Охотники (1-2 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Охотники (1-2 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

 

«Охотники» (англ. Hunters) — американский драматический телесериал, премьера которого состоялась на сервисе Amazon Prime Video 21 февраля 2020 года


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

Он здесь.
МЭРИЛЕНД
ИЮНЬ 1977 г.
А я ему говорю: «Господин президент,
больше нельзя допустить,
чтобы Китай так нагло взял нас за яйца».
Я его спрашиваю: «Кто ведет
переговоры с нашей стороны?»
Джимми улыбается мне своей ухмылкой
арахисового фермера и говорит:
«Бифф, дружище,
теперь переговоры ведешь ты,
но большей не смей упоминать яйца
при первой леди».
Розалин каждый раз краснеет
при виде Биффа.
Папа, он опять!
Бифф-младший, отстань от сестры,
иначе вечером не будешь смотреть
«Человека на шесть миллионов долларов».
Твой новый босс здесь живет?
Когда ты заместитель госсекретаря,
видимо, весь мир у твоих ног, милая.
Не нервничай.
Это же Бифф Симпсон, милая.
В этом году он решает мою судьбу.
А ты - Карл Хирш, дорогой.
Ему повезло, что он с тобой работает.
- Хирш, друг мой, ты пришел.
- Конечно, сэр.
Ну, оставь «сэра» для Госдепартамента.
В моем замке я Бифф.
Ого. Ну хорошо, значит, Бифф.
Это моя жена Хелен.
Хелен? Какая красотка.
Боже, Хирш.
Ты выиграл ее в телеигре
«Давай заключим сделку?»
Это мой новый сотрудник,
о котором я тебе говорил.
Он только что переехал из Бостона.
Хотите что-нибудь выпить, молодежь?
Я бы выпил «Шлиц»,
если оно у вас есть. А ты, милая?
Спасибо. Отлично.
- Это... Это ты.
- Милая?
Это ты. Это он.
- Милая, в чём дело?
- Это он.
Мясник.
Мясник!
Мясник.
- Милая?
- Что?
Господи боже, Хирш.
Неужели твоя жена вегетарианка?
Мясник Арлава.
Мясник Арлава!
Вызови полицию!
- Это Мюллер.
- Милая.
- Пожалуйста, вызови полицию!
- Милая, да что с тобой?
- Пожалуйста.
- Милая, в чём дело?
Кажется, у нее какой-то припадок.
Хирш, может, ей стоит прилечь в гостиной.
Нет. Я тебя помню. Я помню твое лицо.
Почему никто... Пожалуйста.
Пожалуйста. Он...
- Он убил моих родных.
- Вы пугаете нас. Хелен.
- Он убил всю мою семью!
- Миссис Симпсон, мне ужасно жаль.
- Он убил их! Он их всех убил!
- Хелен.
Господи, дружище.
Это что-то с чем-то, Хирш.
- В моем собственном доме.
- Папа?
- Думаю, вам лучше уйти.
- Остановите его!
Держите его! Нацист!
Остановите его!
- Нацист! Держите его!
- Что происходит?
- Папочка?
- Задержите его!
Нацист!
Чёрт.
Что ты делаешь? Что происходит?
М-р Симпсон? Нет. М-р Симпсон.
Я работал над этим тридцать лет.
Выстроил целую жизнь.
Женился на этой американской свинье.
Родил с ней трех грязный свиней.
Как давно мне хотелось свернуть им шеи.
Но их кровь на твоих руках, моя милая.
Что еще взять с еврейки? Она думает
только о своем жалком существовании.
Ты думала, война закончилась?
Нет, милая.
Война заканчивается только для мертвых.
Теперь мы здесь.
Везде.
Мы...
Мы выжили.
И мы снова выживем.
Ты не выжила. Ты просто мариновалась.
Как я рад, что не отправил тебя
в газовую камеру в лагере.
Так гораздо приятнее.
А я проголодался.
Мы все проголодались.
ОХОТНИКИ
БРУКЛИН
- Кажется, я один такой.
- Нет, хороший фильм.
Просто... Почему Дарт Вейдер
обязательно должен быть черным?
Он не черный, Чикс. Он Темный лорд.
- Ах, Темный Лорд.
- Да.
На нём черный костюм. На нём черная маска.
И, насколько мне известно,
Джеймс Эрл Джонс - чернокожий.
Мы всегда играем гребаных злодеев, чувак.
- И знаешь что? Я понимаю.
- Начинается.
Ты думаешь, Вейдер - злодей?
- Да.
- Ты серьезно, Джона?
Каждый раз, как Дарт Вейдер появлялся
на экране, Бутихоул писался в штаны.
Иди к чёрту. Дарт Вейдер убил кучу людей.
Слушай, Вейдер сделал много плохого.
Я ничего не говорю. Я это не отрицаю.
Но Дарт Вейдер не родился Дартом Вейдером.
Почем нам знать,
может, он родился Чедом Рубинштейном,
астматиком с преждевременной эякуляцией,
- добродушным неудачником.
- Чед Рубинштейн.
- Почему неудачником?
- И,
как всех детей Галактической империи,
его убедили в том,
что какие-то злодеи, джедаи-мятежники
из какой-то дыры в пустыне,
придут и убьют его родителей,
обезглавят его друзей
и умыкнут всех галактических красоток
на оргии со световыми мечами.
Вейдер не просыпается каждый день
с желанием уничтожить галактику, нет.
Он просыпается каждое утро,
веря, что ему надо ее спасти.
Да, но он всё равно убийца, чувак.
- Вот именно.
- Как и Бэтмен, Бути.
Как и чертов Бэтмен.
Он подвесил пациента психбольницы
с бэт-самолета.
Он задавил человека прессом для машин.
Супермен истребил население целых городов.
Зеленый Фонарь уничтожил планету.
Орион, космический убийца,
разнес целую солнечную систему.
Разница между героем и злодеем
только в том,
чьих костюмов больше покупают на Хэллоуин.
Проклятье. Сколько ты выкурил, приятель?
Побереги траву для клиентов.
Нет, Чубакка издает такие звуки.
Знаешь, кто это был?
- Привет, Кэрол.
- Привет, Джона.
Задержались из-за совместной
мастурбации, уроды?
Мы представляли твое лицо
и никак не могли кончить.
Думаешь, ты остроумный, жиртрест?
Я уж за квартал слышал
призыв к спариванию ботанов.
В первый раз, да, Хайдел-болван?
Господи, это как покупать героин
у м-ра Роджерса, чтоб его.
Ну, давай.
Покажи, что у тебя есть.
Да. Конечно.
Убеди меня купить.
Убедить тебя?
Слушай, я бы попробовал тебя убедить,
но это было бы как...
Как если бы Будда пытался
продать тебе таймшер нирваны.
У него даже есть слоган.
Так, я продаю четверть унции за 15.
Еврей хочет обчистить меня
до последнего доллара?
Дай мне две унции, урод.
Ладно, это будет 120.
Я дам тебе 60.
Деннис, прекрати. Пойдем.
Нет. Я сказал, 120 - значит, 120.
Кажется, ты меня не понял.
- Я не буду торговаться.
- Я не говорю на языке уродов,
так что я тебе переведу.
Деннис, прекрати. Пойдем.
- А ну отдай.
- Что ты...
- Пойдем. Прекрати.
- Отдай сумку.
Выпендриваешься перед Кэрол,
чтобы она увидела, какой ты крутой?
У тебя уже много лет на нее стоит, да?
Она никогда не будет сосать твой крошечный
кошерный член, Арт Гар-пу-кель.
Ты издеваешься?
Отдай сумку.
И что ты сделаешь, жид?
- Он сейчас заплачет. Смотри.
- Да.
Отдай сумку, блин.
Нет. Перестань.
- Деннис, прекрати. Хватит.
- Что ты делаешь, ублюдок?
- Отстань.
- Хватит. Отпусти его.
Как только этот еврейчик
- прекратит просить добавки.
- Хватит. Нет!
- Ему больно.
- Отвяжись от меня. Я сказал, отстань!
Деннис, прекрати. Уходи...
Прекрати. Хватит!
Прекрати.
Деннис, так нельзя!
Ты чертов урод, Деннис.
Кэрол.
- Кэрол.
- Ты чертов урод!
Пожалуйста, перестань.
- Ты цел?
- Да, я в порядке.
Полицейские предупреждают,
что нужно запирать двери.
- Пока, народ.
- Не выходите на улицу вечером.
В то время как убийца Сын Сэма
наводит ужас на Нью-Йорк,
жители города спрашивают...
Джона?
Это я, бабушка.
Я остался на двойной сеанс.
А фингал и разбитую губу
ты тоже заработал в кино?
На вид хуже, чем на самом деле.
- Мне не больно.
- Думаю, придется наложить швы.
Нет.
- Я не знаю.
- Всё в порядке. Поверь мне.
- Выглядит нехорошо.
- Это только на вид.
Давай, поешь супа.
Он исцеляет как телесные,
так и душевные раны.
Эти слова достойны пера Уолта Уитмена.
Напиши это
в одной из своих кулинарных книг.
Откуда ты узнала?
Я твоя бабушка.
Я всё знаю.
И миссис Шлосштейн видела,
как ты шел по авеню Джей.
Она мне сразу позвонила.
Ох уж это ваше сарафанное радио.
Думаешь, ты мужчина, раз ввязался в драку?
Я просто защищался.
Не трогай.
Я принесу пластырь.
Что? Что это такое?
- Торговец наркотиками? Преступник?
- Чёрт.
- Бабушка, пожалуйста, не надо.
- Как ты мог?
Это нас кормит, ясно?
И обеспечивает нам крышу над головой.
Лучше я буду голодать на улице,
чем видеть, что мой внук стал бандитом.
Всё, что я делаю, - ради тебя.
Думаешь, я хочу этим заниматься?
Думаешь, не хочу учиться в колледже
для богатых, который нам не по карману,
и чего-то добиться в жизни?
Я делаю это, чтобы мы могли выжить.
Послушай, ты был рожден для лучшей доли.
У тебя блестящий ум.
Ты видишь то, чего не видит никто другой.
Это дар божий,
и вот как ты им пользуешься?
Распространяешь эту дрянь по миру?
Тебя беспокоит мир.
Мир о нас не беспокоится.
Всё, что ты делаешь, -
это выбор между licht un finster.
Между светом и тьмой.
Ты должен сделать правильный выбор.
Иногда, когда пытаешься выжить,
выбора нет.
Выбор есть всегда.
Бабушка...
Бабушка, я...
Я тебя люблю.
Я люблю тебя больше всех на свете.
Всё, что я делаю, - ради тебя.
Ты скоро это поймешь.
ГАРВАРДСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
ЙЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
Как дела, Кэрол?
Привет, парни.
Я не буду повторять мой вопрос.
Как ты меня нашла?
Ну давай, стреляй.
Я не боюсь.
Тебе не спрятаться.
Тебе не спрятаться. Тебе не...
Бабушка!
Нет. Не умирай.
Помогите!
На помощь!
Вот чёрт.
На помощь! Кто-нибудь, помогите!
Помогите, пожалуйста! Вызовите скорую!
Дом номер 13 по 73-й улице,
выстрелом ранена женщина.
Пожалуйста, скорее.
Бабушка, не умирай.
Не умирай. Пожалуйста.
Боже.
Не умирай, пожалуйста, не умирай.
Помогите!
На помощь!
Всё хорошо, не умирай.
Нет-нет-нет.
Нет.
Чёрт, нет.
Пожалуйста.
Джона.
ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК
Ну же, Джона. Давай я принесу тебе
другую рубашку, сынок.
Мне не нужна другая рубашка.
Я здесь сижу уже несколько часов.
Я хочу знать, что вы нашли.
Похоже на неудавшееся ограбление.
На данный момент нам не на что опереться.
Не на что? Я же вам сказал.
Он был одет в черное.
На нём была черная шапка.
Он скрылся в переулке.
И... Чёрт... Проклятье.
Чёрт, какая информация вам нужна?
Она закричала на него.
Она сказала: «Тебе не спрятаться».
Джона, я не могу объявить общегородской...
- Она сказала: «Тебе не спрятаться».
- Я не могу...
Джона, послушай меня.
Я не могу объявить общегородской розыск
мужчины в черной шапке.
Я прослежу за тем,
чтобы мы сделали всё, что сможем.
Но на это уйдет время.
В городе идет война, сынок.
Серийные убийцы,
торговля людьми, наркодилеры...
Наши парни выбиваются из сил.
Я не оставлю это дело.
Я обещаю.
ВАШИНГТОН
ОКРУГ КОЛУМБИЯ
Вашингтон-лейн, дом 17.
Чеви-Чейз, Мэриленд.
Понял.
А ты не торопился.
Я тебя всю ночь жду.
Слово из четырех букв,
«восклицание жвачного животного»?
Что?
Они бы меня раскрыли.
Тридцать лет я внедрялся в это болото.
Стрип-клубы в Вашингтоне, гардеробные
в Сенате, Овальный кабинет.
Прошло всего несколько недель
после нашего прорыва.
Думаешь, я позволю
какой-то ничтожной еврейке всё испортить?
Я устроил нежелательный шум? Конечно.
Но дядя Сэм ничего не заподозрит.
Я мог бы пройтись по Национальной аллее
строевым шагом под Electric Slide,
они бы и то не догадались.
Эти идиоты считают врагом
свой собственный народ.
Нас они не замечают.
Найди им чернокожего,
которого можно обвинить, -
и в Америке тебе сойдет с рук что угодно.
Соседи ничего не слышали.
Драгоценности в спальне.
Так как я буду в больнице,
тебе придется нанести визит
конгрессмену Дику Маршаллу.
Вот что ему надо сделать.
Убедись, что он так и поступит.
Полковник дал понять,
что провала допустить нельзя.
Так что не облажайся.
Понял?
Давай в левую руку.
Чтобы я мог,
ну, понимаешь...
Чтобы я мог делать это правой.
Чёрт, что еще я буду делать
в больнице целую неделю?
Чёрт.
Джона,
только ближайшие родственники
должны соблюдать шиву.
Неужели, миссис Шлосштейн?
Ну, если бы родителей бабушки
не застрелили в гетто,
если бы ее сестру не убили в лагерях,
если бы ее муж не погиб в Корее,
а ее единственная дочка
не истекла бы кровью, рожая меня,
тогда вместо меня здесь были бы они.
У нее в этом мире не было никого,
кроме меня, и я буду за них.
Поэтому заткните свой рот,
воняющий фаршированной рыбой!
В мире поноса и запора
не так плохо быть обычным дерьмом.
Кроме того, Мойра Шлосштейн
получила по заслугам.
Майер Оффермен.
Мои глубочайшие соболезнования
по поводу смерти твоей бабушки.
Вот столько у меня было баб.
Смех - хорошее лекарство
в самые тяжелые времена.
Этому меня научила твоя бабушка.
Откуда вы знали бабушку?
Мы с твоей бабушкой вместе были в лагере.
В сущности, я ей обязан жизнью.
Она редко говорила о лагерях.
О чём там было говорить?
Она пережила всё это, чтобы ее застрелил
в ее же гостиной чертов грабитель.
Ты, случайно, не слышал его голоса?
Не видел его лица?
Нет.
В переулке есть фонари, так?
Ты что-нибудь видел? Хоть что-нибудь?
Откуда вы знали,
что он пришел из переулка?
Ну, я заметил,
что задняя дверь заколочена.
Это...
Видимо, я на старости лет
слишком много смотрю детективов.
Я домосидень.
«Тебе не спрятаться».
«Тебе не спрятаться». Она сказала это
прямо перед тем, как он убил ее.
«Тебе не спрятаться». Это просто...
Казалось, что она его знает. Что это...
- Личное.
- Да.
Наверное, любое убийство - личное.
Простите.
Извините.
Ну...
Уверен, что полиция ведет расследование.
С нашей стороны мудро предоставить это ей.
Твоя бабушка была борцом.
Думаю, что кровь борца
течет и в твоих жилах.
Но, если тебе что-то понадобится, -
деньги, помощь, что угодно, -
обращайся ко мне.
Это не благотворительность.
Я в долгу перед ней.
Знаешь, у тебя
близкие отношения со смертью.
Но знай, что это не проклятие,
а благословение.
Оно приблизит тебя к жизни.
Как говорит нам Талмуд,
«лучший способ отомстить - хорошо жить».
Надеюсь, мы еще увидимся.
15 июня 1977 г. - Я видела его шрам...
Я не сомневаюсь, что это он.
5 сентября 1941 г.
В гетто царил полный хаос.
Они избивали беременных женщин,
мучили наших детей,
похищали наши жизни.
Они стремились убить именно то,
что делает нас евреями,
чтобы мы смотрели в небо и видели не Бога,
а только shum davar.
Пустоту.
Я искала родителей, пока не увидела их.
Застреленную мать в объятиях отца.
А он тоже взывал к небу.
Shum davar! Пустота!
А потом появился он.
Его звали Майер.
В ту ночь он спас мне жизнь.
Я не знаю, что было хуже.
Видеть, как нацисты убили отца,
или видеть, как они убили Бога.
Но впервые в жизни
я захотела убивать.
Я захотела убить их всех.
МЫС КАНАВЕРАЛ
ФЛОРИДА
- Мэрилу Хеннер.
- Правильно.
Правильный ответ - Мэрилу Хеннер.
Можете взять девятую карточку,
если хотите.
- Мы берем девятую карточку.
- Хорошо.
Олимпиада в 1984 году
будет проходить в Лос-Анджелесе.
Почти закончил чинить душ, мисс Фишер.
Приедут ли туда советские спортсмены?
- Да или нет? Семья Дауни?
- Да.
Да, приедут. Это точно.
Как насчет следующей карточки?
Да, дорогая. Хороший ответ.
Берем или отдаем?
- Берем.
- Хорошо.
Абсолютно правильно.
Если вы правильно ответите
на десятый вопрос,
вы выиграете раунд и получите $2 500.
Горячая вода снова идет.
Спасибо, мой милый.
...на следующей карточке.
Как вы быстро.
Сначала вам надо ответить на вопрос.
Я чуть задницу себе не отморозила
за последние дни.
Готовы?
А я тут телек смотрю.
Нет, спасибо.
Да ладно вам.
Все мы заслуживаем
чего-нибудь сладенького.
«Он вырос и стал президентом».
- Семья Дауни.
- Джимми Картер.
Да. Джимми Картер.
Молодец.
Хорошо. Следующий приз - десятка.
На кону $2 500.
- Что на карточке?
- Возьмите.
Здорово!
Ее одобряют
девять из десяти зубных врачей,
но самое важное, что ее одобряет мама.
Улыбайтесь шире с...
Скажите «чиз», дети.
«Чиз».
Представляем новый целлюлозный фильтр.
Чистая, свежая и приятная.
А теперь как раз нужного размера.
Милый, тебе принести пива?
Нет!
Нет!
Помогите!
Помогите!
Помогите!
Помогите!
НЬЮ-ЙОРК
Кукареку.
БИБЛИЯ
У меня больше.
ШТАБ-КВАРТИРА ФБР
Блин. Эта чертова Моррис вернулась.
Смотрите, кто вернулся.
Спасительница чернокожих жертв.
Сэр.
- Моррис.
- Я знаю, что еще рано,
но я проверила ту зацепку.
Проститутка в Адской кухне.
Она работала на Майки Тратиоли,
- телохранителя Дженовезе.
- Боже, Моррис.
Она говорит, у Тратиоли проблемы
в постели. У него не стоит.
Поэтому я думаю, что он
не уверен в себе, понимаете?
Думаю, если мы доберемся
до Тратиоли, то легко его завербуем.
Отлично, а когда мы поймаем Дженовезе,
можешь выяснить, кто убил Джона Кеннеди.
Моррис, ты работаешь в бюро
десять месяцев.
Одиннадцать месяцев, сэр.
Если они решат,
что ты строишь из себя Нэнси Дрю,
тебе будет гораздо сложнее
работать, чем сейчас.
И я хочу получить свое дело.
А сложнее, чем сейчас, уже не будет.
Ладно.
Хочешь свое дело, Моррис?
Мне позвонили из Тампы.
У них все заняты, некому этим заняться.
Женщина-ученый из НАСА найдена
мертвой у себя дома. На мысе Канаверал.
Доброй тебе ночи и удачи.
Между нами и Флоридой
15 региональных отделений.
Вы просто хотите от меня избавиться.
Я вылечу первым же рейсом.
Моррис, если ты хочешь участвовать
в великой битве добра со злом,
здесь ты ее не найдешь.
Мы не солдаты. Мы не святые.
Мы просто уборщики, вот и всё.
Судьбы мира от тебя не зависят.
Полицейские опубликовали
словесный портрет подозреваемого,
совершившего ужасное ограбление
и убийство в Вашингтоне.
Единственный выживший -
заместитель госсекретаря Бифф Симпсон -
находится в стабильном состоянии...
- Джейн.
- Джейн. Да.
- Джейн.
- Джейн.
- Джейн.
- Джейн.
- Тарзан.
- Определенно Тарзан.
Чего вы там бормочете, идиоты?
Мы говорим «Джейн», если думаем,
что у телки кое-где всё подстрижено,
и «Тарзан», если похоже,
что у нее там настоящие джунгли.
Вы идиоты.
Мы не могли допустить,
чтобы ты весь день просидел дома.
Ты должен хотя бы постараться
не думать об этом. Сечешь?
Да, и для этого нет места лучше, чем пляж,
где можно посмотреть на сиськи.
Я видел этого ублюдка.
Я видел его и ничего не сделал.
Просто стоял там, блин.
У этого гада был пистолет.
Он бы тебя шлепнул.
Ты не виноват.
Копы его ищут. Они его найдут.
Копы ни фига не найдут.
Они уже об этом забыли.
Что тебе нужно?
«Демоны из ада». Они контролируют район
от нас до 112-й улицы, так?
Они знают всё, что происходит в округе.
Ты к чему клонишь?
Может, им что-то известно.
И что? Ты позвонишь в дверь
к «Демонам из ада»,
будто тетка из «Эйвона»,
и просто спросишь их?
Да, и ты пойдешь со мной.
Нет, блин. Они увидят мою толстую задницу
и захотят подвесить меня,
как пасхальный окорок.
А мы возьмем с собой защиту.
- Что это за хрень?
- Какой-то еврейский меч?
Что ты о себе думаешь, придурок?
Что ты этакий Чарльз Бронсон, блин?
Только подойди с этим к «Демонам из ада» -
и они устроят тебе второе обрезание.
- Это точно.
- Оставь эту хрень дома.
Пожалуйста.
Идите к чёрту. Я сам.
- Джона...
- Эй, Джона. Перестань.
Тебя убьют.
Добрый вечер, господа.
Я ищу детективного инспектора Соммерса.
- Спасибо, мисс Молински.
- Он вон там.
Если мне что-то понадобится,
я знаю, где вас найти.
Вы Соммерс?
Агент Моррис.
Чёрт.
Шафт и Фокси Браун.
Если мы будем вместе расследовать дела,
о нас снимут ситком.
Ну хорошо. Покажи ее мне.
Значит, Гретель Фишер
поскользнулась в душе,
а вы позвонили в ФБР,
чтобы мы нашли М-ра Пропера?
Что? Это ваш первый выезд на труп?
Оно всю ночь издавало какие-то звуки.
Выйдите на воздух.
Похоже, она поскользнулась,
но патологоанатом сказал,
что причина смерти - не рана на голове.
Хорошо.
Похоже, ей было не выйти из душа,
но на нём не было замка.
Что ты делаешь?
Посмотрим.
Ее отравили газом.
Что это за чёрт?
Что ты здесь делаешь, малыш?
Недавно была убита женщина. Ее застрелили.
- На 73-й улице.
- Да, ну и что?
Ты что, Розовая Пантера?
Пришел сюда, чтобы отомстить?
- Это была моя бабушка.
- Что ты сказал?
Это была моя бабушка.
Я знаю, что вы в курсе всего,
что здесь происходит.
И я знаю, что вы не убиваете старушек.
Я просто хочу, чтобы вы выяснили,
какой ублюдок убил ее и...
Я готов вам заплатить.
- Помедленнее, чувак.
- Серьезно.
Посмотрим.
Сколько дашь?
Всё это.
Мне нужно имя, блин.
- Эй. Уходим.
- Скорее. Пошли.
- Бежим, чувак.
- Быстрее.
- Полиция. Ни с места.
- Чёрт.
Блин.
Я снова поговорил с управдомом.
Он сказал, что вчера к ней приходил
сантехник из компании «Авраам и сыновья».
Но мои парни проверили.
Нет сантехников «Авраам и сыновья». Нигде.
Такой компании не существует.
Почему именно газ?
Ты о чём?
Если кто-то хотел ее убить,
зачем такие сложности? Зачем такой риск?
Они придумали фальшивых сантехников,
пустили по трубам газ.
Кажется, у них была определенная цель.
Похоже на личную месть.
Позвони ее детям
и родственникам, узнай,
были ли у нее враги,
кто, по их мнению, мог желать ее смерти.
Я утром поеду в НАСА.
Посмотрим, что мне там смогут сказать.
У меня чуть рука не отвалилась.
Я работаю большим пальцем спереди,
указательным и средним пальцами - сзади,
как будто беру мяч для боулинга.
В общем, как мы говорим на работе,
«я собирался устроить ей
полную обструкцию».
Девятый размер.
Мы закрываемся.
Девятый размер.
Мы закрываемся.
Девятый размер.
Девятый размер.
Девятый размер.
«Ты моя мама?»
Ты что-то сказал?
«Я не твоя мама.
Я собака», -
сказала собака.
Ты должен был протолкнуть законопроект.
Кто ты такой, чёрт побери?
Ты из «Вашингтон пост?» Из «Нэшенл ревью»?
Да.
Ну так послушай, Питер Паркер ты хренов.
Для меня священны три момента:
Иисус, киски
и чемпионат по боулингу
лиги «Груви Гаттерболл».
- И если ты думаешь, что я...
- «Ты моя мама?»
Он обожает эту книгу.
Дик-младший.
Твоя жена спала, а у него горел ночник.
«Ты моя мама?», - спросил малыш корову.
«Как я могу быть твоей мамой?
Я корова».
«Ты моя мама?»
«Нет, я не твоя мама.
Я человек, который перережет тебе горло,
если твой отец не проголосует по-другому
и не сделает то, за что мы ему заплатили».
Дик, этот тип тебя достает?
Я тебя достаю, Дик?
Слушай, мудак, я не знаю,
кем ты себя считаешь, блин.
У нас проблема?
Какого хрена!
Я знаю, что ты никому ничего не скажешь.
Сделай так, чтобы твои парни
обо всём молчали.
Иначе я сам заткну им рты.
Пожалуйста, не надо.
Мы... Мы будем молчать.
Дик-младший спросил, не чудовище ли я,
которое прячется под кроватью.
Он был уверен, что там живет чудовище.
Но каждый раз, когда ты заглядывал
под кровать и в шкаф,
ты никого не видел.
Скажи мне, конгрессмен,
ты видишь меня сейчас?
«ОФФЕРМЕН ВЕНЧЕРС»
МАЙЕР ОФФЕРМЕН - ПРЕДСЕДАТЕЛЬ
М-р Оффермен заплатил
за тебя залог, сынок.
Тысяча двести долларов.
Можешь пока идти.
Его водитель ждет тебя на улице.
Я пришел туда не для продажи.
Я знаю, зачем ты туда пришел.
Ты должен остановиться сейчас,
пока не пострадал.
Предоставь расследование нам.
Если бы вы вели расследование,
вы бы поняли, что все
места преступлений
вашего таинственного насильника
находятся в пределах маршрута
автобуса А35,
значит, к квартирам своих жертв
он приезжает на этом автобусе.
Если бы вы вели расследование,
вы бы нашли убийцу моей бабушки.
Вы не ведете расследование.
Вы просто сидите здесь
и дрочите на фотороботы Сына Сэма.
Не хочу мешать вам кончить.
Ни фига себе.
Он вас ждет.
Ну надо же.
Чёрт возьми!
Не знаю, парни, как вам это удается.
Док, это просто шедевр.
Отличная работа.
«И повелел Господь большому киту
поглотить Иону.
И воззвал Иона к Господу из чрева кита,
и Бог услышал его голос».
Тебе надо чаще читать Тору.
Это же первый комикс.
Как ты?
- Я в порядке.
- Лицо до сих пор выглядит плохо.
- Да, мое лицо заживет.
- Твое... Да.
Вы не сказали мне,
что богаты, как Брюс Уэйн.
Ну что ж.
Что ты делал с «Демонами ада»? Зачем это?
- Прошу, не надо...
- Это, по-твоему, умно?
Я верну вам деньги.
Верну мой залог до последнего цента.
Что? Нет. Мне не нужны твои деньги.
- Прекрати. Нет.
- Но не надо читать мне мораль.
Я прощаю тебе долг целиком и полностью.
Я просто хочу порадовать себя,
обыграв в шахматы сопляка,
который не читает Тору.
Что скажешь?
Знаешь, в Освенциме был знаменитый узник.
Его звали Маркус Рот.
Он был немецким Бобби Фишером.
Так уж распорядилась судьба,
что один из нацистов-охранников,
садист по имени Хайнц Рихтер,
тоже всегда мечтал о том,
чтобы стать великим шахматистом.
Но в течение многих лет
его побеждал на турнирах
еврейский шахматист,
который теперь был его узником.
Однажды утром в лагере
Рихтер взял Маркуса и еще 32 человек
и вывел их в лес.
Каждый день в тот же самый лес
уводили новых заключенных.
Однажды утром
они забрали младшую сестру
твоей бабушки.
Твоя бабушка,
глупая и бесстрашная,
была полна решимости
спасти свою дорогую Хаву.
И мы прокрались в лес за ними.
И? Что вы увидели?
На небольшой поляне
Рихтер устроил шахматную доску
с людьми вместо фигур.
На клетках доски стояли узники.
У каждого был нож.
Рихтер играл черными.
Он заставил Маркуса играть белыми.
Слон...
на Е3.
Прости меня, Хава.
Хаве не повезло.
После семи дней этой пытки
Маркус Рот схватил нож.
И попытался убить
бесчеловечного Хайнца Рихтера.
Конечно, Маркуса застрелили,
но он успел оставить шрам
на горле Рихтера,
шрам в виде буквы «Х».
Но Маркус не проиграл ни одной партии.
Ни одной.
Наверное, это может
послужить нам утешением.
Я бы всё отдал
за возможность убить этих ублюдков.
Твоя бабушка никогда
не рассказывала тебе такие истории?
О нашем прошлом? Нет?
Вы, богатые, можете позволить себе роскошь
жить в прошлом.
А мы все можем жить только настоящим.
У нас нет ничего, кроме прошлого, Джона.
Оно повторяется снова и снова.
В новые времена появляются новые игроки
и надеются на иной исход.
Шах и мат.
Всего за два хода.
Что...
Что это?
Да, я это называю
«победить старика его же методами».
А ты маленький засранец, да?
- Хочешь сыграть еще...
- Вас к телефону.
Это из мэрии.
Я на минутку.
Продолжай без меня.
Наверное, ты снова выиграешь.
Очень хорошо.
Псих долбаный.
Невежливо...
- Что это, чёрт возьми?
- ...ходить
по дому человека без приглашения.
Это он? Вы нашли ублюдка, который ее убил?
Тебе стоит уйти.
Вы нашли его.
Как? Полиция ничего не знала.
По-твоему, полицию волнует
судьба какой-то старой еврейки?
Кто он?
Иди домой. Читай Талмуд.
Лучший способ отомстить - хорошо жить.
- Нет.
- Иди домой.
- Скажите мне, кто он.
- Кто ты...
Я имею право знать, чёрт побери!
Скажите мне сейчас же!
Кто ты? Придурок в маске и плаще
из твоих комиксов?
Нет.
Ты мальчишка.
Ты ребенок,
который ничего не сделал,
чтобы остановить убийцу в своем доме.
Который ничего не сделал,
чтобы спасти свою бабушку.
Вот кто ты такой.
Джона, остановись!
Да, я...
Я буду куриный суп с лапшой
и пиво «Олд Чикаго».
...потому что они упали на голову.
...прямо в тебя, и в этом смысл игры.
Я не понимаю смысла этой игры.
Все эти мужики бегают за мячиком.
Джона?
Тогда они играют в неправильную игру.
Простите, что это такое?
Я заказал куриный суп.
Да, это он и есть.
Это? Это не куриный суп.
Я хочу куриного супа.
Я не знаю, что вам сказать, это...
Я хочу куриного супа, блин!
- Да что с тобой не так, блин?
- Я хочу ее супа.
Мне нужен ее суп.
Мне нужна она.
НАСА
Она была милейшей женщиной
и блестящим ученым.
Гретель была бесподобным гением.
Мы глубоко скорбим о ней.
Вы не замечали ничего странного
незадолго до ее смерти?
Может, она, не знаю...
Может, она вела себя странно,
подозрительно, может, она нервничала?
Ей мешал кто-нибудь на работе?
Нет. По большей части
она держалась обособленно.
Выходные проводила в лаборатории.
Она была трудоголиком.
Чем именно занималась у вас д-р Фишер?
Гретель была химиком.
Она разработала ракетное топливо,
которое привезло наших парней на Луну.
И она начала работать в НАСА в 48-м году?
Да, в 48-м или в 49-м.
Я помню, как она здесь появилась.
Она пережила войну в Германии.
А потом она оказалась здесь,
воплощая в жизнь американскую мечту.
А над чем она работала сейчас?
Д-р Фишер разрабатывала
химический раствор,
который повысил бы толерантность
астронавтов к перегрузкам от 16 до 30.
Это была весьма теоретическая работа.
Эти исследования
были завершены в 1954 году,
когда Джон Стапп выдержал перегрузку
почти в 46g во время испытаний ВВС США.
Сэр, это не интервью
для журнала «Ридерз дайджест».
Это расследование ФБР по поводу смерти
одного из ваших сотрудников.
Если вы еще раз мне солжете,
я вырву все волоски
у вас из носа, пока вы не скажете мне то,
что мне нужно знать.
Агент Моррис, если вы хотите поговорить
о засекреченных исследованиях д-ра Фишер,
мы с удовольствием это сделаем,
когда вы предъявите нам ордер.
А пока нам нечего добавить к сказанному.
Угрозы на нас не действуют.
Особенно угрозы какой-то бабы вроде вас.
Проводи ее.
Ясно. Какая-то баба вроде меня.
Иди на хрен.
Я посвятил свою жизнь науке.
Поискам истины.
А сейчас особенно важно найти истину.
О чём вы... Истину?
Вы не первая, кто задает нам вопросы
по поводу Гретель Фишер.
Найдите первого -
и вы найдете то, что ищете.
Нет, погодите, вы о чём?
Русские
давали всем космонавтам обрез,
отправляя их в космос.
Не для защиты от инопланетян,
никаких подобных глупостей.
Если при возвращении на Землю
они бы приземлились, сбившись с курса,
им бы пришлось идти сотни километров
по сибирской тундре,
и им нужно было бы защищаться
от медведей и волков.
Когда вы приземлитесь,
агент Моррис, - а это случится, -
вы окажетесь не в тундре,
но на вашем месте
я бы тоже взял c собой
средства самозащиты.
Там, куда вы направляетесь,
будут и медведи,
и волки.
«Красный шарик»...
«КРАСНЫЙ ШАРИК»
МАГАЗИН ИГРУШЕК
«КРАСНЫЙ ШАРИК»
Может, у них будет.
Спроси его.
Мистер, у вас есть Барби-суперзвезда?
На следующей неделе
мы получим новую партию.
Я отложу одну из них для тебя, солнышко.
Чем могу помочь, сынок?
Сынок?
Сынок?
- Ты...
- Нет.
- Ты ее убил.
- Пожалуйста, просто возьми деньги.
- Ты убил ее.
- Возьми всё, что хочешь.
- Нет. Не убивай меня.
- Я знаю, это ты!
Что... О чём ты говоришь?
- Я не убивал...
- Не ври мне, блин.
Нет, пожалуйста. Я ее не убивал.
Я знаю, что видел тебя. Я тебя видел.
- Просто возьми деньги.
- Я видел тебя.
- Я видел твою машину.
- У меня нет машины!
Пожалуйста, умоляю, возьми деньги.
Пожалуйста.
Пожалуйста.
Умоляю.
Возьми деньги.
Рихтер.
С вами, евреями,
лучше всего играть в игры.
Знаешь почему?
Потому что вы знаете, что значит,
когда на кон поставлена жизнь.
Я бы хотел подольше поиграть
с твоей бабушкой.
Как жаль.
Но...
теперь ты скажешь мне то,
что не сказала она.
Ублюдок! Мерзкий мудак.
Почему она искала меня?
Искала тебя... Я не знаю, о чём ты гово...
На кого она работала?
На Моссад? На Визенталя? На Советы?
Я не понимаю, о чём ты говоришь. Нет!
Она ни на кого не работала.
- Как она меня нашла?
- Она ни на кого не работала.
Я же говорю, я не знаю, о чём ты говоришь.
Пожалуйста, отпусти меня. Пожалуйста.
Ты чудовище, блин. Я тебя убью.
Нет, не убьешь.
Вы, евреи,
думаете, что умеете убивать,
потому что вас убивали в течение веков.
Но где ты видел коров,
которые заведуют бойней?
Ну, давай,
помычи, парень.
Му-у.
А теперь
ты скажешь мне, что мне нужно знать,
или мне пустить стрелу тебе в глаза?
Магазин закрыт!
На помощь!
- Магазин закрыт!
- Пожалуйста, помогите!
На помощь! Пожалуйста.
Я иду!
Иду.
Сегодня нам пришлось закрыться пораньше.
Мне просто нужно купить
особенный подарок для моей дочки.
Можете купить
подарок для вашей малышки завтра.
На помощь!
- Кто-нибудь, помогите!
- Попробуй ее открыть.
Помогите!
Ты принял нас за пешек,
в то время как мы были королями.
Это за Маркуса.
За Хаву.
За Рут.
Какого чёрта?
Ну, Скуби-Дуби,
с этого чудовища
не потребуется снимать маску.
Чёрт. Господи, блин.
Да.
Джона, всё в порядке. Всё хорошо.
Джона, успокойся. Всё хорошо. Я ее вижу.
- Вот она.
- Кто вы?
- Она здесь.
- Кто вы, блин? ЦРУ?
- Джона, прижми рану. Прижимай.
- Моссад?
Нет, я работаю только на себя.
Хотя, наверное, я представляю
шесть миллионов клиентов.
Почему он сказал, что она его искала?
Потому что так и было.
Мы оба его искали.
Помнишь то фото, которое ты у меня украл?
Твоя бабушка сделала его
за день до своей смерти.
Она никогда не позволяла нам
преследовать кого-то,
не проверив всё лично.
Преследовать?
Кого преследовать?
Нацистов, Джона.
Чертовых
высокопоставленных
перворазрядных нацистов.
- Нацистов?
- Да.
Война закончилась.
Война заканчивается только для мертвых.
Я пытался оградить тебя от этого.
Твоя бабушка желала
оградить тебя от этого.
От чего?
От Охоты, Джона.
От Охоты.
Пойдем.
Что такое Охота, блин?
БИБЛИЯ
ИЗДАНИЕ С КРАСНЫМ ШРИФТОМ
Другие новости из столицы:
конгрессмен Дик Маршалл
изменил свою позицию.
Он будет голосовать за отмену санкций
против стран Южной Америки,
что позволит законопроекту перейти
из Палаты представителей в Сенат.
Оставайтесь на нашей волне,
чтобы узнать все подробности.
С вами Логан Кроуфорд из...
Если не отделять белое от цветного,
цветное всё перепачкает.
Ты молодец.
Полковник хочет с тобой познакомиться.
Со мной?
Год назад твоя бабушка
пришла ко мне в панике.
Мы не виделись с ней 30 лет.
Однажды утром на рынке,
сказала она,
она увидела мужчину, который выбирал дыни.
Она узнала его.
Это был нацистский доктор из Освенцима.
Он мог вырвать ребенку все зубы
один за другим
просто для развлечения.
И вот он стоял там,
свободный человек в Америке.
Он десятилетиями работал
педиатром на Лонг-Айленде.
Рут нашла его сестру,
нацистского ученого-химика.
Она тоже сбежала сюда.
Мы считали, что среди нас живут
эти два мерзких чудовища,
и мы подумали,
что здесь могут быть и другие.
Вы сказали об этом властям?
Ну, мы попытались, но...
Мы обратились во все инстанции...
В полицию, в суды,
в иммиграционную службу.
Будь то из-за некомпетентности,
невежества или враждебного отношения,
но над нами посмеялись.
Нам не поверили.
Тогда я обратился к знакомым сенаторам,
к конгрессмену,
которому я помог выиграть выборы,
но они проигнорировали меня.
Никто не хочет рисковать своей репутацией,
расследуя какие-то убийства евреев.
Так как нам некуда было больше пойти,
мы дали обет.
Мы сами разыщем этих преступников
и свершим над ними Божье правосудие.
То есть совершите убийство?
Убийство?
Нет. Нет, Джона.
Это не убийство.
Еще до того как евреи появились,
нам были уготованы ненависть и резня
в течение тысячелетий.
Нас истребляли от Масады до Мюнхена.
Фараоны и папы,
князья и голоса избирателей
требовали нашей крови.
А теперь?
Мы пережили войну,
мы пережили самое массовое истребление
людей в современной истории.
И вот мы приходим домой и выясняем,
что люди, которые делали это с нами, -
наши соседи.
Так скажи мне,
что нам делать?
Пожать им руки?
Закрыть на это глаза?
Забыть?
Нет.
Самый великий дар еврейского народа -
это наша способность...
Наша способность помнить.
И благодаря нашей памяти
мы знаем, что это выживание.
Это не убийство.
Это мицва.
Человек с рынка
стал нашим первым.
Хайнц - номер семь.
Мы нумеруем нашу добычу.
Око за око.
Джона, это не потому, что нам так хочется,
это потому, что у нас нет выбора.
Мы должны вселить в них страх,
дать им понять, что происходит.
Пусть знают,
что это не повторится.
Больше никогда.
Больше никогда, Джона.
Надо убить это в зародыше.
Экскаваторы разрывают
массовое захоронение жертв нацизма
ВОЛК
ВИЛЬГЕЛЬМ ЦУХС
Кто это? «Волк».
Это нацистский доктор из Освенцима.
Чудовище из моей истории.
До сих пор является ко мне в кошмарах.
Талмуд неправ.
Хорошо жить - не лучший способ отомстить.
Знаешь, какой лучший способ отомстить?
Месть.
Я хочу к вам.
Я хочу к вам.
Твоя бабушка ограждала тебя
от всего этого.
Она рисковала жизнью,
чтобы ты мог жить долго и счастливо.
Она погибла из-за меня.
Я буду сожалеть об этом
до конца своей жизни.
Я должен это сделать.
Я не могу этого позволить.
Нет, это мое право. Это мое решение.
Я нашел его.
Нашел.
Ты нашел то, что не мог найти я.
Ты нашел то,
что не мог найти я.
Твоя бабушка сказала: «Блестящий ум,
дар от Бога».
Но сегодня ты пошел по ее стопам.
Ты держал в руках ее кинжал.
Ты делал ее работу.
Твоя бабушка
хотела оградить тебя от Охоты.
Но, похоже,
мы не можем оградить Охоту от тебя.
Я скучаю по ней.
- Я так по ней скучаю.
- Ничего.
Я тоже по ней скучаю.
Что там?
Ты же не думал, что мы с Рут
можем делать такое дело вдвоем?
Вы все помните Джону.
Давайте наполним наши бокалы.
А мы возьмем с собой защиту.
Что это за хрень? Какой-то еврейский меч?
Выпьем за свежую добычу.
Тогда надо было нанять няньку, блин.
Я не буду опять работать допоздна
ради этой ерунды.
Это Лонни Флэш, блин.
Поэтому заткните свой рот,
воняющий фаршированной рыбой!
Когда Рут не стало,
кто-то должен был приглядывать за тобой.
За Рут.
За Рут.
Нас ждут испытания.
Список вредителей растет,
так что...
давайте зададим жару нацистским ублюдкам.
ОХОТНИКИ
Герр полковник?
Фрау полковник.
Вы думали, что я мужчина, не так ли?
Вот это да! Оказывается, я женщина.
У нас было много хороших солдат
за эти годы,
но за тобой мы следим еще со Скоки, малыш,
и тебя ждет блестящее будущее.
Конгрессмен протолкнул законопроект.
Скоро решение проблемы
придет из Южной Америки.
Чудесно, полковник.
Я думаю, ты готов
к более серьезным испытаниям, сынок.
У меня есть для тебя другое задание.
Двое наших людей были убиты...
при загадочных обстоятельствах
только за последний месяц.
Надо найти и наказать того,
кто за этим стоит.
Ты должен разгадать эту маленькую тайну.
Конечно, мэм.
Мы на пороге Последней войны.
Вся Америка, весь мир
будут поставлены на колени.
Он начинается сейчас.
Что начинается сейчас?
Четвертый рейх.


Серия 2

Слышали, евреи?
Это музыка королей!
Вагнер! Музыка рейха!
Чудесно.
Сейчас или никогда.
Раз, два, три!
Прекратить еврейскую музыку!
Прекратите еврейскую музыку, чтоб вас!
Слышите?
Вы что, меня не слышали?
Что я сказал?
Хватит!
Прекратите!
Да что с вами такое?
Вы все хотите умереть?
Прекратить!
Хватит!
Прекратить!
Так...
Что такое?
Вперед!
Хватит.
Шагом марш.
Сию минуту!
Вперед!
ОХОТНИКИ
А на второй день
Бог сотворил Охотников.
- Ладно, пойдем.
- Майер...
- Еще раз просмотрим документы.
- Я не знала, что у нас тут детсад.
Чудно, еще один ребенок,
о котором я не знал.
Может быть, что-то найдется
в вещах Рихтера, если покопать,
так что давайте приступим.
М-р О, я не хочу рисковать тюрьмой,
потому что у вас слабость к внуку Рут.
Вы не так много мне платите за эту ерунду.
Дорогая, ты единственная,
кому здесь вообще платят.
Некоторые из нас
несут ответственность за других.
Майер, Рути, да будет ей земля пухом,
не хотела, чтобы мальчик об этом знал.
- Точно.
- Ему суждено быть здесь.
- Нет, не суждено.
- Нет, суждено.
- Она этого не хотела.
- Они заберут моего ребенка?
- Поверь мне, вот увидишь.
- У меня дела с Билли Фридкиным.
Роман Полански...
Я иду на вечеринку в саду
к Эли Макгроу, ясно?
- Кто такой Карл Холштеддер?
- Что ты сказал?
Кто такой Карл Холштеддер?
Холштеддер, да.
- Джин Мартин, то есть Хайнц Рихтер...
- Да.
Это письмо было среди его бумаг
в магазине игрушек.
Каждая восьмая буква.
«Передайте инструкцию номер четыре...»
- Так.
- «...Карлу Холштеддеру.
- Оушен-Уэй, дом 147».
- О да.
«Порт-Вашингтон, Нью-Йорк».
Это зашифрованное сообщение.
- Да.
- У нас тут Энциклопедия Браунштейн.
Нельзя изменить
природу какого-то существа.
Медведь охотится, боров гадит,
нацист строит заговоры.
В списке нет никакого «Карла Холштеддера».
Давайте поищем в Ковчеге.
Пойдемте. Давайте этим займемся.
Мы все сюда поместимся?
- Может, твои усы не влезут.
- Вовлекать парня было большой ошибкой.
Знаете что? Я не ребенок. Вот так.
У меня была бар-мицва
семь лет назад, сестра.
Прочитал отрывок из Левита,
потанцевал под Mungo Jerry,
а после Гафтары
мне подрочила через штаны
Рашель Рекенштейн.
Я знаю, вы думаете, что я малолеток,
но я достаточно взрослый, чтобы пить,
курить и служить в армии. Я не ребенок.
А если вы не хотите сесть на автобус,
поехать в индейское казино
и набрать там шифровальщиков навахо,
я нужен вам, блин.
Одна ошибка -
и я сделаю с тобой такое,
что ты будешь писаться в штаны,
смотря гребаную «Мэри Поппинс» по телеку.
Ясно, парень?
Тебе нравятся бар-мицвы?
Добро пожаловать на нашу.
Начинай, Лонни.
Ну, эта кинозвезда
не нуждается в представлении,
но давайте скажем парню,
с кем у него будет любовь ввосьмером.
Слово тебе, Рашель.
Шалом, мальчики и девочки.
ОХОТНИКИ
МАЗАЛЬ ТОВ, РАШЕЛЬ!
Ее мама, наверное, так горда.
Наш бывший агент МИ-6
отвечает за организацию и планирование.
Любая миссия ей по плечу.
Сестра Хэрриет, зажги первую свечу.
ПОМОЛИСЬ СО МНОЙ
ХЭРРИЕТ
Аллилуйя!
Спасибо.
Аминь!
Он сильный и красивый, аж кружится голова.
Лонни Флэш,
мастер переодевания и маскировки,
зажги для нас свечу номер два.
ЛОННИ ФЛЭШ
Это он! Это правда он!
О боже, мне так понравился твой фильм!
Ты еврейский Роберт Редфорд, точно говорю!
Она активистка «Черной силы». Ни одна
деталь не ускользнет от глаз Рокси Джонс.
Она мошенница, фальсификатор
и спец по зачистке места преступления.
Пусть зажжет третью свечу для нас.
ВСЁ БУДЕТ СДЕЛАНО В ЛУЧШЕМ ВИДЕ
РОКСИ
ВЗЛОМАЕТ ЛЮБОЙ ЗАМОК,
СЛОМАЕТ ЛЮБОГО МУЖИКА
Власть народу!
Ты классная, детка.
Вот так дерзкая девчонка!
Это не человек, а живое оружие.
Он отслужил три срока во Вьетнаме.
Джо Мизусима, вечный солдат,
зажги четвертую свечу с нами.
ДЖО
Боже, благослови Америку!
А у него красивая задница.
Тихо, мама.
Минди и Марри, вы пережили
ужас, подобного которому нет на свете.
Вы гениальные изобретатели
и спецы по оружию. Зажгите пятую свечу.
МАРРИ И МИНДИ
Наконец, моя бат-мицва не состоялась бы
без этого гениального комбинатора.
Майер Оффермен, финансист и миллионер,
искусный заговорщик и главный мститель,
зажги мою шестую свечу.
МАЙЕР
Так, все скажите «чиз».
Чиз.
Превосходно.
Теперь, когда мы все познакомились,
давайте найдем этого ублюдка
Карла Холштеддера, ладно?
- Обыщите всё.
- Да.
Просмотрите все файлы.
Ищите всё, связанное с Карлом Холштеддером
или с домом 147 по Оушен-Уэй.
Значит, это...
Ковчег.
Это дом, который построила Рут.
Она создала его.
Как Ной когда-то,
Рут построила судно,
чтобы защитить от вымирания
то, что находится
под угрозой исчезновения.
Память. Правду.
Как?
Как она всё это сделала?
Она нашла засекреченные документы,
архивные записи.
Опросила тысячи выживших.
Жаль, что я не знал обо всём этом,
когда она была жива.
Она по-прежнему жива, мой мальчик.
Ковчег дышит ее дыханием.
В нём бьется ее сердце.
Разве ты не чувствуешь?
Она здесь.
С чего мне начать?
МЫС КАНАВЕРАЛ
ФЛОРИДА
Соммерс.
Соммерс, открывай!
Эй, дама, сейчас 5.00, чтоб тебя!
Сэр, если не хотите проблем,
идите дальше смотреть рекламу
насосов для члена.
Я устала, я хочу есть,
и я в гребаной Флориде.
Не трогайте меня, ясно? Соммерс!
- Чёрт, что ты делаешь?
- Привет.
Я зашла в квартиру Гретель.
Ты что, всю ночь там провела?
У меня было одно подозрение,
и я снова всё там обыскала
и нашла вот это.
Но в НАСА сказали,
что она была беженкой после войны.
И тем не менее вот она,
довольная, словно белая девчонка
на концерте Энгельберта Хумпердинка.
Думаешь, она была нацисткой?
Думаю, она была химиком у нацистов.
«Циклон Б» - пестицид
для промышленного использования.
Ее отравили этим газом.
Я же сказала, что похоже на личную месть.
Думаю,
что Гретель имела отношение
к газовым камерам.
Господи.
Как нацистка проникла в Штаты?
Я вылетаю в Нью-Йорк
первым же рейсом, чтобы выяснить это.
Поговорю с СИН, с людьми в бюро,
посмотрю, что они смогут мне сказать.
Да, а я здесь еще покопаю,
посмотрю, что можно найти.
Я тебе позвоню, если что-то найду.
Она казалась такой маленькой, да?
Она не была похожа на чудовище.
Она казалась старой, маленькой, обычной.
Чудовища могут быть маленькими.
Они могут быть старыми.
Они могут даже оказаться нами.
Народ, это ваш капитан.
Наш полет проходит на высоте 10 700 м...
- Когда мы долетим?
- Прекрати. Опусти ногу.
Я хочу увидеть тигра Тайлера
в парке «Вау-Уорлд».
- Арахис?
- Нет. У него аллергия.
Я возьму.
Пожалуйста.
- Арахис?
- Да, спасибо.
Она опасная?
Его аллергия.
Смертельная?
Может быть смертельной. Да.
Ужас.
Плохая смерть.
Ну,
скоро найдут лекарство.
Я не успокоюсь, пока не найдут.
И я тоже.
Знаете...
Аллергия - это современная выдумка.
А также депрессия
и шизофрения.
В былые времена
мы отдавались на милость природы,
а она удаляла больных и слабых
из нашего генофонда.
Она помогала нам сохранить...
чистоту.
А в наше время для всего есть лекарство.
И вдруг оказывается,
что всё население больно.
И из-за этих больных
так много жестокости и страданий,
что приходится садиться в самолет
и платить бешеные деньги,
чтобы сфотографироваться с антропоморфными
животными, чтобы не сойти с ума.
А всё потому,
что мы говорим милой стюардессе,
что маленькому мальчику
нельзя есть арахис «Мисс Петуния».
А может, ему стоит его съесть,
потому что он сам отравлен.
А арахис
и есть лекарство.
Ну что,
хочешь орешек?
Сегодня вечером в программе
«Первое интервью Фрист».
Бифф Симпсон
о жестоком убийстве своей семьи.
БИФФ СИМПСОН
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ
Больше всего я скучаю по мелочам.
По тому, как мы ели пиццу «Литл Сизар».
Как мы смотрели «Человека на шесть
миллионов долларов», сидя рядом на диване.
По тому, как я говорил им: «Я люблю вас».
Жаль, что я не мог ничего поделать.
Жаль, что меня не убили.
Но моя Лотти всегда говорила:
«Любовь - это когда не надо извиняться».
Это была реклама передачи
«Первое интервью Фрист».
А теперь мы возвращаемся к передаче
«Я и шимпанзе».
Ты нас не помнишь, да?
Вроде нет.
Ну, мама всегда говорила:
«Марри, твое лицо не запоминается».
Когда мне было от пяти до восьми,
она каждый раз заново представлялась мне.
- Так и было.
- Да.
Ты был совсем маленьким мальчиком.
Тебе было пять или шесть лет.
Твоя бабушка взяла тебя
на встречу с нами в кафе «У Арта».
- Да.
- Помнишь, Марри?
Ты был невероятно милый.
Ты очень похож на него.
Я кое-что нашел.
Список членов СС из Бухенвальда.
В нём значится
нацистский инженер Карл Холштеддер.
Бухенвальд, инженер. В яблочко.
Да.
Карл Холштеддер,
дудочник из Бухенвальда.
Он был ведущим радиопередач в Бухенвальде.
Блестящий радиоинженер.
Он заведовал центром управления лагеря.
Но по субботам, в шаббат,
он устраивал ужасное шоу
«Звезда Бухенвальда».
Добрый вечер, Бухенвальд!
Это ваш ведущий
гауптштурмфюрер Холштеддер.
Вы слушаете очередной выпуск
передачи «Звезда Бухенвальда»!
Это был конкурс певцов.
Садистский конкурс талантов.
Каждую субботу
Холштеддер собирал десять мужчин
и заставлял их петь,
чтобы спасти свою жизнь.
Если кто-то пел фальшиво...
Это ре-бемоль,
номер 202659.
Если кто-то забывал слова...
Ну что такое, номер 292540.
В благословенной земле наших отцов...
Один из вас опережает другого
на четверть такта.
Пока не оставался один человек.
Что ж, м-р Холштеддер,
ваш выход.
Ну,
как тебе нравятся охотники?
Они меня пугают до чертиков.
Да.
Как вам удалось их завербовать,
профессор Икс?
Нет.
Ну...
Я пошел к свахе.
Но она не просто сваха.
«АЛМАЗНЫЙ РАЙОН»
1976 г.
Да. Спасибо.
Да.
- О боже.
- Шалом, любовь моя.
- Просто не верится.
- Мне тоже.
- Моя дорогая.
- Садись, Майерле, садись.
Вот это район.
Я знаю. Шикарный.
- Это точно. Хорошо, что я приоделся.
- Знаю.
Ну, мы уже 30 лет живем
в новом штетле под названием Манхэттен,
но ты не приходишь ко мне
ни на Йом-Киппур, ни на Суккот.
Чем же маленькая сваха
заслужила подобную почесть?
Ну, я пришел к тебе
не за невестой, Хильда.
- Надеюсь, это нестрашно.
- Ясно.
Сорок лет сохнешь только по Рут.
Самая старая история в мире
на тему «сойдутся они или нет»
после Иакова и Рахили.
Боже.
У тебя много охраны
для маленькой старой свахи.
Ну, что поделать.
Можешь себе представить
более опасное существо,
чем еврейская мать незамужней дочери?
При свете дня ты сваха.
Но не прибедняйся,
ты ведь сделала товаром профессию свахи.
«Ролодекс» стал твоим оружием.
Ты посредник еврейского мира.
Нет?
Итак...
Если тебе не нужна невеста
или даже просто секс...
Можно задуматься,
почему джентльмен с Парк-авеню
приехал сюда повидаться со мной.
Говори без обиняков, дорогой.
Ну,
мы с Рути
кое-что обнаружили.
Два нацистских доктора
живут среди нас.
Ты нужна нам, Хильда.
Если я тебе с этим помогу,
поднимется шумиха.
При моей работе шумиха подобна смерти.
Тридцать один год после освобождения.
Знаешь, за это время
я свела 345 супружеских пар,
которые произвели на свет
957 еврейских душ.
И...
И еще семь будущих мамочек
беременны в настоящий момент.
Для Бога этого должно хватить, Майер.
Наверное, вместе с этим
на мне лежит ответственность
сделать мир лучше для этих 957 душ.
Ты говоришь, что среди нас живут нацисты.
Я так понимаю,
ты просишь, чтобы я нашла...
Команду.
Мне нужны очень искусные,
умеющие работать в тайне...
- Понимаешь?
- Это не команда, дорогой.
- Нет.
- Нет?
Это люди, назначенные Богом.
Это братство.
Племя.
Тебе нужны люди, которые знают,
как нарушать правила.
Коллектив, который возьмет
в свои руки правосудие.
Разношерстная компания,
как в «Грязной дюжине».
Девятьсот пятьдесят семь.
Хильда,
если Бог не услышит это,
то он глухой.
Девятьсот пятьдесят семь.
Всё равно не хватает 5 999 043 души. Да.
Но время еще есть, так?
Да.
Пойдем.
Давай найдем для тебя этих негодников.
Вы обратились к свахе, чтобы создать
команду охотников за нацистами. Это...
самая еврейская вещь,
которую можно придумать.
Почему они согласились?
Со временем
ты узнаешь их истории,
их тайны.
И, возможно,
расскажешь им свои истории и тайны.
Мы скоро уезжаем.
Пора отправляться на охоту.
Прекрати уже. Я не посажу твою кузину,
похожую на кита, выброшенного на берег,
эту невыносимую Айлин Шекенштейн,
рядом с нами, Марри.
Это свадьба Эми.
Она будет сидеть там, где скажет Эми.
Она так и не извинилась передо мной за то,
что не пришла на ужин в Симхат-Тору.
- У нее накануне умер муж.
- Вот именно.
- У нее был целый день, чтобы позвонить.
- Садись в машину.
Ладно.
Прости, чувак.
Ты, наверное, никогда раньше
не встречал кинозвезду, Иуда Макка-братан?
Как жизнь?
Нормально, да.
Знаешь, страх проходит.
Что? Нет, я...
Я в порядке, я просто...
Напуган, как необрезанный член
на конгрессе моэлей?
Мне тоже было страшно.
Потом станет легче. Поверь мне.
Знаешь, я любил Рут,
как если бы она была моей бабушкой.
Если бы она была на пару лет моложе,
может, я бы любил ее другой любовью.
Понимаешь, о чём я?
Устроил бы с ней мазаль тов.
Нафаршировал бы ее рыбу.
Это бред какой-то, чувак.
Она нашла меня, когда я был на самом дне.
Дала мне пинка под зад,
привела меня в чувство.
Мой зад всё равно не сравнить
с задом Криса Кристофферсона.
Этот зад надо выставлять в Лувре.
Это просто чудо какое-то.
Но она меня спасла.
- Она тебя спасла?
- О да.
Да, Рут была необыкновенной женщиной.
А так как я любил ее,
я люблю и тебя, братан.
Так что если кто-то из этих уродов
тебя обидит...
Ну, я не стану с ними драться,
так как боюсь их до полусмерти,
но я буду готов сказать у них за спиной
вместе с тобой: «Да, они уроды».
Если тебе что-то нужно,
обращайся к Лонни Флэшу.
Чикс и Бутихоул мне бы просто не поверили.
Да. Кто такой «Бутикоул»?
Бутихоул и Чикс. Они...
- Просто парни, которые живут рядом.
- Да.
Если бы они могли видеть тебя сейчас, да?
Настоящий еврейский супергерой.
Не нервничай, чувак.
Будет весело.
Как в кино, ясно?
ЭТОМУ ФИЛЬМУ ПРИСВОЕН РЕЙТИНГ
«Е» - ЕВРОФАНТАСТИЧЕСКИЙ
ВСТРЕЧАЮТСЯ КРЕПКИЕ ВЫРАЖЕНИЯ
НА ИДИШЕ И ИВРИТЕ
Этим летом... Трепещите, нацисты.
Эти ночные солдаты охотятся за вами.
Рейх?
Никогда.
«Орион пикчерс» представляет...
ОХОТНИКИ
Дебютант Джона Хайдельбаум -
ДЕШИФРОВЩИК
Джона.
Ты в порядке?
Ты что-то бормотал себе под нос.
Да, всё хорошо. Я просто...
У меня в горле запершило,
понимаешь, я закашлялся.
Пора ехать,
дешифровщик.
Служба иммиграции и натурализации.
Привет, Бетти, это Милли.
Мой рейс задержался,
но я приеду через час, так что...
Не стоит, Милл. Я нашла то личное дело,
по поводу которого ты звонила.
- Да.
- Гретель Фишер?
В нём ничего нет.
Что значит - ничего нет?
Не знаю. Оттуда всё вынули. Папка пустая.
У тебя все папки пустые?
Нет, только эта и еще одна.
Похоже, это ее брат. Некий Ганс Фишер.
Ганс Фишер?
Досье этой семьи пустые.
Мама заставила меня делать
сегодня с ней гимнастику.
Заставила меня заниматься
по ритмическому методу.
Братан, ритмический метод -
это совсем не то, что ты думаешь.
Чертовы ступеньки.
Эй, Джей-бабки.
Он не откроет.
Он на нас зол.
Тебе придется поговорить с нами, братан.
Да, чувак, мы не должны были
оставлять тебя одного.
- Нам надо было...
- Прости нас.
- Хорошо?
- Зря мы испугались.
Его нет дома.
Я его не видела уже два дня.
Два дня, блин?
Я уже начала волноваться.
Это пахнет хуже, чем киска русалки
на дельфиньей оргии.
Куда он делся, блин?
ГЛЕН-РОК
НЬЮ-ДЖЕРСИ
Ганс и Гретель много лет не разговаривали.
Знаете, как бывает, когда брат и сестра
отдаляются друг от друга.
Но когда ее сын позвонил мне
и сообщил о несчастном случае,
я просто места себе не находила.
Гретель была такой милой женщиной.
- Пожалуйста.
- Спасибо, миссис Фишер.
Простите, а почему этим занимается ФБР?
Ну, она ведь работала в НАСА.
Это стандартный протокол.
Вообще-то, Франни, я надеялась
поговорить с вашим мужем.
Ну,
это невозможно. К несчастью,
Ганс погиб в автокатастрофе полгода назад.
Мне очень жаль.
Да, он...
Он возвращался домой поздно.
В городе была вспышка ветрянки,
и он задержался на работе.
Знаете, он не мог допустить, чтобы
хоть один ребенок остался без помощи.
Полицейские сказали,
что взорвался двигатель.
Сила взрыва вырвала у него все зубы.
А вы не замечали ничего странного
незадолго до смерти вашего мужа?
Может, он был на взводе?
Может, его кто-то беспокоил?
Нет.
Что вы хотите сказать?
Я просто проверяю все гипотезы.
Он был очень красив.
Я прочитала, что Ганс был беженцем
после войны, как и его сестра.
Чем он занимался во время войны?
Ганс был врачом.
В Красном Кресте.
Ему пришлось помогать евреям?
Да.
Как он к ним относился?
Ну, как к ним все относятся, милая?
Они евреи.
Простите, можно мне сходить в туалет?
Что вы здесь делаете?
Я просто... Спасибо.
Спасибо, что поговорили со мной.
ВАШИНГТОН
ОКРУГ КОЛУМБИЯ
Капитан корабля... Кирк.
Капитан Кирк, скажи это!
О боже, капитан Кирк!
Трахни меня, Спок!
Трахни мои фотонные торпеды,
полувулканский ублюдок!
- Доброе утро, сенатор О'Хэр.
- Какого чёрта!
Вы... Я прикажу вас арестовать.
Я прикажу вас убить!
Нет, мой милый, не прикажете.
Вы любите ролевые игры,
так что позвольте и мне поучаствовать.
Вот что произойдет, м-р О'Хэр.
Вы прекратите вашу обструкцию
против снятия санкций
на товары из Южной Америки.
А если нет,
то эти фото
будут на первых страницах всех газет
отсюда и до планеты Вулкан.
Кто вы такая, чёрт возьми?
Мы положительные герои, капитан Кирк.
Мы пытаемся спасти мир.
Ну, давайте устроим запись альбома
для Карла Холштеддера.
Я нас впущу.
Рокси откроет занавески.
Джо будет восхищаться видом.
Марри и Минди создадут настроение.
Лонни...
будет делать то, что обычно делает Лонни.
А что буду делать я?
Взрослые эффектно войдут
здесь, здесь и здесь
в знаменитый дом 147 по Оушен-Уэй.
Чертов богатенький продюсер музыки -
в своей студии звукозаписи.
Мы займем наши места в зрительном зале,
и тогда Майер станцует,
немного поворкует
и приступит к делу.
Ну что, пощекочем клавиши
этого мерзкого палача, да?
Похоже на переключатель 247Б.
Нет, болван, это 247А.
Ладно.
- Жди.
- Я жду.
Давай.
Да тут же все приглашенные
на ежегодную вечеринку с вазелином
Фредди Меркури.
Именно там мне случайно подрочили
Питер, Пол и Мэри.
Типичные П, П и М.
«Эрик Фолсом».
Почти такой же паршивый псевдоним,
как Лонни Флэш.
Детка, можешь называть меня
Леонардом Флаженштейном когда угодно.
Пошли.
Шалом, Карл.
Слишком много ночей
ты был нашим кошмаром.
Теперь мы станем твоим.
О боже.
Я сделаю так, что вас арестуют.
- Вас схватят и...
- И расстреляют?
Отравят газом? Похоронят заживо?
Мне никогда не нравилась ваша музыка.
Но
для вас она была...
Для вас она означала жестокость,
тщеславие
и смерть.
А для нас
музыка - это память,
восстание,
жизнь.
Наш народ выживает с помощью музыки.
Что он делает?
Ему дается то,
в чём было отказано нашему народу.
Суд.
Ты мой судья,
присяжный
и палач, еврей?
- Еврей?
- Нет, я никто.
Я просто стенограф.
Они, миллионы,
являются судьями и присяжными.
Миллионы, которые взывают из могилы
и требуют правосудия.
Мы предъявляем тебе обвинение
в убийстве тысяч
евреев в Бухенвальде.
А также в убийстве миллионов людей,
так как ты был пособником
нацистского режима.
Ты признаешь себя виновным?
Идите к чёрту! Вот что я признаю.
Сейчас мы предъявим доказательства.
Свидетельства выживших.
Списки членов СС,
в которых Карл Холштеддер
значится гауптштурмфюрером СС.
Наконец, фотография из нацистских архивов,
называющая этого человека
Карлом Холштеддером.
Вы можете подтвердить, что это вы, сэр?
Это я, да.
Но я не делал того,
в чём вы меня обвиняете.
У нас есть свидетельства очевидцев.
- Вот.
- Рассказы тех, кто выжил.
Отчет Хайрама Флауштейна.
Он живет в Бруклине, в Нью-Йорке.
Он пережил Бухенвальд.
И Рафи Шнайдера,
пережившего Бухенвальд.
Свидетельство Джерома Путницкого.
А это...
Мордекая Клингера.
Александра Коэна.
Лили Эдельман.
Людвига Клатца.
Сэмюэля Кантера.
Шломо Ваксмана.
Я...
Это пропаганда.
Это ложь.
Рокс.
Карл Холштеддер, вы признаны виновным
в убийстве тысяч людей.
Идите к чёрту!
Не так страшны черти и ад,
как дорога туда.
Какого хрена?
- Садись.
- Конечно.
- Хорошо.
- Что это?
Это домашняя радиостанция.
Они что-то передают.
Ну, они передают друг другу сообщения,
вот что они делают.
- Да.
- Какие сообщения?
Так.
Да, давайте послушаем, что выходит в эфир.
Две лодочки ночью в море.
Десять утят в сарае.
Шесть матерей переехали на восток.
И родился ребенок.
«Улица Сезам» Третьего рейха
довольно жуткая.
Напомни мне не ставить это
моим будущим детям.
Для начала я тебе напомню
не заводить детей.
А что, если это «инструкция номер четыре»?
Что, если они передают
какие-то закодированные сообщения?
Ну, тогда мы заткнем этих зараз.
Погоди. Не торопись, не надо.
Если ты это прикроешь,
они всё поймут, так?
- Они узнают, что мы их нашли.
- Да, они узнают. Да-да.
Куда передается это сообщение?
Насколько далеко?
Сколько людей его слышат?
Мы не знаем.
Надо перенаправить синхронизацию...
Ну, выясните это. И поскорее.
Тем временем
я заставлю нашего пианиста
спеть нам песенку.
- Надо снять заднюю крышку.
- Ну так давай.
Привет, Карл.
Мы можем провести этот допрос
безболезненно или болезненно.
Зависит от тебя.
Что скажешь?
Позволь мне спросить тебя,
кому ты передаешь сообщения?
Что ты передаешь?
Колыбельные для детей.
- Да.
- И симфонии.
Оперы.
Даже песни ABBA, если мне так хочется.
Иногда я делаю подарки тому,
кто первый позвонит.
Ладно, Джо.
Думаю, мы готовы.
Уши - самая чувствительная часть тела.
От них зависит равновесие и функции тела.
Ну, Карл,
последний шанс.
Да.
Ладно, Джо, давай.
Что ты передаешь?
Я не знаю, о чём вы говорите!
О боже.
Чёрт!
Хватит, пожалуйста, перестаньте.
Чёрт побери, хватит, чувак.
Ты добьешься того, что у него лопнут
барабанные перепонки. Прекрати.
Что ты делаешь, блин?
О боже!
У него кровь течет из уха!
- Прекрати, чувак.
- Мы знаем.
Боже мой, я просто... Просто...
Мне присылают кассеты, я...
Я их передаю. Вот и всё, что я делаю.
Кто? Кто говорит тебе
передавать их в эфире?
Есть один человек.
Один человек, я не...
Я видел только его.
Рихтер?
Я не знаю никакого Рихтера.
Клянусь, я не знаю.
Я не знаю его имени.
Мы не пользуемся
нашими настоящими именами.
О боже.
Он просто человек, как и я.
Человек, которого сюда привезли.
Привезли сюда? Кто привез?
Вы!
Вы.
Майерле, ты нам нужен.
Вещание идет на Нью-Йорк,
Нью-Джерси и Коннектикут.
Следи за ним.
О боже. Воды.
Воды.
О боже.
- Я не делал того, о чём они говорили.
- Заткнись, блин.
Но я был в твоем возрасте,
когда впервые услышал его.
Я не хочу слушать про то,
как ты любишь Гитлера.
Не Гитлера.
Вагнера.
Мой отец был жестоким человеком.
Он считал, что музыка - это слабость.
Если я хотя бы напевал про себя,
он бил меня до бесчувствия.
Когда мне было 17, я услышал эту музыку.
Ее передавали из зала
Берлинской филармонии.
Я не хотел никому причинить вреда.
Я был просто мальчишкой,
который выполнял приказы.
Мальчишкой вроде тебя.
Заткнись, блин.
- Заткнись, блин.
- Если ты пойдешь по этому пути,
ты тоже будешь его слышать.
Всю жизнь.
Звон в ушах.
Поэтому
я заставлял их петь.
Чтоб заглушить
этот звон,
чтобы я мог снова услышать музыку.
Воды.
Ладно.
- Пожалуйста, воды.
- Чёрт. Ладно.
Пожалуйста. Спасибо.
Наклони голову.
Чёрт.
Эй, полегче.
Если хотите, чтобы парень жил,
выпустите меня отсюда.
- Чёрт.
- Нет!
- О боже.
- Что?
Что ты наделал, блин?
Он был нашей единственной зацепкой,
- сосунок гребаный!
- Ладно.
- Это из-за тебя! Я тебя убью, блин.
- Хватит, чувак.
- Малолетний засранец.
- Всё в порядке. Чувак.
Парень всё испортил,
из-за него Холштеддер убит.
Вещание прекратилось.
Нам надо уходить.
Надо уходить. Берите всё, что сможете.
Берите всё.
Джона.
Спокойно, Джона.
- Чёрт.
- Иди сюда, Джона.
Нет, его убили из-за меня.
Нет-нет. Нацист, да.
И он бы убил тебя.
Если бы не Джо, он бы убил тебя.
Вы всё равно убили бы его,
если бы узнали всё, что хотели?
Вы всё равно собирались его убить?
Я бы свершил правосудие. Да.
Нет. Нет-нет.
Чёрт, его надо было сдать властям.
- Что?
- Надо было сдать его властям.
- Мы могли бы его сдать.
- Кому?
Кому мы бы его сдали?
Полиции! Полиции, блин.
- Федералам.
- Нет, Джона. Я же тебе говорил.
Людям, которые занимаются такими делами.
Я тебе уже говорил.
В этой стране
богиня правосудия,
возможно, слепа для всех,
но для многих из нас она еще и глуха.
Знаешь, сколько нацистов
американцы казнили в Нюрнберге?
Двенадцать.
Двенадцать преступников
из восьми миллионов.
И они снова идут в наступление,
эти вечные солдаты,
эти чудовища.
Неудивительно, что они решили,
что могут приехать сюда.
Поэтому остаемся только мы,
чтобы делать Божье дело.
Дело Рут, Джона.
Рут.
Пойдем. Мы пропустим Маарив.
Что еще за Маарив?
Вечернее богослужение.
Надо сказать поминальную молитву по Рут.
Нет, я в это не верю.
Джона, не имеет значения,
веришь ты в это или нет.
Можешь верить в Санта-Клауса,
мне всё равно.
Это неважно. Это для Рут, а не для тебя.
Обязанность членов семьи Рут -
молиться о ее душе,
а если чья-то душа и заслужила это,
то это ее душа, так?
Пойдем, Джона, пойдем.
ВЕСТ-ВИЛЛИДЖ
НЬЮ-ЙОРК
Ты не привезла мне сувенир?
Уши Микки или еще какую-нибудь ерунду?
Ты сильно по мне скучала?
Что случилось, милая?
Знаете, люди думают,
что фламинго розовые.
Это распространенное заблуждение.
Они белые.
Белоснежные.
Красная кровь животных,
которых они поедают,
дает им такую окраску.
Почему вы интересовались
Гретель Фишер, инспектор?
Что вы обнаружили?
Всё в порядке.
Всё в порядке.
Я знаю,
что стресс может быть вреден для ребенка.
Давайте вместо этого поиграем в одну игру.
С птицами, конечно.
Утка.
Утка.
Гусь.
Была обнаружена фотография
Гретель с Гитлером.
Она была нацисткой.
Кто еще об этом знает?
Только я.
Как мило.
Еще разок.
Спагетти.
Спагетти.
Фрикаделька.
Она агент ФБР.
Она... Ее зовут Милли.
Милли Моррис.
Ты знаешь сказку про Гензеля и Гретель?
Двое немецких детей,
светловолосых и голубоглазых,
нашли богатую старую ведьму,
которая жила в лесу.
И они...
Дети утверждали,
что ведьма хотела съесть их живьем.
Выпить их праведную христианскую кровь.
И тогда немецкие дети
затолкали ее в печь,
смотрели, как она горит живьем,
и украли ее богатства.
И это счастливый конец.
Думаю,
ведьма была еврейкой.
Знаешь, я думаю,
они сказали, что она ведьма, но...
Они имели в виду, что она еврейка.
Эта старая еврейская женщина жила в лесу,
потому что ее выгнали из города.
Она никому не мешала,
а потом дети из гитлерюгенда
сожгли ее заживо.
Да.
Сказки написаны не для нас,
но именно мы должны
сражаться с чудовищами, понимаешь?
Я напишу для тебя сказку.
Новую сказку.
Для нас с тобой.
- Алло?
- Вы видели меня в «Интервью Фрист»?
«Пост» сказала,
что я «храбрее, чем стюардесса
угнанного палестинского Боинга-747».
Позови ее, пожалуйста, дружище.
По какому поводу ты звонишь?
Что?
У нас в кармане Картер, порты,
- санкции.
- Мы позвоним,
когда нам будет что тебе сказать.
- Аминь.
- Аминь.
Все, кто произносит поминальную молитву,
продолжайте стоять,
чтобы почтить усопших.
Ты тоже будешь его слышать.
Звон в ушах.
- Аминь.
- Аминь.
Можно сказать молитву и за него?
За кого?
Нет, я не могу.
- Я не могу.
- Нет.
Нет, Минди.
Джона?
Что? Джона!
ОХОТНИКИ
ЗА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ ДО ЭТОГО
ДИСТАНЦИОННЫЙ ПОДРЫВ
ДЕСЯТЬ МЕТРОВ
13 ИЮЛЯ


Серия 3

Мелочи не найдется?
«Верую в Бога, Отца Всемогущего,
Творца неба и земли,
и в Иисуса Христа, единственного Его Сына,
Господа нашего, зачатого Святым Духом.
Он был рожден Девой Марией,
страдал при...
Был распят, умер и был погребен.
Сошел в ад.
На третий день воскрес из мертвых,
восшел на небеса
и восседает одесную Бога Отца Всемогущего.
И оттуда придет судить живых и мертвых».
ОХОТНИКИ
Если ты пойдешь по этому пути,
ты тоже будешь его слышать.
Всю жизнь. Звон в ушах.
«Эли Визель писал:
"Мне никогда не забыть ту ночь...
Первую ночь в лагере,
которая превратила мою жизнь
в одну долгую ночь"».
ОСВЕНЦИМ
Выходите!
Тогда я не знала, что это значит.
Я не знала,
что нас лишат всех наших вещей,
нашего достоинства,
наших семей.
Я не могла себе представить,
что форма, которую нам выдали,
будет заменой той жизни,
которую мы утратили.
Что ножницы, которыми женщины
срезали наши волосы,
должны были стереть все следы того,
кто мы такие.
Шевелись! Живее!
И что человек,
который спас мне жизнь, Майер,
мужчина, в которого я была влюблена,
сделает мне татуировку,
которая означала,
что моей прежней жизни больше нет.
Гданьск. Знаешь такой город?
Отец возил меня туда,
когда я был ребенком.
Это не самый красивый город.
Неухоженный город со старыми домами.
Но на десять минут в день,
когда заходит солнце,
там можно увидеть
самое красивое зрелище на свете.
Когда-нибудь я отвезу тебя туда,
и ты забудешь обо всём этом.
Всё будет выглядеть по-другому.
Майер хотел,
чтобы я сражалась за тот закат,
за еще один день,
но я не знала,
есть ли у меня силы на эту борьбу.
Я еще никогда не видела такой тьмы.
На той стене 74 нациста.
Только 23 из них мы обнаружили в Штатах.
Но закодированная радиопередача
говорит о том, что их намного больше.
Она также говорит
о координации действий и заговорах
такого масштаба, что мы и не предполагали.
- Вот.
- Что ты делаешь?
Прекрати, Минди, не сейчас.
«Не сейчас, Минди», - говорит он.
Притворяется, что он железный,
пока д-ру Финкельштейну не придется
залезть к нему в задницу по локоть.
Хорошо. Значит, нам надо выяснить,
какие инструкции передавал
этот продюсер музыки. И если...
Если в этих песнях что-то зашифровано,
можешь быть уверен,
что мы с Минди это выясним.
Нельзя недооценивать,
что можно узнать о человеке по его мусору.
Сестра, свяжись
со своими контактами в МИ-6.
Узнай побольше о Холштеддере.
- Его контакты, финансовая информация.
- Ну хорошо, довольна?
- Да.
- Молодец.
Спасибо.
Мужчины - что плитки на полу.
Положи их правильно в первый раз -
и можно ходить по ним
всю оставшуюся жизнь.
Пожалуйста, пойдем уже.
Даже не думай, что мы обратимся
к мальчику для расшифровки сообщения.
Слушай, я не скажу «я же говорила»,
но я же говорила.
Мальчишка был не готов.
Частично из-за него
половина этого чертова отряда
до сих пор в доме Холштеддера
исправляет его ошибку.
У него в этом мире больше никого нет.
Тогда найми ему няньку, блин.
Ты любишь его, как любил ее,
и это опасно, Майер.
Он не может ее заменить.
Я это знаю.
Никто не может ее заменить.
Да.
Л...
О...
Н...
Н...
Какая скука.
Мне так скучно.
Ты в детстве наелся краски?
Да, ты-то у нас
образец душевного здоровья.
Надо мне поговорить с Майером о том,
чтобы пореже вести наблюдение.
Чтобы больше было похоже
на твою работу актера?
«Тони» не дают кому попало, Джозеф.
Майер сказал нам следить за домом до утра.
Сколько бы ты ни ныл по этому поводу,
это ничего не изменит.
Народ.
Занавеска в том окне колыхнулась.
В доме кто-то есть.
Ты уверен, что видел это?
Что это не из-за метаквалона?
Я уже несколько месяцев чист.
И я принимал не метаквалон, а кокс.
От кокса не бывает видений.
От него не спишь всю ночь,
иногда гадишь в штаны,
если он смешан со слабительным,
но я знаю, что я видел.
Чёрт возьми, где труп?
Не похоже, что в доме кто-то есть.
Ну, кто-то же должен был это всё убрать.
Где они, чёрт побери?
И как они прошли мимо нас?
Мы там сидели всю ночь.
Чёрт, даже дырки от пули не осталось.
Рокси!
- Отойди.
- Нет!
- Это сталь, тупой урод!
- Извини!
Я же говорил, что видел кого-то.
И свяжись
с местными полицейскими участками,
узнай о подозрительных смертях
людей старше 50 лет,
особенно тех,
кто был беженцем после войны.
Хорошо, и, Рон,
Гримсби мы об этом скажем, если надо
будет, а пока ему говорить не надо.
«Гримсби пока говорить не надо»?
Ты бросила работать в ФБР, а я и не знала?
Ну, я не могу прийти к нему
только с предположениями.
Он и так подвергает сомнению
все мои действия.
Мне было бы гораздо легче работать,
будь у меня пенис и будь я белой.
Ну, зато дома нам было бы гораздо сложнее.
Кстати, когда ты была во Флориде,
звонила твоя мама.
Не волнуйся, я включила автоответчик.
У нее всё хорошо. Вчера получила
результаты анализов, они хорошие.
Знаешь, я как раз думала о Соммерсе.
Он так мне и не перезвонил
после моих звонков.
Я звонила ему и домой, и на работу.
А теперь его капитан говорит,
что он неожиданно взял отпуск
в связи с беременностью жены.
Ну и что? Бывает.
Нет, дело в том, что он ничего не говорил
ни про какой отпуск.
Понимаешь? А теперь
он не перезванивает мне.
Просто кажется, что он мог бы мне сказать.
А ты всем на работе
всё про себя рассказываешь?
Они попытались искоренить наши убеждения,
лишить нас достоинства, нашего наследия.
Но...
будьте уверены,
преследования, которым мы подвергались,
в прошлом.
Они недооценили нас однажды,
но больше такого не случится.
Потому что мы убьем их,
когда они будут спать,
в их домах, в их храмах.
Потому что...
вы - наследие ваших предков.
Вы потомки Дарвина,
и ваше семя будет жить.
Здравствуйте, вы позвонили Рут и Джоне.
Нас сейчас нет дома, но, пожалуйста,
оставьте сообщение после гудка.
Джона, милый, привет.
Это Минди и Марри.
Позвони нам, если хочешь.
Можешь на нас рассчитывать.
Привет, Джона, это Кэрол.
Слушай, я о тебе беспокоюсь.
Ты в порядке?
Позвони мне.
Он напоминает мне моего сына.
В его спальне можно трубить в горн,
но даже тогда он не проснется.
- Да, а вы кто?
- Я Леви Либштейн.
Я...
Я был...
другом твоей бабушки.
Кроме того, иногда я консультировал ее
по юридическим вопросам.
Я пытался поговорить с тобой
во время поминок, но...
Простите, по каким юридическим вопросам?
Я здесь по поводу ее завещания.
Мы можем поговорить в доме?
Да, конечно. Входите.
- Да, спасибо.
- Просто... Да, я только...
- Что ты здесь делаешь, блин?
- Ну, я пытался здесь спать,
пока не пришел
этот старик с жутким кашлем.
- Всю ночь? Тебя могли убить.
- Ты не открывал дверь.
Я волновался, ясно?
Извини, мне было на тебя не наплевать.
Ну,
думаю, стоит перейти к делу.
Имущество твоей бабушки.
Погодите, имущество?
Я думал, Джона гол как сокол.
Как ни грустно, твой друг прав, но...
она оставила тебе вот это.
Немецкое правительство было вынуждено
выплатить компенсацию некоторым жертвам.
Ого, целых $600.
Ты только посмотри.
Как это щедро с их стороны.
Почему она сама не обналичила?
Ну, она хотела,
чтобы ты получил эти деньги.
Про нее рассказывают одну историю,
которая стала легендой в лагерях.
О ней все узнавали еще до того,
как появлялась твоя бабушка.
Наверное, это была обычная ночь в лагере.
Твоя бабушка ждала наступления ночи,
чтобы сходить в туалет.
Но это было опасно.
Когда она вышла на улицу, она увидела
во дворе трех женщин, которые шептались.
Когда она услышала...
Не разговаривать!
Перед ней шла девушка,
и она ничего не замечала.
На что уставилась?
Девушка замерла.
Что ты здесь делаешь?
Когда охранник подошел к ней,
подняв пистолет,
Рут встала между ними,
позволив девушке убежать.
Рут знала,
что поплатится за это жизнью.
И...
она подставила лоб под дуло пистолета.
Маленький акт неповиновения.
Но он не застрелил ее.
Рут так и не узнала почему.
Но она спасла жизнь той девушке.
Вы были с ней в лагере.
Нет.
Моя жена.
Моя жена была той девушкой,
которую она спасла.
- Вот это смелость.
- Да.
Мы называем это «хуцпа». Но да.
Твоя бабушка часто говорила о тебе, Джона.
Она сказала,
что ты очень похож на нее,
но ты пока об этом не знаешь.
Как эта шикса проникла в дом?
Без понятия. Мы всю ночь следили за домом.
К моему ужасу.
Я вот чего не понимаю:
зачем такие сложности?
Зачем убирать его труп,
когда они могли бы просто вызвать полицию?
Всё просто.
Нацистам важнее сохранить свои секреты,
чем вывести нас на чистую воду.
Вопрос в том, какие секреты они оберегают.
Ответ такой: нам надо вернуться к работе.
Выследить этих гадов-фрицев
- и убить их.
- Вернуться к работе? Майер!
Это безумие.
Они могли напасть на наш след.
Если эта женщина что-то доказывает...
Тогда нам надо найти их,
до того как они найдут нас.
ЭТО НАДО ЗНАТЬ!
Привет, Америка.
С вами Лонни Флэш и Йоланда.
В этот чудесный денек
мы дадим вам несколько советов.
Кто хочет узнать что-то новое?
Сегодня мы расскажем вам,
как распознать нациста.
Полезные советы о том,
как распознать гитлеровца в обычной жизни.
- Ты готов, Лонни?
- Я готов, Йоланда.
Совет номер один. Это очень просто.
Если ваш сосед приветствует вас,
подняв руку на 45 градусов,
и приглашает взглянуть
на его новую печь в человеческий рост,
которую он установил в гараже,
скажите, что зайдете в другой раз.
Это может означать,
что ваш сосед - нацист.
Номер два, Йоланда?
Они белые.
Хороший признак, Йоланда.
Три.
Если ваш одноклассник рисует свастику
в тетрадке или на своем приятеле,
скорее всего, этот тип обожает Гитлера.
Йоланда, номер четыре?
Они белые.
Йоланда, не все белые люди - нацисты.
Но, Лонни, все нацисты - белые.
Ну что ж, на сегодня всё.
Да, это не всегда просто, но кто знает?
Однажды эти полезные советы
могут спасти вам жизнь.
- Точно, Йоланда?
- Точно, Лонни Флэш.
Ну хорошо, парни, загружайте.
Как тебе нравится новое место?
Идеально.
Отлично.
Я дам тебе сдачу. Одну секунду.
КОМИКСЫ «ВАВИЛОН»
Читай на здоровье.
Эй, Бути,
можешь ненадолго выйти?
Может, купишь нам газировки?
Да, просите, и дано будет вам.
Что вы здесь делаете?
Ну, я пришел посмотреть, как ты.
Ты вчера убежал как ошпаренный.
Для меня пытки - не такое обычное дело,
как для всех вас.
Простите.
«Человек не отвечает за то,
что говорит, когда у него горе».
Это из Талмуда.
Жаль, там не сказано: «Человек не отвечает
за то, что делает, когда у него горе».
Ты сожалеешь о том,
что случилось с Хайнцем Рихтером?
- Нет.
- Нет?
Нет, не сожалею.
Нет. Я...
сожалею, что не я
- выпустил ему кишки, но...
- Но Холштеддер - другое дело, да?
Всё было по-другому, когда речь шла о ней.
Ты думаешь, Холштеддер
не имеет к ней отношения?
И к тебе?
Поэтому ты не должен был
участвовать в том, что случилось с ним.
Так ты думаешь?
Я понимаю, почему ты так думаешь.
Всё, что ты знаешь о Холокосте, -
это то, что ты читаешь
в учебниках истории.
Но мы пережили это.
И мы выжили.
Мы все знали кого-то вроде Холштеддера.
И мы хотим сделать так, чтобы больше
мы не знали никаких Холштеддеров.
Я обязан жизнью твоей бабушке.
Больше всего я сожалею о том,
что не смог уберечь ее.
Мой долг перед ней - уберечь тебя.
Если вы хотите уберечь меня,
думаю, вам стоит отпустить меня.
Пожалуйста.
Здрасьте.
Кто был этот тип?
Просто друг моей бабушки.
- Спасибо.
- Да.
Можешь сделать мне одолжение?
Если кто-то придет сюда
и будет спрашивать меня, скажи...
Скажи ему, что я здесь больше не работаю.
Да, я...
Мне надоел парад
еврейских гериатрических пациентов.
Да, я тебя понимаю.
Знаешь что? Позвони Чиксу.
Скажи ему, встречаемся на Кони-Айленде.
Пусть принесет травы.
- И побольше.
- Хорошо.
ЧЕВИ-ЧЕЙЗ
МЭРИЛЕНД
Получил сообщение по радио.
Какая-то проблема?
Понятия не имею.
Полковник сказала мне сидеть тихо,
и с тех пор - ни гу-гу.
И что, по-твоему, я должен сделать?
Если она думает, что я провел
последний год, вылизывая жопу президента,
чтобы остаться в стороне,
когда мы на финишной прямой...
Когда начинаешь играть в эту игру,
она дает тебе понять,
что ты незаменим, ясно?
А потом оказывается, что заменим.
Как Клаус Рейнхардт.
Я думал, Клаус совершил самоубийство.
Теперь ты знаешь почему.
Лучше убить себя самому,
чем умереть от ее руки.
Послушай...
Я думаю, мы можем друг другу помочь.
Ты мне, я тебе.
Да, я таким не занимаюсь.
Что это за хрень?
«Что это за хрень?»
Это швейная машинка.
Это косяк, болван, закуривай давай.
Это первоклассное извинение
домашнего приготовления.
Извинение? За что?
За то, что отпустили тебя одного
к «Демонам из ада».
Тебя могли шлепнуть, псих.
Нам надо было пойти с тобой.
- Прости нас.
- Да, прости.
Прости.
Забудьте.
Больше не хочу об этом думать.
Ну и всё тогда.
Ты издеваешься. Робин?
- Никто не хочет быть Робином.
- Я не чувствую своих ушей.
Ты чокнутый. Послушай.
Робину всё далось легко.
Он воспользовался успехом Бэтмена,
общался с его женщинами.
- Это точно.
- Бэтмен даже отомстил
за смерть родителей Робина.
Тому даже не пришлось пачкать руки.
Да, думаю, Робину надо дать приз
за то, что он самый нужный супергерой
всех времен.
Скорее, за то, что он самый ненужный
супергерой всех времен.
Нет, выслушай меня.
У Бэтмена было черное сердце, так?
Но ему всё равно надо было
спасать мир и всё такое.
Без Робина он бы
навсегда перешел на сторону злодеев,
и нам всем бы пришел конец.
Я просто могу это понять, вот и всё.
Что понять?
Когда пытаешься не дать кому-то
отдаться во власть тьмы.
Знаешь, кого ты можешь понять?
Кого?
Супергероя с огромной вагиной.
Ладно. Неважно.
Нет ничего плохого в том,
что хочешь остаться в живых.
Привет, Рон.
Спасибо, что встретился со мной.
Да, я еле успел.
- Гримсби меня донимает из-за одного дела.
- Да.
Должен признать,
когда ты попросила меня
разузнать побольше о стариках,
которые умерли
при загадочных обстоятельствах,
я не думал, что что-то найду.
Ну, если так это сформулировать,
звучит действительно глупо.
Но ты была права.
Только в прошлом году
11 граждан пенсионного возраста
были убиты
при подозрительных обстоятельствах.
Четверо из них были беженцами после войны.
Один из них сыграл в ящик как раз вчера.
Джин Мартин был убит
в своем магазине игрушек в Мидтауне.
- Там сейчас работает полиция.
- Я поеду туда.
Я так и подумал, что ты так скажешь.
Расследование ведет инспектор Паркер.
Я сказал ему, что ты можешь подъехать.
Я признательна тебе за это.
Спасибо.
Так ты расскажешь мне, в чём дело?
С этими беженцами.
Да ладно тебе, Моррис.
- Таким, как мы, надо держаться вместе...
- «Таким, как мы»?
Я знаю, что значит быть аутсайдером,
- пытаться влиться в коллектив.
- Ты в него влился.
Нет.
Не влился.
Ну хорошо.
Я думаю, что в Америке живут нацисты
и кто-то убивает их.
Когда мы в следующий раз
пойдем в «Джуниорс»,
я подумаю,
прежде чем есть второй чизбургер.
Голова кружится.
Да.
Кажется, я пьян.
Да, ты вроде отключился
четыре бутылки пива назад.
Слезай с меня!
Одну секунду, чувак. Секунду.
Я точно не Бэтмен.
Скорее, Жирмен.
- Что?
- Спина ужасно болит, блин.
И Чикс...
Чикс точно не Бэтмен.
Он бы не выдержал такого избиения.
Какого?
Бути, блин, о чём ты говоришь?
Как когда Деннис...
Он бил тебя снова и снова,
- снова и снова.
- Ясно.
А ты всё время опять вставал.
Знаешь что?
Я не понимаю,
почему ты ведешь себя как Робин,
ведь ты самый настоящий Бэтмен.
Эй, дайте пройти.
Ладно, проходи.
- Милли Моррис?
- Да. Насколько мне известно. Вы Паркер?
Хотите платок? Пахнет там отвратительно.
- Нет, не надо.
- Как хотите.
Сейчас найдем вам перчатки.
Принесите ей перчатки.
Дэвис сказал, вы думаете, что это убийство
связано с другим убийством.
С двумя другими,
но это только предположение.
- Там тоже были ограбления?
- Нет.
Из кассы взяты деньги,
витрина разбита, игрушки похищены.
Погодите. Я хочу на него посмотреть.
Дамочка, нам надо везти его в морг.
У вас там что, свидание?
Ножевое ранение на задней стороне шеи.
И, похоже, ранение глаза.
Слишком маленькое отверстие для ножа.
Готова поспорить на коробку пончиков,
что ему запустили в глаз дротиком.
Вопрос в том, где сейчас тот дротик.
Думаете, убийца его забрал?
Убийцы.
Их было несколько.
- С чего вы взяли?
- Посмотрите на его глазницу.
Видите, кровь скопилась в углу глаза?
Так можно кинуть дротик, не выворачивая
руку неестественным образом,
только если ты правша.
А теперь посмотрите на ножевую рану.
Видите, что она смещается вправо?
- Левша.
- Да.
Это гипотеза.
Может, у нас тут не один псих,
а два.
Чёрт.
Где он, блин?
Ты в порядке?
Руки всё время дрожат.
Хуже будет, когда они перестанут дрожать.
Мне надо домой к Малике.
Она липнет ко мне как банный лист,
после того как мы с Дарнеллом расстались.
Каждую ночь хочет спать со мной.
По правде говоря,
не знаю, кому это нужно больше -
ей или мне.
Что?
Просто ты никогда
не рассказывала мне о своей дочери.
Раньше мне не хотелось.
Поосторожнее с ней, Джо.
Мы только что получили ответ
от твоего контакта в МИ-6.
Что ты ищешь?
У Рихтера был ключ,
но я не могу найти его, блин.
Вот этот?
У Холштеддера такой же ключ.
Может, он от почтового ящика
или от банковской ячейки.
Надо сказать Майеру.
Рихтер и Холштеддер посылали инструкции.
На что ты готов поспорить,
что эти ключи ведут к тому,
от кого исходили эти инструкции?
Алло?
Это я.
Они подбираются ближе.
ДЖОНА ХАЙДЕЛЬБАУМ
Эй, ты!
Это вещдок.
Ее надо положить в мешок и подписать.
- Простите.
- Погодите. Дайте мне посмотреть.
Это молодежная куртка.
Паркер, мы открыли сейф.
Что это?
Это нацистский орден.
Парни, не выйдете на минутку?
Как вы думаете, кто она?
Эта подруга - еврейка.
- Война закончилась 30 лет назад.
- Да.
Почему у нациста ее фото?
Дальше расследование будет вести ФБР.
Это должно остаться между нами. Понятно?
Это вписывается в ваше другое дело, да?
Нацист вписывается, мальчишка - нет.
Пожалуйста, распорядись,
чтобы пистолет Биффа попал в погреб.
Если надо, мы пошлем его властям.
Алло?
Это Трэвис.
Это американец.
Хайнц Рихтер убит.
Возможно, его убил тот же человек,
который убил Гретель.
Дело расследует агент ФБР.
Она считает,
что Рихтера убил не один человек.
Она?
Агент ФБР - женщина?
Агент ФБР - негритянка.
Да что такое, сегодня день,
когда всё перевернулось?
Не волнуйтесь, мэм,
я ее уберу.
Я бы это уже сделал,
но мне помешали полицейские свиньи.
Какой энтузиазм, какое волнение.
Не нужно, милый мальчик.
Если она станет проблемой,
у нас есть старые друзья в ФБР.
К тому же она,
кажется, делает нам одолжение.
Она ищет тех же людей, что и мы.
Вас понял, мэм.
У меня уже есть новая зацепка.
Хорошо. Позвони завтра.
Тобиас,
почему тебя так раздражает
этот американский мальчик?
Он американец.
В чём дело?
Что случилось?
Марианна не вышла на связь.
Она так и не вернулась от Холштеддера.
Я нашла связь
между нашими нацистскими насильниками.
Я изучила то,
что МИ-6 знает о Холштеддере.
У них мало информации:
банковские записи, счета по кредиткам.
Но потом я изучила всё, что известно о нём
под его американским именем -
Эрик Фолсом, - и нашла вот что.
Счета по его карточке Diners Club.
- Так.
- Каждый четверг
около 15.00 он ходил
в ресторан «Фицджеральд». Как часы.
А теперь посмотри,
что Рокси нашла в мусоре Рихтера,
когда делала обыск.
Они оба туда ходили.
Может, они с кем-то там встречаются.
Четверг.
Завтра как раз четверг.
Да.
Мы тоже туда пойдем.
Одна и та же мелодия на всех шести
пленках, но с разными словами.
В словах нет ничего общего,
никакие фразы не повторяются.
Ты что-нибудь
- слышишь?
- Нет.
- Сообщение?
- Нет.
Ритм?
Знаешь, Марри, думаю, надо сказать детям,
чтобы они уехали в наш дом в Кэтскилле.
Эми может закончить
подготовку к свадьбе там,
- просто на всякий случай.
- Нет. Послушай, Минди.
Ты ее только напугаешь.
Они не знают, чем мы занимаемся.
Нет, я недооценила этих ублюдков
один раз, и за это поплатился мой ребенок.
Будь я проклята,
если я повторю эту ошибку.
Слушай, если ты...
Это Джона.
Джона.
- Как я рада тебя видеть.
- Мы можем поговорить?
Конечно, проходи. Хочешь есть или пить?
- Нет-нет, я не голоден.
- Хорошо.
- Итак...
- Это всё ваши дети?
Да, пятеро. У нас было
три мальчика и две девочки.
Господи, похоже на небольшую деревню.
- Проходи.
- Садись.
- Простите, сюда можно?
- Нет. Да!
Вот подушка.
- Итак...
- Всё это время
мы жили в одном городе
и не знали друг друга.
Как будто у бабушки
была еще одна, другая жизнь.
Я просто думаю,
что твоя бабушка хотела отделить
одну жизнь от другой, чтобы защитить тебя.
Защитить от чего?
От того, что мы пережили.
От того, из-за чего ее убили.
И поэтому
она ничего не сказала мне о Майере?
У твоей бабушки с Майером
были сложные отношения.
- Да.
- Потому что он был в нее влюблен, да?
Так?
Она отвечала ему взаимностью?
Майер спас ей жизнь,
и она всегда была благодарна ему за это.
Но еще
он был болезненным напоминанием
обо всём, что она потеряла.
В чём дело? О чём ты думаешь, Джона?
Все говорят мне, что я на нее похож.
Что я борец.
Ее вынудила на эти поступки такая жуть,
о которой я только в комиксах читал.
Думаю, я на такое не способен.
Не способен делать то, что делала она.
Ты
очень на нее похож.
Ты сильный,
умный,
упрямый,
добрый.
И к тому же всезнайка.
Ты очень на нее похож.
Но есть одно очень важное различие.
Твоя бабушка пережила войну,
поэтому у нее не было выбора.
Она должна была действовать,
как и мы с Марри.
Но у тебя есть выбор, Джона.
То же самое она сказала мне
в тот вечер, когда ее убили.
Именно.
Рут выбрала тьму,
чтобы ты мог выбрать свет.
Здравствуйте. Добрый день, ребе.
Извините за беспокойство.
Агент Моррис из ФБР.
Мы можем минутку поговорить?
- Конечно.
- Отлично.
Вам знакома эта женщина?
Она может быть связана с делом,
которое я расследую.
Да.
Ее зовут Рут Хайдельбаум.
Она была моей прихожанкой.
Она была убита в своем доме неделю назад.
Ужасная трагедия.
Мне жаль, что вас постигла такая утрата.
Вам не приходит в голову, почему
кто-то мог хотеть причинить вред Рут?
Убить ее?
Рут Хайдельбаум была
самой милой женщиной, которую я знал.
Она вела очень тихую жизнь.
Если она не была в синагоге,
она всё свое время проводила с внуком.
- С внуком?
- Да, с Джоной.
У них никого больше не было.
Это тяжкое бремя
для девятнадцатилетнего мальчика.
Мы ускоряем запись - ничего.
Замедляем ее,
пускаем в обратную сторону - ничего.
Надо было сказать парню правду о Майере.
Не нам открывать эту правду.
Если бы Рут хотела, чтобы он знал,
- тогда Бог нашел бы способ...
- Бог?
При чём тут Бог?
Если бы Бог существовал, Рут была бы жива.
Аарон был бы жив. Мне продолжить?
Пути Господни неисповедимы.
Такая же бессмыслица, как и молитва.
Знаешь что?
Я больше не хочу об этом говорить.
Да, не хочешь, неверующий болван.
Если ты думаешь, что не будешь
говорить брахот на свадьбе Эми,
то ты совсем спятил!
Я тебя не слушаю.
Погоди.
Минди, сделай громче последний канал.
Последний канал, громче.
Да, это азбука Морзе.
Я слышу в слуховом аппарате.
Азбука Морзе записана под песней.
Да. Азбука Морзе.
И-Ю.
Н.
...Ь. Июнь.
Один-семь. 17 июня.
Один, девять, семь, два.
17 июня 1972. Погоди, это не всё.
П, три, пять...
Чушь какая-то.
17 июня 1972 года.
Что произошло в этот день?
Я похож на знатока истории?
- Надо поставить другую пленку.
- Что? Ладно.
Пять. Один.
Шестьдесят.
5 июня 1968 года.
В этот день убили Бобби Кеннеди.
4 марта 1973 года.
В этот день предотвратили
покушение на Голду Мейр.
- 9 марта 1977 года.
- Нападение на Бней-Брит.
Каждая пленка соответствует
какой-то трагедии.
Ты думаешь, нацисты могли
- иметь отношение ко всем этим событиям?
- Надо поставить последнюю пленку.
Ладно.
Вот так.
И.
Ю.
Л.
- Июль...
- Да.
Один.
Тринадцатое.
Один... 19...
Семьдесят...
Семь.
Ох.
А дальше...
Дальше снова какая-то бессмыслица,
но, наверное, она очень важна.
Какая разница, Марри?
Этот день наступит через две недели.
РЕСТОРАН
«ФИЦДЖЕРАЛЬД»
Это место более открытое,
чем туалеты в «Студии 54».
Трудно поверить,
что здесь встречаются нацисты.
Сестра?
Вот куда они ходили.
В банк? Почему ты так думаешь?
Это не просто банк.
Это Международный Цюрихский банк,
основанный Фредриком Хаузером,
швейцарским банкиром,
который помогал нацистам во время войны.
А что, если он и после войны помогал им?
Ну, это объясняет одинаковые ключи.
Наверняка они от ячеек в этом банке.
Я позвоню Майеру.
Встретимся в Бэт-пещере.
О боже!
Привет!
Дотти?
Я так рада тебя видеть.
Прости, пожалуйста.
Я так рада, что я здесь.
Что ты здесь делаешь?
Ну, ты же сказал, что не хочешь,
чтобы я уезжала.
Когда я это сказал?
И что мне делать?
Бросить зятя в тяжелый для него час?
Когда у него
никого не осталось, кроме меня?
Ну уж нет.
Я его не брошу. Ну уж нет.
Чем это пахнет?
Делаю стир-фрай, который ты так любишь.
Решила, что сегодня я приготовлю ужин.
Знаешь, я почувствовала запах
уже на лестнице.
А это что такое?
Это тебе.
Это принес отец Кэссиди.
Тебя так часто мучают кошмары,
что я решила, не помешает позвать его,
чтобы он освятил квартиру.
Знаешь, чтобы очистить наш дом
от злых духов.
Сюда приходил твой священник?
Мария, у нас в квартире одна кровать.
Он всё узнает.
Он и так знает.
И его это не волнует.
Вопрос в том, почему это так волнует тебя?
Джона.
Где ты был?
- Я звонила. Проходи.
- Да, я знаю.
Просто... У меня было
несколько безумных дней.
МАГАЗИН КОМИКСОВ «ВАВИЛОН»
ГРАФИК РАБОТЫ
ДЖОНА: ПОНЕДЕЛЬНИК 20.00 - 0.00
СРЕДА 16.00 - 20.00, ЧЕТВЕРГ 20.00 - 0.00
Почему мы с тобой больше не общаемся?
Два слова: Деннис Данкан.
Да ладно тебе.
Это правда.
Это не единственная причина,
и ты это знаешь.
Ты перестала мне звонить, а не наоборот.
Помнишь, отец взял нас с собой
на выходные на Лонг-Бич-Айленд
и мы весь день играли в игровые автоматы?
То есть когда я разгромил тебя в «Понг»?
Ну да, конечно.
Я у тебя выиграла, болван.
Что?
Почему тогда казалось, что всё просто?
Потому что так и было.
Чёрт.
Я опаздываю на работу. Мне надо идти.
Ничего, если я пройдусь с тобой?
Господи боже!
Ты меня напугал.
Прости.
Я не хотел.
Ничего.
Я ищу Джону Хайдельбаума.
Ты не знаешь, где я могу его найти?
Я не знаю никакого Джоны.
Извини.
Думаю, знаешь.
Я с ним порвала, знаешь?
С Деннисом.
Это разумно.
Ты такой грубый!
- Где Джона?
- Ладно.
Я...
Я Джона Хайдельбаум.
Правда?
Забавно, вроде ты не похож на жида.
В чём дело?
Ну, это я.
Да, я кошерный любитель бейглов,
жадный еврей из Нью-Йорка.
Это я.
Как скажешь.
Джона, подожди!
Чёрт!
Очнись.
Очнись. Эй, вызови скорую.
Вызови скорую!
Чёрт! Нет.
Нет! Чёрт! Нет!


Серия 4

1938 г.
БЕРЛИН
Мама.
1942 г.
ОСВЕНЦИМ
ХЕЛЕН
ЯКОБ
Я знаю, как убежать отсюда.
ОХОТНИКИ
Вам нравится наше скромное учреждение?
Должен признать,
оно производит впечатление.
- Фредрик Хаузер.
- Майер Оффермен.
- Раз знакомству, м-р Оффермен.
- Я тоже.
Учитывая калибр вашего бизнеса,
я удивлен, что наши пути
не пересекались раньше.
Возможно, так распорядилась судьба.
Позвольте мне показать вам
мой храм богатства.
Скажите, м-р Оффермен,
вы умеете хранить тайны?
Ну, наверное, это зависит от тайны.
Очень хороший ответ.
Ну...
Но в этом банке
наш ответ на этот вопрос -
безоговорочное «да».
Тайны - наша валюта, м-р Оффермен.
Позвольте спросить вас.
Вы думаете...
что ваши деньги сейчас защищены?
Нет. Они облагаются налогом,
пересчитываются, отслеживаются.
Но здесь мы работаем,
руководствуясь простой философией.
Они не могут забрать то, чего не видят.
Джона.
Джона?
Ну же, сынок, скажи мне что-нибудь.
В твоего друга два раза
выстрелили у него на работе.
Ничего не украдено,
ничего не взято из кассы.
Ты не знаешь, почему это случилось?
Почему кто-то захотел его убить?
Понятия не имею.
Ты не успел увидеть этого парня?
Нет.
Было слишком темно.
Что?
Ты должен был его увидеть.
Было слишком темно.
Я ни хрена не видел.
После убийства твоей бабушки
ты пришел сюда и изложил нам
все детали, которые запомнил.
То, что он убежал по переулку,
то, что он был в спортивных штанах,
в черной шапке.
А теперь убили твоего друга,
ты пробежал мимо убийцы,
и ты ничего не можешь мне сказать?
Джона, ты должен мне помочь.
Я не знаю, что сказать.
Я же говорю, было темно.
Я ничего не видел. Было темно.
Чего вы от меня хотите, блин?
Чтобы я всю ночь повторял одно и то же?
Моего лучшего друга только что...
Моего лучшего друга только что застрелили.
К чёрту всё это.
Джона.
Джона?
Джона Хайдельбаум?
Это агент Моррис из ФБР.
Я хочу поговорить с тобой о твоей бабушке.
Мне сообщил твое имя ребе Гроссман.
Джона.
Джона?
Я просто хочу поговорить с тобой.
Открой дверь, пожалуйста.
Его нет дома.
- А ты не знаешь, где он?
- Вы из полиции?
Из ФБР.
- Меня зовут Милли.
- ФБР?
Вы по поводу убийства Артура?
Кто такой Артур?
Наш друг. Его, блин, убили,
когда он продавал комиксы.
Мне ужасно жаль. Когда?
Вчера вечером.
Послушай,
если появится Джона,
скажи ему,
что мне надо с ним поговорить, хорошо?
Ему не грозят неприятности.
Не грозят.
Я просто беспокоюсь о нём.
Да.
Я тоже.
ФБР?
- Чёрт, во что Джона влип?
- Не знаю.
Но он опоздал на работу.
За прилавком тогда
должен был стоять Джона.
Из-за этого парня
только что убили его друга.
Ты хочешь,
чтобы следующим стал один из нас?
Если они нашли его, что помешает им
проследить за ним и прийти сюда? К нам?
Он останется здесь.
Это мой дом. Мое решение.
Которое, возможно, ставит под угрозу всё,
ради чего мы работаем.
Роковой день - 13 июля.
До него осталась всего пара недель.
И наша единственная улика -
какой-то банк, куда ходили нацисты?
И этот ключ от какой-то ячейки в банке,
построенном за счет жертв геноцида.
Банкир Фредрик Хаузер основал свою империю
за счет ценностей, украденных у евреев.
За счет состояний, фамильных ценностей,
золотых зубов пожилых женщин.
Я не сомневаюсь, что лапы этого швейцарца
охраняют нацистские состояния.
Что находится в ячейке 630?
О боже, начинается.
Простите, я снова хочу работать с вами.
Я помогу вам
поймать этих нацистских гадов.
- Не надо было его принимать.
- Извините, мы на минутку.
Джона, пойдем. Давай выйдем.
Что ж такое, блин.
Этот гнев, горящий в твоей душе,
может поставить всех нас под угрозу.
Это пожар,
и, если ты не будешь осторожен,
он поглотит и тебя.
К чёрту эти отсталые понятия.
Вы сказали, что лучшая месть - это месть.
Вы сами так сказали.
Именно так вы действовали,
когда речь шла о вашей добыче номер один.
Когда речь шла о Волке.
А этот нацист со злобными глазами
- убил моего лучшего друга, и он мой.
- Личная месть? Расплата?
Это будет потом, Джона, а может, никогда.
Сначала мы должны свершить правосудие.
Правосудие для 11 миллионов человек.
Твоя месть важна лично для тебя.
Кажется, вы не понимаете.
Или вы позволите мне
поучаствовать в вашем чертовом чаепитии,
или я уйду отсюда
и сам найду этого ублюдка,
который убил моего лучшего друга.
Мама, папа.
Я приехала, как только узнала.
- Ну, лучше поздно, чем никогда.
- Ничего страшного.
Мама, как это ничего страшного,
это нехорошо.
Не надо было ради меня уходить с работы.
Всё в порядке.
Ты просто ангел,
но у меня всё в порядке, правда.
У нее снова было обострение.
Но сейчас всё хорошо. Мы о ней заботимся.
Кстати, об ангелах.
Мария, как обычно, просто дар свыше.
Только она и заботится обо мне
в этом ужасном месте.
Я вас оставлю.
Мне надо в туалет, мама.
- Что?
- Ты дашь мне извиниться?
Ты уверена, что умеешь извиняться?
Слушай, я знаю, что не должна была
так реагировать, но я просто, я...
Мне жаль, что я не умею делать это лучше.
Ради тебя.
Мне тоже жаль.
- Д-р Ричардсон, подойдите в палату 315.
- Я должна вернуться.
Д-р Ричардсон, подойдите в палату 315.
Мое задание - слежка, блин?
Обычно этим занимаются толстые копы.
Ты не на задании.
Ты здесь только потому,
что Майер хочет поберечь тебя.
Ты ребенок, а я - твоя чертова нянька,
так что заткнись,
не распускай свои руки-крюки
и не нарывайся.
МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЮРИХСКИЙ БАНК
Кроме того, мне в МИ-6 пришлось
целый год заниматься бумажной работой,
прежде чем мне разрешили вести наблюдение.
Считай, что тебе повезло,
потому что наблюдение - это искусство.
А что мы вообще ищем?
Островки спокойствия среди хаоса.
Кстати, о хаосе.
Твоему другу крупно не повезло, да?
Это не невезение. Это из-за меня.
Иногда, когда пытаешься защитить свой мир,
ты ставишь под угрозу мир тех,
кого любишь больше всего.
Если бы Рут была жива,
она бы тебе сказала то же самое.
Да, из-за нее не был убит ее лучший друг.
Это почти случилось.
Твоя бабушка однажды рассказала
мне историю про лагерь.
Она произвела сильное впечатление
на нацистского доктора
Вильгельма Цухса.
На Волка?
Вскоре после того,
как она попала в лагерь,
она сделала кое-что,
что привлекло внимание Волка.
Она спасла жизнь молодой девушки.
Он зациклился на ней.
Рут об этом понятия не имела.
Она просто каждый день пыталась выжить,
пыталась перекинуться взглядом
со своим любимым, с Майером.
Она и не знала,
что всё это время Волк следил за ней,
за своей добычей.
И однажды Волк наконец напал на нее.
Я надеялся вас здесь увидеть.
Мне нужна личная секретарша в клинике.
Я поговорил с несколькими
немецкими стенографистками,
но мне нужен... необыкновенный человек.
И я подумал о вас.
У вас будет своя комната.
Теплая постель. Нормальная еда.
Проблема только в том,
что вам придется работать
на ужасно неорганизованного доктора.
Надо будет навести порядок в его бумагах.
У меня есть выбор?
Или это приказ?
Конечно, у вас есть выбор.
В таком случае спасибо за предложение,
но, думаю, я останусь здесь.
Я надеялся, что вы примете
более мудрое решение.
Но ни еда, ни теплая постель
не заглушили бы для нее
стыд за то,
что она пошла на сделку с дьяволом.
И в этот момент, приняв это решение,
Рут поставила под угрозу мир Майера,
хотя она совершенно этого не хотела.
Волк сосредоточился на Майере.
Что он с ним сделал?
Ну, об этом тебе должна рассказать не я.
Но ты не единственный, Джона.
С того момента
твоя бабушка всю жизнь чувствовала то,
что сейчас чувствуешь ты.
Именно поэтому она сделала Волка
номером один в нашем списке.
То есть это был не Майер?
Хватит трепаться.
Старая кошелка заходит в банк.
Спасибо вам...
Я чувствую себя очень важной персоной.
Спасибо.
- Я подожду здесь.
- Спасибо.
Так.
Да.
Именно.
Точно.
Три, четыре... Хорошо.
Шестьсот тридцать...
Шестьсот.
Ее там не было.
Цифры на ячейках
доходили только до 600, это...
Ты уверена?
Ты что, сомневаешься в том,
что я умею считать?
Вовсе нет. Я сомневаюсь в том,
что ты хорошо видишь.
Да.
Ну хорошо. Но послушай,
точно такой же ключ был у того нациста.
Такой же ключ, тот же самый банк.
То есть он должен быть там, правильно?
Может, она спрятана
в каком-то секретном месте.
Например, в салоне
для очень важных нацистов?
Ну, я не понимаю,
как нам найти секретную ячейку
в самом секретном банке в городе. Как?
Ну, все секреты где-то начинаются.
Тут нам поможет печенье.
Чёрт, куда она пошла?
Эти католики всегда говорят загадками.
Как вкусно.
«СИВЕР СНЭКС INC.»
Ну, я не чувствую разницы во вкусе.
Продукт, вкус которого вы не чувствуете, -
это эликсир, позволяющий сэкономить.
Он произведет революцию в том,
как вы подслащиваете свои продукты.
Вам больше не надо будет
импортировать дорогой сахар.
Это вещество запатентовано,
одобрено Управлением еды и лекарств,
произведено из излишков
продукции земледелия здесь, в США.
Господа, слаще ваших продуктов
будут только...
Будут только ваши прибыли.
Простите, я на минутку.
- Что?
- Извините, мисс Лоу,
но на фабрике произошел несчастный случай.
- Несчастный случай?
- Детали, которые мы собирали
в подвале, загорелись.
Говорите без обиняков, чёрт побери.
Жертвы были?
Двое рабочих, еще двое ранены.
Груз из Аргентины?
Готов к отправке. Мы ждем снятия санкций.
Времени остается мало.
Простите меня. На чём я остановилась?
- Прибыли.
- Прибыли.
Это поистине самое сладкое.
Давайте рассмотрим кое-какие цифры.
ОСВЕНЦИМ
Почему ты так уверен,
что ей можно доверять?
Потому что я люблю ее.
То, что я нашел любовь в таком месте...
Это значит, Бог на моей стороне.
Твой план удастся,
только если никто не подведет.
Включая Бога.
Бог нас не подведет, и она тоже.
Где моя фуражка?
Вы пришли сюда без фуражки, сэр.
А когда мы выберемся отсюда,
я подарю ей кольцо,
которое принадлежало моей матери,
а до этого - моей бабушке.
Найди ее немедленно,
или я найду другую старую крысу,
которая не будет
класть неизвестно куда мои вещи.
Ну, с таким лицом, как у тебя,
тебе нужно хорошее кольцо.
Надеюсь, она того стоит.
Знаешь что?
Кажется, я оставил ее в бараке.
Минутку, вы говорите, что Джона
пытался найти убийцу бабушки?
- Именно так.
- Его бабушку застрелили,
и Джона пытается найти
преступника, который это сделал.
Несколько дней спустя его друг убит
во время рабочей смены Джоны.
Вам не кажется, что эти события связаны?
Да, кажется, но у меня нет улик,
которые связывают убийства Артура и Рут.
Парень что-то знает.
А вы его отпустили.
Такого парня надо расколоть,
узнать, что ему известно.
Выяснить, какая тут связь.
Я не буду держать здесь всю ночь
19-летнего парня,
если мне не за что его задержать.
Он хороший парень, Моррис,
которому очень не повезло в жизни.
Ни родных, ни денег.
Такой парень умеет выживать.
Такого не расколешь.
У него нет денег?
Тогда кто заплатил за него залог?
Друг его бабушки.
Майер Оффермен.
- Инспектор Гротон.
- Я сейчас.
Люси, линия номер пять.
Ну хорошо, дамы и евреи,
это план первого этажа банка.
Сейфы, кассы, кабинеты сотрудников,
комната наблюдения,
туалеты, кладовка, котельная.
Знаю, это возбуждает не больше,
чем мормонская «Камасутра»,
но есть еще вот что.
Комната без названия.
Согласно плану, в ней ничего нет,
но в нее ведет стальная дверь.
Если в этом банке есть ячейка 630,
то вы найдете ее в этой комнате.
Ну, у каждой тюрьмы есть сторож.
У кого-то есть ключ.
Спектакль начинается.
Здравствуйте.
Я ваша любимая звезда кино и театра,
и я хочу отдать вам все мои деньги.
Хорошо. Я исполнительный
директор отделения.
Как правило, счета открывают
рядовые сотрудники.
Ну, не знаю, узнали ли вы меня,
но я довольно сильно знаменит.
Я не хочу действовать «нормальным» путем,
чтобы на меня не набросились фанаты.
Я вам помогу.
В жизни мы выглядим по-другому.
Но я намекну.
Л.
О.
Н.
Н.
И. Флэш.
Лонни Флэш.
Кендра Конрад. Ключи есть только у нее.
Она носит их на цепочке на шее.
Я проследил за ней.
Каждый вечер она уносит их домой.
Но я найду способ добраться до них.
Если мы пойдем в этот банк днем,
будет 100 свидетелей.
А ночью придется обезвредить
сигнализацию, камеры, охранников.
Да, и это частная сигнализация,
только для банка.
Ее нельзя отключить,
она сработает и даст сигнал охране.
И в довершение всего,
даже если нам удастся проникнуть в банк,
они не должны знать,
что мы добрались до их секретного сейфа.
Как только мы покажем им,
что знаем хотя бы о его существовании,
нацисты поймут,
что нам известно об их планах.
ХУАНИТА КРЕПС
МИНИСТР ТОРГОВЛИ
Ты знаешь, как мы все переживали, Бифф.
- Как у тебя дела?
- Я не буду врать.
Мне плохо так, что дальше ехать некуда.
Но есть работа,
которую надо довести до конца.
Поэтому я к тебе и зашел.
В чём дело?
Законопроект о торговле.
С Южной Америкой?
Наверное, гибель моих родных
сделала меня особо сердобольным.
Но, если мы снимем санкции,
мы позволим
этим южноамериканским диктаторам
нарушать права человека
без всяких последствий.
Что это скажет о нас остальному миру?
В течение многих месяцев
ты добивался прямо противоположного.
И я был неправ. Как и все мы.
Бывает поздно признать, что ты неправ?
Да.
Как раз сейчас уже поздно.
Законопроект прошел в обеих палатах.
Он ждет подписи Картера.
Ты предлагаешь наложить на него вето?
Не вето.
Давайте его отложим и изучим.
Ты сказал об этом президенту?
Я без проблем ему об этом скажу,
но сначала я пришел к тебе,
просто по-дружески.
Этого бы хотела моя Лотти.
Она была так к тебе привязана.
- Сигнализация - всё равно проблема.
- Нам не хватит времени.
Нет, но ты сказал, что сигнализация
сработает в любом случае.
В любом случае.
Пусть охрана решит, что мы жулики.
Что мы крадем деньги из сейфов...
А остальные тем временем
проникнут в тайную комнату.
Ты хочешь, чтобы мы
украли сотни тысяч долларов
- из надежно охраняемого банка?
- Да.
- А как же охрана?
- Хэрриет возьмет на себя охрану.
- Прошу прощения, сэр.
- Да.
К вам пришла женщина из ФБР.
Она хочет поговорить с мальчиком.
ТИХИЙ ВОИН: САМЫЙ ВЛИЯТЕЛЬНЫЙ
ФИЛАНТРОП НЬЮ-ЙОРКА
ДЭННИ РОР
ОСОБЫЙ МАТЕРИАЛ «НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС»
ДЭННИ РОР
ДЭННИ РОР
ФОТО: ДЭННИ РОР
ДЭННИ РОР
«НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС»
Дурацкие достижения
тщеславного старика.
Нет, я вас понимаю.
У меня до сих пор на холодильнике висит
приз за правописание в пятом классе.
Надо бы всё это убрать,
но тогда я, наверное, забуду,
что когда-то был красивым.
- Майер Оффермен.
- Особый агент Моррис.
Можете называть меня Милли.
- Милли.
- Да.
Это Джона.
- Привет, Джона.
- Здрасьте.
Знаешь, многие люди беспокоятся о тебе.
Я один из них.
Джона за последнее время многое пережил.
Я знаю. Мне очень жаль,
что тебя постигла такая утрата.
Знаете, Джона уже всё рассказал полиции
об убийстве своего друга.
Да.
Вообще-то, я хотела поговорить
о твоей бабушке.
Ты не мог бы ответить
на несколько вопросов?
Вы что-то нашли?
Есть какие-то улики?
Нет, но было бы хорошо,
если бы мы поговорили наедине.
Я подожду за дверью.
Ты играешь?
Да, немного.
- А вы?
- Не особо.
Я плохо играю.
Говорят, я слишком агрессивна.
Ферзевый гамбит.
Что это?
Это стратегия,
которой пользуются гроссмейстеры.
Вы атакуете с первого же хода,
продвигая свою королеву.
Вы давите на соперника,
пока он не сломается.
Ну, это более продуманно,
чем то, что я делаю.
К тому же это эффективно,
только если ваш соперник делает ошибку.
Можно я буду с тобой откровенна, Джона?
Я плохо играю в игры,
потому что не люблю в них играть.
Вот что я знаю.
Я знаю, что твою бабушку убили.
Я знаю, что ты сказал инспектору Гротону,
что это вряд ли было кражей.
Я также знаю, что через несколько дней
твой лучший друг был убит
во время твоей рабочей смены.
Я не могу себе представить,
насколько тебе тяжело.
Да.
Не можете.
А еще я знаю, что ты искал человека,
который убил твою бабушку.
Если бы кто-то убил близкого мне
человека, я бы сделала то же самое.
Но есть правильный способ
добиться правосудия, а есть неправильный.
Ты всё еще можешь
пойти по правильному пути.
Ты должен признаться, Джона.
Почему хорошие парни всегда должны
выбирать правильный путь?
Правильные поступки
не помогли Брюсу Уэйну
добиться правосудия за убийство родных.
И Фрэнку Каслу.
И Питеру Паркеру.
Ты пытаешься мне на что-то намекнуть?
Нет, я просто говорю о комиксах.
Мы нашли молодежную куртку
на месте убийства.
Мы не знали, кому она принадлежит.
Но вот что я тебе скажу:
у жертвы были фото твоей бабушки,
сделанные во время наблюдения за ней.
Как будто он за ней следил.
Джона, это твоя куртка?
Я думаю, что ты хотел свершить правосудие,
но сам не понимаешь, во что ввязался.
Думаю, ты сделал это не один.
Послушай меня. Я могу защитить тебя,
но ты должен сказать мне, что происходит.
Может быть, вот что происходит: это вы
не понимаете, во что ввязались.
Где ты был три ночи назад?
Он был со мной.
Здесь.
Если у вас есть еще вопросы,
можете задать их адвокату мальчика.
Конечно.
Знаешь, дело не в том, что хорошие парни
всегда должны выбирать правильный путь.
То, что они выбирают правильный путь,
делает их хорошими парнями.
До свидания, Милли.
Она наврала тебе.
Она хорошо играет в шахматы.
И она не на нашей стороне, Джона.
Откуда ты знаешь, что здесь есть вход?
Я сам его и проделал.
Быстрее, Якоб!
Хвала Господу.
Так. Последний шаг.
Вы готовы?
У всех есть некоторые активы,
которые негоже выносить на свет.
Я горжусь тем,
что умею хранить их в темноте.
Именно поэтому я к вам и пришел.
...человек, чьи глаза привыкли
видеть в темноте.
Вы прекрасно говорите по-немецки.
Нам всем пришлось научиться
чему-то новому, чтобы пережить войну.
Кстати, о войне.
Я не хочу показаться грубым,
но, боюсь, я должен вас об этом спросить,
потому что меня спросят мои инвесторы.
Что вы делали во время войны?
Я сохранял нейтралитет,
а нейтралитет обеспечивает стабильность.
Не вижу зла. Не слышу зла.
Не говорю зла.
Но зло всё равно существует, не так ли?
Прямо перед вашими закрытыми глазами,
рядом с вашими заткнутыми ушами
и прикушенным языком.
И если не обращать внимания на зло,
такая намеренная слепота
ведет к тому, что у вас будут храниться
состояния, нажитые сомнительным образом.
Какое разочарование.
Я думал, вы не такой, как другие.
Какие другие?
Перестаньте. Думаю, мы оба можем признать,
что это жестокая шутка.
Еврей читает мне лекцию
об этике ссуживания денег.
К тому же лицемерный еврей.
На чём вы нажили состояние
после войны, м-р Оффермен?
Неужели ваши деньги чисты,
как снег на склонах Маттерхорна?
Нет.
Все состояния нажиты сомнительным путем.
На этой Земле нет ни доллара,
к которому не прилипло бы немного грязи.
Есть разница между грязью
и кровью.
Нет, если можно ее как следует отмыть.
Кровь всегда оставляет пятно, друг мой,
видите вы его или нет.
Если вам больше нечего сказать,
я велю вас проводить.
Здрасьте.
- Опять вы.
- Да.
Знаете, в Голливуде
я усвоил несколько уроков.
Первый: никогда не соглашайся
на прослушивание после 20.00.
Второй: если видишь что-то, чего хочешь,
не бойся об этом попросить,
иначе никогда этого не получишь.
Жизнь коротка, так?
И попыток у тебя не так-то много.
Кендра,
между нами что-то есть.
- Мы оба это чувствуем.
- Я даже не видела ваши картины.
- Фильмы.
- Но мой муж...
Я позвонила и сказала ему,
что познакомилась с вами.
Он ваш большой фанат.
Да?
Насколько большой?
Что это вы сказали?
Это такая молитва.
«Не бойся, будь сильной и мужественной».
И всё такое прочее.
Да, нет ничего лучше
мотивационной речи из Торы
перед тем, как совершить особо тяжкое.
Бабушка говорила ее.
Ты не торопился.
- Снял слепок?
- Да.
И, возможно, подцепил гонорею.
- Ты в порядке?
- Эмоционально - нет.
Чтобы снять слепок,
мне пришлось сыграть парня
из порнографической версии
«Крамер против Крамера».
Выпей кофе, Ромео.
Твой день только начинается.
Не надо мне это возвращать.
Ладно, давайте сделаем копию ключа.
Хелен? Ты готова?
Вот что мне удалось сшить.
Идеально.
Помни...
Если ты в это поверишь, они тоже поверят.
Поезжай прямо из ворот.
Хелен...
Ты станешь...
Нам надо ехать.
Я спрошу тебя через минутку.
Стой!
Это что такое?
- Якоб!
- Езжайте! Скорее!
Якоб!
Остановите их!
Откройте ворота!
Немедленно!
Полковник,
компенсация для семьи Марианны готова.
Мне только надо...
Картер отложил подписание законопроекта
о торговле со странами Южной Америки.
НОВОСТИ 16 - КАРТЕР ОТКЛАДЫВАЕТ
ЗАКОНОПРОЕКТ О ЮЖНОЙ АМЕРИКЕ
Принятый с незначительным большинством
на прошлой неделе в Сенате,
этот закон должен был снять санкции
против нескольких стран.
Она его убьет.
Что ты сделал?
Ничего такого, что нельзя исправить.
Пусть она только вспомнит,
насколько я ценен для этой организации.
Знаешь что? Пусть звонит.
Всё остальное может подождать.
Правильно?
Правильно.
Не всё сразу.
МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЮРИХСКИЙ БАНК
- Эй, какого чёрта?
- Простите.
Заканчивай здесь. Поживее.
Извините.
Простите.
Камеры отключены.
- Мы идем.
- Пошли. Скорее. Пойдем.
Слушайте, в тот момент,
как эта дверь откроется,
зазвучит сирена. Охранники поймут,
что в банк кто-то проник.
Вот сейчас.
Два охранника.
Мы с Лонни постараемся отвлекать их
как можно дольше.
Иди обратно в фургон.
- Джо, я...
- Иди.
Ты только снова нагадишь.
- Лечь на землю! Живо!
- На помощь!
- Пожалуйста...
- Живо!
- Лечь на землю!
- Помогите! Пожалуйста!
Откройте этот сейф!
Откройте сейф, или я пристрелю эту стерву.
Бросьте пистолеты и подтолкните их
ко мне. Иначе я ее убью, богом клянусь.
Можно подумать, нас это волнует.
Пожалуйста, умоляю,
делайте, что он говорит!
Я убью ее!
Я сказал, бросьте пистолеты.
Я буду стрелять.
Он будет стрелять? Посмотрите на него!
Хочет поскорее убить меня.
Ты как настоящий коп, да?
Чертовы убийцы! И вам всё сходит с рук,
потому что это ваша работа.
Прямо как в кино, да?
Да! «Аттика»!
Чёрт!
Стоять!
Брось пистолет, блин,
или я вышибу тебе мозги!
Брось пистолет!
Встань, гад!
Повернись спиной!
Переплети пальцы за головой.
Спокойно.
Чёрт.
Похоже, я не нагадил, да?
Пойдем.
Вот она.
Погодите, что...
Ни фига.
Этот ублюдок убит.
Осторожней. Эта стерва с ним заодно.
Это точно, стерва заодно.
Видимо, это пули для привидений.
Вот чёрт!
А у меня настоящие.
Вставай.
Ох, да что ж такое.
Стоп, снято.
Спасибо.
Большое спасибо.
А теперь будьте добры,
покажите нам, где деньги.
Ну хорошо, народ, что нам теперь делать?
Не знаю. Этот ключ, эта ячейка -
тупик. Здесь ничего нет.
Эта комната слишком маленькая.
Размеры на плане.
Она меньше, чем должна быть. Она...
Разница меньше метра, но всё же.
Вот эта стена.
- Она слишком близко.
- Что ты хочешь сказать?
Он хочет сказать, что это не стена.
За ней что-то есть.
Что?
Но, согласно плану,
в этом здании нет подвального этажа.
Ну, теперь есть.
Ну что, Джо,
после тебя.
Надеюсь, это не то, что я думаю.
Майер сказал, что Хаузер помог
нацистам спрятать ценности,
похищенные у евреев во время войны.
Я не думал, что он имел в виду это.
Это...
Это...
Всё.
Включая их драгоценности.
У нас с Минди тоже тогда всё отняли.
Ну, им же надо было где-то это хранить.
Как вы думаете,
сколько жизней стоила эта комната?
Он знал, что это происходило,
и ничего не сделал.
Кое-что он сделал.
Он построил себе большой банк.
Такая же была у Аарона.
У каждого предмета,
у каждой вещицы своя история.
Народ, надо идти.
Нам надо идти.
Нет-нет. Мы...
Мы не можем оставить это здесь.
Мы должны.
Нельзя оставлять следов, забыл?
Мы потеряем нашу зацепку.
«Напишите себе слова песни сей».
У меня есть другая идея.
Что?
Так.
Прости, нам правда надо идти.
- Да. Хорошо.
- Минди.
Минди.
Джона.
- Минди!
- Да, иду. Джона.
Джона, нам надо уходить.
Мы выходим.
Поняла. Встретимся на улице.
Спасибо, парни.
Так вот зачем вы пришли,
как и все остальные.
Чтобы бросить мне в лицо бездоказательные,
необоснованные обвинения?
У меня есть доказательства.
Вот.
Это богатства, украденные вами
у миллионов убитых евреев,
которые вы прячете под вашим банком.
Украденные у невинных душ,
которые погибли в мучениях,
в то время как вы отвернулись,
а потом подобрали то, что от них осталось.
Их кольца,
погремушки,
зубы.
Посмотрите на них. Вот они.
Фотографии можно подделать.
Подделать?
Ладно.
А вот это можно подделать?
Посмотрите.
Вот это можно подделать?
Я увидел достаточно, я пойду.
Тихо!
Тихо ты.
Тихо.
Будешь молчать - останешься жив.
Понял?
Послушай меня.
Далее эти фото будут посланы
в трибунал по военным преступлениям,
потом - семьям жертв,
потом - нацистским свиньям,
чьи кормушки ты не смог защитить.
- Что тебе от меня нужно?
- Я хочу знать, кто владеет ячейкой 630.
Это всё. Скажи мне.
И я оставлю твою грязную историю
там, где она сейчас, - в прошлом.
Если я тебе скажу, он меня убьет.
Не подавай виду,
что ты мне сказал. Вот и всё.
Ты же умеешь хранить тайны, так?
- Умеешь?
- Да!
- Хорошо, я тебе скажу...
- Да.
Скажи мне.
Скажи.
Оскар Хауптман.
- Еще одна попытка.
- Хауптман.
Хауптман умер 30 лет назад.
- Нет-нет-нет.
- Ты думал, я этого не знаю?
Нет-нет-нет.
- Что?
- Хауптман жив, еврей.
Спасибо.
Я люблю тебя, Мария.
Когда наступит правильный момент,
мы заберем остальное.
Но пока оно не нашло хозяина,
считай, что это напоминание
о твоем праве первородства.
То, что мы сделали с Холштеддером...
Мне казалось, что это неправильно.
Казалось, что это не моя проблема,
понимаете, что это меня не касается.
Когда я увидел ту комнату...
Когда ты увидел ту комнату,
ты понял, чем мы занимаемся.
Это кольцо
принадлежало человеку, который жил
и мечтал.
Этот человек был жив в один момент,
а в другой момент его не стало.
Больше его нет.
И это только одно кольцо в одной комнате.
Представь, сколько там других историй.
Представь себе.
Теперь ты один из нас.
Я так рад, что ты здесь,
мой мальчик.
- Немного...
- Извини.
- Побаливает.
- Я понимаю.
Мне надо научиться драться
как Брюс Ли, блин.
Я посмотрю, что можно сделать.
У меня есть кое-какие знакомые.
Но сначала
ты должен кое с кем познакомиться.
Оскар Хауптман.
Призрак.
Нацистский врач. Такой садист,
что даже Менгеле стало бы противно.
Похоже, он всё еще жив.
Нам надо будет найти его.
Он хозяин ячейки 630.
Пойдем скажем об этом остальным.
Охотники, познакомьтесь
с Оскаром Хауптманом.
Простите! Вы Дэнни Рор, да?
Я не буду ничего покупать, спасибо.
Милли Моррис, ФБР.
Можно задать вам пару вопросов?
Азы журналистского ремесла:
не тратьте время, спрашивая,
можно ли задать человеку вопрос.
Вы написали несколько хвалебных статей
о Майере Оффермене.
Вы даже цитировали его
в настоящей статье о евреях-филантропах.
Я позвонила в «Таймс», и мне сказали,
что вы лишились работы.
Слушайте, дамочка,
через 15 минут начинаются мультики.
Думаю, сегодня Том наконец поймает Джерри.
Что вам нужно?
Расскажите мне всё,
что знаете о Майере Оффермене.
Привет, милая.
Ну, не забудь, мы ужинаем с Линдтами
в следующие выходные у Питера Люгера.
Не забыла?
Хорошо.
Ну ладно, дорогая,
я тебя очень люблю. Скоро увидимся.
Хорошо.
Пока.
В ДАР ФРЕДРИКУ ХАУЗЕРУ
В ЗНАК ПРИЗНАНИЯ ЗА ВЫДАЮЩИЕСЯ...
МЕЖДУНАРОДНЫЙ ЦЮРИХСКИЙ БАНК
О боже.


Серия 5

ПАРАГВАЙ
1976 г.
ОХОТНИКИ
ГАРЛЕМ
1977 г.
Равные права - не преступление,
выпустите Хьюи!
СВОБОДУ ХЬЮИ
- Равные права - не преступление...
- Ладно, хватит.
...выпустите Хьюи!
Равные права - не преступление,
выпустите Хьюи!
- Папа!
- Привет, солнышко! Как жизнь?
Мне нравится твой крошечный плакат с Хьюи.
Скоро он вернется домой.
Мой папа меняет мир.
Ты тоже будешь его менять, малышка.
Как жизнь, Рокс?
Нормально.
Выглядишь неважно.
Просто работы очень много.
Понятно.
Надеюсь, что ты отдаешь свои силы
достойному делу, Рокс.
На нас наседают Бьюкенен и Бакли,
и мне кажется, что ты должна
отдавать все силы только нашему делу.
Нам нужны деньги, Дарнелл.
Я работаю, чтобы ты мог
и дальше заниматься своим делом.
И я отдаю свои силы
самому достойному делу на всём...
Ч-Е-Р-Т-О-В-О-М свете.
- Я не хотел...
- Маме пора идти.
Я люблю тебя, цыпа.
Я обниму тебя так крепко,
что ты обкакаешься.
Веди себя хорошо с папой, ладно?
Власть народу, мама.
А что ты...
Пойдем, солнышко.
Мозги не помогут, если нужна грубая сила.
Джо обучит тебя.
Он тебя измучает.
Пусть злость придает тебе сил.
В той войне, которую мы ведем...
Тебе нужна стойкость.
Мне ли не знать.
Волк каждый день
проверял меня на стойкость.
Из всех заключенных в своем загоне
он ополчился на меня.
Из-за бабушки?
Господи боже.
Сколько человек ты убил?
Мелкие унижения превратились
в откровенные нападения.
И однажды ночью
меня вытащили из кровати
и привели в клинику.
Это было логово Волка.
Он сделал так, что я не мог убежать.
Я закричал всего один раз.
И всё.
Больше я ни разу не кричал.
Я не хотел доставить ему
такое удовольствие.
Он пытал меня девять часов.
Я знаю, потому что считал в уме.
Одна минута. Две минуты.
Один час. Два часа.
Пять часов.
Шесть.
Инструменты, которыми этот хирург
пользовался, чтобы лечить солдат,
теперь пошли в ход,
чтобы разрывать меня на части.
Но я был стойким.
Я вымотал его.
И вдруг у меня появился шанс.
Там лежал молоток.
Так близко от меня,
что я мог до него дотронуться.
Так близко, что я мог его схватить
и убить Волка в тот же миг.
Но я ничего не сделал.
Почему?
Было ли это слабостью?
Может, дело было в том,
что настоящее зло убивает тебя изнутри,
парализуя твои действия?
Или это был внутренний свет,
который говорил со мной,
говорил мне,
что нельзя убивать даже такого человека?
Как бы там ни было,
я не сделал нечто ужасное,
когда надо было сделать нечто ужасное.
Из-за моего бездействия
то, что, как я думал, было концом,
оказалось только началом.
Господи боже,
как будто вас драл когтями...
Волк.
Но
это прозвище он получил
не только из-за этого шрама. Волк.
Один раз я не решился действовать,
и это было моей самой большой ошибкой.
Джона, когда настанет твой час,
поклянись мне,
что ты не позволишь внутреннему голосу
помешать тебе сделать то,
что трудно сделать.
Джона, поклянись мне.
Клянусь.
Надеюсь, ты выполнишь клятву.
Ну, кто теперь тормоз, гад?
Вставай.
Нет, правда, сколько человек ты убил?
Видимо, здесь дело...
Правильный момент.
Я знаю.
Господи.
От тебя воняет, как от того, что выпадает
из коровы после рождения теленка.
- О боже.
- Внимание!
Мы объявляем охоту на Призрака.
Владельца ячейки 630.
Давайте найдем этого девятипалого гада.
- Имя?
- А где десятый палец?
Десятый палец в желудке
у цыганской девочки.
Она его откусила,
когда он экспериментировал над ней.
Рут давно идентифицировала
двух мужчин на этой фотографии.
Одного из них вы узнаёте. Это Волк.
Где он, неизвестно, ясное дело.
А этот парень с краю -
это Дитер Цвайгельт,
главный помощник Призрака.
Говорят, что он заведовал
лабораторией Призрака в Освенциме.
Да, и этот тип здесь.
Я нашла его в списке заявителей
на визу за 1945 год.
После падения Освенцима Цвайгельт
изменил имя и стал Виктором Диллменом.
Я поискала и нашла
некоего Виктора Диллмена.
Тот же возраст, врач.
Живет в Хантсвилле, в Алабаме.
Так. Джо,
Джона и Хэрриет навестят его.
Погоди, эти южане
до тебя доберутся, еврейчик.
Я не очень-то похож на еврея.
Ты?
- Еврей.
- Мы нашли еще кое-что.
Мы вышли на другого человека,
на женщину, которая знала Призрака.
Да, знала в библейском смысле.
Погодите. Так.
Вот, пропагандистка Тильда Сауэр.
Любимый режиссер Геббельса.
А еще она трахалась с Призраком.
Ладно, Марри,
ты уже всё сказал предельно ясно.
НЮРНБЕРГ
1935 г.
Она обманывала людей, заставляя их
обожать маньяка, совершившего геноцид.
Она превратила
истребление нашего народа в подвиг.
Рут не смогла это проверить,
но она считала, что Тильда,
возможно, живет сейчас в Штатах
под именем Кэрен Бэллинджер.
Можете себе представить?
Политический консультант,
политтехнолог из Вестчестера.
Рокси, Лонни и я нанесем визит этой змее.
Если нам повезет,
кто-то из них выведет нас на Призрака.
Да, понимаешь, Майер, к сожалению,
мы с Марри не можем поехать с вами,
потому что завтра свадьба
нашей дочери Эми.
Я думал, что сам женюсь на ней.
- Вы об этом слышали?
- Я понятия не имела.
- Прекрати.
- Это безобразие.
- Прекрати уже.
- Опять меня подвели.
Послушай, парень.
У тебя хорошая голова для таких загадок.
Не такая хорошая, как у меня,
но я не могу понять,
что еще они передавали
с помощью тех музыкальных пленок.
Может, ты попробуешь разобраться?
Да, конечно. Постараюсь вас не затмить.
Да, спасибо, но мы рассчитываем на то,
что ты меня как раз затмишь.
- Ладно.
- Хорошо.
Третий раз на этой неделе
ты заставляешь меня покупать тебе еду.
Я не благотворительная кухня.
Расскажи мне
что-нибудь полезное об Оффермене.
Я же сказал, я написал о нём пару статей.
О бо...
А потом, когда мне понадобилась
его помощь, он исчез, ясно?
Довольна?
Милый старик.
Надеюсь, у него будет рак яичек.
Зачем он был тебе нужен?
Он пришел ко мне год назад
и рассказал какую-то сказку о том,
что видел нацистского военного преступника
в магазине «Гристидис» в Верхнем Истсайде.
Я подумал, что просто у него катаракта,
пока не изучил информацию.
Оказалось, он был прав.
Я попытался написать статью,
разоблачить нацистского ублюдка.
И тогда вся моя жизнь пошла под откос.
Этот нацист в магазине.
Его звали Ханс Фишер?
Откуда ты знаешь?
Майер говорил о том, что хочет отомстить?
- Ну, убить его?
- Что? Нет.
Майер пришел ко мне именно за тем,
чтобы разоблачить его,
а когда я стал изучать,
что известно о нацисте из «Гристидис»,
я нашел еще одну нацистку.
Гретель Фишер?
Чёрт, откуда тебе это известно?
Это был ты. Ты обратился в НАСА
с вопросами о ней, так?
Майер о ней тоже узнал?
Ты что, думаешь,
что он Шейлок Холмс, еврейский детектив?
Я думаю, что он организовал
убийства этих нацистов.
Хочешь посадить старого еврея?
- Он - наименьшая из твоих проблем.
- Сколько их?
Сколько нацистов ты нашел?
Тысячи.
Их тысячи.
Да ладно тебе,
я думала, ты работал в «Таймс»,
а не в «желтой» газетенке.
У меня есть источник,
который может это доказать.
Я отдал ту статью в редакцию.
А через пару дней в моем кабинете
нашли папку с фото маленьких мальчиков.
Это были порнографические фото.
Моя невеста нашла подобные фото
в нашем доме.
Я пытался объяснить, но никто,
никто мне не поверил.
Я обратился к Оффермену,
умолял его помочь мне, он...
Он мог бы что-то сделать.
Но он просто...
притворился, что меня не знает.
Как будто мы вообще не знакомы.
Послушай, если ты
правда можешь это доказать,
если у тебя есть...
надежный источник,
то ты должен познакомить меня с ним.
Я могу помочь, я могу разоблачить их.
Дэнни, я могу помочь тебе
дописать ту статью.
Ты не можешь позволить, чтобы всё,
что с тобой случилось, было зря.
Мы проведем в Алабаме всего день.
Давай скорее.
Что ты здесь делаешь?
Отдай.
Чье это?
Я думал,
только мальчики носят амулеты «хай».
Это амулет твоего дедушки.
Он подарил его мне,
и тебе нельзя с ним играть.
Что еще ты взял?
Эй, у двери стоит девочка.
Прогони ее.
Хочешь, чтобы ее
постигла участь твоего друга?
- Ну что?
- Ну что?
Ты скажешь мне, где ты был, чёрт побери?
Я был здесь.
Что? Я был дома.
Чушь собачья, Джона.
Ясно? Я знаю, когда ты дома.
Ты не пришел на похороны Бути.
Какого хрена?
Может, мне хватило похорон на одно лето.
Может, я разбираюсь
со своими проблемами, ясно?
Ты наврал инспектору, когда сказал,
что не видел убийцу Бути.
А еще сюда приходила агент ФБР,
искала тебя.
Что происходит, блин?
Я волнуюсь за тебя.
Да, не надо. Не волнуйся.
У меня всё отлично.
Прекрати.
Знаешь, волнуйся из-за ОПЕКа.
Из-за голода.
Волнуйся за нового урода,
с которым будешь встречаться.
Только оставь меня в покое, ладно?
- Чёрт.
- Почему ты так себя ведешь?
Я ведь волновалась.
Думала, что случилось самое плохое.
Представляла тебя в гробу.
А ты думаешь, что сейчас
стоит припоминать мне Денниса?
Моего бывшего,
с которым я встречалась десять секунд?
Что делать, герпес - это навсегда.
Чёрт, малыш.
Больше она не будет
дрочить тебе с пенкой для умывания.
С пенкой?
От пенки всё будет щипать.
Отношения с близкими -
наши слабые места, Джона.
Волк-одиночка опасен,
потому что у него нет стаи.
Ему некого защищать. Нечего терять.
Всем нам пришлось сделать то,
что ты сделал сейчас.
- Поверь мне, потом будет...
- Проще?
Нет, парень, тяжелее.
Гораздо тяжелее.
Пора ехать, милый.
Я что теперь, курьер?
Я думал, я перешел
к более важным заданиям.
Да?
Подумай еще.
А как же банк?
Я слышал, Фредрик Хаузер застрелился.
Это тебя не касается.
Вот что тебя касается:
ты должен выполнять мои приказы.
Отвези эту сумку по адресу.
Надеюсь, ты с этим справишься.
Это очень важное задание.
ХАНТСВИЛЛ
АЛАБАМА
Это он?
Точно не могу сказать.
Господи боже.
Этот псих ставил на евреях
эксперименты с морской водой.
Почему с морской водой?
Большинство пилотов люфтваффе
умирало не тогда, когда их сбивали,
а от обморожения,
когда они прыгали с парашютом в море.
Нацисты хотели понять, как они могут
как можно дольше выжить в океане,
и они использовали евреев
в качестве подопытных крыс.
Он заставлял их выпивать
много литров морской воды.
Заливал ее им в глотки,
пока у них не раздувались животы
и не отказывали органы.
Они тонули на суше.
Он продолжал эти опыты, даже когда понял,
что не найдет решение этой проблемы.
Чёрт, Джона, похоже, твой выход.
Ну что, привет.
Хочешь выпить
или поесть?
Нет.
Я уже ел.
Ну что ж, это твой праздник.
Давай перейдем к десерту.
Хорошо.
Похоже, ты не понимаешь,
насколько я важен для нашей миссии.
У тебя ничего не получится без меня.
Не будь так в этом уверен.
Исправь свой детский проступок -
задержку законопроекта.
Нам нужно, чтобы санкции сняли немедленно.
Мы не можем задерживать отправку
груза из Южной Америки ни на один день.
Во-первых, ты должна гарантировать
мою безопасность.
Во-вторых,
я не хочу больше связываться через тебя.
Я хочу встретиться с генералом.
Меть немного пониже.
Только у меня есть доступ
к арахисовому фермеру,
так что ты сделаешь то, что я скажу.
Здесь говорят: «Всё или ничего».
Делай свое дело, милый,
а я посмотрю, что могу сделать я.
У меня плохие новости, Лон.
Тебе не дали роль.
Ее хочет получить Дрейфус.
Ричард Дрейфус, чтоб его?
Господи!
Ты видел его лицо в «Челюстях»,
когда он показывал шрамы Квинту?
Как будто он старается не пукнуть.
Он сейчас очень популярен.
И, если честно,
прошло не так много времени
между старым и новым Лонни.
Боже, Дэйв. Я прошел программу.
Я хорошо себя веду.
Я не попадал в желтую прессу.
Мы получим роль
в следующий раз, ладно, парень?
Да.
В следующий раз.
«ЗЕЛЕНЫЕ ПАСТБИЩА»
НАВОЗ
Дрейфус трахает двойняшек в Малибу,
а я тут весь в дерьме.
ТОВАРЫ ДЛЯ ФЕРМЕРОВ
Здравствуйте. Что вам нужно?
Да?
Да?
С Днем независимости вас, сэр.
Я из клуба молодых республиканцев.
Мы любим Америку 365 дней в году.
Я принес петицию о том,
чтобы флаги висели всегда,
а не только в День независимости.
Вы бы не могли ее подписать?
Простите, какую организацию
вы представляете?
Клуб молодых республиканцев.
- Жарко сегодня.
- Папа.
Здрасьте. С Днем независимости.
Да. Вас тоже.
Папа, ты купил бенгальские огни
для сегодняшнего праздника?
Я их не вижу.
Я забыл. А они обязательно нужны?
Ну ладно. Я куплю.
Давай, заходи.
Вы не могли бы подписать петицию?
Пожалуйста.
Спасибо.
«Е» такая же.
- «Р» такая же.
- Убери палец с курка.
- Две руки.
- Попался.
Толкай, тяни. Вот так.
Хорошо.
Вот так.
Господа, это действительно
Дитер Цвайгельт,
он же Виктор Диллмен, ученый-нацист,
врач-экспериментатор из Освенцима
и заместитель Призрака.
Да.
Готово, блин, да?
Когда стемнеет, мы за ним вернемся.
Всё готово к важному дню?
Да. Цветы, торт, музыканты.
Большой ансамбль.
Марри, может, хватит уже
говорить про ансамбль?
Зачем нам восемь музыкантов?
Что, нельзя обойтись без дурацкого гобоя?
Мы потом об этом поговорим.
Уверен, что это будет
очень красивая свадьба.
- Спасибо.
- Да.
Но, может быть, настало время поговорить
на тему, которой мы избегаем?
Минди, вы делаете много хорошего
- в нашем храме.
- Спасибо, ребе.
Но, Марри... Я гость в вашем доме,
и Бог поразит меня,
если я хотя бы не попытаюсь.
Почему вы не приходите на богослужения?
Мы были бы так рады вас видеть.
Не обижайтесь, ребе,
но этот борщ не по мне.
Давайте перейдем в гостиную
на десерт и кофе.
- Отличная мысль.
- Марри, очень вкусно.
- Да.
- Очень вкусно.
Садитесь в кресло.
- Марри.
- Да?
Вам довелось испытать
ужасные страдания.
Бог не всегда понятно отвечает
на наши вопросы.
Вы не против...
С вашего позволения,
я расскажу вам одну историю.
- Конечно.
- Пожалуйста.
Нет, не надо.
Да. Один бедный еврейский фермер
жил в очень маленьком доме.
У него были жена и шестеро детей.
Ему очень тяжело жилось.
Однажды он приходит к раввину
и рассказывает, как ему тяжело.
Старый мудрый раввин отвечает:
«Я знаю, что надо сделать.
Иди домой, возьми всех животных
со своей фермы,
приведи их в дом и посели их там.
И Бог благословит тебя».
Фермер настроен скептически,
но он идет домой, собирает животных
и переводит их в дом.
На следующий день он приходит в храм.
«Ребе, стало еще хуже!
Мы там как сардины в банке.
Куры гадят на детей.
Козы поедают всё подряд. Нам очень плохо».
Раввин говорит: «Хорошо. Иди домой
и убери оттуда всех животных».
Фермер спрашивает:
«И тогда Бог благословит меня?»
Раввин отвечает: «Да, на 100%».
И? Что произошло потом?
На следующий день
фермер улыбается и сияет,
как менора на восьмой день.
Он говорит: «Ребе, как же мне хорошо.
В доме тихо. У нас есть свободное место.
Не жизнь, а радость».
Понимаете, Марри? Я...
Вы понимаете смысл этой истории?
Иногда посреди наших испытаний и травм
мы не понимаем,
что это тоже Божье благословение.
Иногда мы не замечаем,
что Бог подает нам знак.
Хорошая история, ребе.
Простите.
Вы пока подумайте, знак это или нет,
а мне надо срочно
просушить одноглазую змею.
У вас есть змеи?
Ты уверен?
Это был этот старый еврей?
Да.
Он был последним посетителем Хаузера.
Интересно, как этот жид
выпрыгнул из печи...
Неважно.
Скоро мы его туда снова отправим.
Езжай за ним.
Его машина - это слабое место.
ВЕСТЧЕСТЕР
НЬЮ-ЙОРК
- Дети?
- Обязательно попробуй.
- Для этого мы здесь и собрались, так?
- Да.
Здравствуйте. Спасибо, что пришли.
Я хозяйка этого дома Кэрен Бэллинджер.
Некоторые из вас - мои давние друзья.
Вы все знаете, что за свою карьеру
я работала со многими политиками,
но ни в кого я не верю так,
как в Дага Бакмена.
Мы с Дагом придерживаемся
старомодного принципа:
надо много работать.
Когда мы были детьми,
не было бездельниц, сидящих на пособии.
Правильно.
Но сейчас
идет война за душу нашей страны.
Для нас с Дагом важно только одно:
интересы Америки должны быть приоритетом.
Простите.
- Мы должны быть самодостаточными.
- Простите!
- Да?
- Она из кейтеринга?
То есть вы говорите,
что все должны полагаться на себя
и подтянуть потуже пояса, так?
Но не каждый человек
может позволить себе купить пояс.
Хорошо.
Но правительство
не должно покупать вам пояс.
Разве справедливо, что ваша зарплата
оплачивает чьи-то куриные крылышки,
скажем, человека, который не работает,
а целый день смотрит «Джефферсонов»?
- Конечно нет.
- Простите.
Это не имеет никакого смысла.
Сочувствие ведет к подачкам.
И трудоспособные люди
начинают паразитировать на обществе.
И кому это помогает?
Говоря про паразитов, куриные крылышки
и чертовых «Джефферсонов»,
вы, очевидно, намекаете на чернокожих.
Так и скажите: «Правительство
не должно помогать чернокожим людям».
Наверняка тогда эти милые белые люди
дадут вам больше денег.
Вышвырните ее отсюда!
Давай, попробуй.
Я засуну эту трость тебе в задницу,
и ты станешь гадким леденцом на палочке...
Отвяжись, блин!
Трогать меня?
Конечно, я люблю оживленные дебаты.
Простите, я не всё вам сказала.
Почему ты побрился и надел костюм?
Не хочу, чтобы меня узнали.
К тому же моей невесте нравилась борода.
Пошла она на хрен.
Можно мне виски?
Меня кто-нибудь видел?
Думаю, ты ушел от них, агент 007.
Спасибо.
И спасибо за то, что поверила мне.
Только ты мне и поверила.
Конечно. Спасибо, что доверился мне.
Нет, боже. Я тебе не доверяю.
Дэнни, ты бы сделал это снова?
Если бы знал, что произойдет?
Нет.
Ну хорошо. Начнем.
- Начинаем?
- Можно мне?
Мне очень хочется.
Да пожалуйста.
Очнись, стерва!
Тильда Сауэр?
Здравствуй.
Фашисты такие милые,
когда приходят в себя.
В чём дело?
Посмотрите на нее.
Кто вы? Кто вы такие?
Это очень глубокие,
экзистенциальные вопросы
для гребаной фашистки.
Тильда Сауэр,
преданная поклонница Йозефа Геббельса,
ты сеяла ненависть с помощью пропаганды.
Ты распространяла клевету
с помощью ложных новостей.
Это ты.
Это не я. Я бельгийка.
Бельгийка!
Ты врешь, глядя нам в глаза.
Ты всю жизнь несла эту чушь собачью.
- О чём ты говоришь?
- И сегодня,
если ты не скажешь нам правды,
ты будешь есть дерьмо.
Ох, гадость какая.
- Да.
- Запускаем фильм.
- Что это?
- Это твоя работа, Тильда.
Вы ошиблись, это не я!
Я не имею к этому отношения!
Кажется, это ложь номер один.
Да.
- Давай, ешь.
- Нет.
Ну и ну!
Да что ж такое! Это шелковая рубашка!
Это ужасно.
Давай я переведу твои слова.
«Мы будем бороться
с заразой мирового еврейства.
Евреи - просто крысы и тараканы,
которые угрожают истинным немцам
своей ненасытной жадностью».
Эмили Дикинсон отдыхает, блин.
Погоди!
Скажи нам правду один раз.
Скажи нам, где Оскар Хауптман.
Где Призрак?
Где твой любовник?
Я понятия не имею, о чём вы говорите.
Нет, имеешь.
Ты прекрасно знаешь, о чём мы говорим.
- Давай, Лонни.
- Открывай ротик!
Едет поезд. Открывай.
Вот так. Это ужасно!
Ну, давай, говори, что мы хотим узнать!
Еще раз.
Она хочет еще. Ты готова заговорить?
Кто ты такая?
Я хочу знать, кто ты!
Я Кэрен Бэллинджер.
Я знаю, кто я такая!
Вот именно, Тильда Сауэр!
Тильда Сауэр!
- Я знаю, кто я.
- Ты Тильда Сауэр!
- Еще раз.
- Нет.
Еще, еще и еще,
пока мы не развинтим винты у нее в глотке.
Умоляю. Пожалуйста.
Нечего на меня смотреть, будто мы с тобой
родственные души, блин. Давай.
Тебе хватило?
Потому что у нас есть еще.
Наверное, пошел
за новыми бенгальскими огнями.
Погоди. Мы всё равно...
Здесь собрался весь город.
Он здесь. Личность установлена. Мы идем.
Готовы, парни?
О прекрасная страна
С просторными небесами
С янтарными волнами зерна на полях
С лиловыми величественными горами
Над плодоносными равнинами
Америка
Америка
Бог пролил на тебя свою благодать
И увенчал тебя
Братством
От моря
До сверкающего моря
Осторожно, сзади!
Джо, что ты делаешь?
Иди со мной, блин.
Опусти нож, гад. Опусти.
- Немедленно опусти нож.
- Джо.
Иди вперед, или я вышибу тебе мозги.
Живо!
Госпожа министр!
Ты чудесно выглядишь.
Рад, что я тебя застал.
Ужин в честь Дня независимости
с вице-президентом.
Но я ненавижу высокие каблуки.
Когда рождаешься с пенисом,
у тебя много преимуществ.
То, что не надо носить высокие каблуки, -
одно из главных.
Спасибо, что поговорила со мной на днях,
но, думаю, я позволил эмоциям
заглушить доводы рассудка.
Я ошибся, когда попросил тебя
сделать это, Хуанита.
Снятие санкций...
Это правильное решение.
Ты шутишь? Ты сказал...
И мне дико неудобно.
Меня захлестнули эмоции,
но, чёрт возьми,
для нас лучше сотрудничать
с тамошними диктаторами.
Если мы этого не сделаем,
это сделают коммуняки.
А если мы пустим сюда коммуняк,
это будет не очень хорошо
выглядеть для нашего президента, так?
Ты хочешь, чтобы я снова пошла к Картеру
и поменяла свое решение? Почему?
Это на 100% моя вина, Хуанита.
Без вопросов.
Хотя в итоге,
если мы не снимем санкции
и русские укрепят там свои позиции,
он, возможно,
возложит вину полностью на тебя.
Ты трусливый сукин сын.
Я просто наконец
могу ясно мыслить после моей...
моей травмы.
Я говорил искренне,
Лотти тобой очень восхищалась.
Но она бы хотела того,
что лучше для Америки.
Приятного вам ужина, госпожа министр.
Не буду я ни фига менять ради этой змеи.
Как только вы всё сделаете,
немедленно возвращайся сюда.
Я нужен ей там.
Вы знаете, что делать.
Виктор Диллмен.
Или правильнее сказать Дитер Цвайгельт?
Врач из Освенцима, палач и убийца.
Похоже, сегодня ты ответишь за свои грехи.
Нет. Это было во время войны.
Я теперь другой человек.
Да, теперь ты ангел, так?
Ты переводишь старушек через дорогу
и какаешь шоколадными конфетами.
Если хочешь жить - говори.
Оскар Хауптман, Призрак.
- Где он?
- Хауптман? Понятия не имею.
Нет! Умоляю, не надо.
У меня есть семья. Умоляю.
Ну хорошо.
Пару лет назад он правда приехал ко мне.
Он был в Америке.
Заведовал медицинской инженерией
в какой-то лаборатории
в Мэриленде, в Эджвуде.
В военной исследовательской лаборатории?
Чего он от тебя хотел?
Он был близок к изобретению оружия,
более мощного, чем атомная бомба.
Он собирал команду.
Он хотел, чтобы его верные помощники
работали рядом с ним и помогали ему.
Какое оружие? Ядерное? Химическое?
Я не знаю. Я сразу же отказался.
У меня здесь хорошая жизнь.
Я не хотел подвергать ее опасности.
Как ты вообще проник в страну?
Проник?
Нет, я...
Меня пригласили!
Меня привезло сюда ЦРУ,
чтобы я помог развивать вашу науку.
- ЦРУ?
- Да!
Блин, мы сами его сюда привезли?
После войны везде царил хаос.
Но американцы и Советы
были на пороге войны друг с другом.
Они постарались захватить
самые ценные ресурсы Рейха.
Им нужны были наши мозги.
Русские
грозили нам смертью,
если мы не поедем к ним.
А американцы предложили...
Они предложили нам жизнь.
Они завербовали всю мою лабораторию.
Они дали нам американские имена
и американские дома.
Они дали нам работу
в космической программе, в НАСА.
Мы зажили здесь другой жизнью,
создали семьи.
Мы же граждане.
Мы такие же, как вы.
- Чтоб меня.
- Чушь.
Это правда! Как, по-вашему,
нам удалось попасть на Луну?
С помощью наших специалистов
по ракетной технике, наших биологов!
Мы помогли вам.
НАСА, как в случае с Гретель.
То есть в НАСА полно гребаных нацистов.
Где остальные из твоей лаборатории?
Кто-то из них сегодня здесь?
Назови их имена,
или я отрежу это и скормлю уткам.
Немецкие и американские имена, быстро.
- Ханс Шлитер.
- Ханс Шлитер.
Хэнк Дарси. Он Хэнк Дарси.
Значит, Хэнк Дарси?
Клаус Фюрст.
- Клаус Фюрст.
- Уильям Роджерс.
Уильям Роджерс, да.
Мориц Эрлих.
Теперь он Кеннет Суиггенс.
Как насчет Вильгельма Цухса?
Главный нацистский хирург?
Я понятия не имею, где он.
Ты сказал, Мориц Эрлих?
Да.
Да, он здесь.
Да, они все здесь.
Мы...
Мы все приехали сюда,
чтобы начать новую жизнь.
Он нам больше не нужен.
- Но ты сказала, если я назову...
- Я сказала?
А что ты говорил евреям, которых ты топил,
долбаный нацистский хрен?
Нет.
- Парни, вы разберетесь?
- Их нет в списке, Хэрриет.
Они есть в моем списке, Джозеф.
- Нет, погоди...
- С дороги, мелкий!
- С дороги!
- Ладно.
Приезжайте к нам в Хантсвилл
Приезжайте и посмотрите,
как тепло в Алабаме.
Живи здесь и будь свободен
Попробуйте барбекю!
Добро пожаловать к нам
Живите здесь, не чувствуя вины.
Если вы нацист
Приезжайте и посмотрите
на наших новых белых друзей.
Посетите Хантсвилл в штате Алабама.
Здесь находится центр ракетостроения.
В нём работают нацистские ученые,
которых пригласило ваше правительство.
Да, правда, так и было.
ХАНТСВИЛЛ, АЛАБАМА
ПОЛНАЯ ХРЕНЬ!
Но зато мы полетели на Луну.
Кеннет Суиггенс.
Мориц Эрлих.
Кеннет Суиггенс?
Простите, вы не Кеннет Суиггенс?
Нет, милая. Хэнк Дарси.
Мы знакомы?
Кеннет Суиггенс?
Кеннет Суиггенс?
Кеннет Суиггенс?
Я Кеннет.
Вам грозит опасность.
На вас охотятся евреи.
Пойдемте со мной, я вас защищу.
Ты умрешь, как убивал.
Око за око.
Человека убили! Вызовите полицию!
Блин, что она наделала?
Тебе повезло.
Джо, нам надо идти.
Пойдем.
Пошли.
Не беги, спокойно иди прямо к машине.
Ты в порядке?
Да.
Папа?
Папа!
Почти пришли.
Эй! Эй, ты.
Вот она.
Какого чёрта?
- Хэрриет!
- Какого хрена?
Эй, что она делает, блин?
Она уезжает без нас.
Просто иди дальше, блин.
Умоляю вас.
Пожалуйста, прекратите.
Прекратите, умоляю вас.
Умоляю.
Майер,
может, это не та баба.
Нет, продолжай.
Давай.
Она съест целый кубометр,
если не расскажет нам о Призраке.
Именно так.
Я не знаю никакого Призрака.
Не знаю я никакого Призрака,
проклятые тупицы.
Я не участвовала в войне!
Тильда Сауэр.
Сауэр.
Я Кэрен Бэллинджер.
Я знаю, кто я такая.
Я знаю, кто я такая,
и я знаю, кто вы такие.
Ты - неуверенный в себе актер.
Ты хочешь сказать, получивший «Тони»
неуверенный в себе актер.
Ты ничтожество.
Пустая шелуха с волосатой грудью.
Тебя хоть кто-нибудь любит?
Ты хоть сам себя любишь?
Ты эхо в колодце,
тень в темноте.
Никто тебя не видит.
А знаешь почему?
Потому что там нечего видеть.
Заткнись, нацистская стерва.
Негритянка заговорила.
Ты думаешь,
этим мужикам не наплевать на тебя?
Они используют тебя
ради твоей черной кожи.
А когда они с тобой покончат,
они выбросят тебя обратно в гетто,
если только гетто тебя примет.
Хватит.
А ты...
Ты самый главный обманщик.
Почему это?
Великий притворщик
с хорошо подвешенным языком...
- Хватит.
- Она... Какого чёрта?
Что ты наделал, блин?
Она... Мы... Мы не установили ее личность!
Она даже ничего нам не сказала.
Может, она что-то знала, Майер.
Может, она знала что-то
- о Призраке, а ты...
- Она ничего не знала.
Она только изливала нам в уши яд -
это всё, что она знала.
Поверьте мне.
Приберитесь здесь.
Я обыщу спальни.
Это правда произошло, блин?
Потому что обычно мы так не делаем.
Да, это произошло.
Блин.
Я...
Я обыщу кабинет.
Они точно просчитали, как меня опорочить.
Они знали, как погубить меня.
- Это ужасно.
- Они до сих пор за мной следят.
Недалеко от моего дома всегда стоит
белый фургон с антеннами и прочим.
Они говорят, что это починка телевизоров,
но я-то знаю.
Дэнни, этот человек придет или нет?
Не знаю. Может, что-то случилось.
- Ты во мне сомневаешься?
- Да, может, немного.
- Да ладно тебе.
- Может, тебе одиноко, так?
Может, со мной
ты можешь поговорить об этом,
и можно бесплатно поесть, не ходя к маме.
Может, я идиотка,
потому что поверила тебе.
Ты сама пришла ко мне.
Ты меня выследила.
Ты думаешь, я рад,
что я здесь, у всех на виду?
Я не знаю. Может быть.
Надеюсь, ты вернешься и заплатишь.
Прекрати задавать вопросы,
чертова лесбиянка,
иначе кончишь так же,
как твой чокнутый приятель.
Мы всегда наблюдаем.
Всегда.
С Днем независимости.
Лонни, пора идти.
Слушай, это было полное безумие.
Ты даже не знал, она ли это.
Это Тильда. Это была она.
Видишь? Камера и всё прочее.
Да, но ты даже не знал этого,
когда убил ее.
Рокси.
Господи. Блин.
Чёрт!
Курьер, блин?
Так.
Мечтать о невозможном
Сражаться с непобедимым врагом
Вынести невыносимое горе
Рокси.
Бежать, куда не смеют бежать смельчаки
Лонни, надо уходить.
Двигаемся в том направлении.
Пойдем, милая.
Я иду к цели, следуя за той звездой
Блин, кто этот психопат?


Серия 6

ОХОТНИКИ
Господи боже, мы получили
ужасные новости из Хантсвилла.
Произошло несколько убийств
на празднике на Мэйпл-стрит.
Полиция сейчас на месте преступления.
Мы в безопасности?
Пока да.
Кто они? Кто меня преследует?
Группа евреев из Нью-Йорка.
Они хорошо финансируются.
И хорошо вооружены. Их главарь -
богатая крыса, которая жаждет крови.
Но откуда им вообще известно, кто я такой?
У меня есть документы.
Я теперь американец.
Это неважно.
У евреев есть дьявольские способы
найти нас. Они охотятся на всех нас.
Мы должны быть сильными.
Мы должны выжить во что бы то ни стало.
Я обещаю,
что буду делать домашние дела,
я буду хорошей девочкой,
но позволь мне остаться, папа!
Моя милая девочка,
тебя ждет захватывающее приключение.
Нам пора.
Тебе пора.
Ты должна ехать.
Услышь меня, Израиль.
Дом всегда с тобой, Ребека.
Всё будет хорошо.
Но ты должна быть сильной, понимаешь?
Ты должна выжить
во что бы то ни стало.
Только чипсы?
В следующий раз,
когда взорвут машину нашего командира,
а наш обычный штаб окажется под угрозой,
я обязательно приготовлю жаркое,
урод ты этакий.
- Я не знала, что у нас будут гости.
- Хорошо.
Это дело рук Хэрриет.
Она нас подставила.
Погоди. Она выходила на связь?
Зачем этой предательнице
с нами связываться?
Ты говорил с Рокси?
Я всё утро ей звоню. Ничего.
Последнее, что она сказала вчера,
когда убегала, - то, что с нее хватит.
Видно, она говорила всерьез.
- «С нее хватит»?
- Они нашли Майера.
Кто знает, что еще Хэрриет им сказала?
- Надо отложить свадьбу.
- Ну уж нет.
- Если с Эми что-то случится...
- Мы не будем ничего откладывать.
- Марри.
- Они ничего у нас больше не отнимут.
Они ничего от меня не получат, поняла?
Послушай, Майер заверил меня,
что всё будет хорошо.
Он нашел дополнительную охрану.
Там будет «Кошер ностра».
- Проблем не будет.
- Еврейская мафия, блин?
Гангстеры? Помнишь, Берни Флэгельштейн
один раз обратился к ним за помощью?
Все знают, что с ним случилось.
Да, он вернулся без члена.
Да, но Майер - не Берни Флэгельштейн.
Свадьба состоится.
- Господи боже!
- Всё будет нормально.
Да, вы настоящая Флоренс Найтингейл.
А ты - настоящий болван.
Вы правда думаете,
что Джо найдет Призрака в Мэриленде?
Будем надеяться на чудеса,
но не полагаться на них.
Я думал, это нужник.
Мне срочно нужно покакать.
Что это у тебя?
Взял почитать в туалете.
Нашел в доме Тильды.
Видел такую же у Холштеддера.
Может, это что-то значит,
если только они не в одном книжном клубе.
Выясни, что это значит.
Да. Как только сброшу шоколадки
в Мертвое море.
И, Лонни, насчет Тильды.
Я действовал неосторожно? Да.
Но разве я был неправ?
Конечно нет.
Интуиция очень важна, Лонни.
Интуиция - это всё.
Интуиция, да?
Именно поэтому ты ее хладнокровно убил?
Хладнокровно?
Мы на войне, Лонни.
Я возьму Джону с собой.
Он хорошо разгадывает загадки.
Нет. Он должен присутствовать на свадьбе.
Джона прочитает Аароново благословение.
- Удачи.
- Погодите, что?
Что? О чём вы говорите?
Мир катится в пропасть, а вы хотите,
чтобы я читал молитву, блин? Нет.
Нет, понимаешь, Охота -
это не только смерть, Джона. Нет.
Это еще и жизнь.
По-моему, большая трагедия
не праздновать то, что у нас есть.
Какие-то нацисты взорвали вашу машину.
Рокси чуть не погибла.
Хэрриет нас предала.
А вы думаете, что какой-то ритуал
важнее, чем если я...
Я не думаю, я знаю.
Джона, на протяжении многих веков
нас преследовали как раз за эти ритуалы.
Именно эти ритуалы определяют,
кто мы такие.
Они делают нас нами.
Отступать от них -
поражение.
А я не готов признать поражение.
А ты?
Я вчера не попрощалась.
Чёрт возьми!
Что случилось?
Ты был прав.
Двое мужиков напали на меня
в туалете ресторана.
Господи.
Я напился.
Решил, что ты убежала и оставила мне счет.
Тридцать один доллар.
Я целый час просто пыталась встать с пола.
Говорю тебе, это были люди из ФБР.
Дэнни, мы этого не знаем.
Слушай, устрой мне снова
встречу с твоим источником.
С каким источником?
Я думал, что я просто псих,
которому одиноко.
Прости меня, ладно?
Мне наставили этих красивых синяков,
и ребро ужасно болит,
когда я дышу, если тебе от этого легче.
Мне от этого не легче.
Недалеко от Канал-стрит есть склад.
Рядом с рекой.
Дай мне несколько часов,
и я сделаю так, что он придет туда,
если только ФБР его уже не спугнуло.
Но сам я туда не пойду.
Надеюсь, ты понимаешь почему.
ХИМЧИСТКА ДЖОНСОНА
Мы закрыты.
И пошел ты на хрен.
Да, я тоже по тебе скучал.
Что ты вообще здесь делаешь?
Я пришел, чтобы забрать мой костюм.
И я хотел поговорить с тобой.
Не в этом порядке.
Кажется, этот костюм выбросили.
После того как ты не пришел
на похороны своего лучшего друга.
Урод.
Я пришел с миром и с подарком.
Довольно жалкий подарок.
Это лучшее, что я мог найти,
учитывая обстоятельства.
Очень хочу узнать о том,
что это за обстоятельства, блин.
Охотники за нацистами? Ты издеваешься.
Не издеваюсь.
Чёрт.
Значит, тот тип пришел
в магазин комиксов, потому что искал...
Меня.
Он искал меня.
Бути погиб из-за меня.
Господи.
Чертовы нацисты?
Как всё прошло?
На похоронах.
Ну, на его гробу не танцевали
стриптизерши под Led Zeppelin.
Было довольно грустно.
Я послал цветы, чтоб их.
Да, я их видел.
Потратил на них всё,
что заработал на наркоте?
Всё, что мне оставила бабушка.
Проклятье.
Красивые были цветы?
Да, чувак. Очень красивые.
Мы с Кэрол знали,
что у тебя проблемы с ФБР.
- Мы могли помочь.
- Чувак, я...
Я не могу подвергать вас риску.
Поэтому я и не приходил.
Ну, за меня тебе волноваться не надо.
Я уезжаю в Онеонту на ориентацию
университета штата Нью-Йорк.
Говорят, там много пива и баб.
- Баб-еонта.
- Баб-мне-онта.
Да.
Зайдешь ко мне до отъезда, ладно?
Давай, чувак.
Я люблю тебя.
Пару недель назад
ты боялся говорить с девчонками,
а теперь охотишься на чертовых нацистов.
Чёрт.
У тебя всё будет хорошо?
Конечно. Да.
Я не знаю.
Пока, чувак.
ВАШИНГТОН,
ОКРУГ КОЛУМБИЯ
Привет, Хуанита.
У тебя не было возможности
поговорить с президентом
о разрешении ввоза
южноамериканских товаров в Штаты?
- Нет, Бифф, не было.
- Почему?
Потому что я не согласна
в этой мерой, вот почему.
- Это... Ты...
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Доброе утро, господин президент.
Прежде чем мы начнем,
я бы хотел сказать от имени всех нас,
что мы ужасно рады
твоему возвращению, Бифф.
Спасибо, господин президент.
Не могу передать словами,
насколько для меня это важно,
но я попробую.
Когда переживаешь трагедию,
которая меняет всю твою жизнь,
как тот кошмар, который случился со мной,
ты производишь переоценку ценностей.
Думаешь о том, кто ты такой.
Знаете, кто мы, сэр?
Мы арахисовые фермеры,
то есть мы американцы.
Забывая о наших исконных ценностях,
мы подвергаем себя опасности.
Поэтому я считаю, что поддержка
министром Крепс вето законопроекта
питается хорошими намерениями,
но это наивный подход.
В ее жилах вообще течет
красно-бело-синяя кровь?
- Господин президент, дело не в этом...
- После того что со мной случилось,
я руководствуюсь только тем,
что подсказывает мне сердце.
И знаете, что говорит мне сердце, сэр?
Если страны Южной Америки не смогут
найти рынок для своих товаров здесь,
они лягут в постель с коммуняками.
Нам нужно такое у нас на заднем дворе?
Нет, на заднем дворе должны быть
только водяные горки, сосиски на гриле
и женщины-капиталистки
в крошечных бикини в желтый горошек.
Поэтому, господин президент,
вы должны подписать законопроект
о снятии эмбарго со стран Южной Америки.
Ты лживый сукин сын!
Я сказал Хуаните, что это может быть
проблемой. Но ты не послушала.
Я просто подумал,
что должен быть честным, сэр.
Учитывая, что Лотти и дети
теперь на небесах,
я просто больше не могу
молчать о том, что важно.
Жизнь слишком коротка.
Проклятье, она слишком коротка, сэр.
Мне просто сказали найти Кеннета Суиггенса
и доставить его в безопасное место.
Кто сказал?
Мне нельзя этого говорить.
- Кто вообще знает, что я...
- Я могу только сказать, что есть план.
Да?
Я думала, вы о нём знали.
Я слышал только сплетни.
То есть вы никогда не слушали передачу?
Я не знаю, что это.
Но я могу заверить вас,
что я по-прежнему всецело предан делу.
Надеюсь, герр Суиггенс.
Пожалуйста, называйте меня
моим немецким именем.
Мориц.
А вас как зовут?
ВЕЛИКОБРИТАНИЯ
1939 г.
Благослови, Господи, нас
и эти дары, которые по благости Твоей...
вкушать будем.
Просим Тебя через Христа, Господа нашего.
Аминь.
Очень хорошо.
А теперь давайте поупражняемся до ужина.
Яви нам, Господи, милость Твою.
Я Мэри, сестра.
Яви нам, Господи, милость Твою.
Я Патрисия, сестра.
Яви нам, Господи, милость Твою.
А ты, милая?
Ребека.
Назови мне имя, которым тебя крестили.
Меня зовут Ребека Кройцер.
Дети, ваши семьи пожертвовали всем,
чтобы вы оказались в безопасности.
Поэтому вы всегда должны
называться христианскими именами,
вы должны забыть свое прошлое.
Это ваш последний шанс выжить.
Девочка, которая не знает своего имени,
останется без ужина.
БАЛТИМОР,
МЭРИЛЕНД
Эрик, твой друг пришел.
Привет, Эрик.
Я Джо. Мизусима.
Мы вместе проходили базовую подготовку.
В Вест-Хилле.
Помнишь?
А здесь красиво.
Можно много чего нарисовать.
Мы думали, ты выиграл в лотерею,
когда вместо Вьетнама
тебя отправили в Эджвуд.
Но теперь я вижу,
что мы оба побывали на войне.
Послушай,
я пытаюсь найти ублюдка,
который руководил этими экспериментами,
который сделал это с тобой,
но всё засекречено.
Нет ни документов, ни свидетелей.
Мне...
Мне нужно имя
директора медицинского отдела в Эджвуде.
Он, наверное, пожилой, ему за 60,
говорит с немецким акцентом.
Можешь назвать его имя, Эрик?
Ничего. Слушай.
Рад был тебя повидать.
Я помню, что ты любишь боевики кунг-фу.
И вестерны.
Я помню, что ты вставал на стол в столовой
и разыгрывал свои любимые сцены.
Я помню, что у тебя были жена
и ребенок.
Я помню, что ты любил «Доджерс»,
Isley Brothers и...
Что еще? Печенье с начинкой.
Я помню, что ты был добр ко мне.
Только ты был добр ко мне.
И я помню,
что благодаря тебе я чувствовал себя...
человеком.
Человеком.
ТИМОТИ РЭНДАЛЛ
Спасибо.
Спасибо.
В Вестчестере, штат Нью-Йорк,
произошло нечто необычное:
взрыв машины привел к смерти
неопознанного мужчины.
Власти выясняют причины взрыва
и пытаются опознать жертву
и владельца незарегистрированной машины.
О других...
У этого грызуна острые зубы.
У этого Майера Оффермена.
Должно быть, он обнаружил,
что Александр и Лукас следили за ним.
Тобиас, ты испытываешь боль,
злость, обиду?
Да.
Эту боль тебе причинил грязный жид.
То бешенство, которое ты чувствуешь...
Пусть оно послужит
броней для твоего сердца,
пусть оно станет твоим оружием,
чтобы ты не погиб так же позорно,
как твои жалкие братья.
Быть убитым старым горбатым евреем?
Есть ли более жалкая смерть?
Трэвис, найди этого Майера Оффермена
и прикончи его.
Если надо, возьми подкрепление.
Не волнуйтесь.
Я знаю, как довести это дело до конца.
Если бы вы поручили это мне,
это было бы сразу сделано правильно.
НИЖНИЙ ИСТ-САЙД
Милая, ты прекрасна.
В чём дело? Ты волнуешься?
Я просто хочу, чтобы всё было идеально.
Что ж.
Не говори об этом маме.
Да, во фляжку не наливают кошерное вино.
Знаешь, когда я женился на твоей матери,
в штетле дождь лил как из ведра.
А мой лучший друг Мойше
был болен брюшным тифом.
Мы боялись,
что его вырвет на платье, но...
всё равно всё было идеально.
Знаешь почему? Потому что...
мы были вместе.
Поверь мне, Эми,
это всё, что нужно.
Пока мы вместе,
всё будет хорошо.
В чём дело, папа?
Посмотри на эту картину.
У нас растет юный Рембрандт.
Тебе нравится, папа?
Прекрасная картина, Аарон.
Однажды мы
побываем в этом саду, папа.
Понюхаем цветы.
Нам надо идти, милый.
Мне еще надо нарисовать птичку, папа.
Может, потом, Аарон.
Я с тобой, милый.
Выходи, еврей!
Выходи!
Мы кое-куда поедем.
Живо! Открывайте!
Ну, что вашей шайке нужно на этот раз?
Ты можешь прочитать вот это?
Например, что это
за странный круглый символ?
Этого я не знаю.
И несколько фраз написаны
на древневерхненемецком.
Кажется, это переиздание
научно-фантастического романа
конца XIX века под названием «Врил».
Высшая раса,
живущая в подполье,
планирует начать войну,
революцию.
Эти люди хотят захватить весь мир.
Для нацистов «Врил» был
источником вдохновения,
но эту версию дополнили.
Сейчас.
Это не только источник вдохновения,
но и инструкции.
Поэтому такое название -
«Книга грядущей расы».
Нет. Прости.
«Пособие для грядущей расы».
Три, два, один.
Этого взрыва недостаточно.
В открытом поле - возможно,
но в маленьком замкнутом пространстве
эти тараканы взвоют.
Они планируют войну и клянутся,
что будут сражаться до смерти.
Это был Циглер, так?
Циглер сказал вам меня найти, да?
С «Мерседесом» такого бы не случилось.
Как он? Циглер?
Ну, он...
Стареет, как и все мы.
Что вы делаете, Мориц?
Полковник Циглер?
Нет никакого полковника Циглера,
тупая стерва.
На кого ты работаешь?
На Визенталя?
На Моссад?
Ты еврейка, чтоб тебя?
Ты осложняешь мне жизнь, Мориц.
Откуда у вас синяки на лице?
Я расследовала это дело - вот откуда.
И всё же вы пришли.
В 19.00 я сажусь на поезд
и возвращаюсь обратно в Вашингтон,
так что, если у вас есть вопросы,
начинайте их задавать.
Дэнни сказал,
что в Америке живут тысячи нацистов.
- Так и есть.
- Но как?
Как они сюда попали?
Проникли тайно? Как...
Они не проникли тайно. Это было не нужно.
Мы привезли их сюда.
Первым классом.
Они ели икру и пили шампанское
за счет дяди Сэма.
Вы хотите сказать, что американское
правительство привезло их сюда?
Это какая-то чушь.
Это люди виновны в смерти миллионов...
Евреев, гомосексуалистов,
интеллигентов, коммунистов. Да.
Правительство смогло закрыть на это глаза.
Скажите, агент Моррис,
вы ездили на «Форде»?
- Да.
- Летали через океан?
Смотрели «Белоснежку
и семь гребаных гномов»?
Ну, люди, которые создали всё это, -
те же самые люди, которые считают,
что надо уничтожить евреев и прочих.
Не так быстро.
Когда закончилась война, дядя Сэм тайно
завербовал высокопоставленных нацистов,
до того как их могли
загрести Советы, ясно?
Чтобы использовать их как шпионов,
ученых, инженеров и так далее.
Эту операцию назвали «Скрепка».
Почему «Скрепка»?
Когда компрометирующие документы
были удалены из их личных дел...
- Да.
- ...об их гнусном прошлом
напоминали только отпечатки от скрепки.
Их привезли сюда тысячами
в рамках этой программы
и других подобных операций.
Их привезли сюда,
подчистили их документы
и гарантировали им звездно-полосатую
американскую жизнь с яблочным пирогом.
И вы можете это доказать?
Да.
СЛУЖБА ИММИГРАЦИИ И НАТУРАЛИЗАЦИИ
ИММИГРАЦИОННОЕ ИНТЕРВЬЮ
Ганс Фишер?
О боже. Мне нужны эти личные дела.
Они мне нужны.
Без них мне никто не поверит.
Это не моя проблема.
Вы не можете показать мне это
и просто уйти.
Нельзя, чтобы по этим документам
вышли на меня.
Я не мог бы спокойно жить,
если бы не сказал вам, что я знаю,
но это не значит,
что я не хочу жить, агент Моррис.
Эти люди способны убить вас
и всех, кого вы любите.
Эти люди сделают такое,
что ваши синяки на лице
покажутся сущей ерундой.
Разбирайтесь дальше сами.
Привлеките этих гадов к ответственности.
Но меня в это не впутывайте.
Простите, мне пора на поезд.
ХРАМ «ИЗРАИЛЬ»
Выходите!
Мужчины налево!
Женщины и дети направо!
Живо!
ОСВЕНЦИМ
Мужчины налево!
Женщины и дети направо!
Мужчины налево!
Женщины и дети направо!
Почему?
Чтобы быстрее обработать ваши документы.
Там вы будете вместе.
Что-то... не так. Останемся вместе.
- Моя любовь...
- Останемся вместе, поняла?
Держи меня за руку, Аарон. Всё хорошо.
Папа?
Всё будет хорошо, мой мальчик.
Я тебя не отпущу.
Ты что, не слышал?
Мужчины налево!
Нет.
Минди!
Женщины и дети направо!
Я сказал, дети направо!
Нет. Всё в порядке.
Он останется со мной, я его отец.
- Я сказал, направо!
- Мы же там всё равно будем вместе.
Пожалуйста, позвольте ему остаться
со мной, его отцом.
Он останется здесь.
Отпустите его!
Мы должны быть вместе.
Отойди!
Я не отпущу моего ребенка.
Не отпущу.
Почему задержка?
Простите за задержку, сэр.
Пожалуйста.
Это мой ребенок.
Мой ребенок.
Это мой ребенок. Пожалуйста.
Проклятье, заберите мальчика.
Хватит хныкать.
Я тебя не отпущу.
Не отпущу.
Я тебя не отпущу.
Я не отпущу тебя.
Я тебя не отпущу.
Марри?
Ты можешь отпустить меня, папа.
Я приглашаю родителей невесты
прочитать пятое
из семи свадебных благословений.
Аминь.
Аминь.
Мы помним тьму
и празднуем свет.
- Бифф...
- Я бы и рад поболтать,
но через 20 минут начинается
«Лодка любви», а Дотти делает помадку.
Ты хитрый змей.
Ой, Хуани,
в обычной ситуации
я бы извинился перед тобой за то,
что не поступился убеждениями
и это причинило тебе неудобство,
но д-р Сьюзан, моя психотерапевт,
сказала: «Бифф, со дня ужасного убийства
твоей жены и детей
ты каждый день извиняешься за то,
что выжил.
Прекрати извиняться». Так что...
Так сказала д-р Сьюзан, не я.
Это типично для д-ра Сьюзан.
Нет, ты хочешь подставить меня,
чтобы сделать себе имя.
Вот погоди, я покажу всем,
какое ты на самом деле
презренное и беспринципное чудовище.
Хуанита Крепс.
Не имя, а мексиканско-французский блинчик.
Уже выбери национальную кухню, ладно?
Послушай, ты, старое сомбреро
с маракасами из оркестра мариачи,
не мешай мне,
или окажешься не в кабинете,
а у меня в подвале.
Я запихаю тебя туда,
как собачье мясо в чалупу.
Рад был с тобой поговорить.
Давай скоро еще поболтаем.
Красный «Джонни Уокер»
со льдом, пожалуйста.
Ну что, готов?
Дела мои хуже,
чем у морского огурца на русалочьей оргии.
Такого я еще не слышал.
Ты справишься.
Внимание, поприветствуйте
Джону Хайдельбаума.
- Твой выход.
- Пожелайте мне удачи.
Хорошо, удачи.
Джона!
Ну хорошо.
Как дела, Бруклин?
Как жизнь?
Хорошо.
Простите. Я просто хотел...
извиниться за то, что переврал
Аароново благословение.
Некоторые из вас, наверное, знают,
что мной в последний момент
заменили мою бабушку
Рут.
Которая сейчас
была бы мной очень разочарована.
Но есть одна молитва,
которую я правда знаю...
Хорошо знаю, потому что бабушка
произносила ее каждый вечер.
Каждый вечер. Она говорила,
что эта молитва придает ей мужества
и надежды в самые тяжелые дни.
Она сказала, что эта молитва
сильнее любого оружия и брони.
Она говорила, что эта молитва -
«биркат а-гомель» -
наделяет ее сверхспособностями
и тому подобной хренью... И тому подобным.
Простите.
Извините.
И тому подобным.
Я не хотел ругаться.
И я подумал, что скажу ее сегодня для вас,
Эми и Бен,
от себя.
И
от нее.
Это было хорошо.
Позволь мне уточнить.
Есть владелец магазина игрушек.
Есть женщина-химик и ее брат.
Исчезнувший инспектор
и его беременная жена во Флориде.
Журналист-псих.
Парень в магазине комиксов.
И убитая бабуля в Бруклине
и ее внук-сирота,
который, по твоему мнению, в сговоре
с миллионером Майером Офферменом.
Да, это кажется безумием, но...
И всё это вывело тебя на...
Как ты ее назвала?
Операция «Скрепка», сэр.
А почему я впервые обо всём этом слышу?
Я не думала, что вы меня послушаете, сэр.
Ну, теперь я тебя слушаю.
Тебе придется
временно прекратить вести это дело.
Чёрт, я была права.
Я знала, вы мне не поверите.
Я отстраняю тебя от дела
не потому, что не верю тебе.
А потому что верю.
Посмотри на свое лицо, Моррис.
Я должен согласовать это с начальством.
Ты пока не можешь работать одна.
То есть это вне моей компетенции?
Может, это и вне моей компетенции.
Если дело настолько серьезно,
как ты говоришь, если твой источник прав,
то заниматься этим должен я. Понимаешь?
Вот синагога.
Оставь старого еврея мне.
- Вон там.
- Чёрт. «Кошер ностра».
- Что ты делаешь?
- Ты же видишь, они все вооружены.
И у меня есть идея получше.
Ты трус!
- Молодец.
- Здравствуйте.
Спасибо.
...если я вас снова увижу.
Если нет - здравствуйте!
Смотри, кто у нас тут.
Знаменитость покруче Арта Гарфанкела.
Арт Гарфанкел - волосатая задница
среди знаменитых евреев, так что...
- Спасибо?
- Правда?
По-моему, у Арта Гарфанкела хороший голос.
Прекрасный голос.
Почему вы не носите амулет «хай»,
который носят остальные еврейские мужики?
Потому что я подарил его женщине,
которую любил,
и с тех пор его не ношу.
Отдай.
Это амулет твоего дедушки.
Погодите, вы...
Погодите.
Ты в порядке?
В чём дело? Из-за танца
у тебя еда в животе закрутилась?
Что?
Я понял.
Что ты понял?
То чувство...
Бабушка хотела, чтобы я его испытал.
То, что я сын нашего народа.
Нашего племени.
Я на минутку.
- Марри?
- Что?
Я слышала, что ты сказал.
А что я такого сказал?
Я не знаю, о чём ты говоришь.
Тридцать лет я...
Я не слышала, чтобы ты говорил «аминь».
Что?
Человек не может быть благодарным?
- Что?
- Я узнал его имя. Тим Рэндалл.
Это американское имя Призрака,
а это значит, мы можем его выследить.
Евреи и еврейки,
как я рад видеть мой народ.
Здравствуйте.
Как поживаете? Рад вас видеть.
Ну что тут скажешь? Фанаты меня любят.
Да. Ты что-нибудь выяснил насчет книги?
Да. Это какая-то хрень
на тему «Ты здесь, Бог? Это я, Адольф».
Это нечто вроде пособия.
Они начинают войну, Майер.
И они пытаются...
Кажется, они пытаются
создать Четвертый рейх.
Нет, Джо. Что он делает?
Погоди!
Чертова лгунья!
Нет, не здесь, Джо!
Нет! Пойдем туда.
Чёрт, почему ты нас там бросила?
Мне надо было выбрать
свадебный подарок, идиот хренов.
- Заткнись.
- Что? Нет!
Прекрати!
- Чертова...
- Прекрати.
Второй раз сегодня
на меня нападает какой-то придурок.
- Чертова предательница!
- Выйди на улицу
и открой багажник, мудак!
Чёрт, кто это?
Это Волк?
Не мой Волк.
Хэрриет, отдай свой подарок
уже после свадьбы.
Джо?
У тебя есть зацепка, так?
Остынь.
Иди проверь свою зацепку.
Вперед.
Пойдем, чувак. Пойдем.
Послушайте, мне надо вас
кое о чём спросить...
- Джона, пожалуйста, не сейчас.
- Нет, я...
Тебе надо идти, Джона.
Иди. В другой раз.
Где ты его нашла?
В чудесном сувенирном магазинчике
в Алабаме.
Оказывается, эти южные недотепы
хоть на что-то способны.
Это правда? То, что мне сказали?
Ты теперь решила, что можешь убивать,
не установив личность?
Я думал, у нас есть какой-то кодекс.
У нас есть кодекс, Майер?
Или мы просто говорим себе это,
чтобы верить,
что мы не такие чудовища, как они?
Возможно, мы чудовища,
но не такие, как они.
У нас есть оправдание.
Мы были созданы войной.
Доброе утро, сестра.
Доброе утро, дитя мое.
Меня зовут...
Хэрриет.
Яви нам, Господи, милость Твою.
Эти люди способны убить вас
и всех, кого вы любите.
Чёрт возьми, где ты...
Что случилось?
Ничего.
Как это «ничего», блин? Кто это сделал?
Мне досталось,
когда я арестовывала преступника.
Вот и всё. Я в порядке.
- Это из-за того дела, да?
- Ерунда. Я в порядке! Хватит!
Слушай,
я тут подумала.
Понимаешь, у меня с тобой
первые серьезные отношения,
и я...
Когда мы познакомились,
я не хотела спешить,
потому что не знала,
готова ли к серьезным отношениям,
а ты хотела всего и сразу.
- Я просто... Думаю, это не...
- Не надо, блин.
Это чушь собачья.
Мне нужна свобода.
- Мы поторопились.
- Ты врешь. Свобода?
Не могла придумать ничего получше?
Я тебе не верю.
Ну, может, мы просто хотим
разного в жизни.
Почему ты это делаешь?
Почему ты это делаешь, блин?
Я говорю тебе правду.
Чушь.
В чём дело? Ты напугана?
Ты не хочешь этого делать.
Я хочу. И я это делаю.
Иди на хрен, Милли Моррис!
Ты...
Ты меня любишь, и ты знаешь,
что любишь меня.
А я знаю, что ты мне врешь!
Чёрт!
Я хочу спать. Я не хочу об этом говорить.
- По-моему, всё прошло отлично.
- Я хочу лечь рядом с тобой.
- И ни о чём не думать.
- Вот чего я хочу...
Я хочу...
Не пугайтесь.
Ты понимаешь, что нельзя
устраивать сюрпризы старым людям?
Да.
Подарок на свадьбу ждет вас в подвале.
Правда?
- Для Эми?
- Нет.
Нет.
Этот подарок для вас.
Войдем через заднюю дверь?
Или боковую?
Через крышу.
Это библиотека.
Информация о нас.
Откуда он всё это взял?
Подождем, пока он поднимется наверх,
и тогда застрелим его.
Он до сих пор окружен
жидами с автоматами. Нет.
Уходим.
- Есть и другой способ.
- К чёрту твой другой способ.
Надо было убить его в храме.
Он убил моих братьев.
Пусть рядом будет всё население
Иерусалима, я всё равно отрежу ему клюв.
Ты идиот.
Нам надо идти.
С каких это пор ты мне приказываешь?
Спасибо.
Откуда это?
Идите туда.
Туда.
Погодите.
Возьмите огнетушитель.
Но спасите всё, что сможете!
Так.
Так.
Спасите всё, что сможете.


Серия 7

Алло.
Милли Моррис?
Кто это?
Посмотри, что у тебя за дверью.
Чёрт возьми, кто это?
С Рождеством!
ЭТО МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ ТЕБЯ.
ЭТО НАШЛИ У МАЙЕРА ОФФЕРМЕНА. ТИК-ТАК
ОХОТНИКИ
Стоит сказать об этом остальным?
Сказать остальным? Нет.
Нет.
Это из дела Шлеффлера.
Чёрт, они имеют право знать,
что здесь произошло.
Что? Ты меня не слышала?
Я непонятно выразился?
Они узнают, когда я решу,
что они должны узнать,
и не раньше.
Мы всё спасем.
Давай работай.
1968 г.
Еще раз, бабушка, пожалуйста.
Расскажи мне про себя и дедушку.
Еще раз, малыш?
Пожалуйста.
Ладно, но потом ты будешь спать.
Я серьезно, Джона.
Давным-давно жила-была принцесса.
Она любила смеяться
и купаться со своей сестрой Хавой.
Но однажды появился страшный король-волк.
Он похитил принцессу и ее сестру
и отвез их в крепость в лесу.
Он держал их там очень долго.
Там они не хотели смеяться и улыбаться,
и даже еды там не хватало на всех.
Солдаты короля-волка
забрали всех остальных пленников,
даже сестру принцессы,
и принцесса осталась одна.
А когда она осталась одна,
король-волк попытался
завоевать ее сердце подарками,
но она не хотела ничего принимать от него.
Ей становилось
всё более грустно и одиноко.
Но однажды
в лесу появились добрые эльфы.
Король-волк так испугался их, что убежал,
и с тех пор его больше никто не видел.
И тогда принцесса увидела его -
храброго рыцаря в зеленых доспехах,
короля добрых эльфов.
Дедушку.
Да, Джона.
Он вылечил ее, он обещал защищать ее
и увезти ее в страну, в которую
никогда не проникнет король-волк.
И она знала, что он любил ее,
а она любила его.
И он на небесах с мамой?
Да.
А я здесь
с самым лучшим подарком на свете.
- Со мной.
- Правильно.
С ее милым сыном Джоной.
Конец.
А теперь
пора баиньки.
- Я тебя люблю.
- Я тебя тоже.
Значит, у твоей бабушки был еврейский
амулет, который ей подарил твой дед.
МЭРИЛЕНД
УПРАВЛЕНИЕ ПО ДЕЛАМ ВЕТЕРАНОВ
А Майер сказал, что отдал свой амулет,
чтобы кого-то трахнуть.
Это не доказывает, что он твой дед.
Всю жизнь мне говорили,
что этот мужик - мой дедушка.
На свидетельстве о рождении мамы
не стоит его имя.
На месте имени отца пробел.
А Минди сказала, что у бабушки и Майера
были сложные отношения.
Куда уж сложнее, чем обрюхатить женщину,
а потом бросить ее?
Сделай одолжение, прекрати ныть,
как еврейский скаут
в лагере «Киндер ринг»,
и просто позвони ему.
У нас полно более важных дел, hombre.
Например, конец света.
В общем, мы пойдем туда
и выясним всё, что сможем.
Если Призрак работал на военных
под именем Тимоти Рэндалл,
здесь должна быть информация о нём.
И ты никому не будешь звонить.
Ты просто будешь сидеть в машине
и не выключать двигатель.
Мило. Да.
- Я шофер.
- Ты не шофер.
Ты парень, который сидит в машине,
чтобы ее никто не угнал.
Да, я шофер, блин.
Я бы не смог снять эти санкции без вас,
господин президент.
Бифф явно что-то скрывает. Я уверена.
Наша подруга в «Пост» вам кое-чем обязана.
Если Бифф что-то скрывает,
она это выяснит.
Она что угодно может раскопать.
Позвони ей.
Ему тоже надо есть, так?
Зачем? Он всё равно умрет.
Но он должен жить,
чтобы испытать страдания.
Ты сам это сказал.
Я говорил серьезно.
Он умрет ужасной смертью.
Он заплатит за то, что сделал с Аароном.
Как?
Как?
Знаешь, 34 года я мечтал об этом дне,
но я не заходил в своих мечтах так далеко.
Моя бывшая...
перестала приводить ко мне детей.
Наверное, им надело слушать,
как их отец кричит в три часа ночи.
Вот тогда-то я и понял,
что мне нужна помощь,
и я начал ходить к психотерапевту...
Знаешь, я люблю потрындеть в кругу друзей,
но здесь так нудно.
Архив дальше по коридору.
Ждем подходящего момента.
Если мы еще немного подождем,
будем на следующей неделе
кричать «зиг хайль» перед рейхсфюрером.
- Кто следующий?
- Я.
Что привело вас сюда?
Что привело сюда нас всех?
Мне плохо, сержант.
Я не сплю.
Всё время вспоминаю вьетконговцев.
Как будто я...
Как будто я скучаю по войне.
Это ненормально?
Нам всем это знакомо, правда, парни?
Я просто...
Я хочу снова почувствовать,
что живу, понимаете?
Как тогда, когда крался
по минному полю в Кхешани
и смотрел с вершины холма в Хюэ,
как падают напалмовые бомбы.
После этого была такая тишина...
Знаете, как мы ее называли?
Оглушительную тишину, которая наступала,
после того как наши поливали вьетконговцев
адским огнем, подобным южному ливню.
Мы называем ее...
спиралью смерти.
Погодите. Я уже слышал эту историю.
- Подожди очереди.
- Мы все слышали.
Это точно.
Это из «Спирали смерти-2».
Если честно, парни, я не думал,
что кто-то его смотрел.
По крайней мере, в нашей стране.
Я Лонни Флэш.
Спасибо вам за службу.
- Лонни Флэш?
- Это что, шутка?
Просто собираю материал для роли.
Никого не хотел обидеть.
Ли Страсберг сделал бы то же самое.
А ну убирайся отсюда!
После напалмовых бомб не бывает тишины.
Только крики.
Всем, кто видел это вблизи, это известно.
Мы патрулировали деревню на Меконге,
когда попали под огонь.
Вьетконговцы спрятались за деревьями.
Я отстал от своего взвода.
Мой взвод отступил,
и лейтенант попросил ударить напалмом.
Когда рассеялся дым,
я увидел маленькую девочку.
Ей было лет шесть.
Она обгорела,
она тянула ко мне руки,
просила, чтобы ее взяли на руки.
Я пытался ей помочь.
Ее кожа облезала у меня на руках.
Только потом я понял,
что она не просила взять ее на руки.
Она просто хотела,
чтобы прекратились ее страдания.
И я...
я сделал это.
Ей нужно было оружие.
Я был этим оружием.
Спасибо, что рассказал нам это.
Теперь ты уже не на войне.
АРХИВ
РЭНДАЛЛ, ТИМОТИ
Не заставляй меня об этом пожалеть.
Спасибо.
Пожалуйста.
Вы приличный человек.
Ни слова больше.
Я знаю, кто вы.
Вы Марковицы.
Ваш сын... Его звали Аарон.
Вы его отпустили.
Вы нарушили свое обещание.
Умри!
Умри!
Умри немедленно!
Минди.
«И избивали Иудеи всех врагов своих,
побивая мечом,
умерщвляя и истребляя,
- и поступали...»
- Нет, не надо. Пожалуйста.
- «...с неприятелями своими...»
- Нет.
«...по своей воле».
Ваш сын
наблюдает за вами.
Он знает, что вы убийца.
Чудовище!
Господи.
Нашли что-нибудь об операции «Скрепка»?
Проходи, садись.
Я выясняю, Моррис, но на это уйдет время.
И если твой источник говорит правду,
вряд ли люди, с которыми я буду говорить,
честно расскажут
о том, как они скрыли самый крупный
массовый заговор в истории нашей страны.
Может, это и не нужно.
Этот белый старик,
владелец магазина игрушек, - Хайнц Рихтер.
- Кто-то за ним наблюдал.
- Да.
Вот это подбросили мне на порог с запиской
о том, что это было найдено у Оффермена.
Они оставили обратный адрес?
Надо послать этим добрым самаритянам
корзинку с фруктами.
Это настоящие документы, босс.
Судья будет рад это услышать.
Ты ведь этого добиваешься?
Ты хочешь получить ордер
на обыск у Майера Оффермена
на основании информации, чудесным образом
появившейся у тебя на пороге.
Знаю, у нас не получится
обвинить его в убийстве,
но у него полно других таких документов.
Рихтер, Фишеры.
Оффермен явно идет по списку.
Если не получится разговорить
насчет «Скрепки» членов правительства,
может, получится с Офферменом.
Мне просто надо попасть к нему в дом,
найти его документы,
и тогда я смогу раскрыть эту тайну.
Ты никак не можешь попасть
к нему в дом законным способом.
- Ясно.
- Но...
Это не значит,
что ты вообще не можешь туда попасть.
Ты же знаешь, как это делается.
Приукрась немного правду.
Скажи судье то, что он хочет услышать.
Ты должна научиться спокойно жить,
при том что на совести у тебя неспокойно.
Наши лучшие агенты делают то,
что потребуется.
Другие служат здесь 20 лет
и выходят на пенсию.
Вопрос в том, Милли,
какой агент ты?
Мне кажется, будто он здесь.
Кто?
Аарон.
Мне кажется, он наблюдает за нами.
Если бы он видел нас, Марри,
что бы он подумал?
Ну, этот человек...
ограбил нас. Этот человек...
украл нашего прекрасного мальчика.
И я убью его.
Так мы хотим отомстить
ради Аарона
или ради нас?
Я убью его сегодня. И дело будет сделано.
Всё, что мы делаем, мы делаем вместе.
Да.
Согласно его личному делу,
Тимоти Рэндалл живет с кем-то
по имени Уна Рэндалл.
Если мы туда пойдем,
вы правда думаете,
что мы найдем какого-то мужика
по кличке Призрак,
в предместье, где живут только белые люди?
Думаете, он живет в этом доме
и пердит в своем кресле-качалке?
Эйхмана нашли не в аргентинском особняке.
Когда его нашли,
он работал на заводе и жил в лачуге.
Чёрт, кто-то идет.
Да. Видимо, это и есть Уна.
Ей лет 55-59, блондинка.
Может, это его дочь.
Или это она, или дублерша Шерил Лэдд.
У дублерши Шерил Лэдд
сиськи как ванильное мороженое.
Я-то знаю, потому что я съел два шарика.
- Пошли найдем этого чертова Призрака.
- Да.
Я не пойду первым.
Чёрт возьми.
Какого хрена?
Может, не стоит это делать?
Кому ты передаешь сообщения?
Что ты передаешь?
Он не похож на Призрака.
Дитер сказал, они работали
над чем-то очень важным.
В Эджвуде производили
биологическое оружие.
Может, этот тип -
объект экспериментов Призрака.
Посмотри у него за ушами.
У половины вдов с Родео-драйв
такие же шрамы.
Пластическая операция.
Девять пальцев.
Это не объект экспериментов Призрака.
Это он сам.
Может, пластическая операция
помогла ему исчезнуть.
Ты хорошо провел день?
Ни с места! Ни с места, блин! Стоять!
- Успокойтесь. Возьмите что хотите.
- Ни с места.
Пожалуйста, не убивайте нас.
- Лонни! Джо!
- Пожалуйста. Вы его напугали.
- Стоять, блин.
- Пожалуйста.
- Что случилось?
- Чёрт.
- Что случилось?
- Она обнимала ребенка.
Какого хрена?
Чёрт.
ВАШИНГТОН,
ОКРУГ КОЛУМБИЯ
Если замахнуться сзади,
мяч может далеко улететь.
Точно говорю, парни,
тут главное - сильное запястье.
Пит, твоя Кори вроде беременна?
Ну, тогда ты быстро укрепишь мышцы руки.
Бифф Симпсон.
Джози Паркер, «Вашингтон пост».
Я пишу статью о снятии Картером
санкций против стран Южной Америки.
Она пойдет на первую полосу.
Потом договорим, парни.
А сейчас...
Мисс Паркер, да?
Вы хотели расспросить меня
о замечательном законе.
На самом деле я хотела спросить вас
о вашей связи с «Шидлер корпорейшн».
С южноамериканской корпорацией.
Вы посетили три последних
корпоративных ритрита «Шидлера».
И прочитали доклад на последнем.
Где я убедил их обосноваться здесь.
Создать рабочие места в Америке.
Меня впечатляет ваш патриотизм.
Но я должна спросить:
может, вам это было выгодно?
У законопроекта не было шансов,
а потом, по моим сведениям,
вы заставили коллег принять его.
Я бы не стал так уж доверять
вашему источнику.
Хуанита обидчивая.
Это подрывает доверие к ней.
Факт остается фактом: вы очень дружны
с компанией, которая больше всего
выиграет от снятия эмбарго.
У меня по латыни была тройка,
но если я напрягусь,
я вспомню, что такое quid pro quo.
Не вспомните.
И мне не нужны эти проблемы.
Хуанита больше ни на что не влияет.
Забудьте об этом -
и я добуду вам доступ в Овальный кабинет.
И вы каждый день будете на первой полосе.
Дело в том, Бифф,
что Картер даст вам пинка под зад,
как только выйдет эта статья.
Говорят, вы, азиаты, сильны в математике.
А это...
Из этого ничего хорошего для вас
не сложится.
Не пишите эту статью.
Мы схватили, что могли.
Его лицо изменилось,
у него были шрамы от операций,
но говорю тебе, это был он.
ПАЦИЕНТ: ТИМОТИ
СУЛЬФАТ МОРФИНА
Похоже, Призрак раздобыл себе новое лицо,
чтобы его не узнали.
А Джона нашел музыкальную шкатулку
рядом с радиоприемником Призрака,
которая играла ту же жуткую мелодию,
как та, что мы слышали у Холштеддера.
Кажется, я его разгадал.
Шифр. Пойдемте.
Марри и Минди не могли его разгадать,
потому что у них не было ключа к коду.
Мелодия в музыкальной шкатулке
состоит из тех же нот, что и колыбельная,
только эти две мелодии
звучат в разных размерах.
Десять лет уроков игры на пианино
с Нетти Цукерман.
Это полиметрия.
Поэтому музыкальная шкатулка
стояла рядом с радиоприемником.
Размер колыбельной - три четверти.
Размер мелодии шкатулки - четыре четверти.
Если включить их одновременно,
они звучат нестройно,
но каждая четвертая нота колыбельной
совпадает с нотой из музыкальной шкатулки.
Да, я ничего не понял в этих до-ре-ми,
можно то же самое по-английски?
Музыкальная шкатулка -
ключ к разгадке шифра.
Марри сказал, что текст азбуки Морзе
после дат - полная бессмыслица.
Но если обращать внимание
только на те фрагменты,
когда совпадают размеры мелодий
музыкальной шкатулки и колыбельной,
получается вот что.
Координаты.
Хорошо.
Хорошо.
Спасибо, Лонни.
Спасибо.
Хорошо.
Если координаты правильные,
то они нацелились на Бьюкенен.
И на место рядом с Центральным вокзалом.
Я переслала ту пробирку с кровью
знакомой в Колумбийском университете.
Ей потребуется несколько дней для анализа,
но она думает, что Джо, возможно, прав.
Скорее всего,
у них есть биологическое оружие.
Если это правда, то даже совсем немного
в многолюдном месте...
Если это произойдет сегодня,
нам понадобятся Марри и Минди.
Да, и Рокси.
- Нет.
- Джо...
Не впутывай ее в это.
Джо, съезди за ней.
Живо.
Может, ей больше не нужна Охота,
но она всё еще нужна Охоте.
Это приказ. Ты хочешь услышать эти слова?
Я займусь Марри и Минди, ладно?
Да.
Эй, погодите.
Почему...
Почему вас не было в сказке?
Что? В какой сказке?
Бабушка рассказывала мне сказку,
когда я был маленьким.
Про принцессу и рыцаря в зеленых доспехах.
Так она рассказывала мне,
как она пережила войну,
как познакомилась с дедушкой.
Но о вас в ней ничего не говорилось.
Только о нём.
О нём.
Натаниэль Хайдельбаум.
- Да.
- Так?
Он был солдатом в лагере для беженцев.
Да, он был очень добр к ней.
К нам.
Да.
- Он не был моим дедушкой?
- Нет.
Нет.
Потому что вы мой дедушка.
Я прав?
Ну же, скажите. Пожалуйста, скажите.
Да.
Да, я...
- Это я.
- Почему?
- Я хотел...
- Почему?
Почему она не хотела,
чтобы я знал, кто мой дед?
Почему мне было лучше не знать
о вашем существовании?
- Зачем надо было мне врать?
- Нет.
Она не врала тебе.
Она врала ради тебя.
Это не одно и то же.
Она оберегала тебя.
Ложь иногда может быть
совершенно бескорыстной.
- Иногда мы рассказываем истории...
- Сэр...
- Что?
- Здесь люди из ФБР.
Опусти пистолет, блин.
- Немедленно!
- Стоп!
Прекратите!
Пожалуйста.
А теперь скажите,
чем я могу вам помочь?
У меня есть ордер на обыск вашего дома.
Что?
Разойдись, наверх. Ты со мной.
Я надеялась,
что не увижу тебя здесь, Джона.
Куда он ведет?
- На чердак.
- А что у вас на чердаке?
Призраки.
Покажите мне призраков.
Здесь... Нет, налево.
Вот сюда.
Я же сказал, здесь нет ничего интересного.
Похоже, здесь был пожар.
Причём совсем недавно.
Да, был...
Что же... Упала масляная лампа.
И начался пожар.
Но неуклюжесть - не преступление,
правда, агент Моррис?
Майер Оффермен, вы арестованы
за убийство Хайнца Рихтера.
- Вы имеете право молчать.
- Нет.
- Нет. Так нельзя.
- Всё, что вы скажете,
- будет использовано против вас.
- Не имеете права.
- Вы имеете право на адвоката.
- Он говорит правду.
- Джона, пожалуйста.
- Извини, Джона.
- Они не имеют права.
- Всё под контролем.
- Никого права, блин...
- Простите.
Разве это законно? Это же незаконно, блин!
Извини, Джона.
Это просто чушь.
«ШИДЛЕР КОРПОРЕЙШН»
Я сказала
больше меня сегодня не отвлекать.
Вам звонит журналистка.
Джози Паркер из «Вашингтон пост».
Что-то насчет Биффа Симпсона.
Соедините меня с ней.
Катарина Лоу.
Джози Паркер, «Вашингтон пост».
Мы публикуем статью о Биффе Симпсоне.
Понятно.
Нет. В таком случае,
вот мое официальное заявление:
Бифф Симпсон - патриот.
Мы в «Шидлер корпорейшн»
благодарны ему за его работу
и горды тем, что он наш друг.
Нет, больше мне нечего сказать.
Спасибо.
А-62.
Да, у нас проблема.
Я скажу по-другому. У Симпсона проблема.
Кто вы?
Почему я здесь?
Чёрт возьми, кто вы такие?
Тебя зовут...
Тебя зовут Мориц Эрлих.
Ты был командиром,
который занимался сортировкой заключенных,
прибывших в Освенцим
утром 18 марта 1943 года.
В тот день ты навел свой пистолет
на одного мальчика.
И выстрелил в него в упор.
Нет.
- Нет!
- Да, ты вырвал его
из объятий отца и застрелил его.
Этот мальчик
был нашим сыном.
Он так плакал.
Не я сделал это с вашим ребенком.
Я видел это
своими глазами.
Своими глазами.
Я свидетель.
Скажи мне, что ты это помнишь.
Нет. Это был не я.
Его звали
Аарон Эфраим Марковиц.
Он любил кататься на лошадях
со своими кузенами из Люблина.
И рисовать акварелью.
Он любил акварель.
И музыку. Музыку клезмеров.
И он любил читать. Очень любил.
Особенно истории...
истории про семь чудес света.
Очень любил.
Ты знал это, когда нажал на курок?
Он был человеком
с надеждами,
мечтами
и любовью в сердце.
А ты даже не помнишь этого выстрела.
Нет.
- Нет, это неправда.
- Нет. Минди!
Он этого не достоин.
Он не достоин видеть, как мы страдаем.
Он этого не достоин.
Покончи уже с ним, Марри! Покончи!
Погоди. Не стреляй.
Я вспомнил. Пожалуйста.
Пожалуйста.
У него были каштановые волосы.
И лицо как у херувима,
и маленький шрам на подбородке.
Стреляй. Убей его.
Я помню.
Мы не могли оторвать его от тебя.
Четверо охранников пытались,
но ты нам его не отдавал.
Ты очень долго обнимал его,
когда он уже умер.
Пожалуйста.
Я не могу это сделать. Не могу.
Нет.
- Пожалуйста.
- Минди...
Марри, пожалуйста.
Нет, не надо. Не надо этого делать.
Минди. Марри.
Ау!
- Откройте. Это Джона.
- Что? Будь осторожен.
- Осторожнее. Будь осторожен.
- Минди. Марри.
- Скорее.
- Джона, это ты?
- Осторожней.
- Что за спешка?
Федералы. Федералы забрали Майера.
Кто-то попытался сжечь Ковчег.
- Творится полная херня.
- Как это?
- В чём дело?
- Не так быстро. Давай с начала.
Я расшифровал код. Нацисты...
Сегодня вечером они собираются
применить в городе биологическое оружие.
- Я возьму инструменты.
- Скорее, нам надо идти.
Простите, если я помешал.
Да.
Как жизнь, Рокс?
Привет.
Ты маленькая.
Я не думал, что она такая маленькая.
Милая, поднимайся в квартиру.
Мама сейчас придет. Хорошо?
Что ты здесь делаешь, Джо?
Я всё ясно сказала. С меня хватит.
У них есть биологическое оружие, Рокс.
Вот что они затевали.
Радио, красные книжки.
- Майер послал меня сюда.
- Джо!
Я не вернусь.
Я тебя и не прошу.
Я пришел, чтобы сказать тебе,
что это произойдет сегодня.
Ты должна забрать свою дочку
и уехать из города.
Джо.
Спасибо.
ШТАБ-КВАРТИРА ФБР
Сначала нам показалось, что Гретель Фишер
поскользнулась в душе.
Но потом я поняла, что ее отравили газом.
А ее брат Ханс погиб в автокатастрофе,
но сначала кто-то выдрал ему зубы.
После них
настала очередь Хайнца Рихтера.
Здесь всё было сделано более небрежно,
как будто его убил подросток.
Вы разрешили ему самому сделать это?
Обучили его азам убийства?
Не впутывайте сюда мальчика.
Почему? Вы же сами его и подставили.
Вы заплатили за него залог,
взяли его к себе.
Я думаю, вы заодно научили его убивать.
Да, Джона хотел отомстить
за смерть своей бабушки,
и вы показали ему, как это сделать, да?
Это личное дело с работы Гретель Фишер.
Не надо мне говорить, что это не ваше,
потому что в лаборатории
уже сравнивают отпечатки пальцев.
Это?
Это не предположение.
Но это всё цветочки, перейдем к ягодкам.
Если не хотите загубить свою карьеру,
я предлагаю вам отпустить меня.
Если не хотите сдохнуть в тюрьме,
я предлагаю вам начать говорить.
Дотти?
Ты не поверишь, какой у меня был день.
Почему каждый раз,
как женщина отнимает у мужчин работу,
ей обязательно надо это подчеркнуть?
Дотти?
Нет.
Иди на хрен.
Иди на хрен!
На хрен!
На хрен!
Это ваши документы.
Теперь они у меня.
Кто прислал их мне, Майер?
Кто хотел погубить вас?
Давайте на секунду сделаем вид,
что вся чушь, которую вы несете, - правда.
Давайте.
Если бы я правда делал то,
- что вы предполагаете...
- Вы это и делаете.
Как вы думаете, кто мои враги?
Вот именно.
И если предположить,
что они и правда мои враги,
разве они бы не захотели
передать эти документы вам,
чтобы вы могли арестовать меня,
как вы это сделали,
а нацисты могли бы творить что хотят?
Когда вы допрашивали мальчика у меня дома,
вы сказали,
что он всё еще может поступить правильно.
Да.
А как насчет вас?
По-вашему, вы сейчас поступаете правильно?
Да. Похоже, что так.
Не я же сижу в наручниках.
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ВОКЗАЛ
Слушай, я просто вот что хочу сказать:
это же ФБР.
Может, нам стоит беспокоиться.
Майер бывал и в более трудных ситуациях.
Это же федералы.
И не говори.
Странные у тебя
понятия о благодарности, слышишь?
Слышишь, маленький подонок?
Майер приютил тебя в трудную минуту.
Да уж, лучше поздно, чем никогда.
Только не надо мне говорить,
что вы не знали про него и бабушку.
Вы даже пытались мне об этом сказать,
когда я к вам пришел.
Что он бросил женщину, которую любил.
Оставил ее одну растить их дочь.
А когда эта дочь умерла,
рожая меня, он остался в стороне.
Всё это время, блин,
когда бабушке и мне так трудно жилось,
его не было рядом с нами,
так что извините, я не прыгаю от радости,
наконец познакомившись с дедушкой.
Пошел он на фиг.
А тебе не пришло в голову,
что она сама хотела,
чтобы Майер оставался в стороне?
Может, ты думаешь,
что всё понял про Майера,
но никогда нельзя
досконально узнать человека.
Мы носим разные маски,
чтобы защитить друг друга.
- Сукин сын.
- Что?
Это он.
Это он убил Бути. Он идет к поезду.
Лонни, ты его видишь?
Где? Не вижу.
- Метро. Чёрт.
- Погоди!
Чёрт побери!
БЬЮКЕНЕН,
НЬЮ-ЙОРК
Это те координаты?
Электростанция?
Зачем выпускать вирус на электростанции?
Давай разойдемся и выясним это.
ЦЕНТР И БРУКЛИН
Экспресс в центр. Интересно, куда он едет.
Подержите двери!
Дамы и господа, это экспресс в центр.
Пожалуйста, не выставляйте руки и сумки,
когда закрываются двери.
Не выставляйте руки и сумки.
У Уны была такая же сумка в доме Призрака.
Точно?
Осторожно, двери закрываются.
Чёрт. Нам надо идти.
Блин!
Чёрт. Он уходит. Что нам делать?
Лонни, ты наш распрекрасный
ублюдок с усами.
Где его сумка?
Вы привели меня сюда не для того,
чтобы предъявить обвинения в убийствах.
А зачем же я ваc сюда привела?
Вы понятия не имеете, что делать.
И вот вы приводите меня сюда
и разыгрываете этот спектакль.
Наручники.
Хорошая деталь.
Вы заставляете меня нести какую-то чушь,
чтобы ваш начальник,
который стоит там за зеркальной стеной,
наконец начал воспринимать вас всерьез.
Так, агент Моррис?
Это досье иммиграционной службы
Гретель Фишер.
В углу остался след от скрепки,
значит, в этом досье
был и другой документ.
В котором была вся ее подноготная,
украшенная свастиками.
Вы знали об этом,
да?
Мы оба знаем о том,
что здесь, в Америке, живут нацисты.
Я нашла их, расследуя убийства,
которые вывели меня на вас.
Но я вам точно скажу,
что в вашем старом теле
не осталось достаточно сил,
чтобы убить всех тех нацистов,
которые еще ходят на свободе,
пьют пиво и едят гамбургеры.
Потому что всё очень серьезно.
Это не пара старых нацистов,
спрятавшихся в предместьях.
Этот след от скрепки доказывает,
что нацистов сюда привезли
с согласия правительства.
Я выстраиваю дело,
и мне нужна ваша помощь.
Скажите мне, как вы их нашли.
Вы правы.
Всё намного серьезнее,
чем можно себе представить.
Они...
Они живут среди нас,
у них есть связь друг с другом,
и у них есть план нападения на Нью-Йорк.
- Сегодня вечером.
- Сегодня вечером?
Сегодня.
Поэтому вы должны отпустить меня.
Вы должны меня выпустить.
- Сегодня.
- Немедленно!
Как удобно получается!
Там будут все страшилки, да?
Я думала, вы сможете увидеть
общую картину.
Может, ночь в камере вас образумит.
- Запомните одно.
- Что?
Кровь, пролитая сегодня,
будет на ваших руках.
На ваших руках!
БЬЮКЕНЕН - ЮЖНАЯ ПОДСТАНЦИЯ
ОХРАНА
Брось оружие!
Нет.
Нет.
Мистер, не трогайте это.
- Не надо. Убери руки.
- Я первый ее нашел.
- Хочешь денег?
- Что ты делаешь?
Хочешь десять баксов?
Посмотри. Видишь?
Вали отсюда.
Это свинство.
С ума сошел? Никогда нельзя
доставать из кармана деньги в метро.
Чёрт.
Может, нам повезет,
и здесь окажется...
Нет, это бомба.
Кто ты такой, блин?
Член группы,
которая пытается остановить нас?
Какие болваны.
Нас не остановят
жиды, япошки
и кто бы то ни было.
Работу отца нельзя остановить.
Шалом, гадина.
Что? Не обнимешь меня
в знак благодарности?
Так, электронный детонатор,
фальшивые провода,
имеется избыточность.
Погодите. Что это значит?
Это значит,
что, если я перережу не тот провод,
то мы отправимся на седер с покойниками.
Хорошо,
ты сказал, что Призрак
разрабатывал биологическое оружие?
Нет, это просто...
Это обычная...
взрывчатка.
Да. Послушай, парень,
сделай одолжение.
Убери отсюда всех этих людей,
выведи их из вагона,
пусть идут в заднюю часть поезда.
Погодите. А как же вы?
А я обезврежу бомбу и стану героем.
- Вот что я сделаю.
- Нет. К чёрту это.
Нет, не к чёрту. Нет.
Я заработаю славу. Все бабы будут мои.
- А ты отсюда уйдешь.
- Нет. Я никуда не пойду.
- Я не уйду без...
- Послушай меня.
Ты выведешь всех отсюда,
выведешь людей из вагона, ясно?
К чёрту всё это. Я вас не брошу.
Это тоже хорошее дело.
Уходи.
Иди.
Так, послушайте. Выходите.
Вперед. Живо.
Я не буду отбирать у вас... Нет.
Идите сюда. Сюда. Идите!
Не нужны мне ваши чертовы деньги,
просто выйдите.
Давайте, идите,
не то прострелю вам голову. Вперед!
Выходите из вагона! Убирайтесь!
В следующий вагон, блин! Живо!
О, да вы Лонни Флэш.
Это не так клево, как ты думаешь.
Живо!
В следующий вагон! Вперед.
Идите.
Давайте побыстрее. Вперед!
Я сказал, быстрее!
Выходите! Живо!
Благодарю тебя, Господи.
Вы... Вы видите...
Что будешь делать дальше?
Пусть посидит.
Рано или поздно он что-то скажет.
- Что вы там делаете?
- Какого чёрта?
Что это было? Что это такое?
Что происходит? Вы знаете, что происходит.
Выпустите меня, пожалуйста!
- Вот чёрт!
- Уйди с дороги, блин.
«Пули на Марсе», точно?
Недооцененный фильмец.
Во всём городе отключилось электричество.
Это неприемлемо. Моя компания
ждет этого груза несколько недель.
Дамочка, я же вам сказал.
Я должен закрыть контору.
Аварийный протокол.
Я не уйду без моего груза.
Нет, понимаете, этот груз еще не прошел
таможенный досмотр.
Надеюсь, вы взяли с собой спальный мешок.
Пятнадцать миллионов.
На эту сумму вам будет предъявлен иск.
Каждый день задержки груза означает
$345 000 убытков для моей компании.
И это ерунда
по сравнению с убытками, которые понесут
наши 64 корпоративных клиента.
На кого, по-вашему, я покажу пальцем,
когда они придут за своими деньгами?
Так что нет,
я не взяла с собой спальный мешок.
Потому что я ухожу,
и я забираю с собой мой груз.
Товар в грузовиках?
Мы готовы ехать.
Поехали.
НЬЮ-ЙОРК
АВАРИЙНО-СПАСАТЕЛЬНАЯ МАШИНА
Прикрепите эти пропуска -
и вы везде проедете.
Ни в коем случае не останавливайтесь.


Серия 8

Чёрт, электричество отключилось!
ОХОТНИКИ
«ШИДЛЕР КОРПОРЕЙШН»
НЬЮ-ДЖЕРСИ
Чёрт, электричество отключилось.
Нет света во всех пяти районах города.
Полиция Нью-Йорка просит подкрепления.
- Где?
- Где?
Выгляни в окно, Саловара. Везде, блин.
Давайте, убирайтесь отсюда
и патрулируйте улицы!
- Что происходит, блин?
- Я же говорил вам, идиотка вы этакая!
Я вам говорил!
Кровь, пролитая на улицах,
будет на ваших руках!
Мне мало вашего слова.
Мне нужны доказательства, блин!
Доказательства! Возьмите... Смотрите!
Наступила тьма египетская!
Это разве не доказательство?
Будьте вы прокляты!
Послушайте меня.
Я расскажу вам всё,
что знаю о Четвертом рейхе,
но вы снимете с меня эти оковы.
Не сниму. Вы преступник.
- Я не преступник! Пожалуйста!
- Вы убийца.
Нет, я спаситель!
Понимаете? Я спаситель.
Посмотрите. Это крест.
Вы верующая, так?
- Верующая?
- Да.
Да? Хорошо.
Тьма была девятой казнью египетской.
Монахини не говорили вам,
какая казнь была десятой и последней?
Смерть первенцев.
Смерть. Смерть миллионов.
Смерть миллионов.
И если вы хотите предотвратить это,
нам надо немедленно уйти отсюда.
Это любовь на одну ночь.
Как только пробьет полночь,
я снова буду вас преследовать.
- Давайте руки.
- Посмотрите на меня.
Богом клянусь,
если вы что-то выкинете, блин,
- я вас застрелю.
- Не сомневаюсь.
Иди сюда!
Почему ты не спас меня?
Это ты меня убил!
Это ты виноват.
Чёрт, откуда нам знать,
что мы можем ей доверять?
Потому что, если кто-то узнает,
что я делаю,
меня посадят
на срок от 25 лет до пожизненного
вместе с вашей гребаной кавер-группой,
косящей под Village People.
- Всё, прекратите. Хватит.
- Да.
- Хватит! Прекратите.
- Майер.
Они взорвали электростанцию.
Они разгромили город.
Она нужна нам.
Нам нужны ее ресурсы.
Где Джона? И Марри?
Мы разделились.
А Марри у нас не то чтобы чемпион по бегу.
И, кстати, я в порядке.
Я вижу, как вы беспокоитесь.
Джона.
Мне так жаль.
Мне жаль.
Мне жаль.
Нет.
О нет.
О боже.
Сегодня мы тоже в кромешной тьме,
потому что Марри был нашим светом.
Не секрет,
что после ужасов Холокоста
Марри отвернулся от Бога.
Он вопрошал: «Как может Бог существовать?»
Ирония в том,
что ответ на этот вопрос - сам Марри.
Такой человек - убедительное
доказательство существования Бога.
Не Неопалимая купина, не Левиафан,
но человек, который обеспечил
безопасность других людей
во время вчерашнего ЧП в метро.
Человек, который в прошлом году
пришел ко мне тайком от Минди,
чтобы сделать последний подарок
своей верной жене.
Он сказал: «Ребе, когда она наконец
запилит меня до смерти,
я хочу богослужения в храме.
Я хочу иудейскую церемонию.
Не потому, что я верю в Него,
а потому, что я верю в нее».
Давайте навсегда сохраним веру в Марри.
Благодаря тому, что мы знали Марри,
мы всегда будем знать, что такое свет.
Мне так жаль.
Я люблю тебя.
Он явно хорошо рассмотрел мое лицо.
Итак...
В больницы не поступали пациенты
со вспышками вирусных заболеваний,
с химическими отравлениями.
Ничего подобного.
В этих бомбах не было вируса.
Полиция Нью-Йорка объясняет взрыв
неполадками электричества
в метро, так что...
Никакого вируса.
Никакой массовой гибели людей.
Это не имеет смысла.
Может, Марри это предотвратил.
Может, они просто хотели
отключить электричество и взорвать метро,
убить сотни людей, а мы это предотвратили.
Ни фига мы не предотвратили.
Они все говорили, что Призрак создавал
оружие помощнее атомной бомбы.
Парень прав.
Кровь Призрака - наша лучшая зацепка.
Я съезжу к Патрисии. Встретимся у Майера.
ЧЕВИ-ЧЕЙЗ,
МЭРИЛЕНД
М-р Симпсон?
Сэр, меня зовут Малдонадо,
я из полиции Чеви-Чейза.
Нам позвонил кто-то,
кто опасался за вашу безопасность.
М-р Симпсон?
Вы в порядке?
М-р Симпсон?
Какого хрена?
К концу этой недели
у нас будет 1 900 000 литров раствора.
Мы оцениваем, что к концу месяца
погибнет 12 миллионов человек.
Мы ударим по центрам всех крупных городов
отсюда до Лос-Анджелеса.
По людям с низким доходом и низким IQ.
Наши исследования показывают,
что меньшинства купят
любой яд, который мы им продадим,
если он дешевый.
А мы в свое время считали,
что шесть миллионов - повод для торжества.
Просто превосходно.
Раствор доставлен сюда
в целости и сохранности
благодаря тебе.
Это прекрасно, мой дорогой.
А вот ты...
снова упустил старых еврейских крыс.
- Я убил одного из них.
- А надо было убить всех.
Уничтожь вредителей,
которых не убил американец.
Возьми его с собой.
Когда собака гадит на ковер,
надо потыкать ее мордой
в ее собственное дерьмо.
Только одно, ладно?
А можно два?
Рокси.
Ты должна вернуться.
Теперь это важнее, чем когда-либо.
Марри обезвредил бомбу, Майер.
Ну,
нас ожидает кое-что похуже.
А если бы на месте Марри оказалась я?
Что бы она тогда делала?
Ну,
погибнешь и ты,
и твоя малышка,
и все мы.
Это оружие убьет всех.
Ты можешь спасти ее,
только если спасешь мир, дорогая.
Почему этот человек сказал,
что тебе надо спасти мир?
Он чокнутый.
Мамочка, ты супергерой?
Я чернокожая женщина в Америке, детка.
Куда до меня супергероям.
Пойдем.
Войдите.
Да. Джона.
Эми сказала, вы хотели поговорить со мной?
Да. Входи.
Мне надо было остаться.
Мне надо было остаться с ним.
- Нет-нет-нет.
- Надо было. Зря я ушел.
Нет, тогда бы ты просто
лежал в гробу рядом с ним.
Нет.
Это не место для мальчика.
Я просто...
Я пыталась представить себе
последний миг его жизни.
И я просто...
Я должна знать, Джона.
Ему было страшно?
Нет. Он...
Он всё время говорил, что всё...
Всё...
будет хорошо.
Казалось, что он в этом уверен.
И он сказал что-то на иврите.
На иврите?
«Возблагодарим Господа,
ибо Он добр»?
Да.
Мне очень жаль.
Джона.
Джона?
Джона.
Дыши, Джона, дыши.
Я не хочу дышать, блин.
- Я хочу кричать.
- Да.
Я хочу кричать, блин.
- Моя бабушка...
- Да.
Марри, Бути... Их всех кое-что связывает.
Знаете что? Я.
- Я убил их.
- Нет.
- Нет, это я виноват.
- Нет, ты... Нет.
Нет, это я. Я.
Я проклят, блин. Я Мрачный жнец.
- Я, блин...
- Нет, не вини себя в их смертях.
- Перестань, эти нацистские чудовища...
- Знаете, как я себя чувствую?
Понимаете, что я чувствую?
Да.
Как будто у меня внутри всё горит.
Как будто я горю.
- Я хочу взорваться.
- Да.
Я всё время их вижу.
Я помедлил, блин.
Из-за меня убили Бути.
Я дал убежать той женщине.
Ну ладно, тогда почему
ты проявил милосердие к этому чудовищу?
- Почему ты...
- Я помедлил.
- ...не убил ту женщину...
- Я помедлил.
...с ребенком?
- Я помедлил, блин.
- Почему ты ее не убил?
- Потому что я урод.
- Джона, почему?
- Я урод.
- Почему?
- Почему?
- Я поступил правильно.
Я поступил так, как хотела бы она.
Верно.
Ты прав.
Но они продолжают выигрывать, блин.
Они продолжают выигрывать.
Почему им можно играть по их правилам?
Почему хорошие парни
должны поступать правильно, блин?
Не должны.
Почему ты вбил себе это в голову?
Всю жизнь ты верил тому,
что прочитал в комиксах
про борцов за справедливость и героев.
Героев из чернил,
а не из крови.
Героев из бумаги, а не из плоти.
Это фантазии.
Желания.
Это ложь, Джона. Ложь.
В тебе
есть пламя,
которое нужно выпустить на волю.
Ты готов к тому, чтобы понять,
каково быть героем в этом мире.
Но я должен тебе кое-что сказать.
Я должен сказать тебе, почему
я был недостоин твоей бабушки.
Однажды ночью Волк пришел ко мне в барак.
Он разбудил меня
и вывел меня в лес.
У тебя есть выбор.
Или ты
убьешь этого невинного человека,
или...
Я убью Рут на месте.
Не надо, Майер.
Не дай ему победить.
Пусть он лучше убьет меня.
Я хочу этого. Пожалуйста.
Убей меня!
Убей меня!
Я так решила.
Майерле. Майер.
Кого ты выберешь?
Я люблю тебя. Умоляю, Майер.
Майер.
Майер, нет.
Наступила тишина,
мой пистолет дымился.
Майер?
Приведите следующего!
Но это было только начало.
Сколько?
Сколько жизней, по-твоему, она стоит?
Нет, Майер!
Сколько?
Пожалуйста, Майер.
Майер, я люблю тебя.
И я сказал...
Возможно, эту историю
не стоит рассказывать сегодня.
Сегодняшний день посвящен Марри.
Мы должны оплакивать его.
Мы не должны осквернять этот день.
Настанет время и для этой истории.
Ее надо рассказывать не торопясь.
ШТАБ-КВАРТИРА ЦЕНТРА ПО КОНТРОЛЮ
И ПРОФИЛАКТИКЕ ЗАБОЛЕВАНИЙ
Я везде узнаю эти каблуки. Как у шлюхи.
Мне казалось,
монахини воспитывали в нас целомудрие?
Благодаря твоему маскараду
ты наконец нашла что-то ценное?
Если честно,
я в шоке, что твои убогие коллеги
до сих пор тебя не раскусили.
Уймись, Патрисия. Что не так с кровью?
С ней всё в порядке, милая.
В этом-то и дело.
По крайней мере, на первый взгляд.
Нет, это невозможно.
Тебе надо снова провести анализ.
Ну, я так и сделала. Она заражена,
но я никогда не видела такого штамма.
Он почти невидим.
Никаких симптомов, никаких признаков.
Но через шесть недель после заражения
она вдруг взрывается в теле как чума.
Ты понимаешь, что болен, когда уже поздно.
А без структуры размножения...
Болезнь неизлечима.
Привет, мама.
Она уже несколько часов без сознания.
Я приехала, как только...
Ты хромаешь?
Какие-то мародеры толкнули меня
на 114-й улице. Я в порядке.
Мы нашли эмболию.
Она должна быть под наблюдением.
И принимать антикоагулянты.
Спасибо.
Сегодня утром я была
на похоронах человека,
который пережил нацистские лагеря смерти.
Мне рассказали историю о том,
как этого человека и его жену
поместили в разные лагеря.
Они не виделись несколько лет.
Но в лагере были одни ворота,
через которые каждый день
проводили всех заключенных.
Этот человек срывал одуванчик
или другой сорняк,
который мог найти,
и привязывал его к забору
из колючей проволоки,
чтобы его жена увидела его,
когда будет проходить мимо.
Потому что, несмотря на ужас и смерть,
он хотел сказать ей, что всё будет хорошо.
Он всё равно хотел сказать ей:
«Я люблю тебя».
И у меня возникло такое чувство...
Я позвонила тебе,
потому что мне...
нужно было...
Мне нужно было...
Мне нужно было тебе это сказать.
Я люблю...
Как мило, что ты наконец пришла.
Я опаздываю на обход.
Пожалуйста, останьтесь с нами и помолитесь
за Виолу.
Боже вечный и всемогущий,
Ты даешь вечное здоровье тем,
кто верует в Тебя.
Молим Тебя за больную рабу Твою Виолу,
просим Тебя о милосердии для нее.
Христос - Господь наш. Аминь.
Я дам вам поговорить.
- Привет.
- Я здесь, если я вам нужен, Виола.
Хочешь воды? Как ты себя чувствуешь, мама?
Я в порядке, детка.
Хорошо.
От тебя несколько дней ни слуху ни духу,
а теперь тебе интересно,
как она себя чувствует?
Твои сестры провели здесь весь день.
Хватит, Лу.
Сходи в кафе,
остынь.
- Прости, что я не пришла раньше.
- Ничего.
Как ты, детка?
Как ты, мама?
Я хорошо.
Благодаря Марии я в хороших руках.
Как будто ей своих пациентов мало.
Мелинда,
у меня проблемы с нервной системой,
но со зрением у меня всё в порядке.
Я знаю, как бьется твое сердце,
дольше, чем ты.
Я знаю, как оно делает тебя такой,
какая ты есть.
Ма, что бы тебя ни расстроило...
Я не хуже Господа знаю,
когда твое сердце трепещет.
Она позаботилась обо мне, Милли.
Она позаботилась обо мне ради тебя.
И если между тобой и Марией
правда происходит то,
- что я думаю...
- Мама, я...
...Бог относится к таким вещам
очень серьезно.
Любовь - Его величайший дар
и сокровище, которое
ты должна беречь любой ценой.
Сохрани его.
Сохрани.
Мама.
Детка.
Детка.
Я тебя понимаю.
Я тебя понимаю.
Да, похоже, в Большом Яблоке
наконец загорелся свет.
Плохой песик.
Плохой пес!
Она тебя точно ненавидит.
Ты знал, что в мире более 2 500
разных видов мух-однодневок?
Да уж.
Они уникальны,
потому что проживают всю жизнь
за один день.
Рождаются, взрослеют.
Жужжат, порхают, жужжат, трахаются.
За одни сутки
они выполняют
свое жизненное предназначение.
И тогда они поступают достойно.
- Они подыхают.
- К чему ты клонишь?
К тому...
Я клоню к тому,
что эти еврейские насекомые
не желают подыхать.
Они отрицают жизненное предназначение,
придуманное для них природой.
Почему?
Почему они не хотят
знать свое место в этом мире?
Почему они продолжают жужжать?
Ты так говоришь об этих евреях,
как будто твой маленький пенис
на них встает.
Может, поэтому ты их и не убил,
когда у тебя был шанс, американец.
Положи голову им на плечо
Обними меня, детка
Сделай одолжение.
Открой бардачок.
Это кепка твоего брата.
Они молили о пощаде.
Это было так мило.
Ты думаешь, я слаб?
Что у меня есть какой-то изъян?
Недостаток?
Если вы все такие замечательные и чистые,
почему твоя родня
не сделала всё как надо с первого раза?
В том злодействе, которому учите вы,
американцы всегда превзойдут учителей.
Рост Гитлера был 1,75 м.
Мой рост - 1,76 м.
Положи голову мне на плечо
Обними меня, детка
Обними меня покрепче
Покажи мне...
Ни Хрустальной ночи, ни товарных вагонов,
ни лагерей, ни крематориев.
Только искусственно созданные клетки.
Так вот почему Призрак был похож на то,
что оставляет в туалете Жа Жа Габор
после борща у Милоша Формана.
Ты рада, что вернулась?
Почему вируса не было в бомбах?
Это не воздушно-капельная инфекция.
Это патоген.
Яд.
Его надо съесть. Проглотить.
Пэт сказала, что если бы кто-то хотел,
к примеру, заразить весь Манхэттен,
то были бы нужны целые бочки этой дряни.
Погодите, метро...
Метро... Взрыв.
Копы со всех ближайших станций
бросились к месту взрыва
в Мидтаун, оставив открытыми
- мосты.
- Ну и что?
А то,
что на Манхэттене нет заводов,
им надо было ввезти туда эту хрень.
А что, если они пытались...
Что, если они пытались отвлечь внимание,
чтобы ввезти в город яд?
Да, но в городе ничего не работало.
Мосты и тоннели были перекрыты.
Да, но как насчет портов?
Да.
Я знаю, и я могу объяснить.
Я... Но мне больше некуда деваться.
Пожалуйста.
Ты должен мне помочь.
21825.
Спасибо.
Увидимся там.
«Шидлер корпорейшн».
Начальник порта сказал, их корабль
пришел последним перед отключением.
Это аргентинский
продовольственный конгломерат.
Я взяла всю информацию о нём,
которую нашла.
Налоговые формы, отчеты о прибылях.
У них есть пять зданий
на Восточном побережье,
но главный офис здесь, в городе.
Похоже, «Шидлер корпорейшн»
пожертвовала много денег Ракетчику.
Кажется, он у них в совете директоров.
Кто такой Ракетчик?
Ракетчик - это Вернер фон Браун.
Нацистский инженер по ракетной технике.
Он был гением и нашим золотым гусем.
Он использовал тысячи еврейских рабов
для производства в Германии ракет «Фау-2».
Эти ракеты убили тысячи людей
в Великобритании,
а на его заводе
погибли 20 000 заключенных.
Как только война закончилась,
его пригласили на работу в НАСА.
Без его работы над ракетой «Сатурн-5»
не было бы полета «Аполлона-11»,
когда США совершили посадку на Луне.
Лунный человек был популярнее меня,
если можно в это поверить.
Был на обложке журнала «Тайм»,
участвовал в телешоу Диснея.
Вся Америка его обожала, блин.
Я не понимаю.
Он нацист.
Джона, кого убивали нацисты?
Евреев.
Большинству людей в этой стране,
да и в других странах, на это наплевать.
Добро пожаловать
на самую популярную викторину в мире...
ПОЧЕМУ ВСЕ НЕНАВИДЯТ ЕВРЕЕВ?
Ну хорошо, вы все знаете правила.
Засекаем время на две минуты.
На доске самые популярные 15 ответов.
Почему все ненавидят евреев?
- Да, Мел.
- Потому что они скряги.
СКРЯГИ
Пятьдесят очков. Джойс.
Билл, я знаю ответ.
Потому что они контролируют СМИ.
Покажите мне ответ про СМИ.
Как насчет такого:
потому что они убили Иисуса?
Хороший ответ.
Я бы сказал, убийство Мессии -
это очень по-еврейски.
БЛИЦ-РАУНД
Денежные призы удваиваются!
Потому что из-за них начинаются
все войны в мире.
Потому что они контролируют
мировые финансовые учреждения,
что приводит
к неизбежному разорению неевреев,
а евреи тем временем наживаются.
Потому что раньше
они убивали христианских детей
и использовали их кровь,
чтобы печь свой странный пасхальный хлеб.
Да потому что.
Потому что они
заправляют всем в Голливуде.
Потому что сколько уже можно
говорить про Холокост?
Да. Евреи, забудьте уже об этом.
Потому что они насильники.
- Создают финансовые пирамиды.
- Глобалисты.
Потому что они евреи.
ПОТОМУ ЧТО ОНИ ЕВРЕИ
Джойс получает главный приз.
Поздравляю, Джойс, ты отлично играла.
Вы знаете людей,
которые выиграли бы у нас главный приз?
Пусть пришлют заявку на участие.
Нет, правда. Знаете таких?
Может, это кто-то
из ваших родителей или друзей?
Может, это ваши муж или жена?
Может, они часто играют в эту игру
за кухонным столом или на работе?
Может, они играют в нее в уме,
чтобы никто не слышал,
потому что по-прежнему верят, что евреи -
не мы.
Как часто они играют в эту игру?
Выиграют ли они у нас главный приз?
А вы бы выиграли?
Что вы имели в виду, сказав,
что фон Браун - золотой гусь?
Он умер в прошлом месяце.
От рака поджелудочной железы.
Он был национальным достоянием,
слишком знаменитым, чтобы убивать его.
Фон Браун ведет дела с подозрительной
корпорацией с нацистскими связями,
и он умирает за месяц до того,
как нацисты планируют нападение?
Очень удобно получается, да?
Ты думаешь, что Ракетчик жив.
Возможно.
Хорошо.
Рак - слишком хорошая смерть
для этих ублюдков.
Я хочу найти этого гада.
- Как мы это сделаем?
- Визенталь собирал материалы
против фон Брауна много лет.
Если кто-то знает,
где его найти, то это он.
А кто такой Визенталь?
Симон Визенталь - самый знаменитый
охотник за нацистами в мире.
Хотя нас он не очень любит.
ОФИС СИМОНА ВИЗЕНТАЛЯ
Майерле.
- Симон.
- Наконец-то у меня есть возможность
увидеть вашу веселую компанию
при свете дня.
Я думал,
ты охотишься только за нацистами, Симон.
Зачем тебе охранники?
Однажды ты выкрал у нас документ
из дела некоего Вильгельма Цухса.
У моих людей хорошая память,
и у меня тоже.
Мы помогаем мужчинам и женщинам,
которые убивали наш народ,
наконец встретиться с их создателем.
Какой трибунал их судит?
Какие присяжные?
Их присяжные - шесть миллионов евреев,
которые взывают из могил о правосудии.
Ты слышишь их призывы, Симон?
Я всю жизнь посвятил тому,
чтобы удовлетворить их требования,
но мы должны подчиняться высшему закону.
Охотник за нацистами -
лучший из наших людей,
но это профессия ангелов, друг мой.
Ангелы не пятнают крылья кровью.
Возможно, время ангелов прошло.
Ты хладнокровно
убиваешь этих людей, Майер.
Ты прав.
Разве евреи так поступают?
Ты спрашиваешь, как поступают евреи?
Моисей, Эсфирь, Юдифь.
Это наши предки, которые боролись
за право на существование.
Мы делаем то же самое.
Я тебе скажу, как не поступают евреи,
как не должны больше поступать евреи:
они не должны позволить этим убийцам
напасть на нас снова.
Если мы пойдем твоим путем, Симон,
они уничтожат евреев,
прежде чем у нас будет возможность
отразить нападение.
Да, но, Майер,
если мы пойдем твоим путем
и нарушим наши моральные заповеди,
то, что делает нас нами,
тогда евреи истребят себя сами.
Мы перестанем быть евреями.
Мы превратимся в других созданий.
Может быть, в големов.
Симон, мы можем спорить об этом весь день.
Я пришел попросить тебя об одолжении.
Мне нужно знать всё,
что тебе известно о фон Брауне.
Ты увлекся спиритизмом?
Понимаешь, он умер.
Он умер?
Ты видел его тело?
Мы слышали много историй
о призраках людей поважнее Вернера.
Это пустая трата времени, Майер.
Что? Ну хорошо, чего вы хотите?
Чего вы хотите?
Если он умер,
то мы зря потратим время, так?
Это не даст нам убить
еще одного из этих ублюдков.
А вы можете снова действовать
в духе Аттикуса Финча.
Разве вы не этого хотите?
Ты внук Рут?
Ты оскверняешь ее память,
выбрав такой путь.
Хорошо,
я дам тебе то, о чём ты просишь,
пошлю тебя на твою воображаемую охоту,
при одном условии:
ты больше никогда ко мне не придешь.
Ни за чем.
Договорились, брат.
Майер...
Не забудь, что до наступления тьмы
мы были обычными людьми.
Мы слушали музыку,
играли с детьми, рассказывали сказки.
Но мы были избраны, Майер.
Мы были избраны.
Иногда мне жаль, что это случилось,
но мы были избраны.
Возможно, это главное испытание Господа.
Не рабство в Египте и в Риме,
не погромы, даже не Холокост.
Возможно, это - главное испытание:
какой выбор мы сделаем?
Майер, не забывай, кем мы были.
Не забывай, кто мы.
Спасибо тебе за информацию.
Пойдемте.
«Шидлер корпорейшн». Восточная 5-я улица,
дом 5623. Так сказано в документе.
Миллионная корпорация располагается
в обувной мастерской?
ПОЧИНКА ОБУВИ
ОРТОПЕДИЧЕСКАЯ ОБУВЬ
ЛЕС
В СЕВЕРНОЙ КАЛИФОРНИИ
Что там делает Джо? Нашел агента
по недвижимости и готовит дом к продаже?
Пойдемте уже.
Ему сначала надо всё разведать.
Он скоро вернется.
Вы украли у него документ? У Визенталя.
Информацию о Волке? И что вы узнали?
Не очень много.
Твоя бабушка забрала документы.
Она хотела побольше разузнать о Волке.
То, что Визенталь сказал о ней...
Это ведь чушь, так?
Это просто чушь, блин.
Я ничего не оскверняю.
Я чту ее память, блин.
Ну конечно.
То, что мы делаем...
Вы сами сказали. Это...
Охота - дело, достойное евреев,
и наши предки тоже этим занимались.
Они боролись за свое существование.
Они убивали своих врагов.
Они доводили дело до конца.
Ну конечно.
Сколько человек вы убили в ту ночь?
Одиннадцать.
Одиннадцать человек.
Одиннадцать невинных душ.
В тот момент я сделал выбор.
Я решил защитить любимую женщину.
И, сделав это,
я превратился в другое существо.
Волк победил,
и я больше никогда не увидел рассвета.
После той ночи я лишился своего мира,
но она превратила меня в человека,
которым мне суждено было стать.
Я оказался во тьме,
но я могу защищать свет.
Я стал ночью, чтобы день мог жить.
Это признак героя, Джона.
Герой не тот, кто поступает правильно,
а тот, кто делает то,
что нужно сделать.
Ты уверена, что тебе не будет
одиноко здесь, мама?
Да, дорогая. Уверяю тебя,
всё в порядке. Можешь идти.
Не забудь надеть свитер.
Сейчас июль, мама.
Да, но ты же знаешь,
везде работают кондиционеры.
Да, хорошо.
Знаешь Кэрол Смолински?
Она пошла в кино
на «Ограбление в Монте-Карло».
И ушла оттуда с воспалением легких.
Я надену свитер, мама.
- Хорошо?
- Да.
Молодец.
Ты в порядке?
Да. А ты?
- Я?
- Да.
Я в порядке. Иди, иди.
- Да.
- Хорошо.
Мама, я тебя люблю.
Ну, знаешь,
Айрин Шлосштейн трещала без умолку.
И заливалась слезами,
как будто хоронили ее мужа.
А этот Хайми Хершель,
конечно же, провонял всю квартиру.
Пришла эта невыносимая Айлин Шекенштейн.
Но, знаешь,
она...
Она очень мило поздоровалась со мной,
это уже кое-что.
Да, это точно.
- Да.
- Да.
- Ребе...
- Нет.
Нет-нет, расскажи мне про ребе. Что?
Ну, он провел прекрасное богослужение.
Знаешь единственное преимущество того,
что меня разорвало на куски?
Не надо было сидеть на этой службе.
- Пожалуйста.
- Да.
Ты у нас еще тот умник.
Ну, Минди, кое-что не меняется.
Кто починит протечку в раковине?
Вызовешь мастера.
А кто заменит лампочку?
Попросишь мальчиков.
А кто обнимет меня ночью?
Кто будет стонать, если я пукну,
кто помассирует мне
косточки на ногах, и...
Кто знает те истории,
от которых у меня эти морщинки?
Кто будет оберегать меня?
Я.
Я всегда буду тебя оберегать.
Ты с ним?
Да.
Как он выглядит?
Он такой же, каким ты его помнишь.
Да?
- Он в безопасности?
- В безопасности.
- Он счастлив?
- Счастлив.
Он остался собой?
Да.
Он прощает нас за то, что случилось?
За то, что мы жили дальше без него?
Да.
Но он скучает по тебе.
Он скучает по тебе.
Скучает по твоему запаху.
По твоим рогаликам.
Он скучает по тому, как ты целовала его,
хотя он притворялся, что спит.
Хочешь увидеть его?
- Марри.
- Да, пойдем.
- Марри.
- Пойдем.
- Я его увижу?
- Пойдем.
Где он?
Увидишь.
Аарон.
Идем.
Аарон.
Я скучал по тебе, мама.
Мой мальчик.
Я скучала по тебе.
Ты сам всё это сделал?
Чтобы вы с папой чувствовали себя
как дома, когда придете.
Красиво.
Очень красиво.
Хочешь что-нибудь сделать, мама?
Я не смею.
Что бы я ни сделала,
не будет никакого сравнения.
Потому что много лет назад
я уже сделала
нечто самое прекрасное на свете.
Минди,
тебе пора.
Да. О да.
Пока не поздно.
Минди, еще не настал твой час
остаться здесь с нами.
Еще нет.
Аарон.
Аарон, попрощайся с мамой.
Да.
- Да.
- Пора.
Пойдем.
Аарон.
Иди.
Пойдем.
Да, пойдем.
Не волнуйся о нём.
Я о нём позабочусь.
Я никогда его не отпущу.
Я это знаю.
Ты его и не отпускал.
А он позаботится о тебе,
пока мы снова не увидимся.
Да.
Еще кое-что.
Аарон попросил,
чтобы ты проявила милосердие к Морицу.
Это его желание.
У тебя есть ангел-хранитель, Мориц.
Я же говорю, ангел.
Ты заслужил
гораздо худшую участь.
Устраивайтесь поудобнее
Я спою вам о Вернере фон Брауне
Он предан тому
Кому выгодно быть преданным
Назови его нацистом -
Он и ухом не поведет
«Подумаешь, нацист»
Скажет Вернер фон Браун
Не говорите, что он лицемер
Просто ему наплевать на политику
«Главное, чтобы ракеты взлетели
Неважно, где они приземлятся
Меня это не касается»
Говорит Вернер фон Браун
Привет, Вернер.
Привет.
Как жизнь?
Можешь себе представить?
Мы видим тебя собственными глазами.
Ты призрак.
Мне не нужны проблемы.
Пусть Ракетчик сядет в кресло.
Итак, Вернер,
ты и правда веришь, что полет на Луну
стоил жизней миллионов людей?
Научная деятельность,
которой я занимался,
привела к великим изобретениям,
к инновациям в медицине,
к продлению жизни людей,
к миру на планете.
Я всегда работал ради мира и прогресса.
Заткнись, блин! Хватит.
Всё это мы уже слышали.
«Я не знал, что я делал».
«Я просто выполнял приказ».
«Мне жаль, что я такое сделал,
я думал, мы строим лучшую жизнь».
Всё это мы уже слышали.
Все причины и оправдания.
Ты творил ужасные вещи.
Ты сделал рабами тысячи людей.
Ты убил тысячи своим оружием.
Потом ты переезжаешь в Штаты,
живешь здесь как знаменитость,
попиваешь май-тай, лижешь жопу
Уолту Диснею, который ненавидит евреев.
Не надо больше оправданий.
Не надо вранья.
С нас хватило.
А теперь хватит нести чушь,
отвечай на вопрос.
Что ты знаешь о Четвертом рейхе?
- О чём?
- О чём?
О Четвертом рейхе. Что ты о нём знаешь?
Что ты знаешь о Четвертом рейхе, блин?
- Я не понимаю...
- Не строй из себя идиота, блин.
- Что ты знаешь о Четвертом рейхе?
- Я клянусь!
Я клянусь.
«Шидлер корпорейшн»
упоминалась в новостях.
Закон о торговле с Южной Америкой
проталкивал некий Бифф Симпсон,
заместитель госсекретаря.
И что вы думаете? Он в бегах.
Главный подозреваемый в двойном убийстве.
Его семью убили тогда на барбекю?
Убили всех, кроме него.
И дело не только в этом.
Там убили одну женщину.
Некую Хелен Хирш.
Она пережила нацистский лагерь смерти.
Так при чём же тут Бифф Симпсон?
Давно не виделись, дружище.
Итак, Вернер,
ты должен сказать нам всё, что знаешь,
или мы подожжем тебя,
и ты засверкаешь ярче звезд.
Что такое Четвертый рейх?
Я не знаю.
Погоди, Джо.
Пусть мальчик сделает это.
Это ради света.
Что такое Четвертый рейх?
Я же сказал, я не знаю.
Я тебе не верю.
Может, это поможет тебе вспомнить.
Точно не знаешь?
Что такое Четвертый рейх?
- Я не понимаю.
- Что такое Четвертый рейх?
Что такое Четвертый рейх?
Нет?
Ладно.
Что такое Четвертый рейх?
Скажи нам, что тебе известно.
- Скажи нам, блин!
- Пожалуйста, прекратите.
Пожалуйста! Я скажу вам!
Я скажу вам.
Я не знал масштабов их плана.
Я вступил только из-за их обещания,
что проблем с деньгами не будет.
Четвертый рейх был готов финансировать то,
что не смеют одобрить ханжи в НАСА.
Марс, отдаленные галактики, черные дыры.
Она сказала, что,
если я помогу ей завоевать мир,
я стану владыкой звезд.
Она?
Полковник.
Полковник?
Я не знаю ее настоящего имени.
Я не хотел никому вредить.
Я просто...
Я мечтал о Луне.
Я мечтал о звездах.
И...
Я помог им создать его.
Раствор.
Вы имеете в виду патоген? Патоген, да?
Где его распространяют?
- Где они его распространяют, блин?
- Везде.
Он во всём.
Он в еде, напитках, лекарствах.
Это новое изобретение.
Это новое оружие.
Заменитель пищевых продуктов,
который скоро появится на полках
каждого магазина в Америке,
особенно в центрах больших городов.
Моногидрат глюкопиранозы.
Кукурузный сироп.
Кукурузный сироп.
Кукурузный сироп.
- Ты что?
- Скажи, что ты знаешь, блин.
- Он врет. Скажи, что знаешь.
- Клянусь.
- Скажи нам всё.
- Клянусь!
Всё, что ты знаешь! Скажи!
- Живо! Скажи нам!
- Клянусь.
Хватит.
Давай, говори.
Майер. Хватит, Джона.
Майер, останови его.
Мы узнали, что хотели.
Он врет, блин.
Ну давай, иначе мы тебя поджарим.
Не хочешь говорить?
Нет? Ладно.
Майер, останови его!
Выключи.
Да что с тобой такое?
А что? Что я такого сделал?
Иди в машину.
Сейчас же!
Пощадите.
Пощадите.
Пощадите.
Нет.
Не надо.
Нет.
Нет!
Нет!
МАГАЗИН СЛАДОСТЕЙ
Вы любите сахар? Любите конфеты?
Любите вкусные сладости?
Тогда приготовьтесь
к появлению кукурузного сиропа.
Мама, что такое кукурузный сироп?
Вы спрашиваете,
что такое кукурузный сироп?
Это новый заменитель сахара.
Этот заменитель дешевле, полезнее
и, самое важное, слаще,
чем вы могли мечтать.
- Глупые американцы.
- Кукурузный сироп.
От этой вредной еды гниют зубы.
Теперь он будет
во всех ваших любимых конфетах и закусках.
Зачем мы переехали в эту дурацкую страну?
Произведено «Шидлер корпорейшн».
Вкусный сироп, сладкий сироп
Полезный сироп
Просто наслаждение
Дешевле сахара
Как это здорово
Кукурузный сироп
Решит все проблемы


Серия 9

На прошлой неделе
в «Зоне военных действий»...
Гитлер мертв, Германия капитулировала,
ЗОНА ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ
тысячи нацистских ученых
ожидают решения своей судьбы.
Чёрт возьми, что нам с ними делать?
Мы не можем просто оставить их там.
Это ведь не какие-ко кандидаты
в члены общества Менса.
Мы можем пригласить на работу более 1 000
самых блестящих умов
в истории человечества.
Они совершили самые ужасные военные
преступления в истории человечества.
Не знаю, как мы объясним это
американскому народу.
Для начала мы скажем,
что не хотим, чтобы эти ублюдки стали
в будущем мощной военной державой.
Потом мы объясним, что произойдет,
когда их зацапают Советы.
Мы не обманываем Америку, а защищаем ее.
Эти аморальные оппортунисты надеются,
что именно это вы и скажете.
Мы не можем закрыть глаза на их вопиющее
пренебрежение к жизням людей.
К жизням евреев. Это оксюморон?
Они травили газом женщин и детей,
сшивали вместе близнецов, чтобы узнать,
можно ли их соединить.
И самое ужасное, с моей точки зрения, -
они морили людей голодом
и заставляли их пить только соленую воду.
А теперь вы на полном серьезе предлагаете,
что мы просто
спрячем их в Америке?
Именно так.
Представьте, что вы солдат, Говард,
и ваш взвод находит «Парабеллум»,
принадлежавший убитому нацисту.
Вы зароете пистолет в песок,
потому что ненавидели его владельца?
Или вы поднимете этот пистолет
и используете его против врага?
Можно с уверенностью сказать:
мозги этих людей - оружие.
Можем ли мы позволить себе
закопать его в песок,
когда наши враги могут найти
и использовать его против нас?
ДА, ЭТА ХРЕНЬ
ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПРОИЗОШЛА!
ОХОТНИКИ
Парень спит как убитый.
«КЭЛВИН»
Неудивительно. Он так набросился
на фон Брауна,
что я его просто не узнал.
Рут редко ошибалась, но...
Она была неправа,
когда не хотела пускать его к нам.
Этот мальчик - прирожденный Охотник.
Вот увидишь, однажды
он станет нашим лидером.
Лидером? Почему? А ты куда денешься?
Ну, мы все когда-нибудь куда-то денемся.
Знаешь, когда я впервые его увидел,
я подумал, что он очень похож на нее.
- Он очень напоминал Рут.
- Да.
Те же особенности поведения,
тот же горячий нрав,
та же праведность.
А сейчас?
Сейчас я совсем не вижу сходства.
Я вижу в нём только тебя.
Этот ракетный ублюдок фон Браун
сказал, что нацистские гады
подмешают раствор
в пищевой заменитель - кукурузный сироп.
Кукурузный сироп?
На прошлой неделе я видела 45 роликов,
рекламирующих кукурузный сироп.
«Шидлер корпорейшн. Очистим мир».
Надо отдать должное этим садистам.
Это блестящий план.
Почему блестящий?
Кукурузный сироп
теперь будут добавлять во всё.
В продукты, напитки, лекарства.
Если добавить
этот отравленный кукурузный сироп
в продукты, стоящие
на каждой полке в супермаркете...
Фон Браун сказал, что они нацелились
на центры всех крупных городов Америки.
Может погибнуть половина населения, блин.
Как нам уничтожить эту дрянь?
Кукурузный сироп производят,
нагревая раствор глюкозы и кислоты.
Нагревание убило бы вирус,
значит, они добавляют его уже потом.
- Что ты хочешь сказать? Нам надо...
- Повысить температуру.
Достаточно повысить ее до 260 градусов.
Я должна вернуться к ним.
Ракетчик сказал, что они вот-вот
начнут распространять этот раствор.
Будь осторожна, Ребека.
Если ты не об уничтожении вируса,
а о чём-то другом...
Надеюсь, не повторится то,
что случилось в Вене.
Ты нацелилась на этого мальчика,
подвергая нас всех риску.
Тебе не наплевать на них.
И если я это вижу, она это тоже увидит.
У тебя всегда было нежное сердце,
но ты это скрывала от всех.
Оставь эти слащавые открыточные
воспоминания для психотерапевта, Патрисия.
Я убила двух чертовых нацистов,
даже не установив их личность,
подвергнув риску Майера и компанию.
Не смей сомневаться в моей преданности.
И меня зовут не Ребека, блин.
Да.
Я поговорил с Милли.
Она нашла старый завод в Нью-Джерси.
Она считает, что «Шидлер корпорейшн»
добавляет патоген в сироп там,
потому что он так близко к Нью-Йорку.
Она хочет, чтобы мы туда съездили.
Какое совпадение. Город Элизабет
в штате Нью-Джерси -
место рождения твоего покорного слуги.
Если поедем по платной дороге,
- мы сможем...
- Чудесно. Платная дорога, блин.
Хуже пахнет
только от тебя с перепоя в начале 1970-х.
Ты в хорошем настроении.
Всё в порядке?
Ты как будто проглотила
какую-то гадость. В чём дело?
Погоди-ка.
Неужели я вижу у тебя на лице
настоящие эмоции?
Заткнись, а то получишь по зубам.
Мило поговорили.
Сегодня
Сегодня я увижу мою любимую
Для нас замрут на небе звезды
Сегодня минуты покажутся часами
Часы будут идти медленно
Небо по-прежнему светлое
Сияй ярче, Луна
Пусть этот бесконечный день
Станет бесконечной ночью
Как же я проголодался.
Я дам тебе бесплатный совет.
Тебе надо найти девчонку вроде моей.
Она готовила лучшую лазанью
на Восточном побережье.
Твоя покойная жена?
Ну что ты. Моя жена умела
только заказывать столик в ресторане.
Нет, моя покойная теща Дотти.
Тоже очень рано ушла от нас.
Трудно поверить, что только вчера вечером
она готовила для меня
свой волшебный соус с рикоттой.
Власти утверждают, что ты и ее убил.
Что там чернокожие говорят
об органах власти?
«Нельзя доверять полиции».
Я не убивал Дотти.
Именно это я и хочу тебе сказать.
Думаю, кто-то хочет меня подставить.
Это имеет отношение к тому,
что нацисты планируют нападение в Америке?
Думаю, кто-то тебя обманывает, приятель.
Тот, кто на меня охотится,
не имеет отношения
к моим немецким товарищам.
Неужели?
Но, думаю, я не смогу тебе помочь.
Я больше не работаю в УСС.
Может, тебе стоит обратиться в полицию,
если за тобой правда охотятся.
Не могу, Гримс.
Полоски мне не идут.
Может, я просто обращусь в прессу.
Например, я мог бы рассказать журналистам,
как ты помог мне исчезнуть 30 лет назад,
о бесчисленных военных преступлениях
и убийствах, которые я совершил.
Как ты отбелил мои документы,
чтобы я переехал в старые добрые Штаты.
Я мог бы подставить тебя,
просто признавшись во всём.
Боюсь, это может навредить нашей дружбе.
Ты сукин сын.
Ты помог мне исчезнуть один раз.
Ты поможешь мне исчезнуть снова.
Я знаю, что сказал фон Браун,
но я не могу найти ничего о Полковнике.
По крайней мере, в Ковчеге ничего нет.
Может, документы сгорели во время пожара.
Что ты узнал про Хелен Хирш,
узницу лагерей,
убитую на барбекю Симпсона?
В ее некрологе было сказано,
что она была в Арлаве.
Я нашел четырех нацистских офицеров
из этого лагеря,
но ни одно из их фальшивых имен
не выводит на Биффа Симпсона.
Но бабушка нашла иммиграционные документы,
и все они подписаны одним и тем же
человеком - Кармелом Оффи.
Оффи?
Мне знакомо это имя.
КАРМЕЛ ОФФИ
Я позвоню в офис,
посмотрю, что можно о нём узнать.
Где ты была, блин?
Звонила знакомым в Вашингтоне
насчет Биффа Симпсона. Его пока не нашли.
У тебя ушла на это вся ночь?
- Рокс, успокойся.
- Что?
Она ведь федерал,
она может нас всех арестовать.
Что нам говорит о ней то,
что она где-то пропадала почти всю ночь?
Моя мать умирает в больнице
на другом конце города,
а я здесь с вами,
а не там, где я хочу быть.
Вот что это говорит обо мне, блин.
Пойдем, Рокс.
Давай пройдемся.
Такое чувство,
что мы не должны здесь быть.
У тебя есть идеи получше, Нэнси Дрю?
Ты сказала, что мы должны его найти.
- Проходи.
- Ладно.
Ищи что-то необычное.
«ОФФЕРМЕН ВЕНЧЕРС»
МАЙЕР ОФФЕРМЕН
Всё в точности, как он оставил.
ГАРВАРДСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
Какого чёрта?
Он сказал мне, что никуда не поступил.
Вот письма из Гарварда,
МТИ, Стэнфорда.
Почему он мне об этом не сказал?
Он никому не сказал.
Не хотел, чтобы его бабушка узнала
и переживала, что у них нет на это денег.
Он мог бы мне сказать.
Да, мог бы.
Он мог бы многое мне сказать.
Повтори еще раз, что сказал тебе Джона.
Со всеми подробностями.
Он сказал, где живет?
Думай, Чикс. Быстрее.
Я и думаю.
Я в стрессе, ясно?
Блин.
Он ведь что-то сказал...
Он упомянул
какого-то мужика по имени Майер,
но я не запомнил его фамилию, так что...
Майер?
«Майер Оффермен»?
Джона, можно тебя кое о чём спросить?
Что произошло с фон Брауном в Калифорнии?
Ничего. Мы получили ответы на наши вопросы
и оставили его там.
Живым?
Джона, это правда?
Вы ведь хотите,
чтобы это было правдой, агент Моррис?
Или я могу просто позвонить...
Привет, Рон, это Милли.
Вопрос. Тебе говорит о чём-то
имя Кармел Оффи?
Нет.
А что?
- Должно говорить?
- Я где-то видела это имя.
Ты не мог бы зайти в кабинет Гримсби
и посмотреть там?
Мил, Гримсби доложил о тебе Дженкинсу.
Он сказал, что ты без разрешения
выпустила подозреваемого в убийстве
и что ты получила ордер обманным путем.
Попросил его лишить тебя полномочий.
Этот лживый сукин сын сам сказал мне,
что только так
я смогу получить этот чертов ордер.
Я это знаю, ты это знаешь,
но кому, по-твоему, поверит Дженкинс?
Ладно.
Где сейчас Гримсби?
Он уже пару дней не появлялся на работе.
Его секретарь сказала,
что он позвонил и взял больничный.
Нет, Гримсби не брал ни дня больничного
за то время, что я его знаю.
Чёрт.
Я знаю, кто такой Оффи.
Если Хэрриет найдет «Шидлер корпорейшн»,
Майер хочет, чтобы мы были готовы.
Когда я впервые научилась
из него стрелять,
я думала, что я очень крутая.
Если кто-то меня обидит,
я убью этого ублюдка.
Застрелю его.
Так я думала.
Но когда я убила ту нацистку
у Холштеддера,
мне не казалось, что я такая уж крутая.
В одно мгновение она была жива,
а в следующее уже умерла, и...
Я не знаю. Всё...
Всё сразу...
Изменилось.
Ты когда-нибудь чувствовал такое?
Ну,
как тебе кажется, тебе лучше до или после?
Ты имеешь в виду, каким я был
до того, как убил кого-то?
Нет никакого «до»,
есть только «после».
Ты не можешь повернуть время вспять.
Минди.
Минди, дорогая.
Моя милая Минди.
Давай я его заберу.
Да, вот так.
Минди.
Знаешь, ты нам сейчас очень нужна.
Ты нужна нам...
очень нужна.
Мы должны были сделать это вместе.
Что сделать?
Убить его.
Мы всё делали вместе.
Минди,
хорошая моя.
Минди одевается.
Один выстрел.
Они ждали 34 года,
и всё закончилось после одного выстрела.
Ну, может быть, Минди
решила быть милосердной.
Да, а вот мы не будем милосердными.
Одного выстрела мало для Вильгельма Цухса.
Мы найдем его, Майер.
Найдем. Когда это всё закончится,
могу вас уверить, дело не ограничится
одним выстрелом, блин.
Спасибо, Джона, но...
- Мне не нужна твоя помощь.
- Нет.
- Это моя война.
- Я не по доброте душевной.
Это мой долг.
«ШИДЛЕР КОРПОРЕЙШН»
НЬЮ-ДЖЕРСИ
Ты вернулся.
А Тобиас нет.
Я это вижу.
Ты убил его.
И его братьев.
Да.
Почему?
Потому что я смог.
Потому что они были слабыми.
Мне было интересно,
как скоро Тобиас поймет,
что ты убил Александра и Лукаса.
Честно говоря,
я думала,
что это он будет стоять здесь
и говорить мне, что ты убит.
Я практически воспитала этих мальчиков.
Я подготовила их,
обучила их всему, что они знали.
Кое-чему нельзя научить.
Я знаю.
Дарвин был бы горд.
Выжил сильнейший.
И теперь ты будешь вознагражден.
Джерси. Милый дом.
В километре отсюда я выкурил первый косяк.
Первый из многих.
Трахнул пальцами Сару Уотерстон
за «Дэнни» на той улице.
Мне, конечно,
очень интересны эти воспоминания,
но, может, нам немного
поиграть в молчанку?
Я не могу остановиться.
Самое лучшее еще впереди.
Келлогг-парк, вон за тем холмом.
Боже.
Именно там отец сказал мне,
что единственная роль, которая
мне по плечу, - это роль пустого места.
И на иврите еще повторил...
Наверное, думал, что, если скажет это
на двух языках, я точно его пойму.
Милый папаша.
Ты веришь, что это правда?
Иногда слова ранят больнее,
если мы верим, что это правда.
Может, они ранят просто потому,
что он ублюдок.
О тебе можно много чего сказать, Лонни,
но ты не пустое место.
Ладно, хватит психотерапии.
Сосредоточимся на цели.
КПП.
Вооруженные охранники патрулируют
территорию по периметру.
Один въезд и выезд.
Возможно, именно здесь
они и готовят эту смесь.
Это определенно то место.
Вон тот арийский ублюдок,
который пырнул меня ножом.
Нам надо получить доступ в это здание.
И как, по-твоему, мы это сделаем?
Тут важно не «как».
А «кто».
Чёрт возьми, что происходит? Кто вы такие?
Джейсон Шмидт?
Американец, работающий на нацистов.
Охренеть, приятель.
Нацистов? О чём вы говорите?
Так.
Дела обстоят так, Иуда.
Я хороший коп.
Монашка-пироманка - плохой коп.
Ответишь на мои вопросы -
будешь иметь дело с хорошим копом.
Не ответишь - загоришься,
как рождественская елка. Понял?
Кем ты работаешь в «Шидлер корпорейшн»?
Я директор завода.
Отлично. Расскажи нам всё,
что ты знаешь о здании,
о патогене, о расположении помещений
и маршрутах дистрибуции.
И если посмеешь сказать, что ничего
не знаешь, я тебя подожгу, дитя мое.
Иди на хрен.
Это будет непросто,
когда я подожгу твой хрен, милый.
Прекрати!
Ладно, я расскажу. Я всё расскажу!
Больно даже смотреть.
На твоем месте я бы начал говорить.
Нельзя недооценивать
силу воздействия паяльной лампы, друзья.
Нацистский Кен наверху сказал,
что наши немецкие друзья
начнут рассылать свое угощение,
наполненное патогеном,
по всей стране сегодня около 20.00.
- Сегодня вечером?
- Да.
Грузовики поедут в супермаркеты
по всему Восточному побережью.
Если мы их не остановим,
то, что вирус сделал с Призраком,
может случиться с миллионами людей
в местах, где живут меньшинства.
Прозвучал шофар, друзья мои.
Даже ангелы трепещут, возвещая,
что наступил Судный день.
Мы с Лонни узнали план завода
и местоположение патогена
от нацистской свиньи наверху.
- Когда мы проникнем на склад...
- «Проникнем»?
Может, просто сбросим на него бомбу -
и делу конец?
У нас нет такой огневой мощи, Джо.
Кроме того, нет никакой гарантии,
что жидкий патоген
и тысячи упаковок с продуктами,
в которые его добавили, будут уничтожены.
Нам нужен смельчак, который
проберется на завод и спалит его изнутри,
чтобы нацисты никогда больше
не смогли осуществить этот план.
Я сделаю это.
Что? Нет-нет-нет.
Нет, подросток привлечет
слишком много внимания.
Там полно охраны, КПП...
Нет, нам нужен кто-то, кто сможет
притвориться нашим Брутом-блондином,
не привлекая излишних подозрений.
Кто-то, кто будет вести себя как он,
действовать так же, как он.
Нам нужен мастер маскировки.
Профессионал.
Может быть...
актер.
Чёрт.
Ну же, Гримс.
Сейчас другие времена, Симпсон.
Нужно время, чтобы человек мог исчезнуть.
Руки вверх, блин!
Что? Не надо... Он сказал мне,
что здесь я буду в безопасности.
Заткнись, я не с тобой говорю.
Я говорю с тобой, Гарри.
Подними руки к небу, блин.
Я всё могу объяснить, Милли.
Объясняй.
Ты работал на Кармела Оффи.
УПРАВЛЕНИЕ СТРАТЕГИЧЕСКИХ СЛУЖБ
ГАРРИ ГРИМСБИ
Я так и знала, что где-то слышала это имя,
а потом вспомнила фото в рамочке
в твоем кабинете,
фото со времен твоей работы в УСС.
Он подписал его: «Удачи, Кармел».
Ты сам участвовал в операции «Скрепка»
всё это время.
- И ты дал мне...
- Милли, нам было приказано молчать.
Нам сказали,
что мы защищаем Америку от Советов.
Иногда надо закрыть на что-то глаза
ради общего блага.
Значит, ради общего блага ты направил меня
по ложному пути в моём расследовании?
И приказал избить меня до полусмерти?
Я пытался защитить тебя!
Твои действия привели к тому,
что в Америке возник заговор
- Четвертого рейха!
- Нет никакого заговора.
Это чушь собачья,
придуманная Майером Офферменом!
Кто тебе это сказал?
Твой нацистский дружок?
Слушай, ублюдок, еще один шаг -
и ты выйдешь отсюда хромой.
- Милли...
- А теперь
расскажи мне всё,
что ты знаешь о Четвертом рейхе,
и говори в микрофон.
Я серьезно, мэм, он говорит правду.
Я ничего не знаю о...
Я знаю о «Шидлер корпорейшн».
Я знаю про Нью-Джерси.
Я уверена, что ты знаешь, куда именно
отправят патоген,
и ты знаешь, когда его отправят,
так что говори.
Я правда не могу.
Я ничего не знаю.
Боже!
Хочешь попробовать еще раз?
Пожалуйста, не стреляй.
Я всё расскажу. Всё!
Но ты всё равно опоздаешь.
Посмотрим. Ты поедешь со мной.
Ты.
Прикуй себя к перилам. Быстро.
Давай.
Милли, не оставляй меня здесь.
Ему нельзя доверять!
Его называли «мясником из Арлава»,
а чтоб его!
Я доверяю ему больше, чем тебе.
721.
Чёрт меня побери.
- Хороший район.
- Проклятье.
Наверное, это здесь.
Чёрт.
Ты это слышал?
Какого чёрта?
Джона!
Какого чёрта?
Джона!
Блин!
Что нам делать?
- Думаю, надо обратиться в полицию.
- Что?
Ты видел это?
Наверное, он попал в беду.
А что, если он пострадает?
Ты думаешь,
нам поможет какой-то белый коп?
- «Господа полицейские».
- Хватит.
«Не хочу отвлекать вас от вашего расизма,
но не могли бы вы помочь нам, неграм,
раскрыть нацистский заговор?»
Они арестуют нас и отправят в психушку.
Ты это знаешь.
Слушай, когда убили Бути,
там был коп, который нам помог.
Чернокожий. Ему было
не наплевать на Джону.
Чёрт, я не знаю, Кэрол.
По-моему, это не очень удачная мысль.
Я не буду сидеть сложа руки.
Такси.
Если за нами не пришлют Бэтмобиль,
чтобы поехать за Джоной,
это наш единственный вариант.
Приготовься, ублюдок. Пошли.
Это просто царапина!
Хватит плакать как девчонка.
Больно, блин!
Неужели? Ой-ой-ой!
Немец, да? Перестал притворяться?
Возьми.
Не испачкай мои сиденья.
Что-то мне говорит, что ты заслуживаешь
худшего после того, что натворил.
Ты убил тысячи людей во время войны,
убил всю свою семью среди бела дня
и обвинил в этом чернокожего.
Можно подумать, это было сложно.
Вы, американцы, соловьями разливаетесь
об иммиграции в вашу страну,
о равных правах, о статуе Свободы.
О несчастных, усталых, жалких массах,
жаждущих свободно вздохнуть.
А этот факел?
Его можно засунуть
в задницу статуи Свободы.
Потому что на самом деле
американцы такие же расисты, как и мы все.
Ну, ты, может, не расистка.
Почему, по-твоему,
я сделал такую карьеру в Вашингтоне?
Самый высокопоставленный нацист
в американском правительстве.
И что случилось потом?
Было слишком много стресса?
Поэтому ты убил всю свою семью?
Потому что еврейка,
пережившая лагеря, тебя раскрыла?
Видимо, если ты обратился к Гримсби,
дела у тебя шли не очень хорошо.
Ведь у вас, нацистов,
нет никакого морального кодекса,
значит, если ты их разозлил,
ты всерьез облажался.
Поэтому мы всегда победим вас.
Вы играете по правилам,
а мы - нет.
В таком случае, может, скажешь мне,
кто на самом деле Полковник?
Обыграй ее по ее же правилам.
Хорошая попытка.
Ты мне нравишься.
- Милли, да?
- Сиди спокойно.
В тебе есть искра, Милли.
Ты могла бы стать для нас отличным
товарищем, если бы не была черномазой.
Вот чёрт, а я-то надеялась
вступить в этот клуб.
Нет, я серьезно,
я не понимаю, как ты живешь.
Каждый день ходишь в этой коже.
Люди считают вас отбросами общества.
Сколько вам платят?
Десятую часть от того, что платят белым?
Наверное, это хреново.
Да, это точно.
Но я всё равно предпочту остаться
на своем месте, чем оказаться на твоем.
- Правда?
- Да.
Ты же сам сказал: вы играете без правил.
Наверное, ужасно страшно
оказаться нацистом в бегах
с мишенью на спине.
Кровь и почва.
В то время как мир так нелепо стремится
к смешанному обществу полукровок,
только мы сохранили чистоту крови.
Только мы сохранили преданность
славным идеям фюрера о будущем.
Но, несмотря на наши усилия,
наши враги изгнали нас из родной страны,
а теперь мы изгоним наших врагов
из их страны.
Потому что мы...
Мы не похожи на евреев,
слабых и умоляющих о пощаде,
которые бесцельно ходили кругами
по пустыне
на протяжении жизни целого поколения.
Наше изгнание заканчивается.
Мы очистим эту страну от скверны,
которая ее населяет,
и начнем заново, установив новый режим -
Четвертый рейх.
Твой час настал, Трэвис.
Присоединяйся к нам.
Каждому свое.
«ШИДЛЕР КОРПОРЕЙШН»
Ладно, Хэрриет, возьми наушник. Да.
Так, мы в эфире.
Обратной дороги нет.
- Ладно. Хорошего вам дня.
- Да, вам тоже.
Народ, вы там?
Народ?
Народ?
Лонни, я тебя слышу.
Прекрасно.
Так, одно препятствие преодолел,
впереди 437 миллионов других.
Они загружают машины.
Надо спешить. Сколько у нас есть времени?
Когда Лонни попадет в центр управления,
у нас будет четыре минуты,
пока вещество нагревается до 260 градусов.
Джо и Джона, вперед.
Сзади вас двое охранников,
они по очереди обходят территорию
каждые 15 секунд.
Спереди от вас еще двое, каждые 45 секунд.
Ясно.
Идите.
Проход слишком узкий, рюкзак не пролезает.
Может, я могу толкать его перед собой.
Сними ремень и привяжи рюкзак к ноге.
Прикрепи бомбы и уходи оттуда.
Мы должны уничтожить весь патоген.
Джона внутри.
Рокси, я сейчас открою ворота.
Надеюсь, ты убьешь эту стерву-Полковника.
Смерть неизбежно придет ко всем нам.
Просто к ней она придет немного раньше,
чем планировалось.
- Что?
- Я...
Я рада, что вернулась.
Если бы ты не помог тогда мне и Малике,
не знаю, что бы с нами случилось.
Не за что.
Но давай не будем себя обманывать.
Ты вернулась не только поэтому.
Рокси только что ушла.
«ШИДЛЕР КОРПОРЕЙШН»
Я внутри.
Хорошо. Поверни направо.
Через десять метров впереди
будет металлическая дверь. Видишь ее?
Да. Я иду к ней.
Хорошо.
Так.
Чёрт. Вот что.
Я не могу это сделать.
Мне надо отсюда выбраться, блин.
Лонни... Чёрт возьми.
Лонни, успокойся, просто дыши. Дыши.
Я на складе, где рядом 100 нацистов,
которые хотят меня убить,
я не думаю, что мне поможет,
если я буду дышать.
Может, отец был прав.
Он был прав, когда в 22 года
Леонард Флаженштейн уехал из дома,
бросив ту дыру в Нью-Джерси,
и получил роль на Бродвее?
Он был прав,
когда ты сразу же получил «Тони»?
Да. И посмотри на меня сейчас.
Меня обошли Хоффман и Дрейфус.
Я даже не могу получить роль
в фильме Эда Вуда.
Он был прав.
Лонни Флэш - не мужик.
Он просто жалок.
На этот завод вошел не Лонни Флэш,
а Леонард Флаженштейн.
Смелый молодой парень,
который поступил вопреки ожиданиям отца.
Забудь о своем отце,
как ты сделал это более 20 лет назад.
Чтобы забыть о моём отце,
надо чаще ходить к доктору Розенштейну.
Лонни, пожалуйста.
Я не знала твоего ублюдка-отца,
но вот что я знаю:
может, его разочаровала
твоя последняя роль,
но его бы точно не разочаровала роль,
которую ты играешь сейчас.
Так что зайди туда и спаси мир, чтоб тебя.
Чёрт.
Хорошо, видишь цистерны?
Центр управления прямо за цистернами
вверх по лестнице.
Я нашел раствор.
Скорее, Джона, они почти закончили
загружать товар в машины.
Ты должен оттуда уходить.
ОПАСНО
ВЫСОКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ
- Здрасьте.
- Вы кто?
Пришел починить электричество.
На третьем этаже нет света.
Быстрее, нам надо наблюдать
за пультом управления.
Я... Может, вам лучше выйти.
В прошлый раз, когда выбило пробки,
везде полетели искры.
Понимаете, о чём я?
Это было безумие.
- Как хотите.
- Побыстрее, блин.
Так, Минди, что мне надо здесь искать?
Лонни, справа должна быть панель,
показывающая температуру в цистернах.
Там должны быть ручки с круговой шкалой
и датчиком температуры.
Да. Нашел.
На нём написано 60 градусов.
Медленно поверни ручку вправо,
пока температура не дойдет
до 260 градусов.
Это создаст закупорку и увеличит давление
в диафрагменном вентиле,
что ускорит процесс нагревания.
- Понял?
- Да.
Я поворачиваю ручки,
но тебе надо говорить по-английски.
А то ты говоришь
как учительница из комикса «Peanuts».
Возьмем кипящий чайник.
Когда вода начинает закипать,
раздается свисток.
Но мы сделаем так,
что свисток так и будет свистеть.
- Понял?
- Ничего не понял.
Может, я неясно выразилась.
Попробуем еще раз.
Тебе просто нужно повернуть... вентиль...
Минди?
Минди?
Минди, ты меня слышишь?
Какого чёрта? Минди, что происходит?
Что?
Наверное, помехи.
Так.
Минди?
Минди?
Чёрт бы всё это побрал!
Так.
Так, Лонни. Ну же, у тебя получится.
Чёрт, Минди, что ты сказала мне сделать?
Может, это научит меня
прислушиваться к старшим.
Чёрт.
Она сказала, это похоже на чайник.
Свисток свистит - у тебя есть бомба.
Нет. Нет, погоди.
Свисток надо закрыть.
Чёрт, как закрыть этот свисток?
На хрен это всё.
Круто.
Простите.
Стой!
Ты.
Иди сюда.
Иди сюда.
Ты не отдаешь честь Полковнику?
Ты не отдаешь честь Полковнику?
Кажется, мы незнакомы.
Джейсон.
Джейсон Шмидт.
Мы снова на связи.
Ты меня слышишь?
Да, я тебя слышу, Минди, но... Лонни?
Лонни?
Он не из наших.
Он еврей!
Он один из людей Оффермена.
Они точно в беде.
Джо, ты должен пойти туда и помочь им.
Понял.
Джо, не надо.
Этот кукурузный сироп
сейчас всех их поджарит.
Кто еще их спасет?
У меня остался один грузовик,
и я отсюда убираюсь.
Нет, Рокси, забудь про грузовики.
Я разберусь с ними.
Просто уходи оттуда.
У меня бомба.
Не подходите, блин,
иначе здесь будет «бум».
Богом клянусь, мадам в фальшивом костюме
от Шанель, не подходите,
или я всё здесь взорву.
Что-то не так.
Выводите грузовики.
Выводите грузовики!
Быстрее!
Скорее! Бегом!
Быстрее!
Заходите в бункер!
Быстрее, здесь безопасно.
Быстрее!
Давайте!
Джо.
Это я! Я!
Быстрее. Надо убираться отсюда.
Что?
Почему ты еще жив?
Я сказал им, что у меня бомба.
А это была база от антенны,
которую мне дала Минди.
Дрейфус может целовать меня в задницу.
Давай запрем их и уберемся отсюда.
Ну всё.
Вот оно.
Кажется, они все вышли.
Хорошо, забирайте фургон и поезжайте.
Встретимся в Бэт-пещере.
Дьяволы.
Майер, куда ты?
Отрезать голову змее.
Чёрт.
Откройте дверь.
Убирайтесь с дороги!
Ни фига себе!
Ты не можешь меня здесь оставить!
- Джона!
- Пожалуйста, открой наручники.
Они меня убьют!
Дай мне чертов...
Ну давай.
Сделай это!
Я знаю, тебе этого хочется.
Нужна сила, чтобы очистить Землю
от зла, которое ненавидишь.
У тебя есть сила, еврей?
У твоего друга она была.
До того как я прострелил его жирную тушу.
Джона, не надо.
- Не надо этого делать.
- Еще как надо.
- Стреляйте в меня, если хотите.
- Нет.
Он не выйдет отсюда.
Он заслуживает смерти.
Нет, он заслуживает страданий,
а страдать он будет
только в тюремной камере,
и я его туда посажу,
- но ты должен опустить пистолет.
- Нет.
Он улизнет. Они всегда уходят.
Я сделаю всё,
чтобы этого не случилось, ясно?
Я понимаю, ты хочешь опуститься
до их уровня, чтобы свершить правосудие,
но это не правосудие.
По-моему, очень похоже на правосудие.
- Джона...
- Нет, правосудие здесь ни при чём.
Речь идет о выживании.
Об этом говорил Дарвин:
кому из нас суждено истребить другого?
Гитлер верил, что его господствующая
немецкая раса ослабела,
потому что мы смешивались
с тараканами вроде вас.
- Заткнись, блин.
- Не слушай его.
Он был неправ, Джона?
Только ты знаешь ответ.
Думаю, Гитлер был прав.
Джона, если ты нажмешь на курок,
ты станешь одним из них.
Понимаешь?
Ты сам станешь тем злом,
против которого борешься.
А ты не зло.
Она бы не хотела, чтобы ты так поступал.
Твоя бабушка всё еще здесь,
она в твоем сердце.
Она наблюдает за тобой.
Она будет жить,
только если ты поступишь так,
как она бы хотела.
Не так, как ты собираешься.
Если ты сделаешь это, Джона,
ее больше не будет рядом.
Чёрт.
Чёрт возьми, что происходит?
Добрый вечер, Полковник.
Я решил вас подвезти.
Вы Майер Оффермен.
Это вы.
О боже.
Куда мы едем?
Ну, мы едем не на праздник,
я вам точно скажу.
Как жаль, Майер.
А я как раз одета для праздника.
Каково это - когда королева
обращается в пепел?
Неужели вы верите,
что это был мой единственный план?
Нет, конечно.
У меня нет таких иллюзий.


Серия 10

Но те стоят шесть за 49 центов.
А эти - пять за доллар.
Это слишком дорого.
Неужели нет ничего подешевле?
ГОД НАЗАД
Пять за доллар? Им цена десять за доллар.
Может, я испеку пирог.
Попробую вот эти. Я куплю...
Пойдем.
Давай уйдем.
Покупал дыни в магазине...
как будто ему место в этом мире.
Ну, я позвоню, кому надо позвонить.
Сообщу об этом тем, кого знаю.
Я вовлеку в это дело самого мэра.
Говоришь, тебе не дали с ним поговорить?
Да.
Будь уверена, что, когда позвоню я,
со мной они поговорят.
Я бы не пришла к тебе,
если бы мне было к кому обратиться.
Я очень рад тебя видеть.
Прошло тридцать лет - и вот ты здесь.
Это судьба.
Я читала о тебе в газетах все эти годы.
А сейчас, когда я в этой...
в этой большой комнате...
Ну, она немного побольше
нашей квартирки на Болсли-стрит, да?
Она больше,
но в ней более пусто.
Знаешь, один из ужасов войны
заключается в том,
как ты помнишь людей.
Я, например,
потеряла все фотографии отца и матери.
От них остались
только фрагменты воспоминаний.
Помню только его подбородок и ее ресницы.
Веснушка.
Моя мать...
Я помню только ее веснушку.
Но ты...
Я думала, что тебя...
Я думала, тебя мне никогда не забыть,
и тем не менее ты выглядишь...
Ты не такой, каким я тебя помню.
Мы постарели, Рут.
Да.
Мы устали.
Это верно.
Мы изменились.
С ума сойти.
С ума сойти.
Я вижу вот это. Смотри.
Моя ужасная работа, да?
Да, твоя ужасная работа.
Эта татуировка - больше, чем чернила,
она глубже кожи, Майер.
Я часто думала об этом дне,
потому что
мне так много хотелось сказать тебе.
Так много.
Я села на автобус, проехала полгорода.
Все эти годы...
И вот я здесь,
и мне так трудно...
Мне было так грустно, когда ты ушел
из-за того, что заставило тебя сделать
то чудовище. Так ты считал.
Как ты мог оставить мне
только письмо и амулет?
Почему ты не мог
разделить со мной свое горе?
Я хотел, но...
Если бы...
мы вместе несли этот груз,
не знаю... Он бы казался тяжелее.
Когда родилась Наоми,
наша прекрасная дочь,
вся моя грусть превратилась в гнев.
Она была твоей дочерью.
Как ты мог уйти?
Я тоже пережила войну, Майер.
Почему ты оставил меня растить ее одну?
Рут, пожалуйста. Пожалуйста.
Когда она умерла,
в моём мире погас свет.
Я перестала чувствовать.
Да и к чему? Что я могла чувствовать?
Ты знал, что она умерла?
Наша дочь. Ты знал об этом?
Да.
Почему ты не пришел ко мне?
Потому что ты знала, что я сделал.
Да, я знала, что ты сделал ради меня,
чтобы спасти мне жизнь.
Я знаю, что ты сделал.
Когда умерла наша дочь,
в моей жизни появился новый свет.
Ее мальчик, Джона.
И я снова начала что-то чувствовать.
Я почувствовала, что теперь, когда у меня
есть этот малыш, всё будет в порядке.
Я говорю о твоем внуке.
И, к сожалению, он похож на тебя.
Не волосы, не глаза.
В нём есть тот же свет.
В нём есть свет,
который когда-то был в тебе.
И я не позволю им погасить его.
Ни человеку на рынке, ни кому-либо еще.
Не дам сделать то,
что они сделали с тобой, Майер.
Я всегда буду его оберегать.
Я... Я не знаю,
зачем я всё это тебе сказала.
Больше я ничего не скажу.
Тогда, может,
нам просто стоит посидеть в тишине,
ничего не говоря, просто...
Что скажешь?
Какая большая комната.
Какая большая пустая комната.
С ума сойти, Майер.
С ума сойти.
ОХОТНИКИ
Майер!
Я здесь, Майер. Я с тобой.
Майер.
Майер, я здесь.
Майер, очнись.
Прости меня, мама.
Операция «Скрепка»?
Четвертый рейх?
И вы единолично сожгли завод,
полный нацистов,
прежде чем они выпустили
вирус, подмешанный...
- в кукурузный сироп?
- Так и есть.
Всё потому что вы, старые белые мудаки,
привезли сюда нацистов.
И всю дорогу полировали их сосиски.
Вы умеете говорить сладкие речи, Моррис.
Спасибо. Они всё равно не такие сладкие,
как ваша жизнь, джентльмены.
Дело в том, милая,
что нам нужны доказательства.
А всё, что у вас есть, -
это сгоревший завод
и убийство подростка в магазине комиксов.
Остальное - просто слухи.
Как слухи о том, что в Зоне 51
видели маленьких зеленых человечков.
Агент Гримсби может всё это подтвердить.
Ну, агент Гримсби сегодня утром
вышел в отставку, милая.
Похоже, он упаковал свои вещи
и уехал из города.
И надо же! Как мы ни стараемся,
нам не удается его найти.
Спасибо, что пришли, агент Моррис.
Нам было интересно узнать...
Вашу точку зрения о том, что произошло.
И...
Вы будете об этом молчать.
Такие беспочвенные подозрения
приносят больше вреда, чем пользы,
для всех сторон.
Майер.
Майер...
Привет.
Чёрт, он падает с моста и выживает.
Только посмотрите на него.
Слушайте, вам прислали букеты
все живущие ныне мэры Нью-Йорка,
а вон там - букеты от премьер-министров.
Уверен, что и от президентов есть.
Ну вы даете.
Как вы? Чувствуете себя нормально?
Мне нужен отдых.
Да, ладно. Да.
Если вам что-нибудь нужно, просто...
Я принесу, если вам что-то нужно.
Вы в порядке?
Мне сейчас не до посетителей.
Посетителей? Ясно. Да, посетители.
Я ваш внук. О чём вы говори...
- Ничего.
- Ясно. Ничего.
Ладно. Я вас оставлю.
Я пойду. Нет, всё в порядке.
Я...
Что?
Я думал,
им станешь ты.
О чём вы говорите?
Хэрриет слишком...
импульсивна.
А Лонни чокнутый. И...
Джо мучит его прошлое.
Рокси слишком идеалистична.
А Минди...
У Минди других забот хватает.
Им должен был стать ты.
Это твое право от рождения.
Твое право от рождения, твое наследие -
делать то, что необходимо.
Быть лидером
Охоты.
Быть лидером.
Я не понимаю. Я что-то сделал не так?
Что я сделал не так? Я не понимаю.
Ты должен был убить его, Джона.
У тебя был шанс.
Убить его?
Милли была рядом со мной.
Она была совсем рядом.
- В полутора метрах от меня.
- Оправдания,
- оправдания.
- Он в тюрьме.
Он за решеткой.
Волк тоже там был.
За решеткой.
Ну и что? Он будет там гнить,
потом снова выйдет на свободу,
оглянуться не успеешь.
Джона,
ты такой прекрасный мальчик.
Я думал, что ты похож на меня.
Но теперь я ясно вижу.
Ты мальчик.
Всего лишь мальчик.
- Нет, вы ошибаетесь.
- Да.
Я могу сделать то, что необходимо. Я...
Я могу руководить Охотой.
Я могу быть тем, кем нужно, блин.
- Я на это способен.
- Ты не смог.
Когда я рассчитывал на тебя, ты не смог.
Откуда я мог это знать?
- Всё это время я...
- Слова - карлики.
Дела - гиганты.
Майер, послушайте меня.
Выслушайте мои соображения.
Слова - карлики,
дела - гиганты.
- Вы можете просто... Вы можете...
- Я хочу побыть один.
- Вы можете просто...
- Я хочу побыть один.
Уйди.
Дай мне отдохнуть.
Ну вот.
Мать Бути наконец начала есть.
Так сказала моя мама.
Она съела кусок пирога с лаймом
после ареста этого ублюдка.
Это уже кое-что.
Я мог бы его убить.
Я мог бы убить его, когда я...
У меня была такая возможность, а я...
Я ей не воспользовался. Не воспользовался.
Майер даже не мог на меня смотреть.
Вообще не мог смотреть в мою сторону.
В общем, он сказал, что я гребаный трус.
Трус?
Знаешь, то же самое говорили
про Человека-Паука.
И про Джин Грей.
И про Дика Грейсона.
Пока они не убили чертовых злодеев.
И не доказали, чего стоят.
Чёрт! Мама меня убьет.
Я сказал ей, что соберу вещи к 21.00.
Я тебе позвоню, ладно?
- Да.
- Ты в порядке?
Да. Да, увидимся.
Информацию о Волке? И что вы узнали?
Не очень много.
Твоя бабушка забрала документы.
Как странно.
Оранжевый цвет.
Оранжевый -
цвет бархатцев.
Цвет бенгальского тигра.
Хэллоуина.
Шуршащих осенних листьев.
Моста Золотые Ворота.
Тыквенного пирога.
Для буддистов
это цвет прозрения.
Состояние высшего совершенства.
Для индуистов
это цвет святых скитальцев.
А в елизаветинской Англии
этот цвет могли носить
только благородные люди.
Это смесь красного с желтым.
Не совсем короли, не совсем крестьяне.
Как странно.
Итак...
Черный шут,
что тебе нужно у моего трона?
Я пришла, чтобы сделать тебе предложение.
Снисхождение за убийство молодого человека
в магазине комиксов,
если ты дашь показания
по поводу Четвертого рейха.
Они затыкают тебе рот, да?
Итак,
я твой последний шанс
доказать твою версию,
и ты хочешь пойти на сделку со мной.
Боже.
Если бы только еврейский мальчишка слышал,
как ты обещаешь уменьшить мой срок.
Он был бы так разочарован.
Дело в том,
что я ничего не скажу
какой-то черной монголоидной
стерве.
Ну, тебе же хуже.
Милли...
Я так рад,
что не убил тебя тогда у магазина игрушек.
Потому что однажды,
когда я буду забрызган кровью
твоей подружки Марии,
и я подставлю нож,
тот самый нож,
которым я разрезал ее на куски,
к твоему горлу,
ты вспомнишь прошлое и поймешь,
что надо было позволить тому парню
убить меня вчера.
Да,
надеюсь, я не забуду
взять с собой мой «Поляроид»,
потому что я захочу
навсегда запомнить твое выражение лица.
Чёрт, где же это досье? Что ж такое.
Ну же. Блин.
Информация о Волке.
Волк.
Волк.
Они услышали, что Союзники уже близко.
И вот они пришли.
Ангелы в зеленой форме.
И впервые за несколько лет
мы ощутили вкус свободы.
ЯНВАРЬ
1945 г.
Впервые после той ночи, когда он
пожертвовал своим миром ради моего,
я снова увидела его.
Майер.
- Майер.
- Рут.
Моего Майера.
От него остались только кожа да кости.
И тут мы увидели его.
Наше чудовище, нашего голема.
Волка
наконец арестовали советские солдаты.
Несколько месяцев мы восстанавливали силы
в лагере для беженцев,
а нацисты гнили в камерах
на другом конце лагеря.
И мой любимый был рядом со мной.
Человек, когда-то полный света,
который теперь погас.
Каждую ночь его мучил
один и тот же кошмар.
Что с тобой?
Что такое?
Тот же самый сон.
Я иду в его камеру на том конце лагеря,
я вывожу его в лес,
я ставлю Волка на колени и...
И...
Я произношу о нём поминальную молитву.
Зачем?
Зачем молиться за такого человека?
Зачем проявлять милосердие
к этому чудовищу?
Я должен помолиться за него...
прежде чем убить его.
Именно чудовища, которые живут среди нас,
больше всего заслуживают молитвы.
А потом я его убиваю.
Я устраняю его из этого мира,
он превращается в пустоту,
в shum davar.
Волк всегда хотел быть Майером.
Он узнал о нём всё, что можно было узнать,
кроме того, чему нельзя было научиться.
И, так как он не смог стать Майером,
он попытался убить в Майере то,
что делало его особенным.
Его душу.
Его свет.
И в тот момент я поняла,
что Волку удалось добиться своего.
Тогда я дала себе обещание,
которое помню и по сей день,
через много лет после того рокового
4 ноября, когда Майер ушел от меня.
Я найду Волка
и свершу над ним правосудие,
пока он не превратится в пустоту.
Это долг моего прошлого.
Это душевная рана.
«Это душевная рана».
«Это душевная рана».
«Это душевная рана».
Давай, поешь супа.
Он исцеляет как телесные,
так и душевные раны.
Напиши это
в одной из своих кулинарных книг.
Напиши это
в одной из своих кулинарных книг.
КУРИНЫЙ СУП
Чёрт возьми.
Что-нибудь о Волке.
Где же ты? Ну же.
ВИЛЬГЕЛЬМ ЦУХС
Цухс.
СЕКРЕТНО
Ну же.
ОТЧЕТ ОБ АРЕСТЕ СОЮЗНИКАМИ
ЗАДЕРЖАННЫЙ ВРАГ
ГРАЖДАНСКАЯ ПРОФЕССИЯ
ГЛАВНЫЙ ХИРУРГ
Список членов СС.
Цухс.
«Сбежал из заключения 4 ноября 1945 года».
1945.
«Пропал без вести».
«Пропал без вести».
Сбежал в ноябре.
Перевел все свои средства Фридриху Манну.
Вымышленное имя.
Фридрих Манн.
Вымышленное имя.
Фридрих Манн.
Цухс.
Фридрих Манн.
Волк.
Придумал себе новую личину.
Вымышленное имя.
Фридрих Манн.
Д-РА ХОЛВОРЗИ, КРАНЦ И МАНН
ДЕРМАТОЛОГИЯ И ПЛАСТИЧЕСКАЯ ХИРУРГИЯ
НАПОМИНАНИЕ О ВИЗИТЕ
РУТ ХАЙДЕЛЬБАУМ
Ты нашла его,
так?
Ты его нашла?
Какое имя вписать в паспорт?
Как насчет такого -
Борис Фродский?
Но это же мое имя.
Концы придется обрубить, товарищ.
Как поживаете, агент Моррис?
Кто вы такая?
Член Конгресса Элизабет Хэндельман.
Член Конгресса?
Даже мой кабинет больше, чем эта клетушка.
Манхэттен уже не тот, да?
Вам следует переехать в Бруклин.
Простите, что вам нужно?
Я слышала о показаниях,
которые вы дали сегодня.
О том, что среди нас живут
так называемые нацисты.
Если вы пришли,
чтобы приказать мне молчать,
- вы зря потратили время.
- Я пришла сказать, что понимаю вас,
агент Моррис.
Я знаю про операцию «Скрепка».
Я знаю про агента Гримсби.
Я знаю о том, что в Штатах живут нацисты.
Я одна из немногих евреев в Конгрессе,
учреждении, рассчитанном
на белую кожу и голубую кровь.
Я уже давно искала способ
привлечь этих людей к ответственности
и, кажется, наконец нашла.
Послушайте, я не собиралась
охотиться на гребаных нацистов,
я просто расследовала дело. Искала убийцу.
В тех учреждениях сидят люди,
которые в этом замешаны,
которые пособничали военным преступникам.
- Вот против кого я должна бороться.
- И вы проиграете.
Я предлагаю пойти другим путем.
Самим охотиться на этих чудовищ.
Создать опергруппу, которая будет искать
и преследовать их в США и за рубежом.
Я найду финансирование.
Это будет секретный отряд.
О нём никто не будет знать,
кроме вас, меня и команды,
которую вы наберете.
Это было бы очень уместно, не так ли?
Чернокожая женщина и еврейка,
которые стали
самым страшным кошмаром нацистов.
Ну,
что скажете?
Хантер Смит к д-ру Манну.
Будьте осторожнее, молодой человек.
Если старые ведьмы из Верхнего Истсайда
узнают, что в клинику пришел ребенок,
они попробуют вонзить в вас
свои фальшивые зубы и выпить вашу кровь.
Итак,
чем я могу быть вам полезен?
Вряд ли вам нужна подтяжка или липосакция.
Да, я просто...
Я недавно попал в аварию, и...
Не хочу, чтобы остался шрам.
Давайте посмотрим.
Пожалуйста. Садитесь.
- Сюда?
- Да.
Шов наложен очень ловко.
Да? Шрама, скорее всего, не останется.
Я об этом позабочусь.
Я хорошо убираю шрамы.
Не стоит беспокоиться.
Хорошо.
Итак.
Посмотрим.
Вы почувствуете укол.
Готовы?
И еще раз.
И еще раз. Еще один раз.
Вот и всё. Да?
Чувствуете это?
- Да, немного.
- Хорошо.
Итак, начнем.
Вы немец?
Да, я родился в Германии.
Моя семья родом оттуда.
Вы были там во время войны?
Да.
Д-р Манн, миссис Ворт готова.
Я здесь закончил.
Итак...
Никаких шрамов не будет.
Медсестра вас проводит.
Почему?
- Почему?
- Ты...
Ты убил того мальчика в магазине комиксов?
Но мы...
Мы каждый вечер укладывали тебя спать.
Мы обнимали и целовали тебя.
Мы всегда говорили, что гордимся тобой.
- Ты смотрел мультики и ел печенье.
- Ты...
Мы купили тебе лавовую лампу,
которую ты хотел.
И мы любили тебя.
Почему?
Я не знаю.
Я не...
Не знаю...
Мне нужна помощь.
Здесь...
Здесь просто ад.
Здесь ад! Мама.
Мы наймем тебе адвоката, милый,
и вызволим тебя отсюда.
Мы найдем людей,
которые тебе помогут. Хорошо?
- Хорошо?
- Хорошо.
Может, одного из...
Еврейских адвокатов.
Евреи говорят, что они самые лучшие.
СССР
В чём дело?
- В чём дело?
- У меня кое-что есть.
У меня кое-что для вас есть.
- Что?
- Смотрите.
«Слова - карлики, дела - гиганты», так?
- Так?
- Что...
Что ты хочешь сказать, Джона?
Что?
- Что?
- Я нашел его.
- Кого нашел?
- Я его нашел.
Волк.
О боже.
Это он.
Пойдемте.
Я нашел его, блин!
Он твой, дедушка.
Он твой.
Вот.
Тридцать лет я об этом мечтал.
Я молил об этом моменте.
Тридцать лет.
Это лицо,
эти глаза,
эти руки.
Привет, Вильгельм.
Эй, погоди. Разве ты не хочешь услышать,
что скажет этот говнюк?
Что он может сказать?
Разве он сможет придумать слова,
в которых был бы какой-то смысл?
То, что ты сделал,
то, чем ты был...
Тридцать лет,
и всё это время...
Всё это время я считал, что ты - тьма.
Тьма, которую можно ощутить,
как ощущал ее Бог.
Тьма, которую можно увидеть,
как ее видели египтяне.
А теперь ты станешь тем,
чем тебе всегда было суждено стать.
Ничем.
Это ты!
Да.
Да, Вильгельм.
Да, Вильгельм.
Это я.
Ты ее не сказал.
Что?
Поминальную молитву.
Ты не сказал молитву,
прежде чем убить его.
Такой скот
заслуживает молитвы, Джона? Нет.
Не буду я за него молиться.
«Именно чудовища,
которые живут среди нас,
больше всего заслуживают молитвы».
Чудовища заслуживают молитвы?
Кто это сказал? Это из твоих комиксов?
Ты...
это сказал. Ты.
- Я это сказал?
- Каждую ночь тебя мучил кошмар.
Ты рассказал о нём бабушке.
Это было в ее записках.
Когда ты найдешь его, ты должен
помолиться о нём, прежде чем убивать его.
Ты это сказал.
Ну, конечно, но...
Что? Ты не помнишь?
Джона...
Тебя каждую ночь мучил тот же кошмар.
Как ты мог его забыть?
Ну,
это было очень давно, мой мальчик.
Знаешь, когда стареешь...
многое забывается.
Нет.
Молитва. Почему он не знал молитву?
Волк узнал о Майере всё,
что можно было узнать,
кроме того, чему нельзя было научиться.
Но она изучала информацию о нём.
А как насчет Вильгельма Цухса?
Инструменты, которыми этот хирург
пользовался, чтобы лечить солдат,
теперь пошли в ход,
чтобы разрывать меня на части.
Шов наложен очень ловко.
«Сбежал из заключения 4 ноября».
- Досконально человека не узнаешь.
- Волк.
Мы носим разные маски.
«Цухс. Сбежал из заключения 4 ноября».
Четвертого ноября
я видела Майера в последний раз.
- Цухс.
- Это ты!
Почему он не знал молитву?
Молитва.
В чём дело?
Это ты.
Это ты?
Что?
Ты Вильгельм Цухс. Ты...
Волк.
Я думал, у нас будет больше времени.
Что?
Нам было нужно больше времени.
Как?
Как? Как это...
Чёрт, что ты сделал? Скажи мне.
Скажи мне, что ты сделал, чтоб тебя?
Лагерь захватили советские солдаты,
и они собирались повесить меня.
Я нашел способ выбраться из камеры,
но для побега мне нужны были документы,
и я...
Я прокрался в палатку, где...
Где был человек, которого
я узнал лучше, чем кого бы то ни было...
И ты убил его?
Ты это собирался сказать? Ты убил его, да?
Скажи это.
Скажи.
Я убил его.
Когда он спал.
Я вынес его тело в лес.
И
я закопал его там.
И что? Ты просто ушел оттуда?
Ты украл его документы, украл его имя
и просто ушел оттуда?
Я оставил твоей бабушке его амулет,
а потом написал ей записку
от имени Майера.
Я написал, что больше не могу быть с ней,
потому что она видела,
как я убил 11 человек.
И я...
Нет, ты...
- Что?
- У тебя есть татуировка.
Шрам.
Я сам ее сделал.
Перочинным ножом и чернилами.
Ты сам ее сделал?
Мне удалось сбежать в Берлин,
но на улице
меня узнал бывший узник лагеря.
Он начал кричать.
Я убежал, но я знал, что я...
Что имени Майера будет недостаточно.
Нужно было что-то еще.
Я должен был превратиться...
в него.
Я пошел к хирургу из СС,
который, кстати,
и есть этот мертвый человек,
который сидит перед нами.
Я перевел на его имя все свои сбережения,
и он сделал мне маску.
То лицо, которое ты видишь сегодня.
И что, ты просто...
Ты приехал в Америку
под именем Майера Оффермена?
И всё, что ты мне сказал...
Всё, что ты говорил,
все истории, все уроки...
Всё это было правдой, Джона.
Но это его истории.
Он должен был их рассказать.
Это его уроки. А не твои.
Ну... Я просто...
Они не твои. Они не принадлежат тебе.
Я был там. Я это видел.
Тебе мало было... Не подходи ко мне, блин!
Тебе было мало того, что ты его пытал?
Что ты заставил его убивать,
потом убил его?
Ты украл его сердце,
его душу, его кровь, блин?
Меня? Мою бабушку? Ты...
- Это что для тебя, игра, блин?
- Это не было игрой, Джона. Это было...
Тридцать лет я прожил евреем.
У меня было видение еврея.
Я мыслил как еврей.
Знаешь, я наконец очнулся
от комы ненависти
и понял, какое зло причинил
твоим бабушке и дедушке.
И я понял, что я злодей
в моей собственной истории.
Такое сложно пережить.
Ты хочешь, чтобы я тебя пожалел?
Мне плевать, что ты пережил.
- Ты чертов нацист.
- Я не нацист.
- Конечно, нацист, блин.
- Я никогда не был нацистом,
как бы там ни было.
Третий рейх ничего для меня не значил.
Ты думаешь, для меня была важна идеология?
Тогда почему? Почему ты это делал, блин?
Я был хирургом!
И меня сделали
начальником лаборатории.
Власть, которую мне дали...
Власть порождает зло,
и это зло поглотило меня.
Ты видел, какое зло ты приносишь.
Ты видел это и продолжал творить зло.
Ты продолжал играть ту роль.
- Тебе она нравилось.
- Мне она не нравилась.
Тебе всё это нравилось.
Ты не знаешь, какой это был ад -
быть Майером.
Ад?
У меня была мать, у меня был отец.
Я тоже был человеком.
Мне пришлось убить человека,
которым я был, и стать Майером.
Ад? Ты жил как король, и это был ад?
Да, ты построил всё это на его могиле,
пользуясь его именем.
Я этого не планировал.
Вот это всё.
Я приехал в Америку.
Меня вывезла сюда
еврейская организация. Мне нашли...
- Работу на заводе.
- На заводе?
Ты хирург, и ты работал на заводе.
Я не мог быть хирургом, Джона.
Я не мог сказать,
кто я такой на самом деле.
Это бы противоречило тому,
что я про себя наврал.
Мне пришлось обратиться в иудаизм.
Я изучал иврит, ходил в синагогу,
читал Тору. Я всё это делал, понимаешь?
- Я стал евреем.
- Нет, ты не еврей, блин.
Нет.
Чуть более года назад
ко мне в дверь постучали.
Это была твоя бабушка.
Она пришла в эту комнату.
Она, конечно,
думала, что я Майер.
Она показала мне свет,
и она вдохновила Охоту.
И с этого момента
она стала моей спасительницей.
Потому что она дала мне возможность
наконец поступить правильно.
Возможность вырасти
и наконец немного приблизиться к свету.
И что, ты думал,
это станет твоим искуплением, блин?
- Что?
- Ты думал, что...
- Нет, пожалуйста, Джона.
- Нет?
- Нет, я не ищу искупления!
- Не будет тебе искупления.
- Мне оно не нужно!
- Не будет тебе отпущения грехов.
- Я его не ищу!
- Не будет тебе прощения!
Я его не заслуживаю!
Охота - мое покаяние,
потому что она наконец дает мне цель.
В Охоте я нашел себя.
Я убивал ради Охоты.
Я готов умереть ради нее.
Охота не твоя.
Ты не имеешь к ней отношения.
А кто тогда имеет к ней отношение?
Те 11 миллионов,
которые взывают из могил
и просят о правосудии, вот кто.
Охота - дело...
Рут. Дело Майера. Мое дело.
- Твое?
- Да.
- По какому праву?
- По праву рождения.
- По праву рождения?
- Да, по праву рождения.
Ты отвернулся от Охоты,
когда в первый раз услышал о ней.
Ты пошел легким путем.
Кто вернул тебя?
Я.
Разве можно быть уверенным,
- что ты сделаешь, что необходимо?
- Так поступал мой дедушка.
Так поступала моя бабушка,
а они часть меня. Они - это я.
Ты хочешь убить меня?
Если хочешь стать лидером Охоты,
тебе придется делать то, что необходимо.
А ты на это не способен, ведь так?
Потому что я нужен тебе.
Нет, ты мне не нужен, блин.
- Нет, нужен. Нужен.
- Ты мне не нужен.
Кто я, если я этого не сделаю?
Если я этого не сделаю, кто я?
Кто?
Ты мальчик, вот ты кто.
Ты даже не нашел мне Волка.
Ты привел мне чертового хирурга.
Я нашел тебя, блин!
- Я нашел тебя.
- Джона.
Не позволяй этому человеку
погасить свет и в тебе.
- И что ты сделаешь?
- Ты уничтожил мой мир.
Я уничтожил твой мир?
Ты был уличной шпаной.
Я дал тебе целый мир.
Что ты делаешь?
Собираешься что-то с этим сделать?
Джона, он хочет, чтобы ты его убил.
- Не поступай, как он хочет.
- Думаешь, я хочу жить?
Давай.
Только Охота продолжает жить.
- Джона, нет. Пожалуйста.
- Понимаешь? Только Охота.
Ты знаешь, что снова настанет момент,
когда тебе надо будет это сделать.
Ты не можешь сделать то,
что считаешь необходимым.
Аминь.
Это ты.
Майер.
Нет.
Нет.
Нет-нет-нет!
Чёрт побери.
Джона.
- Джона?
- Какого хрена ты сделал?
- Что ты наделал, блин?
- Нет!
Чёрт! Майер!
- Майер!
- Майер...
Оффермен погиб!
Майер?
Он погиб 30 лет назад
в лагере для беженцев.
Его убил этот ублюдок Волк.
Дело сделано.
Если мы признаем вину
по причине невменяемости,
вас переведут из этого ужасного места
в психиатрическую больницу,
откуда, если вы будете хорошо себя вести,
вас выпустят условно-досрочно
через десять лет или раньше.
Понимаете?
Конечно, понимаю.
Спасибо, м-р Гольдштейн.
Но...
Я попросил вас прийти сюда
не потому, что хочу выйти на свободу,
я попросил вас прийти,
чтобы наверняка остаться здесь.
Понимаете,
мне столько надо успеть.
Грядет война, и мне нужна армия.
А это
просто благодатное место.
Сотни невежественных
и агрессивных белых мужчин,
которые ищут,
кого бы обвинить в своих проблемах.
Я бы при всём желании
не мог найти лучшего места.
Я уже попытался завербовать их,
проповедовать им учение, но...
Я понял, что эти люди
лучше реагируют на дела, а не на слова.
И поэтому
я пригласил вас сюда.
Вы еврей.
Потому что никакой лидер
не приходит к власти без спектакля,
без жертвенного агнца.
О чём вы говорите, чёрт возьми?
Вы ведь едите баранину, кошерные уроды?
Евреи не вытеснят нас!
Евреи не вытеснят нас!
Евреи не вытеснят нас!
Евреи не вытеснят нас!
Евреи не вытеснят нас!
Евреи не вытеснят нас!
Время от времени надо
приоткрывать занавески.
Чтобы убедиться, что в мире еще есть свет.
Вы всегда мне это говорили.
Проблема в том, что я живу в королевстве,
где только занавески и совсем нет окон.
Она погибла.
Полковник.
Королева умерла,
да здравствует королева.
- Как ужасно жаль.
- Да.
А как ты обманешь бандитов Оффермена,
чтобы осуществить наш план?
Я найду способ.
Да уж, Ребека, найди.
Благодаря собранной тобой информации
у нас был настоящий пир, милая.
Ты должна была уже получить новое досье.
Мне пора.
Как он?
Мальчик.
Он...
Ну, вы сами скоро увидите.
В квартире Джо не осталось вещей.
Я думала, что он мне скажет,
но, наверное, он...
нашел выход.
Минди тоже.
Она переезжает в Вестчестер к Бену и Эми.
Говорит, теперь она нужна детям.
Я виню в этом Бена.
Кто-то еще хочет уйти?
Ты?
Ты?
Если да, сейчас подходящий момент.
Они еще остались.
Что, собственно, мы сделали? Предотвратили
один заговор? Один план?
Они будут появляться и дальше.
Они везде.
Они на улицах, они на телевидении,
они в советах директоров, среди политиков.
Они просачиваются везде.
Поэтому мы должны делать то,
что мы делаем.
Поэтому мы должны поступать неправильно.
Потому что, если не мы,
то кто?
Это не должно повториться.
Больше никогда.
Агент Моррис
будет за нами следить.
Будет следить за каждым нашим шагом.
Она будет охотиться на нас,
а мы будем охотиться на них.
Тогда, возможно,
нам стоит охотиться на них не в Америке.
Мой контакт прислал мне досье.
Они называют это «Паук».
Это засекреченная сеть,
которая провела операцию,
в ходе которой восемь
высокопоставленных помощников Гитлера,
лидеров нацистского режима,
были вывезены из нацистской Германии
и спрятаны в Европе.
Ну что, придурки,
может, настало время
применить наш опыт за океаном
и убить этих мудаков круглого стола?
Да, мне бы не помешало развеяться.
Давайте найдем этих фашистских ублюдков.
В Восточной Европе обожают Лонни Флэша.
АРГЕНТИНА
Знаешь, на что ты похож, милый?
Ты похож на завтрашний день.
А завтра мы всё начнем сначала.
Обед готов!
У нас будет пир, мои дорогие.
Пора обедать, Адольф.
Ева, дорогая, я проголодался.
Ужасно проголодался.


Серия 11

Майер Оффермен. Мои соболезнования
по поводу смерти твоей бабушки.
Мы с твоей бабушкой вместе были в лагере.
Если тебе что-то понадобится -
обращайся ко мне.
Я знаю, что ты искал человека,
который убил твою бабушку.
И ты сделал это не один.
Она не позволяла нам преследовать
кого-то, не проверив всё лично.
- Кого преследовать?
- Чертовых перворазрядных нацистов.
Мы дали обет.
Мы сами разыщем этих преступников
и свершим над ними
Божье правосудие.
А на второй день Бог создал Охотников,
элитную команду,
жаждущую уничтожать нацистов.
Так, мы в эфире.
Умри! Ну же!
Спектакль начинается.
Масштаб этого дела огромен.
Они живут среди нас, и у них есть план.
Я предлагаю пойти другим путем.
Создать опергруппу, которая будет искать
и преследовать их в США и за рубежом.
Темнокожая женщина и еврейка -
предмет ночных кошмаров нацистов.
Кто это? «Волк».
Чудовище из моей истории
до сих пор является ко мне в кошмарах.
Я должен помолиться за него...
прежде чем убить его.
Волк.
Я нашел его, блин!
Ты не сказал молитву,
прежде чем убить его.
Это ты. Ты Вильгельм Цухс. Ты...
Волк.
Они везде.
Евреи нас не вытеснят!
Будут появляться и дальше.
Поэтому мы должны поступать неправильно.
Агент Моррис, она будет охотиться на нас,
а мы будем охотиться на них.
Мы сменим место охоты. Не Америка.
В Восточной Европе любят Лонни Флэша.
- Как он? Парнишка.
- Скоро вы сами всё увидите.
Он начинается сейчас. Четвертый рейх.
Я голоден, Ева, дорогая.
Пора есть, Адольф.
АВСТРИЯ
Твоя скульптура, дорогой.
Выдающийся труд.
Спасибо.
С Днем Фон-Глутена.
И тебя.
С Днем Фон-Глутена.
С Днем Фон-Глутена!
С Днем Фон-Глутена.
С Днем Фон-Глутена.
С Днем Фон-Глутена.
Шикарные масляные скульптуры.
Моя жена выиграла в прошлом году.
Масляный скульптор года
на День Фон-Глутена в 1971 г.
Она слепила «Семейку Брейди» из масла.
История человека по имени Брейди.
У вас великолепный английский.
Вы всю жизнь живете в Фон-Глутене?
Все 66 лет. А вы?
Нет. Я здесь по работе.
- Как давно вы владеете этим магазином?
- Он принадлежал моей семье.
Как интересно.
Когда я вошла, я увидела
на дверной раме углубление
размером со специфический предмет,
который они называют мезузой.
Евреи.
Они вешают его на свои двери
как символ связи между ними и их богом.
Как способ объявить миру, что это
еврейский дом или еврейский магазин.
Это облегчает жизнь и работу многим людям.
Вы еврей, сэр?
- Простите?
- Вы еврей?
Нет.
Вы еврей?
Я не еврей.
Разве не так сказал бы еврей?
Евреи умеют прятаться у всех на виду.
- Евреи очень находчивы.
- Почему вы...
- На дворе 1972 год.
- Этот вопрос не подвластен времени.
Я думаю, вам лучше уйти.
Я же сказала, что я здесь по работе,
а не просто так.
Конкретно здесь.
В «Магазине сладостей Фон-Глутена».
У этой самой стойки.
По делу.
- По какому делу?
- Контроль качества.
Я не тот, за кого вы меня принимаете.
Я клянусь.
Тогда перед нами встает дилемма.
До войны в этом городе
проживало 1 000 евреев.
Вышел приказ об их депортации.
22 июля 1942 года. Но они просто исчезли.
Возможно, надели крестики,
сняли свои мезузы и стали христианами.
Но христианами они быть не могут.
Крыса ведь не может быть львом?
Поэтому я спрашиваю вас в последний раз.
- Вы еврей?
- Нет.
- Тогда где они?
- Сложно вспом...
Я помогу вам вспомнить.
Мэр, врач.
Мясник, даже школьные учителя.
Они собрали евреев, поместили их в амбар
и заперли двери.
И затем передали их нацистам.
Нацисты...
Нацисты погрузили их в вагоны
и отправили в концлагеря.
- Значит, всё же это был...
- Еврейский магазин.
Отсюда и мезуза.
Нацисты их ликвидировали,
и я продолжил бизнес.
Конечно. Не оставлять же
мармелад без присмотра.
- И бизнес в целом...
- Процветал? Да.
Отличная работа.
Что ж, спасибо, милый друг.
Приятно иметь с вами дело.
«Марша, Марша, Марша».
Евреи умеют прятаться у всех на виду.
Евреи очень находчивы.
Я здесь из-за призрака,
который был в этом городе в конце войны.
В нескольких километрах отсюда проходит
железная дорога. Выходит в порт Генуи.
- Куда он направлялся?
- Я не знаю, о чём вы говорите.
Я думаю, знаете.
След Гитлера ведет сюда, дорогой друг.
Из фюрербункера в Мюнхен,
в Бергхоф в Оберзальцберге,
через Альпы сюда. В Фон-Глутен.
Мне нужно знать, куда он направлялся.
Куда направлялся фюрер?
В Долину мечтаний.
Зачем...
Зачем Бог дал нам глаза, если не вести
себя праведно, когда видишь неправедность?
Очевидно, глаза вам не нужны.
ОХОТНИКИ
Ну же, друзья мои. Вы выглядите так,
словно увидели привидение.
Что? Неужели так сложно понять?
Как мне вам это объяснить?
Хорошо, есть старый анекдот
о человеке по имени Шлеффнер.
1975 г.
ЗА ДВА ГОДА ДО СМЕРТИ МАЙЕРА
Человек веры. Как Сэнди Коуфакс.
Однажды сидит Шлеффнер у себя дома
и смотрит телевизор.
И видит по телевизору,
что приближается буря.
Мимо него проезжает
лейтенант на машине и кричит:
«Шлеффнер, поехали с нами.
Мы отвезем вас на возвышенность».
Шлеффнер отвечает:
«Бог спасет меня. А вы поезжайте».
Проходит пара часов.
Шлеффнер на втором этаже дома.
Внизу всё затоплено.
Вода поднимается всё выше.
Он смотрит в окно.
И видит, как к дому подплывает лодка.
Человек в лодке кричит: «Шлеффнер,
поплыли на возвышенность».
Он отвечает: «Не волнуйтесь.
Бог спасет меня. Всё в порядке».
Смотрит вверх и видит вертолет. О чудо!
Из вертолета высовывается парень и кричит:
«Шлеффнер, полетели с нами.
Мы отвезем вас на возвышенность».
Шлеффнер отвечает: «Нет.
Бог спасет меня. Всё в порядке. Летите».
И он умирает.
Он попадает на небеса и видит Бога.
И взывает к нему:
«Боже, я так в тебя верил.
Как ты мог оставить меня умирать в бурю?»
Бог поворачивается к нему
и говорит: «Шлеффнер,
чего ты от меня хочешь?
Я отправил тебе машину.
Я послал тебе лодку.
Я отправил тебе даже гребаный вертолет.
Шлеффнер, ты идиот».
Понимаете?
Мы постоянно всё не неверно воспринимаем.
Еще выпивки...
- Еще бокал, сэр?
- Нет. Спасибо. Благодарю.
ПАРИЖ
1979 г.
Что-то не так?
Не хочешь даже попробовать?
Ты бы передумал
и почувствовал себя лучше.
Нет.
Ну что, увидимся завтра?
Джона.
Дорогая, я дома.
Господи, Тед Банди.
Что?
Обещаю не звать тебя Эриком Эстрадой
во время секса.
Какая же ты странная.
Ну да. Говорит человек, который
плакал, когда смотрел «Бэмби».
Все плачут, когда смотрят «Бэмби».
Ты чудовище.
Как же я устал.
Так бывает, когда сидишь
всю ночь в библиотеке.
- Помассируй мне руку.
- Нет. Серьезно?
Ладно.
И не храпи.
Я не хочу провалить экзамен по психологии
из-за храпа моего жениха.
Я говорю это с любовью.
Я тебя люблю.
А я люблю тебя, Сэм.
Я сказала, что тема моей курсовой -
желание подражать.
И что я хочу работать в Лондоне
через несколько лет.
Он сказал, что ему нужен помощник.
- Профессор Агулиан?
- Профессор Морти замолвил словечко.
«Она хороша для женщины». Мудила.
- Да, я, чёрт возьми, лучше всех.
- Да, ты лучшая. Лучшая из всех.
Я тобой горжусь.
Моя мама позвонила сегодня на рассвете,
сказала, как она была бы счастлива
позвать на свадьбу всех, кого ты захочешь.
Даже в последний момент. Может,
у тебя есть троюродный брат.
- Или твоих друзей из Кливленда.
- Ты единственная, кто мне нужен.
Сэм.
Пошли. А то опоздаем.
Подходит ко мне Фрэнк Синатра
и говорит: «Майер Оффермен».
Какой у него был голос! Я сказал:
«Здравствуйте. Да, мистер Синатра».
Он такой: «У меня для вас кое-что есть».
И протягивает мне конверт,
перевязанный голубой лентой.
Я открываю его, а внутри чек.
На 100 000 долларов -
Еврейской Лиге справедливости.
После чего он говорит со мной
на идеальном идише.
«Ложкой океан не вычерпаешь».
Этот гой раздает евреям целое состояние.
Как это возможно?
Ну, его няня была еврейкой.
И он любил ее. Вот и объяснение.
И я подумал:
«Надеюсь, нас всех воспитали люди,
которых мир велит нам ненавидеть».
И всё же...
Всё в порядке?
Не знаю, что случилось. Я просто...
Что тебя беспокоит, мой друг?
С чего лихорадочный звонок вчера ночью?
Я не знаю.
Я чувствую себя не в своей тарелке
в каком-то смысле.
Чувство вины.
Да, ты испытываешь вину за то, что сделал.
Или, скорее, за то,
что, как ты считаешь, ты сделал.
Я помню, как ты впервые
пришел в нашу синагогу.
Ты был в стране несколько месяцев.
Помнишь, что младший раввин
сказал тому юноше?
«Никого нельзя винить в выживании».
Здесь много выживших, Майер.
МАЙЕРУ
И каждый испытывает похожее чувство вины.
Но выживание - это благословение.
- Ты был избран, Майер.
- Я избран?
Да. Хашем выбрал тебя.
Ну что ж...
- Рад был тебя видеть.
- Спасибо, ребе.
- Вам письмо, мистер Оффермен.
- Хорошо. Спасибо, Аннет.
Нет, я не могу этого сделать.
Не могу. Хорошо.
ПРИВЕТ, ВИЛЬГЕЛЬМ
Откуда это у вас?
- Сэр?
- Кто это принес?
Мужчина. Служба доставки?
- Какая компания это прислала?
- Я с ним не разговаривала.
- Как он выглядел?
- Пожилой.
- Всё в порядке?
Да, всё в порядке.
Просто я неважно себя чувствую, вот и всё.
Попроси Пола подогнать машину.
Аннет, узнай, какая курьерская служба
доставила это письмо.
Если тот самый курьер вернется,
немедленно мне позвони.
ПАСАДЕНА
1979 г.
Я больше не общаюсь со своим отцом.
Я давно не видела братьев и сестер.
Не посещаю могилу матери так часто,
как она того заслуживает.
И я поссорилась с Марией.
Я отдалила ее от себя.
Женщину, что я любила.
Потому что я работала, отец,
два долгих года.
И работа поглотила меня.
Чернокожая католичка-лесбиянка.
Вряд ли вы ожидали такое увидеть.
Дитя мое.
Можете начать с семи прочтений «Отче наш».
Но что касается гомосексуальности,
вас ждут суровые аскезы.
Отец, мне кажется, вы заблуждаетесь.
Любовь - это не грех.
Не в глазах моего Бога.
И я здесь не ради своей исповеди.
А ради вашей.
Епископ Кристиан Пренц, вы арестованы
за нарушение иммиграционных законов США.
И за совершенные вами убийства
и пособничество нацистскому режиму
в Литве в 1941 году.
Нет!
Когда СС вошли в Вильнюс,
мой младший брат умолял этого человека,
священника, спасти нас.
Священник взял моего
младшего брата за шею.
И позвал эсэсовцев...
«Вы забыли одного».
Я видела, как священник
взял младенца из рук матери.
Я думала, он хотел спасти его.
Вместо этого он убил ребенка.
Это всё, что я вижу,
когда закрываю ночью глаза.
Это всё, что я вижу.
Вы не доказали нарушение
закона об иммиграции.
Выдайте его Литве.
Правительство Литвы отклонит
любые запросы об экстрадиции.
- Мы должны судить его, Ваша честь.
- Дело не из легких.
Вы не доказали, что отец Балкисс
сменил имя и стал епископом Пренцем.
- Выжившие опознали его.
- Это было 30 лет назад, агент Моррис.
Травма влияет на память.
Пренц - как святой источник.
Он епископ католической церкви.
Это не какой-то авторабочий из Огайо.
Мы искали его два года.
Разговаривали с очевидцами.
Посещали могилы, питались гуляшом на ужин.
Ваша честь, он собственными руками
убил ребенка.
Епископ Пренц - это отец Балкисс.
И вы ничего не предпримете?
В зале суда я повинуюсь не тому,
что праведно, а тому, что законно.
Справедлив ли закон? Мои чувства неважны.
Хотите восстановить справедливость?
Нужно было тщательнее подобрать улики.
Ты уснул...
Надолго?
Двадцать минут...
Привет, Бифф.
Надень.
У нас есть около двух минут,
прежде чем нас прервут.
Я ждал этого больше года.
Я узнал, что с момента
твоего распределения
ты приходишь сюда раз в год за дозой.
Свиньи помнят, где растут
самые вкусные трюфели.
Где твои друзья?
Что, ваша группа распалась, Йоко?
Из-за того, что произошло в Испании?
Я слышал о том, что ты сделал.
Посмотри, что он с тобой сделал. Майер.
Смотри, во что он тебя превратил.
- Время вышло.
- Подожди.
Тебе не следует меня убивать, поверь.
- Почему?
- Потому что я могу тебе кое-что дать.
- Того, кто куда важнее меня.
- Тебя вполне достаточно.
И на этом я поставлю точку.
Самый большой приз. Подумай только.
Адольф Гитлер.
Твое время вышло.
Ты правда думаешь, он совершил
самоубийство в бункере в 1945-м?
Что его тело сожгли русские,
а кости так и не были обнаружены?
Ты правда в это веришь?
Ты не думаешь, что Сталин
сделал бы из его шкуры пиньяту
и повесил его труп на Красной площади
на всеобщее обозрение?
Можешь мне не верить.
Но верь своим глазам.
Ты же ее видел. Полковника.
Она была частью этой сказки.
Он и она в бункере.
Полковник?
Ты не знал?
Ева Браун.
Много лет назад организация «Паук»
провела их по «крысиным тропам».
Гитлер, Ева, Геббельс, Менгеле.
От Берлина до Альп,
в Геную, в убежище.
Все дороги идут через Геную.
Что? Ты не думал,
что у них будет план побега?
Где?
В Долине мечтаний.
Если он и жив, зачем тебе его сдавать?
Ты думаешь, я человек чести? Да я таракан.
Я могу помочь тебе найти его.
Я могу отвести тебя к нему.
Ты никогда не найдешь его сам.
Не убивай меня,
и я приведу тебя к самому Адольфу Гитлеру.
Что здесь происходит?
Я здесь не был.
ШАЛОМ, УБЛЮДКИ
«Эстель. Обнимаю крепко.
Дэнни Рор».
- Кому автограф?
- «Милли», пожалуйста.
Можешь написать: «Милли, запятая,
переведу тебе 50% прибыли
от продажи книги сегодня после обеда.
Навсегда тебе обязан, запятая, Дэнни».
За два года NBC показали «Холокост»,
Чак Аллен написал разоблачительную
статью, выжившие начали говорить.
Это невероятно.
Поэтому я написал книгу.
Назвал ее шпионским триллером.
Продается лучше, чем «Мир глазами Гарпа».
- Агент ФБР Мелани Мориц.
- Твое настоящее имя останется в секрете.
Мой агент говорит, Майк Николс
хочет купить права на экранизацию.
Я не знаю, кто это.
Но если меня будет играть белая женщина,
я тебя уничтожу.
Я тебе верю.
Я слышал о епископе Пренце.
Да. Последние два года моей жизни.
И в декабре этого года
он вернется в Пасадену, устроит
рождественский вечер. Свободный человек.
Ты пришла за сочувствием или...
- Ты нашел их?
- Кого?
- Охотников.
- Охотников?
- Почему они...
- Пропали? Остановились?
Я не ЦРУ. Я лишь знаю,
что мертвых нацистов больше не появлялось.
Охотников, похоже, больше нет.
Может, они просто их всех поймали.
Может, группа распалась.
Или...
Может, еще хуже.
Может, некоторые из них умерли.
А что? Почему ты хочешь это знать?
Здравствуйте. Вы позвонили Рут и Джоне.
Оставьте сообщение после сигнала.
Привет, это я.
Приятно слышать ее голос.
Я ее даже не знала,
но мне нравится ее голос.
Хотелось бы мне иметь
мамин голос в записи.
Я должна была позвонить.
Было много работы. И каким-то образом
пролетели два года,
а я так и не связалась с тобой.
Может...
Может, я звоню спросить о другом.
Звоню спросить...
- Узнать...
- Чтобы продолжить, внесите 25 центов.
Сегодня были сняты обвинения
с епископа Пасадены Пренца в том,
что на самом деле он является
отцом Балкиссом из Литвы.
Он поблагодарил своих сторонников
и заявил, что вера помогла ему
пережить этот кризис.
И он уверен, что Бог покарает
истинных грешников.
РУТ
Вот мы и здесь, мистер Оффермен.
Наконец дома.
Обогни квартал.
- Сэр?
- Поезжай вокруг квартала.
ФРИДРИХ МАНН/ ФРОНДХЕЙМ
РУТ/ ГЕРТРУДА
Кто еще мог знать?
Алло.
Алло?
Фрау Цухс?
Да?
Гертруда Цухс?
Гертруда Коннер. Цухс -
моя девичья фамилия. Чем могу помочь?
Мы проводим перепись населения.
Я ищу Вильгельма Цухса.
Вашего брата.
Мой брат мертв.
Он умер 35 лет назад.
Кто-нибудь недавно звонил
и спрашивал о нём?
О Вильгельме.
Нет.
Зачем кому-то интересоваться моим братом?
Иногда у нас возникает путаница.
Просто хотел перепроверить.
Спасибо вам.
Боже мой. Что такое?
Сэм.
Всё нормально.
Всё в порядке.
- Ты уверен?
- Да.
Чёрт. Клод тоже здесь.
- Он не так уж и плох.
- Плох. Еще как.
Да, я забыл упомянуть.
Профессор предлагает мне
поехать на исследование.
- Куда?
- В Израиль.
- Это займет недели две.
- Две недели?
Да. Говорит, этого мне будет достаточно,
чтобы наконец закончить диссертацию.
И всё это закончится.
Возвращайся быстрее.
- Наконец-то.
- Привет.
- У вас только что был секс?
- Заткнись.
Как истинные французы. Давайте пить.
Вот, моя песня.
Он еще и поет?
- Кто такой Майер?
- Что?
Ты кричал его имя во сне. Майер.
Не знаю никакого Майера.
Я вас поймал.
Если хотите следить за мной
и оставлять мне записочки,
может, хотя бы сначала выпьем вместе.
Здесь рядом бар. Поговорим.
- Говорите по-английски?
- Да.
Хорошо.
Ну вот.
Садитесь. Всё в порядке.
Нож свой можешь убрать, брат.
Хорошо.
Если тебе нужно было мое внимание,
мог бы просто попросить.
Я знаю, кто ты.
Конечно. Ты волк.
Волк волка за километр чует.
Даже если этот волк живет в овечьей шкуре.
Я помню тебя.
Блок C. Хаммершмидт. Фриц.
Я не забыл твое лицо.
Посмотри на себя. Кем ты стал?
Так не подобает
представляться гауптштурмфюреру.
Ты ведь вообще не такой.
Это было так тяжело.
Столько лет.
Жить в тени.
Фрондхейм провел многих из нас
по «крысиным тропам»,
а потом просто оставил нас тут
на произвол судьбы.
- Поэтому я нашел тебя.
- И я этому рад.
Но больше не подходи ко мне так,
как ты это сделал, с угрозами.
Подкарауливая.
Я просто рад, что ты нашел меня, брат.
Как ты меня нашел?
Если ты смог меня найти,
то и Визенталь сможет?
- А «Моссад»?
- Меня выследил Фрондхейм.
Он привел меня в свой дом в Коннектикуте,
сказал, что мы можем наделать
немало шума, шантажируя некоторых
из тех, кому он помог исчезнуть.
У него была папка с псевдонимами
всех людей, которым он помог.
Он сказал, что несколько лет назад
он увидел твое имя в газете.
Он увидел империю, что ты построил.
- И захотел получить свою долю.
- Да, этот Фрондхейм.
Коннектикут? Он живет
в большом доме, Фриц?
Да, я бы так сказал.
Деньгами не делится,
а просто посылает тебя за мной.
- Мне очень жаль, Вильгельм.
- Не сожалей. С чего?
Настоящий змей тут - Фрондхейм.
Это он подначивает тебя.
Натравливает брата на брата.
Я отвезу тебя в свой дом. Накормлю тебя.
Помогу тебе привести себя в порядок.
После чего выпишу тебе чек.
Помогу тебе встать на ноги.
- Правда?
- Конечно. Давай.
Я даже не знаю, где дом. И я даже не пьян.
Я тебе скажу. Вот здесь.
Мы на верном пути.
Мой дом в паре кварталов отсюда.
А знаешь, брат, это так странно.
Волки чуют друг друга за много километров.
Не знаю, как они это делают. Шерсть?
Моча? Кровь?
Но если подумать, я вообще
не чувствую твоего запаха.
- Вам не следует здесь быть.
- Я знаю.
Если уйдете прямо сейчас,
я ничего не скажу.
- Клянусь.
- Я не могу этого сделать.
Вы должны признать, что вы сделали.
Кто вы на самом деле.
- Я - это не он.
- Неправда.
Признайтесь, кто вы.
Я не могу.
А придется.
Вы меня понимаете?
- Я не смогу.
- Сможете.
Вы ведь христианка, верно?
Он не хотел бы, чтобы вы так поступили.
Вы не убийца. Вы женщина Божья.
Чёрт! Вот блин! Блин!
Епископ, вы в порядке?
Кто там?
Кто там?
Кто там?
Ты звонила?
Я нашел кое-что.
Я думал, свинина более нежная.
Жуйте медленно, мой фюрер.
Это полезно для пищеварения.
Садись.
Ешь.
Спасибо.


Серия 12

Мастера йодля, приходите петь йодль
Дети, приходите петь
Высоко в этих горах слышно всё
Я слышу мычание коров
Я слышу жужжание пчел
Я слышу конский топот
И воркование голубей
- Я слышу, как доярки доят
- А лучники стреляют
Я слышу, как охотники на лис танцуют
И пение семейства фон Клауссена
Мастера йодля, приходите петь йодль
Дети, приходите петь
Высоко в этих горах слышно всё
Мастера йодля, приходите петь йодль
Дети, приходите петь
Высоко в этих горах слышно всё
АВСТРИЯ
Конец.
Еще семь страниц, мама.
Герхильда, я тебе
говорила не называть меня так?
Гувернантка.
Папа не читает нам сказки, когда дома.
Твой папа очень занятой человек.
Он путешествует по всему миру.
Вот почему он нанял меня.
Фрау Химмельман говорила,
что он нанял тебя, потому что он
«сиськи любит больше, чем задницы».
Герхильда, иди-ка на фиг спать.
Я люблю тебя, гувернантка.
И я тебя, дитя.
Спокойной ночи, мама.
Сэр?
У моих историй
больше нет счастливого конца.
Вот почему их папа
больше не рассказывает им сказки.
Для меня большая
честь познакомиться с вами.
Шесть месяцев -
это долго. Я рад вернуться домой.
После смерти матери им было тяжело.
Слышал, что эти последние месяцы
были самыми счастливыми в их жизни.
И моими тоже.
Я мечтала об этом дне
с тех пор, как приехала сюда.
Могу я кое в чём признаться?
Я приехала сюда не ради детей.
Я приехала сюда, чтобы
когда-нибудь стать настолько близкой,
чтобы похитить сердце
отважного Рольфа фон Клауссена.
Я ведь и правда могу его украсть, нацист.
Скажи мне, где он.
Я знаю, что он в Южной Америке.
- Скажи мне, как его найти.
- О чём вы?
Ты контролируешь
экспорт оружия через Сан-Паулу.
Ты отправлял ему оружие.
Немедленно говори, где он.
Фройляйн...
Папа!
Мне жаль.
Мама!
ОХОТНИКИ
Звонила?
Выглядишь паршиво.
- А у меня для тебя подарок.
- Сейчас неподходящее время.
Два дня назад в борделе Парижа
я убил Биффа Симпсона.
Давнишний притон эсэсовцев.
Выстрелил ему в лицо.
Что ж, если хочешь
исповедоваться, то ты пришел не по адресу.
Исповедуются в грехах.
Он торговался за свою жизнь,
суля, если я оставлю его в живых,
принести мне трофей получше.
Какой?
Гитлера.
Ты же не думаешь...
Гитлер бежал из Европы по «крысиной
тропе» и живет в Южной Америке.
- И какие у него были доказательства?
- Доказательство - полковник.
Фигня.
Как женщина могла получить такое звание?
Ева Браун покончила с собой
в 1945 году, как и Адольф Гитлер.
- Откуда ты знаешь?
- Гитлер мертв.
Кто говорит? Русские?
Они нашли его тело и сожгли?
Ты веришь в это?
Эйхмана тоже считали мертвым, пока
«Моссад» не нашел его в Южной Америке.
Эйхман, Менгеле, Штангль, Вильгельм Цухс.
Нацисты просто так не исчезают.
Они не просто убивают себя.
Перед смертью Бифф Симпсон сказал:
«Все дороги лежат через Геную».
- Почему Генуя?
- Мне тоже было непонятно.
А потом я понял,
что Эйхман бежал из Европы через Геную.
Йозеф Менгеле тоже. В 1949 году.
Мой человек обнаружил документы,
подтверждающие, что суда, следовавшие
из Генуи в Буэнос-Айрес, были зафрахтованы
немецким металлургическим
конгломератом «Эссен Индастриз».
Оказывается, 29 апреля 1945 года
«Эссен Индастриз» также зафрахтовала судно
из Генуи в Буэнос-Айрес.
Гитлер и Ева покончили с собой
30-го числа. Они были на этом корабле?
Среди имен были два члена экипажа,
не упомянутых ни в одном списке.
Эрик Толманн и Фрида Толманн.
Основатель «Эссен Индастриз» -
Клаус Райнхарт.
Финансист нацистов.
И теперь он свободен и проживает в...
- В Буэнос-Айресе.
- Глава металлургической отрасли страны.
Можно зафрахтовать самолет,
доберемся туда незамеченными.
Найдем Клауса Райнхарта -
найдем и Гитлера.
Надо сообщить ФБР.
Брось. Что тебе дало
обращение к федералам?
Запрет на разглашение
информации о Биффе Симпсоне?
Оправдательный вердикт епископу Пренцу?
Почему ты здесь, Джона? Почему я?
Потому что мне не справиться одному.
И кроме тебя мне никто не поверит.
- Ну, ты вляпался по уши.
- Зачем ты мне позвонила?
Почему ты позвонила, когда проиграла
дело Пренца? Скажи почему?
Может, ты просто понимаешь,
что правосудие - это привилегия
для избранных, и, может,
поэтому ты искала другой путь.
Мы найдем Гитлера,
и всё, что мы сделали, всё, кем мы стали,
будет стоить того.
И всё может закончиться.
Я думал, ты поймешь.
Я согласна.
Но в одиночку
мы не потянем. Где твои друзья?
Мы почти не общаемся.
Тогда я поговорю.
С вами Татьяна Суарес Пико
и очередной выпуск программы
«Татьяна в кино».
Мы с кинозвездой Лонни Флэшем,
который расскажет о своем новом фильме
«Восемь способов блюсти шаббат».
- Привет, Лонни.
- Бонжур, Татьяна.
В этой картине
ты играешь еврейского киллера,
переживающего кризис веры,
пытаясь убить восемь человек до заката.
Прошло два года, тебя номинируют
на «Оскар». Наверное, это приятно.
Почести и награды - это хорошо
и всё такое, но мои фильмы
для девочки-швеи из Непала, для сына
фермера, выращивающего лосося в Йемене,
для сына епископального
пастора в Омахе, штат Небраска,
который говорит:
«Может быть, когда я вырасту,
я тоже стану еврейской кинозвездой.
Меня вдохновляют фанаты».
Извини.
В пятницу, 21-го, «Восемь способов
блюсти шаббат» в кинотеатрах.
БАРСЕЛОНА
ИСПАНИЯ
- Дать салфетку?
- Нет-нет.
- Главный по слезам у нас - Сэнди Мейснер.
- Нет, не слезы.
У тебя кровь из носа.
Всё в порядке. Спасибо. Да.
Еще увидимся, хорошо? Спасибо.
Пока, Лонни. Спасибо.
Рад встрече...
- Ты что творишь?
- Ты кусок дерьма!
Эй! Хватит!
- Да что с тобой?
- Ты что здесь делаешь?
МАРСЕЛЬ
ФРАНЦИЯ
Это великолепно, мадемуазель.
Прямо как Ван Гог.
Только лучше.
Не надо, чтобы это было лучше, Арман.
Подделки не должны
отличаться от оригинала.
Эсме приготовила для вас ванну.
И Жак заберет
мадемуазель Малику из школы сегодня.
Ты балуешь меня, Арман.
Мадемуазель...
Я пыталась их остановить,
но они настаивали.
Чёрт, нет.
НЬЮ-ЙОРК
Якоб, не трогай гусиные какашки.
Марри, это всегда...
ВЕНА
АВСТРИЯ
Помолитесь за меня, сестра...
Отвали.
Он решил, что говорить лучше мне.
Что это будет? Асфиксия,
удушение, голова в заднем проходе?
Люблю, когда ты флиртуешь.
У нас есть основания считать,
что Гитлер еще жив.
1975 г.
ПРИВЕТ, ВИЛЬГЕЛЬМ
Прощай.
Х-Е-Й-М.
Фрондхейм. Да.
Простите, сэр. В Коннектикуте
нет объявлений под этим именем.
- Дизайнеры готовы, сэр.
- Хорошо, Аннет. Я сейчас приду.
Мы упростили дизайн, как вы хотели. Теперь
с проводами можно ввести больше данных,
которые будут собраны
на панели инструментов.
Эй, какого хрена, Мизусима?
- Эй. Какого хрена ты делаешь?
- Это вышло случайно.
- Задержал нас на три часа.
- Я нечаянно.
- Эй.
- Знаете что? Я ухожу отсюда.
Врежь ему.
Ну что, разберемся?
Не трогайте его.
НЬЮ-ЙОРК
1979 г.
Заходите в «Сикрет Спринклс».
Если хотите,
можете попробовать все 50 вкусов.
- Правда? Все 50?
- Если хотите.
Можно попробовать шоколадное?
А чизкейк?
А теперь со вкусом ириски.
Интересно, кого они ищут?
- А можно попробовать карамельное?
- Боже, может, уже выберешь?
Если захочу,
могу попробовать все 50 вкусов.
Верно, Прия?
Давай побыстрей, чувак!
Я требую.
Ты требуешь!
Мы все требуем
мороженое.
Псих.
А со вкусом жвачки?
PEOPLE
ФАВОРИТ НА ПРЕМИЮ «ОСКАР»
Фаворит на премию «Оскар».
Должна сказать, ты ничуть не изменился.
Изменился. Я стал еще более классным.
Мы можем сосредоточиться
на том, зачем мы здесь?
Думаешь, что всё еще отдаешь приказы?
А вы не в курсе? Арендуешь частный
самолет на кровавые деньги Майера -
получаешь право командовать.
Может, уже закончим этот дурдом?
Достаточно.
Это дерьмо с семейными разборками
не должно всё испортить. Ясно?
Это Клаус Райнхарт, немецкий промышленник
и бывший нацистский финансист,
который сейчас живет в Аргентине
в качестве главы металлургии страны,
на которой он делает деньги.
Он путешествует с охраной,
но, к счастью, в пятницу вечером
он будет на торжественном открытии
старейшего оперного театра Буэнос-Айреса,
реставрацию которого
он помог профинансировать.
Там мы его и возьмем. Живым.
Клаус вывез Гитлера из Германии.
Клаус знает, где его найти.
Еще одно дело. Еще одно,
и больше нам не придется встречаться.
Значит, Джо так и не нашли?
Я искала Джо много лет.
Думаю, он не хочет быть найденным.
ОФФЕРМЕН ВЕНЧУРЗ
СПРАВКА О ПРИЕМЕ НА РАБОТУ
1975 г.
ВОЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ
ПО ПЕРЕМЕЩЕНИЮ
ТРИЖДЫ СЛУЖИЛ ВО ВЬЕТНАМЕ
В КАЧЕСТВЕ СТРЕЛКА
В ПЕХОТЕ 35-й ДИВИЗИИ
Хорошо.
Ты можешь сесть.
Что ж, я мог бы
пойти в полицию, м-р Мизусима,
после вчерашнего.
Я против насилия.
Это место существует,
чтобы созидать, а не разрушать.
- Я не беру на работу хамов.
- Я не могу потерять еще одну работу.
Вот почему я уволил трех дикарей,
которые напали на тебя.
- Сэр?
- Я сожалею о том, что с тобой сделали.
Сколько тебе было лет, когда ты впервые
попал в тюрьму? Я читал твое досье.
- Пять.
- Пять?
Я был в детском саду в Сан-Франциско.
Я научился читать в лагерях.
Лагерях для интернированных.
Да. Две страны, два лагеря.
Разные во многих отношениях,
но в принципах идентичны.
Чтобы уничтожить нас. Усмирить наш дух.
Что ж, я понимаю тебя, Джо.
Я тебя понимаю.
Молодой человек,
призванный на фронт во Вьетнаме
страной, которая отняла у него всё.
Вот почему твои руки дрожат.
- Меня не призывали. Я доброволец.
- Почему?
Я поступил как отец.
Пока мы сидели в лагерях,
он продолжал служить и был убит.
Ты знаешь, я пригласил тебя сюда
не только для того,
чтобы принести извинения.
Я пригласил тебя сюда,
чтобы попросить о помощи.
О помощи?
Недавно я узнал, что человек
из моего прошлого всё еще жив.
Нацистский охранник. Садист.
Жестокий. И мне нужна
твоя помощь, чтобы найти его.
Почему я?
Потому что я вижу в тебе
товарища - вечного солдата, Джо.
Твой отец тоже сражался с этими монстрами.
Он сражался с ними.
Он сражался с ними во Франции.
Он сражался с ними в Германии.
Смотрел им в глаза. Холодные и темные.
Нацистские ублюдки.
Твой отец умер,
избавляя мир от этой напасти, Джо.
Но зло всё еще здесь.
Ты можешь присоединиться к этой борьбе.
К нашему сопротивлению
против этого зла. Ты можешь помочь.
Как?
В качестве добровольца.
АРГЕНТИНА
1979 г.
Мы на месте, амиго.
БУЭНОС-АЙРЕС
Заселяйтесь, и встречаемся
в холле в 20:00.
Здравствуйте. Добро пожаловать
в отель «Палладио».
Это напомнило мне то место,
где мы оказались в Риме.
Где мы заблудились.
- Мы не заблудились...
- Ты хотел показать мне настоящий Рим.
На главных улицах нас бы
окружили толпы фанатиков Флэша.
На задворках были только мы.
Ну же, тебе было весело. Не отрицай этого.
Пицца была хорошей.
Увидимся вечером.
Да.
Приоденься сегодня, парень.
Стучи, прежде чем входить.
Ты никогда не думал об Испании?
О том, что ты сделал?
Я думаю об этом мальчике каждый день.
Я вижу его каждый день.
Увидимся в 20:00.
Вы позвонили в службу сообщений Сэма.
Привет, Жак. Это твоя любовь.
Мой придурок-жених свалил.
Почему бы тебе не приехать
и не дать мне то, что он не мог?
Надеюсь, что в Израиле всё хорошо, Сэм.
Я вот сижу здесь потею,
готовлюсь к собеседованию
с моим профессором.
Кстати, я совсем не скучаю по тебе.
Позвони мне. Люблю тебя.
Харпер-авеню, 1430, Лос-Анджелес.
МИЛЛИ
1975 г.
- Майерле.
- Ничего себе!
Шалом, Симон. Поверить не могу.
Шалом. И в самом деле, столько лет прошло.
В последний раз встречались
на свадьбе Этель Стейнберг.
- А мы ее только похоронили.
- О нет.
Вот как долго мы не виделись.
- Но ты занятой человек, Симон.
- Нет.
Что? Избавиться от Фридриха Петера
и его Партии свободы - настоящий подвиг.
Я не считаю, что человек, ответственный
за уничтожение 13 000 евреев в Украине,
достоин вести Австрию в новую эру.
- Браво, мой друг.
- Не надо. Я просто выполняю волю Божью.
- Пророк стоит перед...
- Не пророк. Козел отпущения.
- Проходи, мой друг. Садись.
- Да, конечно.
Скотт сказал, что тебе
нужно срочно со мной увидеться.
Что ж, я видел, как он садился в машину
прямо на 79-й улице.
- Кого видел?
- Виктора Фрондхейма.
- Виктора Фрондхейма?
- Да.
- Имя знакомое.
- Я помню его по лагерям.
Он был охранником СС в блоке 11.
Если кому-то из евреев удалось бежать,
посылали его,
и он всегда возвращался с добычей.
Мертвой. Словно он был ищейкой.
Так скажи мне... У тебя есть идеи,
куда он мог направляться?
В Коннектикут.
Наверное. На машине
были номера Коннектикута.
Может, у тебя где-то есть информация
об этом, чтобы я мог взглянуть.
Может, я смогу быть чем-то полезен.
Нет-нет-нет.
Я признателен за предложение, но нет.
Я бы не поставил тебя в такое положение.
Нельзя, чтобы принц выполнял работу слуги.
- Ну что ты.
- Я сам всё сделаю.
Так что спасибо за подсказку, мой друг.
Я позабочусь об этом. Что скажешь?
- Ты сделаешь это для меня?
- Конечно.
- Тебя сам Бог послал.
- Майер, для тебя всё что угодно.
Прошу.
И если снова увидишь этого
Виктора Фрондхейма, дай мне знать.
Конечно. Пророк.
- Будь здоров, мой друг.
- Удачи.
Скотт, посмотри, есть ли у нас досье
на Виктора Фрондхейма.
Придержите лифт.
Как вы и сказали. И другое досье тоже там.
Отличная работа. Вот, возьми.
За твои хлопоты.
Меня не призвали в армию. Я - доброволец.
1979 г.
Я умираю от любопытства.
Что они с тобой сделали?
Потому что ты сильно изменился, дружище.
Родители тоже пытались исправить меня.
Я прошел соцработников, групповую терапию.
Я раскаивался, плакал.
...упорный труд и достаточно любви,
чтобы человек мог измениться.
Но на самом деле это не помогло.
Так что, между нами говоря...
Я просто спрашиваю. Ты притворяешься?
Можешь мне рассказать. Я могила.
Она там.
Я подвел вас в Нью-Йорке.
Зачем меня привели сюда?
Сними ботинки. Они грязные.
Когда я впервые увидела Адольфа, я была
всего лишь ребенком, а он был богом.
Орлом.
Который парил
на золотых крыльях над всей землей.
Твои штаны грязные.
Сними их.
Он обхаживал меня, когда я была
еще ребенком. 17 лет. Я была гимнасткой.
Успешной. Ему это нравилось.
Теперь майку.
Я помню нашу первую
совместную ночь у него дома в Мюнхене.
Я забралась к нему в постель, к орлу.
И он не был богом.
Он был маленьким, бледным,
лысеющим, потным и жалким,
но все остальные по-прежнему
видели в нём орла. Меня не замечают.
Ты тут, потому что
ты видишь меня. Всегда видел.
И я заслуживаю этого.
Он потерял ориентиры. Я - нет.
Я знаю, как мы можем вернуть власть.
Тебе надо помыться.
Теперь мы, наконец,
можем приступить. Как я хочу.
Шоу начинается.
Найдем Клауса Райнхарта -
найдем и Гитлера.
За Клаусом будут наблюдать его охранники.
Мы уберем их, а Милли возьмет Клауса.
Босс сказал, что ты можешь передохнуть.
Вот, сэр.
Номер 88.
Эй!
Идем, твой выход.
Не трогайте меня. Что вы делаете?
Эй. Что вы... Эй, нет-нет.
Эй. Ну же.
Вот чёрт.
Положи это на место.
Беги.
Мы искали тебя, Клаус.
Спокойной ночи, ублюдок.
Нацистский ублюдок!
- Что в нём и для кого?
- Не знаю.
- Куда ты его несешь?
- Отвали!
Говори, или ты покойник. Для кого это?
Идиот.
- Брось пистолет, Джона.
- Какого хрена ты делаешь, Хэрриет?
- Я сказала бросить гребаный пистолет.
- Ты что творишь?


Серия 13

Привет.
Меня зовут Хава.
Это Джордж.
И вы уже знаете Ребекку.
Ребекка!
Мои искренние извинения за способ,
которым нам пришлось доставить вас сюда.
Но мы не могли позволить вам облажаться.
Кажется, они хотят поговорить.
Можете опустить их кляпы?
- Облажаться?
- Как ты могла?
Что вам нужно?
Джордж, принеси основное блюдо.
С радостью, Има.
Вы были приманкой,
чтобы мы могли отвлечь его
кураторов и вытащить его живым,
пока один из вас не убил его по ошибке.
У вас же есть опыт в этом?
Какого хрена?
Здравствуй, птенчик.
Клаус.
Где Адольф Гитлер?
Пошла ты.
Ребекка.
Подождите. Я не знаю. Клянусь. Я не знаю.
Доступ к убежищу Гитлера закрыт для всех.
Хорошо. Подождите. Кроме одного человека.
Ворона.
- Кто такой Ворон?
- Главный убийца Рейха.
Курьер Ворона забрал портфель.
- Куда он должен был доставить портфель?
- Не знаю. Я клянусь.
У него был ключ.
У него был ключ в кармане, у курьера.
Я...
Может, развяжете меня? Ну же.
Это ключ из отеля.
Джордж, узнай, что за отель.
Оставим его напоследок.
Нет-нет! Подождите! Нет!
Подождите!
Она права.
О чём ты?
Мы облажались в Испании.
Нет, ты облажался!
Клаус у нее. Она стала
на шаг ближе к Гитлеру.
Если мы хотим найти его,
нам нужны люди. Нужна новая команда.
Похоже, мы их нашли.
Развяжите их.
Ты чертова предательница!
Мы не будем одной командой.
И не станем вместе охотиться на нацистов.
Мы ни с кем не сотрудничаем.
Что этот ужасный человек сделал с тобой.
Майер.
Посмотри на себя.
Я знаю, что она живет в тебе.
Кто?
Рут.
Ты...
Ты не знала мою бабушку.
Рут была моей сестрой.
Ее сестра погибла в лагерях.
Ну, тогда я, должно быть, призрак.
И это, наверное, история о привидениях.
ОХОТНИКИ
Виктор.
Это не сон.
Прошу, забирайте всё, что хотите.
Ты не узнаёшь меня, Виктор?
Ну, это было давно.
Давай я помогу тебе.
Надень их.
- Ты.
- Я.
Фриц сказал, что я найду тебя здесь.
Ты его знаешь.
С ним было легко разобраться.
Но с тобой - не знаю.
Что же нам делать с тобой, Виктор?
Как ты выжила в лагерях?
Да ладно. Я вижу мошенников издалека.
Мы с ней не работаем.
- Ты делаешь ошибку.
- Молчи, предательница.
- На какой улице ты выросла?
- Щежебжеска.
- Как звали твоего отца?
- Авраам.
Моя мать - Фрума.
- Как звали...
- Порья?
Порья был нашим котом.
У Рут был длинный шрам
на руке от этого чертового кота.
Она любила грозы.
- И запах...
- Лаванды.
И она была забавной и яркой.
Заноза в заднице.
И моя защитница.
И я любила каждую
частичку своей старшей сестры.
Я вижу, что ты такая же заноза в заднице.
Если ты думала,
что мы облажаемся, зачем работать с нами?
Потому что когда-то нас было 20 человек,
а теперь - трое.
Потому что те немногие,
кому не всё равно, стары и умирают.
Выбор невелик.
По крайней мере, вы семья.
Хотим добраться до Адольфа раньше,
чем это сделает природа, -
работаем вместе.
Клаус сказал, что только Ворон
связывает Гитлера с внешним миром.
- Тот лысый мужчина...
- Должен был отнести портфель
Ворону в какой-то отель.
Это не просто какой-то отель.
Это знаменитый «Ла Абадия».
Бывший монастырь.
Даже монахи продаются застройщикам отелей.
Мы отправляемся в отель вместо
лысого мужчины, подбрасываем портфель,
выманиваем Ворона из укрытия,
сажаем его в клетку
и заставляем привести нас к Гитлеру.
Этот отель - прибежище
для международных преступников и воров.
Нацисты уже использовали его раньше,
и у них везде есть глаза.
Мы должны быть незаметными.
У нас есть этот вечер,
чтобы поймать Ворона и расколоть его,
только этот вечер.
Минди, ты возьмешь ключ отеля
и войдешь в номер курьера.
Там выяснишь, где должна
состояться встреча с Вороном.
Ресепшен.
Да, здравствуйте.
На телефоне мигал огонек.
У вас сегодня на 19:00
заказан столик на двоих.
Когда она закончит,
мы с Джоной будем там поджидать его.
При любом раскладе Лонни
и Джордж остаются с портфелем.
И, дамы,
- вы нас прикроете.
- Начнем с нижнего этажа
и двигаемся выше. У Ворона повсюду глаза.
Он нигде не ездит без своих головорезов.
Уберем их - оставим его без защиты.
На кухне чисто.
- Это Клара.
- И Сэм.
Оставьте нам сообщение!
Извини, что не звонил до сих пор.
Я допоздна просидел в архиве.
Я позвоню тебе утром.
Я тебя люблю.
Скорей бы вернуться домой.
Гусь.
Перепел. Утка.
Но нет ворона.
А если Ворон увидит портфель
и заподозрит неладное?
Он не станет сам забирать портфель.
Пошлет кого-то из своих громил.
Но он здесь. Осторожнее.
Это может быть кто угодно.
У них есть баранина! Любишь баранину?
Мне не до баранины.
- И вообще не до еды сейчас.
- Но это наше прикрытие.
У нас ужин, и ты будешь есть.
Я не подчиняюсь твоим приказам, тетушка.
Помни, единственная причина, по которой мы
сейчас здесь, - потому что я нашел Клауса.
Верно. Ты теперь герр лидер.
Ты убил Майера,
чтобы стать мальчиком-королем.
Я убил Волка
- и предотвратил Четвертый рейх в Америке.
- А Испания?
Что там случилось?
Почему твоя маленькая армия покинула тебя?
Хочешь возглавить эту охоту, мальчик?
Почему бы нам не заключить пари?
Один из гостей здесь - Ворон.
Кто угадает правильно, тот король.
Проигравший платит за ужин.
Отлично. Тогда я закажу
шампанское, раз ты платишь.
Великолепно. Обожаю пари.
- «На краю возмездия»?
- Нет.
«Связь с Толедо»?
- Нет.
- «Незнакомец в опасности - 2»?
«В далекой стране»?
«Помешанные в Йонкерсе»?
«Молодей человек»,
«История Y.M.C.A.»? Нет?
«Встреча в Покипси»? «Бауэр против Верна»?
- «33 воробья»?
- Я не видел твоих фильмов, Лонни.
Она любила «33 воробья».
Это был ее любимый
фильм из коллекции Флэша.
Она всё время смеялась.
Это драма о туберкулезе.
Кто она?
Рокси.
Рокси и ты?
Вы встречались?
Встречались, встречаемся.
Теперь не поймешь.
Встречались.
Давно.
Лонни, ты бы не пил так много.
Ладно. Господи!
Как ты развлекаешься?
Не пьешь в барах. Еще что?
Ты что делаешь?
Как в твоем кино.
Воробей.
Я занимаюсь магией для удовольствия.
Это будет чертовски долгая ночь.
Прикрой меня, Пьер, мне нужно в туалет.
Говорят, что одна из твоих работ
висит во дворце Бурбонов.
Ван Гог.
Да, бизнес идет неплохо.
А как Малика?
Ты когда-нибудь усложняла
выполнение задания, крала улику
или подвергала нас опасности ради Хавы?
Никогда. Всё было не так.
Я доверилась тебе
вопреки гребаному здравому смыслу.
Я доверилась тебе. Рассказала тебе
всё о Лонни, Джо, моей сестре, обо мне.
Ты читала Малике книги,
водила в зоопарк. Она любила тебя.
- Рокс, я...
- Всё это...
Всё это я могу пережить,
кроме одного: ты бы могла сказать Рут,
что ее младшая сестра выжила, но ты
не сказала, и я не могу понять почему.
Не мне принадлежало это право.
У истины нет владельца.
Эй.
Всё в порядке?
- Да.
- Да.
Следующий этаж.
На нём часы Bulova,
изготовленные в Квинсе.
Нацист не стал бы
доверять американским часам.
Парень справа от тебя.
Он выпил шесть бокалов вина.
Наш убийца держал бы себя в руках.
Ты говорила,
что в первую очередь, Ворон - снайпер.
Снайперы должны контролировать дыхание.
У парня позади меня ингалятор от астмы.
Женщина с отметиной на руке?
Вакцина против оспы.
Нацисты не доверяли вакцинам -
еврейские ученые помогали их разработать.
Вон та женщина,
большая поклонница Агаты Кристи,
убийца, читающая о мисс Марпл, -
это перебор.
Легкотня.
Раз уж я играю в твою игру,
давай сыграем и в мою?
Бабушка сказала, что ты умерла.
Как так вышло, что ты сидишь здесь?
Был один заключенный.
Еврею приказали убить меня.
Но тот человек, он приставил лезвие
к собственному горлу. Акт неповиновения.
И это было начало.
Мы набросились на охранников,
попытались одолеть их.
Я сбежала.
Я побежала.
Я бежала семь ночей,
пока не добежала домой.
В наш дом заселились
нацистский офицер с женой.
И что-то во мне изменилось.
Они были моими первыми.
Мне было всего 16.
Я так наследила.
Слава богу, меня не поймали.
Но вскоре мне предстояло понять,
как важно быть аккуратной, незаметной,
как и все хорошие убийцы,
что исключает джентльмена справа от тебя.
Пятна от соуса на рубашке.
И три неряхи позади меня.
Кетчуп, вино, масло.
Почему ты не...
Почему ты не связалась
с моей бабушкой после войны?
Я думала, она умерла.
- Ты хоть пыталась ее искать?
- Конечно.
- И?
- Это не так просто, Джона.
- Мне казалось, это так просто.
- Откуда тебе знать?
Комната 317, в дальнем конце коридора.
- Ты уверена?
- Да, я чертовски уверена. Идем.
- Нет, оставайся здесь у лифта.
- На случай, если мы его пропустим.
Она уже не тянет.
Это он.
Хэрриет!
Милли!
Милли.
Бежим!
Кто еще знает?
Ты пришел ко мне.
Ты помнишь?
Как я мог забыть?
Ты умолял на коленях, да?
- Как собака. Я тебя спас.
- Кто еще знает обо мне?
Никто.
Клянусь, Вильгельм.
Вильгельм?
Ты что, думаешь,
что разговариваешь с Вильгельмом?
Нет.
Я бледный конь смерти.
Апокалипсис следует за мной.
Я Самаэль, вырывающий
душу из человеческого тела.
Я - кара Господня.
Я здесь из-за своего досье.
Сколько?
Скольким удалось убежать?
Тысячам.
Взгляни напоследок.
Помнишь, кем ты был раньше?
Я никогда в жизни не видел этого человека.
Тогда почему бы нам
не уничтожить Вильгельма?
Мы можем сжечь досье прямо сейчас,
будто его и не было.
Исчезнет навсегда.
Да-да.
Как только ты послал
этого человека, Фрица,
всё было кончено.
Я дам тебе всё, что ты захочешь.
Нет.
- Я ничего не хочу.
- Умоляю.
Я умоляю тебя.
Как собака.
Да.
Если я сдам тебя, то и себя тоже.
Это правда.
Но я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни.
Ты сможешь?
Да.
Хорошо.
Отлично.
У нее есть ребенок.
От этого не отмахнешься.
Это явно что-то.
Это ведь значимо, это человечек, да?
Но вот в чём дело.
Я Лонни Флэш. Дети обожают меня.
Конфеты, печенье, Лонни Флэш и всё такое.
- Ты, блин, под кайфом?
- Под кайфом?
- Лонни. Держи себя в руках.
- А я держу.
Я один сплошной кремень, Гудини.
Магия.
Как ты вообще увлекся магией?
В Америке это занятие для ботанов.
Крутые ребята увлекаются
футболом, машинами, кино.
Мой отец был великим фокусником,
известным на всю Францию.
Он использовал шоу,
чтобы спасти сотни евреев во время войны.
Можно сказать - праведник мира.
Он выводил евреев на сцену
как часть номера, а потом - бац!
Заставлял их исчезнуть.
Он прятал их на своем складе реквизита
и тайно вывозил из Франции
на своем грузовике.
Моя мать, она была
против этого, боясь того,
что может случиться с ним,
если его поймают.
Но он сказал ей, что это его долг.
Сказал, что только магия может спасти мир.
Похоже, он был хороший человек.
Нацисты его, конечно, повесили.
А потом застрелили маму.
Уверена, что каждый выполняет
свою работу так же, как мы - свою.
Надо посмотреть, что происходит.
Нет. Лонни, каждый выполняет
свою работу так же, как мы - свою.
- Наша роль ясна - следить за портфелем.
- Роли вариативны.
В «Пекинпе» я играл фермера,
выращивающего пастернак.
В итоге я стал фермером, выращивающим
репу. Роль поважнее, позволь заметить.
- Какого хрена?
- Идем.
Пусть мальчики проследят за ним.
Ворон останется здесь, мы - тоже.
И когда мы найдем Ворона - найдем Гитлера.
Куда же он делся?
Ты в порядке?
- Да.
- Идем.
Ты что делаешь?
Нужно слиться с толпой.
Ага, ты точно не сольешься.
Давай уже.
Я немного поправился.
- Мне плевать.
- Ладно.
Брось его.
Лонни!
Лонни, помоги!
Лонни!
Прости.
Нет-нет-нет.
Чёрт возьми.
Нам нужно идти, Лонни.
- Полиция скоро будет здесь.
- Да-да.
Господи. Прости. Мне так жаль.
Сейчас начало часа,
и пришло время для прогноза погоды.
Холодный фронт пройдет
на юг через Новую Англию.
Снега будет не так много, но...
Какого хрена?
Покажите свои права.
Да, конечно.
Я же не превысил скорость?
- Превысили.
- Правда?
И вы виляли.
Вилял?
Офицер, это надолго?
А вы что, торопитесь?
Да.
Могу ли я быть откровенным?
Я превысил скорость, потому что я напуган.
Напуганы кем?
Моей женой.
Шутник.
Нет, это не смешно.
Видите ли, у меня есть девушка на юге.
А моя жена вернулась в город.
Не вернусь домой до того, как проснется
жена, - и вы будете расследовать убийство.
Вы вспотели.
Вспотел?
Что ж...
Большой труд, знаете ли,
быть вместе с двумя
женщинами. Много энергии.
Поверьте мне.
Ладно, плейбой.
Оплатите в течение месяца
или отправитесь в тюрьму.
Удачи с женушкой.
Она мне понадобится. Спасибо.
Доброе утро, Аннет.
Доброе утро, мистер Оффермен.
Симон ждет встречи с вами.
Доброе утро.
Не могли бы вы принести
нам кофе и печенье?
Конечно, сэр.
Симон!
- Майер.
- Шалом.
Не вставай.
Итак, что ты здесь делаешь, Симон?
Ну, мне просто было интересно...
Несколько дней назад
ты пришел ко мне в офис
- и спрашивал о Викторе Фрондхейме.
- Да.
Так совпало, что досье на этого человека,
которое у меня было,
в тот же день украл какой-то бандит.
Ничего себе.
Буквально вчера мы услышали
о человеке по имени Джером Виндхольм.
Он был убит в своем доме
в сельской местности Коннектикута.
Джером Виндхольм.
Это псевдоним, который Фрондхейм
использовал эти 30 лет,
что, как я подумал,
ты мог выяснить из... Из его досье.
Фрондхейм мертв?
- Ты здесь, чтобы отпраздновать?
- Ну...
Я подумал, что ты можешь
что-то знать об этом.
Что именно? Это было в газетах?
Нет.
Симон.
Ты чего это?
Думаешь, я как-то
причастен к этому преступлению?
Ты думаешь, я... Что? Поехал
в Коннектикут и убил этого человека?
- Как бы я его убил с моим-то артритом?
- Майер.
У тебя есть финансы,
чтобы нанять целую армию,
- чтобы его убили. При желании.
- Нет.
- Если это был не ты, то кто?
- Не надо, прошу тебя.
Если это был не ты, то кто?
Парень, да у тебя тут
прямо операция Скуби-Ду.
Ты же знаешь, пути Господа неисповедимы.
Я рад, что Виктор мертв.
- А ты нет?
- Не так.
Его должны были предать правосудию,
чтобы его могли публично судить.
Чтобы мир увидел, что ни одному
человеку такое зло не сойдет с рук.
Никому. Никогда больше.
Майер...
Думаю, мне придется тебя проверить.
Меня?
На каком основании?
Каком? Стечении обстоятельств?
Я рассказал тебе, что видел его.
Если Фрондхейм осмеливался
выходить на улицу днем,
может, другой выживший видел его.
И, возможно, этот
выживший не так терпелив, как ты.
Я о твоей вере, что вся эта тягомотина,
механизмы правосудия
каким-то образом, как-то восторжествуют.
Что, если этот выживший - ты?
И что?
И что, если так?
Это не я, но что, если так?
Считаешь, что у тебя есть
право на правосудие?
- Или патент на месть?
- Не говори мне о правосудии.
- Правосудие - само по себе.
- Я охотился на людей в джунглях.
Вылавливал их на «крысиных тропах».
Думаешь, можешь сбрасывать
эти петарды из своего
выдуманного мира безнаказанно?
Когда людей считают крысами и тараканами,
мы, евреи, не можем позволить себе
роскошь соваться в канализацию.
Майер...
Майер. Ты принц.
Ты избран быть принцем.
Но наш народ должен увидеть,
что человек, который был узником лагерей,
может восстать
из этой тьмы и стать королем.
О каком народе ты говоришь?
Обо мне. Мне нужно это видеть.
Мне нужна вера в это, в тебя.
Не дай этому случиться с тобой, мой брат.
Я был терпелив, как и ты.
Ты не посредник Бога.
Он говорил и со мной.
Так же, как и с тобой.
Кто ты такой, Майер?
Я выживший.
Вот кто я.
Если хоть один волос укажет на тебя,
у меня не будет выбора.
Это лишь вопрос времени, мой друг.
Скорее.
У нас две гребаных минуты.
Ты в порядке?
Да, в порядке.
Идем.
Спасибо, Рикардо.
Эй, придурки! Мы спали.
Что это за отель такой?
Эй! Стойте!
Стойте!
Я ищу спа.
От вашего друга.
Это сигнал от Хэрриет.
Это значит,
что они разобрались с его громилами.
Тыл Ворона оголен.
Смотри на меня.
Это самое главное.
Нельзя показывать,
что мы знаем о уязвимости Ворона.
Ешь.
Мы с Рут сражались
за рогалик твоей прабабушки.
Не могли наесться.
Как ты могла не дать ей знать?
Моя бабушка уехала из Европы с дочерью,
приехала в Бруклин совсем одна.
Она была матерью-одиночкой...
- Джона...
- Нет.
Она много работала,
мыла полы у Говарда Джонсона,
делала всё, что могла,
чтобы удержать нас на плаву,
чтобы я был в безопасности,
благополучен и любим.
Любила меня, как любила свою сестру.
Она никогда не переставала любить тебя.
Она нуждалась в тебе.
С чего ты взяла,
что позволить ей поверить,
что ты умерла, было лучшим решением?
Может, она оплакивала меня,
может, скучала по мне,
но она не нуждалась во мне, Джона.
Потому что у нее был ты.
Ты был ее благословением.
Я вижу это сейчас.
Мне нужно в туалет.
Это женский туалет...
Где он?
Ты же знаешь, я не скажу тебе.
Ты уже это сделала.
Она мертва?
Да.
Весь ужин она крепко сжимала свою сумочку.
Явно не из-за карманников.
Билет на поезд
до Каейраса на завтрашнее утро.
Держу пари, что Гитлер в Каейрасе.
Отлично.
Спасибо за ужин.
И заканчивай убивать нацистов без меня.
Если знала, что это она, почему
не сказала, когда я сначала исключил ее?
Ты знал, что это была она.
Почему ты вообще ее исключил?
Возможно, ты проверял меня.
Так же, как я проверяла тебя.
Нет...
Милли, пошли.
Я потеряла мой...
ВИЛЬГЕЛЬМ ЦУХС 09.09.1909
Поздновато.
Как поживает мой двуличный,
лживый мудак-жених?
Что такое?
Ворона убили.
Вчера вечером.
В Барилоче.
Похоже, это были они.
Ты готов, Джо?
Вот к чему мы готовились.
Найди их.
Найди их.
И принеси мне их скальпы.
Охотников.


Серия 14

- Это все вещи Ворона.
- Убийцы путешествуют налегке.
Билет в один конец до Каейраса.
Как думаете, Гитлер там?
Клаус сказал,
что только у Ворона есть доступ к нему.
- Ну что, едем?
- Разведайте, посмотрим, что найдете.
Возьми фальшивомонетчика и актера.
- Има, актер - это обуза.
- Он подойдет для этого.
И если он не вернется,
это плата за наши деяния.
- Плата за наши деяния?
- Ты останешься здесь со мной.
- Има...
- Ты останешься здесь.
Будьте осторожны. Гитлер чертовски близко.
Осторожнее там.
Я наведу там шороху.
Но не с евреями.
С Джо.
Когда он их увидит, ты не можешь
знать наверняка, как он отреагирует.
Верность можно похоронить.
Так же как и любовь.
ОХОТНИКИ
Я хочу поблагодарить человека,
без чьей щедрости
всё это было бы невозможно.
Майер Оффермен.
Майер, подойдите сюда, пожалуйста.
- Прошу.
- Спасибо. Большое спасибо.
Я всегда знал, что выйду
на сцену. Большое спасибо.
Что ж, я очень рад,
что мы все смогли собраться.
Хотя, боюсь,
что мы можем потерять некоторых
из этих замечательных еврейских школьников
на Бродвее. Не знаю.
Я немного обеспокоен.
Стоит ли мне волноваться?
В честь вашего щедрого пожертвования
мы сочли уместным назваться
Театром Майера Оффермена Храма Израиля.
Большое спасибо.
Они хотят 30 миллионов?
Что ж, скажите им,
мы с радостью увеличим производство...
Что такое? Позвольте я вам перезвоню.
Что за... Эдвард.
Что за... Кто там, чёрт возьми?
- Это...
- Ты?
БУЭНОС-АЙРЕС
1979 ГОД
Прошу, дай мне всё объяснить.
Пару дней назад я увидела имя
женщины в нашей телефонной книжке
и адрес в Лос-Анджелесе.
Ну и конечно, у меня возникло
предчувствие, и я позвонила в офис Мореля.
Оказалось, поездки в Израиль нет.
Затем я позвонила
в «Американ Экспресс». И бинго!
Счет за две недели
в отеле «Палладио» в Буэнос-Айресе.
В общем, я немного выпила,
и следующее,
что я помню, - как я летела сюда.
Прямо как сцена из плохого фильма.
Как тебе обслуживание в номере?
- Клара...
- Кто такая Милли, Сэм?
Ты в нее влюблен?
- Она агент ФБР.
- Агент ФБР?
Она расследовала убийство моей бабушки.
Я прилетел в Лос-Анджелес повидаться
с ней, потому что узнал кое-что кое о ком.
О ком-то, кого я искал долгое время,
и этот человек здесь, в Аргентине.
Кто это?
Сестра моей бабушки, Хава.
Моя бабушка думала, что она
единственная в семье пережила войну.
Так вышло, что когда я проводил
исследования для диссертации,
я наткнулся на имя выжившей.
Хава Апфельбаум.
Я покопался и выяснил,
что она сбежала из лагерей.
И я полетел в Лос-Анджелес -
попросить Милли о помощи.
Она обнаружила, что та жива, живет
здесь, и я приехал, чтобы найти ее.
- Почему ты мне не сказал?
- Это было глупо. Я облажался.
Мне очень жаль.
Я хотел убедиться, что это правда.
Прости меня. Я облажался.
Я знаю, что никогда не заполню пустоту,
которая осталась после твоей бабушки.
Но, если ты позволишь мне быть с тобой,
она не будет казаться такой большой.
Я тебя люблю.
Прости меня.
Мне так жаль.
Я хочу встретиться с ней.
- Хочешь встретиться с ней? Нет.
- Что?
Нет, я не думаю... Она...
- Что?
- Странная.
Быть двоюродной бабушкой -
это само по себе странно, так?
Обед, сегодня.
- Сегодня? Не думаю, что это возможно...
- Это не вопрос.
Хорошо, обед.
Думаешь, я не знаю, каково это -
годами лгать тем, кого любишь?
Это я лгала Рут.
Зная то, что знала я, скрывая это от нее.
Так что не смей поэтично огорчаться,
когда всё бремя было на мне,
Има.
У всех нас есть право
на наше собственное прошлое, Ребекка.
У меня - свое, так же как у тебя - свое.
Я нашла его. Это он.
- Это не он.
- Он.
- Нет.
- Да.
Что я сказала, когда мы познакомились?
Я пообещала тебе,
что найду его. Потребовалось время.
Но я всегда выполняю свои обещания.
Спасибо, родная. Спасибо.
Спасибо.
Тебе пора идти.
Джорджа и остальных
не будет большую часть дня.
Может, это твой единственный шанс.
Спасибо.
Я не тот человек. Ты не христианка.
Нет.
- Я не буду.
- Будешь.
Ты не божий человек.
Я не тот человек.
ФБР УСИЛИВАЕТ ПОИСКИ УБИЙЦЫ
КАТОЛИЧЕСКОГО ЕПИСКОПА
Алло!
Алло!
Дэнни...
Милли? Милли, где ты, чёрт возьми, была?
Мне пришлось уехать на пару дней.
Милли, послушай...
Ты послушай.
Ты пишешь в своей книге,
что агент Мелани...
Какого хрена...
Она не может сделать ничего плохого,
но если она это делает, то это не плохо.
Ты в это веришь?
Мне звонили федералы, Милли.
Они ищут тебя.
Что ты сделала?
- Ты в порядке?
- Да.
Куда собралась?
Ненадолго уеду из города,
заберу инвестиционные бумаги Райнхарта.
- Ничего интересного.
- Я с тобой.
Я сойду с ума, сидя здесь весь день.
Тогда поехали.
В этом городе живет двое
сочувствующих нацистам.
Если Ворон прилетал на встречу
с Гитлером, уверен, эти двое - посредники.
У них есть антикварный магазин.
Вы двое притворитесь молодоженами.
- Я буду вашим дизайнером.
- Почему бы тебе не сыграть моего мужа?
Публика бы не поверила,
что такая красивая женщина
замужем за этим великолепным мужчиной.
Я люблю антиквариат.
Вы были в Беркширах?
Там есть местечко в Леноксе.
- Боже мой. Там миленькие фонарики.
- С тобой всё в порядке?
Да. Я как новенький. Всё отлично.
Тефлон, Теф-Лонни Флэш.
Давай, детка.
Ты, блин, под кайфом.
- Помогает во время смены часовых поясов.
- Снова?
- Ладно. Да пошли вы.
- Опять?
Ты мог всё испортить,
подвергнуть всех нас опасности.
Когда ты начал принимать это дерьмо?
Ты знаешь, что я поставила
на кон, чтобы быть здесь,
чем я рискую?
Зачем ты, блин, приехал в Аргентину?
Из-за тебя. Потому что ты поехала.
Я начал принимать
это дерьмо, когда ты уехала. Ясно?
Ясно?
Лонни.
ГЕНПРОКУРОР
ЛУИС ДЖ. ЛЕФКОВИЦ
Вы уверены, что это был он?
- Что это был мистер...
- Фон Штауб.
Потому что, господин генеральный прокурор,
мои глаза не могут забыть
лицо человека, который убивал детей.
- Мисс Апфельбаум...
- «Мисс Апфельбаум», знаю.
Мы были и в других таких же офисах.
Все высокопоставленные чиновники.
И все они говорят одно и то же.
Что ж, мне необязательно слышать
еще один снисходительный отказ
от человека, настолько занятого,
что у него нет времени
расследовать преступления против евреев.
- Она дерзкая.
- Да, всегда такой была.
Послушай, Луис, я сожалею об этом.
Но спасибо за то, что уделил время.
- Я изучу этот вопрос.
- Что?
- Я начну расследование.
- Да нет, всё в порядке. Правда.
- Я поручу это своей команде.
- Не надо.
Она пожилая женщина.
Она испытывает боль и смятение. И...
Не думаю, что в ее словах много правды.
Не хотел отнимать твое время,
но она мой друг, так что...
- Она хотела быть услышанной.
- Я понимаю.
Спасибо, Луис.
Я была так уверена,
что твои друзья, твои связи,
все эти сенаторы,
конгрессмены, генеральный прокурор...
Ничего. Мы ничего
не добились. Никто нам не верит.
«Больше никогда», -
говорили мы. «Больше никогда».
Я не остановлюсь.
Ты ведь это так не оставишь?
Я не могу. А ты бы мог?
А что, если мы сделаем это сами?
Соберем команду и сделаем сами.
Это девушка, на которой ты женишься?
Та, которая путешествует через полмира,
потому что прочитала имя
в гребаном блокноте, что ли?
Она явно не в себе.
- Что?
- Вообще-то, она очень умна.
И если я отменю наши планы,
она заподозрит неладное.
Она узнает, что мы задумали.
Так что обед. Втроем.
Что? Думаешь, я этому рад?
Я попросил Минди
притвориться тобой, но она в постели,
смотрит аргентинские сериалы.
Тебе она нравится?
- Я люблю ее. Она будет моей женой.
- Тогда я не буду с ней обедать.
Если ты любишь эту девушку, скажешь ей,
что солгал о своей двоюродной бабушке,
и что ты здесь с другой девушкой,
с которой у тебя роман,
и что ты отменяешь свадьбу.
Бум, готово, всё.
Она станет членом
моей семьи, Хава. И твоей тоже.
Она придет на обед.
Потом она улетит домой со спокойной душой.
Затем мы находим Гитлера,
убиваем его, а потом я завязываю.
Я лечу обратно в Париж,
женюсь на Кларе, скучно
и счастливо состарюсь
вместе с ней. Вот как всё будет.
- Вот что произойдет со мной.
- Нет, это произойдет с Сэмом.
- С тобой так не будет.
- Ты знала про меня.
И даже после ее смерти
ты так и не вышла на связь.
Это меньшее, что ты можешь сделать.
- Я приготовлю курицу.
- Я зарезервирую столик.
Так с семьей не знакомятся.
Я приготовлю курицу.
Курица так курица.
- Что мы будем делать, Биз?
- Я скажу тебе, что мы сделаем.
Мы изрешетим их пулями на Марсе.
Снято.
Очень хорошо. Ладно, продолжим.
Отличный дубль. Ладно, думаю, на этом всё.
Я буду в своем трейлере.
Думаю, на этом всё.
Это был отличный дубль.
Пули на Марсе.
ЛОННИ ФЛЭШ
Отвалите!
Нет.
- Какого хрена?
- Убирайтесь. Давайте.
Убирайтесь.
Какого хрена? Кто ты, чёрт возьми?
Кто ты, чёрт возьми? Глянь на себя!
Тебе место в сортире, придурок.
- Я вызову охрану.
- Ладно тебе.
- Какого хрена, чувак?
- Я из службы безопасности, ясно?
Мне плевать, кому ты позвонишь.
Ты напиваешься до беспамятства,
отбрасываешь нас
на 100 лет назад со всей этой херней.
Вот. Теперь у нас дурная слава.
Знаешь, что говорят?
Говорят: «Опять эти евреи».
Тебе наплевать на всех, кроме себя.
Кто ты такой, чёрт возьми?
И как ты, блин, сюда попал?
Твой дедушка был таким же.
- Мой дедушка?
- Чертова примадонна.
Чеви Чейз из еврейского театра.
Но при всей его придурковатости
он был отличным актером.
Погоди-ка. Ты знал моего деда?
Лично нет. Что ты о нём знаешь?
Мой отец редко говорил о нём.
А твой дедушка сидел в лагерях.
И каждый шаббат, поздно вечером,
твой дедушка выступал.
Все великие люди.
Шолом-Алейхем, Брехт, Шекспир.
«Разве у еврея нет глаз?
Разве у еврея нет рук,
органов, членов тела, чувств?
Если нас уколоть -
разве у нас не идет кровь?»
Охранники обнаружили его, конечно.
Они выстрелили в него дважды. Умер.
Но каждый шаббат
он освобождал людей в тюремном блоке,
перенося их в далекие миры.
«Пули на Марсе - 2».
Что за хрень... Что это за хрень?
Ты когда-то играл Гамлета.
Ты играл в «Отелло».
«Величайший молодой актер современности».
Что произошло?
Я не знаю.
Я не знаю. Просто так вышло.
Ты внук Файвела Флаженштейна.
Ты сделан из того же теста, что и он.
Поверь мне, я вижу его в тебе.
И я вижу тебя, Леонард.
Да, я вижу тебя.
У меня к тебе
предложение лучше, чем любая роль,
которую ты когда-либо мог сыграть.
Можно я сяду?
Делай со своей жизнью что хочешь, Лонни.
Но если ты хочешь это сделать,
тебе надо быть трезвым. Ради наших жизней.
И ради нее.
Я был в аду.
Что ж, мы не верим в ад, и это здорово.
Но я был в нашей версии ада.
В прошлый раз я торчал беспрерывно,
я был обдолбан по самые гланды.
Фыркая, нюхая, дегустируя, причмокивая
и сосал всё и всех,
чтобы не видеть своего лица.
Чтобы не помнить свое имя.
Чтобы не знать, что я был один.
И вот однажды
какой-то старик приходит ко мне в трейлер
и начинает рассказывать
историю о моём деде,
о том, каким героем
он был и как я похож на него.
И что я мог бы быть таким же, как он.
Поэтому я взял кинжал
и присоединился к семье...
И я правда почувствовал себя кем-то.
Понимаешь? Я существовал.
И самое смешное,
что всё это было ложью.
Он не знал моего деда.
И теперь я понимаю, что он не знал меня.
Я смотрел их все,
твои фильмы.
И ты ужасный актер.
Те роли - они не для тебя.
Но эта роль - да, Лонни Флэш,
потому что твоя величайшая роль -
та, для которой ты был рожден.
Леонард Флаженштейн.
Ты.
И думаю, она бы согласилась.
Это та роль, которая бы ей понравилась.
Одна роль, в которой
Рокси полюбила бы тебя.
Настоящего тебя.
Боже, ты действительно хорош собой.
Меня это раздражает.
- Нам пора на поиски заик.
- Лонни.
Хава послала нас троих
не просто так. Я нужен тебе.
Когда доберемся туда,
ты останешься в машине.
Так куда мы едем?
Явно не для того,
чтобы просто забрать документы.
Мне надо найти человека.
Человека, которого я искала очень долго.
АНГЛИЯ
1976 ГОД
O, придите, все верующие
Радостные и торжествующие
O, уверуйте
O, придите в Вифлеем
Придите и узрите Его
Царь ангелов появился на свет
Они поют что-нибудь из Kool the Gang?
Майер Оффермен.
Мать-настоятельница направила меня к вам.
Она сказала, что приюту нужна новая крыша,
новая котельная, 20 новых коек.
И так случилось, что я оказался здесь,
чтобы сделать значительное пожертвование.
Это очень милосердно
с вашей стороны, мистер Оффермен.
Оффермен. Спасибо.
Но, если позволите,
какой интерес у такого человека,
как вы, делать пожертвования церкви?
Человек вроде меня?
Какой человек? Еврей?
А зачем такой женщине,
как вы, жертвовать себя церкви?
- Вы о чём?
- Ваш отец был евреем.
Иисус был евреем, да?
Не Иисус.
Твой отец, Ребекка. Твой отец.
Хирам Кройцер.
Ты всё еще слышишь это, не так ли?
Шум паровоза, когда
твой отец передает тебя женщине
через окно поезда.
Возможно, он сказал,
что ты едешь отдыхать.
Как быстро ты поняла,
почему твой отец так поступил?
А теперь слушай внимательно,
старый сморщенный придурок.
Если ты думаешь, что я не решусь
отрезать твою тухлую голову
от твоей гребаной шеи
на глазах у этих миленьких ангелочков,
ты сильно ошибаешься.
Спасибо. Именно поэтому я здесь.
Я прочитал твое досье. Оксфорд. МИ-6.
Мы с коллегами собираем команду,
чтобы покончить
с беглыми нацистскими подонками.
- Никогда.
- Прости, что?
Вы спросили, когда я, наконец, поняла,
что мой отец сделал для меня.
Ответ - никогда, ведь я должна
была умереть вместе с ним.
Я бы лучше умерла вместе с ним, если бы
это дало еще один день в его объятиях.
И спасибо, м-р Оффермен.
Мне жаль, что вы проделали весь этот путь.
Если хочешь отомстить
за смерть своего отца,
то это не выйдет с помощью
представлений и благотворительности.
Надо присоединиться к этому делу.
Это единственный способ.
Твой отец посадил тебя в тот поезд
только для того, чтобы однажды
ты могла выйти.
Не нервничай.
Я не нервничаю. Я еврей.
Так мы выглядим всё время.
Привет.
- Привет.
- Шалом.
Шалом, мой дорогой племянник.
О боже. Ты, должно быть...
Клара. Так приятно познакомиться с вами.
Дай-ка рассмотрю.
Я едва вижу твою мордашку
за всеми этими цветами.
Так мило!
Проходите.
Это их отель.
Так вкусно. Спасибо.
По старому рецепту.
Уверена, что ты раньше
его не пробовала. Это еврейское блюдо.
Рецепт прапрабабушки Сэма.
История - это всё.
Итак, Хава, почему Южная Америка?
Я жила в Лондоне какое-то время,
и переехала сюда
около десяти лет назад по работе.
Это был один клиент, которого
я хотела заполучить много лет назад.
Как чудесно. Вы его заполучили?
Нет еще. Но мне нравится охота.
Клара изучает нейропсихиатрию в Сорбонне.
Она нацелена на высокую
должность в ведущей клинике.
Нейропсихиатрия.
Чем занимаются твои родители?
Они коллекционеры искусства в Лондоне.
У них есть галерея на Сэвил-роу.
Коллекционеры.
Это приятное занятие
для богатых людей, не так ли?
Коллекционировать, брать то,
что не совсем принадлежит вам,
но выдавать за свое.
Итак, когда свадьба?
10 октября в Париже.
Октябрь? Я так скоро тебя потеряю, Сэм.
Зато у вас буду еще и я.
И это будет еврейская свадьба?
У меня до сих пор
хранится талит твоего прадедушки.
- Я не надену талит.
- Почему?
Из-за того, что ты женишься на нееврейке,
ты собираешься забыть о том, кто ты есть?
О том, за что сражались
и умирали твои предки.
Твоя бабушка, должно быть,
в гробу переворачивается.
Если Сэм захочет еврейскую свадьбу,
я с радостью приму это.
За последние полтора года
я научилась печь халу.
Я пела «Дайену». Я отмечала
два седера. Я играла в дрейдл.
Я слушала звук шофара
и песнопения миньяна.
«Я не псих, изберите меня!» Брюса.
Я не хочу, чтобы Сэм забывал, кто он есть.
Я влюбилась в него за то,
кто он есть, включая то, что он еврей.
Я не знаю, кем вы меня
считаете, но я люблю его, Хава,
всем сердцем.
И он любит меня всем сердцем.
Он самый добрый, самый нежный,
самый верный человек, которого я знаю.
Когда-то я любила.
Тот, ради кого я бы произнесла
подобную глупую речь.
Его звали Зев.
Мы познакомились после войны.
Оба работали в одной сфере.
Мы влюбились.
Мы были вместе 20 лет.
А потом один из нас поставил
другого выше работы, а другой...
ну, она считает,
что работа - это самое важное из всего.
Похоже, Зеву повезло,
что он смог любить вас так долго.
Пожалуй, нам стоит выпить еще вина.
- Думаю, вина на сегодня хватит.
- Нет. Я поддержу вас.
Но может ли нееврейка
сначала воспользоваться туалетом?
Конечно, дорогая.
Прямо по тому длинному коридору.
Ты ее недостоин.
Доброе утро. Я здесь,
чтобы увидеть своего отца.
Прошло много времени.
Ты пришла услышать мою исповедь?
Нет.
Нет, я хочу сама исповедоваться. Можно?
Когда я была маленькой девочкой,
мой отец,
он посадил меня на поезд.
Поезд, который должен был
доставить меня в безопасное место,
и мой отец обещал мне,
что однажды вернется за мной,
и я снова буду в его объятиях.
И вот я здесь.
Я проделала весь этот путь,
странствовала всё это время,
потому что мой отец солгал.
Он обещал мне,
что однажды мы увидимся снова,
и я здесь, чтобы спросить тебя почему.
Я здесь, чтобы спросить тебя, почему
он солгал, потому что только ты знаешь.
Только ты можешь знать.
Только у тебя есть ответ,
потому что ты и есть ответ.
Потому что ты превратил
это обещание в ложь,
когда ты застрелил моего отца
в Берген-Бельзене 2 июля 1943 года.
Не так ли, герр Мунц?
Я прошу прощения у тебя.
Я прошу прощения у тебя.
Здравствуйте.
Чем могу помочь?
Меня зовут Антонио Коста.
Это мои клиенты, Кейт и Хэмиш Хьюз.
Они только что купили
загородный дом поблизости
и хотят обставить его.
Боюсь, сегодня мы закрываемся рано.
Мы быстро всё осмотрим.
Могу я воспользоваться уборной?
Это была долгая поездка.
В подсобке.
- Поосторожнее с этим.
- Расслабься.
Нет!
Что это?
Мы не знаем.
Они укрывают не Гитлера,
а Йозефа, чёрт возьми, Менгеле.
Ангел Смерти, где он?
Где Менгеле?
- Его здесь нет.
- Гитта.
Говори. Где он сейчас?
- Мертв.
- Чушь.
Три месяца назад он поехал в отпуск,
у него случился инсульт
во время купания, и он утонул.
Мы долго не знали,
кто он такой, честное слово.
Только несколько лет назад
мы узнали, кто он на самом деле.
Когда он умер, мы обратились
в газеты. Пытались продать историю.
Ага. А потом нам позвонила старушка.
Она обещала сесть на поезд и привезти
нам два миллиона долларов за молчание.
Ворон.
И со всеми этими деньгами
нам больше не пришлось бы работать.
Это готовят из хрена.
Если кто-нибудь скажет,
что он не любит хрен,
беги от него подальше.
А для чего нужны клетки?
Я подрабатываю иллюзионистом.
Разве Сэм не говорил тебе?
Тетя Хава - художник, перформансист.
Там фото с камер наблюдения,
карты, имена офицеров СС,
ножи и пистолеты.
Да.
Мы ищем нацистов.
Она шутит.
Я не шучу. Именно этим мы и занимаемся.
Мы охотимся на нацистов
и избавляем от них землю.
Раз Клара станет членом семьи,
она должна знать,
что у нас за семейный бизнес, Джона.
Его зовут Джона, как того,
кто был в чреве кита. Джона Хайдельбаум.
Не знаю, откуда взялся Сэм Рабинов,
но в этом есть какой-то смысл.
Клара.
Не надо...
- Клара.
- Так будет лучше.
Эй, кажется, я нашел.
Сплошное дерьмо.
Я никогда...
Они думают,
что я ни на что не гожусь. Стара.
Знаешь, откуда я знаю, что я не старая?
Потому что я должна
была состариться с тобой.
Кто там?
Спасибо, заходите.
Чёрт возьми.
Отвали.
- Господи.
- Позволь объяснить. Дай мне минуту.
- Я всё объясню.
- Нет. Почему?
Почему я должна слушать тебя, Джона?
Всё, что ты когда-либо говорил, - ложь.
- Ты хочешь знать правду?
- Да.
Три года назад я проснулся посреди ночи
и увидел, как убивают мою бабушку.
Она умерла у меня на руках.
Я узнал, что она погибла из-за того,
что весь этот год охотилась на нацистов.
Эта махонькая старушка была убита
нацистами, на которых она охотилась,
поэтому я занял ее место после ее смерти.
Я нашел ее убийцу.
Потом нашел еще десятки таких же.
Вот откуда дела по ночам.
Крики во сне. Смена имени. Из-за этого.
И этому нет конца.
Здесь я пытаюсь
покончить с этим раз и навсегда,
чтобы быть с тобой,
женщиной, которую я люблю.
Нет.
- Пригнись. Слушай, как скажу...
- Джона!
...иди в ванную. Иди.
Спрячься и не вылезай.
Джона.
Джона, открывай.
Джона.
Привет, Джона.
Джона.
Джона.
Джона.
Джона.
Поймай меня!
Отойди. С дороги!
Отойдите.
Слушай, мне жаль, что так вышло.
Возможно, проблема в том, что я...
Знаешь, я всё еще люблю тебя.
Протрезвей сначала.
Слушай, я могу бросить это дерьмо.
- Ты знаешь, я могу.
- Мы не подходим друг другу.
- Что ты говоришь?
- Я не могу заботиться о тебе.
Это работа на полный день,
и у меня уже есть ребенок, Лонни.
И мне больше нечего дать.
Джо.
Джо.
Джо.
Нет! Отпусти меня!
Клара!
Клара!
Клара!
Клара!
Нет!


Серия 15

Джо убил Джорджа и стрелял в Рокси.
- Нет!
- Джо!
В больнице увидят пулевое ранение.
Она же истечет кровью. Мы едем в больницу.
- Давайте, быстрее.
- Всё будет хорошо, Рокси.
Скорее.
Поехали.
Вниз по дороге есть больница.
Мы проезжали.
- Стой. Куда ты?
- За Кларой.
Садись в машину, Лонни, сейчас же.
Всё будет хорошо. Просто смотри на меня.
- Как она?
- Не очень.
Не дай ей умереть, прошу тебя.
Не дай ей умереть.
ОХОТНИКИ
Они убили Джорджа. И ранили Рокси.
- Джордж мертв?
- Что?
- Они забрали Клару.
- Кто?
- Джо.
- Джо?
- И Трэвис.
- Трэвис? Он же на пожизненном в Покипси.
Ну, теперь он здесь. Они все здесь.
Джорджу следовало быть
более осторожным. Идиот.
Так, ладно. У них Клара.
Окна фургона, в который ее посадили,
были заклеены газетой.
- «Диарио Вийя Сонора».
- Это местная газета.
Вийя Сонора - небольшая деревня
в часе езды отсюда.
Хорошо. Поехали. Сейчас же.
- Мы никуда не поедем.
- Нет.
- Они используют ее как приманку.
- Мне всё равно.
- Мы должны ехать.
- Мы должны.
Тридцать лет я искала этого человека.
Сейчас мы ближе, чем когда-либо.
Мы в ответе перед шестью миллионами,
а не перед его подругой-нееврейкой.
- Я не позволю им убить ее.
- Речь не только о тебе.
- Семья важнее.
- Я твоя семья!
Кроме меня, у тебя нет семьи!
Ты смеешь говорить о семье?
Джордж был твоей семьей.
Он называл тебя «Има». Мать.
Годы, что он провел с тобой.
Даже после смерти Маза,
когда Софи убили, а Зев ушел,
Джордж остался с тобой.
Теперь он мертв, а ты отряхиваешься
от него, как от дерьма на ботинке.
Возможно, ты более хладнокровна,
чем я, дорогая Има,
но одной потерянной жизни
более чем достаточно.
Сначала мы найдем девушку.
Или ты можешь идти
и охотиться на Гитлера в одиночку.
Трусы.
Трусы все.
Твоей бабушке было бы стыдно.
Как и твоему отцу.
Ты боишься меня?
Ты собиралась замуж за Джону -
и боишься меня?
Ты знаешь, скольких людей он убил?
Расстрелял, перерезал горло,
пропускал через них ток.
Я слышал, он даже убил
маленького мальчика.
Невинному ребенку было всего восемь лет.
Ты, моя дорогая, делишь постель
и жизнь с хладнокровным убийцей.
Ты никогда этого не чувствовала,
когда он был внутри тебя?
Пожалуйста.
Разве можно не прибежать за тобой?
Ты им нужна.
Ты всегда была книжным червем.
Твой контакт оказался полезен.
- Тут целые горы этого.
- Я уверен, ты найдешь еще.
За деньги можно купить многое
в этом мире, Рут. Очень многое.
Куда...
Куда теперь тебя посылает
наша сваха Хильда Хоффман?
Она говорит, если мы кое-кого найдем,
это станет ключом к нашему успеху.
Говорит, это ее лучший солдат.
Человек, который незаметно стер
с лица земли десятки нацистов в Европе.
У Хильды нет ни его фотографий,
ни записей.
Только имя. Томас Арндт.
Он в Германии, так что...
В Германии?
Я вернусь. В конце недели. Почему бы
тебе не устроиться поудобнее, Рут?
Сними обувь. Чувствуй себя как дома.
Но это не мой дом, Майер.
Я бы никогда не приняла его за свой дом.
И ты не принимай меня за ту,
кем я не являюсь.
Удачно доехать.
Всё будет хорошо.
- Лонни...
- Я еду так быстро, как могу.
Смена караула - в два часа ночи.
Карл, Эдди, Лира, вам нужно быть
у юго-западных ворот без пяти два.
Чуть позже - и охранники заподозрят
неладное. Ясно?
Именно тогда я найду камеру Имани,
взломаю замок и выйду
через северные ворота.
Эй-Джей, ты подгонишь машину к 2:21.
Минута в минуту, без остановок. Понятно?
Всё должно быть идеально.
Как часы.
Затем мы едем как можно дальше на север.
Невиновной женщине дали срок.
Я не позволю сестре
умереть в тюремной камере.
Помогите!
Помогите, пожалуйста! Кто-нибудь!
- Почему так тихо?
- Я не знаю.
Сегодня воскресенье. Они в церкви.
Что-нибудь еще помнишь?
Белый фургон. «Фиат-242».
Без номерных знаков.
Расспросите о машине.
Может, кто-то что-то знает.
Мы с Милли обойдем с запада.
Здесь не любят чужаков.
Мы должны быть осторожны.
Всё будет нормально.
В чём дело?
- Я кое-что сделала.
- О чём ты говоришь?
Прежде чем мы приехали сюда, я...
Мы расследовали дело одного епископа.
Он сотрудничал с нацистами в Литве.
- Ему это сошло с рук.
- Мы даже не довели дело до суда.
И ты не смогла с этим смириться.
- Они знают, что это сделала я.
- Нет, Милли.
Совсем скоро они найдут меня.
- Мне нужно бежать.
- Нет. Ты не можешь.
Я знаю, что значит исчезнуть.
Я знаю, что значит
провести всю жизнь в бегах.
И могу тебя заверить,
легче тебе от этого не станет.
Это было неправильно?
Ты сделала Божью работу.
В этом и дело. Я не...
Я чувствую, что я не...
Словно я провалила его тест.
- Он был епископом.
- Он носил шляпу и мантию.
Это был костюм.
Он не был епископом. Он был нацистом.
Послушай меня.
Ты думаешь, то, что ты сделала,
было грехом.
То, что ты сделала, было благословением.
Ты сделала это ради моего отца.
И ради меня.
Милли, ты не попадешь в ад.
Ты не попадешь в ад.
Один великий поступок
может перевесить всё это.
Одно великое дело
может очистить от всех грехов.
Нужно найти Гитлера.
Ты не попадешь в ад.
И ты не попадешь в тюрьму.
Я этого не допущу.
Ты понимаешь?
БЕРЛИН
- Добрый день.
- Добрый.
Я ищу Томаса Арндта.
- Томас?
- Да.
Он навещает своих родителей в Венгрии
и вернется в пятницу.
Могу ли я чем-то помочь?
- Хотите оставить сообщение?
- Нет, спасибо. Я старый друг.
- Тогда я зайду в пятницу. Спасибо.
- Очень хорошо.
Давай.
Давай.
Ты с ума сошел?
Это вопрос?
Ты собираешься пролететь над Вашингтоном,
Лондоном или Москвой
и сбросить ядерное оружие?
А ты предпочтешь остаться здесь
и каждый день смотреть на грязь и камни,
пока мы медленно не увянем и умрем?
Возможно, смерть наступит быстрее.
Ты потерпела неудачу в Америке, дорогая.
Я дал тебе огромные возможности
и бесчисленные миллионы.
Тебя поставили на колени,
но не для того, чтобы ты делала то,
что прославило тебя во время войны.
А теперь твои маленькие евреи здесь,
и наши маленькие игрушки
должны за тобой прибрать.
Взорвешь один из городов -
и они приложат все силы, чтобы найти нас
и уничтожить,
прежде чем мы сделаем что-то еще.
Ева...
Я убил больше людей
за шесть лет и один день,
чем империя Чингисхана - за 200 лет.
Они и пальцем не пошевелили,
чтобы найти меня.
Я достану бомбу, моя дорогая.
И ты увидишь, что можно сделать,
имея в руках реальную власть.
Говорит мужчина в костюме сафари,
бесцельно стреляющий по тарелочкам
на пыльном пустыре,
окруженном грязью и дерьмом.
Я не имею к этому никакого отношения.
Что бы Сэм ни делал. Или Джона.
Или как его зовут на самом деле.
Пожалуйста.
У моих родителей есть деньги.
Я могу... Они смогут...
перевести вам деньги,
если вы просто отпустите меня.
Меня не волнуют деньги.
- А что вас волнует?
- Замолчи.
Не могу. Я не могу перестать говорить,
когда нервничаю и напугана до смерти.
Вы убьете меня?
Меня зовут Клара.
Я из пригорода Кроусборо,
недалеко от Лондона.
Очень близко.
И я студентка.
И сейчас мне очень страшно.
А кто ты?
Откуда ты?
Просто поговори со мной.
- Как тебя зовут?
- Замолчи.
Как тебя зовут?
Замолчи.
- Возможно, она уже мертва.
- Мы этого не знаем.
Мы теряем здесь время.
Мы прочесываем город.
- А если мы не найдем фургон?
- Найдем.
Скажу так. Любовь заставляет нас
делать коварные вещи.
Но это не любовь.
На самом деле ты ее не любишь.
Что, чёрт возьми, ты знаешь о любви?
Ты думаешь, любовь -
это разделить с кем-то жизнь,
держаться рядом,
что бы ни случилось на вашем пути.
Нет, малыш. Настоящая любовь -
это умение жить без любимого человека.
Желая защитить его.
Я приехала в Аргентину
с любовью всей моей жизни.
Когда Зев поставил меня на первое место
перед миссией, я порвала с ним.
Он был готов рисковать жизнью
ради меня, я не могла этого допустить.
Я словно отрубила себе руку.
Если бы ты любил ее, любил по-настоящему,
ты бы разорвал отношения.
Ведь мы оба знаем, что самая большая
угроза для Клары - это ты.
- Ничего.
- Тогда поехали.
Подождите. Там был цветок.
Трэвис выбросил его из фургона.
Думал, он насмехается.
Возможно, это подсказка.
Добрый день! Добро пожаловать.
Могу я чем-нибудь помочь?
Он покупает цветы для своей девушки.
У вас есть фургон?
Простите?
У вас есть фургон?
Нет.
Как вы доставляете товар?
На велосипеде.
На велосипеде.
Город маленький.
Извините.
- Джона, какой был цветок?
- Фиолетовый.
Фиолетовый.
Джона. Этот?
Да, это он.
Кто привозит вам эти цветы?
Ответьте на вопрос.
Они с небольшой цветочной фермы.
«Лос-Олмос».
Где эта ферма?
Говори. Сейчас же.
Шоссе Охо-де-Агуа.
- Он просто напуган.
- Да.
Спасибо.
Добро пожаловать к Цухсам.
Что желаете?
Свежие сосиски?
Нет.
Свиные шеи - три за одну немецкую марку.
- Я просто посмотреть.
- Вы турист.
- Ну, я из Америки, так что...
- Мне нравится ваша шляпа.
Моя шляпа. Какая шляпа?
Спасибо.
Идите сюда.
- Что?
- Ну же. Я не кусаюсь.
- Спасибо, я не хочу.
- Попробуйте.
- Вам понравится. Я обещаю.
- Похоже, у меня нет выбора.
- Вкусно. Я возьму пинту, пожалуйста.
- Конечно.
Давно вы здесь работаете?
Около 20 лет.
Да ладно. Вы шутите.
Нет. Мне было пять, когда мама
разрешила мне подметать тут пол.
В десять лет я начала работать за кассой.
А на прошлой неделе я стала управляющей.
Семейный бизнес
на протяжении двух поколений.
Аня, хватит болтать.
Иди вымой морозильную камеру.
Конечно, мама.
Уже давно было пора это сделать.
У вас прекрасная дочь.
Спасибо.
Так, гуляш - и всё?
Что? Нет.
Сэр?
Сэр, у меня мало времени.
Я возьму полдюжины ребрышек.
- Это свинина.
- Свинина? Хорошо, я попробую.
Да? Вам подходит?
Хорошо.
- У вас прекрасный магазин.
- Спасибо. Его построили мои родители.
А когда они умерли, он перешел ко мне.
Мои соболезнования.
Это было очень давно.
- Во время войны?
- Нет.
У отца случился сердечный приступ,
мама умерла от разбитого сердца.
Так бывает,
когда двое людей были вместе...
Это было не из-за смерти моего отца,
а из-за смерти моего брата.
Он был старше меня, и я боготворила его,
пока не узнала, кем он стал.
- Гуляш.
- Да.
- 10 немецких марок, пожалуйста.
- Да.
Спасибо. Приятно было
с вами познакомиться.
- Извините, если я был несколько назойлив.
- Нет.
Ты из Америки, верно?
Я всегда хотела туда поехать.
Может, в Калифорнию. Попробовать сёрфинг.
Ты пробовал сёрфинг?
Почему я думаю,
что американцы любят сёрфинг?
Я живу рядом с пустыней.
В Америке есть пустыни? Я не знала.
Я выросла в другом мире. Там,
откуда я родом, каждый день идет дождь.
Чем вы там занимаетесь - в пустыне?
У твоих родителей есть бассейн
или что-нибудь подобное?
У меня был мопед.
Как ты попал из пустыни сюда?
- Я должен был это сделать.
- Ты должен был похитить меня?
Убить меня?
Зачем?
Я ничего не сделала.
Ты не нацист.
Ты же должен это знать.
Ты должен это знать.
Ты вспомнишь. Ты можешь
приказать своему мозгу вспомнить.
- Нет, подожди.
- Нет.
Можно мне стакан воды? Пожалуйста?
Спасибо.
Я правда очень признательна за...
Спасибо.
Нет.
Нет!
Нет, пожалуйста, не надо.
Что с ней случилось?
Автомобильная авария. В нее попал осколок.
- Осколок?
- Да.
Мы слышали о стрельбе.
- Авария, я же сказал.
- Ей нужна кровь.
Она потеряла много крови.
Срочно нужна операция.
Хочешь быть героем?
Будь матерью.
Хочешь что-то сказать?
А ты?
Как насчет «Спасибо, папа,
что снова спас мою задницу?»
То есть ты не против, что твоя дочь
в тюрьме по ложному обвинению?
Я не хочу, чтобы моя вторая дочь
к ней присоединилась.
Когда у нее есть малышка,
которая в ней нуждается.
- Ты понимаешь, как это эгоистично?
- Эгоистично?
Я делаю всё,
чтобы вытащить сестру из тюрьмы.
Я рискую всем ради Имани.
- А что делаешь ты, папа?
- Что?
Я закладываю дом и нанимаю адвокатов.
Я подаю петиции хабеас корпус.
Я подаю дело в суд, привлекаю прессу.
Я поступаю правильно. По закону.
Делай что хочешь, это не поможет.
Нет ничего правильного или законного
в том, что случилось с Имани, папа.
Думаешь, я этого не знаю?
Ты знаешь, сколько раз меня
арестовывали за протесты
и сидячие забастовки, сколько раз я
томился в камере, истекал кровью, плакал,
чтобы ты этого избежала?
Чтобы две мои маленькие девочки
могли жить там, где видно солнце.
Где они могли бы улыбаться,
радоваться и быть свободными.
Стать теми, кем они хотят стать.
Строишь из себя члена
Черной освободительной армии.
Слава богу, тебе хватило ума
не брать с собой оружие.
Я пытаюсь поступать правильно, папа.
Ты всегда пыталась.
С самого детства.
Каждое дело становилось твоим.
Малика - мое величайшее дело.
Я пытаюсь сделать мир лучше ради нее.
В том-то и дело, милая. Ты и есть ее мир.
Пытаясь спасти мир,
ты подвергаешь ее риску.
У вашей подруги серьезное ранение.
Может лопнуть артерия.
- Это не операционная.
- Сделайте что можете.
- У меня только местные...
- Приступайте!
Хочешь быть героем? Будь матерью.
Подари ей радость.
Подари ей будущее. Будь рядом с ней.
Если она потеряет тебя...
У нее есть дочь. Понимаете?
Маленькая девочка.
- Где ты была вчера ночью?
- Меня не было дома.
- Если она потеряет тебя...
- Не потеряет.
Спасала мир?
Да. Но я всегда буду возвращаться домой.
Ты ведь это знаешь?
Я всегда буду возвращаться домой.
Однажды ты поймешь,
и когда это произойдет,
боюсь, будет слишком поздно.
АНЖЕЛА ЦУХС
Мама.
Я думал, это была ты.
Когда я увидел ее в нашем магазине...
Я словно попал в прошлое.
Она так похожа на тебя, мама.
Кто бы мог подумать.
Томас. Должен сказать,
а ты хорош, как и говорила Хильда.
- Ты призрак. Серьезно.
- Призрак призрака сразу узнает.
Ну, что скажешь?
Мы собираем небольшую группу в Нью-Йорке
с целью выследить сбежавших нацистов,
привлечь их к ответственности.
Неужели?
Думаешь, я стал бы лететь сюда
восемь часов, чтобы шутить с тобой?
- А кто привлечет к ответственности вас?
- Прошу прощения?
Вы приехали в Германию,
проделали такой путь -
и посещаете могилу родителей
некоего Вильгельма Цухса.
Человека, который разрушил ваш мир.
Да. И что?
- Что?
- Мы кладем камни.
Евреи кладут камни на могилы, а не цветы.
Я думал...
Камни не умирают. Камни не увядают.
Камни вечны, как воспоминания.
Как память обо всех,
кого ты убил, Вильгельм.
Думаешь, я этого не знаю?
Зря ты так хорош.
Некоторым призракам
нужно оставаться в тени.
Не смотри.
Прости меня, мама.
- Нет, пожалуйста, не надо.
- Нет!
Эй.
- Что?
- Эрик увидел, что едет машина.
Пора.
Ладно. Тогда пошли.
Нет.
Нет.
Шоу начинается!
Нет.
ЛОС-ОЛМОС
Давай.
- Нужно уходить.
- Нет.
Это засада.
Джона.
Подонок!
Милли.
Давай.
Я поднимаюсь.
Вставай. Вон туда. Иди.
Он мой!
Джона.
Мы выходим.
Я вышибу ей мозги,
если вы не опустите оружие.
- Я не опущу пистолет.
- Привет, Джона.
Опустите оружие.
Мы уходим, или она умрет.
Клара. Клара, всё будет хорошо.
Возьмите меня.
Ты хотел меня - возьми меня.
- Я в него попаду.
- Не стреляй.
- Хэрриет?
- Джо мой. Вали его.
- Не стреляй.
- Я убью ее.
Не стреляйте.
- Они на прицеле.
- Не стреляйте.
Завали его.
- Джона.
- Тебе нужен я.
Стреляй в него!
- Отойдите.
- Джона.
Джона.
Не стреляйте!
Не стреляйте!
Положи оружие.
- Не двигайся.
- Клара, прости. Мне так жаль.
- Мне очень жаль.
- Отойди от меня, блин.
Подожди.
- Здесь еще кто-то есть?
- Нет.
Ты стрелял в Рокси.
Она погибла?
Возможно.
Что с тобой случилось?
Я...
Я не знаю.
Вставай.
Вставай.
- Хэрриет.
- Что?
Я знаю, где Гитлер.
Я могу отвести вас к нему.


Серия 16

У меня плохое предчувствие на его счет.
Он играет с нами, как кошка с мышкой.
Мы не можем ему доверять.
Думаешь, он позволил
схватить себя намеренно?
Он выстрелил Трэвису в лицо.
Через него можно добраться до Гитлера.
Два дня назад ты хотела уйти.
Теперь ты хочешь остаться.
Ты сказала, если мы найдем Гитлера,
это всё искупит.
Все наши неудачи, все наши грехи.
Я приведу вас прямо к нему.
Клянусь.
Можем ли мы доверять тебе, Джо?
Доверие.
Меня бросили на хрен!
Меня даже не искали.
И тебе интересно,
можешь ли ты доверять мне?
Клара! Стой, послушай.
Я расскажу тебе всё, что ты хочешь знать.
Что ты вообще можешь сказать?
Я знаю, что тебе страшно.
Послушай, те люди... Они были чудовищами.
Думаешь, это они меня пугают?
Меня пугаешь ты.
Я видела тебя.
Я видела, на что ты способен.
О чём ты говоришь?
Эти люди были нацистами.
- Клара, настоящими нацистами.
- Знаю-знаю.
И нужно было обратиться в полицию.
Или в суды, или прессу, или к военным...
Они знают! Они все знают.
И они ничего не сделали.
Ничего! Ты понимаешь?
В этом вся... В этом вся суть.
Вот...
- Вот почему я должен...
- Убивать людей. Своими руками?
Это нацисты! Я выслеживаю их и убиваю.
Ведь если не я, то кто?
Я скрывал это от тебя.
Я скрывал это от тебя.
Это было неправильно.
Но это только потому,
что всё почти закончилось.
- Закончилось?
- Да, всё.
- Еще одно - и всё.
- Еще одно убийство?
Только одно. Обещаю.
Думаешь, мне нравится это делать?
То, что я увидела сегодня,
наводит на такую мысль.
Ты видела сегодня,
как я делал всё необходимое,
- чтобы, блин, спасти тебя.
- Я себя спасла!
Взывая к человечности другого человека.
А не отнимая ее хладнокровно.
- Ты выбрал насилие.
- Нет, воздаяние,
пока весь мир отвернулся. Но мы не можем.
И не станем.
У нас нет выбора,
нет возможности отвернуться,
как это делаете вы.
Ты правда
убил ребенка в Испании?
Это был несчастный случай.
- Боже.
- Нацист использовал своего внука...
Твоя нежная душа...
- Она еще здесь.
- Нет, ее больше нет.
Она исчезла.
И из всего ужаса, что я видела сегодня,
это было худшим.
Это было худшим.
Клара, прекрати, пожалуйста.
- Еще одно...
- Нет, это не так. Это ложь!
Я не обманываю тебя.
Я знаю.
Я знаю, но ты лжешь себе.
Я не могу выйти замуж за убийцу.
Я не могу любить монстра.
Клара, пожалуйста. Клара!
Клара!
ОХОТНИКИ
В списках СС числится
некий Матиас Керн, пропавший без вести.
Я видела Матиаса Керна
в файлах иммиграционной службы.
Да, есть.
Ты в порядке, Рути?
Всё отлично. Спасибо.
Похоже, мы что-то нашли.
Я разговаривала с бывшей коллегой из МИ-6.
Она считает, что агентство нашло
гауптштурмфюрера Питера Хартмана.
- Хартмана?
- И Лайнуса Раундса.
Элгара Виттбека, Гюнтера Домсхрона.
Джекпот.
Да, если бы их
не нашли в морге Буэнос-Айреса.
Что?
Семь загадочных смертей
пожилых граждан Германии
в последние четыре месяца в Буэнос-Айресе.
Аргентинские власти хранят молчание.
Думаешь, есть группа, подобная нашей?
Охотящаяся на нацистов?
Мой контакт считает, что это один человек,
волк-одиночка,
уничтожающий нацистов,
не оставляя даже отпечатков пальцев.
У него может быть кладезь информации,
которая откроет для нас всё.
Итак, отправляемся в Южную Америку.
И мы найдем этого волка-одиночку.
Говорила же, она будет проблемой.
Она просто потрясена.
А что насчет тебя?
Ты был потрясен в ту ночь,
когда убили твою бабушку?
Ты убежал?
Насколько я понимаю,
ты не горевал, а действовал.
Не вера разлучает тебя с Кларой.
А твое естество.
Мы монстры?
Помогите мне уложить ее.
Рокси.
- Рокси! Рокси, ты в порядке?
- Да.
- Господи.
- Пулю извлекли.
Тебе что-нибудь нужно? Ты в порядке?
Да, я в порядке.
Какого хрена!
- Лонни!
- Стой!
Что он делает?
- Стой!
- Опусти пистолет!
Лонни, опусти пистолет, хорошо?
Опусти, мы объясним.
Он убил Джорджа. Он пытался убить Рокси.
И почему-то он до сих пор жив.
Он наш единственный способ
добраться до Гитлера. Понимаешь?
Хорошо. Я сейчас пристрелю Джо.
- Лонни, пожалуйста!
- Стой.
Посмотри, что ты сделал со мной.
Знаешь, как долго я тебя искала?
Сколько месяцев я рыскала по городу?
Сколько ветеранских больниц я посетила?
Я знала, что ты бы так просто не уехал.
- Рокси.
- Нет!
- Нет.
- Он пытался тебя убить.
Это был не он.
Прости...
Мы должны действовать быстро.
Если Джо не вернется,
Гитлер поймет, что его люди подвели его.
Он будет ждать нас с армией.
Это наш единственный шанс найти Гитлера.
Наш единственный шанс
сдержать обещание, которое мы дали
в память о шести миллионах.
Больше никогда.
Больше никогда.
Больше никогда.
Я помогу тебе.
Вот так.
Ты в порядке?
Да.
Просто...
Лонни, я просто хотела
увидеть его своими глазами,
чтобы однажды я могла сказать Малике,
что ее мама изгнала зло из этого мира.
Ты не та, кем можно пожертвовать.
Не то что я.
Ты должна быть здесь ради нее.
ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ЖИЗНИ
Я вот подумала...
Зачем?
Зачем портить прекрасный день?
Своими мыслями.
Не начинай.
В этом ты вся. Думаешь
и строишь планы.
Каждый план, что я придумала,
принес тебе одну лишь пользу, Адольф.
Каждый?
Да.
А простое «спасибо»,
признательность - разве это убьет тебя?
Тебе бы это понравилось.
Если меня что-то убьет.
Смена режима необходима
для успеха Четвертого рейха.
Наши последователи
становятся моложе. Невежественнее.
Это моя специализация.
Да, была! Пока ты не потерпел неудачу.
Ты неудачник, Адольф.
Ты проиграл. Этого не повернуть вспять.
Но твое имя пока еще что-то значит.
И если бы у тебя был сын или дочь,
они бы могли использовать твое имя,
продолжить твое дело.
К счастью для тебя,
у тебя есть жена.
Миссис Гитлер.
Миссис Гитлер.
Мы создадим движение.
Мы доберемся до них с помощью оружия
более мощного, чем ядерная бомба.
Со мной в качестве их нового лидера.
Женщина будущего.
Мать для каждого
потерянного ребенка в мире.
Известные историки всего мира
пишут обо всём, что я создал.
Своими руками,
своим сердцем и мастерством.
Я построил новый мир.
И во всех этих книгах
твое недостойное имя стоит рядом с моим.
Рядом с моим!
Выйти за меня замуж
было твоим лучшим достижением.
И ты почему-то убеждена,
что заслуживаешь большего.
Ты
лишь подстилка, с которой я сплю.
Почему бы тебе не прислушаться
к тому, что всегда
тебя спасало?
К моему голосу!
Почему мы едем на восток?
Мы же должны ехать на запад, так?
Нет. Вы меня неправильно поняли.
Ты говорил «запад».
Вы ослышались.
Я знаю, где он.
Любое неверное движение Джо -
и мы его уберем.
Знакомое чувство, да?
Как в нашу первую встречу.
АРГЕНТИНА
1977 ГОД
Так это все они?
Да.
Итак, вопрос в том, как этот убийца
так быстро исчезает с места преступления?
Как он это делает?
- Я полагаю, ты мне расскажешь.
- Конечно.
Он поражает свои цели в разных местах.
Разные способы,
но у них есть кое-что общее.
Каждое из мест убийства граничит с лесом.
Густой лес с множеством тропинок
и центром вот здесь.
На снимках видно,
что здесь есть строение. Дом.
Думаю, здесь мы найдем
нашего охотника за нацистами.
Вот он.
Майер!
Кто вы такие и что вам нужно?
Нет. Опусти нож, пожалуйста. Опусти нож.
Я могу воткнуть его в шею,
если мне не понравится твой ответ.
- Майер.
- Скажи, зачем вы здесь
и что хотите, или я перережу ей горло.
Мы здесь из-за тебя.
Нам нужна твоя помощь.
У нас есть группа людей, таких же, как ты.
Мы ловим беглых нацистов
и вершим над ними правосудие.
Послушай. Видишь?
Меня зовут Майер Оффермен.
Это невозможно. Я знала Майера Оффермена.
Откуда?
Майер Оффермен любил мою сестру.
Хава.
Мне это необходимо.
Спасибо.
Знаешь, она долго думала, что...
Что ж, мы все думали...
что ты умерла.
А если это так, Майер?
Что, если это наш рай?
Охота на них.
Что, если это наша награда?
Слишком много боли.
Присоединяйся к нам.
Мы делаем то, что и ты.
Давай я отвезу тебя в Америку,
- увидишься с Рут.
- Я не могу.
Нет, я всё профинансирую.
- Не нужно.
- У нас доступ ко всем видам документов.
Я сказала - нет.
Как давно ты знаешь, что Рут жива?
Двадцать лет.
Я знаю, как выглядит ее дом в Бруклине.
Немного похож на наш.
Я знаю, что случилось с ее дочерью.
Твоей дочерью.
Я знаю, что у нее есть внук,
Джона, который для нее всё.
Я знаю, что скучаю по ней.
Почему? Почему ты не сказала ей?
Если бы она знала, кем я стала,
она бы захотела меня остановить.
Она всегда хотела защитить меня.
Это была ее обязанность.
Но это - мое.
Мне нравится, кто я сейчас.
Мне нравится, кем я стала.
Хава?
Она умерла много-много лет назад.
Работа - это всё...
Это всё, что у меня есть сейчас.
Ты не скажешь ей, что видел меня.
Это не твоя правда, Майер.
Я понимаю.
Обещаю, я не скажу.
Обещаю.
Ты не думаешь,
что она заслуживает знать правду?
Рут заслуживает многого.
Так же, как и Хава.
Человек заслуживает того,
чтобы самому рассказать свою историю.
Как правду, так и неправду.
Но мы должны молиться за Хаву.
Почему?
Она не видит ясно.
Это проклятие святого.
Всё, что видит свет, - это тьма.
И вот, это то, кем она себя считает.
Тогда как всё,
что мы видим в ней, - это свет.
Когда тебя слишком много раз ломали,
когда ты заходишь слишком далеко, чтобы
справиться, выжить,
ты не знаешь, куда девается разум.
Немного отдохнем.
Восстановим силы.
Когда я...
Когда я только сбежала из лагеря...
Я услышала историю,
легенду,
сказку
о человеке, который жил в лесу.
Нацисты звали его «Чумой».
Еврейский супергерой.
Он стирал нацистов с лица земли.
И много лет спустя
я встретилась с Чумой.
Влюбилась в него.
Следующие два десятилетия мы провели,
убивая нацистов, я и Зев.
Пока однажды
он не отложил маску и плащ,
а я не смогла.
Ему бы это понравилось.
Он говорил, что если
я когда-нибудь найду Гитлера,
он снова наденет маску и плащ
и разберется с ним.
Вот так сказал Зев.
Что ж...
Однажды у костра,
или перед сном, или в темноте леса,
угнетенные народы мира будут
рассказывать истории про вас.
Банду супергероев.
И вы тоже станете легендой.
Сказкой.
Мифом.
Если только у нас получится.
- Кажется, это здесь.
- Что здесь?
Что именно?
Помогите ему.
Поможем ему. Давайте поможем.
Что за чёрт?
Что это такое?
Аварийный люк. На случай,
если ему снова придется бежать.
Это может привести нас к нему.
- Здесь система туннелей.
- Где они ведут?
Я не знаю.
Так это может
привести нас прямо к нему в руки.
- Туннели охраняются?
- Не знаю.
Ты не знаешь таких вещей?
Как по-испански будет «это отстой»?
Как далеко главный вход?
Они увидят нас издалека.
Это тот самый путь.
Он заперт изнутри.
Как, чёрт возьми, нам попасть внутрь?
Вот что у меня есть.
Немного взрывчатки должно помочь.
Хорошо. В укрытие!
Закройте уши!
Береженого Бог бережет!
Идем?
Трэвис и Джо должны скоро вернуться.
Надеюсь, с еврейскими скальпами в руках.
Мне скучно.
Сыграем в одну игру.
Что?
У тебя есть другие планы?
Я позволю тебе победить.
Ты не дашь мне победить. Я выиграю.
«Ты победишь».
Ты помнишь, кто тебе это сказал?
- В бункере.
- Нет.
И ты победишь.
И...
ты...
победишь.
Козел, пистолет,
волк, школьник, черное солнце и кролик.
Кто тебе это сказал, Адольф?
В бункере. Кто это был, дорогой?
Проверь карты.
Ты хотел таблетку цианида.
Ты умолял об этом.
Стоя на коленях. И что я сказала?
Адольф Гитлер так не умрет.
Война так не закончится.
Я сказала: «Не делай этого.
Мы выберемся.
Пусть подумают, что мы мертвы.
Потом мы сбежим, начнем
всё заново, и однажды, мой дорогой,
ты выиграешь войну.
И ты победишь».
Вот что я, блин, сказала!
Проверь их.
Ты сказал «козел»?
Пистолет?
Волк.
Школьник.
Черное солнце.
И кролик.
Всё неправильно, Адольф.
Я играю в твою игру уже 35 лет.
Ты наконец-то хочешь победить?
Пора тебе сыграть в мою.
Я знаю, как победит Адольф Гитлер.
Он передаст власть мне.
И так я смогу общаться
с молодежью, с невеждами, с народом.
Народом!
И ты услышишь по телевизору.
По всему миру.
Хайль Гитлер.
Хайль Гитлер!
Хайль Гитлер навсегда!
Хайль Гитлер навсегда.
Я продолжу твое дело.
Послушай меня сейчас, как и тогда.
Мой голос спас тебя.
Мой голос спасет великую белую расу.
Эй! Помедленнее!
Эй!
Я думаю, мы на месте.
- И где же это?
- Кажется, это поляна,
недалеко от центра резиденции.
Кажется? Господи.
Я пойду первым.
Вы за мной. Охрана вас увидит.
Когда это произойдет, им нужно будет
доставить его в бункер под большим домом.
Это даст вам лучший шанс
подобраться близко, чтобы убить его.
Но если он доберется
до бункера раньше нас,
никакое количество
взрывчатки не пробьет эти стены.
Поэтому действуем быстро.
Иди один, отвлечешь их внимание.
Выиграем немного времени.
Мы займем позиции
и доберемся до бункера раньше него.
Ты доверяешь ему идти одному?
Мы зашли так далеко.
Мы не уйдем отсюда без Гитлера.
Только с головой этого монстра на пике.
Иди.
Надеюсь, ты права насчет него.
Доброе утро, Клаудия!
С возвращением.
Принес что-нибудь для нас?
Ганс,
через несколько секунд
вооруженные враги войдут
прямо сюда.
Они прямо за мной.
Они идут за фюрером.
Быстрее! Бейте тревогу!
На счет...
Один...
Два...
Три!
Минди, пригнись.
Надо идти к особняку. Там, наверху.
Вторжение!
Вторжение!
Вторжение!
Идут сюда! Прямо сейчас!
Что там такое?
Вторжение!
Идут сюда! Сейчас!
Мой фюрер, извините, вам нужно
срочно переместиться в бункерную.
Давай же!
Еще идут. На три часа!
Я не могу сообразить. Где?
Справа, идиот!
Чёрт!
Хэрриет, надо идти!
Всем назад в туннель!
Неизвестно, забрали ли они его уже.
Джо!
Джо!
Я не смогла выстрелить.
Назад!
Ладно.
Заводите его внутрь!
Иди туда и заставь его
заплатить за всё, понял?
- Не оглядывайся. Я прикрою тебя.
- Нет уж.
Мы схватим его вместе.
Ты был прав, Джона.
Семья - это всё.
Я позабочусь, чтобы ты был в порядке.
Я не могу. Хава, я не могу.
Послушай меня.
Через несколько недель
мы будем гулять на твоей свадьбе.
- Напьемся до чертиков.
- Нет, не могу. Не могу.
Всё в порядке.
Всё в порядке.
Адольф!
А теперь иди, дурачок.
Беги!
Нет!
Ты не заслуживаешь того,
чтобы выбрать, как это закончится.
Ты должен ответить
за совершенные тобой преступления.


Серия 17

- Я хочу пить.
- Заткнись!
Мои люди нас найдут.
И когда это случится,
я похороню тебя здесь, в пустыне.
Превращу тебя в призрака!
Раньше я думал,
что призраков не существует.
Потом я услышал историю.
Старую историю.
Это что-то типа...
Жил-был человек,
который рассказал историю о человеке,
рассказавшем историю о том человеке,
который рассказал историю
о доме.
ГЕРМАНИЯ, 1942 ГОД
Как насчет анекдота?
Сидит старик в кресле
и рассказывает анекдот.
Это немецкий анекдот.
Ты звал меня?
- Что ты сказал?
- Я ничего не сказал.
Мне показалось, я что-то слышала.
Я рассказывал анекдот.
Никто не хочет слушать твои анекдоты.
Так ведь?
Снег идет.
Марлена была моей любимицей.
Я использовала расческу как микрофон
и притворялась, будто я в кабаре.
Теперь вы.
А сейчас я.
Затем вы крепите четвертую стену
с помощью небольшого количества клея.
Потом крепите крышу, вот так.
Пока она ровная, создается иллюзия.
Милый, пора.
- Сколько, дорогая?
- Семь.
Семь.
Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь.
Защита.
Дубль.
Чушь.
Чушь.
Чушь.
Дорогая.
Любимый.
- Твой ход.
- Твой ход.
Отец дома.
Хьюго.
Это просто гребаная улитка.
Герр Хансом. Для меня большая
честь познакомиться с вами, сэр.
Меня зовут гауптштурмфюрер Хальден.
Это оберштурмфюрер Лунц,
а это унтерштурмфюрер Гриммарк.
Приносим извинения
за вторжение без предупреждения.
Но можем ли мы войти?
Извините, но я плохо слышу.
Почему бы вам,
ребята, просто не зайти внутрь?
Пахнет цветами.
От запаха цветов меня тянет в сортир.
- Тихо.
- Идемте.
Садитесь. Дорогая!
- Милый?
- К нам пришли ребята.
Иду.
Садитесь, пожалуйста.
Герр Хансом. Фрау Хансом. Для нас
большая честь познакомиться с вами обоими.
- Что ты сказал, сынок?
- Что ты сказал, дорогой?
- Я спросил: «Что он сказал?»
- Я ничего не сказала.
Я сказал, что для нас
честь познакомиться с вами.
Вы спроектировали залы и замки
для рейха, достойные самого Бога.
Пусть живут вечно. Как и наш фюрер.
Когда вы сюда переехали, герр Хансом?
Переехали? Мы сами всё построили.
Мы вдохнули жизнь
в этот дом. Мы его создали.
- Тридцать лет назад.
- Двадцать девять лет назад.
Тридцать лет, Хельга.
Тридцать - двадцать девять, 30-29
Тридцать - двадцать девять, 30-29
Тридцать - двадцать девять, 30-29
Герр Хансом, у нас неприятный вопрос
для вас и для фрау Хансом.
Я уверен, что это какая-то путаница.
Но спросить всё равно надо.
Мы получили наводку
от нашей службы разведки,
и я должен спросить как можно деликатнее
и уважительно, насколько это возможно:
есть ли кто-то еще,
кто прячется в вашем доме?
Подожди, дорогая. Подожди.
Я должен. Мы не можем лгать.
Мы укрываем в этом доме других.
- Они нас сейчас слышат?
- Возможно, да.
- Сколько их там?
- Сложно сказать.
- Что в этом сложного?
- Они приходят и уходят.
Где они сейчас?
В стенах.
Под половицами.
На потолке.
Как давно они здесь?
- Тридцать лет.
- Двадцать девять.
Но война началась всего четыре года назад.
А какое отношение к ним имеет война?
А что, война не имеет отношения к евреям?
Евреи?
В этом доме нет евреев.
Тогда кто же находится в стенах,
под половицами и на потолке?
Призраки, дорогой.
В этом доме есть призраки.
Мы слышим их каждую ночь,
они шепчут странные мелодии,
смеются над странными шутками.
Герр Хансом, мы с моими коллегами
не занимаемся призраками.
Мы охотимся на евреев.
И мы получили информацию,
что в этом доме могут скрываться евреи.
- Что он сказал, дорогой?
- Евреи.
Евреи? Здесь? Нам понадобится дезинсектор.
Сынок, если ты думаешь,
что евреи могли проникнуть внутрь...
- Любыми средствами...
- Избавьтесь от них.
При всём уважении, сэр,
мы здесь для того, чтобы выяснить,
было ли активное содействие.
Фрау Ольга Хидденбрау
утверждает, что Хельга Хансом
купила на рынке трех целых уток.
Это много птицы для двух человек.
Да, конечно. Кряк.
Я редко выхожу из дома.
Но когда я это делаю, то покупаю с запасом
и замораживаю их в холодильнике.
Вы не возражаете, если мы осмотримся?
- Пожалуйста.
- Пожалуйста.
Составь компанию прославленному
герру Хансому и прекрасной фрау Хансом,
хорошо?
Знаете,
я учился на архитектора.
Правда?
Я изучал архитектуру на вашем примере.
Никогда не поздно следовать зову сердца.
Чёрт!
- У вас есть внуки?
- Что вы сказали?
- У вас есть внуки?
- Нет, дорогой.
А дети у вас есть?
Когда-то у нас был ребенок.
Я собрал для него красивую кроватку.
Сам вырезал из дерева.
Вырезал зверушек на дереве.
Львов и медведей.
И овец.
Помнишь, Генрих?
- Чтобы Хьюго спал.
- Хьюго?
Так меня зовут.
- Да?
- Да?
Это прекрасное имя
для прекрасного мальчика.
Я спроектировал ее так,
чтобы она слегка раскачивалась.
Чтобы он чувствовал себя так,
словно всё еще находится в утробе матери.
Но...
Но он вырос.
Как это делают мальчики.
Однажды ночью он забрался наверх,
как это делают мальчишки,
упал
и сломал себе шею.
Хельга, он не падал.
Дерево сломалось под его весом.
Оно было недостаточно прочным.
В дизайне был один изъян.
В моём дизайне.
Его кроватка стала для него гробом.
Мы нашли его на следующее утро.
Хьюго выглядел умиротворенным.
А кроватка всё еще качалась.
Я не знаю, может быть,
нам с Хельгой не суждено было иметь детей.
Я не знаю, были ли
мы способны позаботиться о них.
Мне так жаль.
Вы очень добры.
Но сожалеть не о чём.
Он всё еще здесь.
Хьюго. Это его призрак.
Его призрак среди них.
Генрих рассказывает
самые смешные анекдоты.
Вы это слышали?
Я люблю свинг.
Идем же.
Выключите.
- Вы слышали это?
- Что «это»?
Должно быть, мне послышалось.
Мы слышали в этом доме
так много всего, Хьюго.
Этот дом - нечто.
Мои родители не хотели,
чтобы я стал архитектором.
Они считали это праздным занятием.
И если честно, я не был изобретателен.
Я мог только копировать то, что было
создано раньше. Повторять мастеров.
Поэтому, когда меня позвали в СС,
я вступил в их ряды.
Но я использовал свои неудачи в дизайне,
чтобы проложить новый путь.
Новая карьера. Новое искусство.
Люди думают, что ключ к поимке евреев -
думать так, как думает еврей.
Но нет.
Это значит думать так,
как думает архитектор.
Думать так, как думает сарай,
школа или дом.
«Где бы я, дом, мог спрятать еврея?»
Интересно.
Вы построили красивый дом.
Снаружи он такой большой.
Но внутри кажется меньше.
Значительно меньше,
так ведь?
Лишь обман зрения.
Принудительная перспектива.
Мои глаза меня не обманывают.
А ваши меня обманывают?
И что самое странное, эта стена,
эта древесина
не состарилась, как другие.
На самом деле...
кажется, что ей всего несколько лет.
- Свежий ремонт?
- В моём-то возрасте, сынок?
Генрих с его артритом вряд ли сможет
отремонтировать свой образцовый дом.
Я не понимаю, сэр.
Я заметил, что длина задней несущей
стены - 15 м. А здесь я вижу только 12 м.
Когда мы танцевали, я измерял.
Каждый шаг - один метр.
И всё это говорит архитектор-неудачник.
Что вы прячете?
Что за этой стеной?
Ничего. Только призраки.
Призраки правят этим домом.
Они обитают в этих стенах.
- Генрих...
- Всё в порядке, Хельга.
Вы были моим героем.
Как вы могли предать Рейх, приютив евреев?
Зачем мне прятать евреев?
Мне, главному архитектору рейха.
Я строю башни и гробницы, дворцы и тюрьмы
для фюрера.
Сооружения смерти, где злоумышляют,
покоятся и живут убийство и война.
Может, видя, для чего использовались ваши
творения, вы однажды, всего раз, пожелали,
чтобы хоть один гроб,
что вы построили, превратился в кроватку.
В моём преклонном возрасте
моему сердцу не пристало быть преданным,
моя совесть должна была быть как флюгер.
Но на 80-м году жизни я всё переосмыслил.
Никогда не поздно следовать зову сердца.
Генрих.
Всё будет хорошо, Хельга.
Хьюго не убийца.
- Эрнст, Матиас.
- За этой стеной ничего нет.
- Только призраки, только Хьюго.
- Эрнст, Матиас, спускайтесь сюда.
Сынок, пожалуйста. Что ты делаешь?
Что за этой стеной? Говорите,
что там, или я буду стрелять.
Клянусь, ничего нет.
Он говорит правду.
Простите.
Призраки.
Нет.
Скорее, Хельга.
Хельга!
Мать дома.
Немец сидит в кресле
и рассказывает анекдот.
Смешно.
Теперь вы.
А сейчас я.
Затем берешь двумя пальцами
и приклеиваешь к ловушке в стене. Вот так.
Это застигнет их врасплох.
- Вуаля.
- Да.
Помни, Зев, мы строим это
не потому, что хотим,
а потому что должны.
- Хорошо, мой мальчик?
- Хорошо.
Счастливое число девять.
Твоя очередь, Зев.
- Семь.
- Семь.
Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь.
Чушь.
Удачи в следующий раз, мальчик мой.
Отец дома.
Герр Хансом, большая честь
познакомиться с вами, сэр.
Я гауптштурмфюрер Набор.
Это оберштурмфюрер Критц,
а это унтерштурмфюрер Ригард.
Мы входим.
Ребята, хотите чайку?
Итак, чем мы можем помочь вам, ребятки?
Герр Хансом, вы помните
встречу с гауптштурмфюрером Хальденом,
оберштурмфюрером Лунцем,
унтерштурмфюрером Гриммарком неделю назад?
- Кто они?
- Они из отряда охотников за евреями.
В понедельник, 4 мая,
после очередного задания они поехали сюда.
Затем они должны были
направиться в Лейпциг.
Но они так и не прибыли.
У нашего отряда есть расписание проверок:
с 9:00 до 15:00, с 12:00 до 18:00.
Люди расстраиваются, когда время
оговорено, а оно не соблюдается.
Парень, который звонил
с наводкой по квартире в Лейпциге,
сказал, что они не появились.
И не вернулись в казармы.
Вы помните, что видели их?
- Кого, сынок?
- Отряд охотников за евреями.
Вы, мальчики, ищете паршивых евреев?
Нет. Мы отдел
по поиску пропавших без вести.
Мы ищем отряд,
который ищет паршивых евреев.
Но да. Мы тоже убиваем евреев.
Приходили какие-то ребята.
- Очень добрые ребята.
- Очень красивые парни.
Они искали около 30 минут,
а затем отправились дальше.
Знаете, в котором часу?
- Думаю, это было в 16:00.
- Кажется, это было в 16:30, дорогой.
По радио как раз заканчивалась
программа фрау Цинкенфеллер «Забавы».
- Я бы сказал, 16:00.
- 16:30.
- 16:00.
- 16:30.
16:00, 16:30, 16:00, 16:30, 16:00, 16:30
Герр Хансом, фрау Хансом,
вы не против, если мы осмотримся?
- Пожалуйста.
- Пожалуйста.
Мне нравится ваш дом.
- Спасибо.
- Нам тоже.
Я бы пожил здесь.
Да.
Сожалеем, что потратили ваше время
впустую. Спасибо, что впустили нас.
Конечно. Надеюсь,
вы найдете этих мальчиков.
Оберштурмфюрер Критц,
унтерштурмфюрер Ригард, пора идти.
Спасибо, герр Хансом.
Извините за беспокойство.
- Какого хрена?
- Чёрт.
- Мне нравится дом.
- Какого хрена?
Ты пристрелил их.
- Да что с тобой такое?
- Мы не могли вернуться ни с чем.
Меня бы лишили звания,
тебя - работы, Герт,
а тебе бы оторвали голову, Андерс.
Мы придумываем историю о том,
что эта пара прятала евреев
и убила трех пропавших
офицеров СС, которые их уличили.
Когда мы приехали,
мы нашли евреев, убили их,
убили этих дряхлых любителей евреев
и похоронили всех на заднем дворе,
отомстив за наших братьев
и вернув порядок в этот город.
Тогда я заполучу дом,
в который перееду через неделю.
Ты сохранишь свою работу,
а ты, Андерс, сохранишь свою голову.
Но они не прятали никаких
гребаных евреев и не убивали офицеров СС.
- Ну и что?
- Ну и что?
- Это Генрих Хансом.
- Это дом Генриха Хансома.
Что ж, тем более. Представьте,
за сколько его можно будет продать.
- Томас прав.
- Что?
Они втроем пропали неделю назад.
Офицеры СС не пропадают.
Если бы мы вернулись ни с чем,
нам бы оторвали головы.
Ты чертов психопат.
Похороним тела в саду за домом.
Поставлю бассейн.
Дамы и господа,
представляю вашему вниманию -
дом!
Я нашел тебя. Я поймал тебя. Еврей.
Фридрих, не бегай. Прошу тебя.
Да ладно. Ему просто весело.
- Зайдем внутрь?
- Да.
Мне нравится мой новый дом!
Дьяволы!
Он такой огромный!
- Утка восхитительна, любимая.
- У нее странный вкус.
- Фридрих, доедай.
- Я не хочу утку.
Мы не можем его выкинуть.
- Дадим тебе яблочное пюре.
- Томас!
«И в темном лесу король,
королева и их маленький принц
нашли самый красивый замок из всех.
Он был старым, особенным
и подходил для таких героев,
как они. И зажили они счастливо».
Говорил вам, надо было уходить,
пока у нас была возможность.
И куда идти?
Мы в трех километрах от заставы СС.
Думаешь, они нас не найдут?
Новая семья, новая еда.
Мы берем только то, что нам нужно.
Хорошо. Пора, Зев.
Хорошо.
Не кричи, мальчик. Или мы убьем
твою гребаную семью. Быстрей.
- Что он здесь делает?
- Он увидел Зева.
- Как ты мог быть таким неосторожным?
- Он не виноват.
Что нам с ним делать?
Если мы оставим его здесь,
из-за него нас всех убьют.
Мы не можем этого сделать.
Мы этого не делаем.
У меня есть способ получше.
Фридрих.
Фридрих.
Фридрих, где ты?
Томас. Томас, где Фридрих?
Что значит, «где Фридрих»?
Его нет в кровати.
Он с тобой?
- Нет.
- Фридрих.
Фридрих.
Фридрих, где ты?
Фридрих!
Где ты?
- Где ты?
- Где ты?
- Фридрих.
- Фридрих.
Мама.
Папа.
Помогите!
- Фридрих?
- Фридрих.
Фридрих, где ты?
Они забрали меня.
- Кто?
- Хансомы.
Это из-за того, что ты сделал, папа.
О чём он говорит?
Фридрих. Где ты, чёрт возьми?
Фридрих. Милый, где ты?
Ближе.
- Ближе.
- Фридрих.
Поговори с мамой.
- Где ты?
- Фридрих.
Томас!
Томас.
Шаббат шалом.
Я так скучаю по Хансомам.
Думаю, они были бы счастливы,
что у нас их дом.
Пожалуй, у нас есть два дня,
прежде чем они хватятся
офицера СС и его семьи.
Нам нужно подготовить дом.
На всякий случай.
Я сделаю. Он меня научил как.
Вот так.
Отлично.
Это поможет.
Дай мне веревку.
Мы должны убедить
коменданта, что мы Ригарды.
Помни: говорю я.
Если он задаст тебе вопрос,
я за тебя отвечаю.
Если он нам поверит, мы сохраним дом.
Хорошо.
Отец дома.
Спасибо, что пришли.
Я не знала, кому еще позвонить.
Вы...
поступили правильно.
Гауптштурмфюрер Рейнольд.
- Можно войти?
- Конечно.
Я сделала его послаще.
Выяснилось, что у него был роман.
И что он был трусом.
Он боялся, что рейх проиграет
этим богом забытым американцам.
Поэтому он сбежал.
- Куда?
- Он не сказал.
Он даже не поцеловал ребенка
на прощание. Не так ли, Фридрих?
Что ж, фрау Ригард,
мы, несомненно, будем искать
вашего трусливого мужа.
Правильно сделали, что позвонили.
Хайль Гитлер.
Вернись сюда.
В этом старом доме призраки.
Позвольте показать вам.
Держись, парень.
Спасибо, что пришли.
Я хороший человек, фрау Ригард.
Я был так одинок
после смерти жены от туберкулеза.
- Гауптштурмфюрер Рейнольд.
- Знаю, это всё неожиданно.
Но очевидно,
что герр Ригард вас не заслуживает.
И я подумал, сидя здесь,
что, возможно, мы могли бы сделать
жизнь друг друга менее одинокой.
Вернись сюда.
- Мой отец не был трусом.
- Нет...
Чёрт.
- Еврейка.
- Нет.
Чёрт.
Ривка.
Пора.
Проверьте под кроватью.
Сюда. Они уходят!
Чёрт!
Зев! Уходите, сейчас же.
Ты построил нечто прекрасное
своими руками и своим умом.
Он был бы очень горд.
А теперь иди. Забирай детей и уходи.
Выйдите через заднюю дверь
и бегите в лес. Идите.
Уходите.
Это правда.
Наверное, мы призраки.
Я думаю, это история о привидениях.
Подожди-ка.
- Никто не придет.
- Заткнись.
Мои люди найдут нас.
- Сюда.
- Давай.
Когда ты сделал нас призраками,
ты научил нас быть невидимыми.
Это безумие!
Безумие!
Это безумие!
Безумие!
Безумие!
Безумие!
Она знала?
Хава знала, что ты его схватил?
Мы сделали это благодаря ей.
Спасибо, Зев.
Спасибо.


Серия 18

Это Клара. Меня нет дома.
Оставьте сообщение.
Клара, это снова я. Звоню,
чтобы узнать, возьмешь ли ты трубку.
Я скучаю по тебе.
Сегодня знаменательный день,
исторический день, поскольку
бывший канцлер Германии Адольф Гитлер
предстанет перед Международным
уголовным трибуналом
за преступления против человечности.
Это кульминация
двух сюрреалистичных месяцев,
в течение которых ДНК
и отпечатки пальцев доказали истинность...
Было начато
расследование того, как Гитлеру
удалось инсценировать
собственную смерть и избежать правосудия.
Считается, что тайная группа
«охотников за нацистами» поймала
Гитлера, чтобы предать его суду.
Только один член группы
был публично идентифицирован.
Женщина, которая в одиночку привела
Адольфа Гитлера в американское посольство
в Уругвае.
Бывший агент ФБР...
Миллисент Моррис.
Расскажите, как вы его поймали?
Хотите его повешения?
Должен ли Гитлер быть казнен?
Эй, ты в порядке?
Я бы хотела,
чтобы мой Марри был здесь и видел это.
Он здесь.
Он видит это.
У него магазин игрушек на Манхэттене.
Да. Хайнц Рихтер открыл магазин
игрушек «Красный шарик» 20 лет назад.
Он живет один в Форест-Хиллз.
1977 ГОД
- Это уже что-то, но нам нужно больше.
- Больше?
Да, больше.
Мы должны быть уверены на 100%.
- Но, Рут...
- Она права.
Этот человек - коллекционер.
Он должен был
сохранить что-то из прошлой жизни.
Уверяю вас.
- Проникни внутрь. Посмотрим, что найдешь.
- Майер, это небезопасно.
А убийство невинного человека?
Вот от чего мы никогда не отмоемся.
Мы близко, но нам нужно быть уверенными.
Я постараюсь.
Отлично.
Да.
Подумать только, после стольких лет
мы, возможно, нашли его.
- Посмотри, что мы создали.
- Это здорово.
Это не единственное,
что мы создали, Майер.
Наоми была красивой девушкой.
Так звали мою мать.
Твоя мать была святой.
Поэтому я думала,
что это передастся и Наоми.
Но она была очень своенравная.
- Не по годам развитая, смелая...
- Как ее мать.
Но также похожа на своего отца.
Она была доброй, хорошей.
Я бы хотела, чтобы ты с ней познакомился.
Я бы тоже хотел.
Посмотри на меня, Майер. Посмотри.
У нее были твои глаза.
Я помню, как он истязал тебя
в той ужасной комнате.
Мне казалось, я тоже чувствовала это.
Это высеклось в моём сердце.
Так много шрамов, Рут.
А мы сплошные шрамы, да?
Я так рада, что нашла тебя.
Наконец-то я нашла тебя.
Оставьте его в живых!
Служба безопасности в здании суда Мюнхена
в состоянии повышенной готовности.
Германия получила достоверные угрозы
возможного теракта
от групп белых экстремистов.
Ожидается эмоциональный день,
поскольку среди зрителей
будут выжившие в лагерях.
Боже, он выглядит стариком.
Да.
Власти опасаются нападений.
И не зря.
Шоу начинается.
Судить Гитлера будут пять судей.
Борис Федоров из России,
Марион Женере из Франции,
Арчибальд Холлингс из Великобритании,
Лоррейн Коллинз из США
и председатель Верховного суда
Германии Вольфганг Мюллер,
чья объективность поставлена под сомнение
из-за его возможных связей
с нацистами в бытность студентом юрфака.
Судья Мюллер
не прокомментировал эти утверждения.
Мы проведем Международный
трибунал по военным преступлениям
от имени народа против Адольфа Гитлера.
Многие назвали это дело
судебным процессом тысячелетия.
Я бы предложил, чтобы в этом
зале суда, с этим представителем суда
этот процесс прошел так же,
как и любой другой.
Мы здесь для того, чтобы установить
невиновность или вину этого человека
вне всяких разумных сомнений
в преступлениях, в которых его обвиняют.
Помните, мои коллеги-судьи и я должны
прийти к единогласному решению,
прежде чем решение
признается окончательным.
Мистер Франкель, слово обвинению.
Хотя не будет преувеличением сказать,
что наше дело было сложнейшей задачей -
взвесить тяжкие преступления
обвиняемого Адольфа Гитлера,
факт в том,
что это дело относительно простое,
учитывая работу наших
предшественников и прецедент, созданный
военным трибуналом в Нюрнберге и другими
судебными процессами после войны.
Поэтому мы настаиваем на том,
чтобы представить вам
предельно ясное, «железное» дело.
Спасибо, мистер Франкель.
Защита может встать
и изложить свою версию.
Утри им нос.
Предатель!
Предатель!
Еврей! Как ты можешь защищать его?
Соблюдайте порядок в суде.
Ваша честь,
я выступаю перед вами
от имени моего клиента, Адольфа Гитлера.
И...
Я здесь не для того, чтобы утверждать,
что мой клиент не монстр,
что он не был диктатором или даже убийцей.
Я здесь, чтобы защитить
его право на свободный и справедливый суд.
И я здесь,
чтобы доказать, что с Адольфа Гитлера
должен быть снят
ряд определенных обвинений.
Благодарю.
Продолжим.
Расскажите, где вы трудились,
м-р Шпеер, между 1942 и 1945 годами.
Я служил рейху в качестве министра
вооружений и военного производства.
Письменные показания,
подписанные вами в Мюнхене.
Не могли бы вы прочитать
выделенный раздел суду?
«Ненависть к евреям была девизом
и центральной идеей Гитлера.
Возможно, даже тем самым
элементом, который его мотивировал.
Я присутствовал на заседании
рейхстага 30 января 1939 года,
когда Гитлер заверил нас,
что в случае войны
будут уничтожены не немцы, а евреи».
Скажите, когда вы впервые
узнали о плане Адольфа Гитлера
по уничтожению
еврейского населения Европы?
- Протестую, Ваша честь. Манипуляция.
- Протест принят.
Продолжим. В 1945 году
Гитлер издал приказ «Нерон».
В чём суть этого документа?
Всё ценное на территории рейха,
что могло быть использовано врагом
для ведения войны, подлежало уничтожению.
И почему он издал этот приказ?
- Протестую, Ваша честь. Предположение.
- Принято.
- Ваша честь, этот свидетель...
- Отклоняется.
Продолжайте.
Скажите, когда вы в последний раз видели
Адольфа Гитлера в его бункере в Берлине,
что он вам сказал?
Он сказал,
что его самым большим сожалением
было то, что он не уничтожил евреев.
Как вы думаете, почему это было
его самым большим сожалением?
Протестую, Ваша честь. Предположение.
- Принято.
- Ваша честь, это...
Я сказал, что принято.
- ...в рамках обвинения...
- Я сказал, что принято.
Да.
Чёрт.
Советники, в мой кабинет.
Вы позволите мне
произнести больше одного вопроса,
прежде чем
поддерживать внезаконный протест?
Вы закончили?
Да.
Ваша честь.
Напомню вам, прокурор,
что бремя доказывания
в данном случае ложится на вас.
Вы должны твердо установить виновность
Гитлера в преступлениях против мира,
человечности и военных преступлениях,
заговоре с целью совершения
вышеупомянутых преступлений.
Предъявленные обвинения -
если докажете всё это
вне разумных сомнений,
решение будет в вашу пользу.
Но если не сможете,
я приму решение в его пользу.
Всё очень просто.
Вы меня поняли, мистер Франкель?
Да.
Отлично.
Я просто делаю свою работу.
Поступаю правильно.
Мы оба евреи,
и всё же у нас очень разные
представления о том, что такое правильно.
Теперь мы приглашаем
на трибуну выживших после Холокоста.
Суду надо отказаться
от абстракции геноцида
и услышать всё это от самих жертв.
Приступайте, м-р Франкель.
Слово для выступления
предоставляется г-же Минди Марковиц
из Бруклина, Нью-Йорк,
родом из Калиша, Польша.
Представьтесь суду, пожалуйста.
Минди Марковиц.
- Абрахам Путницкий.
- Эстер Шварцман.
- Вадома Орсос.
- Исаак Вольф.
- Сара Вайл.
- Скажите, где вы родились?
- Калиш, Польша.
- Берлин, Германия.
- Острава, Чехословакия.
- Залаэгерсег, Венгрия.
- Вена, Австрия.
- Лодзь, Польша.
Расскажите нам, что произошло
с вами при нацистском режиме?
Гестапо забрало нас
из нашей маленькой квартиры
и загнало в вагоны для перевозки скота.
- Возражаю, Ваша честь.
- На каком основании, советник?
Я глубоко сожалею о том,
что пришлось пережить миссис Марковиц,
но протестую, поскольку
это не имеет отношения к делу.
Ваша честь,
в то время, когда правда о Холокосте часто
и яростно отрицается,
умаляется и обеляется,
важно установить
фундаментальную истину о том,
что Холокост имел место.
Что это была систематическая кампания
геноцида со стороны ряда лиц и государств,
многие из которых
хотели бы списать это на вымысел,
кампания, которая привела
к гибели 11 миллионов
мужчин, женщин и детей.
И была задумана и приведена в исполнение
тем, кто сидит в этом стеклянном боксе.
Если свидетельства этих выживших
об их опыте не имеют отношения к делу,
Ваша честь, что ж,
я тогда не знаю, что имеет.
Отклонено. Можете
продолжать, г-жа Марковиц.
В вагоне для скота
нас было несколько десятков человек.
Не было места, чтобы сесть или сходить
в туалет. Воздуха почти не было.
Нацистский охранник застрелил
моего отца прямо у меня на глазах.
Мою мать тоже.
- А потом засмеялся.
- «Налево, направо».
Так говорили нацистские охранники.
Они повели ее прямо в газовую камеру.
И мы увидели ужасный
черный дым, идущий из крематория.
Ей было семь лет.
Моей дочери.
Мы с другом были вынуждены
отправиться на марш смерти.
Полуголые. Истощенные.
Снег падал нам на головы, когда мы
издалека слышали выстрелы союзников.
Охранники поручили мне
сложить трупы в братскую могилу.
Я не смогла этого вынести.
Поэтому убежала.
Он был красивым мальчиком.
Аарон.
Когда мы добрались до лагерей,
фашисты пытались нас разъединить.
Мой муж, Марри, не отпускал Аарона.
Нацистский охранник
вырвал Аарона из рук Марри
и выстрелил моему малышу в грудь.
Я тоскую по нему каждый день.
И по Марри тоже тоскую.
Жизнь была бы иной, если бы не всё это.
Если бы не ты.
Я давно мечтала об этом дне, о том дне,
когда я встречусь с тобой
и скажу тебе, что я чувствовала.
- Протестую, Ваша честь.
- День, когда меня наконец-то услышат.
Г-жа Марковиц,
адресуйте свои комментарии суду,
а не обвиняемому.
До всего этого
я была совсем юной девушкой.
Мне нравилось танцевать
под Марлен, читать романы,
учиться на инженера.
Я была просто человеком.
Мы были просто людьми.
А ты пытался нас уничтожить.
Чтобы мы вымерли.
Но сейчас ты в нашей шкуре.
- Ваша честь...
- Миссис Марковиц.
Возмездие. Ты пытался похоронить нас.
Но мы проросли и выросли сильными.
И наши ветви тянутся
к свету правосудия.
- Миссис Марковиц.
- Мы выжили, чтобы рассказать это.
И мы ни за что и никогда
не позволим миру забыть.
Миссис Марковиц, достаточно.
Это всё. Я закончила.
Он больше не заслуживает ни моего дыхания,
ни мыслей, ни слов.
- Это всё, Ваша честь.
- Мистер Крамер.
У нас больше нет вопросов.
Мне нужна минутка с клиентом.
Подвергни ее
перекрестному допросу. Она солгала.
- Она не лгала.
- Она лгунья.
- И если эти люди солгали об этом...
- Они не лгали.
Разоблачи ее.
- Мистер Крамер.
- Одну минутку, Ваша честь.
Они все лгут. Они преувеличивают.
Мы просто вывозили их из страны.
Ваша честь, у нас больше нет вопросов.
Нет, есть. У нас много вопросов.
- Что вы делаете?
- Допроси ее.
- Нет.
- Тогда ты уволен.
Вы себя сами представите?
- Мистер Крамер.
- Одну секунду, судья.
Думаете, судьи и весь мир не поймут,
что это бред сумасшедшего?
Я единственный,
кто может спасти вас от виселицы.
Вы хотите, чтобы я продолжил
бессовестное вранье?
Хотите, чтобы я исказил их слова,
нашел нестыковки в их воспоминаниях?
Можете сразу вешаться. Что выбираете?
У нас нет вопросов, Ваша честь.
Спасибо, миссис Марковиц.
Суд объявляет перерыв на сегодня.
Суд продолжается уже третий день,
поскольку прокурор Оливер Франкель
намерен провести прения в суде.
Это человек, который всё это затеял.
В 1935 году нацисты ввели расовые законы,
лишившие евреев права гражданства.
Кто был канцлером Германии
в то время? Адольф Гитлер.
В 1941 году нацисты
вторглись в Советский Союз.
Когда началось массовое убийство евреев,
кто был канцлером Германии в то время?
Адольф Гитлер.
Документы за январь 1942 г.
описывают Ванзейскую конференцию
в Берлине, где план Гитлера,
«окончательное решение
еврейского вопроса»,
координировался и обсуждался
его главными помощниками
по его приказу.
Земля круглая.
Небо голубое.
А Адольф Гитлер несет ответственность
за убийство 11 миллионов евреев,
цыган, гомосексуалов,
политических диссидентов,
коммунистов, поляков
и многих других людей
во время своего правления,
основанного на геноциде.
У обвинения всё, Ваша честь.
Алло!
Это Хайнц Рихтер?
- Кто это?
- Не вешайте трубку.
Хочу сообщить вам, что есть женщина.
Выжившая, которая вас нашла.
В ваших интересах найти ее первому.
- Понимаете, о чём я?
- Кто вы?
Ее зовут Рут Хайдельбаум.
Дом 2513, 73-я улица, Бруклин.
- Записали?
- Кто это?
Моя честь - это преданность.
- Алло.
- Это я, Рути. Просто проверяю, как ты.
Я в порядке, Минделе. Спасибо.
Но нам надо поговорить завтра.
Я кое-что нашла.
Наступил пятый день
судебного процесса века,
и адвокат Адольфа Гитлера,
Бенджамин Крамер,
начал свои прения в суде...
Почти весь мир согласен с тем,
что адвокат Гитлера
исчерпал все свои возможности,
что оставляет только один вопрос
к стратегии мистера Крамера.
Выступит ли Гитлер перед судом?
Ты что творишь?
Ты не позволишь ему дать показания.
- Почему нет?
- «Почему нет»?
Потому что ты дашь ему бесплатное эфирное
время. Для миллионов людей по всему миру.
Еще один сериал, еще одна высокая трибуна,
еще одно гребаное телешоу.
Он имеет право на защиту.
- Какой ценой?
- Оливер.
Он будет обращать в свою веру,
лгать, отрицать. Он будет внушать,
подстрекать, он воспитает
новое поколение. Нет!
Ты этого не допустишь.
Выложись на перекрестном. Это его право.
- Хочешь быть ответственным...
- Это его право.
Даже у него есть права.
Если нет, то кто мы?
Хочешь нести ответственность за воспитание
следующего поколения неонацистов?
Расистов, антисемитов, массовых убийц.
Если ты дашь ему выступить перед судом,
как ты будешь выглядеть?
Если этого не сделать,
как будем выглядеть мы?
Это не может быть фикцией.
Показательным судом, пародией на суд.
Если мы не обеспечим ему должную защиту,
будем такими же, как он.
Нет.
Ты еврей, Бен.
- Я знаю.
- Да. Ты еврей.
И ты делаешь это?
Это касается не только тебя.
Это касается всех нас.
Кем же мы будем после этого?
Вот почему я это делаю.
Чтобы мы не утратили себя.
Вы клянетесь говорить правду,
всю правду и ничего, кроме правды?
Да поможет вам Бог.
И да поможет мне Бог.
Может быть, это уловка.
Его покажут по всем телевизорам мира.
Он что-то задумал.
Меня беспокоят здешние охранники.
Военная полиция?
Наши контакты проверили всех.
Их происхождение,
полномочия, личности подтверждены.
Мы постоянно начеку.
Защита допрашивала Гитлера в течение часа,
пытаясь дистанцировать
бывшего канцлера от его подчиненных.
Вы когда-нибудь отдавали приказ
убить шесть миллионов евреев?
Нет.
- Вы приказывали убить 6 000 евреев?
- Нет.
Вы приказывали убить хоть одного еврея?
Я никогда не приказывал убивать евреев.
И ни один документ или бумага
не скажет вам обратного.
Вы, американцы.
убивали своих коренных американцев,
порабощали африканцев.
Вы, британцы, отправили буров
в концентрационный лагерь,
а вы, Советы, убили миллионы людей.
И вы сидите здесь, чтобы судить меня?
Вопросов больше нет, Ваша честь.
Вам слово, прокурор.
Вы утверждаете,
что строго следовали немецким законам.
Верно.
Вы утверждаете, что просто
выполняли военные обязанности
и соблюдали международные
законы военного времени.
Верно.
Вы утверждаете, что никогда
не приказывали убить ни одного человека,
будучи канцлером.
Верно. Я невиновен.
Невиновен.
Зачем же тогда прятаться,
если вы не нарушали законов и конвенций?
Зачем прятаться в Аргентине
на закрытом участке
в 200 гектаров?
- Я не прятался.
- А что же вы делали?
- Находился в отпуске.
- В отпуске?
- Тридцать лет?
- Я заслужил это.
Я был в своем летнем доме
в Аргентине, наслаждаясь солнцем.
Расслаблялся. И писал
новую главу для своих мемуаров.
И работал над возвращением.
- Возвращением к чему?
- К политике.
Думаете, вас бы снова
приветствовали на мировой арене?
Все любят хорошие
истории о возвращении, разве нет?
Вы говорите, что ваша идеология
основана на понятии «высшей расы».
Не могли бы вы объяснить, что это значит?
Протестую, Ваша честь. Несущественно.
Все действия Гитлера
были основаны на одной идеологии.
В основу этой идеологии
заложена ложь о высшей расе.
Чтобы установить преступление,
важно установить мотив.
Осторожнее, мистер Франкель.
Итак, вернемся к теории высшей расы.
Объясните нам, что это значит.
Эта ложь.
- Это не теория. Это факт.
- И всё же вы здесь.
В тюремном комбинезоне и кандалах.
Странно для короля, не так ли?
Из-за еврейского заговора.
Еврейский заговор.
Извечная ложь.
- Протестую.
- Отклонено.
Значит, вы здесь из-за евреев.
Таких, как я. Как так?
- Из-за вашей лжи.
- Лжи. Лжи о чём?
О характере моего участия.
Значит, вы не участвовали в истреблении
миллионов мужчин,
женщин, детей и младенцев?
Конечно нет.
Разве ваши приверженцы
не будут разочарованы, услышав это?
Есть много расистов и фанатиков,
которые всё еще поклоняются вам, сэр,
именно потому, что вы организовали
геноцид шести миллионов евреев.
Сотен тысяч цыган,
гомосексуалов
и других.
То есть вы говорите,
что они ошибаются, поклоняясь вам?
Ну, они не ошибаются.
У меня много достижений.
Реформатор и преобразователь
мирового порядка.
Мирового порядка.
Так вы ответственны за Холокост?
- Я...
- Так они неправы, что боготворят вас?
- Нет, они...
- Так что в итоге?
Либо вы отрицаете
свое участие в Холокосте,
либо гордитесь тем,
что уничтожили миллионы людей.
И то и другое невозможно.
Вот что вы делаете, евреи.
Вы искажаете слова.
Вы ответственны за то,
что с вами произошло.
Конечно, это так.
Мы несем ответственность за всё.
За чуму и землетрясения,
Великую депрессию,
за все войны в мире.
- За болезни и голод.
- Боль и нищету.
И всё зло.
И за всю тьму в мире, которую вы создали.
Вы злодеи!
Вы паразиты. Вы подонки!
- Поэтому вы прятались?
- Я не прятался.
Потому что вы несете полный бред,
достойный ночного шоу.
Убогий маньяк-наркоман,
жалкий, дурной и злобный.
Использовал самый низменный инструмент -
страх, чтобы демонизировать и настроить
несведущих людей
против своих соотечественников,
и всё это для удержания власти.
- Протестую.
- Принято. Прокурор?
Я по-прежнему лидер партии.
Какой? Нацистской партии
больше не существует.
- Я глава рейха.
- В Западной Германии полная демократия.
Вы думаете, я говорю о Германии?
Я лидер движения,
зародившегося в сердцах и умах людей,
в их крови и почве.
Разумеется, я отдавал приказ.
Конечно, у меня был замысел.
Конечно, это я.
Порядок в зале суда.
И мои люди
по-прежнему будут следовать за мной.
- Вы меня слышите?
- Да, слышу.
И мы будем каждую минуту
каждого дня бороться с этим.
Мы знаем, это никуда не денется.
Мы знаем,
что ненависть, невежество и страх
всегда будут частью нашего сообщества.
А вы не будете, сэр.
Однажды они найдут
нового идола, нового мошенника,
рожденного из каких-нибудь новых СМИ,
но распространяющего ту же старую ложь
о страшилищах, умирающих культурах
и «глубинных государствах».
И мы тоже будем ему противостоять.
Вопросов больше нет.
После двух дней обсуждения
вердикт вынесен.
Мир в нервном ожидании приговора,
который судьи вынесут сегодня днем.
Я и мои коллеги-судьи
внимательно выслушали
показания и доводы, представленные суду.
И мы проверили
все документы и доказательства.
Маршал представит подсудимого суду.
Адольф Гитлер, по обвинению
в преступлениях против мира
трибунал признает вас виновным.
По обвинению
в военных преступлениях - виновен.
По обвинению в преступлениях
против человечества - виновен.
По обвинению в сговоре
с целью совершения убийства - виновен.
Адольф Гитлер,
настоящим вы приговариваетесь
к пожизненному
заключению без возможности УДО.
Адольф Гитлер был признан
виновным по всем пунктам.
Идемте.
Что случилось?
Чёрт!
Врача!
Чёрт возьми!
Нам нужна скорая помощь.
Эй! Нам нужна помощь! Скорее!
У него сердечный приступ!
Говорят, у него был сердечный приступ.
Его везут в больницу.
Да.
Идем.
Нам нужно идти. Он что-то задумал.
Семь минут до Мюнхенского университета.
Шесть минут до Мюнхенского университета.
Шесть минут езды.
Доберемся до больницы,
я присмотрю за палатой.
- На вас периметр.
- Если он там будет.
- У кого есть лишний пистолет для меня?
- У меня.
Чертовы скауты. Обожаю это.
- Поднажми!
- Давай!
- Они уходят!
- Давай!
Держитесь.
Куда ты едешь?
Какого хрена ты делаешь?
Больница там!
Хайль Гитлер!
Десять секунд.
Сейчас!
Сейчас!
Держитесь!
Джо!
Нам нужно поторопиться, мой фюрер.
Осторожнее.
Это было как раз вовремя.
Здравствуй, любимый.
- И тебе браво.
- Для меня было честью спасти его.
Однако ты не совсем спас его.
Что здесь происходит?
Ну и позорище ты устроил в зале суда.
А ведь это транслировали
по всему миру. Адвокат был прав.
Ты выглядел как жалкий, ненавистный,
заурядный псих, которым ты и являешься.
- Нет.
- Передача власти начнется прямо сейчас.
Я беру бразды правления в свои руки.
Однако, учитывая,
что ты позволил захватить себя в плен,
нельзя рисковать тем,
что ты снова исчезнешь.
Мы убьем тебя здесь, сожжем твое тело
и притворимся, что ты
благополучно сбежал в неизвестное место,
чтобы тебя больше
никогда не видели и не поймали.
Есть одна проблема.
Ты не лидер.
Я уже дважды спасала твою шкуру.
Я больше лидер, чем ты когда-либо был.
Убей его!
Это дело, к сожалению, не для королев.
Но я лидер.
Я будущее.
Пора уходить.
- Чего ты хочешь?
- Я хочу стать вашим преемником.
Людям нравится преемственность.
Я собрал армию, пока был в тюрьме. Идемте.
Эти люди умеют драться, убивать.
Я могу их возглавить.
Они вытащат нас отсюда.
Вертолет уже в пути.
Пригнитесь! Сейчас!
Трэвис!
Трэвис! Где ты?
Посмотри на меня. Посмотри на меня!
Джона!
Опустите гребаные пушки! Живо!
На землю!
На землю, мать вашу!
Ну же, держись...
Джона, держись.
Где он?
Вызовите чертову скорую!
Вызовите скорую немедленно!
Аминь.
1977 ГОД
ЧЕРЕЗ ДВА МЕСЯЦА ПОСЛЕ СМЕРТИ РУТ...
Хотел бы я знать ее.
Настоящую, понимаете?
- Ты ее знаешь, Джона.
- Нет.
- Да.
- Нет, не знаю.
Не ту, что охотилась на нацистов,
не мстительницу.
Не ту женщину из ее прошлого.
Но вы - вы знали все эти ее стороны.
Джона, я живу на этой земле много лет.
Знаешь, я знаком
со всеми аспектами человеческой натуры.
Я знавал дублеров и двойников.
Ангелов и чудовищ.
Но прежде всего
есть одно истинное «я».
Каждый из нас выбирает,
кому мы показываем это «я».
И Рут выбрала тебя.
Только ты, Джона, видел ее настоящую.
То, как она смотрела на луну,
как будто это был ее друг,
который бросил ее много лет назад.
Она всегда боялась,
что забудет лицо своей матери.
Я помню, как она хотела,
чтобы ее знали не только как выжившую.
Но она была благодарна за то, что выжила.
Она всегда была благодарна.
В ней было так много всего.
Каждый раз, смеясь, она подмигивала.
Она любила загадывать
желание на упавшую ресницу.
Ей нравилось это.
Как прекрасно. Как ей повезло,
что у нее был ты.
Она хотела, чтобы ты был.
И чтобы ты воспринимал ее
в первую очередь как человека.
Разве не этого мы все хотим?
Но как бы мы ни считали,
возможно, это всё, что нам нужно.
Наша награда за участие
в этой абсурдной жизни - быть замеченными.
Вот так просто.
Что может быть лучше, чем быть увиденным?
- Привет.
- Привет.
Прости меня.
Идем, любимая. Мы опоздаем.
Говорит женщина,
которая в душе уже целый час.
СПАСИБО, МИЛЛИ МОРРИС
Да.
Добрый день, мадам Моррис. С вами
будет говорить конгрессвумен Хандельман.
- Агент Моррис.
- Лиз.
Это был долгий путь. Но я звоню,
чтобы сказать: «Хорошая работа».
- Вы о чём?
- О привлечении Гитлера к ответственности.
Мы хотели бы наградить вас
золотой медалью Конгресса.
Я звонила, чтобы сообщить хорошие новости.
Это была я.
Я застрелила Пренца. Это была я.
Нам не терпится
чествовать вас в Вашингтоне.
Вы герой, Милли.
Миру нужны герои.
Идем, любимая. Нельзя опаздывать.
Счастья!
Удивлена, что ты никого не привел с собой.
Нет, привел.
- Только не говори, что ты таскаешь это...
- Везде, куда бы я ни пошел.
- Ты идиот.
- Идиот, получивший «Оскар».
Ты слышала что-нибудь о Джо?
Нет.
Он оставил сообщение. Вроде как счастлив.
Надеюсь, он в порядке, где бы он ни был.
- Я рад, что ты в порядке, Рокс.
- И я рада, что ты тоже.
- Ура, друг.
- Ура.
Как ты это пьешь?
Я не буду танцевать одна.
Вы пойдете со мной.
Хорошо. Мы все идем с тобой.
Это Оскар. Ему не терпится
попасть на танцпол.
Привет. Поздравляю.
Да, я просто готовлюсь к тосту за ее маму.
Послушай, она бы гордилась тем,
кем ты стал,
кто ты есть.
Я знавала много монстров, Джона.
Ты не один из них.
Ты тоже, Милли. Надеюсь, ты это знаешь.
Эй, муженек.
- Идем потанцуем.
- Хорошо.
Ужин, номер 45278.
Номер 45278?
Разве ты не знаешь, кто я?
Разве ты не знаешь, кто я?
Разве ты не знаешь, кто я?
Разве ты не знаешь, кто я?
Разве ты не знаешь, кто я?
Эй, любимая!
Как тебе Вероника?
Вероника, как обычно,
была старой толстой французской шлюхой.
Вы тут как сыр в масле катаетесь, да?
Мы живем в гребаной
обувной коробке в Нью-Йорке.
Клара скоро будет дома.
Да. Примерно в 14 минутах езды отсюда.
Когда я видела ее,
она еще была на улице Сен-Доминик.
- Я вышел из игры, Хэрриет.
- Знаю.
К сожалению, я это знаю. Я пришла,
чтобы сделать небольшой свадебный подарок.
Люблю свадебные подарки.
Открой его. Давай.
От вас с Милли
уже было ужасное сырное ассорти.
Это только от меня. Милли бы не одобрила.
Я нашла это,
когда была у Хавы, разбирала ее вещи.
Что это?
Записи телефонных разговоров из магазина
игрушек «Красный шарик» Хайнца Рихтера,
17 июня 1977 года.
Когда моя бабушка была убита?
В 21:17, всего
за пару часов до убийства Рут,
в магазин игрушек
поступил звонок с номера 212-073-4309.
Номер, который принадлежал резиденции...
Майера Оффермена.
Майер позвонил Рихтеру.
Майер отдал приказ.
Мои соболезнования
по поводу смерти твоей бабушки.
Рут обнаружила, что Майер был Волком.
Она догадалась.
Но прежде чем она успела
что-то предпринять, он добрался до нее.
Зло не отдыхает, Джона.
Оно не уходит на покой.
Так почему же мы должны?
Как мы можем?
Мы рассказываем истории прошлого,
чтобы изменить будущее.
Передавай Кларе от меня привет.
И желаю вам обоим
счастливейшей гребаной жизни.
МАЙАМИ
ФЛОРИДА
Майами стал приятным
сюрпризом в наш медовый месяц.
Я подумал,
что будет хорошо сменить обстановку.
- Что?
- Я вижу их в тебе.
Твою бабушку, Хаву.
Я вижу тебя.
И мне нравится то, что я вижу.
За новые начинания.
ОХОТНИКИ

 

 

////////////////////////////