, что она могла бы
впечатлить глупого юнца, которого вы
прибрали к рукам и толкаете к гибели.
Если я и привел её для этого, я знал,
что он будет уважать её чувства,
если только не оскорбит их из-за
фатовства или по легкомыслию.
Я не собирался подвергать её грубостям
такого тертого калача, как вы!
Думаю, мы друг друга поняли.
Вы хотите сказать, что не собирались подвергнуть её моим грубостям,
потому что так вы
ничего не выигрываете.
Вот именно.
Успокойтесь, дорогая! Не вспоминайте,
не думайте сейчас об этом!
Дядя, сжальтесь,
позвольте мне
уехать отсюда домой.
Конечно, уедете, но сначала вам нужно
успокоиться и осушить слезы.
Не знаю, что я вам сделала,
за что меня привезли для оскорблений.
Я не думал, что это случится,
я никак не мог это предвидеть.
Я сделал все, что мог.
Теперь давайте пройдемся.
Вам стало дурно оттого, что здесь
душно и жарко от огня.
Вам будет лучше, если вы сделаете
над собой самое маленькое усилие.
Все, что я хочу -
уехать домой.
Да, но сначала вы должны
прийти в себя и...
об этом никто знать не должен, Кэт,
кроме вас и меня.
Вы поняли, Кэт?
Никто.
- Да.
- Да.
Вот, у вас уже
и вид стал лучше.
Я пошлю за каретой.
Дядя... прошу, больше никогда
я не должна видеть этого человека.
Видеть его?
Зачем вам снова видеть его?
Нет, Кэт, не увидите.
Обещаю. Даю слово.
- Смайк, где, бога ради, вы были?
- Я...
Вы же знаете, как опасно,
если вас увидят на улице?
- Я думал убежать.
- Куда?
- Я...
- Смайк, что такое?
Я знаю, что вы несчастны.
Знаю, что, взяв меня из школы,
вы навлекли на себя беду.
- Я должен был остаться там.
- Остаться? В том месте? О, Смайк.
Я все время думаю,
какая я для вас обуза.
И сегодня решил,
что мне нужно уйти.
Но эти улицы, эти люди,
они напугали меня.
Я слишком робкий.
Всегда был робким.
С того самого дня, как...
- С какого дня?
- Я был ребенком.
И меня привезли в школу.
Вы помните, как вас
привезли в Дотбойс?
Я...
Мы не будем говорить
об этом сейчас.
Мы забудем о прошлом
и будем думать только о будущем.
Мы с вами привязались друг к другу.
И мы не расстанемся, понимаете?
- Да.
- Вы больше не будете пытаться уйти?
- Нет.
- Даете слово?
Хорошо. А теперь у меня
для вас хорошие новости.
Мистер Ногс нашел мне место.
Я буду учителем.
Нет, теперь не в школе,
мой друг.
Я буду учить французскому
детей мистера и миссис Кенуигс,
которые занимают этаж ниже.
Их четверо.
Шиллинг за каждого в неделю.
и еще шиллинг за младенца,
в ожидании, когда он будет способен
усваивать грамматику.
- Разве не хорошие новости?
- Да.
Знаете, мне кажется,
удача поворачивается к нам лицом.
Юный глупец!
Я его рекомендовал, а он отплатил мне
скандалом и воровством.
Его нужно проучить.
Нужно, господин Николас.


Серия 3

- Вы ведь это прочли?
- Что?
Письмо из Дотбойс-Холла.
Всё это ложь.
Вы прочли это?
- Да.
- Оно личное и доверено лишь мне.
А я ваш личный и доверенный клерк.
Что вы собираетесь с этим делать?
С этим я ничего не собираюсь делать,
хотя кое-что я сделать намерен.
Этим займется закон.
Нападение, буйство, кража .
Это серьезные преступления,
и мой племянник, господин Николас,
скоро будет разоблачен.
Ну, Смайк, профессор Никльби
готов к встрече с новыми учениками.
- Я спущусь и смело взгляну им в лицо.
- Надеюсь, все пойдет хорошо.
Спасибо. Не делай в мое
отсутствие никаких глупостей
вроде попыток уйти.
Я же дал слово, что не буду.
Я его не нарушу.
Знаю, что не нарушишь.
И не чувствуй себя слишком одиноким.
Мистер Ногс скоро вернется
со службы домой.
Сядь, сядь, сядь, сядь.
Пожалуйста, входите,
мистер Джонсон.
- Миссис Кенуигс?
- Совершенно верно.
А вы - мистер Джонсон, которого так
горячо рекомендовал нам мистер Ногс.
- Как учителя?
- Именно как учителя.
К вашим услугам, сударыня.
Дядя, могу я вам представить
мистера Джонсона?
Мистер Джонсон, это мой
дорогой дядя, мистер Лиливик.
- Как поживаете, сэр?
- Как поживаете?
Дядя - сборщик платы за водопровод,
мистер Джонсон.
Вот как?
Мисс Питоукер, могу я представить
мистера Джонсона?
Мисс Питоукер
из Королевского театра Друри-Лейн.
- Шшш.
- Ваш покорный слуга, сударыня.
В высшей степени талантлива,
мистер Джонсон.
Не далее как вчера вечером -
правда, дядя? -
мисс Питоукер
привела нас в восторг
своей декламацией
"Похорон вампира".
Вы слишком добры.
Это было в виде исключения.
Я редко выступаю как артистка
на семейных вечерах.
Понимаю.
Мистер Джонсон, детям будет
приятно иметь своего учителя.
Надеюсь, они не возгордятся, но будут
благословлять свою счастливую судьбу,
благодаря которой их положение более
высокое, чем у детей простых людей.
- Ты слышишь, Морлина?
- Да, мама.
И, когда вы будете выходить
на улицу или еще куда-нибудь,
я желаю, чтобы вы не хвастались
этим перед другими детьми,
а если вам придется заговорить
об этом, можете сказать только:
''У нас есть преподаватель, который
приходит обучать нас на дому,
но мы не гордимся, потому что
мама говорит, что это грешно.''
- Ты слышишь, Морлина?
- Да, мама.
Не начать ли
мистеру Джонсону, дядя?
Я готов слушать, если мистер Джонсон
готов начать, моя милая.
Каков, по вашему мнению,
французский язык, сэр?
- Что вы хотите этим сказать?
- Считаете ли вы, что это хороший язык?
Красивый язык,
разумный язык?
Конечно, красивый язык, а так как
на нем для всего есть названия,
и он дает возможность вести изящный
разговор, думаю, что это разумный язык.
Значит, он очень изменился
с моего времени.
Как по-французски "вода", сэр?
Вода, сэр?
L'eau.
Ло, да? Я невысокого мнения
об этом языке. Ло.
Дядя, вы это не одобряете?
Я человек, мистер Джонсон, в чьей
власти сделать Морлину наследницей
и упомянуть в завещании
даже о младенце.
О, дядя!
Но даже если бы я ушел,
не сказав больше ни слова,
моя досада не имела бы
отношения к тем двум-трем фунтам,
которые я оставлю этим детям,
когда умру.
Морлина Кенуигс.
Твой дядя ангел, а не человек,
и я всегда это говорила.
Опустись на колени перед твоим
дорогим дядей и проси его
любить тебя всю жизнь.
Да, мама.
Ну, ну.
Она так хорошо танцует.
Если бы мне посчастливилось
иметь дитя с такими
гениальными способностями,
я бы немедленно отдала
его на оперную сцену.
О, нет, мисс Питоукер. Подумайте только
о молодых герцогах и маркизах.
Совершенно верно.
Я знаю только, что я никогда
не сталкивалась
с такого рода затруднениями
и неприятностями.
Ну, конечно, это сразу
решает вопрос.
Можно ли детям приступить
к уроку, дядя?
Они могут начинать. Я не имею
никакого желания препятствовать им.
- Девочки.
- Мистер Джонсон.
Дети, сначала
нужно понять,
что французские существительные,
которые называют предметы,
делятся на мужские
и... э... женские.
Уверена, Морлина выучит их все
к следующему разу наизусть.
Скажем, ''le crayon'' - карандаш,
и ''la plume'' - перо,
''crayon'' - мужского рода,
тогда как ''plume''...
- Мистер Ногс!
- Простите, что прерываю, сударыня.
Мне очень важно сказать
пару слов мистеру Джонсону.
- Сейчас?
- Сейчас.
- Нееет.
- Это по делу.
Пожалуйста,
извините.
Противный язык, сударыня.
Ло!
Мистер Ногс, почему вы сказали им,
что меня зовут Джонсон?
Так безопаснее. Теперь послушайте.
Я пришел прямо из конторы вашего дяди.
- Письмо из Дотбойс?
- Он его прочел.
Ну?
Он пошел ознакомить вашу матушку
и сестру с его содержанием.
- Мистер Ногс, что мне делать?
- Делать? Идите теперь туда.
Возражайте ему.
Боюсь, он хочет
причинить вам зло.
Если бы он встретился мне на пути,
отдать его в руки правосудия - мой долг,
мой прямой долг,
однако я бы этого не сделал.
Я бы пощадил чувства его сестры…
и, разумеется, его матери.
Никогда я не поверю тому,
что в этом письме.
- Это какой то гнусный заговор.
- Вы сказали, что Николас - вор.
В письме сказано, что он
украл кольцо с гранатом.
Мама, как можете вы
сидеть и слушать такие слова?
Никогда я этому
не поверю! Никогда!
А что же это? Буйство, кража
- как вы это назовете?
- Я называю это ложью!
- Николас!
О, нет, нет, Николас.
Ты не должен. Успокойся.
Успокоиться? Быть спокойным
перед этим человеком -
да я должен быть железным!
- Или бронзовым, сэр.
- О, боже.
Кто бы сказал, что могут произойти
такие вещи! Какой позор!
Вы слышали, сэр? Ваша мать
не сомневается, где правда.
Её слух был отравлен вами,
вами - кто обрушил на мою голову
всевозможные оскорбления и обиды
в ответ на благодарность,
которую она вам расточала.
Николас, будь терпеливей, чтобы
не давать ему никаких преимуществ.
Скажи нам, что именно ты сделал,
и докажи, что он лжет.
Я вступился, чтобы спасти несчастное
существо от возмутительной жестокости.
Если бы та же сцена снова разыгралась
на моих глазах, я ударил бы сильнее.
Вы слышите?
Вот это раскаяние.
Ах, боже мой! Я не знаю,
что думать, право не знаю!
Они пишут, что ты
украл кольцо.
Они лгут.
Там упоминается о мальчике,
с которым ты ушел.
Да, бедняга, его зовут Смайк.
От плохого обращения и побоев
он превратился в слабоумное
и беспомощное создание.
- Он сейчас со мной.
- Вы слышали?
Все доказано, даже на основании
его собственного признания.
- Намерены ли вы вернуть
этого мальчика, сэр?
- Нет, не намерен.
- Не намерены?
- Только не Сквирсу.
Очень хорошо. Сударыня, о том,
что я сделал или намеревался сделать
для вас и для моей племянницы,
я ничего не скажу. Я не угрожаю.
Но я не дам этому мальчишке ни пенни
моих денег, ни корки моего хлеба,
чтобы спасти его от самой
высокой виселицы в Европе!
Я не желаю помогать ни ему, ни тем, кто
ему помогает. Вы поняли, что я сказал?
Я знаю, вы были очень
добры к нам, деверь,
и много хотели сделать
для моей дочери.
Но я не могу отречься от родного сына,
даже если он сделал все то,
о чем вы говорите.
Если? Мама, вы знаете,
что это ложь.
Откуда мне знать? Николас в таком
гневе, а твой дядя так хладнокровен,
что я могу расслышать только его слова,
а не то, что говорит Николас.
- Но, мама...
- Все равно, не будем больше
толковать об этом.
Мы можем пойти в работный дом,
в богадельню или в приют Магдалины,
и чем скорее мы отправимся,
тем лучше.
Не нужно. Я не останусь и не дам
дяде повода отказать вам в помощи.
- Николас, нет.
- Кэт, я вам не помощник.
я не принес бы вам ничего, кроме нужды
и страданий, так что не удерживай меня.
Что бы вы ни предприняли, сэр,
я буду вести точный счет всему.
По вашему желанию,
я оставляю их на ваше попечение,
но рано или поздно настанет
день расплаты,
и этот день будет для вас тяжелым,
если вы причините им зло!
Николас, нет, вернись!
Мама, верните же его!
Право же, я не знаю,
что думать.
Вы как-то сказали, Смайк, что вас
привезли в Дотбойс-Холл ребенком.
Мне кажется, я помню.
Наполовину уж точно.
Вечно у меня голова кружилась и мысли
путались там, откуда вы меня взяли.
Иногда я даже не понимал,
что они мне говорили.
Ведь вы же пришли
в школу не один?
Нет. О, нет.
Кто был с вами?
- Мужчина.
- Какой мужчина?
Смуглый,
худой мужчина.
Я слышал - так говорили в школе,
да и я раньше это помнил.
Я рад был расстаться с ним,
я его боялся.
Не помните ли вы
женщины,
доброй женщины, которая
называла вас своим ребенком?
Нет.
- Только комнату.
- Комнату? Какую комнату, Смайк?
Я спал в той комнате,
в большой пустой комнате
под самой крышей.
И там был люк
в потолке.
Часто я закрывался с головой,
чтобы не видеть его.
Он меня пугал.
И я себя спрашивал, что
может быть по ту сторону люка.
Были там еще часы,
старые часы в углу.
Я всегда помнил
эту комнату,
потому что, когда мне снятся
страшные сны, она появляется
точь-в-точь такой, как была.
Она никогда не меняется.
Мистер Смайк, я достал вам
пальто для путешествия.
- Куда вы направляетесь?
- Я едва знаю.
А если бы и знал, то у меня
нет еще ни планов, ни проектов.
На что бы я ни решился, будьте
уверены, что я вам скоро напишу.
Мне было бы приятно.
У меня не так много друзей,
чтобы я их перепутал
и забыл самого лучшего.
Прощайте, мистер Ногс.
Смайк, вы готовы?
Эй, там!
Нет, нет, нет, мисс Никльби.
Синий этому платью не подходит.
Думаю, зеленый
будет куда приятнее.
Да, сударыня.
- Здесь ли моя жизнь и душа?
- Нет.
Можно ли так говорить, если она
цветет прямо передо мной,
словно маленькая роза
в дьявольском цветочном горшке?
Можно ли ее крошке
войти и побеседовать?
Разумеется, нет.
Я занята. Уходи.
Почему она себя мучает
и кривит свое личико, превращая его
в очаровательного щелкунчика?
- О, я тебя не выношу!
- Не выносить меня?
Выдумки, выдумки!
Этого быть не может.
Нет женщины на свете, которая могла бы
сказать такую вещь мне в лицо
- в лицо мне!
Какая пагубная расточительность.
В какое положение ты меня поставил!
Любовь моя, ничего плохого
не случится.
Деньги будут получены, а если они
заставят ждать, старому Никльби
придется снова приковылять сюда.
- А не то ему вскроют вены на шее,
если он осмелится ...
- Миссис Манталини?
- А вы кто?
- Вот приказ о наложении ареста
на имущество.
Если вы не уплатите, мы сейчас же
обойдем весь дом и составим опись.
Приказ? О, я погибла.
Я убита! Уничтожена!
Разорена!
Мадам Манталини!
Сколько всего,
черт побери?
1527 фунтов 4 шиллинга 9 пенсов
и полпенни.
- К черту полпенни.
- Разумеется, если вам угодно,
а также и 9 пенсов.
Нам-то все равно, хотя бы и 1527 фунтов
отправились туда же,
- насколько нам известно.
- Нам наплевать. Мистер Том Тикс, эсквайр,
вы должны уведомить вашего
ангела-жену и любезное семейство,
что три ночи не будете
ночевать дома
и займетесь
своим делом здесь.
И зачем только леди
так терзается?
Вероятно, за добрую половину
того, что здесь есть, не уплачено,
а это должно послужить ей
таким утешением!
Усладительная чаша моего счастья,
Согласна ли ты слушать меня пару минут?
О, не говори со мной.
Ты меня погубил, и этого достаточно!
- Погубил?
- Погубил!
Мисс Никльби! Ради бога, скорее!
Он покончит с собой!
Я говорила с ним сурово,
и он этого не перенесет!
Альфред,
мой ненаглядный Альфред!
Помешали!
Я не то хотела сказать, не то!
Погубил! Неужели я довел до гибели
самое лучшее и чистое создание,
какое когда-либо благословляло
жизнь проклятого бродяги?
Проклятье! Пустите меня.
Я выбью свои проклятые мозги.
- Нет, Альфред!
- Нет, я приму яду!
- Принесите мне яду!
- Нет, Альфред!
- Пусть кто-нибудь из леди или
джентльменов пустит мне пулю в лоб.
- Никогда!
Успокойся, мой ангел.
Никто в этом не виноват.
Это столько же моя вина,
сколько и твоя.
Мы еще поживем хорошо.
Приди в себя, дорогой,
приди в себя.
Приди, приди в себя, Альфред.
- Приди в себя.
- Мадам Манталини.
- Что все это значит?
- Что значит, дитя?
Это значит, что мы банкроты.
- А моя работа?
- Прекращена.
Всё кончено.
Ты свинья!
Так, так, мальчики мои.
Искры, выбейте огонь
своими палашами!
Это потрясет весь зал.
Хорошо! Повторите-ка это.
Простите, сэр.
Далеко мы от Портсмута?
12 миль ещё.
- Дорога хорошая?
- Очень плохая.
Не хочу вас уговаривать,
но, будь я на вашем месте,
я бы не пошел.
- Что вы нам дадите на ужин?
- Вот что я вам скажу,
там джентльмен заказал к девяти часам
горячий мясной пудинг и картофель.
Приготовлено больше, чем он может
съесть, и если я попрошу, вы можете
поужинать вместе с ним.
Лучше не надо, я путешествую
пешком и весь в пыли.
Господь с вами! Ведь это только
мистер Крамльс.
- Уж он-то непривередлив.
- Непривередлив?
Только не он, сэр. Я знаю, ему
понравится ваша манера вести разговор.
Вы только здесь
подождите, сэр.
Он похож на Лондон,
этот город, Порт..?
Портсмут? Нет, Смайк,
он меньше.
Но это морской порт. Если ничего
не найдем, сможем наняться
на какое-нибудь судно.
Уверен, мы оба во многих отношениях
можем быть полезны.
Когда я был в школе, я не хуже любого
мог доить корову и ходить за лошадью.
Боюсь, что не много таких животных
держат на борту судна, Смайк.
Мистер Винсент Крамльс,
вот этот молодой джентльмен.
- Вы очень добры.
- Вот это картина!
Маленький его загнал. Если большой
не поразит его через три секунды,
ему конец!
- Настал твой конец.
- Вы так думаете, сэр?
Неудача.
Превосходно!
Вас будут не один раз вызывать на бис,
если вы, ребята, постараетесь.
Ну, а теперь отдышитесь
и переоденьтесь.
Что вы об этом скажете, сэр?
Очень хорошо, превосходно!
- Если бы они были больше под пару…
- Под пару?
- Ну, были бы приблизительно
одного роста.
- Одного роста?
Да ведь вся суть
поединка в том,
чтобы разница между ними
была один-два фута!
Как можете вы без надувательства
завоевать симпатию зрителей,
если малорослый
не сражается против верзилы?
Понимаю. Признаюсь,
мне это не пришло в голову.
Вы держите путь в Портсмут?
- Да.
- Хорошо.
Послезавтра я там
начинаю выступать.
Вы должны
заглянуть в театр.
Простите, пожалуйста, но какое
замечательное лицо у вашего друга.
Бедняга! Хотел бы я, чтобы оно было
немножко полнее и не такое измученное.
Полнее?! Вы бы его
навеки испортили!
Да ведь каков он есть, он был бы таким
актером на роли умирающих с голоду,
каких у нас в стране
еще не видывали.
Наденьте на него костюм аптекаря
в "Ромео и Джульетте",
положите чуть-чуть красной
краски на кончик носа,
и его непременно
встретят тремя овациями,
как только он просунет
голову в дверь
против суфлерской будки.
Вы на него смотрите
с профессиональной точки зрения.
Ну еще бы.
Скажите мне, сэр, для какой цели
вы направляетесь в Портсмут?
Мы с другом ищем работу.
Попытаемся устроиться на каком-нибудь
корабле. Во всяком случае,
там будет что есть и пить.
Да! Солонина и разбавленный ром,
гороховое пюре и сухари из мякины.
- Бывает и хуже, сэр.
- Да.
Или лучше.
Вам не приходило на ум никакой
другой профессии,
которой легко мог бы заняться молодой
человек с вашей наружностью
и при этом посмотреть мир
с большими удобствами?
- Нет.
- В таком случае, я вам назову одну.
- Сцена.
- Сцена?
Театральная профессия.
Я сам занимаюсь театральной профессией.
Моя жена занимается
театральной профессией.
Мои дети занимаются
театральной профессией.
У меня была собака, которая начала
щенком, жила и умерла на этом поприще.
Мой пони выступает
в "Тимуре Татарине".
Я вас выведу в люди, а также и вашего
друга. Скажите только слово
Мне нужна новинка.
- Ни разу в жизни я не играл на сцене.
- Ерунда!
Есть нечто от благородной комедии
в вашей походке и манерах,
нечто от юношеской трагедии
в вашем взгляде,
и нечто от животрепещущего
фарса в вашем смехе.
Вы можете быть нам полезны
в сотне вещей.
Подумайте, какие
великолепные афиши
на все лады может сочинять
человек с вашим образованием.
- С этим делом я, пожалуй,
могу справиться.
- Конечно.
А ещё вы могли бы написать
пьесу, когда она понадобится.
- О, нет.
- И в вашей первой пьесе для нас
вам придется как-нибудь ввести
настоящий насос и две лохани для стирки.
Я их купил на днях
по дешевке с торгов.
Это будет иметь
превосходный вид на афишах.
"Настоящий насос!
Великолепные лохани!
Замечательный аттракцион!"
Сколько можно получать за все это?
На это можно было бы жить?
Как принц.
С вашим и вашего друга жалованьем
и вашими писаньями
вы могли бы зарабатывать… Ух!
- Вы могли бы зарабатывать...
фунт в неделю!
- Вы шутите?
Нисколько. А если у нас будут
хорошие сборы, то почти вдвое больше.
- Сделка заключена?
- Заключена.
Ну?
Выглядит впечатляюще.
Как видите, наш репертуар
охватывает всю гамму...
человеческих переживаний.
Он тоже один из нас.
- Ослик?
- Он не в труппе.
- Но его мать выступала на сцене.
- Ах, вот как?
Свыше четырнадцати лет
она ела в цирке яблочный пирог,
стреляла из пистолета,
ложилась спать в ночном чепце,
короче говоря, вела весь водевиль.
А отец его был танцором.
- Он как-нибудь отличился?
- Не сказал бы.
Он был довольно
вульгарным пони.
Он был хорош в мелодраме,
но слишком груб, слишком груб.
Когда умерла мать,
он перешел на портвейн.
- На портвейн?
- Распивал портвейн с клоуном.
Но он был жаден.
Однажды вечером разгрыз
стеклянную чашу
и подавился.
Таким образом его вульгарность
в конце концов привела его к гибели.
Входите.
Гарри, я согласна. Я стала хищницей,
но всё ещё люблю вас.
Я втайне рыдала,
хотя долг повелевал мне молчать...
Неужели это театр? Я думал -
он весь сверкает огнями и роскошью.
Да, это верно,
но не днем, Смайк, не днем.
Мистер Джонсон!
Позвольте вас познакомить
с миссис Винсент Крамльс.
Рада вас видеть, сэр.
И еще более счастлива приветствовать
вас как многообещающего члена
нашей корпорации.
Благодарю вас, сударыня. Я...
А это второй?
Приветствую и вас, сэр.
Мне кажется, он подойдет,
моя дорогая?
Он великолепен.
Просто находка.
Они репетируют
"Дикаря-индейца и девушку".
- Браво! Браво!
- Браво!
Сэр, это дитя-феномен.
Мисс Нинетта Крамльс.
- Ваша дочь, сэр?
- Моя дочь.
Идол всех мест, какие
мы посещаем, сэр.
Меня это не удивляет, сэр.
Могу ли я спросить, сколько ей лет?
Ей десять лет, сэр.
- Не больше?
- Ни на один день.
Боже мой!
Это поразительно.
- Может быть, вы меня представите?
- Мистер Фолер, мистер Джонсон.
Познакомья с мистером
Смайком, милая.
Счастлив познакомиться
с вами, сэр.
- Новый коллега, сэр, как я понимаю?
- Недостойный этого звания.
Видали вы когда-нибудь
такую приманку?
Какую именно? О, вы имеете в виду
феноменального ребенка?
Обман, а не феномен, сэр.
Её заставляют поздно ложиться спать
и поят её джином с водой,
чтобы воспрепятствовать росту.
Любая приютская девочка с самыми
заурядными способностями
сыграла бы лучше, чем эта.
- А вы принимаете это близко к сердцу.
- Да, клянусь богом! Еще бы не принимать.
Мне известно, что в прошлом месяце
в Саутгемптоне явилось однажды
зрителей на 15 шиллингов 6 пенсов,
чтобы посмотреть, как я
исполняю шотландский танец.
А каковы были последствия?
С тех пор меня ни разу
не выпускали с этим танцем,
а дитя-феномен каждый вечер
сквозь букеты искусственных цветов
ухмылялось пяти взрослым
и одному младенцу в партере.
Этого достаточно,
чтобы стать раздражительным.
Ну, познакомьте же, Томми.
Мистер Джонсон, это мистер Ленвил,
наш первый трагик.
Когда старому кирпичу не приходит
в голову самому быть трагиком.
- Вам известно, сэр, кто это?
- Право же, нет.
Так мы называем Крамльса, у него
манера игры тяжеловесная и грузная.
Но мне шутить некогда,
у меня тут роль на 12 страницах,
в которой я должен выступить завтра.
Я чертовски быстро заучиваю -
это единственное утешение.
Простите, вы никогда
не играли в Кентербери?
- Никогда.
- Припоминаю, в Кентербери
я видела джентльмена
всего секунду, но так похожего на вас,
что была почти уверена, что вы - это он.
Я вас вижу впервые.
Вас я бы не мог забыть.
Вы мне очень льстите.
Теперь, когда я
смотрю на вас,
вижу, что у джентльмена в Кентербери
глаза были не такие, как у вас.
Я вам кажусь очень глупой, потому что
обращаю внимание на такие вещи.
О нет! Могу ли я не быть
польщенным вашим вниманием?
Ах, вы, мужчины,
такие тщеславные существа.
Лед, милая моя.
Это не тот.
Мисс Сневелличчи.
Она может исполнить
что угодно,
начиная с любого танца
и кончая леди Макбет.
Неужели?
Леди и джентльмены.
Мы репетируем "Смертельную борьбу"
завтра в 10. В процессии участвуют все.
Интрига и содержание
известны всем,
стало быть, нам нужна
только одна репетиция.
- Одна репетиция.
- Все к десяти, пожалуйста.
Все к десяти.
В понедельник утром мы будем
читать новую пьесу.
Название ещё не известно.
Мистер Джонсон напишет.
Но у каждого будет
хорошая роль.
- Как? Я…
- В понедельник утром. Вот и все.
Мистер Крамльс, вряд ли я могу
приготовиться к понедельнику.
- Вздор.
- Написать целую пьесу за несколько дней?
- Моя фантазия не приучена
к таким требованиям.
- Фантазия?
Черт побери, да какое она имеет
к этому отношение?
- Большое, дорогой мой сэр.
- Ровно никакого, дорогой мой сэр.
Вы французский язык знаете?
- Да.
- Очень хорошо.
Просто переведите это на английский
и поставьте свою фамилию
на титульном листе.
И не забудьте ввести насос и лохани,
как я вам говорил.
Как вы полагаете
устроиться с жильем?
- Я ещё не думал об этом.
- Тогда вы должны пообедать с нами.
Мои мальчики пойдут с вами и покажут
подходящее помещение. Идем, дорогая.
У нас только баранья лопатка
с луковым соусом.
Но каков бы ни был наш обед,
мы просим вас откушать с нами.
Вы очень добры, Смайк и я
воздадим ему должное.
Любят в Портсмуте театр?
Нет. Отнюдь нет.
В прошлом году, в бенефис феномена,
когда она появилась
в "Волшебном дикобразе"
во вновь созданной ею роли,
билетов продали не больше,
чем на 4 фунта 12 шиллингов.
Да из них - на два фунта
в кредит, папаша.
Да из них - на два фунта....
в кредит, папаша.
Самой миссис Крамльс случалось
играть перед горсточкой зрителей.
Но они всегда живо
откликаются, Винсент.
Да.
- Вы даете уроки, сударыня?
- Даю.
Я обучала дочь поставщика
судового провианта,
но потом обнаружилось, что она была
не в себе, когда впервые пришла ко мне.
В высшей степени странно, что она
пришла при таких обстоятельствах.
Вот как.
Винсент, который час?
Обеденный час пробил
пять минут назад.
Пусть подают баранину
и луковый соус.
- Вам конец, сэр!
- Получите!
Ах ты, барбос!
Эй! Хо! Дома?
- Джентльмены, прошу вас.
- Ха!
- Джентльмены, я пробую писать.
- Ха, ха!
Неудача, сэр!
Бежать некуда.
Получи, свинья!
Джентльмены, умоляю.
Будьте добры, положите свои трости.
С радостью,
разумеется.
Удивительно уютная
маленькая ложа.
Чертовски уютная.
Для человека хоть немного
привередливого она была бы
чуточку слишком уютной.
Здесь вполне достаточно
места для холостяка.
Кстати, это мне напомнило,
зачем мы здесь.
Моя жена, мистер Джонсон… надеюсь,
она получит хорошую роль
в этой вашей пьесе?
Думаю, она будет
весьма довольна.
А для меня что вы думаете
сделать, старина?
Что-нибудь такое грубое
и ворчливое?
Ну, вы выгоняете из дому
жену с ребенком
и в припадке бешенства и ревности
закалываете в кабинете старшего сына.
Да неужели!
Вот это здорово.
Затем вас терзают угрызения совести,
и тогда вы решаете покончить с собой.
Но как раз, когда вы приставляете
пистолет к голове, часы бьют 10.
- Понимаю! Очень хорошо.
- Вы замираете.
Вы еще в младенчестве слышали,
как часы били 10. Вы обессилены.
Вы разражаетесь рыданиями
и становитесь добродетельным
и примерным человеком.
Превосходно!
Эта картина выигрышная.
А для меня есть
что-нибудь хорошее?
Ну, вы играете роль верного
и преданного слуги.
Вас выгоняют из дому вместе
с вашей хозяйкой и ее ребенком.
Да что ж я вечно в паре с этим
проклятым феноменом?
Мне нужен
какой-нибудь танец.
- Танец?
- Нет ничего легче.
- Я просто не знаю, как это сделать.
- У, черт подери.
Разве не ясно,
как это сделать?
У вас налицо несчастная леди,
маленький ребенок
и слуга в убогом жилище.
Леди говорит слуге: ''О, Пьер''
- Да.
- По-французски.
"О Пьер! Как бы я хотела избавиться
от этих мучительных мыслей!"
"Постарайтесь, сударыня,
приободритесь, отвлекитесь".
"Я постараюсь. Вы помните
тот танец, верный мой друг,
который в дни более счастливые
вы исполняли с этим милым ангелом?
О, дайте мне увидеть его
еще раз, пока я жива!"
"Пока я жива" -
сигнал оркестру.
- И...
- Мы в пляс.
*У великого старого герцога Йоркского
было десять тысяч солдат.*
*Он повёл их строем на вершину холма,
а потом повел их назад.*
Благодарю, милорд. Я дам вам ссуду
не позднее этого вечера,
если только вы соблаговолите
поставить свою подпись.
Никльби, какое прелестное
создание ваша племянница.
Моя племянница?
Возможно. Я себе не забиваю
головы такими вещами.
Знаете, она чертовски хорошенькая
девушка. Полно, не отрицайте.
Да, ее как будто
считают хорошенькой,
а я знаю, что вы -
знаток в таких вещах.
Ваш вкус, милорд,
всегда бесспорно хорош.
Я хочу знать, где она живет,
чтобы еще раз глянуть на нее.
- В самом деле, милорд?
- Не говорите так громко.
Я не хочу,
чтобы Хоук слышал.
- Вы знаете, что он ваш соперник?
- Всегда так, черт его побери.
А сейчас я хочу его обскакать.
Одно только слово, Никльби:
где она живет?
Я должен подумать,
прежде чем ответить.
Думать? О чем там думать?
Мою племянницу воспитывали
добродетельной и порядочной девушкой.
Она бедная,
беззащитная.
Да я только увидеть ее хочу! Можно же
смотреть на хорошенькую женщину,
не причиняя ей вреда.
Вы, знаете ли, заработали на мне
состояние, Никльби.
Клянусь душой, никто не затащит меня
к кому-нибудь другому, если вы
только ответите мне.
Конечно, я очень хочу
оказать вам услугу.
Так скажите мне, ну.
Услуга за услугу.
Ну, в таком случае, раз я уверен,
что никакого вреда от этого не будет...
- Извините, мистер Ноггс...
- Миссис Никльби.
Я получила письмо с пометкой "срочно",
адресованное моему деверю.
- Подумала, что лучше принести его.
- Благодарю, миссис Никльби.
Его послали на ваш адрес
по ошибке.
- Миссис Никльби?
- Сэр?
Ногс!
Мать того очаровательного создания,
которое я встретил в этом доме,
когда последний раз здесь обедал?
Нет, быть того не может! Это те же черты
лица, то же неописуемое выражение…
Но нет! Эта леди
слишком моложава.
- Ногс.
- У нее письмо.
Мне кажется, вы можете сказать
этому джентльмену, деверь,
если ему интересно знать,
что Кэт Никльби - моя дочь.
- Ее дочь, милорд.
- Лорд! Ну, никогда бы я не подумала!
Итак, это та самая леди, чьему удачному
замужеству мы обязаны таким счастьем.
Никльби, представьте нас.
Миссис Никльби, могу я представить
лорда Фредерика Верисофта?
- Как поживаете?
- И сэра Мальбери Хоука.
Ваш преданный
слуга, сударыня.
Как поживает мисс Никльби?
Надеюсь, хорошо.
Очень вам признательна, милорд,
она совсем здорова.
Несколько дней ей нездоровилось,
после того как она здесь обедала.
Я склонна думать, что она схватила
простуду в наемном кэбе по дороге домой.
Лучше всего ходить пешком.
Как-то я полтора месяца ходила
с распухшим лицом, проехавшись
в наемном кэбе.
Или то была двухместная карета?
Во всяком случае, у нее был
очень длинный номер,
начинавшийся с 0
и кончавшийся 9.
- Нет, начинавшимся с 9 и...
- Это письмо для меня, сударыня?
Что? Ах, да, деверь. Я всю дорогу шла
пешком, чтобы передать его вам.
Всю дорогу?
Как дьявольски далеко.
Какое это, на ваш взгляд,
расстояние?
- О, не меньше мили.
- Уверен, меньше.
Несомненно, миля.
Пройти всю Ньюгет-стрит, весь Чипсайд,
всю Ломберд-стрит,
по Грейсчерч-стрит,
и по Темз-стрит
до самой верфи Спигуифин.
- О, это не меньше мили.
- Верфь Спигуифин.
Да, пожалуй, миля будет. Но вы же
не пойдете обратно пешком?
О нет! Обратно
я поеду в омнибусе.
Я не ездила в омнибусах, когда был
жив мой бедный дорогой муж, но...
Уверен, лорд Фредерик
отвезет вас домой в своей карете.
А? О, конечно.
Отличная идея.
- В карете? Ах, я... я не могла...
- Но вы должны. Я настаиваю.
Правда, Никльби?
А я буду рад быть для миссис
Никльби дополнительной защитой.
- Ах, но...
- Позвольте, сударыня.
Я даже не знаю, что сказать.
Это так любезно.
- До свиданья, Никльби.
- Послушайте...
Черт возьми, Хоук,
это моя карета.
Слышите! Хоук!
Ну, пойдемте...
Не направь я их сегодня на след, глупая
женщина все равно бы это сделала.
Продать девушку…
Матери-свахи проделывают
то же самое каждый день.
На такую жертву
она должна пойти.
Как странно со стороны Кэт
ни слова не сказать родной матери
о знакомстве с двумя такими
любезными джентльменами.
А потом этот досадный случай
с мадам Манталини,
пропечатанной
в списке банкротов.
Но теперь, уверена, моей дорогой Кэт
будет много лучше у миссис Уититерли.
Миссис Уититерли?
Моя дочь в настоящее время занимает
место компаньонки у этой леди.
- Вы её знаете?
- Имел честь. Очаровательная особа.
Я рада слышать это
от вас.
Это гораздо более благородное занятие,
чем быть модисткой, вы согласны?
Несравнимо благороднее.
Милорд, думаю, мы злоупотребляем
добротой этой леди.
- Но ведь скоро придет мисс Никльби.
- С минуты на минуту.
Увы, лорд Фредерик, у меня дела
кое-где в другом месте.
- Сударыня.
- Боже мой,
Кэт расстроится, я знаю.
Вы должны зайти ещё.
- Милорд.
- Миссис Никльби.
- и так часто, как угодно.
- Очень благодарны.
Ах, Боже мой. Какой день.
Черт бы вас побрал, Хоук.
Послушайте.
Если бы не вы, мы могли бы оставаться
сколько угодно и увидеть девицу.
Терпение, милорд, мы знаем,
где она служит.
Что ещё важнее,
нас там знают.
Нас пригласили посещать этот дом,
когда и как нам заблагорассудится,
и оставаться здесь столько,
сколько нам угодно.
Разве этого не достаточно
для одного дня?
- Думаю, что так.
- Я знаю, что так.
Все равно, Хоук, я...
- Не спешите, не спешите.
- Пустите меня.
Как вы смеете вот так
приставать ко мне! Дайте пройти.
Почему вы все еще
притворяетесь недовольной?
Сэр, предупреждаю,
у меня есть брат.
Когда-нибудь вы за это
ему ответите.
Вы хорошеете, когда сердитесь,
мисс Никльби.
- Уверен, его лордство со мной согласен.
- Хоук, вы заходите слишком далеко.
- Это неприлично.
- Да? Вы так думаете?
Тогда ладно.
Спешки никакой нет.
Хоук, я протестую.
Вы оскорбили мисс Никльби.
- Да, ради вас.
- Ради меня?
Чем ещё можно заслужить
благосклонность девушки,
как не бросившись на её защиту?
- Что вы и сделали.
- Да?
- Клянусь Юпитером, так и есть.
- Предоставьте это дело мне.
Что мне эта девица,
не будь я вашим другом?
Для каждого стал бы
я так трудиться?
- Вы чертовски славный малый, Хоук.
- И я поступил правильно, не так ли?
- Да, да, как подобает другу.
- В таком случае, я удовлетворен.
А теперь пойдем и отомстим
немецкому барону
и французу, которые так здорово
обставили вас вчера.
Ну-с, моя дорогая.
В чем дело?
Дело, сэр, такого свойства,
что вам придется гореть от стыда.
Мне нанесли тяжелую обиду,
мои чувства оскорблены,
ранены смертельно
вашими друзьями
Друзьями! Милая моя,
у меня нет друзей.
Значит, людьми,
которых я встретила здесь.
Если они вам не друзья
и вы знали, что они за люди,
о, тем стыднее вам, дядя,
что вы ввели меня в их среду.
Это величайшая
подлость и жестокость!
Я вижу, и в вас есть кровь
этого мальчишки.
Надеюсь, так! Я этим горжусь. Дольше
я не хочу переносить эти оскорбления.
Какие оскорбления?
Они узнали, где я живу
и снова стали меня преследовать.
Я больше не могу
и не стану этого терпеть.
- Вы должны помочь мне, дядя.
- Чем же я могу помочь?
Вы имеете влияние. Одно ваше слово -
и они оставят меня в покое.
Нет, нет.
- Нет, не могу.
- Не можете?
Мы связаны делами.
Я не могу нанести им оскорбление.
Даже если бы я и поговорил с ними,
это может не дать нужного эффекта.
У нас у всех бывают
свои испытания, милая.
И это одно из ваших,
если это вообще испытание.
Иные девушки гордились бы,
видя у своих ног таких поклонников.
Поклонников?
Если этот молодой лорд
ходит за вами по пятам
и нашептывает вам на ухо
бессмысленный вздор, что за беда?
Долго это не продлится.
Появится что-нибудь новенькое,
и вы будете свободны.
- А пока…
- А пока,
Я должна быть позором для моего пола
и игрушкой для другого.
Простите, дядя. Следовало подумать,
прежде чем просить вас о помощи.
Старик всё объяснит.
Я вас прощаю,
но не хочу проклинать его.
- Благослови вас Бог.
- О, пожалейте меня!
Я жалею, жалею вас,
а вы меня?
Смотрите,
кто здесь у нас.
- Мой муж!
- О, папа!
- Благословляю тебя, Мэри.
- Молчи. Ты истекаешь кровью.
Гарри, вот завещание
вашей матушки.
Она оставила обстановку домика,
лодку, и всё мне для женитьбы на Мэри.
Читай, Гарри. Читай.
Это её голос из могилы.
- Бедная старая матушка.
- Бедная старая матушка.
Ты её прощаешь, Гарри?
Прощаешь Мэри?
- Да, да.
- Тогда я счастлив.
Я умираю.
Гарри, Мэри...
- Он умер.
- Ах!
Мэри!
Превосходно, превосходно!
Явная удача!
- Вы так думаете, сэр?
- Никаких сомнений. Без вопросов.
Мой дорогой Джонсон, вы делаете
честь моему хорошему вкусу.
Вы играете все лучше
не по дням, а по часам.
Спасибо, сэр.
Мы достигли сегодня
больших высот, Джонсон,
и достигнем ещё больших.
- У меня есть еще одна новинка.
- Быть может, мальчик-феномен?
Есть только один феномен, сэр,
и это - девочка.
Совершенно верно. Простите, сэр.
Тогда я не знаю, что это может быть.
Что бы вы сказали по поводу
молодой леди из Лондона?
Что бы вы сказали по поводу
такой непревзойденной приманки,
как мисс Питоукер
из Королевского театра Друри-Лейн?
Я бы сказал, что знаю эту леди.
Стало быть, вы знакомы
с самым большим талантом,
каким когда-либо была
наделена молодая особа.
Её декламация "Кровопийцы"
умрет с этой девушкой.
Она - единственная из всех сильфид, которая может, стоя на одной ноге,
бить бубном о колено другой
подобно сильфиде.
- Когда же она приезжает?
- Она уже здесь.
Она была на представлении.
Миссис Крамльс обучила ее
почти всему, что та знает.
Первой "кровопийцей", в сущности,
была миссис Крамльс.
- Но она принуждена была
отказаться от этого.
- Ей пришлось не по нраву?
Не столько ей, сколько публике.
Никто не мог выдержать.
Это было слишком
потрясающе.
А! Вот и мисс Питоукер.
- Мисс Питоукер, дорогая леди.
- Мистер Крамльс.
Иди, моя дорогая,
здесь мисс Питоукер.
Дорогое дитя. Как это мило -
видеть вас.
- Боже мой. Мистер Лиливик?
- Как? Это мистер Джонсон!
Как вы сюда попали?
Приехал сегодня утром, сэр,
с мисс Питоукер.
- Разве она не восхитительна?
- Восхитительна?
Я говорю, восхитительна!
Ошеломляюща, волшебна,
потрясающа!
- Разрешите сказать вам
два слова конфиденциально?
- Да, конечно.
Холостяк -
жалкое существо, сэр.
- Что вы?
- Да.
Я живу на свете уже шестьдесят лет,
и я должен знать, что это такое.
Главный довод против
женитьбы - расходы.
Вот что меня удерживало, а иначе
я мог бы иметь пятьдесят женщин.
- Красивых женщин, сэр?
- Красивых женщин, сэр.
Но не таких красивых, как
талантливая Генриетта Питоукер.
Она - явление необычное.
Теперь предположим, сэр,
что человек может получить богатство
не в виде приданого, но в самой жене!
- В таком случае это счастливчик.
- То же самое и я говорю.
Генриетта Питоукер, в себе самой
заключает богатство, и я намерен…
- Сделать ее миссис Лиливик.
- О, нет, сэр.
Актрисы, сэр, всегда сохраняют свою
девичью фамилию, таково правило,
но я намерен жениться
на ней послезавтра.
- Поздравляю вас, сэр.
- Разумеется, я буду получать
за нее жалованье,
и вообще надеюсь, что содержать
двоих почти так же дешево, как одного.
Но зачем же вы приехали сюда,
если собираетесь вступить в брак?
Дело в том...
...что мы сочли наилучшим
сохранить это в тайне от семейства.
- От семейства?
- От Кенуигсов.
Они хотят вступить во владение
моим маленьким имуществом.
Услышь они, что я хочу жениться,
они собрали бы комиссию, чтобы
признать меня сумасшедшим.
- Лилли, дорогой мой!
- Мой ангел.
Ну, скоро увидимся,
мистер Джонсон.
Скоро. А теперь, ангел мой,
пойдемте...
Вот это доставили
ко входу в театр.
Это из Лондона.
Это от мистера Ногса.
Надеюсь, это
не плохие новости?
Здесь сказано, что мама и Кэт
обе в добром здоровье,
но возможно, скоро
Кэт потребуется моя защита.
Она в опасности?
Да, должно быть.
Кэт в опасности.



Серия 4

Постарайтесь
не волноваться.
Ваш друг не сказал, что
ваша сестра в опасности.
Он просил вас не тревожиться.
Да.
Он собирается написать мне ещё
через пару дней.
Все равно, Смайк, я хочу знать,
почему Кэт может нуждаться в помощи.
Возможно, мне следует
поехать туда сейчас же.
Разве в случае необходимости мистер
Ногс не написал бы об этом сразу?
Да, конечно, написал бы.
Как бы там ни было, кажется, моя
карьера в театре подходит к концу.
- Ваша сестра похожа на вас?
- Так говорят.
Только гораздо красивее.
- Я её когда-нибудь увижу?
- Ну, конечно.
Когда-нибудь, когда мы разбогатеем,
мы все будем вместе.
Как же так, у вас, такого доброго ко мне,
нет никого, кто был бы добр к вам?
Ну, это длинная история, Смайк.
Видите, у меня есть враг.
Но нет причин, почему он
должен причинить зло Кэт.
- Враг?
- Да.
Он богат, его не так легко наказать, как
вашего старого врага мистера Сквирса.
Он мой дядя. Но от этого
он не менее злобен.
- Как его зовут?
- Ральф.
- Ральф Никльби.
- Ральф Никльби.
Ральф Никльби.
Я выучу это имя наизусть.
Ральф Никльби.
Ральф Никльби
Войдите.
- Мистер Фолер.
- Я пришел к вам с поручением, сэр.
- Да?
- Будьте добры прочесть это, сэр.
''Мистер Ленвил свидетельствует свое
глубокое уважение мистеру Джонсону
и приглашает его встретиться
в театре завтра утром
с тою целью, чтобы дернуть
его за нос в присутствии труппы.''
- Вам известно содержание
этой записки, сэр?
- Да, сэр.
- Должен ли я счесть, что это
написано в шутку?
- Нет. Совсем серьезно, клянусь честью.
А почему мистер Ленвил хочет
дернуть меня за нос?
С тех пор как вы сюда приехали,
Ленвилу ни разу не устривали приема.
Чего?
О, боги!
Какой же вы наивный пастушок.
Аплодисменты публики
при первом выходе.
Каждый вечер вам рукоплескали
по крайней мере два раза,
а он выходил, не получая
ни одного хлопка.
И поэтому...
Он решил вернуть свою популярность,
дернув вас за нос
и чтобы все об этом узнали.
Я бы не удивился, если бы это
попало в газеты.
Мистер Ленвил, умоляю, подумайте
о малютке Ленвиле, который
скоро появится.
Я буду непреклонен.
Уведите миссис Ленвил.
Моя дорогая, мы не можем
ждать целый день.
- У нас репетиция.
- Вот именно.
Доброе утро.
Раб!
А, вы здесь.
Предмет моей злобы и ненависти.
Я питаю презрение к вам.
Отлично сыграно.
Они вас не защитят.
Они вас не защитят, мальчишка!
Давайте, Ленвил,
если вы не намерены это делать, то так
и скажите и не заставляйте нас ждать.
Миг настал.
Браво! Браво!
Вы это видите, чудовище?
Полно! Принесите извинения за дерзкую
записку, которую вы мне прислали.
- Никогда!
- Извинись, извинись! Ради меня, Ленвил.
откажись от всех условностей, иначе
увидишь меня бездыханным трупом
у своих ног.
- Это трогательно.
(Крамльс: превосходно)
Узы природы сильны.
Слабый супруг и отец -
будущий отец - смягчается.
- Я приношу извинения.
- Смиренно и покорно?
Смиренно и покорно.
Но только чтобы спасти ее,
ибо настанет день…
- Прекрасно.
- Браво! Браво!
Великолепно!
Думаю, диалог под столом
был превосходен.
Кажется, моя карьера у вас
будет закончена.
- Закончена?
- Он сказал - закончена?
- Конечно, нет...
- Я получил новости из Лондона.
Может быть, мне придется
вернуться туда уже к концу недели.
Тише, птички мои.
Если это вопрос жалованья...
Нет, уверяю вас.
- Ну, вам лучше знать.
- О, Винсент!
Ну, ну, дорогая. Если мистер Джонсон
от нас и уходит, мы должны улыбаться...
...и извлечь из него
наибольшую выгоду.
Сегодня у нас среда.
Мы развесим афиши,
объявляющие категорически
о последнем выступлении завтра.
Мистер Крамльс, может, я ещё буду
здесь в пятницу, или даже в субботу.
Тем лучше!
Последнее выступление в четверг,
ангажемент ещё
на один вечер в пятницу,
и в субботу мы
уступим желанию
многочисленных влиятельных патронов,
которым не удалось достать места.
Это должно дать
три весьма приличных сбора.
Значит, у меня будет
три последних выступления?
- Именно.
- Именно.
Что-нибудь новенькое
было бы очень желательно.
Вы не могли бы спеть комическую
песенку верхом на пони?
Нет. Жаль.
Что вы скажете по поводу
ослепительного фейерверка?
- Это обошлось бы довольно дорого.
- Хватило бы 18 пенсов.
Вы... на возвышении
в две ступени
вместе с феноменом.
- О, только не она снова.
- "Счастливого пути"...
- "Счастливого пути"...
- Превосходно.
...сзади на транспаранте,
9 человек вдоль кулис с петардами
в обеих руках - все взрываются сразу.
Это повергнет в трепет!
Я... Я займусь приготовлениями...
Ах! ...прямо сейчас.
Мистер Джонсон, что же это?
Вы нас покидаете?
- Приходится.
- О, какая трагедия.
А я надеялась пригласить вас
на ужин познакомиться с папой,
который только сегодня
приехал из Лондона.
Конечно, я был бы польщен.
- У меня в запасе ещё несколько дней.
- О, мистер Джонсон.
Правда?
Вы никогда не видели моего
друга Главормелли, сэр?
Значит, вы никогда еще не видели
настоящей игры. Будь он жив…
- Так он умер, сэр?
- Умер.
Но не лежит в Вестминстерском
аббатстве, и это позор.
Он ушел в те края, откуда
ни один путник не возвращается.
Надеюсь, там его оценят.
Мистер Лиливик,
как поживаете?
Очень хорошо, сэр.
Нет ничего лучше супружеской жизни,
можете быть уверены.
Посмотрите на нее.
Ну, не очаровательно ли это?
Да, сэр, вы счастливец.
А вы и в самом деле
так думаете?
Ну, быть может, и так.
Я хочу предложить тост.
Тост за дам. Да благословит бог
их сердечки!
- За дам.
- О, папа!
Я их люблю,
я их всех люблю.
- Не всех
- Всех!
Не всех, это включило бы
и замужних леди.
Их я тоже люблю, сэр.
- Ну надо же!
- За добро платят добром.
Я их люблю,
и они меня любят!
О, мистер Сневелличчи.
Мистер Лиливик, с ума вы, что ли,
сошли, сэр?
Папа!
Генриетта! Вот целомудрие
в сочетании с изяществом,
чьи чувства были
возмущены, оскорблены!
Боже, что за чепуху
он болтает!
Чепуху? Разве я не видел,
как он под... под..?
И что? Или вы думаете,
что никто не должен смотреть на меня?
Нечего сказать, приятно быть
замужем, если таков закон.
- Вы были не против?
- Против?
Вы должны на коленях
просить у всех прощенья.
- Прощенья?
- Да, и прежде всего у меня.
Или, по-вашему, не мне лучше судить,
что прилично и что неприлично?
Бедный мистер Сневелличчи.
Это от мистера Ногса.
Прошу извинить. Я должен
уехать в Лондон немедленно.
Эти мавры переменчивы
в своих желаниях.
Наполни
кошелек деньгами.
Ей необходима перемена, необходима.
Поэтому - набей деньгами кошелек.
- Мистер Крамльс!
- А! Кто здесь?
- Мистер Джонсон.
- Я пришел попрощаться, мистер Крамльс.
Смайк и я уедем в Лондон
с ночной каретой.
Как? Но ведь только
пятница. Афиши!
Ничего не могу поделать. Возместите
убытки тем, что я заработал за неделю.
А если это не окупит расходов,
говорите сразу, сколько нужно.
Будем считать,
что мы квиты.
Но не можете ли вы остаться
еще на один последний вечер?
Ни на час, ни на минуту.
Не подождете ли вы, чтобы сказать
словечко миссис Крамльс?
Я не мог бы ждать, даже если бы это
продлило мне жизнь на 20 лет.
Сэр, примите мою сердечную
благодарность.
Прощайте.
Смайк.
Прощайте.
Боже мой, боже мой.
Если бы он
и дальше так играл,
какие бы деньги
он выколачивал!
Но он не понимает,
что ему выгодно.
Молодые люди безрассудны,
очень безрассудны.
- Выглядит дороговато, Смайк.
- Да, дороговато.
Но все же стакан вина с бисквитом
- не бог весть какой пир.
Будет неучтивым
прибыть к мистеру Ногсу
с желанием
выпить и поесть.
Признаюсь, Смайк, хорошо
опять вернуться в Лондон.
- Я увижу вашу сестру?
- Да, я надеюсь, мой друг.
Но сначала мы должны узнать,
почему мистер Ногс считает,
что ей нужна моя защита.
- ...за Кэт Никльби...
- Может, мистер Ногс думает...
Что-то случилось?
Могу поклясться, что я...
Нет, я, наверное,
ошибся. Ничего.
Что...?
- Шшш!
- Мать девицы? А что она?
Мы можем увезти её
прекрасную дочь
без слова протеста -
она ещё и поможет.
Побудь здесь, Смайк.
Что бы мисс Никльби
сказала на это?
Она бы притворялась,
что её добродетель оскорблена,
хотя на самом деле была бы
польщена происходящим.
- Позвольте сказать вам два слова, сэр.
- Мне, сэр?
Таинственный незнакомец,
клянусь честью.
Согласны вы удалиться со мной
на несколько минут, сэр?
Нет. Либо изложите, какое у вас дело,
либо отойдите от стола.
- Вот. Какое у меня дело - догадаетесь.
- Кто это?
- Ваша фамилия, сэр?
- Я вам не скажу.
- Никльби?
- Никльби, Пайк.
Я брат молодой леди, которая
послужила предметом разговора.
Я заявляю, что этот
человек лгун и трус.
Если есть в этой
компании джентльмен,
он мне сообщит фамилию
и адрес этого человека.
Мне нечего сказать мальчишке
с таким положением, как у него.
А его хорошенькая сестра избавит его
от проломленной головы,
хотя бы он болтал до полуночи.
Я узнаю, кто вы! Я буду идти следом,
хотя бы вы до утра бродили по улицам.
Бродил?
Ну, сэр. Если вы вздумали преследовать
меня пешком, то вам придется бежать.
Джентльмены,
становится поздно.
Несомненно,
встретимся завтра.
Я узнаю ваше имя!
Кто-нибудь скажет мне?
- Доброй ночи.
- Скажете вы мне свое имя?
- Нет.
- Я вас ещё раз спрашиваю.
Будете вы держать ответ
за ваше поведение?
Перед достойным противником - да.
Перед вами - нет!
Прочь с дороги, щенок.
Уильям, пускай.
Вы не уедете, пока я
не узнаю ваше имя.
- Разожмите руку.
- Я хочу знать ваше имя!
Так вот ответ.
Эй, вы! Вы там!
Вернитесь!
Как вы дьявольски долго
заставляете меня звонить
в этот проклятый старый, надтреснутый
чайник, именуемый колокольчиком,
звяканье которого может довести
до конвульсий здоровенного мужчину.
Я всего один раз
слышал колокольчик.
Значит, вы чрезвычайно и возмутительно
глухи, глухи, как проклятый столб.
Вы бы лучше сказали,
по какому вы делу.
Дело такое - нужно расплавить
несколько клочков грязной бумаги
в ослепительном, сверкающем,
звякающем, звенящем, дьявольском
соусе из монет.
Никльби!
А? О, это вы?
Клянусь, никогда в жизни вы не бывали
еще в таком прекрасном виде.
У вас прямо таки румянец
на вашей проклятой физиономии.
Ногс
Мы здесь одни.
Что вам от меня нужно?
Великолепно, да.
Что мне нужно?
Учесть проклятые векселя.
- С деньгами туго.
- Дьявольски туго, иначе они
не были бы мне нужны.
Времена настали плохие. В данный
момент я не хочу заниматься делами.
Но раз вы - друг...
- Сколько у вас тут векселей?
- Два.
- На какую сумму?
- Какая то мелочь… 75.
- А сроки платежа?
- 2 месяца и 4.
Я их учту для вас.
За 25 фунтов.
- Черт подери.
- Да ведь вам остается 50.
- Сколько бы вы хотели?
- Вы дьявольски прижимисты, Никльби.
- Не можете ли вы найти для меня...?
- Нет, не могу.
Берете деньги сейчас?..
...наличными, никаких отсрочек,
никаких походов в Сити ?
Ну, сделка заключена
или нет?
- Ну?
- Ну, я не знаю, черт побери.
- Это не совсем то...
- Мой муж здесь?
Идет. Я согласен,
черт побери.
- О, ты здесь.
- Да.
Жизнь моя и душа, я здесь.
На земле Тома Тидлера, подбираю
проклятое золото и серебро
- Мне стыдно за тебя.
- Стыдно? За меня, моя радость?
Она знает, что говорит дьявольски
очаровательно, но ужасно сочиняет.
Она знает, что ей не стыдно
за ее милого котика.
Мне стыдно, и я хочу
сообщить мистеру Никльби
о тех мерах, какие я намерена
применить к тебе.
Не сообщайте мне ничего.
Улаживайте это между собой.
Но я должна просить вас
послушать предупреждение ему о том,
что я твердо намерена сделать.
- Твердо намерена, сэр.
- Неужели она будет называть меня "сэр"!
- Его мотовство не знает никаких границ.
- Никогда бы этого не подумал.
Сегодня утром он взял
из моего стола ценные бумаги.
Я подумала, что он пойдет прямо сюда,
чтобы обратитьт их в деньги.
Вижу, что я не ошибалась.
Я приняла решение
перевести его на пенсию.
Что сделать,
мой ананасовый сок?
Назначить ему
определенную сумму.
С этого дня, если он будет иметь 120
фунтов в год на костюмы
и мелкие расходы,
он может почитать себя
очень счастливым человеком.
Сто... Проклятье!
Но... Нет...
Это дьявольски страшный сон!
Это не наяву! Нет!
Очень разумное соглашение, если он
будет соблюдать его, сударыня.
Все это вы сами навлекли
на себя, Альфред.
Я негодяй! Я разменяю соверен
на полупенни, набью ими карманы
и утоплюсь в Темзе.
- Альфред.
- Она будет прелестной вдовой.
- А я буду трупом.
- Альфред.
Несколько красивых женщин будут
рыдать, она будет смеяться.
Альфред, жестокое,
жестокое создание.
Она называет
меня жестоким.
Меня, который ради нее готов стать
проклятым, сырым, мокрым,
отвратительным трупом.
Спроси мистера Никльби,
приличную ли я назвала сумму.
Не хочу я никакой суммы! Мне
не понадобится никакая чертова пенсия.
- Я стану трупом!
- Нет, Альфред, нет!
- Могу ли я жить без доверия?
- Мы поговорим о пенсии.
Мы же ещё не совсем
это решили.
Хорошо, я буду
справедлив.
Пока это не решено,
я не стану трупом.
Видите, Никльби,
как она оплетает меня своими чарами?
Как чистая и ангельская
гремучая змея!
Что за дьявольски очаровательная
поработительница.
Мой маленький гранат.
Альфред, если тебе больше нечего
сказать мистеру Никльби,
мы распрощаемся с ним.
Сейчас, радость
моего сердца.
Уверен, у Никльби
есть другие дела.
Да, есть!
Особенно после этой чертовской истории
с вашим другом сэром Мальбери.
Что вы имеете в виду?
Неужели вы не знаете,
черт побери?
Знаю, что вчера вечером он выпал из
кабриолета, и жизнь его в опасности.
- Это было в газетах.
- Значит, вы не знаете, как было дело?
Мне дела нет,
как это было.
Это было дьявольское, неистовое,
человекоубийственное нападение,
совершенное вашим племянником.
- Что?
- Черт возьми, Никльби.
- Вы такой же тигр, как и он.
- Мой племянник? Рассказывайте.
Говорят, ваш племянник встретил сэра
Мальбери в чертовой кофейне,
- Альфред!
- Ну?
последовал за ним до его кэба,
поклялся, что поедет с ним домой,
последнее, что он сделал, -
разбил ему физиономию,
- вышвырнул из кэба сэра Мальбери
и самого себя...
- И разбился насмерть? Он умер?
Нет, совсем нет. Ушел он вполне
спокойно и такой довольный, как...
- Альфред!
- Проклятье.
Этот мальчишка
как заговоренный.
Не могу поверить. Подумать только,
что сэр Мальбери Хоук оказался
таким отъявленным негодяем,
как ты говоришь.
Вам не придется верить мне на слово,
мама. Кэт все подтвердит.
А я-то каждый день поздравляла себя
с тем, что он поклонник твоей сестры.
О, Боже мой, это может
каждого убить!
- Твой дядя познакомил его с Кэт.
- Мне это рассказали.
Спроси дядю, каковы
были его намерения.
Нет, мама, с этим человеком я не буду
больше говорить, и ни одного часа вы
не должны быть ему обязанной.
- Даже ради приюта, такого бедного.
- Совершенно верно! Он чудовище.
И потолок я побелила
за 18 пенсов,
а это чрезвычайно неприятно. Подумать
только! Эти деньги пошли в его карман.
Но куда... куда
мы направимся?
На нашу старую квартиру
у мисс Ла-Криви.
Смайк, входите.
Вам удалось найти карету?
- Я...
- Карету, Смайк?
Она... Она ждет за дверью.
Хорошо. Кэт, это
мой друг Смайк.
Николас так много
рассказал мне о вас.
Мне кажется, будто мы
старые друзья. Мы вам рады.
Мама, Смайк был моим другом
и попутчиком с тех пор,
как я покинул Йоркшир.
Я знаю, вы будете
расположены к нему.
Уверяю, Николас, любой из твоих друзей
имеет все права на мой радушный прием.
Вы из Йоркшира?
Вам не случалось, мистер Смайк,
обедать у Гримбля из Гримбль-Холла,
это где-то в Норт-Райдинге?
Очень гордый человек...
Не думаю, что Смайк
знаком с этим семейством.
Давайте, нам нужно поторопиться.
Карета ждет.
- Смайк, попросите карету подождать.
- Карету?
Да, вы с Кэт уедете со мной сразу же,
как будут упакованы ваши вещи.
Сегодня? Но Кэт нужно
идти туда, где она служит.
Она компаньонка миссис Уититерли.
Это очаровательная леди...
...приятельница сэра Мальбери Хоука
и его союзница.
- Нет, мама, Кэт не вернется в тот дом.
- Но как же нам жить?
- Ну, на мои заработки.
- Дорогой Николас! Ты нашел место?
Нет, мама, ещё нет.
Но скоро что-нибудь подыщу.
Может быть,
прямо сегодня.
- Прошу прощения, сэр.
- Вы меня ничуть не обидели… Ничуть.
Как много прекрасных
возможностей, сэр.
Многие, желающие и жаждущие
получить место
очень часто это думали,
полагаю.
Бедные, бедные!
Я...
Вы собирались заговорить,
молодой джентльмен?
Нет, ничего.
До свиданья, сэр.
Здравствуйте, сэр.
Молодой джентльмен,
меня зовут Чарльз Чирибл.
Простите мое любопытство, но несколько
минут назад возле конторы по найму
вы что-то хотели
сказать мне?
Просто думал, что вы преследовали
какую-то цель, знакомясь
с этими объявлениями.
- Вы подумали, что я ищу место?
- Конечно, нет, сэр.
Натуральное предположение.
Я то же самое подумал сначала о вас.
- Вы недалеко ушли от истины, сэр.
- Что? Ах, боже мой, нет, нет.
Благовоспитайный молодой человек
дошел до такой крайности! Нет, нет, нет.
Работу не так-то легко найти.
Этот Лондон как дебри.
Да, верно, верно!
Это действительно дебри.
Когда-то и для меня это были дебри.
Я пришел сюда босиком.
Я этого никогда не забываю.
Слава богу!
- Вы в черном. Вы это по ком, а?
- По отцу.
А! Плохо для молодого
человека лишиться отца.
- Овдовевшая мать, быть может?
- Да.
- Братья и сестры?
- Одна сестра.
Бедняжка, бедняжка.
Расскажите еще что-нибудь о себе.
Дайте мне послушать всю вашу историю.
Это не назойливое любопытство -
нет, нет, нет!
Ну...
Официант, ещё кофе.
Что вам нужно, Ногс?
- Я вас не звал.
- А это не Ногс.
Это я, Сквирс.
К вашим услугам.
- Итак?
- Мой сын, сэр, маленький Уэкфорд.
Что вы о нем скажете, сэр, каков
образец питания в Дотбойс-Холле?
Вот это мякоть, вот это упругость,
вот это плотность!
Попробуйте-ка его ущипнуть!
Не удастся!
- Ой!
- Тут я его подцепил.
Но это только потому, что сегодня мы
рано закусили, а второй раз
он еще не завтракал.
Обратите внимание на эти слезы, сэр!
Ведь они маслянистые.
У него действительно прекрасный вид.
А как поживает миссис Сквирс?
Миссис Сквирс, сэр, остается такой,
как всегда, - мать для этих мальчишек,
и благословение, утешение
и радость для всех, кто ее знает.
Один из наших мальчиков объелся
и заболел, и у него вскочил
на прошлой неделе нарыв.
Вы бы посмотрели, как она произвела
операцию перочинным ножом.
О боже! Какое украшение
для общества эта женщина!
- Дикки! Дикки!
Дикки...
- Мой брат у себя, Тим?
- Да, сэр, но у него мистер Триммерс.
А по какому делу
он пришел, Тим?
Он собирает по подписке
на вдову и детей
человека, который погиб сегодня
утром в ост-индских доках.
Его придавил бочонок
с сахаром, сэр.
Он добрая душа.
Он сообщает нам о тысяче случаев,
о которых мы сами никогда бы не узнали.
Триммерс один из наших
лучших друзей.
Но с кем мы поговорим,
так это с моим братом.
Брат Нэд! Ты занят,
дорогой брат,
или у тебя найдется время
перемолвиться со мной двумя словами?
Брат Чарльз,
дорогой мой,
не задавай таких вопросов
и входи немедля.
- Входите, входите.
- Спасибо и доброго вам дня, сэр.
- И вам доброго дня, сэр.
- Доброго дня, мистер Триммерс.
Силы небесные!
Вы оправились после
нападения этого негодяя?
Если и оправился,
то совсем недавно.
Я был одним сплошным кровоподтеком,
сэр, вот отсюда и досюда.
Уксус и оберточная бумага, уксус
и оберточная бумага с утра до ночи!
Когда я лежал, как мешок,
у нас в кухне, весь в пластырях,
вы бы подумали, что это большой
сверток в оберточной бумаге,
битком набитый стонами.
Громко я стонал, Уэкфорд,
или я тихо стонал?
- Громко.
- Неважно.
Я бы хотел поговорить
с вами наедине.
Нет ли у вас такой штуки,
как два пенса, мистер Никльби?
Нет? Нет. Уэкфорд, подойди.
Пойди купи
себе пирожок.
От теста у него
кожа лоснится,
а родители думают,
что это признак здоровья.
Слушайте меня
внимательно.
Я не думаю, что вы такой болван, чтобы
с готовностью простить или забыть
- совершенное над вами насилие?
- Как бы не так, черт побери.
Или упустить случай
уплатить с процентами.
Дайте мне его
и увидите.
Мальчик, которого
он увел с собой...
- Смайк?
- Да. Маленький он или большой?
Ну, он не так уж мал.
То есть, знаете ли, не так уж мал для
мальчика, ему, пожалуй, лет 20.
Но тем, кто его не знает, он
не покажется таким взрослым,
потому что у него вот здесь
кое-чего не хватает.
Никого нет дома, сколько бы
вы ни стучали.
А вы, разумеется,
частенько стучали.
- Частенько.
- Что известно об этом мальчике?
Очень мало. Деньги мне платили лет
шесть или восемь, а потом перестали.
И вот я оставил мальчишку,
знаете ли, из… из…
Из милости.
Точно, из милости. А едва он начал
приносить какую-то пользу,
является этот негодяй Никльби
и похищает его.
Скоро мы оба посчитаемся
с моим племянником.
Посчитаемся! И я бы охотно
дал ему в долг.
Хотел бы я, чтобы он попался
в руки миссис Сквирс.
Она бы его убила, мистер Никльби.
Для нее это все равно что пообедать.
Мы об этом еще
потолкуем.
Мне нужно время,
чтобы это обдумать.
Ранить его в его привязанностях
и чувствах.
Если бы я мог нанести ему удар
через этого мальчика...
Бейте его, как вам угодно, сэр,
через Смайка, если хотите,
только наносите удар
посильнее, вот и все!
Ты прав, дорогой брат.
Мы должны помочь этому юноше.
- Но как?
- Взять его на службу.
Но у нас уже есть
Тим Линкинуотер.
У меня есть план, дорогой брат,
у меня есть план.
Тим стареет, а Тим был верным
слугой, брат Нэд.
Если бы мы могли
облегчить труд Тима...
Отлично! Где он?
Где Тим Линкинуотер?
Да, безусловно,
нам нужен Тим Линкинуотер.
А, входите, Тим.
Тим, мы намерены принять этого
молодого джентльмена в контору.
- Мистер Чирибл...
- С жалованьем 120 фунтов в год.
- Для начала.
- Именно.
А вы, Тим, будете два-три раза
в неделю уезжать за город,
спать на свежем воздухе
и по утрам начинать работу на час позже.
Ну как, Тим?
Спать на свежем воздухе
в мои годы?
- Разумеется, нет. Что за идея! Хо!
- Но...
И я, знаете ли, не буду приходить
на час позже по утрам.
Будь проклято ваше упрямство,
Тим Линкинуотер.
44 года исполнится в мае с тех пор, как
я начал вести книги "Чирибл, братья",
и ни одной ночи я не ночевал
за пределами задней мансарды.
Там все тот же ящик
с резедой на окне.
Нет такого источника в Англии,
как насос в подворотне.
Нет такого вида в Англии,
как вид из моего окна.
Я спал в этой комнате
44 года,
и если бы это не мешало интересам дела,
я бы просил разрешения там и умереть.
Проклятье, Тим Линкинуотер! Как вы
смеете говорить о том, что умрете?
Вот что я хотел вам сказать,
мистер Эдвин и мистер Чарльз.
Уже не в первый раз вы говорите о том,
чтобы перевести меня на пенсию,
но, с вашего разрешения, пусть это
будет в последний раз, и оставим это.
Нужно что то с ним сделать, брат Нэд!
Его нужно сделать компаньоном.
Если он этому не подчинится мирно, мы
должны будем прибегнуть к насилию.
Совершенно верно. Мы должны с ним
поссориться, брат Чарльз.
Мы должны с ним
поссориться.
Но пока что мы задерживаем
нашего молодого друга.
- Вы вернетесь к нам завтра, сэр?
- С радостью.
Кажется, вы упомянули, что с сестрой
и матушкой снимаете квартиру?
- Да, сэр.
- Коттедж, брат Нэд.
Ну, конечно, брат Нэд!
Что, как не коттедж?
У нас есть маленький коттедж в Боу,
который сейчас пустует.
Если вы с матушкой и сестрой захотите
жить там за подходящую плату...
- Если...
- За маленькую плату, брат Чарльз.
Конечно, за маленькую плату, брат Нэд.
Это маленький коттедж.
Если мы захотим?
Мистер Чирибл...
Право же, он на редкость
покорное создание.
Именно, мисс Ла-Криви.
Смайк стал совсем как член семьи.
Мы не могли бы найти более
преданного друга.
Смайк? Это его имя
или фамилия?
Боюсь, это единственное имя,
которое он знает.
Он и слышать не хочет о "мистере"
перед своим именем.
Всего неделя, как Николас
привел его к нам,
а он очень изменился.
Изменился? Вы хотите сказать,
к лучшему?
Нет. Он будто стал сильнее ощущать
скудость своего ума.
Ему мучительнее стало сознавать, что
иногда он не понимает простейших вещей.
Конечно,
все это пройдет.
Я надеюсь, мисс Ла-Криви.
Я знаю. Когда мне будет
пора уходить,
я возьму его своим кавалером
до самого Стрэнда
и буду болтать, и болтать,
и болтать,
и не уймусь, пока чем-нибудь
его не рассмешу.
О, миссис Никльби, я тут говорила,
какой это замечательный дом,
как вам всем повезло,
и особенно мистеру Николасу
найти таких хозяев.
Подумать только! Никогда
о таком не слыхала.
- Мама, что это?
- Подумать только!
Что ж, полагаю, они
довольно хороши.
Может, один мы съедим на обед,
а остальные замаринуем
Мама, что случилось?
Джентльмен
из соседнего дома...
Да?
Он начал бросать
огурцы через нашу стену.
- Огурцы?
- Да, мисс Ла-Криви.
- А также тыквы.
- Какая дерзость с его стороны.
Не думаю, чтобы у него
были дерзкие намерения.
А какие же намерения
у него были?
Он... окликнул меня
в перерыве между парой огурцов.
- И предложил сочетаться браком.
- Браком?
- И бежать.
- Бежать?
Это не для меня.
Подумать только!
Как будто я мечтаю о том,
чтобы снова выйти замуж,
особенно за джентльмена, который носит
короткие штаны и шерстяные чулки
и кидает огурцы
через садовую стену.
По-моему, он достоин
сожаления.
В конце концов, ведь он не знает,
что это безнадежно.
О, да,
в самом деле.
Ну, мне пора.
Так, а где мой
кавалер, Кэт?
Ваш...? А, Смайк! Да!
Смайк. Смайк?
Смайк, не проводите ли
мисс Ла-Криви
обратно к её дому
возле Стрэнда?
Вы сможете найти дорогу назад,
как вы думаете?
Да.
Он опять, смотрите!
Огромная тыква
на стене.
Чистим дымоходы!
Поберегитесь, сэр.
Поберегитесь!
Извините, леди!
Фартинг.
Кто-нибудь хочет одну
из этих кружек?
Пенни и фартинг,
всё, что я прошу.
Вот эта, пенни, полпенни.
Я поймал его, папаша.
Я поймал его.
Вот это удача.
Восхитительная удача.
Это не сон.
Это я рядом, Смайк.
И я поймал тебя!
Мистер Снаули, сэр!
Сюда, сэр!
- Что такое, мистер Сквирс?
- Вот он, бродяга.
Преступник, бунтовщик,
чудовище неблагодарности.
Никогда еще не случалось мне
колотить мальчика в наемной карете.
Есть некоторые неудобства, но новизна
доставляет удовольствие!
Как! Тот мальчишка, который сбежал?
Я бы ему закатил такую...
- Ничего, за мной не пропадет.
- Тот самый мальчишка, сэр.
Мы с Уэкфордом вовремя завернули
за угол и наткнулись на него.
- А я разве не ухватил его за ногу, па?
- Ухватил! Ты хороший сын, мой мальчик.
Никогда не сворачивай с этой тропы,
как твой отец,
и когда умрешь, то попадешь прямо
на небо, и вопросов задавать не будут.
Так вы на него наткнулись?
Ясно, что на то была воля провидения.
Провидение против него, сэр.
Заметьте, этого следовало ожидать.
Жестокосердие и злодейство
никогда не преуспевают, сэр.
Мне нужно домой.
Разумеется, нужно.
И очень скоро
ты будешь дома.
Не пройдет и недели, как ты очутишься
в мирной деревушке Дотбойс .
Где он был все это время?
С кем он жил?
А, вы жили с этим
чертом Никльби, сэр?
- Я...
- Отвечай мне!
- Я вам не скажу.
- Он мне не скажет!
Я был, мистер Снаули,
я был благодетелем этого мальчишки,
я его кормил, обучал и одевал.
Я был классическим, коммерческим,
математическим,
философическим
и тригонометрическим другом.
Мой сын Уэкфорд
был ему братом.
Миссис Сквирс была ему
матерью, бабушкой, теткой.
Да, и могу сказать - также и дядей,
всем сразу.
А какова награда?
Что сталось с моим млеком
человеческой доброты?
Оно свертывается и скисает,
когда я смотрю на него.
Я задал вам вопрос, сэр.
Отвечайте мне!
Если подумать, у меня их было
не меньше дюжины.
- Дюжины, мама?
- Дюжина поклонников, дорогая моя.
Ты меня никогда
не слушаешь.
Дюжина поклонников
до моего замужества.
Был молодой Лакин, Могли,
Типсларк, Кеббери, Смифсер…
- Так много, мама?
- Да, именно.
Не считая твоего бедного папы...
о, и того молодого джентльмена,
что все хотел посылать нам золотые
часы в бумаге с золотым обрезом
и который потом отправился к берегам
Ботани-Бей на каторжном судне
и скрылся в зарослях кустарника,
и убивал овец, и его собирались повесить,
только он сам случайно удавился,
и правительство его помиловало.
Мама!
Мама, что это?
Не волнуйся, дорогая моя,
ты видишь, я не волнуюсь.
- О, мама!
- Королева души моей,
отпейте из этого кубка.
- Глупости, сэр.
- Пойдемте немедля в дом.
Вы не хотите отпить из кубка?
Отпейте из этого кубка!
Никогда я не соглашусь сделать
что-нибудь в этом роде, сэр.
- Кэт, пожалуйста, успокойся.
- Почему красота всегда упряма?
Или это связано с тем, что недавно
видели, как статуя с Чаринг-Кросса
прогуливалась
на Бирже в полночь
рука об руку с насосом из Олдгет
в костюме для верховой езды?
- Мама, вы слышите?
- Кэт, дорогая моя, он очень учтив.
Я думаю, что это
цитата из поэтов.
Но разрешите ли вы мне, прелестнейшее
создание, задать вам один вопрос
в отсутствие планеты Венеры,
которая пошла по делу в штаб Конной
гвардии, а иначе помешала бы нам?
Милая мама, убежим поскорее и запремся
в доме, пока не вернется Николас.
Кэт, нужно, знаешь ли,
быть вежливой.
Если вы будете держать себя, сэр, как
подобает, и зададите ваш вопрос
простыми словами,
я отвечу на него.
Вопрос
заключается в том...
- ..Вы принцесса?
- Вы знаете, что нет, сэр.
А не в родстве ли вы с архиепископом
Кентерберийским или с папой римским?
Простите меня, если я ошибаюсь,
но мне говорили, что вы племянница
Уполномоченных
по замощению улиц
и невестка лорд-мэра
и Суда Общих Тяжб.
Тот, кто распустил такие слухи, сэр,
позволил себе величайшую вольность.
Умоляю вас,
мама, уйдем.
Вот выдумки! Племянница
Уполномоченных по замощению улиц!
Прекрасная госпожа, если я допустил
какую-нибудь ошибку касательно
вашей семьи или родни,
я смиренно прошу
простить меня.
Я, сударыня,
как видите, не юноша,
и, хотя такие создания, как вы,
никогда не могут состариться,
я смею надеяться,
что мы с вами...
созданы друг
для друга.
- Ах, право же, Кэт, моя милая.
- У меня есть поместья, сударыня,
драгоценности,
маяки,
заповедные пруды,
собственные китобойни
в Северном море,
и много доходных устричных отмелей
в Тихом океане.
Можно увидеть
также и мою трость,
если обратиться к капеллану
палаты общин,
которому строжайше запрещено
показывать ее за плату.
Осчастливьте меня вашей
рукой и сердцем.
Любовь, блаженство
и восторг!
Любовь, блаженство и восторг!
Любовь, блаженство и восторг!
Будьте моей,
будьте моей!
- Сэр...
- Мама, не говорите с ним.
Будьте моей,
будьте моей!
Гог и Магог,
Гог и Магог.
Будьте моей.
Вряд ли можно ожидать, сэр,
чтобы я сказала незнакомому человеку,
польщена ли я и благодарна ли
за такое предложение, или нет.
А насчет того, что я еще
достаточно молода, чтобы снова
выйти замуж, то, может быть, это и так,
но я ни на секунду не могу об этом
подумать, ни под каким видом.
Очень мучительно
отклонять предложения,
но я решила
остаться вдовой.
Будьте моей.
Мы будем очень рады принимать вас как
соседа, - в восторге, уверяю вас, но...
О, это вы?
Как поживает
император Татарии?
Не лучше и не хуже,
чем обычно.
А молодой
принц китайский?
примирился ли он со своим тестем,
великим продавцом картошки?
Нет, и говорит, что никогда
не примирится.
В таком случае
лучше мне слезть.
- Да, я думаю, так будет лучше.
- Я спущусь вот так...
Прошу прощения, леди, не объяснился ли
он в любви одной из вас?
- Да.
- А! Он, знаете ли, всегда это делает.
Никак его не удержишь,
от объяснений в любви.
Бедняга не в своем уме,
разумеется?
Ну, конечно.
Это сразу видно.
- И нет никакой надежды?
- Ни малейшей, да так ему и надо.
Без ума он куда приятней.
Он был самым жестоким, злым,
черствым старым кремнем, какого
только можно встретить.
- Неужели?
- Есть ли надежда у него?
У старого распутника? Ха-ха.
До свиданья, леди.
- Ну-с, пойдемте, старикашка.
- Не в своем уме, неужели?
Что за глупости!
- Но, мама, разве можно усомниться?
- Кэт, дорогая моя, я тебе удивляюсь.
Может быть, он слегка чудаковат и
неуравновешен - многие из нас таковы, -
но он делал предложение столь
обдуманно, деликатно и умно,
ведь не бросается же он на колени
перед первой встречной девчонкой,
как поступил бы
сумасшедший!
Нет, нет, Кэт, я не вижу в нем
никакого безумия.
Мама, уверяю...
О, Николас,
слава богу!
Кэт. Смайк здесь?
Нет. Он провожал мисс Ла-Криви
до Стрэнда. Но это было
несколько часов назад.
Он должен был ждать меня у дверей
конторы, он всегда так делал.
Что с ним
могло случиться?
- Если его здесь нет...
- Может быть...
Может быть,
он заблудился.
- Здесь его не видать.
- Может, нам лучше спросить.
Спроси, Фанни.
Это же твой папа.
- Вы не знаете, мой папа здесь?
- Где - здесь, мисс?
- Здесь, в доме.
- Я не знаю, мисс.
Мой папа - мистер Уэкфорд Сквирс,
он здесь остановился. Он дома?
О, нет, он здесь не останавливался.
Я знаю мистера Сквирса.
Он приходит каждый вечер в это время.
Хотите подождать его?
Да, хотим. И съедим пока
пирог с голубями.
Но только не этот ваш лондонский пирог
- три маленьких голубя, а то и меньше,
и корка такая легкая, что вы не знаете,
когда она у вас во рту. Вам понятно?
Да... сэр.
- Джон!
- Ну, ладно, давайте присядем.
Пирог с голубями, а?
Тильда, дорогая.
Нас примут бог знает за кого.
Пусть принимают за кого хотят.
У нас свадебное путешествие.
Новобрачная, подружка
и новобрачный.
И когда же человеку повеселиться,
если не во время женитьбы?
О, Джон, ты не должен!
А вон папа. Па!
Ну кто бы мог подумать?
- В самом деле. Тильда наконец-то
вышла замуж.
- Замуж, а?
А я устроил увеселительную поездку,
осматриваю Лондон, учитель.
Так поступают все молодые люди,
когда женятся,
а деньги от этого улетучиваются
как не знаю что.
Ну, теперь твоя очередь выйти
замуж, и лучше поспешить.
- О, мне не к спеху.
- Неужели, Фанни?
Да, Тильда.
Я могу подождать.
По-видимому, и молодые люди
тоже могут подождать, Фанни.
Как вы думаете,
кого мы с Уэкфордом
сегодня изловили?
- Неужели мистера...
- Мистера Никльби?
Никльби? Нет. Не его.
Но почти что его.
- Как? Вы имеете в виду Смайка?
- Вот именно! Ох, и здорово я его поймал.
Поймали этого бедного…
проклятого негодяя? Где он?
Да у меня на квартире, в задней
комнате наверху, сидит взаперти.
Ты его держишь у себя на квартире?
Школьный учитель старой доброй Англии!
Будь я проклят, за это
я должен пожать тебе руку!
Держишь его у себя
на квартире, эге?
Из боязни, как бы он от меня
случайно не удрал,
я заказал на завтра, на утро, три
наружных места - для Уэкфорда,
для него и для себя.
Очень удачно вышло, что вы приехали
сегодня, иначе вы бы нас не застали.
И мы вас не увидим
до отъезда,
если только вы не зайдете
вечерком поужинать со мной.
Поужинать с вами? Мы придем, хотя бы
это было за 20 миль отсюда.
Да, мы поужинаем
с тобой.
Вы же нас не покидаете?
- Куда ты собрался?
- Глотнуть свежего воздуха, девочка моя.
- Тебе плохо?
- Мне?
Нет, девочка. Отчего мне может быть
плохо? Это просто воздух Лондона.
Он жидковат для легких человека,
если он вправду человек.
Ох, Джон!
Просто выйду и всё.
- А ты зайди.
- И это на глазах Фанни Сквирс!
О, вот и вернулись, а?
А он где?
Это все лондонская атмосфера,
он её плохо переносит, знаете ли.
Лондонская атмосфера, да?



Серия 5

Черт подери, ты меня
не узнаешь, парень?
Я - Брауди. Я друг.
Да, да! Я вас знаю.
Вы поможете мне?
Ты бы не нуждался в помощи, если бы
не был самым глупым мальчишкой,
какой только есть на свете.
- Чего ради ты пришел сюда?
- Он меня привел. Мистер Сквирс.
Привел! Почему ты не дал ему по голове,
не лег на землю, не брыкался, не кричал?
- Он схватил...
- Шшш!
Стой смирно и ни словечка не говори,
пока я тебе не разрешу.
Вот, видишь?
Это твоих рук дело.
А теперь удирай.
Я тебе говорю - удирай. Возвращайся
к своему другу, молодому Никльби.
Скажи ему, что я женился на Тилли Прайс,
и меня можно найти в "Голове Сарацина".
Чего ты ждешь?
Удирай, говорю!
Но он услышит, когда я
буду закрывать дверь внизу.
Так ты ее не закрывай. Ты же не боишься,
что учитель схватит простуду?
Но он уже один раз поймал меня
и опять поймает.
- Поймает, знаю, поймает.
- Нет.
Нет, если ты
не будешь робеть.
Давай, парень.
Эй!
Эге, сэр. Это что?
Я на вас удивляюсь.
Деревенский парень, йоркширец,
да чтобы не вынес эля?
Надеюсь, нет такого закона, сэр,
чтоб запрещал человеку пить эль.
Нет, такого закона
нет, сэр.
Ваша молодая жена
о вас спрашивала.
Ужин вас ждет. Пошли. Пошли.
И мы все в сборе.
А, хорошо. Тогда за ужин!
Погодите. Что это?
Нет, благодарю.
Смайк, где вы были?
Что с вами случилось?
Мы с мистером Ногсом
весь Лондон обыскали.
- Мистер Сквирс...
- Погодите. Сядьте.
- Мистер Сквирс...
- Сквирс?
- Он...
- В Лондоне?
- Вы его видели?
- Он схватил меня и запер.
И вы убежали?
Я не смог найти дорогу домой,
и вот... вот я пришел сюда.
И правильно сделали,
что пришли.
Ему стоит остаться здесь
на ночь. Он устал.
- Я...
- Вот, выпейте.
Я...
А теперь молчите. Молчите.
Ваш рассказ подождет до завтра.
Самое главное -
вы в безопасности.
Кэт и я чуть с ума не сошли,
беспокоясь о вас.
Кэт...
Кэт...
Он молодец, мистер Чарльз. Прописные
В и D у него точь в точь, как у меня.
Он ставит точки над всеми i
и перечеркивает все t.
Хорошо сказано, Тим.
Другого такого юноши, как этот, нет
во всем Лондоне. Сити не может
выставить равного ему.
- Я бросаю вызов Сити!
- Я знал, что наш молодой друг преуспеет.
Тим Линкинуотер, вы взволнованы, но
ваше волнение законно. Мистер Никльби...
Будьте добры, передайте
это письмо моему брату.
- Конечно.
- Буду вам признателен.
Прекрасно.
Мне так... так стыдно.
Сударыня, дорогая моя… моя дорогая
юная леди, пожалуйста, не надо.
Ни слова больше.
Мне не стоило приходить сюда.
Но только скажите, что мне делать.
Пожалуйста, встаньте, прошу
и умоляю вас. Заклинаю вас.
Прошу вас, встаньте.
Мы… мы… не одни.
Нет, нет,
не нужно.
- Думаю, с молодой леди обморок, сэр.
- Боже мой!
Где мой брат Чарльз? Чарльз, мой
дорогой брат, прошу тебя, пойди сюда!
- Мой друг, ради бога, что...?
- Тише!
Ни слова, брат Чарльз!
Позвони экономке.
Тим Линкинуотер, сэр… Мистер Никльби,
дорогой мой, сэр, уйдите отсюда,
прошу и умоляю вас.
- Что же это такое.
- Мне кажется, ей лучше, сэр.
Мы вам признательны.
Но теперь, пожалуйста, оставьте нас.
- Да, конечно, конечно.
- Выпейте это.
О, сделайте
маленькое усилие.
Маленькое усилие.
Ну, пожалуйста. Пожалуйста.
Маленькое усилие.
- Она совсем оправилась?
- Кто?
Кто? Молодая леди.
Сколько у вас получится, мистер
Никльби, 427 умножить на 3238?
- Но я вас спросил о молодой леди.
- Совершенно верно. Она совсем здорова.
- Совсем здорова?
- Совсем здорова.
Она в состоянии будет
вернуться домой?
- Она ушла.
- Ушла?
- Да, ушла через заднюю дверь.
- Через заднюю дверь...
Вы... полюбили эту леди, да?
Да, я в нее влюблен.
Влюблен по уши,
как говорится.
Она самое прекрасное и очаровательное
создание, что я когда-либо видел.
И такое кроткое.
Как мистер Ногс собирается узнать,
где она живет?
Её служанка приходила
вчера вечером в контору.
Я слышал, она сказала мистеру
Чарльзу, что придет и нынче вечером.
а так как я работал, мистер Ногс сказал,
что подождет на улице и проследит за ней.
А когда мы пойдем в сады?
- Сады?
- Послушать музыкантов.
Вы говорили, что мы пойдем сегодня
вечером, но передумали.
Мы пойдем как-нибудь в другой раз.
Очень скоро, обещаю.
Мистер Ногс...
- Ну?
- Успокойтесь, дорогой юноша.
Не мучьте меня,
пожалуйста.
- Её фамилия Бобстер.
- Бобстер?
Да, такая фамилия. Я ее запомнил
по ассоциации с "лобстер".
Бобстер! Должно быть,
это фамилия служанки.
Да, такая фамилия.
Мисс Сесилия Бобстер.
Сесилия, да?
Сесилия.
- Это красивое имя.
- Красивое имя для красивой леди.
- Вы ее видели?
- Я говорил с ней.
Что?
Я сказал, что вы любите ее до безумия
и страстно желаете с ней поговорить.
- Вы не могли.
- Почему нет? Это же правда.
Это правда. Небу известно,
что я люблю её.
Она покраснела, когда я говорил с ней,
и согласилась выслушать вас самого.
Я здесь, чтобы отвести
вас сию минуту.
- Если только ваша страсть не остыла.
-Нет. Ведите, друг, ведите.
Номер 12.
- Хорошая улица.
- Да. Немного скучная.
А, вам лучше знать
Её отец прямо как турок.
Прямо как... турок?
Он не приветствует визиты
молодых джентльменов.
Он считает - они как хищные птицы,
прилетают разорить гнездо.
От этого он впадает
в буйство.
Но не тревожьтесь.
Сегодня вечером его не будет.
Тем лучше
для него.
Держу пари, он поколачивает
милую девочку.
Вот мы и пришли.
Идите, идите.
Мисс Бобстер,
мистер Николас Никльби, эсквайр.
Простите. Я...
Это не она.
О боже, Бобстер. Это её отец. Турок.
Бежим, если жизнь дорога.
Да, но я должен
извиниться.
Эй! Идите сюда!
Идите сюда!
Да. И тут учитель видит,
что входная дверь открыта.
''Он его увидел'', - говорю я. ''Он увидел
Смайка. Он понял, что парень сбежал.''
Но нет. Он подумал, что это я
оставил ее незапертой.
Тогда он её захлопнул, запер
со страшным грохотом,
оставив Смайка снаружи, свободного,
как зайчик на пшеничном поле.
Право же, миссис Брауди, ваш муж
самый добродушный и сердечный
человек, которго я видела.
Как мило с вашей стороны
говорить так, мисс Никльби.
Но боюсь, что мы
засиделись допоздна.
- Уже почти одиннадцать.
- Допоздна? Для нас это совсем рано.
Мы привыкли ложиться
так поздно.
Двенадцать, час, два, три часа
для нас пустяки.
Балы, обеды, карты...
Кто бы мог
прийти в этот час?
Должно быть, это по ошибке.
Посетитель ошибся домом.
Если только Чириблы не послали за
тобой, чтобы пригласить в компаньоны.
В такой час?
Это едва ли правдоподобно.
Или сгорела контора,
или мистер Линкинуотер сбежал
с кассой, или мисс Ла-Криви заболела.
- Как вы смеете!
- Прежде чем этот юнец
скажет слово, выслушайте меня.
Его присутствие - оскорбление
для моей сестры.
Я пришел сюда из-за того,
кого узнаю по его виду.
Я тебе скажу кое-что.
Он не сам пришел.
Там за дверью тень,
и я знаю, чья она.
Ну-ка, школьный учитель,
покажись!
- Нечего стыдиться.
- Так вы с ними.
Теперь я знаю,
как сбежал мальчишка.
- Это все вы. Вы!
- Да, я.
- Я увел его из-под твоего
безобразного носа.
- Мистер Сквирс.
Кончили веселиться, сэр?
В настоящее время
почти что кончил, сэр.
Сударыня, я здесь потому,
что не хочу быть опозоренным
поведением злобного юнца,
от которого я принужден был отречься.
Я пришел сюда с целью
вернуть отцу его ребенка.
- Какого ребенка?
- Мистер Снаули, пройдите вперед, сэр.
Мой мальчик. Я и не помышлял о такой
радостной встрече, когда видел его
в последний раз.
- Успокойтесь, сэр, теперь вы его обрели.
- Обрел его? О, обрел ли я его?
Он нехороший мальчик, чего бы не мог
я с ним сделать в отцовском гневе!
Это, сэр, природа, и какое блаженство
пребывать в состоянии, близком к природе.
- Смайк.
- Не дайте им увести меня!
- Не дайте мне уйти с ними!
- Отец? Какие у вас доказательства?
Доказательств хватит. У вас был
сын от первой жены, мистер Снаули?
- Был, и вот он стоит.
- Это вы называете доказательством?
Я называю доказательством
вот это. Бумаги.
Свидетельства о первом браке мистера
Снаули и о рождении мальчика.
Прочтите их.
- Что нам делать, Николас?
- Он говорит правду?
- Боюсь, что да.
- Ну, а я думаю, это надувательство.
Я бы пришел сюда сегодня,
опираясь на власть закона, сударыня,
если бы не принял во внимание
чувств ваших и вашей дочери.
Вы уже принимали
во внимание чувства Кэт.
Ну, теперь, каков
порядок дня?
Едет ли с нами
юный Снаули?
Нет, пожалуйста, нет,
не отпускайте меня с ними!
Это жестоко. Для того ли
родители производят на свет детей?
Ты пойдешь со мной и твоим папой,
который горевал по тебе.
Не тронь его.
Отойди!
- Посторонись!
- Отойди, я сказал!
- Вот так, давай, школьный учитель!
- Нет!
Вон!
Молодец, Джон. А теперь будьте добры
последовать за вашим другом.
Мне нужен мой сын.
Ваш сын, если ещё он ваш,
выбирает сам.
Он предпочитает остаться здесь,
и он здесь останется.
Стукните этого Никльби
подсвечником.
И пусть кто нибудь принесет мою шляпу,
пока ему не вздумалось украсть ее.
Вы, сэр, чудовищный, неблагодарный,
бессердечный мальчишка.
Вы не хотите, чтобы я вас полюбил, когда
я этого хочу. Пойдете вы домой или нет?
Уходите же, вы. Вон!
Ответ вы получили, сэр.
Теперь убирайтесь.
Кэт, дорогая,
пожалуйста...
А вы, сэр, можете последовать
за своими друзьями.
Я отнюдь не ожидал, что вы
откажетесь от него сегодня вечером.
Гордость, упрямство -
все было против этого.
Но они будут раздавлены, сэр,
растоптаны!
Я обращусь к закону.
Закон отберет у вас мальчишку.
Нет!
А когда это случится,
мы с вами сведем старые счеты.
Да.
Закон до него
доберется.
- Смайк...
- Николас
Возможно ли, чтобы Смайк был
сыном этого ужасного человека?
- Что нам делать?
- Я показал этому Сквирсу, а?
- Он нашел меня.
- Здесь твой дом, Смайк.
Здесь ты
в безопасности.
Поручение конфиденциальное
и деликатное, дорогой мой сэр.
- Я сделаю все возможное, сэр.
- Это касается одной молодой леди.
- Вот как, сэр?
- Она дочь одной леди,
которую я, когда был
много лет моложе...
...кажется странным мне произносить
сейчас это слово...
я горячо любил.
Она умерла.
А молодая леди, сэр?
С тех пор, как умерла мать, она изо всех
сил старалась прокормить отца,
расточителя, мой дорогой сэр,
и мота, доведенного до края могилы
бедностью и болезнью.
Молодая леди горда, но отчаяние
заставило ее просить о помощи.
Что я должен сделать, сэр?
У молодой леди талант
рисовать акварелью.
Я решил, что вы будете посещать её
под видом покупателя
и притворяться, что покупаете
её маленькие рисунки.
Таким образом отец не заподозрит,
из какого источника деньги.
Узнай он, как легко
достались деньги,
он растратил бы их с еще большим
легкомыслием, чем привык это делать.
Молодая леди, сэр, она принимает
участие в этой невинной хитрости?
Она знает,
что деньги от нас,
но верит, что мы намереваемся
выгодно продавать рисунки.
И нужно, чтобы
она так и думала.
- Как я уже сказал, молодая леди горда.
- Конечно.
Вот адрес, куда вы
отнесете деньги.
Фамилия Брэй.
Мисс Маделайн Брэй.
Сэр.
Вы быстро вернулись.
Я ждал на улице, пока уверился,
что мы будем одни.
Да, это я,
мистер Никльби.
Я думаю, вряд ли вы меня
узнали бы по голосу.
Должно быть, мало осталось во мне
такого, что вы могли бы припомнить
по прошествии
восьми лет, а?
Вполне достаточно.
Более чем достаточно.
Вчера был мой
первый день в Лондоне.
- Да?
- Я голодаю, сэр.
Тогда работайте, сэр.
Не произносите пышных речей
о хлебе, но зарабатывайте его.
Как? Укажите мне средство.
Вы мне предоставите его?
Однажды я это сделал. Вряд ли стоит
спрашивать, сделаю ли я это еще раз.
Мистер Никльби, во имя
человеколюбия.
Во имя чего? У меня
ничего для вас нет.
Ну, может быть, мистер Никльби,
у меня для вас есть кое-что.
Что бы это
могло быть?
Мое молчание касательно
некоторого вопроса.
У меня есть власть
над вами, мистер Никльби.
У вас? Власть
надо мной?
Мистер Брукер, если вас
ещё так зовут,
как вы знаете,
я человек осторожный.
Что бы вы ни подсмотрели,
ни подслушали и ни увидели,
свет это знает.
Вы не можете сообщить
ничего такого, что бы его удивило.
Что бы вы ни знали, храните свою тайну
или разгласите ее, как вам угодно…
Этого я сделать не могу,
это мне ни к чему бы не послужило.
Но я могу вам сказать, что вы потеряли
и что я могу вам вернуть.
Если те, кто носит ваше имя,
дороги вам...
Не дороги, сэр.
Я не расстался бы даже с полпенни,
чтобы спасти вас от гибели.
Вот мой ответ на вашу болтовню.
Ни фартинга! А теперь убирайтесь.
- Мистер Никльби...
- Убирайтесь!
Висельник.
Yes?
От мистера
Эдвина Чирибла.
Кто там, Маделайн?
- Не хотите ли войти, сэр?
- Маделайн, что это за человек?
У кого может быть здесь дело? Кто
сказал чужому, что нас можно видеть?
- По какому он делу?
- Сэр, я пришел заплатить мисс Брэй
за рисунки,
купленные на днях.
- С большой благодарностью.
- Пришли платить, вот как?
Это меняет дело.
Маделайн, посмотри, верен ли счет.
- Я уверена, что все в порядке, папа.
- Дай мне.
Ты уверена? Как можешь ты быть
уверена в таких вещах?
Пять фунтов -
ну что, правильно?
- Да.
- Тогда тебе нужно идти сейчас же.
Мне нужно газету,
винограду,
еще бутылку того вина, какое у меня
было на прошлой неделе и...
сейчас я забыл половину того, что мне
нужно, но ты можешь сходить еще раз.
Маделайн, милая моя,
скорее.
- Вам нужна расписка?
- Это не имеет никакого значения.
Никакого значения!
Что вы хотите этим сказать, сэр?
Вы думаете, что принесли ваши жалкие
деньги из милости, как подарок?
Черт побери, сэр! Известно ли вам
что вы имеете дело с джентльменом,
который в былое время мог купить 50
таких субъектов, как вы,
да со всем имуществом?
Я хочу только сказать, что так как я
желал бы вести дела с этой леди,
то не стоит затруднять ее
такими формальностями.
А я, если вам угодно, скажу, что у нас
будет как можно больше формальностей.
Каждый мелкий торговец будет
ее жалеть? Очень недурно.
Маделайн, дорогая моя, дай ему расписку
и впредь не забывай об этом.
- Когда мне зайти в следующий раз?
- Когда вам предложат зайти, сэр,
но не раньше.
Благодарю вас.
"Пожалуйста,
подождите за дверью"
До свиданья, сэр.
Маделайн...
Не знаю, правильно ли я поступаю,
обращаясь к вам с просьбой,
но пожалуйста, не рассказывайте мистеру
Чириблу, что здесь сегодня произошло.
- Я вас об этом прошу, сэр,
как об услуге мне.
- Тогда я ничего не скажу.
- Я вам признательна.
- Мисс Брэй...
Сэр?
Если бы я мог
ещё как-нибудь...
то есть помимо поручений
мистера Чирибла...
я был бы польщен...
- Ну...
- Да?
- Не имеет значения.
- Маделайн!
- Что тут случилось?
- Дьявольская красота.
Мистер Никльби, я не знаю,
какой случай привел вас,
но хочу сказать при вас
и при всех здесь присутствующих,
что больше я не буду потворствовать
расточительности и порокам
этого человека.
Долго я была глупа,
и он меня дурачил.
Пусть тратит сколько ему угодно денег,
но деньги эти будут не мои,
потому вы лучше подумайте,
прежде чем оказывать ему доверие.
Чертов аптекарь сделал недостаточно
крепкий раствор синильной кислоты.
Кто-нибудь, дайте мне ещё
одну-две бутылочки.
Кроме того...
я требую развода.
Полно. Вы знаете, что
не думаете этого всерьез.
- Нет, всерьез.
- Но подумайте.
- У замужней женщины
нет никакой собственности.
- Это вам не дьявольски одинокая особа.
Я это прекрасно знаю,
и у меня собственности нет.
Заведение теперь под именем
моей мастерицы мисс Нэг,
моей закадычной
подруги.
Так что развод я получу.
Никльби, вы свидетель
этой дьявольской жестокости
со стороны самой дьявольской
очаровательницы и поработительницы,
когда либо жившей на свете, но...
о, проклятье!
Я прощаю эту женщину.
- Прощаете? Вы?
- Да.
Никльби, вы будете осуждать меня,
свет будет осуждать меня,
женщины будут осуждать меня.
Все будут смеяться, и издеваться,
и улыбаться, и ухмыляться дьявольски,
но я прощаю её.
Леди, возвращайтесь
к своей работе.
Мистер Никльби...
с этим человеком мне
больше делать нечего.
Звезда моя!
Мой топаз!
Мой гранат!
Никльби.
Можете теперь бросить эти дурачества
и снова промышлять своим умом.
- Думаю, ваши денечки миновали.
- Черт возьми, Никльби, вы это всерьез?
Я редко шучу.
Прощайте.
Проклятье, Никльби.
Вы не можете меня бросить!
Куда мне податься?
Никльби!
Мама, это мистер Линкинуотер
и ещё один джентльмен.
Мистер Фрэнк Чирибл,
племянник моих хозяев.
Мы с мистером Фрэнком предприняли
вечернюю прогулку, сударыня.
Увы, он не очень-то хороший ходок,
и обычно устает .
А так как мы оказались
по соседству с вами,
а мистер Никльби любезно
просил меня заходить...
- Мы осмелились постучать.
- Мы очень рады вам обоим.
Хотя Николаса,
увы, нет дома.
Кэт, душа моя, будешь сегодня
за двоих: за Николаса и за себя.
- Мисс Никльби достаточно быть собой.
- Мы пробудем всего десять минут.
Но так скоро я не могу вас отпустить,
Николас был бы очень огорчен.
Как жаль, что на Кэт
не лучшее ее платье.
- Мама!
- Хотя она никогда не выглядела лучше.
Верно, сударыня,
Я не могу такого представить.
Но вы не знакомы с нашим
близким другом, мисс Ла-Криви.
- мистер Чирибл и мистер Линкинуотер.
- Мисс? Не может быть!
- Я польщен, сударыня.
- Уверяю, я очень признательна, сэр.
Не присядете ли,
джентльмены?
Сударыня, мне кажется,
у нас есть кое-что общее.
Вот как, сэр?
Что бы это могло быть?
- Одинокое положение, сударыня.
- О-ля-ля, сэр.
Неужели вы хотите сказать,
что никогда не были женаты?
Никогда, сударыня, и нисколько
от этого не пострадал.
Заметьте, если бы я мог найти особу,
которая дала бы свое согласие,
я не знаю, не изменил ли бы я
даже и теперь своего положения.
Что это было?
- Сударыня?
- Странный шум.
Вот опять.
Кажется, это
из дымохода.
- Наверное, это вор! Что нам делать?
- Не бойтесь, сударыня.
Странная порода воров,
которые входят через дымоход.
Должно быть, это пьяный.
Тот голос!
- Те ноги! Это он!
- Кто, сударыня?
Кэт, прошу, подтверди,
что я никак его не поощряла.
Вылезайте, приятель. Вы меня слышите?
Вылезайте и покажитесь.
Хочу фрикассе из голенища
и соус из золотых рыбок.
- Вы его знаете, сударыня?
- Да, я знаю, кто это.
Пожалуйста, не обращайтесь
с ним грубо.
Я бы предпочла быть самой безобразной
женщиной, чем терпеть такую жизнь!
Но не повредите ни одного волоска
на его голове, прошу вас.
Ага, я ее вижу! Любовь моя,
жизнь моя, невеста моя!
Несравненная моя красавица!
Наконец-то она пришла!
Наконец!
И всё - восторг и гетры!
Все богатства мои принадлежат ей,
если она согласна взять меня в рабство!
Где вы найдете такую грацию,
красоту и нежность?
У императрицы Мадагаскара? Нет!
У бубновой дамы? Нет!
У миссис Роуленд, которая каждое утро
купается бесплатно в Калидоре? Нет!
Смешайте их всех вместе,
прибавьте 3 грации, 9 муз
и 14 дочерей пирожников
с Оксфорд-стрит,
и вы не сделаете женщины,
наполовину столь прекрасной.
Ого! Попробуйте-ка!
Разумеется, это великое облегчение,
что при столь тягостных обстоятельствах
за меня приняли
кого-то другого.
И этого никогда еще
не случалось.
Впрочем, нет, меня несколько раз
принимали за мою дочь Кэт.
- Однако...
- Брысь - кошка!
- Сэр! Прошу вас!
- Кошка! Старая кошка!
Полосатая! Пестрая!
Пшш!
Пшш! Пшш!
Миссис Никльби...
Сэр!
Мисс Ла-Криви, кажется,
он очень вами восхищен.
Если вы выйдете, может быть,
он последует за вами.
- Мне? Выйти?
- Он не причинит вам вреда, сударыня.
Если вы выманите его
через парадную дверь...
- Ну вот.
- Кэт, милочка.
Я никогда не прощу
себе этого.
Этот джентльмен лишился рассудка
из-за меня, несчастной.
- Из-за вас, мама?
- Я отказала ему.
Разочарование оказалось
для него непосильным.
Он сошел с ума -
совсем, совсем сошел.
Уже прошло три четверти часа,
как должен был быть мой обед.
Я обедаю в два.
Кажется, у него никогда
не бывает аппетита,
разве что на фунты,
шиллинги и пенсы.
А на них он жаден,
как волк.
Завтракал я
в восемь часов,
да и что это был
за завтрак!
Зачем вы всегда уходите
в мой обеденный час?
Разве вы не знаете,
как это раздражает?
Зайдите-ка, Грайд.
Ногс?
Где он?
Разбойник пошел обедать,
хотя я и запретил ему.
Ну-с, Грайд, откуда
сегодня ветер дует?
Что бы вы мне сказали,
мистер Никльби,
если бы я вам сообщил, что я
собираюсь жениться?
Я бы вам сказал, что для каких-то
ваших целей вы солгали,
что это не в первый раз
и не в последний.
В таком случае я вам серьезно
заявляю, что это так.
- На какой-нибудь старой карге?
- Неверно, неверно, мистер Никльби.
На сей раз промахнулся.
На молодой и прекрасной девушке.
Ясные глаза, длинные ресницы,
пухлые алые губки,
достаточно посмотреть на них,
чтобы захотелось поцеловать.
Это что-то более серьезное,
чем пустая болтовня.
- Как зовут девушку?
- Брэй, сэр. Маделайн Брэй.
- Брэй?
- Вы не могли забыть Брэя.
- Ах, этот?
- Мы оба имели с ним дело.
- Верно.
- Он ваш должник.
Я помню его. 975 фунтов,
4 шиллинга и 3 пенса.
Ну, говорите. Так это
его дочь, вот как?
Да. Так вот, если я предложу
себя Брэю в качестве зятя
при условии
выкупить его долги...
- Включая то, что он должен мне?
- Каждый пенни.
...как вы думаете, сможет ли
он со мной бороться?
Признаюсь, я все ещё не понимаю
выгоды от этого брака.
Допустим, что мне известно
о некоем состоянии,
маленьком состоянии,
очень маленьком,
на которое имеет право
эта прелестная малютка
и о котором в настоящее время
никто не знает и знать не может,
но которое ее супруг мог бы положить
в кошелек, знай он столько, сколько я.
Теперь я начинаю понимать.
Какова моя доля в этом деле?
Если вы хотите получить свои деньги,
я сначала должен жениться на девушке.
- Ну?
- Ну так пусть гигант поможет пигмею.
Теперь послушайте,
если вы пойдете к Уолтеру Брэю...
Подумайте, сэр,
поразмыслите.
У мистера Грайда деньги, у мисс Маделайн
красота и прекрасные качества.
Одно стоит другого, оба квиты.
Это брак, заключенный на небесах.
Не мне принимать его или отвергать.
Это зависит от моей дочери. Вы это знаете.
Верно, но у вас остается право дать совет,
скажем, намекнуть о своем желании.
Намекнуть, сэр?
Я отец ее или нет?
Зачем бы я стал намекать
и действовать украдкой?
Быть может, видя меня неспособным
подняться с кресла без помощи,
вы полагаете, что я -
какое-то разбитое существо
и у меня нет мужества делать то,
что я считаю необходимым
для блага моей дочери?
- Намекнуть, вот как!
- Простите.
Я хотел сказать, что, намекни вы,
это было бы равносильно приказанию.
Вот об этом я и говорил.
Что ж, конечно.
Перед вами ещё
долгая жизнь.
Когда-то город гремел молвой о ваших
расточительных увеселениях.
И снова сможет.
Подумайте о светском обществе,
свободе, развлечениях.
А какова другая
возможность?
Могила на ближайшем кладбище
через 2 года, а может, через 20.
Вам лучше знать,
что делать, друг мой,
и ваша дочь потом
будет вам благодарна.
Решайте за нее, сэр,
решайте за нее.
Да. Да, решать мне одному.
Что это с вами?
- Внезапный спазм.
- Я пришла, папа!
Моя дочь.
Папа, что случилось?
Боль. Но сейчас
она прошла.
- Не могу ли я чем-нибудь помочь?
-Ничем. Ты и так слишком много делаешь.
Ты переоцениваешь свои силы,
моя милая.
Эта жалкая жизнь
тебе не под силу.
Вы нездоровы, сэр.
Мистер Грайд и я уйдем.
Вы дадите нам знать?
Да, через неделю.
Дайте мне неделю.
Через неделю,
хорошо.
Мистер Грайд,
пойдемте, сэр.
- До свиданья, сударыня.
- Обменяемся рукопожатием, Грайд.
Несомненно, намерения
у вас хорошие.
Маделайн, моя милая,
дай ему руку.
Если бы леди
снизошла!
Хотя бы кончики
пальцев.
Пойдемте, Грайд.
Смайк?
Какое грустное лицо.
Вас что-то
расстроило?
Если да,
скажите мне.
Вы не заболели?
Вот.
Я собрала их в саду.
Спасибо.
- Так что, решено?
- Да
И я могу сказать мистеру Грайду,
что молодая леди согласна?
Она согласна.
Тогда давайте
назначим день.
*Та-ран-так-так, брось старый башмак
Пусть будет сей брак счастливым*
*Юности пыл
Радость сулил!*
*Брак их будет счастливым!*
О, в бутылочно-зеленом
я выгляжу хоть куда.
Пэг Слайдерскью, я надену фрак
бутылочного цвета!
Это вы меня звали
или это часы били?
Пэг, я женюсь
в этом костюме.
- А?
- Я женюсь в этом костюме.
Он слишком хорош, чтобы
жениться в нем, хозяин.
- Нет ли чего-нибудь похуже?
- Ничего подходящего нет.
Если она такая хорошенькая,
как вы говорите,
то можете поверить мне на слово,
не очень-то она будет на вас смотреть.
Ей будет все равно, какой бы костюм
вы ни надели, - цвета перца с солью,
бутылочного цвета, небесно-голубого
или в клетку.
Вы как будто в смешливом
расположении духа, Пэг?
- Я вас заранее предупреждаю, хозяин.
- А?
Никто не сядет на голову Пэг Слайдерскью
после стольких-то лет.
Вы приведете ее в этот дом не затем,
чтобы она мною командовала.
- Она не будет, Пэг.
- Вот и правильно.
Не то вы разоритесь.
Берегитесь, как бы эта миловидность
не обошлась вам очень дорого.
Вашего старого хозяина, Пэг,
хорошенькое личико не одурачит, нет...
Посмотрите, кто там.
- По какому делу?
- Письмо. От мистера Никльби.
Податель ждет.
- Не хотите ли вы…
- Да!
- ...присесть?
Нет, благодарю вас.
Ответ! Податель ждет.
Ответ... Да...
Да. Я напишу
одну строчку.
Это известие…
Плохое?
Нет, мистер Ногс.
Хорошее.
Хорошее! Я принесу
перо и чернила!
Что там написано?
А! Получили мое сообщение.
Хорошо. Официант!
Я не могу долго оставаться.
Смайк не очень здоров.
Тогда я буду краток.
Джин, пожалуйста.
Ваш дядя ожидает
меня в конторе.
Мне кажется, я на пути
к какому-то открытию.
- К какому?
- Не знаю, к какому.
Но я видел и слышал достаточно,
думаю, он может перейти все границы.
- О ком вы говорите?
- О ком ещё кроме вашего дяди?
Куда я ни пойду, я встречаю
человека по фамилии Брукер.
Может быть,
он следит за мной.
Он явно знает больше о вашем дяде,
чем хочет сказать.
И он уже бросал мне такие намеки,
которые поставили меня в тупик.
Но у меня засело в голове, что он
думает однажды рассказать больше.
А как это касается
меня, сэр?
Достаточно того, что это
касается вашего дяди.
Есть ещё одно темное дело,
которое заслуживает нашего внимания.
Неделю назад я подслушал, как ваш
дядя сговорился с неким Грайдом.
Они собираются отнять у одной
молодой леди её состояние,
о котором она сама
ещё ничего не знает.
Устроят брак, а когда мисс Брэй
станет женой Артура Грайда...
- Что? Что за имя вы назвали?
- Артур Грайд.
- Нет, другое.
- Молодой леди?
- Её зовут Брэй, Маделайн Брэй.
- Мисс Маделайн Брэй.
- Та самая.
-Вы ее знаете?
- Брак, вы сказали?
- Да, если это можно так назвать.
Через день она будет
отдана ч... ч... ч...
Нет, не человеку. Дьяволу во плоти,
искушенному во всех дьявольских кознях,
и это будет делом рук
вашего дяди.
Но она не может. Мистер Ногс,
мне нужно сейчас же идти.
Смайк, быстрее, прошу. Я ваш должник
более, чем когда бы то ни было.
До свиданья,
мистер Ногс.
Мистер Брукер,
мы опять встретились.
Мистер Ногс, дело, о котором
мы говорили...
Мисс Брэй, не могу ли я сказать вам
два слова наедине...
- Наедине, сэр?
- Я имею дело с молодой леди.
С дочерью
джентльмена, сэр.
Позвольте сказать, что мисс Маделайн
Брэй больше не зависит от вас,
вопреки вашим
предположениям,
и что мы не живем на ваши деньги,
хотя вы и льстите себя этой мыслью.
С сегоняшнего дня вы можете
убираться к черту.
Если вы посылаете меня
к этому черту Грайду, сэр,
в конце концов я составлю
компанию вашей дочери.
- Вы смеете...
- Пожалуйста, вспомните, сэр,
что он болен!
Болен! Болен! Мне грубит,
меня запугивает мальчишка из лавки,
а она умоляет его пожалеть меня
и вспомнить, что я болен!
- Прошу вас, сэр, оставьте нас.
- Я должен поговорить с вами.
- Я подожду за дверью?
- Да. Да, только уйдите.
Успокойся, папа.
Уже всё.
Джентльмен ушел.
Вот.
Вот.
Она просит его вспомнить,
что я болен.
Он оскорбляет меня,
ее отца,
а она называет его
джентльменом.
- Вы говорили сейчас о мистере Грайде.
- Да.
Я знаю, что вы собираетесь
послезавтра стать его женой.
- Это вас не касается.
- Мисс Брэй!
Братья Чирибл - ваши друзья,
вы это знаете.
К несчастью, сейчас они в отъезде,
и мне придется говорить за себя и за них.
Я умоляю вас отложить
эту свадьбу на одну неделю!
- С какой целью?
- Это даст мне время! Время...
Время разоблачить, почему женитьба
на вас так выгодна Артуру Грайду.
- Я прошу всего лишь неделю.
- Эта неделя может принести
смерть моему отцу.
- Вы знаете, как он болен?
- У меня есть долг.
И у меня,
мистер Никльби.
Это правда, я не люблю
этого джентльмена,
но приняв его руку, я могу вернуть свободу
моему отцу, который здесь умирает,
быть может, продлить его жизнь,
вернуть ему комфорт.
Я дала ему слово
и не нарушу его.
- Но, мисс Брэй...
- Я благодарна вам.
За вашу дружбу.
Дружбу, мисс Брэй?
Прощайте.
Ха! Отлично. Решено.
И если мисс Брэй сдержит свое слово,
то дело сделано.
- Я посылал вас с ещё одним поручением.
- Да.
- Ну?
- Все так, как вам сказали.
Сэр Мальбери Хоук
вернулся из Франции.
Вы с ним говорили?
Он поправился?
Я с ним не говорил.
Его не было дома.
А что до его выздоровления,
я бы сказал, это сомнению не подлежит,
учитывая, что он отправился
на скачки в Хэмптон.
Достаточно того,
что он в Англии.
Я его знаю.
Он не замедлит посчитаться
с мальчишкой, который
чуть не довел его до могилы.
Да. Хоук уплатит
по этому счету.
За себя и за меня.
Рулетка из Парижа,
джентльмены.
Ставьте, джентльмены, и удваивайте
ставки все время, пока шарик крутится.
Опять черное.
Вот мы как!
Как, черт меня побери! Хоук!
- Вот вы и вернулись, а?
- Как видите.
Здравствуйте,
лорд Фредерик.
Сначала мы слышали, что вы умерли,
затем - что уехали во Францию.
- Думаю, чтобы поправить здоровье?
- Что я и сделал.
Честное слово, необычайно мужественно
со стороны Хоука так скоро
показаться на людях.
Я читал в газетах о том,
как этот тип отхлестал вас.
Неужели. Тогда загляните
в газеты завтра.
А нужно?
И о чем я там прочту?
Снова черное!
- Возможно, о случае убийства.
- Хоук!
Прощайте.
Один, два, три, четыре для вас.
Сожалею, сэр.
Подходите,
джентльмены...
Хоук, послушайте.
Мне нужно поговорить с вами.
- Вы, разумеется, шутите?
- Шучу?
Думаете, я стал бы шутить об этом? Или
о неделях в постели со сломанной ногой?
Или о насмешках, что я терпел?
Нет, милорд, мистер Никльби
за многое заплатит.
Но... но это была
ваша вина.
- Что вы сказали?
- Вы оскорбили его сестру.
Отказались дать ему карточку.
Разве у него был другой выбор,
кроме как действовать на месте?
Я был неправ, что не вмешался,
но сделаю это сейчас.
- Будьте осторожнее в словах.
- Вопрос закрыт.
- Вы не причините ему вреда.
- Вы этому помешаете, милорд?
Если это
в моих силах.
Весьма уместная спасительная оговорка,
вот эта - "если в моих силах".
Занимайтесь своим делом
и предоставьте мне заниматься моим.
Вы неправы. Ваши намерения
не делают вам чести.
Я вас предупреждаю, что не допущу
трусливого нападения на этого
молодого человека.
Вы называете
меня трусом, сэр?
- Вы говорили о совершении убийства.
- Вы называете меня трусом?
Да.
А вы, сэр, слабовольный,
изнеженный, безмозглый идиот!
Как вы смеете!
Пустите меня! Он меня ударил!
Есть у меня здесь друг?
- Вествуд? Вы слышите?
- Слышу, уйдите сейчас.
Не уйду, ей-богу. Здесь десяток человек
видели, как он ударил.
- Завтра времени будет сколько угодно.
- Завтра времени не будет!
Немедленно, здесь!
- Сейчас.
- Я его ударил, и он знает, за что.
Я тоже хочу, чтобы с этим делом
было покончено.
- Сколько шагов?
- Шесть. Согласны?
Шесть шагов.
Шесть шагов.
Вы должны стать
спиной друг к другу,
сделать 6 шагов,
повернуться и выстрелить.
Один, два, три, четыре,
пять, шесть.
Он мертв.
Пусть кровь его
падет на его голову.
Он сам навлек это на себя
и принудил меня к этому.
Капитан Адамс, призываю вас
в свидетели, что все произошло
по правилам.
Хоук, вы должны немедленно
бежать из страны.
- У меня здесь есть ещё одно дело.
- Больше нет.
Мы должны покинуть это место
и поскорее переправиться во Францию.
Дело нехорошее,
и будет хуже, если мы промедлим.
Адамс, позаботьтесь о своей
безопасности. Теперь надо думать
о живых, а не о мертвых.
Эй, вы зачем так
врываетесь сюда?
- Кто вы?
- Неважно, кто я.
Завтра утром
ваша свадьба.
Откуда вы знаете?
Вы от Никльби?
Он вас не выдавал.
У вас с ним сделка, так?
Вы платите ему за его участие
в продаже Маделайн Брэй.
Я знаю мисс Брэй, знаю, что она
ненавидит и презирает вас.
- У нее кровь холодеет при одном
упоминании вашего имени.
- Что вам нужно?
Я пришел просить вас
отказаться от нее.
У нее есть богатые друзья, которые
переплавили бы в монеты свои сердца,
чтобы спасти ее от такого брака.
Назовите вашу цену.
Вы меня слышите?
- Я вас слышу. На помощь! На помощь!
- Что вы делаете, вы?
Я подниму на ноги соседей и присягну,
что вы грабили меня, если вы
не уйдете из моего дома.
А! Отвергнутый
возлюбленный, да?
Но ни вы ее не получите,
ни она вас!
- Покиньте мой дом сию же минуту!
- Подлец! Будь вы помоложе…
Будь я помоложе, было бы еще
не так плохо, да?
Но ради меня, старого, безобразного,
быть отвергнутым малюткой Маделайн?
Я не ее возлюбленный.
Даже имени моего она не знает.
А все-таки я у нее спрошу.
Я поцелуями
буду вымаливать.
И она мне ответит поцелуями,
и мы посмеемся и будем обниматься,
думая о бедном юноше,
который жаждал получить ее,
но не мог, потому что она
была обещана мне!
Ах, вы...
На помощь! На помощь!
На помощь!
Не могу понять, почему Николас сегодня
запаздывает, мистер Чирибл.
Я знаю, он расстроится,
что ваша поездка была впустую.
Не совсем впустую,
мисс Никльби.
Я более чем
вознагражден.
Но вы можете сообщить ему новости,
которые его порадуют.
Охотно.
Тот человек, Снаули, который приходил
сюда под видом отца Смайка...
Под видом? Вы хотите
сказать, он не...
Когда он пришел в этот дом
с тем Сквирсом и вашим дядей,
говорили, что у него
есть один документ.
Свидетельство
о рождении Смайка.
Я так не думаю.
Понимаете, у Снаули был ребенок,
сын от первого брака, но мальчик умер.
Если мы сможем доказать, что это
свидетельство того мальчика, а не Смайка,
Снаули поймет, что его могут
обвинить в попытке похищения.
Ваш дядя и Сквирс
окажутся замешанными.
А это можно доказать?
Если и нет, то не от
недостатка усилий.
Миссис Никльби, я признателен
вам за доброту.
- Я знаю, вы простите мое вторжение.
- Уверяю, вам всегда здесь рады.
Спокойной ночи, мисс Никльби.
Буду ждать следующей нашей встречи.
Спокойной ночи,
мистер Чирибл.
Кэт, это самый внимательный молодой
человек, какого мне случалось видеть.
- Внимательный, мама?
- Мне не почудилось, Кэт, дорогая моя,
я в этом уверена.
Никогда в жизни не видела я такого
внимательного отношения, никогда.
- Конечно, вы это не серьезно.
- Я никогда не говорила более серьезно.
Его учтивость и внимание ко мне -
одна из самых привлекательных,
лестных и приятных черт, какие я наблюдала за долгое время.
Ах, внимание к вам, мама!
Да, конечно!
Боже мой, Кэт, какая ты
странная девушка.
С какой бы стати я заговорила
о его внимании к кому-то другому?
Ни с какой, мама.
Николас. Мистер Фрэнк Чирибл
был здесь. Ты его встретил?
У него были хорошие новости.
Он нам сказал...
- Что случилось? Что-то не так?
- Кэт, мне нужна твоя помощь.
Ты пойдешь со мною
завтра в один дом?
Да, если ты хочешь.
Но зачем?
Там есть молодая леди, которую, как
я знаю, принуждают к ужасному браку.
Я должен попытаться
это расстроить. Должен.


Серия 6

Приободритесь, сударь,
и не будьте похожи на висельника.
Можно подумать, что здесь
похороны, а не свадьба.
- Какой вы шутник.
- Она будет вашей через полчаса.
А потом ... Потом вам
останется только беречь её.
Беречь её
и больше ничего, а?
Все знают, как это легко - понимать женщину и управлять ею.
Но идемте. Вам уже почти пора
сделаться счастливым.
Как, друг мой,
невеста нас не ждет?
Вечером ей было плохо.
Я думал, что сердце ее разобьется.
Но сейчас она одета
и у себя в комнате.
- Она готова, не так ли?
- Совсем готова.
И нас не задержит слабость,
свойственная молодым леди,
- обморок или что-нибудь в этом роде?
На нее можно вполне положиться.
Я с ней поговорил.
Но... на пару слов.
Разве это не жестоко?
- С какой стороны?
- Взгляните на него.
А я говорю, это жестоко, клянусь всем,
что есть подлого и предательского!
Жестоко? Посмотрите,
какой это дряхлый старик.
Будь он помоложе,
это было бы жестоко,
но в данном случае он скоро умрет
и оставит ее богатой молодой вдовой.
Мисс Маделайн считается с вашим
выбором, а в следующий раз
выбор будет за ней.
Но это неправильно.
Она моя дочь.
И преданная дочь.
В прошлый раз, когда мы с вами
говорили, у вас таких сомнений не было.
Я думал только о себе.
Мне... мне нехорошо,
мистер Никльби, но теперь...
Теперь слишком поздно забирать назад
слово, которые вы дали добровольно.
Мы подождем снаружи.
Прошу, не томите нас долго.
Как видите,
жених в нетерпении.
Идемте, сэр.
- А?
- Подождем снаружи.
Маделайн.
Уже пора?
Да.
Дитя мое, если ты чувствуешь, что я
поступил с тобой неправильно...
Папа, я вам сказала.
- Я сделаю, как вы хотите.
- Исполняя долг.
Если ты и сейчас
хочешь отказаться...
Папа!
Нет, ничего.
Нет, нет. Джентльмен
не нарушает своего слова.
Помоги мне, Маделайн.
Я должен быть готов.
Запомните мои слова, Грайд: ему вы
недолго будете платить пенсию.
Вам всегда чертовски
везет при сделках.
Если он не отправится в далекий путь
в течение ближайших месяцев,
я готов носить на плечах
апельсин вместо головы.
Вы? Вы здесь, мальчишка?
Что вас сюда привело?
- Ваше злодейство.
- Вы вечно на моем пути,
на каждом повороте.
- Вам нечего делать в этом доме.
-Так же, как и в моем.
- Дайте пройти.
- Зачем?
Предложить мисс Брэй приют и кров.
Может, Кэт убедит её.
- Что он сказал?
- Идите и позовите Брэя.
Вы туда не зайдете, сэр.
Мистер Никльби, мистер Грайд! Я прошу
вас, скорее! Пожалуйста, помогите!
Папа!
Нет! Нет!
Он не умер.
Он не умер.
Мне жаль.
Я думаю, вам обоим здесь
больше нечего делать.
Этот человек требует свою жену
и получит ее.
Этот человек требует не своё, и он не
получил бы ее, будь за ним 50 человек.
- Кто ему воспрепятствует?
- Я.
- По какому праву?
- Вот по какому праву:
благодаря тому, что я знаю, вы не
осмелитесь доводить меня до крайности.
Николас, Николас.
Мир обмана и махинаций, созданный
вами на протяжении всей вашей
недоброй жизни,
обращается в прах,
и вы, сэр, рухнете вместе с ним.
Мои проклятья! Ужасные, смертельные
проклятья этому мальчишке!
Отведешь мисс Брэй наверх, Кэт?
Она должна отдохнуть.
Вы здесь в безопасности.
Постарайтесь не волноваться.
Обо всем позаботятся.
Идемте.
Николас, кто эта
молодая особа?
Мама, ее зовут
мисс Брэй.
Она останется здесь,
пока не вернутся братья Чирибл.
Они захотят взять её
под свою защиту.
- Ты сказал, она останется здесь?
- Ее отец умер час назад.
Конечно, ты знаешь лучше,
а я, должно быть, очень глупа.
Я в этом не сомневаюсь, раз родные
дети говорят мне это каждый день.
Но если мы будем подбирать
каждого сироту в городе,
я уверена, этому
конца-края не будет.
Отважиться на своё мнение - не для меня,
но если мнне позволено будет сказать,
я и подумать не могу,
что с нами происходит.
- Сначала заболел мистер Смайк.
- Что?
Я была совсем одна
и не могла послать за доктором.
У бедного мистера Смайка такой жар,
что лицо прямо горит.
Я постараюсь найти доктора.
Расскажите Кэт и попросите пойти к нему.
- Но та молоая леди...
- Дайте ей отдохнуть. Я скоро вернусь.
Должна сказать, никогда в своей жизни
я не слышала ничего подобного.
Кэт. Кэт, дорогая моя.
Кэт!
Пэг! Пэг Слайдерскью!
Это не моя вина.
Я сделал все, что в моих силах.
- Это не моя вина!
- А кто сказал, что ваша?
Вы посмотрели так, как будто
хотели сказать, что я виноват.
Нет. Я виню его за то, что он
не прожил еще час.
Больше я никого не виню.
Кроме того молодого типа,
что увел мисс Брэй.
С ним у меня старые счеты.
Мой дом кажется
таким пустым
Вы останетесь и пропустите
со мной стаканчик?
Воды.
Она должна была прийти
сюда моей невестой.
Такая хорошенькая
цыпочка.
Вы видели ее
в последний раз.
Пэг. Пэг, ваш хозяин дома!
- Пэг Слайдерскью!
- Ну, что теперь?
Моя служанка, почему она
не отвечает? Где она?
- Пэг!
- Потише, любезный.
Эта карга вышла сделать какие-нибудь
приготовления к вашему свадебному
празднеству, вот и все.
Что с вами?
- Ограбили! Ограбили!
- Украдены деньги?
- Хуже!
- Как хуже?
Хуже, чем деньги. Лучше бы она
оставила меня нищим, чем сделала такое!
Что сделала, проклятый, выживший
из ума старик? Что пропало?
Бумаги, документы.
- Я разорен.
- Какие бумаги?
Она видела, как я их читал. Видела, как
я спрятал их в шкатулку в этом сундуке.
- Шкатулка исчезла!
- Вы имеете в виду завещание?
Она не знает, что это,
она не умеет читать.
Но она отнесет
к тем, кто умеет.
- Они получат деньги за это.
- Она не могла далеко уйти.
- Я позову полицию.
-Нет, нет, нет.
- Полиции нельзя говорить.
-Не говорить о грабеже?
Да, ни слова.
В какую бы сторону
я ни обратился, я погиб.
Меня выдадут.
Я умру в Ньюгете!
Вот, Смайк, здесь тот,
кто вас вылечит.
Доброе утро.
Не покидайте меня.
Только на минутку.
- Я схожу к мисс Брэй.
- Как она?
- Думаю, немного лучше. Она поспала.
- Хорошо.
Что сказал доктор
о бедном мистере Смайке?
Мы сейчас узнаем, мама.
Уверена, это не более чем простуда,
он не привык к лондонскому воздуху.
Я и сама, где бы ни пробовала гулять,
начинаю совсем задыхаться.
Николас, я думала
о мистере Фрэнке Чирибле.
- Вот как, мама?
- Приятный человек, разве нет?
- Да.
- И хорош собой?
Я бы так сказал.
А что бы ты сказал о его носе,
дорогой мой?
- О носе?
- Какого стиля у него нос?
Какого архитектурного ордена,
кажется, это так называется?
Ты бы его назвал
римским или греческим?
Насколько я могу припомнить,
я бы его назвал композицией,
или носом смешанного стиля.
Я присмотрюсь к нему поближе
и сообщу вам.
- Я бы хотела, чтобы ты это
сделал, дорогой мой.
- Тогда я посмотрю.
А почему вы заинтересовались
формой носа мистера Чирибла?
Какой ты ненаблюдательный.
Тебе бы научиться быть внимательнее.
Мистер Чирибл посещает нас
каждый вечер,
а ты так и не научился кашлять
в коридоре, прежде чем открыть дверь,
или беззаботно насвистывать,
или напевать какую-нибудь песенку.
- Это так неосторожно с твоей стороны.
- Почему я должен все это делать?
- Предупредить их, что ты идешь.
- Их?
Очень неловко застать молодых людей,
когда они сидят рядом на диване,
и ты сам убедишься в этом,
когда влюбишься в кого-нибудь,
а я верю, что влюбишься, только бы она
была приличной и благовоспитанной.
Мама, о чем вы говорите?
Я говорю, что мистер Чирибл
отчаянно влюблен в Кэт.
- В кого?
- В Кэт.
- В нашу Кэт?
- Чья же может быть Кэт, если не наша?
В Кэт? О Боже.
Доктор, как он?
Не очень болен, надеюсь?
Ваши надежды напрасны.
Жизнь вашего юного друга в опасности.
- О, Николас.
- Как так может быть?
Боюсь, появились все признаки
скоротечной чахотки.
Единственная надежда
спасти его жизнь
заключается в том, чтобы
немедленно увезти его из Лондона.
Чахотка?
Иначе я не дам вам
ни клочка надежды.
Его нужно увезти в деревню,
где тепла и солнца больше,
чем здесь.
Я вам признателен, сэр.
Это будет сделано немедленно.
Но я должен предупредить,
что кто бы ни поехал с ним туда,
должен быть готов
к худшему.
Молодой человек может
оттуда не вернуться.
Ну, Смайк, у меня для вас
хорошие новости.
У вас будут каникулы.
- Вы отсылаете меня?
-Нет-нет, я тоже поеду.
Мы поедем в Девоншир,
где мы с Кэт выросли.
Вам понравится, Смайк,
там свежий воздух и солнце.
Но я не хочу
уезжать отсюда.
Это всего лишь на несколько
недель, не больше.
А как только вам станет лучше,
мы оба вернемся домой.
Просто пару недель
в деревне, вот и все.
Подождите у меня в кабинете, мистер
Сквирс. Я хочу поговорить с моим клерком
Ногс.
Когда вы уходили из конторы
прошлым вечером, то говорили
на улице с одним человеком.
- Его имя, сэр?
- ''Его имя, сэр?''
Не повторяйте за мной,
как попугай.
- Хотел бы я быть попугаем.
- И я бы этого хотел.
Я бы уже давно свернул вам шею.
- Его имя?
- Я не знаю.
- Ну-ка, освежите свою память.
- Говорю же, не знаю. А вы знаете?
На прошлой неделе он приходил
увидеть вас, разве нет?
- Чего он от вас хотел?
- Хотел снова вас увидеть.
Чтобы я это устроил. А когда вы
его увидите, он хочет, чтобы вы
его выслушали.
- Что вы на это сказали?
- Что это не мое дело.
Хорошо. Теперь
послушайте меня, Ногс.
Его имя Брукер. Бездельник, мошенник, бродяга, вернувшийся из-за океана,
куда отправился
за свои преступления.
В следующий раз, когда он будет к вам
приставать, передайте его полиции
за попытку вымогать деньги
угрозами и ложью,
а остальное
предоставьте мне.
- Вы слышите, что я говорю?
- Слышу.
Так и сделайте,
а я вас награжу.
- Теперь можете идти обедать.
- Сейчас не время.
- Мое время должно быть и вашим,
а я говорю, что сейчас время.
- Вы его меняете каждый день. Нечестно!
Кухарок у вас немного, и вы легко можете
принести им извинения за беспокойство.
Ступайте, сэр.
В чем риск?
Ну, скажите мне.
- Вы знаете, какой риск я имею в виду.
- Не знаю.
Мы пришли в тот дом.
Мы сказали, что Смайк - сын Снаули.
- Ну?
- Ну, а он не сын.
- Мы показали им
свидетельство о рождении.
- Оно было подлинное.
Но не Смайка.
А сына Снаули, который умер.
И который сейчас пища червей.
И кто может знать?
Никто, кроме самого Снаули,
не может сказать, что это не его сын.
Снаули должен помнить одно - твердо
держаться рассказанной им истории.
Так какой же ваш риск?
Может, и так, но я очень
впечатлительный человек.
Чтобы меня взволновать,
много не нужно.
Да.
А теперь послушайте меня.
Полагаю, вы знаете, кто ваш враг.
Ваш племянник?
Конечно, знаю.
Так. А что, если бы вы одновременно
могли и денег заработать, и отомстить?
Как? Скажите, как.
Одно словечко, и я ваш.
Мой племянник взял под опеку молодую
женщину по имени Маделайн Брэй.
- Похоже, что он влюблен в нее.
- Хоть бы она видеть его не могла.
Есть завещание, или дарственная,
или документ в этом роде,
по которому она имеет право
на состояние, когда выйдет замуж.
Когда мой племянник
станет ее мужем,
это сделает его богатым, преуспевающим
человеком и очень опасным врагом.
Но завещание здесь, у вас.
Славно, славно!
- Документ украден.
- Украден?
Не у меня. У человека,
чье имя вас не касается.
Украла старая служанка
по имени Пэг Слайдерскью.
- Пэг Слайдерскью?
- Она стара и глупа.
Понять ценности того, что взяла,
она не может.
Мистер Сквирс, я хочу, чтобы документ
был найден и доставлен мне.
Я уплачу вам 50
фунтов золотом.
- Согласны?
- 50 фунтов.
Да, это кругленькая сумма.
- Но как я разыщу эту Пэг...?
- Слайдерскью.
Мне случалось раньше откапывать
в этом городе людей.
Я знаю такие места, где одна-две
гинеи, толково истраченные,
частенько разрешают
загадки потруднее этой.
Вы найдете ее, Сквирс,
и принесете документ мне,
и мой план
исполнится.
Пусть лучше мой племянник женится
на нищей, чем на наследнице.
Да! А если я найду это, что вы
предполагаете с этим сделать?
Сожгу! Превращу
в пепел.
''Приехав, я снял для себя и Смайка
помещение на маленькой ферме.
От всего сердца хотел бы написать,
что его здоровье улучшается,
но мне кажется, что с каждым
днем жизнь его тает.''
''Сейчас он слишком болен,
чтобы передвигаться.
Он вспоминает всех вас,
и особенно тебя, Кэт.
Я молюсь, чтобы в следующем письме
новости мои были более веселыми.''
- Позвольте мне.
- ''..новости мои были более веселыми.
Кэт и мама, я шлю вам
свою любовь.
Прошу, передайте мисс Брэй
самый почтительный привет.''
- Как, мистер Ногс.
- Леди, прошу прощения.
Можно спросить, скоро ли вы ожидаете
возвращения вашего брата?
Боюсь, не скоро. Мы только что узнали,
что бедному Смайку гораздо хуже.
Невозможно, чтобы
Николас оставил его.
- Что-то случилось?
- Это касается мисс Брэй.
- Касается меня?
- Так говорите, приятель .
Нужно следить и ходить
за человеком по имени Сквирс.
- Если он ускользнет из виду...
- Сквирс? Но я не знаю такого.
Достаточно знать, что он
в союзе с моим хозяином.
Возможно, вам знакомо имя
Ральф Никльби?
Тот человек?
Да, он мне знаком.
- Вы сказали, за Сквирсом нужно следить?
- И ходить, днем и ночью.
- Но если вашего брата нет...
- Тогда вам нужно смириться со мной,
мистер Ногс.
Если вы знаете, где его
можно найти, то я обещаю -
пусть бегает, как лис,
но от нашего взора не скроется.
Тогда идемте!
Мисс Никльби, леди.
А сколько вы хотите?
Верно.
- Пенни за мешок. Ну вот.
- Спасибо.
Сколько вам?
Так.
- Пенни за мешок. Вот.
- Спасибо.
Спасибо вам большое.
Эй, что вам нужно?
Убирайтесь!
- Я вас не знаю. Кто вы?
- Я друг, Пэг. Вы ведь Пэг, так?
У меня для вас
кое-что есть, Пэг.
Слушайте.
Это деньги.
И это.
О, давайте это мне.
О, да вы красотка, я теперь
вас рассмотрел, Пэг.
Что вам от меня нужно?
Мне? Ничего, моя Слайдер.
Ну, почти ничего.
Всего лишь несколько
клочков бумаги и все.
Бумага? У меня нет бумаги.
Не понимаю, о чем вы толкуете.
Бумаги бесполезны, Пэг.
Хуже, чем бесполезны.
Мне-то все равно, но вы
храбрая женщина, Слайдер.
Почему я храбрая?
Я не оставил бы бумаги валяться зря,
если их можно превратить в деньги.
Особенно бумаги, которые
могут довести меня до виселицы.
Они украдены, так?
Вы их взяли.
Не думаю, что хотел бы
вмешиваться в это дело.
Никакие бумаги не стоят того, чтобы быть
повешенным. Нет, держите их при себе.
- Погодите минутку. Слушайте,
они достались мне...
-Нет, нет.
Покажите их кому-нибудь другому
и у него спросите совета.
Не хочу я их видеть.
- Я покажу их вам.
- Вы говорите так, будто это
какое-то редкое удовольствие.
Мое доброе сердце,
меня погубит.
Вот.
Так, теперь давайте посмотрим,
что у нас тут есть.
Я расскажу вам, что они значат
и имеют ли какую-нибудь ценность.
- Пока будете слушать, сожгите шкатулку.
- Сжечь?
Никогда не храните вещи, которые могут
вас выдать. Помните это всегда.
Что там такое
написано, а?
О, здесь ничего
особенного.
Это всего-навсего старый арендный
договор. Он нам не нужен.
- Мы сожжем все, что нам не нужно.
- Сожжем это.
Это пачка неоплаченных счетов
7-8ми молодых джентльменов, но...
о, все они - члены парламента,
стало быть, никакого толку от этого нет.
- В огонь их.
- В огонь.
Закладные.
Ладно, сохраним это.
Арендный и субарендный договоры.
Не нужны.
- Не нужны.
- Два признания долга ответчиком.
Сохраним.
Так.
''Маделайн Брэй.
по достижении совершеннолетия или по
выходе замуж упомянутая Маделайн...''
- Завещание!
- Убийство!
Убийство!
Нет... нет...
Не отпускайте меня.
Он здесь.
Я его вижу.
Я его вижу.
Смайк.
- Успокойтесь, Смайк.
- Нет.
- Вам снился сон.
- Нет, я его видел.
Там.
За деревом.
Там был человек,
который отдал меня в школу.
Там никого нет, Смайк.
Это только игра воображения.
Я всегда его вижу.
Я видел его во сне,
когда был маленьким,
и видел его во сне
в последующие годы.
Я видел его минуту назад так же
ясно, как вижу сейчас.
Он понял,
что я его вижу.
Он испугался.
Он отпрянул.
Вам снилось, Смайк.
Нет.
То есть это правда,
сон мне снился,
но он был приятный.
Мне снились...
Да?
Такие приятные,
счастливые сны.
Я не боюсь умереть.
Я рад.
Вам не стоит
разговаривать.
Вы так часто говорили мне,
что мы встретимся снова.
У меня не должно
быть от вас тайн.
В Лондоне вы спрашивали меня,
почему я так изменился
и так часто
оставался один.
- Вы не осудите меня, нет?
-Нет, Смайк.
Простите меня.
Я готов был умереть,
чтобы сделать ее счастливой.
У меня разрывалось сердце,
когда я видел её с...
Я знаю, он горячо ее любит,
но и я тоже.
Вы говорите о Кэт?
Я видел.
Я понимал.
Кто бы мог понять это
раньше меня!
Вы никогда
не скажете ей, нет?
Я обещаю.
Никогда.
Если бы вы
сказали мне раньше.
О, Смайк.
Смайк.
Я пришел повидать
мистера Сквирса.
Да, сэр.
- Что у вас с головой?
- Что с ней?
Это те два молодчика, которые
отдали меня в руки в полиции,
проломили мне голову,
вот что с ней такое.
- Значит, вы, наконец, пришли?
- Как я мог прийти раньше?
Я не знал,
что вас арестовали.
Какой удар
для моего семейства.
Гербовый щит Сквирсов
разломан на куски.
Солнце их закатилось
в волны океана!
Вы пьяны. Не хнычьте.
Скажите мне, в чем вас обвиняют.
- Незаконное владение.
- Незаконное владение чем?
Тем самым документом, за который вы
обещали заплатить мне 50 фунтов золотом.
- Вот чем...
- Тише.
Завещание в пользу Маделайн...
как там ее фамилия...
Я ему сказал. Я сказал тому человеку
с напудренной головой, ну, знаете,
мировому судье:
''Я не знал, что это
нехорошо, сэр.
Просто-напросто моими услугами
воспользовался друг,
мой друг мистер Ральф Никльби,
Гольдн-сквер.
Вам нужен он, а не я.
Пошлите за ним.''
Вы это сказали?
Ничего. Вы должны
отказаться.
Мы придумаем для вас историю,
которая помогла бы вам выпутаться
20 раз из такого пустячного
затруднения, как это.
Вы возбудите дело о незаконном
аресте и еще извлечете из этого пользу.
- Нет.
- Поверьте мне...
Я не хочу, чтобы для меня
придумывали какие-то истории.
- Сквирс...
- Если увижу, что дело оборачивается
против меня,
позабочусь, чтобы вы получили свою
долю, можете не сомневаться.
Снаули в безопасности,
а вот вы - нет.
- Снаули?
- Он стал свидетелем обвинения.
Он добился обещания,
что не подвергнется каре.
Он рассказал про Смайка.
Рассказал про свидельство о рождении.
- Назвал меня. Назвал вас.
- Он назвал меня?
Да, вас, того, кто говорил мне, что нет
никакой опасности, никакого риска.
Вы меня впутывали в это дело
все больше и больше.
Мое нравственное влияние на этих
мальчишек пошатнулось
до самого фундамента.
Образы миссис Сквирс, моей дочери
и моего сына Уэкфорда,
страдающих от недоедания,
вечно передо мной
при таком роковом положении дел.
В очаровательной
деревне Дотбойс,
близ Грета-Бридж,
в Йоркшире,
юношей принимают на пансион, одевают,
обстирывают, снабжают книгами
и карманными деньгами,
обучают всем языкам,
живым и мертвым,
математике, правописанию, геометрии,
астрономии, тригонометрии.
каковая является видоизмененной
тригиномикой.
В-с-ё значит:
всё без исключения.
К-о-н-ч-е-н-о - наречие, значит:
ни о чем другом уже речи нет.
С-к-в-и-р-с:
Сквирс, имя.
Имя существительное,
воспитатель юношества.
А в целом -
все кончено со Сквирсом.
- Уходите! Уходите.
- Я должен поговорить с вами.
Нет! Уйдите отсюда! Прошу вас,
оставьте меня в покое, уйдите.
- Значит, вы знаете?
- Здесь была полиция.
- Они спрашивали о вас.
- Обо мне?
Грайд, вместе мы сможем
легко выстоять в этом деле.
Нет! Нет! Нет!
Не желаю ничего делать!
Но вам придется!
Вчера вы все лизали
пыль на моих сапогах.
Вы, Снаули, Сквирс.
А теперь бегут от меня, как от чумы
без всякой причины.
Даже моего клерка Ногса невозможно
найти. Словно сквозь землю провалился.
Грайд, выслушайте меня.
Эту бурю легко перенести, но мне нужна ваша помощь, показания под присягой.
- Я больше ничего не хочу делать.
- Вы выслушаете!
Грайд! Что вас беспокоит?
Уходите! Уходите!
- Грайд!
Послушайте меня!
Послушайте меня!
Уходите
и не возвращайтесь!
Идите! Я больше ничего
не хочу делать!
Уходите!
А, мистер Никльби.
Как поживаете?
Скажите же мне, что вы совсем здоровы
и никогда не чувствовали себя лучше.
Я совсем здоров.
Но теперь, присмотревшись, я замечаю,
что вид у вас усталый.
Ох, бедный мальчик.
Дик, черный дрозд, был сам не свой,
с тех пор как вы уехали.
Единственные, на кого эта птица
обращает внимание, это Чириблы, вы и я.
Плохо я умею откладывать
разговор о том, что меня беспокоит.
- Расскажите об этом бедном мальчике.
- Десятки раз он говорил о вас.
Как? Неужели? Жаль, что мы не могли
похоронить его в городе.
Во всем Лондоне нет лучше кладбища,
чем то маленькое, за площадью.
Я не думал, что он обо мне вспомнит.
Бедный мальчик.
А, дорогой мой сэр. Как хорошо
видеть вас, да ещё так кстати.
идемте, у нас посетитель
и мы вскоре ожидаем ещё одного.
Тим, вы проведете его к нам,
как только он придет.
- Проведу, мистер Чарльз.
- Идемте.
Брат Нэд, мистер Никльби вернулся
к нам из своей печальной поездки.
- Мистер Ногс, что привело вас сюда?
- Добро пожаловать, мой дорогой сэр.
Мы не должны
впадать в уныние,
даже если смерть этого бедного мальчика более ужасна, чем мы предполагали.
Более ужасна?
Мистер Ногс сообщил нам сведения,
из-за которых мы и пригласили
вашего дядю.
- Моего дядю? Сюда?
- Он назначил этот вечер.
Однако перед этим вы должны
встретиться со знакомым Ногса.
Вам нужно подготовиться.
Сказанное будет потрясением - для вас
не меньшим, чем для вашего дяди.
Мистер Ногс, вы были для мистера Никльби
наставником, советчиком и другом.
Расскажете ему?
- Меня зовут Никльби.
- Я это знаю.
Кто из вашей фирмы
заходил ко мне?
- Мистер Чарльз.
- Скажите мистеру Чарльзу,
что я хочу его видеть.
Вы увидите не только
мистера Чарльза, сэр.
Вы? Здесь?
Хорошенькое начало.
Я верю, что братья Чирибл - слишком
честные, прямодушные люди,
чтобы якшаться
с подобного рода субъектом,
который продаст душу
(если она у него есть), чтобы напиться,
и каждое слово которого - ложь.
- Подобного рода субъект...
- Осторожнее.
Нет, я буду говорить. Кто меня сделал
"подобного рода субъектом"?
Если я готов душу продать,
чтобы напиться, почему я не стал
вором, мошенником,
не таскал пенсов с блюдца у собаки
слепца, вместо того чтобы быть
вашим рабом?
Ложь! Разве я когда низкопоклонничал
и пресмыкался перед вами?
Я работал больше и выслушивал
от вас оскорблений больше,
чем мог бы в работном доме.
Я вам служил,
потому что я был горд.
Потому что
у вас я был одинок.
- И никто не видел мое унижение.
- Тише, ведь вы сказали, что не будете.
Я здесь, потому что мне нужна помощь,
чтобы вывести вас на чистую воду
и довести до конца
начатое дело.
- Вы? Что вы там начали?
- Идите туда и узнайте, каков конец.
Я слышал, как вы подкупили
йоркширского школьного учителя,
а с Артуром Грайдом заставили
отца-эгоиста продать его дочь в жены.
А теперь идите туда
и узнайте худшее.
И помните, это "подобного рода субъект"
начал то, что теперь подошло к концу.
Идите.
Я получил записку
от мистера Чарльза Чирибла.
Я здесь, сэр.
В записке было скзазано, что у вас
для меня есть какое-то известие.
- Ужасное известие, насколько я помню.
- Именно это слово и было, сэр.
- Кто это там?
- Пусть он побудет там, сэр,
пусть он пока побудет там.
Опять загадки?
Ну что ж, джентльмены, побеседуем.
Я готов считаться с вашей слабостью.
Раз никто не приглашает меня сесть,
я сяду без приглашения.
Я устал от ходьбы.
- Что там у вас за ужасное известие?
- Это касается смерти.
Смерти? Моей племянницы?
Невестки?
Нет, сэр.
Они обе здоровы.
Уж не хотите ли вы мне сказать,
что мой племянник умер?
Нет, это было бы слишком хорошо.
А если мы вам скажем,
что несчастный мальчик,
на которого вы излили злобу и ненависть,
питаемые вами к вашему племяннику...
Смайк? Смайк умер?
- Вы это хотели сказать?
- Да, сэр.
Тогда вы хорошо сделали,
что послали за мной.
Я бы прошел пешком сто миль
по грязи, в слякоть, в темноте,
чтобы именно теперь
услышать эту весть!
И эти сведения принес вам
мой племянник, да? Что ж...
Но скажите ему, что еще много дней
я буду острым шипом в его боку,
а вы оба будете оплакивать тот день,
когда пожалели его.
Сомневаюсь, мистер Никльби.
Мистер Брукер.
Что... что делает здесь
этот человек?
Он - каторжник,
преступник, просто вор.
- Вы должны узнать то,
что он имеет сказать вам.
- Я должен?
Выслушайте его,
кем бы он ни был.
- Очень хорошо.
- Мистер Брукер.
Я ничего не скажу в свое оправдание,
хотя этот человек был жесток со мной.
Двадцать лет назад он женился
на благородной наследнице.
Завещание ее отца гласило,
что, если она выйдет замуж,
ее состояние должно перейти
к другой ветви семьи.
Из-за этого брак был
окружен глубокой тайной.
- Но родился ребенок, мальчик.
- Что за пустая болтовня.
Миссис Никльби настаивала, чтобы муж объявил об их браке,
он отказал -
не хотел терять состояние.
Ребенка отослали к кормилице,
подальше от тех мест.
Примерно через семь лет
после свадьбы
- жена покинула его и убежала с другим.
- Я не буду это слушать!
Видеть, как мою жизнь выставляют
напоказ для вашего увеселения.
Цель другая, сэр.
Продолжайте.
Они уехали за границу, а мистер Никльби
собирался их преследовать.
но только перед отъездом
он поручил ребенка моим заботам.
Мальчик стал болеть.
Доктор сказал, что мальчик нуждается
в перемене климата, иначе он умрет.
Я отвез ребенка в одну
из йоркширских школ,
к человеку
по имени Сквирс.
Я сказал ему, что
мальчика зовут Смайк.
Да, Смайк был вашим единственным
сыном, да поможет мне Бог.
Когда мистер Никльби вернулся, я сказал
ему, что ребенок умер и похоронен.
- Зачем?
- Зачем вы это сказали?
Я задумал когда-нибудь
использовать эту тайну,
чтобы вытянуть у него деньги за известие
о местонахождении мальчика.
На протяжении шести лет я платил
за него Сквирсу по 20 фунтов в год.
Потом меня арестовали
и выслали из этой страны.
Я был в отсутствии
восемь лет.
Когда не так давно я вернулся,
то попытался рассказать мистеру Никльби,
но он не стал слушать.
Я выследил мальчика из Йоркшира
и узнал, что он болен.
Я последовал за ним
и мистером Никльби в Девоншир.
Я думал, они в конце концов
выслушают меня.
Но было слишком поздно.
Мальчик умирал.
Я знаю, что поступил дурно.
Я ничем не смогу искупить вины.
Но я подумать не мог, что этот человек
будет преследовать и доведет
свое родное дитя
до конца.
Лампу, брат Чарльз. Мистер Брукер,
там на камине свечи.
- А, вот Тим Линкинуотер.
- Ну, Тим, где мистер Никльби?
- Ушел, мистер Чарльз. Пойти за ним?
- Нет, нет. Лучше оставить его в покое.
Завтра, Тим.
Мы зайдем завтра.
- Кто там?
- Нам нужен мистер Никльби.
- Что вам от него нужно?
- Мы из полиции.
Откройте,
пожалуйста.
Сэр, у нас к вам дело.
У нас предписание. Откройте, сэр.
Я помню, как
спал в комнате,
в пустой комнате
под самой крышей.
И там был люк в потолке
и еще часы в углу.
Я никогда не забывал
этой комнаты,
потому что, когда мне
снятся страшные сны,
она появляется точь-в-точь
такой, как была.
Она никогда
не меняется.
Откройте, пожалуйста.
Лги железным
своим языком.
Возвещай радостно о рождениях,
от которых корчатся ожидающие
наследства,
и о браках, которые
заключаются в аду,
и горестно звони
об усопшем.
Никаких колоколов
для меня.
Бросьте меня
на кучу навоза
и оставьте там гнить,
отравляя воздух!
Вон свет в мансарде.
Николас, не могу не удивляться,
что под этим подразумевается?
Под чем подразумевается?
Кэт, ты готова?
Это приглашение на ужин.
Какова его цель и смысл?
Я думаю, смысл его заключается в том,
что мы будем есть и пить у Чириблов,
а цель - доставить
нам удовольствие.
В таком случае, я тебе скажу кое-что.
Будь уверен, имеется в виду
не только обед.
Ну, может быть,
поход в цирк?
На твоем месте я бы таких глупостей
не говорила. Они неуместны и тебе не идут.
- Идемте, мама, а то опоздаем.
- Запомните то, что я сейчас сказала.
И, когда я вам скажу, что я это
говорила, не разубеждайте меня.
В высшей степени странно,
что они пригласили мисс Ла-Криви.
Конечно, она приятная особа, несомненно,
она будет держать себя прекрасно.
Я бы только хотела, чтобы кто-нибудь
дружески намекнул ей, какая у нее
плохая отделка на шляпах.
Если ей угодно походить на пугало,
она несомненно имеет на это полное право
Я все время верчу, как
проклятая старая лошадь.
А, я знаю этот голос.
Это мистер Манталини.
Вся моя жизнь - чертовский,
ужасный мельничный жернов!
Ах ты... обманщик,
предатель!
Обманщик?
Проклятье!
Послушай, душа моя,
мой нежный, очаровательный
и дьявольски пленительный
цыпленочек, успокойся.
- Успокоиться? Да я тебе глаза выцарапаю!
- О, какая разъяренная овечка.
Мало того, что я заплатила 2 фунта 14
шиллингов и вытащила тебя из тюрьмы?
Так нет, ты хочешь
разбить мне сердце!
Я никогда
не разобью ей сердца.
Я буду пай-мальчиком,
я прошу у нее прощения.
Все кончено с ее
красивым дружком.
Он отправляется
ко всем чертям.
Она его пожалеет?
Проклятье!
Это малютка Никльби!
Закройте дверь,
погасите свечу.
Спрячьте меня
в постели!
О черт, черт, черт!
Черт, черт, черт!
Я знал, что вам
эта сценка понравится.
Ничто не доставило бы мне
большего удовольствия.
Таким, как мы, что прожили всю жизнь
одиноко на свете, приятно видеть
когда молодые
люди соединяются,
чтобы провести вместе
многие счастливые годы.
Ах, это правда,
мистер Линкинуотер.
Хотя из-за этого некоторые чувствуют
себя одинокими и отверженными, да?
Вот как? Ну, я этого
не знаю.
Этого довода почти достаточно,
чтобы мы поженились, не правда ли?
Мистер Линкинуотер!
Над нами будут смеяться.
Пусть смеются. Я знаю, у нас обоих
характер хороший, и мы тоже посмеемся.
Вот это верно.
Мы будем с вами
счастливой четой.
Будем жить в старом доме,
где я прожил 44 года.
Нас будут окружать все мои старые
друзья - ворота, насос, цветочные горшки.
Будем счастливой четой
и будем заботиться друг о друге.
О, Тим.
Какой очаровательный
дом, мистер Чирибл.
Так похож на дом, где мы жили,
пока жив был мой дорогой муж.
Вот только, кажется, кандлябры
не были так близко к окну.
Окно было в другой
стороне комнаты.
- Нет, мама...
- Неужели, сударыня. А, вот и Фрэнк.
Дядя Чарльз
прогнал меня.
Сказал, что намерен целиком
завладеть мисс Никльби.
Дорогая моя, вы видели Маделайн,
с тех пор как она от вас уехала?
- Нет, сэр, ни разу.
- И ничего о ней не слышали, а?
- Ничего о ней не слышали?
- Я получила только одно письмо.
Я не думала, что она меня
так скоро забудет.
Печально!
Очень печально!
Пойдите-ка в соседнюю комнату, дорогая,
и посмотрите, нет ли вам письма от нее.
Кажется, оно
лежит там на столе.
- О, мисс Никльби...
- Фрэнк, послушайте, сэр...
И вы, мистер Никльби.
Простите нас. Нам нужно
обсудить небольшое дельце.
Конечно, мистер Чирибл.
Это, джентльмены, копия завещания
деда Маделайн с материнской стороны,
который оставил ей
сумму в 12 тысяч фунтов,
которая должна быть уплачена, когда
она достигнет совершеннолетия
или выйдет замуж.
- Это завещание украл Грайд?
- Да.
- Понятно.
- Ну, Фрэнк, ты обнаружил это завещание.
Может быть, ты намерен
просить руки Маделайн?
- Нет, сэр!
- Нет, негодяй?
Я думаю, что есть человек, который
имеет в тысячу раз больше прав на нее.
Так и есть. Разве мы хотели бы
женить тебя ради денег,
если юность, красоту, все добродетели
можно получить, женившись по любви?
Как посмел ты, Фрэнк, ухаживать
за сестрой мистера Никльби,
не предупредив нас и не позволив нам
замолвить за тебя словечко?
Я... я не смел надеяться.
Он не смел надеяться.
Тем больше было оснований
прибегнуть к нашей помощи.
Мистер Никльби, сэр, Фрэнк на сей раз
не ошибся в своих заключениях.
Сердце Маделайн занято.
Она выбирает вас! И если не верите мне
на слово, вы вольны спросить ее сами.
Вы нашли Маделайн, которая
не совсем забыла вас?
- О, несомненно!
- Мисс Брэй.
- Мистер Никльби.
- Полно, полно. Фрэнк будет ревновать.
- Можно мне переговорить с вами?
- Разумеется.
- Мои поздравления. брат Чарльз.
- Может, мы могли бы...
- В сад?
- Прекрасная мысль.
Рада, что вы так считаете,
мистер Никльби.
Как давно
я вас не видела.
Минутку. Мистер Ногс!
- Мой дорогой Ник.
- Каким образом...?
О, да. Я в порядке.
Я работал на них,
помогал им.
Я не в силах
говорить.
Вы не знаете,
что я чувствую.
Я превращаюсь
в ребенка!
О, дорогой мальчик!
Мы увидимся позже, но сначала
я должен поговорить с мисс Брэй.
Время самое подходящее.
В этом нет сомнений.
Никаких сомнений.
А, мистер Ногс, входите
и присоединяйтесь к нам.

 

 

 

 

////////////////////////////