Можно мне тебя обнять? (2017 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Станислав Назиров

Аня Анисимова – золотая медалистка, которая из-за предвзятости экзаменатора не поступает в университет. Мать Ани, Лиза, предлагает дочери развеяться и поехать к бабушке в небольшой городок у моря. Там в этот момент прямо в зале суда освобождают местного красавца Геру. Желая помочь друзьям, он влипает в большие неприятности. Мать Ани, переживающая тяжелое расставание с женихом, без памяти влюбляется в Геру. Однако обстоятельства складываются так, что Гера все больше сближается с Аней, и между ними возникает настоящее глубокое чувство. Аня, Лиза и Гера не знают, кем приходятся друг другу. Никто из них не догадывается, что оказался в любовном треугольнике...

Все фразы и цитаты

- Все, приехали.
- Все, спасибо.
До свидания.
- Всего доброго.
- Мамочка, я передумала,
я никуда не еду! Мама!
Мама, я вернулась! Мама!
Мама, ау!
МОЖНО МНЕ ТЕБЯ ОБНЯТЬ?
- Ни пуха.
- К черту.
- Я быстро, окей?
Не волнуешься? Я не волнуюсь.
- Мамочка, конечно, я волнуюсь,
и ты тоже волнуешься.
- Ой, проницательная ты моя.
У тебя золотая медаль -
надо сдать всего один экзамен.
- Мама, а если меня спросят то,
чего я не знаю?
- Может, мне все-таки остаться
и дождаться твоего зачисления?
- Мама, мы это уже обсуждали.
Бабушка очень хочет
познакомиться с Сергеем.
(Гудок автомобиля.)
- Ну сейчас.
Не знаю, может, я тороплю события?
- Мама...
Вы так давно планировали эту поездку,
а сейчас у обоих есть время.
Правда, поезжай.
- Ты права. Умница ты моя.
- Люблю.
- И я тебя очень-очень.
- Все, пошла.
- Удачи. - Спасибо.
- Поехали.
- О!
- О, ничего себе, Евгеша.
У тебя банкет, что ли, планируется?
- Дочка с женихом приезжает.
- А-а. Кулебяки будешь печь
или блины?
- Пироги. Помог бы, что ли, кулинар.
О. Твои-то как, обещают?
- Да сейчас им не до меня.
У внука проблемы.
- А-а.
- Мои товарищи,
Игорь и Олег Матвеевы,
позвонили мне около 22 часов,
предложили погулять.
- Они тогда уже были нетрезвы?
- Не могу сказать. Веселые были.
Я не знаю, я же их не видел.
- И вы пошли с ними гулять.
- Нет, я на работе был.
- А где вы работаете?
- А автомастерской.
- И когда же вы увидели
своих приятелей?
- Через час.
- Вы работаете до 23 часов?
- Был интересный заказ:
старая машина, 1978 года.
Она на карбюраторе.
- Это к делу не относится.
- Зря ваш Герка с этими орлами
связался.
Первые хулиганы у меня в детдоме
были, а старший брат - уголовник.
- Не могла же я им запретить.
Они еще со школы дружат.
Мужской руки нет. Что делать?
Я одна, одна.
- Сломали парню жизнь.
- А где вы увиделись
с братьями Матвеевыми?
- Я им позвонил, они мне сказали,
чтобы я подошел к магазину.
- У магазина, который
вы впоследствии ограбили?
- Да не грабили мы.
- Заявитель указывает,
что вы его грабили.
- Они просто поссорились с кассиром
и подрались немного.
- Не подрались, а избили человека.
- Блестящий ответ, Анисимова.
Как вы считаете, Олег Михайлович?
- Мне кажется, абитуриентка плавает
в теории лингвистических систем.
В методическом пособии
этот вопрос освещен весьма ясно.
- Вы знаете, методическое пособие
выглядит тенденциозно,
а я исхожу из исследований
современной структурной лингвистики.
- Вот как?
- Да.
У Фердинанда де Соссюра
четко сказано,
что свойства системы не являются
суммой свойств ее образующих.
И эту теорию развивает
профессор Пятницкий,
курсы которого я посещала.
- Если профессор Пятницкий...
Что же вы нам сразу не сказали,
что вы ученица Андрея Святославовича?
У меня тогда нет никаких вопросов.
- У меня тоже.
- Вы можете быть свободны.
- Спасибо.
- И позовите следующего.
- Хорошо. Спасибо. До свидания.
- Сторона защиты для дачи показаний
приглашает потерпевшего,
Гумерова Фаниля Альбертовича.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Ну это, как дело было.
Короче, эти двое, Матвеевы,
ввалились в магазин.
Я уже хотел закрываться,
а они требуют водки.
Я им говорю: "Паспорт покажи.
Есть там 21?"
А они бить меня начали.
Двое на одного.
- А Гордеев?
- А, этот, третий.
Нет, он чуть позже пришел
и сразу начал растаскивать.
Но эти уже разошлись.
- Значит, Гордеев вас не бил?
- Нет, не бил.
- А старался остановить Матвеевых?
- Ну да, пытался.
- У защиты вопросов больше нет.
- Ага.
- Ой, летит время. Вон моя внучка,
Анечка, уже в институт поступает.
- Ха. А я помню тебя студенткой.
Тонкая, звонкая, но уже с характером.
- Ой, чем тебе
мой характер не угодил?
- Кремень ты, Евгеша.
- А что мне оставалось делать,
когда мужики попадались мягкотелые?
- Почти 40 лет прошло,
а ты все забыть не можешь.
- А у меня память хорошая -
это еще один мой недостаток.
- А я думал, у тебя нет недостатков.
- Ха!
- Ни одного неправильного
поступка за всю жизнь.
- Ой, скажешь.
- Дальше сама донесешь, недалеко.
А то нам, мягкотелым, тяжело.
- Всем встать.
- "Согласно статье 162, часть 2
Уголовного кодекса
Российской Федерации
за совершение разбойного нападения
в целях хищения чужого имущества,
совершенного группой лиц
по предварительному сговору,
с применением насилия,
опасного для жизни и здоровья,
приговорить
Матвеева Игоря Николаевича
и Матвеева Олега Николаевича
к пяти годам лишения свободы.
Гордеев Герман Владимирович
признается невиновным
и освобождается от уголовной
ответственности в зале суда.
Приговор вступает в силу
с момента оглашения".
- Сынок...
- Анечка, вы меня балуете.
Это же мой любимый.
- Я знаю.
Посмотрите, что я нашла
в "Букинисте".
Это вам.
- Люся, ты посмотри.
"Проблемы творчества Достоевского".
Тут Бахтин, 1926 год!
Люся, это же потрясающе!
- Спасибо вам огромное за все,
чему я у вас научилась.
- Нет, Анечка, это вам спасибо,
что вы у меня учились.
Как прошел экзамен?
- Необычно.
Вначале у нас возникли некоторые
разногласия с экзаменатором.
- Дайте я угадаю.
Вы не смогли промолчать, правильно?
- Все как вы меня учили -
всегда стой на своем.
- О, Анечка,
это всегда приносит проблемы.
- Правда, Люся? - Да.
- А вот и нет.
Кузеев когда услышал,
что я у вас училась,
сказал, что спорить не будет.
- Кто-кто? Кузеев?
- Кузеев.
- Так сказал? - Да.
- Люся, это странно.
- А почему странно?
- Потому что я запорол
ему диссертацию.
Ты помнишь?
- Да.
- Люся, я бы скорей поверил,
что ее выставили из аудитории
при упоминании моей фамилии.
- Ты же таблетки не принял.
- Люся, ну какие таблетки?
- Наши акционеры хотят
перепродать издательство.
- Тебе это как-то аукнется?
- Меня волнует,
что в этом случае половина штата
окажется на улице.
Я, конечно, не окажусь, но работать
придется в режиме 24 на 7.
Устала я, Сережа.
- Да бросай ты эту работу к чертям.
- Спасибо, конечно, Сереженька,
но я без своей работы не могу.
Боже, какая красота!
- Что, ты говоришь,
у тебя там акционеры?
Может, я с ними поговорю?
Договариваться я умею.
- Сереженька!
Я первый раз в жизни чувствую себя
так спокойно, так защищенно.
- Идем. Смотри,
какой нас дворец ждет.
- Ага. Переночуем, а завтра
со свежими силами к маме.
- За прекрасный вечер.
- За нас.
(Звучит медленная музыка.)
- Какая чудесная музыка!
Сережка, я тысячу лет не танцевала.
Пойдем, пойдем-пойдем.
- Не пойду, Лиза.
- Сережа.
- Я плохой танцор.
Я буду наблюдать и любоваться.
- Эй, парень, дама со мной.
- Потанцуем?
- Нет-нет.
- Была с тобой, стала со мной.
- Дамочка не против?
- Против. Не надо, пожалуйста!
Охрана!
- Спокойно.
- Сядь!
- Охрана!
- Ребята, не хулиганьте!
Я сейчас милицию вызову.
- Какая еще милиция? Пошел отсюда!
- Не трогай ее, ублюдок!
- Ну не трогайте вы его!
Ну не бейте его! Люди, ну помогите!
- Не ходи, пожалуйста.
- Ну помогите! Да перестаньте!
Ну отпустите вы меня!
Ну не бейте его!
- Ты что творишь?!
- Лиза...
- Ты в порядке?
- Да ты знаешь, кто мой отец, а?
Тебя завтра твоя же милиция посадит.
А меня через час выпустят.
- Сильно сомневаюсь.
- Спасибо тебе, парень.
Если б не ты...
А то, может, останешься?
Посидим, поедим, выпьем.
- Я спешу, извините. К другу ехал,
а тут у вас, смотрю, такое.
- Как хоть зовут тебя?
- Гера.
Хорошего вам вечера.
- Спасибо.
- Гера, может, я как-то
такого героя отблагодарю?
- Никита, проходи.
- Ух ты! Прикольно.
- Спасибо.
- Что читаешь?
- Там Ремарк, еще что-то. Посмотри.
- Угу. "Русские пословицы".
Ты читала новый роман Коэльо?
- Нет.
- Обязательно прочти.
- Почему?
- Потому что все читают.
- Ну и что? Я не поклонница Коэльо.
- Ты что делаешь-то?
- Ты что? - Там же бактерии.
Держи салфетки, руки протри.
- Никита, ты в школе учился?
Бактерии есть у всех.
- Понятно, что они есть у всех,
но этот апельсин
покрывают специальным воском,
а под ним бактерии
еще больше размножаются.
Ну нельзя же быть
такой легкомысленной.
- Спасибо. А вот скажи,
тебе никогда не хотелось
стать чуть более легкомысленным?
- Конечно, хотелось.
- Ты чего, Никита?
- Я расскажу тебе,
как я ездил однажды
на студенческий фестиваль в Эдинбург
и подхватил там вирус.
- На.
От всех вирусов. Во!
- Значит, говоришь,
закрыли пацана нашего?
Эх, дела наши скорбные.
- Олег и Игорь рассказывали про тебя.
- Да? И что говорили?
- Что крутой, что у тебя возможности,
связи есть.
- Ну, допустим.
- Пацанам можешь помочь
срок скостить?
- А адвокат что говорит?
- Какой, государственный?
Да одно название. Толку ноль.
А на другого денег нет.
- Можно, конечно,
выйти и на смотрящих по хате,
а позже и на лагерное начальство,
а в это время зарядить
правильного адвоката.
И сварганить петрушечку.
Все можно, если осторожно.
Но есть один нюанс - бабло.
Городской общак -
не благотворительный фонд.
- Но я не знаю, где найти это бабло.
- А я знаю.
Ты про аптечный склад
у себя на районе слышал?
- Конечно, слышал,
у меня там мать работает.
- Вот. Я и предлагаю тебе.
Узнай через мать, как и когда
туда можно попасть без шухера,
чтобы не замели.
- Я не занимаюсь такими делами.
- Значит, отказываешься
друзьям помогать?
- Ну так как вас по отчеству?
- Да зачем же по отчеству?
Можно просто Сережа.
- Ну не мальчик ведь уже.
В таком возрасте
без груза прошлого не обойтись.
- Мама, ну что ты сразу, а?
Лучше зови Сережу в дом.
- Да нет, все верно. Если хотите
что-то спросить - спрашивайте.
У меня нет секретов.
- Ну, для меня главное одно -
счастье дочери.
- Мама, я очень счастлива.
- Николаевна, ну что за танк
у тебя припарковался?
Что, президент за советом пожаловал?
- Гриша, ты, как всегда, не вовремя.
- Лизка, кого я вижу!
Ты что, приехала?
Мамма миа, Лизка!
Подруга дней моих суровых!
- Это Гриша, одноклассник мой,
за одной партой сидели.
- Да, да, да. И ей поручили
меня перевоспитывать,
она же круглая отличница была.
- Отличница?
- Да, но еще неизвестно,
кто кого перевоспитывал.
А ты что, мужик ейный?
- Ну, как бы...
- Будем знакомы. Григорий.
- Сергей.
- Ну что, короче, собираемся у вас?
Такой повод.
- Гриша, у нас серьезный разговор.
- А что, хорошая идея.
Давай зови всех,
прямо завтра и соберемся. А?
- Вот это дело. Держи краба.
Лизка, а ты такая же.
- А ты весь поседел.
(Тревожная музыка.)
- Гера! - А?
- Гера, Гера!
Гера, ты не представляешь,
что случилось!
- Что?
- Господи...
Ой, мне кажется, давление подскочило.
Гера...
- А?
- Ну что ты опять всухомятку?
Я же просила, ну разогрей ты себе!
Как маленький! Давай я тебе разогрею.
- Мама, и так вкусно.
- Ты в вечернюю смену сегодня?
- Да. А что случилось?
- Ты даже не представляешь,
что случилось. Сейчас.
Наш склад пытались обворовать ночью.
- Да ты что!
- Да. Помоги.
И самое странное: замки раскурочены,
но ничего не вынесли.
Может, их спугнул кто-нибудь?
- Ничего себе.
- Ты представляешь? Мы приходим -
и на тебе. Я как представила:
если б они препараты вынесли,
меня же по судам затаскали бы,
я же материально ответственная.
Дай я тебе подогрею.
Что ты вот ешь...
- Мама, мама.
Хорошо, что спугнули, правильно.
- Ой, не было бы счастья,
да несчастье помогло.
Ты помнишь, сколько я тебе
жаловалась на нашего хозяина,
что он на сигнализацию денег жалеет?
Сколько просила его, сколько умоляла.
Ой, господи.
Но теперь-то он пригласил мастеров.
Самую современную сигнализацию
выбрал. С милицией договор
заключил на охрану.
- Меньше будешь нервничать.
- Не говори. Я же ночами не спала.
Хоть беги сама на эту базу и охраняй.
Что я сижу-то?
Дай я тебе подогрею обед.
- Мама, помолчи.
Мама...
- Что?
- 120 на 80.
- А мы на Кубе ходили на акулу.
- На кого?
- На акулу.
- Какая акула,
то ли дело наша камбала.
Такая рыбалка только здесь!
Сережа, я тебе серьезно говорю.
- Как ее ловить?
- Ты пойми,
когда сероводород поднимается,
она уходит под бережок
и лежит как дура просто.
- Да.
- Она же тупая,
у нее два глаза с одной стороны.
- Можно голыми руками брать?
- Практически.
Острогой - шлеп! И наша камбала.
- Витася!
Подожди, Витася,
чего ты языком треплешь?
Ты приглашай человека!
- Действительно, пойдем. - А что?
Пойдем. Когда, завтра?
- Сегодня.
- Хоть сегодня.
- Я за.
- Лизок, какой у тебя
Серега классный.
Не то что наши мужики.
- Где ты его взяла?
- Ой, девчонки...
- Где ты взяла?
- Что значит "взяла"?
Он же не платье.
- Так она тебе и призналась!
- Лиза, а Сергей был женат?
Нет, просто такого мужика
сразу берут в оборот.
- Конечно же, был.
У него двое взрослых детей.
- Слушай, Лизка,
давай за тебя выпьем.
- Ты как была самая умная...
- Как была самая умная... Лизуня!
Спасибо вам, вы родили умную Лизку.
- Бабушка, за Лизу.
- Давай, что ты там сидишь? Наливай.
- Давайте, закусывайте.
- Готово, готово.
- А вот и шашлычок!
- О-о!
- Слушай, сейчас я это выпью...
- Ой, какие шашлычки красивые!
- Слушайте, давайте скорее
под шашлычок, под шашлычок.
- До чего вкусные шашлыки.
- Наливай.
Давай-давай.
- Кстати, знаете, как у нас
называют вашу камбалу?
Вашу камбалу у нас называют тюрбо.
- Как?
- Тюрбо!
- Слышишь? Тюрбо!
- Давайте выпьем за хозяйку
этого гостеприимного дома.
За Николаевну!
- За Николаевну!
- Мама!
- Троекратное ура. Ура, ура, ура!
- Закусывайте вон. Давайте.
- Мы закусываем.
- Ишь ты. Не думал,
что одолеешь эти клапаны.
- Дело мастера боится.
- Мастер-ломастер.
- Семеныч, а ты не знаешь,
кто помещение под мастерскую
недорого сдает?
- А тебе на что?
- Не до пенсии мне с тобой
здесь ковыряться-то?
- Я же ковыряюсь, и ничего.
Что ты, особенный, что ли?
- А я хочу мастерскую по ремонту
антикварных машин открыть.
- Антикварных - это хорошо.
- Да. Вначале небольшую.
Буду развиваться, на выставки ездить.
Наработаю связи - в Москву перееду,
открою свой центр редких автомобилей.
- Редких - это хорошо.
- Это тебя после суда
на наполеоновские планы потянуло?
- Да нет, просто понял,
какая это глупость, недоразумение.
Попал за решетку - потерял годы.
- Ишь ты, заторопился.
Так может, ты и женишься?
Сколько можно девкам головы морочить?
- Я тоже жениться хочу.
- А зачем?
- Молодежь, "зачем". Положено.
- А я не хочу как положено.
Если вдруг встречу ту девушку,
без которой дышать не смогу,
тогда женюсь.
Правильно, Миха, говорю?
- Правильно.
- Вот.
- Ничего не понимаю. Ну что?
- А тебя нет в списках.
- Кузеев просто отомстил
Андрею Святославовичу,
вот мне непроходной балл и поставил.
- А ты чего убиваешься?
Ты хуже от этого не стала.
- Никита, да что ты понимаешь.
- Тебе же сказали, что в сентябре
можно подать документы
на платное отделение
вообще без экзаменов.
Я вот сразу на платное пошел.
Что, твоя мать денег не найдет?
- Никита, но это несправедливо.
- В мире много чего несправедливого.
(Телефонный звонок.)
- Мама звонит, надо ответить.
- Привет передай.
- Да, мамочка, привет.
- Анечка!
Я тебя поздравляю!
Все: - Поздравляем!
- Поздравляем.
Сегодня же зачисление. Дзынь-дзынь.
Что? Что-то случилось?
Не все нормально, я же слышу,
что не все нормально.
- Мама, я не прошла собеседование.
- Ой. Билет, что ли, сложный попался?
- Скорее, сложный экзаменатор.
- Ну ничего, девочка моя,
там же есть платное отделение.
На него осенью и подадим документы.
- Мама, но это несправедливо!
- Ну, в мире много чего
есть несправедливого,
что же теперь, все время переживать?
- Ты говоришь прямо как Никита.
- Это тот редкий случай, когда он
наконец-то говорит что-то дельное.
- Просто мне так обидно.
- Значит, так: бери билет
и срочно приезжай к нам.
Я не хочу, чтобы там одна страдала.
Я тебя очень-очень люблю.
(Звук поцелуя.)
- И я тебя люблю.
- И я тоже, скажи.
- Пока, целую тебя.
- Аня, что ты привет-то не передала?
- Хорош, хорош, убьете.
Живой нужен.
Это что за цирк ты вчера устроил?
- Ты о чем?
- О том. Это ведь твоя работа
в аптеке.
- Если ты знаешь,
чего спрашиваешь тогда?
- Не хами.
Ты запорол нам верное дело.
Теперь ход на этот склад
для нас заказан.
- Я мать никому
подставить не позволю.
- Будешь должен.
- Тебе, что ли?
- Нет, не мне. Городскому общаку.
- И сколько?
- Сто.
- А где я такие деньги-то возьму?
- Хочешь жить - умей вертеться. Ищи.
Хорош, хорош.
- Семеныч.
Мне нужно больше заказов,
готов сверхурочно работать.
- Расслабься, пацан.
- Семеныч, ты чего?
Ты же на работе не пьешь.
- А все, нет больше работы.
- В смысле?
- Сносят нас.
"В течение двух суток
освободить помещение".
- Это как?
- А так.
Написано, что моя мастерская -
несанкционированная застройка.
- Но она же здесь 20 лет стоит.
- А теперь торговый центр
будет стоять.
(Телефонный звонок.)
- Да?
- Привет, дед.
Как дела?
Слушай, дед, я у тебя
пару месяцев поживу?
Да на рыбзавод хочу устроиться.
- Чего это тебе в голову взбрело?
- Автомастерская загнулась,
а у нас в городе работы нет.
- Рыбзавод тоже не вариант.
Никто из местных туда не идет.
Там такая паршивая контора -
ни договоров, ни условий труда.
Каждый сезон кто-то калечится.
- Я все равно ничего лучше не найду.
- Ну, если ты решился, приезжай.
Буду ждать.
- Дед, спасибо тебе.
- Орел, деньги отдам к сентябрю.
- Сыночек, ты там осторожнее
на дорогах. Не гони.
- Хорошо, мама. Береги себя.
- Лиза, а сколько нам
до вокзала-то пилить? Мы успеем?
- Успеем. Аню встретим,
а вечером опять на море пойдем.
- Спасибо. Удачи.
- Ой.
Здравствуйте, Валерий Кузьмич!
- О!
Это кто же будет?
Лиза? Евгении дочка?
- Она самая.
А это мой будущий муж, Сергей.
- Что-то, Лиза,
давненько тебя не видать было.
- Теперь буду приезжать почаще. Да?
Торопимся мы.
- Давай.
Сергей: - Удачи.
- Здрасте. Маленький, пожалуйста.
А ты чего стоишь одна?
- Мы знакомы?
- Пока нет.
- Тогда почему вы мне тыкаете?
- Да ладно, могу подвезти.
Далеко ехать?
- Я сейчас милицию позову.
- Ты чего такая пугливая?
Просто помочь хотел.
- Товарищ милиционер!
Тут у вас молодой человек
что-то спросить хочет.
- А я было подумал -
вдруг ты моя судьба?
- Очень смешно.
- Жаль.
- Мама, ну вы где?
Жду.
- О!
- Дед, привет.
- То не дозовешься,
а то примчался на все лето.
Мать как?
- Да как обычно.
- О, ничего себе,
какая у тебя лодка, дед!
- Вот и оставался бы.
Я бы тебе профессию передал.
На что тебе этот твой рыбзавод?
- Деньги нужны.
- А деньги зачем?
Девки и так за тобой табуном ходят.
- Дед, я тоже скучал по тебе.
- Аня, слушай, а может,
нам на этого Кузеева
жалобу накатать
в министерство образования?
- Мама, да оставь ты ее в покое.
Аня приехала отвлечься,
а ты ей опять напоминаешь.
- Да во всем порядок должен быть.
И что такое значит - отвлечься?
(Слышен грохот.)
- Евгения Николаевна, а где,
вы говорили, у вас весла для лодки?
- А вы найти не можете?
У меня все стоит на видном месте.
Развалите мне сейчас все...
Сейчас покажу.
- Извините.
- Бабушка не меняется:
все должно быть по правилам.
- Да, черное - это черное,
белое - это белое.
- О! Ну как водичка, Лиза?
- Отлично, Валерий Кузьмич!
- А вы что же, сами лодки делаете?
- Всю жизнь. Жаль только,
сейчас заказов стало мало.
- Лиза, может, мы закажем?
Я научусь управлять,
будем приезжать летом, плавать.
- Не плавать, а ходить.
- Что?
- На море не плавают - ходят.
- А-а. Будешь со мной ходить?
- А вот у меня тоже гости - внучок.
- Вот так встреча. Приветствую.
- Здравствуйте.
- Не поверите - мы знакомы.
Отличный у вас внук,
можете гордиться.
- Шевелись, красавчик.
- Да куда еще быстрее?
- Не болтай, не с телкой.
- Быстрее, задерживаешь всех.
- Не привык еще.
- Кого это волнует? Шевелись давай.
- Рабочий день давно закончился,
с рассвета пашем.
- Забудь. Работаем, пока есть работа.
На прошлой неделе
по 14 часов корячились.
(Слышен девичий смех.)
- Опачки!
- Смотри.
- Привет, красавчик.
- Привет.
- Твой мотоцикл?
- А что спрашиваешь?
Прокатиться хочешь?
- А если у меня есть парень?
- Ну я тебя об этом не спрашивал.
- А если я хочу прокатиться?
- Тогда в другой раз.
- А зачем тогда спрашивал?
- Чтобы узнать, чего ты хочешь.
- Зачем?
- Слишком много вопросов.
(Сигнал входящего имейл-сообщения.)
- Сережа...
- Я быстренько.
- Сережа...
- Одну секундочку.
Все-все-все.
Так, что тут?
А вот и отчетик по поставкам.
- Сережа, давай отчет - попозже.
- Сейчас-сейчас.
Лизочка, ну я здесь,
мне только быстренько проверить.
Сейчас-сейчас, подожди.
- Ну пожалуйста.
- Вот жулье, а!
Они думали, я не замечу.
Секунду.
Ира! Ира, ты отчет
смотрела последний?
А я тебе объясню. У нас же артикулы
по двум партиям не совпадают.
А на складе типа этого не заметили.
Ну да, в промежутке все сходится,
а в финале...
Да, да. Проверь, пожалуйста.
Ты на работе сейчас?
Проверь, пожалуйста, я подожду.
Ага. Что и требовалось доказать.
Ну пиши им письмо теперь.
Что? Костя опять эту Марину привел?
А ты чего?
А он?
Я ему сейчас сам перезвоню.
- Анютка, витамины.
- Ой, спасибо.
- Твоему ягод отнести?
- Потом, мама. У него там разговор.
- Опять бывшей звонит?
- Да мам, они созваниваются с Ириной.
Что в этом такого?
У них общий бизнес, общие дети.
- Угу.
- Слушай, Анюта, мне Гришка сказал,
что на берегу сегодня
какой-то праздник -
день Нептуна или что-то такое.
Там дискотека, танцы. Пойдем?
- Я лучше почитаю, правда.
- Ну пожалуйста, со мной за компанию.
Там будет весело. Ну?
- Ну ладно. Только если обещаешь
себя хорошо вести.
- Конечно, ты же меня знаешь!
(Звучит танцевальная музыка.)
- Вас угостить?
- Конечно.
- Я заплачу.
- Налей.
- Спасибо.
- А это кто - не знаешь?
- Понравилась?
Губу закатай. Дочь хозяина нашего.
- Не она мне, скорее - я ей.
- Так чего стоишь? Давай.
Перед папашкой словечко замолвит -
будешь кум королю.
- Сам разберусь.
- Давай.
- Ребята, ну что, у нас новенький?
А на брудершафт с ним не пили.
Жора, налей нам.
- С радостью.
- Что? От меня далеко не уедешь.
На брудершафт.
- Дорогие друзья, а теперь настал
главный момент сегодняшнего вечера -
традиционные соревнования!
- У-у-у! - Ура!
- Итак, кто у нас здесь
самый крутой? Мужики, ау!
- Пойду проверю - может, это я?
- Вон, смотрите, пошел герой!
Герой нашего времени!
- Ого. Они сейчас прыгать собираются?
- Наверное.
- Евгения Николаевна, а где все?
- На праздник к Нептуну ушли.
- Пойду поищу.
- Прыжок номер один!
- Где он?
- Встали сюда! Смотрим!
До старта остается совсем немножко.
Гера, ты готов?
- Интересно, у них тут
скорая предусмотрена?
Раз... Два...
Три! Лети!
Меня можете не благодарить,
аплодисменты Гере!
Где он, наш Аполлон?
Ждем его бурными аплодисментами!
(Аплодисменты, восхищенные возгласы.)
- О, Серега! Таки решил с нами?
- А вы прямо сейчас идете рыбачить?
- Конечно! Сейчас же самая погода.
- Ночью, с ребенком?
- Ну, меня жена без нее никуда
не отпускает, чтоб не загулял.
- Мощно. А это что?
- Слушай, это я... Пойдемте.
Я себе ружьишко купил.
Вся камбала наша будет,
это я тебе гарантирую.
- Пойдем-пойдем.
Ну что ж ты стоишь-то тут!
- Мама, я не люблю это, ты же знаешь.
- Идем!
- Девчонки, движение - это сила,
а сила - это жизнь!..
- Я пас. Все, я домой.
Люблю, целую, обнимаю.
- Папа, подожди! Ты что делаешь?
- Не повезло Кристинке,
папа ее забрал.
- А что это он?
- Да хочет за какого-то коммерса
из Ставрополя сосватать. А Кристинка,
по-моему, вот в этого втюхалась.
- Ну дела. Слушай, пойдем выпьем?
- Пойдем.
- Девчонки!
- Серега, где водоросли, не наступай,
потому что очень скользко,
можешь упасть.
- Да знаю, плавал я.
- Так, доченька, дальше мы идем сами,
ты у нас остаешься здесь.
- А куда лезем-то?
- А вон, за теми двумя валунами
заводь видишь? - Ага.
- Вот, там наша камбала и стоит.
- Папа! Папа! Я тебя не вижу!
- Не бойся, доченька.
- Да я и не боюсь,
просто мама не велела
с тебя глаз спускать.
- Понял ты? Вот так и живем,
как под прицелом.
- А сам виноват.
Жену надо держать вот так вот.
(Грохот камней.)
А-а-а!
- Серега! Ты живой?
- Ага...
- Тетя Лиза, тетя Лиза,
бегите скорее!
- Ты что, какая я тебе тетя?
- Дядя Сережа разбился!
- Что?! Как разбился?!
- Бегите, тетя Лиза.
- Ай!
- Сережа! Что случилось?!
- Да вот.
- Кажется, ноги поломал.
- Я уже вызвала скорую, подъезжают.
- Ой!..
- Гришка вон с Виталиком его
на себе притащили. Вон, приехали.
- Все хорошо.
Врач: - Работаем, работаем.
Понятно. Поехали, поехали.
- Паспорт не забудьте,
у нас в больнице с этим строго.
- Паспорт в борсетке посмотри.
- Ой, Сережа!..
(Рыдает.)
- Ты документы взяла?
- Да, взяла, вот они.
Я на машине поеду за вами, подвезу.
Может, мне все-таки можно
как-то к нему пройти, а?
- Куда, в рентген-кабинет?
Облучиться хотите?
- Нет, поддержать.
- Петрищева, не переживайте.
Понадобитесь - вас позовут.
- Почему Петрищева?
Я не Петрищева, я Анисимова.
- Как же не Петрищева?
Вы же сказали, жена.
- Ну.
- Вот и в паспорте написано:
"Зарегистрирован брак
с Петрищевой И. Ю."
- Я вас поздравляю, ваш благоверный
отделался легким испугом.
Переломов нет, только ушибы.
Я ему дал обезболивающее.
Сейчас выпишу рецепт на мазь,
чтобы гематом не было.
И всего доброго.
- Господи, Лиза, ну ты чего?
- Ну зачем ты мне врал?
- Я же объяснил, все не так просто.
Нужно больше времени,
а тебе чуть подождать.
- Но обманывать-то зачем?
- Что за трагедия?
А то ты не знала,
что я официально не разведен?
- Ну откуда же я могла знать?!
- Большая девочка.
Заглянула бы в паспорт, когда я спал
или выходил куда-нибудь.
- Ну знаешь что!
Мы с тобой живем
совсем в разных мирах.
- Все мы живые люди.
- То есть тебе бы даже в голову
не пришло, что это может быть
ниже моего достоинства, -
рыться в твоих документах,
в твоих вещах?
- Господи, Лиза, что ты хочешь?
- Я хочу, чтобы ты определился!
Либо ты вот прямо сейчас,
при мне, звонишь своей жене -
заметь, не бывшей -
и говоришь, что ты разводишься...
- Сейчас, в такую рань?
- Либо мы с тобой расстаемся!
- Классно рисуешь. Художница?
- Нет, что вы.
- Мне можешь говорить "ты".
- Спасибо, я сама решу.
- А чего ты не купаешься?
- Плавать не умею.
- А хочешь, научу?
Злишься, что я к тебе
на вокзале приставал?
- Послушайте, а с чего вы взяли,
что я хочу продолжать разговор?
Откуда такая самоуверенность?
- Разве это плохо?
- "Все тщеславные люди уверены,
что ими не могут не восхищаться".
- "Маленький принц", да?
- Ой, вы читали Экзюпери?
- Мама в детстве читала.
Потом папа умер - не до этого стало.
- Вы всем девушкам
эту историю рассказываете?
- Ревнуешь?
Не злись. Ты мне нравишься.
- Какая непосредственность.
- Ты знаешь, мне папа говорил: "Если
тебе девушка по-настоящему нравится,
не отступай". Вот я могу
не отступать еще полчаса.
Потом надо идти на завод,
там байда с рыбой придет.
- Давайте напрямик: у нас с вами
никогда ничего не может быть.
Вам понятно?
- Ты меня еще мало знаешь.
- Достаточно, чтобы сделать выводы.
- А, это потому что я тебе
про рыбозавод рассказал, да?
Я для тебя плебей.
- А это уже чисто ваши домыслы.
- Ладно,
насильно мил не будешь.
- Сережа, а я и не слышала,
что ты уже проснулся.
Сейчас я буду тебя кормить.
- Да ладно, Лиза, не надо.
Я по дороге.
- По какой дороге?
Сережа...
- Поеду я.
- Куда?
- Ну ты же сказала: "Уезжай".
- Сережа, ну мы же
обо всем договорились.
Мы же все решили.
Я согласилась подождать
до тех пор, пока мы вернемся домой.
А ты слово дал, что как только
мы вернемся, так сразу...
- Ну я же хозяин своему слову:
сам дал, сам обратно взял.
- Как это понимать?
- Лиза, я думал-думал и понял, что я
не готов ничего ломать в своей жизни.
Что у нас с тобой выстроится -
непонятно, а ломать уже много чего.
Дело сыпется, дети вразнос пошли.
- Сережа, ты меня бросаешь, что ли?
- Ну ты же сама сказала:
"Мы живем в разных мирах".
- Какая разница, что я сказала?
Я же просто вспылила.
Ну а кто бы не вспылил на моем месте?
- Лиза, спасибо тебе за все.
И прости, если что.
- Здравствуйте. - Здрасте.
- А вы не подскажете,
где я могу найти человека?
Я не знаю точно,
кем он работает, Гера зовут.
- Красавчика ищешь?
На пирсе улов принимает.
- А, там?
- Да, вон туда, по мосточку.
- Все, поняла. Спасибо. Извините.
Простите, а Гера точно там, да?
- Там, там.
- Там.
- Спасибо.
- Сейчас как рыба выскочит и схватит!
Это вам не в городе
по бульвару ходить.
- А-а!
- Девушка, вы каким стилем плаваете?
- Помогите...
- Брассом или баттерфляем?
- Топориком.
- Идиоты, она же плавать не умеет!
- А-а!
Успокойся, все, хватит!
Аня, хватит!
Ну что, живая?
- Да. Спасибо тебе.
- Вот, другое дело. А-а!
- Что?
- По ходу, вывихнул.
- Когда меня тянул?
- Когда ты брыкалась.
- Прости, пожалуйста.
- Ладно, что уж.
- Я могу вправить.
- Да?
- Я проходила курсы первой помощи.
Смотри в сторону.
- А можно я на тебя буду смотреть?
- В сторону смотри!
И глубоко дыши, я вправлю.
- А-а! - А-а!
- Все-все.
- Да ладно?
- Еще бы повязку наложить.
- Да все-все.
(Слышно рыдание.)
- Ну что опять? Чего ты ревешь?
- Мама, он меня бросил!
- Ой, ну и хорошо.
Он мне сразу не понравился.
- Ну почему? Ну скажи мне,
почему они всегда так поступают?
Ну почему они все время
выбирают своих жен?
И Рубен, и Станислав Сергеевич,
и Поклонский.
А теперь и Сережа.
- Ты Эдика забыла.
- Ай, мама!
- Ты взрослая женщина,
возьми себя в руки.
- Да я с 18 лет взрослая!
Я только и делаю,
что держу себя в руках!
- А я тебя не уговаривала уехать,
ты сама решила.
- Ага. - Да.
- А что мне оставалось?
Остаться и рожать здесь?
Чтобы все ходили и у меня
за спиной шушукались,
а ты бы мне только повторяла:
"А я тебе говорила!
А я тебя предупреждала!"
- Ага, мать во всем виновата, да?
Я тебя уговорила
путаться с этим заезжим морячком.
"Главное - любовь.
Не важно, плевать, что будет дальше".
- Ну вот! Ну вот и сейчас, мама!
Ну почему же ты просто
не можешь посочувствовать?
У меня душа вся в клочья, мама!
А ты...
- Если ты на море -
надень что-нибудь. Холодает.
- Спасибо.
- Может, хлеба?
- Нет, спасибо большое.
- Спасибо.
Ну как вам пролетарский ужин,
ваше высочество?
- Перестань, а.
- А что ты вообще приходила-то?
- Я хотела извиниться перед тобой.
- Чего?
- Ну, я очень ругала себя
за тот разговор на пляже.
Была не тактична, обидела тебя.
- Ты удивительная:
то одна, то другая.
- Я правда не хотела,
чтобы тебе было больно.
Я, наверное, пойду.
- Да подожди, я сейчас переоденусь,
и пойдем погуляем. Вся ночь впереди.
- Ты извини, я не могу
так быстро сближаться.
- Ты странная. Откуда ты знаешь,
что быстро, что нормально?
- Мне лучше уйти.
- Да ты что, испугалась, что ли?
- Городские. Хрен их разберет.
- Не нашего полета птица.
- Ага, даже не думай.
- Да и не думал.
- Да ладно ты!
Думал ты, думал.
- Слушай, хватит.
Что, я не понимаю?
Ей совсем другой нужен.
- Ну да.
- Да...
- Мама, бабуля, я дома.
- О, хорошо!
Сейчас будем ужинать.
- Я не хочу есть, я уже ела.
- Интересно, где это ты
уже успела поесть?
- Сейчас расскажу.
- Ну.
- Столько приключений.
А где мама и Сергей?
- А Сергей уехал к своей жене.
Навсегда.
Мама страдает.
Он ведь у нее это... пятый уже.
- Господи, бедная мама.
- Стой! Она ушла.
- Так я пойду догоню ее.
- Не надо.
- Да почему?
- Потому что ей нужно побыть одной.
Понимаешь?
Остыть.
- Не холодно?
- Вода теплая. Хотите попробовать?
- Что ты сейчас сказал?
- А что-то не так?
- Да я вроде не начальник твой.
И не старушка.
А ты мне на "вы".
- Смешно.
Я тоже сегодня злился на человека,
который мне выкал.
- Значит у нас с тобой
есть что-то общее.
Ты знаешь, я все-таки искупаюсь.
Ой!
Хорошо.
У меня купальника нет.
Посторожишь?
- Конечно.
- Полотенце подай, пожалуйста,
а то холодно.
(Звучит лирическая музыка.)
- Ах.
- "Привет, Гера, как дела?" Нет.
"Гера, привет, ну как ты?"
Нет. Боже мой, какой-то бред.
"Здравствуй, Гера.
"Я... я..."
"Герочка..." Нет.
"Здравствуй, Гера, я хотела
тебе сказать, что..." Нет.
"Гера..."
(Звучит лирическая музыка.)
- Я не хочу с тобой расставаться.
- Давай останемся до утра.
- Я имею в виду - вообще.
- Лето длинное.
- Мне мало.
Мама! Мамочка! Мама, ну как ты?
- Прекрасно!
Уехал - скатертью дорога!
Упустил свое счастье.
- Ты точно в порядке?
- Скажу тебе по секрету:
я просто счастлива!
- О! Аня, привет!
- Привет.
Я вам пирожков к обеду принесла.
- О! А мы думали,
ты принцесса, пирожки печь не умеешь.
- Да ладно.
- А я и не умела.
Бабушка к стене прижала, говорит,
что должна научиться готовить.
- Попробуем.
Герка на складе.
- Ага. Спасибо.
Привет.
- Привет.
- А я пирожков всем принесла.
- Угу.
Благотворительная помощь для бедных?
- Гера, ты чего?
- Ничего. И делать тебе здесь нечего.
- Есть чего.
Знаешь, я много думала.
Правду написал Экзюпери, слова
только мешают слышать друг друга.
Прозорливо только сердце.
- Да хватит со своим Экзюпери -
сказочки. Есть реальная жизнь.
Вот чем пахнет?
- Гера, ты чего?
- Правильно, не пахнет, а воняет.
Рыбой, чешуей, кишками.
Это все не для тебя.
Здесь нет бабочек и принцев.
- Гера, ты чего?
- Ничего. У меня все прекрасно.
Только я тебе не подойду.
Деревенской телке - без проблем,
взрослой бабе - тоже сойдет,
а такой, как ты, нет.
- А это не тебе решать.
- Прости, слишком поздно.
- Аня, спасибо за пирожки!
Очень вкусные.
(Звучит лирическая музыка.)
- Короче говоря,
выезжаю я на этот перекресток,
и этот козел меня еще подрезает.
Нет, нормально вообще?
Я еду на своей красотке...
- Точно, эту кофточку я видела.
Я же тебе говорила.
- Точно? - Да точно, точно.
Я что, слепая, что ли?
- Все понятно.
- Я к нему и так, я к нему и эдак,
а он ноль эмоций.
Теперь все понятно.
- Может, ей объяснить,
что чужое брать нехорошо?
- Стой, стой! Поговорить надо.
- Извините,
я не в настроении разговаривать.
- Не торопись.
- Вы что-то хотите?
- Да. Поучить тебя хорошим манерам.
- Доброе утро, мама.
- День уже.
- Ой, здесь так хорошо спится.
- Угу, особенно тем,
которые шляются по ночам
не пойми где.
- Мама, я гуляла у моря.
- С Гришкой решила завертеть?
Школьного дружка решила попользовать,
чтобы отвлечься.
- Мама...
- Что - мама?
Его жена такой скандал устроит
на весь поселок!
- Да не волнуйся ты, мама,
твоя репутация не пострадает.
- Ой! А ты чего? Дочка, чего?..
Ух ты, поранилась-то как.
Ну-ка вставай.
Вставай. Не плачь.
Не плачь, все будет хорошо.
Ну?
Все, все, все.
Не надо плакать, не надо.
Вот, казалось бы, деревяшка.
А она живая.
Ежели без настроения к ней подойдешь,
заносит обязательно.
А с душой - как будто светится.
- Это, Евгений, внучка. Наши стервы
местные над ней поиздевались.
За что - не говорит. С них станется.
- Прости меня.
- За что?
- За то, что обидел.
За то, что чуть не сдался.
Ты не представляешь, как я испугался.
Думал, что потерял тебя.
- Не потерял.
- Можно тебя обнять?
(Звучит лирическая музыка.)
Молодец.
Вот видишь, а ты говорила,
что не умеешь держаться на воде.
- Так я и не могу,
это ты меня держишь!
- Я не держу...
- Ай!
- Разве ты в школе не учила,
что люди произошли от рыб?
- Гера, ты знаешь, мне кажется,
что до встречи с тобой
я занималась всякой ерундой.
- Так. Кто-то, по ходу,
отлынивает от плавания, да?
А на живот?
- Ой, нет-нет-нет!
На живот страшно.
- Ты же держишься на воде.
- Ага, на спине.
- Давай попробуем.
- Нет, я боюсь!
- Не бойся, я с тобой.
- А, все, тогда не боюсь.
- Мама, я тебя очень люблю.
- Ну-ка, ну-ка?
Что-то я тебя в таком состоянии
не узнаю.
- В каком "таком"?
- Дай-ка угадаю.
Кто-то влюбился?
- Нет, не влюбился.
- Влюбилась.
- Мама, влюбиться - это не то.
- А, понимаю.
У нас настоящая большая любовь?
Ты моя дорогая.
Как же я за тебя рада!
Ну и кто он?
- Человек.
- Так познакомь с человеком.
- Ты думаешь?
- Да конечно. Приведи на обед.
- А что, это идея.
- Вот прямо завтра и приводи.
- Хорошо.
- Еле дождалась встречи.
Я так соскучилась. Обними меня.
- Лиза.
- Что случилось?
- Мы не можем больше встречаться.
(Лиза смеется.)
- Ты шутишь?
- Я полюбил другую.
- Нет.
Нет-нет-нет. Ты не можешь
так со мной поступить.
- Я виноват.
- Кто она?
Какая-нибудь деревенская дура, да?
Какая-то там Карина, Кристина, да?
- Неважно. Прости.
- Давай не будем
сейчас ничего решать.
Мы просто с тобой побудем вместе? А?
- Я не могу.
- Ты не сможешь меня оставить.
Ты просто пока этого
еще не понимаешь.
- Бабушка, это Гера.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Это вам.
- Что, оба?
- Да нет, один вам, а другой...
- Для мамы.
- Да.
- Ну так сам и вручи.
- Лиза!
Анечкин молодой человек пришел.
- Господи, я и забыла.
- Ну что, молодой человек,
какие планы на жизнь?
- Были одни, стали другими.
- Да?
Что же это вы как флюгер?
Может, пора определиться?
- Уже определился.
- Да?
- Теперь хочется, чтобы мои планы
и планы Ани стали общими.
- А вот и наш загадочный гость.
Здравствуйте, здравствуйте.
- Мамочка, знакомься, это мой Гера.
Гера, это моя мама, Елизавета.
- Здравствуйте, Гера.
- Очень приятно, Елизавета...
- Андреевна.
- Цветы.
- Это вам.
- Спасибо.
- Ну вот, все в сборе.
Давайте я сейчас уже уху свою
фирменную принесу, а то все стынет.
- Гера, а не поможете ли вы нам
донести кастрюлю с ухой.
- Да я сама могу.
- Зачем же, мама,
когда есть мужчина в доме.
- Конечно, Елизавета Андреевна.
- Ты что это, специально?
Зачем ты так меня мучаешь?
- Лиза, клянусь, я не знал,
так случилось.
- Оставь ее, я тебя умоляю.
Оставь ее.
- Я не могу, Лиза, я полюбил Аню.
Это по-настоящему.
Прости, пожалуйста.
- Я прошу тебя, забудь мою дочь.
И пожалуйста, уезжай из города.
- Я понимаю, тебе больно.
Но я не брошу Аню.
И потом, у меня тут работа.
- Тебе нужны деньги?
Я тебе дам.
Я тебе дам сколько угодно.
Только, я прошу, уезжай!
- Мама, Гера, вам помочь?
- Не надо, Анечка, все в порядке.
Мы сейчас идем.
(Кричит.)
- Тихо, тихо.
Что ты, тетя, жить хочешь?
Тогда передай сыночку, чтобы деньги
были до конца недели. Поняла?
Поняла?!
- Поняла!
- Мама. Мамочка, мама!
- Он тебе не пара.
- Я не понимаю, что с тобой.
Все же было хорошо. Гера даже бабушке
понравился, и ты улыбалась.
- Я не понимаю.
У тебя же есть Никита.
- Я Никите ничего не обещала.
- А зря.
Вот Никита прекрасный парень.
- Ты всегда сама говорила,
что Никита - бестолковый недотепа.
- По сравнению с этим-то
он просто безупречен.
- Да я не понимаю,
чем тебе Гера не нравится?
- Ты спала с ним?
Ну да, конечно. О чем я спрашиваю?
Такие, как он, своего не упустят.
- Мама, я тебя умоляю.
Я люблю его, понимаешь?
- Да ты просто у меня
глупенькая девочка.
Ну какая это любовь?
Он же бросит тебя.
Он бросит тебя
при первом удобном случае,
как только ты ему надоешь.
- Мама, я тебя умоляю,
пожалуйста, перестань.
- Да не трогай ты меня!
Оставь меня в покое!
- Ты же вроде к девушке своей ходил.
Что сам не свой? Случилось что-то?
- Ничего, все нормально.
- А то я не вижу.
- Да все как-то запуталось.
- С женщинами всегда так.
Без них куда проще.
(Телефонный звонок.)
- Да, мама.
- Сынок,
тебя какие-то люди ищут,
деньги требуют.
Они меня убить хотели.
- Что?
(Мать плачет.)
Мама, ты не плачь. Мама, я все решу.
Ты, главное, не нервничай. Я обещаю.
- Что случилось?
- Да подожди, дед, подожди.
Слушай, ты, орел, ты что творишь-то?!
- Так вот, красавчик,
теперь ты понял, что я не шучу.
Планы изменились.
- Почему?
- Почему? Потому что
мне нужны деньги.
Сроку тебе - неделя.
- Что случилось?
- Дед, у тебя деньги есть? 100 тысяч?
- С моей-то пенсии?
- Как же я тебе деньги вперед выдам?
- У меня большие проблемы,
срочно нужно.
Я же все равно отработаю.
У вас есть копия моего паспорта,
найти меня проще простого.
Да и какой резон мне сбегать-то?
- Да нет у меня.
Хозяин под расчет выдает
в конце сезона.
Если проблемы - возьми кредит.
- Да я был с утра в банке.
Не дают. Вы же меня
неофициально оформили,
а им нужна белая зарплата.
- Злые люди.
- Да кто бы говорил-то!
Слушай, ты не в курсе,
кто из ребят может дать в долг?
- Смеешься? Никому еще не платили.
Всем только в конце сезона дадут.
- Можно я тебе помогу?
- Давай я сама.
- Аня, ты прости меня.
Я вчера вспылила, это было ужасно.
Я тебе обещаю, такого больше
никогда не повторится.
- Я надеюсь.
- Я, наверное, просто испугалась,
что ты им увлечешься,
а я останусь одна.
- Мама!
Мама, ну что такое ты говоришь, а?
Послушай.
Я обещаю, что я тебя
никогда не оставлю.
- Я тебя люблю.
- И я тебя люблю.
- Ну что, мир?
- Мир.
(Телефонный звонок.)
- Сейчас, подожди, я отвечу быстро.
Алло. Да, я.
Что?
(Слышен крик.)
- Чего там?
- Мама! Звонили из университета!
Они пересмотрели
все результаты экзаменов.
В общем, меня приняли.
Они у меня еще и прощения попросили.
Я студентка!
- Ура!
- Моя дорогая!
- Люблю вас.
Знаешь, мы с тобой
как первые люди на земле.
Ты мужчина - построил очаг,
принес ракушки,
чтобы мы не умерли с голоду.
А я женщина - поддерживаю огонь
и люблю тебя.
- Фантазерка.
Я тоже тебя люблю.
- Давай уедем вместе?
- Переворачивай,
вон створки открылись.
- Я серьезно. Мне сегодня сообщили,
что я принята в универ
и нужно оформить документы.
В общем, мне нужно уехать.
- Я не хочу с тобой расставаться.
- Я тоже.
Смотри, я все придумала.
Первое время поживем у меня,
мама у меня тактичная, дружелюбная,
с ней проблем не будет.
А потом присмотришься,
найдешь, чем заниматься.
Ты что-то говорил
про антикварные автомобили.
- Аня, не все так просто.
Я не смогу с тобой поехать.
Сначала я должен заработать денег.
- Так ты в городе
их сможешь заработать.
- Для этого надо время,
а у меня его нет.
- Что-то случилось?
- Это не имеет отношения к тебе.
- Гера, все, что касается тебя,
теперь имеет прямое отношение ко мне.
- Спасибо, что так говоришь,
но вначале я должен навести
порядок в своей жизни,
и только потом в нее приглашать тебя.
- Может, мы поспешили?
Этот семейный обед...
Может, это все очень быстро для тебя?
Ты хочешь увеличить дистанцию?
- Если ты мне доверяешь, просто жди.
Если нет - я не буду тебя держать.
- Как ты можешь так просто
об этом говорить?
Тебе наплевать на то,
что происходит между нами, да?
- Наоборот. Ты меня не поняла.
- Я тебя прекрасно поняла.
Ты просто не хочешь ничего менять.
- То есть ты так обо мне думаешь?
- Гера, а как мне еще думать?
- А ты не думай, а слушай сердце.
- Прекрасный ответ.
А главное, понятный.
- А у меня другого нет.
- Очень жаль.
- Гера тебя проводит на вокзал?
- Нет, сказал, что не сможет.
- Тогда, может, я провожу?
- Спасибо, мама, я сама доеду.
- Гера, ну возьми трубку...
Ну что же ты? Ну возьми трубку.
(Звучит музыка.)
- Лиза, я до вечера.
- Хорошо, мамочка.
- Остановите автобус!
- Ты что творишь, а?!
- Мамочка, я передумала,
я никуда не еду, мама!
Мамочка, я вернулась! Ау!
- Аня...
Я не знаю, как это все произошло.
- Доброе утро, Герман Владимирович.
- Здрасте, Екатерина Анатольевна.
- Надеюсь, наша сегодняшняя встреча
пройдет более продуктивно,
чем предыдущая.
- Я ничего нового вам не скажу.
Я сам во всем виноват.
Мне нужны были деньги.
- Деньги всем нужны,
но не каждый будет из-за них убивать.
- А я убил.
- Я не очень понимаю вашего упорства.
Дело в том, что ваши показания
не совпадают
с результатами экспертизы.
Может, вы расскажете, что произошло
между вами и гражданкой Анисимовой?
Герман Владимирович, относительно
недавно вы уже привлекались к суду.
- Лучше бы меня тогда посадили.
- Вас тогда оправдали.
Может быть, вы и сейчас невиновны?
- Я виновен, сказал же.
Посадите меня.
Или лучше расстреляйте,
все равно ничего не исправить.
- Смертной казни уже лет 20 как нет.
- Жалко.
- Честно говоря,
я первый раз вижу человека,
который совершенно не хочет
себе помочь.
- Есть причина.
- Вы очень интересный человек,
Герман Владимирович.
Я таких людей еще не встречала.
- Повезло.
- Девушка, не сидите здесь,
вас все равно не примут.
- Но это очень важно.
- Вам же сказали, что свидания
с подследственным вам не положено.
Вы ему никто.
- Да поймите вы, мне от него самого
нужно услышать, что произошло.
- А это меня не касается.
- Печать поставьте.
- Вот только не надо!..
Не надо мне никакой самодеятельности!
Ты делай так, как я тебе сказал.
Вот пройдет проверка из Москвы,
тогда все и переиграем.
Да-да... Проходи. Все-все.
Не могу я больше с тобой говорить.
Ты сделай так, как я сказал. Все.
Ну... Да.
Ну, с чем пожаловала?
- Пришли результаты
повторной экспертизы Анисимовой.
- Анисимовой...
Это ту, которую мальчишка убил?
- Во-первых, он такой же мальчишка,
как я девчонка. 23 года человеку.
- Ну так я и говорю.
- А во-вторых, похоже, не он убил.
- Катя...
Ты меня зачем путаешь?
Я думал, мы это дело
уже в суд передали.
- Мне кажется, там что-то не то.
Ознакомьтесь, пожалуйста,
с протоколом повторной экспертизы.
- О! Вот смотри:
"Возможно... Не исключено..."
Это ничего не доказывает.
- Ну вот же:
"Смерть гражданки Анисимовой
наступила в результате..."
- Катя, ты пропустила: "Возможно,
смерть гражданки Анисимовой..."
- В том-то и дело, что "возможно".
"Характер травмы и другие телесные
повреждения..." Тут перечислены.
"...указывают на то,
что падение было случайным".
- Скажи мне, Катерина, а зачем ты
эту повторную экспертизу затеяла?
- Я чувствую, что он не виноват.
- Это кто не виноват?
Вот этот красавчик не виноват?
Этот рецидивист?
- Легче всего нацепить
ярлык на человека.
- Ну-ну, Катя, Катя, подожди.
Ну что ты, в самом деле?
Ты влюбилась, что ли?
- Ну почему, если человек
хочет помочь другому,
он обязательно влюбился?
- А покраснела тогда почему?
- Вы же сами нас учили:
факты фактами, главное - интуиция.
- А знаешь, что моя интуиция
подсказывает?
Надо тебя еще делами загрузить.
Больно много у тебя
свободного времени.
- Эх, Павел Петрович.
- Что? Ну...
Ну Катя! Катя!
- Есть будешь?
- Нет.
- Опять в СИЗО ходила?
- Не пустили.
- Анюта, я не понимаю,
чего ты себя мучаешь?
Что бы этот негодяй ни сказал,
Лизу не вернешь.
- Бабуля, я не верю, что это Гера.
Понимаешь, не верю. Не мог он.
Я должна узнать, что произошло.
- Вот завтра и узнаешь.
- Подсудимый, вам предоставляется
последнее слово.
- Я не хотел,
чтобы все так получилось.
Простите меня.
- Всем встать.
- "На основании статьи 109 и 162
Уголовного кодекса РФ
за нападение с целью хищения
чужого имущества,
повлекшее за собой убийство
по неосторожности,
приговорить
Гордеева Германа Владимировича
к пяти годам лишения свободы".
- Сынок! Сыночек мой!
- Мама...
- В сторону!
- Гера, ну как же ты так?
- Виноват, дед, виноват.
Позаботься о маме.
- Пошел!
- Гера, ты духом-то не падай,
везде люди живут.
- Спасибо вам за все.
- Можно на "ты".
Пять лет быстро пройдут.
Может, еще увидимся.
- Аня, так нельзя. Хватит.
- Я не знаю, как дальше жить.
- А я знаю.
Тебе надо уехать.
Тебя ждут в университете.
Начнешь учиться, и жизнь
постепенно войдет в нужное русло.
- Да никогда уже жизнь
не будет прежней.
- Я тебя понимаю,
в это трудно поверить,
но пойми, мы иногда
очень ошибаемся в людях, сильно.
Поверь, мама больше всего хотела,
чтобы ты была счастлива, и я тоже.
- На выход!
Вперед.
Вперед.
- Аня! Аня, ты где вообще?
Ты что, дверь совсем,
что ли, не запираешь?
Смотри, ворвется кто-нибудь,
убьет еще.
- Никита!
- Прости, но у меня
специфическое чувство юмора,
ты знаешь, я не всегда удачно шучу.
- Да ладно, все нормально.
- В универе так и не была?
- Была.
Мне оттуда никто не звонил. Не знаю,
это, наверное, чей-то розыгрыш.
- Подожди, это нельзя так оставлять,
нужно же разобраться.
- Никита, но я не хочу
ни в чем разбираться и не буду.
Если б я тогда не поехала,
может, мама жива была бы.
- Перестань себя винить, все.
Я тебе поесть принес.
Погоди, ты не ешь, что ли, ничего?
- Я не хочу.
Я не могу.
Понимаешь, здесь все
напоминает о маме: ее вещи...
Все звонят. Я вчера раз двадцать,
наверное, сказала, что она умерла,
сегодня все телефоны отключила.
Я просто не знаю, что...
- Так, все, пойдем.
- Куда?
- Увидишь.
- Молодцы, что приехали,
у нас рабочие руки всегда нужны.
Пойдемте покажу, что нужно сделать.
Идите за мной.
- По себе знаю,
когда тебе очень плохо,
найди, кому помочь.
- Сейчас, сейчас.
- Сдаем личные вещи.
Держи.
- Берите.
- Нормально?
- Ага.
- К стене.
Заходим.
- Иди сюда.
(Щенок пищит.)
- Ч-ш-ш.
- Головой в эту сторону устраивайся.
- Чего?
- Там восточная сторона.
С утра солнце жарит так -
с дурной башкой вставать будешь.
Сюда подушку клади, сюда.
- Понятно, спасибо.
- Пошли со мной, представишься.
- Кому?
- Держись ровно, все в порядке будет.
- Что, не испугался?
- Но вы же не глупые люди.
Какой резон в меня метать?
- Но а если бы он случайно попал?
- Видно, что профессионал,
такие не промахиваются.
- Толковый парень.
- А что делать умеешь?
- Машины антикварные ремонтировать.
- Здесь это вряд ли пригодится,
но на будущее надо иметь в виду, да?
- Алмазик, скажите,
чтобы мне дури в долг дали.
- Василек, у тебя и так мозгов
совсем уже не осталось.
- Плохо мне, видишь,
Алмазик, плохо, я загибаюсь.
- Василек, ты наркоман,
а наркоману не может быть
и не должно быть хорошо.
Совсем сторчался.
А когда-то, наверное,
был неплохой парень.
Надеюсь, с тобой такого не случится?
- Я не по этому делу.
- Ну, дело-то мы тебе подыщем.
- Спасибо, я сам справлюсь.
- Гордый? Это хорошо.
Но дерзкий - вот это не очень.
Пишет: "Мне нельзя было тебя увидеть,
но по крайней мере
я могу тебе написать.
Гера, я не верю,
что ты мог сделать что-то плохое.
Мне обязательно нужно знать
от тебя самого, что произошло.
Я не могу забыть тебя
и не могу перестать любить тебя".
- Держи, подружка.
Мамка посылку прислала.
Сколько ни говорил ей, что не надо,
пенсия-то курам на смех,
а она все равно старается.
Ты ешь, ешь давай, вкусно.
- Спасибо.
- Надо же, какая находчивая барышня,
адрес твой раздобыла.
Это, я скажу тебе, непросто.
- А откуда вы знаете про письмо?
- А я, мой дорогой, все знаю.
Положение у меня такое.
Помочь ответ написать?
- Я не буду отвечать.
- Обидишь девушку.
- Ну и хорошо.
Быстрей выбросит из головы.
Зачем я ей? Жизнь ломать?
- Ну, зачем ты ей, я не знаю,
девичья душа - потемки,
а вот зачем она тебе -
это я хорошо представляю.
Пиши ей в ответ что-нибудь душевное.
Девчонкам главное что? Любовь.
А тебе передачи, длительные
свидания - это ж санаторий.
Увидишь, скоро она
согласится расписаться с тобой,
Ты подумай, подумай.
Дедушка Алмаз плохого не посоветует.
- Ну что, опять валяешься?
Свет горит с ночи.
Опять не спала?
На этот раз не отвертишься.
Приготовлю тебе бульон, накормлю.
Бульон-то попить можешь?
Привет.
- Никита, спасибо тебе, ты такой...
- А какой? Добрый?
Прекрасный? Самый лучший?
Внимательный?
Да, все правильно, это я.
А еще я заскочил в твой институт.
Да, там подготовительные курсы
начались.
Я тебя записал. Походишь,
вольешься, а летом поступишь.
Правильно? Правильно.
- Никита, мне это не нужно.
- Да? А что тебе нужно?
А?
Что тебе нужно?
- Не знаю.
- Не знаешь? Никуда не ходишь,
не общаешься ни с кем.
- Ну почему? Я хожу к собакам,
с тобой общаюсь.
- Правильно, я же лучше собаки.
Что, не пишет тебе
твой Монте-Кристо?
- Знаешь, вот я умом понимаю,
что молчание -
это есть самый красноречивый ответ,
но вот здесь еще какая-то надежда,
я никак не могу от нее избавиться,
понимаешь?
- Может, это поможет?
- Что случилось, парень?
Плохие новости?
- Эти уроды из-за меня
мою мать достают,
а я здесь сижу
и ничего не могу исправить.
- Я скоро освобождаюсь,
на волю выхожу. Может, помочь чем?
- Спасибо, но я не знаю, что сделать.
- А-а, демон!
Демон все нутро мое сожрал!
- Не дури!
- Назад! Все назад, все демоны!
Всех убью, назад!
- Всех не возьмешь.
- Всех убью!
В письме: "Что ты хотела
от меня услышать?
Да, мне нужны были деньги,
большая сумма.
У твоей матери они были.
Я не хотел ее убивать,
но разговор вышел из-под контроля.
Не знаю, стало ли тебе
легче от этого,
но одно я знаю точно:
перестань писать мне.
Убийца твоей матери не подходит
на роль романтического героя.
Забудь все и начни все
с чистого листа".
- Та-дам.
Не боги горшки обжигают. Вполне себе
сносно получилось, по-моему.
Попробуй. Давай, давай.
Ну что, как?
- Такая...
- Вкуснота?
- Пустота.
Никита, я всех потеряла.
- Но я здесь.
- Просто мне страшно, что это будет
меня всю жизнь преследовать.
- Нет, ч-ш-ш. Не бойся ничего.
Все будет хорошо. Пойдем.
Пойдем. Ч-ш-ш.
- Никита, я совсем одна.
- Нет, нет. Все хорошо.
Никита, спасибо тебе. Спасибо.
Правда, не надо, я все время плачу,
плачу, плачу...
- Ч-ш-ш, молчи. Молчи.
- Нет...
- Все хорошо, ты не одна,
ничего не бойся.
- Никита.
У меня никого не было раньше.
- У меня тоже.
- Ты должен знать: мужики считают,
что ты Алмаза бросился спасать,
чтобы он тебе
должность смотрящего дал.
Но я так не считаю.
- Спасибо.
- О-о, заходи, заходи.
Ждал, ждал, когда ты пожалуешь.
Располагайся.
- Здрасте.
- Чай будешь?
- Нет, не буду.
- Я ведь добрых дел не забываю.
Вот все думал,
как тебя отблагодарить.
Парень ты толковый,
а мне толковый смотрящий нужен.
Бардака много. Надо следить,
чтобы не беспредельничали,
распределять дежурства, посылки.
Кому-то помощь нужна. Справишься?
- Спасибо.
- Ну вот и славно.
На такой должности все карты в руки.
Лучше, чем на воле, жить можно.
- Спасибо, но нет.
- Нет?
- Нет.
- Ну а чего пришел тогда?
Я думал, ты хочешь попросить что-то
за свое доброе дело.
- Хочу, но другое.
Пишет: "Здравствуй, сынок.
Могу тебя порадовать:
перестали ко мне являться парни
и требовать деньги.
Наверное, поняли,
что взять у меня нечего.
От этого стало спокойно
и сердце не болит".
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- А вы к кому?
- Вы Татьяна?
Мама Геры?
- Да.
- Гера просил заехать к вам
и передать гостинцы.
Тут чай, кофе, конфеты ваши любимые.
Сказал, вы все равно не купите,
сэкономите,
так чтобы я своей волевой рукой
вам принес.
- Боже мой, сыночек мой.
И что, и цветы мне?
- Это я сам.
Так сказать, на свой страх и риск
рискнул.
- Надо же, прямо как угадали.
Это мои любимые цветы.
- Спасибо.
- Ну что же я вас на пороге держу?
Проходите!
- Да мне неловко как-то.
- Да что вы, не стесняйтесь.
- Время у вас отнимаю.
- Раздевайтесь, раздевайтесь.
- А вы знаете, я думал:
"Не дай бог, сейчас вас не увижу,
не застану..."
- Сюда можно повесить.
- Ну что... Сейчас я, погодите.
- Да не надо снимать,
я все равно полы буду мыть.
Проходите. Проходите сюда, да-да.
- Ну ладно, сейчас.
- Ой, шоколадные конфеты.
Сейчас чай будем пить.
Проходите, садитесь.
Сейчас я смахну. Садитесь.
- Спасибо.
- Ой, какие цветы красивые.
Постойте, а как же он...
Откуда же он деньги-то взял?
Я же посылать ему не могу.
- Да вы не волнуйтесь,
мы же там работаем. Немного, правда,
платят, но все-таки хватает.
Просто все тратят кто как может.
А Гера, он откладывает.
(Всхлипывает.)
Что такое?
- Сыночек мой.
(Плачет.)
- Вот те раз.
Хороший у вас сын, Татьяна.
- Владимировна.
- Анька!
(Свистит.)
Можешь меня поздравить,
я сдал культурологию.
- Поздравляю.
- Поздравь меня!
- Я не сомневалась, ты так готовился.
- Я в себе сомневался.
"Невротическая личность нашего
времени" - моя настольная книга.
Чего?
- Да домой поеду.
- Накрывает опять?
- Да нет.
- А чего?
- Никита, я была у врача.
- Ну наконец-то.
Лекарства выписал? Антидепрессанты?
- У другого врача.
- У какого?
- Не знаю, говорить тебе, нет...
- Говори, конечно.
- Никита, я...
- Что?
- Я беременна.
Ладно, все, забудь.
- Аня, ты меня прости,
мне нужно побыть одному.
- Гордеев, на выход.
- Куда парня нашего?
- Куда надо - всем знать не надо.
- Вы мне его не обижайте.
- Ага, спросить забыли.
На выход.
К стене.
Проходим.
Доставили.
- Свободны.
Я же говорила, что еще свидимся.
- Екатерина, ты что творишь?
Мне тут звонит начальник колонии,
говорит, что ты требуешь заключенного
с тобой на прогулку отпустить.
Это что такое? Ты у меня
в командировку отпросилась для чего?
Чтобы на подельников Алмаза
материалы собирать.
А сама что делаешь?
- Павел Петрович, но это же
международная практика:
не только изоляция, а ресоциализация.
Важно показать человеку,
что общество ему доверяет,
уважает его потребности -
хотя бы в той же прогулке.
- Знаешь что, ты вот эти свои
формулировочки для прессы прибереги.
Ты скажи, это тот самый красавчик,
дело которого ты дважды
на пересмотр отправляла, да?
Я тебе сколько раз говорил:
нельзя путать личное с рабочим.
Катя, ты пойми, когда он сбежит...
Ты заметь, я говорю не "если",
а "когда", -
так вот, когда он сбежит,
твоей карьере придет конец.
Это ты понимаешь?
- Понимаю.
- Ничего себе. Я точно не сплю?
- Ешь, пока теплое.
Я заказала в гостиничном ресторане.
Вроде съедобное.
- Вы шутите - съедобное.
Это же королевская еда.
- Опять ты на "вы". Давай на "ты".
- Ну вы даете, старлей.
- А я сейчас не на работе.
- Так зачем ты здесь?
- Формально в командировке.
- А есть "неформально"?
Вкусно.
Когда освобожусь, отблагодарю, поведу
в любой ресторан, какой захочешь.
Если, конечно, муж отпустит.
- Я не замужем.
- Пока я освобожусь, точно выйдешь.
Такие женщины
в одиночестве не остаются.
- Какие?
- Как будто ты сама про себя
не знаешь.
- А что ты про меня знаешь?
- Немного.
- Ты знаешь, например,
что я каждый вечер думаю о тебе?
Гера, я не хочу ходить
вокруг да около.
Я приехала к тебе.
- К зэку, который сидит за убийство?
Смешно.
- Нет, к мужчине,
смелому, с достоинством.
который готов
брать ответственность на себя.
Гера, я хочу тебе помочь,
у меня сейчас есть такая возможность.
Я раскрыла одно громкое дело,
у меня есть карт-бланш.
- Поздравляю. Но при чем здесь я?
- Если мы распишемся,
я могу быстро вытащить тебя отсюда.
Условно-досрочное - вообще не вопрос.
Да, смешно. Кажется, я только что
сделала тебе предложение.
- Да, Анисимова,
ты только не тяни с решением.
Сроки-то поджимают,
а анализы нужны в любом случае.
- Да, хорошо, спасибо.
(Телефонный звонок.)
До свидания.
- До свидания.
- Катя, я не хочу
тебе морочить голову.
Я люблю другую девушку.
- Гера, я же не маленькая.
Я понимаю, что ты пока ничего
особенного ко мне не испытываешь.
Это я влюбилась в тебя
с первого взгляда.
Ты уж прости, что я так напрямую,
просто меня отец воспитывал,
и я не обучена всем этим
девичьим тонкостям.
- Хорошо, что напрямик.
Я тебе прямо скажу:
я считаю, что ты не заслуживаешь
такого варианта -
жить с мужчиной,
который думает о другой.
Тебе такого не надо, поверь.
Катя, ты замечательная...
- Ты можешь уйти прямо сейчас.
Скажу - сбежал.
В принципе, никто не удивится.
Денег на первое время я дам.
Отсюда можно дойти до полустанка,
там без документов подсесть на поезд,
а дальше...
Мне докладывали, Алмаз тебя любит.
Он скажет своим людям сделать тебе
паспорт на новую фамилию.
Вернешься к своей любимой,
будете счастливы.
- Плохая шутка.
- Это не шутка.
- Тем более глупость.
- Ты что, не хочешь к ней вернуться?
- А с тобой что будет?
- Что будет? Будет расследование,
уволят. Ну не расстреляют же.
- Нет, я на такое не согласен.
- Ты дурак? Я второй раз
предлагать не буду.
Иди.
- Привет.
- Привет.
- Ты не отвечаешь на звонки.
- Мне нечего тебе сказать.
- А мне есть что.
- Никита,
ты не обязан хотеть этого ребенка.
- А я хочу.
За... выходи за меня замуж.
- Ой, здрасте.
- Здрасте.
- Здрасте.
- В общем, у нас достаточно
материалов,
чтобы отправить дело напарника Алмаза
на доследование.
- Все?
- Павел Петрович, дайте мне,
пожалуйста, отгул за свой счет.
- Катя, что происходит?
- Я знаю, что у нас завал.
Я вернусь и все разгребу.
Отпустите меня, пожалуйста.
- Так. Давай рассказывай.
- Что рассказывать?
- Да все рассказывай.
Я же тебя с детства знаю,
я тебя учил.
Думаешь, не вижу,
что у тебя на душе творится?
Это из-за твоего героя-любовника?
- Он не мой.
У него есть любимая,
и я должна ей объяснить,
чтобы она ему писала, приехала,
чтобы она не сдавалась,
чтобы она его не бросала.
Человек погибает, чахнет.
- Хорошо.
Я могу тебя отпустить.
Я могу тебе даже
командировку выписать.
Но только будет у меня для тебя
одно очень серьезное задание.
- Какое?
- Купи себе самое красивое
свадебное платье.
Екатерина, выходи за меня.
- Павел Петрович, я же вас не люблю.
(Плачет.)
- Катя, Катюша, ну что ты?
Что ты, что ты, милая? На, возьми.
Катя...
Катюша...
Катенька, ну не плачь, пожалуйста.
Ну... Я же тебя с детства знаю.
Я тебя знаю лучше,
чем ты сама себя знаешь.
Ты за мной будешь
как за каменной стеной.
Ну а то, что не любишь...
Ну а что, без страсти
совсем нельзя никак?
- А как же без любви?
- Ну а что любовь, Катя?
Любовь - она ведь как растение.
Если будешь поливать,
будешь за ней ухаживать,
она и расцветет.
Ты только, пожалуйста,
не отвечай мне прямо сейчас, ладно?
Ты обещай, что подумаешь. Хорошо?
- Говорят, у тебя подруга
важная завелась.
- Я бы так не сказал.
- Да ладно, не скромничай.
Мне разведка донесла про ваш пикник.
- Значит, вам виднее.
- Виднее, виднее.
Пойдем поговорим.
- Я не буду использовать Катю.
- Что ж ты такой горячий, а?
Сразу "использовать".
Ну давай объясню.
Смотри, девушка получает то,
что хотела, -
общение с любимым мужчиной.
Твои братья по несчастью,
сидельцы, получают помощь.
Ну не станет же она отказывать, если
любимый попросит помочь товарищам.
Ты получаешь регулярные свидания
со всеми радостями жизни.
А потом и УДО. Ну кому плохо?
- Я не хочу ее обманывать.
- Гера, я ведь не уговариваю тебя.
Я говорю, что нужно сделать.
Ты же знаешь, я к тебе
со всем уважением.
- Я знаю.
- Маме твоей помогли.
- Спасибо.
- В твоем положении не выбирают.
- Нет такого положения,
в котором не выбирают.
- В твоем возрасте
я тоже был такой же -
гордый, дерзкий.
Но со временем начинаешь понимать,
что каждый встроен в систему.
И они, и я. И ты тоже.
- Вы мне зачем это говорите?
- Либо ты в системе, либо против нее.
А тот, кто против,
должен быть наказан.
Как бы хорошо я к нему ни относился.
- Ой, здрасте.
- Здравствуйте.
- А вы к Ане приехали?
- Да.
- На свадьбу?
- На свадьбу?
Да.
- Они только что в загс уехали.
Вы прямо чуть-чуть опоздали.
- А где загс, не подскажете?
- Ты что творишь?
- Переезжаешь.
- С какой стати-то?
- Я так сказал.
Давай вставай.
- Ты ошибся.
- Нет, это ты ошибся.
Очень серьезно ошибся.
- Совсем уже совесть потеряли.
Чем вам парень-то помешал?
- Батя, рот закрыл.
- Извинился быстро.
- Что?
- Ты слышал. Извинился перед старшим.
- Гера, не стоит. Ну их.
- Ты что, глухой?
- Не глухой.
- Что за базар?
- Да у мальчика, по ходу,
крышу снесло.
- Ну когда крышу сносит,
надо ставить на место.
- Спасибо, друзья.
Гости кричат: - Горько! Горько!
Горько! Горько!
Горько! Раз!
Два!
Три! Четыре! Пять! Шесть!
Семь! Восемь!
Девять! Десять!
Поздравляем! Поздравляем!
- Спасибо, друзья! Спасибо!
По телефону: - Да, Катя?
- Павел Петрович,
какое свадебное платье
вам больше нравится -
с открытой спиной
или с открытыми плечами?
- Друзья, я спешу вас обрадовать.
Вчера мы получили результаты
за прошедший месяц.
Наши рейтинги выросли,
коэффициент цитирования увеличился.
Всех поздравляю, все молодцы. Ура!
Но! Но. Мы не расслабляемся.
Мы работаем в поте лица, да?
- Упражнение "Езда на верблюде".
Вдох - прогибаемся вперед,
вытягиваем грудную клетку,
подбородок.
Выдох - плавно скругляемся обратно.
- Никита, а ты пойдешь
на тренинг по тантре?
- Не знаю еще.
Я уже проходил этот уровень два раза.
- А я не знаю, смогу ли я.
Учеба, работа...
Как ты все успеваешь?
- Просто я не трачу жизнь
на ненужные вещи.
Только духовное развитие.
- Клево. Научи меня так же.
- Что у нас с лонг-ридом?
- К концу недели будет.
- Кира, какой конец недели?
Дедлайн вчера был.
- Ну зато выйдет бомба.
- Давай работай! "Бомба"...
Привет.
Какие переговоры?
Никита! Никита, я тебя жду в семь.
Не опаздывай, пожалуйста. Пока.
(Длинные гудки.)
- Вот это я называю
настоящей тантрой.
- У!
Уже семь.
- Как семь?
- Ну так.
- Привет, мама.
- Привет.
- Ну как спектакль?
- Потрясающе.
- Я там пиццу заказывал
и тебе половину оставил.
- О, спасибо.
Очень кстати, я как раз не обедала.
- Ну если ее только папа не слопал.
- А папа дома?
- Ну если он на своих тренингах
телепортироваться не научился, то да.
- Даня, не ерничай,
у папы сложный период.
- Я его 12 лет знаю,
у него всегда сложный период.
- Ну да, чувства юмора
тебе не занимать.
Ты уроки сделал, остряк?
- Ну... да.
Мама.
- Что?
- Ты если с папой из-за меня
разводиться не хочешь,
то ничего, я переживу.
У половины моих одноклассников
родители в разводе - и ничего.
- Даня, это не так.
Ну да, мы иногда с папой ссоримся...
- Иногда?
- Прости, ты прав.
Я постараюсь держать себя в руках.
- Да дело не в этом.
Мама, ты думаешь, я не вижу,
что папе на нас наплевать?
- Даня, тебя он очень любит.
Правда.
- Он не меня любит, он себя любит.
Ну вот когда он в последний раз
хоть куда-нибудь со мной ходил?
- Давай так сделаем:
я с ним поговорю,
и все наладится, я тебе обещаю.
Долго не засиживайся.
- Да, хорошо.
Сейчас по-быстрому мир спасу.
- Ну и как это понимать?
- Что, родная?
- Почему ты не пришел в театр?
- Театр был у нас сегодня?!
- Никита, не идиотничай.
Я тебе напоминала.
- Любимая, прости.
Я был на переговорах,
у меня голова была забита другим.
- Мы с тобой договаривались.
Мы пытаемся преодолеть кризис,
мы пытаемся найти
общий язык друг с другом.
Почему это только мне нужно?
Почему ты не хочешь меня понять?
- Это ты почему не хочешь
меня понять?
Ну конечно, тебе легко.
- Мне легко?!
- Да. У тебя прекрасная карьера,
ты успешна.
А ты знаешь, каково это -
жить за счет жены
и бояться упреков?
- Да когда я тебя упрекала?
- Ты вообще знаешь
это чувство нереализованности?
- А что ты делаешь
для этой реализации?
- А вот это было уже обидно.
Аня, у тебя очень тяжелый характер.
Ты никогда не пыталась меня понять,
ты меня только обвиняешь.
- Я?
- Да.
В семьях, где женщина вдохновляет
собственного мужчину,
он, как правило, успешен.
- И как же мне тебя надо вдохновлять?
- Вот, ты даже этого не понимаешь.
- Послушай, у нас освобождается
место редактора.
Алина уходит в декрет.
Хочешь на ее место?
Там вот такие проекты
и хорошая зарплата.
- Аня, ты слышишь себя?
Ты предлагаешь мне,
взрослому, талантливому мужчине,
прийти на место беременной девчонки?
- Что за дискриминация?
- В подчинение к собственной жене?
- Я не знаю...
- Вот, ты обидишь и даже не заметишь.
- Ну хочешь, я позвоню Аристарховой,
у нее свой издательский холдинг,
Может, она для тебя что-нибудь
интересное подыщет. Хочешь?
- Я не знаю. Не знаю.
- Марьяна, а вы когда-нибудь думали
о своем предназначении?
- Что?
- У вас очень позитивная аура.
Я просто такие вещи чувствую.
- Да? Спасибо.
А Екатерина Георгиевна
уже выделила кабинет для вас?
- Вот, вы всегда заботитесь
об окружающих. Правильно?
- Ну... Да.
- А кто же позаботится о вас?
Вот.
- Добрый день, Екатерина Георгиевна.
- Список дел на сегодня.
- Екатерина Георгиевна,
может быть, я...
- Это все.
- Марьяна, вы рождены,
чтобы сводить мужчин с ума.
- Правда?
- Да.
- Пожалуйста.
- Анечка, спасибо.
Ой, какой же изумительный аромат
у вашего чая, Анечка.
- Я привезла его
с симпозиума на Алтае.
У меня кое-что для вас есть.
Вот. Настойка для ваших суставов.
Говорят, чудодейственная.
- Аня, это вдохновляет.
- Ну хоть кто-то мне говорит
о вдохновении.
Вы знаете, Никита говорит,
что он не работает
и что он занимается всякой ерундой,
потому что я его не вдохновляю.
А я, честно говоря,
даже не знаю, что мне делать.
- Слушайте, вы меня простите,
старика,
но что-то мне подсказывает,
что ваш Никита
просто вульгарный манипулятор.
- Да нет, нет.
Я просто думаю - может,
я что-то неправильно делаю?
Может, я на него давлю как-то?
- Анечка, скажите...
Вот в отношениях участвуют двое,
правильно?
- Правильно.
- Вот.
Вот и ответственность за все,
что происходит,
нужно распределять как? Поровну.
Это же так просто.
Вы согласны?
- Согласна.
- А чай изумительный.
(Телефонный звонок.)
- Простите.
Алло, Катя, привет.
- Анечка, мне очень неловко
тебе об этом говорить,
но ты должна знать. Твой Никита...
- Что?!
- Никита!
- Я медитирую.
- Я ненавижу тебя!
- Аня, пожалуйста, успокойся,
дыши глубоко.
- Да я вообще не могу дышать!
Никита, я не понимаю,
почему ты надо мной так издеваешься?
Я пытаюсь сохранить нашу семью!
- Аня, пожалуйста, не усугубляй
и не устраивай истерик,
как в пошлом романе.
- Да вся моя жизнь как пошлый роман!
Никита, я тебя устроила работать
к своей знакомой,
и ты в первый же день
соблазняешь ее секретаршу!
- То есть это я такой плохой,
а ты святая?
Анечка, а ты вспомни, кто тебя спас,
когда ты была влюблена как кошка
в убийцу собственной матери.
- Какой же ты жестокий.
- Это я жестокий?!
Да я карьерой пожертвовал ради тебя.
- Тебе просто удобно жить
за мой счет. - Аня...
- Ну сколько можно уже?
Достали вы со своими скандалами!
- Ты же должен быть на тренировке.
- Ее отменили.
- Данечка, сынок, как ты услышал?
Ты же все время в наушниках.
- Да, в наушниках,
чтобы вас не слышать.
Видеть вас не хочу.
- Даня!
- Не надо. Устроила скандал,
так не усугубляй.
Дай ребенку прийти в себя.
- Никита, давай разведемся.
- Давай.
Только идти мне некуда,
квартиру придется разменивать.
В дизайн-проект и ремонт
я вкладывался.
Кстати, плазму и кофемашину
купил тоже я.
- Я пойду посплю. Устала.
- Давай.
- Ай!
- Осторожно.
- А где Даня? В гостиной уснул?
- Нет, не приходил еще.
- Как - не приходил?
Ночь на дворе. Где он?
- Откуда я знаю?
- Никита, ты отец!
- Опять упреки, опять.
- Он не звонил? Ты его не искал?
- Я доверяю своему сыну
и не собираюсь за ним шпионить.
- Да при чем здесь "шпионить"?
Он ребенок,
мало ли что могло произойти.
Не отвечает.
- Может быть, он в кино.
- Алло, Сергей? Сергей, здрасте.
Это Аня, мама Дани.
Скажите, пожалуйста, Даня не у вас?
Нет-нет, ничего не произошло,
все хорошо, просто...
Извините. Извините, пожалуйста,
за поздний звонок. Да, до свидания.
Алло, Денис? Денис, привет.
Это мама Дани.
Скажи, пожалуйста, а Даня?..
А, вы поссорились?
И он к тебе сегодня не заходил?
Я поняла. Спасибо большое.
До свидания.
- Мама Дани, а вы собираетесь
весь город разбудить?
- В полицию надо.
- Я позвонила его друзьям,
я обзвонила все больницы...
- Анна... Как вас по батюшке?
Идите домой, ложитесь спать.
У пацанов такое бывает - загулял.
Придет.
- Я ей, кстати, то же самое говорю.
- Нет, вы Даню не знаете.
Он всегда, когда идет куда-то,
всегда мне говорит, куда идет,
с кем идет, когда возвращается.
- Может, девушка у него появилась?
Самые послушные мамку забывают.
- Вот, кстати, процесс сепарации,
правильно.
- Чернышев, доброй ночи.
Как обычно. Проходите.
- Нет, я чувствую, что-то случилось.
- Ну что вы предлагаете?
В протоколе так и писать:
"Гражданка Анисимова чувствует -
что-то случилось.
Присылайте спецназ".
- Вы издеваетесь? Я же вам сказала,
пропало его свидетельство о рождении!
Нет некоторых вещей,
нет денег, которые он заработал
себе на новый планшет на каникулах.
Вы не понимаете, что ли?
- Тем более все хорошо.
Деньги у пацана есть, документы тоже.
Если что случится,
его моментально опознают.
Ну, если набедокурит.
- Ой! Ой! Господи!
Данечка, внучок, милый мой!
Что случилось?
- Бабуля, почему сразу
"что случилось"?
Ты не рада меня видеть?
- Да рада, конечно. Ты мое солнце.
Слушай, а чего-то никто не звонил.
А где папа и мама?
- Бабуля, я голодный и уставший.
- Ой, давай рюкзак, тяжелый же.
- Бабуля, я больше тебя, сам донесу.
- Господи, вот хорошо-то как, а!
- Гражданочка, идите домой.
Может, ваш сын уже вернулся.
- Аня, правда, пойдем домой.
Что мы сидим-то?
- Слушайте, если вы сейчас же
не начнете поиски, пожалеете.
Завтра вся пресса будет о вас писать.
Вы меня поняли?
(Телефонный звонок.)
Алло. Бабуля, привет.
Извини, я сейчас не могу говорить,
я очень занята.
Давай я тебе попозже позвоню. Хорошо?
Не обижайся на меня, пожалуйста.
Что?!
- Говорю, Данила у меня.
Ну да. Говорит, вы его достали.
Хочет жить здесь, собирается
школу оканчивать экстерном
и зарабатывать этими, как его,
компьютерными программами.
Не могу я его позвать, он спит.
На поезде приехал. Я не знаю,
что он там наплел проводникам.
Я его накормила, он сразу спать лег.
- Господи, слава богу, он нашелся.
Нет, ты его не буди, пусть он спит.
Да, все. Спасибо тебе огромное,
я тебя люблю, целую, обнимаю.
Пока. Нашелся.
- Я же говорил.
- И надо было устраивать истерику,
переночевать замечательно
в отделении. - Замолчи, а!
Это все из-за тебя произошло!
(Ругаются.)
- Граждане, не здесь!
Здесь люди отдыхают.
- Аня...
- Я к Дане еду. Ты со мной?
- Аня, не драматизируй.
- У тебя сын сбежал из дома.
Как ты можешь быть таким равнодушным?
- Он же нашелся.
- А почему он сбежал,
тебя не волнует?
- Переходный возраст. Это пройдет.
- Да, классный из тебя вышел отец.
Собственно, как и муж.
- Аня, тебе нужно успокоиться.
Давай поедем домой,
я заварю тебе травяного чая.
- Слушай, пошел ты со своим чаем.
- Слава богу, все хорошо.
- Тихо ты, не разбуди его.
Может, хоть сама поспишь с дороги?
Столько ехала.
- Мама...
- Да, мой хороший.
- Прости меня.
- Я тебя люблю. Спи, спи.
- Ой, господи.
- Мама, давай купаться!
- Давай.
Возьми полотенце.
Даня, ты так здорово ныряешь.
Научишь меня завтра?
- Попробуем, если шторма не будет.
- Ну да.
Я проголодалась ужасно,
хочу жареной рыбы.
- Мама, ты долго будешь делать вид,
что все нормально?
- Слушай, по-моему, все не нормально,
все замечательно.
Смотри, мы с тобой накупались.
И так нечасто
куда-то вместе выбираемся.
- Ну как знаешь.
- Женя, привет. А я вот тут...
Скажи уже, что хотела.
Хватит на меня волком смотреть.
- По ночам спишь хорошо, Валера?
Пригрел гада под боком.
- Этот "гад" уже понес
свое наказание.
- Ты думаешь, мне от этого легче?
- Бабуля, где Даня?!
- Гуляет!
- Как - гуляет?
- Снастей нет и весел.
- Даня!
Даня!
Даня! Даня!
Даня!
Даня!
Даня!
- Давай, давай.
- Мама, мама!
- Даня, где ты был?
Я тебя везде искала!
- Я порыбачить хотел, а там шторм,
и у меня весло уплыло.
А потом накрыла волна,
и я тонуть начал.
- Да можно без подробностей.
- Он меня спас.
- Спасибо тебе.
- Здравствуй.
- А вы знакомы?
- Ладно, я пойду.
- Бабушка рассердится,
я ее снасти утопил.
(Аня плачет.)
Мама, мамочка, пойдем домой.
Мама, мама.
- Да, да.
- Мамочка, мама, мама.
- Герка, иди с матерью прощаться.
- Сыночек, может, ты к нам переедешь?
- Мама.
- Дед говорит, что на тебя здесь
до сих пор косо смотрят.
- Да ничего, привыкли уже.
- Ты здесь совсем отшельником живешь.
- Как это? А я?
- Ну папа.
- Да вы что? Мне нормально,
мне никто больше не нужен.
- Отлично мы тут с Геркой живем!
Он же мастер хоть куда.
Есть кому дело оставить.
- Папа.
- Герка,
ты сегодня с утра какой-то не такой.
Что-то случилось?
- С чего ты взял-то?
- Да ладно, я все вижу.
- Вадик, нам пора.
Поехали, а то поезд без нас укатит.
- Ну давай. Спасибо тебе, Герка.
- За что?
- За мать твою. Иду, солнце, иду.
- Мама.
Давайте. Счастливой дороги.
- Аня приехала.
- Все ты, дед, знаешь.
- Что делать будешь?
- Лодку заканчивать.
- Что, так и будешь сидеть молчать?
- Почему ты мне не сказала,
что Гера здесь?
- Потому и не сказала,
чтобы ты себя не терзала.
- Представляешь,
тогда он меня спас из воды,
а сейчас Даню. Ходит хромает.
- Люди говорят,
его в тюрьме чуть не убили.
Ну и поделом.
- Бабушка...
- Что - бабушка?
Ты что с Никитой решила?
- Подаю на развод.
- Аня, может, не стоит так
с плеча рубить?
- Ба, он мне изменил.
- О-о.
Думаешь, лучше найдешь.
Я не собираюсь никого искать.
- Ну да. Лучше одной вертихвостить,
как твоя мать.
- Ба, не говори ты так про маму.
- А что - говори, не говори?
Так же хочешь доиграться?
- Ба, мама всю жизнь была честна
перед собой и перед другими. Просто
она хотела найти настоящую любовь.
Вот и все.
- Угу, нашла настоящую любовь.
- Ба, ну что ты
в самом деле такое говоришь?
- Я знаю, что я говорю.
Сейчас тебе покажу кое-что.
Ой...
- Что?
- Сейчас покажу.
На вот, почитай.
- А что это?
- Читай, читай.
(Звучит лирическая музыка.)
- Это что, мамино письмо Гере?
- Да.
- Она была в него влюблена,
и у них был роман?
- Да.
- А почему ты только сейчас
об этом рассказала?
- Да потому что я не хочу,
чтобы ты такие же ошибки совершала.
- Откуда оно?
- На полу нашла.
Следователи не увидели, а я прибрала.
- Прибрала?
- Да.
Я не хочу, чтобы имя моей дочери
на каждом углу полоскали.
Связалась с мальчишкой,
прости господи.
- То есть это письмо
не упоминается в деле?
- А что бы оно дало?
- Ну!.. Дало.
В смысле - чтобы оно там дало?
Здесь написано,
что мама предлагала Гере
деньги еще раньше, а он отказался.
Что тут написано?
Что она была в него влюблена.
Но самое главное:
она сама умоляла его прийти.
Это письмо могло бы помочь ему
в суде, понимаешь?
- Аня,
он был с Лизой в тот момент,
когда все это случилось?
Был. Вот и все.
Никакие бумажки не помогли бы.
Куда ты?
- Мне нужно у него самого спросить.
- Аня, не ходи, он опасный человек!
- А вот и я!
- Никита, ты что здесь делаешь?
- Что значит - что делаешь?
Здесь мои жена и сын.
Ну что, даже не обнимешь мужа?
- Вот порадовал, Никитушка, приехал.
Аня, давай привечай мужа.
- Здрасте.
- Я ухожу.
- Куда ты? Ну?
Даня сейчас придет с пляжа,
папа здесь, а мамы нет.
- К тому же, я есть хочу.
- О, слава богу!
- Проходи.
- Аня...
Вкусно?
- Феноменально.
- Ешь. Пойду пирожки проверю.
- Аня!
Давай начнем все сначала и преодолеем
этот естественный семейный кризис.
- Никита, ты же был согласен
на развод.
Говорил про размен квартиры. Нет?
- Мы оба вспылили,
такое бывает между близкими людьми.
- А мне кажется,
что ты просто осознал,
что теперь тебе придется
самому зарабатывать себе на жизнь.
- Вот ты опять только о деньгах!
- Никита, кто-то в семье
должен о них думать!
- Вы издеваетесь, а?
- О, сын! Иди здороваться.
- Я за сотню километров уехал,
чтобы не слышать ваши скандалы,
а вы и сюда приехали ругаться!
- У нас с папой
просто сложный период.
- А когда он у вас был легким?
Зачем вы вообще поженились?!
- Сын, ты преувеличиваешь.
- Мы все друг друга любим.
- Он тебя не любит,
и ты его тоже не любишь!
- Какой-то провинциальный театр.
- Это не театр, папа,
это моя жизнь.
Ты думаешь, я не слышу, когда ты
с какими-то тетками про любовь
разговариваешь, пока мама вкалывает!
- Никита...
- Сын, извинись.
- За что мне извиняться?
За правду?
- Вот и пирожочки.
- Здрасте.
- Здрасте. Ты чей будешь-то?
- Это ко мне.
- А.
Что-то случилось?
- Да. Ну, не то чтобы...
Вы тут настоящую лодку делаете.
Можно, я вам помогать буду?
- Ладно. Конопатку будешь держать.
Тут надо будет
как следует пазы заделать.
- Ничего не понял.
- Пойдем.
Вот, дома посмотришь, что к чему.
- Спасибо.
- Ну иди, помогать будешь!
Книжку положи сюда. Здесь держи.
- Держу.
- Крепче держи. Держи-держи.
- Держу.
- Значит, секретарша Аристархова
не единственная женщина,
с которой ты мне изменял!
Господи, даже ребенок это понимает!
- У Даньки переходный возраст,
он все преувеличивает.
- Не трогай меня!
- Аня, ты ж всегда меня понимала.
- Пыталась. Больше не хочу.
- После работы искупаться -
лучше не придумаешь.
- Ага.
- Ты маме сказал, где будешь?
Не будет тебя искать, как вчера?
- Да ей сейчас не до этого.
- А что так?
- В общем, отец приехал,
опять на нее давит.
- Что значит - давит?
- Ну она ж хорошая,
а он ей лапшу на уши навешает,
что она во всем виновата,
а потом на шее у нее сидит.
- Но это как-то нехорошо про отца.
- А он с ней хорошо?
Он ей сейчас мозги запудрит,
она его простит в который раз,
а потом мучиться будет.
- И что ты собираешься делать?
- Может, вы там с отцом
как-нибудь по-мужски поговорите?
- По-мужски? Давай попробую. Пойдем.
- Аня, я не ожидал от тебя.
У тебя неустойчивая психика.
Кто, как не я, может тебя поддержать?
- Я сама в состоянии
о себе позаботиться.
- Это иллюзия. У тебя тонкая
душевная организация.
И на фоне постоянного стресса...
- Оставь эту изотерическую чушь
для молодых дур.
- Аня, я честн...
- Пошел вон!
- Папа, ты куда?
- Уезжаю.
Прощай, сын. Не забывай отца.
- Ну, Данька, судя по всему,
твоя мама и без нас справилась.
- Я пойду посмотрю, что там и как.
- Давай, беги.
- Ты что, Никиту выгнала?
- Да.
- Ты с ума сошла! Верни его.
- Бабуля, да еще никогда в жизни
не была так твердо уверена в том,
что я делаю.
- Мама, ты правда это сделала?
- Да.
- Ну что, ужин будем готовить?
- Праздничный.
- С ума сойти.
(Звучит лирическая музыка.)
- Мне скажи, что ты задумал?
- О чем, дед?
- Сына Аниного привечаешь.
Думаешь, я не узнал его?
На мать похож. На что рассчитываешь?
- Да я уже давно
ни на что не рассчитываю.
Просто живу.
- Правда здорово?
- Здорово.
- Вот чуть-чуть подучусь,
тоже лодки буду строить.
- Молодец.
- Мама, это ты молодец.
Правильно, что папу выгнала.
- Выгнала - это неправильное слово,
просто мы с папой поговорили
и решили разойтись.
- Может, так неправильно говорить,
но я рад.
Папа вообще думал только о себе,
ему было на нас наплевать.
- Даня, но если бы папе было
на нас наплевать, он бы не приехал.
Он переживал за тебя.
- Какая же ты хорошая.
- Вся в тебя.
- Знаешь, Гера клевый.
Мы с ним лодку ремонтировали.
- Мне Даня сказал,
он тебе лодку помогал делать.
- Да. Замечательный у тебя пацан.
У вас все хорошо?
- Теперь да.
Какой ты стал.
- Какой?
- Я не знаю... Взрослый.
- 12 лет прошло.
- Гера, я сегодня все узнала.
- И что ты узнала?
- Про тебя и про маму.
Про то, что ты тогда
не из-за денег пришел.
- Лиза была в общем замечательная.
Взрослая, красивая.
Знала, чего хотела.
В общем, я увлекся ей.
Но до того момента,
как узнал тебя ближе.
Есть страсть, есть любовь.
Я выбрал любовь.
- А мама не хотела тебя отпускать.
Это в ее духе.
Страстная, увлекающаяся.
Ты знаешь, мне иногда казалось,
что это я ее мать.
- Да.
Этот звонок из университета -
чтобы ты приехала.
Лиза попросила свою секретаршу
позвонить тебе.
- А я все гадала,
кто же меня разыграл.
А мама просто хотела,
чтобы я уехала и вам не мешала.
- Это было глупо.
- Что произошло в то утро?
- Ты уверена, что хочешь услышать?
- Да.
- Я пришел к Лизе,
чтобы прояснить всю ситуацию.
Мне показалось,
что она неточно могла меня понять.
Ты что творишь, а?
- Ты пришел. Я знала, что ты придешь.
- Лиза, ты что устраиваешь?
Я же тебе сказал, все кончено.
- Да какая разница, что ты сказал?
Мы говорим одно, а делаем другое.
Ты же пришел. Значит, ты мой.
- Я люблю другую.
- Кого?
Кого, Герочка? Дорогой ты мой... Аню?
Она же маленькая,
глупенькая девочка. Капризная!
Ты для нее просто игрушка на лето.
А я же с ума без тебя схожу.
Я дышать без тебя не могу!
- Лиза!
Лиза, перестань.
- Герочка, обними меня, пожалуйста.
Ну почувствуй ты меня!
- Лиза!
- Что?
- Лиза, слушай меня внимательно.
Я сейчас решаю проблему
с деньгами и еду к Ане.
Это понятно?
- А, деньги? Да, деньги же есть.
Есть деньги. Много денег!
Много денег, Герочка.
Тогда ты будешь со мной?
- Да хватит унижаться!
- Гера, ну подожди!
- Я тебя не люблю, можешь это понять?
- Да это неправда! Ты обманываешь!
- Не надо мне от тебя ничего.
- Гера, ну что тебе нужно?
- Ничего! Оставь меня в покое.
- Гера! Герочка, ну открой!
Гера! Ну открой!
Ну пожалуйста!
Герочка!
Гера!
Гера!
(Лиза кричит. Слышен грохот.)
- Лиза!
Лиза?
Лиза...
Лиза... Лиза!
Лиза!
Лиза, Лиза, очнись.
Аня: - Мамочка, я вернулась!
Ау!
- Аня...
Я не знаю, как это все произошло.
(Аня кричит.)
- В общем, она ударилась головой.
Я не успел.
- Почему ты это мне тогда не сказал?
- А каково тебе было бы узнать,
что вы с мамой выбрали
одного мужчину?
- Я бы все поняла.
- И что? Тебе было 18 лет.
Вся жизнь впереди.
А я знал, что сяду.
Зачем тебе все это?
Мужчина, осужденный
за убийство твоей матери.
- И поэтому ты написал то письмо, да?
- Хватит.
- Что нам делать?
- Ничего.
- Я так не согласна.
- А я уже не тот, кого ты знала.
Слишком много всего было.
- Гера!
Я каждый день
на протяжении этих лет
думала о тебе.
- Я тоже.
Прости.
- Ну, как он?
- Да как? Сидит. Не ест, не пьет.
Держался, держался, да рассыпался.
Аня как?
- Они с Данилкой уехали.
- Довольна?
- Чем довольна-то?
- Тебе же нравится,
чтобы люди бесконечно страдали.
Из-за одной ошибки.
Вот я, например.
- Вспомнил!
- Да, ошибся.
Да, закрутил с Нюркой.
Но ты же сама сказала: не жди.
- А что ж ты за мной не поехал, а?
Я-то, может, ждала.
Думала, настоящий мужик,
на своем настоит.
- И ты бы меня приняла?
- Чего сейчас говорить?
Ты ведь даже не попробовал.
- Это что ж получается?
Почти 50 лет коту под хвост?
Я с Нюркой покойной -
как кошка с собакой промаялся.
А ты - с Андрюхой-гулякой всю жизнь.
Как же так? Что ж мы дураки такие?
- Видимо, дураки.
На вот. Герке передай.
Это Анин адрес.
Господи!
- Здорово, что мы решили
все обновить, да?
- Ну, не мы, а ты.
- Не вредничай.
- А с пузырями-то что делать будем?
- Как смогли, так и поклеили.
- Надо было сначала наждаком
пройтись, а потом прогрунтовать.
- Молодой человек, да вы профи!
- А что, мы когда с Герой
лодку Кузьмича ремонтировали,
он меня так научил.
А ты знаешь, как для лодки
ровный слой краски важен?
- Не знаю.
- Вот поэтому и надо было.
- Тут, брат, неважно, что надо было.
Важно, что надо делать сейчас.
- Гера приехал! А как ты нас нашел?
- Ваша бабушка адрес дала.
- А как ты в квартиру зашел?
- Дверь открыта была.
- Мама, ты опять забыла
дверь запереть?
- Да, я всегда забываю.
- Правильно, это же не женское дело -
о безопасности думать.
Для этого есть мужчины, да?
- Да.
- Ну давай, неси еще валик.
 

////////////////////////////