Осиное гнездо (1 сезон, 2016 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Осиное гнездо (1 сезон, 2016 год). Цитаты и фразы из сериала

 

Режиссёр: Сергей Лялин

В большом доме под одной крышей живет три поколения женщин. Все они одиноки, ни у одной не сложилась личная жизнь. Близкие по крови женщины не дружны, а просто вынуждены жить вместе. Отчасти потому, что им некуда идти, но главное - так хочет глава дома Кира, врач частной клиники. Непререкаемый авторитет, Кира устраивает ежедневные планерки, допрашивая и наставляя своих дочерей. Худой мир в семье Мальцевых рушится после того, как мать Киры исчезает, отписав всё имущество никому не известной женщине, а бесценную картину Ван Гога – музею искусств. Вопрос с завещанием и картиной, выручка за которую могла бы освободить от «семейных уз» каждую из Мальцевых, ссорит жительниц большого дома раз и навсегда...


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

ОСИНОЕ ГНЕЗДО
- Проспала!
Ксюша, ты почему меня не разбудила?
- Я?!
- Ты! Ты каждое утро
стучишь мне в стену,
а сегодня сидишь тут, как... суслик!
- Во-первых, я не стучу,
а осторожно передвигаю свои картины,
а во-вторых, почему не стучишь ты?
- Куда?
- В дверь!
Я к тебе без стука не врываюсь.
- Извини.
Ксюша, приготовь, пожалуйста,
завтрак сегодня вместо меня.
- С чего бы это?
- Потому что я проспала
и опаздываю на важные пробы.
- Твое дежурство - ты и готовь,
я здесь при чем?
- Тогда я не скажу маме
про обнаженку.
- Ну ты и!.. Слово сложно подобрать.
- Да? Ну и не трать время, а то часики-то тикают:
тик-так, тик-так.
- Иди, а!
- Спасибо, Ксюша.
(Пение птиц.)
- Опять курит!
А потом на сердце будет жаловаться.
(Щелчки фотокамеры.)
- Ха, вот и она.
(Щелчок фотокамеры.)
(Телефонный звонок.)
Они все еще в доме!
А если они сегодня
вообще никуда не пойдут? Понял, жду.
(Звон бьющейся посуды.)
- Привет!
- Привет.
Успела? Молодец.
(Хлопнула дверь.)
- Это что?
- А что это?
- Для тех, кто не понял, и для тех,
кто сделал вид, что не понял,
я повторю вопрос: что это?
Я уехала в командировку на один день,
и... Что здесь происходит?
Ну что вы молчите? Вы же понимаете,
что я рано или поздно все узнаю.
Мне кажется, что лучше
сознаться добровольно.
- Чтобы омлет
сохранил свою воздушность,
его необходимо взбивать
не менее семи минут.
- Я взбивала.
- Семь минут?
Так, ладно, идем дальше.
Вероника!
- Да?
- У меня записано, что ты сегодня
пробуешься на очередную роль.
- Да. Режиссер - Влад Данилов,
он из наших, но живет в Германии.
- Что за роль?
- Роль хорошая, главная.
Моя героиня - балерина 50-х годов,
она попадает в аварию
и больше не может танцевать.
Ей от этого очень тяжело,
и она не знает, как жить дальше.
- Что значит "она не знает,
как жить дальше"?
А дальше нужно продолжать
заниматься делом, работать.
Короче, если сегодня в очередной раз
тебя не возьмут,
я считаю, что пора заканчивать
с твоим актерством.
Если Бог не дал
какого-то особенного таланта,
я просто не вижу смысла
биться в закрытую дверь.
Что, для кого-то это новость?
Мне кажется,
мы сотни раз уже обсуждали,
что пора найти более подходящую профессию, нет?
Я дала тебе возможность попробовать,
но я не позволю тебе зацикливаться.
Ксения...
- Да, мама?
- Я нашла для тебя выгодный заказ -
портрет жены чиновника
из Министерства здравоохранения.
Вот контакты.
- Спасибо, мама.
- Настоятельно тебя прошу:
не занимайся самодеятельностью,
никакого импрессионизма.
Ей нужен традиционный портрет
в классической манере,
ты поняла меня?
- Я поняла тебя, мама.
- Я надеюсь.
Валерия, у тебя сегодня зачет
по теории государства и права.
Пойдешь, как обычно,
в первой пятерке:
педагоги очень ценят смелость.
Веди себя корректно и уважительно.
На замечания реагируй спокойно,
я тебя прошу.
Не надо доказывать всем профессорам,
что ты умнее их.
Это нелепо, понимаешь?
- Хорошо, мама.
- Всем доброе утро!
- Доброе утро!
- Доброе утро, ба!
- Доброе утро! - Доброе.
- Омлет? Хорошо!
- Ничего хорошего, он уже остыл.
- Простите, мой генерал, я опоздала.
- Судя по тому,
что ты ни разу не спустилась вовремя,
я прихожу к выводу,
что ты делаешь это назло.
- Какой милый омлет! Симпатичный.
Нежный, наверное.
Кто сегодня готовил? Ксения, ты?
- Мама, а я к тебе обращаюсь.
- Да?
- Да.
- А я думала, ты там сама с собой.
- Правда?
- Ну что же, Иосиф Виссарионович,
если вам станет легче,
то я могу сказать, что я проспала.
Кстати! Я видела странный сон:
как будто бы весь наш дом
в паутине, в пыли,
за окном воет ветер,
голая ветка стучит в стекло.
А потом - кар! кар! -
на карниз садится черный ворон
и смотрит на меня
своими черными глазами.
Внимательно так смотрит,
в самую душу.
Можете себе представить:
от страха я просыпаюсь,
смотрю в окно - а он там!
- Кто?
- Огромный черный ворон!
- Господи, мама, ну какой бред!
Ну сколько же можно сочинять
и нести эту чушь?
- Я говорю правду.
Я думаю, что это вещий сон.
Я прочла в соннике, там написано:
"Черный ворон -
предвестник больших бед".
- Ну, например, шизофрении,
потому что, если ты не прекратишь
сочинять эту ересь,
ты окажешься в психушке, мама.
- Что? Ты меня что, пугаешь?
А ты забыла,
что ты живешь в моем доме?
И вы что, тоже думаете,
что я сумасшедшая?
- Да, мама, они тоже так думают.
(Тяжело дышит.)
Ой, ну хватит!
Я прошу тебя, мама,
не устраивай этот цирк.
- Ба, держи.
- Слушайте, я не большой поклонник
древнегреческой трагедии,
поэтому, с вашего позволения,
я все-таки поеду.
- Мама, бабушке правда плохо.
- Да-да, конечно.
Вероника, я могу тебя подвезти.
- Пей водичку. Ты как?
- Мне лучше.
- Бабуля, тебе правда лучше?
Я просто опаздываю на пробы.
- Беги, конечно.
- Ладно, береги себя.
- Бабуля, прости и меня, жены
больших чиновников ждать не любят.
- Бабулечка, нельзя все
так близко к сердцу принимать.
Ты хочешь второй инфаркт? Нет.
Выпей еще водички.
- У тебя зачет, иди. Не волнуйся
за меня, я буду волноваться за тебя.
Ни пуха ни пера!
- Точно все хорошо?
Спасибо.
- Пока.
(Раскаты грома.)
(Щелчки фотокамеры.)
(Звучит классическая музыка.)
- Ребятки, быстрее,
быстрее во второй павильон!
- Одну секунду.
(Телефонный звонок.)
Алло.
- Привет, Тома. Как дела?
Новый проект? Костюмное кино?
Так это же здорово.
А я вот на заказуху еду.
- А кто заказчик?
- Не знаю, жена чиновника,
наверняка крокодил какой-нибудь.
- А ты ее в стиле кубизма изобрази.
- Мне сейчас не до шуток.
Она живет за городом,
час пилить придется на маршрутке.
- Так возьми такси.
- Да, были бы у меня деньги.
- Так ты сейчас за заказ заработаешь, в чем проблема?
- Легко тебе говорить, сидя в студии
за чашкой кофе, о таких вещах.
Ладно, лучше скажи мне,
наша Сара Бернар уже на месте?
- Да нет, опаздывает.
А герр фон Данилов такого не любит.
- Тамара!
- Не могу говорить, перезвоню.
Да-да-да?
- Ну где актриса?
- Сейчас будет, с минуты на минуту.
- Давайте шевелитесь,
сколько можно ждать?
Не буду ваш кофе.
- Ну наконец-то! Привет.
- Привет.
- Так, прекрасна как никогда.
Сейчас переодену,
потом сразу на грим.
- Почему опаздываете?
- Простите великодушно - пробки.
Вероника.
- Угу.
Ладно, на первый раз прощаю вас.
Стихи, между прочим. Заметили? Повернитесь.
Так, Тома, оставляем это платье.
На грим, на фотопробы и сразу ко мне.
- А я когда?
- А вам позвонят.
(Говорит по-немецки.)
- Что?
- Время - деньги, я говорю.
Работаем, работаем!
- Пойдемте, я вас переодену.
- Здрасте.
- Здравствуйте.
(Напевает.)
- Она зашла в магазин одежды.
Понял. На выходе поставлю жучок.
Раз, раз.
- Ну как, вам подходит размер?
- Размерчик подходит.
Фасончик не мой.
- Девушка, скажите,
а вот на том перекрестке...
вы мне дадите телефончик?
- А, понятно.
- Очень жаль.
- Угу.
Так.
- Кира Владимировна,
у меня к вам личный разговор.
Можно девушка выйдет?
Мне хотелось бы наедине, тет-а-тет, так сказать.
- Елена Сергеевна не девушка,
а медицинский работник,
и это ее рабочее место.
Так что я внимательно вас слушаю.
- Угу. Хорошо.
Я хотел бы попросить вас
не рассказывать моей жене,
что я... ну, вы понимаете.
Она не простит.
Клянусь, это было первый
и последний раз.
Что называется, седина в бороду.
- Хорошая поговорка.
Но не сообщать вашей жене
я просто не имею права.
Если диагноз подтвердится,
то придется ее лечить тоже,
так что, Валентин Кириллович,
измену скрыть не удастся.
- Давайте скажем, что я заразился,
например, в бане?
- А вам не кажется, что раньше
нужно было об этом думать?
Или в такие моменты думать трудно?
- Вы не должны так говорить.
Вы врач. Вы обязаны лечить.
Тем более что я плачу за это.
- Вы платите за то,
чтобы я вас вылечила,
и я вас вылечу, не волнуйтесь.
Вашей жене вы можете сказать
все что угодно,
хоть Гольфстримом вам это принесло.
Мне абсолютно все равно.
Но поставить ее в известность
надо в любом случае.
Вот ваше направление на анализы.
Я больше вас не задерживаю.
По домофону: - Я вас слушаю.
- Здравствуйте.
Это Ксения Мальцева, художница.
- По какому вопросу?
- Я пишу портрет Ирины Викторовны.
- Подождите.
- Здравствуйте.
- Да что ж такое-то!
Маруся, сбегай поторопи. - Угу.
Ну что, вы готовы? Тогда пора.
- Ни пуха.
- К черту.
- Вставайте в кадр, начнем.
- Простите, а можно я сяду?
- Нет.
- Просто в тексте
Галина сидит у окна.
- А, ладно, садитесь.
- Спасибо.
- Пробы "Фуэте", Мальцева.
Кадр 1, дубль 1.
- Начали!
- Ты знаешь, я бы хотела вернуться
на семь лет назад
и все сделать по-другому.
Опоздать на поезд, заболеть,
укрыться в деревне, но не встретить тебя...
Сейчас, секунду.
Если бы мы разминулись
во времени и пространстве,
то не было бы того рокового вечера
у твоих друзей.
Не было бы дождя и скользкой дороги.
Не было бы той ужасной аварии.
А теперь ты бросишь меня.
Теперь все меня бросят.
- Стоп, снято.
- Простите, пожалуйста,
просто там очень важный монолог.
- Да, я знаю, но мне этого хватит.
Спасибо, вам позвонят.
Есть кто-нибудь еще у нас?
- Никуля, душа моя, здравствуй.
- Здрасте.
- А что случилось? На тебе лица нет.
Ты здорова?
- Да, все хорошо.
Извините, пожалуйста.
- Здрасте.
- Привет.
- А что случилось?
- Ну, что с нашей красавицей?
Провалила пробу?
Скажи, Владик, как тебе на родине?
Не скучаешь?
- Не-а.
- А я вот тебе сейчас
сделаю предложение,
от которого ты не сможешь отказаться.
- Все, ладно, давай, потом поговорим.
Здравствуйте.
Долгополов, привет.
- Привет, Григорьева.
- Лерок, привет.
А мне два билета на клубный
концерт "Боливара" пообещали.
Ты что, не рада?
Это же твоя любимая группа.
- Кто обещал?
- Знакомые. - Врут.
Билеты с самого начала
уже было не достать.
- Посмотрим. Ты что делаешь?
- Квартиру ищу.
- Для кого?
- Для себя.
Я там больше жить не могу.
- Угу. Мать опять настроение подкорректировала?
Что на этот раз?
- Бабушке решила
второй инфаркт устроить.
- Это логично. Я в одной книге
читала, как жена мужа отравила:
засунула ему в пломбу яд -
она стоматологом была.
Рассчитала так, что он концы
в командировке отдаст.
А зуб раньше разболелся.
Сделали снимок, а там - бац! - капсула.
- Даша, ты к чему это рассказываешь?
- К тому, что твоя мать тоже медик.
Если бабушка того,
то кому дом достанется?
А знаешь, сколько такой дом,
как у вас, стоит?
Мой Виталик в этом
хорошо разбирается.
- Кстати, о Виталике.
Ты мне обещала, что вы из гостевой комнаты
и шага не сделаете. Обещала?
- Мы и сидели как мышки.
- Мышки? - Угу.
- Мама с семинара вернулась
и сразу наткнулась в саду
на банку из-под пива.
- Лерочек, прости нас, пожалуйста,
мы больше так не будем.
Ты же нас еще раз позовешь?
- Обязательно, Даша.
- Слушай, а откуда у твоей бабушки такой дом?
- Это наследство.
У нее отец был художником,
классиком соцреализма.
Его там все верхи обожали,
госпремий надавали.
- Лерок, я совсем забыла -
у меня же родаки на неделю на дачу
уехали. Если хочешь, поживи у меня.
Вся квартира в нашем распоряжении.
- Ладно, посмотрим.
- Ты чего?
- Видишь этого парня?
- Ну. И что?
- Клеился ко мне сегодня.
- Видимо, ты ему очень нравишься.
- Спасибо, кэп.
Женский голос: - Второй курс,
что сидим?
На зачет.
- Лера, ты идешь?
- Иду.
- Вероника, наконец-то я вас нашла.
Пойдемте, вас Данилов вызывает
на повторную пробу.
- Правда?
- Правда. Пойдемте, пойдемте.
- Так, и сколько там человек?
- Двенадцать.
Ты, Владик, будешь тринадцатым.
Ты же не суеверный?
- Ты знаешь, какой у меня номер квартиры в Мюнхене?
- Ну?
- Три шестерки.
- Нормально.
Ладно, я побежал,
у меня ведь тоже скоро кастинг.
- Давай.
- Удачи.
- До свидания.
- Маруся, отдохни. - Угу.
- Вероника, пойдемте присядем.
Вы знаете, я подумал
и решил дать вам еще один шанс.
Вы же понимаете,
что вы провалили пробу?
Но есть в вашей манере что-то такое притягательное.
Ваша внешность...
Вам говорили, что вы похожи
на Одри Хепберн?
Нет? Так вот, вы похожи
на Одри Хепберн.
Вероника, вам нужно успокоиться, расслабиться.
Я почти уверен, что роль ваша. Да.
Знаете что, я даже проб
делать не буду.
Как вы смотрите на то, чтобы сейчас
выпить чашечку кофе и обсудить?
Прямо сейчас. Вы свободны?
Да? Ну отлично, тогда вперед. Да?
Потому что потеря времени,
как говорят немцы...
(Говорит по-немецки.)
Что означает: "Одна иллюстрация
лучше тысячи слов".
Девочки. Маруся!
Где вы? Так, вот вам актриса.
Приведите ее в порядок.
Разгримировывайте.
Вероника, а я вас жду внизу.
- Владислав Игоревич,
можно к вам один вопрос?
- Господи, мам, ты что здесь делаешь?
Ты как меня нашла?
- Мне в клинике сказали, что ты тут.
- Что-то случилось, да? С девочками?
- С девочками, Кира.
Именно с девочками.
- Что?
- Они страдают от той жизни,
которую ты им создала.
- Мам, ты вообще соображаешь,
что ты делаешь?
Ты меня напугала.
У меня и без твоих дурацких экспромтов
голова кругом идет.
- Закончится тем, что они
разбегутся в разные стороны,
наша семья развалится,
а дом опустеет.
Ты этого хочешь, Кира?
- Я не хочу выяснять с тобой отношения в присутствии...
в присутствии зрителей, мама.
Тебе заняться нечем?
А мне, извини, надо работать.
Не хватает эмоций?
Запишись в драмкружок.
Там твои таланты оценят.
- Вы знаете, последний раз
мой портрет писали на море
лет десять тому назад, в санатории.
Я там лечила...
Ну, собственно, это не важно.
Леонид Исаевич поехать не смог
и отправил меня одну.
Я тогда, конечно, похудее была,
не то что...
Это я сейчас на гормонах поправилась.
Вообще, вы знаете,
всю жизнь как тростинка, да.
Так вот, иду я по аллее,
а мне навстречу молодой художник.
Импрессионист, как потом выяснилось.
Так вот, он, как увидел меня,
прямо замер.
"Девушка, стойте!" - кричит.
"Я, - говорит, - всю жизнь
искал такую натурщицу.
Попозируйте мне, пожалуйста".
Леонид Исаевич у меня ревнивый,
ну прямо Отелло.
Но он только писал меня,
вы ничего не подумайте.
- Ирина Викторовна,
могу я вас попросить?
- Да, конечно.
Повернуться вправо, влево?
- Если можно, то вправо и помолчать.
- А-а. Хорошо, если вам это мешает.
- Мне просто нужно уловить линии губ.
- Я поняла.
Настоящему художнику
ничего не мешает.
- Мне кажется,
Галина очень ранимая натура.
- Ну да.
- Она как человек без кожи.
Да. Ее угнетает одно только
несовершенство этого мира.
Но когда случается авария...
Вы же говорили про кофе.
- Это лучше, чем кофе.
Ты знаешь, за что я сейчас выпил?
За твои глаза.
У тебя фантастические,
невероятные глубокие глаза.
Я таких никогда не видел.
- А вы сейчас играете?
- Да какое там "играете"!
Хорошо, что ты пришла на мои пробы.
Режиссеры - дураки, они не понимают,
они не видят того,
что я вижу в тебе: твою уникальность,
твою красоту, твою глубину.
Ты невероятная актриса.
Ты моя актриса.
Как хорошо, что я тебя встретил.
- У вас осталось пять минут.
- Да, я как раз заканчиваю.
Я думаю, что на сегодня
будет вполне достаточно.
- Я могу посмотреть?
- Нет-нет-нет.
Нет, извините. Все еще очень сыро
и нужно уловить настроение,
поймать суть.
- Настроение?
А с этим будут проблемы.
- Ирина Викторовна,
мы же с вами завтра увидимся?
- А разве такие платья
носили в пятидесятые?
- Конечно. И сейчас эти силуэты
снова актуальны.
А ты не заметила, что сегодня Мальцева
в таком же явилась,
и Данилов даже оставил его для проб.
А кстати, как прошли пробы?
- Первые - плохо,
а на вторых я не присутствовала.
- Как это?
- А он ее на кофе пригласил тет-а-тет.
И судя по всему, не в кафе,
а на квартиру.
Я видела, как они
в машину вместе садились.
- Опа! Да ты что?
- Угу. Ладно, чао.
- Ксю, освободилась?
Ну тогда слушай новость
о своей сестричке. Да.
- Ну вот, теперь я
себя чувствую как...
- Как?
- Не знаю. Просто у меня никогда
не было так быстро.
И вообще, я очень стеснительная.
- Стеснительная?
- Угу.
- Очень?
- Очень.
Поэтому я и решила стать актрисой -
на преодоление.
Правда, мама говорит,
что мне нужно это бросать.
Она считает, что если мой талант
до сих пор никто не сумел разглядеть,
то его просто нет.
- Да что понимает твоя мама?
Ты уникально талантлива.
Ты невероятно красива.
Я из тебя сделаю
новую Одри Хепберн, правда.
Весь мир будет наш,
все "Оскары", все фестивали.
Я тебе обещаю.
- Первый источник
законов римского права
был написан на двенадцати таблицах,
и их выставили для всех.
А те, кто не прочел,
те сами виноваты.
Они не дошли до наших дней.
- Кто не дошел? Те, кто не прочли?
- Нет, нет, таблицы не дошли.
Остались отдельные обрывки.
- Обрывки, понятно.
Я хотел бы знать,
какие источники вы использовали
для подготовки к зачету, Силаев?
Ну, то, что здесь моими лекциями
не пахнет, это понятно.
Тогда, может быть, вы читали
Дождева или Новицкого?
Возможно, вы чудом осилили
"Институции" самого Гая?
Или, страшно сказать, изучили
"Пять книг сентенций к сыну"
Юлия Павла?
Римское право -
основа современного права.
У будущего юриста оно должно отскакивать от зубов.
Ваш вопрос изучен,
разжеван вдоль и поперек,
все предельно четко и ясно.
А что здесь смешного, Мальцева?
У вас есть сомнения относительно азбучных истин,
о которых я говорю?
- Есть.
- Ну так изложите их нам,
поделитесь своими гениальными наблюдениями.
- В трактовке римского права
есть масса спорных моментов.
Например, в системе современного правоведения
принято считать его
результатом коллективного труда,
в то время как это плод оригинального
индивидуального ума.
- Начитались Алексеева.
Хотите поспорить со мной
о защите интеллектуальной собственности?
- С вами? Боже упаси.
- Мальцева, не надо хамить!
И вообще, что у вас
за неформальный вид:
вызывающие джинсы, какая-то майка?
Ты кому тут свой протест демонстрируешь?
Ты знаешь, что это
неуважение к предмету?
- Разве? А я думала, что неуважение
к предмету - это его незнание.
- Свободен, Силаев.
Ну давай, Мальцева,
иди удиви меня своими знаниями.
(Машина не заводится.)
- Да что ж такое!
Да что за день-то сегодня такой!
Алло, такси? Мне нужна машинка
на самое ближайшее время.
- 19:45.
Ксюша, нарисуй мой портрет.
(Хлопнула дверь.)
О, Лера.
- А что, мама опаздывает?
Это что-то новенькое.
- Может, что-то случилось?
- Угу.
Она нашла в туалете клиники
упаковку от презервативов
и ведет расследование
по горячим следам.
- А когда поймает преступника,
то начнет лечить его срамные болезни.
Так что это надолго.
- А бабушка уже дома?
- Ксюша, посмотри, пожалуйста.
- Почему я? Я старше тебя на полчаса.
Так что иди.
- Прости, просто ты ближе сидишь.
(Хлопнула дверь.)
О, мама.
- Простите, я опоздала.
У меня машина не завелась, пришлось брать такси.
Ну, что молчим? Как твои пробы?
- Хорошо. Я думаю, роль моя.
- Угу. Что с портретом?
- Все хорошо, в процессе.
- Ну, я надеюсь, ты понимаешь,
если заказчице понравится
твой портрет, ты будешь обеспечена
работой на ближайший год.
У всех министерских чиновников
есть жены.
Валерия?
- Сдала.
- Где бабушка? Она дома?
Вероника, поднимись, пожалуйста,
к ней в комнату и напомни про ужин.
Скажи, что в неурочное время
в индивидуальном порядке
в этом доме никто никого
кормить не будет.
- Хорошо, мам.
Бабуль!
Бабуля!
Завещание.
Кира: - Ты будешь хлеб?
Лера: - Нет.
Кира: - А ты? А зачем он тогда
в таком количестве на столе? Объясни.
Это что?
- Завещание.
- А где бабушка?
- Ее нет.
- В комнате нет или вообще нет?
- Да типун тебе на язык!
В комнате ее нет.
- Сядь.
Читай.
- "Я, Мальцева Елизавета Андреевна,
1949 года рождения,
проживающая в городе...
настоящим завещанием..."
- Дальше.
- "Все мое имущество,
какое ко дню моей смерти
мне окажется принадлежащим,
в чем бы таковое ни заключалось
(дом, мебель, библиотека, сад)
и где бы оно ни находилось,
жилой дом, расположенный по адресу...
я завещаю Гуревич Лие Аркадьевне.
Картину Ван Гога,
оставленную мне в наследство
отцом Андреем Ивановичем Мальцевым
я завещаю
Музею изобразительных искусств.
Текст завещания записан нотариусом
с моих слов и до его подписания прочитан мной лично
в присутствии нотариуса.
Настоящее завещание
составлено в двух экземплярах,
каждый из которых
собственноручно подписан завещателем.
Один экземпляр хранится в делах нотариуса
Косовского М. С.,
а другой экземпляр выдается
Мальцевой Елизавете Андреевне".
Кто такая Лия Аркадьевна?
- Что за бред?
- Это шутка какая-то?
- Я не поняла, а где бабушка?
- Мам, получается, что у бабушки
есть Ван Гог настоящий?
- Не знаю.
Мне вообще кажется, что это какая-то
очередная бредовая фантазия.
Нет, она, конечно, рассказывала,
что ваш прадед
привез эту картину с войны,
купил где-то за копейки
в качестве подделки.
Потом, спустя годы, была какая-то экспертиза,
и было доказано, что это подлинник.
Во всяком случае,
я лично никогда ее в глаза не видела.
Да нет, это очередной спектакль,
это же очевидно.
- Можно я посмотрю?
- Да.
- Нет, это не спектакль -
юридически завещание оформлено верно.
- То есть я правильно понимаю,
что мы теперь все бездомные?
- Подождите, когда она успела
это сделать?
- Нет, вас правда только это
интересует - Ван Гог, дом, ценности?
Ау, люди, кто-нибудь знает,
что с бабушкой случилось?
- Жива-здорова твоя бабушка,
что с ней станется?
- Что с ней станется? Все что угодно!
Ты забыла, сколько ей лет?
Или ты думаешь, что предыдущий инфаркт
тоже был частью спектакля?
- Это что за тон?
- Если с бабушкой что-нибудь случится,
я тебе этого не прощу.
- Мне? - Да.
- Ты вообще думай, что говоришь.
- А я думаю.
Я давно думаю, что говорю.
Ты превратила наш дом
в тюрьму строгого режима.
Все тебе надо контролировать,
все тебе надо знать.
- Это что за истерика?
Это больше в стиле Ксении.
- Почему это в моем?
- А потому что ты у мамы
девочка для битья.
Это ты сделала Ксю неудачницей.
- Интересно, каким образом?
Тем, что не наделила ее
талантом при рождении?
- У меня есть талант!
Мои картины хотели выставлять в Милане,
между прочим.
- Почему же не выставили?
А я тебе скажу почему.
Потому что ты испугалась,
что мама увидит, какие это картины.
- Ну и какие это картины?
- Хорошие картины, мама.
В стиле ню. Но если бы ты их увидела,
Ксюше бы пришел полный капец.
Правда, Ксю?
Поэтому она испугалась
и продала их по дешевке.
Знаешь, кто ты по натуре? Раб.
И мышление у тебя тоже рабское.
- Зато ты у нас свободная личность!
Знаешь, мамочка, в чем
твоя любимая Лерочка ходит?
В драных штанах и майке с черепами.
А еще она слушает группу "Боливар".
Знаешь, какие у них там тексты?
"Я порежу себе вены,
Я спрыгну с моста!" Вот так вот!
- Ты мало того что неудачница,
ты еще и шпионишь?
- Я ни за кем не шпионила,
не надо врать!
- Она не врет!
Ты только прикидываешься у нас
белой и пушистой:
"Да, мамочка, конечно, мамочка",
а на самом деле
ты ее терпеть не можешь.
- Это неправда!
- Нет, это правда. Я слышала,
как ты разговаривала по телефону
и говорила, что она осточертела тебе.
- А ты знаешь кто? Ты шлюха.
Знаешь, мама, как она роли зарабатывает?
Она спит с режиссерами.
- Что ты несешь, идиотка?!
- Сама ты идиотка!
- Обалдеть семейка.
- А ну закрыли рты!
У меня в голове не укладывается то,
что я сейчас услышала.
Как вы могли мне
столько времени врать?
- С тебя берем пример, мамочка.
- Ты что несешь?
Я никогда вам не лгала.
- Неужели?
А как же, например, с папой?
- Каким папой?
- Нашим родным папой.
Или ты правда думаешь,
что мы поверили,
что на той фотографии,
которую ты нам показывала,
наш убитый отец?
Мам, ты с таким же успехом
могла бы показать фотографию
Эйнштейна или, не знаю, Хемингуэя.
(Стук двери.)
(Телефонный звонок.)
- Да? Да у них там такое -
"Дом-32" отдыхает.
Пошла на автобусную остановку.
Еду за ней.
- Мама, ну возьми трубку.
(Телефонный звонок.)
(Говорит на английском языке.)
(Говорит на английском языке.)
(Телефонный звонок.
Говорит на английском языке.)
(Говорят на английском языке.)
- Алло. У вас есть информация,
которая меня интересует?
У меня нет столько времени.
Я меньше чем через неделю буду в Москве.
Хорошо, остаемся на связи.


Серия 2

- Лерка, это ты? Напугала меня.
- А ты чего трубку не берешь?
Я тебе звонила раз семь.
- Да я телефон, наверное,
на кухне бросила. Что так поздно?
Ты все-таки ушла из дома?
Мужской голос: - Дашка.
- Сейчас приду.
- Ты не одна?
- Извини, если бы я знала,
что ты уже сегодня придешь...
А тут такое дело:
Виталик позвонил и...
- Ладно, не парься, нормально все.
- Лера.
- Нормально.
- Да, вот она, вышла. Все, понял.
Привет, красивая. Развлечемся?
- Что вам нужно?
- А я тебе сейчас покажу, расскажу.
- Пустите! Помогите!
Помогите!
Помогите!
Кто-нибудь, пожалуйста, помогите!
- А-а-а! Собака!
- Пусти! Помогите! Кто-нибудь!
Кто-нибудь, пожалуйста, помогите!
Помогите! Помогите!
Кто-нибудь, пожалуйста!
Кто-нибудь, помогите!
- А ну иди сюда!
А ну иди сюда, я сказал!
Что случилось? Это кто?
- Не знаю, урод какой-то.
Я работаю, слышу крики,
выбегаю - а он ее тащит.
Откуда только такие берутся?
С тобой все в порядке?
- Нормально, нормально.
- Пойдем ко мне на СТО, я тебя чаем
напою, успокоишься. Тут два шага.
- Пойдем.
- Нет, подождите, подождите.
С вами все в порядке? Уверены?
Давайте я вас лучше домой отвезу.
- Нет, ничего-ничего. Спасибо.
Большое спасибо.
- Спасибо.
- Осторожнее.
- Проходи. Садись.
- Спасибо.
- Угу.
Сейчас я тебе чаю налью - согреешься.
- Простите, ради бога.
Слушайте, просто глупейшая ситуация -
завел машину, а там какой-то шум
в двигателе.
Я прямо не знаю, что делать.
Может, ты посмотришь?
Какое-то место у вас тут -
машины ломаются, маньяки разгуливают.
Как тебя зовут?
- Андрей.
- Очень приятно. Максим Беляев.
Андрей, если тебя не затруднит.
- Хорошо. - Да.
Прости, прямо все на тебе сегодня.
Я постерегу пока.
- Угу.
- Ой, ну и вечерок, да?
Как вы? Согрелись?
Ну это от нервов, конечно,
такой стресс. Как ваше имя?
- Лера.
- Лера? Валерия, значит. Красивое.
Смотрите, Валерия, что у меня есть.
Это мне друзья из Франции привезли,
это бальзам.
Здесь в составе 17 трав из Прованса.
Это лучше любого лекарства.
- Мне так не...
- Нет-нет, поверьте, так нужно.
Попробуйте.
Противно, но нужно,
иначе не отпустит.
Валерия, пейте-пейте.
Вы чувствуете тепло?
Давайте еще, давайте.
Ну что?
- Проблема действительно есть -
коренной вкладыш стучит.
Пару сотен проедет,
а потом мотор встанет, так что...
Советую с ремонтом не тянуть.
- Ну ладно, спасибо.
Слушай, ты крутой диагност. Давай
к тебе заскочу на следующей неделе?
Можно?
- Хорошо.
- Так, слушайте, Валерия,
мое предложение в силе -
давайте я вас отвезу домой?
Ну правда, район глухой,
здесь на три улицы - один фонарь.
Неизвестно, сколько маньяков
еще разгуливает.
Валерия, подумайте, как вы
домой-то добираться будете.
Андрей, ну скажите, что так лучше.
Валерия, поехали.
- Поехали. - Поехали.
Правда, мне так спокойнее будет.
Поехали.
- Андрей, спасибо тебе огромное.
Сейчас. Ничего, что я на ты?
- Да наоборот, хорошо.
Тут мой номер телефона. Спасибо.
- Правда, Андрей, спасибо.
Правда, ты молодец.
Валерия, поехали.
- Мы приехали.
(Звучит музыка.)
- А вам тоже нравится "Боливар", да?
- Известная группа, сильные тексты.
Для меня не по возрасту?
- Нет, что вы, вы еще молодой.
Я просто хотела сказать, что не все ее слушают,
студенты в основном.
- Кстати, я могу достать билеты
на концерт в ВИП-зону.
- Да ладно?
Билеты были проданы
еще за месяц до гастролей.
- Так, Лера, вы хотите на концерт?
- Конечно хочу.
- Точно?
- Да!
- Договорились.
(Раскаты грома.)
Что, вы хоть немного пришли в себя?
- Я в порядке.
- Ладно. Ну тогда до завтра.
- Завтра?
- Ну, мы же идем на "Боливар",
или вы уже передумали?
- Точно. Нет, не передумала.
Вы такой классный.
- Спасибо.
- До свидания.
- Ты где была? Я к тебе обращаюсь.
Где ты бы...
Ты что, пила? От тебя водкой пахнет.
- Не водкой, а бальзамом
на травах Прованса.
- Ты откуда знаешь этого человека?
Это он тебя напоил?
Я к тебе обращаюсь:
откуда ты знаешь этого человека?!
- Этот человек, мамочка,
мне жизнь сегодня спас.
Все, адье. Надо выспаться.
- Ну как ты?
- Мы, вообще-то,
не так договаривались.
Ты же просил просто
шугануть девчонку.
- Ну что ты ноешь? Этот автомеханик
своим геройством нам же с тобой
в плюс сработал - все получилось
так натурально, что...
- ...Что у меня лицо
до сих пор пухнет.
- Лицо заживет.
Зато эти Мальцевы теперь у меня вот где.
- Мне кажется, вы меня не слышите.
Я собираюсь подать заявление
о пропаже матери.
Я просто хочу понять,
какие для этого нужны документы.
Ну, видимо, фотография, паспорт,
может, какие-то медицинские справки.
Я даже не знаю, куда мне подъехать:
в ближайшее отделение или...
Да, да, она пропала вчера вечером.
Что значит "мало времени прошло"?
Вы что, издеваетесь надо мной?!
Для пожилого человека с больным сердцем
не существует такого понятия:
много прошло времени или мало!
Какой-то бред!
Так... Это что такое?
Лера, а ну-ка стой.
Ты в университет
в таком виде собралась?
- Нет, у меня сегодня есть другие,
более важные дела.
- Да что ты? Очень интересно.
Ну будь добра, расскажи мне,
куда же ты идешь?
- Бабушку искать. Вместо того,
чтобы ссориться с полицией,
переживать и разводить руками,
я предпочитаю действовать.
Доброе утро.
- Доброе. Отлично выглядите.
- Спасибо.
- Прошу.
- А ты куда собралась?
Если мне память не изменяет,
ты сегодня дежурная на кухне.
- Вообще-то изменяет:
сегодня дежурная Лера.
А я опаздываю на очень важную встречу,
от которой зависит все мое будущее.
Мамочка, я помогу тебе искать бабушку, правда.
Вот только освобожусь,
и сразу начну. Ладно?
Пока.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Ну и почему ты до сих пор
в пижаме и не причесана?
Это что за декадентские настроения?
Тебе заняться, что ли, нечем?
- Я как раз занимаюсь:
хотела себя попробовать в стиле Яна Брейгеля.
- А почему ты к завтраку
не спустилась?
- А зачем? Лера сказала,
что лагерный режим с дежурством
в нашем доме отменен.
Все люди взрослые, и каждый может
приготовить себе завтрак сам.
- Знаешь что,
немедленно приводи себя в порядок
и отправляйся дописывать портрет.
Ирина Викторовна хочет,
чтобы он был готов сегодня.
И вообще, она была
чем-то недовольна, но не стала
говорить мне об этом по телефону.
А вот мне, например, интересно,
что же на этот раз ты сделала не так.
- Единственное,
что я сделала не так, -
это то, что согласилась на заказуху,
наступив на горло
собственному таланту.
А он этого не прощает.
- Талант - да, я не спорю.
При условии, что он есть.
А чтобы выполнить этот заказ,
вполне достаточно ремесла.
Им ты владеешь.
- Это 55-й "Б". А у него какой номер?
- Я точно не помню: меня бабушка всего
один раз с собой сюда брала,
и это, конечно, давно было.
Вон тот, кажется.
Да, точно, это его дом.
Видите, на подоконнике бюст Гомера?
- А, вижу. Римская копия
с греческого оригинала.
Приблизительно середина 2-го века
до нашей эры. Пергамский период.
У греков он был из бронзы,
а у римлян из пентелийского мрамора.
Ну а этот - из гипса.
А?! Не ожидали? Не зря же я
искусствоведческий факультет окончил.
- Впечатляет.
- Вперед. - Угу.
- Спасибо.
- А вы к кому, молодые люди?
- Здравствуйте, мы к профессору Марьянову.
- А зачем он вам?
- Бабушка варенье малиновое
ему передала, 5 банок.
- Понятно.
Так его сейчас нет дома:
он в парке на пробежке.
А варенье можете мне оставить,
я ему передам. Где оно?
- Варенье? У тебя. Нет? А, в машине.
- Понятно.
- Спасибо, мы сами передадим.
- Спасибо.
- Добрый день.
Вас ожидает кто-нибудь?
- Семен!
- Проходите, пожалуйста.
- Привет.
- Привет.
- Я не сразу нашел это кафе.
- Да? Мое любимое.
- Пожалуйста.
- Спасибо.
- А ты за шесть лет
даже не изменился.
- А ты очень изменилась.
- Может, закажешь что-нибудь?
- Я бы хотел кофе. Чашек пять.
- Пять чашек кофе?
- Да, я третью ночь уже не сплю -
доклад готовлю.
- А какой доклад?
- Темпоральная концепция
пространства Кандинского.
- Семен, скажи, сколько сейчас
может стоить картина Ван Гога?
- Это смотря какая.
- Меня интересует просто порядок цен.
- Сложно однозначно дать ответ.
Самая его дорогая картина -
"Портрет доктора Гаше".
Если мне не изменяет память,
она занимает 13-ю строчку
в списке самых дорогих картин мира
по результатам торгов.
- Ничего себе! И сколько она стоит?
- 80... нет, 82 миллиона, а если быть точнее,
82,5 миллиона долларов.
Конечно, до рекордов Пикассо
ему далеко,
но от Климта он отстает
всего на 5 миллионов.
- Семен, скажи, а у Ван Гога
могут быть какие-то
неизвестные картины?
Или картины, которые потерялись
во время войны?
- Конечно, есть и неизвестные,
и потерянные.
Вот совсем недавно Музей Ван Гога
идентифицировал картину
"Закат в Монмажуре" 1888 года.
И ценность находки еще и в том,
что этот период искусствоведы считают
вершиной творчества Ван Гога.
Прости, а почему ты спрашиваешь?
У тебя есть что-то, что могло бы...
- Нет, нет, нет.
Просто у моей знакомой у сестры тетя,
и, кажется, у нее что-то было.
У нас в компании заговорили,
и мне стало интересно.
И я вспомнила тебя.
- Я всегда рад помочь - ты же знаешь.
- Я знаю.
- Ну так передай это дело
молодому следователю с хорошими амбициями.
Не мне тебя учить.
(Стук в дверь.)
Ну все, закончили.
Держи меня в курсе.
- Борис Сергеевич.
- Да, Лариса.
- К вам некая
Кира Владимировна Мальцева.
Я объяснила, что вы
не принимаете посетителей,
но она сказала дословно:
"Ваше дело - доложить. А примет он или нет,
вас уже не касается".
- Пусть войдет.
- Проходите.
- Боря, ты прости, пожалуйста,
что я так врываюсь,
но мне очень нужна твоя помощь.
У меня пропала мама:
ушла вчера вечером и не вернулась.
Я поехала сегодня в полицейский участок -
хотела подать заявление
о том, что пропал человек.
Ты знаешь, что они мне сказали?
Что слишком мало времени прошло.
А еще знаешь что они сказали?
Что у пожилого человека
может быть все что угодно:
маразм, склероз и так далее.
И что вообще в нашей стране
ежегодно вот так, без видимой причины,
пропадает около 50 тысяч человек.
А потом их находят бог знает где:
в другом городе и так далее.
- Здравствуй, Кира.
- Здравствуй.
- Чай, кофе?
- Борь, ты вообще слышишь,
что я тебе говорю?
Какое "чай, кофе" -
у меня пропала мама.
Ты же можешь заставить этих хамов
выполнять их прямые обязанности?
Ну ты же можешь!
- Вообще-то юридически они правы.
- Да какая мне разница,
правы они или нет?
Я хочу найти свою мать.
Ты можешь мне в этом помочь?
- Ну а куда я денусь?
- И где же его искать?
- А! Его не надо искать, я его вижу.
Николай Гаврилович, здравствуйте.
Не узнаете меня? Я Валерия Мальцева,
внучка Елизаветы Андреевны.
- Лера, как ты выросла!
На улице бы встретил - не узнал.
Как Елизавета Андреевна?
- Так я у вас хотела спросить.
- А что случилось?
- Бабушка пропала.
- Что ты говоришь! Давно?
- Вчера вечером
написала завещание и исчезла.
А когда вы ее видели последний раз?
- Нет, давно не видел.
По телефону говорили дней пять назад.
Хотели по-стариковски встретиться поболтать,
наливочки попить.
- Если вам что-то вдруг станет известно,
перезвоните, пожалуйста.
Вот по этому номеру. В любое время.
- Обязательно.
Как что узнаю, тут же наберу.
- Спасибо. - До свидания.
- Не кажется странным?
- Что, например?
- Николай Гаврилович только что узнал,
что у него пропала
близкая подруга, и как ни в чем
не бывало продолжил тренировку.
- Да, это правда странно.
- Странновато.
(Телефонный звонок.)
- Алло.
Что-что, какой Андрей?
- Со станции техобслуживания.
- А, Андрей, привет.
- Я бы хотел тебя пригласить
на выставку раритетных автомобилей.
- Нет, прости, вряд ли получится.
У нас бабушка пропала.
Пока не найдем, ни о какой выставке речи,
конечно, быть не может.
Звони. Звони, конечно. Хорошо. Пока.
- Это Андрей? - Угу.
- Чего хотел?
- Приглашал на выставку
раритетных автомобилей.
А вам он не нравится, да?
- Кто, Андрей? Почему?
Прекрасный автослесарь.
Может быть, простоват немного,
но на профессионализм это никак
не влияет. Ну что, пойдемте?
- У вас осталось 7 минут!
- Да, я как раз заканчиваю.
- Прекрасно!
Что это?
- Ваш портрет.
- Это не портрет, это шарж.
Нужно было постараться,
чтобы нарисовать такое безобразие!
- Ирина Викторовна, я...
- Имейте в виду, я за эту мазню
не заплачу ни копейки!
Мало того, что вы у меня отняли
несколько часов жизни,
так вы еще и поиздевались
в свое удовольствие!
Так.
Немедленно покиньте мой дом!
И эту мазню заберите с собой!
Вы не художник - вы аферистка!
Не понимаю, как Кира Владимировна
могла вас рекомендовать!
- Ну и где Лера?
Лера, может, ты поторопишься?
(Хлопнула дверь.)
Значит так,
вы, наверное, будете удивлены,
но я даже рада
открывшимся обстоятельствам.
Рано или поздно этот конфликт
должен был произойти.
Вы можете считать меня монстром,
тираном, самодуром -
мне абсолютно все равно.
Я всегда действовала
только в интересах нашей семьи,
и когда-нибудь вы это поймете.
- Когда, интересно?
- Что касается бабушкиного завещания.
Оно не имеет юридической силы.
Я предвидела подобные проблемы
и заранее побеспокоилась о том,
чтобы признать ее недееспособной.
- Каким образом?
- По закону, для того чтобы
признать человека недееспособным,
должна быть проведена специальная
судебно-психиатрическая экспертиза.
- Но ты, наверное, забыла, что я
врач, у меня есть обширные связи.
(Кашляет.)
- Бабулечка, слава богу!
Слава богу.
- Ну где же ты была?
- Бабуля, мы так волновались.
- Ну что же ты молчишь, мама?
Расскажи нам
о своем удивительном путешествии.
Где ты была, что видела?
Нам очень любопытно.
- Девочки, пойду прилягу.
Я неважно себя чувствую.
У нас, у недееспособных, это бывает.
По громкой связи: "Внимание!
Производится регистрация билетов,
оформление багажа пассажиров,
вылетающих 133-м рейсом..."
- Здравствуйте. Это я.
- Здравствуйте. С приездом вас.
Ваш автомобиль - на парковке.
Прошу вас поставить подпись.
Ключи. Я готов вам показать
вашу машину. Прошу вас.
- Ну, она еще не пришла?
- Подождите еще немного, пожалуйста.
Кира Владимировна скоро будет.
Она редко опаздывает.
- Редко, да метко. 20 минут уже жду.
- Здравствуйте. Простите
за опоздание: небольшой форс-мажор.
Проходите, присаживайтесь.
Леночка...
Я слушаю вас, Олег Сергеевич.
- Е-мое! А вы и правда
тот хваленый доктор?
- Что?
- Ладно, ладно, это я так.
Редко бывает, что красивая - и умная.
- Давайте к делу перейдем.
- Давайте.
- Какие у вас жалобы, вопросы?
- Есть вопрос.
Вы мне дадите
свой номер телефончика?
- Господин Кобышев,
вы сейчас перестаете валять дурака,
или мы с вами попрощаемся.
Здесь клиника, а не бордель.
Если честно, на вашем месте
с таким анамнезом
я бы не то что непристойных
предложений не делала,
а голову постеснялась бы поднять.
- Я не понял.
А чего тут непристойного-то?
Я всего-то телефончик попросил.
Ты чего, тут самая главная, что ли?
Типа ничего не боишься, да?
- Так, хватит.
Вы пациент Кравцова.
- И чего?
- А то, что Леонид Борисович
в среду выходит из отпуска,
так что пойдете к нему.
- Я бабки, между прочим, плачу.
- Окончен разговор.
- Ладно, ты ко мне еще прибежишь
просить прощения.
- До свидания.
- Всех благ.
- Как вы его, Кира Владимировна!
Я бы так никогда не смогла.
- Это пока.
Поработаешь здесь с мое...
Хамство на корню надо пресекать.
Отнеси, пожалуйста, в регистратуру.
(Стук в дверь.)
- Бабуля, можно?
- Конечно. Заходи.
- Знаешь, я считаю, то, что сделала мама,
уже переходит все границы.
Ты знаешь, что мы можем
на нее в суд подать?
- Лерочка, давай обойдемся без суда.
Мама растеряна,
она сама не понимает, что делает.
- Бабуля, ты доиграешься
в демократию.
Вот окажешься на улице,
тогда вспомнишь мое предложение.
- Лера, постарайся понять свою маму.
Она беспокоится о вас,
беспокоится о семье.
Семья - это самое драгоценное,
что есть в жизни каждого человека.
С возрастом ты это поймешь.
Вы все когда-нибудь это поймете.
- С возрастом?
Ну да.
Чувствую, если и дальше так пойдет,
то я и состарюсь в этом доме,
рядом с мамочкой.
- А чего бы ты сама хотела?
- Я бы хотела заработать денег
и поскорее снять отдельную квартиру.
Окончить институт,
наняться в какую-нибудь
приличную адвокатскую контору,
сделать карьеру и открыть
свой бизнес - вот этого я хотела бы.
Но это все так долго!
А вот... вот если бы у нас всех
были бы деньги уже сейчас,
бабуля, представляешь,
что мы могли бы сделать!
- Представляю.
А ты, часом, в институт
не опаздываешь?
- Да, опаздываю.
Но ты подумай, ладно?
- Я на обед. - Приятного аппетита,
Кира Владимировна.
- Здесь и здесь.
- Кира Владимировна,
это долго будет продолжаться?
- Что именно, Евгений Константинович?
- Теперь пациент Кобышев
устроил мне скандал.
Он очень возмущен
вашим бестактным поведением.
- Это Кобышев говорит о такте?
Вы знаете, как по-хамски он себя вел?
- Кира Владимировна,
еще один прецедент -
и мы будем вынуждены с вами...
- Я поняла, хорошо.
- Вот и чудненько.
Сама себе яму роешь.
(Звучит классическая музыка.)
(Стук в дверь.)
- Можно?
- Заходи.
- Мы можем поговорить?
- Конечно.
- У меня неприятности. Заказчица
не заплатила деньги за картину,
оскорбила и пригрозила
позвонить маме.
Как же я устала ее бояться!
- Кого? Заказчицу?
- Маму.
Она же меня просто в порошок сотрет.
Вот если бы я могла
начать новую жизнь,
писать то, к чему лежит душа...
Но для этого нужны деньги.
Краски, кисти, холсты -
все это очень дорого стоит.
Скажи, бабушка, только честно,
хоть ты веришь,
что у меня есть талант?
- Конечно.
- Вот если бы я могла писать,
не завися ни от кого,
я бы смогла найти хорошего галериста,
чтобы потом, в дальнейшем, он меня выставлял,
сделал мне имя, понимаешь?
Но опять-таки это большие деньги,
бизнес, раскрутка.
Вот если бы ты, бабушка,
смогла продать своего Ван Гога,
мы бы очень разбогатели.
Но, конечно, если ты не хочешь
никаких официальных мероприятий,
то я по своим каналам смогла бы
найти тебе достойного покупателя.
В общем, что ты думаешь
по этому поводу?
- У меня к тебе
встречное предложение.
Я могу попробовать устроить тебя
в художественное училище
преподавателем.
Директор - мой старинный приятель.
Думаю, ты там сможешь заработать себе и
на кисти, и на холсты, и на краски,
руку набьешь. У тебя будет время
и для собственного творчества.
И думаю, что там
очень хорошая атмосфера.
Как тебе вот этот вариант?
- Спасибо, бабуля.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. Прошу.
- Саша, здравствуй.
- Здравствуйте.
- Ой, знаешь, мне как обычно,
только кофе сразу. - Хорошо.
- Не помешаю?
- Нет.
- Я могу присесть?
- Да, конечно.
- Я займу у вас
всего несколько минут.
Вы меня не помните?
- Нет, простите. А что, должна?
- Меня зовут Татьяна Леонидовна.
Когда-то давно, когда вы работали
в обычной поликлинике дерматологом,
я у вас лечилась. Помните?
- Нет.
- А это и понятно,
ведь это когда было!
Я хочу снова записаться
к вам на прием.
- Понятно. Что вас беспокоит?
- Руки.
Вот видите покраснение?
- Это обыкновенный
нуммулярный дерматит.
В вашем возрасте явление частое.
Так что совершенно необязательно
записываться ко мне на прием
и платить деньги.
- Ну что вы? Я могу.
- Нет, не стоит.
Вот необходимый препарат.
Лечитесь, выздоравливайте.
А сейчас, извините, у меня обед.
Очень мало времени.
- Конечно, конечно.
Мне, право, неловко, что я бесплатно.
- Пустяки.
- Всего хорошего, Кира Владимировна.
- До свидания.
- Приятного аппетита.
- Спасибо.
- Я к Зуеву на лекцию не пойду.
- Почему?
- Ты что, не знаешь?
У него же привычка конспекты проверять,
прямо как в школе.
- Ну, я сделала.
Привет.
- Привет.
- А в честь какого праздника цветы?
- Просто так.
Здравствуйте.
Извините, что я перебил.
- Спасибо.
- Вообще, я заехал
пригласить вас
сегодня вечером в театр.
"Ромео и Джульетта", альтернативная версия:
в конце никто не умирает.
Полная чушь, конечно, но -
модный спектакль, в модном месте,
билетов не достать. А у меня
как раз есть парочка приглашений.
Как вы?
- В театр? В театр я не могу.
- Это почему?
- Ну как-то...
У меня нет никакой правильной одежды.
- Тоже мне, причина.
Ну давайте я заеду за вами в четыре,
и мы поедем правильно одеваться.
- Куда? - Это будет сюрприз,
хорошо? В четыре.
- Хорошо. - До свидания.
- Всего доброго.
Вы до сих пор на "вы"?
- Да, мне так нравится.
- Прикольно.
- Правда классный?
- Да, он классный, но какой-то...
- Так, все. Пойдем, а то опоздаем.
А я тебе дам свой конспект.
- Не спишь?
- Нет. Заходи.
- Бабуля, я так рада,
что ты вернулась.
Мне тебя не хватало.
Бабуля, знаешь...
- Знаю.
Я знаю все,
что ты мне сейчас скажешь.
Что мама - тиран, не дает
развернуться твоему таланту.
Что если бы не она,
ты могла бы ездить на фестивали,
знакомиться с режиссерами, продюсерами,
могла бы сниматься в разных городах
и даже странах. - Да.
- Наконец купила бы
себе приличный гардероб,
потому что выход в свет требует
каждый раз нового, модного платья.
Только тогда тебя заметят
и будут приглашать дальше.
И потом, еще нужно портфолио.
Фотограф, стилист,
макияж, украшения -
все это очень дорого стоит. Так ведь?
- Да.
Ты прямо телепат.
Бабуля...
если бы ты могла...
- Продать Ван Гога?
Девочки мои дорогие,
вы все хотите всего и сейчас,
но мне кажется,
чтобы чего-то добиться в жизни,
лучше следовать принципу
фэстина лентэ - торопись медленно.
Никуша, один умный человек сказал,
что актера делает талант,
труд и случай.
Талант у тебя есть безусловно.
Трудись не покладая рук,
а случай тебя найдет.
Обязательно найдет, вот увидишь.
- Спасибо.
(Звучит музыка.)
- Кира Владимировна...
- Да?
- К вам внеплановый пациент.
Какая-то важная птица.
Евгений Константинович
просит его принять вне очереди.
- Ну конечно, зови, что же делать,
если Евгений Константинович просит.
- Заходите.
- Здравствуйте. На что жалуетесь?
- На Киру Владимировну Мальцеву,
которая 20 лет назад обещала мне
отвечать на мои письма,
но не написала ни строчки.
- Ромка!
- Привет.
- Привет. Ты каким ветром?
- Попутным, Кира, попутным!
По работе приехал.
- Откуда?
- Из Штатов, я же тебе писал.
Ах, ну да, ты ничего не читала.
- Да все я читала,
просто я работаю как проклятая,
некогда в эпистолярном жанре упражняться.
Ну рассказывай: где ты, что ты,
как ты, чем занимаешься?
- Открыл сеть клиник
пластической хирургии.
- Ого!
- Завтра с партнерами открываем
выставку медицинского оборудования.
Пойдем на презентацию вместе?
- Ромка, я не могу, честно -
очень много проблем.
- Я помогу тебе их решить.
Я всегда давал тебе хорошие советы.
- Это точно.
- Бабуль, оцени.
Знаешь, куда я? Ты будешь довольна.
В театр.
- Я довольна. Ты красавица.
- Спасибо.
- А что за спектакль?
- "Ромео и Джульетта",
альтернативная версия.
- А!..
- Все, никаких вопросов. Я пошла.
- Сверни, пожалуйста, направо.
- Что?
- Прямо сейчас направо сверни,
я тебя прошу.
- Что это было?
- Тихо.
Это хорошо, что он
твою машину не знает.
- Кто "он"?
- Слушайте, ну... потрясающе!
- Да?
- Прекрасно. Прошу.
- Я не понимаю, почему она так одета?
Куда он ее собрался вести?
- Кира, что вообще происходит?
- Рома, надо за ними проследить. Поехали.
- Зачем?
- Я по дороге тебе все объясню.
Ромочка, поехали, я прошу,
мы упустим их.
- Хорошо.
- Прошу, ваше величество.
- Мерси.
- Прошу.
- В театр, значит, он ее повел, сволочь.
- Ну в театр и в театр,
что здесь такого?
- Ты его не знаешь совсем.
Этот человек никогда
ничего не делает просто так.
- Мне кажется,
у тебя навязчивая идея.
- Я с ним поговорю.
- Я, к сожалению,
тебе ничем помочь не смогу,
у меня встреча с партнерами.
- Хорошо. На связи.
- Пока.
- Ой, простите, не подскажете:
касса там?
- Даже не надейтесь, билетов нет,
я 4 часа здесь топчусь.
- Черт! - Ну и что, что она
приехала на день раньше?
Пусть дома сама посидит!
Что значит неприлично?
Она не гость - она твоя мать!
И что, мне теперь сдать билеты?
- Молодой человек...
- Молодой человек,
я слышал, у вас есть
билеты свободные, да?
- Молодой человек, извините,
я первая подошла.
- Вообще-то, первая подошла я, продайте,
пожалуйста, мне билет.
- Нет, вот первый был я.
- Это хамство.
- Как вам не стыдно!
Вы, вообще-то, в театре находитесь,
а она вам в бабушки годится.
- Ой, простите, пожалуйста.
Привет! Ну где ты ходишь?
И, главное, на звонки не отвечаешь.
Извините, пожалуйста.
Простите меня,
пришлось разыграть сцену.
- Вы знаете, очень убедительно получилось.
- Помогите мне, пожалуйста.
Можно я куплю у вас этот билет?
Если хотите, я могу сразу два купить.
Помогите, пожалуйста.
- Тут еще и Соколовская.
Обожаю ее в кино.
(Звенит театральный звонок.)
- Ой, у вас, по-моему,
немножко тушь...
- Вот здесь?
- Ага. Нет, нет, тут.
Ой, вы простите мою вольность.
- Я не вижу, у меня зеркала нет.
- А вон дамская комната,
может, будет удобно...
- Отлично.
- Извините.
Привет.
- Слушай меня внимательно:
если ты не оставишь Леру в покое,
я тебя посажу, я клянусь.
- За что?
За развращение несовершеннолетней?
Так это для тебя Лера маленькая девочка, а
с точки зрения закона
она вполне...
- Я найду, за что тебя посадить.
У таких людей, как ты, полно
скелетов в шкафах, я точно знаю.
- Ты мстишь мне, да? Уже год прошел, а
ты не можешь успокоиться?
- Много чести - мстить тебе.
Я тебя просто предупреждаю.
Оставь ее в покое.
Что ты в нее вцепился?
Тебе что-то надо от нее? Что именно?
- Почему? Мне ничего не нужно.
Она мне нравится.
Я, может быть, даже в нее влюблен.
- Хватит паясничать,
ты в принципе не способен любить.
Я смотрю на тебя и думаю:
господи, неужели меня с этим человеком
когда-то что-то связывало?
Ты знаешь, я абсолютно счастлива,
что тогда именно так все сложилось.
Я же не должна была возвращаться,
просто забыла документы,
а ты успел за это время притащить
в постель какую-то девицу! Господи!
- Послушай, ну не получилось у нас,
ну так бывает, давай забудем уже.
Я правда хочу, чтобы у нас сложились
нормальные отношения.
- Что?
- А почему нет?
Тем более что, возможно...
Я не знаю, как сказать,
но, возможно, мы скоро породнимся.
Я хочу жениться на Лере.
- Ты что несешь?
Ты с ума сошел?
Ты понимаешь, что я тебе не позволю?
Я тебя уничтожу, ясно?!
- Тихо, тихо, тихо, не надо сцен.
Нет, пожалуйста,
продолжай в том же духе -
и ты окончательно потеряешь
доверие дочери.
А может быть, мягче? Может, не мешать мне,
и тогда я тебе помогу.
Я тебе помогу восстановить
хорошие отношения с Лерой.
- Я тебя ненавижу!
- А вот и она, кстати. Решай.
Все в порядке?
(Звенит театральный звонок.)
О! Третий звонок. Прошу.


Серия 3

(Звучит лирическая музыка)
- Ты опять хочешь месяц
с ангиной проваляться, я не понимаю?
Подогрей, пожалуйста, ну.
Не детский сад ведь.
Вообще, что это за история
с заказчицей?
Объясни мне, пожалуйста,
почему я не в курсе.
Ты понимаешь, в какое положение
ты меня поставила?
Давай мы с тобой договоримся:
я всегда буду знать правду,
чтобы не чувствовать себя идиоткой. Ладно?
- Ты не будешь чувствовать себя идиоткой,
мама, в силу того,
что я выхожу на работу.
- Да ты что! Куда?
- В художественное училище.
- Очень интересно.
И кто же тебя позвал?
- Какая разница?
- Большая разница, Ксения.
Хотя, знаешь, я догадываюсь.
Бабушка пристроила, да?
- И что в этом такого?
- Да нет, ничего такого, просто,
как обычно, все за моей спиной.
А со мной, с матерью,
ты не хотела посоветоваться?
- О чем, мама?
- Вероника, можно не так быстро?
Подойди, пожалуйста, к нам.
Ну, и где ты была так поздно?
- Ездила по делам.
- Какие у тебя могут быть дела
в 12 часов ночи?
- Мама, еще нет 12 часов ночи.
- От ответа не уходи, пожалуйста.
Где ты была?
- Я ездила на студию
узнать по поводу съемок.
- Очень интересно.
Ты ездила на студию ночью.
(Сигнал автомобиля.)
Ладно, идите быстро спать.
Я с вами потом поговорю.
- Я надеюсь, спектакль не нанес
вам тяжелую психологическую травму.
- Наоборот, было весело.
Особенно когда Джульетта в халате лупила
Ромео в трениках сковородкой -
это было интересно, да.
- Я рад, что вам понравилось.
- Очень.
Спасибо.
(Скрип и стук двери.)
- Лера, подойди, пожалуйста.
Подойди ко мне, пожалуйста.
- Мама, если ты хочешь
поговорить о Максиме,
то, пожалуйста, не трать свое время.
Что бы ты сейчас ни сказала,
мое отношение к нему
от этого не поменяется.
- Даже если я скажу тебе,
откуда я его знаю?
- Откуда?
- Максим Беляев - мой бывший пациент.
Я не буду перечислять тебе
все болезни,
от которых он лечился
в нашей клинике...
- Мама, это ужасно.
- ...и называть по именам
всех его бесчисленных партнерш,
которых мы разыскивали
по всему городу.
Я скажу тебе только одну вещь.
За всю свою многолетнюю практику,
за всю свою жизнь
я не встречала такого человека.
- Я тебе не верю.
- А ему, значит, веришь?
- Ему - верю.
- Я запрещаю тебе, понятно?
- Мама, все, хватит.
Я устала. Пошла спать.
- Ох...
- Группа небольшая, все после школы,
хорошие ребята.
Один среди них, правда, взрослый,
после армии, с неоконченным высшим.
Но не без способностей.
Миша Калинкин, обратите на него внимание.
Вот, собственно, мы и пришли.
У вас же первый урок -
основы композиции?
- Да.
- Не волнуйтесь, все будет хорошо.
Ни пуха ни пера.
- К черту.
- Ладно, можно и так.
Ну что, я вас представлю? - Ага.
- Значит, в шесть.
Нет, я не могу тебе сказать, это сюрприз.
Хорошо, скажу тебе,
что там будет много воды
и много очень вкусных коктейлей.
Нет, это будет не бассейн. И не спа.
Ну сама увидишь.
Все, не могу говорить,
у меня очень много работы.
Ну все, пока-пока.
Что, видел, как нужно с девушками
разговаривать?
А она, между прочим,
красавица-модель.
Ноги - от коренных зубов.
Я только вчера с ней познакомился,
и вот результат.
- И где познакомились?
- Подвозил ее до студии.
У нее там какой-то фотосет был для журнала.
- То есть в полный рост
она тебя не видела?
- Ой, да ладно тебе.
Вообще-то, модели любят таких, как я.
Тем более что я ее очень сильно спас:
она опаздывала,
а у них там строго с этим.
А ты свою от хулиганов отбил
и до сих пор ничего не сделал.
А это очень нехорошо -
не давать возможности девушке
отблагодарить своего спасителя.
Ну? Ты вообще хоть что-нибудь
сделал?
- Я ей позвонил.
- "Позвонил". И что?
- Она была занята, у нее дела,
бабушка пропала.
- Значит, надо не звонить, а ехать.
Ты знаешь, где она живет?
- Нет, не знаю. Знаю только,
что учится на юридическом.
- Отлично! Тогда ты к ней
приедешь и скажешь,
что поможешь ей найти ее бабушку.
- Подумаю.
- Ну думай, думай.
Смотри только не опоздай.
Так. Татьяна.
- Композиция - это прежде всего
творчество и созидание.
Нельзя овладеть ею,
не приобретя личного опыта.
Лекции и беседы - это все вторично.
Поэтому вторую половину занятия
мы посвятим практике.
А пока я с удовольствием послушаю
каждого из вас,
кто готов поговорить со мной
о любой из этих картин
на предмет композиции. Да.
- Михаил.
- Слушаю вас, Михаил.
- Серов, "Девочка с персиками".
- Отличный выбор.
- Мне кажется, это лучшая и
самая парадоксальная работа Серова.
- А в чем парадокс?
- Вот смотрите.
Самое темное пятно картины -
бант с цветком.
Это центр квадрата. Правильные
прямые линии очерчивают блузу.
При этом сама фигура идеально
вписана в треугольник.
Основание - левая рука девочки.
Если говорить о композиции,
то здесь все выверено
с геометрической точностью.
При этом возникает
иллюзия сиюминутности, спонтанности.
- И все настолько гармонично,
что ничего не хочется убрать
или добавить, правда?
- Да-да, абсолютно. Сам Серов писал,
что в портрете Веры Мамонтовой
ему удалось сохранить свежесть живописи
при полной завершенности.
- По-моему, мы тут лишние.
- Угу. Я думаю,
если мы сейчас встанем и уйдем,
они даже не заметят этого.
- Точно.
- В 1887 году Верочка Мамонтова
вбежала в дом,
схватила персик и на мгновение присела за стол.
Именно это мгновение
впечатлило художника,
и он ей сказал:
"Ты будешь позировать для меня".
- Ага.
А потом мучил бедного ребенка целый месяц.
- Ну, искусство, как и красота,
требует жертв.
- Никуша.
Я купила новый сорт кофе
с нотками шоколада.
Продавец очень хвалил.
Давай попробуем?
- Бабуль, мне нужен твой совет.
Режиссер обещал мне роль -
ну, я тебе говорила -
балерины, которая попала в аварию.
В общем, время идет,
а он мне не звонит.
Как думаешь, это нормально,
если я ему сама позвоню?
- Почему бы нет?
А хочешь, я научу тебя
варить такой кофе,
что любой, кто его попробует,
уже никогда ни в чем
тебе не сможет отказать.
Хочешь?
- Угу.
- Тогда иди сюда.
- Ну, кофе так кофе.
- Кира Владимировна,
я могу пойти на обед?
- Что?
- Я могу пойти на обед?
- Что, уже обеденное время?
- Угу.
- Конечно, Лена.
Алло, привет. Удобно говорить?
Очень нужен твой совет.
Сможешь подъехать?
- На этом все, всем спасибо,
до свидания.
Вы что-то хотели?
- Да. Пригласить вас в кафе.
- Почему вы думаете,
что я пойду с вами в кафе?
- А почему бы и нет?
- Во-первых, я не люблю мужчин,
которые действуют нахрапом,
а во-вторых, я - педагог,
а вы - студент.
И это довольно неэтично
с моей стороны. - Да.
Но, во-первых, я очень скромный...
- Незаметно.
- Я так веду себя из-за страха - боюсь,
что по-другому вы откажете.
А во-вторых, мне очень хотелось бы
с вами поговорить
о живописи Модильяни.
Кстати, завтра открывается посвященная ему выставка.
Репродукции малоизвестных картин,
редкие фотографии...
Просто выпьем кофе и поговорим.
Мне очень важно ваше мнение.
- Ну хорошо.
Но только из-за любви к Модильяни.
- Все из-под контроля вышло, понимаешь?
Рассыпается, как домик песочный,
прямо на глазах.
Больше всего меня Лера,
конечно, беспокоит.
Нет, она бравирует тем,
что она совершеннолетняя,
но по сути - ребенок,
просто наивный ребенок.
Мерзавцу этому верит больше,
чем себе.
- Послушай, может быть,
он не такой уж и мерзавец?
- Он хуже, Рома. Он гораздо хуже,
чем ты можешь себе это представить.
Просто поверь мне.
Что-то ведь надо ему от нее.
Я прямо чувствую,
что что-то страшное затевается,
и ничего сделать не могу.
- В таком случае его нужно выводить
на чистую воду.
- Как?
- В Америке для этого используют частных детективов.
Они собирают компромат.
У меня есть один знакомый сыщик,
он немножко странный,
но дело свое знает хорошо.
Я сброшу тебе его номер телефона эсэмэской.
- Давай, хорошо.
- Может, ты не то расписание посмотрел?
- То, то. Да не боись,
выйдет она скоро.
- Тогда давай иди отсюда.
- Это твоя благодарность, да? Давай.
- Лера!
- Привет!
Ты как меня нашел?
- Методом дедукции.
Ты же сама сказала,
что учишься в юридическом.
- Ну да.
- Ну как, нашлась бабушка?
- Нашлась.
Там вообще такая история была...
- С удовольствием послушал бы.
Пойдем посидим где-нибудь?
Здесь неподалеку хорошее место есть.
(Сигнал клаксона автомобиля.)
- Слушай, я с удовольствием,
но как-нибудь в следующий раз.
Хорошо? У меня сегодня другие планы.
В следующий раз - обязательно. Пока.
- Прошу.
- Спасибо.
- Что это за перец? Бойфренд?
- Типа того.
- Мне кажется
или он немного староват для нее?
- А это не наше дело. Идем.
- Вот здесь у нас скоро будет экспозиция работ Грегера.
- Здравствуйте, Максим Владиславович.
- Добрый день.
- Здравствуйте. Вы знаете Грегера?
Ну, на сегодняшний день
это самый модный английский фотограф.
Я вам покажу обязательно.
- Добрый день, Максим Владиславович.
- Добрый день.
Много народу в кафе сегодня?
- Как всегда, аншлаг.
- Ну хорошо. Все в порядке?
- Да, у нас все хорошо.
- Ну и замечательно.
- Они вас любят. Или боятся.
- А вы как думаете?
А завтра наверху у нас
будет лекция по риторике,
и угадайте, кто будет вести.
- Не знаю.
- Леон Гизе.
- Правда? Леон Гизе? Это круто.
Я все его книги читала.
- Хотите, познакомлю?
Мы с ним договорились позавтракать.
- Конечно.
Если это удобно. Я не помешаю?
- Вы своим присутствием
украсите наше утро.
Ну что, продолжим экскурсию?
Грегер - основатель направления
индустриальной фотографии.
(Телефонный звонок.)
- Алло.
Данилов: - Доброе утро, красавица.
Не разбудил?
- Нет, нет, я уже проснулась.
- Это прекрасно. Не хочешь
ко мне заскочить на студию?
- Хочу. На съемки?
- Почему сразу на съемки?
Могу я просто соскучиться?
Я очень, очень хочу тебя увидеть.
Ты приедешь?
- Да.
- Привет, ба.
- Ты куда с утра пораньше?
- На мастер-класс по риторике.
Сам Леон Гизе ведет, он гений.
- Так садись позавтракай.
- Нет, спасибо большое.
Я там позавтракаю с Леоном.
Меня пригласили. Пока.
Доброе утро.
- Доброе. Прошу.
- Лена, я безнадежно опаздываю.
Будь добра, позвони, пожалуйста,
первому пациенту, извинись
и перенеси прием на вечер.
Лена, я не знаю.
Надеюсь, минут через сорок.
Скажи, что я стою в пробке.
Все. Черт!
- Доброе утро, Кира. Что случилось?
- Я проспала.
Ты представляешь, мама, я проспала!
Я вообще не помню,
когда со мной последний раз
подобное происходило.
В институте я опаздывала, да.
Всю ночь на нервах прождала Леру.
Во сколько она, кстати, пришла?
Понятно. Она уже встала?
- Она убежала
на мастер-класс по риторике.
- Какой, к черту,
мастер-класс по риторике, мама?
Ты почему так спокойно
об этом говоришь?
Сегодня что, в юридическом официальный
выходной объявили?
У меня такое ощущение,
что никому, включая тебя,
нет дела до нашей девочки.
- Михаил, доброе утро.
- Ксения Андреевна, доброе утро.
Это вам.
- Спасибо.
- Прекрасно выглядите.
- Красивые.
Ну что, мы идем на выставку?
- Я там был, на двери объявление,
что открытие переносится на 13:00.
- Ой, это же целых три часа
еще ждать.
Что делать будем?
- Можем зайти ко мне выпить чаю.
Я тут недалеко живу.
- Ну или по парку просто погулять.
- Три часа?
Можем и по парку погулять.
Но у меня есть отличное абрикосовое
варенье с косточками, мамино любимое.
- А мама?
- А мама на даче.
Вон в том доме я живу.
Три минуты - и мы на месте.
- Ну, только ненадолго.
- Привет.
- О!
Ну, сегодня просто бесподобна!
- А где?..
- Там.
- Ну я пошла.
- Удачи.
- Спасибо.
Здравствуйте.
- О, господа режиссеры,
к нам пришла богиня.
Привет.
- Привет.
- Знакомьтесь, кто еще не знаком:
это Вероника Мальцева.
Да. Удивительного таланта актриса,
самородок, можно сказать, брильянт.
Да, да, да. Что застыли? Знакомьтесь.
Вот, считай, и познакомились.
Каждый день думаю
о твоем божественном теле.
- Ну тише.
- Что тише? Пусть завидуют.
Все равно у них нет шансов.
- Ты знаешь, я так спешила,
что не взяла сценарий.
- Да? Какой кошмар.
А он тебе сегодня не нужен.
- Да? - Да.
Мне сейчас надо убежать по делам,
а тебя в костюмерной ждет Тамара.
Ты померь платье для роли,
и, если тебе что-то не понравится,
скажи, она переделает.
Вообще, ты знаешь,
я демократию не практикую,
но тебе можно.
- Нет, ну кто бы мог подумать,
что так быстро.
Вон Стасик три недели целых
ее обхаживал, и ничего.
- Ну так у господина Данилова
европейская практика же, да?
- При чем здесь практика?
Женщина никогда не согласится
лечь в постель без любви.
Главное, чтобы она видела,
что ты умираешь от нее,
что ты с ума сходишь по ней,
вот тогда тебе и карты в руки.
Не зря же у меня
первое образование актерское.
Как насчет холодного пива?
Я, естественно, угощаю.
- А то! Вперед.
- А это мы в походе.
Вот. Первый день
нашего горного похода.
Все перепуганные такие, чумазые.
Лес, темень.
Мошкара как пираньи. Смешные, правда?
- Скажите, а вы всегда
такие сложные места выбираете?
- Мы с ребятами так решили,
чтобы без удобств, без гаджетов,
чтобы проверить себя.
В таких ситуациях очень быстро
понимаешь про себя все
и к жизни начинаешь относиться
совсем по-другому.
А вот это уже наш пятый поход.
Есть разница, правда?
- Угу.
Вам, наверное, неинтересно
общаться в группе?
- С вами интересно.
- Я имею в виду ребят.
- Есть немного.
А вот это мы на Таймыре.
А вот это мы в горах.
Очень холодно и дышать тяжело.
- Миша, ты знаешь,
давай все-таки держать
дистанцию в училище.
- Да, конечно, я понимаю.
Может, хочешь мороженое?
- Да.
- Какое тебе?
- Давай фруктовое.
- Фруктовое, будет фруктовое.
- Ксюша!
Привет, Ксюша.
- Привет.
- А ты чего здесь делаешь?
- А ты?
- А я рядом на студии была.
Может, представишь нас?
- Это Миша. Это моя сестра Вероника.
- Не просто сестра,
а сестра двойняшка.
Вероника.
- Миша. Очень рад.
Двойняшка - это шутка?
- Такие метаморфозы
порой умеет творить природа.
Совсем непохожа, да?
- Да.
- Жалко, что мы не близняшки,
а то могли бы в школе
отвечать друг за друга у доски,
да, Ксюша?
- Да. Нам уже пора.
- Куда?
- На выставку Модильяни, ты забыл?
- А, да. Хотите с нами на выставку?
- Спасибо, но у меня другие планы.
В общем, хорошего дня.
- И тебе.
- Она похожа на какую-то актрису,
не могу вспомнить.
- Угу.
- А кем она работает?
- Ведьмой.
- Что?
- Я хотела сказать,
что у меня болит голова.
Я, наверное, никуда не пойду.
- А, да? Ну ладно.
Тогда я тоже пойду по делам, хорошо?
- Да, дела.
- Ну, тогда до завтра.
- Тогда до завтра.
- Ой.
- Добрый день, Кира Владимировна.
- Здравствуйте.
- Я вас слушаю.
- Может быть, мы присядем?
- Конечно, вон скамейка.
Итак, я вас слушаю.
- Мне нужно проследить
за одним человеком
и получить на него компромат.
- А что если клиент чист?
- Нет, он сто процентов
в чем-то замешан.
- Задание сложное,
но, думаю, выполнимое.
Давайте данные. Давайте, давайте.
- А, да.
Вот здесь все: фотографии,
место работы, адрес.
- Угу. Как скоро вам
нужна информация?
- Чем быстрее, тем лучше.
- Ха-ха, быстро! Но я постараюсь.
- Сколько это будет стоить?
- Не волнуйтесь,
Роман Семенович все расходы
уже взял на себя.
- Что значит "взял на себя"?
Знаете, я не хочу быть
никому обязанной,
поэтому цену назовите.
- Ну, примерно так.
- Вы серьезно?
С нулями ничего не перепутали?
- Нет, здесь все правильно.
- Простите, конечно, но моя зарплата
не позволяет платить такие деньги,
а взяток я не беру.
- Роман Семенович
уже оплатил все расходы.
- Верните мне, пожалуйста, конверт.
До свидания.
- Рисуешь?
Слушай, Ксю, хотела тебя спросить
про того парня в парке,
который был с тобой.
Он же меня потом догнал,
начал мне что-то рассказывать
про движение планет,
про то, что если они сойдутся...
В общем, какой-то очень странный,
я еле от него отделалась.
Хотела спросить тебя, кто это вообще?
- Пошла вон.
- Что?
- Что слышала. Пошла вон.
Ты мне всю жизнь
с самого детства испортила.
- Ксю, я не понимаю, а что я сделала?
- Что ты сделала?
Диму помнишь?
- Какого?
- Марченко из 7 "Б".
Этот человек мне дарил цветы,
прямо с клумбы рвал их.
Мы с ним даже договорились
после выпускного пожениться,
а потом влезла ты и все испортила!
- Ксюша, я не помню, правда.
- Конечно же, ты этого не помнишь,
потому что это в твоем стиле - проехаться
по душе танком,
а потом чувствовать себя бабочкой!
Дима для тебя через меня
даже записки хотел передавать!
А теперь у нас появился Миша,
и нам понадобился Миша! Пошла вон!
- Девочки, что происходит?
- Я тебя ненавижу,
я хочу, чтобы ты сдохла, понятно?!
- Ты с ума сошла
такое сестре говорить?
- Я не с ума сошла, это ты мне
всю жизнь все назло делаешь.
- Да тебе лечиться надо, ты больная!
- Вон пошла, я сказала! Вон!
- Не трогай меня, идиотка!
- Вон пошла отсюда!
- Ника!
Елизавета: - Ксюша, остановись.
- Господи, что у вас случилось? Ксю!
(Ксения плачет.)
Ксю! Бабушка.
- Ничего не понимаю.
- Пойдем, я тебя отведу.
(Плачет.)
Скорую вызвать?
- Нет, что ты. Все нормально.
- Сколько можно это терпеть, бабушка?
Я вообще не понимаю, почему
ты до сих пор не плюнула на все,
не продала своего Ван Гога
и не купила себе особняк в Европе?
Там и сердце можно полечить -
очень хорошие клиники.
- Как я брошу свой дом?
- Бабушка...
не просто дом, а сумасшедший дом.
Если бы у меня были твои возможности,
я бы уже...
бежала отсюда, не оглядываясь.
- Привет.
- Господи, как ты меня напугал.
Ты как меня нашел?
- Ну где еще может быть женщина,
одержимая слежкой и отказавшаяся
от услуг профессионала?
- Знаешь, такие деньги...
- Для меня - вполне адекватная сумма.
- Тихо, это он.
Прости, мне надо ехать.
- Я с тобой, тебя же должен
кто-то прикрывать.
Держи дистанцию,
чтобы он не заметил.
- Поток плотный - не заметит.
- "Потомственная целительница
и знахарка Аграфена
поможет вам избавиться от врагов".
Алло. Здравствуйте. Я по объявлению.
Мне нужно избавиться от врага.
Не в смысле убить,
а чтобы этот человек почувствовал,
какую боль он мне причинил.
Да, я хочу, чтобы он... точнее,
она страдала. Что для этого нужно?
- Так, ну все, я пошла.
- Куда?
- Фотографировать его. - Да он тебя
там через две минуты вычислит.
Давай, чем ты собралась
его фотографировать?
Все, сиди в машине, не высовывайся.
- Подождите,
а сколько это будет стоить?
Сколько?!
Нет, буду. Запишите меня на завтра.
Да, вечером будет удобно.
Спасибо. До свидания.
- Опа! На, держи.
- Ну что?
- Кое-что успел.
Официант заметил, что снимаю,
попросил убрать телефон.
- Угу.
- Так, давай поехали отсюда,
пока нас не накрыли. Быстро!
Быстрее, быстрее, быстрее.
- Ну что, выбрали что-нибудь?
Смотрите, какая замечательная штука.
Вам помочь чем-нибудь?
- Да. Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- У меня - вот.
- Что, сдать хотите?
- Угу.
- Семь тысяч.
- Так мало?
- Я только золото оцениваю.
Камни неизвестные -
надо экспертизу делать,
а это дорогостоящая процедура.
Оно вам надо?
В трудные времена многие меняют
настоящие камни на фальшивые.
- Я понимаю. Но это настоящий камень.
- Не хотите, не сдавайте -
ваше право.
- Ладно, пусть будет семь,
но я обязательно его выкуплю.
- Ну конечно. Конечно.
Как ваша фамилия?
- Мальцева Ксения Андреевна.
- Мальцева.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. А Борис Сергеевич...
- Он меня ждет.
- Это проблемы районного прокурора.
Давайте не будем валить все в кучу,
давайте разделять полномочия.
Все, конец связи.
Здравствуй, Кира.
- Здравствуй.
- Извини, с утра сумасшедший дом.
Лариса, меня полчаса ни для кого нет,
только для генерального.
Ну что, опять что-то с мамой?
- С дочкой.
(Звонок в дверь.)
- Здравствуйте.
- Добрый день.
Вы Ксения?
- Да. - Прошу.
- Здравствуйте.
- Фотографию принесла?
- Угу. Вот.
- Садись, милая.
Разлучница?
- Откуда вы знаете?
- Я все знаю, все вижу.
Зовут ее...
- Вероника.
- Вероника.
Я чувствую в ней силу большую,
к ней мужики как магнитом тянутся.
Справиться с ней будет нелегко.
- Я понимаю.
- Сакральные силы нам помогут.
Матрена, дай-ка нам мотанку.
Перемись, возьмись, сложись,
дева Вероника в мотанку вселись,
солнцем опались, огнем обожгись,
силы отними, счастье возьми.
Иглу. Подойди, милая.
Там к мотанке свиток
привязанный с заговором.
Будешь читать его 17 раз в день,
и иголкой коли прямо в лицо -
от уха до уха, от лба до подбородка.
Через три дня увидишь результат.
Как только поймешь,
что враг побежден, сожги куклу.
Сожги ночью, при луне. Поняла меня?
- Угу.
- Только так, чтобы никто не видел.
Ну все, иди-иди, милая.
Матрена, проводи.
- Спасибо вам.
- Расплатишься с Матреной там.
Положи в шкатулку.
Вот сразу видно -
образованная ведь девка,
не дура какая-нибудь деревенская,
а все туда же.
- Ну как вы ее, Ярослава Викторовна!
Она так прониклась, что вот
чуть-чуть - и сознание потеряла бы.
- Ну я же квалифицированный психотерапевт,
не самоучка какая-нибудь.
- И кто его хочет посадить?
- Ну, это программа максимум.
Как минимум я просто хочу,
чтобы он отстал от моей Леры,
чтобы он на сто метров боялся
к ней подойти, понимаешь?
- А что тебя тревожит?
То, что он ее старше?
- Господи, Боря,
при чем здесь возраст?
Мне кажется, что он преступник.
- С чего ты это взяла?
- Он не просто так в ее жизни появился.
От него прямо исходит
какая-то опасность,
я интуитивно это чувствую.
Я тебя очень прошу: помоги.
- Ладно. Не хотел я в это влезать,
но, видимо, придется.
С Максимом Беляевым я не знаком,
ничего плохого о нем сказать не могу.
Но вот тот, кто сидит напротив,
мне известен.
Семен Баев. Два года назад
на него завели дело
за торговлю девушками за границу.
- Боже мой!
- Но ему как-то удалось
выйти сухим из воды.
- Ты веришь, я чувствовала
что-то подобное.
- Подожди. Я ведь говорю о Баеве,
к Беляеву это никакого
отношения не имеет.
- Боря, а ты можешь доказать связь
Баева и Максима?
Нет, я сама буду следить за ним...
- А вот это ты брось.
Во-первых, это противозаконно,
а во-вторых, опасно.
Я сделаю все, что я могу,
только, Кира,
надо соблюдать конфиденциальность,
понимаешь?
- Ну конечно, я понимаю.
- Маруся, привет.
- Здравствуйте.
- А ты не знаешь, где Данилов?
А то я ему звоню, а он не отвечает,
и на студии занято.
- Он там, в павильоне.
- А, отлично. Спасибо.
- Вероника.
- Да?
- Нет, ничего, извините.
- Ты знаешь, я бы хотела вернуться
на семь лет назад
и сделать все по-другому:
опоздать на поезд,
заболеть, укрыться в деревне,
но не встретить тебя.
- Стоп. Ну, здесь все отлично.
Завтра можем снимать эту сцену.
Да, но мне нужно с тобой
пройти финал.
- А что здесь происходит?
- Ты почему не позвонила?
- А я звонила вам,
Владислав Игоревич,
но вы трубку не берете.
- Да?
- Да. Почему она читает мой монолог?
- Слушай, я настаивал на тебе,
дрался за тебя, но продюсер...
Это его пассия, понимаешь?
Но не волнуйся, для тебя есть
более яркая, характерная роль -
Мари, француженка, помнишь?
Вот она твоя, без проб.
Слушай, мне надо сейчас бежать,
продюсер вызывает.
Вот. Увидимся позже, хорошо?
Пятнадцать минут перерыв.
Но не расслабляемся.
- Нет, ну правда,
добровольно жить в этом балагане
в то время, как у тебя на руках
миллионы долларов? Это же нонсенс.
Вы согласны?
- Абсолютно.
Но если Елизавета Андреевна
все же решится продать Ван Гога,
то я к ее услугам. С удовольствием помогу
организовать экспертизу
и продать по самой выгодной цене.
- Бабушка идеалистка - она еще верит,
что в этой семье возможен мир.
- А мне нравится ваша бабушка -
своей цельностью, оптимизмом.
Сейчас таких уже не делают.
Жаль, что я не могу
с ней познакомиться.
- Почему?
- Ваша мама...
Она меня ненавидит.
- Да.
Я, кстати, хотела спросить - почему?
Она это объяснила тем,
что вы постоянный клиент ее клиники,
извините.
- Простите, ради бога.
Да... Что, она прямо так и сказала?
Н-да.
Вот что значит
уязвленное женское самолюбие.
Нет, все гораздо проще.
Ваша мама год назад
рассчитывала на взаимность
и не получила ее.
Вот так. Жаль, что теперь
это недоразумение
ограничивает нас в общении.
- Ничего не ограничивает.
Я прямо сейчас
познакомлю вас с бабушкой.
Да. Пойдемте?
Пойдемте-пойдемте.
Проходите.
(Хлопнула дверь.)
Лера: - Бабушка, ты дома?
У нас гости.
Бабулечка, это Максим -
тот самый человек,
который спас мне жизнь.
- Ну наконец-то ты решила
нас познакомить.
Спасибо, Максим.
- Елизавета Андреевна.
Я прошу прощения
за такой неожиданный визит,
но Лера настаивала.
Вообще, Лера постоянно
о вас рассказывает,
но она не сказала главного.
- Да? Чего?
- Вы красавица.
- Максим, для женщины моего возраста
это сомнительный комплимент.
- Ну, это не комплимент,
это констатация факта.
И потом, знаете, как Вольтер говорил?
"Прекрасно только то,
что естественно".
А что может быть естественней возраста,
который к лицу?
- Как приятно иметь дело
с образованным человеком.
- Бабулечка, если бы ты знала,
с какими людьми Максим дружит!
Расскажите, пожалуйста.
- Лера, перестаньте,
а то Елизавета Андреевна
подумает, что я хвастаюсь.
- А вы друг с другом на "вы"?
Как мило, как трогательно.
- Я, честно говоря, давно
хотел предложить перейти на "ты",
но как-то не было
подходящего момента.
- А я ведь не против.
- Да? - Да.
- А что же мы тут стоим?
Можно я вам предложу чашку чая?
Для кофе, наверное, уже поздновато.
- Ну... с удовольствием.
- Чувствую нотки гибискуса
и лепестков розы.
- Абсолютно верно.
Может быть, вы так же хорошо
разбираетесь и в кофе?
- Нет, гораздо лучше.
Чай - это так, легкое увлечение,
а кофе - это большая
непроходящая любовь.
- Ну вот, наконец-то
в этом доме у меня союзник.
Знаете что, Максим?
Я приглашаю вас на день рождения.
Отказов не принимаю.
- Ну, если Лера не против...
- Что вы!
- Мы будем пить кофе
и какое-нибудь итальянское вино.
- Спасибо большое.
Тогда вино я беру на себя.
Предлагаю что-нибудь из тосканского репертуара.
- Годится.
- По-моему, вы спелись.
- Ох. У вас так замечательно, правда.
Но мне, к сожалению, пора:
у меня в квартире сейчас ремонт,
и нужно контролировать строителей.
- А где же вы живете, если ремонт?
- Друг оставил мне ключи:
он уехал ненадолго.
Так что спасибо ему, что приютил.
Елизавета Андреевна, невероятно приятно
было с вами познакомиться.
- Взаимно.
- Будьте осторожны на дороге,
дорогой Максим.
- Спасибо, Елизавета Андреевна.
И спасибо за чудесный вечер.
Пока.
Добрый вечер, Кира.
- А что здесь происходит?
Вы зачем впустили в дом
этого человека, мама?
- Начинается.
- Объясни мне, пожалуйста.
Здесь написано,
что на Борисовском кладбище
нет могилы Лии Аркадьевны Гуревич.
Она вообще кто такая?
Зачем ты ищешь ее могилу,
я не понимаю?
Если эта женщина мертва, зачем ты
завещала ей все свое имущество?
Объясни, пожалуйста.
- А какое ты имеешь право
вскрывать мои письма?
- Ты не ответила мне на вопрос, мама.
Ты меня слышишь?


Серия 4

- Доброе утро.
- Доброе утро, Кира Владимировна.
- Это что?
- Цветы. Наверное, от поклонника.
- Какого еще поклонника?
- Не знаю. Букет курьер принес.
- Господи, лилии!
Из-за них нечем дышать.
Вытащи, пожалуйста, в коридор.
Давай-давай.
- Ах! Неужели выйдет?
Эх! Фу-ты ну-ты!
Не очень-то и хотелось.
(Звонит телефон.)
Внимательно слушаю.
- Елизавета Андреевна, добрый день.
Это Роман вас беспокоит.
- Какой Роман?
- Роман Экслер.
- Экслер?
Ромочка, боже мой, ты в Москве?
- Да, я здесь.
И хочу напроситься к вам в гости.
- С огромным удовольствием
приму тебя.
(Стук в дверь.)
- Да-да.
- Евгений Константинович,
к вам посетитель.
- Пусть войдет.
- Проходите, пожалуйста. - Спасибо.
Здравствуйте, Евгений Константинович.
- Здравствуйте.
- Так, это образцы.
А это документы.
- Тут серьезная просрочка:
срок годности
вышел уже 2 месяца назад.
- Ну так и цена сами знаете какая.
А даты - перебить или заклеить,
это же не вопрос.
- Для кого не вопрос?
- Ну, если нужно,
мы можем сделать это сами,
но, правда, цена немного изменится.
- Вы говорили, что срок на грани.
У этих так и есть,
а здесь очень большая просрочка.
Вы понимаете, на какой риск
я должен буду пойти?
- Евгений Константинович,
вы же знаете,
насколько условны все эти сроки.
- У вас образование медицинское?
- Медицинское.
- Тогда посмотрите в составе
на действующее вещество и сами
скажите: важны или не важны сроки.
- Что вы предлагаете?
- Минус двадцать процентов
на всю партию.
- Хорошо, будь по-вашему.
- Прошу.
Слушай, к тебе тут клиент.
- Кто? Я ни с кем не договаривался.
- Привет, Кулибин.
Я, как и обещал, приехал. Полечишь?
- Ремонт смогу только завтра начать:
работы много.
- Ради бога, хоть послезавтра.
Я все равно продавать ее хочу,
но просто с таким шумом в движке
никто не возьмет.
У тебя, кстати, нет какого-нибудь
покупателя на примете? - Нет.
- Ну, нестрашно.
Машина хорошая, уйдет быстро.
Просто невесте надо новую тачку взять:
Лера любит машины побольше.
Думаю ей внедорожник подыскать.
А я, кстати, тебя видел
у нее в университете.
Ты по делам приходил или как?
- Или как.
- А, ну ясно, ну ясно.
Ну так что, когда я могу
тачку подогнать?
- В среду после семи.
- Ну супер.
Счастливо, ребята.
- Вот чмо, а.
Нет, ты понял, что он сейчас сказал?
Мол, отстань от моей девушки,
посмотри на себя: кто я - и кто ты.
- Да пошел он!
- Слушай, кажется,
я где-то видел эту рожу.
- Да? И где?
- Вот не могу вспомнить где.
- Ну вот вспомнишь - расскажешь.
- Угу.
- Рома, дорогой,
как я рада тебя видеть.
- Елизавета Андреевна,
за столько лет вы совсем не изменились.
- А ты все такой же любезный мальчик,
только возмужал,
стал такой импозантный.
Как тебе мой фирменный кофе?
Не забыл вкус?
- Разве такое забудешь?
Запах студенчества.
- Как же я мечтала,
чтобы ты стал моим зятем,
но, видимо, не судьба.
Ты надолго к нам? По работе?
- Не только.
Я, Елизавета Андреевна,
осуществил американскую мечту,
но никак не могу забыть
о другой мечте - русской.
Вы знаете, с чего
я начинал в Америке?
Я чистил печи в пекарнях.
Потом подтвердил свой диплом врача.
Ну, как подтвердил?
Сдал все экзамены заново.
И пахал как проклятый.
- Ты всегда был
очень трудолюбивым мальчиком.
- Теперь у меня своя сеть клиник
пластической хирургии,
вилла на берегу океана, деньги.
Но знаете, что самое смешное?
Я так и не смог жениться.
Нет, у меня были женщины, но...
Все это было не то.
- Ты искал такую, как Кира?
- Я искал Киру.
Но, к сожалению, людей
еще не научились клонировать.
В общем, я, наверное, идиот,
но я приехал попробовать еще раз.
- Ты боец.
- Да.
Я, когда ее увидел,
понял, что не зря приехал.
Она стала еще красивей,
еще притягательней.
Но я совсем не знаю ее нынешнюю:
ну, ее привычки, вкусы.
Помню, 20 лет назад
она очень любила лилии.
- Ха! Рома, я не знаю, что произошло,
но после рождения близняшек
она просто возненавидела лилии.
Но я тебе расскажу
о ней все, что знаю.
Вдвоем мы ее завоюем.
- Спасибо вам большое.
- Соня!
- Кира Владимировна,
вы что тут делаете?
- Я пришла поговорить
насчет графика отпусков.
- А разве Соня не сказала,
что меня нет?
- А Сони самой нет на месте.
А это что такое?
- Проводил ревизию в нашей аптеке
и нашел несколько просроченных
препаратов. Безобразие!
Надо выбросить.
Вы что-то хотели?
- Да, я по поводу отпуска.
По графику я должна уйти
через 2 месяца,
но, если это возможно,
я бы ушла через неделю.
Если вы, конечно, не возражаете.
- Конечно, не возражаю.
Я вижу, что вы очень устали.
Так что можете идти в отпуск
со следующей недели.
- Ну, прямо со следующей недели,
наверное, не получится:
мне нужно довести некоторых пациентов
и передать их коллегам.
- Пишите заявление
и ни о чем не беспокойтесь.
Все будет хорошо.
- Спасибо.
Я даже не ожидала такого участия,
Евгений Константинович.
- А вы думали,
что я черствый и бездушный?
- Да нет, мне всегда казалось,
что вы меня недолюбливаете.
- Это только казалось.
- Ну спасибо.
- Стоп. Снято.
Одна просьба, Валентин Петрович:
в следующем дубле все в два раза медленнее, да?
И глаза...
- Здрасте! - ...здесь
будут крупно глаза, а в них - печаль
и полное безразличие к жизни. Да?
Перерыв пять минут!
- День добрый!
- А, Никуля, привет! Какими ветрами?
- А я вот Данилова ищу,
а то у него телефон опять недоступен.
- Так он же в командировке,
в Подмосковье,
натуру выбирает для съемок.
- А-а!
- А зачем он тебе?
Может, я могу чем помочь?
- Нет. Он просто мне
роль Мари обещал и сказал,
что курьер доставит сценарий,
но пока его не было.
- Слушай, так это Марусю
надо спросить, она наверняка в курсе.
- Ну ладно, до свидания.
- Счастливо.
- Привет, Ника.
Вероника: - Привет!
Маруся! Привет.
- Здравствуйте, Вероника.
- Мне так и не прислали сценарий.
Данилов сказал, что дает мне
роль француженки Мари.
- Мне Владислав Игоревич
ничего об этом не говорил.
- Что, совсем ничего?
- Ну, я же его скоро увижу,
давайте я все выясню и позвоню вам.
- Буду очень признательна.
Ладно, спасибо большое.
- Всего доброго.
- А чего она хотела?
- Данилов ей обещал
роль француженки Мари!
Сволочь! Кинодромщик.
- Кино... кто?
- Никто, это я так.
- Ты сейчас куда?
- Еще не знаю, Максим обещал заехать.
Говорит, опять у него для меня
какой-то сюрприз.
- А если этот сюрприз будет
мне по пути, добросите меня до дома?
- Конечно. Куда же мы тебя денем?
Сейчас...
- Мальцева! - А?
- Вот хорошо, что ты еще не ушла.
Николай Станиславович
тебя к себе вызывает.
- Ректор?
- Ректор, ректор.
Доигралась в демократию
и свободу слова? Пойдем.
- Ну отличненько! Я пойду?
Сказать Максиму,
чтобы он тебя подвез?
- Да ладно, я сама доберусь.
Давай, пока!
- Кира!
- Привет, Рома!
- Привет! Это тебе.
- Шикарные орхидеи. Скажи, а лилии,
которые у меня на работе, -
это тоже ты?
- Лилии? Нет, я их терпеть не могу.
- Правда? Ну я тоже.
- Кира, я хочу
пригласить тебя на ужин.
Как ты относишься
к французской кухне?
Мне посоветовали
небольшой ресторанчик на набережной.
Может быть, посидим,
вспомним студенческие годы,
ты мне расскажешь о наших?
- Ромка, я французскую кухню люблю,
но ты только не обижайся,
я сейчас...
- Да, я знаю, не самое лучшее время
в жизни: куча проблем,
голова думает о другом.
Знаешь, что советуют психологи
в таких случаях?
- Что?
- Переключаться.
Тогда мозг начинает работать
в другом режиме,
и вдруг приходят неожиданные решения,
новые возможности,
и человек думает: как это я раньше
об этом не догадался?
- Ну хорошо, давай. Только мне надо
съездить домой переодеться.
- Да, конечно.
(Стук в дверь.)
- Да?
- К тебе можно?
- Да, бабуля, заходи, конечно.
- Просто хотела тебя расспросить,
как тебе работается.
Нравится преподавать?
- Нравится. Все хорошо, спасибо.
- А у тебя все в порядке?
Ты какая-то бледная.
- Давление, может быть, низкое.
- А, ну это мы легко поправим.
Попьем вместе кофейку,
и поесть тебе не мешало бы.
- Извини, бабуля, но я не хочу есть.
Я лучше полежу посплю, ладно?
- Ну поспи, поспи.
- Привет.
- Привет. Мне Даша сказала,
тебя ректор вызывал?
- Да.
Ему Кардамонов нажаловался,
что я его лекции пропускаю вообще.
Вот Кардамонов - самый бездарный
преподаватель из всех, что я знаю.
За что я его должна уважать?
- Чем ректор-то грозил, отчислением?
- Да нет пока, слава богу.
Главное - чтобы бабушке не позвонил,
они приятели.
Бабушка расстроится, а у нее сердце.
- Ну, ты не волнуйся, я это решу.
Твой Кардамонов
знаешь как тебе будет говорить?
"Здравствуйте, Валерия Андреевна!
Как ваше драгоценное здоровье?"
Да, и низко-низко кланяться.
А ты знаешь как будешь ему отвечать?
"Кардамонов, отстань!"
(Лера смеется.)
"Ты мне противен!"
- У вас неплохо получается.
- Так, мы же на "ты" перешли, забыла?
- Да.
- Какой ты красивый, рыженький такой.
Что такое?
- Смотри, какая интересная старушка.
Похожа на персонажа
из английских детективов.
- Да, колоритная.
Ну что, поехали ко мне в арт-клуб?
Там сегодня
неплохие ребята рок играют.
- Если честно,
настроение сегодня вообще не то.
К тому же у бабушки завтра
день рождения, нужно готовиться.
Ты помнишь, что ты тоже приглашен?
- Конечно.
Ну что, отвезти тебя домой?
- Поехали.
- Красавец, красавец!
(Машина уезжает.)
(Хлопнула дверь.)
- Добрый вечер, мама.
- Добрый. Есть будешь?
- Нет, я сегодня в ресторане ужинаю.
- С коллегами?
- С Ромой Экслером.
Я не говорила тебе, что он прилетел?
- Нет, не говорила.
Но я рада, что вы снова...
- Это обычный ужин, мама.
- "Обычный ужин".
- Вероника, здравствуйте.
- Вы меня напугали.
Вы что, следите за мной?
- Ага, слежу.
А это, оказывается,
невероятно увлекательное занятие.
- В смысле?
- Я имею в виду, видеть вас,
наблюдать за движением головы, рук.
- Послушайте, я не хочу вас видеть.
Я вообще никого не хочу видеть.
И если я еще раз увижу вас
возле себя, то я вызову полицию.
- Не знаю, чем вызван ваш гнев, но...
- Никаких "но"! Я вас предупредила.
- Кира!
Кира!
(Тяжело вздыхает.)
(Телефонный звонок.)
- Да, Елизавета Андреевна.
Как - пропала?
Хорошо, я сейчас приду.
- Деточка, вам плохо?
- Все хорошо.
- Может быть, вызвать скорую?
- Нет-нет, не надо, спасибо большое.
- Давайте я вызову такси вам?
- Не надо.
Извините, пожалуйста,
мне просто надо побыть одной.
- Понимаю, понимаю.
- Извините.
- Прекрасный мальчик,
соответствует 30-й неделе беременности.
- Спасибо.
- Пожалуйста, всего вам доброго.
- До свидания.
- До свидания.
(Виброзвонок.)
- Привет, подруга.
Уже и не надеялась тебя услышать.
Сколько мы не виделись, года три?
- Ну, почти три.
Я же не виновата, что кто-то
переехал жить на другой конец города.
- Для друзей детства
это не имеет никакого значения.
Ладно, шучу.
Что с голосом, что случилось?
- Да живот болит сильно,
вот хотела тебе показаться. Примешь?
- У меня окно только на послезавтра.
- Ну ничего, я подожду.
- Может быть, скорую вызовешь?
С такими делами не шутят.
- Все хорошо, уже почти прошло.
Ну так что, запишешь?
- Хорошо.
- Даже не могу представить,
куда она делась.
Может быть, как-то незаметно
в дверь проскользнула?
Но тогда бы ты ее на улице заметил.
Ой, так неловко.
- Не волнуйтесь,
Елизавета Андреевна, найдется.
Главное - чтобы с ней
все было в порядке.
- Не расстраивайся, пожалуйста.
И звони мне.
- Хорошо, до свидания.
(Скрип двери.)
- У меня нет слов.
- Вот и не надо ничего говорить, мам.
- Ты же сама говорила,
это просто ужин.
- Для меня - да, но я вдруг поняла,
Это для него - нет.
Я этого не хочу, мама.
- Он прекрасный человек.
Он мог бы стать для тебя замечательным мужем!
- Он мне просто друг, мама.
Давай мы эту тему
раз и навсегда закроем, хорошо?
- Так, вы кто? А?
В чем дело?
- Не ори, мужик.
- Вы кто? Я сейчас полицию вызову.
- Тебе привет от дяди Жоры.
Передавать?
- От кого?
- Передавайте.
Ну что, вспомнил?
А еще Георгий Борисович
просил передать,
что теперь твой долг
будет увеличиваться
каждый день на три процента.
- Я же сказал, что я все отдам.
- И напоследок он просил напомнить,
что бегать от него бессмысленно.
Надеюсь, ты меня понял?
- А вы понимаете, что я сейчас работаю
над получением
крупной суммы денег, очень крупной?
Карточный долг - долг чести,
нет никаких вопросов.
- Только не надо красивых слов.
- Я все отдам.
- Конечно, отдашь: жить-то хочется.
Короче, срок тебе - неделя.
Время пошло.
- Привет, Ксю.
- Привет.
- Тортик мастеришь?
- Угу.
- Можно попробовать? М-м...
Как в детстве. Очень вкусно.
Сейчас приму душ, помогу тебе.
- Всеми привет. М-м, тортик!
- Привет.
- Это для праздника.
- О, кстати, праздник.
Кто что собирается бабушке дарить?
- Я купила ей сборник стихов Надсона,
антикварное издание.
- Угу.
- Книга - лучший подарок.
Слышала о таком?
- Конечно.
- А ты что собираешься дарить?
- Я решила подарить шарф,
очень красивый, шелковый, эксклюзивный.
- Это не тот эксклюзивный шарф,
который тебе подарил
какой-то поклонник два года назад. Нет?
- Нет. Этот я купила сама.
- Окей. Ксю, ты что будешь дарить?
- Я нарисовала ей картину.
- Прости. Смешно.
Кстати, а где наша мама, Ксю?
- Я не знаю.
(Щелчок фотоаппарата.)
- Камея - это символ
утонченной красоты.
В ней есть все: законченность,
форма, плавность линии.
Утонченная изощренность.
Потрогайте. Почувствовали тепло?
(Щелчки фотоаппарата.)
- Ах! Черт!
- Здравствуйте, Кира Владимировна.
А что это вы здесь,
антиквариатом интересуетесь?
- Интересовалась.
Вас увидела - желание пропало.
- Фу-ты ну-ты!
Вместе:
- Поздравляем! Поздравляем! У-у-у!
- Бабулечка, с днем рождения тебя!
- Спасибо, мои родные.
- Не расходимся,
сделаем совместное фото.
- Обязательно.
- Раз, два, три.
Вместе: - Сы-ы-р!
- Бабуль, теперь к столу.
- Да.
- Подождите, а что,
мы маму вашу ждать не будем?
- А... Ну Максима тоже еще нет.
(Звонок в дверь.)
Это он.
Красивый какой!
- Как у бабушки настроение?
- Очень хорошее.
- Добрый день. - Добрый день.
- Здравствуйте.
- Елизавета Андреевна,
с днем рождения.
- Ой! Какая красота!
- Я невероятно счастлив,
что могу поздравить вас лично.
Вот еще небольшой подарок.
- Боже мой!
- Ну это царский подарок.
- Бабуль, давай помогу.
- Максим, зачем же вы
столько денег потратили?
- Это очень красиво.
- Вот.
- Ну как?
- Бабуль, ты царица.
- Спасибо большое.
- Рад, что доставил вам удовольствие.
- Ну что, может быть, к столу? Да?
- Да.
- Подождите, ну мамы-то нету.
- Бабуль, ну она, может,
приедет часа через два, -
что же, нам голодными теперь ходить?
- Садись.
- А если ей, например, позвонить? Ксю?
- Нет, я не буду.
- Я тоже.
- Я тем более.
- А вы когда последний раз
были у своего врача?
- У Лысенко?
- Да.
- Два дня назад. А что с ним?
- Он заболел.
Так, два дня назад.
И Богдан Тимофеевич назначил вам...
Ага. Вы таблетки
в нашей аптеке покупали?
- Да.
- А сыпь когда появилась?
- Да сразу и появилась.
И температура еще высокая была.
Я как раз на тренировке был,
а тут - бац! - 39,7.
Я думал, что перетренировался.
- Таблетки отмените,
я распишу вам новую схему лечения,
придете ко мне через неделю,
посмотрим, что к чему.
- То есть сыпь все-таки
из-за таблеток?
Типа индивидуальная непереносимость?
- Ну, я пока не знаю,
но я с этим разберусь, обязательно.
- Я не помню своей бабушки.
Она очень рано ушла из жизни.
И моя мама покинула меня,
когда мне было 15 лет.
Я был с ней до последней секунды.
Да... Но, конечно, я не собираюсь
сегодня говорить о грустном.
На самом деле я хотел
сказать о том, как важно,
когда твои близкие люди
рядом с тобой.
Знаете, Елизавета Андреевна,
я немного завидую вашим внучкам,
потому что у них есть возможность
говорить с вами,
пить ваш чудесный кофе,
просто спрашивать совета и получать его.
- Я очень тронута, Максим. Спасибо.
- Вы необыкновенная женщина.
- Ой...
- Вы драгоценность, которую,
девочки, нужно хранить, беречь,
холить и лелеять.
- Бабулечка, за тебя!
- За тебя!
- За тебя!
- Очень вкусное шампанское.
Максим, вы волшебник.
- Бабуль, только не увлекайся.
Не забывай, что у тебя сердце, хорошо?
- Да, у меня сердце.
И сегодня оно переживает
свои лучшие мгновения.
- Кира Владимировна,
а у вас все хорошо?
- Да, все нормально.
- А я могу идти домой?
- А прием?
- Прием закончился 10 минут назад.
У вас точно все хорошо?
- Да.
Иди, конечно, Лена.
- А вы?
- Я тоже скоро пойду.
- До понедельника, Кира Владимировна.
- До свидания.
- И он должен прыгнуть со скалы.
Декорация скалы.
Он произносит финальный монолог,
собирается уже прыгать -
и вдруг ассистент режиссера
замечает, что нету матов,
на которые он должен прыгнуть.
Этот уже произносит последние слова,
и первое, что видит ассистент
под рукой, - это батут.
И он хватает батут,
подтаскивает к декорациям...
Герой говорит: "Прощай, моя жизнь!",
делает шаг, летит в пропасть -
и тут же, через секунду,
на глазах у изумленной публики
вылетает обратно.
Минуту он туда-сюда...
- А что здесь делает этот человек?
- Здравствуй, Кира.
Прости, мы начали без тебя.
- Мама, почему ты пьешь вино?
Тебе нельзя, ты принимаешь лекарства.
Все знают, что бабушке нельзя пить вино,
она лекарства принимает.
Вы что? Так что он здесь делает?
- Нет, ну, в принципе,
все как всегда:
пришла мама - все испортила.
- Лера, не надо.
На самом деле, мне действительно
уже пора идти.
Спасибо большое за чудесный вечер.
- Максим, ну пожалуйста.
- Нет-нет, правда, я же говорил,
у меня в квартире ремонт,
нужно контролировать
каждый шаг строителей.
Потом еще к другу добираться
на другой конец города.
- Всего доброго. До свидания.
- Мама!
- Знаете что, Максим,
а переезжайте к нам.
Я вам комнату приготовлю. А что?
На правах Лерочкиного жениха.
- Мама, ты что несешь?
Ты с ума сошла?
Он не будет здесь жить, мама!
- Кира, это мой дом,
и я тут буду решать,
кто тут будет жить, а кто нет.
- Браво, бабушка.
- Елизавета Андреевна,
я правда не знаю.
- Возражения не принимаются.
Садитесь, Максим.
- Просто какой-то театр абсурда.
- За самую лучшую бабушку в мире.
- Елизавета Андреевна,
мы это еще обсудим.
- Все решено.
Из домофона: - Кто?
- Денис в пальто.
- Придумал бы что-нибудь посвежее. Заходи.
Заходи.
Присаживайся.
- Опа! Ты что, в бега собрался?
- Типун тебе на язык.
Я переезжаю жить к Мальцевым.
- Уже? Вот ты быстрый.
Скажи, а зачем тебе все эти
сложности: переезд, женитьба?
Не проще ли просто обыскать дом?
Сигнализации там нет,
залезть туда проще простого.
- Ты думаешь, самый умный?
Ты думаешь, я уже не обыскивал?
Обыскивал.
Я специально для этого
завел роман с Кирой,
сделал дубликат ключей
и, пока никого не было, все обыскал,
но ничего не нашел.
- А может, картины вообще
не существует?
- Существует. Существует,
сто процентов существует.
У меня информация
из надежного источника.
У отца старухи Мальцевой был
любимый ученик, тоже коллекционер,
так вот он лично видел картину.
Мальцев даже давал
в руках ему подержать.
Существует.
- А где же ты собираешься ее искать,
раз дом уже обыскивал?
- Мне старуха сама ее отдаст
в качестве приданого.
Вопрос в том,
как ускорить этот процесс.
- Какова моя роль?
А главное, доля за участие.
Ты, кстати, помнишь, что еще
со мной не до конца рассчитался
за предыдущую работу?
- Конечно помню, Денис. Ну что ты!
Все будет в порядке, не переживай.
Мне от тебя нужно вот что.
Я вчера в комиссионном встретил Киру,
и она сделала вид,
как будто случайно там оказалась,
и я подумал -
а может, она за мной следит?
Походишь за ней?
- Похожу.
Может, шугануть ее, чтобы отвязалась?
- Не надо. Ну...
Не надо, давай просто выясним,
следит или нет.
- Мама, ты действительно собираешься
его здесь поселить?
- Да, я так решила.
- Это очень большая ошибка.
И когда ты это поймешь,
будет слишком поздно, мама.
- Кира, я в таком возрасте,
что даже ошибки украшают жизнь.
А потом, ты видела,
как смотрит на него Лера?
У нее глаза светятся от счастья.
- Вот это как раз
и пугает меня больше всего, мама.
- К основным принципам
семейного права
относятся: признание брака,
заключенного только в органах...
(Сигнал СМС.)
- Стопудово сам не женат,
никогда не был и вряд ли женится.
Что пишет?
- Тебе не говорили, что читать
чужие письма вредно для здоровья?
- Он уже к вам переехал?
- Да.
- Быстрый чел.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, тебе самой не кажется странным,
что у вас все развивается
с такой скоростью?
- Не кажется. Все правильно, Даша.
Надо меньше читать
бульварные детективы.
- Здесь, конечно, не очень просторно.
Это был кабинет отца.
Сумку вот сюда можно.
- Спасибо.
Он ведь был коллекционером, да?
- Да. Причем очень известным.
Ну, то, что вы здесь видите,
ничего не стоит.
Лучшие экземпляры коллекции
пришлось продать
в трудные годы:
нужно было девочек поднимать.
Большую часть картин
отец завещал музею,
кое-что подарил друзьям.
А вы разбираетесь в живописи?
- Ну, в силу своего образования
и столько, сколько нужно для работы.
Вообще, я классический дилетант,
умеющий в нужный момент
сделать умное лицо.
- У вас прекрасное чувство юмора, Максим,
и с самоиронией все в порядке.
Я думаю, что Лере повезло.
- Вас не смущает, что я старше?
- Нет, нисколько.
Мой муж был значительно старше меня,
и мы прекрасно ладили.
Вообще, я думаю, что для настоящей любви
разница в возрасте не помеха.
Вы ведь любите Леру?
- Конечно.
Честно говоря, я даже не думал,
что в моей жизни это еще возможно.
- А пойдемте, я вам проведу
экскурсию по дому.
Сейчас все вам расскажу и все покажу.
- "Ах, это ваша мнительность одна:
Меня всегда чужой вы признавали,
А если бы наследницей сочли,
Какую бы любовь и благодарность,
Какую преданность приобрели
Во мне, родной по крови и подруге!
- Родные ваши, госпожа Стюарт,
В чужих краях.
Ваш круг семейный - папство.
Монахи - ваши братья. До чего
Хитра: наследницей ее назначить!
Чтоб весь народ мой вы еще при мне
Переловили в сети волокитства
И юношество обратило взор
К иному восходящему светилу...
- Царите с миром. Я от всяких прав
На царство отрекаюсь".
- Браво! Потрясающе, правда.
Это так ярко, это так образно.
Правда, замечательно. Так правдиво!
У вас замечательная семья, просто...
- Спасибо.
- вы знаете, мне кажется,
этому может быть созвучно...
Позволите?
- Браво, Максим!
Вот уж действительно:
если человек талантлив,
он талантлив во всем.
- Это не я - это ваши внучки.
- Привет.
- Привет.
Рома, прости меня, пожалуйста.
Я не понимаю, что на меня нашло.
Ужасная какая-то, нелепая выходка.
Чего я вдруг испугалась?
Просто, видимо, у меня очень давно
не было нормальной личной жизни,
и я вдруг...
- Все нормально, я не обижаюсь.
Что случилось?
- Он переехал жить к нам в дом.
Мама сама его позвала,
ты представляешь?
Я не знаю, как он умудрился
запудрить ей мозги.
- А что говорит
твой знакомый прокурор?
- Валевский?
Я попросила его ускориться.
Я сказала, что любой компромат
на Беляева
сейчас окажется для меня спасительным,
но он молчит.
А раскрутить эту его связь
с сутенером Баевым
я самостоятельно просто
не в состоянии - ты ж понимаешь.
- Понимаю.
- А если покопаться в его квартире?
Наверняка там столько всего интересного
можно найти.
- Забудь. Незаконное проникновение
в жилище уголовно наказуемо.
А во-вторых, ты не сможешь использовать
незаконно добытый компромат
в законных целях.
- Но надо же что-то делать, Рома!
- Оставь все как есть.
В конце концов,
ты же не знаешь наверняка,
любит этот Максим твою дочь или нет.
А если любит?
- Ты издеваешься, что ли, надо мной, Рома?
Я не понимаю.
- Кира, не надо пытаться
за всех проживать их жизнь.
Лера взрослая девочка,
она имеет право на ошибку.
- Знаете, Ксения, это действительно
очень талантливо
и требует серьезной оценки.
У вас есть свой стиль. В этом
столько жизни, что мне даже кажется,
я слышу запахи и звуки.
- Спасибо вам большое, Максим.
- Мне кажется, вам нужен
толковый менеджер,
который бы сумел правильно продать
ваш талант.
- Да, наверное.
- Я, в свою очередь, тоже покажу
ваши работы знающим людям.
- Вы правда возьметесь мне помочь?
По-английски: - Почему нет?
- Действительно -
"почему нет".
Раз другие в упор ее таланта
не видят,
надо же как-то людям раскрыть глаза.
Молодец, Ксю:
быстро сориентировалась.
- Лера.
- Это зачем она так?
- Наверное, в институте
какие-то проблемы.
Сейчас узнаем.
Извините, Ксения.
Так...
Гав! Кто тут обиделся?
Кто тут обиделся у нас?
- Никто не обиделся.
Просто мне неприятно,
что они вокруг тебя вьются.
- Ну давай простим им эту слабость.
Они нуждаются в мужской поддержке.
Я готов им ее дать, но это
ровным счетом ничего не значит.
Ведь люблю я тебя.
- Ты меня любишь?
- Конечно. Тебя это пугает?
- Нет.
Наоборот.
- Алло, Аграфена?
Здравствуйте, вас беспокоит Ксения.
Я была у вас по поводу разлучницы.
Я хотела бы все это остановить,
если это возможно.
Скажите, а что для этого
нужно сделать?
Хорошо, сжечь днем и не в полнолуние.
Я вас поняла. Спасибо большое.
До свидания.
- Ну этот-то не бери - он горячий.
Обожжешься.
Дай ему остыть.
- Очень вкусно, бабуль.
Ой!.. Тошнит.
- Что такое?
- А ты что делаешь?
- Жгу свою неудачную работу.
- А что случилось?
Ты раньше свои работы даже не выбрасывала,
просто писала поверх новые.
- Все бывает впервые, мама.
- Лера дома?
- Тебя в этом доме, кроме Леры,
хоть кто-нибудь интересует?!
- Привет, мам.
- Так, а ты куда?
- Я... мне нужно, я скоро вернусь.
Алло, Света, привет, это я.
Есть минутка?
Слушай, я знаю,
почему у меня болит живот.
Я беременна. Делала тест два раза.
- Поздравляю.
- Да не с чем меня пока поздравлять -
папаша еще не в курсе.
Вот поеду привезу ему эту новость.
- А кто он? Я его знаю?
- Нет, это режиссер из Германии.
- Немец?!
- Нет, не немец, наш.
Но живет здесь, снимает квартиру.
Вот уезжал в командировку,
вернулся, так что сейчас поеду.
Очень волнуюсь.
Ладно, давай. Я тебе потом перезвоню.


Серия 5

- Ну наконец-то... Вероника?
- Привет. С приездом.
- А... Спасибо.
- А у меня для тебя новость.
- Да? - Да.
- Пиццу уже привезли?
Ой, здравствуйте.
- Это... Да не важно уже.
Вероника, подожди!
На камеру бы столько эмоций -
цены бы ей не было!
- Вот вам направление на анализ.
Второй кабинет по коридору.
- Спасибо.
- Света, прости, пожалуйста,
я не дозвонилась до тебя.
Мне нужно срочно
избавиться от ребенка.
- Второй кабинет, будьте любезны.
- До свидания.
- Прежде всего, сядь.
Все, что тебе нужно,
так это успокоиться.
Придешь в себя -
обдумай все хорошенько.
В таком деле нельзя спешить.
- Я уже все решила.
Света, я умоляю тебя, помоги мне
сделать это как можно быстрее.
- Ну хорошо. Но мы должны
тебя осмотреть,
сделать необходимые анализы.
В общем, останешься здесь.
В любом случае все произойдет
не раньше завтрашнего дня.
Может, ты успокоишься
и передумаешь. - Я не передумаю!
- Не кричи, пожалуйста.
Ты мне всех беременных перепугаешь.
- Интересно,
как твоему прадеду удавалось
столько лет скрывать Ван Гога.
- Просто никто об этом не знал.
- А ты его видела?
- Нет.
Даже если бы видела,
вряд ли поняла бы, что это Ван Гог:
я не очень сильна в живописи.
Вообще, дед был большим оригиналом.
Знаешь, что у нас в доме
есть несколько тайников?
- Правда?
- Серьезно.
Фокус-покус.
(Щелчок.)
Вуаля!
Деду нельзя было курить из-за сердца,
и он прятал трубки в этом тайнике.
- А где остальные тайники?
- Мне бабушка показала только этот,
но я точно знаю,
что в доме есть еще два-три.
- Привет.
- У меня такая новость! Не поверишь.
Маруся рассказала.
Есть несколько режиссеров,
которые развлекаются так:
выбирают скромную,
не замеченную в связях актрису,
и делают на нее ставки.
И тот, кто первый затащит
ее в постель, срывает общий банк.
Представляешь?
У них что-то вроде клуба,
"Кинодром" называется.
Ну, почти как ипподром,
только про кино.
Они давно на Веронику охотились,
а она ни в какую.
А тут появился Данилов - звезда -
и в первый же день снял куш.
Она в него по уши втрескалась.
Ну а сейчас, видимо,
все узнала и впала в транс.
- Бедная Вероника.
- Ты чего, заболела?
Она тебе столько гадостей сделала!
Я считаю, что справедливость
восторжествовала.
- Она сегодня дома не ночевала.
Тома, ты не знаешь,
где она сейчас может быть?
- Без понятия.
(Хлопнула дверь.)
- Ника!
Ника, я все знаю.
Мне Тамара все рассказала.
Плюнь ты на этого Данилова!
Он недостоин твоей любви.
Человек, который сделал ставку
на секс с тобой
и при этом заработал денег, -
это не человек, это мразь!
- Что? Данилов сделал на это ставку?
- Ты разве не из-за этого расстроилась?
Ника!
Вероника, подожди!
Ника, ну открой, пожалуйста.
Я тебя очень прошу, открой.
Вероника, ну давай поговорим.
Я прошу тебя.
(Стук в дверь.)
Ника! Вероника, открой.
(Стук в дверь.)
Вероника, открой!
(Стук в дверь.)
Ника, ну открой, пожалуйста.
(Стук в дверь.)
(Звучит тревожная музыка.)
Ника, ты меня слышишь?
Бабушка! Бабушка!
Бабушка!
- Что ты кричишь?
- Иди скорее сюда!
Там Вероника, она в ванной!
Она там что-то разбила!
Я слышала, как разбилось стекло.
Она сейчас с собой
что-нибудь сделает!
- С чего ты взяла?
- Ну бабушка... - Успокойся. Стой.
(Слышен шум льющейся воды.)
Никуша!
Никуша, ответь, пожалуйста.
Ты зачем закрыла дверь? Никуша!
Ника, ты слышишь?
Что она сказала?
- Ничего.
Она была очень расстроена и...
- Позвони Максиму и Лере.
Они совсем недавно уехали -
может быть, еще где-то рядом.
Ника, пожалуйста, открой мне.
- А знаешь, о чем я сейчас подумала?
- Нет.
- Если бы не тяга к юриспруденции,
я бы обязательно стала диджеем.
- Неожиданно.
- Но, видимо, уже не судьба, конечно.
- Ну почему? Ты можешь
попробовать у меня в клубе.
- Да?
- Конечно.
- Ты какой-то волшебник. Для тебя
правда нет ничего невозможного?
- Есть. Не могу
тебя отправить на Марс.
На Луну - могу,
а на Марс - не могу: очень далеко.
(Звонит телефон.)
Так, кто это?
Да?
Угу. Угу.
Хорошо, мы возвращаемся.
- Что случилось?
- Вероника заперлась в ванной,
и твои боятся, что она
что-нибудь с собой сделает.
- Если диагноз подтвердится,
вам нужно будет вспомнить
всех сексуальных партнеров
за последние полгода.
- Что? Всех-всех?
- Да, всех-всех.
Кровь можете сдать
в нашей лаборатории,
можете в любой другой -
это непринципиально.
(Звонит телефон.)
Алло. Мама, я не могу
сейчас говорить, я на работе.
Я... Я плохо слышу, мама.
Что?!
- Что случилось?
- Там что-то с Вероникой.
Мы не можем открыть дверь.
Наверное, ее надо с петель снять
или, может быть, как-то вышибить ее.
- Вероника!
- Она точно там?
- Да. Я слышала,
как там что-то разбилось.
- Так, понятно. Спокойно,
не волнуйтесь. Отойдите, пожалуйста.
- Ах! Вероника!
- Вероника!
- Так, отойдите. Без паники.
Быстро скорую.
- Боже мой!
- Бабушка, тебе нельзя волноваться.
Иди сюда.
- Дай мне пояс.
- Держи. Что это?
- Ты вызвала скорую?
- Звоню.
Алло, скорая!
- Мама, я с ними поеду.
Можно? Ведь я мать.
- Пожалуйста.
- Она что, без сознания? Я врач.
- Да. Она вас,
к сожалению, не слышит.
- А почему она это сделала,
кто-нибудь знает?
- Я не знаю.
- А тебе она что-нибудь говорила?
- Я ничего не знаю.
Оставьте меня в покое.
- Дорогая моя...
- Девочка моя маленькая.
Все будет хорошо.
Все будет хорошо.
- Бабуля, может, пойдем приляжешь?
- Не хочу.
- Алло. Георгий Давидович,
здравствуйте. Это Беляев беспокоит.
К вам в больницу сейчас привезут
пациентку Веронику Мальцеву.
Попытка суицида:
она вскрыла себе вены.
Вы можете проконтролировать,
чтобы ею занялись ваши лучшие врачи?
Это личная просьба.
Угу, спасибо. Спасибо большое.
Спасибо. Я ваш должник. До свидания.
Главврач обещает,
что все будет хорошо.
- Спасибо, Максим. Вы наш спаситель.
- Пресвятая Богородица,
помоги, пожалуйста,
рабе Божьей Веронике.
Прости меня.
Помоги ей, пожалуйста, выжить.
Я не думала... Я не думала,
что все так закончится.
Я... Я просто хотела показать ей,
насколько бывает больно.
- Все нормально. Мы успели.
Вы вовремя ее обнаружили.
Но самое главное - оказали
квалифицированную помощь.
- Спасибо вам.
Можно я к ней зайду? Я врач.
- Зачем? Она спит,
состояние стабильное.
Вы тоже устали - поезжайте домой.
Не волнуйтесь,
самое страшное уже позади.
У нас прекрасные специалисты.
Завтра приезжайте.
- Спасибо вам.
- Как вы себя чувствуете?
Вас что-то беспокоит?
Я сейчас доктора позову.
- Да-а, он вам изменяет,
никаких сомнений.
- С Галкой?
- Имени не скажу,
но вижу, что моложе вас.
- Всего на год!
- Ну так ведь моложе.
- Вот стерва перетянутая. Зараза.
- Не волнуйтесь, Валентина,
мы с этим справимся.
(Звонок в дверь.)
Матрена, пойди посмотри, кто там.
Матрена: - Куда вы,
к ней сейчас нельзя, у нее прием!
Ксения: - Пропустите меня,
это очень важно!
Матрена: - Прием только начался,
потом будет следующий... Постойте!
- Я прошу вас, уделите мне
минуту времени, пожалуйста!
- У тебя ровно одна минута.
- Я хочу, чтобы вы немедленно
сняли порчу с Вероники:
она попала в реанимацию,
ее еле-еле удалось спасти.
- Ты куклу сожгла?
- Да, но как вы не понимаете:
она чуть ли не покончила с собой!
Что-нибудь сделайте, пожалуйста!
- Снять, нанести...
Ты должна точно знать,
чего ты желаешь на самом деле,
и отвечать за свои поступки!
Ладно, хорошо.
Только снять порчу будет
в два раза труднее, чем навести,
и в два раза дороже.
- В два раза?!
- Да.
- Я найду деньги.
- Найдешь - приходи,
только держи рот на замке,
иначе ничего не получится, поняла?
- Хорошо.
- Вот! Я как у нее хочу.
- Что именно?
- Порчу.
Только чтобы Гальке
никакая реанимация не помогла!
- Здравствуйте!
Меня зовут Сергей Анатольевич,
я ваш психотерапевт.
Как вы себя чувствуете?
В истории написано, что вы актриса.
Знаете, я вас вспомнил:
я видел с вами один фильм, про спорт.
Вы мне там очень понравились.
- Юрий Петрович, здравствуйте.
Можете говорить?
Это Кира Мальцева. Да, мама Вероники.
Как она себя чувствует? Ага.
А можно я подъеду к вам
минут через 20-40 -
в зависимости от пробок?
Хорошо, спасибо. Ага.
- Алло, Денис, слушай, ты сейчас где?
Ага, отлично. Ты можешь подъехать
к нашему супермаркету?
Да нет, ничего не случилось,
просто у меня ощущение,
что эта зараза опять шпионит за мной.
У меня нет мании преследования,
просто подъезжай, и все.
Молодец, быстро. Значит так,
смотри просто в оба, я на связи.
- Есть. Только что подъехала.
- Угу. Вот видишь, а
ты говоришь - мания преследования.
Ладно, ты понаблюдай за ней,
если что - звони. Ага, давай.
- Молодой человек...
- Подождите, я вам помогу.
- Ой.
Спасибо, Кира.
- Саша?
- А что, я так сильно изменился?
Впрочем, наверное, конечно. Изменился, да?
- Что случилось с тобой?
- Инсульт.
- Давно?
- Да лет пять уже.
- Ну как ты?
- Ничего, ничего.
Жена, правда, почти сразу ушла.
С сыном я рассорился как-то...
Нормально.
Ну а ты как? Замужем?
А ты не изменилась.
Разве что еще красивее стала.
- Ты что-то хотел купить?
Я могу помочь.
- А, нет-нет, я домой, все.
- Домой, да?
- Угу.
- А ты все там же живешь?
- Да.
- Так давай я тебя подвезу, Саша.
- Да не стоит утруждаться, я сам.
(Щелчки фотокамеры.)
- Саша, пожалуйста, не спорь со мной, я
тебя отвезу, конечно.
Пойдем.
- Ну хорошо.
- Ты реабилитацию, наверное,
какую-то проходил, да?
- Ну да, как все инсультники. Спасибо.
(Телефонный звонок.)
- Да, слушаю тебя.
Что за инвалид? Случайный прохожий?
Странно. Слушай,
ну последи за ними, мало ли...
вдруг не случайный. Ага, давай.
- Подожди.
Давай я помогу, ну что ты.
- Спасибо, спасибо.
- Ну а как ты вообще справляешься?
- А, да ничего.
Если что, у меня тут друг есть, Витек, сосед.
Помогает.
- Ну а сегодня давай я тебе помогу.
- Нет, хватит.
Я и так тебе уже один раз
жизнь испортил. Спасибо.
- Вам обязательно нужно поесть,
иначе организм совсем ослабнет.
Ну? Попробуйте, очень вкусная каша.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Она совсем ничего не ест.
Я ей говорю, что если и дальше
так будет продолжаться,
то я буду кормить ее через зонд.
- Давайте я с ней поговорю.
- Хорошо. Я вас подожду на посту.
- Угу.
Ну.
Девочка моя маленькая.
Надо есть, чтобы быстрее восстановиться,
ты же понимаешь.
Ты прости меня, пожалуйста,
я, наверное,
была слишком строгой с вами.
Но просто мне очень хотелось,
чтобы у вас все сложилось правильно,
чтобы вы моих ошибок
не повторяли, понимаешь?
Независимо от того,
что там произошло,
я всегда буду
на твоей стороне, всегда.
Я очень тебя люблю.
Юрий Петрович,
не хочет она со мной разговаривать.
- Она пока ни с кем
не идет на контакт,
и это прогнозируемая ситуация.
С ней начал работать психолог,
и у него пока ничего не получается.
- Может быть, мне хорошего психолога
среди своих знакомых поискать?
- Нет, не нужно,
Сергей Анатольевич - прекрасный специалист.
Пойдемте, я вас с ним познакомлю.
(Стук в дверь.)
Добрый вечер, Сергей Анатольевич.
Это мама Вероники Мальцевой.
- Здравствуйте.
- Очень приятно. Проходите,
пожалуйста, присаживайтесь.
У вас ко мне какие-то вопросы, пожелания?
- Я бы хотела узнать о перспективах
восстановления моей дочери.
- Но об этом говорить еще рано.
Мы только познакомились с Вероникой,
да и знакомство было односторонним,
что, в общем-то, понятно.
Одно могу сказать точно:
на фоне сильнейшего стресса
у Вероники глубокая депрессия.
Нужно время, чтобы ее преодолеть.
Я сделаю все, что в моих силах.
Но и от вас потребуются
определенные усилия. - Какие?
- Когда Вероника вернется
из больницы,
ей будет необходима смена обстановки.
Возможно, поездка на отдых к морю
с человеком, которому она доверяет.
Еще один метод реабилитации
предполагает смену места жительства.
Ну или хотя бы комнаты,
в которой будет жить ваша дочь.
А пока запаситесь терпением
и не торопите ее.
И очень вас прошу: ни в коем случае
не расспрашивайте о причинах суицида.
- А я смотрю, ты окончательно
освоился в моем доме?
- Возможно, он скоро
станет и моим, мама.
- Не будет этого никогда,
ты меня понял?
- Поживем - увидим.
- Зря веселишься.
- А что, ты мне угрожаешь? Напрасно.
С ближайшими родственниками
надо обращаться ласково,
надо интересоваться,
как у них дела, как здоровье...
Кстати, а как дела
у твоего инвалида, а?
Не ожидала? Думала,
ты одна только шпионить можешь?
(Хлопнула дверь.)
- Доброе утро, мама.
- Доброе.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- О, омлетик! Выглядит классно.
- Как спала?
- Хорошо.
- Давай, пока горячий.
- Спасибо.
(Стук в дверь.)
- Да?
- Бабуля, к тебе можно?
- Конечно.
- А это кто?
- Это? Это мой брат, Сеня.
Я вам про него рассказывала.
Он был замечательным детским врачом.
Дети его просто обожали.
Он, к сожалению, рано умер,
вы его не застали.
Но твоя мама его очень любила.
Они так вместе играли!
Но я понимаю, что ты зашла ко мне
не воспоминания мои слушать.
- Бабуль, мне нужно
занять у тебя денег.
Как получу зарплату,
я все сразу же отдам.
- Много?
- Достаточно.
- Тогда боюсь, не смогу тебе помочь.
Пенсия только через две недели.
- Ладно. Буду искать.
- Ксюша...
А что с тобой происходит?
Ты последнее время на себя не похожа.
На тебя так подействовала
история с Вероникой?
- Да.
- А зачем тебе нужны деньги?
- Бабуль, я не могу сказать тебе. Извини.
- Здравствуйте, Вероника.
Это моя мама.
Она покончила с собой,
когда мне было восемь,
а моей сестре - два с половиной.
Мы остались кровными сиротами,
потому что как раз перед этим
от нас сбежал отец.
Из-за чего, собственно,
мама и сделала это.
Мы выросли в детском доме.
Мне пришлось заменить Ленке
и отца, и мать.
Тяжко, конечно, было.
Мать я так и не простил.
Каждый раз, вспоминая ее, я, взрослый мужик,
профессиональный психолог,
чувствую ком в горле
и страшную обиду.
Как она могла оставить нас тогда?
Почему не подумала
о самых близких людях?
- У меня нет детей.
- У вас есть мама, бабушка, сестры.
- Да, но им на меня плевать.
- Это не так.
Пройдет время, и вы поймете,
насколько это не так.
(Звонит телефон.)
- Тим, тебе и в выходной покоя нет?
Что-то важное? А по телефону нельзя?
У меня тут дел много.
Ладно, на обед, может быть,
на часок вырвусь.
С тебя бутерброд. Ага, давай.
- Что это?
- Это я у вас хочу спросить, что это.
Нет, не узнаете?
Прочитайте повнимательнее.
Это препарат, который я совсем недавно
видела на вашем столе.
Просроченный препарат, который
вы якобы изъяли из нашей аптеки.
- Во-первых, кто вам дал право врываться
в мой кабинет без стука?
А во-вторых, с чего вы взяли,
что это именно тот препарат
из просроченной партии?
- Во-первых, этот препарат
еще не прошел лицензирование.
Стало быть, новой партии
в принципе не может существовать.
А во-вторых, у пациента возникли из-за
него серьезные осложнения.
Большое счастье,
что он в принципе не умер.
У него мог случиться
анафилактический шок.
Да, простите меня, пожалуйста,
я не постучала.
- Осложнения - это плохо, я не знал.
Я во всем разберусь,
Кира Владимировна.
Я выясню, кто за моей спиной занимается
махинациями
и строго накажу. Спасибо,
что вы все мне рассказали.
Вы со следующей недели в отпуске?
- Я уже даже не знаю,
идти мне или нет.
- Идите.
Я во всем разберусь.
Все будет хорошо.
- Я очень на это надеюсь.
- Лиза, зайди ко мне.
Ничего, покупатели подождут.
Это ровно на пять минут. Зайди.
- Здорово, Андрюха.
Короче, тема такая: вспомнил,
где я этого красавца видел.
- Максима?
- Да, Максима.
В общем, где-то года три назад
у меня сестра пропала, Катюха.
Она поехала за границу
в каком-то клубе танцевать.
Ну и дядя с тетей
запросы туда стали посылать,
поехали даже разбираться,
но все бесполезно.
- И к этому причастен Максим?
- Официально, конечно, нет.
Но ты знаешь, они встречались,
она даже замуж за него хотела выйти.
Но почему-то с родителями
она его не знакомила.
Ну так вот, они на этого Макса
сразу вышли, и он отморозился -
мол, у нас с ней
несерьезные отношения,
и вообще накануне мы с ней поссорились.
В общем, тот еще жучара.
- То есть ты точно уверен, что к ее
исчезновению причастен Максим?
- Да сто пудов, старит. Конечно.
(Стук в дверь.)
- Да?
- Можно?
- Угу.
- Есть будешь?
- Нет, спасибо.
- А что так? Ты чем-то занята?
- Да нет, не особо.
Думаю, может, освободить для Ники
мою комнату?
Мне сказали, что в этой ситуации перемена
места будет ей на пользу.
- Не знаю. Она так любит
свою комнату.
А потом, мне кажется, не так важны стены,
сколько наше отношение к ней.
Чтобы она чувствовала заботу,
внимание, поддержку.
- Да, я думаю, ты права.
- Кофе? Нет? Ну ладно.
- А вот еще одна интересная вариация
на тему преферанса,
называется гусарский преферанс
или гусарик. - О!
- Да. Играется вдвоем.
Но не надо путать преферанс вдвоем,
когда с "болваном". Вообще,
мало кто в него сейчас играет,
я вам выдаю свои секреты.
- Неужели у нее свидание?
- Это хорошо или плохо?
- Конечно, хорошо.
И что там с гусариком?
- Значит, колода - 24 листа,
без семерок и восьмерок...
- Я думаю, моя мама,
глядя на нас с Ленкой оттуда,
не один раз пожалела о том,
что сделала.
Наверное, отдала бы все,
чтобы вернуться назад.
- Здравствуйте.
- О, какая красавица.
Прямо английская королевна. Вам кого?
- Здесь раньше жил Бородин
Александр Викторович.
- Так он здесь. Саня, к тебе
английская королевна! Прошу.
- Кира? Как ты меня нашла?
А, впрочем...
А мы тут с Витей
по-соседски, видишь...
Я очень рад тебя видеть.
- Саня, познакомь меня с дамой-то.
- Так... так это Кира.
Моя бывшая студентка
и любовь всей моей жизни.
Мать моих дочерей Ксении и Вероники.
Ну что же ты на пороге?.. Проходи.
(Звучит лирическая музыка.)
- Значит, сбрасывать я не имею права?
- Нет, вы не пасуете, а вистуете.
- А, да.
- Да. А я беру прикуп
и начинаю с обычной игры.
- Максим, это слишком сложно
для меня.
Я предпочитаю простой,
классический преферанс.
- Нет, это тоже интересно, правда.
- Не надоело вам в карты играть?
Смотрите, вот этот вариант.
Как вам платье?
Елизавета: - Элегантно.
Но мне кажется, узковато. Ты в нем
не сможешь даже шага сделать.
- Лера, на минутку можно тебя?
Послушай меня, пожалуйста:
я не прошу тебя порвать с ним прямо сейчас.
Нравится тебе такой человек - общайся.
Но замуж не надо за него выходить.
- Я слишком долго слушала тебя, мама.
Ничего хорошего, как видишь,
из этого не вышло.
Пожалуйста, позволь мне самой решать,
что и когда делать.
Не вмешивайся в мою жизнь,
не порти ее, ладно?
- Добрый вечер, Вероника.
- У нас опять будет сеанс?
- Нет.
Просто я пришел проверить, как вы.
Все в порядке?
- Да, нормально, спасибо. Скажите...
Теперь меня поставят
на психиатрический учет?
- Вам повезло.
Наша больница продвигает новые требования
к работе с пациентами.
В другом месте
сразу подключился бы психиатр,
и методы лечения
были бы медикаментозные.
У нас же сначала работает психотерапевт,
чтобы дать оценку эмоционального
состояния пациента,
и только потом проводится экспертиза и
принимается решение.
- И какую оценку вы даете мне?
- Положительную.
- Напрасно.
- Расскажите, что вас беспокоит,
как вы себя чувствуете.
- Никак.
- Это нормально. Это пройдет.
- Мне все равно.
- Послушайте, Вероника,
пройдет время, и вы поймете,
какой бесценный опыт получили,
особенно для своей профессии.
- С актерством покончено навсегда.
- Не торопитесь ставить точки.
Жизнь сама все расставит по местам.
(Звонит телефон.)
- Здравствуй, Боря.
Да, я поняла. Я скоро буду.
- Ну как?
- Это фантастика!
Я вам скажу как есть:
это лучший кофе по-турецки,
который я пробовал, правда.
А я пробовал немало, поверьте.
- Скажу вам как кофеман кофеману:
это лучший комплимент,
который я когда-либо получала.
- Нет, но это правда.
Я пробовал немало, поверьте.
Это что-то!
- Всем привет.
Доброе утро, бабуля.
- Слушай, твоя бабушка -
просто волшебница.
- А я знаю.
Скажи, ты не будешь против,
если я съезжу сегодня
в один модный свадебный салон?
Дашка уже все уши мне про него прожужжала.
- Ну поезжай, конечно.
- И это надолго.
- Ну а что делать?
Выходной девушки обязан состоять
из кружев, бантиков и разной мишуры.
Поезжай, а я немного поработаю дома.
А мы с тобой потом поужинаем вечером
у меня в арт-клубе. Хорошо?
- Ты чудо. Бабушка, правда, он чудо?
- Вне всяких сомнений.
- И вне всяких сомнений,
чудо - ваш кофе.
- Ну что, Кира,
в нашем деле,
похоже, появилась зацепка.
Недавно молодая девушка
по имени Марина
бежала из заграничного борделя.
Так вот, она -
неофициально, конечно, -
рассказала,
что все началось с арт-клуба,
владельцем которого
является Максим Беляев.
Оказывается, в этом клубе
работает модельное агентство,
которое, по непроверенной
пока информации,
регулярно поставляет
живой товар в бордель.
- Боря, но это же бомба.
Значит, Беляева можно посадить?
- За что? Марина рассказала
все это в приватной беседе,
и не факт, что она захочет подтвердить
это официально.
Да и потом, Кира, даже если
она это подтвердит официально,
ее слова не будут иметь никакой
юридической силы без доказательств.
Мало ли что может прийти в голову
обиженной девушке.
Я же сказал,
что это всего-навсего зацепка.
- Я всегда знала, что Беляев
замешан в какой-то мерзости.
- Ну да, только вот доказать
его участие будет очень непросто:
девушек отправляли
в разные "танцевальные клубы",
друг друга они не знали;
о том, что этот трафик
наладил именно Максим,
Марина узнала
от своего подвыпившего клиента.
- Дай мне ее телефон.
- Зачем, Кира?
Ты собираешься проводить
свое собственное расследование?
Так это опасно! Такие люди, как Баев,
как Беляев, церемониться не будут.
- Максим,
а вы не могли бы
подняться ко мне на минутку?
- Конечно, Ксения.
- Я не знаю,
зачем я вам все это рассказала.
Просто у каждого человека
бывают такие моменты.
Вот и у меня накопилось
и не могло не выплеснуться.
На самом деле я хотела
попросить у вас денег в долг.
- Вы не корите себя, Ксения.
Вы же не предполагали, что Вероника
ничего не знает о "Кинодроме",
вы же хотели ей помочь.
- Да.
Но сначала я навела на нее порчу.
И теперь мне нужна огромная
сумма денег, чтобы это снять.
- Ну конечно, я помогу вам.
Только немного позже, потому что
у меня нет с собой столько наличных.
- Спасибо вам, Максим.
Вы единственный, кто меня понимает.
- Никто не идеален, Ксения.
Просто не все могут
в этом признаться.


Серия 6

- Что же я наделала?
Сначала навредила Веронике,
а теперь еще и Лере.
Кажется,
они обе будут меня ненавидеть.
- Посмотри мне в глаза.
Ты ни в чем не виновата.
- Ну как же? Я...
- Ты прекрасна, Ксения.
Ты гораздо интереснее Вероники.
Ты глубже и тоньше Леры.
Честно говоря, я уже не уверен,
что испытываю к Лере настолько
сильные чувства, как думал раньше.
Но то, что произошло,
должно остаться между нами.
Нам надо разобраться
в своих чувствах.
- Конечно.
- Ты особенная, Ксения.
Ты как драгоценный камень,
которому нужна достойная огранка.
- Ну, до твоего дома, может, доедем,
а там не знаю: мотор с утра барахлит.
- Пора менять коня.
- А ты умная, да?
А денег мы откуда возьмем?
Они же с неба не падают.
- А мы у Лерки попросим:
у нее жених богатый.
- Дашка, сейчас доиграешься.
- Какие вы оба нудные!
Лера, но все же хорошо:
погода хорошая, солнце светит.
Сейчас Виталик все починит,
и мы поедем. Ну?
Виталик, ну что там?
- Кранты.
- Что, совсем?
- Совсем.
- И что делать?
Ксения: - Ну перестань, Максим.
Ну перестань.
Ты слышишь? Прекрати. Максим!
Слышишь меня?
(Слышен смех Ксении.)
Тише-тише. Хорошо, я тебя люблю.
- Ну что там?
- Да ничего.
- Знакомое место.
- Да?
- Вон там на меня
тот пьяный козел напал.
Еще рядом Андрей работает.
- Так, может, позвоним ему?
Он приедет и поможет.
(Звонит телефон.) Не надо.
- Эй, это вы кому собрались звонить?
Богатому жениху?
- Нет, бедному,
зато честному и рукастому.
Или ты здесь до вечера
собрался торчать?
- Бабуля, алло.
Нет, я не дома. А с чего ты взяла?
Да мы тут с Дашкой и Виталиком
заглохли по дороге из салона.
Сейчас в СТО будем звонить.
А что-то случилось?
А, просто так звонишь. А...
Ну, я уже скоро домой поеду... надеюсь.
Давай, пока.
Андрей...
- Я пойду, а то Лера сейчас вернется.
И не переживай ни о чем.
Помни, что ты самая прекрасная
девушка на земле.
- Мне таких слов
еще никто не говорил.
Кхм! А я у Максима
денег занять хотела,
а у него наличных не оказалось.
- Ясно.
- Ну и... мы разговаривали
об искусстве.
С ним очень интересно.
- Так, ну что? Где у тебя тут?
- Вот.
- Спасибо тебе большое,
ты так быстро приехал.
- Да не за что.
Сейчас мы к нам отбуксируем,
а потом вас по домам развезут.
- Нет, мы с Виталиком сами доедем,
а вот Леру можешь довезти.
- Окей.
- Крутой мотик.
- Кстати, вы что завтра
в три делаете?
- А... А что?
- Я не помню, говорил или нет,
но я мотогонками занимаюсь,
и у меня завтра соревнование.
Хотел вас пригласить.
- Круто! Лера, пойдем?
- Ну, если ничего не помешает,
то можно. Спасибо.
- Ладно, ребята, спасибо. Пока.
- Пока.
- Ну что, поехали?
- Поехали.
- Это твой.
- Да. А как?.. - А...
- К вам можно?
- Да, пожалуйста, входите.
- Ну, как вы себя чувствуете?
Вариант "никак" не принимается.
- Скажите, а меня скоро выпишут?
- Скоро.
А вы хотите домой?
- Нет, домой я не хочу.
Мне там нечего делать.
- Ну почему? Я знаю, что вас ждут.
- Послушайте, я понимаю,
это ваша работа - вдохновлять и...
Но давайте посмотрим правде в глаза.
Дома ко мне будут относиться
как к психически больному человеку,
от меня будут прятать ножи и вилки,
контролировать каждый мой шаг.
По-вашему, это жизнь?
Но самое главное - это моя мама,
которая и так не давала мне
шагу ступить,
а теперь она задушит меня
своей заботой.
- Но разве забота - это плохо?
- Забота моей матери больше похожа
на заботу тюремного надзирателя:
шаг влево, шаг вправо -
расстрел на месте.
- Но, может, после того,
что произошло, она изменится?
Дайте ей шанс.
- У вас сеанс?
Извините, я на минуточку.
Мы планировали вас выписывать завтра,
но ваша мама настояла...
Она заберет вас сегодня вечером.
Еще раз извините.
- Она настояла. И так во всем.
- А хотите, мы продолжим наши сеансы?
- То есть как - хочу?
Я сама должна это решить?
- Нет, это обычная практика.
Мы часто продолжаем работу
с пациентами после выписки.
Но я вам уже говорил,
что наша больница особенная,
и я не настаиваю.
Поэтому спрашиваю у вас:
хотите ли вы,
чтобы мы продолжили наши сеансы?
- Да, хочу.
- Тогда увидимся завтра в 18:00.
- Уже завтра?
- Да.
Расскажете мне, как освоились дома.
Возможно, я смогу чем-то помочь.
- Спасибо, Сергей Анатольевич.
- Можно просто Сергей.
- Так, так, так.
Надо же, получилось. Быстро.
Не к добру.
(Звонит телефон.)
Здравствуй, Николаша.
Новости, говоришь? Хорошие?
Ну конечно, давай встретимся
на нашем месте. Договорились.
- Спасибо, что подвез. Ну, пока.
- Лера, а ты правда выходишь замуж?
- Да, а что?
Тогда приглашение на гонки отменяется?
- Нет, конечно. Просто Максим...
Он мне не нравится.
Хотя, это не мое дело, конечно.
- Да, это не твое дело.
Я понять не могу,
почему все мои родственники и друзья
делятся на два лагеря: одним, значит,
Максим очень сильно нравится,
а вторые его на дух не переносят?
Так странно.
- А ты его любишь?
Извини, опять лезу не в свое дело.
Все, закрыли тему.
- Пока.
- Жду на гонках.
- Здравствуй, Лизонька.
- Здравствуй, Николаша.
Очень рада видеть тебя
в добром здравии.
Энергичный такой.
- Спасибо, Лизонька.
- Походка юношеская.
- Ты тоже с годами не меняешься.
Ну, что я могу сказать.
Дочка моя давно не работает
в паспортном столе,
но связи остались,
и она выполнила твое поручение.
- Ну не томи, Николаша.
- "Лия Аркадьевна Гуревич,
12 сентября 1948 года рождения,
уроженка города Ростова-на-Дону.
В 1973 году была осуждена
по статье..."
- Это все я знаю, Николаша.
Что дальше?
- Ладно. А тогда что конкретно
тебя интересует?
- Где она сейчас?
- "В 1982 году она вышла из тюрьмы,
и с тех пор ее следы потеряны".
- Совсем? А она жива?
- Неизвестно. Дочка делала запросы,
но они не принесли
никакого результата.
А кто такая эта Гуревич?
- Я обязательно расскажу тебе,
Николаша. Потом, попозже.
- О, добрый вечер. Ужин готовишь?
- Привет.
Нет, это бабушка плов приготовила
и куда-то уехала.
Здравствуй, Ника.
- Ну, мы пойдем наверх,
а попозже спустимся.
Может быть, все-таки
в мою комнату пойдешь, а?
- С возвращением, Ника.
Знаешь, без тебя было скучно.
- Пойдем?
- Привет.
- Привет.
- Ну что, нашел, чем заняться
в мое отсутствие?
- Да, вот осваиваю библиотеку
твоего прадеда.
Ты выбрала что-нибудь?
- Да какое там...
Дашка, оказывается, развлекалась.
Затащила меня в кошмарное место,
там все платья похожи
на торты со взбитыми сливками.
- Рюш, фатин, бантики со стразами?
- Типа того.
Потом еще на обратном пути заглохла
таратайка ее Виталика,
нам пришлось звонить Андрею.
Это еще хорошо, что мы недалеко
от него забуксовали.
В общем, они оттащили машину,
меня Андрей довез.
- Ну видишь, молодец, джентльмен.
- Кстати, Андрей нас с Дашей
завтра позвал на мотогонки,
он в них сам участвует.
Пойдем вместе?
- В котором часу?
- В три. А что?
- Да ничего, я просто думал:
мы завтрашний день вместе проведем.
Я себе специально выходной устроил.
- Так давай вместе пойдем на гонки.
- Нет, я не поклонник езды по кругу:
это скучно.
- Я ни разу не была на мотогонках.
- Так и не надо начинать.
Поехали лучше на лошадях покатаемся.
- Мне неудобно отказывать,
я уже пообещала Андрею и Даше.
- Ну ладно, переживут.
- Ты мне запрещаешь?
- Да нет конечно.
Я просто предлагаю тебе
более интересный вариант.
- А почему ты думаешь, что лошади
мне должны понравиться больше мотоциклов?
- Они живые. Потом, ты попробуй,
тебя потом не вытащишь оттуда.
Позвони Андрею и скажи,
что у тебя планы изменились.
- Завтра я пойду на мотогонки.
И, знаешь, на меня лучше не давить,
иначе я становлюсь колючей,
как дикобраз.
- Чаю?
- У меня есть, спасибо.
- Лера на меня немного обиделась.
Слушай, ну брось, если ты хочешь
на эти гонки, то, конечно, поезжай.
- Ты мне разрешаешь? Спасибо.
- Никуша, ты совсем ничего не ешь,
это плохо.
- Не хочешь кашу?
Там плов есть вчерашний.
Я тебе могу омлет сделать, а?
- Бабуль, очень вкусная каша.
Всем пока.
- Я надеюсь, ты в институт?
- На шопинг.
Всем так надо меня контролировать?
- Я тебя отвезу.
- Я на автобусе доеду.
- Вы поссорились?
- Ну так, немного поспорили
о планах на день.
Спасибо, Елизавета Андреевна,
завтрак чудесный.
- А кофе?
- Я его потом выпью.
Приятного аппетита.
- Спасибо.
- Никуша, ну нельзя
совсем ничего не есть.
Ну хотя бы пару ложек.
- Спасибо, ба.
(Телефонный звонок.)
- Да? Да, это я.
Простите, а вы кто?
Да, хорошо, я поняла.
Я сейчас приеду.
- Что-то случилось?
- Да. То есть нет.
Срочный вызов, не волнуйся.
Все в порядке.
- Ксюша,
ты ничего не хочешь мне рассказать?
- Нет, бабуля, а что такое?
- Какая-то ты странная.
Что-то происходит?
- Все хорошо,
я просто неважно себя чувствую.
- Может быть, чаю или кофе?
- Нет, спасибо, бабуль,
все и так было вкусно.
- Ну, что? - Со вчерашнего дня ему
в дверь звоню - тишина.
- Ага.
- И мобильный-то отключен.
- Так.
- Он всегда предупреждает,
когда собирается уезжать.
- Пойдемте. Спасибо.
- Да не откроет он. А может, он...
- Что?
- Того. Жалко, молодой же мужик еще.
- Откуда у вас мой номер?
- Да он и дал.
Сказал, если что, вас звать.
Если он это...
...в смысле, ласты склеит.
Сказал, что ближе вас нет никого,
плакал. По пьяни дело было.
- Дверь надо ломать. Слесарь есть?
- Михалыч? Нет, не пойдет,
он без милиции и скорой не будет.
- Вы слесаря, пожалуйста, приведите,
я сама с ним договорюсь.
- Ой, подожди. Нам же нельзя,
чтобы нас видели вместе.
Нельзя об этом забывать.
- Ничего, все в порядке.
Дашь мне какую-нибудь картину,
чтобы я показал своим знакомым.
- Угу.
- Вот адрес кафе,
в котором я буду тебя ждать в час.
Мы с тобой пообедаем,
я тебе принесу деньги, которые обещал.
- Спасибо.
- Ну?
- Что?
- Давай.
- Что?
- Картину.
- А, ну так вот, выбирай любую.
- По-моему, замечательно.
Галеристы будут в восторге
от ваших работ, Ксения, я вас уверяю.
Елизавета Андреевна,
вы вот это вот видели?
Это какое-то очень необычное мышление
для современной девушки.
- Да, мне Ксюша показывала.
- По-моему, это очень талантливо.
Просто взгляд невозможно оторвать.
- Она унаследовала это
от деда и прадеда.
- Вы знаете, я обещаю,
что сделаю все возможное,
чтобы Ксюша стала
известным художником.
Талантам надо помогать.
- Бездарности пробьются сами.
Вы сейчас на работу, Максим?
- Вы знаете, хотел отдохнуть,
но вот появилось важное дело. А что?
- Хотела предложить вам партию
в преферанс,
но, конечно, Ксюшино будущее важнее.
- А давайте вечером сыграем? Хорошо?
- Хорошо.
- Договорились.
- Как же вы надоели, алкашня!
Позакрываются, понажираются,
а потом ходи вас спасай.
- Я бы тебя, Михалыч, звать не стал,
это все она.
- Здравствуйте. Вы поможете нам дверь
открыть? Чем быстрее, тем лучше.
- Да? Может, мы полицию вызовем,
акт составим, чтобы все по закону?
- Давайте мы обойдемся без полиции
и просто не будем терять время.
- А если я работу потеряю?
Меня спросят: "Кто разрешил?"
- Вы понимаете, что там,
возможно, человеку плохо?
Мы просто теряем время. Если с ним,
не дай бог, что-то случится,
это будет на вашей совести.
Под мою ответственность.
- Ладно, уговорила.
Похоже, на защелку закрыто.
Прошу.
Тьфу, так и знал!
Алкашня, зла на вас не хватает.
- Саня, ты чего не открывал-то?
Саня, ну чего не открывал-то?!
- Спасибо вам за помощь.
Идите, пожалуйста, домой.
- Ну правда, Саня?
- Домой идите, мы разберемся.
(Стук входной двери.)
Ты вообще представляешь,
как мы испугались?
Ты почему дверь не открывал?
- Специально. Новую жизнь решил
начать: без Витька, без водки.
Если бы открыл, сорвался бы.
- Телефон ты по этой же
причине отключил?
- Угу.
- Ну, давай начинать.
- Что?
- Новую жизнь.
- Максим?
Я еле-еле нашла это кафе,
ни разу не была в этом районе.
- Отличный район.
Самый подходящий для тайных свидания.
- Что заказывать будете?
- Ты будешь что-нибудь?
- Нет.
- Чай-кофе? Нет.
Спасибо, нет.
Как ты просила.
- Спасибо.
Здесь очень много.
- Бери-бери, пригодятся.
- Я обязательно все верну,
как только заработаю.
Правда, не сразу, но верну.
Теперь мне хватит и на гадалку, и
на кольцо, которое я заложила в ломбард.
Ну то, что нам подарила бабушка, - Нике,
Лере и мне.
- Да, Лера рассказывала.
Подожди, я тебя чем-то расстроил?
- Да нет.
Я просто думаю о Лере.
Она тебя очень любит.
Когда она узнает о нас,
будет очень сильно страдать.
- Не преувеличивай.
Не приписывай Лере лишнего.
Она далеко не Джульетта
и не мать Тереза.
Я интересую ее как благополучный,
состоявшийся человек,
но стоит ей узнать правду...
- Какую правду?
- Тебе я могу сказать,
потому что ты другая.
У меня черная полоса, Ксения.
Конкуренты положили глаз
на мой арт-клуб -
понятно, лакомый кусочек,
в хорошем районе, -
и они меня подставили очень жестко
на деньги.
Так что я банкрот, я по уши в долгах.
Попытался выкрутиться, набрал кредитов,
но попал еще больше.
Вот эти деньги я тоже, кстати,
взял в долг для тебя.
- Ну, может быть, нужно сообщить
об этом в полицию?
- Какая полиция? "Полиция"!
Там все куплено,
и конкуренты - ребята серьезные.
Не отдашь долг вовремя -
отправят тебя...
У них это быстро делается.
- Ну а что теперь делать?
- Ну, деньги нужны, много денег.
Вот если бы... Да нет, нет.
- Что? - Да нет, нет.
- Ну что?
- Ну, если бы ты смогла
взять у бабушки Ван Гога -
на время, -
то я, наверное, смог бы заложить картину
с правом выкупа
надежным людям, у меня есть такие.
Ну и тогда я смог бы
отдать долги кредиторам,
спокойно заработать деньги,
выкупить картину и вернуть
ее Елизавете Андреевне.
- Ну, это, конечно, выход.
Ну да, надо рассказать бабушке:
она же умная и все поймет.
И обязательно поможет.
- Да нет, это исключено.
Ну кто я ей?
- Ну а как тогда?
- Можно пойти на маленькую хитрость.
Нужно узнать, где она хранит картину, и
потихоньку взять ее,
а вместо нее написать копию - у тебя это
с легкостью получилось бы.
- Ну... то есть украсть?
- Не украсть, Ксения,
а взять на время.
Ну ладно, бог с ним.
Пусть все идет своим чередом, в конце концов.
У каждого на земле свой срок.
- Да нет...
Как же я узнаю,
где бабушка хранит картину?
Ну... я что-нибудь придумаю.
- Спасибо.
- Понимаешь, я ведь все это время думал
о тебе и о наших девочках.
Бог наказал меня за малодушие.
Не смог уйти от женщины, которую
не любил, не смог уйти к тебе.
Вот и...
А знаешь, почему я от нее не ушел?
- Саша, да не надо сейчас об этом.
- Надо, надо, Кира.
Я должен сказать,
иначе новую жизнь не начнешь.
Я не ушел из-за ее отца.
Тесть тогда бы костьми лег,
но все бы сделал, чтобы меня уволили,
а у меня намечалось повышение -
в проректоры,
даже в ректоры метил,
диссертация...
В общем, не смог отказаться
от счастливого будущего.
Ты если уйдешь сейчас, я...
я пойму.
- Конечно, я прекрасно об этом знала.
Именно поэтому я тебя и оставила,
чтобы не портить
твою жизнь и твою карьеру.
- Прости.
- Вот гад! Ты видела?
- Что?
- Да вот же, смотри:
Кардамонов лекцию свою перенес.
Накрылись наши гонки, Лерок.
- А... ничего подобного.
Вчера в расписании этой лекции
не было? Не было.
Значит, мы имеем полное право
на нее не идти.
- Ну ты крутая.
Так бы с Максом - плюнула и растерла.
Чего расстраиваться?
- А я не расстраиваюсь.
- Угу, я вижу.
Ты давай не кисни, а выводы делай:
сегодня он тебя на гонки
не отпускает,
завтра начнет диктовать, что носить,
что есть, что пить, с кем дружить.
Будешь дома под замком сидеть
и пыль с тумбочек вытирать.
Я таких, как он, насквозь вижу.
- Так, я не хочу это обсуждать.
Пойдем, а то на гонки опоздаем.
- Здравствуйте. - Здрасте.
- Я за своим кольцом.
- Квитанцию давайте.
Деньги давайте.
- Пожалуйста.
- Это что?
- Деньги.
- Это только десятая их часть.
- В каком смысле?
- Вы что, не помните, сколько брали?
- Я помню, и очень хорошо помню.
- Ну тогда лучше посмотрите
вашу квитанцию.
Вот сумма, вот подпись ваша.
Подпись ваша?
- Моя. Но проблема в том,
что здесь дописан нолик.
Я не брала столько денег.
- Что значит "не брала"?
А зачем тогда подписывались?
- Это все, что у меня есть -
50 тысяч.
- Ничего не знаю.
Сумма стоит, подпись ваша.
- Я доплачу.
Кольцо.
А то, что вы решили его присвоить,
пусть останется на вашей совести.
Держите. Ну держите.
- Спасибо вам большое.
И я совершенно не понимаю,
когда я смогу вернуть вам долг.
- А-а! Отдадите, когда сможете.
Не волнуйтесь.
- Подождите! Я ведь даже не знаю
ваш адрес или номер телефона.
- А, да, да-да.
- Правда, я буду возвращать деньги частично,
но как только, так сразу.
- Не волнуйтесь, не волнуйтесь.
Мне это не к спеху.
- Спасибо. Всего вам доброго!
(Стук в дверь.)
- Можно?
Читаешь?
Знаешь, когда ты была маленькая,
ты любила читать
медицинскую энциклопедию вверх ногами.
Держала ее своими маленькими ручками
еле-еле, но не отпускала.
Никуша, родная, все пройдет.
Вот увидишь, жизнь такая длинная.
А у меня есть друг -
психолог, профессор.
Хочешь я к тебе приглашу его?
- Нет, не надо.
Сергей Анатольевич,
психотерапевт их больницы,
сказал, что будет приезжать.
- А он хороший?
- Хороший.
Правда, мне кажется, я совсем
не умею разбираться в людях.
- Ничего, научишься.
- Здравствуй, Лена.
- Здравствуйте, Кира Владимировна.
Вас Евгений Константинович спрашивал,
просил, как только вы придете,
зайти к нему.
- А не сказал, по какому поводу?
- Нет.
Он такой сердитый был, как никогда.
- А у нас полная запись на сегодня?
- Первый пациент через 15 минут.
- Хорошо.
(Стук в дверь.)
- Да-да?
- Присаживайтесь.
Почитайте.
- "Вымогание взятки, шантаж" - ух!
Но вы же понимаете, что это бред.
- Бред? Из-за этого,
как вы изволили выразиться, бреда
у нашей клиники могут быть
серьезные проблемы.
- Так, ну судя по всему, господин Кобышев
просто решил мне отомстить.
Видимо, такие люди, как он,
не привыкли, что их ставят на место,
а я, уж извините,
не привыкла расшаркиваться перед хамами.
- Я не знаю, что вы там не поделили,
но факт остается фактом.
И если господин Кобышев
даст этой бумаге ход,
то неприятности будут у всех.
А зачем нам это?
- Евгений Константинович,
ну что вы хотите?
- Я обязан отреагировать.
Выговоры сейчас не популярны,
не в Советском Союзе живем.
Единственный способ остановить
процесс - уволиться.
- Вам?
- Это не смешно, Кира Владимировна.
У Кобышева большие связи
в министерстве.
Если он захочет, то дело может дойти
до лишения лицензии.
Я бы на вашем месте написал заявление
по собственному желанию
и уволился... ну, на время -
пока страсти не поулягутся.
- Евгений Константинович, я на своем месте
завтра ухожу в законный отпуск.
Над вашим удивительным предложением
я подумаю уже после него.
А сейчас извините меня,
пожалуйста, пациенты ждут.
- Ну ничего-ничего,
я тебя все равно достану.
- Привет. Ты прости,
что я тебя все время дергаю,
очень нужен твой совет.
Получится в обед подъехать?
- Это вам, а это - вам.
- Круто здесь, да?
- Да.
- Из меня, кстати,
неплохая гонщица вышла бы.
У меня врожденное чувство скорости.
- Мне кажется, у тебя
врожденное чувство голода.
- А?
- Не-а.
Даш, это третий хот-дог за день.
Потом опять себя
голодом морить будешь?
- Я просто волнуюсь за Андрея.
О, вон он, кстати.
Смотри, как ему идет комбез.
Андрей! Андрей!
- Пойдем?
Привет.
- Привет. Все-таки пришли?
Я рад. Гонка скоро начнется,
немного задерживают -
ждут кого-то из федерации.
- Здесь написано: "Романенко,
37, 4, минус". Это что значит?
- 37 - мой номер,
Романенко - фамилия.
Ну а это группа крови -
четвертая отрицательная.
Чтобы в случае аварии знать,
какую мне кровь переливать.
- Да ладно тебе, все будет хорошо.
- Конечно будет.
Ну ладно, мне пора.
- Удачи.
- Пойдем.
- Понятно, что это заявление
появилось неслучайно -
слишком как-то вовремя.
Сначала эти просроченные лекарства,
потом пациент с осложнениями,
мой поход к Карнаухову.
Ну очевидно, что я ему мешаю.
Ты вообще давно с ним знаком,
хорошо знаешь?
- Карнаухова? Мы с ним пересекались
до моего отъезда в Штаты.
Потом пару раз здесь, по работе.
Что ты хочешь от меня узнать?
Способен ли он на подлость? Однозначно.
Способен ли он закупить
просроченные лекарства,
чтобы на этом заработать?
Да, это его стиль.
- И ты так спокойно об этом говоришь?
Что, мне начинать войну?
- Ни в коем случае: ты ее проиграешь.
Он еще соберет заявления,
кого-то уговорит, кого-то купит
и подаст на тебя в суд.
- И что делать?
- Что делать?
Выходи за меня замуж,
и поехали в Штаты.
Бросай свою убогую клинику. У тебя
там будет все, что ты захочешь.
Я состоятельный человек, я известен,
у меня огромная клиентская база
и я ей поделюсь с тобой,
с моей любимой женщиной.
- Рома, я серьезно.
- Посмотри на меня,
я серьезен как никогда.
- Андрюха, давай!
Сделай их, ты можешь!
- Даш, что так орать?
- Лер, ты посмотри, какой красавчик!
И между прочим,
он гораздо больше подходит тебе
и по возрасту, и по характеру.
Сразу видно: хороший молодой человек.
Нет, Макс, конечно, само обаяние,
но скользкий какой-то.
- Вы что, все сговорились, что ли?
(Звонит телефон.)
Алло. Алло, не слышно.
Что-то я ничего не поняла.
Макс звонил, сказал, что умирает.
- Что?
- Мне надо бежать,
я тебе потом перезвоню, ладно?
- Лера, ты куда?
- Лера!
- Ты с ума сошел? Напугал меня!
- Ну прости меня, пожалуйста.
Что я могу сделать?
Я действительно умираю - от любви.
И от того, что, по-моему,
я тебя немного обидел.
Я тебе обещаю, что никогда больше
не буду посягать на твою свободу.
Мир?
- Никогда-никогда?
- Никогда-никогда.
Ну что, я вымолил прощение?
- На первый раз - да.
- У вас тяжелая рука,
ваше величество.
Теперь не соизволите сесть в машину?
- И куда поедем?
- А вот это сюрприз.
- Ну, давай! Давай!
Давай-давай-давай-давай!
Ура! Молодец!
По громкой связи:
- Победу одержал Романенко Андрей!
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
- Могу я чем-то вам помочь?
- Нет, спасибо,
мы сами тут пока посмотрим.
- Если вам в зале ничего не подойдет,
то там у нас есть каталоги
с новыми моделями.
Доставка под заказ.
- Спасибо, учтем.
Ну что?
- Видел цены?
- Не смотри на цены,
ты смотри на платья.
Тебе понравилось что-нибудь?
- Ну, вот это ничего.
- Там еще каталог можно посмотреть.
- Угу.
Максим! Оно. Посмотри.
- Будьте добры.
- Да, конечно.
- Можете показать нам эту модель?
- Данное платье -
это выставочный образец,
оно в одном экземпляре.
Из последней коллекции
известного питерского дизайнера
Вячеслава Столетова,
если вы знаете.
А у вас очень тонкий вкус.
- Но его можно привезти?
- Конкретно его - нет,
но можно заказать что-то похожее.
- Нет, не хочу похожее, хочу это.
- Успокойся, тихо, не волнуйся.
Дайте мне, пожалуйста,
контакты этого Столетова.
- Хорошо.
(Стук в дверь.)
- Ника.
Ника, я приготовила
твой любимый кофе. Принести?
- Димке самокат купили.
- Счастливый какой!
- Да, счастливый.
Отдыхать ездила.
- А куда ездила? - На море.
(Гудок клаксона автомобиля.)
Дима!
(Визг тормозов. Звук удара.)
Дима!
- Мужик, ты чего? Ты живой?
- Ой, что ж ты делаешь, а?
Человека сбил!
- Чего? Да я здесь вообще ни при чем!
Я его даже не видел.
Он как выскочил -
и прямо под колеса бросился!
- Ничего, сам виноват.
- Что у вас?
- Нога.
- Надо скорую вызывать.
Марин, вызывай скорую.
- Вызываю уже. Алло.
- Бабуль!
- Я тут.
- Привет.
- Добрый вечер, Елизавета Андреевна.
- Добрый. А вы где были?
- А мы были в одном
очень крутом свадебном салоне
и выбрали мне такое
платье дизайнерское!
Мы за ним даже поедем в Питер.
Да, Максим?
- Обязательно поедем.
- Вот.
Ты пирог с яблоками готовишь?
- Да, шарлотку.
Жаркое на плите,
скоро можно будет ужинать.
Поможешь мне немножко?
- Я с удовольствием. Спасибо.
- Ну, я буду у себя.
Если что, зовите.
- Хорошо. Что делать?
- Посыпь корицей яблоки. Вон там она.
- Ага.
- Если я правильно поняла,
вопрос о свадьбе уже решен?
- Да, а что?
- А Максим сделал тебе
официальное предложение?
- Пока нет, но это же формальность.
- Может быть, не надо спешить?
- Бабуль, и ты туда же?
Ну тебе же нравится Максим.
- Нравится. Но зачем торопиться?
Ты уверена, что любишь его?
- Уверена.
- На сто процентов?
- На триста.
(Звонит телефон.)
(Стук в дверь.)
- Никуша, ты в порядке?
- Все в порядке.
- Скоро будем ужинать.
- Да не хочу я ужинать.
Оставьте меня все в покое!


Серия 7

- Доброе утро. - Доброе.
- Приятного аппетита.
- Спасибо. Доброе утро.
- Доброе утро, бабуля.
Ну чего, едем?
- Сейчас позавтракаем и поедем.
- Далеко собрались?
- Так в Питер, бабуль. - Как?!
- Ты не сказала Елизавете Андреевне?
Я же тебя просил предупредить.
- Я говорила, просто не сказала,
что сегодня едем.
Нам же нужно платье у дизайнера выкупить.
Или взять напрокат.
Бабуля, там такое платье!
Оно и красивое, и свадебное,
и такое нежное.
Мне кажется, в нем куда угодно можно пойти,
даже на королевский прием.
Елизавета Андреевна:
- Так вы сегодня его хотите купить?
Лера: - Да, сегодня.
- Давай быстренько завтракай,
и поедем. Ага.
Спасибо большое, завтрак чудесный.
- На здоровье.
- Давай-давай.
- Угу.
- А вы надолго?
- Туда и обратно, на один день.
- Ну ты чего?
- Ничего! Ты сказал, что разорен,
а сам покупаешь такое
дорогое свадебное платье.
- Послушай, во-первых, с платьем
мне помогает питерский партнер.
Во-вторых, платье
ничего же не значит.
Ксюша, ну? Потерпи немного. Так надо.
Так надо. Если не поехать,
у Леры возникнут подозрения.
Ну зачем нам это? Ну?
(Звонок в дверь.)
- Не заперто!
- Привет.
- Привет.
- Не ждал?
- Ждал, очень ждал.
Но я думал, ты позже.
Вот решил уборку сделать.
- Так, с этого момента мы начинаем курс
реабилитационных упражнений.
Я в свое время так
отца на ноги поставила,
ты у меня еще танцевать будешь!
- Да я не умею.
- Я тебя научу. Пойдем.
- Никуша, все в порядке?
- Да.
- Завтракать будешь?
- Нет, спасибо.
Не хочу никого видеть.
- А никого нет,
все разъехались по делам.
Что ты такая?
- Сергей...
- Что "Сергей"?
- Обещал, но так и не приехал.
Такой же, как все.
- Ты не торопись с выводами.
Мало ли что могло его задержать.
А знаешь что, пойдем-ка в сад.
Подышишь воздухом,
нагуляешь аппетит. Пойдем?
(Кашляет.)
- Тебе обязательно
надо бросить курить.
- Брошу. Ты знаешь,
после твоих упражнений
мышцы себя чувствуют
совершенно иначе.
- Конечно. Я тебя поставлю на ноги.
- Ты такая, ты можешь.
- Черт, я про суп забыла!
(Телефонный звонок.)
- Телефон!
- Да, иду.
Ага, спасибо.
Да, я слушаю.
Мне к тебе подъехать?
Думаю, где-то через полчаса буду.
Все, до встречи.
- Ты общаешься с Борькой?
- Саша, это деловая встреча.
Я потом тебе все расскажу.
А сейчас мне правда нужно бежать. Пока.
- Пока.
- Чувствуешь, какой воздух?
- Угу.
- Елизавета Андреевна, добрый день.
Ваша почта.
- Добрый день, Иван Николаевич.
- Кроссворды. Пресса.
И еще письмо.
До свидания. Удачного дня.
- До свидания.
- "На территории
вверенного нам кладбища
обнаружена могила указанной
в вашем запросе женщины,
а именно Гуревич Лии Аркадьевны,
1948 года рождения".
- Если я и дальше стану так есть,
то очень быстро превращусь в колобка.
Тебе придется катить меня в загс.
- Прошу прощения.
Желаете что-нибудь еще?
- Ой... Ну давайте попробуем
ваш фирменный десерт.
- Нет...
- Нет?
Давай попробуем. Десерт.
- Десерт. Хорошо.
(Скрипач играет
романтическую музыку.)
- Ну что, Валерия,
ты станешь моей женой?
- Ух ты!
То есть да.
(Присутствующие аплодируют.)
- Кира, только прошу тебя,
отнесись ко всему серьезно.
Стоило начать процесс по Беляеву,
меня тут же вызвали на ковер
и вежливо - пока еще вежливо -
попросили не лезть не в свое дело.
- Ну все понятно. Значит, у него
и в прокуратуре свои люди есть, да?
- Возможно. Более того,
там прекрасно знают о твоих слежках,
угрозах и прочих геройствах.
Кира, нужно прекратить.
- Но я же...
- На время. Пускай там успокоятся.
Тем более ничего конкретного
на него найти не удалось,
перед законом он чист.
- Этого не может быть.
- Может.
Надо подождать.
Пусть он сам себя как-то проявит.
Возможно, даже его спровоцировать.
Но тонко,
чтобы комар носа не подточил.
- Ну хорошо.
- Ну здравствуй, Лия.
Вот и свиделись.
А я тебя искала,
хотела выпросить прощение.
Я знаю, на мне тяжкий грех,
но я за него расплачиваюсь.
Семья разваливается,
все девочки мои несчастны.
Мы после смерти с тобой
не встретимся:
я уж точно попаду в ад.
Так что ты прости меня сейчас,
если сможешь.
И помоги мне.
Подскажи, как открыть
нашу тайну детям.
- Ах ты ж стерва!
Свежий воздух, коврик,
остывший чай - что еще нужно,
чтобы спокойно
встретить старость, да?
Ну как твоя шпионская деятельность?
Много нарыла?
Хочешь, я тебе помогу?
В 78-м году я, как сейчас помню,
занимался злостной фальсификацией.
Я исправлял двойки в дневнике
и подделывал подписи учителей.
Нет, не подходит?
Хочешь, я тебе дам совет
по старой дружбе?
Не надо путаться у меня под ногами,
занимайся своим инвалидом.
Жизнь такая непредсказуемая
штука - неизвестно когда, что, с кем
может произойти. Ага. О!
Что-то ты быстро.
А мы тут с твоей мамой беседуем
о пользе йоги
для здоровья и долголетия.
- Доброе утро, мама.
- Доброе. - Да.
Ну что, поехали? А то ты опоздаешь.
(Звучит классическая музыка.)
- Здравствуйте, Михаил Сергеевич.
Это Мальцева Елизавета Андреевна.
Я бы хотела написать новое завещание.
- Я даю тебе наговор:
"Чужая любовь, убирайся прочь.
Шальная страсть, уходи в ночь.
Девицу Татьяну навеки забудь,
Нину верни, назад прими,
Сохни по ней до конца своих дней".
Опустишь руки в воду,
три раза брызнешь на фотографию
и прочитаешь этот наговор
ровно в 12 часов. Поняла?
- Поняла. У меня вопросик есть один.
А у нас дети будут?
- Будут.
От трех до пяти.
- Сколько?
- Я вижу от трех до пяти,
а дальше там уже...
(Звонок в дверь.)
Что-то рановато
для новых посетителей.
Матрена, пойди посмотри, кто там.
- Вы разве на сегодня были записаны?
- Я не могла до вас дозвониться.
Трубку никто не берет.
- У нас на время сеансов
отключают телефоны.
Если хотите, запишитесь на завтра.
Матушка Аграфена вас примет.
- Я не хочу на завтра,
мне нужно сегодня.
Я хочу снять с нее порчу.
- А я без записи не принимаю,
милая девица. Матрена,
пойди проводи непрошеных гостей.
- Хорошо, в таком случае
я запишусь через прокуратуру,
у меня там очень много знакомых.
- Иди, милая, иди.
Он тебе позвонит. Матрена, проводи.
Рассчитайтесь там с ней в коридоре.
- Спасибо, до свидания.
- Пойдемте.
- Вот.
- Снять порчу в 3 раза сложнее,
чем ее навести. И в 3 раза дороже.
- То есть я правильно понимаю:
ставки растут?
В тот раз было вдвое больше,
теперь втрое, да?
- А ты осмелела.
- Значит так, Аграфена или как вас...
Сейчас вы берете и бесплатно
снимаете порчу с моей сестры Вероники.
Если с ней хоть что-то произойдет,
то я вас выведу на телевидение
и вы будете самой известной
знахаркой за решеткой, понятно?
- Тише-тише-тише, ты что?
Конечно, я сниму. Я же вижу,
человек страдает. Как не снять?
- Вероника!
Я еле нашел ваш дом. Хороший дом.
Как же я рад тебя видеть.
Знаешь, зачем я приехал?
У меня родилась грандиозная мысль.
Я хочу снять драму о самоубийцах.
Ну, естественно, черно-белые тона.
Стилизация там, ЧБ.
Главная роль твоя, да.
Я сейчас работаю над сценарием.
Но единственное, чего мне не хватает,
понимаешь, фактуры,
настоящих личных переживаний.
Я тебя прошу,
только с максимальной откровенностью,
расскажи мне,
что ты видела вот в этом
пограничном состоянии,
что там - предсмертный тоннель?
Какой он там? Узкий, широкий?
Может быть, свет - был он, не был?
Может, вообще это полная фантазия?
Ты что, с ума сошла, что ли?
- Да, еще как.
Сейчас я тебе покажу
предсмертный тоннель. Мерзавец!
- Истеричка!
- Пошел вон!
- Дура!
- Пошел вон отсюда!
- Ника, что случилось?
- Да все в порядке, бабуля.
Что-то я проголодалась.
Может, блинчиков приготовим, а?
- Разбила!
Актриса.
(Машина не заводится.)
Простите!.. Девушка!
Можете одолжить свой телефон?
Мой разрядился, мне надо эвакуатор
вызвать: машина не заводится.
- А вы, кажется, режиссер?
Данилов, если не ошибаюсь?
- Да, это я.
Ты что? Ты что делаешь, идиотка?
Я полиции буду жаловаться!
- Полиции? - Да!
- Гражданин, да вы не в себе.
(Машина не заводится.)
- А-а-а!
- Может быть, тебе свежих напечь?
- Так пойдет.
- Чай или кофе?
- Кофе, фирменный. И много.
- Вот теперь я тебя узнаю.
- Бабуля, а как думаешь,
мне стоит его найти?
- Вот этого?
- Да нет, нет, бог с этим,
пусть живет как может.
Я про психотерапевта Сергея.
- Конечно. Я сама хотела
тебе это предложить.
- Ну хорошо, допустим, я его найду,
а он забыл о нашем договоре.
Тогда что?
- Тогда ничего.
- Бабуля, он мне нравится.
- Поезжай к нему на работу, и сама все узнаешь.
Как будет, так будет.
- Привет.
- Привет, Ксю.
Давай к нам, у нас блины.
- Спасибо.
- Ты на работе была?
- Угу.
- Нравится?
- Да, очень. И кстати,
твой друг ректор очень доволен.
- Я знаю, он мне звонил.
Хочешь, могу его попросить -
он тебя возьмет в штат.
- Нет, спасибо, бабуля,
меня и так все устраивает.
- Тогда что стоишь? Присоединяйся.
Сейчас кофейку выпьем.
- Сейчас, я пулей наверх -
и к вам, хорошо?
- Я просмотрел все ваши рефераты
на тему реформ. Интересно.
Вот добрая половина из них
посвящена реформированию полиции,
при этом видно, что у вас
лишь умозрительные представления
о проблемах.
- А что он так сегодня улыбается?
- Так зубы новые вставил,
вот и улыбается.
Ты знаешь, откуда?
- Откуда? - Барсуков.
- Сашка Барсуков?
- Да нет, конечно. Папаша его.
У него своя стоматология.
Помнишь, Саню месяца три назад
хотели отчислить?
- Помню.
- Так вот, новые зубы
в обмен на обучение.
- А вы знаете, как в Финляндии
практически полностью искоренили
проблему взяточничества?
- Пересажали всех.
(Студенты смеются.)
- Нет. Вот видите, у нас все уверены,
что эту проблему можно решить
только драконовскими мерами.
А в Финляндии за это лишь
небольшой срок, и штраф - тоже.
Зато последствия впечатляют:
мздоимца пожизненно лишают права
работать в государственных органах.
Пожизненно, без права реабилитации.
Дорожный инспектор,
взявший деньги у водителя,
после этого может рассчитывать
лишь на должность... дворника.
Ну впечатляет?
- Очень впечатляет.
Вот бы у нас так, да?
- Слышу в вашем тоне, Мальцева,
некий сарказм.
Вы что, не верите в возможность
подобных реформ в нашей стране?
- Почему же? Верю. Скажу больше:
мне очень интересно ваше мнение
вот по такой, например, ситуации.
Некий преподаватель спас
от отчисления некоего студента.
Студент, скажем прямо, учиться
не любил и вообще был весь в хвостах.
Но родители предложили преподавателю
бесплатное обслуживание
в их частной
стоматологической клинике,
и хвосты у студента
магическим образом отпали.
Вопрос: считается ли это взяткой
и что делать с преподавателем?
- Привет.
Извини, что без звонка: мимо проезжал.
- Привет. Что-то случилось?
- Слушай, коробка барахлит.
Я заезжал на фирменный сервис,
а они мне сказали, что это оттого,
что я чинился не у них. Нет,
у меня претензий к тебе нет никаких,
просто посмотришь, а?
- Хорошо.
- Спасибо. Да, вон стоит.
(Телефонный звонок.)
Так, извини, я отвечу, хорошо?
Да, Ксения.
Слушай, пожалуйста,
не нервничай и не плачь.
Свадебное платье куплено
всего лишь для отвода глаз. Да.
Ксюша, сейчас нужно думать
не о платье,
а о том, как получить Ван Гога.
Я тебе опять повторяю:
Лера для меня ничего не значит,
я хочу быть с тобой и только с тобой.
Угу, надо просто немного подождать,
совершенно верно, да.
Ксюша, все, я не могу больше говорить,
давай, вечером увидимся.
- А я тебе говорил,
что он тот еще жук.
- Нужно все рассказать Лере.
- Ага, и морду ему набить.
Вон он.
- Ну что, готовы?
- Значит, Лера для тебя
ничего не значит?
- Что?
- За Ван Гогом охотишься?
Это твоя цель?
- Бред какой-то. Ты что несешь, а?
- Угу. Да я все знаю, я все слышал.
Я тебе говорю, он брачный аферист.
Где моя сеструха, гад?
- Дурдом какой-то. Какая сеструха?
Ты откуда вообще взялся?
- А я тебе сейчас покажу,
откуда я взялся!
- Э, э, мужики, вы чего? А ну хватит!
- Иди сюда! Иди сюда, я сказал!
- Значит, вашу шарашкину контору
закроют завтра,
а тебя, придурок,
я посажу за клевету.
- Только попробуй здесь появиться, козел!
- На коленях у меня будете
просить прощения, пролетарии гребаные.
- Козел!
- Ну что ж, осталось
только поставить подпись.
(Слышен хлопок двери.)
- Но вы же, Елизавета Андреевна,
знаете, что в любой момент
вы можете изменить завещание, хоть сто раз.
- Бабуля, ты опять за свое?
- Во-первых, здравствуйте, девочки.
- Здрасте.
- Здравствуйте, Елизавета Андреевна.
- А во-вторых, это обычная практика
для пожилых людей, у которых
есть хоть какое-то имущество.
Я не хочу, чтобы после моей смерти
вы спорили о том, кому что достанется.
- Хорошо.
И кому на этот раз достанется Ван Гог?
- Узнаешь попозже.
- Ладно. Мы у меня в комнате,
если что.
- Не тешьте себя иллюзиями,
Елизавета Андреевна.
Даже при самом
четко прописанном завещании
наследники ссорятся, спорят
и пытаются поделить все заново.
(Слышен крик Даши.)
- Боже мой.
- Все хорошо, все в порядке.
Это просто Даша увидела
мое свадебное платье. Все отлично.
Тихо...
- Саша?
А что случилось?
Почему такой беспорядок?
И зачем ты в костюме?
- Здравствуй, Кира.
Вообще-то это сюрприз.
Хотел тебя в ресторан пригласить,
начал искать свой старый костюм,
но понял, что его моя бывшая
куда-то засунула -
видимо, решила,
что он мне больше не понадобится.
Но все-таки нашел.
- Я тебе новый куплю.
- Ну, знаешь, твои деньги -
это твои деньги... - Ой...
- А я сам заработаю.
- Конечно, заработаешь.
- Знаешь, сколько у меня патентов?
Мозги еще на месте,
мой усовершенствованный энцефалограф
во всех клиниках стоит, между прочим.
- Дай.
- Или этот?
- Знаешь, если честно, я не хочу
какого-то пышного праздника,
толпы пьяных гостей.
Максимум человек 20.
- Я надеюсь, мы с Виталиком
входим в эту двадцатку?
- Ну, ты - да.
Про Виталика я еще думаю.
Даша, ну конечно, входите.
Подожди, я тебе фотки покажу.
(Телефонный звонок.)
- Не возьмешь?
- Вот о чем мне с ним разговаривать?
Он еще, наверное, обиделся,
что я на гонках до конца не досидела.
- Эх, Лера,
не разбираешься ты в людях.
Обижаются закомплексованные придурки
либо сопливые мальчишки.
А Андрей, он настоящий мужчина.
Так ты возьмешь или нет?
- Алло.
- Лера, нам нужно встретиться
и поговорить по одному
очень важному делу.
- Извини, я встретиться не смогу.
Говори сейчас.
- Это касается Максима.
- Понятно.
Андрей, я ни с кем не собираюсь обсуждать
наши с Максимом отношения.
Извини, пожалуйста. Пока.
Вот я зачем взяла?
Настоящий мужчина, говоришь?
- Ну что там?
- Она его любит.
Разве ей что-то объяснишь?
Я бы тоже на ее месте
никого слушать не стал.
- Вот именно поэтому
нужно скорее ехать и спасать ее.
- Туда?
Ребята, я же все сказал.
Вы только мешаете работать.
Правда. Ну чего? Что, давно
не виделись, соскучились? Чего?
- Живой?
Свой долг умножай на два.
У тебя неделя.
- Я все отдам.
- Здравствуйте. Вы ко мне?
- Здравствуйте.
Нет, я к Сергею Анатольевичу.
- А он в больнице.
В другой больнице, в травматологии.
Он в аварию попал.
- А что...
Он в порядке?
- Несколько ушибов,
небольшое сотрясение - ничего страшного.
- Скажите, а у вас есть
адрес этой больницы?
- Конечно. Пойдемте, напишу.
- Спасибо.
(Звучит классическая музыка.)
(Стук в дверь.)
- Да-да.
- Елизавета Андреевна, можно?
- Конечно, Максим.
- Простите, пожалуйста,
за беспокойство.
Вы знаете, я сегодня заключил
очень серьезную сделку.
И я наконец могу отвезти Леру
в свадебное путешествие
туда, куда она захочет. Хоть на Марс.
Я так рад, и...
Ну хочется поделиться с кем-то.
Отпразднуете со мной?
Посмотрите, что я вам принес.
- Максим, я вас поздравляю,
но я, к сожалению, вино уже не пью,
здоровье не позволяет.
- Жалко.
Ну ладно, хорошо.
Просто, знаете, говорят,
не обмытый успех успехом не считается.
Может сорваться в любой момент.
Ну ладно, это суеверия.
Ладно, извините, пожалуйста,
за беспокойство.
- А вы, оказывается,
шантажист, Максим.
Ну ладно, давайте.
- Да? Спасибо.
Вообще, знаете,
это в любом случае надо попробовать,
потому что это не вино, это легенда.
И можно даже сказать,
что это король вин.
Или вино королей.
Говорят даже, что Наполеон,
когда собирался в Россию,
он взял с собой несколько ящиков - так он
его любил.
- Ну вы же помните,
чем это закончилось?
- Я надеюсь, для нас с вами
все закончится гораздо лучше.
- Тогда за успех.
- Спасибо вам.
(Стук в дверь.)
- Сергей, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Можно?
- Да, конечно.
- Вы меня нашли? Я очень рад.
А я, представляете, телефон потерял.
Видимо, во время аварии
куда-то отскочил.
Я просил ребят из больницы прислать
ваши контакты, но так и не дождался.
- А я вам яблоки принесла.
Не знаю, любите ли вы яблоки.
- Очень.
Да вы проходите.
- Ага.
Как вы себя чувствуете?
- Может быть, на "ты"?
- Ага.
Ну, что говорят врачи?
- Да говорят, что ничего страшного.
Небольшой вывих и растяжение.
Но еще пару дней придется полежать.
- Ну... тогда теперь я могу быть
вашим психотерапевтом.
- Да, Елизавета Андреевна,
этак я, глядишь, проиграю сегодня.
- Вы мне просто поддаетесь.
- Ни в коем случае.
- Поддаетесь, поддаетесь.
Вы, Максим, виртуозный игрок.
Я это давно поняла.
И вообще, у вас масса талантов. Разных.
Например, актерский.
Вам не говорили, что вы могли бы стать
гениальным артистом?
- Вы первая.
- Слепцы.
- Так...
- Все. Больше не пью.
А то завтра голова
будет раскалываться на части.
- Нет-нет, не волнуйтесь,
от этого вина похмелья не бывает.
- В моем возрасте, Максим,
похмелье может быть даже от валерьянки.
Ой... Что-то меня немного разморило.
Я, пожалуй, прилягу,
если вы не возражаете?
- Да-да, конечно, конечно,
Елизавета Андреевна.
С вами все в порядке?
- Да-да.
- Ну что, я тогда пойду?
Елизавета Андреевна,
вы зовите, если что.
- Все будет в порядке,
мне просто надо немножко поспать.
- Хорошо, но обязательно зовите.
Ладно, спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
(Стук в дверь.)
- Да.
О!
- Ну как, поиграли?
- Немного.
Ты чего не спишь?
- Не знаю. Тревожно как-то.
- Иди ко мне, я тебя обниму.
Ну, что ты?
- Ты пахнешь вином. Вкусно?
- Вкусно, только бабушке,
по-моему, не понравилось.
- Она гурман, ей сложно угодить.
- Ну, ты чего?
- Пойду, наверное.
А то еще к семинару готовиться.
- Давай. Поспи.
- Спокойной ночи.
(Телефонный звонок.)
- Да, Ксюша? О чем поговорить,
ты что-то про картину узнала?
Слушай, давай о нас с тобой
мы завтра поговорим, ладно?
Я просто сейчас очень устал.
Нет-нет-нет, ко мне сейчас нельзя,
это опасно.
Полный дом. Угу.
Ну потерпи немножко, потерпи.
Да, я тоже.
Да. Целую тебя. Пока.
(Слышен женский стон.)
- Мамуль, у тебя все норма... Мамочка!
Мамочка, моя хорошая, что, сердце?
Сейчас, секунду, подожди.
Все, сейчас все будет хорошо.
Тихо-тихо-тихо.
Алло, скорая?
У пожилой женщины приступ.
(Слышен вой сирены скорой помощи.)
(Звонок в дверь.)
Врач: - Здравствуйте. Где больная?
Кира: - Да, здравствуйте.
Сюда, наверх проходите. Я не знаю,
что произошло. Да-да, вот сюда.
- Кира Владимировна.
- Ну как она?
- Пока трудно сказать что-либо.
Кризис еще не миновал.
- Захар Петрович, нужно обязательно
сделать химико-токсикологическое
исследование крови.
Мне кажется, что этот приступ
был спровоцирован
медикаментозным отравлением.
И у меня есть все основания подозревать,
что ее просто отравили.
- В таком случае нужно
вызывать полицию.
После экспертизы, разумеется.
- Ну конечно.
- Кира Владимировна,
вы сейчас езжайте домой, отдохните,
если будут новости,
мы с вами обязательно свяжемся.
- Хорошо.
(Слышен скрип двери.)
- Ван Гога ищешь?
А ну стой! Стой, я сказала!
Я сказала, остановись! О господи.
Дверь открой мне!
(Стучит в дверь.)
Я полицию сейчас вызову,
ты понял меня?
- Мама, что случилось?
- Я застала его в комнате бабушки,
он рылся в ее вещах!
- Подождите,
я сейчас ничего не понимаю,
я просто спал у себя в комнате,
что случилось?
- Господи! Вот что бы ты сейчас
ни сказал, просто имей в виду:
завтра придет результат экспертизы.
Я не знаю, чем отравлена мама,
но я абсолютно уверена,
что это сделал ты,
чтобы спокойно обыскать ее комнату.
- Кира, может быть, уже хватит?
Я понимаю, что можно
ненавидеть человека, но вот так клеветать!
Я спал у себя в комнате,
я ничего не понимаю.
- Думаешь, я не знаю ничего про тебя?
А я ведь все знаю.
Я могу надолго тебя посадить.
Я знаю про твое сутенерство,
про девочек, которых ты отправляешь
за границу в рабство - все знаю.
Смешно тебе? А между прочим,
одна готова дать показания против тебя,
ты понял меня?!
- Кира!
Вам должно быть стыдно!
- Как же я тебя ненавижу, сволочь.
- Мама, хватит!
Ты ненавидишь Максима,
потому что сама не смогла
его соблазнить, и теперь мстишь ему.
- Ничего себе.
- Да! - Что?
- Простите, я не хотел,
чтобы все об этом знали.
- Как ты мог? А вы...
Вы, наивные маленькие девочки,
кому вы верите?
- Как вам не стыдно, Кира?
- Ты мне за все ответишь, тварь.
За все, ты слышишь?
За все ответишь, тварь.
- Кира, как вам не стыдно...
- Чаю, Максим?
- А?
Да нет, Лера, не до чая сейчас.
Я звонил главврачу, он обещал
взять дело под личный контроль.
- А что он сказал о ее состоянии?
- Пока критическое.
Он считает, что приступ спровоцирован
сильнейшим стрессом.
- Как и когда это могло произойти?
- Я не знаю.
Когда я уходил
от Елизаветы Андреевны,
она была в прекрасном настроении.
Да, вино могло сыграть какую-то роль,
но это если выпить полбутылки,
а от трех глотков разве может
что-то произойти?
- Не переживай, Максим.
Тебя здесь никто не обвиняет.
Я знаю, что произошло.
Просто пришла мама,
услышала запах вина, и понеслось.
- Да, я поняла. Я сейчас подъеду,
и будем решать на месте.
У бабушки внутреннее кровотечение.
Ей нужно переливание.
Как выяснилось
неожиданно для меня,
группа крови у нее очень редкая,
четвертая отрицательная,
и я пока не понимаю, как это возможно,
потому что у меня первая,
а у папы была третья положительная,
но это все сейчас неважно.
Дело в том, что в банке крови
на данный момент
нужного количества
замороженной плазмы просто нет.
Поэтому нам срочно нужен донор.
- Но...
- У нас первая положительная.
- Я в курсе.
- У меня вторая.
- Я знаю.
- Третья положительная.
- Надо что-то делать.
- Ну я не знаю, давайте разместим
объявление в интернете,
обзвоним всех знакомых.
- Займешься? - Да.
- Стоп, четвертая отрицательная?
У Андрея такая.
- А откуда ты знаешь?
- Я видела, на гоночном костюме написано,
они пишут на случай аварии.
Вне зоны доступа.
- Собирайся, я тебя отвезу.
- Отлично, я только переоденусь.
- Лера, подожди.
- А?
- Послушай, я был вчера у Андрея,
показывал машину и...
- Что?
- Я попросил его оставить тебя
в покое.
- Зачем?
- Не зачем, а почему.
Потому что я тебя люблю
и боюсь потерять.
В общем, мы с ним
немного повздорили и...
Он сказал, что сделает все возможное,
чтобы мы не были вместе.
- Прямо так и сказал?
- Ну, не этими словами, но...
По сути так.
- Не бойся. Ты меня не потеряешь.
Привет. Не могла до тебя дозвониться.
- Привет.
- Сможешь нам помочь?
- Конечно. А что случилось?
- Бабушке нужна кровь.
- Ну, я тоже могу помочь.
- У нее, как у тебя,
4-я отрицательная.
- Приятного аппетита,
Семен Григорьевич.
- Спасибо. Ребята, идите поешьте.
Угощайся, угощайся.
- Нет-нет, спасибо, я сыт.
- Знаю о твоих проблемах,
поэтому скажу тебе прямо:
денег я тебе не дам,
потому что отдавать тебе
все равно нечем, а благотворительностью
я не занимаюсь.
- Конечно. Я не по этому поводу.
Деньги скоро будут.
- Ну и умница. Тогда что?
- Мальцева. Она продолжает копать.
Она, кстати, нас с вами
снимала в этом ресторане.
- Подожди, а в чем проблема?
Ну снимает и пусть себе снимает.
Пусть встречается с кем хочет.
Что дальше?
- Ну еще она говорит,
что одна из девушек
может дать показания против нас.
- Так, минуточку, минуточку.
Против нас или против тебя?
Это совершенно разные вещи.
- А какая же тут разница?
Там за нитку потянут -
и весь клубок размотается.
- А, вот как? Тогда что ты хочешь?
- Посоветоваться хочу,
что делать-то с ней?
- А твои советы я знаю, да.
Убрать ее моими руками - так, что ли?
- Нет, давайте мы никого
убирать не будем. Это было бы глупо,
потому что все подозрения
сразу упадут на меня.
- Хорошо, подставить. Она водит?
- Водит, да, и неплохо.
- Это неважно.
При хорошей организации у нас
даже водители-асы попадаются на удочку.
- А человечком поделитесь для этого?
- Нет, не поделюсь.
Баба твоя, сам и ищи.


Серия 8

- Господи, ну что я сделала?
- На красный проехала.
- Я успела на желтый.
- Мама, ты проехала на красный.
- Инспектор Долгополов.
Документики предъявляем.
- Простите, пожалуйста...
- Предъявляем документики.
Вы в курсе,
что проехали на красный свет?
- Да, я знаю.
- А то, что скорость превысили, -
тоже знаете?
- Да, я знаю. Вы простите,
мы очень торопимся.
У меня мама уми...
- Это понятно. Оформляться давайте.
- Товарищ старший лейтенант,
мы едем на переливание крови.
Одной пожилой женщине очень нужна
моя кровь, и время идет на минуты.
- Погоди. Романенко? Андрей.
- Да. А мы знакомы?
- Ну как?..
Лично, конечно,
не имею чести, но заочно...
Понимаешь, в чем дело,
я фанат мотогонок.
Я знаю, что ты гонщик классный.
Я помню, когда ты победил.
Я там был, кстати. Круто было.
- Спасибо, но мы торопимся.
- А, ну да. Слушай,
только автограф оставь, пожалуйста.
Прямо вот здесь. Меня Саня зовут.
Вот спасибо. Да, и еще.
Будет просьба к тебе.
Никому, пожалуйста, не говори,
что я вас отпустил. Хорошо?
- Хорошо. Можно ехать?
- Таня, готовь переливание!
Есть донор.
- Да, и вот что я хотел
тебе еще сказать.
Давай хотя бы на время сделаем вид,
что мы с тобой не знакомы.
Не надо никому давать повода.
Договорились?
Тогда, если у тебя все, можно я доем?
- Конечно, Семен Григорьевич.
- Спасибо.
(Телефонный звонок.)
- Да.
- Привет.
Мы успели привезти Андрея прямо
в последнюю минуту, представляешь?
И то, потому что инспектор
оказался его фанатом.
- Что ты говоришь, я ничего не слышу.
Ты можешь четче говорить?
Что за бессмысленный набор слов?
- Никогда, слышишь,
никогда не говори со мной так!
Ну давай, расскажи мне,
как надо жить.
- Все в порядке, барышни,
кризис миновал,
а бабушка и донор сейчас отдыхают.
Будем надеяться,
что и дальше все пойдет хорошо.
- Спасибо, Захар Петрович.
Поезжай в институт. Я побуду здесь.
Если что, я тебе позвоню.
- Слушай, да тебе делать-то
ничего не надо, в общем.
Удар же будет по касательной.
Ты ж парень тренированный.
- Сколько?
- Штука.
- Смеешься? Это мало.
Это какой-никакой риск.
А ты и за прошлую работу
еще не расплатился.
- Да я тебе все заплачу, я же сказал.
Давай, две.
- Три. И это минимум.
- Ладно, давай три.
- Пожалуйста, молодой человек.
- Андрюша, спасибо тебе огромное.
Давай я тебя подвезу?
- Спасибо, Кира Владимировна,
меня Тимур ждет.
- Ну еще раз благодарю тебя.
- Всего доброго.
- Можно теперь к ней?
- Пожалуйста, только не долго,
она еще очень слаба. Прошу.
- Хорошо.
Мамочка моя...
Моя хорошая, моя родная.
Как же ты нас напугала.
Прости меня.
Ты во всем была права.
И эту недееспособность твою
я выдумала зачем-то, мама,
это такая глупость.
Я, видимо, боялась
потерять влияние на девочек.
Теперь я понимаю,
что эти амбиции, эта гордыня,
они же ничего не стоят
по сравнению с твоей жизнью.
Мама, я так тебя люблю!
- Кира Владимировна.
- Да.
- Я выполнил вашу просьбу.
Это химико-токсикологическое исследование.
В крови Елизаветы Андреевны
действительно нашли вещество,
вызывающее спазм сердечной мышцы.
- Я же говорила.
- Теперь я обязан передать
эти данные в полицию.
- А ты с чего взял,
что она этой дорогой поедет?
- Так здесь нельзя по-другому.
Так, вот она. Давай, давай, давай.
- Она очень быстро едет.
- Чего? Чего?
- Мы так не договаривались.
- Да все нормально.
Вот, тормозит! Давай!
- Алло. Скорая?
- Алло. Это я.
Надо срочно встретиться.
Да, я помню о нашем договоре,
но ситуация экстренная.
Окей.
- Осторожно с головой. Поехали.
- Лол! Видела, сколько крови?
Чувак вряд ли выживет.
- Кто этих баб вообще
за руль посадил?
Она что, насмерть его сбила?
- Нет, он живой.
- Так, начинай опрашивать свидетелей.
Всех, кто что-нибудь видел, - ко мне.
Ну что, гражданка Мальцева... Пили?
- Конечно, нет.
- Проверим.
С какой скоростью ехали?
- С разрешенной.
- Выясним. Вы сбили человека
на пешеходном переходе.
- Знака практически не видно
из-за веток, и зебра стерта.
- Разберемся.
- Вы знаете, так странно:
он совершенно неожиданно
выскочил на дорогу.
Такое ощущение, что сам
прямо бросился под колеса.
- Да, конечно. А в кармане у него была
предсмертная записка.
- Не надо со мной так разговаривать.
Я в курсе, что такое
презумпция невиновности, ясно?
- Гражданка Мальцева,
я вас пока ни в чем не обвиняю.
- Товарищ капитан. Вот.
Они говорят, что все видели.
- Да, мы были метрах в 10 от аварии.
- Да. Мы с Алешей
прогуливались перед сном и...
- Что конкретно вы видели?
- Машина мчалась очень быстро.
А потом такой звук ужасный...
- Вы видели, как потерпевший
переходил дорогу и был сбит?
- Вообще-то мы с Наташей
шли в другую сторону.
Это все было у нас за спиной.
Но мы тут же обернулись.
- Ладно. Подпишите протокол.
- Позвонить можно?
- Позвоните.
- Черт...
- Вы пока свободны.
(Звучит громкая музыка.)
- Да. Вот. Вот сейчас
этот момент, слушай.
- Лера, что так громко?
- Ника, послушай, это очень круто.
Слышала? Ну вот.
- Да что же такое!
- Садитесь в машину.
- Я еще не дозвонилась.
- Садитесь в машину!
- Я пока не дозвонюсь до своей семьи,
я никуда не поеду.
Что вы делаете?
- Я говорю, садитесь в машину!
- Вы что, с ума сошли? За что?!
- За сопротивление.
- Я не сопротивляюсь.
Перестаньте, ну что вы.
Все, я пойду сама.
Можно я вещи хотя бы возьму?
- Не положено.
- Я сама. Все хорошо.
(Звучит громкая музыка.)
- Ксю, ты чего?
- Вы нормальные вообще или нет?
Бабушка в больнице,
а они здесь рок-концерт устроили!
- А при чем здесь это, Ксю?
Мы же не попсу слушали,
а нормальную музыку.
- Согласна. Хорошая композиция.
Мне понравилось.
- Приветствую, Семен Григорьевич.
- Что надо?
- Сначала все шло по вашему плану,
а потом она не сбросила скорость.
Этот придурок испугался,
так что мне пришлось ему помочь.
- Короче, ты его подтолкнул, да?
Ну а от меня чего ты хочешь?
- Если он придет в себя,
он меня сдаст.
- А! Ты хочешь, чтобы я за тобой дерьмо подчищал?
Вот что ты хочешь?
- Хочу. Потому что это
наше общее с вами дерьмо.
А вы думаете, если меня возьмут,
я один буду отдуваться
за наши общие с вами дела?
Да, и если я сегодня не выйду
на связь с одним человечком,
то в прокуратуру поступит
один увесистый конверт,
который для вас лет на 8 потянет.
Но это так, это для справки.
- Ай-ай-ай, ай-ай-ай...
Ну хорошо, я подумаю,
что можно здесь сделать.
- Спасибо большое, Семен Григорьевич.
- Пожалуйста.
Но Мальцеву в любом случае
ты берешь на себя.
Она должна сесть,
и причем сесть конкретно.
Так что, друг мой, не расслабляйся,
а подсуетись.
- А как?
- А вот так.
У тебя в модельном агентстве
кто-то из прокуратуры
в клиентах ходит,
ты мне сам рассказывал.
- Ну... У меня и видео есть, но...
Это зампрокурора!
И потом, он специализируется
совсем по другим делам.
- Так вот ты и покажи ему
свои веселые картинки,
он специализацию сразу и поменяет.
Да, и еще.
Послушай, я тебя очень прошу.
Не дергай меня. Надо будет,
я тебя сам найду.
- Конечно, Семен Григорьевич.
Хорошего вечера.
- Проходим.
- Здравствуйте.
- Я имею право на звонок, я знаю!
- Э! Слышь, кобыла,
харэ копытами стучать, тут люди спят!
Ну ты допрыгалась! Что ты орешь-то?
Давно не получала, что ли?
- Руки уберите свои.
- Кира Владимировна?
- Да. Мы что, знакомы?
- Ну как же? Вы же меня лечили.
Мне еще все говорили, мол, Зубова,
давай к земле привыкай.
А вы меня вылечили. Помните,
я вам ящик коньяку притащила,
а вы даже бутылки не взяли! Вспомнили?
- Господи, Зубова.
Да, да, я вас помню. Полина.
- Точняк.
- Короче, Максим хочет на свадьбу своих
музыкантов позвать.
Точно не знаю, какой-то джаз-бенд.
Нет, я не против джаза,
просто тогда придется всю свадьбу
в стиле ретро делать. Что?
Я музыку выключила.
- Мама в полиции,
она сбила человека.
- Что? Я перезвоню.
В смысле - сбила? Кто тебе сказал?
- У меня был от нее
пропущенный вызов. Я перезвонила,
и там какой-то человек сказал...
- У меня тоже пропущенный.
Так. В каком отделении она,
тебе сказали?
- Сказали, но я забыла.
- Ничего. Спокойно,
сейчас позвоним, узнаем.
- Да, хреново дело, конечно.
Кира Владимировна,
я вот что подумала.
А что, если человечка найти,
чтобы он на место аварии метнулся
и в присутствии свидетеля и
адвоката заснял все на видео камеру?
- Я не понимаю, а что "все"?
- Знак перехода в кустах,
стертую зебру. Как - что?
- Правильно, правильно.
Вы извините, что я вклиниваюсь.
У меня похожая ситуация была.
Племянник попал в ДТП.
И тоже не работал светофор,
и освещения не было никакого.
Так они потом быстренько,
чтоб себя выгородить, все починили:
и светофор исправили,
и лампочку вкрутили в фонарь.
- Тут, конечно,
адвокат хороший нужен.
Есть у меня один -
вот такой вот мужик!
Но все по моим торговым делам.
- Полина, вы простите,
а вы здесь за что?
- Я? Так.
Я Леньку сковородкой приложила.
Нет, ну что, мы жениться собирались, а он,
кобель такой,
с какой-то девахой спутался.
Ну я его...
- Живой?
- Живой, засранец.
Вот сейчас очухался,
заявление написал,
что претензий никаких не имеет. Осознал.
Ну вот, так что завтра выхожу.
- Может, хоть какие-то
подробности они сказали?
- Я завтра туда поеду и все узнаю.
- Может, все-таки лучше сегодня?
- А бесполезно,
сегодня там уже никого нет.
- Добрый вечер.
Что-то случилось?
- Мама сбила человека.
- Да ты что?
- Кира Владимировна, спите?
- Нет, а что?
- Я тут, знаете, что подумала?
У меня везде свои человечки есть,
я как на волю выйду,
по вашему делу что-нибудь узнаю.
- Спасибо.
Максим: - Лера, поешь.
- Я не верю, что мама
могла сбить человека на переходе.
Она хороший водитель.
- Ну...
Порой и с водителями-асами
случаются проколы.
Это жизнь. Но я тебе обещаю,
что подключу все свои связи.
- Спасибо тебе большое. Я думаю,
нам нужно нанять хорошего адвоката.
У тебя есть кто-нибудь на примете?
- Конечно, есть. Целый список.
Коломеец. Будков.
Будков... Закревский.
Если тебе о чем-то говорят
эти фамилии.
- Коломеец хороший, да,
но он больше специализируется
по предумышленным убийствам.
Будков мне не нравится - он очень мягкий,
а про Закревского
я вообще ни разу не слышала.
Я думаю, нам нужен Грановский.
- Ну, Грановский.
Грановский очень дорогой.
- Да, дорогой,
но он редко проигрывает.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Доброе. Поешь.
- Спасибо.
- Ну что решили?
- Решили, что я сейчас еду к маме
и пробую добиться свидания.
- Думаешь, дадут?
- Дадут. Мне по-любому
ее нужно подготовить,
как давать показания, и вообще.
- Может, я поеду с тобой?
- Нет, давай ты поедешь к бабушке.
И пока бабушке про маму
ничего не говори, ладно?
- Хорошо.
- Ксю, доброе утро.
Завтракать будешь?
- Нет, спасибо, я пойду пройдусь.
- Она плохо себя чувствует?
- Я не знаю.
- Что вам?
- Здравствуйте,
мне нужен тест на беременность.
- Что?
- Тест на беременность!
- Вам какой?
- Тот, что дает точный результат.
- Вы так тихо говорите,
что я из-за стекла ничего не слышу.
- Да ей все равно. Побыстрее, а?
Я на свидание опаздываю.
- Возьмите.
- Спасибо.
- "Образование пузырьков
в результате уменьшения давления
быстро движущейся жидкости".
- Я вот не понимаю, что вы себе
этими кроссвордами голову забиваете?
- Это необходимость.
Понимаете, Полина Сергеевна,
у нас семейная болезнь - Альцгеймер.
Поэтому нужно все время поддерживать
себя в тонусе, тренировать память.
- Нет, просто это смешно слышать
от человека,
которому ближайшие лет пятнадцать
за решеткой чалиться.
- Что ж это за пузырьки такие, а?
- Кавитация.
- Как?
- Ка-ви-та-ция.
- Кавитаци... Да, подходит.
Благодарю вас, Кира Владимировна.
Я первый раз такое слышу.
- Ну вот и все.
А, да, Кира Владимировна!
Я, как и говорила,
у меня там везде свои человечки,
так что я, как выйду,
попробую узнать по вашему делу.
- Спасибо, Полина.
- Зубова, с вещами на выход.
- Кира Владимировна, держитесь.
Ну а вам, Ирина Ивановна,
легкой отсидки.
- Спасибо.
- Нет, вы не поняли,
что я вам говорю?
- Это вы не поняли.
У меня нет вашей фамилии в списке.
Значит, пропустить я вас не могу.
- Так позвоните следователю
и скажите,
что здесь дочь Киры Владимировны
Мальцевой настаивает на свидании.
И что нет закона,
запрещающего мне с ней увидеться.
- Вот сами и звоните следователю.
И пусть он мне даст вашу фамилию,
тогда я оформлю на вас пропуск.
О! Эдуард Борисович,
объясните, пожалуйста, этой девушке,
что без пропуска
я ее впустить не могу.
Ни к Мальцевой, ни к Зайцевой.
- К Мальцевой?
А вы кто?
- Я ее дочь. А вы?
- Вы были с матерью во время аварии?
- Нет.
А какое вы имеете отношение к делу?
- Вопросы здесь задаю я.
- С чего это? Вы не представились.
- Так, понятно.
По-хорошему разговаривать мы не хотим.
Я адвокат вашей матери.
Когда вы понадобитесь, я вас вызову.
- Я имею право на свидание с мамой.
И это адвокат?
Он же не в материале.
Спросил, была ли я на месте аварии.
Вы это слышали? Он даже не знает,
что меня там не было!
(Телефонный звонок.)
- Дежурный. Слушаю. Да-да.
- Кира Владимировна, тут у меня
патрульной службой зафиксировано,
что торможение вы начали
лишь после наезда.
Это так?
- Да.
Но я же вам говорила,
что человек выскочил на дорогу неожиданно.
Мне даже показалось, что специально.
- Этот человек шел
по пешеходному переходу.
Переход вы тоже не заметили?
- Дело в том, что на этом участке дороги
зебра практически стерта.
- Вот эта зебра.
- Как?
- Доброе утро.
Извините, задержали.
Я Эдуард Борисович Звонарев,
назначен вашим адвокатом.
- Это очень хорошо, что вы пришли,
вы как раз вовремя.
Как вам такая ситуация,
что в момент аварии
зебра была практически стерта,
а сразу после аварии она была
кем-то оперативно восстановлена,
я так думаю, что какими-то
заинтересованными лицами.
- Заинтересованными в чем?
- В том, чтобы меня осудили
и чтобы я села наверняка.
- Продолжим.
Что еще могло помешать вам
притормозить на переходе?
- Дорожный знак.
Он был закрыт ветками деревьев.
Но я так полагаю, что веток уже нет?
- Правильно понимаете.
По словам свидетелей,
этот знак всегда прекрасно виден
с любой точки дороги.
- А я смотрю, вы не горите желанием
во всем разобраться, да?
- Мне только что поручили ваше дело.
Какого рода желаний вы от меня ждете?
- Я понимаю, я...
Так. Хорошо.
Тогда я прошу внести в протокол
свои требования.
Первое: провести экспертизу краски,
нанесенной на асфальт.
Я уверена, что она была нанесена
уже после аварии.
Следовательно, под ней должен быть
обнаружен тормозной след моей машины.
И второе: изучить спилы веток деревьев
вокруг знака.
Я абсолютно уверена, что они свежие.
- Понятно. Все сделаем.
Если что-нибудь еще придумаете,
вы говорите, не стесняйтесь.
- Ясно.
- Здравствуйте. Мне нужно поговорить
с Владимиром Михайловичем,
соедините меня с ним, пожалуйста.
Передайте, что это срочно.
Речь идет о невыполнении
сотрудниками ИВС
приказа Министерства внутренних дел
об утверждении правил
внутреннего распорядка
изоляторов временного содержания.
Здравствуйте, Владимир Михайлович.
Вас беспокоит
Валерия Андреевна Мальцева,
дочь задержанной
Мальцевой Киры Владимировны.
В соответствии с приказом номер 950
от 22 ноября 2005 года
"Об утверждении Правил внутреннего
распорядка изоляторов временного
содержания подозреваемых
и обвиняемых ОВД",
пункт 16, параграф 135,
мне положено свидание с мамой.
Мало того что ваш дежурный
не захотел доложить о моей просьбе,
так еще и адвокат, назначенный маме,
не соизволил со мной даже поговорить.
- Ха! Вот, вот, еще вот это послушай:
"Потусторонние шумы в моторе.
Он очень страшно храпит".
У-у-у!
Так, а кто это написал-то?
Так, Кошкина И. А.
А, вспомнил! Это рыженькая такая, да?
Так, что у нас тут еще?
О, вот, еще вот это посмотри.
Так... "Замена сигнальной дудки
и обмен масла".
Вот народ жжет-то, да?
Андрюха, ну чего такой смурной-то, а?
Тебя опять Лерка кинула?
- А я ей больше не звоню.
Как говорить с тем, кто не хочет слушать?
- Ну да. А ты этой, как ее?..
Дашке, Дашке набери.
Вот ее-то Лерка точно послушает, угу.
- А что? Вариант.
- Так... "Замена сигнальной дудки".
(Стук в дверь.)
- Войдите.
- Здравствуйте, у меня повестка.
- Присаживайтесь.
Ага. Итак,
Беляев Максим Владиславович,
в крови гражданки Мальцевой
Елизаветы Андреевны были обнаружены
следы отравляющего вещества,
которые привели к спазму сердечной мышцы.
По закону, в подобном случае
врач обязан сообщить об этом
в следственные органы -
что, собственно, он и сделал, -
а мы, в свою очередь,
обязаны возбудить уголовное дело.
Со слов лечащего врача
Мальцевой Елизаветы Андреевны,
дочь Мальцевой Кира Владимировна
обвиняет вас
в попытке отравления своей матери.
- Ну, это понятно. Сейчас я объясню.
Вот вы, Евгения Сергеевна, замужем,
и для этого не нужно кольцо,
чтобы понять, - счастливую
самодостаточную женщину
видно по глазам.
А представьте одинокую мать троих дочерей,
озабоченную замужеством
и получившую очередной отказ.
- Так у вас была связь?
- Нет.
Но ей этого очень хотелось.
И, извините, я отбивался как мог.
И конечно, наверное, задел
и без того ущемленное ее самолюбие.
А теперь вообразите такую ситуацию:
я встречаю девушку,
я в нее влюбляюсь,
я хочу на ней жениться,
а оказывается, что ее мать -
Кира Владимировна Мальцева.
И конечно, когда она узнала
о наших отношениях,
она пришла в ярость.
- А, так значит, месть?
- Очевидно, так. Во всяком случае,
она придумывала, рассказывала
всякие гадости про меня Лере.
Наверное, когда ей не удалось
разрушить наши отношения -
вот, она решилась на отравление.
- Значит, вы хотите сказать,
что Мальцева пыталась вас подставить?
- Конечно, в это не хочется
верить, но... Похоже, что так.
Кстати, вы знаете,
где она сейчас находится? В ИВС.
Она сбила человека
на пешеходном переходе.
Жертва в коме, вряд ли выживет.
- Слушай, а здесь
симпатичные девчонки, да?
- Привет. Сто лет вас не видела.
- О, привет.
- Слушайте, давайте лучше отойдем,
а то вдруг Лерка сейчас выйдет,
нас заметит.
- А Леры нет в институте.
- Заболела?
- Нет, она у матери в тюрьме.
- Где?
- В изоляторе.
Кира Владимировна человека сбила.
А вы что, не знали?
Конвоир: - Проходим.
- Привет, мама.
- Привет.
- Ну как ты?
С тобой нормально тут обращаются?
- Все хорошо, не волнуйся.
- Мама, слушай меня сейчас
очень внимательно, это важно.
Если на тебя начнут давить,
сразу прекращай давать показания.
Молчи, и все. Следователь
может попытаться тебя запугать
уголовной ответственностью за отказ
по статьям 308, 307 УК РФ.
Не обращай никакого внимания.
Главное, что ты должна знать, -
что допрос не может длиться
более 4 часов подряд.
- Хорошо.
- И еще: ничего не подписывай,
не прочитав. А если прочитала и
не согласна, требуй внести изменения.
Имеешь право.
Подписывай каждую страницу
после последней строчки текста, и если
на листе остаются незаполненные
участки, перечеркивай их,
а то они потом туда обязательно
туда что-нибудь добавят.
- Я поняла, спасибо.
- Что тебе привезти?
- Я... я не знаю, Лера.
Наверное, какую-то одежду,
пасту, зубную щетку, тапочки,
почитать что-нибудь...
- Что? - Лера, неважно.
У бабушки в крови обнаружили
токсичное вещество.
Оно спровоцировало сердечный приступ.
Ты понимаешь, что это отравление?
- Мама, пожалуйста,
не начинай, я тебя прошу.
Ну сама подумай,
кому нужно травить бабушку?
Может быть, она сама выпила
слишком много лекарств, я не знаю?
- Ты знаешь, Лера, я вот другой реакции
от тебя и не ожидала.
- Так, мне сейчас нужны
все подробности твоего наезда.
- Да какие там подробности?
Это все случилось неожиданно.
Выскочил как-то быстро.
Ты знаешь, такое ощущение,
что он просто бросился под колеса.
- Самоубийство?
- Не исключено.
Ты знаешь, место такое -
как будто специально выбрано.
Знак не видно,
зебра практически стерта.
А потом, сразу после аварии,
все исправили.
Мне следователь показал фотографии.
- Как?
- И зебра теперь хорошо прорисована,
и знак видно.
Нам нужен очень хороший адвокат,
который во всем этом разберется.
Мне дали, конечно,
какого-то государственного - Звонарева, -
но такое впечатление,
что ему все равно, понимаешь?
- Да я его видела в фойе.
Мерзкий тип.
Ты не волнуйся.
Максим обещал выйти на Грановского.
- Максим опасный человек.
Я не хочу от него никакой помощи.
Я прошу тебя, будь с ним,
пожалуйста, осторожна, Лера.
- Мама, хватит, я прошу тебя.
Перестань, нам сейчас
нужно думать о твоих делах.
Мама, я тебя обязательно вытащу.
Иначе какой из меня юрист?
Эдуард Борисович,
можно с вами поговорить?
- О чем именно?
- О вашей линии защиты моей мамы.
На чем она будет основываться?
- А с какой стати я должен
перед вами отчитываться?
- Я будущий юрист и хочу знать,
на какую защиту
мы можем рассчитывать.
- Вот когда станете юристом,
тогда и поговорим.
- Я даю вам отвод.
Сегодня же ждите письменный отказ.
- Да пожалуйста.
- Да, когда лекарство
в капельнице закончится,
вы меня, пожалуйста, позовите, ладно?
- Хорошо.
Ну привет.
- Привет, Никуся.
- Я смотрю, ты не спишь.
- Я выспалась на год вперед.
Ну как вы там?
- Мы хорошо. Да.
А я купила... купила груши.
Вот. Как ты любишь - очень сочные.
Хотела яблоки, но потом вспомнила,
что они у тебя есть.
Кстати, надо спросить по поводу
лимонов и апельсинов.
Ну, витамин С очень важен
при восстановлении.
- Ника, поди сюда.
Сядь и посмотри мне в глаза.
Что случилось?
- А что случилось?
- Никуша, я уже довольно
давно живу на свете
и кое-что вижу.
Давай, рассказывай.
- Тебе бы в разведке работать, бабуля.
- Что случилось? Ты нашла картину?
- Нет, но у меня есть новость.
Мне кажется, я беременна.
- Кажется или беременна?
- Ну если верить тесту,
то да, беременна.
Ты расстроен?
- Ксюша, родная, ты же знаешь,
в каком я сейчас положении.
Мы не можем себе
сейчас позволить это.
Ну а если меня убьют?
Ты что, хочешь, чтобы ребенок остался сиротой?
- Да что ты такое говоришь?
Я даже не хочу об этом думать.
Неужели все настолько серьезно?
- Я получил последнее предупреждение.
- Значит, нужно все-таки
заявить в полицию.
- Бесполезно заявлять в полицию.
Я тебе сказал: там все куплено.
Ксюша, единственный выход -
это рассчитаться с долгами.
Для этого нужен Ван Гог.
Ксюша, очень нужен Ван Гог.
Ты можешь подумать,
где бабушка могла его спрятать?
- Я не знаю, Максим.
- Лера говорила что-то
про тайники в вашем доме.
- Да, была у деда такая причуда.
Я знаю об одном.
- Так где?
- На втором этаже рядом
с комнатой мамы есть книжный шкаф.
- Ну?
- И под полкой сверху есть кнопка.
Максим, я не хочу и не могу
убивать ребенка.
Потому что он уже живой,
он уже бьется.
- Ксюша, ну тебе так кажется. Ну как?
На таком сроке
даже ребенком его нельзя...
Ксюша, у нас еще будут с тобой дети.
- Максим, но я не хочу его убивать.
- Я тоже не хочу.
Но так надо.
Ксюша, посмотри на меня.
Посмотри на меня.
Я тебя очень люблю, Ксюша,
я тебя очень люблю.
У нас все будет хорошо.
Но потом.
А сейчас я позвоню своему другу,
гинекологу.
Он очень хороший гинеколог,
он все сделает как надо.
Ну не плачь, Ксюша, не плачь.
Так будет лучше, понимаешь?
Для всех. Ксюша, для всех.
- Бабуль, ты чего? Тебе плохо?
- Сигарету бы сейчас.
- Бабуль, какая сигарета?
Ну ты чего, мы же в кардиологии.
- Надо всех поднимать на ноги.
Роману звонили?
- Какому Роману?
- Экслеру. Дай телефон.
- Держи.
Ты, пожалуйста, не волнуйся,
тебе нельзя.
Если Лера узнает,
что я тебе все рассказала, она...
...она с меня шкуру снимет.
- Роман, здравствуй. Можешь говорить?
Это Мальцева Елизавета Андреевна.
У Киры серьезные неприятности.
Ей грозит тюрьма.
- Может, тебя подвести все-таки?
- Нет, я сама.
- Ну ладно.
А завтра утром к десяти
пойдешь в клинику.
И не о чем не беспокойся,
я все оплачу.
Ксюша, ну не кисни. Я люблю тебя.
- Правда?
- Глупая моя.
Ну?
Когда все закончится,
поедем с тобой к морю,
проведем там целый месяц вдвоем.
Только ты и я.
- Ты серьезно?
- Я обещаю. Все будет хорошо.
- Привет. А ты что здесь делаешь?
- Тебя жду.
- Если ты опять собираешься говорить
о Максиме, то тема закрыта.
Я очень благодарна тебе за бабушку.
И я, и мама, и мы все благодарны.
Если бы не ты - вообще неизвестно,
выжила бы она.
Но мои отношения с Максимом - это мое личное дело.
Прости за резкость.
- Ничего, я понимаю.
Могу я как-то помочь твоей маме?
- Вряд ли. Я думаю, ее подставили.
Кому-то выгодно ее посадить.
- Есть кто дома?
Эй!
- Спасибо, что подвез. Пока.
(Телефонный звонок.)
Алло.
(Слышен звук открывающейся двери.)
Лера: - Ага, хорошо.
А ты сейчас домой уже едешь?
Ага. Через сколько будешь?
Что-что?
Слушай, тебя очень плохо слышно.
Ты в метро, что ли?
Ладно, давай, тогда домой приедешь,
расскажешь.
Я пойду сейчас маме вещи соберу.
Ага.
Давай. Все, жду.
Книга.
Нормально.


Серия 9

- Бабушка позвонила Роману Экслеру,
и он обещал помочь.
- С адвокатом? - Угу.
- Нам очень нужен Грановский.
- Именно эту фамилию он и называл.
- Отлично.
Ксю, у тебя точно все в порядке?
- Все нормально, да,
не обращайте внимания.
- Девочки, хотите,
я вам кое-что покажу?
- Давай.
- Интересный мужчина. А кто это?
- Мама с тех пор
совсем не изменилась, да?
Хорошая была бы пара.
Кстати, Ксю, он на тебя похож.
- По-моему, не очень.
- Кстати, похож.
- Знаете, что я вспомнила?
Как раньше, когда мы были маленькие,
мама каждое воскресенье
водила нас на каток.
Мы катались, цеплялись
друг за друга паровозиком,
а Лера постоянно падала.
- Я же всегда была самая маленькая,
самая хиленькая.
А я помню, как Ксю сломала ногу
и плакала, что теперь
на всю жизнь останется в гипсе.
- Да-да.
А мама потом принесла фломастер,
и мы весь гипс изрисовали.
- Да. Даже кусочек остался,
я же тогда попросила.
- Хорошее было время.
- Да.
- Так как-то легко все.
И мама много улыбалась, я помню.
Так, Ксю, ну-ка, не плакать.
Все будет хорошо.
Мы ее обязательно вытащим.
Еще чаю?
- Да.
- Пусть у нее начнется новая жизнь.
Пусть она встретит человека
доброго, хорошего,
и пусть она полюбит его.
Пусть у них родятся детки.
И он пусть тоже любит ее.
И пусть все-все у них будет хорошо.
Ой, Кира Владимировна,
я разбудила вас? Простите.
- Нет, я как раз в это время
и встаю обычно.
- А мне, вы знаете,
сегодня совсем не спится.
Вчера, пока вы на допросе были,
мне письмо от дочки принесли.
Вот.
- Кстати, а где Ксения?
- Убежала куда-то с утра пораньше.
Максим, довезешь меня до института?
- Угу.
- Хорошо. Сдам Кардамонову реферат
и поеду к маме.
- Мне кажется, ты уже опаздываешь.
- Да.
А ты помнишь,
что ты сегодня дежурная?
- Спасибо, помню.
- Поехали.
- Ты доедать не будешь?
- Нет.
- Вероника.
- Хорошего дня.
Максим: - И тебе.
- Простите...
- Да, я вас слушаю.
- Вы не подскажете,
где я могу найти доктора Краснова?
- Девушка, вам сказочно повезло.
Доктор Краснов - это я.
- Очень приятно.
Меня зовут Ксения Мальцева.
Вам должны были позвонить
по поводу прерывания беременности.
- Ах, да. Да, конечно.
Пройдемте, прямо по коридору.
(Телефонный звонок.)
- Да, Светик, привет.
- Ты вообще в курсе,
где находится сейчас твоя сестра?
- Ксения?
- Она у меня в клинике,
приехала к Краснову.
- К кому? Подожди, зачем?
- На прерывание беременности.
Ты что-нибудь об этом знаешь?
- Подожди. Попробуй ее отговорить.
Я сейчас приеду.
- Как ты себе это представляешь?
Она меня не послушает.
Я вообще случайно узнала.
- Света, я уже еду.
- Так...
Подержите ваточку.
Переодеться вы сможете за ширмой.
Как только доктору принесут
ваши анализы, мы начнем.
- Угу.
- Временное соглашение
между компаниями
для проведения крупных
финансовых операций.
- Консорциум.
- Кон-сор-ци-ум. Подходит.
Спасибо тебе, Владимировна.
- Мальцева, на выход.
Проходим.
- Привет, Кира.
- Привет.
Рома, откуда узнал?
- Твоя мама позвонила
и все рассказала.
Ты как?
- Нормально.
- Послушай, у меня есть возможность
заплатить за тебя залог, любую сумму.
И потом, когда все это закончится
и ты станешь выездной,
мы сразу уедем в Америку,
и ты забудешь обо всем
как о страшном сне.
- Рома, а теперь меня послушай,
пожалуйста.
На залог согласиться я не могу.
Ромка, я не хочу тебя обманывать.
Я никуда с тобой не поеду. Прости.
- Я успела?
- Я не знаю.
- Где она?
- Там. Пойдем.
- Есть кто?
- Ксюша, прости меня,
пожалуйста, за Мишу.
И за детство.
И вообще за все, что я сделала.
Я буду лучшей тетей
для твоего ребенка.
- Ника, это ты меня прости.
Я всегда тебе завидовала
и всю жизнь мечтала тебе отомстить.
Я даже к знахарке ходила,
чтобы порчу на тебя навести.
Прости.
Знаешь, чей это ребенок?
Максима.
- Знаешь, Ксюша, я думаю,
тебе лучше рассказать все Максиму.
- Думаешь?
- Мне кажется, это будет правильно.
Ты должна просто
поставить его перед фактом.
Я буду у себя в комнате.
- Ты сейчас у Краснова
должна была быть.
- Максим, я решила
оставить этого ребенка.
- Слушай, ты что,
издеваешься надо мной?
Мы с тобой вчера
обо всем договорились.
- Нет, Максим,
этот ребенок будет жить.
- А чего вы тут стоите?
- Ксюша предлагает устроить выставку
своих работ у меня в арт-клубе,
чтобы было на что нанять
адвоката для вашей мамы.
А я говорю, что я и так найду деньги.
- Ксю, идея отличная.
Ну пока мы все продадим...
И потом, сама подумай,
сколько мы заработаем?
Ты же пока еще не Ван Гог, правильно?
- Да, я не Ван Гог! Ван Гог тоже
не так много картин при жизни продал.
И самые большие деньги, которые
он получил, - это 400 франков.
Оставьте меня в покое!
- Ксю!
Я опять что-то не так сказала?
(Хлопнула дверь.)
- Нет, ничего, ничего.
Хочешь, я попробую ее успокоить?
- Угу.
- Максим, а тебе удалось
выйти на Грановского?
- Человек, у которого
его прямые контакты,
сейчас в Лондоне в командировке.
- А когда вернется?
- На следующей неделе,
так что не волнуйся.
Прости меня, дурака. Прости.
Я посмотрел сейчас в твои глаза,
а там...
Меня будто током ударило.
Ты права, ребенок должен жить.
Мы поженимся, и он родится
как положено: с папой и с мамой.
- Ты правда передумал?
- Конечно.
Я же люблю тебя.
Только, знаешь, я думаю,
Лере не надо сейчас говорить.
Подымется скандал. Естественно, она
потребует, чтобы я убрался из дома.
Не знаю... Нам это надо?
- Вероника знает о нас.
Я рассказала ей, когда она
приехала за мной в клинику.
- Ладно, ладно. Ничего, ничего.
Поговори с ней, убеди пока
никому ничего не рассказывать.
Не надо этих осложнений.
И ты не так бодро
себя сейчас чувствуешь.
Я все улажу.
Рассчитаюсь с долгами,
с вашей мамой вопрос решится,
бабушка выйдет из больницы,
тогда мы всем расскажем
о наших отношениях.
- Ты как?
- Нормально.
- Хочешь, я приготовлю тебе яичницу?
- Хочу.
- Лера, ты, главное, держись.
Ты сильная. Все будет хорошо.
- Да я-то держусь, мне-то чего.
Сейчас главное -
маме правильного адвоката найти.
В идеале, конечно, нужен Грановский,
но только где его искать - вопрос.
- Добрый вечер.
Чай пьешь?
Может, тебе приготовить что-нибудь?
- Нет, спасибо,
мне сейчас Ника яичницу пожарит.
- А, ну тогда...
- Проходим.
- Вы у меня все сядете!
Я до Верховного суда дойду.
Весь мир узнает,
как вы тут покрываете своих!
Убью его! Выйду - и убью!
Что, думаете, я сумасшедшая?
- Я думаю, вам надо успокоиться.
- Выпейте воды.
- Спасибо.
- За что вас?
- Покушение на убийство.
Жаль, не убила гада.
- Муж? - Да какой там муж?
Жених дочери. Жених...
В три раза старше. Лапши на уши
навешал, золотых гор наобещал,
соблазнил и...
Выяснилось, что у него семья и дети.
Естественно, она ему скандал
устроила - она вся в меня.
А мне и говорит: "Жене хоть пикнешь -
шею сверну". Нормально?
И побил ее.
Представляете, садистом оказался.
- Понятно.
- Ну и все, я взяла молоток -
и к офису его.
Только он успел в машину спрятаться.
Повезло гаду.
Так бы точно ему череп проломила.
- Какие у тебя планы сегодня?
- Попытаюсь найти выход
на Грановского.
- А как?
- А он же у нас в институте учился.
Правда, его на 3-м курсе отчислили
и он доучивался уже в другом месте.
Ну что, я тебя тогда отвезу?
- Да, хочу на пару успеть.
Не хочу Кардамонову подарок делать.
- Вперед. - Угу.
- Будут новости об адвокате - звони.
- Конечно.
- Ксю, ты сказала Максиму,
что оставляешь ребенка?
- Да, он очень рад и все осознал.
- Осознал?
Тогда почему он продолжает
морочить голову Лерке?
- Ника, сейчас не время.
- Это он тебе сказал?
- Это правда.
- Знаешь, правда заключается в том,
что он обманывает вас обеих.
Я вот только не понимаю зачем.
- Я прошу тебя, не начинай.
И так тошно.
- Прости, мне кажется,
Лера заслуживает знать правду.
- Ты думаешь, я могу
ей спокойно смотреть в глаза?
- Ксюша, ты чего?
- Живот...
- Пойдем в ванную, пойдем.
Сейчас пройдет. Дыши.
- Я вечером приеду за тобой.
- Хорошо. До связи.
- Я люблю тебя.
У нас все будет хорошо.
- Я знаю.
- Алло. Привет.
Слушай, мне надо с тобой встретиться.
- Может, тебе крепкого чаю сделать?
- Нет, спасибо.
- Мне нужно к Сергею,
и я обещала, что приеду.
- Поезжай, конечно.
- А как ты тут одна без меня?
Вдруг тебе опять плохо станет?
- Все будет хорошо. Поезжай.
- Да? Ну хорошо. Я ненадолго.
Если что, сразу звони.
- Договорились.
- Может быть, на этого Грановского
через Долгополова можно выйти?
У него же дядя -
один из лучших адвокатов в городе.
- Вариант.
- О, вон он. Долгополов! Игорек!
- Что?
- Здрасте. Дело есть.
Пойдем. - Какое?
- Пойдем-пойдем.
- Помощь твоя требуется.
Нам нужно поговорить с Грановским.
Очень нужно.
- Так а я тут при чем?
- У тебя же дядя крутой адвокат.
- Очень смешно. Во-первых,
они терпеть друг друга не могут,
а во-вторых, Грановского вашего
знаете как называют?
- Как? - Неуловимый мститель.
- Почему?
- Потому что его поймать невозможно.
К нему народ стоит
уже на три года вперед.
Даже те, кто преступлений
не совершал, записались к нему
на всякий случай.
А случаи бывают разные.
- Привет, старик.
- Привет. Не слышал, как ты подошел.
- Теряешь бдительность.
- Да...
- Слушай, если ты насчет этой
своей барышни, то я не виноват.
У нее сестра совершенно безумная -
прибежала, чуть ли не за ноги ее
из операционной вытащила.
- Понятно. Нет, все нормально,
я тебя не виню.
Но мне нужна все-таки твоя помощь.
- Я подпольными абортами
больше не занимаюсь, даже не проси.
- Да и не надо. Слушай, ну что ты
дергаешься? Мы что, 1-й год знакомы?
- Ну да, извини. Сам знаешь:
сейчас жестко с этим. Чего хотел?
- Нужны таблетки
для прерывания беременности.
- Ну и в чем проблема?
В любой аптеке.
Не хочешь в аптеке - ищи в интернете.
Оформят даже доставку куда захочешь.
- В интернете... Вот я там начитался
всякого - что на кого-то действует,
на кого-то не действует, а мне нужны
надежные - такие, чтобы наверняка.
Что посоветуешь?
- Наверняка...
У меня была одна мадам -
чего она только не делала:
и таблетки глотала, и в ванне сидела
по пять часов в горячей воде,
и рояль таскала, -
ничего не помогало.
Прибежала вся в слезах:
"Помогите, у меня четверо детей!"
- Слушай, ты можешь вот эти истории
оставить для своих клиентов?
Мне просто нужны таблетки,
чтобы наверняка, все.
- Барин, ну ты и задачи ставишь.
- Привет.
- Привет.
А я как раз только что о тебе думал.
- Да?
Как ты?
- Порядок. Завтра уже выписывают.
- Правда?
А я тебе апельсины принесла.
- Ничего-ничего, не пропадут.
- А во сколько выписывают?
- Сказали, в районе трех.
- В районе трех...
- Придешь?
- Если ты не против.
- Ты шутишь? Конечно я за.
- Тогда договорились.
- Вы еще здесь?
На физиотерапию кто за вас пойдет?
- Так завтра ведь уже выписывают.
- И что, сегодня лечиться не надо?
Странный вы, Сергей Анатольевич.
Давайте-давайте. Тамара Николаевна
вас заждалась уже.
- Ну, я, пожалуй, тоже тогда пойду.
Надо к бабушке еще успеть.
- До завтра.
- До завтра. В три?
- В три.
- Пока.
До свидания.
- До свидания.
Идите на процедуры.
- Да бегу, бегу.
- Ох уж эти доктора.
- Сделка, совершенная под влиянием
насилия, обмана, угрозы,
злонамеренного соглашения
представителя одной стороны
с другой стороной, а также сделка,
которую лицо было вынуждено совершить
вследствие стечения
тяжелых обстоятельств
на крайне невыгодных
для себя условиях,
чем другая сторона воспользовалась,
а именно кабальная сделка,
может быть признана судом
недействительной
по иску потерпевшего.
Это понятно? Вопросы?
- Леонид Исаевич, добрый день.
- Добрый день.
- Мне нужна Мальцева. Ее Николай
Станиславович к себе вызывает. Можно?
- Конечно, пожалуйста,
Татьяна Борисовна.
- Мальцева, к ректору. Срочно.
(Стук в дверь.)
- Да, войдите.
- Вызывали, Николай Станиславович?
- Вызывал. Проходи, садись.
Огорчаешь ты меня, Валерия.
Раньше на тебя
только Леонид Исаевич жаловался,
теперь к нему другие добавились.
- Кто - другие?
Я вроде ни с кем не ссорилась.
- Не ссорилась, нет. Прогуливала.
И не говори мне, что причина -
болезнь твоей бабушки.
- Не скажу. Хотя у нас правда
сейчас не лучшее время.
Сначала бабушка, потом мама.
- А что с мамой?
- А вы не знаете?
Я думала, уже все знают.
Она задержана за наезд на пешехода,
сейчас находится в изоляторе.
- Этого просто не может быть.
Бред какой-то.
- Да. Нужен очень хороший адвокат.
- Могу порекомендовать Гуревича.
Он, конечно, без дела не сидит, но...
- Нет, мне нужен Грановский.
- Тут, извини, я тебе не помощник.
- Это из-за того, что его отчислили?
- Я лично его не отчислял,
я был тогда рядовым преподавателем.
Но Женя - Евгений Маркович -
весь наш институт
в черный список внес.
- А за что его отчислили?
- Официальная причина -
неуспеваемость.
На самом деле, вел он себя вызывающе,
спорил, ерничал,
умудрился даже поссориться
со Степаном Петровичем,
ректором нашим, царство ему небесное.
Наступил, так сказать,
на любимую мозоль.
В общем, все как ты.
- Я вас очень уважаю,
Николай Станиславович.
На вашу мозоль точно не наступлю.
- Спасибо и на том.
А у Грановского, я слышал, сегодня
заседание до самого вечера,
он защищает какого-то бизнесмена
в городском районном суде.
Но ты вряд ли его там поймаешь.
Знаешь, как его называют?
- Знаю, знаю. Неуловимый.
Спасибо вам большое.
- Валерия, постой.
Постарайся не дразнить гусей.
- Постараюсь.
- И бабушке от меня пламенный привет,
пусть выздоравливает.
- Она?
- Она. Правда она.
- Нет, ну как это у вас получается,
Елизавета Андреевна?
- Ловкость рук.
Продам секрет за полбанана.
- Да у меня целый банан есть.
- Это шутка, я не ем бананы.
А вообще это очень старый
и простой фокус.
Чистая математика.
- Здрасте.
- О, Ника. - Здрасте.
- Здрасте.
- Знакомьтесь,
Вероника - моя внучка, красавица.
- Бабуля.
- Анечка.
- Угу.
- Валентина Семеновна.
- Очень приятно.
- Как дела? Как мама?
- Все так же.
Лера пытается найти
для нее лучшего адвоката.
- Дай-то бог.
- Да.
- А Лера как с Максимом?
- Ну, нормально.
- Уже поссорились?
- Да все в порядке, бабуля.
Я тут принесла для тебя огурцы,
помидоры, кефир, как ты просила.
Давай я тебе пока
помидоры нарежу. Чистые.
- Девочки, пять минут
погуляйте, пожалуйста.
Я буду очень вам признательна.
- Конечно-конечно.
А мы с Анечкой пойдем посмотрим,
что там на обед сегодня.
Всего доброго.
- До свидания.
- Ника, сядь.
Что случилось?
- Да все хорошо, ба.
- Никуша, ты не умеешь врать.
Я же все равно узнаю рано или поздно.
Но лучше раньше.
Может быть, я смогу помочь.
Чем больше ты тянешь,
тем больше я волнуюсь.
Страх неизвестности - самый сильный.
А мне нельзя волноваться.
Давай говори.
- Ксюша беременна от Максима.
- Так, вот список практикантов,
сейчас я их приведу.
- Пропуск ваш.
- Девочки!..
Все на месте? Петров!
Давай быстрее. Идемте.
Сейчас будем знакомиться с кураторами
и распределять наши обязанности.
Свои студенческие билеты,
пожалуйста, спрячьте...
- Вот я знала, что не надо тебе
ничего рассказывать. Что ты ищешь?
- Встань на стреме.
- Что?
- Встань тут и смотри,
чтобы никто не вошел, поняла?
- Зачем?
Бабуля, ты с ума сошла?
Здесь нельзя курить.
- Мне пора выписываться.
Хватит тут без дела валяться.
- Хорошо, только я прошу тебя,
не надо волноваться, у тебя сердце.
- Сердце? У меня семья рушится,
а ты говоришь...
- Бабуля, ты понимаешь, что если нас
застукают, то это будет скандал?
- Я этого мерзавца в порошок сотру.
- Хорошо, но...
- Я его посажу.
- Хорошо, бабуля,
только я прошу тебя, успокойся.
- Я спокойна, Ника! Как никогда.
- Я вижу.
- Извините, в заседании
перерыв уже был?
Я понимаю, что вы не имеете права
ни с кем разговаривать.
Но, пожалуйста, мне очень надо знать.
Так был?
Судья: - Объявляется перерыв
30 минут.
- Евгений Маркович,
можно с вами поговорить?
- Извините, я спешу.
- Это займет буквально полминуты,
я обещаю.
Моя мама сейчас находится
под следствием
за наезд на пешехода,
но наезд был спровоцирован.
Ее просто хотят посадить.
Нам очень нужны вы.
- Сожалею, я сейчас
не нуждаюсь в клиентах.
- Я знаю, но пожалуйста.
Вас заинтересует это дело.
- Девушка, вы представляете, сколько
интересных дел случается ежедневно?
Я просто физически не могу
взять ваше,
у меня график расписан под завязку.
Так что извините.
Сейчас перерыв, я хочу пойти
и выпить кофе. Один.
- Привет.
- Привет.
- Ну как ты? Тебе лучше?
- Ну так...
- Бедная моя. Что ты рисуешь?
- Да так, пытаюсь отвлечься.
Токсикоз невероятный просто.
- Слушай, а я тебе поесть принес...
Может, хоть сок выпьешь?
- Спасибо, ты такой заботливый.
Если бы мужчины хоть на секунду
понимали, что такое токсикоз.
Вот честное слово, похмельный синдром
показался бы просто сказкой.
Спасибо.
- Бедная моя.
(Слышен смех Ксении и Максима.)
Ксения: - Ну правда, Максим.
Максим: - Да я понял, понял.
- Я хочу мальчика. А ты?
- И я тоже.
- А если их будет двое?
Я же из близняшек.
- Чем больше мальчиков, тем лучше.
- А если мальчик и девочка?
Это ж уже имена нужно придумывать.
- Слушай, ну успеем еще.
Что ты рисуешь? Что это
за фотографии, письма?
- На этой фотографии мой прадед.
А это его письма к прабабушке.
А эта балерина - это его подарок ей.
- Слушай, похоже. У тебя прямо
семейный музей.
- Нет, это еще не музей.
Настоящий музей в подвале.
Вот там да.
Кстати, я их оттуда принесла.
- Слушай, а если она там?
- Картина?
- Угу.
- Я не думаю. Там не лучшие условия
для хранения и очень сыро.
- Ну а вдруг?
(Телефонный звонок.)
Извини.
Да, Лера.
- Алло, Максим, привет. А ты где?
- Я дома.
- А сможешь за мной заехать?
- А ты где?
- Я в городском районном суде.
- Слушай, ну минут через сорок,
потому что сейчас пробки,
может, даже дольше.
- Хорошо, я подожду.
- Ну ладно.
Прости, надо ехать.
- Да, конечно.
- Ну не дуйся.
Тебе нельзя волноваться.
Это вредно для Феликса и Элен.
- Для кого?
- Наши близняшки.
Знаешь, я подумал,
что когда все закончится,
мы уедем с тобой во Францию,
куда-нибудь в Нормандию или Прованс.
Куда ты захочешь.
- Ты серьезно?
- Угу. Или ты против?
- Я за.
- Береги себя.
Добрый день, Вероника.
- Елизавета Андреевна,
что-то случилось?
- Елизавета Андреевна,
вы как себя чувствуете?
- Что?
- Вы как чувствуете себя?
- Нормально.
- А выглядите не очень,
лицо очень бледное,
- Не выдумывай.
Просто здесь освещение
такое неважное. Неважное...
- Тихо-тихо-тихо...
- Елизавета Андреевна!
Анечка, беги за доктором,
скорее, скорее!
Елизавета Андреевна, вы меня слышите?
- Не расстраивайся, на Грановском
свет клином не сошелся.
У нас сейчас адвокатов больше,
чем таксистов.
- Мне нужен Грановский. Он лучший.
- Ну хочешь, я его поймаю
и в мешке тебе привезу?
- Не смешно.
- Пока ты будешь гоняться
за Грановским,
дело твоей мамы может
зайти очень далеко.
- А что ты предлагаешь?
- Тартаковский Геннадий Петрович.
Мой друг.
Отличный адвокат,
ничем не хуже Грановского.
Не так раскручен, да,
но это вопрос пиара.
- Понимаешь, Грановскому не нужен
пиар, о нем говорят выигранные дела.
А этот... Тартаковский -
я о нем ничего не слышала.
- Я не настаиваю, как хочешь,
можешь гоняться за Грановским.
- Извини. Прости, пожалуйста.
Просто сегодня очень трудный день.
Давай встречаться
с твоим Тартаковским.
Только завтра же, ладно?
- Конечно.
Пойдем, тебе надо отдохнуть.
- Этот рецепт мне дал один повар,
у меня в арт-клубе
было кулинарное шоу
"Простые блюда с новым смыслом".
- Слушай, это очень интересно.
А что здесь?
- Омлет готовится достаточно просто:
яйца, рисовая мука и сливки,
но суть в сочетании
с соусом для гренок.
- Ника, попробуй, это очень вкусно.
- Не хочу.
- Ксю, ну ты возьми кусочек.
Тебе понравится, правда.
- Нет, спасибо, я тоже не хочу.
(Телефонный звонок.)
- Слушаю.
Сейчас ей легче?
Поняла. Какие лекарства нужны?
Ну хорошо, я привезу. Спасибо.
До свидания.
Девчонки, у бабушки
был сердечный приступ.
Вечером ей стало плохо,
резко подскочило давление,
вся ночь прошла на уколах.
- Бедная Елизавета Андреевна.
- Ника.
Вчера же все было хорошо,
ты говорила, ты ничего не заметила?
- Заметила, что это все из-за вас.
Из-за ваших дурацких игр. Почему
я должна чувствовать себя виноватой?
Послушайте, я ни в чем не виновата.
- Ника, ты чего?
- Ничего!
- Господи, кто-нибудь вообще
что-нибудь понимает?
- Нервы у нее совсем не в порядке,
ей отдохнуть надо.
- Так, я поехала к бабушке,
Ксю, ты со мной?
- Нет, Лера, извини,
я плохо себя чувствую.
- Тебе бы самой доктору показаться,
неважно выглядишь.
Отвезешь меня?
- Да, конечно.
- Проходим.
- Они меня за дуру держат.
Он мне говорит, мол, правильно надо
было дочку воспитывать. Нормально?!
Хорошие девушки в университетах
учатся, а не по модельным
агентствам шастают. Если б это
модельное агентство было,
это же бордель какой-то!
Они же Лизке этого козла старого
специально подсунули!
- Регина, а это агентство, оно
совершенно случайно не при арт-клубе?
- Ну да, а ты откуда знаешь?
- Да нет, я просто спросила.
- Да они этим арт-клубом просто
прикрываются, там такое творится,
я вон с матерями другими поговорила,
они мне нарассказывали.
Лизке еще повезло.
- Вы знаете, мне кажется,
я могу вам помочь.
Если вы поможете мне.
- Как это?
- Мне нужны свидетели.
Вы можете дать их контакты?
- Зачем вам?
- Понимаете, моя дочь,
она тоже связалась
с людьми из этого агентства, и...
Я за нее боюсь.
- Я дам, конечно, но как вы
собираетесь разбираться,
если они там, а вы тут?
- Вы за это не волнуйтесь,
я что-нибудь придумаю.
- Ника, подожди.
- Что?
- Зачем ты все рассказала бабушке?
- Ну а что мне оставалось делать?
Ксю, я не могу бабушке врать.
Она спросила, как дела у Леры
с этим... Максимом.
- Я же тебя просила, ну зачем?
- Ну извини.
- Как думаешь, что она имела в виду?
- Кто?
- Вероника.
Когда говорила, что это мы виноваты
в бабушкиных приступах.
- Слушай, не знаю.
Вообще после этой истории с суицидом
у нее, конечно, основательно
пошатнулась психика.
- Думаешь?
- Точно тебе говорю.
Перепады настроения,
истерики на пустом месте.
На самом деле у всего этого
есть диагноз -
маниакально-депрессивный психоз.
Сначала человеку кажется,
что все вокруг настроены против него.
Потом развиваются мании,
и человек начинает сочинять,
рассказывать всякие небылицы.
- О себе.
- О себе, о других.
А кто не знает диагноз,
так и верят этому всему.
Ты знаешь, вполне возможно,
что Вероника наговорила бабушке
такую вот ерунду,
и у той случился приступ.
А теперь ее мучает чувство вины,
она хочет свалить
ответственность на другого.
- Из тебя мог бы выйти
хороший психиатр.
- Давно живу.
- Сергей Анатольевич?
Сергей Анатольевич, дорогой мой!
Как я вас рада видеть, дорогой мой,
вы не представляете!
Вы меня простите,
что я тогда не заехала, не позвонила,
не поблагодарила. Вот как моя бабушка
говорит: "Счастье глаза застит".
- Очень рад, Анжела,
что у вас все хорошо.
Честно говоря, я не сомневался.
- Я, кстати, послушала тогда
ваш совет. Он сам ко мне вернулся,
через месяц позвал замуж.
Вот, 10 карат.
Медовый месяц на Кипре отдыхали.
Кстати, были на Кипре?
- Нет, не был.
- Сказочно.
Обязательно, обязательно, рекомендую,
поезжайте.
У нас завтра дата.
Мы празднуем полгода вместе.
Заказали итальянский ресторан.
Приезжайте, а?
- Ой, да я сейчас не особо ходок.
Сам вот только выписываюсь.
- Да что вы говорите, вы здесь
лежали? Ой вы, бедненький мой.
Жалко, жалко, я не знала,
конечно, что вы тут...
Ну, дайте-ка я вас еще раз обниму!
Всего вам хорошего, удачи.
А кстати, вас кто-нибудь встречает
или, может быть, вас подвезти?
- Нет, спасибо,
меня должны встретить.
- Очень, очень была рада вас видеть.
- До свидания.
- Дура я! Дура.
Больше никаких свиданий.
(Телефонный звонок.)
(Сигнал кардиомонитора.)
- Лия?
Ты пришла за мной?
Уже?
- Тихо-тихо-тихо, вам нельзя
волноваться, Елизавета Андреевна.
Пойдемте, пойдемте.
Ей нужно отдохнуть. Пойдемте.


Серия 10

- А насколько это критично, доктор?
- Инфаркт - это всегда критично.
Тем более не первый.
- Она выживет?
- Сердце изношено. Но!
Мне известны случаи,
когда с таким сердцем доживали до 90.
- Я не хочу вас обидеть, доктор,
но, может быть, стоит ее показать
еще кому-нибудь? Например,
профессору Козинцеву.
- Вы с ним знакомы?
- Да, мы подружились
волею обстоятельств.
- Вы знаете, это мой кумир.
Я учился по его учебникам.
Я бы очень хотел с ним познакомиться.
- Я сегодня же попрошу
его посмотреть на Лизу.
(Стук в дверь.)
- Да, войдите.
- Полдник, мисс.
- Пирожные?
- Свежайшие.
Хочу баловать вас троих. Как они там?
- Да сегодня притихли.
- Ага.
- А вдруг он там один?
- Так, мне обещали двоих - и точка.
На, тебе сейчас нужно
много есть и особенно пить.
- Максим, Вероника рассказала
о нас бабушке.
- Так, ясно.
Вот если бы у нее
была голова на плечах,
ей хватило бы ума не беспокоить
сейчас Елизавету Андреевну.
Ладно, ничего. Не переживай.
Не переживай, она справится.
Она еще наших детей будет нянчить.
Пирожное?
- Нет, спасибо.
- Допивай тогда, и пойдем в подвал.
- Куда?
- В подвал.
Покажешь мне свое приданое.
- Максим, я же говорила тебе,
что Ван Гога в подвале точно нет.
- Может, я просто хочу побыть
с тобой в укромном месте?
- Романтическое свидание в подвале?
А если Лера вернется?
- Не вернется, она сейчас у бабушки
в больнице. Давай, допивай.
- Здравствуйте. Я к Мальцевой
Елизавете Андреевне.
Внучка.
- Здравствуйте.
А ее вчера в реанимацию забрали.
- Я знаю. Как она?
- Да не очень.
Пока все больше спит
под капельницами, но это хорошо -
быстрее поправится.
Сегодня к ней уже сестра приходила.
- Какая сестра?
- Ее старшая.
Статная такая старушка.
- А у бабушки нет сестер.
У нее вообще кроме
нас с мамой никого.
- Ну не знаю. Сказала, что сестра.
- Конечно давай посмотрим,
но я ничего не обещала.
- Ничего-ничего.
- Ну вот. Я же говорила,
что никакого Ван Гога здесь нет.
- Ксюша, ты думаешь,
я шучу, когда говорю,
что меня могут убить каждую минуту?
Пожалуйста, попробуй
сосредоточиться и представь,
где бабушка может хранить
самое ценное.
- Ну я не знаю. Может быть,
в этом сундуке.
Здесь обычно были какие-то
дедушкины эскизы
и старые газеты.
Максим, если бы я знала,
как тебе помочь.
Может быть, мы все-таки
в полицию обратимся?
- Ксюша, я тебе сказал уже,
что полиция нам не поможет.
Они там все заодно.
- А это что?
- Вот это? Я не знаю, что это.
Слушай, вообще-то, это похоже
на план вашего дома.
Смотри, вот это гостиная, да?
Вот комната Елизаветы Андреевны.
Так, а это что?
1932 год.
Так, а это?
- Похоже, что на латыни написано.
- Да понятно, что на латыни.
А почему на латыни? Что это?
- Я не знаю.
- Стрелочки какие-то.
Ксюша, это уже что-то.
Нет, это уже что-то.
Ты себя как чувствуешь?
- Да так, подташнивает.
Нужно просто прилечь.
- Пойдем наверх, пойдем.
- Пойдем.
- А я тебя притащил сюда...
- А эта операция сложная?
Она переживет ее?
- В общем, прогноз положительный.
Но я хочу проконсультироваться
у профессора Козинцева.
Сестра вашей бабушки сказала,
что он нам поможет.
- Опять эта сестра.
У бабушки нет сестры.
- Лерочка.
- Бабулечка.
- А я была там.
Оказывается, это совсем не страшно.
Меня там встречала Лия.
- Привет, старик.
- Привет.
- Извини, но скоро твои визиты
ко мне будут платные.
- Не вопрос.
- Что это?
- План строительства дома 1932 года.
Вот это латынь?
- Ну, похоже на это.
- Ты можешь перевести?
- Ты шутишь? Я, конечно,
изучал латынь в институте,
но не до такой же степени.
- Я сделал копию этой записи.
Переведи, пожалуйста,
как можно быстрее и позвони мне.
Я в долгу не останусь.
- Хорошо. Это все? - Все.
- Ну ладно. До звонка.
- Не говори никому, ладно?
- Договорились.
- Так, а это что?
Что это? Кладовка?
Нет там никакой кладовки.
(Кричит.)
(Слышны стоны Ксюши.)
- Ксюша, Ксюшенька, что случилось?
Что болит?
- Скорую...
- Что им сказать?
- Я беременна.
- Алло, скорая? Приезжайте срочно,
моей сестре плохо.
Лера: - Все будет хорошо,
сейчас уже доедем.
- Я же его не потеряю?
Скажи мне, я его не потеряю?
Доктор, доктор, если так болит живот,
это же ничего не значит, правда?
- Нет-нет, не значит.
По-разному бывает.
В моей практике была женщина,
у которой всю беременность боли были.
И ничего, все обошлось.
- Видишь, Ксю, доктор говорит,
что все будет хорошо.
Только, пожалуйста, не плачь,
тебе это очень вредно.
(Телефонный звонок.)
Пожалуйста. Алло, Максим.
Нет, я не дома, у нас проблема,
мы Ксю в больницу везем.
(Телефонный звонок.)
- Сергей, не звоните
мне больше никогда.
И вообще забудьте этот номер.
- Вы издеваетесь? Нас сюда только что
привезла скорая помощь.
Моя сестра беременна, у нее вот-вот
откроется кровотечение.
- Девушка, успокойтесь, сейчас придет
доктор и осмотрит вашу сестру.
- Или вы немедленно
сюда позовете доктора,
или я разнесу вашу больницу в щепки.
Девушка, что вы сидите,
я понять не могу?
- Так, что здесь за крик?
- Наконец-то!
Я вас прошу, пожалуйста,
я не знаю, какие-то таблетки,
капельницы, уколы -
чем у вас тут детей спасают?
- Пойдемте со мной.
А вы останьтесь здесь.
- Это... Офигеть.
У вас тут с такими скоростями
хоть кому-то помогли?!
(Телефонный звонок.)
- Я же попросила тебя больше
мне не звонить. Хватит!
- Вероника, ты чего? Это Лера.
- Лера, извини, пожалуйста.
Что случилось? Что-то с мамой?
С бабушкой?
- С Ксенией. У нее угроза срыва.
- О господи...
- Мы в 15-й больнице,
в приемном отделении.
Здесь все как сонные мухи.
Твоя Светлана, кажется,
здесь работает?
Позвони ей, пожалуйста.
Если она сегодня в больнице,
пусть ускорит процесс.
- Да, конечно. Я позвоню, я приеду.
Как Ксю? Держится?
- Не очень.
Плачет, живот болит.
Переживает за ребенка.
- Все, уже звоню.
- Лера!
Что с Ксенией?
- Угроза срыва.
Представляешь,
она, оказывается, беременна.
- Да ты что? И кто отец?
- Не знаю. Ксю у нас разведчик
под прикрытием:
никогда никому ничего не скажет.
- Так а врачи что говорят?
- Врачи - это вообще отдельная тема.
Пока Светлана не спустилась
и не подняла ее к себе,
они все еле шевелились.
Как будто я привезла
ее с царапиной на коленке.
- Так беременность сорвалась или нет?
- Я ж говорю: пока никто
ничего не знает. Вроде нет.
Сейчас она под капельницей,
потом видно будет.
- Ой, бедная Ксюша, бедная Ксюша.
- Да.
Слушай, мне через полчаса
нужно быть у бабушки,
ее профессор - светило кардиологии -
смотреть будет.
- Понял.
- Отвези, пожалуйста.
- Да, поехали, конечно.
- Спасибо.
- Боль немного успокоилась?
- Вот тут еще тянет.
Скажите, это очень опасно?
Он еще там живой?
- Пока ничего сказать не могу.
Кровотечение небольшое,
но необходимо сделать УЗИ,
тогда все будет видно.
- Ну как ты, Ксюша?
- Так, Ксюша, возьми себя в руки,
успокойся и настройся на лучшее.
Вероника, потом зайди ко мне,
я выпишу тебе рецепт для Ксюши.
- Все будет хорошо.
Ты же знаешь, мысль -
она материальна.
Вот, думай о прекрасном.
Думай о малыше. Представь,
как будешь брать его на руки.
А он будет лежать и улыбаться тебе.
Как бы ты его назвала?
- Феликс и Элен.
- Отлично. То есть если будет
мальчик, то Феликс,
а если девочка, то Элен.
- Их там двое.
Они близнецы.
(Стук в дверь.)
- Да-да.
- Здравствуйте. Я Козинцев.
- Петр Степанович,
присаживайтесь, пожалуйста.
Что ж вы думаете, я не узнаю
лучшего кардиолога страны?
- Ну, вы преувеличиваете.
А если честно сказать,
то сильно преувеличиваете.
Я давно не практикую.
- То, что вы сделали
для отечественной медицины,
переоценить невозможно.
- Благодарю вас.
- Вы знаете, когда я узнал,
что вы можете нас проконсультировать,
я не поверил собственным ушам.
- Я сделаю все, что в моих силах,
тем более для Лии Аркадьевны.
Знаете, давайте пройдем к пациентке?
- Да, конечно.
- Я тебе говорю, он в тебя влюблен.
"Бабушке пламенный привет,
наилучшие пожелания".
- Прекрати. Твой ректор
мне годится в сыновья.
Ты мне лучше скажи,
как вы там справляетесь без нас?
Без мамы, без меня.
- Нормально, справляемся.
Ксю нас кормит, Ника развлекает,
Максим следит за порядком -
все хорошо.
- У тебя усталый вид.
- В институте просто много задают.
Совсем обнаглели -
учиться заставляют.
Бабулечка,
а кто такая Лия Аркадьевна?
- Теперь, наверное, уже
ангел-хранитель,
возможно, даже и мой.
- Я серьезно. Она к тебе просто
профессора вызвала.
- Лия?
Ты что-то путаешь.
- Елизавета Андреевна,
вы родились под счастливой звездой.
Вас будет консультировать
профессор Козинцев.
- Здравствуйте, Елизавета Андреевна.
- Здравствуйте.
- Как настроение,
Елизавета Андреевна?
- Настроение отличное,
но если б вы мне дали сигаретку...
- Ба.
- ...оно бы было еще лучше.
- Сигарета без коньяка - моветон.
- У вас есть коньяк?
- Конечно.
Мы сейчас выпьем
грамм по 200 за знакомство.
А потом поедем кататься, у меня там
внизу байк стоит. Позвольте?
- Ну что, еще стучит?
- Что значит "еще"?
Стучит, куда же оно денется-то.
- А можно мне вас спросить,
профессор?
Кто вас ко мне направил?
- Вы не поверите -
ваш лечащий врач Захар Петрович,
рекомендую. А что?
- Нет, ничего.
Я просто хотела уточнить.
- Угу.
- Почему вы не сказали,
что Лия Аркадьевна вас прислала?
- Потому что Лия Аркадьевна
меня сама об этом попросила.
Она сказала, что Елизавета Андреевна
может разволноваться,
а это сейчас ей ни к чему,
а это правда.
- А кто она ей?
- Понятия не имею.
Мы же с Лией Аркадьевной
не встречались,
мы разговаривали по телефону.
Она сказала мне,
что нужно помочь хорошему человеку,
вот и все, поэтому я здесь.
- А вам Лия Аркадьевна кто?
Вы извините за бестактный вопрос.
- Да нет, ничего.
Лия Аркадьевна мне друг.
Вы знаете, мы с ней много лет назад
были в местах не столь отдаленных,
как говорится.
И она мне жизнь спасла.
Я, знаете ли, сидел.
- Вы? - Да.
- За что?
- За частную практику.
За то, что посмел делать операции
по собственным методам,
не утвержденным Минздравом.
- А потом по этим методикам
все Политбюро лечилось.
- Да ладно, жизнь - штука сложная.
- Петр Степанович, вы мне распишете
подробную схему лечения?
- Да, конечно.
Мы попробуем обойтись без операции,
все-таки дело рискованное.
- Я понимаю.
- Надо собрать для этого
весь анамнез.
Лерочка, у меня к вам просьба:
пожалуйста, соберите все справки,
карту, анализы -
в общем, все, что имеется
в доме у Елизаветы Андреевны
по этому поводу, ладно?
- Хорошо.
- Будем разбираться.
- Есть кто дома?
Вероника!
- Молодец, Вероника.
Заходи кто хочешь, бери что хочешь.
(Звук закрывающейся двери.)
"На территории вверенного
нам кладбища обнаружена могила
указанной в вашем запросе женщины,
а именно - Гуревич Лии Аркадьевны,
1948 года рождения".
- Завтра я встречаюсь с адвокатом
Тартаковским.
Я про него, правда,
ничего не слышала,
но Максим говорит, что он толковый.
Это его друг.
Нет, я понимаю,
у мамы с ним свои счеты,
тебе он что сделал?
Ника, почему ты его так не любишь?
- Он просто мне не нравится.
Лера, я считаю, ты достойна лучшего.
Мне кажется, он плохой человек.
- Да я понять не могу, что вы все
заладили: "Плохой, плохой".
Он столько для нас сделал!
Между прочим, если бы не он,
тебя бы самой сейчас не было. Забыла?
- Извини. Я не хотела тебя обидеть.
- Все, проехали.
Вот, у бабушки нашла.
- Что это?
- Открой, почитай.
- Подожди, это могила
той самой Лии Аркадьевны,
на которую бабушка завещала наш дом?
И что?
- А то, что эта Лия Аркадьевна
послала сейчас к бабушке
профессора Козинцева.
- Так получается, она жива?
- Я не знаю.
Тут два варианта:
либо это сделала не Лия Аркадьевна,
потому что профессор сказал,
что сто лет ее не видел,
а тут она позвонила.
Либо она действительно жива.
- Ну а могила? Может быть,
это просто однофамилица?
- Нет, такого не может быть.
Очень редкое сочетание
фамилии, имени и отчества.
К тому же год рождения совпадает.
Темная история.
- Кто такая вообщеэта Лия Аркадьевна?
Ах вот.
- Вот, мне это тоже интересно.
Бабушка называет ее призраком,
своим ангелом-хранителем.
(Телефонный звонок.)
Алло.
Максим: - Привет. Я договорился о
встрече с Тартаковским завтра утром.
Сможешь?
- Отлично. С адвокатом
больше тянуть нельзя.
А ты где? Скоро приедешь?
- "Листья толстянки,
или денежного дерева,
хорошо помогают при гастрите и язве.
Все, что нужно - так это утром
натощак, за час до еды
помыть, хорошо прожевав,
съесть два листика".
У меня дома такое хорошее
денежное дерево.
- Вот говорят,
что если дома много денег,
оно очень хорошо разрастается.
Это правда?
- Не знаю.
Я его просто любила.
- Мальцева, на выход!
Проходим.
- Здравствуйте, Кира Владимировна.
- Здрасте, Полина. Очень неожиданно.
- Нет, ну как,
я же обещала все разузнать.
- Как вы свидания со мной добились?
У меня такое ощущение,
что мой лимит на этот месяц
уже исчерпан.
- Да так, свои люди помогли.
Кира Владимировна,
у меня плохие новости.
Вас там решили закрыть, и надолго.
И, в общем, чтобы это все
как-то разрулить,
тут нужно до самого верха дойти.
Тут адвокат нужен хороший.
Ну, чтоб такой, знаете, ушлый,
и хватка как у питбуля.
Только не ручной. Не из их шарашки,
а проверенный, понимаете?
- Я понимаю. Спасибо.
- Мне жаль, но с моими связями
тут не решить.
- Ну спасибо, что хотя бы попытались.
- Да вы что!
Я вам вообще по гроб жизни обязана.
Я буду еще пытаться.
Может, вы на волю
хотите что-то передать или...
- Записку от меня одному человеку
сможете отвезти?
- Конечно, не вопрос.
Бумагу и карандаш можно?
- Извините.
- Да.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- А вы не могли бы мне помочь?
- А чем вам помочь?
(Телефонный звонок.)
- Да, слушаю.
- Здравствуйте.
Мне нужна
Вероника Андреевна Мальцева.
- Это я.
- А вам заказное письмо.
- А от кого?
- Спрашивает от кого.
- Скажите, фамилия
неразборчиво написана.
- Здесь фамилия
неразборчиво написана.
- Ну ладно, вы оставьте на входе,
я потом заберу.
- Нет, не могу. Письмо заказное,
вы должны расписаться.
- Хорошо, я сейчас спущусь.
- Сейчас придет.
- Спасибо вам большое.
Просто огромное.
- Да не за что.
- Это ты мне звонил?
- Извини, не знал,
как по-другому с тобой поговорить.
Что случилось, Вероника?
Чем я тебя обидел?
- Ты что, правда не понимаешь?
- Правда, я не понимаю.
- То есть ты не помнишь блондинку
у себя на шее?
Какая короткая у тебя память.
- Подожди, какую блондинку? Где?
- В травматологии. Она встречала
тебя, когда тебя выписали.
- Господи, да это Анжела.
- Прости, мне все равно,
как ее зовут.
Хоть Матильда.
- Анжела - моя бывшая пациентка.
- А, правда?
Так у тебя со всеми клиентами
такие тесные отношения?
Какая я по счету?
- Подожди.
- Я не собираюсь тут с тобой стоять.
- Анжела, здравствуйте. Да, это я.
Вы можете сейчас говорить?
- Я не буду говорить
с твоей любовницей по телефону.
- Скажите, а где вы
сейчас находитесь?
- Ну что, давайте знакомиться.
Это Лера, моя невеста.
Это Геннадий Петрович Тартаковский,
мой хороший друг
и очень хороший адвокат.
- Очень приятно.
- Лера - дочь
твоей будущей подзащитной.
- Я в курсе. Я изучил ситуацию,
и как только мы договоримся,
я сразу же примусь за работу.
- Договоримся о цене?
- Нет, не беспокойся.
Мы с Геннадием Петровичем
сами рассчитаемся.
- Как говорится,
утром деньги, вечером стулья.
- Вы уже изучили материалы дела,
я правильно понимаю?
- Нет, я в курсе общей ситуации.
Вы же меня пока не наняли.
А вы, Валерия, как с позиции
будущего юриста оцениваете это дело?
- Совершенно очевидно,
что маму хотят посадить.
Сразу после аварии был открыт знак,
который был спрятан за ветками,
освежена зебра, стертая на дороге,
поэтому у нас нет
никаких доказательств.
- Доказательства надо искать.
На то я и адвокат.
Кстати, по этому поводу
есть один замечательный анекдот.
Клиент говорит адвокату,
что сосед задолжал ему 500 долларов
и не хочет возвращать. Брал
без расписки, доказательств никаких.
"А ты напиши ему, чтобы вернул
тысячу" - советует адвокат.
"Почему тысячу? Он же брал пятьсот".
"Правильно. Он точно так же спросит -
вот нам и доказательства".
(Смеется.)
- Оптимизм - это важное качество
для хорошего адвоката.
- Валерия, я отстою справедливость.
Я сделаю все, что в моих силах,
и даже больше.
Ну, друзья мои, мне пора.
Как только примете решение -
сразу мне набирайте.
- Сейчас я тебя провожу.
Я скоро.
Ты что так развеселился-то, а?
У девочки горе: мама в тюрьме.
- Ну что это?
- Ну извини. Пробило на ха-ха.
И сколько наша мама должна получить?
- Надо на полную катушку.
- Обычный наезд на пешехода -
до трех лет, особо не разгонишься.
- А "жертва в коме"?
- Ясно.
Со смертельным исходом - до пяти.
- Будем думать.
- Идем.
- Куда?
- Куда? К любовнице моей.
- Сережа, я не пойду.
- Идем, идем. Пойдем.
Проходи.
- Сережа...
- Нет-нет, проходи-проходи.
Здравствуйте, Анжела.
- Здрасте, Сергей Анатольевич.
- Скажите, пожалуйста,
вот этой девушке, я вам кто?
- Не надо, я все поняла.
- Подожди, пусть ответит. Скажите.
- Вы мой психотерапевт.
- А в больнице вы меня обнимали,
потому что...
- Потому что я хотела выразить
вам свою благодарность
за оказанную вами помощь.
- Сережа...
- Подожди. И последний вопрос.
Вы в больницу приходили ко мне?
- Вообще-то к папе.
- На этом все. Спасибо, Анжела.
Мужу привет.
- Извините, пожалуйста.
- Ну как всегда:
все меня ко всем ревнуют.
Вот такая я богиня.
Сегодня волшебно, золотуля моя.
- Ну что ты загрустила?
- Не знаю, не понравился мне
этот Тартаковский.
- Но первое впечатление
часто бывает обманчивым.
А потом тут же дело
не в личной симпатии,
а в профессиональных качествах,
а Гена знает свое дело отлично,
поверь мне.
- Ладно, давай попробуем.
- Да?
Все будет хорошо, прорвемся.
- А ты кого с собой возьмешь?
Маринку?
А, это та рыженькая такая,
высокая, да?
Нет? Слушай, а я ее знаю?
Она хоть симпатичная? На кого похожа?
А, понятно. Невысокая такая, да?
Ну ладно, бери, что делать.
Да, я тебя тоже целую.
Ну давай, пока-пока.
Слушай, Андрюха,
там Лариска нас в кино зовет.
Она уже билеты купила. Пойдем, а?
Ты долго с этой развалюхой
возиться будешь?
- Пока не закончу.
Хозяин завтра забирает.
- Да, понятно. Ну ладно,
давай я тебе помогу.
Вместе быстро управимся.
Там последний сеанс, должны успеть.
- Я не пойду.
- Почему?
- Потому.
- Ой, ну кончай уже, сколько можно!
Там будет весело,
Лариска подругу с собой взяла.
- Я не хочу,
чтобы мне кого-то подсовывали.
- Ой, как ты меня достал уже
со своей этой Лерой!
Ну сколько можно о ней думать?!
Да она уже об имени твоем забыла -
сто процентов.
- А при чем здесь Лера?
- Ой, старик,
как будто бы я тебя не знаю.
Ну да, жалко девчонку,
этот урод запудрил ей мозги,
но ты-то здесь при чем?
Ты сделал все что можно!
Это она тебя не слушает.
- Думаешь?
- Уверен.
- Меня все совесть мучает.
Мне кажется, что в аварии с Кирой
Владимировной тоже он замешан.
- Такое ощущение, что вас всех
кто-то по очереди нейтрализует:
сначала бабушка, потом мама,
затем Ксения.
Вы с Вероникой следующие?
- Прекрати.
Закон притяжения неприятностей.
Знаешь, есть такая поговорка:
беда не приходит одна. Вот.
- Мальцева!
А вы можете идти гулять дальше.
Я не допущу вас к занятиям,
пока не увижу документ, объясняющий,
почему вы пропустили
семь моих предыдущих лекций.
- А еще, дорогой Иван Николаевич,
хорошо помогают
прогулки на сведем воздухе.
- Какие прогулки?
У меня ни минуты свободного времени.
- Вот! Все наши проблемы,
дорогой Иван Николаевич,
возникают от перегруженности,
на нервной почве.
За здоровьем надо следить.
- Проходите, садитесь.
- Здравствуйте, Кира Владимировна.
Я ваш новый адвокат
Тартаковский Геннадий Петрович.
- Вас назначило государство?
- Нет, меня наняла ваша дочь Валерия.
- Сама?
- В каком смысле?
- Вы знаете, в каком смысле.
Кто вас порекомендовал
моей дочери Валерии?
- Ее жених Максим Владиславович
Беляев, он...
- Спасибо, я не нуждаюсь
в ваших услугах.
- Вы отказываетесь от адвоката?
- Я отказываюсь от услуг
этого адвоката.
- Хм. Ну что ж, это ваше право.
- Ну что ж, как говорится,
хозяин - барин,
хозяйка - барыня.
- Прямо так взяла и отказалась?
Ясно, Гена. Это мой просчет, надо
было тебя ей иначе как-то подсунуть.
Ладно, будем решать. Все, давай,
пока, не могу говорить больше.
Привет.
- Привет.
- Ну что, не тяни. Хорошие новости?
Что там написано?
- "Дорогой Андрей, пусть этот дом
увидит как минимум 45 поколений,
и твои праправнуки будут любить
его так же, как любишь ты.
Твой Марчелло". Держи.
- Что это за фигня? Какой Марчелло?
- Видимо, архитектор, автор проекта.
Судя по всему итальянец,
балующийся латынью.
- Нет, подожди, так какие-то
стрелочки были, цифры,
стрелка пятнадцать, стрелка тридцать.
Что это?
- Это пример родового древа.
Примитивный вариант: 5 сыновей,
от них 15 внуков, 30 правнуков.
Маэстро шутил.
- Шутил...
- Извини, старик,
чем мог, тем помог.
- Ладно, ничего, кажется,
и так уже нашел.
- Что - нашел?
- Ничего.
Слушай, а хреновый из итальяшки
Нострадамус вышел,
там вместо 5 сыновей полный дом баб.
Ладно, давай. Спасибо.
- Счастливо.
- Скажи, я сильно поправилась?
- Я не заметил.
- А то я последнее время
сладкое ем килограммами.
Думаю, на нервной почве. Да, такими
темпами я скоро в колобка превращусь.
Будешь меня по улице катить.
- Я с удовольствием.
Ты мне любая нравишься.
- И все-таки, ты не мог бы
за мной следить, а то я...
Ну не знаю, но собственной силы воли
у меня уже не хватает.
- Значит, не буду больше
тебя приглашать в ресторан.
Буду тебя приглашать в театр.
- А в театре есть буфет.
- Тогда в кино.
- А в кино попкорн.
- Что ж такое! Значит, на роллердром.
На роликах стоишь?
- Стою. Кататься не умею, но стою.
- Привет, Ксю.
- Привет.
- А я тебе печенек принесла.
Твоих любимых.
Там еще фруктов немножко.
- Спасибо.
- Ну как ты?
Лучше?
- Намного.
Светлана говорит,
что скоро меня выпишут.
Переведут на дневной стационар,
и нужно будет ездить на капельницы.
- Круто. Можно?
- Да, конечно.
- Тебе налить?
- Нет, спасибо.
Лера, ты чем-то расстроена.
- Да Кардамонов
до лекции не допустил.
Ничего, прорвемся.
- А я сразу понял:
ее надолго не хватит.
Ну какой нормальной бабе
нужен инвалид?
От тебя законная жена сбежала,
а тут любовница, да еще красавица.
Плеснуть?
Саня, это же пиво, не водка!
Знаешь, Саня, я тобой горжусь!
Ты мужик!
Мужик сказал - мужик сделал!
Я тоже брошу. Когда-нибудь.
А хочешь, я ей сам позвоню?
- Бесполезно.
У нее телефон отключен.
- Ясно.
Телефон отключила,
чтобы ты ее не нашел.
Вот бабы, а!
Ну как тут бросишь,
когда у лучшего друга такое!
Придется бежать за водкой,
ибо пиво, чувствую, не не поможет.
(Звонок в дверь.)
- Здравствуйте, вы Александр?
- Нет, я Виктор, сосед.
Холост. А ты, красавица, кто?
- Конь в пальто! Где Александр?
- А.
Вот.
- Здравствуйте.
Я от Киры Владимировны.
Она вам тут записку передала.
- А что с ней?
- Она под следствием, в изоляторе.
За наезд на пешехода.
- Витамин С в чистом виде.
- Спасибо, Лера.
- Ксю, все хорошо?
У тебя что-то болит?
Я тебя чем-то обидела?
- Нет, ну просто ты такая хорошая.
- Напугала меня. Точно говорят,
что все беременные с прибабахом.
Нервные, и все такое.
(Телефонный звонок.)
Да, Максим?
- Привет. Ты дома?
- Нет, я у Ксю в больнице. А что?
- Хотел вас с Вероникой
в ресторан пригласить.
- С Вероникой? Зачем?
- Поужинаем,
поднимем себе настроение.
В трудные времена
надо держаться вместе, правда?
- Боюсь, у Вероники не получится,
потому что она сегодня собиралась со
своим психотерапевтом на роллердром.
- Ну ладно, психотерапевт ей нужнее.
Но ты-то со мной поужинаешь
в нашем ресторане?
- Конечно, с удовольствием.
Заедешь за мной?
- Прости, я в другом конце города.
За тобой ехать - это такой крюк
по пробкам. Я до утра буду ехать.
Может, вызовешь себе такси, а?
- Да, конечно.
В котором часу встречаемся?
- Давай через час.
- Хорошо.
- Отлично, через час.
- До встречи.
Максим в ресторан пригласил.
- Да, я так и поняла.
- Говорят, романтика
со временем пропадает.
Слушай, вид у меня
вообще не для ресторана, да?
- Нет, ты очень хорошо выглядишь.
- Спасибо, Ксю.
- Алло? Алло, Ника, слышишь меня?
- Да, Сережа.
- Привет. Слушай, я тут в пробку
попал. Скорее всего, задержусь.
Не знаю, сколько
здесь придется простоять.
- Да? Ну ничего, я подожду.
- Да? Отлично.
- Сережа, ты только осторожней.
- Конечно.
- Пока.
- Пока.
- Вероника!
(Звон разбитой посуды.)
- Лера? Ксю!
Теперь все понятно.
Так вот ради чего.
А ну-ка поставь
бабушкину картину на место, гад!
- Да пошла ты...
- Я тебя не выпущу!
- Отпусти, дура!
- А!


Серия 11

- Алло, Лев Сергеевич?
Здравствуйте. Это Максим Беляев.
- Я понял.
- Она у меня.
Вы понимаете, о чем я?
- Это не по телефону.
- Конечно, конечно.
Я могу к вам подъехать прямо сейчас?
- Да.
- Я буду в течение часа.
- Может, пока ожидаете,
предложить вам напитки?
Есть замечательное сухое вино.
- Нет, спасибо большое.
Оператор сотовой сети:
"Абонент временно недоступен".
(Телефонный звонок.)
Оператор сотовой сети:
"Абонент временно недоступен".
- Я прошу прощения,
вы будете делать заказ?
- Нет, спасибо. Я пойду.
Всего доброго.
- До свидания.
- Да где же ты?
(Телефонный звонок.)
- Ай.
- Алло, Сергей, ты где?
- Ну наконец-то, Вероника!
Я около твоей двери,
уже минут 10 тебе звоню.
Что случилось?
- Сейчас открою.
- Что случилось?
Вот, приложи.
- Ага.
- Как голова? Не кружится? Не тошнит?
- Не-а.
- Почему ты не хочешь
полицию вызвать?
Ведь он мог тебя убить.
- Ты никому не расскажешь?
- Ну конечно нет.
- Он украл бабушкину картину.
Ван Гога.
- Настоящего Ван Гога?
- Да.
- Тогда тем более нужно
звонить в полицию.
- Бабушка прятала эту картину.
О ней знали только мы и этот...
Я не думаю, что ей понравится
огласка этой истории.
- То есть ты хочешь,
чтобы картина осталась у него?
Ты считаешь, это правильно?
- Я не знаю.
Мне надо посоветоваться с сестрами.
И с мамой. Но бабушка ни в коем
случае не должна об этом знать.
- Значит, нужно вернуть картину,
пока бабушка в больнице?
- Да.
- Ну и?
- Очень может быть.
- То есть вы хотите сказать...
- Я пока ничего не говорю.
Похоже на руку Ван Гога.
Очень.
Но нужна экспертиза.
- Лев Сергеевич, какая экспертиза?
Понимаете, человек,
который поручил мне
продажу этой картины,
он хочет оставить сделку в тайне.
- Понимаю. И заметьте,
даже не пытаюсь вникать,
каким образом это полотно
оказалось у вас.
Экспертизу проведет
надежный специалист.
Без нее дальнейшие разговоры
бессмысленны.
- Ясно.
Это сколько займет времени?
- Я вам позвоню завтра утром.
Такие вопросы,
Максим Викторович,
с кондачка не решаются.
- Ну да, конечно.
- Лера, подожди.
- Слушай, извини,
я пойду лягу, ладно?
У меня что-то живот разболелся.
Господи, что у вас случилось?
Только не волнуйся.
Мне надо тебе кое-что сказать.
Максим украл картину Ван Гога.
Я пыталась его остановить, но... Вот.
- Это шутка такая, да?
- Я хотел вызвать полицию.
- Да вы чего, какая полиция?
Максим не мог.
Мы с ним только что должны
были в ресторане встретиться,
но он не пришел...
Да нет. Ну бред какой-то.
Я знаю Максима.
Вероника, можешь нормально
объяснить, что произошло? Нормально.
Только не придумывай ничего,
я тебя прошу.
- А почему ты думаешь,
что я говорю неправду?
Ты думаешь, я сама себя ударила?
- Да потому что это чушь какая-то.
Максим, он...
- Да сволочь твой Максим.
Он всех нас обманывал.
И тебя в первую очередь.
Ксения вообще от него беременна,
между прочим.
- Что?
- Да, конечно.
Вас завтра выписывают?
- Да, сразу после утреннего обхода.
- Ну вот, чтобы завтра не возиться -
ваша выписка и результаты УЗИ.
- Спасибо.
- Спокойной ночи.
- И вам.
- Не знаю, Сережа,
она еще не выходила.
Нет, спасибо. Если понадобится твоя
помощь, я тебе обязательно позвоню.
Работай спокойно, все будет хорошо.
Ага. Целую. Пока.
(Слышен скрип двери.)
- Ксюша.
Привет.
- Привет.
Чем пахнет?
- Завтрак.
- Вкусно.
- Яичницу будешь?
- Я сейчас хоть слона съем.
- Тогда прошу.
- Спасибо.
- Ну что говорит Светлана?
Нужен какой-то особый режим?
Питание? Витамины?
- Нужно еще неделю
побыть на дневном стационаре,
поездить на капельницы,
а потом свежий воздух
и как можно меньше стресса.
Где Лера?
Ну? Что?
- Господи, за что мне все это?
Ладно.
Я рассказала Лере
про тебя и про Максима.
- Ну и зачем ты это сделала?
- Прости, я это не специально.
Максим украл бабушкиного Ван Гога,
я пыталась его остановить.
Он толкнул меня,
и я ударилась о стену.
- Они совершенно
не оставляют ему выбора.
- Кто?
- Да они угрожают ему расправой и...
- Понятно. Он совсем
задурманил тебе мозги.
- Ты не понимаешь.
- Это ты не понимаешь.
Он мошенник и подлец,
мама была права.
Надо было ее слушать.
- Нет, это ты не понимаешь, Вероника!
- Я ведь сегодня ночью прилетел.
Уже три кружки кофе выдул,
все не могу проснуться.
- Борис Сергеевич, к вам посетитель.
- Вроде у меня сегодня
неприемный день.
- Я сказала ему, но он говорит, что
дело важное и вы с ним знакомы давно.
- Ну если важное - приглашай.
- Проходите.
- Прости, позже перезвоню.
- Не узнаешь?
- Присаживайся.
Саня, что случилось?
- Инсульт.
- Сочувствую.
- Да ничего, справлюсь.
Я к тебе по делу. Оно касается Киры.
- Киры Мальцевой?
- Она под следствием, в изоляторе.
Сбила человека, но, похоже,
там все не так просто.
Аварию подстроили.
Ты можешь взять это дело
под свой контроль?
По старой дружбе, Боря.
- Максим Викторович, может,
вы пока кофе выпьете?
- Спасибо. Сколько по времени
обычно длится такая экспертиза?
- Ну, по-разному.
Иногда достаточно одного взгляда,
чтобы сказать: "Подделка!"
- Нет, подлинники. Как быстро
определяются подлинники?
- Давайте не будем мешать
Зиновию Константиновичу. Пойдемте.
- Ты оказался прав. Он сволочь.
- Мне жаль.
- И мне. Так жаль.
Как я сразу не поверила?
Еще маму убеждала. Вот дура.
- А хочешь, я чай сделаю?
- И все это ради Ван Гога.
Обалдеть.
- Картину мы вернем.
- Маму надо сейчас спасать.
Она мне говорила, что Максим
причастен к каким-то грязным делам.
Но я же не слушала, злилась.
Она что-то на него раскопала -
и тут же наезд, понимаешь?
- Понимаю.
Я пытался тебе рассказать.
- Поедешь со мной к Грановскому?
Это адвокат. Он классный.
Если он согласится
взяться за дело мамы,
у нас будет шанс
вывести всех на чистую воду.
Поедешь?
- Поеду.
Если нужны деньги, у меня есть.
Правда, не так много, но все же.
- Не, деньги будут.
Продадим свадебное платье.
Оно дорогущее.
- Лера.
- А?
- Ты такая сильная!
- Ага. Но дура.
- Ну что я вам скажу, друзья мои:
это не Ван Гог!
- Вот и у меня были некоторые
сомнения, Зиновий Константинович.
Но работа очень приличная, правда?
- Филигранная.
Написана в 50-х годах прошлого века.
А наш дорогой Винсент, как известно,
покинул этот мир в 1890-м.
- Подождите, подождите, подождите.
Что значит "не Ван Гог"?
Там же подпись!
- Искусно сфабриковано, это правда.
- Ну, может, ученики?
- Учеников у Ван Гога не было,
а вот подражателей - сколько угодно.
Особенно когда его картины
обрели всемирную славу.
- Значит, это копия
его неизвестного полотна
или просто работа в стиле Ван Гога?
- Трудно сказать.
В случае с Ван Гогом
нельзя отрицать наличие
неизвестных картин.
Вот, к примеру, в 2013 году
было подтверждено его полотно
"Закат в Монмажуре".
Но до того, как известно,
85 лет подобных удач не было.
- То есть эта картина -
она ничего не стоит?
- Нет, почему же.
Если установить автора,
который может оказаться
вполне приличным художником,
за нее можно выручить некую сумму,
но не такую, разумеется,
как за полотно Ван Гога, увы.
- Вот так, мой друг. Мне жаль.
- Даша, ты у Долгополова спроси.
Он наверняка знает, где взять адрес.
Нет, я знаю, где раньше жил
Грановский, просто он переехал.
Нет, по городу его искать
глупо и нереально.
Лучше у дома подождать как-то.
- Лера...
- Давай, короче, ты поспрашивай
у наших, ладно?
Кстати, у Красникова можно спросить.
Хорошая идея.
Грановский когда-то его дядю защищал.
Да, да. Все, пока. Меня Андрей ждет.
- Лера, я...
- Держи.
- Хочешь, я сам с ним поговорю?
- Нет, спасибо.
- По логике, этот подъезд.
- Ну да.
Я пойду посмотрю,
какие там номера квартир.
(Стук в дверь.)
- Можно?
- Да, входи.
- Ну как ты?
- Хорошо.
Вон, даже поработать захотела.
- Неплохо. В твоей манере
появилось что-то новенькое.
- Это сны. Я видела этот город
каждую ночь в больнице.
Не знаю, может быть,
это из-за капельниц.
- Ксюша, я хотела поговорить с тобой
по поводу бабушки.
Если она узнает про картину,
она может этого не пережить.
Для нее это не деньги, для нее
это память о нашем прадедушке.
- То есть ты хочешь,
чтобы я написала картину, не видя ее?
- Нет. Я хочу, чтобы ты
связалась с Максимом
и назначила ему свидание.
Пойми, его нужно прижать
и заставить вернуть Ван Гога,
а я найду людей...
- Я не буду этого делать.
- То есть для тебя Максим
намного важнее нашей бабушки?
- Он вернет картину, я это знаю.
- Ксюша, почему ты ему веришь?
Ты же не дура.
Ладно, извини.
- Сволочи такие. Сволочи.
Подлецы такие. Сволочи.
Подлецы. Сволочи.
- Максим Владиславович,
там вешалки привезли.
- Пошел вон отсюда!
Алло. Здравствуйте, это я.
Да, конечно, я помню,
вы просили не звонить,
но вот такая ситуация безвыходная.
Завтра? Хорошо, хорошо.
Спасибо большое.
- Прости, что отняла
у тебя столько времени.
Я не подумала, что, может, он вообще
не собирается сегодня дома ночевать.
- Значит, найдем его завтра.
Давай отвезу тебя домой?
- Грановский.
Евгений Маркович, здравствуйте.
Выслушайте меня, пожалуйста.
- Опять вы?
- Да.
- Ну хорошо.
У вас ровно одна минута.
- Спасибо. Евгений Маркович,
только вы можете спасти мою маму
от несправедливого суда.
Я вам уже говорила,
что ее хотят посадить,
но если раньше я не знала - кто,
то теперь точно знаю:
это мой бывший жених, Максим Беляев.
Я не знаю почему,
видимо, мама представляет
для него какую-то угрозу.
Но он не остановится.
Он уже много чего натворил.
- Максим Беляев, у которого
арт-клуб и модельное агентство?
- Да. Вы знакомы?
- Можно сказать и так.
- Что касается гонорара...
- Не касается. Я возьмусь.
- Правда?
- Правда.
Пойдемте сядем на лавочку,
обсудим детали.
- Сегодня он встречается с мамой,
и они будут строить линию защиты.
Хотела бы я послушать, но нельзя.
- Да, ты, конечно, молодец.
Как ты смогла его уговорить?
- Не поверишь, даже уговаривать
особо не пришлось.
Знаешь, мне кажется,
что он сам рад взяться за это дело.
Он как-то резко отреагировал
на имя Максима.
- Да... Ксюша, доброе утро.
- Доброе.
- Садись завтракать.
Сегодня, к сожалению,
только бутерброды и чай,
потому что я проспала
и уже опаздываю к бабушке.
Кстати, никто не собирается к ней?
- Я не могу, мне еще
в институт заскочить.
- А у меня сегодня
две пары в училище,
потом на капельницу,
а потом сразу же к бабушке.
- Про картину не проболтайтесь.
- Из меня она теперь слова не выудит.
- Лера, мне нужно с тобой поговорить.
- Спасибо большое, Ника,
очень вкусные бутерброды и чай.
- Пожалуйста.
Да не расстраивайся. Дай ей время.
- Мне кажется,
она меня никогда не простит.
- Приятного аппетита,
Семен Григорьевич.
- Спасибо. Я вижу,
хорошие люди всегда к столу.
Что на этот раз?
- Мне нужны деньги.
- Мне тоже.
- Да... Но если я не отдам долг
вовремя, меня закопают живьем.
А картина, на которую я рассчитывал,
оказалась подделкой.
- Ты вообще помнишь,
что я в долг-то особо не даю?
- Помню, помню.
Вы уж меня извините,
Семен Григорьевич.
Точно такие же две папки находятся
у моего надежного человека.
Поэтому если меня убьют -
они или вы, -
одна прямиком направится
к генеральному прокурору,
вторая - прессе.
Посмотрите, что там?
- Собирал долго?
- Честно говоря, все время.
Ну, бизнес у нас такой.
Страховка - первое дело,
вы же понимаете.
Ну что, берете?
- Дороговато просишь.
- Меньше не могу - у меня долги.
- Ну что же, веселись... пока.
- Семен Григорьевич, я вам нужен.
Если Мальцеву выпустят из тюрьмы,
она выйдет на вас.
И тогда вот это все станет
достоянием прокуратуры и без меня.
А я могу контролировать
ситуацию изнутри.
Я могу знать, что происходит
в этом бабьем царстве.
У меня есть там надежный человек,
который ради меня готов на все.
- Скажи мне,
а я могу с мыслями собраться?
- Да, конечно, конечно.
- Вот спасибо.
Ну тогда все, иди, а я тебе позвоню.
- Я надеюсь, мы останемся друзьями.
- Конечно, конечно.
- Алло, Даша, у нас что,
расписание поменяли?
Я захожу в аудиторию, там первый курс
сидит, а я такая: "Э-э... Привет".
Окей, я поняла.
Давай, я на первом этаже.
- Привет. Любуешься?
- Мне капец.
Ты почему мне раньше не сказала?
- Я сама только узнала.
Но это только полбеды.
Добровольский ушел на пенсию.
- Ректор?
- Ты думаешь, он бы позволил
Кардамонову проректором стать?
Его новый ректор назначил.
- И кто этот новый?
- Не знаю, не видела.
Он из министерства.
Говорят, молодой и симпатичный.
- "Любимого преподавателя"! Обалдеть.
У кого-то отличное чувство юмора.
- Это же Татьяна подсуетилась.
Боится, что ее из секретарш попрут,
найдут помоложе, погламурнее.
- Окей, чего? Пойдем на лекцию.
Надеюсь, философию
не заменят на Кардамонова?
- Зря надеешься.
- Проходим.
- Кира Владимировна, здравствуйте.
Я Грановский Евгений Маркович.
Меня наняла ваша дочь Валерия.
- Евгений Маркович, я очень рада,
что вы согласились
взяться за мое дело.
Есть один человек,
который пойдет буквально на все
для того, чтобы меня посадить.
А мне никто не верит -
ни следователь, ни даже моя семья.
- Уже верят.
Лера в курсе, кто такой
Максим Беляев на самом деле.
- Что, он ей как-то навредил?
- Не волнуйтесь, с ней все в порядке.
Беляев сбежал. Я уже сталкивался
с этим типом раньше.
Несколько лет назад он проходил
свидетелем по делу о наркотиках.
Тогда пострадал мой племянник.
Серьезная была зависимость,
еле вылечили парня.
Беляев был причастен,
но ему удалось выкрутиться.
- Теперь он пошел еще дальше.
Он торгует молоденькими девушками.
Он отправляет их за границу
в качестве танцовщиц,
а там они попадают в рабство.
Я очень боялась за свою дочь, Леру,
и решила начать собственное
расследование, чтобы найти компромат.
Потом случилась эта авария,
и вот теперь я здесь.
- Возможно, Беляев причастен
к вашей аварии.
Надо обязательно отработать
эту версию.
Я этим займусь.
- Вы, случайно, не знаете,
как там этот парень, Денис?
Мне сказали, что он в коме
и что шансов на выздоровление нет.
- Он действительно в коме.
Но там есть один молодой врач
с новаторскими идеями,
он занимается с Денисом
по собственной методике.
К тому же Денис очень крепкий.
Есть надежда.
- Это хорошо.
- Скажите, Лера говорила,
что Беляев украл у вас
какую-то ценную картину.
- Что?
- Они не стали заявлять в полицию,
чтобы не тревожить бабушку.
Как я понял, она держала
это полотно в тайне.
- Господи, не может быть...
- Действительно ценное полотно?
Просто логичнее было бы заявить,
чтобы создать прецедент.
- Нет-нет, мне сначала надо
посоветоваться с мамой.
Евгений Маркович,
мне очень нужно отсюда выйти,
хотя бы на время. Это реально?
- Попробуем освободить вас под залог.
Дело взял под контроль
Валевский Борис Сергеевич,
он настроен во всем разобраться.
- Валевский разве в городе?
- В городе. Вы его знаете?
- Да, мы знакомы.
- Ну хорошо.
Значит, будем пробовать
вариант с залогом.
Только потребуется серьезная сумма.
- Я подумаю, где взять деньги.
- И оказалось,
что эта Анжела - его пациентка.
Ты бы ее видела!
Она блондинка настоящая.
У нее вот такая грудь
и вот такие губы.
Она повисла на нем,
как обезьяна на лиане.
Что я могла еще подумать?
- Что с шеей?
- Это я...
Это я на лестнице у нас приложилась.
Я решила туфли надеть и...
В общем, хорошо, что ноги не сломала.
- А девочки как?
- Девочки хорошо.
А, я же тебе не сказала
самое главное.
Лера смогла договориться
с Грановским,
и он будет защищать нашу маму.
- Это прекрасно.
- Да, прекрасно.
А тебя скоро выпишут?
- Пока еще лечат.
Хотя я себя чувствую лучше,
чем до болезни.
Меня смело можно выпускать в люди.
- Здравствуйте, Елизавета Андреевна.
- А мы к вам.
- Здравствуйте.
- Я, пожалуй, пойду.
Мне надо еще к Сергею заскочить,
продукты домой купить...
В общем, дел полно.
Ладно, целую тебя, выздоравливай.
Дамы, счастливо. Поправляйтесь.
- Спасибо.
- Спасибо, Вероника.
- Какая у вас внучка!
Умница и красавица.
- Чистый Голливуд!
- Да, актриса она хорошая,
не подкопаешься.
- Ирина Ивановна,
а вы мужа своего любили?
- Я не буду врать, что сильно любила.
Он меня - да.
А мне кажется, в парах всегда так:
один любит, другой позволяет.
Хороший у меня муж был.
Надежный.
Мы с дочкой как за каменной стеной
за ним, горя не знали.
Ну, это я потом уже поняла.
Когда его не стало.
- Ой, нет, без любви нельзя.
Это все равно как траву жевать
вместо колбасы.
- Трава полезнее, между прочим.
- И что?
А как же жить без удовольствия?
Кому нужны такие жертвы?
- А если нужны?
- Ой, ну не знаю, девочки.
Я четыре раза замужем была,
и все четыре по любви.
Ни об одном не жалею.
- А почему же разводились тогда?
- Ревнивая я очень.
Не то что измену -
взгляд в чужую сторону
простить не могу.
Вот понимаю, что это все бред, -
разрывает на части, и все.
- А я своему Виктору верила.
- Ну правильно,
он же вас на 20 лет старше был.
- И что?
- Вы меня простите, конечно,
Ирина Ивановна, но знаете,
это как в анекдоте:
"Сара, вы знаете, что ваш муж
бегает за каждой юбкой?" -
"Ой, я вас умоляю! Моя собака
тоже бегает за каждой машиной,
но это не значит,
что если догонит, то сядет за руль".
(Регина смеется.)
- Да он и не бегал даже.
- Вот именно.
- Я не понимаю,
к чему этот разговор весь, Регина.
Мой муж был очень хороший человек,
прекрасный семьянин.
- Мне надо позвонить!
Я имею право!
(Телефонный звонок.)
- Алло.
- Привет. - Кира?
- Рома, твое предложение еще в силе?
- Ты о залоге?
- Да. И о нас с тобой тоже.
- Но ты же мне сказала, что...
- А я передумала. Ты знаешь,
у меня много времени было,
чтобы передумать.
- Ты знаешь, я ведь чуть не улетел.
Я в аэропорт приехал.
Я ехал и чувствовал,
что что-то должно случиться.
Послушай меня, я сейчас приеду.
Жди меня, я сейчас приеду,
и все будет хорошо, ты поняла меня?
Все будет хорошо.
Я продлеваю аренду автомобиля.
- Хорошо.
- Документы пришлите мне на почту.
- Жалко, бабушки нет.
Она приготовила бы
свой фирменный пирог с вишней.
- Но у нее этот рецепт
в кулинарной книге есть.
В принципе, можно попробовать.
- Нет смысла.
Все равно так вкусно не получится.
- Хотела маме купить авокадо,
но спелых не было.
- Сколько у нас есть времени?
- Думаю, часа три,
если все пойдет по плану.
Грановский сказал,
ее выпустят под залог в 10 часов.
- Ну, я пойду посмотрю
рецепт вишневого пирога.
Можно будет попробовать
быстро испечь.
- Угу.
- Лера, я прошу тебя,
хотя бы ради мамы сделай вид.
- Я изображать ничего не собираюсь,
особенно перед мамой.
- Я понимаю, это сложно,
но Ксения и так наказана.
- Да? И чем же?
- Тем, что она тоже является
жертвой этого подонка.
Только, в отличие от тебя,
она до сих пор ему верит.
- Ну вот.
- Мне вас будет не хватать,
Кира Владимировна.
- Вы еще скажите:
"Поскорее возвращайтесь".
Ой, дай вам бог больше никогда
сюда не попадать.
И поскорее разобраться со всем,
и суд выиграть.
- Спасибо за адреса девочек,
сразу ими займусь.
Будем надеяться,
что и ваше дело сдвинется.
Ну, когда я эту мразь
на чистую воду выведу.
- Ой, я очень надеюсь,
что у вас все получится.
Вот, вы Лизке моей письмо
не забудьте, пожалуйста, передать.
Только лично в руки,
пожалуйста, ладно?
Потому что на почтовый ящик надежды
никакой нет: там мальчишки хулиганят.
- Ирина Ивановна, вы хотите,
я с вашей дочкой поговорю?
- Нет, не хочу. Спасибо,
Кира Владимировна, не тратьте время.
Она не будет вас слушать.
- Мальцева, с вещами на выход.
- Ирина Ивановна, вы удивительная.
Ну, девчонки, держитесь.
- И вы, Кира Владимировна,
не сдавайтесь.
Я буду молиться за вас.
- Спасибо.
- Привет. - Привет.
- Это тебе.
- Спасибо.
- Слушай, ты похудела
и выглядишь еще красивее.
- Рома, я прошу тебя...
- Понял, понял. Все, поехали.
(Телефонный звонок.)
- Да.
Слушай, под какой еще залог?
Да вы что там?..
Да я понял, я понял!
Информация какая-то еще есть по ней?
Вот как появится, тогда звони.
Все, давай.
Идиот.
Это Баев. Баев, я говорю!
Слушай, ты, информатор хренов!..
Да мне только что позвонили
и сказали, что Мальцева на свободе.
Ах, так это правда?
- Я надеюсь, вы в курсе,
за что был уволен ваш предшественник?
- За взятки.
- За взятки в особо крупных размерах.
Сейчас он под следствием,
но - подстраховался со всех сторон.
- Я знаю, что во вверенном вам
округе работают самые лучшие люди.
Нет, правда. Ни капли не комплимент,
а просто конста...
(Телефонный звонок.)
- Слушаю.
- Боря, с какого перепугу
ты отпустил Мальцеву?
- Так по закону,
Константин Андреевич.
За нее же внесли залог.
- Я тебя спрашиваю:
какого ляда ты там все сам решил,
не посоветовавшись со мной?
- Ну так такие вопросы
вообще-то в моей компетенции.
Так было и с Малышевым,
и со Смурниковой.
(Короткие гудки в трубке.)
- Девочки, идут!
- Мамуля! - С возвращением.
Мы очень волновались за тебя.
- Мамочка, я испекла тебе вишневый
пирог, но нужно подождать 10 минут.
Ты подождешь? - Да.
- Ксюша, да какой вишневый пирог?
Мы... Там целая утка с яблоками.
- Рома, ты ведь поужинаешь с нами,
правда? Останешься?
- Ты знаешь, я вынужден уехать.
Я вообще сегодня должен быть
уже в нью-йоркском офисе.
Теперь надо созваниваться,
графики двигать.
- Очень жаль. Рома,
мне твоя помощь завтра понадобится.
Ты сможешь приехать?
- Конечно.
- Я тогда вечером тебе позвоню,
уточню по поводу времени, хорошо?
- Хорошо.
До свидания.
Вместе: - До свидания.
- Спасибо!
Девочки...
- Мамуля...
- А я? А мне?
- Дайте я на вас посмотрю.
Господи, как же я соскучилась!
Мои хорошие!..
(Звон разбитой бутылки.)
- Не нравится мне эта затея, Кира.
- Эта затея, Рома,
может дать мне свободу.
- Не вижу связи.
- Очень простая связь:
Беляев меня в покое не оставит.
Кто-то из нас будет сидеть -
либо он, либо я.
Поэтому единственный выход -
доказать его причастность
к грязным делам и посадить.
- Он сейчас в стране?
- Я думаю, да.
- А вещи свои он от вас перевез?
- Ну, что-то еще осталось.
Я сегодня замки сменила.
- Пойти с тобой?
- Нет, я сама.
- Она зашла в подъезд,
он остался в машине.
- Если мы не заплатим аренду
и в этом месяце,
то на нас подадут в суд.
И кстати,
звонили из банка по поводу кредитов,
грозились санкциями.
- Кредиты подождут.
И с арендой решим.
Так, стоп, ее увеличили, что ли?
- Еще в прошлом месяце.
И я вам докладывал,
Максим Владиславович.
- Они что там, с дуба рухнули?
(Телефонный звонок.)
Слушаю, Семен Григорьевич.
Хорошо, спасибо. Скоро буду.
Уф!
Заплатим аренду, не волнуйтесь.
Ну и хватит ходить
с лицом вечного мученика! Что это?
Вы же работаете в арт-клубе -
можно сказать, Мекке культуры.
Улыбайтесь, улыбайтесь.
Ну, вот так уже лучше.
- Так, ну все отлично,
девушка Настя готова дать показания
против Беляева,
и родители ее в этом поддерживают.
Надо съездить
еще по одному адресу. Отвезешь?
- Конечно. Далеко?
- Я думаю, отсюда минут двадцать,
если пробок не будет.
- Поехали.
- Пересчитай.
- Ну что вы, Семен Григорьевич,
ну зачем же? Я вам верю.
- А я тебе нет,
поэтому пиши расписочку.
Пиши и слушай.
Выпустили Мальцеву под залог.
- Как?
- А вот так.
Я, конечно, шухер там уже навел,
но, мне кажется, этого маловато.
Понимаешь,
посадить мне ее надо, посадить.
Максим, и ты должен подсуетиться.
- То есть?
- Что значит "то есть"?
Добыть хотя бы пару ее вещей -
не знаю, там, браслетик,
шарфик какой-нибудь, фотокарточку.
Да, кстати, фотокарточку -
это обязательно,
потому что одно дело тряпки,
а другое дело - фотография на память.
И подбросить ее в дом
жертвы наезда, вот и все.
- Что-то я не... Зачем?
- Что значит "зачем"?
Слушай, ты тупишь или мне кажется?
Мы обставим все это
как преднамеренное.
Ты понимаешь?
Как бы наезд был не случайный.
Спланированное покушение на человека.
Мол, тетка специально сбила
своего молодого любовника,
который ей изменял, негодяй,
мерзавец, дрянь такая. Ну?
Вот и все. Рассчиталась с ним,
показала, кто в доме хозяин.
А со своими людишками
я уж договорюсь,
они обставят все это как положено,
по закону, -
и обыск, и изъятие шмоток.
Так что расслабься.
- Нет, план-то, конечно, хороший,
только как я в дом к Мальцевым
попаду после всего?
- Слушай, понимаешь, мне плевать!
Мне плевать - мне результат нужен,
Максим, результат!
Давай пиши.


Серия 12

(Телефонный звонок.)
- Да, Максим.
- Здравствуй, любимая.
- Здравствуй.
- Прости, что не звонил
и не брал трубку.
Обстоятельства так сложились.
- Я понимаю.
- Но теперь все разрешилось.
Нам больше ничего не мешает
быть вместе.
Я очень хочу тебя видеть. Ты где?
- Я дома. Приезжай.
- Нет, не хочу встречаться
с твоими родственницами.
- Я одна. Лера в институте,
Вероника куда-то уехала с Сергеем.
Мама укатила с Романом,
а бабушка еще в больнице.
Маму выпустили из-под ареста
под залог!
- Поздравляю. И все-таки нет.
Давай у меня в арт-клубе через час?
- Хорошо.
- Я люблю тебя.
- И я тебя.
(Звучит тревожная музыка.)
- Вот стерва!
Так, фотография.
- Ромка, ты, конечно,
удивительный человек.
Я очень тебе за все благодарна.
Я вообще не понимаю,
что бы я без тебя делала. Спасибо.
- Я всегда буду рядом.
- Где ж ты их держишь, зараза?
(Скрип двери.)
Так...
(Звучит тревожная музыка.)
- Прости, я опоздал. Пробки просто.
Как я соскучился!
- Что произошло?
Почему ты толкнул Веронику?
Она чуть не получила сотрясение.
Понимаешь, что тебя считают вором?
- Слушай, это был кошмар.
У меня не было другого выхода.
Я пытался ей объяснить, понимаешь?
Она не хотела ничего слушать!
Я не мог просто ей объяснить.
Она на меня бросалась.
Я не хотел толкать ее.
- Почему ты не брал трубку?
- Я вынужден был отключить телефон
из-за кредиторов.
- Ты расплатился уже
со всеми своими долгами или нет?
- Нет еще,
но многие проблемы уже решены.
Я взял под картину деньги.
Я запланировал несколько
масштабных мероприятий.
Как только я получу за них деньги,
я выкуплю эту картину,
я ее тут же верну, Ксюша.
Мне так стыдно!
- Я очень переживала.
- А я думал о тебе каждый день,
каждый час,
каждую минуту.
Не плачь, не надо.
Любимая, все позади.
- Мне очень страшно.
- Не бойся.
Все будет хорошо, я тебе обещаю.
- Да, Иван Николаевич, в этом году
бюджет сократили в два раза,
вы же знаете, но мы все сделаем.
Я все улажу. Все будет хорошо.
Хорошо.
Третий раз звонят из министерства.
Проверками грозят.
Считают, что мы бюджет распилили
и по карманам рассовали.
Представляешь?
Что ты улыбаешься, что ты киваешь?
Твое отделение
половину бюджета съедает!
- Так у меня реанимация.
- Реанимация. Сократи кого-нибудь.
- Никого не могу сократить.
- Стажера сократи.
- Воронкина? - Воронкина.
- Так он проводит сеансы с Ковалевым,
с парнем, которого машина сбила.
- Я знаю эти сеансы твои.
Это не методика - это шаманство!
- Виктор Сергеевич,
вы же сами подписали...
- Значит, так: стойте!
Я взял его, потому что его дед -
профессор, хороший врач.
Если б я знал, чем он занимается,
я бы никогда его не взял,
тысячу раз подумал бы. Динамика есть?
- Об этом еще рано говорить.
- Сколько стоит содержание
Ковалева на аппаратах?
Значит, первое - сократить штат.
Свернуть стажировку Воронкина.
И получить согласие родственников
об отключении Ковалева от аппарата.
- А если родственники не согласятся?
- Леня, ты устал быть завотделением?
- Нет.
- Вот иди и думай.
Тряпка.
- Что-то случилось?
- Нет-нет, все хорошо.
Как твоя нога?
- Спасибо, хорошо, уже не хромаю.
- Сережа, а как ты думаешь,
из меня мог бы выйти психолог?
- Из тебя? Да хоть космонавт.
Ты настойчивая, быстро учишься.
А откуда вопрос?
- Просто хочу сменить профессию.
- Почему?
- Да потому что я бездарная актриса
и никто меня не воспринимает всерьез.
- Перестань, не преувеличивай.
- Да нечего преувеличивать, Сережа!
Меня перестали даже на пробы звать.
После того случая
мне ни разу не позвонили, ни разу!
Потому что я пустышка, ноль.
- Вероника...
Подожди. Постой, Вероника!
Постой. Посмотри на меня.
Вероника, посмотри на меня,
пожалуйста.
Вероника, ты не просто актриса -
ты очень хорошая актриса.
Яркая, страстная, многогранная.
Тебе по силам любой жанр:
драма, комедия...
Ты очень тонко чувствуешь жизнь.
Тебе не нужно менять профессию.
А то, что считают эти бездарные
завистники, - да плевать!
Говорю тебе: ты уникальная актриса.
Я видел тебя в кино.
Ты очень талантливая.
- Правда?
- Ну конечно правда!
Просто у нас принято ругать вслух,
а хвалить про себя.
- Спасибо.
- "Спасибо" маловато будет.
Минимум яблочный пирог,
тем более я проголодался.
- Ну приглашаю к нам в гости,
тем более мама давно хотела
с тобой познакомиться.
- Тогда с этого и надо было начинать.
Идем?
- Я попробую найти свидетелей наезда.
Наверняка есть те, кого не допросили
во время следствия, правильно?
- Во-первых, с тобой даже
разговаривать никто сейчас не будет,
если у тебя в руках
нет удостоверения.
А во-вторых,
это просто элементарно опасно.
Пока Беляев на свободе,
бог знает что может произойти.
- Добрый вечер. - Добрый.
- Знакомьтесь: это Сергей.
Сергей, это моя мама,
Кира Владимировна,
и мои сестры, Ксения и Лера.
- Очень приятно.
- Ой, присаживайтесь.
Вероника, неси чашку, тарелку.
У нас замечательный пирог сегодня
с капустой - по бабушкиному рецепту.
Ксения лично испекла. Рекомендую.
- Скажите, а где можно руки помыть?
- А, да, конечно, вон там.
- Еще хорошо было бы
поговорить с матерью Дениса.
Вдруг он был склонен к суициду?
- Его толкнули, Лера.
- Думаешь, это все-таки Максим?
- А что с тобой?
- Да со мной-то все нормально,
а вот что с вами?
Человек один раз в жизни оступился,
а вы всех собак теперь
решили на него повесить?
Максим вернет картину, он обещал!
Ему хуже,
чем всем нам здесь вместе взятым!
- Ну что я пропустила?
- Мама, мы не хотели
тебя расстраивать.
Тебе и так досталось.
У Максима с Ксенией
был роман втайне от всех.
- Что-то случилось?
- Нет, все хорошо.
Давай налью тебе чай.
- Ну что, любишь его?
Ну ничего, время пройдет...
- Мама, я жду ребенка от Максима.
Максим хороший, просто он запутался.
Его зажали в угол, на него давят.
Его могут просто убить, понимаешь?
- Ох...
- Он очень хочет детей.
Мальчика и девочку.
Он даже придумал им имена.
Мама, он будет очень хорошим отцом.
Ты увидишь, правда.
- Слушайте, а если так...
Я могу сходить к матери Ковалева,
сказать, что я, например,
из какой-нибудь газеты.
Мол, хочу восстановить
справедливость, наказать виновных.
- Это очень хорошая идея.
- Я с тобой пойду.
- А это вообще супер.
Вы как психотерапевт поймете,
скрывает она что-то или нет.
Правильно?
Только маме пока ничего не говорите -
она все равно будет против.
- Да, конечно.
А с которого часа ты завтра?
- Первый сеанс после обеда.
- Мы можем поехать прямо с утра.
- Ну ладно, спасибо. Мне пора.
- Я тебя провожу.
- До свидания.
- До свидания.
Вероника: - Я придумала.
Я оденусь как журналист.
- Борис Борисович, вот, просили.
- Да, спасибо, Нина Степановна.
- Опять мучить парня будете?
- Почему - мучить? Лечить.
- Сколько работаю,
а такого лечения еще не видела.
- Я тоже.
Ну, с богом!
- Вот она.
- Сережа, подожди.
- Так я похожа на корреспондента?
- Скорее на учительницу
младших классов.
- А...
- Да я шучу, все отлично. Пойдем.
- Женщина. Молодая,
красивая, до 30-ти.
- Похоже, никого нет.
- Да. Тогда пойдем.
- Вы что-то хотели?
- Здравствуйте.
Вы Тамара Викторовна Ковалева?
- Да.
- Мы из городской газеты,
новостной отдел. Вот.
Хотели поговорить с вами о том,
что произошло.
- Мы хотим добиться справедливости,
наказать виновного в том,
что случилось с вашим сыном.
- Да.
- Проходите.
Проходите.
Присаживайтесь.
- Спасибо.
Простите, у вашего сына в последнее
время были какие-то проблемы
или, может быть, депрессия?
- Если вы намекаете на то, что Деня
был склонен к суициду, то это чушь.
Мой сын - жизнерадостный человек.
- Кира Владимировна Мальцева,
под машину которой попал ваш сын,
утверждает, что он буквально
выскочил на дорогу.
Что было в тот вечер, вы не помните?
Как он оказался на той дороге?
Может, он там с кем-то встречался?
- Может и встречался,
но с кем - я не знаю.
Денис в тот день ушел по делам
в прекрасном настроении.
А эта женщина... она все врет.
Неслась как сумасшедшая и сбила его.
Сбила на пешеходном переходе.
А теперь ее выпустили под залог.
Это справедливо?
- Скажите, у вашего сына
был друг по имени Максим?
Максим Беляев.
- Максим Беляев...
Нет, я не помню.
- Я покажу фото.
Вот.
- Нет, я его не знаю.
Кто он? Почему вы спрашиваете?
- Просто ищем причины аварии,
и нам сообщили, что, возможно,
этот человек был причастен...
- Не там ищете.
Во всем виновата эта женщина.
Мой сын в коме, а она...
- Мы сделаем все возможное.
Скажите, а чем ваш сын занимался?
- Денис был
профессиональным спортсменом.
Легкоатлет. Вот, видите?
У него много медалей, грамот.
Он даже получил третье место
на соревнованиях в Греции.
Я вам сейчас покажу фотографии.
Вот.
Денис был целеустремленный
и амбициозный мальчик.
Всегда хотел быть первым,
но не получилось.
Поэтому после 25 лет
решил уйти из спорта совсем.
А на тренерской работе
много не заработаешь,
вот он и пошел сниматься в кино.
Каскадером.
- Вы не против,
если мы возьмем вот эту фотографию?
- Хорошо.
- Я оставлю вам свой номер телефона.
Если вдруг вспомните что-то,
пожалуйста, перезвоните.
- Дети приезжали, столько еды
навезли - полный холодильник.
Мы ели, ели - и не съели.
- Ты что, меня на объедки
в гости приглашаешь?
- Ну какие объедки, ну ты что?
- Здравствуйте, девушки!
- Здравствуйте.
- Девушками 50 лет
никто не называл.
- Безобразие! Разберемся.
Помогите мне, пожалуйста.
Третий день не могу попасть в 37-ю.
Никто не открывает.
Там вообще живет кто-нибудь?
Потому что по документам
вроде числится.
- Ну а как же.
Тамара Викторовна живет с сыном.
Правда, он у нее в больнице -
машина сбила.
- А знаете, как Тамарка узнала, что
с Денисом произошло, так и слегла.
- Так что, она вообще не выходит?
- Ну совсем не выходит.
- Как не выходит? Я ее видела
недавно, в магазин она ходила.
- Ой, да, что-то я совсем как-то.
- Ну спасибо, девушки.
- Ой!
- И вам спасибо.
- Так держать.
- Ну до чего ж приятный
молодой человек, бывают же такие.
- Еще бы не приятный,
девушками назвал.
(Телефонный звонок.)
- Да, я слушаю.
- Здравствуйте.
Тамара Викторовна Ковалева? - Да.
- Вас беспокоят из больницы,
где находится ваш сын.
Доктор Плотников.
- Что-то с Денисом?
- Ваш сын пришел в сознание.
- О господи!
- Он желает вас видеть,
мы не можем гарантировать
стабильности нынешнего состояния,
поэтому рекомендуем приехать
как можно скорее.
- Конечно, конечно! Все, я бегу!
Господи боже ты мой!
- Так, а кто это у нас?
12:07.
Появился мужчина.
Высокий, лет сорока,
в форме "Горэнерго".
Открывает дверь.
И не ключами.
Алло, полиция?
- Вера, пройдите в десятую.
- Как же так? Может, вы не знаете?
Может, вас не поставили
в известность?
- Я только что из палаты вашего сына.
- Но мне звонил доктор.
Тогда зачем он звонил?
- Подождите, какой доктор?
Как его фамилия?
- Столяров. Нет, доктор...
доктор Плотников.
Да, конечно, доктор Плотников.
- Тамара Викторовна,
у нас в отделении
нет врача с такой фамилией.
- Тогда зачем все это?
- Я не знаю.
Может быть,
это просто чья-то злая шутка.
Но в любом случае хорошо,
что вы приехали,
мы как раз собирались
вас к нам приглашать.
- Я слушаю вас.
- Мне прискорбно это констатировать,
но шансы вашего сына выйти из комы
очень и очень малы.
Понимаете, у него четвертая степень
комы, отсутствуют какие-либо реакции.
Даже если получится так,
что он выйдет из этого состояния,
то впадет в хроническое состояние,
при котором отсутствуют движение,
речь, реакция на словесные стимулы.
Это может длиться месяцы, годы.
Поверьте, мне самому
хочется верить в чудо,
но мало кому в подобной ситуации
удается выйти из комы.
- Повторяю: он ушел пять минут назад.
Товарищи полицейские, вы можете
его еще догнать, если поторопитесь.
Он в форме "Горэнерго",
высокий, статный,
без усов, в кепке и перчатках.
- А почему вы решили, что он вор?
Дверь закрыта на замок,
а не взломана.
- Он пользовался отмычками.
- Вы разглядели отмычки?
- Да, разглядел.
Вы будете его догонять?
- Кого? И на каком основании?
"Не пойман - не вор"
знаете пословицу?
Ну вот. Если хозяйка квартиры
обнаружит пропажу ценностей,
напишет заявление,
мы возбудим уголовное дело,
тогда мы обратимся к вам
как к свидетелю.
- Я знаю процедуру.
- А если знаете, то сами понимаете,
нам здесь делать нечего. Пошли.
- До свидания.
- До свидания.
Олухи.
- Бодрый старик, бдительный.
- Да Гапоненко это, бывший опер.
Совсем из ума выжил уже.
- В смысле старческий маразм?
- Да вроде того. Следит за всеми.
В бинокль за двором,
за окнами в доме напротив.
Развлекается, короче.
Мечтает раскрыть преступление века.
- Думаешь, он выдумал
про мужика в форме?
- Да сто пудов.
Ему везде преступники мерещатся.
Я тебе точно говорю, никакого
воровства в этой квартире нет.
А старика давно в психушку
отправить пора. Ладно, пошли.
- Добрый день. Извините,
вы Тамара Викторовна Ковалева?
- Да.
- Очень приятно.
Я доктор Воронкин Борис Борисович.
Я работаю с вашим сыном. - То есть?
- Я провожу реабилитацию
по своей авторской методике.
Похвастаться правда пока нечем, но
я нацелен на положительный результат.
И как раз завтра я собирался
ехать к вам домой. - Зачем?
- Чтобы вы помогли
мне поднять вашего сына.
- Да, но они хотят
отключить его от аппаратов.
- Но они не имеют на это права.
Они не имеют права сделать это
без вашего официального согласия.
На это нет никаких оснований.
Мозг живой. Все органы функционируют.
А если на вас будут давить, скажите,
что сделаете заявление в прессе.
- У меня как раз есть
знакомые журналисты.
- Вот, видите! Не сдавайтесь.
Я как врач вам говорю,
что Денис может выйти из комы.
И мне очень понадобится ваша помощь.
- Спасибо вам большое!
- Ты расстроилась?
- Да не то чтобы.
Взгляд ее постоянно перед глазами.
Знаешь, я когда вспоминаю его,
представляю, как бы я сыграла эту
роль где-нибудь на сцене или в кино.
Это цинично, да?
- Нет. Просто ты актриса.
У настоящих актеров все так и бывает.
Все материал для творчества.
Это нормально.
(Телефонный звонок.)
- Алло, да?
Тамара Викторовна?
По громкой связи: - Я сейчас
в больнице у сына.
Они хотят его отключить от аппарата.
- Не волнуйтесь, Тамара Викторовна,
они не смогут это сделать
без вашего согласия.
Если нет показаний.
- Нет показаний.
Мне это сказал доктор,
который работает с Денисом.
А еще он сказал, что вы,
то есть пресса
можете помочь мне отстоять сына,
если они будут давить на меня.
- Послушайте, мы сделаем
все возможное. Мы напишем в газете,
позовем телевидение,
если потребуется. Его не отключат.
- Спасибо вам, дорогие мои, спасибо!
- Держитесь, Тамара Викторовна.
Все будет хорошо.
Они там с ума сошли.
Бедная женщина.
Не расстраивайся, мы справимся.
- Я по другому поводу переживаю.
Не надо было ей говорить все это.
- Что "это"?
- Одно дело - изображать журналистов,
и совсем другое -
давать человеку надежду,
не имея никакой возможности
ей помочь.
Кстати, откуда у тебя
журналистское удостоверение?
- Это студийный реквизит.
Мне подарили,
когда я играла журналистку.
- Я не понимаю,
почему ты не веришь мне?
Я что, не могу помочь
несчастной женщине?
- Как ты собралась это сделать,
Вероника?
Очнись, ты не на съемочной площадке!
- То есть ты хочешь сказать,
что я ужасная актриса?
И все это время то, что ты говорил -
это было просто вранье?
- Вероника, подожди.
Вероника, я не это хотел сказать!
- Ну и что у тебя в институте?
- С уходом Добровольского
многое изменилось, конечно.
Он был лучшим ректором.
Новый и мизинца его не стоит.
К тому же Кардамонов
его лучший советник.
- И это плохо, потому что?..
- Потому что Кардамонов
меня ненавидит.
- Лера, но ты же понимаешь,
что учебу окончить надо?
- Ну закончу, если дадут.
- Будешь учиться - дадут.
- Ты плохо знаешь Кардамонова.
- Привет.
- Привет.
- Что случилось?
- Поссорились с Сергеем. Не знала,
что он способен такое сказать.
- Что именно?
- Да мы были у матери Ковалева...
- Где вы были?
- Мама, мы решили помочь Грановскому
собрать информацию.
- Девочки, я же вас,
по-моему, просила...
- Ну, зато мы узнали много важного.
Например, что Дениса собираются
отключить от аппаратов.
А еще ты знала, что он был
профессиональным каскадером,
спортсменом и снимался в кино?
- Я этого, девочки, не знала,
я знала только одно:
что Грановский сам собирался
встречаться с матерью Ковалева
и все бы прекрасно выяснил, потому
что он профессиональный человек,
а вы зря рисковали.
- Мама, Ковалев был спортсменом
и каскадером. Ты понимаешь,
что это значит? - Что?
- А то, что он профессионально умел
прыгать под колеса автомобиля.
- Кстати, мы взяли его фото.
- Это же он.
- Кто?
- Парень, который меня преследовал.
Перед тем, как я познакомилась
с Максимом.
- Постарел Баев, постарел.
Но взгляд все такой же волчий.
Сколько раз сесть мог,
но все время выскальзывал.
- Почему?
- Слишком много знает.
Тронь его - и сразу из шкафа
чужие скелеты посыпятся.
Но, к сожалению, это никак
не доказывает вашу невиновность.
Как и вину Беляева.
- А что поможет доказать?
- Ковалев.
- Ковалев... К сожалению, он в коме.
- Я разговаривал с врачом. Воронкин
его фамилия, может быть, слышали?
- Да, конечно. Профессор Воронкин.
- Нет-нет, это его внук, нейрохирург.
Так вот он уверен в успехе.
Но рассчитывать
только на выздоровление
потерпевшего нам не стоит.
В первую очередь нужно выяснить,
кто и почему испортил запись
с камер наблюдения супермаркета,
который находится неподалеку
от места аварии.
Потом я проведу повторный допрос
свидетелей наезда,
поговорю с матерью Ковалева,
пройдусь по делам Беляева.
Если наша догадка о том,
что ваше расследование
и авария связаны, верна
и это действительно Беляев
толкнул Дениса под колеса, кто-нибудь
обязательно подтвердит их связь.
- Ну давай, парень.
Попробуем еще раз.
Запись: "Денис. Сыночек,
ты меня слышишь?
Это я, твоя мама.
Я тебя очень люблю, сынок.
И очень скучаю по тебе.
Посмотри на меня.
Пожалуйста, открой глаза
и посмотри на меня.
Я без тебя пропаду, Денис.
Зачем мне жить без тебя, сыночек?"
- Есть.
- Рома, да я знаю,
что они не имеют права.
Ты же понимаешь, что если они смогут
убедить маму Ковалева
и она даст согласие,
то они отключат его мгновенно.
А он единственный,
кто правду может сказать.
А что, получится?
Ой, я буду тебе очень благодарна.
Я недалеко от дома, в магазине.
Выбираю, что купить
на завтрашний праздник.
Ну как какой?
Маму из больницы выписывают.
- Елизавета Андреевна,
а почему вы не собираетесь?
Вас ведь завтра выписывают.
- Куда торопиться? Успею.
- А чего вы грустите?
- Да вот думаю,
как быстро все проходит.
Оглядываешься - как будто бы
чужое кино смотришь.
И понимаешь, что в суматохе
чего-то главного не сделал,
чего-то важного не сказал...
А вот чего - уже и не вспомнить.
- А мы попросим доктора, он выпишет
вам таблетки для улучшения памяти.
Елизавета Андреевна,
все у вас хорошо, мы вас подлечили.
Вам хоть завтра в космос.
- Спасибо, детка.
- Так ты, оказывается, рядом был?
- Я всегда рядом. Присаживайся.
- Спасибо.
- Я все решил.
- Что именно, Рома?
- Никто не будет требовать
от матери Ковалева никакой подписи.
А его самого в ближайшие недели
не отключат.
- Это что, правда?
- Правда.
У меня в министерстве связи -
человек один.
Я ему когда-то помог
спасти репутацию.
А в наше время это то же самое,
что спасти жизнь.
- Рома, я не знаю,
как тебя благодарить.
- Давай просто это отметим.
- Мне продукты надо домой завезти.
- Ну завезем.
И обратно я тебя потом привезу.
А завтра помогу тебе
Елизавету Андреевну
из больницы забрать. Как тебе план?
- Хороший план.
- Поехали?
- Я решила - приготовлю
капкейки с малиновым кремом.
- Это кексы, что ли?
- Нет. Кексы - это кексы.
А капкейки - это такие
маленькие-маленькие тортики.
И они очень красивые.
- Должно быть вкусно.
- Очень.
- Привет, Ника.
- Привет.
- Мама не сказала,
в котором часу будет?
Она поехала по делам с Романом
и сказала, что очень поздно вернется.
- Ника, ты придумала,
как мы бабушку будем встречать?
- Да, я приготовлю капкейки.
А Ксю приготовит утку с яблоками.
И фирменный салат.
- Капкейки - это хорошо.
- Прошу.
- Спасибо.
- Я смотрю, ты подготовился.
- Ну да, как закончил все дела
в министерстве, позвонил в гостиницу.
Ну, у них здесь неплохой сервис.
- А если бы я отказалась?
- Я бы съел все сам.
У меня здесь аппетит зверский,
как у медведя после спячки.
Я так думаю, что набрал
пару лишних килограмм.
Когда вернемся с тобой в Америку,
нужно начать ходить в фитнес-центр.
У меня рядом с домом
обалденный фитнес-центр.
Ну что, моем руки и садимся за стол?
Ты не возражаешь, я...
- Ой, я сейчас.
- Да, конечно.
- Боря, все работаешь?
Может, чайку?
- У меня получилось, дед.
Моя теория эмоционально-звукового
контраста работает.
Сначала встряска,
потом резко тишина -
и потом важная информация.
- Он очнулся?
- Нет. Но он услышал запись голоса
матери, он услышал ее, понимаешь!
- Есть.
Поздравляю, коллега! Поздравляю.
- Спасибо, дед.
Но есть еще одна хорошая новость.
Ты уже, наверное, в курсе?
Мне продлили стажировку.
Признавайся, ты похлопотал?
- Нет. Я для них уже не авторитет.
Я обычный пенсионер,
моя среда обитания - кухня,
интересы - вино, кино и домино.
- Да ладно тебе прибедняться, дед.
Ты у меня еще боец!
Если надо, то всех построишь.
И знаешь, если честно,
у меня такое ощущение,
что ты один в меня веришь.
- Я верю в тебя, Борька. Верю.
И горжусь.
Чаю, и с вареньем!
- Ой, дед... Ой, хитрец.
- За тебя.
Я... Я так давно хотел сказать,
что...
Я люблю тебя.
Ты себе не представляешь,
как сильно я тебя люблю.
Что-то не так?
- Нет, все хорошо.
Все хорошо, просто...
- Тебе нужно время.
Я понимаю. Я все понимаю...


Серия 13

- Осторожно.
- Спасибо.
Спасибо, Ромочка, что довез.
Может быть, все-таки зайдешь?
- Нет, Елизавета Андреевна, поеду.
Еще куча дел.
- На чашечку кофе - моего фирменного?
- Не рвите душу. Поеду.
- Спасибо тебе.
- До свидания.
- Пока.
(Звонит телефон.)
- У аппарата.
- О, а что это ты
с утра пораньше уже навеселе?
- Ну почему нет?
Дело сделано.
- Рано, родной, радуешься, рано.
- Как говорил
один мой знакомый доктор,
нельзя недооценивать значение отдыха.
- Слушай, ты, философ,
у меня есть информация по Ковалеву.
- Какая?
- Говорят, с ним работает
какой-то квалифицированный врач,
собирается поднять его на ноги.
- Что, есть какие-то результаты?
- Пока нет.
Но это твоя работа!
Поэтому займись ей, займись.
- Дебил. Завтра.
Все завтра. Сегодня у меня выходной.
- Бабуля, попробуй еще
вот этот салат.
- Ой, больше не могу,
вы меня уже совсем закормили.
Было все очень вкусно,
но уже достаточно.
- Бабуля, еще капкейки.
- Капкейки, чизкейки - потом.
Вы мне лучше расскажите,
как вы тут жили без меня.
Какие новости? Кира.
- Мамуля, очень не хотелось бы
тебя волновать,
но, я думаю, мы должны тебе сказать.
Как только ты дашь
разрешение на огласку,
мы его обязательно найдем,
я тебе обещаю.
- Найдем? Кого?
- Твоего Ван Гога, мама.
Его украли - Максим.
- Бабуля, ты чего?
- Все в порядке.
Я просто знала, что рано или поздно
это произойдет.
- Что именно?
- Картина в тайной комнате.
Это не настоящий Ван Гог.
Чтобы себя застраховать,
мой отец сделал несколько копий.
Этой хитрости его научил
один знакомый коллекционер.
- Бабуля, а где же настоящий?
- В надежном месте.
- Мама! Ой!
- Я сейчас приду.
- Ты куда?
- Так, может, теперь
все-таки сладенькое?
- Ну вот теперь я с удовольствием.
У меня просто гора с плеч!
Мама, ты вообще представляешь,
как мы переволновались?
(Звонит телефон.)
- Элла, зайдите ко мне, пожалуйста.
- До города.
- Я пить не буду.
Красивый.
- А вот и Ксюша.
- Я... Ты просто не брал трубку.
- Прости. Ты так не вовремя.
- Всего доброго.
- Сколько раз я говорил
закрывать за собой дверь.
- Думаю, что следствие изъяло
все записи сразу после аварии.
Или ты хочешь поговорить
со свидетелями наезда?
- Да, со свидетелями
нужно поговорить обязательно.
Там рядом обувной магазин
и небольшое кафе.
Да. Не думаю,
что полиция всех опросила.
Мама сказала, что в деле фигурирует
всего три свидетеля,
и те явно ангажированы.
Но это потом,
а сейчас главное -
с камерами разобраться.
Может, они какую-то запись не изъяли?
Ты сейчас где?
А, отлично. Ты тогда
подъезжай к магазину,
а я сейчас возьму такси
и тоже приеду.
- Ну хорошо, минут через десять буду.
- Эй! Эй, барышня!
- Слушай, я перезвоню.
- Ты чего это?
Зря ты это придумала, слышишь?
А ну-ка давай назад!
Назад слезай, я тебе говорю!
Слезай назад!
- Лера, я на мосту
около спортивной базы.
Тут, кажется, Ксюша,
она прыгнуть хочет.
Давай сюда скорее!
Так, я ее знаю.
Ксюша, не делай этого.
Послушай, я понимаю,
тебе сейчас очень плохо, но это не выход.
- Не хочу никого видеть!
- Давай поговорим.
Пойдем в кафе посидим,
чай-кофе выпьем, поговорим.
- Оставьте меня в покое!
Я не хочу никого видеть!
- Ксю!
- Осторожно!
- Тихо! Подожди, все хорошо.
Ксю...
Я не знаю, что произошло,
я могу только догадываться, но...
никто - слышишь, Ксю? -
ни один человек не стоит твоей жизни.
Тебе сейчас нужно думать о ребенке.
Знаешь как я хочу племянника!
Мы со всем этим справимся.
Потом еще смеяться будем,
что так переживали.
Все будет хорошо.
(Звучит напряженная музыка.)
Тихо-тихо-тихо.
Тихо, тихо.
- Ну что там?
- Немножко повышенное.
Некритично, но есть тахикардия.
- Намедни мне очень плохой сон приснился.
Но ты же не веришь моим снам?
- Расскажи.
- Ну вот,
иду я по темной-темной улице,
а навстречу мне - отец.
Я говорю: "Здравствуй, папа".
А он сумрачный такой, недовольный,
и говорит мне:
"Беги. Торопись,
а то всех своих растеряешь совсем".
Я говорю: "Папа, кого всех?
Куда мне бежать?"
А он ничего не ответил.
Головой покачал и растворился в темноте.
И вот я бегу, бегу, бегу;
сердце стучит, просто выскакивает.
Ну, я и проснулась.
- Мне кажется, ты просто
очень волнуешься за нас всех,
вот и снится такое.
- Кира,
ты же выйдешь замуж за Романа?
Я тебя очень прошу.
Я так хочу,
чтобы ты наконец была счастливой.
Роман очень хороший человек.
Ты такого больше не найдешь, Кира.
(Звонит телефон.)
- Слушаю, Тим.
- Скажи, они еще там? - Да.
- У меня для тебя плохие новости,
старик: Ксению не отпустят.
Я разговаривал с одной клиенткой,
она в психиатрии работает.
Так вот, она сказала,
что этих, как их...
суицидентов -
вроде они так называются -
обязательно проверяют
на предмет психического расстройства.
- Извини, сейчас не могу говорить:
они вышли.
Все в порядке?
- Ага. Садись, Ксю.
Врач нормальной теткой оказалась.
Сама двух дочерей вырастила без мужа.
Маму нашу, оказывается, знает.
Мама когда-то одну из ее дочек
по дерматологии лечила.
- Слава богу. Ну что, теперь домой?
Сейчас Тиме позвоню, он заедет.
- Мы решили своим
пока ничего не рассказывать.
Может быть, потом,
когда все утрясется.
Ты тоже смотри не проболтайся, ладно?
- Конечно.
Алло, Тима, давай подъезжай к нам.
- Ну ты как? Ничего не болит?
- Устала очень,
а так - все нормально.
- Ничего. Сейчас домой приедем - выспишься.
Завтра проснешься новым человеком.
- Лера...
Спасибо тебе.
Я думала, ты меня
уже никогда не простишь.
- Ксю...
Мы же сестры.
Я тебя очень сильно люблю.
Неужели мы из-за какого-то козла
станем врагами?
- Доброе утро. Боже, какие ароматы!
Мама, как же я соскучилась
по твоим блинчикам.
- И я. Особенно
по твоим сочникам и пельменям.
- Я принимаю заявки
только в письменном виде.
- Представляете,
я сегодня проснулась от голода.
- Бедненькая. А где Ксюша?
Она еще спит?
- Когда я к ней заходила,
она еще спала.
- Она не заболела?
- Нет, бабулечка,
я совершенно здорова.
Всем доброе утро.
- Доброе утро.
- Доброе.
- Доброе. Тебе положить?
- Спасибо, Лера.
- У кого какие планы на сегодня?
Может быть, все вместе
поедем погуляем в парк?
- Бабуля, давай в другой раз, ладно?
Я сегодня договорилась с Андреем
съездить на место аварии.
- Я не хочу,
чтобы ты пропускала институт.
- У нас отменили две пары, мы успеем.
- В любом случае, мне не нравится,
что ты влезаешь в это дело.
Это опасно.
- Но я же буду с Андреем, мама.
Мы не можем больше терять время.
Грановский - очень хороший адвокат,
но у него только одна голова.
Он нам только спасибо скажет, правда.
- Будьте осторожны, пожалуйста, хорошо?
Мамочка, я тоже сегодня не могу,
так как встречаюсь с одной девушкой.
Лера: - Какой?
- Ее зовут Женя, она модель.
Я очень надеюсь на ее помощь,
потому что она тоже пострадала
от Беляева.
- Ладно, я пойду к себе,
мне нужно доделать еще один эскиз.
Бабулечка, спасибо,
все было очень вкусно.
- Ты же ничего не поела. Возьми
с собой - съешь, когда захочешь.
Сметанки только положи.
- Спасибо, здесь уже все есть.
- Ну что, помирились?
- Да, у нас все отлично.
- Ксю плакала из-за него?
- Она застала эту сволочь
с какой-то девкой.
Он ей такого понаговорил!
- Ничего, ничего.
Это была черная полоса,
она уже закончилась.
Теперь у нас все наладится.
- Алло, Лера, ты далеко?
- Я в пробке. А ты уже на месте?
- Да. Я тогда без тебя начну,
чтобы время не терять.
- Хорошо. Я тогда подъеду
и наберу тебе. - Окей.
Здрасте.
- Здрасте.
- Я ищу свидетелей наезда
на пешехода,
который 7-го числа
прошлого месяца произошел вот там,
напротив вашего супермаркета.
- А я ищу свою прабабушку,
которая мне завещала миллионы
и исчезла.
- А вот так?
- Вообще-то, я уже все рассказал
полиции. Это была моя смена.
Но я слышал только визг тормозов,
а когда вышел,
парень уже лежал на дороге.
- А еще кто-нибудь из сотрудников
мог видеть этот наезд?
- Сам наезд - не знаю.
Кассиры сидят спиной к окну.
Да и темно было, а из магазина дорога
не очень хорошо просматривается.
- А камеры?
- Камеры?
Ту, в которую могла попасть авария, изъяли.
- А с той второй, которая
на стоянку выходит, записи тоже изъяли?
- Вот чего не знаю, того не знаю.
Это надо у Петровича спросить,
у старшего смены.
- А где его искать?
- Там, в комнате охраны.
- Слушай, а он как, вообще, разговорчивый?
- Ха! А ты ему пару таких справок,
как мне, покажи -
я думаю, у него сразу появится
желание поговорить.
- Спасибо.
- Привет. Извини, надо было,
конечно, на метро ехать.
Просто я подумала,
что напрямую будет быстрее.
- Ничего, я тут уже кое-что разузнал.
Да? Пойдем.
Пойдем.
(Стук в дверь.)
- Войдите.
- Здравствуйте. Вы Петрович?
- Алексей Петрович.
Вы кто такие?
Сюда посторонним вход воспрещен.
- А у нас пропуск есть.
Мне сказали,
что вы можете нам помочь.
Нужна запись камеры видеонаблюдения
за 7-е число прошлого месяца.
- Если вы по поводу аварии,
то полиция все изъяла тогда же.
- Мне нужна запись камеры,
которая выходит на стоянку
напротив вашего супермаркета.
Они у вас на жестком диске
должны храниться.
- Но там же не видно аварии.
- Ничего, нам авария и не нужна.
- Посмотреть, конечно, можно,
но это не быстро.
- Мы подождем.
- Кхе-кхе. Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Простите, а вы Женя?
- Да.
- Мне очень нужно с вами поговорить. Можно?
- Леша.
- Хорошо. Пять минут.
- Мне рассказала про вас Регина,
мама Лизы.
- И что же она вам рассказала?
- Она сказала,
что какое-то время назад
вы работали танцовщицей
в арт-клубе Максима Беляева
и что он вас шантажировал -
фотосессией, которую он скачал
из украденного им телефона.
Он пытался заставить
вас распространять наркотики.
Это правда?
- Вы, вообще, кто?
- Меня зовут
Кира Владимировна Мальцева.
Дело в том, что Беляев представляет
очень серьезную опасность
для всей моей семьи.
Он устроил так, что один человек кинулся
под колеса моей машины,
и сейчас он в коме.
А меня выпустили под залог.
И у меня очень мало времени, чтобы
доказать, что Беляев - преступник.
Женя, я очень вас прошу,
помогите мне в этом.
- А мне это зачем?
Ну, вы поймите меня правильно:
когда я в полицию на них заявляла,
в арт-клуб пришли с проверкой,
но ничего не нашли.
Они только мой телефон вернули -
в гримерку его подкинули.
Зато потом меня подстерегли
два лба с резиновыми дубинками,
и я три недели валялась в больнице.
К тому же у меня нет
прямых доказательств того,
что Максим распространяет наркотики.
Он всегда говорил со мной наедине.
Шантажировал и угрожал
тоже без свидетелей.
- Ну а с другими девочками
я могу поговорить на эту тему?
- Про них я вам ничего не скажу.
- Почему?
- Ну, потому что, в отличие от меня,
с ними у Максима все получилось.
- Понятно. Тогда последний вопрос.
Вы когда-нибудь видели этого человека
в компании с Беляевым?
- Впервые его вижу.
- Извините, нам нужно работать. Женя.
- Да, конечно.
Если вы все-таки передумаете,
позвоните мне, пожалуйста.
Для меня это действительно
жизненно важно. - Хорошо.
- Ну вот 7-е число.
Время аварии - около одиннадцати вечера.
- Угу. Стоп! Перемотайте
немного назад, пожалуйста.
Кто-то есть в этой машине, ты видишь?
На водительском месте.
Так, где-то здесь по времени
уже должна быть авария.
Стоп! Смотри.
- Он все видел!
Я думаю, придется искать
владельцев видеорегистраторов
и, если повезет,
покупать у них запись наезда.
Видеорегистраторы ведь
на дорогу направлены, а тут такая удача.
- Ты номер джипа записал?
- Конечно!
Жирными буквами.
- Отлично. Пойдем.
- Ну что, как владельца джипа
искать будем?
Может, взломанную базу
на рынке купить?
- Можно. А можно цивилизованно
пообщаться с дорожным инспектором
и попросить его помочь.
- Ты шутишь сейчас, да?
- Нет. Это мой хороший знакомый.
Нормальный мужик, не откажет.
- Кира, отвлекись и поешь,
раз уж ты не стала обедать.
- Я не буду, мама.
Нет, ну я правда не хочу.
- Ну хорошо, тогда я тут
поставлю - поешь, когда захочешь.
- Угу.
- А чем ты расстроена?
- Понимаешь, мама,
я в камере познакомилась с женщиной,
она дала мне контакты девушек,
которые пострадали от Беляева.
Вот я сегодня
с одной из них общалась.
Она, оказывается, в свое время
тоже заявляла о нем в полицию,
но доказать ничего не смогли.
А ее просто очень жестоко избили,
она лежала в больнице три недели.
Понятно, что она сейчас не будет
никаких показаний давать.
Более того, я показала ей
фотографию Дениса,
и мне показалось, что она узнала его.
Но сказала, что видит в первый раз.
- Ой, Кира...
(Стук входной двери.)
Я понимаю, ты хочешь его посадить.
Я тоже так этого хочу!
- Привет.
- Привет.
- У меня суперновость.
Мы с Андреем нашли человека,
который видел наезд.
- Да ты что?!
Так, а он даст показания?
- Мы еще с ним не говорили,
мы его видели на записи видеокамеры.
Его машина стояла
прямо рядом с супермаркетом,
и во время наезда он прямо прилип
к лобовому стеклу,
а значит, все видел.
Буров Валерий Николаевич,
работает тренером
в элитном фитнес-клубе.
Все, завтра с ним встречаемся.
- Лера, я тебя очень прошу:
пусть этим занимается Грановский.
- Почему?
- Ты сама не понимаешь?
Человек видел наезд,
но показаний не дал, скрыл это, -
значит, должна быть какая-то причина.
Либо он не хочет светиться,
либо ему просто угрожали,
просили забыть об этом наезде.
- Логично.
- А Грановский опытный адвокат -
может быть, он найдет
какой-то подход к нему.
- Ну мы же молодцы?
- Да вы просто гении!
- Так, всех гениев
через час жду на ужин.
И никакие отговорки не принимаются.
- Хорошо.
- Мама, я так рада, что ты дома.
- А я-то как рада!
- Алло, Беляев, ты что, нюх потерял?
- Извините, Семен Григорьевич,
меня тут расстроили немного.
- А-а, ну так я тебе добавлю.
На одного из моих людей
в прокуратуре завели уголовное дело,
ведется следствие,
так что тебе придется покрутиться самому
с обыском у матери Ковалева.
- Как?
- А вот так! Я не знаю,
придумай что-нибудь, включи кумекалку.
Ну, возьми, в конце концов,
Варламенко за горло -
что, он зря ошивался
в твоем борделе, что ли?
Ты же наверняка и на него сюжетов наснимал
с блондинками и брюнетками.
- Варламенко специализируется
по другим делам.
- Слушай, идиот, он зампрокурора!
Покажи ему один из своих сюжетов,
и ты увидишь, сколько у него
сразу появится связей.
- Спинку ровно держим. Плечи назад.
Колено под углом девяносто.
Так, спинку, спинку держи! Молодец!
Спинку держи.
- Валерий Николаевич Буров?
- Да. А что?
- Грановский Евгений Маркович, адвокат.
Здравствуйте.
- Ну и?..
- Ну и мне нужно с вами поговорить.
- О чем? У меня тренировка.
- Дело серьезное, Валерий Николаевич.
Заканчивайте и подходите,
я буду в баре.
- Еще четыре раза - и все на сегодня.
- Валера, как это "все"?
Еще 10 минут.
- Я знаю. Потом добавим, хорошо?
- Будете что-нибудь?
- Нет. Я вас слушаю.
- Валерий Николаевич, у меня, собственно,
только один вопрос.
Почему вы не заявили в полицию о том,
что стали свидетелем преступления?
- Какого еще преступления?
- Седьмого числа прошлого месяца
в 22 часа 25 минут вы видели,
как один человек толкнул другого
под колеса легкового автомобиля.
- Что за бред?
Ничего такого я не видел.
- У нас есть видеозапись.
Вы там были,
все видели собственными глазами,
но почему-то предпочли
скрыть информацию.
А это статья 316 Уголовного кодекса
Российской Федерации -
укрывательство преступления.
- Ладно, я там был, но ничего,
кроме наезда, я не видел.
- Статья 307 УК РФ - лжесвидетельство.
- Слышь, адвокат,
не бери меня на понт.
Даже если что-то и видел,
это мое право - заявлять или не заявлять.
- Вы уверены?
- Сто пудов!
- Понравился коктейль?
Правда же, притупляет аппетит?
- Правда, правда. Отбивает начисто.
- Что за срочность? Зачем звал?
- Здравствуйте, Кирилл Кириллович.
А как ваше здоровье?
Вы что-то давно к нам не заглядывали.
- Давай сразу к делу.
У меня мало времени,
рабочий день расписан по минутам.
- Ну, я не претендую
на ваше рабочее время -
у меня кино для вечернего просмотра.
С пометкой "Детям до 18-ти".
- Я знал, что когда-нибудь
мне это вылезет боком.
- Знали, а... Ежики плакали,
кололись, но продолжали есть кактус.
- Старая шутка, несмешная.
Так что там у тебя?
- Увлекательное трехчасовое видео
из жизни зампрокурора. Избранное.
- Не боишься?
- Ну я подстраховался.
Так что, если со мной вдруг...
Ну вы знаете, как это делается.
Так что давайте не будем тратить
ваше драгоценное рабочее время.
- Понятно.
Чего же ты хочешь взамен?
- Вот! Это уже правильный вопрос.
- Просто надо было мне с Андреем ехать
к этому тренеру Бурову,
вот и все.
- И что бы это изменило?
- А я согласна с Лерой.
Грановский просто его напугал.
Нельзя прийти и сказать ему в лоб:
"Признавайся, почему ты молчал".
Здесь нужен какой-то хитрый ход.
Ксю, тебе плохо?
- Угу. Мутит немного.
- Может, холодной водички?
- Сейчас пройдет.
- Ты какая-то бледная.
Может быть, приляжешь?
- Давай отведу тебя в комнату.
- Да, спасибо.
- Бедная Ксю.
- Ладно, мне надо ехать.
Вы не оставляйте ее одну. Присмотрите?
- Конечно. Не волнуйся, поезжай. Кира...
- А?
- Будь осторожна.
- Мама...
Пока.
- Во-первых,
это не моя сфера влияния;
во-вторых, это все
не так просто делается.
Любое независимое расследование -
и скандал!
Журналюги, как воронье, налетят.
- Хорошо, хорошо, я понял.
Ну а как это делается?
- Основанием производства обыска
является наличие достаточных
данных полагать, что в каком-либо месте
или у какого-нибудь лица
находятся предметы, документы, ценности,
которые могут иметь значение
для уголовного дела.
Статья 182 Уголовно-процессуального
кодекса РФ.
Ключевые слова здесь:
"достаточно данных".
- Так, ясно.
Ну, так для всего этого я и
собрал золотую коллекцию лучшего видео
от Кирилла Кирилловича Варламенко.
- Хватит паясничать!
- Я не паясничаю,
господин зампрокурора.
Найдите эти все ваши основания.
Я уверен, что схема-то отработанная,
не раз обкатанная. Правда?
Вещи Мальцевой
уже в квартире у Ковалева,
а Мальцева - до сих пор на свободе.
Это непорядок, Кирилл Кириллович.
- Никуша, ты на свидание?
- Что-то типа того.
- Неужели пробы?
- Не совсем, но близко.
В общем, пусть сначала получится,
а потом расскажу.
- Буду держать за тебя кулаки.
- Бабуль, я, наверное, буду поздно,
так что вы с мамой,
если что, звоните.
- Какая же ты красавица!
Может быть, чуть-чуть многовато макияжа,
но если это для роли...
Все, все. Молчу, молчу.
- Пока.
- Пока.
- А на колбасу хватило на самую дешевую,
и то я добавил.
Ничего, если с лучком пожарить,
то жрать можно.
Сейчас сварганю.
(Звонок в дверь.) О! Ждешь кого-то?
- Нет.
- Я открою.
Ой! Какие люди!
Давненько вас не было.
И каким это ветром вас занесло?
А колбаски с лучком
откушать не желаете? А?
- Уйди.
- Сань, не дури!
Она пришла тебе опять баки забивать.
- Уйди, я сказал.
- Как хочешь, хозяин - барин.
- Я в изолятор тебе письмо написала - ты получил?
Значит, ты в курсе, что произошло.
Мне грозит срок за наезд на пешехода,
и, если бы один человек
не заплатил за меня залог,
я бы до сих пор сидела там.
- Рома Экслер?
- Откуда ты знаешь?
- Я видел вас.
Я приезжал встречать тебя.
- Почему ты не подошел?
В общем, Рома оплачивает адвоката,
подключает свои министерские связи.
Если бы не он,
я бы оттуда не выбралась.
- Не утруждай себя, Кира.
Я все понимаю, все правильно.
Он надежный, успешный, здоровый.
Любит тебя еще с института.
Я же помню, как на втором курсе
он приходил просить
оставить тебя в покое.
Да с ним тебе будет лучше.
- Саш...
- Не объясняй ничего, Кира.
Я все понимаю.
- Я всю жизнь любила
одного человека - тебя.
Но у него я теперь в долгу, понимаешь?
- Сань, я все слышал.
Почему ты не сказал ей,
что это не богатенький ухажер
ее вытащил, а ты?
- Так будет лучше.
- Кому лучше?!
- Ей.
- Тьфу! Благотворитель хренов.
Ладно, пойду я колбасу жарить.
- Добрый день.
- Добрый день.
- Скажите, а Буров
Валерий Николаевич, тренер,
сегодня занимается?
- Да, он здесь.
- Угу. Скажите, а по каким часам
он тренирует?
- Возьмите буклет - там все написано.
- Спасибо.
- До свидания.
- Ой!
- Что с вами?
- Нога.
- Позвольте посмотрю.
- А вы доктор?
- Я фитнес-тренер высшей категории
и хорошо разбираюсь в физиологии.
Здесь больно?
- Да, немного.
- Попробуйте встать на ногу.
Перелома нет, иначе вы
не могли бы наступить.
Вас подвезти куда-нибудь?
- А вы на машине? - Да.
- Если вас не затруднит,
это было бы здорово.
- Нисколько не затруднит. Пойдемте.
- А вы правда фитнес-тренер
высшей категории?
- Правда. Самой высшей.
- На твоем месте я бы не стала делать
такой подарок Кардамонову.
Он раз сто повторил: кто сегодня
на его лекцию не придет,
на зачет может не рассчитывать.
- Даша, пожалуйста, прошу тебя:
не добивай меня. Меня ждет Ксю:
у нее сегодня плановый прием.
- Может, на другой день
можно перенести? - Нет, нельзя!
Ее врач сегодня последний день
перед отпуском.
Короче, переживет Кардамонов.
- Играешь с огнем.
- Ничего, прорвемся. Побежала.
Кардамонову пламенный привет.
- Держитесь там!
- А куда мы едем?
- В одно симпатичное место -
охотничий домик. Скоро будем.
- Валерий, смотрите на дорогу.
- Ну вот, приехали.
- Куда? - Место отличное,
со всеми удобствами:
можно диван разложить
и остаться на всю ночь.
- Уберите руку.
- Да ладно, ты чего?!
Ты же сама передо мной задом вертела!
- Я ничем не вертела.
- Да ладно тебе.
- Пустите меня!
- Да куда ты денешься?!
- Пусти!
- Тварь!
Ах ты гадюка!
А ну стой!
И не хромает уже.
Я тебя достану!
- Ну что, полные 7 недель у нас.
- Сколько?
- Семь.
Результаты полностью соответствуют
предыдущему нашему УЗИ.
А что тебя смущает?
- Да так, ничего.
Я в тот раз просто в больничной выписке
срок не посмотрела -
я думала, что я его знаю.
Разве ты мне его называла?
- Ну конечно.
Только, помнится, ты не в себе была.
- Да, не в себе, это точно.
- Ксюш, в чем проблема?
- Да так, ни в чем.
Просто мысли вслух.
Слушай, а там еще непонятно:
мальчик или девочка?
- На 7-й неделе этого не определишь:
эмбрион еще размером с зерно пшеницы.
- То есть он там один, да?
- По-прежнему один. Ты двойню хотела?
Может, будет у тебя еще и двойня - какие наши годы.
В общем, Ксюш, все у тебя хорошо.
С этим я тебя и поздравляю.
- Ксю, ты чего? Тебе плохо?
- Это не его ребенок.
- Что?
- Если сроки верные,
отцом ребенка является Миша.
- Дура!
Какая же я дура!
Алло, Сергей, это я.
Сережа, забери меня, пожалуйста.
- Это ваше украшение?
Шарф ваш?
Знаете женщину на фотографии?
Кто это?
- Кира Мальцева.
- Понятые, прошу заметить:
гражданка Ковалева
опознала женщину на фотографии.
- Фиксируй.
- Сережа.
- Вот еще пирог.
- Я надеюсь, с вишней?
- Да, конечно.
- Ура!
- Еще хлеб.
- А Вероника где?
- Вероника пошла не то на свидание,
не то на пробы. Я так и не поняла.
Но очень была красивая.
И предупредила, что вернется поздно.
(Звонок в дверь.)
Сейчас открою.
- Мамуль, тебе положить еще?
- Давай.
- Бабулечка хлеб так и не принесла.
- Лера, а тебе?
- Нет, спасибо.
- Я все-таки полная идиотка, да?
- Диагноз неточный,
но направление верное.
- Тебе это кажется смешным?
- Ну, во всяком случае,
плакать не стоит - все обошлось.
Хотя, конечно,
все могло закончиться совсем по-другому.
Ты вообще зачем все это придумала?
На что рассчитывала?
- Я хотела вывести его
на чистую воду.
- Как?
- Напоить, разговорить
и добиться, чтобы он сказал,
что на самом деле произошло
во время наезда, а потом записать
все это на диктофон в телефоне.
- А потом?
- А потом отнести это следствию.
Что за вопрос, Сережа?
- Вероника,
диктофонная запись,
сделанная скрытно,
не имеет в суде юридической силы.
Более того, она является
грубым нарушением.
Каждый человек имеет право
на неприкосновенность частной жизни.
Ты бы хоть с Лерой посоветовалась.
- Идиотка - идиотка и есть. Господи.
Когда же я поумнею, чтобы жить
как все нормальные люди?
- Никогда. Тебе это не нужно.
Все талантливые люди, как правило,
с прибабахом.
(Звонит телефон.)
- Прости.
Алло, Ксюша, вы меня потеряли, да?
Что?
- Что случилось?
- Маму опять арестовали.


Серия 14

- Стой, лицом к стене.
Проходим.
Лицом к стене.
Проходим.
- Сто девяносто на сто.
Плюс тахикардия.
Все, будем скорую вызывать.
- Не надо.
- Бабушка, это не шутки.
Они приедут, укольчик тебе сделают,
и все.
- Я говорю, не надо скорую.
Таблетки там мои найди от давления.
- Вот эти?
- Да.
Сейчас немножко полежу,
и все пройдет.
Грановскому звонила?
- Нет, сейчас позвоню.
- А Вероника где?
- Она уже едет с проб,
ее Сергей подвозит.
Держи, бабуля.
- Евгений Маркович, здравствуйте,
извините за поздний звонок.
- Гав! Испугалась?
- Что орешь с утра пораньше?
- А ты посмотри, какую к нам
красивую тетеньку ночью занесло.
М-м? Что молчишь, красапета?
Поздоровайся с тетями!
Поцелуемся?
Да ты, зараза, я тебе сейчас...
- Сядь!
Ты кто?
- А вы кто?
- Я? Надя.
Вот это Шиша, а это - Анаида.
А тебя как зовут?
- Кира.
- За что взяли?
- Наезд на пешехода.
- А, ласты склеил?
- В коме.
- По пьянке наехала?
- Нет.
- А что тогда не откупилась?
Бабла не хватило?
Что молчишь-то?
Отвечай, когда спрашивают.
Права-то небось по дешевке купила.
На права хватило, а откупиться - нет.
- Мальцева, на выход.
- Что-то потеряли, Иван Николаевич?
- Да таблетки от изжоги
куда-то положил.
- От изжоги помогают
листья толстянки.
- Проходим.
- По-народному, денежное дерево.
- Кира Владимировна,
проходите, пожалуйста.
Присаживайтесь вот сюда.
- Здравствуйте. Как себя чувствуете?
- Я нормально себя чувствую.
Я только не понимаю,
почему я опять арестована.
Что случилось?
- Это ваши вещи?
- Кира Владимировна,
не спешите отвечать.
Посмотрите внимательно.
Возможно, эти вещи
просто похожи на ваши.
- Да, действительно,
эти вещи похожи на мои.
И откуда они у вас?
- Изъяты во время обыска
на квартире пострадавшего
Дениса Олеговича Ковалева.
- Но это невозможно.
- Обыск проходил
в присутствии понятых. Вот протокол.
- На каком основании
проводился обыск?
- На основании свидетельских
показаний друзей Ковалева:
Антона Гавриловича Боярцева
и Григория Ивановича Семенова.
Они утверждают, что до аварии
видели Ковалева в компании
Мальцевой Киры Владимировны.
- Это бред.
- Это ваши вещи?
- Я вам уже сказала,
эти вещи похожи на мои.
- Кира Владимировна,
это вы на фотографии?
- Да, я. И откуда она у вас?
- Фотография, как и браслет с шарфом,
были изъяты во время обыска
на квартире пострадавшего
Дениса Олеговича Ковалева.
- Мне кажется, я начинаю понимать.
- В каких отношениях
вы были с пострадавшим до аварии?
- Я не была знакома
с пострадавшим до аварии.
- Иван Николаевич, у меня вопрос:
есть ли на обратной стороне фотографии
какие-нибудь пометки?
- Нет.
- Вам не кажется странным,
что женщина,
подарив мужчине фотографию,
не оставила какую-нибудь
памятную надпись?
Ну, мы же оба знаем,
в каких ситуациях дарятся такие фотографии.
Почему эта фотография не подписана?
- Потому что я ее никому не дарила.
И я считаю, что она была украдена
из моей комнаты
вместе с этим шарфом и браслетом.
Я даже готова сделать
официальное заявление.
Я абсолютна уверена,
что это мог сделать
Беляев Максим Владиславович.
- Вы утверждаете,
что не имели никаких отношений
с Ковалевым Денисом Олеговичем?
- Да, утверждаю.
- Иван Николаевич, а были ли сняты
отпечатки пальцев
с фотографии, с браслета?
Если предположить,
что Кира Владимировна
действительно подарила Ковалеву
вот эту фотографию,
не мог же он не взять ее в руки.
- В протоколе записи
о снятии отпечатков я не вижу.
Уточню.
- Я уверена, что на этой фотографии
нет отпечатков пострадавшего.
- Разберемся.
- Я хотел бы поговорить
с друзьями Ковалева, указавшими
на его связь с моей подзащитной.
- Это ваше право.
- Бабуля, у тебя в телефоне
страшный бардак.
- В моем возрасте главное,
чтобы в голове был порядок.
- Ну, я думаю, ей дали позвонить.
Она, наверное, уже сообщила Роману.
- Ты все равно набирай.
- Хорошо, я ищу.
- Бабуля, на, твой кофе.
Но я думаю, тебе лучше его не пить.
- Да? Тогда уже и жить не надо?
Курить нельзя, вино нельзя,
если еще и кофе забрать...
- Бабуля, кофе можно
заменить на какао,
ну или, в крайнем случае,
на кофе из цикория.
- Сигареты - на леденцы,
вино - на кефир.
- Бабуля, идет звонок. Держи.
- Алло.
В трубке: - Да, Елизавета Андреевна.
- Ромочка, милый, прости,
что беспокою с утра пораньше,
но у нас плохие новости.
Киру снова арестовали.
- Когда и за что?
- Вчера вечером.
Сказали,
что из-за новых обстоятельств.
- Елизавета Андреевна, не волнуйтесь,
я во всем разберусь и вам наберу.
(Звонок в дверь.)
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Вы Ксения?
- Да. А вы к кому?
- К Кире, вашей маме. Она дома?
- Дело в том,
что маму вчера арестовали.
- Как? Ее же отпустили под залог.
- Нашли какие-то новые улики
против нее и...
А вы, наверное, мамин старый друг?
Лицо просто знакомое.
- А, да. Да, друг.
- Ой, что же это я вас на пороге держу?
Проходите, я вас чаем напою.
- Нет, я, наверное, тогда поеду.
- А вы на машине?
- Нет, я на такси приехал.
- Ну тем более.
Проходите. Пока вызовем,
пока дождетесь.
Я вас чаем напою, о маме поговорим.
- Спасибо.
- Проходите.
- Ну это же очевидная фальсификация.
- Для нормального следователя - да.
- Вы думаете, Толмачева купили?
- Нет, нет.
Он просто больной, уставший
и безразличный ко всему человек,
которому нужно поскорее закрыть дело.
Я уверен, его именно поэтому
и назначили.
- Может, нам потребовать
замену следователя?
- На каком основании?
- Евгений Маркович,
я готов внести любой залог.
- Сожалею, Роман Семенович,
это невозможно:
обвинение переквалифицировали
в покушение на убийство.
Но вы не беспокойтесь, я вам обещаю,
что я сделаю все возможное,
чтобы во всем разобраться.
- Что именно вы собираетесь сделать?
- Для начала -
поговорю со свидетелями,
подтвердившими связь Киры и Ковалева,
попытаюсь им как-нибудь объяснить,
чем грозит лжесвидетельство.
Потом попробую вычислить чиновника,
заинтересованного в том,
чтобы Кира села,
потяну за эту ниточку и наверняка
выйду на Максима Беляева.
- Я могу чем-то помочь?
- Пока ничем.
Но если помощь понадобится -
я вам позвоню.
- В любое время.
- Вот.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Меня зовут Ксения.
- Очень приятно.
А меня Александр Викторович Бородин.
- Очень приятно.
- А мама, может быть, тебе...
вам рассказывала обо мне?
- А вы тоже доктор?
- Нет, я биолог по образованию,
но преподавал
в медицинском институте.
- В мамином?
- Угу.
- Угу, значит,
сначала она была вашей студенткой,
а потом стала другом?
- Можно и так сказать.
- Привет, бабуля.
- Здравствуйте, Елизавета Андреевна.
- Здравствуйте, Александр Викторович.
Что это с вами случилось?
- Инсульт.
- Вы к Кире?
- Да, мне нужно было
с ней поговорить.
- О чем?
- Бабуля, ну ты чего?
- Кире сейчас очень помогает
Рома Экслер.
Помните Рому?
- Да, конечно.
- Я очень надеюсь, что они поженятся,
как только весь этот кошмар закончится.
- Мне, пожалуй, пора.
- Я вас провожу.
- Да не стоит. До свидания.
- Всего доброго.
- Бабуля, ты чего так с ним? Это кто?
- Тот, кто испортил
твоей матери жизнь.
- Это он?
Очень изменился.
- Инсульт никого не красит.
- То есть это наш отец?
- Я ничего об этом не знаю.
Мы никогда с Кирой
не обсуждали эту тему.
Поет:
- "Жили у бабуси два веселых гуся:
Один - серый, другой - белый,
Два веселых гуся".
- Проходим.
- Тварь!
Сволочь! Мразь!
Чтоб ты сдохла, зараза!
- Надя, не дозвонилась, что ли?
- Дозвонилась.
Вот не зря она мне еще до свадьбы
поперек горла была.
Я ведь говорила Петьке:
"Не женись, стерва она".
Но ведь любовь!
Через три года разбежались в разные стороны.
- Не приведет Жорика?
- Нет.
Не хочет, чтобы сын тюрьму видел.
Вот если бы, говорит, в больницу,
тогда - да, а сюда - нет.
Ну ему же пять лет всего, ему
какая разница - тюрьма, больница?!
Она же, зараза, решила, и все тут.
- Может, Петю попросить? Отец все же.
- Да не дает она Петьке Жорика.
Мне-то и то давала только потому,
что за рубеж моталась постоянно,
его оставить не с кем.
- А может, позже привезет?
Одумается и привезет.
- Да куда уже позже-то?
Она же на следующей неделе
в Испанию уезжает на ПМЖ
и внука с собой забирает.
Хахаля там себе нашла.
Я ей говорю: "Ну привези мне его
хотя бы на пять минуточек.
Мне бы его просто обнять".
(Стук в дверь.)
- Можно войти?
- Да, заходи конечно.
Лера сказала,
что ты беременна от Миши. Это правда?
- Да.
- Ну, так это прекрасно.
Надо сказать ему об этом.
- Не думаю, что это хорошая идея.
Он уже давно забросил училище
и, возможно, уже даже женился,
поэтому пускай живет своей жизнью.
- То есть ты решила
лишить ребенка отца?
И как, повесишь в его комнате
портрет какого-нибудь художника
и скажешь своему сыну или дочери,
что отец пропал без вести, да?
Я уже видела это фото.
- Посмотри еще раз. Это наш отец.
- Откуда ты знаешь?
- Он сегодня приезжал,
хотел видеть маму.
Бабушка не подтвердила, но намекнула.
Мама никогда с ней об этом
не говорила.
Он инвалид.
После инсульта он ходит на костылях.
Сейчас он, конечно, не такой,
как на фото, но глаза все те же.
- Ты должна сказать Мише,
что беременна.
- Я подумаю.
(Слышен плач.)
- Если совещание затянется, то
Борис Сергеевич может до обеда не прийти.
- Ничего, я подожду.
- Ну что вы будете свое время терять?
Я передам ему, что вы приходили,
он обязательно с вами свяжется.
- Вас как зовут?
- Лариса.
- Лариса, спасибо,
конечно, за заботу,
но у меня много свободного времени.
Практически все оно свободно.
Так что терять мне,
в общем, и нечего.
Нет, если я, конечно,
мешаю здесь, я...
- Нет, вы мне не мешаете,
просто мне вас жалко.
А хотите чай или кофе?
- О! Спасибо.
Кофе - с удовольствием.
Можно покрепче?
- Добрый день.
А Антон Гаврилович Боярцев здесь проживает?
- Ну? И че?
- Он дал свидетельские показания
по делу Киры Владимировны Мальцевой.
Я ее адвокат.
Могу я с ним поговорить?
- Нет. Тоха уехал.
- Куда уехал... Тоха?
- На море.
У него законный отпуск,
имеет полное право.
- А когда он вернется?
- Этого я не знаю.
Он передо мной не отчитывается.
Еще че?
- Да ничего. Спасибо большое.
- Угу.
Тоха. Тоха!
- Чего тебе?
- Адвокат к тебе приходил.
- И чего? Ты же его послала.
- Не нравится мне это.
В следующий раз за тобой полиция придет!
- Не придет. Отстань.
- Ты? Опять?
- Здравствуй, Борис.
- Ладно, проходи.
- Спасибо.
- Лариса, кофе мне приготовь,
покрепче и побольше.
- Чего ты, мать,
все чешешься и чешешься?
Утром чешешься, вечером чешешься.
Скоро повыпадают все на хрен!
Хочешь сухарик?
- Нет, не хочу. У меня от них изжога.
- А что хочешь? Хачапури?
А у нас от ваших хачапури пучит хари.
Игра слов такая, поняла?
Хватит чесаться, говорю!
Вон посмотри:
ноги в дулю скрутила, зенки закрыла.
Как наркоша сидит - кайф полный.
Эй, новенькая,
что в астрале показывают?
Зеленые человечки бегают?
- Да заткнись ты уже!
Тебе чего?
- Я знаю, как вам в больницу попасть.
- Вены перерезать? Так нечем!
И не прокатит.
- Я научу вас симулировать
почечные колики.
Объясню, как правильно
сдать анализ крови в больнице,
чтобы вас там не меньше
чем на неделю оставили.
- Это возможно? Правда?
- Я врач, много приемов знаю.
Мне такие умельцы попадались,
даже пытались
венерические заболевания симулировать.
- Если сделаешь,
за мной не заржавеет.
- Ника, ты вандал!
- Знаешь, лучше вандализм,
чем похоронный марш.
- Ты думаешь?
- Уверена.
Где остальные?
- Кто?
- Сигареты.
Ты бы не сидела так спокойно,
если бы у тебя не было заначки.
- Нет у меня никаких заначек.
- А если я найду?
- Ищи.
- Бабуля, ну чего ты как маленькая?
Тебе с твоим сердцем
не то что сигареты,
тебе возле костра
противопоказано сидеть.
- Никуша, мне очень нужно было
подумать,
а мой мозг без сигареты
работать отказывается.
- Ну и что ты надумала?
- Надо дать взятку главному.
- Генеральному прокурору?
- Ну, генеральному или какому-нибудь,
не знаю.
Но они должны выдать документ.
Киру должны освободить
и никогда уже больше не трогать.
- Я боюсь, что такого документа
не бывает.
- Бывает. Только не для всех,
к сожалению.
- Саша, ты пойми,
теперь это не просто наезд,
это покушение на убийство.
- Боря, ну ты-то понимаешь,
что дело шито белыми нитками?
- Откуда такая уверенность?
- Я знаю Киру. Не может она
сделать ничего подобного.
- Года идут, люди меняются.
- Не говори ерунды, Боря.
Ты тоже хорошо знаешь Киру.
- Не так хорошо, как ты.
Она меня просто использовала,
для того чтобы тебе досадить.
Знаешь, сколько раз
она меня Сашей называла?
Только ждала,
когда ты уйдешь от своей жены.
- Да, я виноват перед ней,
очень виноват, но я ей...
Она дорога мне.
Прошу, разберись.
- Ладно, я подумаю,
что я смогу сделать.
- Ну что, повторим?
- Угу.
Приступ острый: в пояснице
болит сильно, аж распирает;
отдает в низ живота;
во время приступа кручусь,
верчусь, места себе не нахожу.
- Стонете.
- Стоню! Или как там правильно?
- Постанываешь.
- Стонать надо громко, от души,
потому что действительно
это очень больно.
- Больнее, чем рожать?
- Больнее.
Так, объясняете все своими словами,
не забываете жаловаться
на слабость и головокружение.
Непосредственно перед сдачей анализа помните,
что нужно сделать?
- Ага. Руку вот здесь
туго перетянуть на полчаса,
так, чтобы аж багровая была.
- Но не побелела.
- Ага. А...
Потом, перед анализом,
перед сдачей, жгут снять.
- А если след на руке заметят?
- Не заметят.
Это ж кровь из пальца.
- Правильно.
Ну что, с богом?
Ага. Нет-нет, пониже.
- О-ой!..
Ой-ой!
- Вызовите врача,
у нас человеку плохо!
- Молодой человек, можно вас?
- А мы еще закрыты.
- Да я на секундочку.
Ищу вашего коллегу, Григория Семенова.
Не знаете, где он?
- Гриню, что ли?
А он увольняется,
у него сегодня последний день.
- Почему?
- Сказал, что не собирается больше
за другими дерьмо убирать.
А вы ему кто?
- Знакомый. Хочу долг отдать.
- Везет же Грине,
со всех сторон бабки сыпятся!
- Да вы что? А откуда еще?
- Не знаю откуда,
но он вчера планшетом
новым хвастался.
А вот он. Сами спросите.
- Спасибо.
Гриша, привет.
- Здравствуйте.
- Меня попросили тебе денег передать.
Ну сказали, не все тогда заплатили.
- Так остальные же, сказали,
потом или нет?
- А потом - это после суда?
- А вы кто такой?
- А я адвокат Киры Мальцевой,
ну которая подруга Дениса Ковалева.
Или она ему любовница?
Я чего-то запутался, ты объясни.
- Я с вами говорить ни о чем не буду,
давить на меня вы не имеете права.
- Так ты сам уже все рассказал.
- Вы ничего не докажете.
- А если Ковалев из комы выйдет?
- Я не понимаю, о чем вы говорите.
- Ой! Господи...
(Звонок в дверь.)
Что ж такое?
Бегу.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте, Ксения.
А как вы меня нашли?
- Фамилию и имя вы мне сами сказали,
а возраст и профессию я знаю.
Остальное уже дело техники.
- Угу.
Ну проходите, что же мы на пороге-то.
- Спасибо.
- У меня, простите, не прибрано.
Да вы присаживайтесь. Сюда хотя бы.
- Не переживайте, все хорошо.
А что у вас с пальцем?
- Да вот порезался тут немного.
- А аптечка у вас есть?
- А вы медик?
- Немного.
- Вон там, в тумбочке.
- Нашла.
Давайте ваш пальчик.
- Ай! А!
Спасибо. Может быть, чаю?
У меня, правда,
к чаю только картошка.
- Давайте я вам картошку почищу?
- Ничего, я сейчас сам почищу.
- Нет, с таким порезом нельзя.
Может попасть инфекция,
пойдет заражение, а нам это не нужно.
Лучше скажите,
что у вас еще из продуктов есть?
- Да что-то там было.
- Так.
- Ой, спасибо.
- Готово.
- Только неудобно
вас эксплуатировать.
- Все хорошо, не переживайте.
Я разберусь на кухне,
а вы пока отдыхайте, хорошо?
- А ты очень голодный? А то я мясо
только что в духовку поставила.
Сейчас салатом займусь.
- Отлично.
Мне еще нужно в одно место
за документами заехать,
так что буду через час или полтора.
Ты как раз успеешь.
- Вот и хорошо. Нелли на тренировке,
тоже где-то через час закончит.
- Ее забрать?
- Нет-нет, не надо.
Ее мама Кристины по дороге завезет.
Женя,
я уже соскучилась по тебе.
Мы уже вторую неделю
не видимся и не общаемся.
- Так, а как же ночью?
- Ну если ты свой заливистый храп
называешь общением, то да, конечно.
- Это поклеп.
Я сплю тихо как младенец.
- Ладно, младенец, давай.
Мне готовить нужно.
Отвлекаешь своей болтовней.
(Звонит телефон.)
- Это кто еще кого отвлекает.
Да-да, слушаю.
Мужской голос:
- Это хорошо, что ты слушаешь.
Слушай и запоминай: завтра
откажешься от ведения дела Мальцевой.
По семейным обстоятельствам.
- Я не веду переговоры
с неизвестными.
Кто вы и что вам надо?
- Кто я, не твоя забота,
а чего хочу - ты слышал.
Для тебя я теперь босс.
Можешь так меня и называть.
- Слышь ты, босс, я клиентов
и покруче посылал куда подальше.
Так что никакой ты не босс -
ты курьер.
- Нарываешься, Грановский.
- Да пошел ты!
- Александр Викторович,
прошу к столу.
- Вот это красота!
У меня вроде и продуктов-то
столько не было.
- Все было.
- Очень кстати.
Я с утра ничего не ел.
А вы что же?
- Нет, спасибо, я не хочу.
- Очень вкусно. Спасибо.
- На здоровье.
- Вам, Ксения,
прямой путь в шеф-повара
какого-нибудь изысканного ресторана.
- Спасибо.
Скажите, а могу я вас
кое о чем попросить?
Давайте все-таки на "ты"?
- Конечно.
- Вы же мой папа?
- Мама рассказала?
Н-да...
Я, Ксения, должен
попросить у тебя прощения.
Я виноват и перед тобой,
и перед Вероникой...
и перед вашей мамой.
- Скажите,
а почему вы так и не поженились?
Хотя это, наверное, глупый вопрос.
У мамы не самый простой характер и...
- Нет, мама здесь ни при чем. Это я.
Я был женат.
Метил в проректоры в нашем институте.
А ректором как раз был мой тесть.
В общем, смалодушничал.
Так и не развелся, хотя обещал Кире.
А теперь вот никому не нужен,
да еще на костылях.
Жена от меня ушла
практически сразу... после инсульта.
В ее планы, видимо, не входило
ухаживать за инсультным больным.
- Садитесь.
Ну что, Тамара Викторовна, с богом.
Можно.
- Сыночек мой, это я, мама.
Доктор говорит,
что ты скоро придешь в себя.
Он очень талантливый, хоть и молодой,
и очень старается.
Ты уж не подведи.
Я так устала жить без тебя!
Мне так без тебя плохо, сынок!
Ты только посмотри на меня.
Я знаю, ты меня слышишь.
Я чувствую это.
Сыночек мой, ты только открой глазки,
хоть на минуточку.
Сыночек...
Денис! Сынок!
Сыночек мой!
Денис!
- Не спеши.
Привет от курьера тебе.
- Доброе утро.
- Доброе. - Доброе.
- Да что ты будешь делать!
- Тебе помочь? - Нет, уже все.
- У кого какие планы на сегодня?
- Мы с Сергеем хотим обойти квартиры
с окнами на дорогу.
- Я тоже к вам присоединюсь.
- Не стоит.
Зачем тебе лишние переживания?
(Звонит телефон.)
Алло, Даша.
Какая консультация?
Да что же они расписание
все время меняют!
Ох. Ладно, хорошо, спасибо.
До встречи.
- Что там у тебя?
- Да поставили консультацию
перед зачетом.
- Учиться заставляют, да? Негодяи.
- Бабуля, я назначила сегодня
встречу с Грановским.
Это очень важно,
нужно много вопросов решить.
- Ну и не ходи на эту консультацию.
- Нельзя. Это же Кардамонов.
Евгений Маркович, здравствуйте.
Это Лера Мальцева.
Извините. Меня неправильно соединили?
Мне нужен Евгений Маркович.
Что?
А в какой он больнице?
Спасибо.
- Что случилось?
- Евгения Марковича избили
во дворе собственного дома.
Неизвестные.
- Какой ужас!
- Я по молодости
вот на таких каблучищах ходила.
И танцевала на них как босиком.
Придешь на дискач - и давай!
А еще у меня
самая короткая юбка была.
Сама сшила. Я же швея по профессии.
- В тюрьме тебе это пригодится.
- Проходим.
- О, снова дочки жратву передали.
Что-то мало в этот раз.
- Нет, это Надя передала.
(Звонит телефон.)
- Привет, Дима.
- Привет, старик.
Я тебя поздравляю.
- С чем?
- Ну как с чем? С первым успехом
твоей авторской методики.
- Откуда узнал?
- Виктор Михайлович рассказал.
Придешь ко мне на программу?
- Ну...
- Давай.
Тебе это нужно больше, чем мне.
Запатентуешь методику,
а потом, глядишь,
и до своего центра дорастешь.
Прямой эфир уже в шесть вечера.
- Ладно, хорошо, уговорил. Приду.
- Отлично.
- Пока. На связи.
- Пока.
- Дед!
- Аюшки!
Ну как пловешник?
- Отличный.
- Может, еще компотику?
- Нет, спасибо.
Ты зачем все Карташеву рассказал?
- Какому такому Карташеву?
- Диме Карташеву, моему однокурснику.
Он сейчас ведет программу
"Здоровая жизнь".
- А, Карташеву.
Хм, а почему нельзя?
Пускай все знают,
какой у меня талантливый внук.
- Ну, дед, ты у меня и болтун!
- Пейте чай и уходите.
- Не дождетесь.
- Да, в принципе, ничего страшного.
Рука в порядке.
Ну и так, легкое сотрясение.
- Вы заявили в полицию,
Евгений Маркович? - Конечно.
- Вы не переживайте, их найдут.
Как только Максима разоблачим,
весь клубок раскрутится
и виновные будут наказаны, это точно.
Я понимаю, что нам теперь
нужен новый адвокат...
- А зачем?
- Ну как?
Во-первых, у вас сотрясение.
Во-вторых, они же вас
в покое не оставят.
- Лера, знаете,
почему меня считают лучшим?
- Потому что вы настоящий
профессионал. - Нет.
- Потому что никогда не проигрываете?
- Тоже нет. Были и проигрыши.
- Почему тогда?
- Потому что я всегда иду до конца.
Так что эти уроды не на того напали.
По телевизору:
- В эфире передача "Здоровая жизнь".
Сегодня у нас в гостях
молодой нейрохирург,
имя которого скоро
станет известно многим.
Этот доктор изобрел
уникальную методику,
благодаря которой удалось вывести
из комы тяжелобольного пациента -
практически безнадежного пациента.
Итак, встречайте:
мой институтский друг,
нейрохирург
Борис Борисович Воронкин.
(Звонит телефон.)
- Слушаю, Семен Григорьевич.
Баев: - Ты дома?
- Нет, на работе.
- На работе?
Так вот быстро найди телевизор
и посмотри программу
"Здоровая жизнь".
- А...
- Дело в том, что исследованиями
нейтронной активности мозга человека
в состоянии глубокой комы
активно интересовался еще мой дед.
Ведущий: - Твой знаменитый дед -
Виктор Михайлович Воронкин.
- Да, верно.
Спасибо, что ты о нем упомянул.
Я просто развиваю его теорию.
А Денис Ковалев, работа с которым дала
первый ощутимый результат,
стал, если можно так выразиться,
идеальным пациентом -
по мнению многих, абсолютно
безнадежным, как ты уже сказал.
И в связи с этим
я хочу выразить благодарность
Тамаре Викторовне, маме Дениса,
за доверие и за поддержку,
потому что без нее
ничего не получилось бы.
Она ни секунды не сомневалась в том,
что сын ее слышит, а вера и любовь,
как мы видим по этому случаю,
творят чудеса. Безусловно!
- Давайте посмотрим, как это было.
- Сыночек... Денисочка!
Сыночек мой...
Ведущий: - Борис, я так понимаю,
Денис уже полностью пришел в себя?
- Ну, об этом еще рано говорить,
потому что мой пациент
все еще нуждается в подключении
к аппарату
искусственной вентиляции легких.
Но прогнозы его выздоровления
вполне оптимистичны.
(Звонит телефон.)
- Да, я слушаю.
Из трубки: - Тамара Викторовна,
спуститесь, пожалуйста,
на второй этаж к 37-му кабинету
за лекарством.
- За каким лекарством?
(Короткие гудки.)
Второй этаж, 37-й кабинет...


Серия 15

- Сан Саныч уже бежит. Умер, что ли?
- Не знаю, пульса нет!
- А где Тамара Викторовна?
Она же ни на шаг от него не отходила.
Господи, а может, это она,
чтобы не мучился, а?
- Нина Степановна!
- Так, что стоим?
- Пульса нет!
- Что ты его щупаешь?
Адреналин, адреналин вводи!
- Куда? В периферический катетер?
- Куда же еще-то?
Чему вас только учат в медицинском?
Где вы, где вы, где вы?
Давайте занимайтесь своим делом.
- А что случилось?
Денис! Денис! Денис! Сыночек! Денис!
Спасите его!
Спасите его, пожалуйста! Спасите его!
Не оставляй меня, Денис!
- Ксюша, тебе сейчас
нужно есть за двоих.
Смотри, какой у Леры аппетит.
- Что? Ты спросила что-то?
- Нет, ничего. Не отвлекайся, ешь.
- Тамара Викторовна, не волнуйтесь.
Мы к вам приедем,
и вы нам все расскажете.
- Это кто звонил?
- Мать Дениса Ковалева.
На него этой ночью напали.
- Это Максим. Его задержали?
Ковалев жив?
- Никого не задержали,
Дениса чудом удалось спасти.
- Но есть хорошая новость -
он вышел из комы.
- Слава богу.
- С ним уже поговорили?
- Нет. Он в вегетативном состоянии.
- То есть, получается,
человек вообще ничего не чувствует.
- Ничего не чувствует,
ничего не слышит,
ни на что не реагирует.
- Да.
- Ох, Кирилюк, ты вообще понимаешь,
что произошло, а?
Это же ЧП! ЧП такого масштаба,
что всех нас посадят!
В отделение реанимации -
реанимации! -
проникает кто-то,
и этот кто-то пытается
совершить покушение на пациента!
У тебя что там, проходной двор?
- Он, видно, через окно влез.
- Видно?!
Срок по статье 293 тебе не видно?
Служебная халатность, повлекшая
за собой тяжкие последствия, -
вот это тебе не видно?
- Виктор Сергеевич!
- Что Виктор Сергеевич?
Я Виктор Сергеевич, 57 лет Виктор Сергеевич!
Если журналисты узнают об этом...
Они из мухи слона делают,
а тут такая сенсация -
знаешь как раздуть можно!
Давай, кто это знает?
- Коновалов Сан Саныч. - Раз.
- Медсестра из новых,
санитарка и бригада реанимации.
- Так, всем строго рты на замок.
Пациент выжил?
- Выжил. - Это главное.
Лишняя шумиха нам не нужна.
- А с его матерью что делать?
- Слушай, твоя проблема, Кирилюк.
Почему я за тебя должен все решать?
Сам что-нибудь реши!
Мне без тебя проблем - вот! Иди и думай!
- Ну а если уже все стало известно?
У нас быстро распространяются слухи.
- Вот ты правильно сказал - слухи.
Слухи! Отрицай! Ничего не было.
Пациента вывели из комы?
- Вывели.
- Это главное, понял?
- Понял.
- Сергей освободится через час,
мы поедем к матери Ковалева,
а свидетелей наезда
будем искать уже завтра.
- Не надо завтра. Я сегодня поеду
по квартирам и всех опрошу.
- Я тебя одну не отпущу,
я поеду с тобой.
- Ба, ну куда ты пойдешь
с твоим сердцем?
Я позвоню Андрею, мы пойдем вместе.
Еще по пути к Грановскому
заедем в больницу, ему все расскажем.
- Ну, если с Андреем, то ладно.
Ксюша, а мы с тобой
побудем дома, хорошо?
- Нет, бабуль, у меня
тоже были свои планы.
- Какие?
- Ба, что за допрос?
Могут быть у взрослого человека
свои планы?
- У взрослого человека - да,
а у беременной женщины - нет.
И вообще, девочки, я вас прошу:
пожалуйста, не лезьте на рожон,
не делайте глупостей. Вероника,
тебя это касается в первую очередь.
- Так точно, мой генерал.
(Звонит телефон.)
- Да, Николаша. Я готова.
Где и когда?
- Свидание?
- Я тоже пойду.
Будем на связи, ладно? - Угу.
- Ксю, а ты встречаешься с Мишей?
- Нет.
- С Максимом? Пожалуйста, Ксюш,
только не это.
- Нет, не с Максимом. С нашим отцом.
- С отцом? Зачем?
- Будем делать
реабилитационные упражнения.
Мама занималась с ним до ареста,
и были очень хорошие результаты.
- Зачем тебе это нужно?
- Потому что это наш отец, Ника.
- Ксюш, это не наш отец.
26 лет ему было на нас плевать,
и только сейчас,
когда он стал инвалидом,
он вдруг вспомнил,
что у него есть дочери.
- Меня туда никто не звал,
я сама туда иду.
- Не понимаю, зачем тебе это нужно.
- Я тебе объясню: это наш отец.
- Ох, здравствуй, Лизонька,
здравствуй, родная.
Ну, как ты?
- Я в порядке, Николаша.
Мотор работает, мозги еще пока
тоже не отказывают.
- Может, пройдемся?
- Давай лучше посидим?
Ты все марафоны бегаешь?
- Бегаю потихоньку.
А что у Киры?
- Плохо у Киры. У Киры все плохо.
Одному подонку
очень нужно ее посадить.
Но на любую силу всегда найдется
другая сила, правда ведь?
- Что ты имеешь в виду?
- Мне нужно найти кого-то,
чтобы он решил все проблемы.
Столько ему заплатить,
чтобы горы свернул.
- Дать взятку?
- Почему бы и нет?
Поэтому я тебя и позвала.
- Да ты шутишь, Лизонька?
Моя профессорская пенсия
не то что для взятки,
для приличного презента не годится.
- При чем здесь твоя пенсия, Николаша?
Я хочу попросить тебя о другом:
помоги мне продать Ван Гога -
только без шумихи и огласки.
- Ван Гога - и без шумихи и огласки?
- А ты подумай.
Наверняка у тебя найдется кто-то,
кому эта огласка не нужна.
Подумай. Не торопись с ответом.
- Борис Борисович, что теперь?
Вы нас не бросите?
- Не брошу, если из больницы
не попросят
и удастся продлить стажировку.
- А у Дениса есть шанс?
Только честно.
- Пойдемте.
Есть, конечно, есть.
Ваш сын молодой физически крепкий мужчина.
Сейчас самое главное -
заставить работать уцелевшие клетки
его головного мозга и начать формировать
новые нейронные связи.
Дело это, прямо вам скажу,
непростое, кропотливое.
Уход потребует много сил и терпения.
- Я готова. Что нужно делать?
- Каждые два часа его нужно перекладывать,
чтобы не было пролежней.
С той же периодичностью
санировать рот и носоглотку,
чтобы не было инфекции.
Также потребуется
пассивная гимнастика,
чтобы не закостенели мышцы.
Чтобы не было обезвоживания,
каждый час нужно вводить
жидкость в организм.
- И это все делают родственники?
- По протоколу - медперсонал.
Но в интенсивной терапии,
куда сейчас переведут Дениса,
одна медсестра на четверых больных.
И самое главное, уход - это не все,
что понадобится Денису.
- Что еще? Я готова на все, доктор.
- Нужна обширная
медикаментозная терапия,
индивидуальный подбор лекарств, массаж,
рефлексотерапия, специальные
нагрузки, мануальная терапия.
- Хотите сказать, что все это?..
- Ну, что-то обязана делать больница.
Моя методика не требует
особых вложений,
а вот реабилитационные
мероприятия недешевые,
поэтому в обычных больницах
их не практикуют.
Знаете, было бы очень хорошо перевести Дениса
в специальный реабилитационный центр.
Я как раз сейчас
с одним из таких сотрудничаю,
но это частная клиника
и, как вы понимаете, небесплатная.
- Здесь можно уже не опрашивать.
- Почему?
- Вид на дорогу деревья заслоняют,
никакого обзора.
- Все-таки давай дойдем до конца, пожалуйста.
- Вы к кому?
- Здравствуйте.
Мы собираем сведения
о наезде на пешехода,
произошедшем рядом с вашим домом.
- А, я в курсе,
соседка мне рассказывала,
что парня сбили.
- Да. - Но я только неделю назад
из Испании прилетела,
полгода там проторчала.
- А вы в квартире одна живете?
- Одна. Еще вопросы есть?
- Спасибо, нет.
- Что, отвезти тебя домой или, может,
выпьем где-нибудь чашечку кофе?
- Обязательно выпьем. Давай только
еще в один дом заглянем.
(Звонит телефон.)
- Здравствуй, Семен Григорьевич.
- А ты почему так долго
трубку не берешь?
- Музыка громко играла. Я слушаю вас.
- Победу празднуешь?
- Ну, типа того.
- Слушай, а тебя в школе учили проверять
сделанную работу?
- В каком смысле?
- А в прямом.
Мне только что доложили,
что клиент в полном порядке.
- Этого не может быть.
Я видел, что он...
- Плохо, значит, видел.
Теперь слушай меня внимательно:
с этой минуты я прекращаю
подчищать за тобой все хвосты.
Ты меня понял? И в дальнейшем
все свои проблемы решай сам.
- Понял.
- Поймите меня правильно,
Тамара Викторовна:
вам самой шумиха не нужна.
Вас одолеют журналисты,
начнут разбираться,
за что Дениса хотели убрать.
И вдруг выяснится, что он был
замешан в чем-то противозаконном.
Начнут вытаскивать на свет
грязное белье,
полоскать ваше честное имя в прессе.
- Мой сын мог умереть.
- Мог, но наш персонал его спас.
Мало того, как говорят в народе,
не было бы счастья,
да несчастье помогло.
Ваш сын вышел из комы, и мы приложим
максимальные усилия для того,
чтобы провести все необходимые
мероприятия для его восстановления.
В частных клиниках
это стоит больших денег,
мы же выделим средства
из нашего бюджета.
Женский голос: - Кто там? Кто там?
- Извините, пожалуйста,
мы из адвокатской конторы,
собираем информацию о наезде,
произошедшем месяц назад
рядом с вашим домом.
- Здравствуйте.
- Здрасте. Заходите.
Заходите, заходите.
Так, разуваться не надо,
я к уборке готовлюсь.
Проходите туда.
Ну проходите, проходите.
Присаживайтесь.
- Спасибо.
- Давайте. Слушайте, может, чаю?
- Нет-нет, спасибо большое.
- Ну ладно.
Вы защищаете женщину,
которая сбила мужчину?
- Да.
- Я все видела.
Я Наташу, внучку свою,
высматривала на балконе и все видела.
Понимаете, она ушла на дискотеку -
и пропала, к телефону не подходит.
Вот я и бегала каждую минуту
на балкон, чтобы посмотреть:
может, она под домом стоит
и с каким кавалером там болтает.
И вот очередной раз выбегаю
я на балкон, смотрю вниз и вижу:
по дороге едет машина,
а сбоку стоят двое мужчин.
И вдруг один толкает другого
прямо под колеса.
- Как они выглядели, не помните?
Особенно важно, как выглядел
этот второй, который толкнул.
- Нет, темно же было.
Да если бы их фарами не осветило,
я бы и этого-то не увидела.
Все же произошло
прямо в несколько секунд.
Знаете, два силуэта в свете фар -
и один толкает другого.
Как картинка
прямо перед глазами стоит.
- То, что вы рассказали, -
это очень важно. Это меняет дело.
Вам нужно написать заявление.
- Ой, нет.
Нет, это уж, пожалуйста, извините,
но я писать ничего не буду.
- Почему? - Потому что я еще
не такая старая, чтобы помирать.
А этот мужчина, который толкал-то,
точно шутить не любит.
- А зачем же вы тогда
все это нам рассказали?
- Да просто не могу я больше
все это держать в себе.
Ну как камень на душе, понимаете?
Ну давит и давит, давит и давит.
- Так тем более нужно облегчить душу.
- Вы думаете, это поможет
этой женщине на суде?
- Конечно. - Ну я же преступника
опознать не смогу.
Темно же было, я же его не видела.
А вот он точно возьмет меня
на карандаш.
Так что простите, мои дорогие,
даже не уговаривайте.
Я же внучку одна ращу, а ей всего 16.
- Здравствуйте.
- Тамара Викторовна, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Расскажите, что случилось.
- Вы меня извините,
но мне нечего вам сказать.
- Как нечего? Я правильно понимаю,
что Дениса пытались убить?
- Нет-нет, что вы,
мне это все приснилось, показалось.
- Тамара Викторовна, вас запугали?
- Нет, что вы, зачем?
- Тамара Викторовна, на вас давят?
- Простите меня, ради бога,
но я больше ничего сказать не могу,
кроме того,
что мне все это привиделось.
Знаете, несколько ночей не сплю,
вот и лезет в голову всякое.
Простите, мне надо к сыну.
- Вот сволочи.
Это руководство больницы,
надо на них подать в суд.
Неужели они не понимают,
что все всплывет? Зачем скрывать?
- Бывало, что и не такое скрывали.
- Обед готов.
- Ты чего? Тебе плохо?
- Нет, голова немного болит.
- А ты давление мерил?
Ну давай померим. Где аппарат?
Он же есть?
- Он не работает.
- И как давно он не работает?
- Я не помню. Да сейчас пройдет.
- Объясни, почему так происходит?
Ты прекрасно знаешь, что тебе нужно
измерять давление каждый день.
- Зачем? - Пап, ты как маленький,
честное слово!
Чего ты смеешься?
- Ты меня впервые папой назвала.
- Так, я найду тебе таблетку
от головы.
Какие ты обычно пьешь?
- Да никакие.
Жду, когда само пройдет. Не волнуйся.
- Ну, у тебя тут, собственно,
ничего и нет.
Ты что-то изобрел?
- А, это?
Ерунда. Энцефалограф.
А вообще, у меня много изобретений.
- Ты их патентовал?
- Конечно.
Ну, столько времени прошло.
Два переезда, развод -
бумаги не сохранились,
да и информация тоже вряд ли.
С документацией
в 90-е такой бардак был.
- Мы все восстановим.
Ничто не пропадает бесследно.
Ну что, обедать?
Тогда мой руки, я тебя жду.
- И сколько нам там сидеть?
В трубке: - Пока не выгонят.
- Женя, я серьезно.
- Я не знаю, сколько продлится
этот процесс.
- Я не хочу ехать.
Я не хочу бросать тебя здесь одного.
Я за тебя боюсь. Ну поехали вместе?
- Послушай, мы уже все обсудили
и обо всем договорились.
- Не волнуйся,
все у меня будет хорошо.
Как там Нелька?
- Сидит мультики смотрит.
Неля, ты с папой хочешь поговорить?
- Привет, папа! Как ты?
- Я-то в порядке, а вот тебе
надо завязывать смотреть мультики.
У тебя от них глаза сломаются.
Ничего, будешь на природе
грибы собирать.
- Фу! Ты же знаешь, я грибы не люблю.
Наедимся каких-нибудь поганок -
я же их не отличаю.
- Вот как раз научишься.
Я люблю тебя, дочь.
И маму твою тоже.
Ты береги ее там, ладно?
- Мы тебя тоже очень любим.
Пожалуйста, береги себя.
(Звонит телефон.)
- Да?
- Леонид Михайлович?
- Слушаю.
- Здравствуйте. Виталий Пархоменко,
интернет-газета "Новости".
К нам поступила информация о ЧП,
произошедшем в вашем отделении.
- О каком еще ЧП? - С вашим
пациентом Денисом Ковалевым.
- Он вышел из комы и находится
в вегетативном состоянии.
О каком ЧП вы хотите говорить?
- А нам рассказали, что на жизнь Ковалева
было совершено покушение.
- Чушь. Кто вообще распространяет
эти слухи?
Найти бы мерзавца и посадить.
- Значит, в вашем отделении
ничего не случилось?
- Ничего - так и напишите.
- Лера, что ты так торопишься?
Ешь нормально.
- Мне нужно к Грановскому успеть.
Мы должны обсудить историю
с Ковалевым,
как действовать дальше
и как разговорить людей в больнице.
- Боюсь, это будет очень трудно.
Если даже мать Ковалева молчит...
- Неужели среди них нет
ни одного честного человека?
- Всем хочется жить -
и честным в том числе.
- Тогда я не знаю.
Надо идти прямиком к прокурору.
- Ждут нас там.
- А может быть, и ждут.
Когда Кира следила за Максимом,
она обращалась за помощью
к одному прокурору,
и он даже ей чем-то помог.
А он был не последним человеком
в прокуратуре.
- А фамилию его ты не помнишь?
- Сейчас попробую вспомнить.
Красивая такая фамилия, звучная,
на польскую похожа.
Стемпневский, Ковалевский...
А! Полевский.
- Странно. Раз у нее такие связи,
почему она ими не пользуется?
Вообще, ни разу от нее
этой фамилии не слышала.
- Чего не знаю, того не знаю.
- Вызывали?
- Входи, садись.
Что с операцией тянешь?
Ждешь, пока скорая заберет?
- Я лечусь.
- Плохо лечишься и плохо работаешь.
Почему у тебя Мальцева до сих пор
вину свою не признала?
- Там не все просто, Федор Андреевич.
Ну смотрите,
если у Мальцевой с Ковалевым
была длительная открытая связь,
как утверждают свидетели,
об этом должны знать многие.
А у нас что?
Ни мать Ковалева,
ни родственники Мальцевой,
ни знакомые, ни соседи, ни коллеги
ничего этого не подтверждают,
кроме двух случайных знакомых Ковалева.
- А Мальцева утверждает,
что ее подставил человек по фамилии Беляев.
- Слушай, ты мне это брось.
Мальцева ему утверждает!
Мальцева тебе много сказок
еще расскажет - на год вперед хватит.
Улики есть? Есть.
Свидетели есть? Есть.
Осталось только получить признание
от Мальцевой
и не изображать из себя Коломбо.
- Федор Андреевич, я...
- Что ты?
Что "ты", человек, замученный язвой?
Тебе дали в руки дело,
ну чего дергаться, я не понимаю?!
Или решил статистику
отделу попортить?
Или выпендриться перед пенсией?
Решил в героя поиграть?
Кишка тонка!
- Федор Андреевич,
у меня в деле Мальцевой
возникает множество вопросов,
и я буду копать его,
пока не найду ответы на них.
Простите. Я могу идти?
- Иди.
Алло, Савенко? Здравствуй, дорогой.
Тут у меня проблемка одна нарисовалась.
- Сегодня так давило в косточках,
так крутило - думала, что умру.
- Это подагра, точнее приступ подагрического артрита -
воспаление суставов.
- Подагра?
Я что-то слышала про это.
Отчего это?
- Причина появления подагры - повышенный
уровень мочевой кислоты
в крови, нарушение обменных процессов.
- Откуда эта кислота?
- Возраст, неправильное питание,
алкоголь, жареное, соленое, острое.
Я знаю, вы специи очень любите.
- Люблю.
Но все, что ты говоришь -
это наша армянская пища.
Куда же я без нее?
- Ну вот.
- А что же мне тогда есть?
- Овощей побольше, крупы,
рыбу запеченную
или на пару приготовленную,
жидкую и полужидкую пищу.
Диета очень важную роль играет
в лечении подагры.
- Так это ж лучше сразу отравиться,
чем так жить.
- Ага, за компанию с муженьком?
- А ты не боишься, что я и тебя
за собой потяну?
- А что с мужем вашим случилось?
- Я его отравила. Жалко, не совсем.
Но инвалидом стал.
- Ревнивая ты, Анаида, хоть и старая.
- Это не ревность.
Я предательства ему не простила -
на две семьи пять лет жил.
А вот ты подружку за что ножичком?
Это не ревность?
- Это водка.
Я как выпью - крыша едет.
Я даже лечилась.
Три года как стеклышко.
Даже в ателье устроилась:
бабам платья моднячие шила.
А потом дружок мой, Ленька,
откинулся с зоны, и пошло-поехало.
- А Надежда за что здесь оказалась?
- За кражу в особо крупных.
В магазине работала - кассу сняла,
а обставила все под грабеж.
- Надя хорошая женщина.
Она хотела откупиться от невестки,
чтобы та внука не увозила,
ей оставила.
А невестка хоть и зараза,
но все ж таки мать.
(Звук открывающейся двери.)
- Мальцева, на допрос!
- Ну что же, Евгений Маркович,
я новый следователь
по делу Мальцевой Киры Владимировны.
Вместо Толмачева.
- А Иван Николаевич?
- Отстранен по состоянию здоровья.
- Понятно.
- Как самочувствие, Евгений Маркович?
- Прекрасно.
- О! Здравствуйте, Кира Владимировна.
Проходите, присаживайтесь.
Меня зовут Анатолий Анатольевич Савенко.
Я ваш новый следователь.
Ну что ж, начнем допрос.
Время начала допроса:
12 часов 40 минут.
(Стук в дверь.)
- Борис Сергеевич, к вам девушка.
Говорит, по делу Киры Мальцевой.
Я объяснила, что вы заняты...
- Пусть зайдет.
- Проходите.
- Здравствуйте.
Меня зовут Валерия Мальцева,
я дочь Киры Владимировны Мальцевой.
Я знаю, что вы знакомы - она
как-то к вам обращалась за помощью.
- Очень приятно. Присаживайтесь.
- Спасибо.
Все, что сейчас происходит с мамой - это
хорошо спланированный спектакль,
цель которого - заставить ее замолчать.
Вы, наверное, знаете,
что она пыталась вывести на чистую воду
одного подлеца?
- Да, она очень волновалась за вас.
- Она предупреждала меня много раз,
но я ей не верила,
мне за это очень стыдно.
Ей многое пришлось пережить.
Но сейчас ее могут посадить
за преступление,
которого она не совершала.
Улики подтасованы.
А те, что могли бы доказать
ее невиновность, уничтожены.
- Например?
- Запись камеры наблюдения
из соседнего магазина,
изъятая следствием,
оказалась с браком.
И брак пришелся именно на тот момент,
когда Беляев толкает Ковалева
под колеса маминого автомобиля.
У нас есть свидетель,
который видел это все своими глазами,
но она не хочет давать показания.
Ее можно понять - она боится.
- Хорошо, а что вы скажете
по поводу маминых вещей,
которые нашли в квартире Ковалева?
- Их подбросили - это же очевидно.
Когда наш адвокат вышел
на правильный след,
его жестоко избили.
- Всемогущий Максим Беляев?
- Возможно, не только он один.
- Ты извини, что я вытащил тебя
из дому,
но такие разговоры по телефону...
- Что ты, Николаша!
Я всегда рада тебя видеть.
Потом, променад на свежем воздухе.
- Ну насчет радости я имею
некие сомнения.
Короче говоря, нашел я одного покупателя, но...
- Что "но"? Не томи.
- Он живет в Германии.
- Немец?
- Нет, наш.
Эмигрировал лет 20 назад.
Собрал неплохую коллекцию
постимпрессионистов.
Он заинтересовался твоим Ван Гогом.
- В чем же проблема?
- Он хочет купить картину,
но только в Германии.
А перед этим сделать там же экспертизу.
- Значит, мне нужно найти человека,
который согласился бы
вывезти моего Ван Гога?
- Теоретически так.
А практически - не советую.
- Почему?
- Это контрабанда, Лиза.
За это дают пять лет, с конфискацией.
- Ну что же мне делать, Николаша?
Мне надо спасать Киру.
Последние сбережения закончились.
Нам скоро уже
нечем будет платить адвокату.
Все украшения мои, которые хоть
сколько-то стоили, уже в ломбарде.
А надо же как-то жить,
девочек кормить.
- Лизонька, я прекрасно понимаю,
и, конечно, помог бы,
но, понимаешь, все свои деньги
я отдал сыну -
он строительный бизнес открыл.
Нужен был стартовый капитал.
Ну вот ничего не могу!
Разве что квартиру продать.
- Да ну что ты, Николаша!
Я же все понимаю.
- А что, если Романа попросить?
- Нет, не могу, у меня язык
не поворачивается.
Он уже столько денег
потратил на Киру. И пока все зря.
- Здорово, Валер.
Погоди, погоди, помощь твоя нужна.
Хочу посмотреть
запись камер видеонаблюдения
по одному делу. Поможешь?
- Да.
Все в порядке. Лед тронулся.
Да. Я сейчас у клиники,
где работает Мальцева.
Конечно, конечно, работала.
Вы не волнуйтесь:
она у меня не просто сядет,
она еще убийство Троцкого на себя возьмет
и покажет, где спрятала ледоруб.
Все, на связи.
- Валер, я ведь тебя давно
и хорошо знаю.
Ответь мне, только честно:
перед тем, как на оригинале
появился брак, была сделана копия?
- Дашка, он такой классный,
ты вообще не представляешь.
Он выслушал, не перебивая,
пообещал помочь - это вообще.
- Ну здорово, я рада.
А ты сейчас где?
- В институте, сегодня же
две пары - эту отбываловку у Кардамонова
пропускать нельзя. Как твоя ангина?
- На месте.
Не хочешь заехать ко мне,
я уже незаразная.
Алло, Лера, ты меня слышишь?
- Слышу.
- Любуетесь, Мальцева?
- Мы давали ей эту характеристику
по просьбе адвоката.
- Очень хорошо.
А теперь мне бы хотелось получить
объективную, правдивую характеристику.
Вы меня понимаете?
- А что, уже назначена дата суда?
- Пока нет. Но этот вопрос
решится быстро.
То, что Мальцева
специалист высокого уровня,
никак не характеризует ее личность.
Мне важно знать,
насколько она порядочный человек.
Были ли на нее жалобы?
Возможно, она брала взятки
или грубо обращалась с коллегами.
Как себя вела с пациентами?
Может, приторговывала лекарствами?
Врачи-то разные бывают.
- Такое ощущение, что вы знаете больше меня,
господин следователь.
- Неужели угадал? Взятки?
- И это тоже.
Хамство, нечистоплотность
в отношении с коллегами.
Мы хотели уволить Мальцеву по статье,
но не успели.
- Ну видите, как все хорошо.
Оформите все документально.
И не жалейте эпитетов:
в суде они очень пригодятся.
- Ну здравствуй, Кира.
- Боря. Здравствуй.
- В камере проблем нет?
Ко мне Лера приходила.
Это моя дочь?
Да или нет?!
Кира, я ведь все понимаю.
Ты меня не любила,
просто завела роман назло Сашке.
Это понятно.
Но почему ты мне
не сообщила о ребенке?
Это ведь мой ребенок -
я имею право знать.
- Я просто не хотела...
- Чего не хотела?
- Я просто не хотела
портить тебе жизнь.
- Ладно, речь не об этом.
Я изучаю твое дело -
очень много непонятного,
но я сделаю все, что я могу.
- Как ты узнал про Леру?
- Не знаю. Почувствовал.
- Ты ведь ничего ей не сказал, да?
- Нет.
А ты против?
- Боря, я не против.
Просто я не хочу, чтобы это произошло так,
вынужденно, понимаешь?
Я вас познакомлю обязательно,
когда весь этот кошмар закончится.
- О, Рома, здравствуй.
- Здравствуйте, Елизавета Андреевна.
- По делам или в гости?
- Я приехал с вами ругаться.
- Ругаться? Зачем?
- Разве мы с вами не родные люди?
- Рома, не говори загадками,
у меня больное сердце.
- Хорошо. Почему тогда
я от посторонних людей узнаю,
что у вас проблемы с деньгами?
А вы мне говорите,
что у вас все хорошо, "не волнуйся"?
- А как ты узнал? А...
Николай Гаврилович позвонил.
Вот старый интриган!
(Звонит телефон.)
- Слушаю, Константин Андреевич.
В трубке:
- Боря, ты совсем охренел?!
Ты что все время лезешь в это дело?
Тебе что, мало своей работы?
Так я тебе подброшу!
- Константин Андреевич,
Мальцева - мой давнишний друг.
- Настолько друг, что ты готов
с должностью попрощаться?
Ты знаешь, как сделал карьеру
новый прокурор нашей области?
Провел несколько показательных судов
над серьезными людьми
за наезды на пешеходов.
Народ его потом на руках
за это носил, как знамя.
Так вот, он лично взял
под свой контроль дело Мальцевой.
- Сейчас это уже не наезд -
дело квалифицируется
как покушение на убийство,
а я уверен в ее невиновности
и докажу это.
Иначе ей грозит большой,
а главное, несправедливый срок.
- Не рой себе яму, Боря!
Не переходи ему дорогу.
Он же тебя в черный список внесет -
как пить дать!
Потом погоны полетят -
безработным станешь,
а я тебя на свое место планирую:
в октябре мне в отставку выходить.
Короче, ты меня понял, Борис:
сворачивай свою гуманитарную миссию!
(Короткие гудки.)
(Звучит классическая музыка.)
(Звонит телефон.)
- Алло.
В трубке: - Доброе утро.
- Доброе.
- Вероника Мальцева?
Я правильно набрала номер?
- Да.
- Меня зовут Ирина,
я ассистент Альберто Романо.
Вам известно это имя?
- Да.
- Альберто проводит кастинг
для фильма "Моя Клеопатра"
и приглашает вас на пробы.
Елизавета Андреевна: - Еще чаю, кофе?
- Нет, спасибо,
и так живот уже полон.
- А Вероника проснулась?
Никуша, а где "Доброе утро"?
- Доброе утро.
- Что с тобой?
- Меня пригласили на пробы
к Альберто Романо,
это известный итальянский режиссер.
- Ну так это же здорово?
Что ты им сказала?
- Я отключила мобильный.
- Ты шутишь?
- Нет.
Я не знаю, я просто боюсь...
Я просто боюсь,
что у меня ничего не получится.
- У тебя все получится, вот увидишь.
Вместе мы сила, правда, Ксюша?
- Конечно.
- Я с вами.
- Мамы очень не хватает.
- Да.
Но ничего,
она скоро будет здесь, с нами.
(Звонит телефон.)
- Слушаю.
Дело мамы передали в суд.
Ее будут судить
за покушение на убийство.
- Волнуешься?
(Кира тяжело вздыхает.)
Не волнуйся, Бог все видит.
Ты хороший человек.
- Спасибо.
- Да им там все равно,
какой ты человек.
Волки они все -
лишь бы за решетку засадить.
- А ты чего так рано проснулась?
Полночи рот не закрывался.
- Может, я тоже за нее думаю.
Ведь ни за что в тюряге сгниет.
- Типун на твой язык, Шиша.
Лучше бы какие-то хорошие слова
человеку перед судом сказала.
- Море.
- Что "море"?
- Слово хорошее.
На море тепло, вода прозрачная,
камушки на дне
и рыбки, такие маленькие-маленькие.
- А где Саркисов? Он уже
10 минут как у меня должен быть.
- А Саркисова Константин Андреевич
отправили в суд с документами.
- И что за процесс?
- Дело Мальцевой.
- Так... А почему
я об этом узнаю постфактум?
(Звонит телефон.)
Слушаю, Константин Андреевич.
- Слушай, Боря,
хочу тебе одно дело передать:
Лавров не справляется, тянет резину.
Еще и спорит, прямо нарываясь.
Уволю его на хрен. Короче,
там надо все по-быстрому сделать.
Материалы тебе принесут.
Вопросы есть?
- Есть. Почему дело Мальцевой в суде?
Ведь там со следствием
еще не все понятно.
- Ты опять за свое?
Мы, кажется, обо всем договорились.
Или ты тоже нарываешься?
- Константин Андреевич,
не надо меня пугать.
Я не ручная собачка.
- А какая - волкодав, что ли?
Боря, у меня и так
с утра одни проблемы,
еще и ты достал со своей Мальцевой.
Еще раз вякнешь -
пойдешь вместе с Лавровым, понял?
Все, конец связи.
(Короткие гудки.)
- Лера, это я.
У меня есть доказательства
невиновности Киры.
- Борис Викторович
передаст флешку Андрею,
а Андрей постарается
очень быстро вам ее привезти.
Он же мотогонщик - надеюсь, успеет.
- Это замечательно, Лера.
- А Старцева точно будет?
- Да, она уже здесь.
- Слава богу. Я правда не понимаю,
как вам удалось ее уговорить:
мы с Андреем сколько пытались -
она ни в какую.
- Я знаю пароль.
- Евгений Маркович,
спасибо вам большое.
- Лера, вам необходимо
взять себя в руки -
и вашим сестрам,
и Елизавете Андреевне.
Вы должны излучать спокойствие
и уверенность. Ну, ради мамы.
Ей сейчас нужны другие глаза,
другой взгляд - понимаете, о чем я?
Все будет хорошо.
- Борис Сергеевич, а вы уже домой?
Вам от Константина Андреевича
прислали документы - сказали, срочно.
- Подождет до завтра.
- Таким образом,
на основании изложенного
подсудимая Мальцева Кира Владимировна
обвиняется в совершении преступления,
предусмотренного
частью третьей статьи 30-й
и частью первой статьи 105-й УК РФ
"Покушение на убийство"
и частью первой статьи 111-й УК РФ
"Умышленное причинение
тяжкого вреда здоровью,
опасного для жизни человека".


Серия 16

- Борис Сергеевич?
- Андрей? Здравствуй.
Передай Евгению Марковичу -
он разберется, что с этим делать.
- Здесь запись? Настоящая?
Спасибо большое. А у вас из-за этого
не будет неприятностей?
- Переживу.
- Хорошо.
Я поеду.
- Андрей!
Ты с Лерой встречаешься?
- Ну да.
- Береги ее.
- Мы с Денисом дружили
еще со спортивной школы.
А потом он стал работать каскадером,
позвал меня.
Это был фильм "Забег в вечность",
про спортсменов.
Нужно было прыгать из горящего дома.
Там я и увидел подсудимую.
Денис сказал, что это его женщина,
что у нее в кино снимается дочь.
Я видел, как в перерывах
подсудимая поила Дениса кофе
и они целовались в вагончике.
Я случайно зашел и увидел.
- Бред! Он врет!
Мама была на площадке ровно 5 минут,
она ни с кем не целовалась.
(Слышен стук судейского молотка.)
- Тишина в зале!
- Не кипятись: только хуже сделаешь.
- Но он же врет.
- Конечно врет, но кричать нельзя.
- Уважаемый суд,
разрешите задать вопрос свидетелю.
- Задавайте.
- Скажите, пожалуйста,
а сколько человек было в тот день
на съемочной площадке?
Ну хотя бы приблизительно.
- Не помню. Много.
Человек тридцать, ведь это же кино.
- Тридцать?
Уважаемый суд,
вам не кажется странным,
что никто из этих 30-ти человек,
кроме свидетеля Семенова,
не видел мою подзащитную
в обществе Дениса Ковалева?
- Свидетель не обязан знать,
видел ли кто еще подсудимую
в компании жертвы.
- Это был риторический вопрос.
- У вас есть еще вопросы?
- Конечно.
Скажите, пожалуйста,
вы принимали участие
в съемках фильма "Звездный круиз"?
- Да, принимал.
- Не помните, какой трюк
выполнял Денис Ковалев в этом фильме?
- А, ну...
Он бросался под колеса машины.
- Ага, то есть
он был дублером актера,
которого по сюжету сбивает
автомобиль - я правильно понимаю?
- Ну да, правильно.
- Не припомните, сколько было дублей?
- Протестую! Вопрос некорректен
и отношения к делу не имеет.
- Протест принят.
- Я познакомился с Денисом
в спортклубе.
Мы тренировались
в одно и то же время
и после тренировки вместе выходили.
Вот там подсудимая его и встречала.
- Уважаемый суд,
у меня вопрос к свидетелю.
- Задавайте.
- Скажите, а где находится спортклуб,
в котором вы занимались,
и в котором часу
обычно проходили ваши тренировки?
- Спортклуб - на улице Громова,
а занимались мы вечером
с шести до семи.
- Уважаемый суд, чтобы оказаться
на улице Громова в 19:00,
моя подзащитная должна была
выйти с работы как минимум в 17:30 -
это другой конец города,
время пробочное.
А как утверждают коллеги
Мальцевой Киры Владимировны,
она последний год
работала сверхурочно.
- Разрешите представить суду
характеристику,
данную подсудимой с места работы.
- Зачитайте, пожалуйста.
- "Кира Владимировна Мальцева
не раз нарушала трудовую дисциплину,
халатно относилась
к прямым обязанностям.
На нее неоднократно
поступали жалобы от пациентов
за грубость и несдержанность.
Кира Владимировна
не раз была замечена в вымогании взяток".
Заявление одной
из жертв вымогательства прилагается.
- Это было как раз под моими окнами,
ну если только чуть-чуть левее.
Я увидела,
что там стояло двое мужчин.
Сначала они стояли рядом,
только один стоял поближе к дороге,
а второй - подальше.
Потом появилась машина,
и этот второй с силой толкнул
первого мужчину на дорогу.
- У меня вопрос к свидетельнице.
- Прошу вас.
- А какое у вас зрение?
- В смысле?
- Плюс, минус?
- Минус. Минус три.
- А сколько пальцев
я вам сейчас показываю?
- Три.
- А сейчас?
- Два... или один.
- Нужны ли комментарии,
Ваша честь?
И это, заметьте, при том,
что мои пальцы неподвижны
и, так сказать,
не толкают друг друга.
- Да, но я была в очках.
Я вообще все время хожу с очками,
я с ними не расстаюсь.
Я сегодня просто опаздывала, понимаете?
И потому что, такси приехало раньше,
и водитель стал мне названивать,
вот я и позабыла очки в прихожей.
А в тот вечер
я совершенно точно была в очках,
потому что ждала свою внучку
и все время выглядывала с балкона.
Она должны была
вот-вот вернуться с дискотеки.
Они туда с одноклассником пошли.
- Но было темно, правда?
И участок улицы, на котором
произошел наезд, был плохо освещен -
не так ли?
- Так.
Но ведь фары...
- Вы не увидели трех пальцев
с расстояния двух метров, днем,
и хотите уверить суд,
что разглядели ночью, в темноте,
с высоты второго этажа
двух мужчин?
- Но ведь я была в очках.
- У прокурора еще есть вопросы?
- Нет. По-моему, и так все очевидно.
- Таким образом, уважаемый суд,
я прошу заметить,
что подсудимая посягнула на жизнь
ни в чем не повинного человека
не в состоянии аффекта,
а цинично и хладнокровно
продумав план мести.
Она ехала убивать.
Только чудом Ковалеву
удалось спастись.
Конечно если это можно
назвать спасением,
ведь Денис Ковалев обречен
на мучения и медленную смерть.
Уважаемый суд, я прошу признать
Мальцеву Киру Владимировну виновной
и приговорить
к восьми годам лишения свободы
с отбыванием наказания
в колонии общего режима.
- Живой?
- Ой, что случилось?
- Скорую помощь вызвать?
- Спасибо, не надо.
- Да как не надо?
Ты же ранен, наверное.
- Все нормально.
- Точно от скорой помощи откажешься?
Давай вызовем.
Шлем забыл... Куда он пошел-то?
Ничего не понимаю.
- Довезете? Тут недалеко.
- Уважаемый суд,
то, что сегодня происходит здесь, -
это старательно разыгранная пьеса,
в финале которой должен быть
вынесен приговор невиновному человеку.
Кира Владимировна Мальцева
пыталась самостоятельно расследовать
преступную деятельность человека,
который сегодня находится здесь,
в зале суда.
Это Беляев Максим Владиславович.
У моей подзащитной был личный мотив:
она пыталась защитить родную дочь
от посягательств этого мужчины.
Но она и представить себе не могла,
что своими действиями
затронет интересы
целой преступной организации,
которая занимается торговлей людьми
и сбытом наркотических средств.
Как только стало ясно, что
Кира Мальцева вышла на верный след,
господин Беляев
получил приказ избавиться от нее.
В сговоре с пострадавшим Ковалевым
он хотел инсценировать наезд,
чтобы выиграть время,
но моя подзащитная не увидела
знак перехода и не сбросила скорость.
Денис Ковалев
отказался выполнить свой трюк,
и тогда Беляев толкнул его
под колеса автомобиля.
- Что за бред?
Сколько же это можно терпеть?
Ваша честь, я прошу прощения,
но коль уж здесь так бездоказательно
втаптывается в грязь мое имя,
позвольте я объясню
всю подноготную дела.
- Позволяю.
Представьтесь, пожалуйста.
- Беляев Максим Владиславович.
Ваша честь, мне крайне неудобно
вытаскивать на поверхность
все это грязное белье,
но Кира Мальцева ревновала меня
после нашего расставания,
и она начала мне мстить.
Как выясняется,
месть брошенной женщины,
к сожалению,
не имеет моральных границ.
Ну чего говорить? Она даже пыталась
отравить собственную мать,
чтобы потом в этом обвинить меня.
Факт отравления
зафиксирован документально.
- Подлец.
- Значит, если говорить
о сути этого дела.
Я не знаком с потерпевшим, хотя,
конечно, всем сердцем сочувствую ему.
Я думаю, что Мальцева
способна на такое преступление.
Ну а попытка ее адвоката
переложить вину на меня
тоже о многом говорит.
Ну, это просто смешно.
А если говорить серьезно,
то это преступно.
(Стук двери.)
- Ваша честь, прошу слова.
Я хочу заявить новое доказательство
и прошу суд посмотреть запись
с камеры наблюдения,
на которой зафиксирован наезд.
- Суд видел эту запись:
на ней многочисленные повреждения...
- Ваша честь, я располагаю копией,
сделанной до того,
как заинтересованными лицами
были сделаны эти повреждения.
- Ну что же, давайте посмотрим.
- Прошу передать суду запись.
- А вы присядьте, пожалуйста.
- Спасибо.
(Звучит напряженная музыка.)
- Ах!
- Ну вот! А я вам что говорила.
А он мне будет
рассказывать про зрение.
- Ваша честь, я не имею
никакого отношения к человеку,
толкнувшему под колеса автомобиля
потерпевшего Ковалева.
- Уважаемый суд, я прошу изменить
меру пресечения моей подзащитной
с заключения под стражу
на домашний арест.
- Я прошу слова.
Запись, предоставленная суду
в обход процессуальных правил,
вполне может быть сфальсифицирована,
и я прошу суд не принимать решения
по освобождению подсудимой
до легализации данной записи.
- С учетом возникших обстоятельств,
заседание суда переносится
до получения результатов экспертизы
предоставленной суду записи.
- Мамуля, все будет хорошо.
Ну что вы такие перепуганные?
Только не нервничай.
Все будет хорошо.
Ну, уже все хорошо. Правда?
- Да.
- Господи, как же я вас люблю.
- Я сейчас.
Тамара Викторовна.
Я искренне желаю вашему сыну
скорейшего выздоровления.
И не потому,
что он знает правду о той аварии.
Я хотела извиниться за то,
что врала вам.
Просто я должна была сделать
хоть что-то,
чтобы попытаться спасти маму.
Держитесь.
- Ну...
Спасибо тебе, что ты это сделал.
- Да не за что.
- Может, зайдешь?
Ты, наверное, голодный?
- Не могу. Мотоцикл надо отогнать,
с полицией разобраться.
Слушай, Лер, меня тут на соревнования
приглашают международные, на Кипре.
Думаю, откажусь.
- Ты с ума сошел?
- Не хочу тебя в такое время оставлять.
- Спасибо тебе.
Ты за меня не переживай.
У меня такая семья, что хоть на Кипр,
хоть на Марс.
Мы за тебя болеть будем.
По телику-то покажут?
- Должна быть прямая трансляция
по спортивному каналу.
- Отлично. Будем болеть.
Ты нам там привет передавай.
Ну, ладно, я пойду.
(Стук в дверь.)
- Да?
- Можно?
- Заходи.
- Ух ты. У тебя сменился стиль?
Слушай, ну ты молодец. Мне нравится.
- Спасибо.
- Что планируешь с ними делать?
- Продавать. Нам нужны деньги.
Бабушка, конечно,
предложила пристроить картины
у своих знакомых в галерее,
но я отказалась.
Потому что я хочу
продавать свои работы сама.
И еще я решила, что сегодня
я выставлю их на вернисаже,
а с местом мне поможет
моя сокурсница.
- Подожди, ты сама - продавать?
А тебе не страшно?
- Страшно.
Именно поэтому я это и делаю.
Я просто хочу увидеть глаза и
эмоции совершенно незнакомых мне людей.
Ну, как они на это реагируют,
нравится им это или нет. Понимаешь?
- Понимаю.
Слушай, Ксю, а что, если
я немного тебя отвлеку?
Все.
Ну как? Нравится?
- Очень.
- Бабуль, оцени.
- Ксю, тебе очень идет.
- Ты красавица.
- А это все не слишком?
- Нет.
- Так.
"Суд над врачом элитной клиники".
"Суд над Мальцевой,
сбившей Дениса Ковалева,
перенесен по причине внезапно
открывшихся обстоятельств.
Подозреваемая отрицает связь
с Ковалевым,
хотя при обыске в его квартире
были обнаружены ее вещи.
Общественность требует
наказать преступницу
по всей строгости закона".
Угу.
- Давай тогда вот здесь выставляйся.
Я тебе место заняла.
- Спасибо.
- Есть интересный заказ:
роспись стен, потолков, лепнины
в загородном коттедже -
в общем, работа на полгода.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Это ваши работы?
- Да, мои.
- М-м!
Необычно.
Очень свежо.
- Спасибо.
- Как вас зовут?
- Ксения.
Мальцева Ксения.
- Мальцева?
Знаете, я ни разу не слышал
вашего имени.
Я у вас куплю вот эту работу.
- Правда?
- Сколько?
- Пять. - Пять?
Меня зовут Валерий Геннадьевич.
Знаете, я хотел бы увидеть
все ваши картины.
Вы мне позвоните,
когда будете готовы их показать.
У меня есть серьезные люди,
которым она придется по вкусу.
- Обязательно. Спасибо.
Пожалуйста.
- Очень свежо.
Только обязательно позвоните.
- Обязательно.
- До свидания. - До свидания.
- Ты знаешь, кто это был?
- Нет.
- Это же Майоров,
знаменитый галерист, ты что!
- Ты серьезно?
- Серьезно.
Мне уже автограф надо у тебя брать,
а то скоро я в очереди буду стоять.
- Прекрати.
- Правда. Ну ты тундра, Ксюша.
- Ну...
- Простите, Грановский Евгений Маркович
где-то здесь принимает.
- Грановский? Вот эта дверь.
- Спасибо.
Грановский Евгений Маркович.
(Стук в дверь.)
- Да-да?
- Здравствуйте. Можно?
- Проходите. Вы ко мне?
- Если вы Грановский, то да.
- Грановский. Чем могу служить?
- Я к вам по делу
Мальцевой Киры Владимировны.
Мне сказали, что вы ее адвокат.
- Верно.
- Так вот, у меня для вас
есть очень важная информация.
- Я вас слушаю.
- Так, приготовились.
Курочкина Ирина,
проба на роль Клеопатры. Дубль 1.
- Может, пойдем?
- Ну уж нет.
Пришли - теперь только вперед.
- Посмотри, сколько здесь их.
Я не понимаю, зачем вызывать всех
на одно и то же время.
- Затем, что пробы короткие.
Мастеру достаточно одного взгляда,
чтобы увидеть, Клеопатра это или нет.
Вас зовут?..
- Вероника Мальцева.
- Да. Очень хорошо.
- Ты видел?
У нее там человек двести, наверное.
- Да хоть триста.
Я тебя без проб отсюда не отпущу,
хоть плачь, хоть дерись.
- Ты не психотерапевт, Сережа,
ты коновал какой-то.
- Не переживай, все будет хорошо. Идем.
- В 1504 году Рафаэль переезжает
во Флоренцию и знакомится там
с такими именитыми мастерами,
как Микеланджело и Леонардо да Винчи.
Он очень тщательно изучает
их технику.
Эстетика Рафаэля
и ренессансная классика проявляются
уже в его ранних работах.
Обратим внимание на одну
из его ранних работ 1504 года -
"Обручение Марии".
- Можно?
- Вы что-то хотели?
- Я восстановился
и могу снова посещать занятия.
- А у меня сегодня первый курс
и нет ваших лекций, Михаил.
- Ничего. Если вы не против,
я послушаю?
- Кхм. Продолжим.
"Обручение Марии" 1504 года.
- Борис Сергеевич, здравствуйте.
Я хотела вам сказать спасибо.
- Ну я же обещал помочь.
- Если бы не вы, маму осудили бы.
- А вот в институте, Валерия,
вам надо будет восстановиться.
Я поговорю с ректором.
- Откуда вы знаете?
- Работа у меня такая.
- На сегодня все.
В четверг продолжим разговор
о гениях Высокого Возрождения.
Всем большое спасибо, до свидания.
- Ксень, я все это время
много думал...
и понял, что хочу быть с тобой.
Знаешь, я пробовал писать портреты,
но все время получалась ты.
У меня дома сто твоих портретов.
Ксень, давай попробуем
начать все сначала.
Только прошу, не отказывай сразу.
Пожалуйста.
Я Гапоненко, свидетель.
- Был проведен сравнительный анализ
копии записи,
предоставленной адвокатом подсудимой,
с предыдущей записью аварии
и оригиналом,
с которым работало следствие.
В результате со стопроцентной
вероятностью можно утверждать,
что копия
полностью идентична оригиналу,
соответствует ему по хронометражу,
и признаков монтажа и
другого вмешательства не обнаружено.
- А отца не будет?
- Нет, не будет.
Он приболел.
Я съезжу к нему чуть позже.
- Выводы комиссии:
оригинал был испорчен умышленно,
перед этим с него была снята копия.
Второе: на основании данной записи
автотехническая экспертиза
сделала заключение,
что в подобной ситуации гражданка
Мальцева Кира Владимировна
просто не имела физической возможности
вовремя затормозить.
И последнее:
идентифицировать человека,
который толкает жертву под колеса,
невозможно.
У меня все, Ваша честь.
- Уважаемый суд, я прошу пригласить
незаявленного ранее свидетеля
Гапоненко Николая Николаевича.
Гапоненко: - Этот человек
был в форме работника "Горэнерго".
Он проник в квартиру Ковалевых
в 12:07,
через пять минут после того,
как Тамара Викторовна ушла.
А вышел тоже через пять минут,
в 12:12.
Я вызвал полицию,
но он успел скрыться.
А на следующий день там,
в квартире Ковалевых,
был обыск, который обнаружил
вещи подсудимой в комнате Дениса.
Я был там в качестве понятого.
- Уважаемый суд,
разрешите вопрос свидетелю.
- Прошу вас.
- Николай Николаевич,
а вы могли бы опознать
этого человека из "Горэнерго"?
- Сейчас?
- А он что, находится в зале суда?
- Да.
- А покажите нам его, пожалуйста.
- Мог бы.
Вон тот, брюнет в первом ряду.
- У меня заявление.
Данный свидетель
очень хорошо известен полиции.
Он состоит на психиатрическом учете.
- Я не сумасшедший.
Это мой зять, желая оттяпать квартиру,
вошел в сговор с психиатром.
- Гапоненко Николай Николаевич -
бывший работник угрозыска.
Ему до сих пор кажется,
что он по-прежнему
ведет расследование.
Он неоднократно вызывал полицию
по разным вопросам,
и каждый раз его вызовы
не имели под собой оснований.
Как мы можем доверять
такому свидетелю?
- Гапоненко Николай Николаевич
абсолютно здоров,
и он говорит чистую правду.
И мы сейчас с вами в этом убедимся,
когда выслушаем потерпевшего.
Я прошу пригласить его в зал суда.
- Пригласите потерпевшего.
Представьтесь, пожалуйста.
- Ковалев Денис Олегович.
- Если у всех налито,
я хотел бы сказать тост.
Я хочу выпить
за самую лучшую женщину на свете.
За самую красивую,
самую умную и самую необыкновенную.
Кира, тебе пришлось
через многое пройти, но ты выстояла.
Теперь это все позади.
Впереди только счастливое будущее.
За тебя.
- Спасибо.
Все: - Ура!
- За тебя, мама.
- Мамуля, ты плохо себя чувствуешь?
- Нет, все хорошо.
Дорогие мои, простите меня,
я попрошу у вас
несколько минут внимания.
Мне нужно прочесть вам
мое последнее завещание.
- Ба, опять?
- Мама!
- Бабуль, ну хватит.
- Я, Мальцева Елизавета Андреевна,
настоящим завещанием
делаю следующее распоряжение:
все мое имущество, какое ко дню
моей смерти будет мне принадлежать,
я завещаю
Мальцевой Кире Владимировне.
С момента принятия наследства
к ней переходят все правомочия,
предоставленные законом
собственнику имущества.
- Мама, мне кажется,
мы так рано об этом говорим.
- Нет, это никогда не бывает рано.
И еще одно.
Я хочу сделать признание.
Я должна открыть вам тайну,
которую хранила много-много лет.
Кира...
Твоя настоящая мать -
Лия Аркадьевна Гуревич,
первая жена твоего отца.
А я вторая. Так что отец тебе родной,
а я - нет.
- Мама, я не понимаю.
Ты что вообще такое говоришь?
- Кира, я говорю правду.
Я не хочу уйти на тот свет
с камнем на сердце.
Так вот, в 1973 году,
уже после развода,
Лия работала в ювелирном магазине.
Директор проворовался и все свои
грехи решил списать на нее.
Это было время громких процессов,
и ей грозил большой срок.
И чтобы тебя не забрали
в детский дом,
она решила отдать тебя Володе,
твоему отцу.
Ну то есть она попросила,
чтобы он взял тебя к себе,
то есть к нам, мы были уже женаты.
А потом...
- Бабуль, сердце?
- Нет, все хорошо.
Потом она освободилась
и написала мне письмо
с просьбой о встрече.
Но я испугалась, Кира,
что она тебя заберет.
Я сожгла письмо
и никому ничего не сказала.
Вскоре мы переехали сюда,
в дом моего отца,
то есть в этот наш дом.
Прошло какое-то время,
и я все-таки стала искать ее,
но безрезультатно. Она исчезла.
- Она так и не нашлась?
- Нашлась.
- Подождите, я ничего не понимаю.
Здесь написано:
"Дата смерти - 2005 год",
но я эту женщину знаю.
Она моя бывшая пациентка.
Нет, правда.
Я совсем недавно ее видела, мама.
- Бабуль, ты точно
ничего не перепутала?
Просто я помню,
как эта женщина помогла мне
выкупить кольцо из ломбарда.
- Бабуль, это она пригласила к тебе
профессора Козинцева.
- Значит, в больнице это был не сон?
Но как это возможно, когда могила...
- Аж мурашки.
- Боже, неужели она правда жива?
- Мама, ты только не волнуйся,
я тебя прошу.
Сейчас мы все узнаем.
Простите, пожалуйста, а можно вас?
Вы не подскажете,
в 2005 году работали здесь?
- Нет, я третий год здесь.
Но могила эта приметная.
Сюда часто пожилая дама в шляпе
приходит.
Часами сидит,
сама с собой разговаривает.
Про нее даже говорили,
что она привидение.
Но я узнал: обычная старуха, живет
в доме престарелых здесь недалеко.
- Смотрите, это же наша Вероника.
- Здравствуйте! Кого вы ищете?
- А вот ее.
- Лия Аркадьевна сейчас в парке.
- Пойдемте.
- Можно я сама?
Лия...
Здравствуй, Лия.
- Здравствуй, Лиза.
- Видела твою фотографию на кладбище,
хорошо выглядишь.
- Спасибо.
Старый друг помог
местечко организовать.
Я когда решила, что не буду
мешать Кире жить, испугалась -
вдруг она меня сама найдет.
А зачем ей мать с таким прошлым?
А потом...
потом мне так захотелось их увидеть!
И Киру, и внучек.
- Прости меня, Лия, за все.
- Я тебя уже простила.
Ты столько сделала,
чтобы поднять семью.
- Это не я. Это все твоя дочь.
Она у тебя замечательная.
Поедем к нам?
У тебя скоро правнук будет
или правнучка.
Пойдем, а?
(Звучит трогательная музыка.)
(Звучит музыка.)
(Звонит телефон.)
- Ой, простите.
Алло. Как, уже?
Нет, я рада. Почему?
А через сколько тебя ждать?
Через полтора часа.
Хорошо. Угу, пока.
- Кто это был?
- Рома.
Он уже билеты купил.
В среду в Штаты улетаем.
Что-то как-то все очень быстро.
- Вот дырявая голова -
таблетку забыла принять!
- А Вероника куда убежала?
- Она на съемках, ее срочно вызвали.
Ее утвердили на роль Клеопатры.
- Кира, ты плачешь?
- Нет, мамочка, все хорошо.
Ну правда все хорошо. Ну что ты?
Спускайся, я сейчас приду. Мама, ну?
- Угу?
- Да, Миша.
- Ксю, где пульт?
- Ну вот.
- Да другой нужен - от телевизора.
- Там посмотри.
- Нашла. Сейчас же Андрея
будут показывать.
Корреспондент: - Скажите, пожалуйста,
Андрей, что помогло прийти первым?
- Он победил. Бабуль, это Андрей!
Он победил, представляешь?
Ксю, смотри!
- Я знал, что на меня смотрит
одна очень хорошая девушка Лера,
а может быть, и вся ее большая семья.
- Мо-ло-дец! У-у! Он победил, бабуля!
Мо-ло-дец!
- Да Лерка тут орет.
(Звонок в дверь.)
У нее победил Андрей.
Лера: - Ура-а! Ура! Ура! Ура!
Ура!
(Звонок в дверь.)
- Я открою.
Саша?
Ты зачем приехал?
- Я узнал, что ты уезжаешь,
я решил, что должен сказать тебе...
Для меня это очень важно.
Пойми, я... мы...
В общем, я хочу сказать,
что я, конечно, не могу
предложить тебе золотые горы...
- Саша, не надо.
- Дослушай.
Но я должен сказать:
я... я люблю тебя, и всегда любил.
- Саша, ты зачем мне сейчас
это все говоришь?
Мне теперь что с этим делать?
Ты понимаешь,
что я дала слово другому человеку?
Я должна с ним уехать,
Саша, ты это понимаешь?
Я, конечно, люблю тебя...
Я всегда любила тебя.
И я буду любить тебя,
конечно, Саша, просто...
- Лера! Лера, ну что вы бегаете
как маленькие?
Я вас прошу, соберитесь уже,
сделаем общую фотографию.
Лера, ну позови всех!
- Сейчас.
- Давай-давай-давай!
Николай Гаврилович, можем?
- Кира, на минутку.
- Угу.
- Сегодня твоя мама
преподнесет вам с Александром
своего Ван Гога.
- О...
- Она просила провести экспертизу.
Это не Ван Гог.
Но картина имеет некую ценность,
я позже расскажу.
Только имей в виду,
я маме ничего не говорил.
- Ой, и не говорите ей, пожалуйста,
потому что она очень расстроится.
А я, если честно, всегда подозревала,
что это не подлинник.
Ну что, можем?
Так, а где бабушки, Лера?
- Сейчас.
- Давай бегом, бегом!
- Бабули!
- Идем. Так.
- Становитесь.
- Бабуль, давай вот сюда.
Вот так. Бабуль, вот сюда,
чтобы было видно.
- Так. Сюда... Вот так.
- Улыбаемся.
- Спасибо, что напомнила.
(Щелчок затвора.)
- Вот так.
Еще разок.
- А все мы?
(Щелчок затвора.)
- А где Вероника, и Сережа где?
Лера, ну я же тебя просила
всех позвать.
Мы так будем до утра завтрашнего дня
фотографироваться! Вероника!
- Ну как я?
- Прекрасно.
(Слышны шаги.)
- Идите фотографироваться,
вас все ждут.
- Уже идем.
Хором: - Ве-ро-ни-ка!
Кира: - Ну наконец-то, Сережа, Вероника,
мы тут уже все собрались.
Ника: - Мама, все, мы уже здесь.
Кира: - Ну давайте,
давайте уже становитесь.
Ха-ха! Ну вот, вся семья в сборе.

 

 

////////////////////////////