Отчим (1 сезон, 2018 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Сергей Гинзбург

Настя – первая красавица в округе. На нее засматриваются мужчины, но Настя терпеливо ждет с войны мужа Ивана. И хранит ему верность. Не из страха перед суровым свекром, и не из-за того, что «другие осудят», а потому что живет с внутренним ощущением правильности своего выбора. Несмотря на то, что с окончания войны прошло уже семь долгих лет, сердце подсказывает ей, что ее Иван жив. Ждет отца и их маленький сын Мишка – защитник и опора матери. Вокруг полно советчиков: «Жизнь пройдет! Лучшие женские годы упускаешь!». Но Настя продолжает ждать и верить.

Все фразы и цитаты

Серия 1

-Смотри, аисты!
-Как их много!
МУЖСКОЙ ГОЛОС:Семь лет,
как кончилась война.
Уже не голодали, хлеба было досыта.
У многих не было отцов - не пришли
с войны. Мой отец тоже не вернулся.
Его не было среди пропавших
без вести, похоронку мы тоже
не получили. Мать говорила,
что когда-нибудь он придет.
Она ждала. Ее жалели, но за спиной
шептались: "Чего ждать? Кому было
суждено прийти, пришли, остальные
в земле". Я никогда не видел
своего отца, только на фотокарточке,
которая висела у нас в доме
рядом с иконами. В нашей семье
это было что-то вроде религии.
Никто не верил, что он
вернется домой, только мы.
-Здрасте!
-Здрасте!
-Копеек на восемьдесят -
сколько конфет выйдет?
-Граммов сто.
-Давай.
-Берем две белых.
-К празднику?
-Угу.
-Возьмем еще консервов...
-Настя, Валька Кузнецова в Ребрихе
была. Говорит, инвалид там
на станции. Безногий, на тележке.
-Теперь они на всех станциях.
-На Ваньку твоего похож.
-Господи...
Придумала, поди.
-Может, и придумала.
Да Валька не болтушка. Говорит,
вылитый Ванька, если постричь
да побрить. Ну, постарел, конечно.
-Обозналась, может?..
Не стал бы Ваня от семьи прятаться.
-Да мужики ровно дети - гордые.
Думает, если он безногий,
то им побрезгуют.
Может, и правда обозналась.
Господи... И говорить не следовало.
-Семь лет прошло.
И живые отыскались, и пленные
вернулись, а она все ждала.
-Ага, ждала она!
-Да перестаньте вы!
Все село видело.
-И молодец, что ждала!
-А по мне, так и сыну рассказывай,
и память чти, а попусту надеяться
не надо.
-Правильно.
-Живым жить надо.
ОТЧИМ
-Где Сережа? Сережа!
Помощь нужна.
-Чего такое?
-В Ребриху мне надо.
-Свекра попроси, пускай тебя
завтра на лошади отвезет.
-Мне сейчас надо.
-Как ты себе это представляешь?
30 км. Трактор сломан,
тут машина нужна.
Ванька?
Опять?
-Ну а вдруг?
-Пошли.
-Серега, ты что, одурел?
-Я сейчас вернусь.
-Ты куда?! Мне же в район надо!
-Андреичу скажешь, я забрал.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Ой...
Простите, вы здесь
инвалида не видели?
-Нет.
-Простите, вы инвалида здесь
не видели? Солдатика без ног.
Ваня...
Иван...
-Вам чего, женщина?
Ошиблись, наверное.
Обознались.
-Пошли.
-Делай раз.
Делай два.
Выше головку, Олечка. Да, ага. И
вдаль смотри, ага, в светлое будущее.
-Николай Петрович, ну криво же
повесили! Свой край выше поднимай!
-Три-четыре!
ХОРОМ:Смело, товарищи, в ногу!
-Громче!
ХОРОМ:Духом окрепнем в борьбе!
-Звонче!
ХОРОМ:В царство свободы дорогу
грудью проложим себе!
В царство свободы дорогу
грудью проложим себе!
-Ну вот, починил. В них и пойдешь.
На дворе-то снег уже.
-Дед, я в сапогах пойду,
а эти на парад надену, пока чистые.
-На какой еще парад?
-Дед, ты что, не знаешь?
7-го 35-я годовщина.
Через всю деревню пройдем.
И мимо вас тоже. Посмотришь?
-Бабка посмотрит.
-И мы песню учили.
Смело, товарищи, в ногу!..
-Да ну их с ихними песнями.
А ты учи, раз надо. Куда ж теперь
без ентого, будь оно неладно!
-Дед, достань, а то забудем.
Ну иди ко мне.
-Мишка, гляди-ка. Ешь.
-Ух ты! Магазинные?
-Цыгане ходили торговали. Ешь давай.
-Сам ешь, мамке своей беспутной
не давай. Придешь домой -
спрячешь. А то ведь сожрет.
Здоровая! Что ни дай - все сожрет.
-Она хорошая, ба.
-Хорошая, хорошая.
-Куда ездил-то?
-В Ребриху.
-Колхоз посылал?
-Нет, Настя попросила.
Думала, Ванька нашелся.
-Не нашелся?
-Не нашелся.
-Как же, Ваньку она ищет...
Лишь бы прокатиться
с чужим мужиком, а ты и рад.
ПЕНИЕ С УЛИЦЫ
-...Всех детей забрала,
вещи все продала,
Чтоб не видеть калеку больного.
-Ишь ты! Бабушка дала?
-Да, цыганки ходили.
Давай съедим по пряничку?
-Ешь.
-Мам, я без тебя не буду.
-Ладно, сейчас кипятку сделаю.
-...Что родные мои
так постыдно солдата предали.
ВСЕ:Я не знал, идиот, что родные мои
так паскудно солдата предали.
-Отобьешь Серегу - избу твою подожгу.
Вместе с ребенком сгорите ночью.
Так и знай.
-Мам, это он?
-Не знаю, сынок, погоди.
-Мам, где моя новая рубашка?
-Там, в сундуке.
Давай одевайся.
Причешись.
СТУК В ОКНО
Кто там?
-Мне помощь нужна.
-Мам, он?
-Нет, не он. Иди спать.
Спим мы, места нет.
-Да я не ночевать.
Машина сломалась, лампа нужна -
под капот заглянуть.
-Мам, он придет?
-Придет, придет.
Спи, сынок.
-Не разберусь. Водитель заболел,
решил сам доехать - и вот.
Гараж здесь есть?
-Есть, трактористов много.
Только они спят уже все.
-В машине заночую,
с утра что-нибудь придумаю.
-Заночуйте здесь.
-Да мне неудобно как-то.
-Холодно уже ночами. Проходите.
-Здрасте!
-Здрасте! Настя! Настена!
-Чего?
-Пойди сюда.
-Так дойка же.
-Потом додоишь.
-Ой...
-У тебя ночевал? "Победа"
у твоего дома стоит.
-А, ночевал.
-Как? Расспрашивал?
-Нет.
-Про себя рассказывал?
-Да какой там! Лег и уснул.
-Ну...
-Что "ну"?
-И?
-Да иди ты, Андреич!
-Ты нелюбопытная баба!
Хоть бы расспросила, кто он.
А вот теперь думай!
-Чего "думай"-то?
-Из края, видно, человек.
Ревизия, что ли...
"Победа", номера краевые.
Ты икону-то убрала?
Что?
-Поди, не заметит.
-Я тебе говорил,
прятать надо перед приезжими! Ты же
обещала! Я приду - все иконы выброшу,
прости господи. Ладно, давай домой.
-Так дойка же.
-Нинка додоит.
-Чего я?
-Да, ты! Возьмешь и додоишь!
Давай. А, подожди. Если будет
расспрашивать, хвали жизнь,
дескать, все у нас хорошо. Поняла?
А я забегу, как бы случайно. Икону
убери! Не старуха, чтобы молиться.
-Свекор заругается.
-Пусть только сунется.
Я с этим куркулем поговорю.
Давай-давай! Бегом домой!
-Мишка, накрывай
на стол, чайник неси.
А вы, стало быть,
в самОй Москве бывали?
-Бывал.
-А-а.
А здесь что делаете?
По делам или сослали?
Ой... простите.
Я не это хотела сказать.
-Это вы меня простите.
-Проходите. Мишка, накрывай на стол.
-Спасибо.
-А вы видели Красную площадь?
-Видел. Давай помогу.
-А вы знаете
о Большом театре Союза ССР?
-Я-то знаю. А ты откуда знаешь?
-Сейчас...
-Ух ты!
Да тут целая галерея!
-А это ему дед привез
из города журналы.
-А ты в каком классе учишься?
-Во втором.
-Отличник.
-У вас тут семилетка?
-Семилетка.
А у нас вообще все есть:
и машины, и... школы, и фермы,
и тракторов много. Да удалась жизнь!
А уж председатель у нас
какой славный! Во мужик!
-Ух ты! Настоящие?
-Да.
-А можно послушать?
-Конечно.
-Мама, тикают.
Хочешь послушать?
-Мишка!
-Все в порядке.
-Неловко...
-Все в порядке, послушайте.
-Красота!
-Ну что, как там?
-Чиним.
-Уж постарайтесь.
Здравствуйте! А я вот тут мимо шел,
смотрю, гости у вас.
Ну вот... Думаю, дай справлюсь,
кто такие.
Я вот председатель здешний,
Кузьма Андреевич.
-Галицкий Игорь Вячеславович.
Собственно, не в гости, я проездом.
-Вы ведь из края?
-Да, я из крайкома.
-Понял.
Какие указания будут?
-Да мне уже все доложили.
Все хорошо у вас.
-Так точно, у нас все хорошо.
Знаете, живем, растем,
ребятишки в школу ходят,
голодающих нет,
автолавка приезжает раз в месяц.
Строим, так сказать, светлое будущее.
-Главное, у вас люди хорошие -
на помощь пришли, не отказали,
приютили, обогрели.
-Так... у нас люди очень хорошие!
Настена, ну-ка, дай-ка...
Закусочки нам организуй.
Вы бы, товарищ, сразу
в правление или ко мне...
Мы бы вас и накормили, и уложили...
А то вон на лавке, да?..
Чай, жестко.
-Нет, прекрасный был сон.
ШУМ МОТОРА
-Настена!
-Иду.
-Кажется, мне уже пора ехать.
-Да что вы? А выпить-то? Ну как же?
-Благодарю, я за рулем.
-А позавтракать?
Мясо почти готово.
-Я тороплюсь. Спасибо вам большое.
Я и так задержался, меня вчера
к вечеру ждали.
Спасибо за гостеприимство.
За все вам спасибо.
-Настена, ты гостинцев собери.
Как же из деревни и без гостинцев?
-Сейчас.
-Яблочки, там...
-Яблочки... Сейчас!
-Яйца...
-Не нужно.
-Яичек положи.
У нас, знаете, вот такие яйца!
В городе таких нет.
Ой, простите. Забыл я.
Сейчас, сейчас.
-Вот, собрала.
-Молодец.
Да кто же он такой-то, а?
Какого размера шишка?
Не сказал?
-Не сказал.
-Должно быть, большого размера.
Абы кто на "Победе" не ездит.
-Нечего мне тебе подарить, парень, а
охота оставить что-нибудь на память.
Держи. Вырастешь - будешь носить.
-Нельзя.
-Бери, это подарок. Не отказывайся.
Вырастешь - может быть,
ты мне что-нибудь подаришь.
-В Москве?
-Почему бы и нет? Может, и в Москве.
-Туда же деревенских не пускают.
-Скоро всех будут пускать.
Авось сдохнет -
заживем по-человечески.
Ну, будь здоров.
-Ах, Настена...
Проворонила ты свою удачу.
Другая, которая попроворней,
так не упустила бы.
-Что?
-Что?
-Ты про что, Андреевич?
-Про то.
Ночью-то надо было,
когда он спать укладывался...
Плечиком так повела бы...
А? И была бы теперь не баба,
а женщина.
С кудрям и деколоном.
Чо глядишь-то?
Что, я неправ?
Ты же видела, как он на тебя глядел!
Ух!
Сразу видно, холостой.
-Знаешь, Андреич,
эти твои шутки ни к чему.
-Да и то правда,
от начальства надо подальше быть.
Сегодня он на "Победе" ездит,
а завтра... и Тухачевский.
Вон твой едет, надсмотрщик.
-Здравствуй, бать! Как раз к обеду.
-Здорово, Василий Прохорыч!
-Здорово, здорово, Кузьма Андреич.
-Я пойду накрою.
-Крайкомовский приезжал. Слыхал?
-Пошли-пошли.
-Какой еще крайкомовский?
-Политрук.
Да вон у Насти ночевал.
-Вот шалава!
-Ты чего?
-Дождется она у меня.
-Брось ты! Она баба - поискать такую!
У нас не один Ванька
без вести пропал.
Другие двух лет не повдовели,
а она ждет, она надеется.
Да что с тобой разговаривать!
Куркуль чертов!
Все настроение испортил!
Говоришь по-человечески -
ни черта не понимает.
-Никак овечку зарезал?
Не рано ли, бать?
Потеплеет - пропадет ведь мясо.
-Какой потеплеет?
Ноябрь на носу, со дня на день
ударит. Покров-то был сухой...
К ранним морозам.
-Хорошо, что пришел, как раз к столу.
Как там мамка?
-А чо мамка? Лежит себе, кряхтит...
Надорвалась за войну-то.
Ваньку ждет.
-Я тоже жду.
-Замысловато как-то ждешь, девка.
-Чего, бать?
-"Чего"...
Люди-то все видят...
И мать ругается.
-А что я могу сделать?
Моя изба крайняя,
вот они ко мне и ходят.
Она меня с первого дня
не полюбила, бать.
Вот и придирается.
-А... свекровки - они все такие.
И ты такая же будешь.
Ничего, Ванька вернется -
все помиримся, успокоимся.
-Вернулся бы только.
-Вернется.
А как иначе? Троих сыновей Сталину
отдал, на двоих - похоронки.
А Ванька живой, знаю, живой!
Иначе бога нет, прости господи.
А где образа?
-Андреич велел снять.
-А ну, ставь на место. Живо!
Андреич...
Слышь-ка, Настя...
Намедни сон видел...
Ванька приходил.
Живой. Ждите, говорит, приду.
Мишка, придет батя, жди.
Явственно же все было -
сидели говорили.
Да! И мамке в ту же ночь тот же сон!
Это как, а?
Придет.
-Как съездил?
-Очень хорошо.
Техникум открыли.
-Да?
-Вообще, на народе легче дышится,
нравственно легче,
не то что в кабинетах.
-В Москву тебя не собираются вернуть?
-Нет.
Но я и не хочу.
Мне в провинции хорошо.
-Да, конечно.
Лучше умереть в провинции от тоски,
чем в московской камере
от издевательств.
-А ты не знаешь, где мои старые часы?
-А где твои новые? Потерял?
-Нет, подарил.
-Вроде в комоде были.
-Да положи ты на место!
Испортишь ведь.
Лозунги, плакаты, портреты
для праздника готовы?
-Портреты вон. Лозунги и флаги
еще с того года на шкафу лежат.
-Лозунги не изменились.
Тревожно как-то...
-А чего тревожно?
-Затишье какое-то нехорошее.
Ни одного портрета
не приказали сжечь.
-Завтра что, в райцентрах все готово?
-Конечно готово. Не только
в райцентрах, но и в каждой
деревушке пройдут шествия,
мероприятия, концерты.
-Ладно... Да ты присаживайся,
Игорь Вячеславович.
Московские товарищи активно
разоблачают врачей-убийц.
А у нас что? Тишь да гладь?
-Но... этим занимаются
специальные органы и...
-Органы органами...
а вы по партийной линии
присмотрите за ними.
Если никого не разоблачим,
по головке не погладят.
-Понимаете... в руках этих людей
жизни человеческие.
И напрягать их проверками,
подозрениями... нехорошо.
-А о наших жизнях вы подумали?
-Куркуль...
Здорово, Семеновна.
-Здорово! Проходи.
-Андреич!
Присоединяйся. Семеновна!
-Гад ты все-таки, Прохорыч.
-Чего?
-Несознательный субъект.
Мальчонку рядом посадил! Уроки даешь?
-Да ладно тебе.
-Да не ладно!
Ты и по мне рикошетом бьешь!
Попадешься - скажут,
что председательский дружок!..
Вместе сядем.
-Да не бухти, Андреич. Свеженькая.
-Вот вместе и на пять лет сядем.
А я не шучу. Ты установку знаешь?
Самогонке бой!
-Да кто ж узнает-то?
-Да все знают! Ты думаешь,
ночью не видать?
У тебя дым... как знамя над Кремлем.
Это между нами.
-Все гонят. И я гоню.
Меня заложат, и я заложу.
Всех в крепость не отправите.
А ведь и ты недавно гнал...
-Ты чо?
-Чо?
-Ты соображаешь, что говоришь?
При мальчонке-то! Пойдем выйдем.
Поговорим. Вот там
ты мне все скажешь.
Ты чо? Ты чего несешь-то
при мальчишке?
-А чо, скажешь, не гнал?
-Так я... Нюркину дочь сватал.
Как было не угостить?
-А я, может быть, сына жду.
Он придет, а у меня ни капли.
Это как, а?
-Ну чего ты, чего ты себе все время
душу теребишь и Насте тоже?
Она баба в самом соку,
а ты ей все поешь: "Жди да жди".
Состарится - кому она нужна будет?
Ну пожалей ты ее.
-Это наше. Не лезь!
-Да, Прохорыч...
Не изжил ты в себе кулака-то.
Все злее и злее.
-А с какого рожна мне
добреньким-то выставляться?
Нечего бояться, потому что
терять уже нечего.
Сына вот дождусь... А придет -
сам в гроб лягу,
забивайте крышку и закапывайте.
Надоело.
Нажился, набоялся.
Все, хватит.
-О как!
Надоело, терять ему нечего...
А Мишка?
-А что Мишка?
-Его же поднять надо.
-Мишка не пропадет.
Он только с виду парень тихий...
а так весь в Ваньку - цепкий.
Не пропадет.
Что-то я, Андреич, озяб.
Пойдем согреемся, что ли?
-Пойдем.
Мишка, а ты чего здесь? Уже поздно,
давай домой. Давай-давай.
Завтра парад, не забудь.
-Давай-давай.
Ну как?
-Хорошо.
-Что у тебя там?
-Да вот дал...
-Господи...
Это что такое?
-Часы.
-Да как же ты взял?
Как же можно? Отдать надо.
-Мама, это подарок.
Когда я вырасту, я ему
что-нибудь тоже подарю.
Он мне так сказал.
-Дай-ка сюда.
Знаешь что?..
Никому о них не говори. Понял меня?
Ты меня понял?
-Угу.
-Спрячем их. Пускай лежат.
Опомнится - заедет,
вот тогда и отдадим.
-Здравствуйте! Ждем.
-Здравствуйте.
-Как доехали?
-Здравствуйте.
-Вот, проходите. У нас все готово.
-Здравствуйте! С праздником!
-Ты что творишь?
-А что?
-Ты кому вождя доверила?
-А!
Ах ты, гаденыш! Откуда синяк?
-Мы с Витькой подрались.
-Уйди отсюда!
-Завтра получишь, и родители ответят.
-Выбери почище кого-нибудь.
И не сопливого.
-Спиридонов! Крепко держи. Вот так.
-Сталина выдвини вперед немного.
-А надо ли? Они всегда наравне.
-Все-таки не Ленин войну-то выиграл.
-Вот так пойдешь. Крепко держи!
-Товарищи, расступились -
и на демонстрацию!
Дайте дорогу райкомовским!
Все за гостями вперед!
ВСЕ:Смело, товарищи, в ногу,
Духом окрепнем в борьбе,
В царство свободы дорогу
Грудью проложим себе.
-Товарищи!
Сегодня великий праздник -
35 лет Великой Октябрьской
социалистической революции!
Вся наша страна в колоннах! И пусть
все наше село, вся страна, весь мир
увидят, что мы верны идеалам
революции, верны великим идеям
Ленина, Сталина!
-Ура!
ТОЛПА ЛИКУЕТ
-Слава советскому народу,
победившему фашизм!
Слава товарищу Сталину!
-Убрать портрет?
-Нельзя без него.
-Оба убрать?
Товарищи, вперед!
-Мам, я не нарочно.
-Да знаю. Авось обойдется.
-Скоро концерт?
-Нет, сынок, дома посидим.
-Зачем ты полез, а?
-Куда это я полез? Твоя школа,
ты и отвечай.
-"Замени сопливого"! Ну кто тебя
просил лезть?! Сопливые
не спотыкаются, сопливые войну
выиграли! А ваши чистенькие
портреты удержать не могут!
-Это я-то чистенький?!
Да я до Берлина дошел, дура!
У меня три осколка!
Тут, тут и там один!
-А это твоего дружка внук,
подкулачника.
-У меня все село дружки. А выбрала
ты его. Видела, что ненадежный.
Зачем ему портрет сунула?
Специально. Вредительница.
-Я тебя засажу. Только пикни еще.
-Да ладно, раскудахталась.
Может, обойдется. Ребенок!
Что с него взять?
-Делай раз!
Делай два!
ДЕТИ ПОЮТ "ИНТЕРНАЦИОНАЛ"
-Районовские где?
-Уехали.
-Уехали... Даже не простились.
ХОР ПОЕТ
Пропал. Пропал, старый дурак.
-Может, промолчат?
-Районовские, может, и промолчат.
А эта стерва не промолчит.
Завтра в район побежит.
-Ни машину, ни лошадь не давать.
-Какая машина? Она своим ходом.
На пердячем паре. Ей 50 верст
не околица.
Жалобу накатает - и вперед.
Гадина баба.
-Елки-палки, она ж больше виновата!
-Там разбирать не будут, кто виноват.
-Ура товарищу Сталину!
-Ура!
-Да, стережет беда, где не ждешь.
-Бать...
-Опять убрала.
-Да сейчас же придут.
От греха подальше.
-Да нет уж. К греху поближе.
Верни.
-Батя!
-Кому говорю, верни! Запомни:
будут бить, будут резать, будут
жечь - больше не прячь!
Допряталась уже.
Беду вон накликала!
ЧИТАЕТ МОЛИТВУ
Ладно, все. Садись!
Рассказывай.
-Что?
-Про политрука. Все до мелочей.
Мишка, поди-ка сюда.
Слазь, потом допишешь!
Что он вам тут говорил?
-Да ничего не говорил.
Хороший он, обходительный.
-Хороший...
Ну хорошо, давайте про него забудем,
сядем в тюрьму, Мишку вон в детскую
колонию. Давайте так, что ли!
-Да за что же, бать?
Ну споткнулся ребенок -
что тут такого?!
-А ну, цыц! "Споткнулся"!
Раскудахталась!
Больше не перечь мне!
О чем он вас тут расспрашивал?
-Да ни о чем он не расспрашивал.
Подарок только...
-Чего?
-Нельзя было брать.
Будь я рядом, я бы не позволила.
А он тайком сунул!
-Какой подарок?
-Не говори, мам, я все равно
не отдам!
-Мишка, цыц!
-Вот.
-Миша... А что тебе говорил
политрук, а?
Вспоминай, Миша.
-Дед, отдай часы, они мои.
Это подарок. Когда я подрасту,
я ему тоже сделаю. Мы договорились.
-Он что, обещал вернуться?
-Мы в Москве договорились
встретиться.
-В Москве? Когда?
-Когда сдохнет!
-Кто сдохнет?
-Да не знаю я, дед!
Отдай часы, они мои!
-Отдам. Отдам, Мишенька.
Пусть они пока у меня побудут...
Потом отдам.
-У себя?
-Нет.
Я ж говорю, уехал.
-Машина нужна.
По делам в районо.
-Была б - предоставили бы.
-Обязан транспорт дать.
-Машины в ремонте. Лошади в поле.
-Какое поле? Страда, что ли?
-Страда не страда, а делов полно!
-Стой! Куда?
-Я же говорю, дел много!
-Затаитесь и не пикайте.
-Погубим ребенка. В школу рвется,
пускай ходит.
-Я сказал, затаитесь!
Авось уляжется, забудется,
вот тогда пойдет.
-Ты чего мне обещал? Я вдова героя.
Ну так встань на защиту.
Нам больше не на кого надеяться!
В чем он виноват, а?
На парнишке лица нет!
Ну упал ненароком.
-"Встань на защиту"! Да меня самого
загребут вот-вот, каждую минуту жду!
"Встань на защиту"! У нас
одна защита - переждать.
И свекру скажи, чтоб не рыпался.
А то я знаю его. Полезет на рожон.
И всех погубит.
-Ты куда?
-Куда надо.
Лежи.
-Будешь тут лежать!
-А здесь что не убрала?
-Не успела.
-А это успеваешь!
-Не начинай, Андреич.
-Наливай воду...
-Кузьма Андреич!
-Чего тебе?
-На пару слов.
-Отойди! Ну что, приходила?
-Приходила.
-И что?
-Егозит. Транспорт требует.
-Тьфу ты!
Вот дура-то!
-Да ладно! Что она, совсем, что ли?
Сама на себя будет жаловаться?
-Она дура.
-Это понятно.
-И не спорь. От дураков все беды.
О! Еще один дурак нарисовался.
Вот что неймется ему? Ты давай
поглядывай поди. Если кто
из района появится, сразу докладывай.
-Понял.
-Стоять! Ну и что? Что ты по селу
болтаешься? Тебе дома надо сидеть.
Затаиться, ждать. А он по селу
мотается. Вот в самое дерьмо
заехал! Чего надо?
-Поехали.
-Куда мне с тобой ехать?
-В район, ГПУ.
-Так... Ты чего задумал?
Ну?
-Мишку подговорили.
-Чего?
-Подговорили портрет замарать, чего!
-Кто?
А... Я, да? Ну конечно,
я подговорил. Больше некому.
А может, ты подговорил?
Кулак нераскулаченный!
Прохорыч, сиди ты, не дергайся,
я тебя прошу. Разбираться
начнут - тебя первого, как
бывшего кулака, не пожалеют.
ПЕРЕДРАЗНИВАЕТ
-Раскудахтался!
Да я вперед их начну разбираться.
Я уже разобрался! Еду в район
докладывать. Поехали со мной.
-Угу.
-Двоим веры больше.
-Угу, разобрался он!
Кто тебя слушать будет?
-Да погоди ж ты!
Гляди.
-Откуда?
-Крайкомовский Мишке дал.
-Врет.
-Мишку подговорил портрет уронить,
а в награду часы сунул, понимаешь?
-Прохорыч... ты чего, окстись.
Можно ли?..
-Ну ты едешь или нет?
-Даже если так... не надо
нам в их дела соваться.
Изничтожат они нас.
-Ну уж нет! Изничтожать
они друг друга будут.
И плевать! Мне их не жалко. А нас
забудут. Если поедем доложим...
А я от себя про этого крайкомовского
еще добавлю на словах.
-Стремно. Ох, стремно.
-"Стремно"!
Давай. Быстрей-быстрей!
Поехали.
-Стоять!
-Слышь, машина у тебя
свободная есть? Машину надо.
Торопиться надо! Быстрей!


Серия 2

-Вот зря едем, зря! Нарываемся.
Не наше это дело - вмешиваться.
Чего молчишь-то?
Вот молчит. Даже слово
сказать жалко. Куркуль!
Опеншин Кузьма Андреевич,
председатель колхоза
"Знамя Октября". Вот. У нас тут,
товарищ майор, заминка произошла
на параде. Казус.
-Я в курсе. Это не заминка
и не казус. Это безобразие!
-Да.
-Я вам больше скажу...
это преступление.
Я с себя ответственности не снимаю,
но тут выяснились кое-какие
обстоятельства. Не мог
не доложить. Мы приехали.
-Да.
-Ребенок сознался. Подговорили его.
Мы вот думали, что это...
поскользнулся, с кем не бывает.
А теперь ясно, подговорили.
Но ребенок осознал, ребенок
кается. Хороший ребенок.
-Хороший, хороший.
-Значит, приезжал тут один товарищ.
-Вот. Описывайте.
-Чего?
-Коняев!
-Я!
-Отведи людей.
-Давайте, товарищи, на выход.
-Понятно.
-Сюда.
-Мишка пришел!
-Чего он пришел?
-Ему нужно тоже учиться.
-Привет, Полина.
-Привет, Мишка.
ЗВОНОК НА УРОК
-Здравствуйте, дети.
ХОРОМ: Здравствуйте,
Анна Федоровна.
-Садитесь, пожалуйста.
Ты ведь болеешь, Миша.
-Уже прошло.
-Да? Ну ладно. Начинаем урок!
-Отойди.
Мне мамка не велела с ним сидеть.
-Тут я решаю, а не мамка.
Сядь на место.
-Не велела.
-Можно я сяду с Мишей?
-Хорошо.
-Отойди.
-Садись сюда. Проверяем домашнее
задание. Вчера мы договорились
выучить словарные слова. Для начала
определим, что это такое.
-Словарные слова - это слова,
которые нельзя проверить.
-Верно. А кто горит желанием
написать их на доске?
Прекрасная картина. Давай, Маша.
-Камера.
-Садись, пиши. Пиши.
-Из меня писака.
Ты замутил, ты и пиши.
-Я совсем не умею. Неграмотный.
-Неграмотный он! Деньги считать -
запросто. Дай тебе тысячу -
в минуту сочтешь.
-Давай пиши. До утра управимся.
Теперича спешить некуда.
-Всех наказать. Парнишку тоже.
В приют на перевоспитание.
Если реагировать не будем - они
каждый день будут спотыкаться,
каждый день портреты портить,
знамена рвать.
-Понимаю, товарищ майор.
-Ладно, завтра почитаем,
что они там сочинят.
-Сваливать на кого-нибудь будут.
Ничего нового.
-Ну чего писать?
-Значит так, на войну
я отправил трех сынов.
-Прохорыч, а это зачем?
-Я знаю, чего надо. Пиши-пиши.
На войну я отправил трех сынов...
-Миша!
-М?
-Я же просила. Нельзя тебе в школу.
-Мне что теперь, жить нельзя?
-Ну что ты говоришь?
Наладится все. Все пройдет.
Кого там принесло?
Иди встреть. Это Сергей.
-Здорово.
-Здравствуй, Сергей. Ты деда
нашего не видел? Вчера еще
с председателем уехал. Нет его.
-Вернутся, поди. Чаем-то угостишь?
-Заходи.
-Держи, боец. Из города привезено.
-Спасибо.
-Ну что, мой Витька тебя обижал
сегодня?
-Угу.
-Но ты не бойся. Больше не будет.
Завтра в школу иди. Ты сын героя.
Тебе бояться вообще нельзя.
Слышишь?
-Слышу.
-Вот и молодец.
-Нельзя ему в школу, болеет он.
-Можно. Пусть кто-нибудь только
пикнет. Теперь со мной
будут объясняться.
-Мама, я пойду к бабушке.
-Иди.
Господи, боюсь я за него.
Что Витька-то?
-Мать-дура научила.
Стопку-то нальешь?
И себе.
-В награду дал...
-В награду дал часы.
Написал?
-Угу.
-Отчество его помнишь,
политрука этого?
-Как его?.. Тьфу! Да я имя
забыл даже. Мишка запомнил.
Отчество какое-то трудное.
Ой!
-Чего?
-Подожди, надо...
-Опять, что ли?
-...передохнуть. Осколок у меня.
Ты как думаешь, жрать-то
дадут али нет?
-А хрен его знает.
-Ну вечер уже.
Идут.
Все, остальное на словах доскажем.
Главное, про часы написали.
Эй, товарищ!
-Кузьма!
-Товарищ, мы здесь!
-Кузьма, да не дергайся ты!
Ну прошли. Чего дергаться-то?
Я же говорю, к утру напишем.
-Доигрались. Не хрена было соваться!
Сидели бы и сидели.
Авось обошлось бы.
-Да не обошлось бы, Кузя!
И не пори ты горячку! Ничего же
еще не случилось. А случится -
царапаться будем.
-Ты с кем царапаться собираешься?
Храбрец! Подумай, с кем царапаться-то
будешь! Вот с парашей мы будем
царапаться. Ты - с одной стороны,
я - с другой. Царапаться он будет...
-Кузя, ты же войну прошел.
-Ну прошел.
-Как ты воевал-то?
Уж больно бздиловатый.
-Поддел.
На войне - там совсем другое.
Там смерть рядом.
К ней можно привыкнуть.
Она простая, бесхитростная.
А тут совсем другое.
Семь лет как на иголках.
Без отдыха семь лет.
Опасность кругом. Главное,
невидимая, непонятная. Злая.
И не смерть, а грязь, позор.
Да, я боюсь! Всего боюсь.
Каждый день.
Утро, вечер. Без выходных.
Бздиловатый.
Да я сейчас на войну как на праздник.
-Кузя, ладно. Как говорится,
не бзди, прорвемся.
-Ладно, будь что будет. Или грудь
в крестах, или голова в кустах.
-Вот-вот.
ХОРОМ:Ведь не я, ведь не я
позабыла, забросила,
Сам решил, сам решился
на выбор такой.
И не я, и не я тебя,
милый, заставила...
-Молодец ты, Настька.
Моя, случись такое, давно бы
уже подцепила какого-нибудь...
-Но не случилось же. И хорошо.
Чего наговаривать-то?
-Будешь?
-Нет, не буду.
-У тебя там забор вот-вот повалится.
На днях приду поправлю.
-Свекор поправит. Обещал.
-Да будь ты проще, Настя.
Мы с Ванькой договорились.
-О чем это вы договорились?
-Да был разговор.
В эшелоне еще. Когда на фронт ехали.
Кто живой останется, за семьей
погибшего приглядывает.
Шутили. Думали, все выживем.
-О чем еще говорили?
-Да не помню я.
Больше молчали.
-Не надо, Сережа!
-Да ладно тебе. Не осудит он.
Даже если и видит.
-Нельзя.
-Чего нельзя-то? Все можно.
Надо решиться только - и все.
-Да хватит уже, а! Чего решаться-то?
Все давно уже решено. Не я решала,
вы сами с Ванькой договорились.
-Так это когда было-то!
А теперь?
-А теперь и говорить не о чем.
Все, давай иди.
Мне тоже на работу надо.
-Где Плужников?
-Да вон он.
-Где сам?
-Делами занят.
-Он в районе? Почему не приехал?
Для чего ему район?
А?
-К начальству вызвали.
-Ну-ка, не темни. Я сама все знаю.
Я молчать не буду.
В районе не дураки, в районе
знают, с кого спросить.
Поперся, дурак. Сам напросился.
Пускай теперь посидит.
Небось уже под конвоем.
-Чего сразу-то под конвоем?
К начальству вызвали!
-Так, машина есть? Мне в районо надо.
-Нет машин.
Да говорю, нет машин! Андреич
вернется - с ним разбирайтесь!
-Так, стой! Стоять, Плужников!
Вернется! Вернулся бы уже.
Значит так...
Чтобы утром была машина.
Или ты виноват будешь.
Попомни, Плужников!
-Иди отсюда, я здесь сижу.
-Тебя пересадили, я теперь здесь.
-Встань.
-Сам уйди! Анна Федоровна,
а чего он дерется?
-Тише! Что случилось?
-Опять пересесть хочет.
-Витя, сядь, пожалуйста, на место,
куда тебя посадили.
-Батя сказал, сзади сидеть.
-Виктор, сядь на место,
куда тебя посадили.
-Нельзя. Батя заругается.
-Полина, пожалуйста, возьми
вещи и пересядь на свое место.
-Ладно, Анна Федоровна.
Отойди.
-Открываем тетрадки.
-И не подходи ко мне.
-Ой-ой-ой.
-Готовимся к диктанту.
-Ябеда!
-Полина, к доске!
-Баба!
-Я не ябеда, я ничего
никому не говорил.
-Баба. Ябеда.
-Сам ты баба!
-Я своему бате скажу,
что ты первый начал и меня ударил.
-Мне твой батя не нужен,
скоро мой придет!
-Дурак! Все знают, что твой батя
немцам сдался.
-Что ты сказал?!
-Перестаньте!
Прекратить!
-После школы поговорим один на один.
-Позор! Кавырин, Спиридонов,
быстро по углам!
Продолжаем урок.
Реки покрылись тонким льдом.
-Мама?
Батя с председателем куда-то
уехали. Не сказали куда?
-Не сказал. Где Мишка?
-В школе.
Попей.
-Ты не уследила! Халда!
Но ничего.
Ванька приедет - разберется.
-Не мучай меня, мама.
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Часы где?
Подождите в коридоре. Вас вызовут.
-Садитесь.
-Сержант, мы все-таки
арестованы или?..
-Арестованные у нас
в другом месте. Садитесь.
-По-моему, товарищ,
колхозники нам голову морочат.
-Думаешь, придумали?
-Когда приспичит, и не то придумаешь.
-А если не придумали?
Чужой человек этот Галицкий.
И если мы его разоблачим,
честь нам и слава.
-Вот здесь вот...
можно пустить оборочки.
-Можно, можно попробовать.
ОТКРЫВАЕТСЯ ДВЕРЬ
Ой, простите, муж.
-Здравствуйте!
-Привет!
-Здравствуйте!
-Котлеты на плите.
-Хорошо, разберусь.
-Да-а, он у вас чудо.
Не то что мой увалень.
А что, не тошно вам в нашей глуши?
-Мужу нравится.
-Риск. Галицкий не наш уровень.
Есть краевое управление,
товарищ майор...
-Вот в управление поезжай.
-Понял.
-До свидания!
-До свидания!
-Устал?
-Да.
Ты аккуратнее с этим.
-Да я знаю.
Как это все красиво! Как изящно!
Все для людей.
А у нас все для колхозов,
заводов. А что для людей?
-Лучше убери.
-Да, уберу.
-Ну, докладывай.
-Да, непростая личность,
конечно, этот Галицкий.
-Давай-давай, не тяни.
-По-моему, в крайкоме растеряны.
Как я понял, у него там нет друзей.
А вот сосланный он или засланный -
никто не знает.
-Не похож он на засланного.
-О-о-ой...
-Товарищ капитан!
А с нами-то что? Как-то неясно.
-Рогозинские?
-Рогозинские, да.
-Вы что здесь делаете?
-Как - что?
-Товарищ майор сказал сидеть
и ждать. Мы сидим ждем.
-Отчет же написали?
-Да, давно.
-Так чего ждете?
Или в деревне дел нет?
-Какой там! Дел выше крыши. Ну и...
-Поезжайте.
-А что, можно?
-Давно пора.
-Так это... Спасибо.
-Не за что.
-Спасибо.
-Спасибо.
-Скоро увидимся.
-Зачем?
-В гости приедем. Или не рады?
-Рады. Примем как родню.
-Примем, примем.
-Поезжайте, поезжайте.
"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина,
Тогда бы слез я не знала.
В краю далеком мой ясный сокол..."
-Настя!
-А?
-Подь сюды.
-Бать, вы где так долго были-то?
-Где были, там нас уже нет.
Мишка-то где?
-В хате у вас, с матерью.
-Значит так... Сегодня же
сядете и напишете.
-Что?
-Что крайкомовский вас подговорил.
Приказал портрет уронить,
а в награду часы дал.
-Так не было же этого, бать!
-Помолчи! Слушай, что я тебе говорю.
Повторяю: сядете сегодня и напишете.
Мишка пускай напишет, он грамотный.
В общем, если приедут, отдадите,
скажете, мол, вот так оно все и было.
Поняла?
-Поняла.
-Все, дуй.
Ну, кому говорю!
-Давай, давай!
-Ага.
-Не тяни, садись.
-Ай-ай-ай...
-Держи, держи.
Ну, давай!
-Ну, с Богом.
-А-а-а!
-Давай. Вот она... вот она,
воля-то. Пожалуй, у нас...
Садись. Несколько денечков у нас
есть. Но они от нас не отстанут.
Вот увидишь. В гости, говорит,
приеду к вам. Ты его звал? Нет.
И я его не звал. Пошел он на хрен!
Тоже мне, с гостями своими нужны!..
Шутник!
-Наливай.
-Миш, пиши.
-Нет, мам. Он хороший,
он не подговаривал.
-Да знаю, что не подговаривал.
Ну а что делать? Соврем маленько.
Все врут, не без этого.
ВМЕСТЕ:По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
тащился...
-...с сумой на плечах.
-Коля, я ж тебя люблю!
Можно я тебя поцелую?
Поцелую, Кузя.
-Ну чо?
-Чо? Чего-чего, живы пока.
Ну, у вас что тут?
-Да нормально.
-Что значит "нормально"?
Ты давай докладывай как следует.
Трактора чинятся?
-Ну так... Запчасти ждем, Андреич.
-А я вам что говорил? Я вам
говорил, поезжайте, торопите!
А вы все на пятой точке сидите,
ничего не делаете!
-Ладно, Андреич!
Сегодня уже обещали.
-Чего?
О, пыхтит. Иди займись делом.
-Где был, рассказывай.
-Не надо только допрос мне
устраивать. Не надо!
-Рассказывай!
-Начальников полно тут.
-Рассказывай! На меня валил?
-Я не ты! Даже имени
твоего не упоминал.
-До чего договорились?
-Там не договариваются,
там они говорят, а ты сидишь
и слушаешь, ушами хлопаешь.
-Чем закончилось?
-Да чем закончилось?..
Ничем не закончилось. Может, приедут,
а может, не приедут. Черт их знает.
У них и без нас забот хватает.
-Так, мне машина нужна.
Обязан дать.
-Зачем?
-В районо.
-Машин нет, лошадей нет.
И в район тебе не надо.
-А я потом все доложу.
-Ну и доложи.
-Я доложу!
-Ну и доложи!
-Доложу.
-А вот и доложи.
-А я доложу.
-Ну и доложи!
Замумукала меня!
Все у тебя только...
только чтоб по инструкции
да по инструкции!
На хрен ты мне нужна со своей
инструкцией! Не нужна мне эта жизнь
только по инструкции! Вот ты
всю жизнь по инструкции живешь!
И спишь с ней! Так и скончаешься.
А какая девка-то молодая была!
А жить надо своим умом, своим!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Игорь Вячеславович у себя?
-Да.
-Занят?
-У него люди... но я уточню.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Одну секундочку, пожалуйста.
-Заставил ждать? Простите.
-Ничего страшного, ведь это я
вам помешал. Дело минутное.
Хотелось бы кое-что уточнить.
-Прошу!
-Ваши?
-Да.
То есть бывшие мои.
Я подарил их мальчику.
-Ясно. А этот мальчик -
ваш знакомый?..
-Нет.
-Может быть, родственник?
-Просто деревенский мальчик.
Я застрял ночью в дороге.
Попросился на ночлег. Меня приютили.
Уютная изба, гостеприимные хозяева.
Ждут отца с войны,
он без вести пропал.
Часов в доме нет,
просыпаются по петухам.
Хотелось хоть как-то отблагодарить.
Да и мальчишка чистый какой-то...
светлый. Подумалось,
хороший человек вырастет.
-Понятно.
-А что такое?
Что-то случилось?
-Ну как вам сказать... Разбираемся.
Я заберу часы,
пускай полежат у меня пока.
-Нет, это подарок.
Надо бы вернуть мальчику.
-Ну да... Дело в том,
что этот мальчик...
бросил портрет в придорожную лужу.
-Портрет?
-Мальчишки! Беда с ними.
Так говорил мой отец: "Беда с вами,
мальчишки!" Ну ничего, мы разберемся.
Прошу извинить,
что отнял у вас время.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Верочка, вы представляете,
мой муж сказал, что летом мы поедем
в Карловы Вары!
-Что, серьезно?
-Посмотрите! Ведь не стыдно
будет и пройтись с ним.
-Конечно, не стыдно!
Игорь?
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Ну что, м?
-По-моему, прекрасно.
-Вы просто чудо! Спасибо вам.
-Не за что.
-Не буду вам мешать.
-Ну что? Ты что-то рано.
Я даже ужин не приготовила.
-Вер, завтра утром мой шофер
отвезет тебя в Новосибирск.
Ты сядешь в поезд и через
три дня будешь в Москве.
-Что, что-то случилось?
-Да. Садись.
У нас мало времени.
Завтра они все согласуют
с Москвой, получат одобрение
и вечером приедут за мной.
-А может, не получат одобрение.
-Получат.
-Ты не можешь быть уверен.
-Я уверен.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
Отрекись от меня.
Громко, во всеуслышание.
-От родителей отреклась, от мужа
отреклась... Что ж я за человек-то
такой, что после общения
со мной нужно мыть руки, а?
-Будь как все. Мы давно уже
как стадо. Глупо блеять не в унисон.
В Москве тебя встретит Вершинин.
Выходи за него. У него...
у него прочное положение.
-Ни у кого в нашей стране
нет прочного положения.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Товарищ Галицкий?
-Да.
-Пройдемте с нами.
МЫЧАТ КОРОВЫ
-Андреич!
-Чего?
-На таком корму до первой травы
не продержимся - передохнут.
Разве это корм, а?
-Ой, язва ты!
-Сам бы поел.
-Вот Райка язва!
Красавица, а язва!
-Иди ты!..
-Продержимся. Я говорю, продержимся.
Обязательно, никак нельзя без этого.
Март, скоро апрель. Травка
зелененькая полезет из земли, а!
Вместе со стадом и отъедимся.
-У нас снег до конца апреля лежит.
-Вот... типун тебе на язык!
Все будет хорошо, поверьте...
-Сказки!..
-Девчонки мои! Продержимся, уверяю!
Продержимся.
-Ой...
-Ой, ты моя золотая...
-Андреич!
-Ну, чего там?
-Там это... эти приехали.
-Кто?
-Ну эти, в погонах.
-Ну конечно... С раннего утра.
Все, Прохорыч, отбегались мы.
-Поди сюда.
Мишка где?
-Из школы домой пошел. А что?
-Но!
А!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Мишка... Поди-ка сюда. Иди, иди.
Садись.
Значит так. Слушай меня внимательно.
Поживешь пока у нас. Ежели что -
побежишь в лес к Егорычу.
Сторожку его помнишь?
-Помню. Но зачем?
-Не спрашивай, а запоминай.
-Значит, виноват...
один мальчишка, так?
Ему показали красивую дорогую
игрушку, и он совершил диверсию.
А вы ни при чем, да?
-Я с себя ответственности не снимаю.
-Выходит, любого из ваших детей
можно уговорить сделать диверсию?
Любой сделает за конфетку?
Как вы их воспитываете,
чему вы их учите?
-Чего, бать?
-Приехали, в конторе сидят.
Слушай дальше.
Ежели и к Егорычу придут -
беги в лес.
Беги себе и беги, пока на людей
не выйдешь. В лесу сейчас кержаков
много. Скажешь: "От власти бегу".
Они тебя пригреют и накормят.
Запомнил?
Вот и хорошо.
-Скоро вернется.
-А я говорила, предупреждала!
-Помолчи! Будет еще
время высказаться -
на показательном процессе.
Все вали на меня,
я во всем виноват. Мне все равно.
Сейчас молчи!
-А теперь иди поешь.
Хорошенько поешь!
-Как же, батя? Он же сгинет в лесу.
-А пущай в лесу сгинет,
нежели в колонии их этой детской.
-Не позволю.
-Чего?!
-Не позволю.
-Гляди у меня...
И на тебя патрона не пожалею.
Не позволит она...
Кушай-кушай.
-Долго еще ждать?
-Сейчас, Алексей Петрович придет...
-Что за поспешность?
-Прошу садиться.
Внеплановый педсовет.
-Так некстати - я свинью колоть
собралась, а у меня ножи не наточены.
Может, отпустите,
Клара Дмитриевна?
-Дело очень серьезное.
Подождет свинья.
Будем говорить о наших жизнях.
Садитесь.
Я хочу, чтобы решил весь коллектив.
Не я одна, а весь коллектив.
Итак.
Все мы помним,
что случилось 7 ноября.
И мы не можем делать вид,
что ничего не произошло. Произошло.
Вы пишете, Марья Юрьевна? Пишите.
Высказывайтесь, товарищи.
Алексей Петрович...
-Случай, конечно, безобразный.
Но как наказать родителей?..
Мы же не можем.
Существуют специальные органы.
А ребенок...
Через четыре года ему будет 12 лет.
А с 12 лет наступает уголовная
ответственность. А там до...
До расстрела.
-Да вы что - до расстрела!
Слова-то какие - страшно слушать.
-А мы не классные дамы.
Мы советские учителя.
Мы борцы на образовательном фронте.
-Да какой фронт, Клара Дмитриевна?
Ребенок упал!
Мы что, одичали все?
"Фронт, расстрел..."
Хватит уже! Жить страшно.
Надо... быть добрее.
Сколько сыновей и мужей потеряли -
давайте хоть теперь поживем
по-человечески, под мирным небом.
-А если к нам придут?
Если нас спросят?
Не надо это писать.
Что будем отвечать?
Про доброту... вашу?
-Классовую борьбу никто не отменял.
Бдительность нужна, как и прежде.
А насчет доброты, Анна Федоровна...
Большевики всегда
были добры к друзьям.
А к врагам были и будут суровы.
-Он какой враг? Ребенок просто.
Наш с вами ребенок.
-А почему не пишем? Пишите!
-Нехорошо.
-Что-о?..
-Токсикоз, что ли? Извините.
Я бы прилегла.
-Не рановато - на шестом месяце?
Ладно, иди посиди у меня в кабинете.
-Протокол мы напишем.
Действительно, давайте подумаем.
Ну не выгонять же мальчика из школы.
-Из школы - нет.
А из октябрят - да.
А кто не согласен - может возражать,
но это будет в протоколе.
-Разумно! Это все равно что
выгнать из партии. Разумно!
-Губим ребенка.
Все равно что из жизни исключить.
-Ну это вы у нас добрая,
а мы вот злые. Голосовать не будем?
-Не.
-Так и запишите,
исключение принято единогласно.
-Можно хотя бы не делать это
публично? В протокол внесете,
что ребенка исключили из октябрят.
Приедут - отчитаетесь.
Но не надо школьной линейки.
Не надо мальчика выставлять
перед строем и звездочку забирать.
Я сама заберу.
-Не ждал?
Игорь, я...
-Я все знаю.
А ты быстро добралась.
-Я могу уехать к знакомым, если что.
А ты, наверное, женился.
-Я не женился.
И я очень рад тебя видеть.
Пойдем.
-Значит, вы ни о чем
не просили мальчика?
-Нет.
-И ничего не говорили?
-Расспрашивал о жизни. Это все.
-"Скоро сдохнет"...
Это о ком было сказано?
-Я... уже не помню.
У них там сосед буйный.
Может быть, о нем.
Я только хотел сказать, что ни...
мальчик, ни его мама не виноваты.
Они всего лишь приютили меня.
-С вашего позволения,
мы разберемся в этом без вас.
Ваше?
-Да.
Из конфиската.
Забыл сдать в управление.
-А зачем же вы...
нахваливали заграницу?
-Заграницу?
-"Супруги Галицкие пытались убедить
меня в преимуществах заграничной
жизни на примере журнала мод".
Это клевета?
-Я пытался... рассуждать на эту тему.
Лидия Павловна, видимо, неверно меня
поняла. Я говорил о проблеме
в философском разрезе.
Пример Советского Союза заставляет
капиталистов других стран думать
о своих рабочих. Не будь нашей
страны, рабочих в других странах
угнетали бы еще больше.
Вот об этом я пытался рассуждать и...
-Юлите, Галицкий.
Об этом здесь ничего не сказано.
Значит так, вы сейчас сядете...
...и напишете все честно. Как надо.
Тогда избежите больших неприятностей.
Вы понимаете меня?
-Спасибо, я... Я все напишу.
Честно. Как надо.
-Спиридонов! Миш... Подойди ко мне.
Я поговорить с тобой хочу.
-Я знаю. Я больше не буду падать,
когда несу портрет.
-Конечно, ты больше не упадешь.
Мишенька, дело не в тебе, а в нас.
Это мы непутевые, мы, взрослые
дяди и тети. Давай договоримся так:
ты мне отдашь звездочку,
а я потом тебе ее верну.
-А зачем?
-У меня побудет.
-А все ее тоже отдадут?
-Нет.
Тебя будут спрашивать,
а ты не отвечай. Не их дело.
Дразнить будут, смеяться.
А ты не обращай внимания.
Посмеются и забудут.
Потом что-нибудь да изменится.
Мишенька, это не навсегда. Понял?
-Угу.
-Не огорчайся.
Ну все, садись.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Ну и пусть!..


Серия 3

-Чего тут?
-Ну я обещал, вот и зашел.
Обедом-то накормишь, как закончу?
-Не надо, Сереж, уходи.
-Ну не накормишь, да и не надо.
Делать-то всё равно нечего.
Запчастей не привезли.
А чем без дела слоняться...
Да что ж ты будешь делать!
Сейчас, за пару часов управлюсь.
-Давай лучше я потом сама управлюсь.
-Ну я ж тебе сказал, за пару часов
управлюсь, ну!
-Теть Насть, Мишка дома?
Мне Анна Федоровна сказала,
что нет его в школе.
-Господи... Так в школе он.
Он с утра еще ушел.
Миш!
-Бать, пошли обедать, мать зовет.
-Миша!
-А Мишка с утра в школе был?
-Да, был, но потом ушел.
У него звездочку отобрали.
-Миш!
-Куда ушел?
-За речку, я из окна видел.
-Пошли.
-Я с вами пойду.
-Пошла отсюда, малявка!
-Так! Взялись за руки и пошли вперед.
-Батя!
-М?
-Мишка не у вас?
-Чего?
-Мам... Не заходил?
-Не уберегла, а!
Не уследила, зараза!
-Тихо! Иди ложись!
Давно пропал-то?
-С утра в школу ушел - и все.
ХОРОМ: Мишка!
-Миш!
-Миша!
-Оля!
-Мишка!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Мишка!
-Мишка!
-Мишка!
-Мишка!
-Отзовись!
-Миша, где ты?
-Мишка!
-Мишка, ты где?
-Мишка!
-Миша!
-Миша!
ХОРОМ: Мишка!
-Миша, отзовись!
-Мишка! Мишка!
ПЛАЧЕТ
Мишка! Мишка!
Миша!
Витька, дядя Сергей, нашла!
-Дурачок, а! Что ж ты на морозе-то?
Мишка? Мишка, слышишь меня?
Ну-ка, скажи, сынусь... Не молчи,
скажи, как твоя фамилия?
-С... Спиридонов.
-Вот и умничка, вот и молодец.
Так, сейчас пойдем домой.
Чтоб не драться у меня
больше, понял?
Вы братья, слышишь?
Запомни, на всю жизнь братья.
Все-все, мой хороший.
Ну, пошли домой.
ТРАГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Спасибо.
-Хей! Хей!
Ну ты, Мишка, учудил... Держись.
-Ничего-ничего, на печке отогреешься.
-Держись.
-Мишка, ну как же так?
Как так можно-то?
-Клара Дмитриевна!
-Ой! Фу, напугал.
Что нужно вам?
-Да я попросить хотел...
Не обижайте ребенка.
-Какого ребенка?
-Мишку Спиридонова.
Не надо обижать.
-Значит так... Для разговора
приходите как положено -
днем и по записи. И не надо
со мной разговаривать в таком тоне.
Что...
-Нормальный у меня тон.
Уважительный. Но если выводов
из нашего разговора не сделаешь...
другой тон будет.
-Позвольте пройти.
Или мне что, помощь позвать?
-Повторяю: будешь обижать ребенка -
пеняй на себя. Плохо будет.
Ты можешь сдать меня в милицию,
можешь посадить в тюрьму,
но я найду минутку
и загляну к тебе. Поняла?
И звездочку мальчишке верни.
-Я не могу. Район утвердил.
Может, первого сентября.
-Вот и хорошо. Второго зайду.
-Дикари.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Председатель кто?
-Я председатель.
-Собирай народ и объяви:
товарищ Сталин умер.
ГРОЗНАЯ МУЗЫКА
-Это как же так?..
-Не сметь...
Не смей думать.
-Так как же...
-Не смей верить.
-Нет, ну... Как же, как же?..
Не обман ли?
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Господи!
Думать страшно! Я не верю!
-Андреич!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Митька...
-Что случилось, Андреич?
-Сталин умер.
РЫДАНИЯ
-Теть Насть!
-Здрасте...
-Мишка... Все к клубу!
-Зачем?
-Андреич велел.
-Куда? Сиди, сиди ешь!
Не пойдем. Мать вон сходит.
Ты что стоишь? Слыхала?
Собирайся, иди.
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Дайте пройти!
-Андреич, господи!
-Ой...
-Кузьма Андреич, все.
-Люди!..
Товарищи! Дорогие мои!
Я должен сказать...
сказать...
...страшную вещь сказать.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Товарищ Сталин...
умер.
ВСЕ: Ах!
РЫДАНИЯ
-Нет с нами товарища Сталина.
-А как же теперь,
Андреич, жить-то будем?
А страна как будет жить?
-Да какая разница, что с нами будет!
Его нету, значит, и нас нету.
Ладно, давайте, это... расходитесь.
Нет у меня для вас слов утешения.
РЫДАНИЯ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
НАПЕВАЕТ
-Дедушка...
-М?
-А почему ты не плачешь? Тебе что,
товарища Сталина не жалко?
НАПЕВАЕТ
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
-Здорово, Прохорыч.
-Здорово. Ну что?
-Там это... Андреич просит
самогоночки. У тебя ведь есть...
-Ну...
Для такого случая найдем. Идем.
Ты иди, иди. Я сам донесу, сам.
Андреич у себя в конторе?
-В конторе.
-Ну иди, иди.
НАПЕВАЕТ
-Мочи нет. Сейчас выпить и забыться.
-Мите вон налей.
-Ему не надо, он молодой.
-Вон Серега идет. С вами выпьет.
Тоже, видать, места себе не находит.
-Ну да, места не находит!
Самогонку за версту чует!
-Здорово!
-Здорово!
-Здорово!
-Мне тоже плесните.
-Ну да. Во народ! Беда не беда,
лишь бы нажраться.
Ну что?..
Не чокаясь.
-Эх...
-А-а-ах!
-А-а-ах!
Вот так.
Осиротели. Не думали не гадали...
-Что значит "не думали"?
Политрук вон думал! Даже Мишке
сказал: скоро, мол, сдохнет.
Умный. Жалко, загнется на зоне. Жаль.
-Слушай...
А ну, заткнись!
Я ведь не потерплю! Только пикни...
-Я не пикаю.
-Э, отцы, отцы...
-Ты мне рот-то не затыкай!
А то я тебе могу и...
-Ты морда вражья!
-Отцы!
-Я пикну!
-Дядь Вась, да ты что! Все!
-Пикает он у меня...
-День-то такой, ну...
Все, дядь Вась, сядь, сядь.
-А что он?..
-Тоже слова-то выбирай.
-Что застыл? Наливай!
Все. Теперь и тебя не пожалею.
Теперь я тебя посажу.
Враг ты!
-Ха!
Накося... выкуси. Все. Опоздал.
Теперь не посадишь. Не до нас им.
Так что, Андреич, успокойся.
-Ты что думаешь-то, а? Вождь ушел
и советская власть кончилась?
Во. Не дождетесь.
-Да нет, советская власть
не кончилась. Нет.
Но она кончится, когда такие, как вы,
упертые большевики, перемрете.
Годков так через сто. Вот
тогда Россиюшка и вздохнет.
-А чем тебе-то народная
власть не угодила?
-Народная? Молодой еще!
Так что не встревать!
В потемках живешь, ничего не знаешь.
А туда же - рассуждать!
-А что, он понимает. Митька понимает.
А что ты хамишь советской власти, а?
Тебя не я, не он, не органы -
тебя народ растерзает за слова твои.
-Да задурили мозги вы народу.
Ничего, очнутся люди, очнутся.
-Народ давно очнулся. А вам,
куркулям, до советской власти
сладко жилось. Тоскуете?
А народ-то в это время гнил!
Забыл, что ли?
-Я куркуль?
-Куркуль.
-Ну да. Куркуль.
Только вот мы, куркули-то, с утра
до ночи вкалывали, потому и жили
в достатке. А твой батя кем был?
Частушечник. С утра до ночи водку
жрал да песни орал. Вон коровенку
продал и гармошку купил.
Что, не было?
-Было!
-Было.
-Было!
-Было.
-Но мой отец, мой батя...
он хотел, чтоб праздник во всей
деревне был, чтоб всем радость была,
и жили, и работали - все в радость!
Вы только под себя все гребли!
-Праздник, да?! А в это время у него
в хате дети на лавках с голоду
пухнут, а он на гармошке
наяривает, песни орет!
-И деревня его любила!
И нам помогали!
-Вот! Вот таким, как ты, советская
власть в самую пору была.
У меня все забрали да между собой
поделили. Ну и чо, чо?!
А ничо! Проели все да прогуляли!
Теперь опять голопузые ходите.
Жалко только, молодым мозги
задурили. Они жизни еще не знают,
а туда же - не трожь
советскую власть!
Ничего, пройдет время, и вам
мозги продует. Продует.
Я знаю, продует.
-Серега, наливай.
Митя, вот смотрите...
Вот эта вражья рожа...
открылась полностью, во всей красе.
Вот она, твоя сущность куркулья.
Куркуль был - куркуль остался.
-А что ты мою вражью самогонку-то
жрешь, а? Подавишься!
Большевик вонючий!
-Ах ты, контра!
-Вы что как дети-то, а?
-Да я тебя!..
-Дядя Вась!
-Да пошел он!
-Да угомонитесь вы, а!
-Не жить тебе с нами!
-Андреич, угомонись!
-Пошел он отсюда!
Ишь как разговорился-то, как осмелел!
Они теперь изо всех щелей поползут...
враги затаившиеся. Но ничего,
мы с ними управимся.
Управимся, товарищ Сталин.
-Дядя Вась! Да погоди ты, а!
-Ну что?
-Ну что вы как пацаны, а?
Хорошо ведь сидели. Зря ты так.
У каждого своя же правда.
Да и не трогай ты Сталина. Мы с его
именем в атаку бежали. Заорешь:
"За родину, за Сталина!" -
и как-то полегче.
-Дураки - вот и орали.
Ванька мой не орал.
-Да орал, дядя Вась. Как все.
Все орали. Дай глотнуть.
-Держи. Вот вернется -
узнаем, орал или не орал.
-Ты особо-то не надейся. Со Сталиным,
без Сталина - мертвые не поднимутся.
-Мертвые, может, и не поднимутся.
Но вот живые...
Сейчас многие вернутся. Его боялись.
Затаились где-то, ждали.
А теперь вернутся. Это я тебе к тому
говорю, чтобы ты к Насте клинья
не подбивал. Ванька
вернется - плохо тебе будет.
-А вот это не твое дело.
-Это мое дело! Я сказал, ты услышал.
А не услышал - пеняй на себя.
"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина,
Тогда бы слез я не знала.
В краю далеком мой ясный сокол,
Ой, желанный мой,
Скучает он за милой, ой..."
-Мишка! Зови. Все готово.
-Теть Наташ, пора обедать.
-Своих зови.
Ишь разошлись!
-Дед, мам! Пора обедать.
-Пойдем обедать, все готово!
-Бать!
-М?
-Руки уже отсохли. Пошли.
Пойдем.
-Идем. Ну что, проголодался?
-Ага.
-Садитесь, все готово. А то как бы
молоко не прокисло на такой жаре.
-Хорошая хозяйка. Славная будет жена.
-А чего они там одни?
Полинка, позови.
-Да, хорошо.
-Ну вот, с Богом.
-Тетя Нин, дядя Сергей, идите к нам!
-Привязались. Нам и одним хорошо.
-Пойдем. Пригласили. Неудобно.
-Я возьму.
-К вечеру управимся.
Погода не подвела. Ведро.
-Вам-то хорошо. А я одна и за завтра
не управлюсь. С мужиком-то красота!
-Не больно-то и наши мужики помогают.
Еле уговорила, да? Хорошо, трактор
сломался, а то бы одна косила.
-Вообще, косьба - дело мужицкое.
-Это раньше так было. Теперь
все бабы. Как пошло, так и...
-Я слыхала, что в городе мужики
наравне с бабами. И пол подметут,
и щи сварят...
-Что ты говоришь-то?
-Чо?
-Какой это мужик? Одно название.
Не баба, не мужик. Так, Терентий.
-Прости господи.
-А вот в Лебяжье, говорят, приезжали
вербовали в город на работу.
-Это как?
-На работу зовут, руки нужны.
Мужиков - на моторный завод,
баб - на ткацкую фабрику.
Уже половина деревень опустела.
Скоро до нас дойдут.
-Страсть господня этот город. Людей
как муравьев, а поздороваться
и не с кем. Ходят сами
по себе. Лучше дома.
Тяжело, да знакомо.
-Зато жизнь в городе не чета нашей.
Вот смену у станка отработаешь,
потом придешь домой, лежишь себе
полеживаешь. У тебя свет
электрический, радио играет.
-У меня троюродная
уехала, не жалуется.
-Граждане, Рогозиха там?
-Нет, вон там!
-Господи...
-Да не они. Сколько времени-то
прошло...
-Наелись. Работать пора.
-Да...
-Неужели это правда они?
-Посмотрим.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
Присаживайтесь. Я, собственно,
ненадолго. Понимаю, страда,
дел у вас много. Всего
несколько вопросов.
Ведь у вас начинали следствие...
-Я уже доложила в район,
но ответственности с себя не снимаю.
-Да-да. Садитесь. Я читал ваше
письмо. Сожалею. Понимаю, столько
переживаний вам это доставило!
Собственно, вот бумага. Прочитайте.
Если все правильно, подпишите.
Жарко. Ну что, прочли?
-Читаем.
Только он нас не бил.
Расспрашивал строго, но не бил.
-Однако угрожал.
-Ну вот. Все равно что бил.
Короче, все ваше дело высосано
из пальца. Вы согласны?
Да и сотрудники органов действовали
грубо. Вплоть до рукоприкладства.
Так?
Вот и хорошо. Подписывайте.
-И что выходит? Мы не виноваты?
-Мальчик упал. Где преступление?
-Ну да.
-Ошиблись. Каемся. Ошибки надо
признавать. Вот и признаем.
Или у вас есть сомнения?
А вы?
-Как бы из-за нас не пострадал...
-Суд решит. Не нам с вами решать.
Перед законом все равны.
Вот и с Берией тоже суд решит.
Подписывайте.
-Да подписывай ты уже!
-Полина!
-Да?
-Беги позови Мишку. Он там прячется.
-Ага!
-В деревню пойду.
Узнаю, что приезжали.
-Кажись, все. Надолго ли?
А что он там про Берию говорил?
Неужто враг? Да...
Вот тебе и соратники.
-Не знаю. Ой, не знаю.
Душа не на месте.
-Да. Век живи - век трясись.
-Ты чего, Миш?
-Мастак ты, Мишка, падать.
-Больно.
-То на демонстрации, то вот...
-Покажи. Вы идите,
мы дойдем потихоньку.
Больно?
-Да.
-Стой! На, держи. Неси аккуратней.
Домой иди. Ужин готовь. Скоро буду.
Ну-ка...
-Встать сможешь?
-Ага.
-Не надо, мы дойдем помаленьку.
-Давай.
-Тебе не тяжело?
-Вырастешь - будешь тяжелым.
А пока пушинка.
-А мой батя такой же сильный?
-Да, пожалуй, посильнее.
Завтра не бегай. Может разболеться.
-Может, святой водой окропить?
-Не знаю, попробуй.
Пока, работник.
-Сереж...
Спасибо тебе.
Нет, не надо.
Нельзя. Не мучай меня.
Ты же видишь, что мне и так тяжело.
-Бабы на покосе сегодня говорили
про Терентия. Помнишь, хихикали?
А я знаешь что подумал?
Я и полы мести буду, и щи варить
научусь - лишь бы для тебя.
Я ж тебя беречь буду как королеву.
-Нет.
-Зайду еще, жди.
-Так сладенького захотелось!
А то все картошка, картошка.
-Угу. На одной картошке-то
не разгуляешься.
-Ну да.
-А можно мне тоже две конфетки?
-С какой это радости? Повадилась!
Ни дня без конфеток!
-Да не мне, а Мишке. Угостить хочу.
-Ой, сердобольная ты.
-Невеста. И угостит, и защитит, да?
-Он самый красивый. Не так, что ли?
-Так.
-Ты лучше скажи тете Насте,
толстовки завезли. Хорошие,
как раз Мишкин размер.
Дорогие, но, поди, дед-то
денежек добавит. На, держи.
-Ага, добавит!
-Покажи, мам!
-Не больно-то он щедрый.
-Ну уж для единственного-то внука
денег не пожалеет, м?
-Красивая!
-Хорошая.
-Мам, я их уговорю, они точно купят.
Представляешь, как Мишке будет?
-Наташка, заворачивай. Мы с Полинкой
отнесем, а деньги я в обед принесу.
-250 рублей, дорогие. Вдруг не купят?
-Я куплю. Заворачивай.
Мой подарок будет.
-Постой ровно.
-Не могу! Как красиво!
Наверное, в самом городе сшито.
-Посмотрим.
Москва. Московская
трикотажная фабрика.
-Московская!
-Да как же можно?
Из Москвы-то самой!
-Видно, фабрика большая -
на всю страну шьет.
-И правда, Москвой пахнет.
-Погоди.
Вот так 1 Сентября и пойдешь.
Наравне со всеми.
Только самый красивый.
-Смело товарищи в ногу,
Духом окрепнем в борьбе.
ВМЕСТЕ:В царство свободы дорогу
Грудью проложим себе.
В царство свободы дорогу
Грудью проложим себе.
Вышли мы все из народа,
Дети семьи трудовой.
Братский союз и свобода -
Вот наш девиз боевой.
-Батя!
Привет!
-Здорово!
Поужинали?
-Нет, тебя ждали.
-Ну пойдем.
-Мам! Папка пришел!
-Витька!
-Ну что, как у Мишки-то дела?
-Да уже все хорошо,
даже и не хромает.
-Толстовку ему Настя купила.
В сельпо завезли.
Завтра утром Витьке пойду куплю,
пока все не расхватали.
-Осенью. За уборку получу -
и купим тебе.
-Так ведь есть же деньги.
Или копишь на что?
-Сказал, осенью, не слышишь?
На что мне копить-то?
-Ну тебе лучше знать. Может, ты
в город в ресторан кого пригласить
хочешь? Ты же мне не докладываешь.
-Рот закрой.
-Для ребенка денег ему жалко.
Тебе что, Мишка роднее?
Пер его вчера на глазах у всего
народа. Чего его переть-то?
Сам бы доковылял! Своего-то,
поди, не взял бы на руки?
-Заткнись.
-"Заткнись, заткнись"!
Слово нельзя сказать.
-Сынок, иди погуляй.
-Не уходи, Витька.
Поздно уже. Спать пора.
-Иди, сынок, погуляй.
-Не подходи ко мне.
Я терпеть не буду.
А-а-а!
-Мало я из тебя дурь выбивал?
-Мало! Кобель проклятый!
-Ах ты!
Убью!
-А-а!
ИЗ ИЗБЫ ДОНОСИТСЯ ЖЕНСКИЙ КРИК
-А-а!
-Убью, тварь! Убью!
-А-а!
А-а! А-а! А-а!
-Что там происходит?
-Там папка мамку бьет.
-А-а! Убивают! А-а!
-Не смей!
-Нин...
НИНА ВСХЛИПЫВАЕТ
Прости, я...
Я не виновата, не держи на меня зла.
-Тьфу! Пошла вон!
-Спать иди.
-Ты чего пришел? Домой иди.
Чего молчишь?
Оробел? Или ты только мастер
руки распускать, а?
Ты зачем Нинку бил, а?
-Я сам не знаю.
Злость какая-то во мне просыпается.
Сдержать не могу.
Живу с ней, а... каждую минуту
о тебе думаю.
Нинка это чувствует и подковыривает.
Вот и не сдержался.
Думал, убью.
-Плохо это, Сережа. Уходи.
У тебя же сын растет, он все видит.
Уходи. И так вся деревня болтает.
-Не могу я без тебя. Не могу!
-Пусти.
-Не пущу. Все равно вместе будем.
Чего время-то терять?
Смотреть друг на друга, мучиться,
стареть? Давай, пока молодые, давай!
-Нет. Не будет этого, Сережа.
-Будет.
-Нет.
-Будет. Давай уедем, убежим...
-Нет.
-В город. Теперь можно.
Давай. Паспорта получим.
Давай убежим ото всех.
Я - от своей дуры, ты - от Ванькиных
стариков. Давай, а? Ну давай.
-Да не бывать этому! Пусти ты!
Пусти!
-Упористая ты.
Да и я на войне закален.
-Пусти.
Пусти, дьявол.
-Видно, судьба у тебя такая...
дьявола любить.
-Яблочка, миленькая!
-Дед твой едет! Пойдем!
Здравствуйте!
-Здрасте!
-Тпру! Здравствуйте, милые.
-Вы одни?
-Гнедому травки нарвите.
-Ага!
-Искала?
-Поговорить надо.
-Ну, идем в избу.
-Кушай на здоровье.
Пусть ест.
-Ну, чего звала-то?
-Отвез бы ты нас, батя, с Мишкой.
-Куда?
-В Черемное.
У меня там брат двоюродный.
Приютят. Изба у них большая.
Недалеко. Будем приезжать в гости.
-Так-таки заегозила.
Так-таки приглядела кого-то.
С глаз долой хошь?
-Да ничего я не приглядела.
Просто брат давно зовет.
Ну и восьмилетка там.
Все равно потом Мишку везти.
-Не виляй. Говори прямо.
-Не могу я здесь.
-Иван придет сюда. Домой.
Жена и сын должны быть
здесь. Дома. И все.
Впредь не зарекайся, обижусь.
-Укроти сноху, Василий Прохорыч.
-Чего это?
-До греха доведут.
Я или ее порешу, или его.
Скажи ей, чтобы отстала от Сереги.
-Вот что, со своим мужиком
разбирайся сама.
Настю не трожь! Не ее вина,
что твой кобелина на нее пялится.
-Он-то кобелина, а она не лучше.
Смотри, Прохорыч,
как бы поздно не было.
-Смотрю-смотрю.
И решать буду сам, без подсказок.
А ты не лезь!


Серия 4

"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина,
Тогда бы слез я не знала.
В краю далеком мой ясный сокол,
Ох, желанный мой..."
-Эй, бабоньки!
-Да, здрасте!
-Здрасте!
-Здрасте! Красотища-то какая,
вы только гляньте! Это что ж это...
Какое сено - мм, чудо!
Так сам бы и съел его!
-Ай, Андреич!
-Уж в этом году без корма
не останемся, до весны доживем.
Налаживается жизнь, а!
Тьфу-тьфу, налаживается.
-Тьфу-тьфу!
-Вчера был в районе...
-Ага.
-Свет нам обещали провести.
-Это как?
-Ну как... Как тебе объяснить?..
Электричество - это, значит...
Вот выключатель.
Повернул - и светло в доме!
-Прямо так вот - повернул?..
-Горазд ты показывать!
-Подожди! Вот так повернул,
вот так выключил, ну!
Ой-ой, вам только про одно!
-Нет, нам до этого не дожить.
Но, может, дети наши это увидят.
-Два года партия отвела на это.
Два года! А если партия сказала,
значит, так и будет.
Через два года мы будем
с электричеством. А там, бабоньки...
мы радио проведем.
-Ой!
-Да. И в каждой избе запоет,
заиграет. В каждом доме
будет праздник.
-Ой!
-Слушай, хана тебе, Галка,
отбегалась! Радио вместо тебя будет.
-Ну хорошо. Размечтались.
-Теть Насть!
Теть Насть!
Иди скорее! Там бабушка умирает!
Дед зовет.
-О господи...
-Ну, пошла! Иди!
Ты что, Семеновна, а?
Ты что надумала-то?
Семеновна! Погоди-погоди!
Туда... туда рано еще! Жить надо.
Ты думаешь, что я тебя так
из колхоза отпущу, что ли?
Нет!
-Миша!
-Мишка...
-Миша!
Дождись отца.
Пока ждешь, он живой.
-Мама?
-Мам!
-Уйди!
-Мам!
-Уйди, змея!
-Идите, идите!
Что ты? Все хорошо.
-Мой сын...
-Настена, наплюй. Свекруха -
она и в смертный час свекруха.
Что разволновалась? Неизвестно,
как мы помирать будем.
Иди поминки готовь.
Ты одна теперь баба в семье.
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Поди, съедетесь теперь?
-Настя-то с Мишкой к тебе переедут?
Кто теперь тебе щи сварит, обстирает?
Без хозяйки мужику нельзя.
За неделю заржавеет.
-Да, теперь от свекра ни на шаг.
-Нынче как-нибудь разберемся.
А старуху никто не заменит. Никто.
ТРАГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Все мы ее прекрасно знали, уважали.
В последнее время, конечно,
она болела. Но прежде была
работница исправная.
-Да.
-Да. А уж в войну-то вся ферма
на ней держалась, да?
И доярка, и телятница, и свинарка.
Да что говорить... Нам на фронте
легче было, чем вам-то,
бабам, здесь, в тылу.
РЫДАНИЯ
-Мам, а мы будем к деду переезжать?
-Позовет - переедем. Куда деваться?
А может, он себе
новую хозяйку найдет.
-Новую бабушку? Так же не бывает.
-Все бывает, сынок.
Мужики теперь на вес золота.
Даже старые и хромые.
-Мам, почему люди умирают?
-Так заведено.
-Умирать страшно?
-Кому страшно, кому в радость.
Жить бывает тяжко.
-Тогда зачем жить, если ты
потом в конце жизни умрешь?
Это же несправедливо.
-Я не знаю. Пожаловаться-то некому.
У тебя все хорошо, сынок, будет.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
У тебя все правильно будет.
Жить надо. Жизнь - это радость.
А горе нам за грехи дается.
А ты чистый, светлый.
Ты счастливым будешь.
СВЕТЛАЯ МУЗЫКА
-О! Здорово, Андреич!
-Здорово!
-Я к тебе.
-Ой, давай завтра, а!
Набегался, я домой иду.
-Очень важное дело.
-Какое дело?
-О бытии и сознании.
-Пошел ты на хрен, шутник!
-Андреич, очень тебя прошу. Надо.
-Ну что ты за балабол такой!
-Очень надо.
-И чего тебе надо, балабол?
-Да я это, Андреич...
завербоваться хотел.
-Угу.
-На лесозаготовки.
За Красноярском.
-Что, деньги нужны?
-Ну...
-Ну что... Зимой поезжай,
а летом - нет, не отпущу.
А кто ж пахать в колхозе будет?
-Андреич, я года на два хочу.
И Настю с собой возьму.
Пускай поварихой оформится.
-Чего?..
-Андреич, спокойно.
Ты только не кипятись, ладно?
Ты ж все знаешь.
Ты сам все прекрасно знаешь.
Мы с Настеной с 15 лет под ручку
ходим, ну! Уступил я ее Ваньке...
по глупости, по пьянке.
Не могу больше!
С Нинкой житья не будет.
-Ты что, сдурел?!
У тебя сын. Ты чего?
-Сына не брошу.
Буду помогать, пока живой.
-Опомнись, одумайся,
пока не поздно. У тебя семья.
А Настя... она мужа ждет.
-Ей некого ждать!
Ты же знаешь, некого!
-Пущай некого. Но тебе семью
разрушать не дам. Ты что, хочешь,
чтоб меня по комиссиям затаскали?
Скажут, аморалку в колхозе развел.
Женатый мужик с вдовой
на лесозаготовки едет!
Ты что, сдурел? Не пущу!
И не думай даже, не заикайся.
Но учти, Прохорыч узнает -
он тебе башку оторвет.
-Да плевал я на вас с Прохорычем.
У меня одна жизнь - не две.
Другой не будет. Жить и мучиться
я не хочу. Вон в городе как...
Сошлись, не понравилось - разошлись.
-В городе пущай что хотят,
то и делают. Им давно крышу снесло!
А мы по деревенским законам
должны жить, по старым,
по дедовским. Женился - все! Терпи.
-Я не отступлюсь, Андреич.
Не отпустишь - в город уеду,
там рабочие руки нужны.
Вон все едут.
-Уезжай. К едрене фене уезжай.
Чтоб духу твоего здесь не было.
Поезжай! Давай!
-Понятно.
-Но Настю не сметь трогать!
-Да уже тронул. Ребенок у нас будет.
-Ах ты ирод...
-А ты, вместо того чтобы орать,
помог бы лучше.
-Вот ирод... Погубил бабу.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
СИГНАЛИТ МАШИНА
-Сеструха! Привет!
-Петька!
-Здорово!
-Привет!
-Да вот в Лебяжье за шифером еду.
Зарулил.
-Так, давай к нам в дом, пообедаем.
-Не, давай-ка на машину.
-Да ну что, я пешком дойду!
-Машина - все-таки с ветерком!
Садись!
-Ой!
-Давно не был.
-Теперь часто заезжать буду.
В Лебяжьем свинарник строят...
Материал будем завозить:
цемент, шифер, брус.
Ах!
Мм!
Ну? У вас тут что?
-Живем помаленьку.
-А чего писала?
-Да вот думала... Думала, может,
к вам поближе перебраться. Родные же.
-Ну...
А к нам куда?
Избенка у меня, сама знаешь...
Я с женой, трое спиногрызов -
еле поворачиваемся.
А вы тут двое вон... как в хоромах.
Или недоговариваешь чего-то, м?
-Миш, ты поел?
-Угу.
-Иди погуляй.
Курам посыпь!
-Хорошо.
-Запуталось у меня все как-то,
братец.
Я не знаю выхода. Страшно.
-Да что?
-Я вот что хотела...
попросить тебя. Если...
В общем, всякое может случиться.
Мишку не брось. Никого у меня,
кроме тебя, больше нету.
-Недоговариваешь ты что-то.
Я так скажу: плюй
на свекра и мужика ищи.
-Не в этом дело, Петь.
-В этом.
-Нет.
-В этом! Другого в жизни ничего нет.
Баба должна быть при мужике, мужик -
при бабе! Никаких премудростей!
Тут в Лебяжьем это... строитель
работает. Ну, шабашник из Бийска
или откуда там...
Бригадир у них хороший мужик.
Холостой. В меру пьет. Фронтовик.
Мишку примет как родного.
Давай привезу к тебе.
-Не вздумай даже, Петя!
-Ну поглядите друг на друга.
-Ничего мне не надо.
Не поймешь ты. Никто не поймет.
-Вот-вот-вот. Да-да, тебе.
Да-да-да, иди сюда.
Сидеть, сидеть! Сидеть!
Сидеть! Вот так вот, кушай.
ПОДЪЕЗЖАЕТ МАШИНА
-Настен!
К сентябрю уедем.
Аккурат чтоб Мишка в школу пошел.
Овец, кур можно продать.
Андреич поможет.
-Не будет жизни, Сереж.
Не буду я с тобой. Не смогу.
-Сможешь! Родная, сможешь.
Ты же с Ваней жила, а обо мне думала.
Я ведь знаю...
-Может быть, и так.
Только дело теперь не в этом.
Пусти, люди.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
У меня теперь жизни ни с кем
не будет. Оставили бы меня все.
-Настя, родная, потерпи ты, совсем
немного осталось! А потом будешь
ты у меня самой счастливой.
Так и знай, самой счастливой
на свете.
-Да пусти ты!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Тьфу ты!
Ай!.. Зараза.
-Здорово, Прохорыч.
-Здорово.
-Ну как? Вдовствуем?
-Вдовствую, вдовствую... Тебе-то чо?
-Как - чо? Волнуюсь за тебя.
-Волнуешься! А чего волноваться-то?
Я враг, так мне и надо.
-Да ладно тебе.
Тут меня Серега озадачил.
Они ведь с твоим Ванюхой
с детства вместе, как мы с тобой.
Помню, никак не могли девок
поделить. Кому Нинку, кому Настю...
СМЕЕТСЯ
Дрались из-за этого.
-Слушай, Андреич, не морочь
мне головы. Давай к делу.
-Ну, к делу так к делу.
Прохорыч, отпусти Настю.
Отпусти. Ей жить!
-Как это? Куда это я ее отпущу? Она
мужняя жена. Муж придет - разберется.
-Да нет мужа, нет! Горько,
но Ваньку мы не дождемся.
Ну чего себя обманывать-то?
-Ай...
-Серега на лесозаготовки собирается
ехать. Настю с собой берет.
-Вот оно что... Успел-таки Серега.
-Успел. Через несколько
месяцев ребенок будет.
Ну и что думаешь?
-Что я думаю...
тебя не касается.
-Прохорыч...
Только не вмешивайся.
Бесполезно. Только навредишь.
Ты меня понял?
-Понял, понял.
-Ну и хорошо.
Мне работать надо. Страда.
-Здорово, отец! Ты ко мне?
-Да нет. Стою вот жду.
-А то зайди.
Посидим. Поговорим.
-В другой раз.
-Батя! Батя пришел!
Привет!
-Здорово!
-Мама, батя пришел, разогревай!
-Бать, ты что?
-Мойся, мойся...
Туда нечистым нельзя.
-Я тебе что, пацан, что ли?
-Мам, стреляли.
-Сергей!
-Дядь Вась, что случилось?
Ой!
-Напился, наверное, кто-нибудь.
Или охотники стреляли.
-Дед едет!
-Стоять!
-Дед!
-Жди отца.
-Я знаю, дед.
-Что там, бать? Стреляли, что ли?
-Стреляли. Наказать-то надо бы тебя.
Да ладно уж. Пускай Ванька решает.
Рожай тут, в деревне,
с нашими повитухами.
За домом моим гляди и не вздумай
уехать! Из-под земли достану.
-Доигрался... Доигрался...
Доигрался... Доигрался...
-Папа...
-Дождалась! Гадина! Дождалась!
Гадина! Гадина! Смотри!
Вот, смотри! Любуйся!
Твоя работа лежит!
Я тебя убью!
Тварь!
-Тихо, не надо!
-Папа...
-Мама! Мама! Мам!
Пойдем отсюда, мама!
Мам... Мама...
Пойдем отсюда...
-Что же мы за люди-то такие?..
С нами ведь и воевать-то не надо -
ни немцам, никому другому...
Мы сами себя перебьем.
Ну что сказать?..
Серега... парень был золото.
ПЛАЧЕТ
Всю войну прошел, герой.
Не нам его теперь судить.
Пусть земля ему будет пухом.
Спи, Серега.
-Осерчал Андреич.
-Эх, Витька! Любовь -
страшная штука. Хуже войны.
Я по себе знаю.
Сколько из-за этой любви людей
и стыд теряли, и рассудок теряли!
Что мы за народ такой?
Дураки бешеные! Вот строй с ними
новую жизнь! Где этот кулак?
-Уехал сразу.
Сдаваться, видимо. Теперь лет
через 10 увидим, не раньше.
-Какой через 10!
Сейчас лапшу на уши повесит им.
"Честь невестки защищал,
за сына-фронтовика мстил".
Через год вернется. Вот тут
я его своими руками-то и задушу.
Надоел!
ТАНГО
-Поздравляю. У нас,
по-моему, шикарная свадьба.
-Во всяком случае, оригинальная.
-Мне кажется или тебе
действительно грустно?
-Тебе кажется. Мы ж наконец-то
определились. А определенность -
это всегда хорошо.
-Скажи, пожалуйста,
что ты меня любишь.
-Я тебя люблю.
Помада.
-Присаживайтесь, графиня.
-Благодарю.
-Благодарю, вас позовут. Здесь
очень вкусно. Это блины с икрой.
Их подают только в "Арагви".
-Я знаю.
-Прошу прощения, графиня, я забыл,
что это исключительно графская еда.
-Ничего.
-Ну что... За нас.
И горько!
-За нас... и горько.
Слушай... А Галицкого,
случайно, не выпустили?
-Да. Вот... да. Вот про него
очень кстати. Очень вовремя.
-Прости. Я не знаю,
почему я вспомнила.
-Ну вы, графья, вспоминаете друг
о друге, завидев блины с икрой.
Рыбки?
-Благодарю. Нет, ну правда.
Слышала, сейчас многих выпускают.
-Увы, не всех.
Но я похлопочу, ты не переживай.
Хочешь его видеть?
-Нет, мы ж определились.
Просто помоги ему.
-Но въезд в столицу ему будет
запрещен. Там слишком
серьезная статья.
-Ему будет отлично в провинции.
Главное, чтоб из лагеря выпустили.
-Верочка... Он мой друг.
И я хочу этого не меньше, чем ты.
-Я знаю.
-Горько?
-Горько.
-Вино есть?
-Сколько раз говорить, вина нет!
Пиво и воды!
-Здравствуйте, Игорь Вячеславович.
-Здравствуйте.
Неожиданная встреча.
-Я шла за вами от самого вокзала.
Все не решалась подойти.
Вы меня должны презирать.
Я и сама все это время мучаюсь.
Не сплю...
Ну а что мне было делать?
Сказали: "Пиши". Дали бумагу.
Продиктовали. Я написала.
-Я все понимаю. Вы не переживайте.
-Спасибо. Прям камень с сердца упал.
-Подвинься, корова! Весь стол заняла!
-Давайте отойдем.
Мне вам кое-что нужно сказать.
-Баба в теле - сказка в постели!
-Мне звонила ваша Верочка. Впрочем...
-Я знаю.
Она теперь не очень моя.
-Вы в курсе?
-Конечно. Ее муж очень хороший
человек. И мой друг.
-Все так просто, интеллигентно.
Но ведь Верочку можно понять.
-Да, я понимаю.
-Вот. Она просила передать.
Это деньги на первое время.
На одежду, на продукты.
-Спасибо. Я верну
при первой возможности.
-Да.
Вам ведь в Москву теперь нельзя.
-Я туда и не стремлюсь.
Мне здесь нравится.
-Мои одни очень хорошие знакомые
ищут сторожа на дачу.
Они и жилье сдают.
-Спасибо, но я сниму домик
где-нибудь в деревушке.
Вы позволите, я...
-Да-да, конечно.
-Дай-ка беленькую. Ой, жалко Серегу!
Красивый мужик. Бестия.
Ой... Они все бьют друг друга и бьют.
Как будто на фронте не навоевались.
-Держи.
-А Нина там как?
-Пьет и спит. Пьет и спит.
-Как бы не спилась, бабы...
Бывали случаи. Вот ежели мужик
запьет, это еще ничего.
А если баба - пиши пропало.
-Ты же не спилась!
-Да ну тебя!
-А Настя не уехала?
-А куда ей ехать? Свекор запретил,
а она не ослушается.
Ой, Настя... Жалко бабу.
Зашпыняли ее тут. Люди-то злые.
-Да. Мы злые. Мы зашпыняем.
-Я на речку, мам.
Я рыбы наловлю - вечером уха будет.
Ты не огорчайся, мам.
Мы справимся.
-Иди, сынок.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Ты что творишь, брат?
-Ты мне не брат! Все из-за вас!
-Отстань! Не лезь к нам, и все!
-Подойдешь к избе - изобью!
-Хожу где хочу.
Это вы к моей мамке не лезьте!
-Не трожь его!
-Дура! Я чуть не захлебнулся!
-А ты не подходи к нам больше!
Пойдем в деревню, переоденешься.
-Да так высохнет.
-Замерзла.
-Фух!
Сына-то кормишь?
-Не пропадем.
-Я понимаю, горе. Но пить - это
не бабье дело. Все, берись за ум.
-Горе! Тебе кто сказал, горе?
Может, я с радости гуляю!
Во! В загашнике нашла! Три тысячи.
В сарае остальное.
Копил, гадина. Собирался
с кралей своей в город удрать.
Пока все не пропью, пить буду.
-Не дури!
За ум не возьмешься - в амбар посажу.
На месяц. На хлеб и на воду.
Может, очухаешься?
-Эта уехала?
-Кто? Она?
А куда ей деться? Ей ехать некуда.
Нинка, ты не лезь к ней.
Она ни в чем не виновата.
Серегины грехи на нее не вали.
-Не жить нам вместе.
ИГРАЕТ ГАРМОНЬ
-Это случилось недавно,
В сорок третьем военном году.
Офицер после жаркого боя
Пишет письма в родную семью.
"Дорогая жена, я калека,
У меня нету правой руки,
Нету ног - они верно служили..."
СТУК В ОКНО
-Кто там?
-Мам, это отец?
-Не знаю. Может, дед? Спи давай!
-Мама, это он.
-Здравствуйте! Гостей пускаете?
-Мам, это он!
-Здравствуй.
-Здравствуй. А ты к нам надолго?
-Пока не знаю.
На работу устраиваюсь. Завтра
с утра с председателем поговорю.
Вот, главное, держи.
Возвращаю законному владельцу.
-Миша!
-Не бойтесь, неприятностей не будет.
Они твои.
-Спасибо.
Мам, можно я в сундук положу?
-Да.
-Бабы, гляньте!
-Ох!
-Ух ты!
-Мать честная!
-Красота!
-Сколько?
-Пятьсот. Есть за что.
-Ой, есть, бабы, есть! В городе как
встретишь мужика в таком костюме -
сразу понимаешь: начальство идет.
-Абы кто не наденет, конечно,
но наш, пожалуй, не возьмет.
-А может, и возьмет.
Чего ему все время
в гимнастерке бегать?
-Чего звали?
-Кузьма Андреич, гляди что завезли.
-Ну и что?
-Пора тебе приодеться.
Начальник же!
-Пора.
Гляди, Андреич, вызовут тебя
в район. Так поедешь?
Ты посмотри, какие они к нам
приезжают - гладенькие,
аккуратненькие.
-В белых рубашечках.
-Да что вы обступили меня?
На хрен он мне нужен-то?
-Андреич!
-Чего?
-Там тебя у конторы этот ждет.
-Кто?
-Ну, крайкомовский,
которого вы с Прохорычем посадили.
-Чего, политрук, что ли?
-Ну!
-Так он же сидит.
-Значит, сбежал.
Или отпустили. Андреич,
я не спрашивал. Пошли! Он у конторы.
-Ну дела!
Прошу.
Держите.
Сними груз. Прости.
-За что?
-Это мы на вас написали.
-Я зла не держу.
Все писали.
-И вы тоже?
-Не писал, но... подписывал часто.
Дело ведь не в письме.
Все равно бы посадили.
Кузьма Андреевич, мне работа нужна.
Любая. Ни от чего не откажусь.
-Языки знаешь?
-Знаю. Немецкий, английский,
французский.
-И немецкий?!
-Да.
-Это в точку. У нас немецкий
с пятого класса, а учителя нет.
Была старушка из Барнаула.
Она год преподавала, потом заболела.
Больше никого не шлют, говорят, нету.
Преподавать сможешь?
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Это ты чего сейчас сказал?
-Я сказал: "Я буду это делать
с большим удовольствием".
-Ага. А по-французски можешь?
ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
-Гут!
Слушай... Игорь Вячеславович,
вы подождите. Только не уходите!
-Хорошо-хорошо.
-Подождите. Сейчас.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте.
-А ты иди в класс.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте, Кузьма Андреевич!
-Здравствуйте.
-Это в библиотеку.
-Здорово, пацаны.
-Дети, запомните...
-Здравствуйте, Кузьма Андреевич!
-Ну что, Клара Дмитриевна,
падай в ножки мне.
Нашел я тебе немца. Вот такой!
Гут, а не немец! Держи.
Шпарит по-немецки - заслушаешься.
Без шпаргалки. Йа-йа, натюрлих!
-Кто такой?
-Крайкомовский.
Историю с портретом помнишь?
-Так он сидит.
-Отпустили.
-К нам сослали?
-Нет, сам приехал.
Понравилось ему у нас.
-Начальство в курсе?
-Ну...
-Съезжу-ка я в районо.
-Давай-давай.
Только пёхом. Человека отпустили,
поняли, что невиновен.
Ну какие волнения? У нас многие
отсидели и работают, а?
-Только не в школе.
Не на идеологическом поприще.
-А я узнаю в районо. Если там
не против... Нам немец позарез нужен.
-Тогда ищите себе и нового историка.
С беглым каторжником
в одном коллективе
я работать не буду!
-Подожди, Алексей Петрович,
ты человек уважаемый.
Ну поумерь пыл-то.
А если человек безвинно пострадал?
-Ты так и скажи,
что товарищ Сталин сажал невинных.
-Нет, э...
-Да не юли!
-Стоп-стоп!
Подожди, я такого не говорил.
Но ошибки-то были. Вот твой сын -
он что, по делу сидел?
-По делу. Много болтал.
Так он кровью искупил.
Он голову сложил.
Ты его сюда не вмешивай.
-Ты, Петрович, какой-то...
твёрдокаменный.
-Зато вы все мягенькие.
Развеселились!
-Чего?!
-Того! Как шаловливые дети!
Рады, что строгого отца дома нет.
-Да как ты смеешь?
-Смею!
Вождя похоронили! Берию в темницу
заперли! И что? Думаете, теперь вам
все можно? Рано радуетесь!
Партия воспрянет, партия выберет
нового вождя! Тогда вы попляшете,
а я посмотрю.
-Жаль, что ты старик. Честное слово,
я б тебе сейчас врезал в морду.
Ты чего говоришь-то?
Врага нашел во мне?
-Ты не враг, Кузя, ты!..
-Договаривай.
Ну?
-Слизняк. Тебя куда пошлют -
туда и пойдешь.
Я боюсь, что в Москве все такие.
Ну ничего, ничего, мы совладаем.
-Он что, с ума сошел?
-Ну сошел или не сошел, а твоего
политрука я к школе не подпущу.
-Так, значит?
Тогда данке шен!
-Спасибо.
-Да погоди! На школе свет
клином не сошелся.
Ты человек образованный,
тебе в моей конторе цены не будет.
Учетчиком сможешь, а?
Ты считать-то умеешь?
-Считать умею.
-Ну и славно. Только, извини,
надо с начальством переговорить -
на всякий случай. Сейчас у нас
в конце месяца совещание в крайкоме.
Сказали, чтоб ехали все.
Вот там и переговорю.
-А если начальство не разрешит?
-Ты по какой статье шел?
Враг народа?
-Да, враг.
-Мать честная!
-Дядя Игорь!
Дядя Игорь!
-Что случилось, Миша?
Успокойся. Что-то случилось?
-Ты обещал! Мы тебя ждали!
Мама уже курицу зарубила.
-Ты прости меня, Миша.
Я должен был тебя предупредить.
-Зачем тебе уезжать?
-Так надо, Миша.
Тихо, Миша, успокойся.
-Тпру! Стоять! За вами не угонишься!
Ну что, допрыгался?
Сорванец-молодец!
-Да, он лучше нас.
-Прости меня, брат.
Я был неправ.
Значит так, живешь у нас, работай
у нас. А накажут - пошли на хрен!
У меня три ранения!
Два здесь, одно здесь!
Так что чего мне бояться?
А потом мы все-таки с тобой
солдаты. Чего стоишь? Пошли!
Залезайте!
Пшла!
Пошли, пошли, пошли!


Серия 5

-Тут тепло, никто мешать не будет.
-Спасибо.
-Понравились вы ему чем-то.
-Мне он тоже понравился,
хороший мальчишка.
-Свои-то есть?
-Нет, к сожалению.
Знаете, со временем думаешь,
что дети, наверное, единственный
смысл в жизни.
А вы счастливая.
-Устраивайтесь. Если что-то
надо будет - позовете.
-Настя, я...
Я скоро съеду, не волнуйтесь.
-Я не волнуюсь.
-Я ведь к тебе приехал.
Ты можешь...
не придавать этому значения,
но я приехал к тебе.
Я знаю, у тебя трудности.
Но ведь непреодолимых
трудностей не бывает.
-Бывают.
Вы хороший человек, я знаю.
Но вам лучше уехать.
Мишка, он...
свыкнется, а вы переезжайте
к председателю.
Не обижайтесь.
-Доски бы получше.
Труха!
-А что? Набрать на лесопилке -
и наш забор готов.
-Воровать - это нехорошо.
-Когда хозяин напьется и спит,
все таскают.
-А ты не будь как все, Миш.
-Тпру!
Вот молодцы!
Забор давно пора было починить.
Прохорович все собирался,
чтобы его черти съели!
Привет.
-Завтра?
-Ну их на хрен!
Перенесли на неделю.
Не к добру это.
И не был я на них ни разу.
Что там происходит?
-Ну что? Обсуждать будут, спорить,
резолюцию принимать. Все как обычно.
-Понятно.
Ну одеты там как все?
-В каком смысле?
-Ну, там... председатель колхоза.
-Ну, не в гимнастерке, Кузьма
Андреевич, надо пиджак найти.
-Да... Зараза!
Мишка, Полька!
-Ага.
-Так... бегите на лесопилку,
скажите Алексеичу, чтобы сюда
привез куб тесу, килограмм
гвоздей. Понятно?
-Угу!
-Скажите, Андреич приказал. Дуйте!
-Хорошо!
-Спасибо, Кузьма Андреевич.
-Да не за что.
-Спасибо.
-Я закрою, чтобы не вошел никто.
-Зачем?
-Давай-давай!
-Да ты что, Кузьма Андреевич!
-По-быстрому давай,
займемся наконец.
Сейчас.
ВСКРИКИВАЕТ
Ты что? У меня осколок там!
Я ж костюм хотел примерить!
-Ой, а я-то, дура, думала!
-Вот дура! Думала она!
-Я думала, вдовец Кузьма Андреевич
глаз положил на меня,
вдову разнесчастную.
-Только одно на уме.
Старый я для тебя. Стыда нету!
-Знаешь, без мужика изголодаешься -
стыд потеряешь.
-Ой!
-Анна Федоровна...
-Закрыто. Товар я принимаю.
-Извините, Кузьма Андреевич.
-Погоди!
-Понимаю я, понимаю.
-Ты меня опозорила на всю деревню.
-Костюм-то берешь?
-Не нужен костюм твой!
ВЕСЕЛЫЕ НАПЕВЫ
-Ой, девочки-девчонки,
Не будьте гордоватые,
Любите раненых ребят,
Они невиноватые.
Они не в драке, а в бою
Сгубили молодость свою.
-Девочки, война, война,
Девочки, победа!
Девочки, держитеся
За старого деда!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Вы кто?
-Уйди!
-Вы что делаете?
-Не твое дело.
Хорошенького нашла,
смотри. Не теряется.
-Пожалуйста, уйдите отсюда.
-Пусти!
-Зачем вы это сделали?
Понимаете, что там живые люди?
-А меня тут не было.
И не ври!
Ме-е-е-е!
-Доброе утро!
-Доброе утро.
А чем это пахнет? Керосином?
-Трактор недавно проезжал.
-Там каша в печи. Поешьте с Мишей.
-Спасибо.
Кузьма Андреевич!
-Все нормально, привезли?
-Да, привезли.
-Гвозди есть?
-Да.
-Хорошо.
-Поговорить надо.
-Ну?
-Кто-то хочет поджечь Настину избу.
Ночью женщина приходила.
-Ночью?
-Да.
-Настя знает?
-Я не говорил.
-И не говори.
Ой, зараза! Ну, зараза! Давай!
Пошла, пошла! Ну, давай!
-Чо это?
-Собирайся!
Мальчонку одевай.
И уезжайте. Уезжайте.
-Ты чо надумал?
Ты что это?..
-Ты дурочку не валяй.
Сама знаешь за что.
-Дядя Кузьма...
Дядя Кузьма! Да куда ж я денусь?
-А куда хочешь. У тебя родня
в Лебяжьем, туда и поезжай.
Я разбойницу в своем
колхозе не потерплю!
-Пожалей! Я не буду больше.
-Вся моя жизнь, вся моя работа -
только жалеть вас, дураков.
Вы хоть раз меня пожалели,
хоть один раз?!
-Пожалуйста!
-Война закончилась,
а они то поджигают, то стреляют.
Хватит! Вон из колхоза!
Надоело!
-Господи!
Девки, вы здесь? Эй!
Девки, там такое! Председатель
Нинку из колхоза выгоняет.
-Да ты что!
-Поделом ей. Пьет больше мужиков.
-Ты б сама запила,
если бы такое сделали. Угу.
А поделом будет вон кому,
мешалкой под зад.
-За что, чем она виновата?
-А баба всегда виновата.
-Эта виновата.
-Здрасте.
-Здрасте!
-Здрасте.
-А были в сельпо? Говорят,
кильку завезли.
-Кильку? Угу. Тебе не кильку
жрать надо, а грехи отмаливать.
-Рая!
-Отстань!
Ишь ты, ходит она павой.
Мужика погубила,
семью обезглавила.
-Хватит, Рая!
-А что - хватит?
Ждать, когда она к вашим
мужикам подкрадется, так?
-Ну зря ты так уж.
-Занесло вчера, помутнение
какое-то, голоса в голове.
Говорят, говорят...
Иди, говорят, подожги.
Я не выдержала, пошла.
Прости, Андреич, я не буду больше.
К бутылке не притронусь.
-Ну конечно, не притронешься.
Если три тысячи пропила.
-Да какое там? Сотни хватило. Вот
Вот, отдай ей.
-Это твои деньги.
На ребенка потрать.
-Не нужны мне эти деньги.
Пусть она на его ребенка тратит.
-Вот сама и отдай.
Только спокойно отдай,
по-человечески.
-Спокойно отдам, по-человечески.
Ты не гони только, я не приживусь
на другой стороне.
-В избе приберись.
И чтоб ни грамма! Завтра
с утра - на работу.
Больше предупреждать не буду.
-Спасибо, Андреич.
-Держи.
Мама у тебя грустная.
-Нас не любят.
-Кто вас не любит?
-Тетя Нина.
-За что?
-Дед дядю Сережу убил.
Из ружья.
-А дядя Сережа - это кто?
-Тети Нины муж.
Батя Витькин.
-А за что?
-За то, что к нам приходил.
Мама не виновата, я сам видел,
как она его прогоняла.
Не уезжай, ладно?
Пока ты здесь,
маму никто не тронет.
-Хорошо.
-Мам! Ты не будешь больше пить?
-Прости, сынок!
Прости меня, непутевую.
Ты у меня одна надежда и опора.
Мы с тобой проживем.
Я к зиме денег подкоплю
и толстовку тебе куплю.
-Мне ничего не нужно,
только не пей.
-Я не буду. Прости меня.
Прости.
-Что случилось, мам?
-Да ничего, спи.
Нехорошо что-то.
КАШЛЯЕТ
СИЛЬНЫЙ КАШЕЛЬ И РВОТА
-Не спится?
-Проснулась что-то.
А вы что?
-Да так, подышать вышел.
Все никак не привыкну. В колонии
ведь режим, все по часам.
А тут такая тишина.
Тебя что-то беспокоит,
Настя? Поделись.
-Осень скоро...
все изменится. Слякоть, непогода...
В бане станет холодно, Игорь.
Вы уж переберитесь куда-нибудь.
-Хорошо. Я уеду.
Только надо ли?
-Надо.
-Миша, а ты куда собираешься
путешествовать-то?
-В пустыню или в Москву.
-Это хорошо.
-А ты родился в Москве?
-Нет, я родился во Франции.
Это страна такая.
-Ты что, там же капитализм.
Как же там тебя не убили?
-Может, как-нибудь
сам поедешь и все поймешь.
-И в Африку можно?
-Можно, Миша. Границ нет,
понимаешь? Это условности.
Это наша планета,
вся планета - это наш дом.
И мы здесь хозяева.
И ты, и я, и мама.
-И Витька?
-И Витька, конечно.
Я - нет, а ты, может быть, доживешь
до времени, когда границ не будет.
-Смотри, какая машина едет!
-Капитан Степанов.
Галицкий Игорь Вячеславович?
-Да, все верно.
-Хорошо же вы замаскировались.
-У меня справка.
Об освобождении.
-Вы должны проехать с нами.
-Дайте вещи собрать.
-Ждем.
-Дядя Кузьма! Дядя Кузьма!
-Что случилось?
-Машина!
-Что за машина?
Галицкий где?
-Приехали.
-Кто приехал?
Военные?
-Ага.
Мать честная... Неужели
опять началось?
Что сказали?
-Сказали то, что долго искали,
замаскировался.
-Едренов корень!..
Ну стало быть, я и замаскировал.
А кто ж еще? Больше некому.
Ну вот, каюк пришел.
Ах... опять попал. Вот везет-то, а!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Не уезжай!
Не уезжай! Я тебя ждать буду!
-Меня в край вызывают.
-Чего?
-Там совещание какое-то.
Сказали одеться поприличнее.
-Угу...
-Ну, как дурак буду в этом наряде.
-Вот и начальник!
-Вот зараза!
-А то бегаешь не лучше
скотника, а так - артист!
-Артист...
-Прям народный!
Морда-то народная,
а костюм городской.
Брюки возьмешь?
-Потом возьму. Ордена давай.
-На.
-И галстук.
-Галстук. Вот...
Хорош...
-О, Кузьма Андреевич!
Как жених прям!
-Хватит балабонить, делом займись.
-Делом...
-Ты чего штаны не надел?
-А не твое дело.
Галстук умеешь завязывать?
Давай, поехали.
Ну как?
-Сойдет.
-Значит так, поезжай. Да.
Если что, ты за Настю вступись.
Она ни в чем не виновата.
-Поди, вернешься?
-Да ехай уже.
-Андреич!
-Что?
-Галстук.
-А-а...
-Когда взяли? Ночью?
-Днем приехали.
-Попру я тебя, Кузя,
ох, попру. Надоел.
Если не посадят,
попру из председателей,
а посадят - так поделом.
Ну зачем, зачем?..
Гнал бы дальше, и все!
-Погодите. Но он же отсидел.
Они его сами выпустили.
-Значит так! На допросах обо мне
ни гу-гу, ни слова, ни полслова.
Сам расхлебывай свою бурду. Понял?
-Конечно. Ясное дело.
Чего встал? Ехай уже.
-Товарищи! Мы собрали вас, чтобы
оперативно обсудить вопросы
предстоящей уборочной компании.
Но прежде сердечно мы благодарны
нашему Центральному комитету
за постоянное внимание
к нашим проблемам.
И поэтому сегодня у нас
присутствует на совещании
представитель ЦК нашей
партии товарищ Вершинин!
Ему и первое слово!
Прошу вас.
-Садитесь.
Товарищи!
Урожай, конечно, очень важная тема.
В европейской части нашей страны
в этом году, к сожалению, выдалось
холодное и дождливое лето.
Зерно, товарищи, по большей
части сгнило на корню.
Надежда на Украину, Кубань
и на вас, сибиряки.
Уверен, вы справитесь.
Однако сначала
организационный вопрос.
Ваш первый секретарь Петр Иванович
15 лет у руля края.
От имени ЦК и лично
товарища Маленкова
благодарю его за честную
и многолетнюю службу.
Ведь наша работа, товарищи, -
это именно служба, служение.
Надеюсь, и отойдя от дел
Петр Иванович будет делиться опытом
и знаниями с новым руководством.
Ведь в наше сложное
историческое время, товарищи,
к рулю должны прийти
и приходят новые люди.
Это необходимо. Это нормально.
Вот мы у нас в орготделе
долго думали,
кто может возглавить ваш край.
И решение, товарищи,
было единодушным.
Этот человек работал в ЦК, потом
он работал у вас, вы его знаете.
Я горжусь тем, что этот человек -
мой старый друг.
Абсолютно надежный, абсолютно
порядочный, абсолютно честный.
ЦК полностью доверяет ему
и просит крайком помогать
вашему первому секретарю.
Пожалуйста, Игорь Вячеславович
Галицкий, выйди к народу.
-Ох, судьба, да?
-Сгоряча я согласился.
Не хочу этой каторги.
Во мне талант плотника проснулся,
я бы учетчик был неплохой.
-Поздно, дружище.
Все. Через пару лет мы
забираем тебя в Москву,
и будешь ты учетчиком
всесоюзного масштаба.
Поэтому приводи здесь все
в порядок - и домой, в столицу.
Ничего не бойся, бей напропалую.
Ты наш, мы тебя поддержим.
Всю эту старую шушеру
из крайкома - вон!
Только я очень тебя прошу,
Игорек, не мсти.
-Я что, похож
на мстительного человека?
-Это я так... в общем,
стариков - вон, они тормоз.
Нам надо реформироваться.
-В какую сторону реформы?
-В сторону здравого смысла.
-Да...
Гладко было на бумаге,
да забыли про овраги.
-А что ты про Веру
ничего не спросишь?
-Что?..
У вас все хорошо?
-Да.
-Отлично!
Дети есть?
-Рано.
Ну, мы, чай, не старики, успеем.
-Конечно, конечно.
-Тебе, кстати, привет от нее.
-Спасибо. Ей тоже огромный.
-Сам передашь, она здесь,
в гостинице.
-Да ты что! Я заеду вечером.
-Мы тебя ждем.
Ну а сам-то присмотрел себе здесь
уже какую-нибудь доярочку от сохи?
Кровь с молоком... М-м?
-Присмотрел.
-Да ты что!
Слушайте, может, вы, товарищ
дворянин, и женитесь на крестьяночке?
Вашему сословию эта тема
всегда спать не давала.
Все, пошли к народу.
-Дурак ты.
-Дурак ты сам.
-Простите, Игорь Вячеславович,
нам-то как завтра?..
-А что завтра?
Завтра, товарищи, рабочий день.
Приходим и спокойно работаем.
Мы хорошо друг друга знаем.
Нам не нужно друг к другу привыкать.
Не бойтесь, никаких чисток
и огульных увольнений не будет.
Не будет.
Судить друг друга будем по делам.
А уж дела от видимости дел
я отличить сумею.
-Искренне, от всей души
поздравляю вас.
-Спасибо.
-Позвольте, так сказать...
принять поздравления.
-Спасибо. Кузьма Андреевич,
на минутку.
Я там вещи кое-какие
оставил, в бане...
-Привезем. Завтра.
-Да нет, там ничего ценного.
Я пожалуй, сам заеду,
скажем, 1 сентября.
Вы не против?
-Примем.
-Хороший вы мужик,
Кузьма Андреевич...
Один совет только можно?
Не робейте так перед начальством.
Не достойно оно этого никогда.
-Я не робею, я это...
Игорь Вячеславович,
ведь нутро-то не обманешь,
вот с начальством разговариваю,
с вами, а оно трясется, нутро-то.
-Готовиться к моему приезду
не нужно, я все видел, все знаю.
Просто обсудим уборочную
и проводим детей в школу.
-Понял. Не подведем.
-Ну все, привет общим знакомым.
-Это обязательно.
Здравствуйте всем!
-Здрасте!
-Здравствуйте, Кузьма Андреевич!
Просим к столу.
-Ну что ж, а я не откажусь.
Ну, красоту навели!
Ты смотри, аккуратненько, чисто.
Вот угол тот надо перекрасить.
Краски не хватило, что ли?
-Хватило.
Что в городе? Что на совещании?
-Так чего, на совещании хорошо.
Вот только ты не угадала,
Клавдия Дмитриевна,
зря немца не взяла.
-Из города пришлют педагога
по немецкому языку.
Я уже договорилась.
-Это понятно.
А политрук был бы лучше.
-Так, не тяни. Что случилось?
-Я говорю, политрука ты зря не взяла.
А вдруг он осерчает?
-Ну, осерчает. Нам что?
-Ну вот ты прямо в глаза
ему и скажешь.
1 сентября он приедет.
-Еще чего!
Что, у нас школа - проходной
двор? Я не пущу его.
-Клавдия Дмитриевна,
нельзя не пустить первого
секретаря крайкома партии.
-Первого?...
-Ты сиди-сиди. Сиди.
Он ведь в любое учреждение,
самое засекреченное,
придет и никого не спросит.
-Ты про меня что-то рассказывал?
-Успокойся. Я не ты. Да...
Чего вам волноваться-то? Ремонт
у вас хороший. Скандала не будет.
-Вы это о ком?
Тот, который из тюрьмы вернулся?
-Да, именно он.
-Из тюрьмы - в первые
секретари. Нам не понять...
-А что тут непонятного?
Начался бардак...
У руля прощелыги. Пропала страна.
-Петрович, ты это,
как-то поаккуратнее.
-Пропала!
В стране - как в классе. Если нет
строгого, требовательного педагога,
нет и порядка! Ищите нового историка,
я увольняюсь, это не моя история.
-Что значит "не твоя история"?!
Это наша история! Значит, и твоя
история! Ишь, новая жизнь ему
не нравится! Люди оживать стали,
говорить не бояться стали!
Ты говори, да не заговаривайся!
-Да ему плохо. Где у него таблетки?
-В кармане, в левом.
-Быстрее. Алексей Петрович!
Алексей Петрович!
-Алексей Петрович!
ТРАГИЧНАЯ МУЗЫКА
-Родных никого.
Один он. Так что... тебе хоронить.
-Да это само собой.
Сходи в столярку.
Скажи, чтобы гроб сделали.
-На кого?
-На Алексея Петровича.
-У него метр семьдесят?
-Вот пойди и сам померь.
-Привет!
-Здравствуйте!
Привет.
-Ты похорошела.
-Ты все врешь.
У меня ужасное настроение, я не сплю
по ночам и перестала ухаживать
за собой. И горжусь этим.
-Так бывает - сначала упадок сил,
потом подъем.
Я рад за вас.
Я знаю, ты хлопотала
за меня. Спасибо.
-Это не я. Это Вершинин,
и без моей просьбы. Да-да.
-Он тебя уважает.
А я его тоже за это уважаю.
-У него очень много достоинств.
-Я знаю. И у него есть один
недостаток, но большой.
-Какой же?
-Он сын трактирщика.
И мне скучно с ним беседовать.
-Пора изжить тебе дворянское
высокомерие, товарищ графиня.
-Ни за что. Я ненавижу, что нашей
страной правят трактирщики.
А-а... А нас никто не подслушивает.
СМЕЕТСЯ
К тому же, говорю только я.
А терять мне нечего.
Что, нельзя?
-Прекрати.
-Почему я тогда от тебя уехала?
Надо было не соглашаться.
-Случилось то, что должно
было случиться.
-Ты что, влюбился?
-Угу.
-Правда?
-Да.
-Ты шутишь.
-Нет.
-Ну что, я очень рада. Правда.
Правда-правда.
Ну что, отлично. Тогда
можем просто поговорить.
Вина?
-Здрасте, Кузьма Андреевич!
-Привет, привет!
К школе готовитесь?
-Да.
-Ну, учеба - это хорошо. Держи.
Держи-держи! А поработать хотите?
-А что?
-Да.
-За мной.
Держи.
-О!
-Держи! Пошли.
Так. Ставьте.
Красить умеете?
ВМЕСТЕ: Да.
-Твоя.
-Еще как.
-Твоя.
-Угу.
-Забор поставили?
-Да.
-А теперь красьте. И будет
полностью ваша работа. Ура!
ВМЕСТЕ: Ура!
-Давайте красьте. И не робейте.
-Мишка, Полинка, обедать!
-Мы не можем. Забор красим.
-Чего?
-Ну пусть поработают.
-Здрасте.
-Привет. Настена...
Пойдем-ка на два слова?
-А что случилось?
Ну что там в городе?
-Ну что? В городе-то чего?
В городе жизнь идет, кипит.
Народу уйма. Машины туда-сюда.
Голова кругом. Да.
В аду, думаю, легче.
-Про политрука нашего не слыхал?
-Вот! В том-то и дело, что слыхал.
-Посадили?
-Посадили.
На главную табуретку. Он теперь
у нас в крае самый главный начальник.
Сам ЦК рекомендовал его.
Вот так! Настена, хочу поговорить
с тобой. Дело, конечно, не мое,
да я и не приказываю, тебе решать...
Значит так, ты у нас баба видная,
ну так, по-простому, да? Факт.
Он мужик серьезный - тоже факт.
Шутействовать, притворяться не будет.
Ну, я думаю, тебя с дитем Серегиным
примет. Да брось ты эту луковицу!
Слушай меня!
Ты не кобенься. Ты понимай, судьба
тебе помогает. Судьба тебе руку
протягивает. Он к тебе приедет,
ты его по-человечески прими.
В прошлый раз ты куда его
уложила-то? На жесткую лавку.
-Да ты про что, Андреич?
-А про то!
1 сентября он приедет.
-Не надо, Андреич.
Я сама разберусь. Дай лук.
Я сама разберусь!
-Да разбирайся! Разбирайся!
Только сама себя в прятки-то
не обыграй. Останешься с двумя
на руках. Ваньку ждать
бесполезно... А пока Прохорыч
в тюряге, ты свою судьбу устраивай!
Прохорыч вернется - он тебе житья
не даст!
-Я сама разберусь.
-Разбирайся. Но над словами
моими ты подумай.
Настя, ты посмотри какая красота!
Теперь и гостей пригласить
не стыдно. Так ведь?
-До свидания!
-До свидания!
ХОРОМ:Расцветали яблони и груши,
Поплыли туманы над рекой.
Выходила на берег Катюша,
На высокий берег, на крутой.
Выходила на берег Катюша,
На высокий берег, на крутой.
-Товарищи, нам оказана
великая честь -
лично первый секретарь крайкома
партии приехал напутствовать нас
в новом учебном году.
Прошу вас, товарищ Галицкий.
-С праздником вас, ребята.
Сегодня здесь нет ваших родителей.
Оно понятно - страда,
родители в поле.
А ваша работа здесь - это главное.
От того, кем вы вырастете,
зависит судьба нашей страны.
Я хочу, чтобы вы научились думать
самостоятельно, потому что в стране,
где каждый - личность и каждый
способен думать самостоятельно,
будет без подсказки и хлеб,
и достаток, и счастье.
-Лей-лей, не жалей.
-Все.
-О, Мишка!
-Мишка!
Держи.
-Мам!
-А?
-Дядя Игорь в деревне.
Он у нас будет ночевать?
Нет. С чего ему у нас
ночевать? Он заходил?
-Нет. Но зайдет же?
-Он теперь большой начальник.
У него дел много.
Неси в дом.
-Дядя Игорь приехал!
-Дядя Игорь!
Дядя Игорь! Дядя Игорь!
-Здрасте. А это ваша?
-Привет. Моя, рабочая.
Хочешь посидеть?..
Здравствуйте!
-Здрасте.
-Гостей пускаете?
-Пускаем, конечно. Проходите.
Я только с работы.
Даже угостить вас нечем.
-Да не беспокойтесь.
Меня уже угостили в поле.
Удивительно, вроде бы обычная еда,
а в поле - какая-то особенная.
Выпить не откажусь.
Если компанию составите.
Вот тут конфеты московские, еще...
картинки. Мишка разглядывать будет.
Ему как будущему
путешественнику полезно.
За встречу.
-Нельзя мне.
-Почему нельзя?
-Ребенок у меня будет. В марте.
Свет ты мой.
Видать, каждому положено
маленько света на земле.
Ты мой свет.
Сколько живу, помнить буду.
А теперь, сделай милость, не мучь
меня. Не приезжай больше.
Толку все равно не выйдет.
-Ты замуж за него пойдешь?
-За кого?
-Ну, кто отец ребенка.
-Пойду.
-Я тут в Москву улетаю на три дня.
Отпустишь Мишку со мной?
Город посмотрит.
Ему как будущему путешественнику...
интересно будет.
-Нет.
Нельзя.
Из жизни - да сразу в сказку.
Опасно это.
-Мне пора, Миш.
-А ты что, не ночуешь?
На печке знаешь как хорошо!
-Я не могу, дружок.
-Когда приедешь?
-Посмотрим. Пока!
-Пока.
-До свидания!
-До свидания!


Серия 6

-Полина!
-Да, теть Нин?
-Ты к Спиридоновым?
-Ага, с ребенком помогать.
-Отнеси.
-Творог?
-Творог, творог. Отдай тетке Насте.
-Ага!
-Жатва скоро, трактор
с грехом пополам починили,
а теперь он стоит, солярки нет.
-В районо надо ехать.
-Так ехай! Ты что глазками хлопаешь?
Давай-давай, ехай!
-Не, ну я-то чо? Меня пошлют, и все.
Тебе надо ехать.
-А ты для чего, для красоты?
Ну-ка быстро дуй в районо
и без солярки не возвращайся!
-А мы с приятелем вдвоем!..
-Тебе чего?
Ты чего не на работе?
-Сейчас пойду. Вот! Отдай ей.
И пускай ко мне больше не суется!
Я к ней не лезу, и пусть она
ко мне не лезет!
-Стой! Кто это?
-Нинка!
-Чего там?
-Сам посмотри.
-Ну... никак не угомонится.
Настя... Ну ты отмой и пользуйся.
-Сама пусть моет.
-Ну... Это же вроде... тебе.
Серега для тебя копил.
И тебе понадобится.
Дите-то, ну... Понадобится.
-Да отстаньте вы все!
Не нужны мне ничьи деньги!
-Да ладно, я сам отмою!
Деньги к деньгам...
Говно к говну...
Я не брезгливый. Сами прибежите.
"Мои деньги... Мои деньги..."
О, бабы...
-Здорово! А кто таков?
Лицо мне знакомо.
-Прохожий, не местный.
-К нам? А нам шоферы нужны.
Ты не шофер?
-Нет. В гости иду.
-Так садись, подвезу.
-Пройдусь.
-Ну как хочешь.
-Иван...
-Какой Иван? Ты что?
-Иван!
-Ну ты совсем уже обалдел!
Откуда Иван?
-Иван! Вернулся-таки!
-Вернулся. А ты кто?
-Я... Емельян! Ты что, забыл, что ли?
-Емелька!.. Постарел.
-Вань!.. Ты, что ль?
-Я, Николавна.
Жива пока?
-Живые. Скрипим с дедом.
Ты-то откуда, Вань?
С того света, что ль?
-Оттуда, бабка, оттуда.
-Мать-то не дождалась.
А все время верила: "Живой, живой!"
-А я чо, я ж не спорила.
-Батя тоже помер?
-Посадили Василь Прохорыча.
Серегу Ковылина...
Насмерть убил. Из ружья.
Видишь, какой характер!
-За что?
-За что!.. Там такая...
-За что, за что! За то.
Бешеные оба. Вот и вышло.
-Понятно.
-Потом склеивай...
Вот так.
-Ваня! Ванечка!..
ПРИЧИТАЮТ
Живой! Живой!..
Господи, голубчик ты наш! Ванечка!..
Живой, господи! Живой...
РАДОСТНЫЕ КРИКИ
-Живой... Моего не видал?
-А он что, тоже без вести?
-Похоронка. А все мерещится,
что по дороге идет. Не видал?
-Нет, не видел.
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Ты где был-то? Ваня!..
-Успокойся, и твой придет. Жди.
-Настя не вдова больше!
-Вот повезло!
-И ты жди!
-Радость-то какая!
-Ой, живой, живой...
-Вань... Ах ты засранец! А!
Живой, бес, живой же!
-Батя!
Мы тебя так долго ждали!
Говорили, что ты немцам сдался.
А я не верил! И ждал!
-Молодец. Правильно, что не верил.
Совсем большой стал...
Ну, не плачь. Мужики не плачут.
Пошли домой.
-Ну давай. С прибытием.
Ну давай не тяни. Рассказывай!
Ну, рассказывай!
-Слышь, Андреич... Меня уже
раз 50 расспросили, кому надо.
Я все рассказал.
-Плен?
-Нет.
-Ранение?
Ну я же должен знать-то.
-Ты НКВД, что ли?
-Ой, Ванюра... Ты чо скрываешь-то, а?
Чо скрываешь?
-Не враг, не предатель, успокойся.
-Я понимаю, что не враг.
Был бы враг - не доехал.
А чего не рассказать?
Ну вот чего не рассказать?
-Ну чего ты накинулся?
Дай оглядеться.
Расскажу, успею.
-Ладно.
За тебя.
Чего, нога, вижу?
-Отрезать хотели. Но ничего, зажило.
И живот тоже.
-Значит, и в живот было?
-Было.
-Как?
-Ну как... Ты чо, не знаешь как?
Андреич, ну ты же солдат.
Кишки с земли подняли,
комки глины стряхнули,
обратно засунули.
-Да, дело знакомое...
У меня самого и в причинном, и...
ПЛАЧЕТ РЕБЕНОК
Вот что. Давай, Ванюха,
брат ты мой...
...не чокаясь.
За тех, кто...
не дожил. А потом сразу за живых.
-Вот кто-то с горочки спустился,
Наверное, милый мой идет.
На нем защитна гимнастерка...
-Вот и вернулся.
-Скрывает чего-то.
Может быть, в плену был.
-Да где б ни был - главное, живой.
-Нет, не скажи.
Пленный - клеймо, житья не дадут.
По допросам затолкают... затаскают.
-А все такой же видный. Порода!
-Угу.
Поди-ка ненадолго.
Поди-ка новая зазноба есть.
-Трепло!
-Может, и так...
-Язык как помело. Тьфу ты!
-Ну не постился же он столько лет.
-Пойду покурю.
-...Зачем, зачем на белом свете
Есть безответная любовь?
НАПЕВАЮТ
-Чего же мы тут... Пойдем в дом.
-Потом приду.
На сундуке мне постели.
-Удобнее-то на койке.
-Стели на сундуке.
-Тяжело тебе, Вань.
Мне-то не легче.
Авось обвыкнемся.
Изменился ты...
Не такой какой-то.
Покажи хоть, где раны-то. Может,
отварами и настоями полечиться?
-Заболит - скажу.
-Где мыкался?
Я жена, мне знать надо.
-Мне тоже знать охота.
Я же не расспрашиваю.
-А ты спроси.
Вань, спроси - я расскажу.
Мне нечего скрывать.
Ни тебе, ни себе никогда не врала.
Согрешу - таиться не буду.
-Согрешила.
-Нет, Вань.
Некуда было бежать.
Зажмурилась и терпела -
вот и все, что было.
-Терпела? Да не терпеть надо было,
а взять молоток и по башке его!
"Терпела". Нравилось тебе.
Нравилось?
-Нравилось.
Нравилось, Вань.
Десять лет без мужика...
...попробуй не нравиться...
Злой ты, Ваня.
-Я знаю, ты Мишкин папка.
-Точно.
-Давайте помогу.
-Помоги.
Он знаешь как ждал! А мой погиб.
Мамка все плачет и плачет.
-Ты к Мишке?
-Ага. Я помогаю ему Машку нянчить.
Тут ведь женские руки нужны, правда?
-Правда. Молодец.
Красавица ты.
Похожа на...
-На кого?
-Все девочки похожи...
на ангелов, наверное.
-Скоро завтрак, бать.
-Сын, ты мужик. А стряпня -
это бабье дело. Понял?
-Я знаю. Но маме же надо помогать.
-Успевать должна.
Забор ты ставил?
-Я. С дядей Игорем.
-Дядя Игорь?
-Он хороший. Ему жить было негде.
А теперь начальник в городе.
-Ага. Иди ешь, я не хочу.
Пойду пройдусь.
-Да что вы сырое-то складываете?
Оно ж сырое! Растрясайте его,
растрясайте обратно!
Дома сырое собирайте!
Черт-те что! Глаз да глаз
за вами нужен! Пошел!
А! Лишь бы побыстрее сделать!
Тоже мне колхозники!
-Как живой.
-Живой и есть. Вот вернулся.
-Да, слыхала.
Везучая твоя Настена.
Моего убила и своего получила.
-Изменилась. Раньше добрей была.
-Поэтому и осталась ни с чем.
Что мне добренькой-то быть?
Вы меня мужика лишили.
А я уж другого не найду - где его
взять-то? До смерти буду куковать
в пустой избе. Что пришел?
Выпить нет, разговаривать не о чем.
-Ну как же не о чем?
Есть что вспомнить-то.
-Какого ляда мне вспоминать?
Что было - прошло.
-Тпру! Встреча старых
друзей - это хорошо.
Нинка, а кто работать будет?
-Иду!
-Давай-давай.
-Не являйся больше,
глаза выцарапаю.
-Коровы не доены. О, пошла!
Гордыню-то заела?
Ну, чо маешься? Я же вижу.
Да отдыхай, отсыпайся.
Ты заслужил. С женой... милуйся.
-Милуемся.
-Да? А к Нинке зачем?
Ты с бабами-то поаккуратней.
Я чего хочу сказать...
Жена у тебя - золото.
Ваня, что там с Сергеем было,
это все... Ты Сергея знаешь.
Не она виновата. Запомни, не она.
-Я никого не упрекаю.
Что встреваешь-то?
-Я не встреваю, я объясняю.
Тут словами все не объяснишь.
Она у тебя золото. Цени.
-Ценю.
-Ага. А батяня твой дурак,
за дело сидит. А ты поумнее будь.
-Я со своими делами как-нибудь
сам разберусь, Кузьма Андреевич.
-В районе отметился?
-Отметился.
-Ну хорошо. Бывай!
Пошла!
-Мишка! Отец где?
-Ушел куда-то.
-Спасибо.
Ели?
-Отец не захотел.
-Воды принеси.
-Пришел я, маманя.
Раньше не мог, прости.
Прости.
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
Ну что, Серега, полеживаешь?
Так-то.
Жаль, поговорить теперь
не можем, а то поговорили бы...
Ведь знал же батю моего -
нет, полез. Аккуратнее надо было.
Батя не я. Сначала делает,
а потом думает.
Не нам чета - серьезный.
Вот оно как.
Родина...
Родина.
Ждала?
-Что спрашиваешь, если знаешь?
-Нинка, Нинка... Похорошела ты.
-Надсмехаешься?
-Да нет. Хорошая.
Бойкая, как прежде.
-Да, год-два - и никудышная
стану. Страшно, Ваня.
Жизни не видала, а конец уж вот он.
-Ну, год-два-то пожить можно.
С Серегой-то не жилось?
-Не поминай Серегу. Какая жизнь?
На тебя глядит, а об ней думает.
Ой, Ваня, ошиблись мы тогда с тобой.
Молодые были.
Безголовые.
Хоть одну ночку.
Хоть одну ночку...
Что это ты?
-Не знаю. Ничего не знаю.
-Чо тогда приперся?
Черт хромой!
-Не знаю. Может, потом зайду.
-А я тебе, может, потом
оглоблей по голове! Иди!
Нет мужика... Нет мужика...
...и такой не нужен!
-Чего ты, мам?
-Спи. Зачем поднялась?
-Голоса были.
Тетя Нина кричала?
Там дядя Ваня? Он у нас был?
-Нет. У тети Нины в гостях.
Давай спи. Спи давай!
Завтра косим с утра.
-Угу.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Вань...
-Спать давай.
КРИЧИТ ПЕТУХ
Дай сюда.
Иди собирайся. Пора нам.
"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце..."
-Мам, ты иди отдохни, а я покошу.
-Маловат, сынок.
-Пусть попробует. Иди ко мне.
Бери. Вот так,
правильно. И вот так.
Вот так.
"Мой ясный сокол,
Ой, желанный мой,
Скучает он за милой, ой..."
-Тетя Нин, Витька, идите к нам!
-Мам...
-Сиди.
-Поля...
Не лезь. Не хочет - не надо.
-Хорошо.
Дядя Вань, не ходите к ним,
раз они такие. Лучше к нам.
Мы и ночью угостим.
-Оля!
-Что ржете, дуры?
-Ужинать будешь?
-Рано. Подремлю.
Орать не будет?
-Дитя разрешения не спрашивает.
Не мучай меня. Сначала Серега
нас с Нинкой измучил, теперь ты?
Если надумаешь уйти,
я держать не стану.
Не обманывай только.
-Забор кто ставил?
-Что?
-Сколько их здесь ночевало?!
-Ваня!
-Сколько здесь побывало?!
Сколько, отвечай!
Отвечай!
-Ваня!
-Сколько их было?
-Нисколько.
Ванечка, не надо! Ваня, я прошу тебя!
ДОНОСЯТСЯ КРИКИ
-Нельзя, не бей маму! Нельзя!
Нельзя, не бей маму!
-Не лезь, щенок!
-Мишка!
-Зарублю!
-Уйди!
-Мы тебя ждали, бать! А ты?
-Дай сюда.
Пойдем поговорим.
Думал я о тебе,
рвался к тебе. И вот...
Мамку жалеть - это, конечно, хорошо.
Но слушаться отца надо.
-Я знаю, бать.
Я буду слушаться.
-Это не так просто.
Слушаться-то учат.
Нас били.
А я бить не хочу.
Но ты должен вести себя как сын.
-Я буду, батя.
-Хорошо.
Если я уеду, поедешь со мной?
-Далеко?
-Далеко.
-А мама?
-А маме ехать некуда.
Ты поедешь со мной, сын?
-Нет. Я маму не брошу.
-Папка с фронта воротился,
Только сильно изменился.
А сынок в отца вцепился,
И отец-то прослезился.
Ничего он не сказал.
Лишь сынка поцеловал.
Рвалось сердце у отца
И у сына, у мальца.
ДОНОСИТСЯ ПЛАЧ РЕБЕНКА
-Мам... Все наладится.
-Я знаю.
-Насть!
-А?
-К твоему дому какая-то
машина подъехала.
-Это брат, наверное.
-Наверное.
-За Машенькой присмотришь?
А я быстро сбегаю.
-Не волнуйся, присмотрю.
-Я мигом: туда-обратно.
-Хорошо.
Обед уже. Я сама ее принесу.
-Здорово! Ну что, давай
веди, показывай героя-то.
Пошли.
-Какого героя?
-Батька где?
-Ушел в деревню.
-Давно?
-Нет.
Вот он идет!
-Ну здорово!
-Здорово.
-Здорово, пропащий! Покажись!
Ну потрепало тебя. Постарел.
-Ну пойдем.
-А я тут в Лебяжьем, понимаешь.
Там строимся. Материалы возим.
Мужики говорят, в Рогозихе-то
пропащий один появился. Думаю:
"Точно Ванюха!". Чудеса.
Не зря Настена верила.
Ну ты рассказывай. В плену или как?
-Или как. Не пытай,
вспоминать неохота.
Пойдем.
-Понимаю, брат.
-Петька!
-Привет!
Привет.
-Как раз к обеду. Пойдем в избу.
-Пойдем.
-Это Ванька тебе фингал нарисовал?
Ничего, притретесь.
Ну что, где воевал?
-Воронеж.
-А, Конев!
А я от Москвы до самого Берлина
с Рокоссовским и Жуковым...
Ну что, на работу устроился?
-Шоферить буду.
-Хорошее дело. Сейчас отдыхаешь?
Понятно. Слушай,
а может, ко мне поедем?
У меня там рыбалка, охота.
Поможешь заодно.
-Что у тебя там?
-Пристройку делаю к избушке.
Глинобитная пока.
Четверо спиногрызов!
Тесновато в каморке стало.
-Один работаешь?
-Нет. Пацаны, сыновья, помогают.
К осени справимся.
-Так вот помощник.
Поезжай, помоги дядьке.
Глину месить-то нехитрое дело.
-Да что ж... Сами управимся.
-Да нет, пускай поедет поможет.
Развеется.
-Что, Миш? Поехали, если хочешь.
Заодно с братьями познакомишься.
Бьет мамку?
-Да нет, не очень.
-Придурок! Ему в ноги ей упасть
надо. Бешеный - одно слово!
Из плена он?
-Нет.
-А?
-Нет!
-Еще и предатель, глядишь.
Темные они, Спиридоновы.
Зря ты, Мишка, уехал. Он тебя
выпроводил, чтобы никто мамку бить
не мешал.
-Дядя Петь, заберите ее.
-Чего?
-Заберите ее!
-Нет. Это не выход, парень. Да
и куда забрать-то? Сами теснимся.
Не, ну если далеко
зайдет, увезу, конечно.
В бане поживете.
-Дядя Петь...
-А?
-Я дальше не поеду.
-Чего?
-Я дальше не поеду, я назад.
-Слушай, брось, Мишка.
Назад у меня времени нет тебя везти.
-Я сам доеду на попутке.
-Не дури. Самому еще подрасти надо.
Через три дня я в Лебяжье отвезу.
-Сам же говорил!..
-Спиридоновы, а!..
-Слышь, здорово. Ты из Ребрихи?
-Ну.
-Домой скоро?
-Загружусь только.
-Ты мальчишку
до Рогозихи не подкинешь?
-Пускай, если в кузове.
-В кузове, конечно. Миша!
Ты потом на трассе высадишь его?
-Хорошо.
-Мишка! Давай в кузов.
Дай помогу. Опа! Залазь.
Ну все. Через три дня заеду.
Надеюсь, живы все будете.
Давай. Пока.
Все. Спасибо.
-Тетенька, можно мне, пожалуйста,
в город. Я потерялся.
-Чего?
-Родители уехали, а я остался.
Можно мне на автобус?
-Коля! Тут ребенок потерялся.
Тебя как зовут?
-Миша Спиридонов.
-Тут вот Мишка потерялся.
-Ну-ка, пойдем.
Проходи.
Ну ничего, свяжемся с родителями,
приедут, заберут.
-Я сам доеду. Мне бы только
на автобус сесть.
-Адрес говори.
-Что?
-Адрес в городе. Не помнишь, что ли?
-Помогите мне на автобус сесть.
-Фамилия родителей?
-У меня дядька только.
-Его адрес помнишь?
Фамилию?
-Он главный в городе.
Мне к нему надо.
-Главный? Ну и кто же?
-Игорь Вячеславович.
-О как!
Я-то думал, ты домашний.
А ты, видать, тертый калач.
Беспризорник?
-Нет. Мне к дядьке надо.
-Фамилия, стало быть, Галицкий.
-Да. Галицкий.
-Закрою тебя в камере, будешь сидеть
на хлебе и воде, пока не признаешься,
что ты маленький мошенник.
-Я не вру.
-Делаем все, как мы договорились.
Собирайте все документы и мне
на подпись, хорошо?
-Будет сделано, Игорь Вячеславович.
-Я на вас рассчитываю.
-Извините, недоразумение, конечно,
но я должна уточнить.
У вас племянник есть?
-Нет, у меня нет племянников.
-Так я и знала. А то какой-то Миша
Спиридонов! Отрывает только от дел.
-Анна Валентиновна!
-Да?
-Как вы сказали?
-Миша Спиридонов.
-А что с ним?
-Звонили из Стуково.
Он, как я поняла, в милиции.
Говорит, что он ваш племянник.
-Так. Наберите им...
-Да.
-Скажите, чтоб никуда не выпускали
мальчика. И перенесите совещание
на восемь вечера.
Если я опоздаю,
извинитесь перед людьми.
-Будет сделано.
-Добрый день.
Михаил...
Мы можем идти?
Благодарю вас. До свидания,
товарищи, спасибо.


Серия 7

-Ты решительный человек, Мишка.
-Может быть, увезешь их с Машкой?
Больше некому. Он Машку не любит.
-Ну куда же я вас увезу?
-Меня-то не надо - у меня школа.
И деда ждать. Я у Полинки поживу.
Или с ним останусь.
Если ругаться не будет.
Ты же хотел их увезти.
-Это тебе мама сказала?
-Нет. Я не маленький, я все понимаю.
-Как тебе объяснить... Они...
поругаются, потом помирятся, а я...
Это наши дурацкие взрослые дела, Миш.
-Я понимаю. Но мне страшно.
-Война - дело страшное.
Твой отец, судя по всему,
много чего испытал.
Он в плену был?
-Я не знаю.
Я думал, он хороший человек,
как ты. Но он чужой.
-Какой же он тебе чужой, Миш?
-Он не чужой, но как бы чужой.
-Я понимаю. Ешь.
Останови.
Миш...
-М?
-Я тебя здесь высажу. Добежишь?
-Угу.
-В правление.
-Товарищ Галицкий!
-Приветствую!
-В гости к нам или по делам?
-Мимо проезжал. Как сенокос?
-Докладываю: из графика пока
не выбились. Конечно, как в прошлом
году, не будет - сушь.
Но по минимуму заскирдуем!
-Ясно.
Побеседуем?
-Прошу.
-Мишка...
-Мам... я вернулся на попутке.
Я больше отсюда не уеду.
Если отец тебя начнет бить -
зарублю. У меня топор на печке.
-Господи...
Сынок, никогда так не говори.
Слышишь? Не думай об этом, нельзя.
Может, оно еще наладится.
Его тоже понять можно.
Обещай.
Обещай, что топор выбросишь и никогда
об этом думать не будешь! Понял?
Там каша в печи.
Принеси аккуратно - покормлю.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Стой.
Пускай в дом идут.
Скажи матери - больше не трону.
-Я слышал, вернулся
наш без вести пропавший.
-Ванюха-то? Да!
Живой и почти здоровый.
Говорит, на все вопросы
ответил, чист.
-Кузьма Андреевич, мне неудобно
вас об этом просить, но...
-Да?
-Вы присмотрите за ним, пожалуйста.
-А что, разве?..
-Нет-нет.
Но у них в семье ситуация сложная.
Он человек... резкий, вспыльчивый.
Мало ли что.
-Он что, бьет ее?
Так...
Ну, вы не волнуйтесь. Я прослежу.
Нет, ну, конечно...
Спиридоновы - народ ярый.
Они безумные.
Однако прослежу.
-Когда в Москву?
-Завтра утром.
-Просьба. Отчасти личная.
-Конечно, Игорь Вячеславович.
-Человек пропал. Найти надо.
Пропал в 1943 году где-то
под Воронежем.
Спиридонов Иван Васильевич.
Уроженец села Рогозино.
Теперь он вернулся.
-Домой, в Рогозиху?
-Да. Я вам тут напишу телефон.
У вас будет доступ к архивам.
Выясните все про этого человека.
Как пропал, где и как потом жил.
-Сделаем.
-Спасибо.
-47... Где 48?
Опять потерялось.
-Здорово, Андреич!
-Здорово! Ну что, наотдыхался?
-Наотдыхался. У тебя кто больше
зарабатывает - трактористы
или шоферы?
-Одинаково. Трудодней
у всех одинаково. А сколько
на трудодень приходится,
это от урожая зависит. В этом году
нам большого урожая не ждать.
-Ясно.
-А что?
-Деньги нужны.
-Зачем?
-Деньги всем нужны. Чем я хуже?
-Вот что, Ванюха...
пора внести ясность.
Ходишь по селу как неприкаянный,
болтаешься между двух баб
как говно в проруби!..
-Ты будешь в мои семейные дела лезть?
-Буду. Я председатель колхоза.
-А-а.
-Еще раз Настену побьешь -
пеняй на себя.
Я тебя предупредил!
Ты меня понял?!
-Ты мне не указ!
-Поговори мне еще! Сопляк!
Все темнит, все крутит.
Жив остался - живи.
Жена, сын - чего еще надо?
-Спиридонов Иван Васильевич...
Долго считался пропавшим
без вести, о чем было
сообщено его родственникам.
Но потом выяснилось,
что он живет под другим именем.
-А под другим - это как?
-Подробностей у меня нет.
Остапенко Семен Алексеевич.
Это его новое имя.
Был женат, имеет дочку.
-Вот как?
-Да. Все запутано.
-А место проживания
товарища Остапенко?
-Воронежская область,
село Пажитное.
-Ирина Андреевна?
-Да.
-Хотелось бы поговорить.
Уделите нам 10 минут?
-О чем говорить?
-О муже вашем. Бывшем.
Семене Остапенко.
-Ну, что говорить? Уехал.
-Так об этом и поговорим.
-В чем дело, товарищи?
Вы кто такие?
-Ты что творишь?
-Так чего мы стоим, товарищи?
Прошу вас, проходите.
-Да, проходите.
-Прошу вас.
Давайте попьем чаю?
А, товарищи? Прошу вас.
Вот, пожалуйста, проходите.
Пожалуйста.
Ну, давай, принимай гостей.
Проходите-проходите, товарищи.
-Так он притворялся?
-Я не знаю. В чужую душу
не заглянешь. Говорил:
"Не помню ничего".
Но... по ночам -
то "Мишка", то "маманя".
-Бредил?
-Ну да. Разговаривал,
поминал кого-то.
Я к нему - мол, что за Мишка?
Он молчит. Ну, я в милицию
доложила - мол, разберитесь.
Ну, как не доложить?
Дочка ведь у меня.
-И что?
-Допросили его - и в кутузку.
Год отсидел.
-А дочке тогда сколько было?
-Маленькая совсем. Откуда ж
я знала, что он через год выйдет?
Я думала, лет 10
дадут, а мне ждать...
Вася появился.
-Да поймите, мы вас не обвиняем.
Правду выясняем.
-Ну ладно. Спасибо за беседу.
Поехали.
-Подождите.
А как он? Мишу нашел?
-А-а. Не в курсе.
-Прошу.
Прошу.
-Глуши!
-Рухлядь, конечно, но бегает пока.
Ты карбюратор проверь - и завтра
в поле.
-Угу.
-А я ведь тебя не узнал тогда.
В ребятах знались. Помнишь?
-Да помню, помню. Ясно.
-Слушай, может, сам попробуешь?
-Давай попробую.
"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина,
Тогда бы слез я не знала.
В краю далеком мой ясный сокол,
Ох, желанный мой..."
-Батя, что ли, приехал?
-Здорово!
-Бать, это твоя машина?
-Моя.
-Можно посидеть?
-Посиди. Только не трогай там ничего.
"Пройдет кручина,
И слез не станет,
Когда любимый вернется..."
-Вечером приедешь?
РЕБЕНОК ЧИХАЕТ
-Простужена. Не видишь, что ли?
-Продуло где-то.
Бабку позову вечером. Отвар сделает.
-Бабку!..
Так, ну-ка, кыш!
-Бать, прокати маленько.
-Ну поехали. Двигайся.
Держи.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Бать, можно порулить?
-Порули.
Рули, рули! Так, молодец!
Все, беги домой.
-Бать, можно с тобой?
-Давай завтра. Ребенок
там, кажется, болеет.
Побудь дома сегодня.
-Хорошо.
-Да-да?
-Здравствуйте.
-Прошу.
-Задержался.
-В архивах сидели?
-Ну, в архивах сведения неполные.
Пришлось поехать на место.
Ну, аккуратно переговорил с людьми.
-Ну?
-Спасибо.
Все непросто с этим человеком.
-Да... Прям роман какой-то.
-Ну вообще-то, нашего Семена-Ивана
по желанию можно и привлечь.
Наверняка он симулировал амнезию.
По крайней мере, последние пять лет.
Ну, год он там отсидел.
Пускай у нас отсидит два-три года.
-Привлечь?
-Ну да.
-А зачем?
-Ну... мало ли.
-Его не за что привлекать.
-Понятно.
-Садись. Как отработал?
-Отработал.
Не спит?
-Никак не уснет.
Но не плачет.
Снадобьем ее напоила.
РЕБЕНОК КАШЛЯЕТ
-К врачу надо.
Собирайся.
-Что?.. С чего ты решил?
-Я не решил - я знаю. Поехали!
РЕБЕНОК ПЛАЧЕТ
-Сердце мое чуяло,
что что-то нехорошее.
-Не чуять надо было, а делать!
Все вы, бабы, чуете!
А дети умирают!
Эй!
-Что тебе надо?
-Врач нужен.
-Нет врача. Сестра.
-Мне все равно. Открывай!
Нужна срочная помощь.
У ребенка воспаление.
-Воспаление... До утра
подождать не могли?
-До утра умрет.
-Порошок дам.
-В город звоните.
-Чего это?
-Пусть бригаду вызывают.
-Ага, еще чего!
Да сроду такого не было!
-Где номера телефонов?
-Э! Не трожь документы!
-А ну-ка, телефоны где?!
-На!
-Крайздрав? Стуково. Ребенку плохо.
Нужна срочная помощь.
Да тут, кроме порошков, ничего нет!
Давайте машину и везите ребенка
в город!
Как - нет машины?! Да...
Порошок давай.
-На. Хулиган. Бандит!
Умный нашелся!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Ты чего, один?
-Да.
-А папка, мамка где?
-Уехали - Машку повезли.
-А-а.
Куда повезли-то?
На казенной машине.
Деятель!..
Что хочет, то и творит.
-Дядя Кузьма, не ругайте его.
Машка заболела.
-Да все болеют.
Обычное дело.
Но казенный бензин не жгут.
Страшно, небось, одному-то?
-Ну только чуть-чуть.
-"Чуть-чуть..." Дай подушку мне.
У тебя ночую.
Да, Галицкому тут жестковато было.
Туши лампу.
-Чего?
-Врач сказал, кризис не миновал.
-Минует.
Теперь все минует.
-А еще сказал, опоздай
мы на пару часов - и...
не было бы ребенка.
Это я во всем виновата.
Я.
Сразу надо было ехать.
Случись что - не пережить ведь.
-Пережила бы.
Человек живуч.
-Спасибо тебе, Ваня.
-Брось.
Авось обойдется.
Поехать мне или подождать?
-Ехай, Вань.
Нас тут еще неделю
продержат, а там Мишка.
-Большой - справится.
Ладно, поеду я.
Через неделю заберу.
-Чего стоишь?
-А чего?
-Давай. Все? Дуй в бригаду,
проверь, что там с молотилками.
Если не починили - придушу,
так и скажи: "Матвей, Андреич
приедет и придушит!"
-Благодарствую.
-Это кто еще?
-Счастливо!
-Ага.
Кузьма Андреевич?
-А вы кто, простите?
-Прислан из края. Парторг.
-А-а. Ясно.
-Анистратенко Валерий Юрьевич.
-Чего стоишь-то? Беги. Давай-давай!
-Да иду уже, иду.
-Ну что, давайте поговорим.
-Так а вы же куда-то собирались.
-Так точно, собирался. Поля смотреть.
-Поля смотреть?
-Угу. Уборка на носу.
-А зачем же менять планы?
Меня возьмете?
-Ну чего стоите-то? Сидайте.
Давай!
-Небогато, вижу.
-Да уж.
-Сколько с гектара будет?
-Пять от силы.
-Пять центнеров?
-Ну.
-Это же недопустимо.
-Этого не знаю,
а если пять возьмем - то хорошо.
-У нас по 25 берут в удачные годы.
-Сколько?!
-25.
-25?!
-Да.
-Это где ж это?
-На Харьковщине.
-Харьковщина - это,
считай, Кубань! Тпру!
А у нас, дорогой мой, Сибирь.
У нас девять с гектара - это предел.
-А какой смысл сеять, если семена
стоят больше, чем конечный намолот?
-Вот это я согласен.
-А-а...
-Только меня-то не спрашивают.
А вот если бы спросили,
я бы ответил. Вот эти все
поля под корма отдать надо.
Увеличить молочное стадо
и давать государству мясо и молоко!
А мне спускают план, етить твою!
"Сей пшеницу, сей пшеницу!"
Ой...
-Значит, надо сеять пшеницу.
Партия планирует, и у партии
нет непродуманных планов.
А если у нас урожайность низкая,
значит, мы с вами виноваты.
-Ну это ясное дело. Конечно,
мы виноваты. Мы изначально виноваты.
-Ничего, митинги будем устраивать,
ведь главное - надо мобилизовать
людей, тогда они горы свернут.
И будет у нас с вами 30 с гектара!
-Воевали?
-Нет. Просился - не взяли.
-Понятно! Я к тому, что у нас там
политруки воспитательную работу
перед атакой не проводили. А уборка -
та же атака. Тракторист потемну
домой возвращается, а вы ему
тут митинг - на, здрасте!
И пошлет он этот митинг
и вас со мной знаете куда?
Далеко от деревни. А бабы? Они
из бригады приедут - им надо огород
полить, скотину накормить, детей
уложить, мужа встретить с пашни.
Она в 12 часов ночи пластом в кровать
бросается. Так что, Валерий Юрьевич,
не торопись. Эх, по осени
мы с вами намитингуемся!
Это клуб.
-Клуб в колхозе -
это первое дело.
-Конечно! Что, танцы будут?
-А как же без танцев? Без танцев
молодежи нельзя. Молодежь-то
у вас есть?
-Конечно!
И что, думаете, после работы
на танцы побегут?
-Ну пить-то они успевают.
А лучше - чтобы танцевали.
-Я согласен. Но у нас гармонист
уехал на лесозаготовки.
-Так у меня патефон есть.
Моя задача - вдохновить людей,
и я это сделаю. И будет
у нас 30 с гектара!
-Свет есть!
-Ага.
-Хорошо говоришь. Держи ключи
и неси культуру в массы!
Прошу.
Хозяйничай.
-Парторганизация большая?
-Ой... Я да Клара, Клара да я.
Она у нас учитель в школе. Директор.
-В партии давно?
-На фронте вступил... под Курском.
Прям перед боем.
-Парторганизация должна насчитывать
минимум 10 человек.
-Ровно 10?
-Минимум.
-Понятно. А учителей принять можно.
-Кузьма Андреевич, мы партия
рабочих и крестьян.
-Да.
-А не партия школьных учителей
и прочей интеллигенции. Необходимо
привлекать простых трудящихся.
-Так это... рабочий
человек - он... пьющий.
Жену ласканет... Так что куда
ни плюнь - все недостойные.
-Что, достойных нет?
Что же вы за колхоз такой, а?
Воспитывать надо людей.
-Так вот ты и воспитывай.
Это теперь твоя забота,
Бог тебе в помощь.
-Так... Бога нет.
-Ну, это как сказать.
Ну что, батька приехал?
-Нет еще.
-От этого деятеля все
что угодно можно ожидать.
Как только приедет, сразу чтоб
шел ко мне. У нас теперь есть
воспитатель городской, ученый.
Будем его воспитывать. Понял?
Беги домой!
Ну что, у меня поживешь,
пока тебе избу подыщем.
-А там у вас что?
-Это подсобка.
-Там и остановлюсь. Можно?
-Конечно, в подсобке хорошо.
ВАЛЬС
Ладно, танцуй.
А я пошел.
-Товарищ Спиридонов?
-Ну я. А где Кузьма Андреевич?
-Вопросы буду задавать я.
Я ваш парторг - Валерий Юрьевич.
Куда вы ездили на колхозной машине?
-В город надо было.
-А сколько сожгли бензина?
-Почти полный бак и канистру.
-Это ваш бензин?
-Колхозный.
Из зарплаты вычтете.
-Но вы же понимаете -
это подсудное дело.
-Я с тобой разговаривать
не собираюсь.
-Товарищ Спиридонов!..
-Валерий Юрьевич! Ты чо, спятил!
Это ж партийный вожак!
-Пускай баб идет воспитывать!
Лезет тут! Видал я таких агрономов
в очочках! Тоже мне - культура!
-Заткнись наконец!
Что? Очки? Очки сейчас найдем. Вот.
Целы. Душка отвалилась,
но ничего. Пойдем на двор,
подышим хорошенько. Я тебе... Идиот!
Все-все, ну-ну... Все хорошо.
-По всему... строго
за все ответите.
-Я поговорю с ним.
Поговорю-поговорю,
по-свойски поговорю.
Надоели вы мне, Спиридоновы.
Ты зачем это сделал?
Он сейчас бумагу накатает.
-Пускай катет.
-И что?! Вслед за батей в тюрягу?
-Да хоть бы и так!
-Беда. Ой, беда.
-С фронта шел большой обоз,
Бравых он солдат привез.
Ну-ка, бабы, налетайте,
Мужиков себе хватайте!
Бабы сразу собрались -
И ругались, и дрались!
ВСЕ:Бабы сразу собрались -
И ругались, и дрались!
-Вот солдат с одной ногой.
-Этот, бабы, будет мой!
Проживем с одной рукой,
А мужик-то мировой!
-Вот без рук, без ног боец!
-Мой пусть будет молодец.
Проживем без рук, без ног,
Главное, чтоб в койке мог!
НАПЕВАЕТ
-Валерий Юрьевич, работаем?
-Работаем.
-Красота! "Наши передовики..."
Я тебе реечки принес.
Ровненькие. Потом повесим.
Да куплю я тебе очки, чо ты!
На будущей неделе еду - и куплю.
Подыскали тебе избу - хорошая!
Так что переселяйся.
-Мне все равно, где работать.
-Ну это понятно.
Слушай, Валерий Юрьевич,
у меня к тебе просьба есть.
Я насчет Спиридонова.
Мужик он хороший,
но недавно вернулся,
так что понимаешь...
-Я знаю.
Порасспросил у людей, выяснил.
Странный он, подозрительная
личность. Плохо, что вы
до сих пор не взялись за него.
-Что значит "не взялись"?
-Давно нужно было выяснить,
что он за птица.
Где он столько лет летал?
-Органы выяснили. Что выяснять-то?
-А теперь и мы выясним.
И за нынешний инцидент он ответит
по полной. Дело не во мне.
Я готов снести эти оскорбления,
но он в моем лице в лицо партии
плюнул!
-Да ладно.
-Именно!
-Прям в лицо?
Валерий Юрьевич, может,
пожалеем мужика, а?
-Что, пожалеем? А, то есть
сделаем вид, что ничего не было, да?
-Он все равно уезжать
собрался, так что...
-Уедет.
Но прежде за свои
деяния ответит. Все!
Так читается?
-Читается отлично.
-Подержи.
-Давай.
Валерий Юрьевич...
-Поздно разговаривать.
-Может, все-таки как-то...
-Поздно, я уже отчет составил,
в район отправил - в органы.
-Уже отправил?
-Разумеется!
На партию руку поднял -
я этого не потерплю.
-Разрешите?
-Да.
А... вы ко мне?
-Да, вот заглянула.
Подумала, голодный, поди.
-Так я уже кушал.
-Так тут ничего не приготовишь -
все всухомятку.
Горяченькое.
-Это как-то неудобно.
-А чего неудобно?
А ходить голодным удобно?
Еще заболеете, желудок посадите.
Давайте, кушайте.
М?
-Угу.
-Здравствуйте, доктор!
-Вызывали?
-Извините. Я... по поводу
нашей колхозницы.
Спиридонова Настасья.
-Женщина с ребенком?
-Да. Вот...
Хотелось бы узнать, это правда?
Опасная болезнь была?
-Девочку спасли чудом. Минута
промедления - и ее не было бы
в живых.
-Да что вы!
-Вы муж?
-Председатель колхоза я.
-Председатель.
Руководство, значит?
-Ну.
-Власть?
-Да какая я власть?
-До которой невозможно докричаться.
Что вы там вещаете с трибун?
"Во благо человека, на благо
человека..." Вы знаете,
сколько в день умирает детей?
От пустяковых болезней, вообще-то!
Я прошу две-три исправных машины,
чтобы выезжать по срочным вызовам.
В ответ - молчание.
Вам должно быть стыдно,
товарищ председатель.
-Нет, я понимаю.
-Понимать не надо.
Надо делать.
-Я обещаю.
Во славу человеку и во благо
человека. Вы все-таки мне скажите,
это что, правильно,
что девочку привезли?
-Если жизнь ребенка вам
небезразлична - правильно.
-Спасибо, доктор!
-Не за что.
-Ай, кто у нас такой веселый, а!
Здравствуй, Настя.
-Здрасте. Кузьма Андреич, а... Иван?
-Иван... Иван работает. Я приехал.
-Не болей, малыш. У нас нельзя
болеть. До свидания!
-Спасибо вам, доктор!
-Спасибо.
-Летом найдете один день - привезете
ее только на обследование.
Это необходимо. Понятно?
-Так точно.
-Ну, давайте.
-Понятно. Привезем.
-Пока!
-Спасибо.
Ух, суров! Настя, Машенька...
оказывается, я власть!
Ну что, домой?
-Домой.
-А по дороге в крайком заедем.
Вдруг примут? Да.
Ненадолго.
-Сама, сама.
-Спасибо.
-Наш народ вразумлять надо,
а то разболтается.
-Ой, извините. А я иду, гляжу, дверь
открыта. Клуб пустой, дверь открыта.
Думаю закрыть...
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-А вы, может, покушаете с нами?
-Да нет, спасибо. Отужинамши.
Ну... я пойду тогда.
-Нигде покоя нет. Везде ей влезть
надо. Вы с нами, бабами, построже!
Ишь явилась! Дверь открыта.
Открыта, закрыта - тебе какое дело?
Вам бы в домашнюю обстановку.
Там и тревожить не будут.
-Ну, что вы. Какая тревога?
Это моя работа...
Выслушивать людей.
Вот.
-В домашней обстановке лучше.
Да хоть у меня. И место есть,
изба большая.
-Спасибо. Вот, все было вкусно.
А как вас величать?
-Наталья.
-Наталья. А по отчеству?
СМЕЕТСЯ
-Да чай не барыня! Сергевна.
-Спасибо. Спасибо, Наталья Сергеевна.
У меня еще сегодня работа.
-Не бережете вы себя.
Заходите.
В гости. Если что.
-Спасибо. Я подумаю.
-О! Приветствую, Кузьма Андреич.
-Здравствуйте.
-Ко мне?
-Если можно.
-Ну проходи.
Товарищи, извините. Подождите
минут 10. Анна Валентиновна,
предложите чаю.
-Хорошо.
-Проходи.
-Вы меня извините,
что я отвлекаю. Игорь Вячеславович,
пришел просить о помощи.
-Солярка?
-Да нет.
Солярки - да я б не решился.
Был сейчас в больнице.
Такой выговор выслушал!
-От кого?
-Доктор пожилой, такой серьезный.
Дети, говорит, умирают,
а машины у него нет.
Да. "Ты, - говорит, - власть,
ты эту задачу и решай". О как!
А я вот не знал, что я власть.
-Да, Кузьма Андреич, мы власть.
С нас требуют - и правильно делают.
А у нас по-прежнему все для фронта,
все для победы, для обороны.
А для простых людей - пять копеек.
Поди подели эти пять копеек
на всех. Садись, садись.
-Спасибо.
-Будут машины.
Скоро будут. Не две, а 10.
Из Ульяновска привезем.
-Это хорошо.
-Садись-садись.
Как в больнице оказался? Лечился?
-Да нет. Колхозница наша...
Настя туда...
Ну, вы помните, наверное?
-Да. А что с ней?
-Ребенок у нее заболел.
-Мишка?
-Нет. Девочка.
Муж ее, конечно, отвез
на колхозной машине в город ночью.
Мы, конечно, его оштрафовали,
наказали, накричали на него.
А теперь что выясняется?
Если бы он девочку не увез,
она бы умерла.
-Н-да. Ну что ж, спасибо мужу.
-Спасибо-то спасибо, но, пока
ругались, он с парторгом повздорил.
Короче, кулаком в лицо ему заехал.
Теперь разбирательство началось,
тюрьмой дело пахнет.
Вот.
Он девочку-то спас.
-Нехорошо, Кузьма Андреевич.
Драться нехорошо.
-Да я понимаю. Нехорошо, конечно.
-Не могу я вмешиваться, ты понимаешь?
-Понимаю.
-Сильно ударил?
-Да нет, так, по касательной съездил.
Очки сломал, дужку отломил.
-Ну а парторг мужик нормальный?
-Рьяный! Честный человек.
И добра хочет.
-Попробую вникнуть.
Через два дня приеду, хорошо?
-Спасибо!
-Слушай, Кузьма Андреич...
а как там Настя?
-Настя? Так она вон, в машине сидит.
Домой ее везу.
-А как они с мужем ладят?
-Ой, не знаю.
В том-то и дело, не понимаю я его.
Что-то уезжать собирается.
-В Воронеж?
-Нет. Не знаю. Молчит он.
Да я и не расспрашиваю.
А может, и к лучшему? Ну его на хрен,
пущай едет! А? Он какой-то непонятный
стал, в общем, чужой.
-Кузьма Андреич, ты прости,
у меня работы много.
-Да, извините! Еще раз спасибо!


Серия 8

"Когда б не дождик
да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина,
Тогда бы слез я не знала..."
-Так... К Андреичу ехай, тебя ждут.
-Кто?
-Не знаю, милиция, наверное.
На "Победе". Доигрался.
Давай подменю.
Давай бегом!
Держи.
-Здравствуйте.
-Товарищ Спиридонов?
Здравствуйте.
То, что вы сделали, -
это недопустимо. Я про драку.
В следующий раз я просто
не смогу вам помочь.
Пожалуйста, извинитесь
перед Валерием Юрьевичем.
-Извините.
-Угу.
-Оставьте нас, пожалуйста.
-Хорошо.
-Я поговорить с вами хотел.
-Больше не трону.
Пальцем не прикоснусь.
-Да я не о нем, я о вас.
Вам надо определиться, иначе
ни вам, ни вашим близким...
спокойной жизни не будет.
-Ты у меня забор ставил?
-Я.
А что?
-Да нет, ничего. Понять хочу.
Ты ведь начальник...
На "Победе" вон.
Даже не агроном - выше.
Зачем тебе моя баба?
Городских не хватает?
-Не хамите.
И на жену свою не наговаривайте.
Она этого не заслужила.
-Лучше молчи! Я с тобой
свою семью обсуждать не собираюсь!
Молчи, иначе я...
-Ты меня не пугай.
Я, в отличие от тебя,
всю войну прошел - от и до.
И в тюрьме был.
А там разные люди.
Так вот, я и говорю...
Вам необходимо принять решение,
товарищ Семен Остапенко.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Откуда знаете?
-У меня работа такая.
-Ничего плохого я не сделал.
Жив остался - вот и вся моя вина.
-Да я вас ни в чем не обвиняю.
Но, если решите остаться,
расскажете все жене.
Я вас больше не задерживаю.
-Попробуем жить, Настена.
Ты плачешь?
-Дождалась.
ДОНОСИТСЯ МЕЛОДИЯ ИЗ ПАТЕФОНА
-Дед, а чего это?
Гармошка, что ли?
-Патефон.
-Патефон?..
-Угу.
У нас в роте был, по праздникам
включали. Хорошая штука!
Крутишь, заводишь, потом хоть
Утесова, хоть Русланову,
хоть эти трофейные фокстроты - все!
-Чего?
-Все равно не поймешь, Азия.
-На себя посмотри.
-Помидоры, помидоры, помидоры дутые!
Под глаза мои я вижу...
-Сейчас еще граблями дам!
ТАНГО
-Здравствуйте!
-А музыку можно послушать?
-Конечно. Старшеклассницам
и танцевать можно.
-Правда? А вы научите?
-Честно говоря, танцор
из меня неважный.
-А я любила до войны. Гармонист у нас
был хороший. Давайте покажем пример
молодежи.
-Нет, неловко как-то.
-А что неловко? Ничего хитрого нет.
-Я...
-У вас все получается.
-Батя!
Бать!
Бать!
-Чего?
-Дед приехал!
-Чего? Не слышу!
-Дед вернулся.
-Что?
-Дед!
-Садись.
Быстро давай.
-Ничего, бать, отлежишься,
поправишься.
А сейчас к нам давай, стол накроем.
-Живой, батя.
-Сынок!
-Тебя ждал.
ПЛАЧЕТ
-Ванька...
-Ванька...
-Пойдем к нам.
-Пойдем. Сейчас пойдем.
Идите с Мишкой, мы придем,
нам поговорить надо.
Садись.
Сынок!..
-Ну что?
-Стол накрою. Заходи потом,
Кузьма Андреич.
-Конечно, зайду,
что уж теперь. Видать, недолго
протянет. Давай, садись.
-Вот так, батя.
-Неужто так бывает?
Память пропадает.
-Бывает, батя.
Прошла, помню, боль. А ведь
от боли ни про что думать не мог.
Страшная боль была.
А потом легче стало. И вроде
вижу, все вижу, все понимаю:
вот дом, вот солнце за окном,
вот стол, вот лавка.
У всего есть имя, а у меня нету.
Потом прояснилось маленько -
мне аж страшно стало. Знаешь,
что я увидел? Избу нашу.
Вот этот угол.
Эту икону, лампадку.
И стоят двое - ты да мама.
И смотрят не на меня, а мимо.
Короче, с того момента стали
то пригорки, то кустики какие-то
появляться. А потом, помню,
в гараже был, шофером тогда работал,
и кто-то крикнул: "Ванька!"
Я говорю: "Чего?"
Мужики - ржать.
Думали, что я пьяный.
Меня ведь тогда Семеном звали.
-Семен... Когда это было?
-49-й.
Все, батя, вспомнилось.
Вот был туман - хоп! - и нету.
-А что ж сразу не приехал?
-Побоялся, батя.
Скрывал от всех, а потом
все равно все всплыло.
Год отсидел, а там Сталин умер.
Все, вернулся. У меня ни жены...
дочку отобрали.
Собрался, поехал.
-Плохо, Ваня. Плохо.
Сразу надо было.
-Легко тебе говорить.
Что - сразу? Бросить жену,
ребенка, ехать?
-Жена и ребенок у тебя здесь,
на твоей земле. На твоей!
Ее твои деды и прадеды лелеяли.
-Чушь, батя!
Родина там, где родные люди.
Они мне родные, жена, дочка.
Не могу без них.
Душа там. Мысли там. Все там.
Вроде как живу и не живу.
К ним хочу.
Видел бы ты мою Марусю, батя.
Глазки, носик...
шею ручонками обовьет: "Папка".
Не могу, батя, я с ума сойду.
-Ну и что?
-Уеду. Тебя ждал.
-Брось, Ванька.
Образумься. И живи здесь, дома.
С женой и сыном.
Ну не пацан же.
-Нет, батя.
-Брось, говорю!!
-Нет.
-Младшенький...
всегда слабый, ненадежный.
Поскребыш, одним словом.
Васька с Кирюхой бы не подвели.
Собирайся.
И уезжай.
-Что?
-Ехай куда хошь! Сюда больше
не надо. Ты здесь чужой.
-Погоди, батя. Не руби. У тебя
все просто - черное и белое.
А просто не бывает.
На то душа человеческая.
-Все.
Поговорили.
Поговорили, все. Уходи.
-Батя...
-У меня еще одна двустволка
в кладовке припрятана.
Я два раза повторять не буду. Ну!
-Прости, батя.
-Ванька-Ванька... Что ж ты натворил?
-А где батя?
-Дома. Не хочет застолье.
-Как же?
-В другой раз.
-Наготовила.
Курицу вон зарубила.
Может, Андреич зайдет?
-Никто не зайдет.
Так, ребята, погуляйте
на улице, хорошо?
-Давай помогу.
-Мам, можно колбасу?
-Да, бери.
-Я тоже возьму.
-Пойдем.
-Что случилось?
-Виноват я, Настя.
В первую очередь перед тобой виноват.
Ты жена. Ты мать.
Ты чистая.
Я всегда это знал.
Не имел я права укорять тебя.
Я во всем виноват, Настасья.
Прости меня.
Ругай.
Побей.
-Зачем ругать?
Давно я все вижу.
-Прости. Ты молодая, красивая.
А я...
Я годы у тебя отнял.
Прости.
-Ты не годы у меня отнял.
Ты веру у меня отнял.
Верила я.
-Прости.
ТРАГИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
ТИХО ПЛАЧЕТ
-Лучше не бывает. Нет, правда!
Я даже сама не ожидала.
Удивительно, но вам все идет,
Вера Кирилловна.
-Подлецу все к лицу.
-Всех там поразите за границей.
-Ой, я вас умоляю. Курица не птица,
Болгария не заграница.
Что-то я поговорками сегодня...
-Да что вы. У меня знакомая
ездила недавно на Золотые Пески.
Так рассказывала, что там и французы
на пляже, и кого там только нет.
-Ладно. В плечах поправьте,
а я, наверное, завтра заберу.
-Да-да, вижу.
-А, кстати, вот это тоже неплохо.
-Что там?
Блеск! Ну, если, конечно же,
материал достанете.
-Достанем все.
-За вами приехали, Вера Кирилловна.
-А, да? Переоденусь и...
-Помочь вам?
-Да, если можно.
Котик, мне так идет! Так красиво!
Спасибо, котик. Слушай, знаешь что...
Я тут подумала... А давай не поедем
в Болгарию? Там нечего делать, котик.
-Почему? Там море, солнце.
Верочка, мы же договаривались.
-Но мы же еще не купили билеты.
Давай переиграем. Мне кажется,
выстроятся очереди из этих партийных
начальников, вы будете рассуждать
о судьбах социализма, а их жены
меня замучают светскими беседами.
Андрюша, давай переиграем.
-Вообще напрасно. Меня действительно
ждут болгарские товарищи.
-Я так и знала.
-Ну Верочка, ну... что ты?
Мы решим. Все, давай, поехали.
Ну так что? Гагры, Пицунда?
-Горный.
-Крым?
-Алтай. Помнишь, мы с тобой были?
Прекрасные чистые озера, природа.
И, между прочим, в Белокурихе есть
прекрасные санатории.
-Соскучилась по Галицкому? Понимаю.
-А что? Тебе бы тоже не помешало
навестить старого друга.
-Я с ним через день по телефону
разговариваю. Нет, пожалуйста,
в Горный так в Горный.
Только знаешь что...
-Что?
-У него уже есть кое-кто.
-Ну что, люди имеют право
на счастье. Некоторые, да?
-В Горный, в Горный. Договорились.
-Прекрасно.
-Товарищи, задача одна: то,
что все-таки выросло, - собрать
без потерь. Синоптики обещают
дождливую осень, а значит, можем
потерять все. Сгниет в поле!
И тогда нас ждет голодная зима.
Вы понимаете, о чем я говорю?
Полная мобилизация. Это все.
Удачи нам.
-Спасибо, товарищи!
Собрание окончено.
Ты не паникуй. Хлеб будет.
Кубань, Украина...
-Я знаю, будут подачки из центра,
и то из своего. Сами собрали, сами
съели. Так ведь надежнее.
-Так ты патриот.
Тяжело будет расставаться с краем.
-Расставаться?
-Пора, дружище, домой, в Москву.
Сейчас уборку закончишь...
А ты чего не радуешься?
Ты мне нужен.
Назревают перемены.
-Серьезные?
-Надеюсь, обойдется без крови.
Пора удалять старичков.
Спички есть?
-Перемены лучше пересидеть.
В провинции.
-Ошибка. Опоздаешь к раздаче трофеев.
А если серьезно, ты нам нужен.
Может случиться опасная драчка.
-Я поддержу отсюда.
-Не получится.
-Кто таран?
-Никита.
-А чем он лучше других стариков?
-Ничем. Может, даже хуже.
Но для тарана сгодится. Рвется
в бой - пускай воюет. Там посмотрим.
Старик, надо в Москву. Надо.
-Я понял.
Дай мне подумать.
-Долго?
-Неделю.
СТУК В ДВЕРЬ
На собрании был председатель
колхоза "Красное Знамя".
Задержите его. Пусть придет сюда.
-Хорошо.
-Вот и замечательно.
А мы как раз на недельку
на Горный Алтай прокатимся.
-Мы?
-Вера здесь.
-А-а.
-Собирались в Болгарию, потом решили:
в родной стране лучше.
-Правильно. В Горном сейчас хорошо.
Вера всегда любила сюда
приезжать. Когда тронетесь?
-Завтра утром. Машину дашь?
-Попробовал бы я отказать члену
секретариата ЦК.
-Да уж, конечно.
Неделю.
-Неделю.
Анна Валентиновна, машину.
Кузьма Андреевич, проходите.
Чаю хотите? Я распоряжусь.
-Да нет, я чаевничал.
-Ну... как у вас?
-Солярки не хватает, машин нет.
Как у всех. Так что грех жаловаться.
-Спасибо вам.
-За что?
-Что не требуете, не жалуетесь.
Присядем?
-Угу. Давайте.
-Кузьма Андреевич,
я о другом хотел поговорить.
Как наш без вести пропавший?
-Да считай, дважды пропавший.
-Уехал?
-Угу.
-А Настя переживает?
-Ну, как вам сказать?..
Отпереживалась уже.
Столько лет ждала.
Двое детей на ней. Ну чего
говорить? Тяжело бабе.
-А девчонка поправилась?
-Да. Велели в конце лета везти
на обследование. Вот, скоро привезу.
-Кузьма Андреевич, а можно я привезу?
-Так а... Очень хорошо!
Очень даже выручите.
А то полуторку-то гонять
в уборку накладно.
-Договорились?
-Да.
-Так не годится, Дарья Сергеевна.
У нас в стране, например, выпускается
много детских игрушек. Разных -
патриотических, военных:
солдатики, танки, прочее.
Надо завозить.
Мальчишки будут с малолетства
постигать, так сказать...
-Понимаю. Закажу в районе.
-И сладкие пряники заказывать надо.
У нас в Харькове целая кондитерская
фабрика. У меня там есть связи.
К ним можно обратиться.
-Понимаю.
-Н-да. Вечером в клубе сегодня танцы.
Приходите.
-Приду.
-Ты побольше бери.
-Куда побольше?
-Побольше. А то до ночи будем.
-Привет, девчонки!
-Здрасте!
-И тебе привет!
-На танцы приходите!
Вон танцоров - целый кузов!
-Ой!Захотелось танцевать,
Я пошла помылася.
Раз партнера прижимать,
Даже надушилася!
Давай к нам!
-Танцоров целый кузов!
-Гляди, не подвел хохол,
мужиков где-то достал, а!
Ой, держись, бабы!
-Галя, что случилось?
-Вон, мужиков привезли.
Говорят, танцы будут.
-Куда, Лизка?! Пойдем
собираться. Пойдем.
-Мам, там музыка!
-Тихо.
ШЕПОТОМ: Только уложила.
-Спит?
-Спит.
Ты у деда был?
-Был.
-Как он?
-Лежит.
-Здорово, сестра!
-Да тихо ты.
-Т-ш-ш.
-Только уложила.
Иди руки мой.
-Здорово. Я тут порошки деду принес.
Два раза в день. Размешай водой,
и пусть пьет. Может,
поможет. Ну как он?
-Да помирать собирается.
-Да я не про него.
Этот не объявлялся?
-Нет.
-Что, и не сказал куда?
Сволочь.
Найду - убью.
Ты вот что, давай не кисни.
Сегодня танцы в клубе, приходи.
-Хорошо.
-Буду ждать.
Пока, Мишка!
-Пока!
-Товарищи колхозницы! Сегодня у нас
на танцах, как я и обещал, мужчины!
-Здрасте!
-Знакомьтесь:
строительная бригада из Лебяжьего.
Люди все положительные, все холостые!
-Ой! Уж знаем!
-Только озорничать им не позволяйте
и выпивку не предлагайте.
-А что приехали-то?
-Наш клуб - территория трезвости.
-Ничего, за клубом нальем!
-Добро пожаловать, товарищи!
Проходим. Проходим, не стесняемся.
-Давайте, знакомьтесь, мужики.
Вам понравится, проходим.
-Ну что ты, Галя?
Себе-то гляди.
-Смотри у меня!
-Проходите. Ой, да ну вас!
-Я к деду пойду, порошки отнесу.
-Мам, папа вернется?
-Не вернется.
ВАЛЬС
-Оп! Пойдемте танцевать?
-Так я ногу подвернул.
Я постою здесь.
-Ну ладно.
-Душно.
-Да.
-А вы почему не танцуете?
-Недомогаю. Здоровых вон много.
-Да куда им до вас?
А может, потихоньку?
Кружиться не будем.
Я вам примочку сделаю,
и болеть не будет.
Завтра бегать будете.
-Буду.
-Будете.
-Да.
-Брат приехал,
порошки тебе привез.
Давай, бать.
-Спасибо тебе. Хорошая ты невестка.
-Да не за что, бать,
не чужие мы. Давай, выпей.
-Погоди. Сядь.
Прости меня за сына, Настена.
-Не надо, бать.
Чего уж теперь...
Ты о плохом не думай -
встанешь скорее.
-Спрятали их просто.
-Держи. Да нет же.
В деревню ездил, с народом
говорил - говорят, уехали.
Спасибо. Все.
-И агроном с ними?
-И агроном. Вещи все погрузили
в грузовики, мебель в том числе,
и уехали с концами.
Где-то в другой области живут
как обычная семья, тихо-мирно.
Тебя не ждут.
-Дочку заберу.
-Ага! Пойди найди ее.
-Значит, буду искать.
-Вань!
-Я выясню, где теперь проживает этот
Хахалев, а ты мне дочку привезешь.
Понял?
-Ладно!
Вижу, от тебя не отболтаешься.
-Времени мало.
Прости за все.
Туда иду. Не губи,
отпусти с прощением.
-Прощаю, бать.
-Вот и слава богу.
-Ну что, Василий Прохорович...
вот и все.
Что сказать-то? Ну, конечно,
человек-то он был непростой.
Сначала кулак, потом подкулачник.
Ну а уж потом - как все.
Но он наш, да? Рогозинщинский.
Прости, Прохорыч, если что не так.
Пусть земля тебе будет пухом.
-Много всего впереди, сынок.
И жизнь поменяется, и власть
поменяется. Когда можно будет,
возвращайся домой, в деревню...
-Настя...
-А?
-...и хозяйствуй.
Мы на этой земле испокон веков.
-Милости просим помянуть.
-Твои прадеды и прабабки
потом ее пропитали.
-Пойдемте.
-Это твоя земля.
Ты один наследник.
Помни наш разговор, Мишка.
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Папа! Папа!
Папа!
-Маруся, Машенька! Здравствуй!
Вот и все. Никому не отдам.
Уедем. Уедем, пускай ищут.
В Сибирь, в тайгу, в глушь. Согласна?
-Согласна! А почему ты так долго
не ехал?
-Ну, вот... Вот, приехал.
Ты уж прости меня за задержку.
Обещал - приехал.
Как мамка, с агрономом не ругается?
-Не ругается.
-Ну, пускай живут.
Куда хочешь уехать, дочка?
-А можно к Мише?
Помнишь, ты рассказывал?
-Миша - это хорошо. Там они нас
не достанут, там отобьемся. Сибирь!
Там у нас изба большая, работа
хорошая... Миша тебя любить будет.
Он славный, вы подружитесь.
Молодец, дочка. К Мише - это хорошо.
Ну-ка, оп!.. К Мише - это хорошо.
-Ой, доиграешься, Ванька.
Не оставят они тебя.
Тут хоть на север, хоть
на юг уехай - все одно отыщут.
-И что?
Я дитя родное - не чужого ребенка -
везу. Любой суд на моей стороне
будет. Мать шалава, от законного
мужа удрала. А нам с тобой никто
и не нужен. Так, дочка?
-Так.
-Иди вон, возьми компот. Пряников,
конфет - чего там у них сладкого
есть. Иди-иди.
-Ага... Сейчас.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Компот сладкий...
-Все будет хорошо.
-Тьфу ты!
Ну, все. Теперь не вырваться.
Здорово, мужики! Винца с нами, а?
-Неймется? Тебя предупредили
по-человечески - нет, опять приперся.
-Дочку увидеть хочу.
Просто увидеть. Имею право.
-Нет у тебя никаких прав.
-За похищение ребенка засудим.
-Подождите, мужики, чего вы?
Какое "засудим"?
Ребят, я ему все объяснил только что.
Он уедет, все! Вот. А девочка...
-А девочка?..
-Да я собирался сейчас
ее обратно везти.
Прямо сели бы и поехали.
Ребят, ну давайте по винцу с нами.
-Я уеду.
-Уедешь. А чтоб больше
неповадно было, мы проводим.
-Можно?
-Запомнишь надолго. Пошли.
-Ну-ка, пойдем.
Так, домой.
-Я с тобой не поеду!
Все равно убегу! Я с папой!
-Бегите! Найду!
-Стоять! Не двигаться!
-Все, все!
Я все объясню. Спокойно...
-Папа!
-Машенька!
-Пустите!
-А где парторг? На бригаде?
-Не. Лечится.
-Чего, заболел?
-Ну, так... Ногу подвернул.
-А-а...
-Его, это...
Наталья, продавщица... лечит.
-Да ну!
-Ну, там... кормит, поит его там...
примочки разные ставит.
-Лихо она его оприходовала.
Такой... энтузиазм был.
"Вперед, да здравствует, ура".
А теперь... не видать, не слыхать.
Тихо. Вот она -
власть-то бабья настоящая.
Ну, хорошо.
Одну вдовушку пристроили.
-К нам еще, это...
Губернские приезжают на танцы.
Там тоже неженатые есть.
-А вот это плохо!
Увезут из села работниц.
Ну-ка, дуй в бригаду,
посмотри, что там делается.
Давай-давай!
Что, Ванюха, я так понимаю,
с концами?..
-Не знаю.
-Гад он и есть гад.
Без вести вернувшийся.
Ну, ничего, ты... привыкнешь.
-Не от чего отвыкать.
Была одна и есть одна.
-Ты только заживо себя не хорони.
Не надо. Ты у нас видная, красивая.
Ты только не робей. Ты...
Понимаешь, как-то... ну, посмелее!
Вот!.. Тогда надо было,
с политруком-то... не робеть.
Дрова я тебе привезу на зиму.
Ну, Насть... Ну... Насть...
Ну, все хорошо.
Для тебя жизнь
только ведь начинается.
Все хорошо. Все хорошо...
-Привет!
-Ну привет!
-Ты не меняешься.
-Спасибо, что не сказал,
что помолодела и похорошела.
Интеллигентность не пропьешь.
Для кого качелька?
-Осталась от прежних хозяев.
-Врешь, Галицкий.
Для будущих детишек построил?
-Нет. А где Вершинин?
-А что, нужен тебе?
-Соскучился по нему.
-Купаться пошел.
-Видишь, все понимает.
Бывшие супруги - особая материя,
всегда есть какие-то...
недосказанности, ссоры.
По-поему, у нас все по-другому.
Я тебя воспринимаю как лучшего
друга, с которым можно
поделиться самым сокровенным.
-А я тебя не воспринимаю как друга,
я тебя ненавижу. Это ужасная
глупость, что мы с тобой расстались.
-Столько времени прошло...
-Ладно.
Поделись сокровенным.
-Передумал.
-Ну ладно, тут и гадать нечего.
Ла мур... И качельки пригодятся.
-У вас нет качелек?
-Нет.
-Пора бы уже.
-Ой, товарищи! Я бы ни в какой
Горный не ездил, честное слово.
Тут река, и лес, и деревня рядом -
молоко можно брать. Вер!
-Что?
-Погостим здесь неделю, а?
-В Горный хочу.
-Тьфу!
-Игорь Вячеславович...
Ужин готовить?
-Да, конечно. А у нас молоко есть?
-Конечно.
-Ой!
-Из деревни принесли.
-Святые люди! Молоко! Ой!..
-Он ойкает...
-Будем угощать тебя молоком, москвич.
Через неделю из Горного вернетесь,
я скажу, чтобы еще привезли.
-Молоко, Вера, молоко!..
-Занятная у вас биография,
товарищ Спиридонов.


Серия 9

-Ну чо, приедут завтра?
-Кто?
-Танцоры из Лебяжьего.
-Кто про что.
Зачем они нужны? У них
по трое-четверо детей,
а говорят, что холостые.
-А ты тогда в город ехай,
там всяких полно, табунами ходят.
-Ага...
Не могу, жарко.
-Поднимай.
-Ай, хорош.
-Как она?
-Поправилась.
Улыбаться стала.
-А этот... не сказал куда?
-Не сказал.
-Кобелище.
-Война всё списала, но если
вы опять в историю попадете,
то пятнадцатью сутками
не отделаетесь.
Проще вас на место будет отправить,
чем нянчиться с вами здесь.
Вы меня поняли?
-Понял.
-Ну-ну.
Я свяжусь с коллегами в Барнауле.
Как доедете до места,
сразу отметьтесь.
-Отметиться.
-Свободны.
-Уезжаю. На вокзал иду.
Как там дочка? Не плачет?
-Не твоя забота, забудь.
Появишься - живым не уедешь.
-Я же сказал, уезжаю.
-Мы же обещали проводить.
-Погоди, мужики!
-Хватит!
-Я бы убил его - все равно
никто искать не будет.
-Пускай поживет. Если еще раз
заявится, тогда уж на законном
основании, без лишних
разговоров. Пошли.
Пошли!
"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина..."
-Привет, ребята!
ВМЕСТЕ: Здрасте, дядя Игорь!
-Вы чего тут?
-Да вот, аистов провожаем.
-Аистов?
-Да.
-Вон!
-Вон!
-Ох, как красиво. На юг летят...
Скоро осень...
-А вы к нам?
-К вам.
-Надолго?
-Надолго не получится.
Соскучился просто.
-А у нас дядя парторг живет,
квартирует.
-Дядя парторг тоже человек.
Нравится он тебе?
-Ага. Вежливый.
-Я зайду вечером.
-Угу.
-Вас подвести?
-Да нет, мы еще на аистов посмотрим.
-Ну хорошо.
Поехали.
-До свидания!
"Пройдет кручина и слез не станет,
Когда любимый вернется.
В краю далеком мой ясный сокол..."
-Уж не сломались ли опять?
-Нет. С шофером на этот раз.
В гости пустите?
-Проходите.
Поесть что-нибудь придумаем.
-Благодарю.
Дождемся Мишку и поедем.
-Что? Куда?
-В город. Вам же девочку
нужно обследовать.
-А, да.
Андреич обещал.
-У Андреича уборка, машин нет.
-На ночь глядя?
А назад как?
-У меня заночуете.
Я же у вас ночевал.
-Да нет, неловко. Нехорошо...
-Нехорошо отказываться
от предложения.
Если нужно, я вас вечером
сегодня привезу.
-Да нет... неловко отвлекать
вас. У вас там дела, наверное.
-Перестаньте. У меня первый выходной
за год, так что имею право.
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
-Ух ты! Город!
А трамваи есть?
-Есть. В центре.
-Вот бы посмотреть.
-Выберем время, съездим и посмотрим.
-Мы же уедем завтра.
-А ты остаться не хочешь?
-Хочу.
-Спасибо, дружище. Я знал,
что на тебя можно рассчитывать.
-А если мамка не разрешит?
-Ну, тогда нам обоим
будет грустно, да?
Ну, что сказали?
-Сказали "здоровее не бывает".
-Отлично!
Ну что, поехали в гости?
Садись.
-Вот это да, мама!
Речку видно со второго этажа!
Пойдем покажу!
-Спускайся вниз, тут качели есть.
-Богато.
-Заходи сюда, направо.
-И печка есть?
-Да, но мы ей не пользуемся.
Здесь паровое отопление.
Там котельная рядом.
-И вода в избе?
-В избе, в избе.
Правда, это не моя дача,
а государственная.
Если я уйду с работы,
ее у меня заберут.
-А где жить?
-У тебя буду жить, в бане.
Пойдем дальше.
-Девочку я уложила, спит.
Я вам больше не нужна?
-Нет, спасибо. Отдыхайте.
-Завтрак в восемь?
-Валентина Максимовна,
мы завтра справимся
без вас. Отдыхайте.
-А, хорошо. До свидания!
-До свидания!
-До свидания!
-До свидания.
-Прислуга, значит?
-Мне положено.
-Правильно, конечно.
А если б женатый был?
-Тоже была бы.
-А жена бы что тогда делала?
-Она бы отдыхала, за собой смотрела.
-Вишь как!..
Как в царские времена.
-Вроде того.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Насть, ты мне нужна.
-Смеетесь?
-Нет, я серьезно.
-Мы очень разные.
-Кто там?
-Свои.
-Откуда явился? Надолго?
-Навсегда. Нина...
Набегался.
-Что ко мне пришел?
-А больше некуда.
Примешь?
-А у тебя свой угол есть. Туда и иди.
-Да нет у меня ничего, кроме тебя.
-Ага, дуру нашел?
Явился. Хромой, облезлый,
никому не нужный.
И мне не нужный! Я не помоечная -
отбросы подбирать!
Голодный, поди... Заходи.
-Ну, здравствуйте, хозяева.
-Здрасте.
Здрасте.
-Здрасте. А где Игорь Вячеславович?
-А вы - тетя Вера и...
-Дядя Андрей.
-А вы?
-Мы тут теперь живем.
-А, вот оно что.
-Пойдемте на речку провожу.
-Обязательно.
Но чуть погодя.
Хозяева! Ау!
-Здрасте.
-Здрасте!
-Проходите. Как раз к обеду.
-Прекрасно.
-Мишка! Держи.
Никак не привыкну к этой плите.
-Да...
Это что, пельмени?
Вы их сами лепили? Руками?
-Конечно, а как иначе?
-Я не в упрек, я наоборот -
я такой красоты даже
на кремлевских приемах не видела.
А вы... новая экономка
Игоря Вячеславовича?
-Можно сказать и так.
А вы, значит, гостья?
-Я жена Игоря Вячеславовича.
Бывшая.
Что?
-Я так и подумала.
Пельмени ставить?
-Да, можно ставить. Да, повезло
Игорю Вячеславовичу, повезло.
-Вот уж близко летят,
И все громче рыдая,
Словно скорбную весть
Мне они принесли.
Из какого же вы
неприветного края
Прилетели сюда
на ночлег, журавли?
-Браво, котики! Браво, браво!
-Ну, хозяюшка, вы нас накормили,
конечно... Слушай, с такой
экономкой - это не жизнь, а счастье.
ДЕТСКИЙ ПЛАЧ
Ой, дитя проснулось.
-Это что, для самогона?
-Вер, ну...
-Мы не чай будем пить из них.
-Вер... Все в порядке, все-все,
все хорошо, поставь.
-Я что-то перепутала, да?
-Поставь.
-Не надо.
-Вер, ну ты девушку см...
Игорь, скажи ей, ей богу. Вер!
-Пардон, я пошутила.
-Миш, уложи.
-Ну что такое...
-Что вы наехали?
-Девушку смутила!
-Настя!
-А?
-Вот эти.
-Я думала, они для красоты.
-Нет, не для красоты. Держи.
-Откуда ж я знала...
Обиделись, видно, гости?
-За что?
-Скажут, Игорь деревенскую
кулему себе нашел...
-Что за глупости!
Неси.
-Ой!
ЗВУК РАЗБИВАЮЩЕЙСЯ ПОСУДЫ
Господи...
А что теперь?
-Насть, пойдем.
-Я хоть уберу.
-Пойдем, пойдем. Осторожно.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
Чай будем пить из стаканов.
-Вот это правильно!
Покрепче.
-Я хочу сказать тост.
-Так! Вот это дело! Это дело!
Держи.
-Друзья... я рад, что вы сегодня
здесь все со мной. Это мой дом,
моя семья... моя жена.
И мои дети.
-Коротко и ясно.
И примета хорошая.
Посуда бьется - ждите счастья.
-Ну что, за любовь?
Чин-чин.
-Я так понимаю,
в Москву он не поедет.
Он, конечно, спятил,
но я очень рад за него.
-Он чудесный.
Мне так хочется счастья,
я вижу счастливых людей.
-Есть предложение.
Давай наконец будем счастливы!
Пора быть счастливыми, Вер.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-А писать часто будешь?
-Конечно! И приезжать буду.
Батю же надо навещать.
-Ну да. У тебя теперь батя -
дядя Игорь, да?
-Нет, он мамин муж,
а батя тут, в деревне.
-Мм, понятно.
-Так сам дядя Игорь сказал.
-Мишка!
-Тебя мама зовет.
-Да, мам?
-Скорей давай.
Донесешь?
-Да.
-Отдай отцу и тете Нине,
скажи, гостинцы из города.
-Хорошо.
-Давай, я сама.
-Что сама не отдашь?
-А, в другой раз.
Шумная она баба. Стаканы!
-Что там у тебя?
-Конфетки да селедки. Бутылка
наливки - бате, дрожжи - тете Нине,
жаловалась, что дрожжей нету.
-Понятно.
Здрасте!
Вам гостинцы городские:
и наливка, и дрожжи...
-Уезжаете?
Молодец, что зашел.
-Если в городе будете, заходите!
Мне мама велела сказать.
-Зайдем. Сумку заберите,
без гостинцев проживем.
-Теть Нин, так нельзя,
они же со всей душою...
-Молчи, петля недорослая!
-Значит, мы вам гостинцы
принесли, а вы!..
-Я что сказала? Сумку заберите!
Лезут со своими гостинцами!
-Оставь!
-А что? Не держу. Беги к крале своей.
Только все, опоздал. К ней начальник
на легковой машине. Сумку отнеси.
-Чепуху не мели!
-Ты не в своем дому не командуй!
-Что ты сказала?
Что ты сказала?
-Эй!
На, забирай! Чтоб больше
не лез, а то схлопочешь.
-Еще как полезу.
-Значит, схлопочешь.
-А я не к тебе шел, а к отцу!
-Мне твой батя не нужен, забирай!
-Иди в дом!
-Ай...
-Давай гостинцы.
Ступайте.
Значит так...
Либо попрекаем друг друга,
либо живем. Если живем,
уважайте хозяина.
-Уж и слова не скажи.
-В другой раз побью.
-Ты мне вообще никто.
-Витька!
-А-а-ай!
-Сюда.
-Ай, не надо! Не надо! Не надо!
-Ну-ка, иди сюда.
ЗВУК ШЛЕПКОВ
-Ай! А-ай!
-Хватит! Хв...
Он не будет больше, оставь мальчишку.
-В угол!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Вырасту - убью.
МИША:Мы как будто
и не уезжали из деревни.
Дачный загородный поселок -
та же деревня. За 10 лет я привык
к своему новому дому. Подрастала
сестра Маша, родился брат Олег.
Я окончил школу, поступил
в педагогический институт.
Родную деревню вспоминал...
но не ездил туда.
Это были хорошие годы:
по радио звучали задорные песни,
в кино шли жизнерадостные фильмы.
Появились стиляги и модники.
Их ругали, стыдили,
пропесочивали на собраниях, но...
сурово не наказывали. Время страха
прошло. Народ перестал бояться.
И все очень хотели дожить
до 1980 года, до коммунизма.
"Неужели правда? - рассуждали
люди. - Неужели коммунизм?
Все у все есть и в магазинах
все бесплатно? Неужели правда?"
-...Вы только подумайте!
Каждое утро теперь будем слушать
новости напрямую из столицы! Вот
как заботятся партия и правительство
о народе. А мы, народ,
так сказать, чем должны ответить?
ВСЕ: Ударным трудом!
-Конечно! Ударным трудом!
И главное - давайте без пьянок!
Да-да-да, и без драк.
Вот сейчас... У тебя включено там?
-Нет еще, что-то не работает.
-Ну давай, проверь. Сейчас-сейчас,
заиграет и заговорит. Должен сказать,
в каждой избе стоит приемник.
Это куплено и установлено за счет
колхоза. Но знайте, если кто-нибудь
сломает, то сам будет оплачивать
полную стоимость! Вон в Лебяжьем
сколько приемников переломали! Все
ищут каких-то маленьких человечков...
А их там нет, этих маленьких
человечков, нет их! Голоса -
да-да-да! - голоса и музыка
идут по проводам. Наука!
У меня уже шесть.
ПОЗЫВНЫЕ РАДИО
-Работает! Работает, Андреич!
Ура, Андреич!
-Товарищи, ура!
ВСЕ: Ура-а-а!
РАДОСТНЫЕ КРИКИ
-Ура! Ура!
-Ну?
-У Маши голова закружилась,
а у меня - нет!
-Герой! Космонавтом будешь.
-Ну, малышня, дальше что в программе?
-Мороженое!
-Да, дай мороженого!
-Хорошо.
Держите рубль. Сдачу маме отдадите.
-Ага!
-Мороженое! Пломбир!
-Мам, я пойду?
-Надолго ли?
-Вечером вернусь.
-Учитесь хорошо в школе,
только на пятерки!
-Только вечером не задерживайся!
-Хорошо. Дядя Игорь когда прилетает?
-Обещал утром.
-Понял. Все, давай.
-Тили-тили-тесто, жених и невеста!
-Товарищи! Достижения последних лет
огромные. На глазах меняется страна.
Все лучше становится качество жизни
граждан. А наши успехи, достижения
в космосе...
-Давай о деле.
-Хорошо. О деле так о деле.
Как вы знаете, наш край поразила
засуха. Урожая не будет, а значит,
не будет и кормов. И вряд ли нам
удастся сохранить дойное стадо.
Я тут подготовил отчет
о предполагаемых убытках
на ближайший год.
И дело не в погоде, а в нас.
Мы не умеем хозяйствовать.
Приказы нам спускают люди,
сидящие в московских кабинетах.
Но у меня такое ощущение, что эти
люди, они... они понятия не имеют
ни об экономике, ни о селе.
Катастрофы нет. Пока нет.
Но нужно что-то предпринимать,
и как можно скорее.
Иначе мы можем потерять село.
-Все?
-Да, все.
Я вам благодарен, что вы дали мне
говорить о деле, а не об абстракции.
-Мы все поняли, товарищ Галицкий.
Виновата погода. И мы,
сидящие в московских кабинетах.
А вы - вы не только честный,
но и смелый руководитель.
Вот видишь, Андрей Николаевич,
всех развенчал!
Рубанул правду-матку! А!
Только это не о деле,
это иначе называется.
-Если я развенчал, то только себя.
-Только не юли.
Так кто все-таки виноват? Все ЦК?
Или только первый секретарь?
-И ЦК, и первый секретарь. Я говорил
о реформах, только о реформах.
Иван Петрович...
-Мы вас услышали.
Прошу вас, товарищ Щербина.
-Дорогие товарищи! Разрешите
поблагодарить Центральный комитет
и лично Михаила Константиновича
за оказанное доверие.
Сегодня перед человечеством стоит
много проблем. Но самая важная,
самая жгучая - это
проблема сохранения мира.
-Ты знаешь, это просто неприлично!
Грубо, глупо, несерьезно!
Почему сразу не попроситься
в отставку?
-Я не собираюсь в отставку.
-О!
-Я поднял проблему и уверен,
что над ней задумаются.
-Задумаются...
Ты понимаешь, что ты зримо
тупеешь там, в провинции?
"Задумаются"! Сегодня-завтра об этом
доложат Кукурузнику, он разорется,
затопает ногами и прикажет
показательно тебя выпороть.
-Он не дурак. Все понимает.
-Да-да-да!
-Он будет рад, что кто-то
снизу поставил вопрос ребром.
Соберут пленум, и все
сдвинется с мертвой точки.
-Игорек, ты не идеалист -
ты дурак.
-За дурость теперь не сажают.
-Слава богу. Только одно дело -
уйти с почетом и персональной
пенсией, а другое дело - как ты.
-А как я?
-Я думаю, в лучшем случае
тебя попрут с выговором, и пойдешь
ты в свои 45 ночным сторожем
на ткацкую фабрику.
-Я на вечер билеты в кино взял,
"Человек-амфибия" называется.
Говорят, хороший фильм. Пойдем?
-Пойдем.
-А пока в кафе можем сходить.
Здесь недалеко открылось,
"Льдинка" называется.
-А, я знаю. Меня туда водили.
-Хм. Ну говорят, так классно.
-Да, это правда. Там вечерами
классно. Там стиляги со всего города
собираются, торгуют из-под полы.
У них даже жвачку можно купить.
Ты, кстати, пробовал жвачку?
-Нет.
-А я - да. Очень вкусно.
-Ну, как-нибудь вечером зайдем,
а пока давай по коктейлю выпьем.
-Давай.
-Возможно, я дурак. Ну а вы тогда
кто? Вы же все понимаете и молчите.
Ладно, при Сталине нельзя было
заикаться, ну а теперь-то?
Почему вы теперь-то молчите?
Россия покупает хлеб за границей.
Вдумайся: наша страна не может
себя прокормить. Это же
чудовищно! А вы молчите.
-Чудак-человек! Да все всё понимают -
как-нибудь не глупее тебя.
Только о чем говорить? Представь,
я выйду где-нибудь в ЦК и скажу:
"Товарищи, давайте упраздним
социализм, потому что он не нравится
Игорю, и вообще это тупиковый путь".
-Я не об этом.
-А я - об этом.
"Новый день начать мы рады
И в жару и в холода..."
-Как в Москве.
-Был в Москве?
-Был один раз. Отец
в командировку ездил.
Добрый день!
-Здравствуйте!
-Будьте добры, два коктейля.
-Пройдите за столик, к вам подойдут.
-Пойдем.
-Давай сюда.
"Будет солнце или буря,
Мы с тобою навсегда".
-Народ не голодает, даже хлеб
с маслом едят. Пусть все идет
как идет.
-Странно. Мой отец был
умнейший человек, дворянин -
и верил в социализм.
-И я верю. Только какое отношение
происходящее у нас имеет
к социализму? Объяснить?
-Объясни-объясни.
-Объясняю. Вот идет дорога.
-Так.
-И по ней едут люди - в автобусах,
в лимузинах, на телегах. Нормально
едут, заправляют бензином, кормят
лошадей. В общем, едут и едут.
А рядом с шоссейкой проходит
заросшая, в ухабинах, грязная
обочина. И вот по этой обочине
трясемся мы в еле живом тракторе
и все вместе вытягиваем его
из колдобин, грязь летит,
мы по уши в дерьме. Но ценой
неимоверных усилий мы не отстаем
от тех, кто едет в автобусах
и лимузинах. И еще кричим им:
"Мы вас догоним и перегоним!"
Они смотрят на нас и делают вот так.
И говорят: "Выезжайте на дорогу,
катитесь вместе со всеми". Подожди.
А мы говорим: "Нет! Нет, мы
особенные, мы первые в мире,
мы не такие, как все!" Вот что
в моем понимании наш социализм.
"Или солнце, или буря..."
-Любишь танцевать?
Нет? А я люблю.
-Пожалуйста.
-Спасибо.
-Пожалуйста.
-Что?
-Да так, ничего.
А вы родственники или как?
-А вам, простите, какое дело?
-Можете сразу расплатиться?
А то мало ли.
-Да, конечно. Сколько с нас?
-Рубль восемьдесят две, пожалуйста.
-Пожалуйста.
-Спасибо.
-Может, уйдем отсюда, Миш?
По проспекту лучше прогуляемся. М?
-Зачем?
-Да привязался ко мне один тут...
Он тут часто бывает, его все
слушаются. По-моему, бандюк какой-то.
Нет, я его отшила, конечно,
но он все равно лезет.
-Ну разберемся.
-А вдруг он появится?
-А если он появится,
вокруг полно милиции. Не переживай.
-Ну ладно, не буду.
Но все равно давай коктейль
выпьем и пойдем. Хорошо?
-Хорошо.
-Ну все.
-Добрый вечер! О, здрасте!
Что-то случилось у тебя?
Прекрасно! Восхитительно! Понимаешь,
у Вершинина ничего в жизни
не происходит. Пять дней у него
работа, в субботу у него любовница,
а в воскресенье - я и дача.
-Вера, ты много выпила.
-Я как обычно выпила,
просто хмелею быстрее.
Ну, и как она?
-Кто - она?
-Ну, твоя эта...
-Жена?
-Да.
-Ее зовут Настя.
У нее все хорошо.
-Дети есть?
-Я многодетный отец, у меня трое.
Мишка скоро закончит институт,
студент. Маша в третьем классе,
Олег осенью в первый пойдет.
-Олег - это уже твой или?..
-Они все мои.
-Конечно-конечно. Слушай,
ты просто чудо, Галицкий.
Просто чудо. Какой же ты негодяй.
Почему ты не заставил меня?
-Вера, о чем ты говоришь? Я...
-Ребенка родить.
Слышь, я бы посопротивлялась,
но согласилась бы.
-Пойду угли проверю.
-Вер, ну...
-Мне 43 года.
Галицкий, пожалей меня.
Я старая, дряхлая,
никому не нужная старуха.
Слушай, я знаю, что я невыносима,
знаю, что Вершинин меня терпеть
не может. На его месте я бы
тоже завела себе любовницу.
-Тебе всего 43, Вер.
При желании можно и родить.
-Ну конечно. С ума сошел?
Знаешь, мне уже нельзя бы
доверять воспитание ребенка.
Я старая озлобленная старуха.
Я, наверное, в порыве гнева
могла бы... задушить плачущее дите.
Знаешь, я даже Вершинина
хочу задушить, когда он спит.
Он это знает и боится меня.
Поэтому мы спим на разных кроватях
и даже на разных этажах.
Так, на всякий случай.
-Ты очень хороший человек, Вера.
Просто помни об этом.
-Привет!
-Так и знала.
Идем отсюда, Миш. Идем.
-Да ладно! Танюх, а ты что
такого баспонтового-то нашла?
-Слышишь, не твое дело.
Уйди, а то милицию позову.
-Зачем милицию? Мы ребята спокойные.
Просто поговорим. Правда?
Ну что ж ты, а? Буйная!
-Кастет! Может, вырубить его?
-Зачем? Интеллигентный мальчик.
Поговорим, побалакаем, и все поймет.
Правда?
-Слышь? Я брату напишу. Знаешь,
что он с тобой за это сделает?
Да не нужен мне бандюк, понятно?
На своих в деревне насмотрелась.
-Ах ты!..
Ах ты ж!..
Ну что, сучонок? Еще раз я тебя
здесь увижу - я от тебя мокрого места
не оставлю. Ты понял?!
-А-а-а! Милиция!
Милиция!
-Оставаться на местах!
-Стоять!
Стоять! Не дергаться!
-Спокойно. Я не дергаюсь.
-Ладно. Я попытаюсь смягчить удар.
Все зависит от настроения Никиты.
Может, он ухватится за твою идею,
соберет пленум, кого-нибудь попрет.
Тогда хорошо. В противном
случае он тебя растопчет.
-Мне не привыкать. Спасибо за помощь.
-Возьми меня с собой.
-Вер...
-Что?
-Мне пора.
-Принимай!
-Пополнение?
Проходим, располагаемся.
-Можете позвонить домой,
чтоб не волновались?
-А у тебя и телефон есть дома?
Ну давай...
диктуй номер. Сами позвоним.
Что уж там...
-Не надо домой.
Алексею Сергеевичу
позвоните, пожалуйста.
-Кому?
-Гончаренко.
-Ты, парень, что,
на срок нарываешься?
Ты его получишь. Знаешь,
сколько впаяют?
-Скажите, что здесь
Михаил Галицкий.
-Ты Галицкий?
-Ну да, Галицкий.
-Выходи.
Вперед.
Так, не курилка здесь.
-А ну, стоять!
Товарищ капитан, это ж Кастет.
Брать его нужно.
-Да ты что!
-Отпустите его, пожалуйста.
Гончаренко разрешил.
-Благодари судьбу, Кастет,
в этот раз повезло.
Надоел ты нам.
-Ты меня, капитан, не пугай.
Я пуганый.
-Ну-ну...
-Да ты не ищи, не придет.
Она моя.
-Я думаю, она сама разберется.
Тебя-то я точно спрашивать не буду.
-Значит, до встречи.
-Давай вали отсюда,
пока обратно не закрыли!
А вас мы подвезем.
-Я сам доберусь.
-Подвезем с ветерком. Вам ведь
за город, а у нас приказ.
Присаживайтесь.
-Эй, Галицкий!
Ты долдон, смешной долдон!
Весь в батю!
-Чего?
-Я про Ивана Васильевича Спиридонова.
-Я сказал, вали!
-Поехали? Пойдем-пойдем.
-Миш!
-Да, мам?
Я сейчас умоюсь и спать пойду.
-Никаких "спать". Ужин на столе.
-Хорошо, я поем. Ты иди ложись.
-У тебя все хорошо?
-Да, мам, все хорошо.
-Ты долдон, смешной долдон!
Весь в батю.
-Чтоб больше не лез,
а то схлопочешь.
-А я не к тебе шел, а к отцу.
-Мне твой батя не нужен, забирай.
Я про Ивана Васильевича Спиридонова.
-Батя!
-Господи! Что стряслось?
-Ничего.
-Миш... ты с кем сцепился?
-Да так...
-Ты ж на свидании был.
-Я и был на свидании.
-Покажи. Покажи.
У-у... Что за девушка?
Однокурсница?
-Да нет, позавчера
на улице познакомился.
-Угу.
-Красивая.
-Красивая, да чужая. Понятно.
Идем, я тебе раны обработаю.
-Мам... что с отцом, ты не знаешь?
-А что?
-Да ничего, просто спрашиваю.
-Откуда ж мне знать? Он же видеть нас
не хочет, да и Нинка его накручивает.
Ой, Мишка...
Хотя... по-хорошему,
надо бы к нему съездить.
Отец как никак.
Вдруг болеет там? Так...
вроде бы все.
-Мам... я съезжу к нему.
-Хорошо. Ешь давай.
-Папа!
-Папа!
-Привет!
-Папа приехал!
-Подарки привез, как и обещал.
Калейдоскоп, кубики.
Как дела?
-Нормально.
-Хорошо.
-Чем занимались?
-В парке гуляли.
-На чертовом колесе катались.
-Мороженое ели!
Оп!
-А у Мишки синяк под глазом.
-Подарки в машине, забирайте.
Привет!
Что случилось?
-Не ругайся, подрался с кем-то.
Он наверху.
-Привет, боец.
Показывай.
-Ерунда.
-По глупости или за дело?
-Я думаю, за дело.
-Шерше ля фам?
Видел кто?
-Да понимаешь...
Нас в милицию забрали.
Пришлось дяде Леше позвонить.
-Это плохо.
-Да я понимаю, но...
били только они, я отвечал.
Если бы нас оставили в камере,
мы бы снова подрались.
Вообще, там ерунда была, нас бы после
составления протокола отпустили.
-Будь аккуратнее, хорошо?
-Хорошо.
-Хоть бы рассказал, как съездил.
-Да...
Как обычно.
-А Мишка в деревню надумал.
-В деревню? А тебя там ждут?
-Может, все вместе съездим?
Все-таки посмотреть охота,
да и сны снятся.
Да и Машка вспомнила.
Как никак она там родилась.
-Я не против. Можем с ночевкой,
там спится хорошо.
-Только чур я на печке.
-Хорошо.


Серия 10

"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина..."
-Валерий Юрьевич!
-Чего?
-Там это, "Волга" какая-то.
Начальство, видать.
-Мать честная! А Андреич где?
-В поле.
-Вези его сюда.
Вместе отчитываться будем.
-Ага.
"...мой ясный сокол,
Ох, желанный мой..."
-Чего, Насть?
-Тяжело как-то.
Снится она мне всё время.
Вроде ничего особенного, а...
страшно как-то.
-Мам, вот там дровник был,
а вот там у нас огород был.
Помнишь?
-Да.
-Я всё помню.
А почему дверь открыта?
Воры, что ли?
-Да тут воровать нечего. Может,
путники. К нам же всегда заходили.
Ого...
Вот так путники. Как же
мы здесь ночевать-то будем?
Угу.
-О!
-Хо-хо-хо!
-Настенька!
-Кузьма Андреевич!
-Ах ты, голубушка!
-Ой!
-Осторожнее, осторожнее!
-Дай подсоблю.
-Здравствуй, моя дорогая!
-Здрасте!
-Ты как, в гости? Или с инспекцией?
-Добрый день! На этот раз в гости.
-Здравствуйте! Мы рады вас видеть.
-Я чур на печке!
-Хорошо, только здесь убраться нужно.
-Надо отметить как-то...
В клубе у нас!
-Что там?
-Ничего.
-Зайдем?
-Вот так... Тут и света-то нет!
Мы уж электричество сюда не тянули,
для одной избы-то...
-Лампа есть, обойдемся.
-Ну как... как хотите.
Вот... это кто такой, а? Кто это?
-Не узнаете?
-Неужто сам Михаил Иванович?
-Здрасте, дядя Кузьма!
-Ох! Ты смотри, какой большой
стал! В институте, небось?
-В институте.
-Ну хорошо, молодец.
-Может, чайку?
-Да не, дела.
-Да нет, мы пойдем. А вечером уж мы
и чаю попьем, и пельмени за нами.
-Ждем вечером.
Ждем, вечером приходите.
-До вечера!
-До свидания!
-До свидания, дорогой!
-Как Иван-то?
-Иван? Что "Иван"... Работает.
Позвать, что ли?
Ну я скажу ему. Может, придет.
Ну а чо, повидаться-то надо.
Я рад тебя видеть.
-И я.
-До вечера.
СПОКОЙНАЯ МЕЛОДИЯ
-Вань, Нин, а у нас праздник!
Гости пожаловали к нам.
-Кто это?
-Настя с мужем.
Надо как-то встретить...
-Ну встречай. Мы-то чо?
-Нин, перестань! Нехорошо.
За столько лет первый раз приехали.
Надо как-то уважить! Зайдем
вечерком, посидим, поговорим.
-Пусть идет, если хочет.
Соскучился, поди, по своей...
-Угомонись!
-Ух ты...
-Устал я что-то. Ноги гудят.
Поглядим, может, вечером...
-Что глядеть? Заходите, и все.
Сидите в четырех стенах,
как сычи. Одичали совсем!
Ну нехорошо, если не зайдете. Вань...
Это все-таки Галицкий, а!
Сам понимаешь...
Давай, заходите, заходите. Ждем.
-Галицкий!
ТОСКЛИВАЯ МУЗЫКА
-Что-то я не пОняла, Нинка-то
с Иваном придут или нет?
-Я пригласил, обещали прийти.
Нинка там дурит. Сама не идет,
мужика не пускает.
-Вот жили как-то
при керосинке-то, да? И ничего!
А два года, как свет провели...
без света теперь никак, привыкли.
-Нос чешется! Давай ждать не будем
никого. Пора к столу!
Давайте-давайте.
-Ну!
-Давайте все к столу.
Выпьем за встречу.
Ну, что сказать...
Мы рады, что вы нас не забыли.
А мы что? Всегда рады вас видеть,
вот так! За вас.
-Спасибо.
-Ура!
-Ура!
-Ура!
-Здравствуйте!
-Доча! А ты давай... садись к столу.
-Винца выпьешь?
-Полечка! Здравствуй!
Какая ж ты красавица стала!
-Здравствуйте! Спасибо, теть Насть.
Я на минуту... поздороваться.
-Как - на минуту? Давай присаживайся.
Мы хоть посмотрим на тебя.
-Здравствуй, Поль.
-Здравствуй.
-Молодость, молодость...
-А помните, как они в детстве
с Мишкой дружили? Как она, учится?
-Отучилась. Сельхозтехникум
окончила у нас тут, агроном.
Андреич вот на работу позвал.
Полгода поработала...
-И хорошо работала!
Добросовестная. Умная девчонка.
-Потом взяла да... уволилась.
-Знаешь, если бы я тебя
встретил, не узнал бы.
Я иногда думал о тебе.
-И я. Иногда.
-А чего она уволилась?
-Поди узнай. Говорит, не хочет.
В горнице заперлась и сидит.
Гулять не хочет, есть не хочет -
ничего не хочет.
-Ну так, может... к врачу ей надо?
-Да думали уже. Она и слышать
не хочет. А слово скажешь -
или ругается, или плачет.
-Да обидели ее.
-Молчи! Не такая Полинка.
-Она, может, не такая, а насильники
не перевелись. Вот увидишь,
я его найду... и голову ему оторву.
-Да иди уже!
-Ну все, тихо-тихо. Все наладится.
-Я здесь на неделю.
Может быть, встретимся завтра?
-Зачем?
-Ну.. поболтаем, повспоминаем.
-Зачем?
-Может, все-таки встретимся?
-Я подумаю.
Не провожай меня.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ЩЕБЕТ ПТИЦ
КУКАРЕКАЕТ ПЕТУХ
-Насть! Чего там?
-Да вот какие нынче путники!
Догадались же - баню истопить.
Пили, гуляли тут, загадили все.
-Ой...
-Все-таки хозяйская изба
хиреет без присмотра.
-Будем чаще сюда приезжать. Поговорю
с Андреичем, свет и радио подведут.
-Баню вечером истоплю, помоемся.
Дети спят?
-Спят. Не буди.
-Не буди.
-Привет!
-Привет.
-А здесь неплохо стало.
Я слышал, клуб отремонтировали...
-Неплохо.
-А молодежи много в селе?
-Большинство уезжает.
-В город?
-Ну а куда ж еще?
Заводов настроили, кадров нет.
-А ты не планируешь уезжать?
-Некуда. Да и неохота.
-Витьку видишь?
-Вижу.
-Говорят, изменился он...
-Не приглядывалась.
-Слушай, а по вечерам
что-нибудь в клубе происходит?
-Танцы вроде.
-Может, сходим?
-Что тебе нужно?
-Да просто потанцуем...
-Я подумаю.
ПЛЕСК ВОДЫ
-Ой!
-Уши, уши.
-Тпру!
Товарищ Галицкий! Вас к телефону.
-Кто?
-Не знаю, из края. Просили разыскать.
-Минуту.
-Тебе и тут отдохнуть не дали?
И кто это может быть?
-Не знаю. Возможно, вызывают
в город. Приеду - расскажу.
-Все, пошла!
-Да, слушаю!
-Завтра заседание бюро крайкома,
а сейчас я хочу поговорить с тобой.
-А ты где?
-У вас в городе. Гостиница
"Центральная". У меня 26-й номер
на втором этаже. Выезжай сейчас же.
-Кто принимал решение? Хрущев?
-Да, и... Игорь, не надо, чтобы
кто-нибудь знал о нашей встрече.
-Ясно.
Надо ехать.
-Может, я все-таки с тобой поеду?
-Не надо, Насть. Поживите здесь
недельку. Ты так хотела сюда
приехать. Детям здесь нравится.
Я скоро вернусь.
Пока!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Говори. Я ко всему готов.
-Нельзя быть ко всему готовым.
-Никита Сергеевич ругался?
-Долго молчал. Задумался.
Потом сказал: "Распоясались
без усатого. Долго не сажали.
Посадите буржуя!"
-Так и сказал?
-Стенографически точно.
-Посадите?
-Это не ко мне вопрос.
Думаю, посадят, ослушаться нельзя.
Моя задача - завтра выступить
на бюро крайкома... Слушай,
время еще есть. Давай возьми справку
у врача, притворись больным
и просто не выходи из дома.
-Я так не могу, Андрей.
Изопью до дна. Выслушаю.
-Ну тогда, старик, ты должен
понимать... Я буду жесток.
-Я все понимаю.
-Игорь Вячеславович, кто-то
приезжал к вам. В дом заходили.
Но документы не показывали.
-Спасибо.
АРИЯ НА ИТАЛЬЯНСКОМ
-Ну что, студент?
Былое вспоминаешь?
-Ну да.
Выяснилось, что все помню.
Почти все.
-Это хорошо.
-Скажите, Витя...
Что с ним случилось?
-Хм...
Да темный паренек оказался.
-В смысле - темный?
-Ну, не сложилось у него
с твоим батей.
Иван пытался его воспитывать,
как положено. Иногда подзатыльник,
иногда ремнем. Это обычное дело.
А Витька, видно, обиду затаил.
Как-то выпил он...
-Витька?
-Да. Крепко выпил. Пришел домой,
родные уже спали. Ивана разбудил:
"Давай силой мериться. Кто сильнее,
тот хозяин в доме". Иван: "Ты щенок,
да я тебя!.." Витька - бац! - его
по морде. Иван шлепнулся
и чуть не помер.
Кастет у Витьки оказался в руке.
Вызвали его на педсовет,
покаялся, простили.
С тех пор они стали
жить как кошка с собакой.
А уж как Витька из армии пришел -
все, житья не стало Ивану.
Ведь это не по-человечески,
чтоб сын на батю руку поднимал!
Пусть неродной, но батька есть
батька. Поил, кормил, воспитывал.
А он... козел.
Козла даже не хочу обижать.
Тля паршивая - вот он кто.
Так ведь?
-Так.
-Да... Я пойду.
-Привет.
Малыш, привет! Не грусти.
Добрый!
-ЗдорОво.
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
-Привет!
-В деревню когда поедем?
-У меня занятия.
-Пропустишь?
-Не могу.
-Так, все...
-Что?
-Не спорь.
-Боже, это иностранные?
-А то!
-Правда?
Спасибо! Я так счастлива!
Идем танцевать. Давай.
Иди сюда!
-Эй!
-Миш, ты слышишь?
К нам, что ли?
-Чо там?
СМЕХ НА УЛИЦЕ
-Компания какая-то.
-Что за хрень?
-Может, не открывать?
-Двери выломают.
-Детей уложи.
-Так, ложитесь спать
и не высовывайтесь.
СТУК В ДВЕРЬ
-Эй! Кто там?
Опа! Здрасте.
Ребята, у нас тут гости.
Теть Насть, вы бы хоть разрешения
попросили. Хата моя.
Я тут приезжаю, а вы...
-Витька?
Ковылин, ты, что ли?
-Я, теть Насть. Здрасте.
О, смотри! А ты ехать не хотела.
Вот он, красавец твой.
-Витька, сорванец, ты что творишь-то?
Ты ж пьяненький.
ВСЕ СМЕЮТСЯ
-Пьяненький? Теть Насть, если ты
не в курсе, я совершеннолетний.
Это Мишаня твой еще дитятя.
-С какой стати изба твоя?
-С той стати, что твой папаня
на меня ее переписал.
Мы тут месяц уже развлекаемся.
Загородная резиденция.
-Мы не знали.
-Теперь знаете.
Я пройду?
Здесь меня подождите.
Так!..
Что делать будем?
Сколько вам времени надо на сборы?
-Утром уедем.
-Чо?! А нам всю ночь в машине сидеть?
Давай-ка, приятель, я буду в своем
доме правила устанавливать.
10 минут вам на сборы.
Дерьмо свое заберите,
мне оно не нужно.
-Не лезь.
-Топчан на место!
-Мам...
-Опа!
Как звать?
-Не ваше дело.
-Витька...
-Красивая.
-Вы плохие, уходите.
-Давно хотел познакомиться.
Ну привет. Сеструха...
-Замолчи.
-Мам?
-А что, тетя Настя, она не знает?
-Вить...
-Ты не сказала?
-Уходи.
-Для брата слово сестры - закон.
Ладно, так и быть, ночуйте.
Последний раз.
Чо, валим отсюда.
-Поехали!
-Мишка!
-Мам...
Это правда?
Он мой брат?
-Эй!
Карты свои забери.
-Опа!
А я думал, сперли.
Люсь, на тебя грешил.
СМЕХ
-Да нужны мне твои карты.
-Почему он на меня так смотрел?
-Ложись спать.
Я тебе потом все обязательно объясню.
Ложись. И Олега уложи.
-Щас, я быстро.
-Сынок, здравствуй!
Не предупредил. Случилось что?
-Да нет, нормально все, ма.
ВСКРИКИ
СМЕЮТСЯ
-И что ты, хрыч?
-Чего?
-Обещал хату оформить.
-Что ее оформлять?
Зайти в сельсовет да сказать.
-Так что не зашел, не сказал?
-Оформим на днях, руки не доходят.
-Нас с матерью колотить
у тебя руки доходили.
-Завтра оформлю.
-Мм... Ну-ну.
-Ты не трогай их, пускай поживут.
Это же Мишкина изба тоже.
-Чего?!
-Витька...
-Ты, хрыч, для себя реши,
кто тебе дороже - я или Мишка
твой хренов. Мишка дороже? Так вали
отсюда к нему, тебя никто не держит.
-Что ты цепляешься?
Муж он мне! И не тебе решать,
уходить ему или нет.
-Муж твой на погосте
10 лет лежит. Батя мой!
Это они его убили!
А ты что, думаешь, я не помню?
Я все помню и никогда не забуду.
И с тобой я еще расквитаюсь.
-Что старое ворошить?
-А и не вороши, раз ты такая
беспамятная. А я вот не забуду.
Ты чо думаешь, мать?
Он и меня хочет убить.
Смешно тебе? А вот ружьишко-то висит.
Приготовил, в сенцы вывесил.
Заряжено, поди?
-На охоту ходил.
-На охоту?
То есть... до гаража 10 шагов
дойти - ноги болят...
А 10 км пешком на охоту -
это нормально?
-На охоту хотел.
-Я думаю, зарядил и момента
удобного ждал, когда я приеду.
Только я неожиданно нагрянул, да?
Не успел спрятать?
А сейчас проверю.
-Витя!
-Тихо!
-Я сейчас на курок нажму -
и мы проверим, заряжено или нет.
Проверяем?
ОСЕЧКА
-Ты!.. Отойди!
-Ладно, ружьишко я себе оставлю.
Избу завтра же переоформишь.
А еще, мать, я с ребятами
приехал, нам бы отдохнуть.
В бане переночуйте.
Ты чо, не понял?
Вон отсюда!
-Пойдем, пойдем.
Пойдем, потом покуришь.
Все. Все.
Потерпи, Вань. Остепенится, поди.
-Ага... Горбатого могила исправит.
-Так нельзя, ребенок, считай.
-Бандит он у тебя.
-Что ты выдумываешь?
Что вы все меня мучаете?
-Ты машину видела?
Не у всякого министра такая
есть. Откуда она у него?
-Разве его это машина, ты что!
-Его это машина.
Записал на кого-нибудь, но его.
Магазины, видать, подламывает.
Значит, скоро либо в тюрьму
сядет, либо убьют. Поняла?
-Т-ш-ш!
-Ну чо, хорош бакланить.
Айда, хата свободна.
-Ура!
ДЕВУШКИ СМЕЮТСЯ
-Держи. Голову...
-Что делать-то?
-Ты мать, ты и спасай.
-Как?
-Как? Ехай в районную милицию...
-Зачем это?
-Скажи, мол, сын бандит.
Пускай проверят, посадят.
Как бы большой беды не вышло.
-Что ты говоришь-то?
Что ты меня мучаешь?
Бедокурит по молодости, остепенится.
И убивать он тебя не собирался.
Он храбрится только.
-Знаю я.
Не того боюсь.
Боюсь, я убью.
Я ружье это для того и повесил.
Доведет - пришибу.
-Гад! Гад!
Я все Вите расскажу.
Вань, прости. Прости!
Не уходи.
Витя не понимает... Куда мы друг
без друга? Видишь, какая жизнь.
-"Не уходи".
Да уходить-то некуда, вот беда.
Все потерял. Всех потерял.
Вот беда-то.
СМЕХ, ГОЛОСА
-Что такое, дочка? Что случилось?
-Ничего.
-Я умру, если пива не выпью.
-Скоро райцентр, там магазин - купим.
-Не надо было эту дрянь пить.
Фу, хуже самогонки!
-Ты дура, это ром.
Я еле достал из-под полы.
-Ром. Это ром.
-Ром!
-Подружка моя!
-Ну-ка, тормози.
Тормози, я сказал!
Ща я вас без пива вылечу.
Давай вылезай! Раздевайтесь!
-Воды вроде нет, купаться негде.
-Давай вылезай!
-О!
-О, это мы удачно приехали.
-Тебе помочь?
-Я без белья. Ты дурак? Я не буду.
-Я тебе сказал, раздевайся давай.
-Ты сдурел, что ли? Я без белья!
Дурак!
-Так, мужики, айда!
-Ну, бежим?
-Погнали!
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
-Итак, товарищи, за систематические
нарушения партийной этики,
за проявление партийного чванства
и за злоупотребление служебным
положением предлагаю
Галицкого из партии исключить.
Прошу голосовать. Кто за?
Против? Воздержался?
Почти никто.
-Решение принято.
Хотите что-нибудь сказать, Галицкий?
-Да, спасибо.
Я хочу пожелать успехов новому
руководству. Успехи будут,
если появятся новые люди -
люди, работающие не за страх,
а за совесть.
-"За совесть".
Лягнул напоследок.
-Все мы здесь за страх.
-Ты бы, Галицкий, лучше покаялся.
-Мне не в чем каяться,
Василий Семенович. Я наследник
русских дворян и патриот,
коммунист фронтового призыва.
И всегда вел себя подобающе.
-Дворянин! Дворянин!
И не стесняется признаться!
И влез в руководство!
-Тише, товарищи.
-От себя могу сказать следующее.
Товарищи, мы в ЦК фиксируем
такую тенденцию последних лет.
Партработник, проворовавшийся
или проштрафившийся, зная, что
будет разоблачен, бежит на трибуну
и выступает с критикой, а потом
объявляет: "Меня, товарищи,
наказали за критику".
Дешевый прием.
Партия отличает критику
от демагогии.
-Можете быть свободны, Галицкий.
Мы вас больше не задерживаем.
-Следствие разберется, Галицкий.
-Да!
-Игорь Вячеславович, подождите!
Мне поручено сказать, что дача
за вами. По крайней мере, на год.
-Спасибо.
-А возражать было нельзя.
Бесполезно.
-Я понимаю, Сергей Анатольевич.
-Я могу что-то для вас сделать?
-Да. Мне нужно в деревню,
Стуковский район.
-Отвезем.
-Спасибо.
-Смотри, какой у меня!
-Да видели мы.
Учись.
-Ай, я вся чешусь!
-Не чешись. На вас на каждом
рублей по 200 новыми.
Ну, на Люське, может, сотка.
Домой приедем - соскребем.
-Платье жалко.
-Да новое я тебе куплю.
-Спасибо.
"Хоть на вечер вернешься сюда.
Вечер мне ни к чему -
Вечер мал как песчинка..."
-Здравствуйте!
-Здравствуй!
-Полина дома?
-А что?
-Она на танцы не ходит?
-Она никуда не ходит.
Думаю, сегодня придет - вечером
платье гладила. Это хорошо.
Вы уж с ней поласковей.
-Вы не танцуете?
-А вы приглашаете?
-Нет. Не белый же танец.
Но вот если бы вы меня пригласили...
-Ну хорошо.
Приглашаю.
"И спать пора..."
-А я вас знаю. Вы Галицкий.
Надо же, начальский сынок, а простой.
-А каким должен быть
начальский сынок?
-Я думала, они важные.
А правда, что вы у нас жили?
-Правда.
-Здорово.
А теперь в институте учитесь?
-Угу.
-А в каком?
-В педагогическом. Истфак.
-Да? Может, потом к нам
приедете работать?
-Может, и приеду.
-Девчонки бы уроки наизусть учили,
чтобы вам понравиться.
-Тебя же не посадят?
-Я не знаю, Насть.
Ну, даже если и посадят,
года два дадут, не больше.
-А ты знаешь, я ждала, Игорь.
Я же понимаю, что твоя работа...
Сегодня у начальства ты пан,
а завтра - пропал.
Если бы я могла тебе помочь,
я бы... я бы кому угодно
в ноги кинулась.
Если надо, то куда скажешь
за тобой поеду.
-Давай ужинать.
-Да.
-А где Мишка?
-На танцах.
-На ушко говоришь ты мне "люблю"
И обещаешь вместе на край света.
Свою любовь, быть может, подарю,
А может, нет - зависит от сюжета.
О, как хочу любить
И вместе быть,
Вдвоем с тобой, теперь
не сомневаюсь я.
Если сердце подарю тебе,
ты же знаешь...
-В подсобку пройди.
-Зачем?
-Требуют.
-Кто?
-Милиция.
-Давай-давай, попробуй раз еще.
Я чувствую, сойду с ума, о боже...
-Пойдем.
-Нам будет вместе очень хорошо -
Кольцо на пальчик, да и я за то же.
О, как хочу...
-Кастет, значит.
Не соскучился по воле?
-А чо? На мне ничего не висит.
-Ну это, если надо будет...
Это ты тут торговлю развел?
-Где?
-У кафе. Прямо ярмарка.
-Да? А чо, нельзя?
-А ты думал - можно?
-У других кабаков тоже
приторговывают.
-И с другими разберемся.
Ты за себя отвечай. Значит так.
Хочешь кормиться у "Льдинки" -
соблюдай правила.
-Какие правила?
-Вениамин Юрьевич объяснит.
С завтрашнего дня он смотрящий
"Льдинки". Половину дохода - ему.
-А что мне-то останется?
-Работай лучше, тогда останется.
-Справишься - оставим.
Мухлевать начнешь -
на зону отправим.
Свободен.
-...себя потеряешь.
Себя потеряешь.
-128...
-Дядя Кузьма!
-Ну что ты орешь?
-Дела, Кузьма Андреевич!
-Что, пожар, что ли?
-Да если б пожар! Хуже.
-Ну, не тяни. Что случилось?
-Во, читай.
-Что это? У меня нет очков,
давай читай сам. Ну?
-Уволили Галицкого, да с треском.
Во. "За систематические нарушения
партийной этики, за проявление
партийного чванства
и за злоупотребление служебным
положением". Во.
-А, да. Чванство... зазнайство...
Отгородился от народа...
Во дела-то. Дела...
-Понятно теперь, Кузьма Андреевич,
что они родную деревню-то вспомнили.
Может, им это... намекнуть?
Пускай уезжают.
Нас и так вон... проверками замучают.
-Ты что сейчас сказал?
-Ну, намекнуть.
-Я тебе намекну! Я тебе намекну!
Умник, порассуждаешь у меня!
Вон, бумаги проверяй! Черт,
дураков набралось в деревне!..


Серия 11

-Бог в помощь!
-Приветствую!
-Тпру! Трудимся?
-Да!
Решил покосить от нечего делать.
-Это хорошо!
Игорь Вячеславович,
я тут что подумал...
У меня Дмитриевна заболела.
-А это кто такая?
-Дмитриевна, директор школы.
Да вы знаете ее.
Такая занозистая баба. Сколько
она у меня кровушки выпила!
Ладно, дело не в этом.
Сейчас она давно болеет.
Я вижу, тяжело ей.
И вот что, Игорь Вячеславович...
Может, пойдете к нам директором?
-Откуда узнали?
-Да вот.
Газета местная.
-В газетах уже.
-Я только вам так скажу,
вы близко к сердцу не принимайте.
-Я стараюсь. Директором - вряд ли.
Я под статьей, следствие идет.
Если всё обойдется, поговорим.
-Понял, понял.
-Кузьма Андреевич...
вы не волнуйтесь, у вас
из-за меня проблем не будет.
Времена другие.
-Вы меня обижаете.
-Почему?
-А кто мне говорил:
"Андреич, не робей"?
Я вам так скажу, я в крае бываю,
и в районе, и у соседей.
Я всегда говорю: я горжусь,
что лично знаю Галицкого.
Вот так. Не потому, что он начальник,
а потому, что солдат.
Настоящий.
И мужик хороший.
Если меня спросят про вас, я всем
скажу, что лучшего человека, чем вы,
я в жизни не видел. Так что можете
рассчитывать на меня всегда.
-Спасибо.
-Да мы времянку протянем завтра,
чтоб свет был в избе.
-Мы здесь до осени, не стоит.
-Ну хоть до осени.
А хоть навсегда.
-Уезжать нам надо.
-Что так вдруг?
Вы же до сентября
обещали пожить здесь.
-Надо.
Кузьма Андреевич, скажите,
это правда, что Иван дом
на пасынка переписал?
-Чего?
Я в первый раз слышу.
Чо, Витька был здесь?
-Приглядывайте за избой,
там такая компания лихая.
Подожгут еще, на деревню перекинется.
-А мне говорили, что здесь бывает
по ночам гулянка. Думал, врут.
Игорь Вячеславович, Настенька,
с я Иваном поговорю, с Витькой
хорошенько поговорю -
они сюда не сунутся, обещаю.
-Нет, мы поедем.
-Ладно, полчаса дайте мне,
я машину подгоню.
Полчаса подождите!
-Не надо, нас трое мужиков.
Поймаем попутку, справимся.
-Не спорьте со мной!
Механик в город мой едет.
С путевкой всё нормально. Ждите.
-Здравствуйте!
-Здравствуй, Миш.
А мы ведь к тебе собирались.
Прямо беда.
-Что такое?
-Да дома не ночевала,
всю ночь прождали, а утром...
нашли записку в своей комнате:
"Уехала, не ищите меня".
-Обидели ее.
-Да и кто обидеть мог? Всё время
на глазах: дом, работа, дом, работа.
-Так... Куда она могла уехать?
-В Лебяжьем бы родственники
сообщили уже...
В городе знакомых-то нет.
-По крайней мере, предупредила.
Мы знаем, жива-здорова.
Вернется.
-Сердце не на месте.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
ЛЕГКАЯ МУЗЫКА
-Извините.
-Слушаю вас!
-Я ничего не буду.
-Чего пришли тогда?
Проходной двор, что ли?
-Мне Виктор нужен, он бывает здесь.
-Кто?
-Ковылин Витя.
-Столик освободите.
Подождите там. Сейчас узнаю.
-Ты кто?
-Вам какая разница?
Мне Ковылин нужен.
-Вечером приходи. Может, будет.
-Мишка!
-Здравствуй, бать!
-Здорово!
А я вот тут... В город послали.
-Ну так заходи!
-Да нет, я... я к тебе. На минуту.
Виноват я перед тобой, Мишка.
Перед всеми вами виноват.
-Да никто не виноват. Просто жизнь.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Не имею я права просить тебя...
-Ну говори!
-Дочь у меня.
Далеко, под Воронежем.
-Да, я слышал. Ты ей писал?
-Да. Никто не отвечает.
Может, переехали.
-Я съезжу, бать.
Адрес есть?
-Вот.
Не ожидал.
Спасибо.
Хоть бы узнать, жива ли. Любила она
меня, все рвалась ко мне, но...
не дали нам...
Попроси, пусть напишет.
Может, фотокарточка есть.
Ну а если хочет,
чтоб я приехал, - приеду.
Я пешком дойду, доползу...
Если хочет.
-Держись, бать.
Я до конца лета съезжу.
-А! Вот. Возьми, это на дорогу.
Возьми, пожалуйста.
-Бать, убери.
До города подкинешь?
-Конечно! Садись.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Витя!
-Опа! Здорово.
-Можно тебя на минутку?
-О!
-Не вопрос.
-Идем?
-Да ладно, сиди.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Ну? Что тебе надо?
-Что у тебя с Полиной было?
-Чего?
-Я тебе вопрос задал.
-Слышь, ты чо лезешь, щенок?
Да я тебя пожалел только потому,
что при матери не хотел позорить.
Давай вали отсюда!
Да ты кто такой,
чтоб я перед тобой отвечал-то?
-Э, молодежь! Ну-ка, прекратите!
Здесь Парк культуры и отдыха.
Здесь люди отдыхают, культурно досуг
проводят, а вы!.. Драку устроили.
Вить, ну-ка, пройдемся,
разговор есть.
-Если лезть будешь,
я тебя убью, понял?
-Виктор!
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
Молодец, быстро сработано.
-Я фартовый.
-Фартовый - хрен портовый!
А это кто?
-Да черт один.
-Послушай, сынок, деньги тишину
любят. Там, где шумно, - там нары.
А нам этого не надо.
Поедешь со мной товар забирать.
-Здорово, Юр!
-Мишка! Да ладно? Ты откуда?
А я думал, ты в Сочах
или в Болгарии отдыхаешь.
-Да нет, Сочи откладываются.
Здрасте!
-Да я знаю. Тебя-то не попрут?
-Да не должны. Сын за отца
не отвечает. Слушай, ты говорил,
у тебя проблемы с напарником...
-Да урод он! Неделю работает, а
месяц бухает. И я за двоих так пашу.
-Меня напарником возьмешь?
-Ну, брат! И что, ты готов вот так -
каждый раз в пять утра вставать,
разгребать? И так каждый день.
-Ну ты же справляешься.
-Так я-то бывалый!
-Так и я привыкну. Комнату дадут?
-Конечно дадут.
Ты же непьющий!
Они на любого непьющего
готовы молиться.
Слушай, пойдем чайку выпьем!
-Пойдем.
-Здрасте!
"Советский спорт", пожалуйста.
-Ну вот, у тебя такая же будет.
Что, вполне нормально,
лучше, чем в общаге.
-Юр, слушай...
Ребята на вокзале работают.
Ты не знаешь как?
-А что там не знать-то?
Знаю. Вагоны разгружают по ночам.
-А сколько платят?
-Пять рэ за ночь.
Ну если там какой-нибудь опасный
груз, типа, дуст или отрава какая,
бывает десятка.
-Ну нормально. А там всех берут?
-Там даже документы не спрашивают.
Я пару раз ездил... Ничего,
нормально. Только спина болит.
ЛЕГКАЯ МУЗЫКА И СМЕХ
-Ну что, не пришел?
-Нет.
-Здесь ночевать будешь?
Пойдем ко мне.
Чайку попьешь. А? Пошли.
Пошли-пошли.
-Молодые люди, все,
по домам. Уходим.
-Удумал за тридевять земель ехать!
Зачем? Куда? Где ты ее искать будешь?
-Мам, я отцу обещал.
А обещания надо выполнять.
Так ведь, дядя Игорь?
-Все правильно. На, возьми.
-Не надо. Я заработал.
-Сколько ты заработал?
-38 новыми. На поездку
должно хватить.
-Возьми. Будут лишними -
привезешь обратно. Держи.
-Бери.
-Дядя Игорь, я на работу
дворником пойду с сентября.
Комнату должны дать.
-Хорошо. А учебе не помешает?
-Да нет, не должно.
У нас многие ребята дворничают.
-Ты там в Воронеже осторожнее.
Я подробностей не знаю, но у твоего
отца там были большие проблемы.
-Да, знаю. Но я все продумал.
Приеду инкогнито,
представлюсь журналистом.
-Молодец.
-Слушай, дядя Игорь...
Ты не обижаешься?
-На что?
-Ну он мне отец все-таки. Я раньше
думал, что я к этому человеку
ничего не чувствую,
а как увидел его - понял: отец.
-Знаешь, Миша, вот если бы ты мне
сказал, что ты ему ничем не обязан,
тогда бы я задумался. Но ты же
у нас по-другому воспитан, так?
Вообще-то, ты счастливый человек,
Мишка. У тебя два отца и ни одного
отчима. Так?
-Так.
-Давай. Будь здоров.
-Миша, возьми с собой.
-Ой, нет, мам.
-Погрызешь в дороге.
Может, мы с тобой до вокзала?
-Не надо.
-Миша!
-Миша! Стой!
-Чуть не опоздали.
-Пойдемте, проводите.
Все, дальше я сам.
Давай, старик, ты за главного.
-Прошу прощения, ресторан
закрывается. Попрошу вас на выход.
Они расплатились?
-Да.
-Прошу. Приходите к нам еще,
всегда вам рады.
Я провожу.
-Мясокомбинатом займись. Мухлюют они.
-Хлебное место.
Кого поставить?
-Ну пусть этот... деревенский
работает. Смышленый вроде.
-Придурок он бесшабашный,
но в дело рвется.
-Пусть делает. Если справится,
за товаром пошли. Давай.
-К Павлу Ивановичу?
По какому вопросу?
-Дядя Паша в курсе.
ХОРОМ: Папа! Папа! Дядя Леша
приехал! Мама, дядя Леша приехал!
-Да вижу. Идите погуляйте.
Здравствуй, Леша.
-Здрасте-здрасте!
-Проходи, как раз к обеду.
-Спасибо.
-Пострадал ты из-за нас?
-Да ладно! Пустяки.
-Да уволили, я слышала.
Не обижайся уж.
-Я и сам этому рад.
Просто надоела эта нервотрепка.
Кстати, Мишке спасибо.
-Игорь у себя.
-Привет!
-Привет!
-Как ты?
-Да хорошо.
Нет, ну правда хорошо! Устроился
на моторный завод начальником охраны.
Тихо, спокойно, без нервов. Тащить
оттуда нечего, это не трикотажная
фабрика.
-А оттуда тащат?
-У! Несуны - новое явление.
-Заходите.
-Здрасте! Вам привет
от Вениамина Юрьевича.
Наилучшие пожелания.
-Давай-ка без шуток.
-Какие уж тут шутки!
-И что это?
-Ваш ежемесячный доход.
А нам недодаете.
По документам у вас 160 рублей в
месяц. А если органы заинтересуются?
-В туалете воспользуйся,
молокосос. Хамит еще!
КРИК
-Я-то, может, и молокосос...
СТОНЫ
...но начальники мои - люди взрослые.
Павел Семенович, пожалуйста,
подумайте еще раз.
С нами лучше дружить.
На, заточи.
-Слушай... Мишка в милицию попал.
С хулиганами... Кастет кличка -
не знаешь, кто это?
-Кастет?
-Угу.
-Много чести - запоминать их клички.
Знаешь, сколько развелось их?
Кастеты, Буйволы, Бульдоги... Шушера.
Хотя большие умные дядечки сейчас
пытаются использовать их в своих
серьезных делах.
-В каких?
-Обогащаются, Игорь Вячеславович.
-Дефицитом торгуют из-под полы?
-Бери больше. Целая индустрия.
Вот смотри, молодежь: узкие брючки,
рубашки с пальмами... Кто-то же это
шьет. Кто-то эту контрабанду
из-за границы тащит сюда.
Подпольные цеха. Миллионами ворочают!
Надо как-то совладать с этим,
я не знаю.
-А я знаю. Сам производи,
сам продавай. Только налоги плати.
-Так богатые появятся.
-Что, это плохо?
Чем больше богатых,
тем богаче государство.
-Нет, а как же равенство?
Никто этого не допустит.
-Почему?
-Народ не допустит.
Передушат богатеев. Это что же
получится: я на хлебе и воде,
а ты икру жрать будешь? Нет уж,
лучше как раньше: бедные, скопом,
зато одинаково.
-Да, Леша...
Грустная у нас страна.
Грустная эпоха.
-Зато мы теперь с тобой простые,
мирные, ни за что не отвечающие
люди. И пусть теперь голова
болит у тех, кто у власти.
-Да, то, что мы
свободные, - это точно.
-Привет!
-Привет!
Как оно?
-Нормально.
-О, дай жвачку.
Ну, как дела?
Здорово, друг! Время коротаем?
-А тебе что?
-Да так, в кармашки
твои хочу заглянуть.
-Чего?
-В кармашки.
-Я так-таки загляну?
-А тебе какое дело? Это мое!
-Нет, это теперь мое.
Конфискация! Приперся на мою
территорию со своим товаром.
-А я просто стоял.
-И продавал.
-Я от дяди Вени, он мне сам разрешил.
-Ты мне про дядю Веню даже не вякай.
Последние две цифры его номера?
-Я не знаю, ему мой друг
звонит. Правда.
-Трясите человека. Пока все
не расскажет - не отпускай.
-Может, правда от дяди Вени?
-Исключено. Я бы знал.
-Пойдем прогуляемся.
ЗАЖИГАТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Опа!
Ты откуда?
-Поговорить надо.
-Взялась, говорю, откуда?
Черт тебя!..
НЕТОРОПЛИВАЯ МУЗЫКА
Заезжал типок твой. Мишка.
Лез с разговором. Про тебя спрашивал.
Что там там ему наболтала?
-Ничего я никому не говорила.
-Ну а что он лезет тогда?
Ты ему скажи...
-Нечего мне ему говорить.
Сами разбирайтесь.
-Что случилось-то?
-Помощь нужна.
-Помогу. Деньги?
-Аборт нужно сделать.
-Ну делай. Я тут при чем?
-Ты-то как раз при том.
-Чего?
Ты на что намекаешь?
Поль, ты это брось. Это не я.
Вспоминай, с кем у тебя еще было.
-Ни с кем у меня больше не было.
-Да не я это!
Ну точно не я! Я...
Короче, я принял меры.
-Какие?
-А ты не понимаешь?
Ну... Ну, успел я.
Ну выскочил я, черт тебя дери!
-Недовыскочил.
И нечего на меня орать.
Помоги доктора найти.
-Чего его искать? Иди в больницу.
-Не могу в больницу
без справки из колхоза.
А домой я вообще никогда не пойду.
-Ой, все, ясно!
-Врач сказал, что не будет
делать, очень поздно.
-Чего поздно-то? Пять месяцев.
-Надо найти того, кто справится.
-У меня-то откуда врачи?
Деньгами помогу, а там... Вообще,
откуда мне знать, может, у тебя
с этим твоим интеллигентиком...
Стой!
Стой, Поля! Ну что ты дергаешься?
Поспрошаю у парней.
Может, подкинут чего.
Ну что ты смотришь
на меня как на врага?
Я ж не знал.
Чего молчишь?
Я тебя насиловал?
-Нет.
-Может, жениться обещал? Нет.
Ну получилось и получилось,
надо выкручиваться, а ты хоть
наизнанку вывернись, но чтобы этого
не было!
-Жениться не обещал,
но обещал приехать
на следующий день и потом приезжать.
-Вот заезжал бы - и что?
Замотался. Я тут
дела делаю, а не гуляю.
-Гуляешь. И к нам приезжаешь в избу
Спиридоновых. Думаешь, я не видела?
-Ну, заезжал с ребятами - и что?
-Видела я этих ребят.
Симпатичные такие.
-А вот следить за мной не надо.
Ты мне кто? Я тебя в койку
не тянул, сама прыгнула.
-Пусти меня!
-Стой, дура!
Я тебе денег дам, много!
С запасом хватит!
-Пусти!
-Дура... К Галицким зайди!
Я у них оставлю!
-О!
-Здравствуйте.
-Здравствуй. Ну что, нашла друга?
-Нашла.
-Молодец!
-Можно я у вас еще на ночь останусь?
-Ночуй, не жалко.
Ой!
-О, это к нам.
-Федя, постой. Ну здорово, детвора!
Гостей принимаете?
-Принимаем.
-Взрослых нет дома.
Вы к кому?
-Я к маме твоей.
А что, уехали куда-то?
-В деревню, в магазин с папой.
-А-а... Значит, сейчас вернутся.
Подожду.
-А это твоя машина?
-Это? Нет, приятеля.
У него родители - дипломаты.
Знаешь, что такое дипломат?
-Иностранец.
-Почти. Наш, работает у иностранцев.
-А-а!
-Ну что, сестренка?..
В дом-то пустишь?
-Не пропущу.
-Ух ты! Строго.
-Вдруг что своруешь.
-Это ты зря. Зачем мне воровать?
-Потому что ты плохой.
-Ну-ну...
А ты серьезная, да? Это хорошо.
-Зачем он приехал?
-Не знаю. Пойдем.
-Здравствуйте!
-Здрасте. Привет.
-Здрасте. Случилось что-то?
-Да нет, в гости.
-Адрес как узнал?
-Ну...
Вы же знаменитые, все знают.
Тетя Настя, я извиниться хотел.
Простите, неудобно получилось.
Вы, если надо, живите в этой избе,
просто предупреждайте:
мол, мы в деревню.
-Да нет, спасибо,
мы уже переехали.
-Так, ладно, пошли в дом, чаю выпьем.
-Да нет, я на секундочку,
я так, спросить хотел.
-Ну так спрашивай.
-Пойдемте в дом.
Ирисок купил.
-Ура!
-Ну?
-Полька не приезжала?
-Кто?
-Ну, Полинка наша, из деревни.
-С чего она должна приезжать?
-Да приедет, уверен.
-Витька, говори прямо, в чем дело.
-Тетя Настя, я ей денег должен. Вот
сто рублей, отдайте ей, пожалуйста,
она в курсе.
-Что с Полей?
Откуда у вас такие деньги? С каких
это пор вы сотнями разбрасываетесь?
-Накопил. Я же работаю.
Короче, отдайте деньги.
Тетя Настя, я на пару недель отъеду.
Если вдруг спросит, скажите,
что вернусь - свяжусь с ней. Спасибо!
-Ну вот, возьми, красное.
-Красное не буду, чай, не девочка.
-Лен?
-Серый не хочу.
-Ой...
-Может быть...
-Наталья...
-Чего?
-Быстрее в контору, тебя к телефону.
-Ой... Полинка!
Ой!
-Что это она?
-Сейчас, подожди,
Митька побежал за ней.
Держи.
-Алло!
Слушаю я. Кто это?
-Я, Наталья, я!
-Настя, ты?
-Настя, да, еле дозвонилась.
-Что случилось, говори!
-Да не шуми, ничего страшного.
Полина твоя дома?
-Так вот и нет Полинки,
уехала куда-то. Знаешь что-то?
-Витя Ковылин заходил к нам.
-Витька?.. И что?
-Деньги для нее передал.
Сто рублей.
-Господи! А что сказал?
-Сказал, занимал у нее.
-Значит, в городе она?
-Видно, да. Может, нас найдет,
я сообщу тогда.
-Что там сделалось, не знаю,
а Витька на то причина.
Ты уж держи ее, если появится,
а я приеду, только дай знай.
-Ладно, не переживай.
-Что?!
-Как узнаю что - сообщу.
-Сообщи.
-Пока!
-Ехать надо.
-Куда?
-Хоть куда, не сидеть же просто так.
-Да успокойся, ждать надо.
Галицкие сообщат, если что.
Все наладится.
-Все наладится. Все нормально будет,
успокойся. Сейчас беги.
Сельпо-то нараспашку.
-Пойду.
-Просыпаемся, Воронеж скоро.
-У нас в Сибири иначе.
-Ишь ты! И как там у вас?
-Да у нас от одной до другой
деревни далеко, а здесь
едешь - одна за одной.
-Ну конечно, Сибирь...
-А еще церкви... У нас хоть сто
километров проедешь - ни одной
не увидишь, а здесь везде.
-Да закрыты все, нет открытой.
Где вон склад, а где коровник...
На куполах березы растут.
-Ну хоть силуэты.
-А ты к кому едешь-то?
-А я студент-историк. Очерк хочу
написать. У вас же здесь бои шли.
-Шли. Горело все.
-Здесь много наших,
сибиряков, воевало.
-Куда ж без сибиряков?
Мои однополчане каждый
второй - из Сибири.
Боевые ребята.
-Вот о них и хочу написать.
-Пиши.
-Он не местный, он сибиряк,
мой земляк. Вот о нем бы
я и хотел написать.
-Он, судя по всему, жив,
потому что погибшие у нас здесь,
с черной ленточкой.
Вы встретьтесь с ним, побеседуйте.
-Я думаю, он давно уехал,
но здесь, скорее всего,
остались его родственники.
-Так вы поговорите с местными,
разузнайте. Сегодня уже поздно,
здесь рано ложатся.
Вы, кстати, где остановились?
-Пока нигде. Я так понимаю,
гостиницы у вас нет.
-Вы правильно понимаете.
Народ у нас гостеприимный. Я думаю,
вас охотно примут. Да можно хоть
у меня. Я у бабушки квартирую,
комната большая.
Дарья Кузьминична,
а вы, случайно, не знаете...
ШЕПОТОМ: Давай.
-А чего?
-Жил у вас в деревне
Семен Остапенко лет 10 назад.
-Может, и жил.
А-а, Семка Остапенко...
Хороший мужик. А тебе зачем?
Вареньице хочешь?
-Нет.
-Хочу статью о нем написать. Он наш,
сибиряк, у него здесь родственники
должны были остаться.
Может, вы знаете?
-Ой, шуму было после того,
как он уехал, знаешь...
-А что случилось? Расскажите.
-Да баба его дружка нашла
на стороне. Он, как водится,
поучил ее уму-разуму вожжами.
Ну и правильно сделал,
всякий бы на его месте так сделал.
Она, вместо того чтобы покаяться,
взяла и к дружку своему убежала.
Семен как понял, что не вернуть ее,
дочку, девчонку маленькую, выкрал.
Нашли его братья жены,
и тогда он совсем пропал.
А как пропал - вот стали говорить,
что не Семен он вовсе, а шпион,
жил под чужой фамилией, что сидит
он сейчас за свои шпионства
аж в самой Москве, в самой
главной тюрьме лубянской.
-Так если в тюрьме, он не висел бы
у нас в музее. Это ж слухи.
Но на самом деле очень интересная
история получается, хоть роман пиши.
-Никакой он не шпион,
у него контузия была.
Он свое имя забыл, а потом вспомнил.
Ну, мне так рассказывали.
-Да и правда, какой Семка шпион-то?
Людям только бы посудачить.
Вот придумают!
-Здравствуй, Иван.
-ЗдорОво. Проходи, как раз к столу.
-Да нет, я на минуту.
Привет, Нин.
-Привет.
-Спросить хотела. Как Витька-то?
-А что?
-Заехать не собирается?
Поговорить хотела.
-Про что тебе с ним говорить?
-Да Полинка куда-то уехала.
Не знаю, что и думать,
сердце разрывается.
-А Витька тут при чем?
-Ну мало ли... Вдруг знает.
-Откуда ему знать?
-Адрес бы мне Витьки.
-Нет у меня адреса.
-Не темни, Нинка.
-Что мне темнить-то?
Что ты смотришь?
-Давай адрес кобеля своего!
-Чего?!
-Того!
Он девчонку обидел.
-Ты говори, да думай.
Что он, снасильничал? Не мог!
-Такой мог.
-Я тебе сейчас!
Черт хромой! Ополчились на парня.
-Ничего не ополчились.
Пока вы в бане сидели,
я сюда в окошки заглядывала.
Видела, как две девки бесстыжие
телешами бесились, и Витька вместе
с ними веселился. Стыд и позор,
содом! Думала, жива не останусь!
-Что ты врешь?
А ну, иди отсюда.
Иди-иди. Шпионка!
Ты с малолетства мастерица
в чужие окна заглядывать. А потом
придумываешь и разносишь сплетни!
-Сроду ничего не разносила!
-Давай иди отсюда.
-Витьку твоего разоблачу,
на весь мир ославлю! Поняла?
-Ты за своей шалавой лучше
следила бы! А то она нагуляла,
а потом на Витьку валите!
-Это кто шалава?!
-Эй! А ну-ка, тихо, бабы!
-Вали!
Вот дрянь, приперлась!..
Будет она мне тут...
Чо ты лыбишься, скотина?
Жри!
-ЗдорОво, Андреич.
-ЗдорОво, Ванюха.
Чаю хочешь?
-Да нет, я по делу.
-Ну что?
-Да вот избу оформить хочу,
бумагу написал.
-Ну давай посмотрим.
-Погляди, правильно?
-Это что? Мишке, что ли?
-На Мишку.
Была его изба, его и останется.
-Да там изба-то - одно название.
-Какая бы ни была...
-Ох, Ваня... А может, не надо?
Бесенок-то этот, Нинкин...
Он тебе не простит.
-Да плевал я на этого бесенка.
-Беда может быть.
-Мне себя не жалко,
а Мишка ему спуску не даст.
У него характер наш, спиридоновский.
Я уже одну ошибку совершил - батину
избу продал, а Витька все деньги
прокутил. А этой избы ему -
во! - не видать.
-Поджечь может со зла,
у них это семейное.
Нинка тоже, помню, ночью
подкрадывалась поджечь.
-Этот не подожжет.
Духу не хватит.
Пойду я. Бывай, Андреич.
-Эх, Ванюха, Ванюха...
-Пусть будет счастлив и богат
Под бременем наград высоких.
Пусть подымает свой бокал
Во здравие гостей веселых.
Не ведая, как наугад,
Я билась головою оземь,
Молясь о нем средь неудач,
Мне отведенных в эту осень.
Вам нравится?
-Да. Нравится.
-А Вознесенский вам нравится?
-Эффектно, но я, признаться,
не большой любитель.
ШЕПОТОМ: А я очень люблю стихи.
Выхожу в лес, читаю, читаю вслух...
Как хорошо, что здесь есть лес!
-А у нас девочки Асадова любят.
-Ужас! И это в Барнаульском
педагогическом, где есть гениальный
филфак? Асадов - кумир 15-летних
девочек. Стыдно любить Асадова
в 20 лет.
-Строгая вы.
-А вот еще одно.
Дождь, лицо и ключицы...
и над мачтами гром.
Ты со мною случился,
словно шторм с кораблем.
То ли будет, другое...
Я и знать не хочу -
разобьюсь ли о горе,
или в счастье влечу.
Мне и страшно, и весело,
как тому кораблю...
Не жалею, что встретила.
Не боюсь, что люблю.
-Поля?
Ты что стоишь под дождем?
Заходи.
Поля, быстро!
Да заходи ты!
Да ты вся мокрая.
Что случилось?
-Тетя Настя, я на минуту.
Витька у вас был?
-Был.
-Он мне денег должен.
-Пошли в дом. Пойдем.
-Нет, я не могу.
-Почему?
-Мишка здесь?
-Нет никого, одна я. Пошли.
Пойдем-пойдем.
Я никуда тебя не отпущу,
пока не накормлю и не отогрею.
Быстро в дом.
Все волнуются.
Мама себе места не находит.
-Откуда вы знаете?
-Да что ж тут знать-то?
Ребенок скитается не пойми где -
какая мать уснет?
-Я им написала. Они знают,
что со мной все хорошо.
-По-твоему, это хорошо?
Видно уже.
Подожди.
О господи! Да у тебя температура!
Ты горишь вся.
-Устала просто.
-Пойдем спать.
Пойдем.
-Только не расспрашивайте
ни о чем, ладно?
-Да не буду, не буду.
Пойдем.


Серия 12

-Угу.
-Как спалось?
-Как в детстве.
-Вот не торопился бы уезжать.
Ешь блинчик. Скучно здесь,
в школе нет никого, а я...
Какая я собеседница?
-Вы говорили, дочка у него есть.
У Семена Остапенко.
Где она теперь?
-Да все там же, с матерью,
в Куймани.
-Куймань - это где?
-Километров десять по большаку,
колхоз называется "Заря коммунизма".
-Угу, Куймань, значит...
-А меня с собой возьмете?
-Ну как там у классиков?
Почту за честь.
-Ну что?
-Ничего страшного,
но девочке нужен покой.
Токсикоз у нее...
на фоне простуды. Лекарствами
пичкать не надо. Лучше дайте чай
с медом, с малиной. Ну что,
пойду я, всего хорошего.
-Спасибо. До свидания.
-До свидания, детки!
ХОРОМ: До свидания!
-Я провожу.
-Спасибо.
-Я же просила, не надо доктора.
-Деньги на аборт были?
-Вам-то что? Передали деньги -
и ладно, спасибо. Не лезьте ко мне,
вы мне никто.
-Нет, Поля, я тебе кто,
я тебя с детства знаю,
ты мне как дочка.
Шуми, ругайся - мне всё равно,
я тебя никуда не пущу.
На таком сроке аборт делать поздно.
-Я договорилась.
Мне сделают.
-Ничего тебе не сделают,
потому что я тебя никуда
не отпущу, поняла меня?
Поля...
Ну ты пойми, что это ребенок.
Это уже человек.
Не убивай его.
Ты же потом никогда
родить не сможешь.
-Господи, зачем я к вам пришла...
-Значит, Бог прислал.
-Закурить не найдется?
-Вы от Вениамина Юрьевича?
-Да.
-Принесли?
-Вот товар.
-Это все?
-Да. Пошли.
-Куда?
-На вокзал.
-Говори, Нинка!
-Явилась. Чего тебе?
-Адрес Витькин говори.
-Сказано, не знаю.
-С живой не слезу. Говори!
-Не знаю.
Про кафе говорил. "Ледышка".
В городе, кажется.
-Чего? "Лодыжка"?
-"Ледышка", лед.
Вместе поедем.
Сама измаялась, не могу.
-Телеграмму принесли!
Она у Галицких. Жива-здорова!
Давайте не будем ее трогать пока.
Все хорошо.
Давай, моя хорошая.
-На, поставь.
-Угу.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-А мы ищем Машу Остапенко.
-Это раньше она была Остапенко,
теперь она Звягина.
-А она здесь живет, в деревне?
-Конечно. Библиотекарша она у нас.
-Мы только приехали, а вечером уже
уезжать должны. И мы бы очень хотели
библиотеку посмотреть.
-А чего ее смотреть?
-Библиотека в деревне -
это уникальное место.
-Вы из роно?
ХОРОМ: Нет! Да!
-Мы из роно. Инспектируем.
А вы, простите, кто?
-Я? Мама ее, Ирина Андреевна.
А что?
-Ничего.
Красивая вы. Спасибо большое!
Пойдем.
-Все? Сутки - и мы дома?
Чо, может, по рюмахе?
-Давай.
-И все-таки... как думаешь, чо там?
-Чо-чо... Шмотки там,
неясно, что ли?
-Давай посмотрим? Интересно,
а вдруг заграничные...
-Ну глянь. Если не запаяно -
давай.
У-у...
-Смотри, прямо заграничные!
-Да прям - заграничные!
В Грузии где-то делают.
-Да разве можно?
Начальство если узнает...
-Долдон! Начальство это и делает.
Ладно, не трожь лучше.
-Признайтесь, это ваша девушка?
-Кто?
-Маша.
-А с чего вы это взяли?
-Не знаю. Мне почему-то
так показалось. Такое ощущение,
что вы давно ее знаете и очень
волнуетесь перед встречей.
-Да нет. Я просто хочу расспросить
ее о Семене Остапенко.
-Так пойдемте.
-Пойдемте.
-Закрыто!
-Здравствуйте, Мария.
-Здравствуйте.
-Я из Сибири. Хотел вас расспросить
о Семене Остапенко.
-Вы от отца?
Я вас таким и представляла.
-Очень рад.
-И я очень рада.
-А я Надя.
-Мария.
-Очень приятно.
-Очень приятно.
-Здравствуйте, ребята. Вас двое?
Мне нужно пассажира определить.
-Все купе наше.
-Четыре места, вот билеты.
-Тоже мне, баре! Двойная продажа
была. Мне же человека надо посадить.
-Это ваши проблемы.
-Заразные мы, заразные.
Нельзя к нам, опасно для жизни.
Кхе-кхе.
-Чо надо?
-Пацаны, выручайте.
Проводница сказала,
у вас место свободное есть.
-Нет мест, простите.
-Да я только переночую.
-Куда лезешь?..
-Сиди тихо, не двигайся!
Слушай меня внимательно,
и останетесь живы.
Сейчас будет станция. Сойдете
покурить и отстанете от поезда.
Ясно? Не слышу ответа.
-Да пошел ты!
-Шмальнуть бы тебе,
да нельзя шуметь.
-Надо же... Брат.
У меня есть брат.
-У тебя есть фотокарточка? Он просил.
-Не надо фотокарточку. Я сама приеду.
-Так, что здесь происходит?
-Здравствуйте... А вы кто?
-Кто надо!
-Чо пришли?
-Чо надо пришли.
Явился, значит.
Семка прислал? Или как он теперь,
Иван Васильевич? Похож...
Сынок, значит.
-Ну, допустим.
-Я тебе допущу!..
-Гена, прекрати!
-Он просто волнуется и хочет знать,
что у нее все в порядке.
-О ней есть кому волноваться!
-А вы, простите... ее брат?
-Я муж, ослина. Муж. И порву любого,
кто к ней приблизится. Понял меня?
-Не муж еще.
-Будущий муж.
-Это я буду решать, понятно?
-Да ладно, чо ты...
-Ладно, пойдемте.
Не будем им мешать.
-Не трогай меня. Ты как ведешь себя?
-Нормально себя веду, чо ты...
Все нормально! Пусть разберутся
ребята. Хочешь, почитаю тебе Пушкина?
Маяковского знаю, там...
-А я пожалуюсь! Где у вас контора? Вы
позорите вашу замечательную деревню!
-Лезьте!
-Пусти меня!
-Не спорь.
-А я все равно возьму и пожалуюсь!
-Почему они так?
Какие-то дикие люди.
-Наверное, у них есть причины
ненавидеть друг друга.
Не нам их судить.
Знаешь, я подумал, что война -
она не закончилась.
И не закончится до того момента,
пока не вернутся домой
все без вести пропавшие.
Пока семьи не воссоединятся.
А мы с тобой, получается,
солдаты на этой войне.
Хотели вроде помочь...
-Я была очень рада оказаться
с тобой в одном окопе.
-Я тоже.
-Зайдем в школу? Я, кажется,
там свет не выключила.
Ты не понял.
Я о другом.
-Я скоро приеду.
-Ты не приедешь.
-Почему ты так решила?
Ну ты чего! Я же серьезный человек!
Я обязательно приеду.
-Ну ты едешь или нет? Я же тебе
говорил, у меня времени нет.
Еще домой пора. Ну!
-Тебе правда пора.
-Давай быстрее!
-Надя! Я обязательно приеду!
-Здравствуйте. Проходите,
прошу вас. Присаживайтесь.
Чем могу служить?
-Я с просьбой, Виталий Николаевич.
Мой муж вам всегда помогал.
А теперь ему самому помощь нужна.
-Понимаю. Понимаю...
А почему он сам не пришел?
-Не умеет просить.
Да и... не попросит никогда.
-Да-да... Кто, как не жена.
Так сказать...
А разве он... не под следствием?
-Никуда не зовут, не допрашивают.
Да и за что его под следствие?
-Да...
Однако... Однако поймите и меня...
Анастасия Михайловна.
Игорю Вячеславовичу...
я благодарен, да.
Но... Понимаете...
Если бы справочку... Мол,
по партийной линии чист. Все!
-Да разве выдают такие справки?
Тяжело ему без работы.
Его бы на люди!
А с молодежью, может, оживет.
-Или, может, если бы кто-нибудь
позвонил из краевого
комитета партии...
-Пойду.
Извините.
-Подождите!
Подождите.
Подожди.
Настасья... Скажи ему...
пусть приходит.
Возьму. И ставку дам выше.
А дальше...
Дальше... что будет, то будет.
-Спасибо вам.
-Да ладно...
Иди.
-Мишка приехал!
-Так, конфеты вам не купил,
зато привез фрукты.
-Фрукты?.. А обещал ирисок...
-Ты дурачок, что ли? Фрукты лучше!
Знаешь, какие большие яблоки
и груши там на деревьях растут!
-Ну тогда давай фрукты.
-Давай фрукты.
-Держи. Неси в дом.
Помой только, прежде чем есть.
-Хорошо!
-Мама, Мишка приехал!
-Миш, стой...
-Чего?
-У нас Полина дома. Только она
болеет и ни с кем не разговаривает.
-Полина? Я понял.
-Ой!..
Ну наконец-то. Ну что, как съездил?
-Удачно.
-Неужто нашел?
-Нашел.
-Ну слава богу.
-Обещала, что приедет.
-Хорошо.
-Мам, у нас Полина?
-Да.
-Что с ней?
-Ребенок у нее будет.
-Витька?
-Витька, Витька... Пойдем в дом.
Она не говорит, но и так понятно.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
Так, давай еще.
-Мам, не надо!
-Вкусные, пока горячие.
-Здравствуйте!
-Здрасте.
-Игорь Вячеславович,
тут к вам... вот это...
-Здравствуйте, Игорь Вячеславович.
Можно вас?
-Прошу вас в мой кабинет.
-Мам... Его арестуют?
-Господи...
-Вы уж извините.
-Я все понимаю.
-Игорь Вячеславович, извините.
До свидания, матушка.
-Жалеют пока.
-Что?
-Телефон правительственный сняли,
и все.
-Больно нам нужен этот телефон.
-Кто они?
-Не видел раньше.
У них пистон был,
а мы пустые поехали.
-Такому дураку, как ты, да еще
и пистолет? Куда проще - вошли
в купе, заперлись, проводнице
сказали: "Не будить, спим",
открыли здесь, дома.
-Да не успели мы запереться.
Я найду их.
-Замолчи, балабол.
Ни разу не видел - найдет он.
250 миллионов в стране.
Как искать будешь? Пустомеля!
Такое не прощают.
На фронте у нас говорили:
"Смоешь кровью".
-Надо - смою. Только "Льдинку"
не забирайте. У меня там порядок,
дисциплина.
-Иди. Закройся где-нибудь,
тихонько посиди неделю.
И я решу, нужен ли ты мне.
-"Смою". Ему про кровь,
а он - про "Льдинку".
Пустой человек. Опасно.
-Посмотрим.
-Ты в деревню поедешь?
-Да. Надо отцу рассказать.
-К маме моей зайди. Скажи, пусть
пока не приезжает. Она все рвется.
-Хорошо.
-Ты с Витькой из-за чего дрался?
-Да так.
-Из-за меня?
Как думаешь, он придет?
-А ты хочешь?
-Нет.
-А почему ждешь тогда?
-Уже не жду.
Теперь не жду.
-Почему теперь?
-Раньше ждала. Он хороший.
Мы дружили с ним до восьмого класса.
А потом...
-Что потом?
-Они гуляли там, у вас в избе.
Парни, девчонки. Пьяные, голые.
Теперь не жду.
-Ну вот где она?
-Сказала, придет.
Когда заплатишь-то мне?
-Через пару недель.
Тебе что, деньги нужны?
-Они всем нужны.
-Я тебе плачу 100 рублей в месяц!
Ты знаешь, сколько работяга
на заводе получает? Знаешь? 50-70.
Это за работу у станка!
А ты у меня сотку имеешь
за пустяковую работу.
Отвезти-привезти.
-Бензин, амортизация машины.
-Слышь! Ты мне еще
на мозги капать будешь?!
-Что орать-то?..
-Здрасте.
-Здрасте.
-Здорово.
-Здорово.
-Здорово.
-Долго собиралась.
Ждать тебя еще!
-Я вообще на минуту.
Ко мне брат приезжает.
Надо встретить.
-Перебьется. Мы в деревню едем
на неделю. Мне успокоиться надо.
-Ты с ума сошел?!
Ко мне брат приезжает, а меня нет?
-Но брат, чай, не маленький?
Без няньки обойдется?
-То есть ты вообще не понимаешь, да?
Ко мне брат приедет, надо повидаться.
Посылку мне от мамы передаст.
-Посылку в общаге оставит.
Все. Мы не спорим.
Села, не дергаешься.
-Щас!
-Слышь!
-Пусти меня!
-Машину заводи.
-Поехали.
"Когда б не дождик да на рябину,
Она бы с горя завяла.
Когда б на сердце да не кручина,
Тогда бы слёз я не знала.
В краю далеком мой ясный сокол..."
-Привет. А ты откуда?
-Витя там?
-Да. А я целыми днями в "Льдинке"
сидела, ждала тебя. Думала, придешь.
Куда пропал-то?
-Занят был.
-Миш... А давай сбежим, а?
Куда скажешь.
-Тань, прекрати.
-Его боишься?
-Не боюсь, просто не трогай меня.
-Таня!
-Вот какие вы все!
-В дом иди!
Важные гости. Но хата,
извини, занята, друг.
-Давай поговорим.
-Это можно.
Ну?
-У нас Поля.
-Я знаю. Это я ее к вам направил.
-Зачем?
-Ты дурака-то не валяй. Я-то
помню, как она к тебе ездила.
-Что ты несешь? Я не видел ее 10 лет.
-Ой ли? Полька врунья, получается?
Мне все уши прожужжала,
как ты ей там письма шлешь.
-Витя, у тебя ребенок будет. Прекрати
страдать ерундой и езжай к ней.
-Ты-то что лезешь?
Тебе больше всех надо?
Не мой это ребенок, понятно? Ну было
один раз, переночевали в бане.
Так то она хотела, а не я.
Я успел. А ты кто такой,
чтоб меня учить, а?
Вон с моего двора!
Давай! Тебя проводить?
-Здравствуйте, тетя Нина.
-Вот так гость. Случилось что?
-Да нет, просто с отцом
хочу повидаться.
-Заходи.
Придет скоро.
Давай, чаем напою!
Говорят, Полинка у вас.
-Да.
-Видишь. Дите, значит, будет.
-Будет.
-Молодцы. 20 лет - можно.
Как назовете-то?
-Не знаю.
Это не мне решать.
-Как это? Ты же отец.
-Теть Нин, я не отец.
-Как это? Не был бы отец,
не пришла б она к вам.
-Теть Нин...
-Пойдем чаем напою.
-Она к нам пришла, потому что некуда
больше пойти было. А домой
ей стыдно возвращаться.
-Садись. Так кто же отец-то?
-Не знаю.
Это у Полины спросить надо.
-Здорово.
-Здорово, бать.
-Я комбикорм привез. Пойди пересыпь.
-Сейчас, чай-то налью.
-Успеешь!
Ну?
-Я съездил.
Красивая. В библиотеке
работает в Куймани.
Они переехали.
-Фотокарточку бы. Ты адрес
оставил? Может, пришлет.
-Бать... Она приехать хочет.
-Что?..
-Здорово.
-Здорово.
-Привет, дядя Кузьма.
-Привет.
-Рано вы. По мою душу?
-Да.
По твою. Ты как, по делам к нам?
-У меня тут дел нет.
Так, отдохнуть.
-Ну это нормально. В городе-то
уработался, наверное.
-Уработался.
Проблем много.
-Я понимаю.
Опасную жизнь ведешь, я так думаю.
-Моя жизнь - моя забота.
-Витек, хочу попросить тебя...
Не озоруй.
-Я мальчонка, что ли, - озоровать?
-Да это как знать.
Маменька твоя тоже
не девчонка была, а пошаливала.
-Это вы о чем?
-Погода у нас сейчас - жарко,
сухо, ветрено.
Огонь на деревню перекинется -
все сгорим.
Тебе это надо? Вот.
Так как ты не дурак, я понимаю,
но все-таки Митенька
за тобой последит.
Да. Как говорится,
береженного Бог бережет.
-Я что-то не пойму. На кой хрен
мне свою избу поджигать?
-Так вот я и говорю! Какая разница,
на кого изба твоя оформлена?
Это халупа. Мишка не против,
Настя тоже. Отдыхай.
-Мишка?
-Да. Я врать не буду. Все равно потом
узнаешь. Лучше я скажу, чем народ
наболтает. Изба, в который ты сейчас
отдыхаешь, оформлена на Мишку.
Так что оба пользуйтесь.
А что вам делить? Ваша она.
-Ну-ка, на.
-Митенька, ты за ним последи.
Если что... сам знаешь.
-Сделаю, Кузьма Андреич.
-Вижу, машина... Думаю: зайти
или нет? Здравствуй, сынок.
-Где он?
-Кто?
-Ты оглохла, что ли?
Сожитель твой где?
-Что ты придумал? Не лезь к нему,
в избе он, собирается.
Витя!
-Что?
-Иди сюда, поговорить надо.
-О чем?
-О Польке! Она девка хорошая.
И жена будет хорошая.
Твой ребенок?
-Что вы лезете ко мне с этой Полькой?
Я тебя спрашиваю, хрыч твой где?
Слышь ты, давай манатки собирай
и вали из моего дома!
-Она здесь хозяйка. Скажет - уйду.
-Я здесь хозяин. Скажи ему!
Болтаешься из дома,
где глаз не кажешь!
Хочешь без мужика
меня оставить?
-Да хоть и без мужика,
да не с ним! Хватит ныть.
Я в городе устроюсь - заберу.
Что ты встал? Это дом моего отца.
Терпение не испытывай. Вали отсюда!
-Зараза! Гадина!
Витька! Посмотри на меня.
На меня посмотри.
-Приготовил я ружьишко-то.
Ждал тебя, удальца.
Да нет, убить бы не убыл...
Но покалечил бы основательно.
-Замолчи!
-Да не могу. Не могу рисковать...
Нельзя мне теперь ни в тюрьму,
ни на кладбище.
-Витька!
Хватит! Не лезь!
-Да уйди, мать!
-Ах ты ирод!
Ирод! Ирод! Ты что с дочкой сделал?
Ты что с дочкой сделал, а?!
Ах ты! Ах ты зараза!
-Наташа, Наташа!
-Витька!
-Ты что с дочкой сделал, а?
Ах ты гаденыш!
Гаденыш, доберусь я до тебя!
-Уйди!
-Ты сдурела совсем?
Овца драная, убить могла!
-Убью! Убью, к черту!
-А-а-а! Уходи! Уходи! Уходи, Витька!
-Да пошли вы! Я уйду, уйду!
Плевал я на вас!
-Что ж так долго?..
-Легкие, стало быть, роды.
СТУК КАБЛУКОВ
-Ну что там?
-Ну что, теть Наташ?
-Племянник у тебя, Машка.
-Ой!
-Ну как она?
-Хорошо. Юная мама, здоровый малыш.
Акушерка останется до утра
на всякий случай.
-Спасибо вам большое.
-Да не за что. Почаще рожайте -
будет повод к вам заглянуть.
-Прошу к столу, это надо отметить.
-Спасибо.
-Дети, быстро спать!
-А ребенка посмотреть?
-Детское время закончилось.
Завтра посмотрите.
Пойдем, поможешь мне.
-Давай-давай.
Спасибо вам...
РАДИО: Внимание, внимание!
Говорит Москва! Передаем важное
правительственное сообщение.
14 октября 1964 года состоялся
пленум ЦК КПСС. Пленум удовлетворил
просьбу товарища Хрущева
Никиты Сергеевича об освобождении
его от обязанностей первого секретаря
в связи с преклонным возрастом
и ухудшением состояния здоровья.
Пленум избрал первым секретарем
товарища Брежнева Леонида Ильича.
-Насть?..
-Что случилось?
-Переворот. Хрущева сняли.
-За что же?
-За плохую работу, надо полагать.
-Да как же так? Радио включишь -
"Дорогой Никита Сергеевич..."
И о народе вроде все пекся.
-Да, напек много чего.
-Интересно, кто вместо него.
-Брежнев или Косыгин.
Косыгин - это интересно. Может быть,
изменится что-нибудь теперь...
-Спасибо.
-Скажут, поди, в райкоме,
как народу объяснить.
-Все разъяснят. Найдут формулировки.
-Утром раненько уеду,
хоть портреты успею снять...
-Да.
Что мы стоим, товарищи? Давайте
сядем. Мы для чего здесь собрались?
Отметить... Садитесь! ...новую жизнь
нового человека. Вот это важно!
А московские политические забавы -
не будем о них говорить, правильно?
-Да. Давайте за здоровье
новорожденного,
гражданина Страны Советов!
-И за бабушку и дедушку!
-Ура, товарищи!
-Ура!
-Ура!
-Ура!
-Ты чего ушла?
Пойдем посидим еще немножко.
Потом помоешь. Пойдем!
-Устала что-то. Полежать охота.
СТУК В ДВЕРЬ
Кто это?
-Не знаю.
-Здравствуйте. Вы к кому?
-К Игорю Вячеславовичу.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте, товарищи. Проходите.
-Готово.
До свидания.
-До свидания.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Приветствую, дружище!
-Здравствуй.
-Ну что, я надеюсь, ты в курсе?
-Да, я в курсе.
-Ну тогда собирайся,
давай срочно в Москву.
-Я не поеду никуда.
Мне и дома хорошо.
-Ой, все, Игорь, мне не до шуток.
О чем ты договоришься с начальством -
решай сам. Короче говоря,
самолет утром, жди машину.
-У меня просьба.
-Давай приказывай.
-Я хочу полететь с женой.
-Что ты говоришь?
-Хочу полететь с женой.
-Ох, вот это просьба!
Хоть со всеми чадами и домочадцами.
Я распоряжусь. Давайте летите.
Все, до встречи!
-Куда летим?
-В Москву.
-И вот, короче, такая история.
Я говорю, все так и было...
-Ну что ты пришел?
-Пойдем поговорим.
-Ну пойдем.
-Федь!
Так, ну, что тебе надо?
-Поля родила. Сына.
-Угу, хорошо.
Ты будешь воспитывать?
Ну а чо? Ты человек домашний,
семейный... Я вот прямо вижу,
как у тебя пятеро-шестеро
висят на шее, а ты их по задницам
шлепаешь, они такие: "Папа! Папа!"
Что ты ко мне-то пришел?
Да даже если не твой ребенок,
ты же не бросишь Полю?
Ну вот, а следующие пять твои будут.
-Витя... Тебя силком в загс
никто тащить не собирается.
Она сама с тобой жить не захочет.
Просто сейчас ты ей нужен.
Она должна понимать, что не одна!
-Слушай, да закрой ты свой...
Я дал ей сто рублей! Сто рублей!
Этого хватило бы на десять абортов.
И если бы ребенок был от меня...
она бы сделала аборт.
А так я не знаю!
Может, твой, а?
Ну или чей-то.
Не, ребят, вы там сами, это...
нагуляли, а... а я разбирайся.
Нашли дурака.
-Успокоишься - приходи. Адрес знаешь.
-Как ты меня... Стой!
Скажи мне, ты что ко мне лезешь? А?
Не лезь ко мне! У меня своя жизнь,
у меня свои проблемы. Не надо
на меня еще и Полю вешать.
Я вообще вас никого знать не хочу!
Вот... только вздумай
лезть ко мне с алиментами!
Шиш ты чо получишь!
Ты ж за этим пришел?
За алиментами, да? Папаша юный.
-Ну ты и сволочь.
-Это правда?
-Тань, подслушивать плохо.
-То есть правда.
-Что правда?
Тебе сказано: не мой.
-Я домой.
-Ну подожди. Ладно... Погоди,
ну правда не мой. Правда...
-Да отстань!
-Еще одно слово - и ты домой
не пойдешь, а поползешь.
Вот только пикни.


Серия 13

-Вы что, не нашли их?
-Кого?
-Ну, этих... Которые нас грабанули.
-Нашли всех, кого надо.
Не твоя забота. У тебя задание.
Не справишься - в городе
не появляйся. Союз большой,
найдешь себе местечко,
а здесь тебя никто не помилует.
Вот этого деда нужно из Новосибирска
привезти к нам.
-Привезти? Как?
-Ну, ты ж не младенец. Решай сам.
Это должно быть тихо, незаметно,
спокойно. Вот тебе на расходы.
Здесь 100 рублей.
Дело сделаешь - еще 1000.
-Новыми?
-Конечно. И в "Льдинке"
продолжишь работать.
-Сделаю.
-Попадешься - будут пытать.
Говори что хочешь, но ни имен,
ни адреса - ты ничего не знаешь.
Можешь про "Льдинку" рассказать.
Приедешь - позвони дяде Вене,
он свяжется с нами.
-Слушай, что за дед, не знаешь?
-Да вор в законе.
Братан рассказывал, он в милиции
работает. Есть в Барнауле тоже
один такой дедок. Тихенький,
скромненький, а без него
ни один бандит и полшага не сделает.
И с ментами у него всё схвачено.
У него вообще всё схвачено,
весь Барнаул. Правда, он сука.
-Что?
-Законы у них такие.
Воры в законе не имеют права
жениться, работать и воевать.
А некоторые пошли воевать
в Отечественную. Наш барнаульский -
он сука, а новосибирский - нет.
Вот и собачатся. По крайней мере,
мне так братан рассказывал.
-Витька говорит, конец ему,
если дело не сделает.
-Убьют, что ли?
-Не убьют, но житья точно
не дадут. "Льдинку" заберут.
-Ну чо?
-Ничо. Ты б еще в ворота заехал.
Я попросил без палева!
Давай, двигай!
-Здрасте. Ну как?
-Ах!..
-Сочувствую.
Ну, что, уговорили?
-Кто я такой, чтобы меня уговаривать?
Просто побеседовали.
-И до чего добеседовались?
-Возвращаюсь в край...
-Здравствуйте!
-...первым.
-Вот так ты в Москву
не хочешь возвращаться, да?
-В Москве и без меня полно умненьких.
-Ох ты язва! Ладно, делись
впечатлениями. У нас курс на...
Добрый день!
-Здрасте.
-...на большие перемены?
-Пока сложно сказать.
Одни слова: хозрасчет,
материальная заинтересованность...
-Старик, в общем, так,
все решится в ближайшее время.
Если Алексей Николаевич
развернется и выйдет на первый план,
страна изменится. Но если под себя
все подомнут комсомольцы, тогда...
Делай выводы! Все, пошли.
-Пойдем.
-Ты понимаешь, главное...
Добрый день!
-Здравствуйте!
-...главное - расставь...
-Как у вас в Москве-то хорошо.
Ни очередей, ни давки,
а главное, товара столько!
-Это не Москва, это спецотдел ГУМа.
-Да.
МЕЛОДИЯ "А У НАС ВО ДВОРЕ"
-Не шибко ли?
-Не шибко. Повернись.
Шикарно, просто шикарно.
Что я говорила?
Ох!..
Красота!
-Неловко.
Как в таком на людях появиться?
-Так и появляться, Насть.
Знаешь, пара месяцев - ты стала бы
просто настоящей москвичкой.
-Неловко, прямо нехорошо.
-Слушай, а тебе Игоря не жалко?
Вот за что ты его
так сильно ненавидишь?
-Что?
Кого ненавижу?
-Да Игоря. Человек он добрый,
хороший. Возражать тебе не станет.
И вынужден прозябать
свою жизнь в провинции.
Ему предложили высокую
должность, заметили свыше.
Он же откажется,
потому что ты не хочешь.
И опять поедете в свою
провинциальную дыру.
Помоги.
-Да я его не держу.
И никогда не держала.
-Ну, конечно, держишь. Мы же не дети.
Возьмите детей и поезжайте в Москву.
Вот как раньше хорошие жены брали
детей, ехали в Сибирь за своими
мужьями. Ой...
-Пойду переоденусь.
-Куда же?.. В ресторан собрались.
-Я в своем пойду, я не могу в этом.
-Ты что, обиделась, что ли?
-Нет.
-Бедный Игорь.
-Моя дорогая...
-Ну все.
-Добрый вечер, Настя!
-Ничего не купили?
-Много купили. Потом наряжусь
как-нибудь.
-Тебе и так хорошо.
-Ну что, уже пьяненькие?
-Нет, мы взяли по 50.
Настя, шампанского, да?
-Угу.
-Ну что? Значит, уезжаете, да?
-Завтра. Побродим по столице -
и домой.
-Останьтесь на неделю еще.
Уговори его.
-Уговорю.
-Ну... за встречу, друзья!
-За встречу.
-За встречу, друзья.
-Мы нужны будем?
-Не.
Дед ночью один остается. Я справлюсь.
-А как в дом влезешь?
-Не знаю.
-Нам-то что делать?
-Поспите пока.
-Поспишь тут! Сидя...
-А вот теперь длинная рука
Кремля тянется к вам, Настя.
А теперь длинная рука
Кремля потянется к Игорю.
Да.
-А что ты такой странный?
Начальство не приласкало?
-Начальство приласкало. Вообще,
я рад. И даже воодушевлен.
Возможными перспективами для народа.
-Тогда давайте, товарищи,
выпьем за народ.
-Давайте выпьем за народ.
-Ты плохо себя чувствуешь?
-Нет. Неловко маленько.
-Перестань, все ловко.
-Так... И о чем мы тут шепчемся?
А? Вы знаете, а давайте выпьем
за нас, за нашу встречу.
Так редко встречаемся, что...
-Верочка...
-Что?
-Ты не хочешь мне рыбки положить?
-Котик, очень хочу.
-Сокровище мое!
-Какой тебе, котик?
ПЕРЕГОВАРИВАЮТСЯ
-Вася! Иди помоги.
О, становись туда.
Осторожнее. Вот так.
Правее сюда. Корни,
смотри, аккуратней.
Корни!
Ага.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Не факт, что они
приживутся в России.
-Ага. Старик, они приживутся.
Как тебе ни странно это будет.
Алексей Николаевич
взял курс на западный манер.
-Почему бы молодому человеку
не пригласить меня на танец?
А, молодой человек?
-Конечно. Пойдем.
-Пойдем.
МЕДЛЕННАЯ МУЗЫКА
-Ты не сердись на мою жену.
Она добрый человек, зла не сделает.
Ну, иногда, правда,
скажет что-нибудь невпопад.
-Она хорошая, я вижу.
-Давай тоже потанцуем!
-Посидела бы я.
-Вот и правильно. Я тоже не мастак.
Давай выпьем. Давай?
-Ой, не-не-не, куда ж так часто!
-Совершенно не обязательно
пить до дна. Так... губы смочить.
Смаковать.
-А мочить зачем?
-Не знаю. Ну... смакуют же.
А дети как?
-Что?
-Я говорю, дети как?
Могли бы сюда их взять. Старший,
наверное, совсем большой уже.
-Студент. За ними приглядывает.
А душа все равно не на месте.
-Понимаю.
-О... принимай!
Вершинин, какой ты негодяй!
-Почему, Верочка?
-Не пригласил Настю на танец.
-Почему? Я приглашал!
Но не был удостоен... Увы.
-Ложь!
А знаешь почему?
-Почему?
-Потому что ты неуклюжий...
-Давайте выпьем!
-Давайте!
-Давайте.
-За наших женщин.
-За наших женщин...
УСТРАШАЮЩАЯ МУЗЫКА
ВЗДЫХАЕТ
-Пойдем.
-Пошли.
-Зачем ты сумку взяла?
Я потанцевать с тобой хочу.
-Я не смогу, не надо.
-Я прошу тебя.
-Голова кружится.
-Насть, давай потанцуем.
-Пойдем домой, Игорь.
-Ну хорошо.
-Я устала.
-А мы домой.
-А я?
Вы что, меня оставляете?
-Верочка, Вера!
-Не с Вершининым же.
-Верочка... все, все.
Нам действительно пора. Пойдем.
-Куда?
-Домой.
-Ни за что.
А вы знаете что? Я решила:
я к вам поеду на Алтай.
Вы не хотите в Москву -
я к вам перееду.
Скажи, что я прекрасно
копаюсь в огородах.
-Она так быстро пьянеет.
-Ложь, я трезва как никогда.
Отстань от меня!
Я к вам поеду, буду вам готовить,
я очень вкусно могу.
-Чудесная идея! Едем.
Я завтра куплю тебе билет.
-Не кривляйся. Я не ребенок...
-Вера, что ты творишь?
-Отстань от меня.
Домой так домой.
-Вот и хорошо. До свидания, Настя.
-До свидания.
-Будь здоров.
-Пока.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Просыпаемся, дедуль.
Руками не шевелить.
Сейчас спокойно лежим и слушаем.
Вы одеваетесь, мы сядем в машину
и уедем. Все должно быть очень тихо.
Потому что дергаться бесполезно.
-И что же, вставать?
-Вставать.
Руки на виду!
-А они на виду.
-Встаем.
Одевайтесь.
-Ага.
А куда едем?
-В Барнаул.
-Слушай, парень,
есть хороший вариант.
-Нет вариантов. Будет как я сказал.
-Вариант такой: скажешь своим
ребятам в Барнауле, что ничего
не получилось. С меня 10 тысяч
сейчас же новыми
и пистолет в подарок.
-Нет.
-Хочу я или не хочу, но мои ребята
найдут и покалечат тебя.
Такие у нас правила.
-Одевайтесь! Мы торопимся.
-Ох, молодежь...
-Не в чем нам себя винить, понимаешь?
Ты ревнуешь, что ли?
Дуреха! Ты с ума сошла?
-Да не в этом дело.
-Не нужен мне никто.
-Ей-то ты нужен. Она не успокоится.
-Она несчастная женщина. Самое
большее, что я могу, - потанцевать
с ней, когда она просит. Насть,
не нужны нам эти разговоры,
переживания, проблемы,
они нам ни к чему.
-В этом-то и беда...
что ты хороший, не уйдешь,
не бросишь, я это знаю.
Но только мне-то каково с этим жить?
Знаю, что я мучаю тебя.
-Почему?
-Да потому, что из-за меня
от Москвы отказался.
-Насть, если бы я хотел, я давно бы
переехал и тебя бы с собой взял.
Я не могу здесь, мне здесь
неинтересно. Понимаешь?
Я дома нужен.
Мой дом там, где ты, дети.
В общем, так: с тобой хорошо,
без тебя везде плохо.
Просто помни об этом.
-О господи...
-Все-таки мы будем танцевать.
-Игорь!
-Мы же в отпуске, черт возьми.
У нас Красная площадь из окна
видна, у нас вино есть.
-Я не буду...
-Вставай.
-Я не буду, Игорь!
-Иди сюда.
РАДИО:"...И любовь, и мечты.
Счастье мое - это радость
цветения весной,
Все это ты, моя любимая, все ты".
-Тебя не дозовешься.
Поехали позавтракаем.
И потолкуем.
-Потолкуем, пришло время.
-Ловко, не ожидали. Ну, бывай.
-Грозился меня покалечить.
-Забудь! Сейчас деды обо всем
договорятся. Мир на наших условиях.
-Ну что, братцы, посчитаемся?
-Да.
-На. Хватит? Это все нам.
-Что ныл-то? Просто спрашиваю.
-150, как обещал.
-Класс!
За такие башли я бы еще
куда-нибудь проехался.
-Проедемся еще. Но сейчас -
в "Льдинку". Гуляем!
Смыли кровью. Хорошо, что без крови.
Что ты все считаешь?
Больше не станет.
-Сиди давай!
-Тихо. Поехали.
-Ну вот, приехали!
Сейчас в сельпо зайдем,
а потом домой.
Спасибо вам большое! Даже не знаю,
как вас с Настей благодарить.
Спасибо!
-Будет нужна помощь - обращайтесь.
До свидания!
-Здрасте, Кузьма Андреевич!
-Здравствуйте! Игорь Вячеславович!
-Здравствуйте!
-Рад вас видеть!
-Поговорить заехал.
-Да? Рад вас видеть. Сейчас
в контору пойдем и поговорим.
-А где народ-то?
-Все при деле.
У нас бездельников нет.
Бабы на ферме, трудятся.
У нас стадо-то теперь какое!
Сколько голов-то - ого!
Да... Если такими шагами пойдем,
так мы, можем, завтра уже
и в коммунизме будем!..
Но все-таки рук не хватает.
-Не появлялся он там?
-Кто?
-Витька-то.
-И не надо. Отрезанный ломоть.
-Этот осколок... Как погода -
так прям стреляет.
-Ты, Нинка, дочку мою не трожь.
Не тревожь ей душу.
-Ребенка-то можно посмотреть?
-А чего на него глядеть-то?
Он не кинокартинка.
Спит дите. Вечером приходи.
-Алло?
-Анна Геннадьевна, здравствуйте!
-А, здравствуй, Миша!
-Вы позвонили в школу в Пажитное?
-Да. Я с работы позвонила.
Они сказали, что она там больше
не работает. Неделю назад уволилась.
-Как - уволилась? У нее же
распределение.
-Так они сказали.
-А где она сейчас?
-Этого они не знают.
И еще они сказали,
что она вертихвостка.
-Понятно.
-Да ты письмо бы ей написал.
-Да я писал - она не отвечает.
Ладно, спасибо вам.
До свидания.
-Пока, Миш!
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Привет.
-Привет.
-Помнишь меня?
-Ну да, конечно. А где Миша?
-Я одна приехала.
Мне поговорить с тобой нужно.
-Ну... хорошо, что ты приехала.
Раздевайся. Давай чемодан.
Раздевайся, сейчас я чай принесу.
-А тебе Миша не писал?
-Нет, не писал.
Прошло три месяца. Я, правда,
думаю постоянно о нем и об отце.
А ты надолго к нам?
-Я спросить у тебя хотела.
-Мм?
-Тебе напарник
в библиотеку не нужен?
-Нужен. Но ты же вроде
в школе работаешь.
-Я уволилась.
-А что случилось?
-Долго рассказывать.
Так нужен или нет?
-Нужен! Правда нужен!
Я просто одна без выходных.
И если ты не шутишь, тогда поговорю
с председателем. Мм?
-Я абсолютно серьезно.
Только жених этот твой
узнает - скандал поднимет.
-Хватит уже про жениха.
Здорово, что ты приехала!
Я зимой могу спокойно съездить, а ты
без меня пару неделю поработаешь,
хорошо?
-Хорошо.
Так ты все-таки решила ехать?
-Да. Я обязательно поеду.
Я обещала - я сделаю.
И не удержит меня никто.
Давай чай...
-Привет! Мы в какой аудитории?
-302.
-Спасибо!
-Миша!
Привет!
-Привет.
-Миша, а ты не подскажешь, где
перекантоваться пару дней можно?
-Здрасте. А общежитие?
-Турнули меня из техникума.
И общаги лишили, естественно.
-Понятно.
Ладно, вот ключи.
У меня здесь дворницкая рядом.
Адрес запомнишь?
-Да!
-Победителей, 10,
первый подъезд. Там в подвале.
Мне бежать надо, пока!
-Спасибо! Пока!
Привет!
-Привет.
Ну как ты?
-Нормально. Здесь тепло, хорошо.
Я побуду несколько дней?
-Да, конечно.
У меня родители за городом
живут, переночую у них.
-Выходит, я тебя выгоняю? Миш...
здесь для двоих места хватит.
-Таня... пожалуйста, не усложняй.
Это Витя?
-Угу.
-За что он тебя так?
-Идиот потому что обкуренный!
Он как накурится -
хоть на луну убегай.
-В смысле - накурится?
-Ну папироски! Не курил, что ли?
-Все курят.
-Да не те папироски,
особые. Их у "Льдинки" продают.
-Ты замуж за него хочешь?
-Дура я, что ли?
Он то в любви клянется,
то по морде бьет.
-В курсе, что у него сын родился?
-У него?!
-Да.
-Врешь, что ли?
-Не вру.
-Пойми вас!..
Он говорит, что у тебя будет,
а ты вроде как отказываешься.
-Слушай, этот твой Генка...
Ты замуж за него собираешься?
-Нет. Вот еще!
Он бешеный.
Привязался. Надоели они все.
В новом году свадьба, а я не хочу.
Без любви не хочу, не буду.
-Убежишь?
-К отцу поеду, а там посмотрим.
-Маш, я попросить тебя хотела.
Ты ведь Мишу там увидишь...
-Конечно.
-Извинись перед ним, ладно?
-За что?
-Я не знаю, что на меня нашло,
я сама не своя была.
Он мне понравился. Больше, чем
понравился. Я тогда подумала, что...
если у нас все случится что...
то мы никогда не расстанемся.
Вот я дура, да? Представляешь,
что он обо мне думает?
-Да ничего он не думает.
Он все понял.
Вообще, все хорошо у вас будет.
НАПЕВАЕТ
-Ой! Здрасте!
-Здрасте.
-Здрасте.
-У тебя что, гости?
-Замечательный человек ты, Юра.
В смысле, замечаешь все.
-Как такое не заметить, ты что!
Юра.
-Таня.
-Очень приятно.
-И мне.
-Юра, а ты что пришел?
-А у меня полбидона пива.
Может, вечеринку устроим?
-Давайте!
-Ну вот и прекрасно.
-Мальчики, отворачивайтесь,
я пойду переодеваться.
-А ты не хотел, Мишка.
Сейчас мы тут все устроим, посидим.
-Тебе что, девчонок на филфаке мало?
-Мишка, слушай... Они все
плоскогрудые, а мне хочется попроще,
пофигуристей.
-Тост! Чтобы елось и пилось,
чтоб хотелось и моглось.
-Вася!
-Что?
-Закусывай.
-Вася!
-Да-да, конечно.
Сейчас еще колбасочки...
-Все-все.
-Смотри.
-Красивое.
-В самом Воронеже купил.
Ни у кого таких не было.
Да я и платье присмотрел, мам.
В деревне все обалдеют.
И чайную сниму.
-О!
-На три дня. Два дня -
гулянка, третий - опохмелка.
-Ну, можно и поскромнее.
-Нет, мам, как мужик
сказал, так и будет.
-Правильно. Можно и погулять.
-Золотые слова тесть говорит,
а тесть у меня какой... золотой!
-Правильно.
-Я сегодня уеду.
-Как - сегодня?
-Вот так. Выйду ночью на шоссе
и поймаю попутку до Воронежа.
-Он вообще нормальный?
-А мне не нужен нормальный,
мне нужен любимый. Жить
с бешеным ревнивцем я не хочу.
-Понимаю. Если бы не библиотека,
я бы с тобой уехала.
-Библиотека - это вообще не проблема.
Там есть Антонина Викторовна,
она работала до меня.
Она с удовольствием...
Ты точно хочешь поехать?
-Маш, я очень хочу поехать.
Я так хочу его увидеть, но...
-Так я уверена, он тебя ждет.
-Да?
-Так здорово, поехали вместе!
-Ой!
Ой...
-В открытую форточку
сердце надуло любовью,
Сорвав занавески и выломав ставни.
Кровать изломана так,
что нельзя отличить изголовье
От ножек.
Теперь, как назло, бесполезно
скрывать рубцы на паркете,
что стали намного острее.
-А это где?
-А это здесь.
-А-а...
-Что ты там ржешь?
Вам нравится?
-Мне безумно понравилось.
-Вот видишь, ей нравится.
А хотите, я вам еще почитаю?
-Хочу.
-Возрадуйтесь каждой
ничтожной заслуге мгновения!
Оставьте в покое сомнения
в его правоте!
Мне кажется, самое редкое
в жизни везение -
быть просто свободным...
Я сейчас, приду скоро.
-На демонстрацию идешь?
-Нет, работать буду.
Видишь, сколько намело?
Потом к родителям поеду.
-На дачу?
-Ну да. Отец должен заехать забрать.
-Мм.
-Ты завтра уезжаешь?
-Да никуда я не поеду. Чего там,
в деревне этой? Сгнивать заживо?
-А здесь что ты делать будешь?
-Не бойся, съеду. Найду,
где приткнуться. Да ну тебя!
Почему я одним дебилам нравлюсь,
а нормальные парни шарахаются
от меня, как от проказы?
-Никто от тебя не шарахается.
Хочешь, к родителям моим поедем?
-Хочу!
-Ну хорошо.
-Маша, выпей с нами.
-Не хочу. И тебе достаточно.
-Маша!
-Все, гулянка закончена.
-Строгая...
-А и правда, Вася, поздно уже.
Давай, проводи, а то
еще упадет - замерзнет.
-Поздно уже.
-Все.
-Пойдем.
-Ладно, пойдем... Мы пойдем...
-Ген, постой. Пойдем. Поздно.
-Пойдем...
-Поздно...
-Дивлюсь я на небо та й думку гадаю:
Чому я не сокол, чому не летаю?
Чому я не сокол, чому не летаю?
-Не надо меня отговаривать.
Я после Нового года приеду.
-Так ведь не отпустит он,
бросится искать.
-Пусть ищет. Ты скажи, что я в Москву
уехала, у Нади родственники там.
Я не хочу с ним.
Ну, мам...
Ну скажи, что отцу передать?
-Да... не знаю, ничего.
Я простила, и он пусть простит.
Изранен весь, хворает небось.
В тебе он души не чаял.
Взрослая - можешь сама решать.
-Ну что, горек трудовой хлеб?
-Ну да, замахался.
Тут чуть-чуть осталось.
-Ты бы увольнялся. Зарплата
у меня хорошая, квартира
будет в центре.
-Все работают. Чем я
лучше того же Юрки?
-Ну хорошо. Нас дома
ждут. Переодевайся.
А я за тебя помашу,
хоть согреюсь немного.
-А! Ничего, если я с девушкой буду?
-Почему спрашиваешь?
Что может быть естественнее
для молодого человека, чем девушка?
-Она не то чтобы девушка, просто
праздник, а человеку некуда податься.
-Конечно. Давай!
"ВАРШАВЯНКА"
-Мам, а это Красная площадь?
-Она, Олежек.
-А ты там была?
-Была, конечно,
мы там с папой гуляли.
-Мам, а мы когда-нибудь
в Москву поедем?
-Авось когда-нибудь и поедем.
-А кино по телевизору будет?
-Говорят, все будет: и кино,
и песни, и все на свете.
-Телевизор...
СТУК В ДВЕРЬ
-Ой, это, кажется,
папка с Мишкой приехали.
-Здрасте.
-Здравствуйте!
-А мы к Мише приехали.
-Он скоро приедет, его пока нет.
А вы кто?
-Я его сестра.
-Маша?
Ты приехала... Проходите.
Что вы встали?
Он много рассказывал.
Проходите, проходите.
-Спасибо.
-Вы как раз к столу. Проходите.
-Здрасте.
-Здравствуйте!
-Ой, удивительно,
у вас кино на дому.
-Это мы только недавно купили.
У вас уже появилось?
-Да нет, что вы. То есть в Воронеже
уже покупают, я слышала,
а до нас нескоро дойдет.
-Ой, кажется, наши приехали.
-Ух ты!
-Здравствуйте!
-Здрасте.
Пойду их встречу.
-Да что ты?
-Да прекрати.
-Стой. Что у тебя тут?
-Ах, ты так? Иди сюда,
я тебе сейчас нос оторву.
-Машка, смотри, Мишка с невестой.
-Они целуются.
-И что? Иди зови их.
-Когда целуются, нельзя мешать.
-Кто тебе такое сказал?
-Ты сама говорила, по радио слышала.
-Иди садись есть.
-Здравствуй!
-Да ладно, поверил.
Ой! Здравствуйте!
-Здравствуйте!
Проходите.
-А я Татьяна. А вы мама, да?
Я уверена, мы с вами подружимся.
Я такой легкий человек.
-Хорошо, что вы приехали.
У нас полный дом гостей.
-Каких гостей?
-Маша приехала, а с ней и девочка.
Говорит, знает тебя, задумчивая.
-Что?
-Вы проходите.
-Спасибо.
-Мишка!
-Привет, родные мои.
Идите маме помогать.
-Привет!
-Все-таки смогла вырваться?
-Угу.
-Отец очень ждет.
Здравствуй.
-Здравствуй.
-Я знал, что ты приедешь.
Надь, понимаешь, я...
-Здрасте.
-Понимаю.
-Я все позже объясню.
-Проходите к столу,
садитесь. Почему в пальто?
Садитесь, Таня.
-Благодарю вас.
-Несите стулья. Вам вино?
-Да.
-А вам?
-Мне вино.
-Миш!
Так...
-Мишка, садись.
-Садись.
Друзья, сегодня замечательный
день, замечательный праздник.
Я рад, что сегодня за столом так
много молодых и интересных людей.
С праздником вас, ребята!
ВСЕ: Ура!
-Ой! Аккуратно.
-Прекрати.
-Ну что, кто что будет?
-Вот он. Стой.
Слышь, парень...
Ты Мишку Галицкого знаешь?
-Мишку?
-Мишку.
-Ну, знаю.
-А где живет?
-Здесь.
Только его сейчас нет.
К родителям уехал.
-На дачу?
-Ну да. За город.
-А может, ты знаешь...
Девушка живет с ними?
-Ну, знаю. Живет.
Танька.
-Танька...
И она сейчас здесь?
-Нет, с ним уехала.
-Может, ну ее? Давай
Людку с Галькой позовем.
-Рот закрой.
-Эй, парни, а вы кто?
-Я же не знал, что все так серьезно.
-Поехали.


Серия 14

-Ну что ты совсем ничего не ешь?
Поешь хоть что-нибудь, весь день
ничего не ела.
Ты стесняешься, что ли?
-Нет, я не стесняюсь.
-Поешь-поешь.
-Не очень хочется.
-Я рад тебя видеть.
Я ждал.
Я звонил в твою школу.
-Да? И что же тебе там сказали?
-Сказали, что ты вертихвостка.
Подожди.
-Я хочу уйти.
-Миш, там к тебе какой-то парень.
-Ре, ре... Ре, ми, до.
-Давай-ка ты поешь.
-Мы... кажется, виделись?
-Да, виделись. В деревне.
Таня здесь?
-Здесь!
-Я за тобой.
-Это с какой стати?
-Тебя ищут.
-Кто?
-Брат твой. Или родственник.
Я не знаю.
-Учись врать. Скажи этому олуху,
чтобы не приближался ко мне.
Все, иди. Пока.
-Не, ну правду говорю.
-Я тебе сказала. Все, не лезь!
Пока!
-А если он не врет?
-А ты меня выгоняешь?
-Ничего я тебя не выгоняю.
-Привет.
Тебе.
С праздником!
-Кто это? Может, он нас подвезет?
-Не надо его просить.
-А кто он?
-Наш брат.
-Маша!
-У нас с тобой Мишка брат и Витька.
Мне мама так сказала.
-Я не так рассказывала.
-Я всё равно поняла.
-Так, а ну, брысь отсюда!
-Может, отпразднуем вместе?
Вдвоем.
Согласен. Был неправ.
Больше не повторится, обещаю.
-Я никогда к тебе больше
не вернусь. Понятно? И не лезь!
-Таня!..
-То есть он мой брат?
-Да нет, он пасынок Ивана,
сын его новой жены.
А Машка моя... Даже не знаю,
как это объяснить. В общем,
путанно у нас тут все,
перепутано.
-Хочешь, распишемся?
Помнишь, ты хотела.
Ладно, я согласен.
-А я - нет.
-На культурных тебя потянуло, да?
Так вот, знай: я и тебя, и этого
цуцика прикончу! Он у меня
давно в печенках сидит.
-Отпусти меня!
-Десять минут даю тебе на сборы!
Не явишься - на себя пеняй.
-Да... недолго музыка играла,
недолго фраер танцевал.
-Чо ты сказал?
-Ничего, молчу.
Нормально.
-Мишенька, а налей мне
вина, пожалуйста.
-Спасибо большое за гостеприимство,
но нам пора ехать к отцу.
-Как это? Прямо сейчас? Мы же
только чай собрались пить.
Вы подождите хоть до утра.
-В самом деле, как вы поедете?
Автобусы не ходят уже -
праздник сегодня.
Давайте утром уедем. Мне, правда,
в институт нужно, но я потом
вас отвезу.
-Зачем же нам отвлекать
тебя от института? У нас есть
адрес, и мы сами доедем как-нибудь.
Да, Маша?
-Ну да. Я очень долго ждала,
и хочется побыстрее.
Так что мы поедем.
-Как вы доедете?
-Пусть их Витька отвезет.
-Маша!
-Ну да, действительно.
Я тогда попробую с ним поговорить.
Здравствуйте!
-Привет.
-Говорят, ты мой брат.
-Чего?
-Ну, я приехала к твоему
отчиму - он мой отец.
-А... та самая. Наслышан.
На кой он тебе?
-Он же мой отец.
Что значит "на кой"?
-Ну-ну, культурная.
Желаю приятной встречи.
-Я смотрю, ты горячий парень, резкий.
-А что, нравятся такие?
-Нет, не нравятся, насмотрелась
на таких. Хочется обычных.
-Ну, ты мне тоже не очень нравишься.
-Ну, извини. Я думала, ты поможешь.
-Так ты попроси. Может, и помогу.
-Мне очень нужно к отцу.
Мне сказали, автобус не ходит,
нужно ждать до утра.
Я думала, ты подбросишь.
-"Подбросишь"? 90 км! У нас
тут сибирские масштабы.
-Извини.
-Ничего.
-Он отвезет.
-Это приказ?
-Нет.
Просто прошу.
-Я отвезу. Собирайтесь.
-Не шутишь? Это же 90 км!
-Хоть 190.
Молодец, смелая.
Слушай, я с тобой давно
поговорить хотел.
Как бы тебе объяснить...
-Я знаю.
Ты мой брат. И Миша,
и ты. И Маша тоже.
Я вас всех люблю.
-Да, точно, я твой брат.
Ты очень на отца похожа.
Я его помню. Знаешь,
какой он был?
Удивительный.
Маша, у меня, кроме тебя, никого нет.
-А как же твоя мама?
-Никого. Только ты.
Я сразу понял, ты же хорошая, добрая.
Поймешь, поддержишь, если надо. Да?
-Угу.
-И я тебе тоже помогу.
У тебя же есть телефон?
-Есть.
-Ну, давай я буду тебе звонить и...
звать Марию?
-Ладно. А у тебя телефона нет?
-Нет, у меня нет. Но ты,
если захочешь меня найти,
приходи в кафе "Льдинка".
-Это то, что в Парке культуры?
-Точно.
-Впопыхах как-то все.
Не по-людски.
-Что вы приуныли?
-Нет. А подлейте-ка еще мне вина,
Игорь Вячеславович. И Мишке тоже,
а то он грустный какой-то.
Ну, праздник же все-таки, да?
Гости у нас какие-то нервные.
Давайте выпьем?
-Да, действительно,
сегодня праздник. Давайте...
-Миш!
-Мам, прости. Дядя Игорь,
мне надо ехать в город.
-Зачем?
-Я договорюсь с Юркой
и утром поеду в деревню.
Мне надо провести время с сестрой.
-Миш, я с тобой. Пойдем.
-Не надо со мной никуда ехать.
Ты можешь остаться здесь.
-Я не хочу без тебя болтаться.
-Таня, я сказал, не надо
со мной ехать.
-То есть... ты меня выгоняешь?
Ты же обещал!
-Я тебе ничего не обещал!
Ты можешь понять? Ко мне приехала
девушка, которую я ждал.
Что ты здесь устроила?
-Ты... гад!
-Да...
Ох и запутался ты, парень!
МАШИНА СИГНАЛИТ
-Чо, выходим?
Дрыхнут, что ли?
Отошли куда-то.
Вот вам ключ.
Заходите, ждите.
Мне без надобности.
-Ты с нами не зайдешь?
-Нет. Незачем.
-Да, резкий ты.
Еще свидимся?
-Не уверен. Пока!
Да ё!...
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Мы едем или как?
-Поехали.
РЕБЕНОК ЗАПЛАКАЛ
-А в район ехать надо. Нельзя так
со здоровьем, Кузьма Андреевич.
Врачи там хорошие, обследуют,
подлечат маленько.
-Горько-то как! Дай запить.
-Нельзя ему.
К врачу тебе надо.
-Делать мне нечего,
по врачам бегать.
Отлежусь - и пройдет все.
Как у вас там?
-Да ничего. Успокоилась вроде.
Ребенок здоровенький,
веселый, плачет мало.
-Если что, кто мне приводите.
Я люблю с маленькими нянчиться.
-Все, пойдем. Ну, будь здоров!
-Поправляйся.
-Все, Андреич, отдыхай.
-Хорошо.
-Я с утра забегу, Андреич.
-Вы долго еще?
-Да не надо бегать,
на работу тебе надо.
Сейчас весь колхоз
на тебе, за всем следи.
-Выходной же завтра.
-Тем более. Гляди, чтобы
не упился никто, чтобы драк не было.
Два выходных - это ж... беда.
-Танцы организуем в клубе.
Культурный отдых.
-О, танцы. Танцевать все хотят.
-Может, тебе продукты какие занести?
-Не надо ничего заносить.
Иди работай, давай-давай.
КУЗЬМА АНДРЕЕВИЧ КАШЛЯЕТ
-Чего это свет горит?
Витька, что ли?
-И, небось, не один - с компанией.
-Ну и что? Пойдем поздороваемся.
Не ругайся с ним, Вань.
-Да я и не собираюсь.
-Вот и хорошо.
А если что, в бане поспим. Да?
-Ну да.
-Пойдем.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Классные девочки. Надо было
их в "Льдинку" заманить.
Подпоили бы, курнуть дали...
Плюнь ты на Танюху, найдешь себе
в десять раз лучше.
-Заткнись.
-Хорошо.
Завтра заезжать?
-Да нет, отдыхаем, отсыпаемся.
Давай.
-А я тебя ждала.
-Пойдем домой.
"Ты глядел на меня,
Ты искал меня всюду..."
-Проголодалась.
Долго ждала тебя.
-Как ты меня нашла-то?
-В "Льдинку" зашла, там сказали.
-Сволочи.
-Почему?
-Да потому, что я просил
никому не говорить.
"А за окном то дождь, то снег,
И спать пора, и никак не уснуть".
Но тебе можно.
Ты мне нужна.
-Пап, этот парень,
ну, Витька, на бандита похож.
-Есть маленько.
Ну, авось остепенится.
-Тяжело тебе с ним? Ругаетесь?
-Ругаемся, дочь.
Бывает, деремся.
Не уезжай, Маша.
-Да, я задержусь. До лета.
-Красивая ты. Как мама.
-Я скоро.
АВАНТЮРНАЯ МУЗЫКА
-Ты чо, озверел?
-Я чо просил?
-Чо?
-Я просил адрес мой
никому не давать.
-Я и не давал.
-А Танька?
-Чо - Танька-то?
Танька - исключение. Не дал бы
Таньке, ты бы меня прибил. Не так?
-Я тебе сказал, никому -
ни Таньке, ни Ваньке!
-Да понял я, понял. Чо орать-то?
-Кто-нибудь еще интересовался?
-Да нет.
-Да или нет?
-Ну, было с неделю назад.
-Кто?
-Два амбала каких-то приходили,
спрашивали, когда в "Льдинке"
бываешь.
-Сказали от кого?
-Нет.
-А ты?
-Ничего я им не говорил.
-Баран!
Ладно. Что по вчера?
-Нормально вчера.
Выходной день, народу
полно. Твоя доля.
-Покидай еще.
Еще раз повторяю, никому!
-Понятно.
Говорил тебе. Он просил
адрес никому не давать.
-Таньке можно.
-Ладно. Витька все равно не жилец.
-В смысле?
-В коромысле. "Льдинку"
у него забирают.
-А ты откуда знаешь?
-Слухи дошли. Новосибирским
ее отдают, в благодарность
за что-то.
-А мы?
-Нас обещали не трогать.
-Неужели танцы будут?
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Будут. Милости просим.
Праздник - как же без танцев.
А вы приезжие, что ли?
-Да. К Спиридонову
Ивану Васильевичу приехали.
-Уж не дочка ли?
-Угу.
-Дождался Иван Васильевич.
А я ваш сосед. Почти земляк -
из Харьковщины.
-Ну да, это земляк.
А как вам в Сибири?
-Как дома. Семьей обзавелся.
Знаете, где семья, там и родина.
-Юрьич!
-Что?
-Здрасте!
ВМЕСТЕ: Здрасте!
-Что ты?
-А? Да вот, еще это повесить надо.
-А-а.
-Юрьич, я тебя прошу,
проследи, чтобы там
не пили. А то знаю я их.
Принесут под полой втихаря,
нажрутся, а потом будет мордобой
вместо танцев.
-А ты что, не придешь?
-Нет. Не до танцулек.
-Вы такой деловой. Наверное,
большой начальник?
-Да уж. Правая рука
председателя, серьезный.
-Ну ладно, Юрьич.
-Да что ты? Тут ни прибавить
ни убавить.
-Ну тогда жену хотя бы
на танцы приведите.
Или она тоже начальница?
-Вообще-то, я не женат.
А вы кто?
-А мы в гости приехали.
-Дочка Ивана Васильевича.
-А-а. Ну, тогда милости просим.
Здрасте! Дмитрий Сергеевич.
-Надя. Очень приятно.
-Танцевать научите?
-Почему бы и нет?
-Вы только валенки наденьте,
а то я вам все ноги отдавлю.
-Ну ты даешь! "Ноги"...
-Ну хорошо, я надену.
Тогда до вечера?
-До вечера.
-Бабы - это страшная сила.
Полонит - и не заметишь.
-Меня не полонит.
-Ага, не полонит его!
Так...
-Давайте-ка обедать, Нина накрыла.
-Может, Мишу подождем?
-Ну, приедет - опять сядем.
Как погуляли?
-Осмотрелись немного. Село
хорошее. Вот, вечером на танцы.
-Ну вот и славно. Хорошо.
Давайте, девочки, ждем.
-Не приедет, нечего ждать.
-Не сердись.
-Так я и не сержусь.
На кого мне злиться, если
не на себя? Зачем я притащилась?
-Ну, я бы без тебя не доехала.
И, может, несерьезно у них там.
-Знаешь, а я могла все предугадать.
Я его нафантазировала...
...а он обычный.
"Новый день начать мы рады..."
-Товарищи, танцуем, не стесняемся.
Веселимся, товарищи!
-Ну куда ему?
"Если трудно, если надо,
Мы с тобою скажем "да".
-Главное - организовать массы.
"Будет солнце или буря..."
-Пап, пойдем танцевать? Ну пойдем!
"Будет солнце или буря,
Мы с тобою навсегда".
-А у меня есть идея.
-А?
-Давайте я вас научу, и вы будете
танцевать без страха оттоптать
Маше ноги.
Все очень просто. Медленно...
"...Ждать чего-то впереди".
Вот!
Расслабьтесь. Плечи.
Другое дело!
"Будет солнце или буря,
Мы с тобою навсегда.
...Мы с тобою скажем "да".
А вы, оказывается, заправский танцор.
И даже не догадывались об этом.
-Ну так я весь день
с балкой учился танцевать.
"Будет солнце или буря..."
-Здрасте, тетя Нина!
-Здрасте!
-А что, отец танцевать умеет?
-Ожил, идол. Вот летает прям.
-Пойдемте и мы полетаем.
-Да куда мне, ну?
-Идемте.
-Ну куда?
-Пойдемте-пойдемте.
"Будет солнце или буря,
Мы с тобою навсегда.
Будет солнце или буря,
Мы с тобою навсегда".
Хорошо-хорошо.
-Ой, господи, есть ведь
радости на свете. Я и забыла.
-Закурю?
"Ты глядел на меня,
Ты искал меня всюду..."
-Миш, поговорил бы ты с Витькой.
-О чем?
-Остепенился бы он, домой бы
приехал. Ребенок - вылитый Витька.
Семья, ребенок здоровый, работа -
куда лучше? Ну где он там,
собака, куролесит?
Заживо убивает мать родную.
-Поговорю, тетя Нина.
Как тут Маша?
-Хорошая девчонка.
У всех хорошо. Только мне одной
горе мыкать. Да Полинка вон,
ровно монашка, взаперти пропадает.
Ох, Витька-Витька...
"Я иду без тебя..."
-Привет!
-Привет!
Думала, не приедешь. А ты один?
Даму на кого оставил?
-Танцевать будем?
"А тебе шлют привет..."
-Вообще-то, у меня кавалер есть.
-Где ты сейчас?
-В Куймани. С Машей
в библиотеке работаю.
-А почему не в школе?
-Потому что я думающий человек,
а им, как выяснилось,
думающие не нужны.
Я рассказала восьмиклассникам
про Пастернака, прочитала его стихи.
И тут такой шум поднялся!
Из облоно приехали. Оказывается,
Пастернак у нас ненадежный
гражданин, отщепенец.
Вздумали требовать, чтобы я
покаялась. Разумеется, я уволилась.
-А почему в другую школу
не пойти? В той же Куймани.
-А чем другие школы лучше?
У нас все одно и то же
по одним и тем же методичкам.
-К нам надолго?
-Да хоть завтра уезжать.
Я, вообще-то, из-за Маши приехала.
Мы вместе бежали, еле вырвались.
Она хочет до весны остаться.
-И ты оставайся.
-Зачем?
Ты бабник?
Имей в виду, я с женатыми - ни-ни.
-Прекрати. Нет у меня никакой жены.
Ты же из-за меня приехала.
-Да что ты о себе думаешь?
Через всю страну с риском для жизни -
чтобы увидеть тебя?!
-Я помню наш разговор.
Особенно твои слова.
-Это были ужасные слова.
Я приехала извиниться за них.
-Прекрасные слова.
Я тебе очень за них благодарен.
-Давай, я подержу.
-Давай.
Проходите.
Да, тут, конечно, беспорядок...
Но если печку растопить,
то будет тепло и уютно.
-Я помню, мне отец рассказывал.
И про деревню, и про избу эту.
-Да, там его портрет висел.
А в углу - икона.
-Хорошая деревня, кондовая.
Прям Сибирью пахнет.
Знаете, мне тут нравится.
-Ну и хорошо. Живите здесь.
-А чего, я за.
Чтобы отца не стеснять...
А это удобно?
-Удобно.
ШАГИ
-Та-ак...
А-а, это вы. А я смотрю -
свет в окнах горит.
Думаю: дай зайду, вдруг воры.
Изба-то нежилая.
-Теперь жилая. Сюда бы свет провести.
-Протянем.
Да мы уже думали с Андреичем.
Сначала времяночку перекинем,
а потом и - оп! - столбы
поставим. Изба-то крепкая.
Даром что старая,
а так еще лет сто простоит.
-Почему у вас в колхозе
библиотеки нет?
-Чего? Зачем?
-Как - зачем?
-А-а! Библиотеки!
Не... Нужна, конечно.
Мы уже даже с Андреичем тоже...
обговаривали... Вот...
Даже эту... комнату выделили.
В клубе! Вот, точно, в клубе.
А потом все как-то и заглохло.
-Ну ты разберись. А то библиотекарь
есть, а библиотеки нет.
-Завтра же выясню.
-А учителя вам нужны?
-Учителя? С руками оторвут!
-Спасибо большое,
но я как-нибудь сама
позабочусь о своем трудоустройстве.
-Мишка... Пойдем покурим.
-Ты же не куришь.
-Пойдем-пойдем.
Слышь, Мишка... Ей сколько?
-Чего?
-Ну, сеструхе твоей сколько лет?
-19.
-Черт, молоденькая...
-А что такое?
-Да...
Колотится чо-то вот...
Жил, жил, не тужил!..
А сейчас - черт-те чо!
-Ну, так это ж хорошо.
-Да...
Чо ж хорошего?
Старый я уже, оказывается.
Мне уже 30 скоро.
Я ведь... сельхозинститут окончил.
В прошлом году, заочно.
Экономический!
Андреич обещает главным
экономистом посадить.
-Ну вот! Завидный жених.
-Слушай, парень...
Я же не шучу, понимаешь?
-Понимаю.
-Ну!
Чо думаешь? Надежда есть?
-Надежда есть.
Надежда есть всегда...
-Вить... Милый мой...
Ты куда опять? Может,
лучше в парке погуляем?
-Завтра.
-Завтра!.. Завтра...
Я домой хочу съездить.
-В деревню?
-В деревню.
-Я Федьке скажу - он тебя отвезет.
-"Тебя"? А ты?
-А чо я?
-Ну, вместе поедем, с родителями
моими познакомишься. А?
Так, подожди, ты не ответил.
Когда мы поедем?
-Что мне там делать?
Переться туда...
-Ты же обещал. Я уже маме
написала, что с женихом приеду.
-Что ты прицепилась, а?
Вот обязательно тебе жениться?
Успеем.
Сейчас вообще мода такая -
люди просто живут и не расписываются.
-Ты же обещал...
-Дуры бабы!..
Мы с тобой молодые.
Мы успеем кандалы нацепить. Ты же,
чего доброго, ребенка захочешь.
Давай для себя поживем.
-Для себя? Ну ты поживешь, да.
А я стану старой, никому не нужной,
еще с ребенком на руках! Фигушки!
-Да что ты выдумываешь, Тань?
Куда?
-Куда надо.
Все, я больше не куплюсь
на твои обещания. Подлец!
-Ты меня сейчас доведешь, Тань!
-Пусти!
-Танюш, пожалуйста...
Давай мы с тобой поговорим,
когда я домой вернусь. Давай?
-Значит так. Нам с тобой не о чем
разговаривать. Либо мы сейчас же едем
к моим родителям, либо все, чао.
-Ты условия мне не ставь.
-Пусти!
-Никогда. Не ставь.
Мне условия. Ты поняла?!
РЫДАЕТ
Домой вернусь - поговорим.
Довела.
-Привет, браток.
-Чо надо?
-Да так... поговорить.
-Так старики же договорились.
-Нам бы тоже договориться надо.
Ты нашего деда ночью из постели
поднял, в другой город потащил.
А он человек больной,
до сих пор оклематься не может.
Может, ты ему дни жизни сократил.
-Но он добрый, простил.
-Ну вот и хорошо.
Простил же. Вы-то чо приперлись?
-"Льдинка" нам твоя понравилась.
Хорошее место. Но ты его запустил.
Не умеешь работать, а взялся.
-Разберусь без сопливых.
-Не хами.
-В "Льдинке" больше не появляйся.
Тебе найдут другую работу,
и мы в расчете.
-А я не с вами, я со старшими
буду разговаривать.
-Старшие в курсе,
благословили эту сделку.
-Не было у нас такого договора.
-Повторяю: тебе найдут другую работу.
-Надо бы согласиться, парень.
За тебя же никто не вступится.
-Да хрен тебе, а не "Льдинка".
Я своих и чужих поубиваю,
а "Льдинку" не отдам.
-Резко. Но ты не решаешь, братан.
-Я решаю. "Льдинка" моя.
-А если подумать?
-Подумал. Хрен тебе.
-Слышь, что с фуфлом этим
говорить? Слышь, ты!..
-Ах ты!..
-Стой!
-Ах ты гнида! Стой!
Неугомонный, гаденыш.
Давай.
-Может, не надо?
-Сам напросился. Давай.
-Ах!..
-Бог ты мой!
-Никак мертвый!
-Сволочь.
КРИЧИТ
ЧИТАЕТ МОЛИТВУ
-Здравствуйте!
Извините, если помешал.
-Ой, Галицкий... Да...
Не-не-не, я сам! Сам, сам.
Как же этот балбес, Митька,
вас не встретил-то?
-Все в порядке, он меня встретил.
-Здравствуйте!
-Проходите, садитесь.
-Да нет уж, вы садитесь.
Я сяду. Прошу.
-Что у вас, Кузьма Андреевич?
-Чего?.. Да... убегался.
Вот, пора.
-Знаете что?
Я еду через район.
Пришлю вам доктора.
-Не-не-не...
-Ну почему?..
-Не надо никаких докторов,
не надо. Еще залечат...
Это, как говорится...
Помирать - помру,
ну а если пожить -
так спасибо скажу. Чего суетиться?
Ну что, Галицкий...
Менять меня надо.
-Кузьма Андреевич!..
-Никудышный я работник.
Я... помеха делу.
Вот вы мне скажите...
Комплекс строить надо? Надо.
Хозяйство перепрофилировать
надо? Надо.
А я уже не тот. Мозги
не те, по-другому устроены.
А надо, чтобы молодые.
И вот еще что хочу сказать, Галицкий.
Вовремя надо уходить
и не держаться за свою табуретку.
А то в спину будут говорить:
"Вон, из ума выжил, а все руководит".
Вот так.
-Ну, и кто же на ваше место?
-О-о! Есть у меня кадр.
Ну, вам, конечно, решать,
выбирайте и решайте сами.
-Что за кандидат?
-Митька. Дмитрий Сергеевич. Да.
Ну, он... это как моя тень.
10 лет... так сказать,
с утра до утра.
Ну, и так... с виду он парень такой,
балабол. А на самом деле и с головой,
и с сердцем. До работы въедлив.
Ну и строгий, спуску никому не даст.
-Подумаю.
Вам сколько лет, Кузьма Андреич?
Забыли?
-Да нет, это...
Значит так... Скоро шестьдесят...
Шестьдесят третий!
-Ну вот, а мне 44.
А вы мне все "вы", "вы"...
Давайте уже на "ты",
мне будет приятно.
-Давайте. Давайте...
Игорь... Вячеславович.
-Я все-таки пришлю вам доктора.
После обеда приедет. Хорошо?
-Пришлешь - не выгонять же...
Приедет так приедет.
Спасибо вам...
дружище.


Серия 15

-А я сегодня в район с утра позвонил.
Они не против, наоборот,
даже обрадовались. "Давно пора", -
говорят. Так что скоро нам и книги
пришлют, и методички, и стенды.
А вам только останется в район
съездить, оформиться там, все такое.
Так что как будет свободное время,
отвезу.
-Ну что?
-Ну, я... готова.
До лета точно, а там...
-А там и не отпустим.
-Проходите.
-Ну что? Это ж клад настоящий -
библиотекарь.
Вот. Какие-то книги
Кузьма Андреич собирал.
-Я сейчас в город поеду
и вернусь под Новый год.
Как раз привезу тебе ребят-поэтов
с нашего филологического.
-Я буду ждать.
-Мам, пока папы нет, съездим в город?
-Зачем?
-Мне надо.
-Что значит "надо"?
-В "Льдинку" заедем?
-Куда?
-Ресторан такой.
-Что это за новости?
Тебе это зачем в ресторан?
-Я же знаю, что что-то случилось.
Он обещал позвонить и не позвонил.
-Кто тебе обещал позвонить?
-Да Витька, брат мой.
-Ой, Машка, зря я тебе сказала.
Не надо тебе с ним видеться.
У него своя жизнь, ему не до тебя.
-Почему вы его так не любите?
Он велел приехать, если надо будет.
-А нам не надо. Он, небось,
по стране мотается, дела свои делает.
Сделает - объявится. А ты, Маша,
перестань о нем думать и держись
от него подальше, он опасный человек.
-Я дорезала. Я могу пойти погулять?
-Это ты, по-твоему, дорезала?
Ладно, я сама дорежу. Иди.
И Олега с собой возьми,
а я по делам пока съезжу.
-Ого! Откуда?
-Сэкономила.
-Дай вот эти.
-Половину.
Тут еще на мороженку хватит.
-Вот бы в город сейчас...
-Так поехали.
-С мамой?
-Нет, мама не хочет.
Поедешь со мной?
-Да. А как?
-А чего там? Вон автобусная
остановка. Детям бесплатно. Сядем
и доедем. Прямо до центра парка.
А там мороженое и газировка.
-Поехали!
А мороженое?
-Потом, сказала.
Здравствуйте. Я вас помню.
Вы к нам на красивой машине
с моим братом Витей приезжали.
-На дачу?
-Да. Вы его здесь не видели?
-Его здесь нет.
-А где он?
-Уехал.
-Далеко?
-Он вроде совсем уехал, навсегда.
-Он обещал мне позвонить.
Вы мне врете?
-Зачем мне врать тебе?
Тебя кто прислал?
-Никто, я сама. Дайте мне адрес
Витьки, я ему письмо напишу.
-Галицкая?
-Я сама по себе.
-Короче, так и передай своим
родственникам: мы не знаем.
Уехал твой братец, а куда -
нам не докладывался.
-Идем.
-Галицкий... Это тот самый?
-Да, вроде.
Мы с Витькой на дачу к нему ездили.
-Ничего себе связи!
-Ничего не отвечай, не оборачивайся.
Если остановит, не говори, что мы
Галицкие.
-Почему?
-Папа же начальник.
-Дети, стоять!
Стоять, говорю!
-А вдруг расследование начнут?
-Да ну! Не нужен им Витька.
Не знались они с ним.
-Не знались... Очнется -
начнут копать.
-Не очнется. Может, нет его уже.
-Пять часов, пять часов вас не было!
Мать весь поселок обегала, даже
соседнее село! О чем вы думали?
-Мы больше не будем.
-Мне... надо было.
-Во-первых, вы должны дать мне слово,
что такого больше не повторится.
-Да, пап.
-Да.
-Во-вторых, Маша, ты должна знать,
что мы с мамой тебя понимаем.
Он твой брат, и ты о нем заботишься,
и это хорошо. Но твой брат, он...
непростой человек. Он нигде
не учится, нигде не работает,
он занимается чем-то очень непонятным
и странным. Сейчас он может быть
в тюрьме или вообще
уехал куда-то далеко.
-Он бы мне позвонил. Я знаю, пап.
-Хорошо, давай договоримся. Я всё
сам о нем выясню и тебе скажу.
Ты слышишь? Но ты никаких шагов
без меня предпринимать не будешь.
Тебе это ясно?
-Да.
-В свою комнату, оба!
-Выпороть бы их.
-Будем надеяться, что они поняли.
-Зря ты...
зря огрызался. Что толку дергаться
было? "Льдинку" все равно забрали бы.
-Повоюем.
-Угу. Ты отвоевался.
Тебе бы встать.
-Я встану.
Дождись только.
-Вить, ты, конечно, извини меня...
Я больше не приду.
-Другой?
-Да какая разница?
Я не героиня, чтобы с инвалидом жить.
Мне 20 лет. Заживо закопать себя?
Извини. Ты сам все понимаешь.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
ИСТОШНЫЙ КРИК
-В чем дело?
-Когда я встану?
-Да пусти ты!
-Скажи, когда я встану?
-Пусти!
Что ты у меня спрашиваешь?
У врачей спрашивай. А пока терпи.
Люди спят, а ты орешь.
Сейчас обезболивание принесу.
-Ковылин Виктор Сергеевич. Никакой
информации в милиции на него нет.
Ни в больницы, ни в морги
не поступал. Все, что у меня есть.
Помоги по старой дружбе. Не хочу
подключать официально милицию
к этому делу.
-Ну понятно.
Поговорю с теми, кто "на земле"
работает, они больше знают.
Может, что и подскажут.
А где, говоришь, он ошивался?
-"Льдинка". Помнишь, ты еще
Мишку из милиции вытаскивал?
-Помню, помню.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да, Анна Валентиновна!
-Разрешите?
-Проходите.
Вы просили узнать. На завтра
в Рогозихе назначены перевыборы
нового председателя.
Предложена кандидатура
Дмитрия Сергеевича Плужникова
на утверждение крайкома.
Какие будут распоряжения?
-Мы его поддержим, а там пусть
коллектив решает.
"Когда б на сердце не кручина,
Тогда бы слез я не знала.
В краю далеком мой ясный сокол..."
-Все! Избрали, Кузьма Андреевич.
-Хорошо.
-Единогласно. Чо делать-то?
-Как - чо? Работать.
Теперь любая беда в деревне -
это твоя беда. Да.
А у кого резь в животе,
то это твоя боль.
А деревенская гулянка -
это твоя бессонная ночь.
И праздники у тебя будут только
тогда, когда у народа праздник.
Жителей теперь у тебя
в селе нет - все родственники.
-Ага.
-Есть хорошие,
ну а есть непутевые.
А ты за всех в ответе.
Ну ничего, ты сдюжишь.
На-ка, подержи.
Тут это...
Вот, теперь это твои.
Давай, рули!
-Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич!
-Здрасте!
-Поздравляем!
-Поздравляем вас!
-Спасибо.
Васька, значит так. Пошли машину
в город, пускай там лекарства купят
и продукты для Андреича.
-Есть, Дмитрий Сергеевич!
-Е-мое... Во попал.
ХОРОМ:"По дороге неровной,
по тракту ли,
Все равно нам с тобой по пути.
Прокати нас, Петруша, на тракторе,
До околицы нас прокати.
Прокати нас, Петруша, на тракторе,
До околицы нас прокати.
Прокати нас до речки, до реченьки,
Где горят серебром тополя.
Запевайте-ка, девушки, песенки
Про коммуну, про наши поля.
Запевайте-ка, девушки, песенки
Про коммуну, про наши поля".
-О, здравствуйте,
товарищ председатель!
-Здрасте!
-Вы как раз к столу. Проходите.
-Здрасте!
Выбрали вот.
-Поздравляю. К нам, наверное,
теперь уже не зайдете.
-Почему?
-Начальник, дел много.
-Да ладно, бросьте.
Вообще, я только на минутку.
Просто увидел - свет в окнах горит,
думаю, дай зайду.
-Да что ж вы стоите-то?
-Ну раз такое дело, давайте отметим.
-Елки-палки, а я и не подумал!
Сейчас сбегаю выпить
что-нибудь найду.
-Да куда же вы! У нас все есть -
и вино, и закуска.
-Куда ж вы вскочили?
Раздевайтесь, садитесь.
-Спасибо.
-Мы как раз сейчас выпьем
за вас, Дмитрий... Простите,
не знаю вашего отчества.
-Да нет, можно просто Митька.
-Ну как это - просто Митька?
Я же для детей не просто Надя,
а Надежда Валентиновна.
И вы для нас - Дмитрий...
-Сергеевич.
Но для вас все-таки
лучше просто Митька.
Я ведь это, не просто так зашел.
Думаю, дай все дела одним махом
сделаю, вытащу занозу из сердца.
А то ведь с занозой какая работа?
-Ну вы нас заинтриговали.
-Я знаю, не имею права
даже думать, мечтать...
Короче, Марья, я к тебе
с открытой душой.
Откажешь, я больше никогда
не подойду, клянусь,
больше слова не скажу... Все.
-Вот так новость!
Так что же это получается, Дмитрий
Сергеевич, вы предложение делаете?
-Получается, так.
Извиняюсь.
-Подождите. А как же признания,
ухаживания, свидания,
в конце концов?
-Я согласна.
-Как это?
-Я согласна, Мить.
-Маш, подожди. Ну нельзя же так.
Скажи, что подумаешь.
-Я давно все поняла.
Выпендриваться зачем? Я не умею.
-Так... как же так?
Это правда, Маша?
Маш, я это... Что теперь делать-то?
А свадьба когда?
-Надо у отца благословение попросить.
И я маме напишу, она приедет.
Думаю, весной.
-У отца?
У отца - это я сейчас.
-Ой, ну куда же вы?
Куда же вы голодный?
-Да какой голодный?! Маша, да я...
Да я горы сверну!
-Ой, Машка!..
-Дядь Вань!
Здорово, дядь Вань.
-Здорово. Чо случилось?
-Она согласна.
-Кто?
-Согласна, дядь Вань...
-Да говори толком! Кто?
-Весной свадьба.
Да Машка твоя согласна.
Ты ведь... Ты ведь благословишь,
дядь Вань, а? Я это...
Я на коленях просить буду!
Благослови, дядь Вань!
-Митька... Это я перед тобой
на коленях должен...
Ведь если она за тебя выйдет,
она же здесь останется.
Спасибо тебе...
-Спасибо, дядь Вань!
Мы еще это... с Машкой вместе зайдем.
-Ну, беги.
-Вместе...
-Да беги ты, черт!
-Спасибо, дядь Вань!
-Красивая.
-Знаю. Нравится?
-Да. Я тебе лучше подарю.
-Правда?
-Да.
-Я люблю сережки.
-Здравствуйте.
-Полно же мест, дяденька.
И вообще, это молодежное кафе.
-Угу.
-Ветераны... в парке Победы.
-Собираются.
-Нужно поговорить.
-О чем? Вы кто?
-Я? Взрослый дяденька.
И дяденька хочет кое-что обсудить.
С красивой, надеюсь, умной девушкой.
ТИХО: Это мент, я его знаю.
-Чо ему надо?
-Унюхал что-то.
-Мне нужен Виктор.
-А я тут при чем?
-Я думаю, ты знаешь, где он.
-Я ему что, нянька, что ли?
-Да больше, чем нянька.
Ты же ему невеста.
-Невеста...
-Да.
-Да нужен мне жених такой!
Руки свои распускает.
-Короче, где он?
-Я же вам сказала - не знаю.
И не лезьте. Вы вообще кто?
-Главное, что я знаю, кто ты.
С кем общаешься,
где время проводишь.
Вот думаю: сообщить
твоим родителям или нет?
Папенька, небось, не обрадуется.
-Да никакая я ему не невеста.
Мы так, дружили просто.
-Ну?
-В первой городской он.
-Умница.
-Ты на Новый год не остаешься?
-Нет, в деревню поеду.
Там Надя, Маша...
Филологов им повезу.
-Кого?
-Ну, ребят из университета, поэтов.
Наде обещал. Так...
Родители!..
-Ах!..
-Это чайный сервиз на две особы.
Гэдээровский.
Три часа в очереди отстоял.
-Мишка, ну зачем же ты потратился?
-Ну потому что.
Потому что вы родители.
Потому что я вас люблю и уважаю.
Будете чай пить и обо мне думать.
С Новым годом.
-Спасибо тебе.
-Так, малышня,
для вас тоже кое-что есть!
МАЛЫШНЯ ХОРОМ: Ура!
-Так, вначале поесть.
-Все, я побежал.
-Пока!
-Как?..
-Пока!
-Девчонкам привет передавай.
-Береги себя.
-Все. С Новым годом!
-Ты хоть бутерброды в дорогу возьми!
-Да не переживай, мам,
девочки что-нибудь сделают!
ЧИТАЕТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
-Вот здесь ошибка.
ХОРОМ:Когда на свет студент родился,
То разошлися небеса!
Оттуда выпала бутылка
И раздалися голоса:
"По рюмочке, по маленькой,
Налей, налей, налей!
По рюмочке, по маленькой,
Чем поят лошадей!"
"А я не пью!" - "Врешь! Пьешь!" -
"Eй-богу, нет!" - "А бога нет!"
Так наливай, студент, студентке,
Студентки тоже пьют вино.
Непьющие студентки редки,
Они все вымерли давно.
-Все, пришли.
Что, товарищи, заходите.
-Спасибо.
-Аккуратно, аккуратно...
Здравствуйте.
-Здравствуйте! Проходите сюда.
-Аккуратно, аккуратно.
-Так, несите сумки.
-Здрасте...
-А что, елку как? Вот так, да?
-Оп, давай-давай...
-Возьми, пожалуйста.
-Осторожней.
-Аккуратненько.
-Так, беру. Пошли.
-Давай.
-Привет...
-Тихо, тихо.
-Я на минутку отойду.
Вы пока елку устанавливайте.
-Ломаем?
-Да не, нормально.
-Не выпускайте тепло!
НАПЕВАЕТ ПО-УКРАИНСКИ
-Здрасте.
-О!
-Какие люди. Проходи, Мишка.
Как раз к пельмешкам.
-Я только на минутку -
поздороваться. Здравствуй, Поль.
-Спасибо.
-Поздравить хотел.
-И тебя с праздником.
Товарищу Галицкому от нас поклон.
-Я ребят привез, студентов.
Заходи вечером.
-Зайду. Спасибо.
-Конечно! С молодежью-то лучше.
Чего с нами сидеть?
-Ладно, побегу я.
Все. До свидания! С праздником!
-Ага.
-И пусть нам шумное веселье
И пышный ужин за столом
Сулят желудков несваренье
И головную боль потом!
Ну а пока - к чертям недуги,
Им не сломить сегодня нас.
Всех расцелуй скорей в округе,
Как будто бы в последний раз.
-Браво!
-Спасибо.
-Ой, ребята, как здорово,
что вы приехали!
Если бы не каникулы,
я бы вас к своим ученикам привела.
-Так мы приедем, только свистни!
Послушай.
Еду, еду, а следа нету!
Вырастаю - а складу нету.
И берет меня мама за руку,
И ведет меня мама за реку,
И когда я был мальчиком маленьким,
Думал все, что не буду стареньким.
-Здрасте, товарищи.
-О-о!
-Митька пришел!
-А я вам вот проигрыватель
принес из клуба.
-Будут танцы!
-А что сидим? До Нового года всего
ничего. Давайте, наливайте, ну!
-Эх, Новый год - разгульный праздник,
Да разыграется же он,
Беспечный озорник, проказник,
Что в зиму лютую влюблен!
Он возвеличивает время
Всем громогласным торжеством
И жизни будничное время
Преображает волшебством.
ОТКРЫВАЕТСЯ ШАМПАНСКОЕ
ДЕВУШКИ ВИЗЖАТ
...И бой курантов нам пророчит,
Что чьи-то сбудутся мечты!
-Ура!
-С Новым годом!
-С Новым годом, с Новым годом!
-Пойдем танцевать?
-Я сегодня забегался, сейчас упаду.
-Ты что, пенсионер?
-Посторонись!
-Ну ты подлец, Мишка. Такую
красотку от меня скрывал.
Привет. Меня Юра зовут.
-Полина.
-Давай потанцуем?
-Можно.
-Им легко запомнить будет.
-Кому?
-Нашим детям. Они будут рассказывать
своим детям, что их папа сделал
предложение их маме
1 января 1965 года.
-Красиво. А дальше что было?
-Дальше... мама так разволновалась,
что чуть не потеряла сознание,
но папа ее, конечно, подхватил.
А потом они долго целовались
на ядреном сибирском морозе.
-Ну пошли.
ИГРАЕТ МУЗЫКА
-Ну что, ты согласна?
-Какой же ты дурак, Галицкий.
Думаешь, ради чего
я ехала через полстраны?
-Учишься где-то?
-Да нет, дома сижу.
-А чо так?
-А я брошенка.
-Чего?
-Брошенка. Меня парень бросил,
обрюхатил и сбежал.
-Ну и шутки у тебя.
-Я не шучу. У меня
ребенку три месяца.
Все, передумал за мной ухаживать?
-Какая разница? Ребенок так
ребенок.
-А, ну тогда делай мне предложение.
-Я же просто...
-"Просто" у меня уже было.
Теперь хочу чего-нибудь
посложнее. Ладно,
ребенка пора кормить.
-Стой! Подожди!
Подожди ты, я ж тебе говорю!
Ты чего, психанула, что ли?
-Да нет. Слушай, ты хороший парень.
Не ходи за мной больше.
-Да ладно, почему?
-Потому что я дура.
Ждать не надо, а я жду.
-Подожди, куда ты?
-Я же сказала - ребенка кормить!
"Если трудно, если надо,
Мы с тобою скажем "да".
Будет солнце или буря,
Мы с тобою навсегда".
-Слушай, а твой что, опьянел, что ли?
-Да нет. Он спит при любой
возможности теперь,
забегался за день. Он местный
председатель.
-Ого!
-Так теперь выглядит председатель?
Ну ничего, стильно.
Я думал, что все председатели
толстые, старые и табак нюхают.
-Ой... Не мешай...
-Можно хоть из пушек палить,
не проснется.
"Мне всегда искать чего-то,
Ждать чего-то впереди".
-С Новым годом!
СМЕЮТСЯ
-Иди сюда!
-В общем, она мне сказала,
что в первой городской он.
Весь переломанный. Ну а дальше уже
дело техники. Там в больнице трое
безымянных.
-Что за безымянные?
-Либо память потеряли,
либо не хотят себя называть.
В общем, по приметам, судя по всему,
тот переломанный и есть тот самый
Ковылин.
-Спасибо тебе большое.
Сам понимаешь,
дело деликатное.
-Свои же его и покалечили.
Бандит, он и есть бандит. Развелось
этой мрази.
-Пап! Почему вы его так не любите?
-О чем ты говоришь?
-Помоги ему.
-Тихо, тихо. Я попытаюсь ему помочь,
правда. Тихо, не плачь.
Ты что? Тихо.
Привет, труженик.
-Здрасте, дядя Игорь.
Какими судьбами?
-Ты не звонишь, не навещаешь.
Мы с мамой волнуемся.
Держи, передала тебе.
-О, спасибо!
-Как дела?
-Да нормально. Учусь, работаю.
-Ты про Виктора ничего не слышал?
-Нет. А что случилось?
-Там, говорят, драка какая-то была.
Из окна его выкинули. Лежит в первой
городской весь переломанный.
Машка волнуется, плачет все время.
Ты съезди в больницу, навести его.
Это, получается, наше семейное дело.
-Да, конечно, съезжу.
-Да...
-Говорит, что не помнит.
Ни как зовут, ничего.
Полагаю, притворяется. Некоторые
проблемные товарищи так себя ведут.
-Я могу посмотреть?
-Конечно. Вот его палата.
Пожалуйста, проходите.
Ну что, спит?
-Пришлось снотворное вколоть.
-Почему?
-Буянить начал. Ему вообще шевелиться
нельзя, а тут...
-Следите за ним.
-Что с ним случилось?
-Упал с четвертого этажа.
-Упал?
-Может, сам. Может, помогли.
Дело следствия.
-Травма серьезная?
-Мягко говоря. Руки, ноги -
не в счет. Он позвоночник повредил -
вот в чем беда. Мы сделали,
что могли, но...
А кто он?
-Просто знакомый.
-Ну пойдемте.
-Что с ним будет, доктор?
-Не думаю, что сможет ходить.
-Вы уверены?
-Увы.
-Скажите, к нему, может,
кто-нибудь приходил?
Ну, родственники.
-Нет, вроде никого не было.
Хотя...
Приходила какая-то девушка один раз.
Уж не знаю, о чем они говорили,
но потом ему успокоительное
пришлось колоть.
-Я могу с ним пообщаться?
-Сейчас уже поздно. Давайте завтра.
-Хорошо. Спасибо вам.
-Пожалуйста.
-Да, доигрался... Из окна упал?
-Я думаю, ему помогли.
Съезжу завтра в больницу
и попробую расспросить.
-Маше расскажи все как есть,
только не пускай ее к нему -
видеть искалеченного
человека ей ни к чему.
-А как ее удержишь? Ты же
знаешь ее характер.
-Пойдем спать.
-Каждое утро читаю ваши отчеты,
бодрые и позитивные.
Убийств нет, махинации редки.
Все больше пьяные мужики дерутся
и жен своих бьют. У меня есть
подозрения, что не все есть
в ваших отчетах. Раньше весь город
говорил о молодежных бандах,
а теперь что, их нет?
Они что, испарились, что ли?
Почему здесь об этом ни слова?
Антон Иванович, что вы молчите?
-Ну...
Этой проблемой занимается
Кирилл Федорович.
Он у нас человек опытный, имеет
благодарности от начальства,
он обещал искоренить
бытовой бандитизм.
-Ну? Искоренили?
-Речь не идет о полном искоренении,
но большинство банд либо
обезглавлены, либо ликвидированы.
Есть отдельные драчуны, группки,
но мы не даем им развернуться.
-Знаете, что я думаю?
Бандиты никуда не исчезли, они
просто переоделись, постриглись
и выглядят как хорошие граждане.
И нанимают этих граждан
солидные люди в дорогих костюмах.
Я это все понимаю - у людей появились
деньги. В магазинах,
где фиксированные цены,
появился дефицит.
И сразу же появились мошенники.
Вот мясо, например. Перед тем
как взвешивают, размораживают.
Так по документам больше. Все,
что больше, - это неучтенка,
ее сразу везут на рынок,
продают, печати срезают.
Это ведь тонны мяса!
Почему здесь об этом ни слова?
И занимается этим не один,
не два человека, а целая банда.
Вы что, об этом не знаете?
Если не знаете,
значит, вы непрофессионалы.
А если знаете
и покрываете, значит, вы
соучастники преступлений.
Наконец, наркотики.
Об этом кричать надо.
Почему здесь об этом ни слова?
Вам что, дать адреса злачных мест?
Вы их что, не знаете? А я знаю.
В общем, будет большая проверка
по линии вашего министерства.
Весной приедет комиссия из Москвы.
По итогам комиссии будут сделаны
серьезные выводы.
Совещание окончено.
Больше никого не задерживаю.
-Давай хотя бы ложечку.
-Ну что, юноша?
-Я встану?
-Не вдруг. Скоро не получится.
-Значит, не встану.
-Побольше общения.
К вам, кстати, пришли.
И это очень хорошо.
-Что? Кто пришел?
-Родные, полагаю.
-Парни?! Я же просил не пускать!
-Не надо волноваться.
Это не парни, это родственники.
-Нету у меня никого!
-Двигаться нельзя.
-Я просил не пускать!
-Тихо.
-Здравствуйте.
-Маша, ты откуда?
-Нашла.
Сказал, позвонишь,
и не позвонил.
-Машка...
Ну я, видишь, тут...
-Вижу.
Ты упал?
-Упал.
Плохо мне, сестренка.
-Потерпи - и пройдет.
-Хотелось бы, но не очень верится.
-Пройдет, вот увидишь.
Я за тобой буду ухаживать, а потом
следить, чтобы ты опять не упал.
Мы тебе фруктов и пирогов принесли.
-А с кем ты?
-Мам!
-Здравствуй, Вить.
А мы тебе пирожков принесли.
Потом поешь. Мы с Машкой сами пекли.
Еще яблоки достали, апельсины.
-Ел когда-нибудь апельсины?
Так вкусно!
-Врачи-то что говорят?
-Лечат.
-Тебе уколы делают?
Как все сделают, приедешь к нам?
Да, мам?
-Конечно.
-Дома-то удобнее.
-Витя, думаю, сам решит.
Мать-то знает?
-Не надо ей знать.
Я оклемаюсь, сам заеду.
Я уж вон... в прошлый раз
с ними попрощался.
-Ладно, сами разберетесь.
Пойдем, Маша. Вите покой нужен.
-Я к тебе приду. Соскучишься -
проси, чтобы мне позвонили.
Я обязательно приеду.
-Пойдем.
Поправляйся.
-Дядя Игорь сейчас договаривается.
Есть клиника в Омске, они занимаются
такими травмами. Есть шанс,
что ты встанешь.
Вить...
Кто это сделал?
Как можно найти?
-Не лезь ко мне, понял?
Моя проблема. Не надо пользоваться
тем, что я не могу встать и дать
сдачи.
-Прости.
-Погоди.
Помоги, а.
-Конечно. Говори.
-Достань яду.
Пожалуйста. Ты же понимаешь...
-Вить...
Ты прекрасно знаешь,
что я этого не сделаю.
-Ну и иди к черту.
Пошел вон!
-Теть Нин, отойдем, разговор есть.
Настасья звонила.
Ты только не пугайся.
С Витькой что-то.
-Что?
-В больнице он, тяжелый.
Теть Нин, я машину предоставлю.
Привезет, отвезет. Скажи,
когда поедешь.
-Сейчас поеду.
Сынок!
Сынок!
Главное, живой.
Живой!
Мы выходим тебя, вылечим.
Главное, что ты живой.
-Нечего со мной сидеть.
Не ребенок.
Дома хозяйка нужна.
-Есть дома хозяйка.
-Дочь его, что ли?
-Да. Славная девушка, она за избой
присмотрит, за отцом присмотрит.
-Что?
Рад?
Мечтал же, чтобы я
парализованный лежал.
Ну вот, на.
-Не надо так, сынок.
Сгоряча он.
Переживает.
Мы каждый день вспоминали.
-Не держи зла.
С Серегой, отцом твоим, когда
на войну уходили, договорились так:
меня убьют - он о моих
заботиться будет...
его убьют - я о его.
Ты прости меня, сынок.
Плохо я заботился о тебе.
Прости.
Мы тут с матерью...
помидоры, капуста...
-Все, иди.
Иди. Видишь, устал? Я с ним посижу.
Дверь закрой. Дверь!
-В окно эти молодые придурки
его швырнули. Он выжил.
Я ж тебе говорил.
-И что?
-Выяснилось, что у него
прямой выход на Галицкого.
Чуть ли не родственники.
-Вот, значит, как.
-Что?
-Видимо, говорить начал.
Галицкий вчера всех вызвал,
разгон устроил.
Долго говорил про мясокомбинат,
про дурман...
Сказал, что проверка будет
по линии министерства.
Пусть проверяют.
Паренек этот... Как его?
-Виктор.
-Он ведь не знает, кто ты.
-Я для него дядя Веня.
-Что-то мне не по себе.
Копать начнут.
-А ты для чего?
Возглавь копание -
не докопаются.
Министерская, говоришь, комиссия.
-Да, министерская.
Хорошо.
Паренька ни в коем случае не трогать.
Это может быть опасно.
-Угу.
-А там посмотрим.


Серия 16

-Они в Африке растут. В Африке
их рвут и отправляют в Москву.
А из Москвы - немного к нам.
-Вкусно.
Хорошая ты, Маша!
-Ну что, юноша, готовьтесь,
завтра едем.
-Куда?
-Лечиться. Папа договорился.
Знаешь, как он старался?
Даже в саму Москву звонил!
-Повезло вам, молодой человек.
И сестричка у вас золото,
и мама. Она говорила,
что хочет с вами поехать.
-А мне можно с ним?
-Тебе - нельзя.
Тетя Нина поедет.
-Эй!..
-А там есть телефон?
-Конечно.
-Я буду тебе каждый день звонить!
-Завидую. Огромная любящая
семья у вас, молодой человек.
-Пойдем.
-Давай, пока, Машка.
-Мы с мамой к тебе утром заедем.
А ты не вздумай грустить.
-Машка!
Нам с Мишкой посекретничать надо.
-Угу. Понятно.
Пока.
-Давай.
Просьба есть. Зайдешь в "Льдинку",
там за сценой с левой стороны
есть ниша. Руку засунешь туда,
пошарь ей, там будет сверток.
Возьмешь его...
-В свертке что?
-Тебе какая разница?
Просто возьми, и всё, я потом заберу.
Если не заберу, ты его просто отдай.
-Кому?
-Кому-кому?
Полине.
-Понял. Сделаю.
-Спасибо.
-С чего так? Денег много?
-Там коктейли хорошие.
Пробовал когда-нибудь?
-Смеешься? Слышал только.
-Ну вот и попробуешь.
-М-м-м!..
Вкуснотища!
Старик, а ты в деревню собираешься?
-Ну да. А что?
-Я с тобой.
-Зачем?
-Ну ты чего?
Поля.
Слушай... а у нее правда
ребенок есть?
-Правда, Юр.
-Наверное, от этого
деревенского придурка?
-Нет. Одноклассник, молодой,
модный, красивый.
-Ты, что ли?
-Иди ты!
-Знаешь... все-таки
какая-то она особенная.
Вот глаза ее эти... Я как глаза
увидел, так обалдел сразу.
-Что, опять жениться будешь?
-Съездить к ней надо.
Поехали прям сейчас, а?
-Ага... Коктейль пей.
Я сейчас.
-Я тебе такое дело предлагаю,
а ты мне - коктейль.
Поля, Поля, Полечка,
Побудь со мной хоть столечко.
Ни фига себе!
Это откуда у тебя?
-Откуда надо. Пойдем.
-Подожди, а коктейль?
-Я не хочу, пошли.
-Здрасте!
Здрасте-здрасте!
-Рай, гляди-ка!
-Доброе утро, красавицы!
-Доброе!
-О, явился! А вчера где был, а?
-А я, между прочим, Раиса,
перед тобой отчитываться
не обязан. Не мог!
-А Андрей всегда мог.
Чуть что - он сразу здесь.
Вчера Зорька еле отелилась.
-В район ездил по вашим,
между прочим, делам.
-Ну?
-Доложу я вам, бабоньки, решение
принято - летом начинаем строить
новый комплекс по последнему,
так сказать, слову.
В белых халатах, в туфельках
работать будете.
Полная механизация.
-Рай, это значит, коровы навоз
перестанут производить.
-Нет, они в кусты будут бегать
опорожняться.
-Раскудахтались! Давайте работайте,
а то вам лишь бы языком чесать.
Почему не убрано?
-Не успела.
-А вот это вот успеваешь.
-Ай!
-Давайте-давайте!
-Вырастили, а!
-На свою голову.
-Угу.
-Председатель.
-Здрасте!
-Привет!
-Привет, Дмитрий Сергеевич!
-Здравствуй, Мария!
Здорово, дядя Ваня!
-Здорово, Митя!
-А это чо такое?
-Да вот помост для коляски.
Нина письмо прислала...
Витька ходить не будет.
-Н-да...
-Но на коляске инвалидной сможет.
Это чтобы в избу заезжал.
-Давай помогу.
-Помоги.
-А Машка дома?
-Вещи готовит.
-Привет.
-Привет.
КАШЛЯЕТ
-На, пап, попей.
Нельзя же так, пап!
-Что такое?
-Да не ест ничего. Вчера котлеты
сделала, он даже не притронулся.
Пап, хоть щи поешь.
-Плохо, дядя Вань.
Ну ничего, сейчас доделаю -
вместе пообедаем. Да, дядя Вань?
Ты чо, дядя Вань?..
-Пап...
Пап!
-Дядя Вань!
-Ему плохо, Мить.
-Врача... Я быстро!
-Папа!
-Вот, будете это пить.
Если станет хуже,
вызывайте скорую.
-Да нет у нас ни скорой,
ни медленной.
-Понятно... Поправляйтесь.
Ну, пойдемте.
-Ну, чего там?
-Госпитализировать бесполезно.
Можно, конечно, но бесполезно.
Полгода он, может, и протянет,
но вообще удивительно,
что тянул так долго.
С его ранами столько не живут.
Увы.
-Лекарства выпишете?
-Выписал. В райцентре купите.
-Садитесь, вас отвезут.
-Надя! Ну что, поздравляй,
перед тобой дипломированный
специалист.
-Поздравляю.
Распределение получил?
-Ну естественно. Если бы я в город
хотел - это одно дело, а в глушь -
это всегда пожалуйста.
-Ты аккуратней, а то я обижусь.
У нас не глушь, между прочим.
-О... Уже "у нас", да?
Приятно слышать.
Машка где?
-А Маша не приехала.
Она с отцом осталась.
-Как отец?
-Миш, там все очень серьезно. Раны
оказались тяжелыми. И большое чудо,
что он смог с ними жить.
Так врачи сказали. В общем...
сейчас для загса не время. Маша
с Митькой тоже перенесли на осень.
-Я понял. Ну хорошо. Витя завтра
возвращается, мы его встретим
и поедем к ним. Мама там
праздничный стол накрыла, пойдем.
-Ну что, Михаил Иванович...
-Миша - Михаил Иванович!
-Подожди. Я все правильно говорю.
Осенью ты войдешь в класс
и все тебе дружно скажут:
"Здравствуйте, Михаил Иванович!".
Я хочу тебе сказать, что я горжусь
тобой. Ты ж мог подойти ко мне,
сказать: "Дядя Игорь, я школьный
учитель, моя невеста тоже. Помоги
нам устроиться в городскую школу".
И я бы помог. В этом нет ничего
страшного.
Но вот ты поступил как тот Миша,
который всегда спасал меня и понимал.
Ты мой сын. Мой лучший друг.
Я горжусь тобой.
Счастья вам, ребята.
-Ура!
Ну что, где жить-то будете?
-Мне предлагали новую избу, но
мы решили, что дома будет лучше.
Маша к Митьке съехала,
к Дмитрию Сергеевичу. Я вот одна.
-У меня есть план, как избу
перестроить. К тому же я деду обещал
дома жить и хозяйство наладить.
-Хозяйство? А ты разве кулак?
-Нераскулаченный.
Ну а что дальше будет, посмотрим.
-Да, поглядим.
-Витя, не шибко шевелись.
-Вот здорово, ты сидишь.
-Да, сижу, сестренка.
-Ты встанешь?
-Постараемся.
-Встанешь, встанешь.
-Что он сказал? Как он?
-Да ничего. Ходит, но работать
уже не может.
-Я домой поеду. За Витькой
приглядывайте. У него
еще неделя анализов.
Так, на. Вот это.
-Да мама!
Езжай.
-Все, поехала.
-Маша, Надя, проводите тетю Нину.
-Чего?
-Давайте я вас провожу.
-Да не надо. Идите.
-Мы проводим.
-Ну все?
-Да, давай.
А что там отец?
-Болеет.
Не знаю. Съезжу - посмотрю.
-Деньги Польке отдай.
-На, сам отдашь,
как на ноги встанешь.
-Когда я встану?
Галицкому спасибо скажи.
-Помоги ему лучше.
-Я? Ему?
-Ну расскажи про этих, ну про банду.
-Банда...
Нормальные парни.
Просто как могут, так и
зарабатывают себе на похлебку.
-Да не в них дело. Кто командует ими?
-Понятия не имею.
-Ясно.
Что, как на ноги встанешь,
к ним вернешься?
-Слышь... Я тебе, конечно,
благодарен, но учить меня не надо.
Будет он тут...
-Ладно, извини.
-Есть там один.
Полковник.
-Полковник?
-Ну вроде как. Я его в форме
ни разу не видел.
-Что, он у них главный?
-Типа того. Дедок там один
и вот этот дядька.
Но кто они такие, я понятия не имею.
Возвращаться к ним я не собираюсь.
-Н-да, полковник. Интересно.
В системе МВД у нас три полковника.
Неужели один из них?
-А армия? У нас тут много
воинских частей.
-Армия вряд ли. По крайней мере,
сейчас.
Вот что. Я тебе дам фотографии.
Покажешь их Виктору. Только
аккуратно, чтобы никто не заметил.
-Понял.
-Сало я люблю.
-Митька, вот скажи ему.
-Во-первых, не Митька,
а Дмитрий Сергеевич. А во-вторых,
ты чего тут шляешься? Ты же на пашне
должен быть!
-Так это, трактор сломался.
Я не знаю, что с ним. Его бы
в ремонт надо, в эту, в зону.
-Разгильдяи первостатейные.
Ты же месяц на ремонте стоял.
-Ну стоял. А я чинил.
Трактор-то мой ровесник.
Тут чини, не чини.
Так это вчерашнее, я клянусь.
-Вчерашнее, значит, да?
-Дядя Степан, пойдем. Пойдем-пойдем.
Дмитрий Сергеевич, я разберусь.
-Так разбирайся.
Я же тебя просил меня хотя бы
пару деньков не дергать.
-Просил.
-Просил?
-Просил.
-Ну так дуй отсюда!
-Митя, если надо - ты иди.
Я тут сама разберусь.
-Да ну их. Пускай сами крутятся.
Чего я им, нянька, что ли?
Пойдем.
Сейчас приеду домой...
-Наталья!
-Чего?
-Вот, попробуйте гостинцы.
-А-а.
-Сетку ты в прошлый год в сельпо
брала. Не осталось малек окна
закрыть? А то Витьку завтра привезут.
-Не, нету.
-Ишь, растет. Мать-то где?
-В сельпо. Торгует вместо меня.
-Ой, хорошенький. Ути какой.
-Ты, Нинка, не вздумай Полину
смущать.
-Чего?
-Того. Раньше они вам не нужны были -
ни ребенок, ни Поля. Нос воротили.
А теперь крадешься.
-Когда это я нос воротила?
-Ты чего хочешь? Чтобы моя дочь
у инвалидной постели всю свою
молодость провела? Не лезьте к нам.
Авось найдется дочке муж, а ребенку
папка.
-Никуда я не крадусь. А молодые сами
разберутся.
-Разобрались уже.
Иди сюда.
Твой буян себя загубил, теперь
нас загубить хочет? Не позволю.
-Злая ты.
-Полинка все глаза выплакала,
пока твой гулянки гулял.
А теперь крадетесь.
-Следи там за ней.
-Маленькая я, что ли?
-Мы сделали все, что могли.
-Да, конечно.
-Мне очень жаль.
-Давайте я сам.
-На вот.
-Крепитесь.
-Спасибо вам большое, доктор.
До свидания.
-Надя, отведи, пожалуйста,
Машу в машину.
-Угу. Пойдем.
-Заедь к отцу.
-Да, конечно.
Мама, отдай это дяде Игорю.
-А кто это?
-Да неважно. Просто отдай.
-Ладно.
Ждите меня. Я скоро
приеду. Авось успею.
-Можно я за тебя поторгую?
-Иди-иди. Я с Сашкой посижу.
Все, иди. Пойдем посмотрим.
-Привет, батя.
-Здорово.
-Лежи-лежи. Лежи, говорю.
-Здорово.
-Ну что, приболел?
-Да. Занемог маленько.
Приехали?
-Приехали. Витьку привезли.
-А-а, это хорошо. Встанет, значит?
-Должен встать. А ты чего тут, батя?
Дома-то лучше.
-А чего? Тут свежо, хорошо.
Вон Митька видишь как
мне тут все обустроил.
-Бать, я приходить буду.
Я здесь теперь.
-Спасибо.
Я, может, еще поднимусь.
А может, и нет. Я пожил свое.
-Зачем, зачем я повстречала
Его на жизненном пути?
Зачем, зачем я повстречала
Его на жизненном пути?
-Недостатки выявлены серьезные.
И, конечно же, исправлять их будут
новые люди. При всем моем уважении
к вам, Антон Иванович, с новыми
вызовами вы не справляетесь.
Вызовы действительно новые.
Это... Растет преступность среди
молодежи. Воспитательный процесс
в студенческой, в рабочей среде
отсутствует напрочь. Хищение
госсобственности приобретает
просто фантастический размах.
Как всегда, партия вовремя обратила
наше внимание. Спасибо вам, товарищ
Галицкий. Мы все-таки надеемся, что
с новыми кадрами ваша работа пойдет
по-новому.
-А что за новые кадры?
-Вы знаете, нам не хотелось засылать
сюда варягов. Это как-то нехорошо
по отношению к вам и как-то
оскорбительно по отношению к вашим
кадрам. Мы считаем, что у вас
тоже есть честные, деловые люди.
Поэтому начальником управления
мы предлагаем выбрать Пичугина
Кирилла Федоровича.
Надеюсь, что у краевого
комитета не будет возражений.
-Разумеется, нет. Если Кирилл
Федорович сейчас, здесь, при всех
подтвердит, что он честный человек.
-Я полагаю, товарищ Галицкий, об этом
лучше спросить у моих коллег.
-Полковник Пичугин - умный,
деятельный. И в отношении честности
у нас к нему претензий нет.
-А у меня есть. Лично я и крайком
против этого назначения.
-Понятно. Но вы знаете, что кадровые
вопросы - это компетенция нашего
министерства. Нам бы не хотелось,
чтобы между управлением и партийными
органами возникло
какое-то недопонимание.
Мы прислушаемся к вам, если вы
нам дадите серьезные аргументы,
чем не устраивает вас
наша кандидатура.
-Я подумаю об аргументах.
Дайте мне неделю.
-Хорошо.
-Так вы председатель?
-Весной избрали, крайком утвердил.
-А Маша, значит, в библиотеке?
-Так точно. Ей вроде нравится.
-Угу.
-Работница, конечно, золотая.
-Да?
-Вы не поверите, у нас трактористы,
скотники читать начали.
Жюля Верна берут.
Представляете, она их
к Жюлю Верну приучила. Бабы, вон,
"Поднятую целину" читают.
Ну, женщины в смысле.
-Конечно.
-Последние дни от отца
не отходит: плохой он стал.
-Плохой?
-Раны проснулись.
Его в войну разворотило.
Все мечтал вас увидеть.
ТРАГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Ну что, сперва к Ивану Васильевичу
или?..
-Нет, давайте к Маше.
-Ну к Маше, значит.
Значит, к Маше.
-Здравствуйте. Игорь Вячеславович
вас ждет.
-Ну, что опять?
-Мне тут нового начальника УВД дали.
Он или покровительствует
бандитам, или сам бандит.
-Доказательства?
-Прямых нет и не будет.
Он же колбасу в кармане
с мясокомбината не выносил,
в мордобое не участвовал.
-Ну позвони в министерство.
-Уже. Мне сказали, что я заблуждаюсь,
руководствуюсь личной антипатией.
Еще с такой усмешкой, которую
даже по телефону слышно!
-Ну и что? Даже если он бандит -
наш бандит, он под контролем.
Ну что тебе не нравится,
что тут плохого?
Бандиты, Игорь, были, есть и будут.
Просто свой бандит не даст
распоясаться другим. Ты думаешь,
у нас в армии кто командует?
Министр, генерал? Нет - деды,
старослужащие. Мы когда-то хотели
задушить эту тенденцию, потом
смотрим - нет, в казармах порядок.
Не без эксцессов, конечно, там,
масло отбирают у солдат, бьют их
за непослушание, но в целом порядок.
У нас все, Игорь, слава богу,
стабилизировалось.
Что тебе не нравится?
Мир и лад в ЦК, крепкая армия,
надежное МВД. Что ты мудришь,
дружище Галицкий?
-Перспективы нет.
-Чего нет?
-Перспективы. Я думал, придут
новые люди - и все изменится.
-Все, Игорь, все.
Объяснять, переубеждать
я не могу и не хочу.
Я устал. Решай сам.
-По состоянию здоровья... отпустишь?
-Прогресс налицо.
Без позы, без скандала, да?
-Отпустишь или нет?
-Скажи мне, только честно,
дело только в Пичугине?
-Да нет, конечно.
Я веру потерял, понимаешь?
Раньше жил, чтобы верить...
а теперь нет.
Вот сын у меня институт окончил,
поехал в родную деревню учителем.
Это честно.
А я что? На службе без веры?
Я так не могу больше. Понимаешь?
-Какая-то глупость.
Неужели ты не притворяешься?
"Верю, не верю..."
Да никто не верит.
Но жить-то надо.
Игорек... вот это все
минимум лет на сто.
Сколько нам осталось -
20, ну 30 лет, не больше.
Ну почему не пожить,
если есть такая возможность?
Я имею в виду эти маленькие,
но приятные радости, Игорек!
-Ты отпустишь меня или нет?
-Катись.
Скатертью дорога. Даже в ЦК уже
не будут возражать, ты всех уже...
-Как Вера?
-Вера в больнице.
-В психиатрической?
-Что ты спрашиваешь, когда знаешь?
К этому шло.
И ты здесь ни при чем,
и я ни при чем. Природа...
-Да нет, брат. И я при чем,
и ты при чем.
Болезнь серьезная?
-Не знаю.
Я устал, Игорек. Я смертельно
устал от этой женщины,
от этой дури.
-Ты что, ее даже не навещаешь?
-А ты меня судить будешь?
Хочешь навестить? Езжай навести.
Можешь сюда ее забрать.
Она давно уже мечтает подышать
свежим алтайским воздухом.
Все, ладно, пора мне.
-Микстуру пить пора.
-Не надо, ну ее.
-Врач велел.
-Папироску бы мне.
-Какую папироску? Пей.
-Посиди просто.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Мам...
Что такое?
-Все... плохо ему.
Отходит.
-Прости меня.
-За что?
-Да я не понимал ничего раньше.
А он тебе нужен.
-Нужен.
Я только его одного
всю жизнь и любила.
-А он?
-А он... жалел.
А это любви дороже.
-Так, вот...
Вроде все.
-Ну...
-Да.
-Вот... Мы очень рады вам,
ждали вас очень.
Ну, за встречу!
-Ну да.
Хорошо у вас. Но у нас
получше будет, позажиточнее.
-Мам... мне здесь очень нравится.
Я тут с первого дня как дома.
-Да.
-Ну, еще выпьем.
В общем...
С УЛИЦЫ: Митька!
Митька!
-Извиняюсь.
-Митька!
-По работе.
-Дмитрий Сергеевич!
-Иди сюда. Я тебя просил
меня не дергать?
У меня, может, судьба решается.
-Там Егорыч с водокачки упал.
И орет, видно, ногу сломал.
В район везти надо.
Я "газик" возьму?
-Бери.
Васька!
-А?
-Меня больше не дергай, понял?
У меня отпуск.
-Понял, Дмитрий Сергеевич.
-Чего встал? Ехай-ехай давай!
Извиняюсь.
-Понимаю, понимаю.
-Ну, давайте все-таки... выпьем.
За встречу, за знакомство!
-Хорошо.
-Маш! Отец твой там...
Тетя Нина велела сказать.
-Мам, пойдем.
-Маш, неловко мне как-то. Погоди.
-Пойдем.
-Привет.
Где он?
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Ну, чо там, как?
-Иди, мам.
-Ждал... долго.
Спасибо за детей.
Вот и закончилась война.
Все здесь, все нашлись,
все встретились.
Жить бы да жить.
Не держите зла.
ХРИПИТ
-Ваня! Ваня!
Ваня!
-Тихо, тихо.
-Ваня!
-Тихо. Не мешай ему -
видишь, отходит.
-Ваня...
-Игорь Вячеславович, новый первый.
-Товарищ Галицкий, для меня
большая честь быть вашим преемником.
-Благодарю. Располагайтесь.
-Спасибо.
Н-да... Суховато. Замшело.
Надо жить веселее, Галицкий.
-Может быть. Я свое отвеселился.
Да и вам здесь не каждый день
будет весело. Проблем немало.
-Решим.
-Из комсомола?
-Из партийной школы.
-А можно вопрос?
-Конечно.
-У вас мечта есть? У человека
на высокой должности наверняка есть
какая-нибудь большая,
общественно значимая мечта.
-А это секрет, Галицкий.
Личные просьбы есть?
-Нет. Разрешите идти?
-Конечно. Понадобитесь - вызову.
-Удачи.
-До свидания.
Товарищи, прошу садиться.
-Привет!
-Привет!
-Я ждала тебя.
-Я тут учусь вот...
в гости ходить.
Как зовут?
-Сашка.
Я еще в ту ночь решила,
что будет Сашка.
-В ту...
-Или девочка Сашка,
или мальчик Сашка.
У меня там картошка жарится.
Посмотришь за ним?
-Угу.
Ну привет... Сашка.
Ты прям... человек.
Да ты еще толком
не ходишь? Я тоже.
Спицы нравятся?
Да, нравятся?
Пойдешь скоро.
Что, может, вместе попробуем?
Опа!
Опа!
Молодец.
-Витька! Ты чего?
-Тихо, тихо.
Все хорошо.
Смотри.
-Сашка! Какой молодец!
Ты тоже молодец. Может, сядешь?
-Не-а. Сейчас, погоди.
-Тихо, я держу.
Держу.
-Слушай...
Я пойду, если ты поможешь.
-Я помогу.
Я помогу - и ты пойдешь.
-И не отпускай.
-Я выполнил наказ деда: я живу
и работаю на своей земле.
Мне здесь легко - я дома. И я рад
за маму. Она сильная женщина.
Она многое перенесла, но никогда
никого не упрекала и ни на кого
не жаловалась. Она заслужила
счастье. У нас середина 1960-х.
Мы не знаем, что впереди. Мы просто
живем на своей земле и верим,
что все будет хорошо.
-Игорь!
Игорь!
А мы все ждем и ждем.
Ну что, как там?
-У тебя умный и расчетливый муж:
я ушел тихо и мирно. Но главное -
что мы больше будем
вместе. Ты рада?
-Угу. Рада.