Небо в огне (1 сезон, 2010 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Дмитрий Черкасов

История сериала охватывает период с 1939 по 1945 годы и повествует о жизни отважных советских летчиков, на чью долю выпала Великая Отечественная война. Главный герой - летчик-истребитель Владимир Самойлов - простой детдомовский парень, «заболевший» небом ещё в детстве. Осуществив свою мечту, он поступает в летное училище, и небо становится его вторым домом на всю жизнь.

Все фразы и цитаты

Серия 1

НЕБО В ОГНЕ
- О, бабуль, давай помогу.
- Ладно, детка.
Держи.
Самолет у тебя какой.
Можно?
Истребитель, И-16.
Летчиком хочешь стать?
Так точно.
Молодец. Держи.
- Бабуль, хороший внук у вас.
- Хороший. Летчиком будет.
- Так, ну что, берем чемоданы.
- Спасибо.
- Что?
- Нас встретят.
Ну, тогда счастливо.
С тобой увидимся в небе.
Никит, мам, привет.
- Спасибо вам.
- Да не за что.
Я же говорил вам столько вещей не брать.
Это ваши все вещи?
Да-да.
Куда ж столько понабрали?
Отчего, ты спросишь,
я всегда в печали,
Слёзы, подступая,
льются через край.
У меня есть сердце,
а у сердца - песня,
А у песни - тайна.
Эта тайна - ты.
Спасибо, детишки.
Конфеток нет.
Вот эту самую песню и хотел исполнить
вам мой застенчивый друг.
Но попросил меня, потому как
природная скромность и ваша
несравненная красота сковали его
немотой.
Вася, иди сюда.
Вася, ну что ты мнешься?
Скромность - это хорошо,
но надо же совесть иметь.
Девушка, как вас зовут?
Галина. А вас?
Галочка, сейчас это, поверьте мне,
совершенно не важно.
Вот человек, который вам нужен.
Мой друг Василий.
Кстати, будущий летчик.
Вася, дай девушке руку.
Не ту дай, другую дай.
Простите, но мы так спешим.
Мне жаль.
- Что ты пристал?
- Давай...
- А песня у вас очень хорошая.
- Спасибо.
Подержи гитару.
Галочка, постойте. Мы с вами
не закончили наш разговор.
- Здравия желаю.
- Здравия желаю.
Мне послышалось, или вы действительно
говорили о будущих летчиках?
Да нет, не послышалось.
Мы с Костей приехали поступать в летку
специальным комсомольским
набором.
Ну вот, морячок убежал.
- Ты тоже?
- И я в летку.
- Володя Самойлов.
- Вася Астахов.
- Очень приятно.
- Взаимно.
Вася, ты знаешь, что мне
Галя только что сказала?
Да погоди ты, вот, человек с нами
в летку приехал поступать.
И за то ты решил сломать
ему руку.
- Извини.
- Силищи у тебя, конечно.
А то, гордость моя, архангельский4
паренек, потомок Ломоносова.
- Я с Одессы. Костя Марецкий.
- Я Володя Самойлов.
Ребят, а как доехать
до этого училища?
У меня адрес есть,
а как ехать, не знаю.
А вы?
И мы не знаем.
Пока.
Стойте так.
Шобутной паренек.
Где служил?
На западной границе.
А ты?
Я в Средней Азии. Хотел к вам
в погранцы, но записали в артиллерию.
Ничего, это бывает.
Да уж. Форма у вас красивая,
петлицы зеленые.
Не говори.
У летчиков опять же,
у моряков.
А мы что - мазут.
Товарищи бойцы, ноги в руки,
договорился с морячком,
поедем красиво на полуторке
до ворот училища.
Быстрее, в бидонах молоко
прокиснет.
- Товарищ Марецкий?
- Я.
- Товарищ Астахов?
- Я.
- Товарищ Самойлов?
- Я.
С сегодняшнего дня зачисляетесь
на довольствие
как поступающие в летное училище.
Так что отправляйтесь в казарму
и готовьтесь к экзаменам.
- Есть.
- Есть.
Товарищ старший лейтенант,
а когда экзамен?
А вот сейчас товарищ Воронин...
Товарищ Воронин, подойдите, пожалуйста.
Слушаю.
Проводите товарищей в казарму,
расскажите, покажите всё.
Ну что, ребят, пойдемте.
А вот гитару оставьте здесь.
Она вам больше не понадобится.
Товарищ старший лейтенант,
я же без этой гитары как...
Меня не волнует.
Её отнесут в комнату отдыха.
Есть.
Здесь у нас столовая.
За ней учебные корпуса.
Там казармы.
Ты смотри, а, а ведь мы так же
будем болтаться.
Ну, кто будет болтаться,
а кто, знаете ли...
За казармой взлетная полоса.
Я уже видел, как самолеты взлетают.
Да, даже не верится,
что мы так же будем.
Какой вы романтик, однако,
Николай.
Да, я с детства о небе
мечтал.
А я хотел быть моряком.
Все хотели, так и я хотел,
за компанию, как говорится.
А потом пришел в армию,
увидел самолет и всё.
Понял, что без авиации
жизнь - не жизнь.
А слыхали, у нас в Одессе
небо больше, чем море?
- Ну да, ну да.
- Да слухи.
Ну вот, и пришли в учебный корпус
номер 1.
А у меня тоже похожая
история.
Я на учении как истребитель увидел,
думаю, всё, буду авиатором.
Товарищи красноармейцы
и краснофлотцы, здравствуйте.
Что же вы замолчали-то?
Расскажите, каков был ваш путь
в авиацию.
Подслушиваешь, Лёня?
Стыдно.
Нет. Тебе же не стыдно было
поступать в училище.
Ну какой из тебя офицер, Воронин?
Тем более летчик.
А ты что ответишь,
пограничник?
Я тебе отвечу один на один.
Идет?
Орел, заходи.
Слушай... ребят, ну честное слово...
ну подождите...
Вова, да не связывайся ты с ним,
не связывайся.
Слышишь? Его отец здесь
[неразборчиво]. Ему ничего не будет.
А тебя за драку к экзаменам
не допустят.
Посмотрим.
Зря ты, Лёнь.
Я тебя слушаю.
Лёнь, ну что тебе надо, а?
Ты выкрутишься,
у нас проблемы будут.
Пусть знает свое место.
А ты не переживай.
Я свое место знаю.
В детдоме вырос.
Меня моя страна воспитала.
А вот таких как ты
надо на место ставить.
Ну?
Давай, попробуй.
Хватит! Хватит! Хватит!
Успокойтесь!
Поступающие! Освободили
учебный класс!
Быстро!
Я думал, у тебя с математикой
проблемы.
Ты вроде такой неорганизованный.
Почему?
Я люблю математику.
Формулы похожи на стихи.
Коль, посмотри, пожалуйста мою.
Правильно я решил?
[шепотом]: Воронин!
Коль!
Так, товарищи поступающие,
прекратить разговоры.
Строиться!
Живее! Живее! Живее!
- А раньше сказать не мог?
- Из головы вылетело, Лёнь.
Дурак.
Слушайте, а мне понравилось.
Да, у меня за этой партой семь потов
сошло, всё детство вспомнил.
Обнимаем.
За лошадкой, за рыбным обозом,
пешком за наукой пришел мужик-лапотник.
Я сейчас концы кому-то
отрехтую.
Правильно-правильно.
- Спасибо.
- Да ладно.
Строиться!
То есть, получается, я задачку
неправильно решил?
Так, товарищи поступающие,
результаты экзаменов...
... узнаете позже.
А сейчас в столовую
шагом марш.
Первый, второй взвод,
нале-во!
В столовую шагом марш!
Дай спички.
Куришь?
Да нет, уже накурился.
Спасибо.
По дому скучаешь?
Хотел к матери заехать в прошлом году,
не вышло.
Ты чего ближе к дому
не стал поступать?
Неправильно всё это.
Служить так служить.
А то начнется: в гости захочу,
к тебе начнут приезжать.
Несерьезно всё это.
Знаешь, а у меня, кроме койки
в общем помещении никогда ничего и не было.
Детский дом, общежитие
ремесленного училища.
Потом армия.
В общем, другой жизни
я и не знаю.
Узнаешь еще,
какие наши годы.
Ну да.
Коль, извини, сейчас я,
на секундочку.
По территории училища
нельзя ходить.
Да ладно.
- Ой!
- Простите.
Извините.
Обследуете территорию?
Нет, просто...
Вы еще не курсант. Вам здесь
нельзя без разрешения.
А с чего вы взяли,
что я без разрешения?
Мне так показалось.
Напрасно вам показалось.
Ну хорошо.
Залезли в штаб зачем?
Не знаю. Докладывать об этом
или нет?
А если это враги?
А как ты докажешь?
Свидетелей-то у тебя нет.
Там еще девушка была.
Мы с ней столкнулись.
- Может она видела их.
- Какая девушка?
Хорошенькая.
Ладно, давай до завтра.
Утро вечера мудренее.
Согласен.
Учебная эскадрилья,
смирно!
Вольно! Отбой.
Зуев - отлично.
Самойлов - отлично.
Марецкий - отлично.
Астахов - отлично.
Кукушкин - отлично.
Тарасенко - отлично.
Воронин - неудовлетворительно.
Почему?
Как это?
Я не понимаю.
Зато я понимаю.
Все, получившие оценку
"неудовлетворительно",
к следующему экзамену
не допускаются,
и должны покинуть расположение
части до конца дня.
Товарищ капитан, разрешите обратиться.
Владимир Самойлов.
Обращайтесь.
Николай Воронин написал работу
на "отлично".
И я этому свидетель.
Товарищ капитан, Марецкий Константин.
Поддерживаю. Тут какая-то ошибка.
Товарищ капитан, Василий Астахов.
Воронин многим помогал готовиться
к экзамену. У любого спросите.
Вы что, хотите подвергнуть сомнению
результаты работы
экзаменационной комиссии?
Никак нет.
Но я настаиваю на том,
что Николай Воронин
написал контрольную
на "отлично".
Это что, бунт?
- Что здесь происходит?
- Встать!
Я спрашиваю: что здесь
происходит?
Так вы утверждаете, что это
работа Воронина?
- Да.
- Так точно.
Подтверждаю.
И как такое могло
случиться?
Я могу об этом рассказать.
Поступающие, строиться!
Быстрее! Быстрее!
Архипов, надеть головной убор!
Становись!
Равняйсь!
Смирно!
Равнение на середину!
Вы понимаете, что это серьезное
обвинение?
Товарищ полковник,
разрешите с вами поговорить.
- Подождите за дверью.
- Есть.
Товарищ полковник, вы знаете,
что Леонид Тарасенко сын...
Знаю.
Но это ничего не меняет.
Мы должны разобраться
в этом деле до конца.
Зря мы всё это.
Колька сам говорил: с Тарасенко
лучше не связываться.
А я считаю, что не зря.
Я тоже так думаю.
Ты, Кость, не прав.
Так, сейчас я скажу вам номер задачи.
Вы её решите.
Зачем? Я вчера всё решил.
Тарасенко!
Здесь армия, Тарасенко.
Будете делать то,
что приказывают.
Задача номер 307.
Выполнять.
Простите, я не совсем понимаю
вот здесь...
Тарасенко, решайте задачу.
Она очень простая.
Вот, пожалуйста.
Всё верно.
Всё ясно.
- Воронин, вы свободны.
- Есть.
Тарасенко,
вы совершили гнусный
поступок.
Что с вами будем делать?
Товарищ полковник,
я ничего такого не совершал.
Я буду учиться в вашем училище.
Ну, Коль, расправь крылья.
Всё будет хорошо. Полетаем.
Да ладно, еще не ясно
ничего.
Да полетаем-полетаем.
Коль, если что не так,
ты только мне намекни,
мы на него тяжелую артиллерию
направим и всё.
Воронин.
Я рад, что всё так разрешилось.
Спасибо, товарищ капитан.
У вас хорошие друзья.
Ну! Ну!
Поздравляю!
Вася...
Пустите вы!
Товарищ полковник, звонок был.
Тарасенко остается.
Тарасенко!
Товарищ полковник, курсант Тарасенко
по вашему приказу прибыл.
- Встать в строй.
- Есть встать в строй.
Товарищи курсанты, поздравляю вас
с зачислением в училище.
Ура! Ура! Ура!
Вторая и третья учебная эскадрилья,
напра-во!
На занятия шагом марш!
Спрашивайте, Самойлов.
У меня вопрос.
А где находится заслонка управления
из кабины и выхлопная труба
подогрева карбюратора?
Ответите?
Разрешите.
Заслонка управления...
Самойлов, молодец!
Минута тридцать пять!
Так это, получается, побил
рекорд училища?
Говорят, да.
Табуретку не сломай.
Сломаю - сделаю.
А мурло уелось.
Ты о Тарасенко что ли?
Знаешь, если бы не он, я бы,
наверное, так и не побежал.
- Понятное дело.
- У меня злости не хватило бы.
Ну да, если бы не было империалистов
и других врагов,
мы бы не учились на военных летчиков,
а были бы мирными хлеборобами.
Здорово, хлеборобы.
Виделись.
А чё такой злой, Вась?
Ты же большой, сильный.
Должен быть добрым.
А я добрый.
Только не ко всем.
Ладно.
Предлагаю: в первую увольнительную
идем на мировую.
Можно.
Только если ты, Лёня, признаешься,
что сжульничал на экзамене. Идет?
Ребят, уже два месяца прошло.
Все давно забыли.
А мы не забыли.
И Коля Воронин не забыл.
Да и черт с вами.
Да, кстати, у ребят в столовой
есть утюги.
Можно погладиться.
Обойдемся. У нас есть я.
Стрелки вот во.
Ну-ну.
Ну, товарищи,
в [неразборчиво] идем?
Да куда ты? Мне же первую
и вторую пуговицы.
Куда ты... Ай, Вася!
Что вы как дети?
Ну что, по мороженому
и в кино?
А может лучше по пивку
и на танцы?
Марецкий, вы же не умеете
танцевать.
Я-то не умею танцевать?
Смотри, вот так можешь?
Лучше сейчас 150
и в комендатуру сразу всех.
Какая комендатура?
Подожди.
Тихо.
Девушки, осторожнее надо быть,
повнимательнее, следить за собой нужно.
- А что такое?
- А что случилось?
А я вам сейчас объясню,
что случилось.
Вы видели, мимо кого вы проходите?
Это же гордость советской авиации.
Посмотрите назад:
это же орлы - раз, два, три.
Комнатные.
Первая увольнительная, к самолету,
наверное, и близко не подходили.
Пойдем, Фая.
Это мы-то близко не подходили
к самолетам?
Как вам только не стыдно
людей-то пугать?
Вас надо всех в милицию
сдать.
Хулиганы.
Ути-ути-ути.
Это, я вам скажу, не Одесса.
Юмор напрочь отсутствует у людей,
Ну что, климат не располагает,
понятно.
По мороженому и в кино.
Посмотрите.
Скорее бы уже в небо.
А Марецкий с Астаховым, конечно,
с ума сошли.
Пойти на фильм, который десять раз
видели.
Они не кино смотрят,
а девочек разглядывают.
- Да ладно?
- Точно, точно.
Что это такое?
Не знаю.
Что случилось?
В доме кто-то остался?
Нет, нас в общаге шестеро было.
Остальные еще на работе.
Лиза!
Лиза!
Так, уходим, уходим,
девочки, уходим!
- Лиза!
- Всё нормально?
Подруга моя!
Я её не вижу здесь!
- Так где она?
- Там она!
Я думала, она со всеми вышла!
Почему нет пожарных?
И не будет! Все на пожаре
ткацкой фабрики!
- Что делать-то?
- Сейчас воду принесут!
Отойдите! Это опасно!
Вова...
Вова!
- Вова!
- Стоять! Нельзя туда!
Всем назад!
Вова!
- Ну, живой?
- Живой.
- [неразборчиво].
- Вижу.
Всё нормально?
Нигде не болит?
Ну и замечательно.
Колька, проводи её.
Назад! Назад!
Можете идти сама?
Всё хорошо?
Лизонька, ты в порядке?
Всё хорошо.
Пройдемте.
Лиза, пойдемте.
Да, дело плохо.
Всё хорошо, там перекрытие
рухнуло.
Руками пробивался.
Так, ступайте в автобус.
Перевязка и госпитализация.
Зачем, доктор?
И даже не спорить, если хотите
сохранить руки.
Ну как вы?
Всё хорошо.
- Это вы меня спасли?
- Нет.
Не я.
Привет.
Вот, Владимир Самойлов.
Это он вас спас.
Ух ты! Полегче.
Что с вами:
Ничего страшного.
На мне всё заживает как на собаке.
- Как вас зовут, девушка?
- Лиза Бармина.
Я вообще не отсюда.
Я в пединституте учусь.
А сюда к подруге в гости
пришла.
А там никого не осталось?
Не волнуйтесь,
там никого нет.
Да и вы, я вижу,
в полном порядке.
Скажите спасибо курсанту.
Салют героям-спасателям.
Ты чего через окно?
Дверь же есть.
Примитивный ты человек,
Володя.
Скучно мыслишь.
Так...
Даже Вася отказался
от сладкого.
Ну, если Вася...
Слушай, я тут на полном
довольствии вообще-то.
Ну, лишним не будет.
Миньон.
Володя, здравствуйте.
Здравствуйте, Николай.
Здравствуйте, Лиза Бармина.
- Здрасьте.
- Как вы себя чувствуете?
Да вот, на поправку иду уже.
Спасибо.
А я вам яблок принесла.
Вот.
И книжки.
Книжки? Книжки.
Вы думаете, для меня
это лучший вариант?
Я когда болею,
я всегда стихи читаю.
Мне помогает.
Блок, Лермонтов.
Лиза, вы присядьте.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Мне тоже стихи помогают.
Когда грустно.
Можно? Дай.
Лермонтов.
"Я не унижусь пред тобою,
ни твой привет, ни твой укор,
не властны над моей душою.
Знай, мы чужие
с этих пор.
Ты позабыла: я свободы
для заблужденья не отдам,
И так пожертвовал я годы
твоей улыбке и глазам.
И так я слишком долго видел
в тебе надежду юных дней,
И целый мир возненавидел...
... чтобы тебя любить сильней.
Да, вы литераторы.
А мне бы что-нибудь по тактике
воздушного боя.
Вот это же я дырявая
голова.
Я собирался тебе [неразборчиво]
принести, но забыл.
Ну что, навестили больного?
Навестили.
Мне скоро укол придут делать,
так что вы идите.
Да.
- Идите.
- Ладно. До свидания.
- До свидания.
- Всего доброго.
Выздоравливайте.
Я к вам еще завтра приду.
Обязательно.
Ну чё ты стоишь?
Давай за ней быстро!
- Да...
- Полный газ и вперед!
Коля.
Лиза!
Разрешите вас проводить.
Разрешаю.
Мне недалеко. Общежитие педучилища
в одном квартале отсюда.
Жаль.
- Что жаль?
- Что недалеко.
Николай, почему авиация?
Вы же могли стать учителем, литератором.
Поэтом, в конце концов.
Ну уж поэтом.
Нет, Лиза, я хочу летать.
Я это точно знаю.
- Точно знаете?
- Да.
Хорошо, когда человек точно знает,
чего хочет.
Вот у меня не получается.
Лиза, вы не представляете,
какое это счастье - летать.
Вы так говорите, как будто
уже летали.
Нет, не летал.
Но я точно знаю,
что это мое.
Вы слышали, Жуковский сказал:
"Человек поднимется в небо,
опираясь не на силу своих мускул,
а на силу разума".
Красиво.
Очень точные слова.
Да. Я бы добавил: кроме разума
нужна воля.
Я уверена, что вы станете
очень хорошим летчиком.
А я уверен, что хочу проводить
вас еще раз.
Свою следующую Валентину.
Быстро вы меняете тему.
Становись!
Живее! Живее!
Живее! Кукушкин, не отставай!
Все на месте?
Товарищи курсанты, сегодня важный день
в жизни каждого из вас.
Сегодня вы в первый раз
подниметесь в небо.
- Астахов.
- Я!
- Марецкий.
- Я!
- Самойлов.
- Я!
- Тарасенко.
- Я!
- Воронин.
- Я.
- Кукушкин.
- Я.
Выйти из строя.
Машина номер 12.
Старший группы - Марецкий.
Есть!
- Озеров.
- Я!
- А инструктор что-то мелковат.
- Мал золотник, да дорог.
Опа-па, дамочка!
Да ну, Кость, тебе после увольнительной
везде дамочки мерещатся.
Вася, я же тебе сказал.
Не понял. Первый полет
с девицей?
Да они издеваются над нами.
Почему не докладываете?
Кто старший в группе?
Я, курсант Марецкий.
Не надоело улыбаться?
Докладывайте.
Первый взвод прибыл для выполнения
первого полета.
Старший группы я,
курсант Марецкий.
- Астахов.
- Я.
- В машину.
- Есть.
А я хочу другого инструктора.
Что значит "хочу"?
Вы в армии, курсант.
А то и значит. Я не хочу,
чтобы меня учила летать женщина.
- Курсант Астахов.
- Я!
Отставить посадку.
Фамилия.
Тарасенко.
Курсант Тарасенко,
к машине.
Сесть в машину,
курсант Тарасенко.
Боитесь.
- От машины.
- Есть.
Ух...
Выключено!
Провернуть винт!
- Контакт!
- Есть контакт!
Сильная фемина.
Да сам ты фемина.
- Девушка-пилот - это же...
- ... прекрасно.
Девушка и полет.
Прекрасно.
Паразит этот Тарасенко.
Я думал, первым из вас полечу.
- Заглох что ли?
- Неа.
Посадка с выключенным
двигателем.
Падает?
Да нет, планирует.
Ага, только Тарасенко
за это не предупредили.
Он, наверное, уже прощальную
песню запел.
Лёня, чё зеленый такой?
Лёнь, это мы.
Не узнал, Лёнь?
Марецкий. Смотри, это Самойлов,
Воронин.
- Давай к нам.
- Иди к нам, летчик.
Так, давай.
Давай-давай.
Крылья не сломай.
Тихо-тихо!
- Кто следующий?
- Разрешите мне.
Курсант Самойлов.
Разрешаю.
- Вова, а я?
- В сторону.
- Не скучайте.
- Не дождешься.
- Готовы?
- Готов.
От винта!
Лечу!
Я лечу!
Небо!
Лиза!
Лиза!
Вася, тише, тише, тише!
Здравствуйте, Лиза.
Это ко мне.
Поехали!
Можем...
Ну...
Я бездумно сдаюсь,
не могу жить без плена.
- Вася, стоим!
- Стоим.
И без запаха нежных волос.
Про себя я твержу только имя...
Лизавета!
... и пою в мире грез.
В мире грез!
Опа!
Вася, вниз!
Посадка.
Так, построение.
Лиза, стань моей женой.
Я подумаю.
Ура!
Ура!
Лиза!
Ура!


Серия 2

Уже как полчаса увольнительная
началась, Самойлов.
Шел бы ты, не маячил.
Пойду, скоро пойду.
Ждешь, пока она тебе
из штаба позвонит, да?
Не твое дело, Пшенкин.
Но-но, дневальный есть лицо
неприкосновенное.
Это часовой, а дневальный -
очень даже прикосновенное.
[звонит телефон]
Дневальный курсант Пшенкин
на проводе.
Да, да, слушаюсь,
товарищ Береговая.
Передаю трубку.
Курсант Самойлов.
Так точно.
У КПП.
Понял, товарищ Береговая.
"Товарищ Береговая",
"позовите курсанта Самойлова".
Конспираторы.
Леонид Дмитрич, Христом Богом,
опоздаем!
Не опоздаем.
Да потерпи, сейчас выйдет.
Я через час должен быть
в гараже!
Так, мы как с тобой
договорились, а?
Ну что ты ноешь? Отвезешь нас
в ресторацию и всё. Понял?
Во.
Ася Романовна,
всего доброго.
Здравия желаю,
Ася Романовна.
Здравствуйте, курсант Тарасенко.
Это вам.
Спасибо.
Вот машина, и мы...
А почему вы сами
не за рулем?
Да я...
Увы. Надеюсь, самолет вы освоите
гораздо быстрее, чем автомобиль.
Очень спешу.
В нашем деле оно как?
Главное летать быстро, но незаметно.
- Правильно я говорю?
- Да-да, точно.
Как говорится: прожить жизнь
и не сказать тост - это не по мне.
Товарищи! Товарищи, друзья мои,
Коля и Лиза.
Минуточку внимания. У нас...
у нас есть сюрприз вам.
Прошу.
Аплодисменты!
Добрый вечер.
Аплодисменты, товарищи!
Мы немного опоздали.
Проходите, опоздавшие.
Дорогие...
Всё, спасибо.
Извините.
Дорогие Николай
и Елизавета,
мы сегодня празднуем
вашу свадьбу.
А что это значит?
А это значит, что сегодня курсант Воронин
принял на борт человека,
за которого теперь несет
ответственность.
И отныне вы экипаж.
И мы от лица командования
всего нашего училища
желаем вам долгого, счастливого
полета
под небом нашей прекрасной
бескрайней родины!
Ура! Ура!
Ура! Ура!
Николай, поздравляю.
Проходите.
Ну всё.
Дорогие друзья, Коля и Лиза,
на этом наши сюрпризы
не заканчиваются.
И сейчас, не побоюсь этого слова,
гвоздь нашей свадьбы -
мой скромный друг Василий
споет вам песню.
Вот, Вася.
- Аплодисменты.
- Аплодисменты!
Отчего, ты спросишь,
я всегда в печали,
Слезы, подступая,
льются через край.
У меня есть сердце,
а у сердца - песня,
А у песни - тайна,
Хочешь, отгадай.
У меня есть сердце,
а у сердца - песня,
А у песни - тайна,
Хочешь, угадай.
Для того, кто любит,
сложных нет заданий.
Для того, кто любит,
все они просты.
У меня есть сердце,
А у сердца - песня,
А у песни - тайна,
Тайна эта - ты.
У меня есть сердце,
А у сердца - песня,
А у песни - тайна,
Тайна эта - ты.
Браво!
Вот, Лиза, Коля, это наш с Васей
подарок вам.
О! О!
Пошли.
Ребята, поздравляю вас.
Так...
Коля, Лиза,
чтоб вы были здоровы.
Поздравляем. Счастья вам.
Здорово, за тебя.
Лиза.
Я больше петь не буду.
У меня пальцы ватными
становятся, и ноги трясутся.
Самолетом проще управлять.
Вася, вот что я тебе скажу:
ты или никому не верь,
или верь только мне.
Потому что я тебе скажу,
Костя Марецкий, [неразборчиво] играл хорошо.
Будь здоров.
- Потанцуем?
- Прошу.
Анастасия Романовна,
разрешите спросить вас.
Разрешаю.
Вы хотели потанцевать
с Самойловым?
- Почему вы спрашиваете?
- Вижу.
Глупости.
Хорошо. Тогда я могу пригласить
вас в кино?
- Нет.
- Нет?
Почему?
Потому что я ваш инструктор.
Моя задача - научить вас
летать.
- А с Самойловым пошли бы?
- Нет.
Значит, у меня есть шанс.
И у вас, и у Самойлова есть шанс
стать отличными летчиками.
Но мы любим вас,
и я не отступлюсь.
Что, и Самойлов тоже любит?
Любит. Он мне рассказывал,
как вы встречались.
Что значит...
Что он вам рассказывал?
Он мне рассказывал, как он любит вас,
как вы любите его.
Вранье.
Разрешите вас пригласить.
Опоздал. Надо было раньше
приглашать.
- Всё в порядке?
- Всё хорошо.
Что ты сказал?
Тише, Самойлов, тише.
А что у них происходит, а?
Олег.
Тарасенко, Самойлов,
вы что себе позволяете?
Тише, у вашего друга свадьба.
Василий, как оказалось,
ты не безнадежен.
- Здорово, Степан.
- Держи.
- Вася, как машина?
- Во!
Отлетал на твердый
тройбан с плюсом.
Ой...
Отлетал я на твердый
пятак.
По времени, посадочка
удалась.
Понял? Одесса.
Вот нельзя тебя хвалить. Ты же сразу
останавливаешься в развитии, Вася.
Вася, как самолет, скажи.
Ну как самолет?
Истребитель, а не самолет,
не то что ваши У-2.
Астахов, отлично.
- Лучшая ваша посадка.
- Спасибо.
Товарищ инструктор, так он же
цирковой артист. Сам не понял, как сел.
Это фокус.
- Вы в цирке работали?
- Ну...
Я не знала.
Цирк - это хорошо.
- Самойлов, следующий.
- Я знаю.
- Готовы?
- Да.
Скажите, вы на меня обиделись?
Я на вас обиделась?
С чего вы взяли?
Ну, мне просто показалось,
что...
... в тот раз, когда мы
с вами...
Летчику не должно казаться.
Летчик должен быть уверен.
Есть быть уверенным.
- Разрешите идти.
- Разрешаю.
Ну что, поговорил?
Да, всё нормально.
- Как Лиза?
- Нормально.
Просит, чтобы я попросил разрешения
жить не в казарме.
Пиши рапорт.
Да, но только это уже не армия будет,
а санаторий какой-то.
Ну, брат, в казарме ты с женой
не поживешь.
Я понимаю.
Товарищ полковник, Астахов отлетал
на "отлично".
После него летает Самойлов
в 14:20.
С интервалом в 10 минут
в 14:30 Тарасенко.
Это тебе, держи.
- Разрешите идти.
- Да.
Так, напоминаю: следующими летят
курсант Самойлов.
Есть.
За ним с интервалом в 10 минут
курсант Тарасенко.
Есть.
Каждый работает
в своей зоне.
Товарищ инструктор, не надо их
один за другим в одно и то же небо посылать.
Да ладно, Одесса, не накличь беду.
Нормально отработают. Я выиграл.
Отставить разговорчики.
Марецкий, Воронин - на винты.
- Есть.
- Есть.
Марецкий, на винты.
- Курсант Астахов.
- Да?
- Разберем ваш удачный полет?
- Так точно.
Облачно.
Обожаю облака.
Самойлов, а тебе не надоело
еще летать по квадрату?
Каждый сам за себя.
А что, у нас есть маршрут,
есть задача.
Наше дело - выполнять.
Разве не так?
Ага, если будет [неразборчиво].
Ты первый вылетаешь,
а я второй.
Каждый в своей зоне,
как дети малые.
- Может хватит, а?
- Ну правда, что ты накручиваешь себя и его?
Есть учебное задание,
нужно выполнять.
Сойдетесь в воздухе -
вам кранты.
Ну.
Да ладно, ребят, всё нормально.
Обойдемся как-нибудь без геройства.
Тем более Лёне вторым вылетать,
вторым и приземляться. Так ведь?
Пойдем, Коль.
Степ.
14:20 - первый.
Тарасенко.
14:30 - второй.
Самойлов.
Товарищ полковник,
решили посмотреть?
Да. Это двое лучшие
на курсе?
Да, я так считаю.
- Самойлов летит?
- Да, Самойлов.
Вовка хорошо пошел!
- Курсант Марецкий.
- Я!
- Установка готовиться.
- Есть!
Тарасенко!
Расчетное время полета
15 минут.
Работайте в своем квадрате.
Всё понятно?
- Понятно!
- Выполнять!
Есть!
Ну всё, пора бы Вове
заходить.
Не бубни.
Вовка всё знает.
Самойлов заканчивает
программу.
Почему они в одном квадрате?
Что за самодеятельность?
Не могу знать,
товарищ полковник.
Перед курсантами Тарасенко и Самойловым
была поставлена задача -
отлетать свою программу
в указанных квадратах.
- А чё происходит?
- Марецкий накаркал.
Вова, не дури.
Вова...
Что они творят?
Угробят же и себя,
и машины!
Товарищ старший лейтенант,
вам придется ответить за это!
Есть.
Чё, и нас всех отсюда
погонят?
Не то, парни, не то.
Главное, чтобы сели.
Садитесь!
- Так, дайте сигнал!
- Есть!
Немедленно садиться!
Обоих ко мне!
Тарасенко разорву.
Спокойно, Вася, спокойно.
Тут же любовь,
ты что, не видишь?
Соколы!
Самойлов! А ну стой!
Вы что себе позволяете?
Ты что творишь?
То, что вы сейчас совершили -
это воздушное хулиганство.
Даже хуже. Это...
Я так не думаю,
Анастасия Романовна.
Замолчите.
Не оправдывайтесь. Вы подвели меня,
вы подвели своих товарищей.
Вам не место в авиации.
Вы понимаете,
что вы сделали?
Вы совершили преступление!
Вы военные люди!
Нарушить приказ командования!
А как мне прикажете
поступать?
Разрешите обратиться,
товарищ полковник.
Враг наших инструкций
не читает.
А потому в бою такой маневр
совершить может.
Может-то он может.
А вы что думаете,
товарищ Береговая?
Я считаю, что курсантов
надо наказать.
Поставить на вид.
А если подобное повторится -
отчислить из училища.
Согласен.
Трое суток гауптвахта
обоим.
Есть трое суток.
Есть трое суток ареста.
И еще: две недели
без полетов.
Кругом, шагом марш!
Ну вот, один день прошел,
еще два, и Вовка вернется.
Да, могли бы вообще выгнать
или под Трибунал.
Кукушкин?
- Мухин стоит на тумбе?
- Стоит-стоит.
- Слыхали...
- Нет, не слыхали, и не хотим слыхать.
Шел бы ты, Кукушкин.
Как хотите. Вообще-то это
вашего друга Самойлова касается.
Подожди!
Говорят, звонили начальнику училища
по поводу инцидента на полетах.
Ну?
Приказали разобраться
по всей строгости.
Особенно с зачинщиками.
Что с зачинщиками разбираться.
Тут надо Тарасенко гнать.
Мы с Васей слышали,
как он Вову подначивал.
И еще кое-кому не мешало бы
сказать кое-что.
Ты откуда знаешь-то,
Кукушкин?
- Писарь знакомый в штабе.
- Писарь знакомый в штабе?
Вот увидите, Тарасенко еще выкрутится,
а Вовку под суд.
[неразборчиво]
Надо бы с товарищем Береговой поговорить,
чтобы за Вову сказала.
Только когда?
Завтра перед полетами.
Товарищ лейтенант, товарищ Галеев
интересуется характеристикой
курсанта Самойлова.
А почему Самойлова?
Курсант Тарасенко.
Это не ваше дело.
О Самойлове что можете сказать?
Лучший курсант.
В личном деле записано
"сирота".
Родители неизвестны.
Есть подозрение, что его противостояние
с Леонидом Тарасенко не случайно.
Что это спланированная акция против
первого секретаря Обкома.
Что скажете?
Я так не думаю.
Курсант Самойлов - настоящий
советский человек, комсомолец.
Мне кажется, что для такого рода обвинений
основания должны быть более веские.
Но факт заведомого нарушения
приказа на лицо. Так?
Нарушение было. Но также оно было
со стороны курсанта Тарасенко.
Леонид Тарасенко после отбывания
срока на гауптвахте
вернется к занятиям.
А Самойлову надо будет отвечать
за свои действия.
Мы разберемся
с этим вопросом.
Разрешите идти.
Идите.
Есть.
Ваши показания как честных граждан
нам бы очень пригодились.
Подумайте.
.Товарищ полковник,
- Северенко.
- Я.
Третья эскадрилья может приступить
к дополнительным занятиям
по боевому маневрированию
в пятницу.
Есть.
Товарищ старший лейтенант,
разрешите обратиться.
Разрешаю, курсант Марецкий.
Говорят, что у Володи...
у курсанта Самойлова
могут быть большие неприятности
из-за ситуации с Тарасенко.
Курсант Марецкий...
Это Тарасенко его подначивал,
и вы знаете, из-за кого.
Через полчаса вы должны быть
на летном поле, готовиться к полету.
Мы хотим помочь товарищу.
А вы должны и обязаны сообщить
об этом начальству.
Курсант Марецкий, я отстраняю вас
на сегодня от полетов.
Есть.
Доложите об этом лейтенанту
Коротову.
А отстраните тогда
и Астахова, и Воронина.
Они вам то же самое скажут.
За дверью смотри,
а то дежурный войдет.
Ой...
Я вот чё думаю: Самойлова забрали
прям с губы.
Это, выходит, Кондратьев
доложил наверх.
Да никуда он не докладывал.
Ну здрасьте. А как, по-твоему,
всё это всплыло?
Или...
Или это ты?
Я знал, что тебе ничего
не сделают.
А Самойлов давно мешался.
Ты что, дурак?
Кто тебя просил?
А меня не надо просить.
Мы же друзья.
- Лёнь.
- Ну?
Не подходи ко мне.
Здравия желаю.
Здравствуйте,
курсант Тарасенко.
Я приняла решение взять всю вину
за случившееся на себя.
Вы можете быть свободны.
Да не беспокойтесь вы так.
Я помогу Самойлову.
Я сейчас же позвоню из штаба
отцу.
Что?
Слишком благородно
для меня?
Но это пока только слова.
Пять минут.
- Курсант Тарасенко.
- Пять минут.
Пять минут, и я решу
весь вопрос.
Тарасенко!
- Пять минут.
- Курсант Тарасенко!
Сержант Самойлов, ты определен
в 20-й полк на границе.
Будешь служить на аэродроме.
Командир полка мой боевой
товарищ.
Вместе были в Испании.
Вот к нему письмо.
Спасибо, мне ничего не нужно.
Сержант Самойлов, передадите
лично в руки майору Яшину это письмо.
Понятно?
Так точно.
- Разрешите выполнять?
- Выполняйте.
С товарищами проститься
не хочешь?
Им это навредит.
Найдутся люди, доложат.
Забери.
Помнишь, ты говорил,
что ты еще не летчик?
Так вот теперь ты летчик.
Ты им рожден и ты будешь
летать.
Понимаешь,
жизнь - непростая штука.
Я-то знаю, поверь мне.
Если ты чего-то хочешь
добиться в жизни,
иди до конца.
И никогда не сдавайся.
Спасибо, товарищ полковник.
Спасибо.
Нехорошо это, товарищ Самойлов,
неправильно.
Очень нехорошо.
Вот как вы здесь оказались?
О...
Ася?
Нет, не Ася.
Это я.
Лиза, здравствуй.
Так как вы меня нашли?
Кондратьев подсказал.
Еще сам увольнительную дал.
Ну, почему не зашел
проститься?
- Я...
- Володь.
Вов, что ты всё вертишься?
Ребята, не хотел вас
беспокоить.
Вова, ты за то даже не думай.
Ты понял меня?
Да, мы тебе друзья
или кто?
Никуда ты от нас не денешься.
Хорошо, что всё так
закончилось.
Мне Коля сказал,
что это Тарасенко помог.
Тарасенко? Понятно.
Как дела у Аси?
То есть у инструктора
Береговой.
У неё всё хорошо.
Асе дали новую группу.
Ну ты адресок-то черкани.
Мы тебе писать будем.
Да не буду я писать.
Не люблю я этого.
Вова, мы же сказали:
мы тебе писать будем.
Хотя можешь не говорить.
Я у Машки из штаба узнаю.
Это да.
Ну...
Всё. Долгие проводы -
лишние слезы. Пока.
Берегите себя.
- Давай.
- Счастливо.
- Будь здоров.
- Бывай.
Пошел я.
- Володя!
- Ася!
Чтобы быть большим летчиком,
не обязательно быть таким, как Вася.
- Вася, сколько ты весишь?
- 93.
93?
Это как Вове Самойлову.
Вот, теперь и я у тебя
лейтенант.
А ты у меня жена лейтенанта.
- Лейтенантиха.
- Да.
И всего за полгода.
Так, гляди, и до генеральши
дослужусь.
О-о-о...
Да, дослужишься- дослужишься.
Но пока молодая, 54-й летный полк.
Да, и я туда же.
Ты-то не передумал?
Ну уж нет. Машеньке,
умнице спасибо.
Между прочим, мог бы
и остаться.
Маша, что вы такое говорите?
Я же, между прочим,
военный летчик.
О-о-о...
Ну что, товарищи лейтенанты,
поздравляю вас.
- Спасибо.
- Спасибо.
Что Самойлов?
Давно не пишет?
Да он вообще не пишет.
У нас с ним односторонняя связь.
Мы ему пишем, а он нам - нет.
Ну...
Нелегко, наверное, быть механиком,
когда хочешь летать.
Товарищи летчик,
со всей ответственностью заявляю:
сегодня мы можем позволить себе
кутнуть.
- Конечно можем.
- Поздравляю вас.
- Спасибо.
- Ладно, идите. Я потом приду.
Ну когда потом?
Когда?
Увидимся.
Угу.
- До свидания.
- До свидания.
Коль, что-то я не понял,
а что, она куда?
Беременная она.
Не ясно что ли?
Да! Да!
Мамочка моя!
Тихо-тихо, всё, хватит.
Хватит.
Брат, ура!
- Ну чё?
- Не знаю.
- Пять часов уже жду.
- Держи.
Ничего не говорят.
Может такое быть?
А я не знаю.
Ладно, здесь подожди.
Я с той стороны посмотрю.
Стой.
Товарищ лейтенант!
Поздравляю, у вас сын родился!
- Спасибо, конечно...
- Пять кило.
Богатырь, весь в отца.
Так а я же не...
Да я вас поздравляю!
Спасибо, но я же просто...
Вася!
Вася, у меня сын родился!
- Ура!
- Сын у меня родился, Вася!
Ты понял? Сын родился!
Лиза! Лиза!
- Нехорошо обманывать.
- Да я же... я... Обиделась.
Лиза!
Думала, что я отец.
Такая красивая, и обиделась.
У меня сын родился!
Ты понял?
- Я тебя поздравляю!
- Ты понял? Сын у меня родился!
Лиза!
Лиза...
[стук в дверь]
Да, войдите.
Товарищ майор, сержант Самойлов
по вашему приказанию прибыл.
Входи, Самойлов, входи.
Входи.
Вот, хочу ходатайствовать,
чтобы тебе разрешили пройти
аттестацию на моториста.
А там, глядишь, можно будет
и в летное техническое училище поступить.
Не смогу, товарищ майор,
при самолете быть.
Не для этого в авиацию пошел.
Уж лучше демобилизуйте.
Писал мне Кондратьев,
что у тебя характер непростой.
На да ладно.
Семь бед - один ответ.
Завтра буду новую машину
испытывать.
Полетишь со мной.
Есть.
Ох, хорошо!
- Что, боец, масло потекло?
- Есть немного.
Здравия желаю, товарищ
лейтенант.
Работай-работай.
Мне сказали, майор Яшин
на поле.
Никак нет.
Вон, в небе.
Машина номер 10.
Благодарствую.
Вот натурально чертяги,
что творят!
Красота...
Товарищ майор, лейтенант Марецкий
прибыл для дальнейшего прохождения службы.
Это хорошо, что прибыл.
Вот это номер...
Вовка!
Прошу прощения, товарищ майор.
Мы с ним вместе в летной школе учились.
Летаешь так же хорошо,
как твой сокурсник?
Не жаловались.
Просто, товарищ майор, я никак
не ожидал его в небе увидеть.
Ладно.
- Догоняйте, лейтенант.
- Есть.
- Марецкий!
- Вовка!
Ты как сюда попал?
Что значит "попал"? Прибыл для дальнейшего
прохождения службы.
Ты-то как?
Да я нормально. Матчасть изучил,
от зубов отскакивает.
Скоро буду сдавать аттестацию
на техника.
Рад, что ты летаешь,
чумазота!
Так это наш командир на свой страх и риск
мне машину доверяет.
- Нормальный мужик, значит.
- Да ас!
С Кондратьевым в Испании воевал.
Представляешь?
Ого!
- Костька, как же я рад тебя видеть!
- Да я побольше твоего!
- Ладно, я закончу и быстро к тебе.
- Ну давай.
Скажите, Вася,
а летать страшно?
Нет, не страшно.
Но ведь высоко же.
А вдруг упадешь?
Ну, пока двигатель работает,
упасть никак нельзя.
- Ну, а если двигатель откажет?
- Спланировать можно.
А если не получится?
Если не получится,
у нас парашюты есть.
Парашюты... Но ведь лететь
с такой высоты, я бы умерла от страха.
Да нет, не умерли бы.
У вас в больнице всё гораздо
страшнее.
Иголки, шприцы, опять же кровь.
Ну, к этому привыкаешь быстро.
А тут высота.
Я вот высоты боюсь.
А я вас за руку подержу.
Ладно, поздно уже.
Нам пора.
И от Васи с маленькой буквы.
- От Васи с маленькой буквы?
- Ага.
Он, я думаю, в ближайшее время...
Спасибо.
... на письмо не сподобится,
слишком занят.
Ищет спутницу жизни.
Ну-ну.
Коля заплакал. Наверное,
так вам передает привет.
С [неразборчиво] приветом
ваш Воронин.
Вот жизнь, а.
Дети рождаются.
Люди влюбляются.
Хорошо.
Хорошо.
Знаешь, тревожно всё это.
Немцы уже внаглую летают.
Каждый день границу пересекают.
Видимо, что-то готовят.
А у нас приказ - не поддаваться
на провокации.
Всё-таки самолеты у них классные.
Скажи.
К нам в училище ребята
прилетали, истребители.
Знаешь, я думаю, что наши "Яки"
не хуже их "Мессеров".
А еще новые "Лавочкины" пошли.
Ой, пошли.
Пошли-то пошли, но когда они
до нас дойдут?
Мы всё на "Ишаках"
да этих "Чайках" летаем.
300 километров в час,
всё - предел.
А их войска у границы стоят.
Чё я тебе рассказываю,
сам всё видел.
Вот родился мужчина,
и что его ждет?
Жалко, что мы не вместе.
Спокойнее было бы.
Да.
- Осторожно, держи головку.
- Держу.
Так...
Так...
Ой, Фирка, не знаю,
что бы я без тебя делала.
Спасибо тебе большое.
Коле вечно некогда.
То дежурство, то полеты.
Ну что, Коля, искупался
и заснул?
К бабушкам вам надо ехать.
Есть у вас бабушки, дедушки:
Есть. Только у Коли родители в Москве,
а у меня в Самаре.
Ну вот и езжайте.
А на кого я старшего Колю
оставлю?
Ну, у него есть командование.
И потом, Вася есть.
Вася... Кстати, о Васе.
Чего там у вас с ним?
Ну, он смешной, забавный.
Я всегда о таком брате мечтала.
Но он же думает, что у вас
отношения будут.
Понимаешь, Лиз, я ему
всё объяснила.
Честно, несколько раз.
А он сказал, что будет
надеяться.
Приятно, конечно.
А что это у вас время
остановилось?
А какое сегодня число?
Сегодня 21-е.
А завтра воскресенье.
В клубе будут танцы.
И опять мне Астахов
оттопчет все ноги.
Плохо, Самойлов, плохо.
Я понимаю, товарищ майор,
но скорость была великовата,
и я хотел покрасивее
зайти.
Попутный ветер еще.
Ты ручку резко на себя
не тяни.
А то прыгаешь по полю
как молоденький козлик.
Нежнее, нежнее,
понимаешь?
Немец!
Это еще что?
Давай быстрее!
Смотри!


Серия 3

Что он улыбается
как мой сосед-дантист?
- Шпрехен зе дойч?
- Натюрлих.
[говорит по-немецки]
Что он говорит?
Говорит, что говорит.
Товарищ майор, разрешите
поговорить с немцем.
Разрешаю. Спроси: он осознает,
что пересечение границы Советского Союза -
это серьезное преступление
против нашей страны?
[говорят по-немецки]
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Просит о помощи. Говорит,
что что-то с самолетом.
Угу.
[неразборчиво]
Что говорит?
Говорит, вынужденная посадка.
Какая-то поломка.
Майор Яшин.
[говорит по-немецки]
Глянь, двадцать одно изобразил,
типа фартовый.
Никогда так близко
"Мессер" не видал.
А немцев видел?
Пехота, я ж с Одессы.
Я негров в упор рассматривал,
не то что какого-то немчика.
[говорит по-немецки]
Шпрехен зи дойч?
Самойлов, переведи.
Спросите его: он прилетел
на территорию Советского Союза
с разведывательными целями?
Товарищ лейтенант, вы таким тоном
спрашиваете, что страшно отвечать.
Не надо паясничать, Марецкий.
Мы не в Одессе.
Да, я, конечно, переведу.
Я служил в пограничной части.
Но ни один нарушитель никогда
не признавался,
что идет к нам на разведку.
- Сержант, выполняйте приказ.
- Есть.
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Он говорит, что у него нет никакого
оборудования для фотосъемки,
и он сбился с курса.
У него барахлит бензопровод.
А еще он готов предоставить
свой самолет для осмотра.
Угу.
А вот это уже разговор.
Хорошо жилось мене
без вмешательства извне.
Интересно, чё там.
А спроси его: можем ли мы попробовать
устранить его неполадку,
или... ну, или он будет ждать
своих техников.
Своих техников. На это нужно
разрешение командования.
- Это будет долго.
- Да, это долго.
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Он говорит, что его самолет
к нашим услугам.
Но говорит, что торопится.
Ничего, подождет.
Всё равно без разрешения штаба округа
никуда ты не улетишь.
[говорят по-немецки]
Машина, я вам скажу, зверюга.
Доска приборов удобная,
красота.
Вова, чтоб я так жил.
Самойлов, остаетесь с немцем.
Приглядывайте за ним.
Есть.
Выполняйте приказ.
Ну, что стоим?
Приступили к работам.
Надо доложить в штаб округа.
[говорят по-немецки]
Ну что, немчик,
война-то будет?
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Продолжим, товарищи бойцы.
- Давай!
- Давай-давай!
Опа!
Давай!
Пошел, пошел!
Да куда ж ты?
Давай сюда!
Ну, давай! Давай!
Давай!
Давай, Наместников, давай, оп!
Молодец!
Держи ты мяч!
Что ты делаешь-то?
Отбирай мяч!
Чё ты смотришь?
- Гол!
- Гол!
Что ты радуешься как подстреленная лошадь?
2-0, забит не в нашу пользу!
[говорит по-немецки]
- Вов, видишь, чё он творит?
- Это игра.
Не, ну техника, будь здоров.
[неразборчиво] наших ребят на Черноморце!
Ладно-ладно, ты не заводись.
Вовка, ну что ты там встал
как барышня на выданье?
Давай сюда!
Вовка, шевели поршнями,
давай!
- Чё вы там?
- Ну чё замер-то, а?
А чё ты орешь? Он ни бельмеса
не понимает.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Володька наш, товарищ немчик,
не про вашу честь. Ферштейн?
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Предлагает в карты сыграть.
Карты - это хорошо.
- Разочек.
- Ну смотри.
[говорит по-немецки]
Говорит, что в эту игру играют
в Монте-Карло.
Ага, тебя б на молдаванку
к Сеньке Бубену.
- [неразборчиво].
- Нет
[говорит по-немецки]
Цвай! Два туза!
Цвай! Ферштейн?
Айн, цвай...
Подожди, я сейчас объясню.
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Товарищ лейтенант, разрешите
обратиться к товарищу сержанту.
Разрешаю.
Товарищ сержант,
починили немца. Можно лететь.
А что там было?
Бензопровод потек.
Механик ихний недоглядел.
Ага... Понятно.
- Можете идти.
- Есть.
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
[говорят по-немецки]
[говорят по-немецки]
[говорит по-немецки]
Ну что, наши проверили.
Фототехники у него нет.
Правильно, товарищ майор.
Он своими глазами всё видел.
- Ты о чем?
- Я за ним наблюдал.
Он посчитал все наши самолеты и посмотрел,
что держат на вспомогательном аэродроме.
Не в футбол играл,
а глазами по сторонам стрелял.
А ну пойдем, поговорим.
Еще две машины в ангаре.
Вот здесь.
Они ничего не заподозрили?
Нет. И вообще приняли меня
с распростертыми объятиями.
Хлеб да соль.
Как говорят русские:
хлеб и соль.
Соли мы им сегодня подсыпем.
Идите, отдыхайте, лейтенант.
Времени у вас немного.
За эту операцию я представлю
вас к награде.
Слушаюсь.
Это война!
Связь с дивизией,
немедленно!
[неразборчиво]
Мне связь нужна!
Мне в небо машины поднимать надо!
Первый, первый, я седьмой.
Как слышите?
Первый, как слышите?
Товарищи летчики, произошло нападение
на территорию Советского Союза.
Товарищ майор, разрешите
атаковать.
А если не война?
Если это очередная провокация?
Как можно без приказа подвергать
боевую технику опасности?
Первый, первый, я седьмой.
Как слышите.
Какой нам еще приказ нужен?
Вы что, не видите, что творится?
Товарищ майор, нет связи.
Значит так, слушаем приказ:
приказываю атаковать самолеты,
нарушившие государственную границу!
Исполнять!
А ты был прав, сержант.
Не зря мы всю ночь
фальш-аэродром строили.
Сколько машин спасли
благодаря тебе.
Служу Советскому Союзу.
Мне этот немец сразу
не понравился.
Первый, первый, я седьмой!
Как слышите? Прием.
Товарищ майор, летит,
на посадку заходит!
Это Марецкий!
Тут что-то не так!
Самойлов, у нас еще машины,
готовые к вылету, есть?
Есть, 18-я.
- На вылет, быстро!
- Есть!
Товарищ майор, вы почему разрешили
вылет Самойлову?
Потому что он летчик.
Хороший летчик.
Легкая прогулка обернулась
для нас кошмаром, лейтенант Юргенс!
- Произошла ошибка.
- Нет.
Нас ждали.
Если бы у русских были машины получше,
они перебили бы нас всех.
Вы думаете, меня раскрыли?
Да.
Ошибиться может каждый.
Но награждать за ошибки
мы не можем.
Идите.
Когда это кончится?
Почему вы через мою голову отправили
рапорт командованию?
Вы же не подписываете.
Вы думаете, что без моего согласия
они отправят вас на фронт?
А вы знаете, сколько раз я
просился на фронт?
И что мне ответили?
Фронту нужны пилоты.
Кто будет учить?
Нам, товарищ Береговая, выпало
готовить и отправлять в бой других.
И долю эту горькую
врагу не пожелаешь.
Разрешите идти,
товарищ полковник.
Идите.
Есть.
Извините, что написала
рапорт.
Ну?
- Здравия желаю.
- Вольно, вольно.
Ты всё так же смел,
Виктор Григорьевич?
Зернов жалуется,
совсем не слушаешь его.
Иногда слушаю.
Ну, иногда так иногда,
тебе виднее.
Повезло парню, что к тебе в полк
попал.
Другой бы не решился за отчисленного
из училища вступиться.
А я думаю, любой командир вступился бы
за хорошего пилота.
Ты теперь должен так воевать,
чтоб командиры никто про тебя
слова дурного не мог сказать.
- Не подведу.
- Воюй, лейтенант.
Ну, поздравляю.
Спасибо.
Лёня...
Пойдем.
Чё ты стоишь?
Раздевайся.
- Совсем?
- Совсем.
Одежда от вшей шевелится.
Сожжем.
Дай чем-нибудь прикрыться.
Из окружения два месяца шли.
Вот и запаршивели.
Иди в ванну.
Залезай.
Отвернись.
Я тебе сейчас не женщина.
Я тебе сейчас сестра.
Нет, отвернись.
Сними.
Спали мало, почти совсем.
Аэродром разбомбили
утром 22-го.
Машины горели.
Мертвые ребята,
казармы в дыму...
Они кружат, стреляют.
А что мы сделаем?
Мы идем по лесу день,
два, три.
А немцы довольные,
счастливые.
А мы идем к своим.
Идем к своим.
А где они, свои?
Спасибо, отец помог.
А ты бы сидела сейчас...
Не надо.
Я шкуру свою спасал,
ничего не сделал.
Ничего.
Ты не шкуру, ты жизнь свою
спасал.
Чтоб вернуться.
Ко мне вернуться.
Прощай.
Прощай.
Пиши!
Вообще ни о чем не думай.
Поняла?
Стариков я предупредил,
телеграмму домой, вас ждут.
Хорошо?
Документы, главное, не потеряй.
Хорошо?
По ним доедешь до самой
Москвы.
Коленька, ты за нас не волнуйся.
Мы себя будем хорошо вести.
Я вас очень люблю.
Очень.
А вы когда уезжаете?
Завтра на санитарном
поезде.
Долго теперь не увидимся.
А вы побеждайте быстрее.
Будем стараться.
Ну всё, мальчики. Вас машина ждет.
Езжайте.
Всё, нам пора.
Коль, они не могут нас
победить?
Нет.
Страшно мне что-то.
Всё.
Пора.
До свидания, Лиза.
До свидания.
Идите, я провожу Лизу.
Идите, идите.
Товарищи летчики,
положение очень сложное.
В полку большие потери,
техники не хватает.
Поэтому тактическим занятиям
будем уделять особое внимание.
Каждый из вас имеет
бесценный опыт
и должен уметь поделиться им
с другими.
Возможно, этим мы можем уберечь
прибывающее пополнение
от смертельных ошибок.
Товарищ майор, 126-я отдельная эскадрилья
прибыла в ваше распоряжение.
Командир эскадрильи
старший лейтенант Белов.
Пять минут на знакомство
и перекур.
- Познакомимся!
- Колька!
О, и Вася!
[неразборчиво]
Капитан Калачев,
командир БАО.
Знакомьтесь, по всем вопросам
обеспечения к нему.
Есть.
- Белов.
- Калачев.
А мы ведь с вами знакомы.
36-й год, Свердловск, совещание
командного состава
по вопросам обеспечения безопасности
аэродромов. Помните?
А как же, помню.
Вы тогда еще генерала Лаврова
своими вопросами замучили.
Да. Погиб он.
Геройский был мужик.
Савелий Потапыч!
Борис Борисович, после совещания
сразу ко мне.
Быт у нас тяжелый,
но делаем всё возможное,
чтобы летчики были готовы
к полетам
Спасибо.
- Это, Костян в госпитале.
- Как?
Да там ничего страшного, нормально,
уже выздоравливает.
Ну, вы-то сами как?
Рассказывайте.
- Пойдем покурим и расскажем.
- Ты нам расскажешь, лейтенант Самойлов.
- Лейтенант Самойлов!
- Ой, заметили.
А то бы мы не заметили!
- Ребят, вам туда?
- Да.
- Слушай, забери с собой.
- Давайте.
Ну да.
Молодцы.
Ну, говорил я тебе,
а ты не слушал.
Я же говорил, будешь
летать.
Помню.
Если б не война...
Ну что, освоились?
- Так точно.
- Ну хорошо.
Хорошо...
Прощайте, Дашенька.
Всего вам доброго,
товарищ Марецкий.
- Бойцы, удачи.
- Спасибо.
Жива?
Обожди!
Он убежал! Он убежал!
Эта машина...
Успокойся! Да обожди ты,
говорю! Всё! Улетели они! Всё!
Слышишь? Всё, успокойся!
Смотри на меня!
Всё закончилось.
Как думаете, долго нас здесь
еще продержат?
Не знаю.
Скоро уже светать будет.
День простоим.
Мне бы воды горячей.
Пеленки грязные все.
Ну и что?
Я бы вам кипятку принесла.
Ну оставь, присмотрю.
Он у меня тихий.
Держи.
Я мигом.
Ну не плачь, не плачь,
ты мой хороший.
Тетенька! Тетенька, скажите,
пожалуйста,
а где здесь водички
можно найти?
Тетенька?
Какая я тебе тетенька?
Ой, извините.
Из эшелона?
Эвакуированные?
Значит так: идешь к тому дому.
Видишь огонек?
Да.
- Там есть и холодная, и горячая.
- Ага, спасибо.
Товарищи, а можно мне без очереди?
У меня ребеночек в поезде.
- Конечно, доченька, пожалуйста.
- Спасибо.
Извините, пожалуйста,
разрешите. Извините.
Спасибо.
Тяжело, наверное, в поезде.
Коля!
Ну что? Ушел?
Эй, ты что?
Сын у меня там.
Не надо плакать.
Пойдем.
Пойдем-пойдем.
Эшелон твой до Ветлянки дойдет
и встанет там на целый день.
Я сейчас я тебя посажу
в санитарный поезд.
Попрошу машиниста там
притормозить.
А дальше сама ищи.
- Как сына зовут-то?
- Коля.
Колька.
У меня брата Колькой зовут.
Младшего.
В армию забрали, а оттуда
ни слуху, ни духу.
Ну что ж ты, пойдем.
Пойдем-пойдем,
нам торопиться нужно.
- Всех успели загрузить?
- Да, всех.
- Хорошо. Идите проверяйте раненых.
- Есть.
Товарищ военврач!
Ну что еще?
Гражданку до Ветлянки
возьмите, пожалуйста!
У неё ребенок в эшелоне отстал.
Догнать бы.
Вообще-то у нас не положено.
Если только в тамбуре.
Да я хоть на крыше.
На крыше, садись,
пока берут.
- Идите в тот вагон.
- Спасибо.
Спасибо тебе.
А брат твой найдется,
обязательно.
И ты будь здорова.
- Гражданочки.
- Кольку береги!
Гражданочки, побыстрее.
Почему накурено?
Закройте дверь.
- Сестричка, водички.
- Конечно.
- А спиртику?
- Я тебе дам спиртику.
Как вы, мальчики?
Через два часа операция.
Готов?
У вас всё готово?
- Да, всё готово.
- Хорошо.
Лиза?
Фира...
Лиза, ты откуда?
Я думала, ты давно в Москве.
Я от поезда отстала.
У меня там Коленька.
Как? Почему?
Нас восьмой день везут.
Ни еды, ни воды.
Я за кипятком пошла,
его там оставила...
Коленька...
Коленька...
Мы что-нибудь придумаем.
Мы что-нибудь придумаем,
ты слышишь меня?
Стой, кто идет?
- Гитлер идет.
- Я сейчас кому-то пошучу!
Стой! Стрелять буду!
Что, своих не узнаешь, а?
Марецкий..
Здорово, Одесса!
- Васька?
- Да!
Астахов!
Живой!
Здорово!
Ты что, к нам в полк
прописался?
Я дико извиняюсь, я к вам?
Это вы ко мне.
Да ладно!
- Слушай, гитара моя жива?
- Жива-жива.
- Я лейтенанта провожу, вернусь.
- Чайку бы горяченького.
Конечно чайку.
Сейчас всё тебе будет.
Вон он.
Остановка пять минут.
Не получится.
Немцы мост разбомбили.
И когда почините?
До вечера хоть успеете?
Да как минимум два дня
потребуется.
Какие два дня?
У меня здесь в эшелоне
300 человек раненных!
Из них половина тяжелых!
Вы издеваетесь?
Да всё к начальству.
- Виталий Алексеевич.
- Да?
Пожалуйста, можно я со своей
знакомой сбегаю? Пожалуйста.
Идите.
А почему не в форме?
Старшая сестра приказала сдать
на дезинфекцию. Завтра выдадут форму.
Где он? Где Коля?
Начальнику станции отнесла!
Орал он очень.
- Куда?
- Туда.
Коля! Коля, родной мой!
Мой маленький!
Ну куда ж ты убежал?
Вы мамаша что ли его?
Ну слава Богу,
определились.
А то представляете,
куда бы мы его дели?
Так, гражданочки, вы бы с ребеночком
шли бы в зал ожидания.
Вам там удобнее будет.
Да вы не волнуйтесь, в ближайшее время
ваш поезд никуда не пойдет.
Два-три дня точно.
Как?
Вы уверены?
Абсолютно.
Пути разбомбило.
Ждем бригаду ремонтников.
Но там раненые,
им нужны операции.
Душа моя, да я рад бы
помочь.
Но чем? Как? Я пойду что ли
ремонтировать пути эти?
Тогда лучше к нам. У нас там марля
и душ принять можно.
Совершенно верно. И для ребеночка
это очень хорошо.
Давайте, девоньки, идите.
[слышны взрывы]
Быстро отсюда
и подальше от путей!
Давай!
Все в лес! Все в лес!
Быстро!
Все в лес! В лес!
Пошевеливайтесь!
С поезда! Быстрее!
С состава!
Уходите!
Постой!
Мы обычно взлетаем, когда
бомбардировщики находятся
максимум в 10 минутах лета
от наших позиций.
Они идут под плотным прикрытием
своих истребителей.
Поскольку с "Мессерами" нам пока трудно
состязаться,
нужно как-нибудь вывести их
из игры.
Это как?
Уничтожить их на фронтовых
аэродромах?
Да нет, дело не в этом.
Их аэродромы расположены на расстоянии
300-400 верст от линии фронта.
Большую часть пути они
летят одни.
И как раз перед самыми нашими позициями
к ним присоединяется группа сопровождения
аж из 10 самолетов.
Во главе с нашим знакомым
картежником.
Херр Юргенс.
Думаю, он нас надолго
запомнил.
А что дальше?
На 4-х самолетах мы вылетаем
в эту зону.
Начинаем их провоцировать.
И пытаемся увести в сторону
из группы сопровождения
как минимум четыре машины.
Может быть получится
и больше.
Если это происходит,
то эта группа из 10 самолетов
вылетают навстречу юнкерсам
и ослабевшей группе сопровождения,
и атакуют.
Угу.
Группа сопровождения
6 машин.
10 против 6.
А что будет с теми,
которые оттянули немцев?
Мы выводим их на зенитку,
разворачиваемся в районе
батареи,
подставляем эти самолеты
и еще сами добавляем.
Мне нравится.
Ага, мне тоже.
Дотянуть бы до зениток.
А что, риск - дело благородное.
Поддерживаю.
Я с вами.
Ну вот и хорошо.
Четыре машины у нас есть.
Давайте-ка лучше еще раз обсудим
всё это в деталях.
Вижу двоих русских.
Двое со мной.
Погоняем их.
Сразу не сбивать.
Давай, Астахов!
Давай!
Дотянем!
Не волнуйтесь, товарищ майор.
Отстреляемся на отлично.
Летят! Двое наших,
товарищ майор!
Как бы их не накрыло!
Боюсь, не дотянут!
Дотянут.
Ермолаев, связь!
Лугов, давай сигнал
второму эшелону!
Пусть атакуют "Мессеры"!
Батарея, к бою!
Связь, батарея к бою!
Давай, Самойлов, давай!
Батарея, к бою!
Второе орудие, огонь!
Это ловушка!
Это ловушка!
Возвращаемся на аэродром.
Отстрелялись. Троих немцев завалили.
Ваши четверо ушли без потерь.
А мои орлы юнкерсов отработали,
тепленьких.
Драпают, поджав хвосты.
Ну что, с первой совместной
операцией.
За блестяще разработанную
и проведенную операцию
по уничтожению немецких
бомбардировщиков
лейтенант Самойлов награждается
Орденом Красной Звезды.
- Лейтенант Самойлов.
- Я!
- Ко мне.
- Есть.
Спасибо тебе, лейтенант.
За твою светлую голову спасибо.
Служу Советскому Союзу!
- Встать в строй.
- Есть!
За проявленную храбрость и героизм
лейтенанты Астахов, Марецкий и Воронин
награждаются медалью "За отвагу".


Серия 4

- Ты что, еще не готова?
- Неа.
Да ты что, мы же можем опоздать.
- Здравия желаю.
- Здравствуйте.
Бежим!
Вот и пришли.
ЗАГС!
Одиннадцатый час! Открывайте!
- Тетери.
- Эй!
- Мы жениться хотим!
- Закрыто.
А есть где-нибудь еще ЗАГС?
- На другом берегу.
- На другом берегу?
- На другом берегу... Не успеем.
- Не успеем.
- Будешь меня ждать?
- Буду
- Любишь меня?
- Люблю.
Не успеем. Мне пора.
Да.
- Не провожай.
- Не буду.
Ну? Ну чё надо?
Чё стучите? Чё случилось?
А мы жениться хотели.
Жениться? А с кем?
А он ушел уже.
А, так небось обрадовался,
что дверь закрыта.
Он?
Нет.
Ну, так недалеко ушел.
Догоняй.
В другой раз.
Итак, слетанных пар у нас две.
Лейтенанты Марецкий с Астаховым
и Воронин с Самойловым.
Практика показала, что полеты парами
намного эффективнее звеньев.
Поэтому лейтенанту Самойлову
объявляю благодарность за инициативу.
Служу Советскому Союзу.
Товарищ майор, только это не моя идея.
Я у немцев подсмотрел.
Они тоже летают парами.
Ну, а у нас есть предложение.
Все остальные тоже разбиваемся
на двойки.
Опыт показал: тройками слетаться
сложнее.
А прикрывать друг друга
лучше в парах.
Этим займетесь с сегодняшнего дня
под руководством старшего лейтенанта Белова.
Вопросы есть?
Теперь так: к вылету быть готовыми
в любую минуту.
Будем прикрывать наши позиции
от бомбардировщиков.
Всё, разойдись.
Товарищ майор, что там
насчет моей жены?
Если будут новости, я сообщу.
Спасибо. Разрешите идти?
Идите.
Паровоз жалко.
Новый совсем.
Бомба прям в котел попала.
Разорвало машину на куски.
А людей тебе не жалко?
Жалко. Конечно жалко.
- Товарищ капитан.
- Да?
Мы уже сутки идем.
Скоро до наших доберемся?
Скоро-скоро.
Я уверен, мы уже за линией
фронта.
Не мог немец так далеко
продвинуться.
Немцы!
Немцы!
[говорят по-немецки]
Отходим все!
Руки подняли!
Все руки подняли!
Не двигайтесь!
Стойте!
Не стреляйте!
Здесь мирное население!
[говорят по-немецки]
Они добивают раненых!
Держи!
Быстро нужно вставать.
Сейчас они подойдут к нам.
Ты должна встать и держаться. Поняла?
Встать и держаться!
Вставай!
Сцепи зубы и вставай!
Вставай!
[говорит по-немецки]
Пошли.
Чайку?
С удовольствием.
Месяц на месте стоим.
Добрый знак.
Ага, прям уперлись,
больше не пятимся.
- Потапыч.
- А?
А достань мне такую куртку
как у командира.
Пятый собьешь,
будет тебе куртка.
Договорились.
И будет мне куртка.
Я тоже такую куртку хочу.
Потапыч, нам нужно четыре
таких куртки.
Ребятушки, правила вы знаете.
Пять самолетов сбиваешь,
получай куртка.
И вообще, ребятушки, поторопитесь.
Вторая уже эскадрилья почти переоделась.
Что-то мне кажется, Потапыч, что им
ты поешь такую же песню.
Да.
Тебе, Костик, рентгеном
в больнице работать.
Насквозь меня видишь.
Товарищ майор, разрешите обратиться
к лейтенанту госбезопасности Зернову.
Обращайтесь.
Никаких сведений о вашей жене
и сыне у меня нет.
Не удалось пока узнать
ничего нового.
- Разрешите идти.
- Идите.
Разбомбили эшелон.
О выживших сведений нет.
Хорошо, что не сказали ему.
Пусть надеется. А то с таким грузом
тяжело летать будет.
Да.
Девоньки, быстрее давайте!
Мальчики, мальчики!
Успеем! Успеем!
Мальчики! Компот!
... непонятно откуда, раз,
и Коле на хвост.
Кольке надо было вверх уходить,
понимаешь?
- Сколько вылетов сегодня было?
- Пять, Потапыч.
- На передовой жара как в Одессе.
- Да, к пехоте не подойдешь.
Пейте-пейте, мальчики.
Аннушка старалась.
Вкуснотища.
Ладно, мужики,
пора.
Коля!
Коля! Компот!
Вечером выпью.
Жив?
Жив!
А я тяну-тяну, а они рвут и рвут.
Суки!
А тебя, брат, контузило.
Ты меня слышишь?
Ты меня слышишь?
Командира убило!
И сержанта убило!
Я один из взвода остался!
Чтоб им сгореть, проклятым...
А?
Летят...
Летят наши!
Сейчас совсем легко станет,
брат.
Наши летят!
Прыгай, Коля!
Прыгай!
Нет! Нет! Нет!
Давай снимем?
Да почти всё прошло.
Тебе повезло.
Тихо-тихо.
Есть хочет.
- Ну покорми его.
- Неудобно.
Люди смотрят.
Ты корми-корми, милая,
корми.
Маленький.
Да всё удобно.
Тут одни женщины.
Корми-корми.
- Тихо-тихо, Коленька.
- Деточка.
Маленький.
Я есть помощник коменданта
эта деревня.
Вы здесь жить и работать
на Вермахт.
Хорошо работать - хорошо жить.
Плохо работать - смерть.
[говорит по-немецки]
Чего таращишься,
морда бесстыжая?
О, Господи...
Пойдешь со мной!
Я сказал, пойдешь со мной!
Пойдешь со мной!
Хорошо.
Что здесь происходит?
Нашел жену красного командира.
Господин майор!
Господин майор!
Этот человек обманывает!
Я понял.
- Господин майор...
- Вы можете идти, лейтенант Мозер.
Из-за таких как вы у нас здесь
земля под ногами горит.
Слушаюсь.
Вы знаете немецкий?
Учила в школе.
Мне нужен переводчик.
А ваша подруга может
работать в доме.
Спасибо, господин майор.
Товарищ лейтенант,
разрешите обратиться.
А где лейтенант Воронин?
Сгорел Колька.
Юнкерса завалил и сгорел.
Так скоро нас совсем
не останется.
Почему он не стрелял?
Кольку расстрелял,
а меня нет.
Может у него патроны
закончились?
Не, не убил, потому что не считает
меня достойным соперником.
Да и правильно.
Я Кольку с двумя "Мессерами"
оставил.
Юнкерса полетел сбивать.
Вот тебе и...
Предлагаю открыть охоту
на этого картежника.
Машина у него в каком
состоянии?
- [неразборчиво]
- Товарищ майор.
Рассаживайтесь.
Есть шансы, что кто-нибудь еще
вернется?
Никак нет, товарищ майор.
Горючее уже должно было
закончиться.
Кто из твоих?
Воронин.
Товарищи летчики, от имени командования
благодарю за отлично проведенную операцию.
Отдельная благодарность
лейтенанту Самойлову,
сбившему юнкерса.
Он будет представлен к награде
и к повышению звания.
Товарищ майор, вы ошиблись.
Так, это что такое, Самойлов?
Вы почему перебиваете командира?
Подождите, товарищ лейтенант.
Что вы хотите сказать?
Юнкерс сбил лейтенант Воронин.
- Но мне доложили...
- Это не так.
Я был свидетелем.
Юнкерс сбил Воронин.
Лейтенанты Астахов и Марецкий
это подтвердят.
- Так точно.
- Подтверждаю.
Хорошо.
Присаживайтесь.
Вот его и представим к награде.
Теперь так:
мы соединяемся с 30-м авиаполком.
Точнее с тем,
что от него осталось.
Командир погиб,
пилоты прибудут завтра.
- Товарищ майор, разрешите вопрос.
- Давайте.
Кто будет командовать
сводным полком?
Я. Еще вопросы есть?
Никак нет.
Механикам заняться машинами.
Пилотам отдыхать.
Всё.
Надо отомстит за Кольку.
Выловить этого Юргенса.
Поддерживаю.
Что, эти немцы не горят
что ли, а?
Горят как миленькие!
Ковер приказал здесь повесить.
Какой-то особенный,
из Африки его привез.
По всему миру грабят.
Фашисты проклятые!
Тише!
Слово "фашист" по-немецки звучит
точно так же, как по-русски.
Не надо, чтобы они знали,
что мы про них говорим.
Смотри, какая семья большая.
Сколько мужчин.
И все, наверное, сейчас
на фронте.
Выживет ли кто-нибудь из них?
Кто знает.
Как там мой Коля?
Воюет.
[говорит по-немецки]
Вилли.
Вешаем здесь.
Давайте быстрее, ребята.
Прямо здесь.
Ровнее.
Основательный майор.
Улыбается.
- Надолго к нам.
- Думает, что навсегда.
Что делать с фотографиями,
господин майор?
[говорит по-немецки]
Что он сказал?
- Приказал сжечь фотографии.
- Сволочь!
Хорошая работа, Вилли.
Прекрасно.
Давай спрячем.
Хозяева скоро вернутся.
Ты думаешь, скоро?
А ты что, не веришь в нашу
победу?
Я уверен, что Воронин должен был жить
как никто другой.
Ему было, для кого жить.
Но это война.
Она изменила всё.
На месте Кольки мог быть
каждый из нас.
Но он стал первым.
Его больше нет.
Давайте помянем друга.
Товарищи пилоты, выпиваете?
Друг погиб, Воронин.
Поминаем.
Пусть земля ему будет пухом.
Постой в деревне.
Мы не имеем права покидать
расположение части.
Тогда оставайся. Ребят, пойдемте,
там девушки есть. Да, Кукушкин?
Так точно, есть симпатичные.
Я, пожалуй, воздержусь.
Спать пора, товарищи пилоты.
Завтра тяжелый день.
Ребят, да вы своей головой
думайте.
Почему за вас Вова Самойлов
всё решает? Кто он такой?
А ты кто такой?
Чё у тебя есть-то,
кроме фамилии?
Что ты сказал?
Что ты сказал?!
Отпустите меня!
Да что вы меня держите?
Пошли. Тоже мне.
Завтра попрошу молоток, гвозди
и повешу в углу.
И как мы раньше не заметили?
А ты разве веришь?
Ты же...
Что? Иудейка?
Бог есть.
И он нам поможет.
Я верю.
- Давай спать.
- Давай.
Коля намучился сегодня.
Бедный.
Спокойной ночи,
Николай Николаевич.
И вам спокойной ночи,
лейтенант Воронина.
Сейчас уже, наверное,
старший лейтенант.
Сводку погоды сообщать
каждые полчаса.
Всем ждать приказа на вылет.
Готовность номер два.
Вопросы есть?
Товарищ майор,
разрешите обратиться.
Обращайтесь.
Вы расформировали мою тройку
и поставили в паре с Самойловым.
И зачитали фамилии таким образом,
что теперь я вроде как второй, а он первый.
- Да.
- Да.
Только я вторым летать
не буду.
Тем более с Самойловым.
Вы в армии, Тарасенко,
а не у тещи на именинах.
Буду - не буду.
Товарищ майор, лейтенант Тарасенко
более опытный летчик.
Я готов быть у него ведомым.
Хорошо.
Все свободны.
Это для ребенка.
Спасибо, Вильхельм.
Ну вот, теперь Коле будет,
где спать.
Интересно, где он взял её?
Наверное, отобрал у кого-то.
Ладно.
- Можешь идти.
- Слушаюсь!
Мы сначала с ним шли
хвост в хвост.
Понимаешь? Он вниз,
я остаюсь сверху.
Стреляю, не попадаю. Я...
скорости мне не хватает.
Начинаю выравнивать,
снова стреляю, захожу.
И не попадаю.
Понимаешь?
Пойдем, покурю.
Похоже, у немчика нашего
сегодня выходной.
Да нет, летает где-то.
Небо-то, оно большое.
Просто не довелось увидеть.
Товарищ лейтенант, вас вызывают
в особый отдел.
Вот тебе раз.
- Меня?
- Так точно.
- Вы не ошибаетесь?
- Никак нет.
Таки правильно: с линии фронта,
от греха подальше,
к папашке под крылышко.
Ты знаешь, а я считаю, что его отец
достойный человек.
И в бою он мне понравился.
Не трус.
Ну-ну.
За нетрусость его к награде
и представили.
Значит так, лейтенант Тарасенко.
Вчера в Москве
был арестован ваш отец
Борис Трофимович Тарасенко.
Ему предъявлено обвинение
в измене родине.
Вот, пришла бумага из штаба.
Ознакомьтесь.
Не понял я...
Отец... а как же...
А вот так же.
Сядьте.
Пока Красная Армия отступает,
некоторые особенно шустрые
и дальновидные граждане
решили подготовить почву,
чтобы переметнуться потом
на сторону победителя.
Что ты несешь, а?
Мой отец с 1903 года в партии.
Он из японского плена бежал.
А может не сбежал?
Может отпустили?
Что?
Ах ты, гнида!
Я тебя отстраняю от полетов,
лейтенант!
Я тебя в штрафбате сгною!
- Товарищ майор, разрешите.
- Самойлов?
Ты уверен, что хочешь взять
на себя такую ответственность?
Он действительно хороший пилот.
Людей у нас и так не хватает.
Думаю, ребята меня поддержат.
Ну хорошо.
В конце концов, товарищ Сталин сказал,
что сын за отца не отвечает.
Ну, теперь держись,
лейтенант.
Зернов тебя и так не жалует.
Товарищ майор,
а чего мне бояться?
Я каждый день живу
как последний.
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Только развяжи мне руки!
Что?
Закройте дверь!
Спросите, где остальные,
те, что с ним шли.
Они спрашивают,
где ваши товарищи
С кем вы пробирались
к своим.
А не их собачье дело!
Он говорит, что шел один.
Скажите ему,
что я ему не верю.
Если он не ответит на вопрос,
я прикажу его расстрелять.
Послушайте, они хотят вас расстрелять!
Пожалуйста, отвечайте на вопрос!
Да наплевать!
Пусть расстреливают!
Все сдохните! И ты сдохнешь,
тварь продажная!
Он говорит, у него завтра встреча
со своими в лесу.
И он готов показать место.
Кто это может быть?
Хайль, Гитлер.
Я оберштурмфюрер Дитмар.
Мой самолет совершил вынужденную посадку
на аэродроме 32-й эскадрильи.
По дороге в штаб у меня
сломалась машина.
Майор, прошу выделить мне транспорт
и людей для сопровождения.
У меня срочное донесение
для генерала Хайнца.
Мозер, вы слышали приказ
оберштурмфюрера? Выполняйте.
Кто это?
Мной захвачен капитан НКВД
и солдат-окруженец.
Капитан согласился выдать
своих.
Солдат молчит.
Если молчит - расстреляйте.
Я не палач.
Завтра, после того, как он покажет
месторасположение окруженцев,
доставьте капитана в штаб дивизии.
Будет выполнено.
Господин оберштурмфюрер,
машина и взвод охраны
в вашем распоряжении.
Хайль, Гитлер.
Заприте его в подвале.
Выполняйте.
Идите.
Идите к себе.
Кукушкин, тебе когда-нибудь
страшно бывает?
Постоянно.
Как же ты летаешь?
Ручку на себя,
самолет вверх.
Ручку от себя,
самолет вниз.
А я вот ничего не боюсь.
За это.
Не возражаешь?
Спасибо ждешь за то,
что заступились?
Нет, я хотел тебя кое о чем
спросить.
Спрашивай.
Ты что же это за представление
в небе устроил? Смерти ищешь?
Выпьешь?
Нет. И тебе хватит.
Ты на вопрос не ответил.
Иди ты к черту,
надоел ты мне уже.
Всё равно меня возьмут.
Отца взяли и меня возьмут.
Насмотрелся на это до войны.
Слушай, глупости не говори.
Мы за тебя поручились.
Дай.
Будешь пить или нет?
Кукушкин-Кукушкин, прикипел ты
ко мне, не оторвать.
Давай выпьем.
Лёнь, не переживай так.
Всё будет хорошо.
Я не попал.
Захожу "Мессеру" в хвост
и мажу.
Ведь он у меня как на ладони.
Постреляем?
Постреляем.
Лёня!
Подожди.
Давай, Лёнь! Давай-давай!
Кукушкин-Кукушкин...
Правильно, товарищ майор,
поручились вы за товарища.
Я даже не знаю,
что и сказать.
Что тут скажешь?
Тут молиться надо.
И вам, и ему, чтобы Кукушкин
выжил.
А вы меня к стенке поставьте,
и дело с концом.
И поставим, Тарасенко,
поставим!
Здравия желаю! Прибыл
для сопровождения арестованного.
Забирай.
А вам, товарищ майор,
советую крепко подумать,
тех ли людей выгораживаете.
Я в штаб.
Снимите с меня сапоги.
- Что?
- Делай, что он говорит.
Ты ведь еврейка?
Еврейка. Фюрер говорит,
что вас надо уничтожать.
- Понимаешь?
- Понимаю.
Я тебя не убиваю, и ты должна
быть мне благодарна.
Покажи мне свою благодарность.
И ты тоже покажи.
Что он говорит?
Ничего.
Иди к ребенку.
Найн! Найн!
Найн!
Бежим!
Быстрее!
Капитан!


Серия 5

Ой, девочки, а мой-то,
когда на фронт уходил,
такие мне клятвы говорил.
Прям как в сказке.
- Ну и что?
- Да ничего.
Пишет, паразит, раз в месяц.
Да как тебе не стыдно, Варька?
Мой Степка с начала войны
пару строк прислал,
да я и то счастлива.
Мужик же воюет, а ты его
паразитом называешь.
- Да? А если он там себе нашел кого?
- Где? На войне?
Глупая ты, Варька,
просто невозможная.
Асют, а ты чё молчишь?
Твой-то где?
Не знаю. Летает где-то.
- Ну чего там?
- Перекур, девчонки.
Приехали.
Кой черт приехали?
Еще шпарить и шпарить.
Давай.
Ну, девчонки, давайте.
Подтянулись!
На месте стой!
Ась, ты куда?
Ась?
- Лёня!
- Стойте.
Товарищ лейтенант,
к ним нельзя.
Мне надо поговорить
вот с этим человеком.
Позовите его.
- Не положено.
- Я вас прошу.
- Лёня!
- Не положено, товарищ лейтенант.
Чё это она, а?
Очень нужно.
Вы с ним знакомы?
Да.
Тарасенко. Тарасенко!
Оглох что ли?
Иди сюда.
- Лёня...
- Ты чё здесь делаешь?
Я на фронт еду.
А ты?
А я в глубокий тыл.
Где твои петлицы?
Что случилось?
Так получилось, что...
Парашют видели?
Никак нет.
Я видел, как самолет Самойлова
задымился и ушел в сторону леса. Всё.
Самойлов-Самойлов.
Как же так?
Он же опытный летчик.
Какого черта он вообще
погнался за ним?
- Отомстить хотел.
- Чего?
За Колю Воронина
отомстить хотел.
Ясли детские!
Мстители всенародные!
Товарищ майор, вы, наверное,
не поняли.
Он именно этому фрицу
отомстить хотел.
Этому? Какому этому?
С картами на фюзеляже.
Это он Колю сбил.
Понятно.
Мальчишка.
В бою побеждать надо
с холодной головой. Ясно?
Так точно.
- Если так точно, свободны!
- Есть.
Свободы, Астахов.
Товарищ майор,
Володька мог выжить?
Не знаю.
Может и выжил.
Иди отдыхай.
Завтра вылеты с утра.
Есть.
[слышна немецкая речь]
Не двигайтесь.
Вам пока нельзя.
Где я?
Вообще-то меня зовут не Иван,
а Леонид, Лёня.
Иваном меня немцы кличут.
Какие немцы?
Вы в немецком госпитале.
Что?
Давно он в себя пришел?
Только что, господин доктор.
Ну вот так всё и вышло.
Теперь я здесь.
У нас всё будет хорошо.
Я тебя люблю.
Не надо. Какая любовь?
- Я видел тебя тогда.
- Когда?
- У ЗАГСа.
- А что ты видел?
Не меня ты любишь.
Тарасенко.
Ты специально так, да?
Потому что ты здесь?
Лёнь, напиши мне!
Мне перешлют!
Лёнь!
Лёня!
- Фира?
- А? Что?
Где лейтенант?
Не знаю.
А что ты так волнуешься?
Ну так.
Без него страшно как-то.
Вот, пожалуйте,
утренний завтрак.
Ой, спасибо.
- Спит?
- Ага.
Хорошо, что спит.
Нам шум сейчас не нужен.
А куда мы теперь?
Как куда? В любом случае
надо к нашим.
Или идти к линии фронта.
А то вам, Фира, здесь
оставаться опасно.
Немцы евреев сразу
расстреливают.
А тебе где?
Мне тоже к своим нужно.
Муж у меня там, летчик.
Он, наверное, уже с ума сходит.
Понятно. Значит, идем
все вместе.
Только с ребенком нам
тяжело будет.
Справлюсь.
Хорошо, сделаем так:
для начала переждем где-нибудь
у селян,
потом запасемся едой
и тряпьем.
Пойдем на запад.
За этими деревьями
есть дорога.
Наверняка идет в какую-нибудь
деревушку.
По ней пойдем.
Авось, куда-нибудь выведет.
Есть, товарищ лейтенант.
Да зовите меня просто Федором.
Хорошо, товарищ лейтенант.
И еще приготовьте пару костылей
под его рост.
Я думаю, через несколько дней
он начнет ходить.
Да, господин доктор.
Наш герой пришел в себя.
Скажи ему, что я восхищен.
Впервые за 30 лет практики я вижу
человека с таким сильным организмом.
Он остался жив и даже ничего
себе не сломал.
Доктор Шрандт говорит,
что у вас сильный организм,
и вы идете на поправку.
Так ты... ты служишь на них?
Я здесь работаю санитаром.
Что это?
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Ты молодец, парень.
У тебя классное здоровье.
И я поставлю тебя на ноги
за неделю, вот увидишь.
Доктор Шрандт сказал,
что скоро вы начнете ходить.
Здорово, хозяин.
Передохнуть пустишь?
У нас тут дите малое.
Ну... заходите.
Давай.
Спасибо, дед.
Товарищ Самойлов?
Товарищ Самойлов,
я вам обед принес.
Откуда фамилию знаешь?
Так при вас документы
нашли.
Убери.
- Guten tag.
- Guten tag.
Как твое здоровье, Володя?
Кормят хорошо?
Это я сделал так, чтобы с тобой
обращались как с достойным пленным.
Понимаю, ты потерял друга
и ненавидишь меня.
[неразборчиво] мы, летчики Люфтваффе,
уважают достойных
противников.
И чем больше в небе
отличных летчиков,
тем интересант.
Самойлов, мы оба летчики,
и война не при чем.
Я сбиваю самолеты,
не людей.
Ты убил Кольку Воронина.
Помнишь, история Древней Спарты?
Погибает слабейший.
Ладно, молчи.
Да, чуть не забыл.
Это было на твоем мундире.
Поправляйся.
Скоро к тебе придут люди
по моей просьбе.
Послушай их.
Только так смогу спасти
тебе жизнь.
Господин оберлейтенант!
Да?
Можно вас на секунду?
Оберштурмфюрер СС Дитмар.
Оберлейтенант Юргенс.
Чему обязан?
Это вы привезли сюда раненного
русского летчика?
Да, я.
Господин оберлейтенант,
могу я поинтересоваться,
почему вы не передали пленного
полевой жандармерии,
а привезли его в госпиталь
Вермахта?
Как это почему? Потому что он
тяжело ранен.
Ну и что? В лагерях для пленных
есть свои медпункты.
Вы обязаны были передать пленного
именно туда.
Что я обязан, а что нет,
решать мне. Вам ясно?
Господин оберштурмфюрер, я с уважением
отношусь к вашей службе,
но попрошу не вмешиваться
в дела Люфтваффе.
Позволю вам напомнить,
господин оберлейтенант,
что русские пленные не входят в сферу
компетенции Люфтваффе.
Вы ошибаетесь. В данном случае
этот пленный входит в сферу интересов
именно Люфтваффе.
У нас на него свои планы.
- Не понимаю.
- А вам и не надо понимать.
Это не ваше дело.
Я напишу на вас рапорт.
Хорошо. А я на вас пожалуюсь
рейхсмаршалу Герингу.
Пару недель назад мы с ним
пили вино.
Он вручал мне это.
Ой, Господи,
вот оголодали-то.
Спасибо, мать,
знатный супец.
Ешьте-ешьте.
Вот еще капуста, огурцы.
Как же так, а?
С ребенком.
Немцы поезд разбомбили.
Вот, к своим добираемся.
Слушай, отец, можно мы у тебя
дня три переждем?
- Ну...
- Уставшие мы.
Ежели ничего такого не будет...
Ну так конечно можете,
можете!
Ведь дите ж у вас.
По просьбе летчика,
который к вам приходил,
вас поставили на полное
офицерское довольствие.
Так что паек у вас хороший.
Это он меня сюда привез?
Да, ночью.
Вы были без сознания.
Ничего-ничего, болевые ощущения
скоро пройдут. Так доктор Шрандт сказал.
Ты как сюда попал?
Дело в том, что я медицинский закончил,
и до войны работал с немецкими докторами...
Меня не интересует, с кем ты работал
до войны.
Я спрашиваю, как ты стал
работать на них.
Я был в лагере для военнопленных.
Там люди с голоду умирают.
Продался, значит, за паек?
Ну что, как тут поживают
русские асы?
Всё отлично, господин доктор.
Все ваши указания
выполняются.
Да, кстати, не забудьте
вколоть ему витамины.
Есть, господин доктор.
Хорошо.
Главное, чтобы выжил.
Если выжил, значит,
в плен попал.
Это не факт!
Трухина вспомни.
На башку фрицам приземлился
и всё равно ушел.
Здрасьте сказать не успели.
А потом к нашим вернулся.
И к ордену представили.
Кому как повезет.
Я, честно говоря, даже рад был бы,
если Володька в плену.
Типун тебе! Нашему лучшему
другу желать.
Из плена сбежать можно.
А с того света вряд ли.
Это факт.
Зараза...
Принесла нелегкая.
Бдительный наш.
Страшно?
Нет. Страшно не было.
Вообще "страх" - не то слово.
Это был ад.
Нас загнали в ров.
Нас было так много,
что мы ни сидеть,
уж тем более лежать не могли.
Все только стояли.
Иногда нас стреляли.
А иногда кидали черствую черную
буханку хлеба и смеялись,
как сто человек превращались
в животных.
Через несколько дней слабые
и раненые стали умирать.
Люди совсем с ума посходили.
Ходили по трупам, падали,
кричали, пили собственную мочу.
Чтобы их успокоить, немцы стреляли
из автоматов с вышки.
И убили моего товарища рядом.
Через трое суток он стал
пахнуть.
Он вонял так сильно,
что я правда не мог ни о чем
думать человеческом.
Мне хотелось умереть.
Честное слово, я очень хотел,
чтобы меня застрелили.
В какой-то момент я услышал,
что нужны санитары.
Я поднял руку.
Иван! Иван!
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
От имени немецкого командования
предупреждаем,
что всякое содействие большевикам
будет караться смертной казнью.
В случае появления в селе
большевиков, евреев,
и иных подозрительных лиц,
жители обязаны докладывать
в администрацию села.
А те, кто не будет докладывать,
мы тоже будем расстреливать.
Тому же, кто вовремя доложит
об этих лицах,
мы будем выплачивать солидное
вознаграждение в рейхсмарках.
Расходимся.
Пойдем.
Аккуратнее, Вова.
Я сам, ничего-ничего.
Ну вот, как хорошо.
Немного времени прошло,
а вы почти ходите.
Доктор Шрандт будет доволен.
Да плевать мне на этого Шрандта.
Как-нибудь без него выкарабкаюсь.
Никогда не прощу себе то,
что обязан жизнью какому-то фрицу.
Зря вы так. Он очень хороший
человек.
Он искренне вам добра
желает.
Это мне и не нравится.
Он всего лишь доктор.
Я не понимаю, чего им
от меня надо.
Ну сбили, ну в плен взяли,
а чего они со мной
нянчатся?
А какая разница?
Вы думаете, в лагере было бы
лучше?
Знаешь, не хочу тебя
ни в чем винить,
но я бы на твоем месте
бежал.
Оттуда невозможно было
сбежать.
А отсюда?
Опять власть переменилась.
Да что ж это такое?
Что, Матвеич, часто такое
приходилось видеть?
А то.
Только в гражданскую
раз десять менялось.
Дважды меня чуть не расстреляли.
Боязно мне.
Давайте я помогу.
Подожди, что это за офицер
в эсэсовской форме?
Это Дитмар.
- Дитмар.
- Да.
Он работает на контрразведку.
И немцы его почему-то сами боятся.
[говорят по-немецки]
[говорят по-немецки]
[стук в дверь]
- Да?
- Вызывали?
- Вызывал.
Расскажите, товарищи летчики,
при каких обстоятельствах
был сбит лейтенант
Самойлов.
Мы же уже всё доложили
командиру полка Яшину.
Еще раз доложите мне,
подробно.
Мы проводили разведку. На обратном пути
были атакованы группой "Мессеров".
Лейтенант Самойлов ввязался в бой.
Всё.
Что всё?
А то, что его сбили.
- Вы это лично видели?
- В смысле?
Вы видели, как упал самолет?
Ну это же и так понятно.
Пара трасеров, вспышка. Всё.
Понятно то, что вы не видели
момент падения самолета.
Резко темнело,
мы шли по приборам.
То есть точно уверенности в том,
что его сбили, у вас нет?
Есть точная уверенность.
Иначе он бы вернулся с нами.
- Вы так думаете.
- А как иначе?
Иначе?
Не знаю, как иначе.
Ну, к примеру, он мог приземлиться
на территории,
временно оккупированной
немцами.
Наш Вовка?
И сдаться в плен.
Сдаться в плен?
Руки, щенок!
Я тебе...
Всё...
Свободны оба!
Пока.
Ну вот, как хорошо,
что вы поели.
Суп с овощами.
Да, рыбка - это фосфор.
Лейтенант Самойлов?
Позвольте представиться.
Миронов Владимир Петрович
Манский...
- Виктор Рудольфович.
Пришли с вами поговорить.
Оберлейтенант Юргенс Отто высоко
отзывался о вас, как о храбром бойце,
достойном человеке и рекомендовал вас
для благотворного сотрудничества.
Мы хотели бы сделать вам
предложение.
Я пока под венец не собираюсь.
А у вас есть чувство юмора.
Это хорошо.
- Мы хотели бы предложить вам...
- Вы - это кто?
Мы - это русский освободительный
совет.
Мы приняли решение о привлечении
бывших советских офицеров
к созданию органов власти
в новой свободной России.
Лейтенант, вы же понимаете:
дни большевиков сочтены.
И вы, господин Самойлов,
можете помочь, помочь в возрождении
нашей многострадальной
родины.
Мы не понимаем вашего
молчания.
Вы готовы с нами сотрудничать
или нет?
И вообще, вы понимаете,
о чем идет речь?
Прекрасно понимаю.
А если я не соглашусь?
К сожаление, тогда вас ждет лагерь.
Понимаете, что это значит?
Господа офицер, извините меня
великодушно, но товарищ...
... господин лейтенант перенес
очень серьезное ранение,
и ему нужно отдохнуть.
Я могу подумать?
Как изволите,
только думайте быстрее.
Через два дня мы должны
получить от вас ясный вразумительный ответ.
Ну как, согласился он
на сотрудничество?
Пока нет.
Но, думаем, что согласится.
Вы полагаете?
Так точно.
Нам кажется, что его можно будет
переманить на нашу сторону.
А мне так не кажется.
Что-то в его взгляде
подсказывает мне,
что это типичный сталинский
фанатик.
Думаю, через пару дней
мы узнаем это точно.
Ух, какой мужичок!
Ух, какой крепыш!
А у вас есть внуки?
Есть. Только где они,
мы не знаем.
Сын-то мой как в эту Сибирь уехал
на заводах работать,
так ни его, ни его семьи
мы и не видели.
Ну, что там в селе-то?
Матвеич, всё в порядке?
Сидора с женой расстреляли.
Как это?
За что?
Нашли у них комиссара-еврея
на чердаке.
Полицаи их вывели в огород
и расстреляли комиссара,
а потом Сидора с женой.
Матвеич, ты это, не бойся.=
Да как же не бояться?
Да погубите вы нас
со старухой.
Ой, погубите.
Ой, сгнобите.
Да ты что, Матвеич?
Ты что?
А то. Уходить вам надо.
Христом Богом прошу.
Боишься, значит, за себя?
А за неё вот не боишься?
Ладно, сделаем так:
мы с Фирой уйдем.
Но Лиза с ребенком
останется у тебя.
Я здесь не останусь.
Я с вами.
Ой, Господи, да куда ж ты
с ним?
Мне с ними не страшно будет,
а с вами я бояться буду.
Петровна, ты собери им в дорогу.
Простите меня, люди дорогие.
Боюсь я.
- Вот черт.
- Ну что там?
Вокруг эти скоты,
так просто не пройти.
Может обойдем?
Не получится. Открытое поле,
да еще болотистое.
Ах ты ж, ёлки невезучие.
Что будем делать?
Ничё, чё-нибудь придумаем.
Пошли, вставай.
Эй, мужик.
Тихо-тихо, не ори.
Вы кто?
Переночевать пустишь?
[ребенок плачет]
Ну вот.
Теперь всё по своим местам.
А я-то думал, чего они меня
не добили.
Дурак.
Юргенс.
Сукин сын.
Решил мне помочь,
предателем сделать.
Вы бы так быстро не отказывались
от их предложения.
Что ты сказал?
Ты предлагаешь мне
согласиться?
У вас нет никакого другого
выбора.
Они убьют вас.
Ну и пусть.
Я смерти не боюсь.
А я испугался, и за это вы меня
презираете.
Не я тебе судья.
Не могу забыть глаза
этих ребят,
которых сегодня вели на смерть.
Понимаю.
Ну, чайку?
- Спасибо.
- Горячий, осторожнее.
- Горячий.
- Спасибо.
- Чайку.
- Линять надо из вашей деревни.
Развелось тварей
на каждом шагу.
Да.
Ну ничё, ничё-ничё,
ничё.
Вы не волнуйтесь.
Вам у меня спокойно будет, хорошо.
Пейте чай, пейте.
А я пока пойду еды принесу.
И самогоночки.
А чё, самогоночка - хорошо, да?
Пейте чай, пейте.
К вечеру приду.
Ты самое главное нам хлебушка
с собой в дорогу собери.
Хлеба? Хлеба - правильно.
Хлеба, ага.
Чё-то он странный какой-то.
А по-моему, он очень
гостеприимный.
Мне он тоже не понравился.
[ребенок плачет]
Эй, Фома, открой.
Фома?
Опять я, Матвеич.
Боже мой... вы что,
здесь, у Фомы?
Почему?
Не смогли [неразборчиво]
выйти.
Полицаи у околицы
дежурили.
Ты это, Матвеич,
можешь разведать
обстановку?
Есть там кто у околицы?
Да, конечно.
Я посмотрю, только вы никуда
не уходите, сидите здесь, ждите меня.
Danke.
- Обходные карты, пожалуйста.
- Пожалуйста.
Спасибо.
- Как чувствуешь себя, солдат?
- Хорошо, доктор.
Что с майором-танкистом?
Плохо.
Тяжелое ранение в живот,
потерял много крови.
Проклятые партизаны.
Русские все такие.
Да, и ваш любимец тоже.
Я имею в виду русского летчика.
Пока он нам в спину
не стрелял.
Пока еще не стрелял.
У вас есть какие-то опасения
по этому поводу?
Я слышал, он вроде представляет
интерес для наших летчиков.
Я не верю в эти глупые попытки
переманить его на нашу сторону.
Это обычный большевик.
Я считаю, что его нужно поскорее
отправить в лагерь для пленных.
Пока он не создал нам
проблемы.
Я понимаю ваше беспокойство,
господин оберштурмфюрер.
Но я врач, а он мой пациент.
И я хотел бы его сначала
вылечить.
Что ж, хорошо.
Как вы себя чувствуете?
Слушай, я вот не могу понять,
как они охраняют госпиталь.
На самом деле никак не охраняют.
Каждые полчаса здесь проходит патруль.
Понятно.
Кстати, Дитмар вас невзлюбил.
Я прямо расстроился.
Я в нем души не чаю.
Вы шутите, а на самом деле
всё серьезно.
Я подслушал их разговор
с доктором Шрандтом.
Он хочет вас в лагерь
отправить.
- Когда?
- Да хоть сегодня.
Но доктор Шрандт сказал, что он вас
не отпустит, пока не вылечит.
Я же говорил, он добрый.
Добрый-добрый, все они добрые.
Сначала лечат, а потом убивают.
Ясно: если сегодня не сбегу,
завтра мне крышка.
Иван, где ты бродишь,
черт тебя возьми?
Иди кормить майора!
- Кто?
- Да я, я.
- Матвеич, ты?
- Ну да.
- Все здесь?
- А где нам быть-то?
- Чё случилось?
- Уходить вам надо.
- Чего?
- Уходить надо, продал вас Фома.
Сдал, паскуда!
Лиза, Фира!
Живо собирайтесь, уходим.
Быстрее, быстрее, девочки!
Быстрее!
Спасибо тебе, Матвеич.
Спасибо.
Здесь немного хлеба.
Возьмите.
И вот еще.
Вроде всё.
Лёня, спасибо тебе за всё.
Может быть со мной всё-таки?
Нам нельзя.
Они же отыграются на тебе
из-за меня.
Не волнуйтесь, доктор Шрандт
меня прикроет. Он же добрый.
- Ни пуха, ни пера.
- К черту.
Береги себя.
Кажется, пронесло.
Эй, солдат, почему не отдаем
честь?
Солдат, ко мне!
Стоять!


Серия 6

Эй, солдат.
Почему не отдаем честь?
Солдат, ко мне!
Стоять!
Эй!
Hande hoch!
- Разрешите?
- Заходите.
Что-нибудь случилось?
Товарищ майор, я требую отстранить
от полетов лейтенантов Марецкого и Астахова.
На каком основании?
Вчера Астахов и Марецкий оскорбили меня
и пытались применить
по отношению ко мне физическую силу.
А я могу поинтересоваться
сутью вашей беседы?
Конечно.
Я хотел узнать подробности боя,
в котором был якобы сбит
лейтенант Самойлов.
Что значит "якобы"?
Дело в том, товарищ майор,
что нет свидетелей того,
что лейтенант Самойлов был сбит.
И что?
А то, что в таком случае мы не можем
точно ответить на вопрос,
погиб лейтенант Самойлов,
или перелетел на оккупированную
немцами территорию.
Так...
Вот что я вам скажу, товарищ
оперуполномоченный Зернов,
никто, слышите, никто не в праве
подвергать сомнению честность моих пилотов!
Вам ясно?
То есть вы отказываетесь принимать меры
по отношению к Астахову и Марецкому?
Вы меня правильно поняли.
Ну что ж,
в таком случае я буду вынужден
доложить об этом своему начальству.
Ваше право.
Наш разговор окончен.
Ну?
Что там?
Как в воду канули, нигде нет.
Да не могли они из деревни выйти.
Окружили мы её.
Они где-то здесь.
Будем искать, пока не найдем.
Так всем и передайте.
Ага.
Не "ага", а "слушаюсь, господин
старший полицай".
Привыкать надо к новым порядкам.
- Слушаюсь, господин старший полицай.
- Вот так.
Да молодой еще.
[неразборчиво] себе соображает.
Да покорми ты его!
Пусть замолчит!
Он не замолчит.
Ему же холодно.
Надо идти в прорыв.
Если нас застукают в сарае,
нам не выбраться.
- Куда? В лес?
- Больше некуда.
Дед, представляешь, эта гнида
еще по-русски разговаривает.
Ругался и сволочами нас называл,
и кричал, что выше званием.
Ишь ты, ругается, значит?
Я вам уже рассказывал.
Я летчик Владимир Самойлов.
Танкист, ты что же его,
в небе сбил?
Да какой в небе?
По лесу бегал, как заяц.
Ишь, что народ-то говорит?
Да и шинелька какая-то у тебя
странная.
Может чего я не вижу здесь?
- Мотька.
- А?
Это что, наша летная форма?
Да нет, Макар Константинович.
На этом гаде надета одежда
самая что ни на есть настоящая, фашистская.
Фашистская, колотить тебя, горбатить,
значит, ты фашист?
Слушайте, я не знаю, кто вы такие,
но если вы партизаны, вы должны
немедленно доложить обо мне
нашему командованию.
А если вы бандиты, можете меня
прямо здесь расстрелять.
- Мы - бандиты? Дед, можно я его...
- Не надо, танкист.
Ты что, не видишь,
какой сознательный?
Вражина.
Сам хочет, чтобы его расстреляли.
Ну что ж, давай уважим.
Моть, выводи его.
Давай.
Опа...
Опа-па-па, Макар Константинович,
а ну-ка взгляни.
Не трожь!
- А чего с бабами-то делать?
- С бабами-то?
А чё с ними обычно делают-то, а?
Придумай чё-нибудь.
Я даже знаю, что придумаю.
Стоять!
Быстро в лес!
Бегом, я сказал!
Идем!
Видишь, милый человек, может ты
и правда настоящий, наш.
Но на слово-то мы поверить
не можем.
Немцы не раз засылали сюда
лазутчиков, да.
Не удалось.
Разобрались, кто есть кто.
А как разобрались,
так и шлепнули.
Так что ты уж не обижайся,
что побудешь некоторое время
под наблюдением.
Мы проверим, а там уж...
- Мотька.
- А?
- Присмотришь за летуном?
- Есть присмотреть.
Вот и ладушки.
А я пойду.
Черт, всё не так.
Всё плохо.
Вы зря так волнуетесь,
Вадим Петрович.
Да Бог с ним, с этим Самойловым.
Рано или поздно его всё равно поймают
и расстреляют.
Дело не в Самойлове.
Поймите, Манский, его, конечно,
поймают и расстреляют,
но в госпитале немцы его оставили
по нашей просьбе.
Вот я и говорю:
всё плохо.
Это еще что?
Ганс.
Ганс!
Спокойно!
Давай-давай-давай!
Еще-еще, давай!
А много вы фрицев сбили?
Пять.
А чего так мало?
Ты считаешь, мало?
Да, конечно.
Вот если я был летчиком,
я бы их по 10 штук в день сбивал бы.
Слушай, а ты хоть раз в жизни
вообще самолет-то видел?
- Я?
- Ты.
Ну, скажете тоже.
Летает тут один над нами.
Даже бомбы бросал.
Сбить бы его,
да у меня вот только.
Да, разве этим самолет
собьешь?
Егор, ну чё там?
Двух фрицев привели.
Офицеров.
Вот черт. Так допросить бы их, а?
Смотри, а я тут с вами.
Эй!
Эй, ты куда?
Ну какие ж вы для нас свои?
Чёй-то я не узнаю вас, своих-то.
Но мы же русские.
Имейте мужество умереть
достойно, если вы русский.
Ну что, вот мы и встретились.
Господин большевик Самойлов?
Неожиданная встреча.
Жаль. Жаль, что я еще тогда
тебя не пристрелил.
Как дружка твоего.
Санитара.
Ай-ай-ай..
Беда.
Беда с тобой, летун.
Нервишки, смотрю, у тебя
ни к черту.
Да, вроде не контуженный,
как танкист,
а туда же.
Взял и лишил нас двух
языков.
С завтрашнего дня будешь
выходить на задания.
Хватит отдыхать.
Здесь тебе не курорт.
Да, и зайди к вахтеру...
как это... к коптеру.
Попроси одежду посимпатичнее.
А то от твоей шинели
лошади шарахаются.
Колотить тебя, горбатить.
Разрешите.
Заходи, Отто.
Музыка войны.
Скажите, капитан, на каком основании
вы привезли раненного русского летчика
в наш военный госпиталь?
Господин штурмбаннфюрер,
я привез его туда
по согласованию с офицерами абвера
и по просьбе русских офицеров,
воюющих на стороне рейха.
После оккупации Советов нам нужны будут
преданные люди и хорошие специалисты
в своем деле.
Вы что, знали его лично еще до того,
как сбили?
Да, знал.
Познакомился еще до войны, когда летал
в разведку на их территорию.
Капитан Юргенс неоднократно выполнял
подобные полеты по заданию абвера,
господин штурмбаннфюррер.
Простите, но я не очень понимаю,
к чему наш разговор.
Насколько я знаю,
когда он поправится, он...
Он уже поправился, капитан.
Судя по всему, ему сейчас гораздо
лучше, чем нам.
Ваш подопечный сбежал.
Оберштурмфюрер Дитмар предупреждал
вас о том, что это сталинский фанатик.
Ведь так?
Да, так.
Мы будем настаивать на привлечении
вас к ответственности, капитан.
Как вам угодно.
Черт побери, Отто.
Сейчас решается вопрос о досрочном
присвоении тебе звания майора.
Я собираюсь назначить тебя
своим заместителем.
А ты вдруг наживаешь себе врагов
в лице гестапо.
Ладно, ничего эти жандармы
с тобой не сделают.
А вот испоганить карьеру
могут.
Прошу тебя: больше никаких рыцарских
жестов в адрес русских.
Мы не в Европе.
Ты понял?
Ты понял?
Так точно.
Долго еще?
Скоро приедем, товарищ капитан.
Похоже, по нашу душу.
Откуда он здесь?
Тормози, Потапов!
Тормози!
Выходите, товарищ капитан!
Вот гад, он нас здесь
и похоронит!
Не скули.
Боже, Боженька, сохрани!
Не вой, Потапов.
Боженька не поможет.
Нет его.
Сбили! Сбили, товарищ капитан!
Есть ангелы-хранители.
Чё уставился?
Да, Бога нет.
А ангелы есть.
Интересно, где мы?
- Думаю, где-то восточнее Смоленска.
- Ты думаешь?
Ну примерно так.
Смотри.
Кажется, не германская.
Пойдем, посмотрим.
- Может не надо?
- А вдруг там еда?
[говорит по-итальянски]
Здравствуйте.
Дамы, здравствуйте.
Не надо бояться,
я не бандит.
Я лейтенант итальянской армии
Лучано Мацолло.
Я не знаю, как ехать в Клин.
- Вы не скажете, как?
- Нет, извините.
Жаль.
Простите, вы говорите,
что едете в Клин?
Si.
А что, Москву уже взяли?
Ну нет, Москву совсем не взяли.
Вы устали с ребенком.
Может я довезу вас?
Нет, спасибо.
Мы дойдем.
[говорит по-итальянски]
- Подождите!
- Si?
Мы поедем с вами.
[говорит по-итальянски]
Да, я рад.
[говорит по-итальянски]
Сеньорины, моменто.
Всё хорошо.
Можно поехать.
- Вы командир полка?
- Так точно. Майор Яшин.
Замначальника особого отдела
дивизии Крюков.
- Вызови Зернова ко мне.
- Есть.
Давайте пройдем в кабинет.
- Подожди у машины.
- Есть.
Я приехал к вам по докладу
оперуполномоченного Зернова.
Разобраться с поведением
ваших подчиненных.
Это я уже понял.
- Может присядете?
- Спасибо.
Когда ехали сюда,
нас "Мессер" обстрелял.
Кстати, хлопцы твои сегодня
никого не сбивали?
Сбивали. Час назад доложили,
что сбили одиночного "Мессера"
над южной трассой.
Сказали, что на машину
охотился.
А могу я увидеть
этих летчиков?
Тех, кто это сделал.
Конечно.
Пара Марецкий-Астахов.
Дежурный!
Марецкого, Астахова ко мне!
Хорошие пилоты.
- Товарищ майор, лейтенант Марецкий...
- Вольно.
Вольно.
Так вот вы какие,
ангелы-хранители?
- Здравия желаю.
- Здравствуй, Зернов.
Вот, товарищ Крюков, те двое летчиков,
которых, я считаю, необходимо
отдать под трибунал.
Может чаю с дороги?
Чуть позже.
Я сначала с подчиненным
переговорю.
Ну, Зернов, показывай,
где тут твой кабинет.
Ну спасибо, орлы.
Спасибо.
[говорит по-итальянски]
Красивые женщины у вас,
русских.
Очень.
Я бы жил здесь только потому.
Только холодно.
Вчера выехал - не было снега,
а сегодня бело.
Куда дамы хотят ехать?
Мы скоро сойдем.
О, прямо здесь в лесу?
Мои союзники сказали,
здесь партизаны.
Они думали, вы партизаны
тоже.
Я сказал, вы мои друзья.
Вы очень хорошо говорите
по-русски.
Si. Падре, отец, он хотел,
чтобы так было.
Поэтому я в России.
Как вас зовут?
Елизавета.
О, Элиза, как английскую
королеву.
- А вас?
- Фира.
Фира. А я Лучано Мацолло
из Реджины.
Я очень рад, что везу
таких красивых женщин.
Только не знаю, куда везу.
- Отвезите нас, пожалуйста, в Клин.
- В Клин?
Да, у Лизы там тетя живет.
Тетя.
О, хорошо.
Вот что, Кузьма, ты со своей группой,
и ты, Ерохин,
пойдете вот по этой тропе
до просеки.
Ой, это ж почти до Михеево.
И там разойдетесь
в разные стороны.
- Звали меня?
- Да.
О, на человека стал похож.
Посмотри, иди-ка сюда,
взгляни.
Вот в 10 километрах от нас
около болота стоит танк наш.
Тебя танкист туда проводит.
Надо посмотреть, что с ним делать.
Может быть что осталось в нем.
Ну, ты офицер, не мне тебя учить.
В нашем деле всё пригодится.
Посмотрим.
Ну вот и ладушки.
Чё стоять?
Давайте, вперед,
действуйте.
- Есть.
- Давай, Мотя, проводи.
Проводим.
Ну что, Кузьма, понял, да?
Понял. До Михеево,
и там расходимся.
Лиза, вы похожи на девушку,
которую я любил.
Дома, в Италии.
Она была с юга.
Мы бежали с ней в горы.
Где она сейчас?
Я не знаю.
Я начал летать.
Моника вернулась домой.
Небо нас разлучило.
- Вы летчик?
- Да.
Я летчик итальянской
армии.
Только сейчас у меня нет самолета,
нет друзей.
Я везу товары, амуницию.
Что делать?
Мы, итальянцы, не любим войну.
Мы любим любовь.
А вы что, воюете с нашими
летчиками?
Святая Мария не хотела,
чтобы я воевал с ними.
Поэтому я еду здесь, с вами.
Не знаю, зачем нам нужна
эта война.
Это хорошо, что вы не воюете
с нашими летчиками.
У вас нет против них
никаких шансов.
Да, Элиза.
Вы сердитесь так же,
как она.
Лиза, возьмите.
У вас ребенок, вам надо.
Здесь хлеб, сыр, вино из Таскании.
Возьмите.
Фира, вы тоже.
[говорит по-итальянски]
Ты мне сразу понравился.
Вижу, опытный боец.
Поэтому ты меня так душевно
прикладом уложил?
Да это я так, проверял.
Ты чё, обиделся?
Нет, что ты.
Тшш!
Во-во-во, вот я про него
и рассказывал.
Вот он тут летает
и выслеживает.
- Замучил, сволочь.
- Ага.
Пытались как-то подстрельнуть его,
да всё ж без толку.
Стрелять тоже надо уметь.
Ага.
Приехали.
Неужели Клин?
Сейчас узнаем.
Это что, Клин?
Нет, это не Клин.
Это городок маленький.
Я не знаю, как он называется.
Немцы тоже не знают.
Они не могут мне помочь,
сказать, куда мне ехать.
[говорит по-итальянски]
Ничего, Элиза.
Куда мы едем?
Солдаты сказали,
здесь бомбят, опасно.
Пригнитесь!
Бежим!
Вставай! Он мертвый!
Выходи! Ну давай же,
выходи!
Разрешите.
Ага. Пришли?
Ну как там?
Как, танк разбит почти
полностью.
Вот только пулемет и унесли.
Пулемет - уже хорошо.
Пока вы к танку ходили,
тут нас гости навестили с неба.
Мы видели, пока шли.
Опять прилетел, гад.
Даш, наш хлебный обоз
накрыл в поле.
Троих убили, сволочи.
Ой, чувствую, гад попьет
нашей кровушки.
Вам надо научить ваших бойцов,
как с самолетами бороться.
Как научить?
Мы же не знаем.
Ну стреляем,
а что толку?
Всё равно что рогаткой
по воробьям.
Вот ты умный человек,
займись этим.
Займусь.
Вася, а ты что это разлегся?
- Имею право.
- Не имеешь.
Почему?
По качану.
Пляши давай.
Спасибо, я в небе наплясался.
А спорим на компот, что ты мне сейчас
вот здесь вот гопака изобразишь.
Слушай, жулик одесский,
чё ты затеял?
Я?
- Пляши.
- Ну тебя.
Тогда я тебе не говорил,
что Зернова убрали.
Как убрали?
Куда убрали?
Зернова убрали от нас
на совсем!
- Компот с тебя.
- Два компота! Три компота!
Раздавишь летчика
Советской авиации, дубина!
- Точно убрали?
- Убрали! Точнее не бывает.
- Спит?
- Спит.
- Ну как там в городе?
- Да всё так же.
Людей почти нет.
Я тут вот платок обменяла.
Простынки Коленьке.
Как здорово.
Ешь.
Нет, я не могу. Это тебе.
Ты чего? Ешь давай.
Кому я всё это принесла?
У нас тут еще сыр есть.
Держи.
Давай-давай.
Завтра пойду в город и тоже
что-нибудь обменяю.
Не вздумай.
На рынке сказали, что евреев
скоро в Германию погонят.
На каторжные работы.
Я не попадусь.
Ты меня одну здесь хочешь
бросить?
Я тебе запрещаю туда ходить.
Поняла?
[слышны выстрелы]
Как странно,
Москва всего в сотне
километров,
а я не могу до неё добраться.
Третий день палим-палим эти костры,
всё без толку.
Да кончай ныть. Сказали ждать,
значит, надо. Вдруг прилетит.
Ну прилетит.
Не факт, что собьем.
Да.
Ничего у нас не выйдет
из этой затеи.
Если фриц не прилетал три дня,
не прилетит и сегодня.
Командир, надо возвращаться.
Кончай ныть!
Не ною я. Я жрать хочу.
Ну ей-богу, на эсэсовцев легче
охотиться, чем на этот самолет.
Три дня без толку.
Заткнись!
Кажись, летит!
Лапник в огонь.
Дальше как договаривались.
И без самодеятельности.
Оружие бери.
Есть!
- У-ё!
- Давай!
Давай!
Стреляй!
[неразборчиво]
Сбил, командир!
Долго ж ты этого "Мессера" с хвоста
стряхивал. Я уж думал, пиши пропало.
Зараза, прицепился,
еле скинул.
- Здравия желаю.
- Здравия желаю.
Привет-привет.
А это кто?
Как кто? Шевцова.
По радио до войны её часто
крутили еще.
Ну песня известная:
Я люблю вас так безумно,
Вы закрыли счастью путь...
- Это она, да?
- Угу.
Костя?
[напевает песню]
Костя, а что случилось?
Вася, помнишь, я тебе за дамочку
говорил? Бомбежка, помнишь?
Ну, помню.
- Ну вот.
- Что вот?
Подожди, ты хочешь сказать,
что это она?
- Сама Шевцова?
- Да.
- Слушай, Костя, я...
- Мальчики.
Снимаем верхнюю одежду.
Вась.
Не верю я тебе, Марецкий.
Хватит трепаться, понял?
Вася, я тебе ручаюсь.
Ну ты, брат, даешь.
Между прочим, Вера Николаевна Шевцова
на следующей неделе будет петь для вас.
- Яшин в штабе дивизии договорился.
- Да?
- Так что готовьтесь.
- Мы обязательно пойдем. Правда, Костя?
Аннушка, кашки бы.
- Чайку?
- Ой...
- Пьем.
- Ой...
Чаек.
Чертов мотор!
Чертов холод!
Чертова русская зима!
Когда же всё это закончится?
А ну-ка, узнай у него,
откуда топливо привозят.
[говорит по-немецки]
[говорит по-немецки]
Обычно из Мариинского.
Там крупная база, много складов,
железная дорога.
О, как, Макар Константинович.
Да.
- Звали?
- Да, заходи, садись, присаживайся.
- Это еще кто?
- А вот выясняем.
Танкист приволок,
колотить тебя, горбатить.
Хотели шлепнуть, а он, оказывается,
много знает.
Ну, про "Мессеры" ихние.
Про карты какие-то
намалеванные.
Про тузы крестовые.
Тузы на фюзеляже?
Как же, как же. Благодаря им
я сюда и попал.
Ну о чем речь, слушай, ведь этот
суслик-то малахольный,
оказывается, у них в летной части
служит.
Да.
Шофером, интенданта возит.
И что, недалеко базируются
здесь?
Да он говорит, что неделю назад
их группу перебросили
на аэродром в Новохатке.
В Новохатке?
Это ж тут недалеко, рукой подать.
Ну вот о чем и речь-то,
летун.
Пообщаться-то не хочешь
со старыми знакомыми?
Коля, Коленька.
Ой, Лизка, как я тебе завидую.
- Почему?
- Ну как почему?
Так хочется, чтобы у самой был
такой же парень.
Будет, не волнуйся.
Какие твои годы.
Хороший...
[говорят по-немецки]
Женщина.
Еврейка.
Еврейка.
Давай-давай-давай.
 

////////////////////////////