Светлана – мать-одиночка, живет вместе с дочерью-студенткой Лерой.
Основные жизненные трудности Светланы уже позади, и, наконец, она на
седьмом небе от счастья - после долгих лет одиночества сослуживец
предложил ей выйти замуж. Но дочь Лера вовсе не в восторге от
предстоящего родства с Анатолием. Ей нужен отец, но не этот, а родной.
После конфликта с будущим отчимом Лера решает во что бы то ни стало
разыскать своего настоящего отца. Перерыв интернет, Лера выясняет, что
ее отец живет в Казахстане...
Все фразы и цитаты
(Звонок будильника.)
ОАЗИС ЛЮБВИ
- Встала?
- Как видишь. Что?
- Что, ты сама просила
проконтролировать.
Вот я и контролирую.
- Спасибо.
Слушай, мама, а ты здесь с кем?
- Да так, кто-то из институтских
приятелей, наверное.
А откуда это?
- Я тетрадку искала и вот нашла.
Там еще на обратной стороне - вот.
Амир.
- Надо же, даже не помню, кто такой.
Слушай, у тебя же сегодня
последний экзамен, да? - Да.
- Ой. Давай.
Ни пуха.
- Иди к черту, мама.
- Я уже там.
Поешь.
- Не хочу. Сама поешь.
- Да я бы с удовольствием, но нельзя.
Отложение жиров.
- А что, Толик нащупал жиры и сказал?
- Лера, при чем тут Толик, а?
Чуть что, сразу...
Дался тебе этот Толик, а?
- Мама, он не мне дался,
он тебе дался.
- Лера.
- Все, не надо, пока.
- Подожди, а когда ты будешь?
- Когда-нибудь буду, не все ли равно?
- Лера.
Господи, что с девочкой происходит?
Так, Карина, значит,
это у нас азиатские поставки
за четвертый квартал. Я все там
подписала, снабженцам скажи сходу.
Ладно?
- Ладно. - Все.
- Светлана Александровна,
нам арендную плату опять повысили.
За наши два ряда стеллажей теперь
на двадцать тысяч больше требуют.
Это вообще как? Нормально?
- Нормально, ничего страшного. Слава
богу, мы можем себе это позволить.
- Светлана Александровна,
вы куда-то уходите?
- В ЗАГС, заявление подавать.
- Ой, Светлана Александровна.
- Дурачок, что ли? Как дитя малое.
Напугал.
- Не напугал, а приласкал. Светуля.
- Не надо, тише.
Не надо тут ласк твоих и Светуль...
Все, поехали.
- Куда поехали?
- Забыл.
- Ты что? Я забыл?
Я помню, сейчас поедем.
Я только вот куртку возьму,
и все - поедем. - Давай, давай.
- Ой, Света,
я паспорт забыл.
- Толя.
- Шутка, шутка.
- Толя, дурацкая шутка.
Какая-то матросская.
Хором: - Ура! Поздравляем!
Горько! Горько! Горько! Ура!
Поздравляем!
За молодых!
- А вот здесь, если у меня
временная регистрация, что писать?
- Пишите временную.
Сколько вы в Петербурге?
- Четыре года.
- Могли бы за это время
и постоянную сделать.
- Да.
Мог бы, но не сделал.
С другой стороны у нас у всех
временная - родился человек,
то есть прибыл, пожил,
глупостей наделал, потом убыл.
То есть умер. Ничего постоянного.
- Гражданин,
что вы хотите этим сказать?
- Ничего он не хочет сказать,
балаболит просто.
Большой шутник. Скажите, так когда
можно будет эту процедуру провернуть?
- Вы имеете в виду
торжественную регистрацию?
- Да. Только торжественную
необязательно.
- Да.
- Так.
Раньше 17-го никакого окошка.
- Семнадцатого? Получается месяц?
- Ну да.
Вы меня, ради бога, извините,
а если?..
- Ну а если, ну а если, тогда через
неделю, среда. Только с самого утра.
В 9 часов. И без квартета скрипачей.
- Без квартета?
- Прекрасно.
- Без квартета.
- Ты чего?
- А?
Я думаю, ты бы мог мне
цветочки подарить.
Все-таки я в первый раз
замуж собралась.
- Права. Мог бы, но не подарил.
Прости дурака.
- Но платье я себе точно куплю.
- Вот такое?
С розанчиками, рюшечками, да?
- Один раз в жизни имею право
и на розанчики с рюшечками. Нет?
- Имеешь. Света, а можно один вопрос?
- Да.
Да.
- Ты меня любишь? Хоть немножко.
- Толя, убийственный вопрос. Женский.
- Почему женский?
- Не знаю. В твоих устах...
- Нормальный вопрос.
Я что, не человек? Имею право знать.
- Прости, друг. Врать не буду.
Свой лимит трогательных чувств
я давно израсходовала. Очень давно.
Так что у тебя неделя
на размышление. Вправе и деру дать.
- Не могу. Я размышлять
так долго не приучен.
Тем более знаешь, если человек
будет целую неделю думать
о своей жизни, так он не то что
под венец, он в петлю полезет.
Так что все. Раз решили, то давай.
- Привет. Ну что, конец сессии?
- Конец.
- Поздравляю.
- Спасибо.
- Ну что, поехали ко мне?
- Ты же говорил,
у тебя родители возвращаются.
- Да, ночью прилетели. Представляешь,
все нормальные люди в отпуск
за границу ездят, а мои наоборот
домой. Аж на целый месяц.
А мама заметила сразу
следы твоего присутствия.
- Потому что убираться надо.
- Да ладно, ничего страшного.
Даже наоборот.
Теперь жаждут познакомиться.
- Знакомились уже.
- Так это когда было?
Теперь уже по-другому.
Как-то более близко.
- Зачем?
- Как избранница сына.
- То есть они думают,
что ты мой избранник, да?
- Ладно, Лера, не цепляйся.
Давай поехали.
- Слушай, не сегодня, хорошо?
Я просто всю ночь не спала, я устала.
В другой раз.
- Лера, ты вчера не спала
и позавчера не спала, и что?
- Хорошо, я на метро.
- Ладно, Лера.
Хорошо, давай до дома хоть довезу.
На, обуй голову. Садись.
- Только его здесь не хватало.
Мама.
- О, Лерка, привет. А мамы нет.
- Машина у подъезда.
Что, уже убил и расчленил?
- Нет, пока не успел.
Сдерживаю эмоции.
Просто я пришел, а она в магазин,
а потом в банкомат.
Ей наличные снять надо.
- А, тебе понадобились наличные.
- Так стоп. Подожди, ты почему...
А ты чего это меня сразу
в альфонсы-то записываешь, а?
- А что, это разве не так?
- Так, давай договоримся.
Ты себя ведешь как маленький ребенок.
У тебя мама - молодая,
красивая женщина.
Она имеет право на свою личную жизнь.
- Слушайте, Толик.
Вот и живите лично, хорошо? В мою
жизнь не вмешивайтесь, пожалуйста.
- Подожди, а кто это в твою жизнь
вмешивается? - Ты.
- Я? Это как?
- Да. А вот так.
Ты вторгаешься и следишь.
В смысле следы оставляешь.
- Так, Лера, ты что несешь, а?
Какие следы?
- Тапочки не носишь и босой ходишь.
- Лера, ты знаешь, что в доме
нет тапок на мою лапу.
А так вообще лучше. Даже врачи
говорят, чтобы ноги дышали.
- Вот-вот. Твои ноги дышат, а я потом
следы от твоих носков по всему дому
убираю. И еще ты пользуешься моим
мылом - оно раскисает в мыльнице.
Еще волоски после бритья в раковине.
- Так стоп, подожди.
- Слушай, руки убери свои.
- Получается какая-то бытовая мелочь.
Ты чего?
- А что здесь есть, кроме бытовухи, а?
Полы, потолок, санузел.
Или ты хочешь сказать,
у тебя еще порыв романтический?
- У меня земные чувства.
Значит, договариваться
по-хорошему ты не хочешь?
- С террористами не договариваются.
- Я думал, ты умнее.
- Куда уж мне до тебя?
- Давай только не будем
как в плохом американском сериале, да?
Где между героями все по Фрейду.
- К Фрейду наша ситуация не имеет
никакого отношения, уж поверь мне.
Я это на экзамене сдавала.
Для фрейдистского комплекса
необходима фигура отца. Как ты
видишь, ее у нас нет. Где отец-то?
Его здесь нет.
- А если серьезно,
ты вообще отца-то видела?
Кто он, где он?
- Я понятия не имею.
Спроси у своей возлюбленной.
- Да я спрашивал.
Молчит как в танке.
- Слушайте, идите вы к черту
со своими папами, мамами.
- Лера, ты чего?
- Ой! Лерка, ты меня чуть
не сшибла. Лера. Лера, стой!
Это что такое? Что за демонстрация?
- Там Анатолий.
- И что с того?
- А ничего, мама.
Кроме постороннего дыхания,
вообще ничего.
- Извини, придется привыкнуть.
Да, через неделю Анатолий станет
твоим отчимом. Мы, знаешь, решили
с ним официально зарегистрироваться.
Сегодня вот заявления подали.
- В смысле?
Это что, Анатолий у нас будет
жить, спать? Изо дня в день?
- Да. Во-первых, изо дня
в день, из ночи в ночь.
А что ты предлагаешь мне,
подожди? Чтобы я переехала
в его съемную комнату, или что?
- Нет, я тебе ничего не предлагаю.
Я тебя поздравляю, мама.
- Спасибо.
- Отличный выбор просто.
Этот твой Анатолий, кстати,
меня вот недавно меня
так по-отечески похлопал.
- Как похлопал?
- По попе, мама.
- Что ты говоришь ерунду?
Какая у тебя попа?
- А еще он меня пытался обнять
за плечи. Вообще этот твой Анатолий -
маньяк озабоченный.
- Конечно, тебя обнимешь.
- Куда ты? Стой, не надо кричать тут.
- Ну что?
- На радость соседям. Наверное, сама
ходишь по квартире, как в стрип-клубе,
и провоцируешь его.
- Мама, это моя квартира.
Я имею право делать все, что захочу.
- Прекрасно, твоя квартира.
А если серьезно, знаешь что?
Я, как ишак, столько лет на себе
эти баулы шмотья таскала
из Турции, из Китая одна. Вообще одна.
Чтобы тебя вырастить, выкормить,
жилье какое-то купить. А когда
мать решила о себе подумать,
пока не поздно, значит
ты истерику устраиваешь?
Очень обидно, Лера.
- Хорошо. Я тебя поняла.
Если вот так, тогда просто
нам придется либо разъехаться,
либо мне деньги на свою квартиру.
- Вот так, значит, да?
- Да, вот так.
- Хорошо, спасибо. Хочешь искать -
пожалуйста, бог в помощь.
Только ищи бесплатные варианты.
А пока не нашла, будем жить здесь.
Втроем. В тесноте,
но не в обиде, слышала? Лера!
Совсем от рук отбилась.
- Алло, Ваня, можешь подъехать?
Нет, к тебе нельзя, я ж уже сказала.
Вид нетоварный. Ага. Хорошо, жду.
Только не внутри, а снаружи.
- Не желает отвечать.
Вот так ни с того ни с сего
взяла и все испортила.
Просто убила настроение.
- Реакция у нее острая. Даже слишком.
- Это не реакция. Это каприз.
Причем не детский, а бабий каприз.
Демарш сытой собственницы. Вот.
- Знаешь, мне их вообще порой бывает
даже жалко.
Можно только посочувствовать.
- Кого?
- Как кого?
Молодое подрастающее поколение.
Вон, в мире черт-те что творится,
а им надо как-то зацепиться,
причем не в социальных сетях,
а в реальной жизни. Это же они у нас
в Интернете короли, а в жизни - так,
щенята испуганные.
- Слушай, хватит анализировать, а?
- Слушай, смотри: так вот же Лерка.
Вот, никуда не делась.
По двору болтается. Видишь?
- Ну и хорошо. Иногда тоже полезно
мозги проветривать.
- Света, может, мы... "того"?
Отложим или перенесем? Свадьбу.
- Даже не думай.
- Да? Хорошо. Даже не думаю.
Давай, накладывай.
- Давай, наливай.
- Привет. Что ты такая?
- Какая?
- Агрессивная.
- Окажешься в моей ситуации -
еще и не таким станешь.
- Лера, может хватит, а?
С чего ты вдруг всю неделю
сама не своя?
- Я не знаю. Дома достали меня.
- Переезжай ко мне.
- Очень смешно.
- А я и не шучу.
- А я и не смеюсь.
- Лера, я серьезно хочу,
чтобы ты ко мне переехала.
Я с родителями уже договорился.
Они только "за".
- Зато я против.
- Лера, я же это все - родители,
переезд - не просто так все.
Я же люблю тебя.
- Слушай, не провоцируй, хорошо?
И вообще.
- Лера, и вообще,
я жениться на тебе хочу.
- Забудь эту тему, хорошо?
Сейчас абсолютно не до этого, Ваня.
- Как скажешь.
Я свое предложение озвучил.
Решение за тобой.
- Хорошо. Ты меня можешь на вокзал
подкинуть? Я к бабушке съезжу.
В себя приду.
- Поехали.
- Бабуля! Бабуля, это я.
- Лерка, ты, что ли?
Ой, как хорошо. Я чайник
только что поставила. Пить будем.
Ты с сушками или с вареньем?
- Я просто чайку попью.
- На-ка, грейся.
- Покупают?
- А, лишь бы делом была занята.
Дай-ка уберу.
Что не позвонила? Я бы тебе
чего-нибудь вкусненького приготовила.
- Ты никогда ничего не готовишь,
у тебя все покупное.
- Ладно. Ясное дело,
на бабку с рекламы я не гожусь,
но пельмени у меня есть.
Правда, слипшиеся. Сегодня целый день
света не было.
- Ладно, ничего. С голодухи не помрем.
- Это точно. Лишь бы войны не было.
Давай, выкладывай.
Что это ты про бабку-то вспомнила?
- Просто вспомнила.
- Ладно, не сочиняй. Знаю я тебя.
- Ба, а скажи честно: кто кого бросил?
Амир маму или мама Амира?
- Да понятия я не имею.
- Это мы. Мы с дедом твоим покойным
отвадили Амира. Был грех.
- Фамилию Амира помнишь, бабуля?
- Приблизительно.
То ли Татанбаев, то ли Актанбаев.
Но что -баев - это точно.
Ты только, Лера, не думай. Он даже
и не знал, что ты спроектирована.
- Валокордин от сердца
не помогает, бабуля.
- А мне помогает.
Девяносто первый был.
Ой, время - лучше не вспоминать.
А тут дедов проектный институт
медным тазом накрыли.
Денег никаких, я по трем работам
скачу, и тоже не платят.
Вот в это самое время
Светочка наша драгоценная и привела
смуглого юношу с пылким взором.
Все вокруг валится, а она вдруг:
нате, здрасте, Новый год.
Иногородний аспирант.
Да даже иностранный. С Алма-Аты.
- Ну и?
- И заволновались мы.
Шкурно заволновались.
Некрасиво испугались.
А тут дед возьми да и соври. Светке
сказал, что позвонил в Казахстан
по своим каналам, что про Амира
все узнали, что у него там жена
и двое маленьких ребятишек.
- Прекрасно. И что, у него там...
- Да ничего у него там:
ни жены, ни ребятишек, ничего.
А Светка вспылила, накричала,
а он обидчивый оказался.
Шарах дверью.
Светка-то потом спохватилась,
побежала в аспирантуру, а он оттуда
отчислился сгоряча и домой уехал.
И все, мелодраме конец.
- Лихо вы меня, конечно,
на безотцовщину обрекли.
- Лерочка, я тебе еще раз говорю,
детка, не знали мы никто
о твоем существовании.
- А мать знает,
что вы ее так обдурили?
- Не знает. До сих пор не знает.
- Почему?
- Да потому что стыдно.
Признаться стыдно.
А потом дед скоропостижно...
И ты появилась на мои заботы.
Квартиру продали, халупу эту купила.
И как-то закрутилось все, закрутилось.
Вроде все забылось.
Так и отгородилась.
Да что же не отпускает?
- Так, сейчас я в скорую позвоню.
- Да не надо, не первый же раз, Лера.
Пройдет. И это все пройдет. Погоди ты.
Дед помер с грехом на душе, и я боюсь.
А ты бы поискала отца.
- Ничего страшного нет,
просто невралгия.
Хорошо бы, чтобы она приняла
сегодня то, что я выписал.
- Да, она примет. Тут аптека есть
на станции круглосуточная.
- Может, вас подбросить?
- Нет, спасибо. Я думаю, огородами
будет быстрее.
- Ну как знаете. А еще лучше -
капитальное обследование:
возраст, аритмия, давление.
- Спасибо. До свидания.
- Всего доброго.
- Ваня, щекотно.
Слушай, пожалуйста, подожди, ладно?
Я ничего найти не могу.
- А что ты ищешь-то? Смысл жизни?
- Типа того.
Слушай, на. У тебя
это лучше получается
с твоими системными мозгами.
- Так, давай задачу.
- Короче, нужен мужик...
- Я уже здесь.
- Дурака не валяй.
Зовут Амир, сто лет назад жил,
судя по всему, в городе Алма-Аты.
- Ага. Фамилия?
- Вот с фамилией проблемы.
То ли Актанбаев, то ли Татанбаев -
точно не известно.
- Так, сейчас попробуем. Так.
Какие-то мутные ссылки.
Есть имя Амир, в переводе на русский
означает "повелитель".
- Ну надо же.
- Ты скажи, что за мужик-то.
- Слушай, тебе не все равно?
- Вообще-то нет.
Просто для поисковика уточнить
надо - род занятий...
- А, род занятий, кстати -
там что-то связанное с геологией.
Он здесь в аспирантуре учился,
тоже сто лет тому назад.
- Так, вводим тогда "Казахстан,
Амир Актанбаев, геология". Грузится.
Слушай, Лера, я тут хотел сказать...
Я вообще моногамист. То бишь однолюб.
- Какой ужас.
- Ужас не ужас, но факт.
И хотел узнать, как там наше будущее.
Мне светит что-нибудь
в ближайшем будущем?
- Мне прямо сейчас отвечать?
- Я же тебя прямо сейчас люблю.
И предлагаю, ну как - руку и сердце.
- Ваня, ты такой правильный
и уютный моногамист,
а я стервозная, ветреная и дерганая.
- Ну Лера...
- Серьезно, ты что. Вся в маму.
У нас с тобой ничего путного
не выйдет. Кроме дурдома, конечно.
Месяц на свадебное путешествие,
причем за счет твоих родителей,
потому что моя ни шиша не даст,
месяц будем устраиваться,
а потом такое начнется, у-у.
Лучше не начинать.
- Честно?
- Честно.
- Выходит, что не любишь?
- Насчет любви я еще подумаю.
- Побыстрей бы.
- Получилось?
- Так, сейчас.
Это не то, не то...
А, вот, смотри. Компания "Геос".
"Геологическая разведка
в Средней Азии, Китае и России".
Вот какая маленькая компашка,
а уже свой президент имеется.
Так, вот страничка руководящего
состава, президент...
Только не Актанбаев, а Атабаев.
Слушай, Лера, так ты... Ты, по ходу,
не Александровна, а Амировна.
Валерия Амировна. Дочь повелителя.
- Нет, ну скулы у меня азиатские.
И мозги с завихрениями.
Ничего общего.
По громкоговорителю: "Уважаемые
пассажиры, мы рады приветствовать вас
на борту нашего самолета.
Мы совершаем полет по маршруту
Санкт-Петербург - Алма-Аты.
Во время полета вам будут предложены
прохладительные напитки
и горячий обед".
- А мамаша у тебя ничего, крепенькая.
В больнице даже удивились,
что мы ее хотим туда отдать.
Света.
Света, ты чего?
- Все хорошо.
Если не считать того, что дочь
сперла из дома пятьдесят тысяч
рублей и сейчас сама неизвестно где.
Пока мы с тобой в больнице...
Новенькое что-то, да? Вообще уже
какой-то беспредел в отношениях.
- Сегодня зарплата была, да?
- Зачем?
- Чтобы ты не вопила.
- Чтобы я что?
- Чтобы не вопила.
Что ты так нервничаешь, переживаешь?
Девочке, может, деньги были нужны.
Она же не украла у тебя деньги,
она, вот, взяла расписку тебе
написала, я ей возмещаю.
- Толя, а ты что, не понимаешь?
Речь-то не об этом.
Дело в принципе.
- В каком принципе, Света?
В каком принципе?
Что ты себя ведешь как...
- Толя, давай ты сейчас не будешь
меня учить правилам поведения. Хорошо?
- Ну да, конечно. Извини.
- Угу.
- Прости.
- Толя, не уходи.
Я очень в себе не уверена,
Толя, очень. До сих пор.
Несмотря на должность,
обеспеченность - все равно.
Я среди ночи до сих пор просыпаюсь
и с ужасом думаю, где я оставила
две громадные сумки с турецким
барахлом, которые мне надо
чуть свет на рынок отволочь.
- Все равно, нельзя же так
самоутверждаться-то, за счет тех,
кто рядом? - На ком же еще?
- Да вообще не надо.
Мы ж как звери друг другу становимся:
ходим по лесу, кору обдираем
и рычим: "Ой, я большой и сильный,
а ты давай уходи отсюда.
Иди, здесь моя территория".
- Слишком сложно для меня.
- А я все-таки пойду.
А ты давай, пожалуйста, отдохни,
спокойно выспись без этих снов
про барахолку.
- Вернешься?
- Ну... Тапочки оставлю.
- Иди.
- Опа.
- Что, парень? Рот прикрой,
язык прикусишь.
- Да ты не только красивая,
да еще и заботливая.
Да, счастье было совсем рядом,
а я, дурак, проспал весь полет.
Объявление в самолете:
"Уважаемые пассажиры, наш самолет
совершает посадку в аэропорту
города Алма-Аты.
Температура воздуха за бортом
плюс двадцать шесть градусов.
Просьба не вставать со своих мест до
полной остановки самолета. Спасибо".
- Привет, бабуля. Как ты?
Все отлично, тогда отдыхай. Да.
Слушай, ты маме
пока не говори, где я. Хорошо?
Ты только сама знай,
что я уехала по твоему поручению.
Да. Все, целую. Пока.
- Правда, у нас много общего?
Вы налегке, я налегке.
Люди не обремененные багажом.
- И что с того?
- Хотя бы позвольте вас подвезти
в такую жару. Кстати,
вон моя машина, на ВИП-парковке.
Хором: - Жангир!
Лера: - А это кто?
Типа охрана?
- Можно и так сказать.
- Нет, спасибо, не надо.
- Что в этом такого?
- Слишком много понтов.
Я лучше на такси.
Вы свободны?
- Не только заботливая,
но еще и гордая.
- Вот этот дом, который тебе нужен.
- Спасибо.
Вы не можете понять, я из Питера
приехала, из Питера!
- Я видел паспорт,
видел, что вы из Петербурга.
Хоть из Петербурга,
хоть из Лос-Анджелеса.
- Можете меня просто...
- Можете понять, рано еще.
Здесь почти никого нет.
Даже бюро пропусков еще закрыто.
Пройдите, пожалуйста, вон туда, иначе
мне придется отвести вас под руки.
- Амир Баятович.
- Странная девушка,
она пыталась пройти, а...
- Моя фамилия Рекунова.
Это вам о чем-то говорит?
- Допустим.
- Можно вас на минутку?
- Да, конечно. Оставьте нас.
Слушаю. Что вы хотели?
- Просто хотела с вами познакомиться.
- Давайте знакомиться.
Только я не звезда шоу-бизнеса.
С чего вдруг?
- Ну...
Я боюсь, что я ваша дочь,
Амир Баятович.
Или можно просто Амир?
Или папа?
- Звучит интригующе. Как вас зовут?
- Валерия. Оказалось, что Амировна.
- Вот что, Валерия,
я сейчас закончу кое-какие свои дела,
и потом мы с вами спокойно
обо всем поговорим.
Проводите девушку в гостевую комнату.
Киас, идем со мной.
Запомни - Валерия Рекунова.
- Запомнил. А дальше?
- Сейчас же влезь
во всевозможные социальные сети
и прочие радости ЦРУ. Все, что есть
на это имя. Только не перепутай.
Год рождения девяносто второй
или девяносто третий,
из Санкт-Петербурга.
Короче - все, что возможно.
- Так, может быть,
это отделу безопасность поручить?
- Не надо никаких отделов.
Вопрос очень деликатный. Понял?
Только ты и только мне.
- Угу.
- Мать этой девушки
гипотетически зовут Светой.
- А, ну да, очень
редкое гипотетическое имя.
- Выполняй, комментатор.
- А я бы на твоем месте все-таки
подключил безопасность.
Вдруг это подстава?
- Чем выше зарплата,
тем больше паранойи.
Короче, чтобы через двадцать минут
резюме было у меня на мониторе.
И вообще, где весь секретариат?
- У нормальных людей рабочий
день с девяти.
- Извини. Разбудил?
- Сканируешь?
- Не без этого. Присматриваюсь.
- Правильно. Персональные данные уже,
наверное, проверил?
- Формально все совпадает.
- Конечно, сейчас каждый за минуту
может узнать о каждом.
- Да. Бог превратился во вседоступный
вселенский сервер.
И почему тебе было не написать мне
прежде на электронный адрес
или не позвонить?
Ну, сообщить о том, что ты существуешь
на этом белом свете.
- Знаешь, иногда,
когда контакты перестают работать,
нужно приехать и проверить все самому.
Вот я и приехала.
Извини, если напугала.
- Да вообще-то я пуганый.
- А я вот только-только испугалась.
- Чего?
- Жизни.
Когда я поняла, что нужно
приспосабливаться к вашим условиям.
- Все убедительно
и не по возрасту философски.
- Ну да. Просто у нас с мамой
особенно не пофилософствуешь.
Она женщина приземленная,
вся в быту, в проблемах.
Захотелось собеседника.
В идеале - отца, конечно.
Ладно, извини, больше не буду.
Вот это что такое?
- Золото.
- Золото?
Ты сам добыл?
- Не совсем. Наша компания.
Слушай, поехали отсюда?
Пока меня снова не задергали.
- Ты что, боишься,
что я украду твое золото?
- Да бери.
- Нет, спасибо.
Таскать с собой неудобно.
- Что, поехали?
- Вполне современный город.
- Южная столица -
так Алма-Аты называют.
- Я себе геологов немного
по-другому представляла.
- Какими?
- Не знаю. По крайней мере,
не в костюмах от "Армани".
Когда дедушка умер, мы в его столе
нашли заначку еще со времен,
когда он курил. Там пять
пачек сигарет без фильтров,
название, кажется, "Памир".
Там на обложке был изображен нищий
то ли с клюкой в руке, то ли с киркой.
В общем, именно так
я себе и представляла геологов.
- Была и нищета с киркой.
Дедушка Саша, Александр Георгиевич,
если я не ошибаюсь?
- Да, он самый. Это, кстати,
тебя дедушка подставил перед мамой.
Он сказал, что ты женат
и с детишками. Представляешь?
- Его понять можно, и маму тоже. Я,
получается, как полный идиот вел себя.
Ой, дурак. Три минуты спокойного
разговора хватило бы.
- И что бы было?
- Другая жизнь была бы.
- Мне кажется, ты и этой жизнью
особо не обижен. Ладно, проехали.
- Есть хочешь, Валерия?
- Я бы не отказалась.
- Спасибо.
- Чересчур красиво на вид.
- Надеюсь, будет не просто красиво,
но и вкусно.
- А это что такое?
- Это бешбармак.
- Бешбармак?
- Да. Национальное казахское блюдо.
- А это?
- Это барусаки.
- Барусаки?
- Очень вкусно, попробуй.
Как тебе первое блюдо? Понравилось?
- Да, очень вкусно.
- Заметь: полезно и вкусно.
- Я не помешаю, дорогой?
- Садись. Кушать будешь?
- Ни малейшего аппетита.
Что-то новенькое.
- Что новенькое?
- Я смотрю, Амир, тебя совсем на юных
потянуло. Не рановато ли?
- Вы знаете, "совсем" - это когда
лет 16. Мне уже вот-вот будет 20.
- Хорошо сохранилась, значит.
Выглядишь на 16.
- Познакомьтесь. Лера, это Айсулун.
А это моя дочь Валерия.
- Еще одна новость.
И откуда у нас появилась дочь?
- Дочь появилась из Петербурга.
А вы бы предпочли сына?
- Я бы предпочла, чтобы вообще
никто ниоткуда не появлялся.
Прошу прощения.
- Вы знаете, так не бывает,
чтобы никто и ниоткуда.
При тесном общении двух людей,
как правило, появляется кто-то третий.
- Не морочь мне голову
тесными общениями.
Или это такая легенда-импровизация?
Слушай, Амир, ты это
только что все придумал?
Чтобы так оригинально отмазаться.
- Ревнует.
- Совершенно верно.
Слушай, Амир, можно тебя на минуту?
Что же ты ни разу
словом не обмолвился про дочь?
- Сам только что узнал.
- И как?
- Просто она возникла и сказала.
- А-а.
И ты просто так поверил ей на слово?
- Ну.
- Потрясающая наивность.
Слушай, Амир, а вдруг
она аферистка какая-нибудь?
Разводит тебя как лоха.
- Хорошо, она аферистка, а я лох.
Это все?
- Все.
Совсем все.
Когда с тебя снимут последние штаны,
звони.
- Просто проклятие какое-то.
Четвертая кандидатка в жены и...
- Не получается любовь?
- Да хоть плачь.
Один раз точно получилось.
С твоей мамой. Коротко и глупо.
А больше - никак.
Ни разу не попал, все мимо.
- Ладно, не переживай.
Какие наши годы?
- Ты действительно моя?
- Ну, если хочешь, можем сделать
генетический анализ.
- Зачем?
- Я тоже думаю, что незачем,
просто я от тебя ничего не хочу,
мне от тебя ничего не надо.
Просто как факт существования.
Это же ценность, да?
Потому что близких не хватает.
- Мать замужем?
- Собирается.
- Нашла после долгих поисков
из ряда вон?
- Какой там "из ряда вон"?
Ничего особенного.
- Пойдем? Официант, счет.
- Слушай, давай только сейчас заедем
в авиакассы, купим билет обратно?
Либо на вечер, либо на ночь.
- Зачем?
- Как - зачем? Я обозначила
свое присутствие, поняла, что ты есть,
ты понял, что есть я - пора домой.
- Там тебя ждут?
- По крайне мере, один человек точно.
- Так не пойдет.
Здесь у тебя тоже есть дом.
Валерия: - Ничего себе домик.
Больше похоже на дворец.
Амир: - Не преувеличивай.
Как у вас с деньгами?
- У нас хватает.
- А то все же я оказался должником:
алименты за много-много лет.
- Ничего, перечисли
их в какой-нибудь фонд.
- Будь добра, не хами отцу.
- Я постараюсь.
- Мама? Здравствуй.
- Здравствуй, сынок. Здравствуй.
- Ты как здесь?
- Меня Жангир привез.
- Мама, я хочу тебя познакомить...
- Не надо знакомить.
Так это моя внучка?
- Мама, откуда ты все знаешь?
Что, Кияс позвонил?
- Нет. Был у меня сон.
- Добрый день.
- Здравствуй.
Меня зовут бабушка Гульнара.
- Меня зовут Валерия, очень приятно.
- Вот у моего сына
такой большой-большой дом.
Со всякими прибамбасами, дорогой
мебелью, а дом совсем пустой-пустой.
Даст бог - оживет.
- Дядя Амир,
бассейн давно пора помыть.
Опа. Это уже судьба.
- Это мой племянник Жангир. Валерия.
- Привет.
- Что остолбенел?
Приглашай гостью в дом.
- Да, конечно. Дядя Амир,
вы сегодня гостей вроде не ждали.
Тем более таких.
- Получается, дождался.
Что, завидуешь?
- Нет.
Но... Но отбить могу.
- Не выйдет.
- Ладно, гостья, проходи.
Вот, а теперь я тебе покажу
самое главное место,
где собирается вся наша семья. Вот.
- Вот это стол у вас.
- Да, едва-едва хватает,
когда вся семья собирается.
Так выйдет или не выйдет?
- Что?
- Если отбить попробую.
- Ой, едва ли.
- А что ты?
Сразу же было видно,
что я тебе понравился.
Да по глазам было видно.
Вот ты меня - сразу, наповал.
Честно, первый раз со мной такое.
Сразу было понятно, что вот он,
мой родной человек.
- В том-то и дело, что родной.
- Правда?
- Да, и ты мне тоже.
Скорее, даже не родной, а двоюродный.
- Не понял.
- Я дочь твоего дяди.
Бабушка: - Лера, где ты? Внученька.
- Вот беда.
Кузина?
- Кузина.
Иду, бабушка Гульнара.
- Теперь понял.
- Это факт?
- Поверь на слово.
- Блин, дядя Амир.
Такая девушка...
- Ничего, другую найдешь.
- Да уж, другую...
А зачем она вообще приехала?
Что ей надо?
- Да ничего. Просто хотела
убедиться в моем существовании.
И, пожалуйста, не задавай
никаких вопросов,
как и почему все так. А то впереди
у меня еще бабушкин допрос
с пристрастием.
- Да, бабушка тебя расколет,
не сомневаюсь.
- Точно.
- Хотя бы город я могу показать
своей сестренке?
- Сегодня уже поздно.
- Ну, завтра.
- Если Лера захочет.
Кстати, завтра мне нужно
с утра быть на фирме,
а потом я могу к вам присоединиться.
- Хорошо, договорились.
- Давай, пока.
- Я пока никуда не собираюсь уходить.
Сейчас еще папа с мамой
должны приехать.
- Зачем?
- Всем интересно посмотреть
на вашу дочку.
Дядя Амир, это не я. Это бабушка
уже успела всем позвонить.
(Телефонный звонок.)
- О, Лерка. Лера!
Ну кто еще? Анатолий, понятное дело.
Она в ванной сейчас. Ты-то где?
Подожди, как "неважно"?
Она дергается.
- Вот, я нашла.
Чистый шелк, видишь? Примерь.
В штанах ходить очень жарко.
- Красота. Так, я быстро.
- Конечно.
Девица сразу на выданье.
Была бы маленькая -
потютюхаться, потискать...
- Ты с кем беседуешь?
- Сама с собой.
Старым можно.
- Кто здесь старый, мама?
- Ну-ка, садись. Я хочу сказать...
- Мама.
Не сейчас, извини.
Кто-то должен заняться столом.
И Темир уже в курсе.
Непонятным образом.
- Значит, семейный стол будет.
- В полном составе.
- Не в полном.
Моего нет... А как зовут мать девочки?
- Светлана ее зовут.
- Вот и Светланы нет.
- Ты представляешь,
Лерка звонила только что.
- Лера? Откуда?
- Без понятия. Трубку бросила.
(Телефонный звонок.)
- Да.
- Алло... А кто это?
- Я, Амир.
- Амир? Не узнала. А ты где сам?
- Дома, в Алма-Аты.
- Я ничего не понимаю сейчас,
я же Лере звоню.
- Она тоже здесь, душ принимает.
- А-а!
То есть в Алма-Аты
помыться заехала, да?
- А почему бы нет?
Реки текут, вода есть.
Слушай, ты за девочку не волнуйся.
- Нет, я не волнуюсь.
Чего волноваться,
не грудничок же с крыльца скатился.
Как она там оказалась?
- Кажется, по Интернету отыскала.
- Для этого надо знать
хотя бы фамилию отца.
- А отцу надо было знать имя дочери.
И давным-давно надо было.
- Давай не начинай сейчас, ладно?
- Ладно, не буду.
Говорит, что скоро возвращается,
завтра или послезавтра.
- Скажи ей, чтобы она мне позвонила
сразу, как она точно будет знать.
И еще скажи ей, чтобы она не смела
телефон отключать.
- Приказывать не имею
морального права.
- Добренький, да?
- Хм, вроде не злой.
А ты какая?
- Я? Злая, скорее всего.
- Наговариваешь?
- Скажи лучше,
что у вас сейчас там происходит?
- Лето сейчас происходит, скоро вечер.
- А у нас в Питере белые ночи.
Помнишь?
- Помню.
Как забыть. Опять не совпадаем.
- Да уж, это точно.
- И кто это был?
С кем ты разговаривала?
- Да, я разговаривала.
- Я знаю. С кем?
- Амир.
Отец Леры.
- Я так и понял.
У тебя даже лицо прояснилось.
- Разве?
- Ага. Так что я пойду.
Совсем пойду.
- Куда?
- Куда... К себе.
Света, ты пойми, вся эта история
с женитьбой какая-то фальшивая.
Я понимаю, одно дело быть твоим
любовником, а женитьба, замуж...
Это всерьез, а для тебя
это не всерьез.
У тебя это игра, твоя игра.
- А что же ты мне тогда подыгрывал,
если ты такой честный?
- Честный, потому и подыгрывал.
А кто ж от такого откажется?
Женщина молодая, красивая.
Потом, мне же надо еще как-то
в Питере зацепиться окончательно.
- Голову, значит, мне дурил?
- Нет.
Я не дурил.
Ты сама себя дурила.
Я сейчас, когда глаза твои увидел,
я сразу все и понял.
- Что?
- Я не герой твоего романа.
Вот тот мужик, Амир,
отец Леркин, - он да.
Он герой. Ты что думаешь,
я ничего не вижу?
Сейчас за две минуты
телефонного разговора
ты помолодела лет на десять.
- С ним было когда-то.
Больше никогда ничего не будет.
Это очень давняя история.
- Это живая история.
Для тебя живая.
Света, я же тебе нужен,
чтобы только эту историю заткнуть.
А я так не могу.
- Ты очень хороший, Толя.
Иди с богом.
- Марчан, передай блюдо.
Подкладывайте, пока не остыло.
Давайте.
- Лера, это любимое лакомство дедушки.
Жаль, что его сейчас с нами нет.
- В семье не без сумасшедшего.
- Мама.
- Разве не так?
Как зима - наш старик, дед,
как дремучий пенсионер:
лекарства по полной программе.
А как сезон - фьють! - в поле
на раскопки резвым козликом.
Как его терпят в этой археологической
экспедиции, просто не понимаю.
- Мам. - Лучше бы он водить научился.
На рынок ездить.
- Я тебе сколько раз машину
с шофером предлагал, мам?
- Всю жизнь обходились - не баре.
А держать человека под окном -
это просто неудобно.
Ох. Лерочка, не заскучала?
- Нет, вы что? Мне хорошо,
весело и тепло даже.
- Ах, если бы была моя старшая дочка
с семьей, которая живет в Астане,
она бы задала веселья.
- Обожает частушки!
В том числе неприличные.
Амир, вино давно
выдыхается - скажи тост.
- Да у меня все тосты короткие.
Совсем не восточные.
- Говори, сынок, как можешь.
Сегодня даже я выпью.
- Ну тогда давайте.
Чтобы мы находили
не только геологические залежи
или исторические ценности -
чтобы мы умели находить друг друга.
Правда, Лера?
Чтобы мы умели прощать друг друга.
И не только взрослые младших,
но и наоборот.
И чтобы за этим столом никогда
не было тесно для всей нашей семьи.
- Ай да тост! За сказанное!
- Да.
- За сказанное.
- А как сказано!
(Звонок телефона.)
Простите, я отойду.
- Лера, а у вас за праздничным
столом сколько человек собирается?
- Ой, я как-то не считала.
У нас все порознь.
- Как порознь?
- Мара! Оставь девочку в покое.
- Ладно.
(Поют на казахском языке.)
- Лера, с тобой все в порядке?
Все нормально?
Еда слишком жирная?
Прости, у нас так готовят.
Просто нужно привыкнуть.
- Нет, ты не понял. Все отлично.
Даже слишком хорошо.
- Как это "слишком"?
- Так хорошо, что даже не бывает так.
Просто я такого
никогда не чувствовала.
У вас такая большая семья,
все такие дружные.
У вас тут прямо какой-то оазис любви.
- А, по-моему, так и должно быть
всегда. Ты очень хорошо сказала.
Да, семья - это твой оазис.
Это такое место на земле, где тебя
всегда примут таким, каков ты есть.
И будут любить. Всегда.
- Спасибо тебе за это, папа.
Лера: И-ха!
У- у!
Давай-давай!
У- у-у!
У- у!
Долго еще?
- Да вот уже приехали.
- За нами пыль какая.
- Давай-давай, не отставай!
- Не отстаю.
О!
- Красиво, да? Нравится?
- Красота.
- Прямо голова кружится.
- Да.
Так, стоп.
- Извини, ничего не могу
с собой поделать: тянет.
- Можешь. Мы брат и сестра,
это же очевидно.
- Ну хорошо, ладно.
Я брат, а не парень.
А вдруг это ошибка?
- Что?
- Вдруг вы с Амиром не родственники.
- Ты как маленький обиженный мальчик.
- Нет, Лера, ты все-таки скажи.
Если отбросить наше родство,
кого бы ты выбрала,
этого своего Ваньку или меня?
- Давай об этом не будем, хорошо?
- Он что, такой красивый, что ли?
- Ты красивее.
- Богатый, значит?
- Ничего своего у него нет.
- Сильнее, значит?
- Не-а.
- Тогда почему? А?
- Ну, он совсем другой просто.
Понимаешь?
Зануда. Бесит, выводит меня.
Вот я сейчас уехала и думаю,
что ему там без меня не очень.
И занудства его не хватает,
какой-то наивности.
Ваня родной, наверное.
Слушай, я прямо сейчас это поняла:
Ваня, оказывается, родной.
- Да.
- Спасибо тебе за это открытие.
- Да не за что.
Но только ты учти:
если это индийское кино
с папой Амиром лопнет,
я оставлю за собой право на борьбу.
- Хорошо. Это льстит, спасибо.
- А поцелуйчик невинный?
- Хорошенького понемножку. Пойдем.
- Ах! Все, с текучкой разделался.
Кофе, чай будешь?
- Нет, спасибо.
Вот последнее от индусов
предложение пришло.
Сегодня в 12:30 рейс в Нью-Дели,
надо лететь.
- Вот и лети.
- Они требуют тебя, Амир.
- Не получится, занят.
- Чем?
- Личная жизнь.
- Да ты что? То есть как?
- Элементарно. На производстве
горят несчастные люди.
А я был очень несчастным.
- Ты?
- Да.
Надо как-то это разрулить. И вообще,
сколько можно зарабатывать? И зачем?
- Амир, зарабатывать нужно,
чтобы зарабатывать.
Нет, я не врубаюсь.
И что же вместо Индии?
- А вместо Индии -
достопримечательности Алма-Аты
вместе с дочерью и племянником.
Они звонили, подъезжают.
- Ты чего? Совсем, что ли?
- Чего я?
- Сделку провалим, Амир.
- Да пусть все валится.
Можешь ты хоть раз в жизни
обрадовать несчастных англичан?
- Нет, я скорее застрелюсь.
- Пистолет одолжить?
- Не надо.
Пистолет свой имеется.
- Вот теперь я спокоен.
И даже уверен: без меня
ты отлично справишься.
- Да.
Клиника...
- Нет, Кияс, жизнь.
Жизнь во всем ее многообразии.
Ну давай.
(Звучит музыка.)
- Держи монету. Держи давай.
Теперь закрывай глаза,
загадывай желание и бросай туда.
Обязательно сбудется.
- Да? А ты откуда знаешь?
- Проверено опытом.
- Ну хорошо.
- Давай бросай.
- Пойдем?
- Ну как, сбылось или не сбылось?
- Пойдем.
- Пойдем.
Пойдем, сейчас уже дядя подъедет.
- А ты в ту сторону посмотри,
вон, на гору Кок-Тюбе.
- Мы там были сегодня.
На смотровой площадке у фонтанов.
- А вот телевышка. Совсем рядом.
- Ого!
- Самое высокое сооружение в Алма-Аты.
- И каток "Медео",
мы туда обязательно поедем.
Может, нам сфотографироваться?
- Слушай, давай ты заберешься,
а я вас сейчас сфотографирую?
Так, давайте все вместе.
Улыбаемся, улыбаемся. Отлично!
Сейчас, сейчас...
Ой, Лера! Лера!
Что с тобой, Лера?
Так, где?..
Алло? Алло, скорая помощь?
- Ребята, что вы меня пристегнули?
Я же не сумасшедшая.
- Лежи и не дергайся.
- Там сумка моя осталась.
- Твоя сумка у меня.
Фамильные драгоценности - тоже.
- Нет, это уже похоже
на похищение человека, правда.
- Едем в первый.
- В первом иногородних не принимают.
- Не волнуйтесь, примут.
Я только что с главным переговорил.
- Под вашу ответственность.
- Хорошо, давай.
- Так, все нормально.
Кровь взяли, УЗИ сделали.
Конечно, головокружение,
обморок, тошнота,
железодефицитная алиментарная анемия,
артериальная гипотония -
все симптомы.
- Симптомы чего, Влад?
- Симптомы беременности,
четвертая-пятая неделя.
- Опа...
- Жангирчик, влип? Подруга?
- Дочь. Дочка моя.
- Когда ты успел дочкой-то
обзавестись, папаша?
- А что такого? Технология несложная.
И вдруг явился
полностью готовый ребенок.
- Который уже и сам беременный
и готовится стать матерью.
Ладно, до завтра я твою красавицу
подержу. Нам нужно ее обследовать.
- Это нужно?
- Береженого Бог бережет, Амир.
- Палата какая?
- Палата люкс.
Но тебе это станет в копеечку,
будь готов.
Амир: - Без проблем.
- Дядя Влад, можно вас на секундочку?
- Так, последняя манипуляция
на сегодня, и отдыхаем.
- Что, опять кровь брать, что ли?
Уже изо всех мест...
- Да нет, мазок сейчас изо рта.
Открой-ка.
- А что за анализ?
- Тебе не все равно? Только что
Владислав Федорович назначение сделал.
Анализ на ДНК. Ну-ка открой.
Не напрягайся так, тебе же не больно.
В твоем положении напрягаться нельзя.
Вот и все.
- Подождите, это что,
тест на родство, что ли?
- Наше дело маленькое.
Тест, не тест...
Спокойной ночи.
Если что - кнопочка вон.
- Скажите, где мои вещи, пожалуйста.
- Все в этом шкафу.
- Я отцу ничего не говорила, хоть он
и звонил из своей чертовой экспедиции.
Как чувствовала.
Про внучку не сказала,
а теперь уж нарисовался правнук.
Вернется живой - ошарашу старика.
- Мама, почему правнук?
А может, правнучка.
На таком сроке пол ребенка
не определяется.
- Это вашими инструментами
не определяется, а у меня свой.
Я все знаю.
- Скажешь, опять свой сон видела?
- А что плохого от моего сна?
(Телефонный звонок.)
- Да, Владислав.
Нет, погоди, ты про психологический
синдром на ранней стадии
мне не рассказывай. Что конкретно?
Как сбежала? Куда?
Лера сбежала из больницы.
- Ах!
Алло, Лера?
- Да.
- Зачем ты сбежала из больницы
в таком состоянии?
- Потому что, блин. У беременных
женщин реакции обостренные.
- Что случилось? Кто тебя обидел?
- Ты обидел!
Воспользовался беспомощностью.
Ведь человек беспомощный,
почему бы его не проверить?
Может быть, он все врет.
Может быть, он хочет воспользоваться
твоим капиталом, несметным богатством.
Я сама этот тест на ДНК предлагала
для твоего же спокойствия.
- Какой тест на ДНК?
- Это просто подлянка какая-то
мелочная, гнусная вообще.
- Лера, остановись, ты тяжело дышишь,
а я тебя не понимаю.
- Все, счастливо оставаться.
Я опаздываю на самолет.
Здрасте.
- Здравствуйте.
Пожалуйста. Приятного полета.
- Спасибо.
- Алло, Владик.
Про какой тест она говорит? Нет,
погоди. Кто тебя просил убеждаться?
Да какой к черту Жангир?!
Зачем ему это понадобилось?
В чем убедиться?
Кто кому родня, а кто - нет?
Идиот.
Вот молодой идиот.
Девушка, рейс 802.
- Регистрация закончилась.
Следующий рейс только через час.
- Ваня, привет. А я в Питере.
Да.
Ну как "что звоню"? Просто убедиться,
что ты еще существуешь на этом свете.
Да. Слушай, я тебе перезвоню,
хорошо? Давай.
- Привет.
- Привет.
- И чего ты тут сидишь, мерзнешь?
Чего домой не идешь?
- Я жду, пока вы с Толиком
убудете на службу.
- Толика больше нет.
- А куда дела?
В отставку отправила или убила?
- Да нет, живой. Сам ушел.
- Мудрый товарищ, вовремя испугался.
- Не язви. Я волновалась за тебя.
- Стареешь, мама.
- Лера, я же просила, не язви.
- Хорошо, больше не буду.
- Как он? Отец твой.
- Он как кусок золота в шкафу:
просто лежит, пылится без дела.
И с бабами у него большая напряженка.
- Да ладно? Почему?
- Алчный - это раз, а два - он,
наверное, как мой Ванька - моногамист.
Что, свободные места на рейсе
после меня, да, Амир Баятович?
Человек со своими тапочками.
Похвально.
- Просто как из дома выскочил,
так и... Лера, я не знал про анализ.
Жангир просто никак не мог смириться.
- Так это сделал Жангир?
Тогда извини. Поступила
просто в духе своих родителей.
- А вы, простите, о чем сейчас?
- Да просто так. Можно присесть?
- Садись, пожалуйста, не жалко.
- Да.
- А мне жалко... как говорил классик,
"за бесцельно прожитые годы".
- Слушайте, у меня вот сейчас
возникла вполне прагматичная идея.
У нашей мамы ведь в ЗАГСе
назначена регистрация.
- Да, я помню, ты говорила.
- Да. Но просто жениха больше нет,
и если поменять фамилию,
то всего и делов.
Просто деньги заплачены,
чего зря пропадать? - А-а.
- Хорошая идея. В самом деле,
зачем же пропадать?
- Нет, я не понимаю,
ты чего суетишься? Тебе какой интерес?
- Мне какой интерес? Вполне прямой.
Называется полноценная семья.
- А-а. Ну да.
- Ладно, не буду вам мешать.
Воркуйте.
- Ну что, постарела?
- Нет, какой была, такой и осталась.
Бездну времени потеряли, дураки.
А Лерка взяла и за два дня свела.
- Ну так психолог.
- Психолог.
- Бабуля!
- Лерка.
Я тебя в окно увидела.
- Ты вообще как?
- Да как, вчера из клиники выписали,
маманька сюда привезла.
Говорит, будешь теперь
при мне. А ты как?
- Да...
(Звонок в дверь.)
Сейчас.
- Привет.
- Привет.
Ваня. Бабушка.
- Здрасте. Иван.
- Здрасте. Тамара Михайловна. Пойду
я опять в окошке кино досматривать.
Не буду мешать. Спасибо тебе, Лера.
Умереть теперь не страшно.
- Ба...
- Что "ба"? Шучу. Ладно, пока.
- Знаешь, я рада, что ты пришел.
Мне нужно с тобой поговорить.
Сядь, пожалуйста.
Сейчас ничего не говори, хорошо?
Мне просто нужно тебе сказать,
чтобы тебе мозги
не морочил потом никто.
В общем, я буду рожать.
Но еще не скоро, через восемь месяцев.
И буду рожать обязательно,
потому что в момент зачатия
я тебя очень сильно любила, и в конце
концов должен получиться плод любви.
- Что получиться?
- Плод любви.
Понимаешь, что это такое? Нет?
- Наверное, ре... ребенок.
- Ребенок.
Но я от тебя ничего не требую.
У ребенка будет все, что нужно.
И дедушка у него вполне состоятельный
такой. И родни много, в общем...
- Лера, я против. Это неправильно.
- Что?
- Во-первых, у ребенка должен
в первую очередь быть отец.
То есть я.
- Ты?
- Да, а чего такого?
- Да нет, все нормально.
- Целоваться будем?
- Может, и будем.