Там вдали, за рекой (1975 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Михаил Ильенко

По мотивам повести В.Дроздова и Ю.Капусто "Война на хуторах, или Юность Феди Панько". Украинское село начало 20-х годов. Пятнадцатилетний Федор Панько вернулся с фронта домой, теперь ему предстоит бороться с вредителями и победить кулацкую банду атамана Тараканова.

Все фразы и цитаты

Встать!
В глаза смотри!
Но! Пошла.
Спишь?
А кто сторожит?
Держите их.
Брать.
А этого брать?
И эту брать.
Ни одного коня красным не оставлять.
А эту клячу красным. Пусть забирают.
Скорее! Скорее!
Случилось что, в такую рань-то, а?
Дела, дела, брат.
Я тебе обещал коня: заработал, бери, твой.
Вы ж мне кобылу обещали - Ведьму.
Ну куда же вы? Вы же обещали.
Тьфу ты, кляча.
Ну, Иван!
Убьют же.
Ничего, мамаша.
Бать, бать, что это тут, а?
Красные.
Да что ж мы без тебя делать будем?
Смотри. Своего повел.
А откуда у него свой?
Нет у него своего коня.
Вот вы отказываетесь
взять меня в армию. Хорошо.
Таких лошадей не бывает.
Ну тогда, заберите моего коня.
Батя!
Феденька!
Родненький!
Федька! Иди домой. Кому говорят!
Кто тебе, Федя, разрешил удирать на войну?
Я - 18.
Ой вернись, мой сынок ненаглядный.
19.
Вернись домой ко мне.
20.
Родной твоей мамке.
- 21.
- Скорее!
22.
На войне-то, того гляди ранят.
- Ты кого берешь?
- Я большого, а ты маленького.
А ты под яблочко целься.
Или убьют.
24.
Как же я без тебя?
Вернись, Федя.
ТАМ ВДАЛИ, ЗА РЕКОЙ
Начинаем.
Пойдем, пойдем, пойдем.
Ты чего, Петро, сидишь? Пойдем потолкуем.
А ну давай ее...
Быстрей.
А что такие скучные, хлеборобы?
Давай-давай. Послушай,
что умный человек скажет.
Хлеб сеете.
Так. Сеете, чтоб большевиков кормить?
Ой...
Чтоб было чего продкомиссарам
у детей отбирать?
Какие продкомиссары?
- Вы...
- Да помолчи ты.
Землячки...
Как объедали нас в прошлом
году, так и теперь будете объедать.
Да его не слушайте. Он просто...
Ну он просто... Он...
Просто коммунар.
Кто посеется - повесим.
А кто подойдет к костру - пристрелим.
Но!
Ой! Сынок! Феденька!
Живой. Живой.
Живой-живой. Какой же еще?
Мам, чего же здесь у вас делается-то?
Ой, горе делается, горе, сыночек.
Горе.
Чего ж вы стоите?
Что же это такое, трудовые крестьяне?
Бороны горят, плуги корежатся.
Мы там на фронте кровь за вас проливаем,
А вы здесь не можете...
А если бандиты вернутся?
Вояка-вояка! А в кобуре дуля с маком.
Левой! Левой! Левой!
Два ботинка с правой.
Правой! Правой!
А где ботинок левый?
Да ты знаешь?
Да ты знаешь, за чьего
сына ухи ты хватаешь?
Отец Степки - командир
красного волостного отряда
по борьбе с бандитизмом
Иван Ефимович Сахно.
Ну ладно-ладно.
Вот этот командир мне и понадобился.
А ну, веди меня к своему отцу.
А здороваться кто будет?
Ну ладно.
Тут тебе чего,
австро-венгерский фронт, что ли?
Бинокль напух весь.
Что фронт? Что фронт?
С фронтами мы давно покончили,
а у тебя здесь банда разгуливает
по человеческим и крестьянским жизням.
Ты до чего мое село довел?
Одни развалины и пепелища.
Замолчи, мальчишка!
А ты меня не пугай.
Ты меня холодным оружием не пугай.
У меня горячее имеется.
Корпус червоных козаков. Мандат.
Панько Федор, 17 лет...
17 лет от рождения,
направляется после тяжелых ранений,
полученных в яростной борьбе
за будущую счастливую жизнь, указан...
Указанный Федор Панько,
как демобилизованный
из героической красной армии
передает себя сознательно и
безповоротно волостному комитету
советской власти и волостной
партячейке большевиков.
И корпус червоных казаков за
мою сознательность ручается.
Ну а если ты такой лихой червоный казак,
че расхаживаешь с пустопорожней кобурой?
Или ты не знаешь,
что все, кто зачисляются в волостные отряды
по борьбе с бандитизмом,
зовутся комунарами, а
комунарам полагается оружие.
Стрельнуть?
Принимай в коммунары, комиссар.
Охота мне какого-нибудь бандита прибить.
В коммунаров стреляют. Расти, мать, детей.
Это и будет твоим коммуранством.
Из огня да в полымя?
Чего стоишь? Чего молчишь?
Скажи, Игнат, про это главному комунару.
Четверых начальников волостных
банда постреляла-порубала.
Не дозволю подвергать Феди молодую жизнь.
Хлопцу 15 годков.
Почему 15?
Федор Панько. 17 лет от рождения.
Ты выйди. Я с ним по-своему поговорю.
Все равно не пущу. Не пущу.
Комиссар, запиши меня в коммунары.
Патроны свои.
Нинка! Закрывай свой советский очаг.
А не то, мы в твоем очаге
опять огонь разведем.
А тебе задерем юбку
и всыпем плеткой сотню горячих.
Грамотеи.
Ну что ж, давайте знакомится.
Федор Панько.
Коммунар отряда по борьбе с бандитами.
Помошник командира по
ликвидации безграмотности.
А также по прививанию коммунарам
вкуса к поголовному чтению.
Мальчик! Вы пришли за книгами?
Я не мальчик, товарищ.
И в моих ботинках нет ничего веселого.
Двум моим лучшим друзьям
оторвало в бою по левой ноге.
Вот мне и досталась ихняя лишняя обувка.
Извините.
Ты курите, товарищ?
Нет.
То есть да, курю.
Я заметила, когда книги берут курящие,
то потом недостает страниц.
Да.
Это у нас - у мужиков
- с бумагой трудновато.
Не знаю, как и быть в таком случае.
Я знаю.
Те книги, которые про народ,
те будем читать.
А те книги, которые про царей...
ну че... я выкурю.
Нет, товарищ, я ни одной
книжки выкурить не дам.
Как бы вам это объяснить?
Книжки - они, как живые.
А потом, у нас их всего две... пока.
Прежнюю библиотеку бандиты спалили.
Так что, прочитайте пока вот эту книгу.
Я помню чудное мгновенье,
передо мной...
Явилась.
Передо мной явилась ты,
как мимолетное виденье,
как гений чистой красоты.
В томленьях грусти безодежной...
безнадежной,
тревоги шумной суеты,
звучал мне долго голос нежный,
и снились...
Банда.
Тихо, тихо, тихо, тихо...
Скорее.
- Моя!
- Моя!
Ложись, ребята.
Ложись.
Гады.
Сейчас из села подмогу пришлем.
Ну-ка, помоги.
Правильно?
По бандитским мордам...
Огонь!
Ну, слыхала?
Тепленькие.
Ты что, плачешь?
Опять банда.
Ну потерпи еще чуть-чуть, полгода.
Тогда не будет ни одного бандита
во всей Советской республике.
Это я тебе обещаю.
Можно будет тогда
спокойно ходить по улицам.
Хоть днем, хоть ночью.
А ты знаешь, какая при
коммунизме честность будет?
Нет?
Замков не будет.
Люди забудут что такое ключи.
Ты понимаешь?
Ну крючки останутся,
да и то только на сараях,
чтобы несознательная
скотина не разбежалась.
Так что этих бандитских угроз не бойся.
Я не боюсь. Бандами пуганая.
Мама заболела.
А че с ней? Может, я подсоблю?
Я полгода в лазарете конюхом служил.
С докторами из одного котла ел.
Кое-чего кумекаю.
Да приходил уже один врач.
Порошков прописал, микстуры.
Но мама второй день
просит сельтерской воды с сиропом.
Постой-постой... Где-то я эту водицу видал.
- Сельтерскую? Где?
- На станции.
Так это же 60 верст.
Ой!
Бабуля! Нина дома?
Дома. Где ж ей быть?
Нина?
- Мама ее умерла.
- Кузьминишна.
Судите меня, товарищи, судите.
Здрасте.
А ты чего плачешь?
Че он плачет?
Че это они молчат?
Ну что тут в вас стряслось?
У нас пушку сперли.
Да как пушку сперли?
Нам же теперь без пушки хана.
Я тебе покажу - хана.
Я тебе покажу - хана.
Ты мне панику по селу не распространяй.
Ты военный человек или...
Да, я военный человек.
И по закону военного
времени, за такие дела...
Я тебе покажу "по закону военного времени".
Что за безобразная драка?
Товарищ Сахно, это мой отец.
Сознательный пролетарий, шахтер.
Разрешите выйти.
Выйди.
Не трогайте меня.
Я бандита сагитировал.
С минуты на минуту придет сдаваться.
Какого еще бандита?
Бать, вы не помните, это до войны еще,
когда я у помещика служил. Старший конюх.
Вы колечко-то мое помните?
Стой!
Смотрите мне. Доставить
в целости и сохранности.
Отвечаете головой.
Карпыч, все будет как у людей.
Ну, с Богом.
Но!
Уже не ждала. Совсем забыл ты меня.
Ой-ой-ой... А-а-а!
А-а-ай! Ой, хорошо.
Ой, хорошо.
А-а! А-а! Хорошо.
А-а-а!
У-у-у!
У-у-у-ой!
А-а-ай!
А-ай!
А ну, руки вверх.
Собирайся и следуй за мной.
Федька!
Валька, это Федька.
Шалит.
Ты пойди мне одежонку вынеси.
Ну, ступай.
Ну, ступай-ступай, ну.
Федя! Это же... Это я.
Егор Карпыч.
Верно-верно. Старший конюх.
Видать, не забыл, Федор, как мы с тобой
спину на помещиков гнули.
Гнули.
Ты мне зубы не заговаривай.
А ну, собирайся, гражданин
бандитский элемент.
Да, бандитский элемент.
А ведь старшим конюхом был.
Со страхом, по глупости бандитом заделался.
Ты влезь в мою шкуру, Федор.
Я разве кого из работников,
хлопцев, зобижал?
Тебе, малому, прибавку выхлопотал,
потому что вижу, любит хлопец коней,
как я сам.
Как кобылка?
Кобылка-конек...
На кобылке скачет Федя паренек.
Эй! О! Оя! Оя! Оя!
Во дает.
Говорят, комиссаром стал.
Да.
Молодец, Федор.
Это я.
Разъясни мне - мужику
простому, бандиту рядовому -
выходит, задурили нас атаманы будто
наше дело победит?
На деле-то выходит - не мы,
а вы нас побеждаете.
Значит, жизни моей пришел конец.
Поделом.
Поделом мне.
Сволочь я.
Подколодная змея.
Нет мне прощения.
Борец за свободу.
Стреляй, Федор.
Че?
- Стреляй.
- Че ему надо?
Отцом, матерью прошу:
стреляй, Федор.
А если я еще жить хочу?
Да ты ж сдавайся. Мы тебя судить будем.
Ты меня не агитируй.
Меня уже давно к этому
горькая доля склонила.
Вот сейчас отмоюсь от
бандитского лесного духу...
отпарюсь...
И сегодня же...
Нет, сегодня поздно.
Завтра жди меня у волостного совета.
Таракан Никитича убил,
и 4 командиров коммунарских.
Что до Ивана Сахно были - тоже убил.
Обманули тебя, мальчишку.
Слухай моего отцовского совета.
Ты про это помалкивай.
Узнает Сахно - он тебя
ревтребуналом судить будет.
Ну а тебе за что батя шею мылил?
А? Товарищ Панько!
Дома не ночевал.
За бандитом гонялся.
Ну и как бандит?
Ну, бандит как бандит.
Шустрые у меня ребята.
Один всю ночь по бандитам шастает,
а у другого пушку воруют.
Я вот второй месяц в волости,
а дивчиной не обзавелся.
Некогда.
А ты всего неделю, уж дома не ночуешь.
А я робею с дивчатами.
Бандитов не боюсь.
Офицерских полков на гражданской не боялся,
а как дивчину увижу, как
контуженный становлюсь.
- Чего домой-то не идешь?
- Жду.
Чего?
Когда бандит добровольно сдаваться придет.
Какой еще бандит?
Товарищ Сахно!
Ну, в общем так.
Прошлой ночью я споймал атамана
бандитской шайки - Тараканова.
Молодец.
Да что ж за жизнь такая?
Ну-ну-ну.
Что не день, то банда нападает.
Ни тебе посеяться,
ни тебе скотину выпасти.
Ироды проклятые.
- Опять банда?
- Да.
Еле отбились. Вот зацепили.
Скажи, комиссар,
когда же наконец можно будет жить спокойно,
и хлеборобить по-человечески?
Правильно.
Да пуль не бояться когда?
Скажи спасибо, хоть
сегодня все живы остались.
А завтра что?
Из хаты совсем не вылазь?
Как дальше-то жить?
Когда же наконец-то
Тараканова живого выведут-то?
Мы ж сами справиться не можем,
так за помощью послать надо.
О, Господи!
Ну что ж вы стали да смотрите?
Тише, бабы!
Тихо-тихо-тихо, бабы.
Дайте мужику слово сказать.
А ну, записывай меня в коммунары, комиссар.
И винтовку выдай.
Посторонись.
Меняю на винтовку.
Надо свой отряд огранизовать.
Пиши меня тоже. У меня ружье есть.
- Пиши-пиши.
- И я пойду.
Товарищи!
Товарищи!
Это решение 5-го
Всеукраинского съезда Советов.
Вы слышали, какие задачи
поставил перед нами съезд?
Мы - большевики - победили
Антанту и контрреволюцию.
Мы сильные.
Мы сильные, товарищи.
А кто по-настоящему сильный,
в том бурлит не мелкая злость,
а широкая, как океан, человеческая доброта.
И поэтому 5-й Всеукраинский
съезд Советов постановил:
всем бандитам-недобиткам,
которые выйдут сдаваться,
будет прощение,
согласно нашему
рабоче-крестьянскому закону об амнистии.
Ваня! Ваня!
Степка!
Да убери ты ее.
Домой! Домой!
Пустите.
Убери.
А ну, прочь, баба, отсюда.
Кончай базар.
Товарищ Панько! Командуй за меня.
Отставить панику.
Коммунары! Остановись!
Все остальные по домам.
Все село перетрясу, а найду гада.
Стой.
Дворов-то в селе много, Федя.
Ты, командир, за меня не бойся.
Все село к чертям перетрясу.
Злой я. Понимаешь? Злой.
Ты эту свою злость оставь.
И заруби себе на носу:
злой человек не имеет
права решать чужую судьбу.
На это имеет право только тот,
кому это трудно.
Вон он! Уходит!
Лесом уходит.
Сейчас я тебе помогу, сейчас.
- Кыш.
- Сейчас я тебе перевяжу.
Кыш.
Стой! Хуже будет.
Догоню - вообще убью.
Стой!
Стой!
Стой!
Руки вверх!
Ну догоню.
Ушел гад.
Ну выйди.
Выйди. Боишься, да?
Только в спину стрелять можешь.
Трус несчастный.
Все хором к стенке
станете вместе с Тараканом.
Бать, постой.
Ты чего?
Красивая тетя.
Красивая.
Вот бы мне такую маму.
Такую?
Не время щас.
С бандой надо разделаться.
Сыпь домой. Карту рисуй.
Дальше я один.
Не боитесь?
Ну, у самого леса с такой гвардией-то жить?
А?
Надоело бояться.
Чего ж ты стоишь, дочка?
Принимай гостя.
Не отстиралось.
Такую сорочку и на бинты.
А я новую вышью.
Детей обычно находят в капусте.
Так?
Так.
Вот.
А я своего Степку нашел
в паровозной канаве.
Хотел от меня драпануть,
я его за руку... цап.
А рученку... Хлопчик... Такая слабенькая.
Я чуть...
не задохнулся от жалости.
Вот.
Мой отец
дюже сына хотел.
А рождались дочки...
как из пулемета.
10 бабьих душ.
Ну а 11-й я родился.
Соколик! Ты что?
Тащу, значит, я...
Степку из паровозной канавы,
а сам думаю:
надо ведь когда-нибудь сына иметь.
Вот.
Керосин.
А-а-а!
Погуляем.
Нравится?
Ну что ж ты нас не раскулачиваешь?
Всех остальных пока не успокоятся.
Вот тебе комиссар.
Ах, ты, петух красный.
Из хаты не вырвешься.
Гори.
Жарко.
Брось. Брось. Брось, говорю. Иди сюда.
Держи.
Уйдет комиссарский конек.
Ничего. Далеко не уйдет.
Такой красавец, а.
Чистая арабская.
Я держу.
Лови-лови слева.
Слева.
Вот там заходи скорее.
Вот он, бандит.
Не ушел.
Ну.
Амнистия.
- Что-что?
- Амнистия.
Амнистия-амнистия.
Сам пришел.
Виновен.
Я смотрю: идет вдоль плетня.
Думал прячеться.
- Я за винтовку и сюда.
- У него жар.
Он весь горит.
А на крыльце видел сколько кровищи натекло?
- Да это же все...
- Требунцов, за фельдшером.
- Все. Все.
- Он в кузне работал.
Все скажу.
Что снюхался?
Человек сам пришел.
Я знаю, что к утру жар у раненых спадает.
- Отнесите его...
- Расскажу.
Только осторожно.
- Где пушку...
- Раньше-то он не приходил.
- А ну, помоги мне.
- Прячут покажу.
- На лежанку его.
- Покажу.
На лежанку. Осторожней.
Так.
Допрос снимите, когда у
больного температура спадет,
без причинения вреда
человеческому здоровью.
Что ж, придется тебя, Федор Панько,
как единственного фронтовика,
оставить за командира.
На несколько дней.
Вот.
В уезде найду замену и бойцов пришлю.
С бандой будем кончать. Пойдем.
Поплачь, Степка. Я знаю, помогает.
Нельзя мне плакать.
Один я остался в нашей семье.
Теперь я за мужика.
Один, говоришь?
Почему один?
Ну а в сыновья ко мне пойдешь?
- Нет?
- Это почему?
Не везет мне сыном быть.
- Второго отца убивают.
- Меня не убьют.
Честно?
Сам из сердца выткнул.
Товарищи!
Стригунцов убил. Точно.
Воспрепятствовал разузнать все о банде.
Смотри.
То у него пушки воруют,
то пленного убивают.
Да к стенке такого часового. Где он?
Где он?
Ушел гад.
- Василий!
- Ушел.
Подожди.
К стенке. Ну.
Подожди.
Пусти. Я его сам, своими руками.
Защитничек.
Что-то ты легко караешь, товарищ Дударь.
А Сахно-то не так учил.
Злой человек не имеет права
выносить смертный приговор.
На это имеет право лишь только тот,
кому это трудно.
Трудно.
Ну-ну.
Пленного порешили?
Вот и сдавайся теперь.
Бать! А, Бать!
Посмотри какая красивая тетя.
Попроси ее, может,
согласиться стать моей мамкой.
Попросишь, а?
Я часто, Федя, мечтаю.
И о чем, как вы думаете?
Ну...
О том, как вскоре хорошо
и счастливо заживет
весь земной шар при всеобщем коммунизме.
Мне даже стыдно признаться, о чем я мечтаю.
Я мечтаю о том,
что, когда я выйду замуж,
у меня будут прекрасные дети.
Я очень люблю детей.
Это так замечательно,
что вы усыновили Степку.
Не так уж замечательно.
У Степки нету матери.
Третий отец я у хлопчика.
Мать одна только была. Махновцы убили.
Ну погано ж человеку без матери.
Я знаю.
Вы одна.
Степка без матери.
А я уже взрослый.
По-моему, вы сейчас попросили моей руки.
Да.
Не время сейчас об этом.
Да я понимаю.
Но я могу еще год подождать
и сам взрослый стану.
Но ведь и я старше стану.
А разница между нами?
По-моему, вам сейчас только 18, Федя?
Федя!
К Нинке норовишь?
Обскакать меня хочешь.
А я ведь раньше тебя в
библиотеку-то записался.
Товарищ Дударь!
А как же ваша жена?
Жена.
И она тоже не твое дело.
Как это не мое дело?
Это наше общее дело.
Ладно. Выйдем, поговорим?
Куда еще выйдем?
Пойдем поговорим.
Пойдем.
- Пойдем поговорим, пойдем.
- Пойдем.
Без рук.
- Ну пойдем-пойдем.
- Ну пойдем.
- Пойдем.
- Пойдем.
Видали мы таких.
Только до первой кровянки.
Ладно-ладно. До первой, так до первой.
Да ладно...
Ты зачем приволок его?
Бандит. Мифодий, продолжай.
Жизнью я своей рисковал.
Сапог в болоте утопил. А
вы недовольны, Егор Карпыч.
Мне твоя жизнь будто копейка в дерьме.
Поднимать не стану.
Егор Карпыч!
А я-то для пушки снаряд спер.
Радуйтесь, Егор Карпыч.
Теперь у вас своя артиллерия.
Ступайте в бой.
Я тебя не за этим в селе держал, кормил.
Мне все снаряды нужны. Все.
Кто позволил явиться?
Да этот вот.
Присматривался.
Ей-богу, подозревал уже.
Сегодня вокруг библиотеки так и рыщет.
Так и рыщет.
И раньше, про Сахна допытывался.
И кто Павла раненого убил.
Дурак!
Теперь вместо мальчишки Панька
из уезда пришлют настоящего
взрослого фронтовика комиссара зубастого.
Похлеще Сахна будет.
Кто? Кто мне теперь снаряды добудет?
Кто? Кто? Кто? Кто?
Грандиозно.
Отпускаю я тебя, Федор.
Помни мою доброту.
Женись на своей командирше.
Комиссарствуй.
Мы с тобой теперь квиты.
Ты ведь меня тогда отпустил.
Карпыч!
А он и вправду помер.
Мефодий, монету.
Достаточно трех.
Заруби себе на носу, Федор.
Ты у меня не ночевал. Спал дома.
Если скажешь кому - себе навредишь.
Твои же красные тебя и...
Наган не забудь, вояка!
Здрасте, товарищи.
Доброго здоровья.
Прибыли на последний и решительный.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Здрасте.
Знакомтесь.
Отдельный бандоистребительный
отряд и его командир.
Здравствуйте.
Пантелей Желтобрюхов.
Был Желтобрюхов, а теперь Пантелей Гневный.
Пора уже запомнить мою
новую революционную фамилию.
Ха! Виноват.
А это что такое?
Подарок от приюта детей,
обездоленных мировой буржуазией.
Спасибо.
Вот это глобус и книги.
Карта нашей волости.
Ну где тут у вас бандиты?
Показывайте.
А то нас еще в соседнюю волость приглашали.
Времени в обрез.
Не так-то просто их найти.
Чуть что, по хатам разбегаются.
Поди сыщи.
Найдем и уничтожим.
Не хвались, товарищ, идучи на рать.
Так. Что-то не вижу
назначеного мной командира -
Федора Панько.
Где, командир?
Федя! Панько!
Товарищ председатель уездного ЧК,
тут товарищ Панько какую-то
странную непонятность плетет.
Давай, доплетай до конца.
Ну тогда Таракан мне и говорит:
"Ты меня тогда отпустил,
теперь и я тебя отпускаю."
"Иди, - говорит, - женись."
Будем с тобой квиты.
Ты отпустил Таракана?
Ну не знал я, товарищи,
что Таракан и есть
главный бандитский атаман.
Ну не знал он.
Ну обдурил он меня.
Я ж тогда еще Сахно сказал,
а Сахно сказал, что...
Что ж придется, парень,
тебе со мной в уезд поехать.
Там разберемся.
А сейчас наган на стол клади.
А чего тут разбираться? Все ясно.
Продался командир.
Таракановки...
- Гляди. Так это же...
- Продался.
Продал.
А командир, гляди, сбежал.
Федька! Не дури. Стой.
А ты куда?
Где твой муж?
Дударь где?
Особое задание у него.
Будто не знаете.
Какое еще задание?
Вот и я думаю:
какое это у мужика может
быть по ночам особое задание?
Раньше, бывало, все дома, по хозяйству,
а как коммунаром стал -
неделями дома не ночует.
И чем она его только приворожила?
Это кто еще приворожила?
Да Варька - вдова.
Вы ему задание, а он к ней.
У нее еще корова однорогая.
И мужиков она наших любит.
Отмените задание.
Отменим.
Что, окружили Дударя?
Наган на стол.
Снова здорова.
Сговорились они, что ли?
С кем это "сговорились"?
С дорогими товарищами красными.
Но это им так не пройдет.
Я им почти Таракана накрыл,
а они "наган на стол".
Товарищи...
Вот что, Дударь.
Сведешь меня со своими,
я знаю где коммунары снаряды прячут.
Федя!
Федюша!
Тебе не наливаю.
- Нет.
- Ну и правильно, Федор.
Не привыкай. Зелье.
Одного мы с тобой поля ягоды.
Отведай, Федя, вареничков.
А то уж больно худой ты
стал на казенных харчах.
Нет. Спасибо.
Не можешь ты мне, Вася, помочь.
Один справлюсь.
Да куда ты, родимый?
Ты их сейчас не найдешь.
Они все по хатам...
А утром они все в Татаровке соберутся.
Там ты и Таракана найдешь.
Завтра?
Завтра.
Штурм готовят бандюги.
Только ты туда не ходи.
Гнилые они люди.
Эх, некуда нам с тобой податься.
Слушай...
Давай с тобой свое
правительство образуем, а?
Вдвоем?
Втроем.
Сдурел?
Хозяйка! У тебя конь есть?
А другой нет. Можете проверить.
Мне и этой хватит.
Сынок! Где ты?
Ну чего? Я тут.
Доставишь его в село.
Бать! А ты?
А мне еще в Татаровку надо.
Передашь нашим, что у меня
там с Тараканом особый разговор.
У-у, бандитское гнездо.
Соколик!
За что тебя так?
Соколик!
Что, отвыкли с под одеял рано вставать?
Ну ничего, коммунаров перебьем - отоспимся.
А недобитые комиссары
на наших полях спины погнут.
Уже не долго ждать осталось.
Все сели?
А тебе что, особое приглашение?
- Ты что, Карпыч!
- Карпыч!
Карпыч! Прикажите Соколика поседлать.
- Седлай Соколика.
- Ага.
Соколик.
Постой-постой-постой.
Постой-ка.
Пусть еще посидит.
- Поумнеет.
- Ага.
Не кормить.
- Батогов не жалеть.
- Ага.
Не одумается - в расход.
Комиссарский сателит.
Седлай моего.
Воюем-воюем... А чего воюем?
А ну, цыц!
Таракан! Таракан!
Вот мерзавец.
Да... Ложись!
Но!
Ну, Федя, все.
Комиссар, стой!
Степка, сынок, убивают.
Не стрелять! Коня зацепишь.
Комиссар, остановись!
Давай справа обходи.
Скорей.
Не заходи. Слева...
Слева обходи его.
Я помню чудное мгновенье:
передо мной явилась ты,
как мимолетное виденье...
Сынок, выручай папаню.
Убивают.
Карпыч!
Да плюнь ты на него.
Кони устали.
Потом пристрелим.
Карпыч!
Ни одного бандита живым не упустить.
Налетай, хлопцы!
Федя!
Дорогой ты мой! Ну погоди.
Ну погоди. Ну.
Дорогой! Ну.
Я сейчас. Я... Я...
Ну... Ну... Ну что ты, честно слово...
Я сейчас, родной мой.
Стой! От меня не уйдешь.
А ты куда? А ну, марш домой.
Батя! Ну неужели мы упустим Таракана?
Они ж у меня мамку убили и двух папок.
Батя!
Ты ведь у меня все можешь.
Ты стреляный, не расстрелянный.
Ты всю войну прошел.
Не убегай Тараканище.
Ну, остановись.
Поговорить надо.
Потерял беляк покой... беляк покой -
красные гуляють.
А-а-а!
А-а! Э-э!
Ах!
Да... Монте-Карло.
Убьется.
Стой! Что? Ты куда?
Стой!
А-а!
Ох, Никитишна!
Ну все, конец.
Убила.
Убила.
Убила.
Господи! Даже не хотела.
Ты что, товарищ, забыла что он
твоих детей сиротами оставил?
Забери ее. Оставь шинель.
- Я же не хотела.
- Что ты Таракана коромыслом?
- Господи!
- От молодец баба, а.
Коммунары, становись.
Фу!
Товарищи коммунары!
Наперед самосуд чинить запрещаю.
Но как пострадавшая от
бандитского произвола Никитишна,
осуждения не заслуживает.
С другой стороны заслуживает
благодарности товарищ Панько.
Спасибо тебе, Федор.
Ты настоящий товарищ, герой.
Стань в строй!
 

////////////////////////////