Один шанс из тысячи (1968 год). Цитаты и фразы из фильма

«Оди́н шанс из ты́сячи» — советский героико-приключенческий фильм 1968 года, снятый на Одесской киностудии под художественным руководством Андрея Тарковского.

Все фразы и цитаты

- "Это был обычный перелет через
линию фронта. Нас было 70 человек.
Летели мы к партизану Миронову,
отряд которого оказался
в критическом положении. До войны
мне не довелось побывать в Крыму,
а сейчас летим. Странно".
- Смотри, какой спокойный. Скоро
прыгать, а у него шахматы на уме.
Чего?
- Показушничает, морально давит
личным примером для дела.
А у самого небось
зубарики чечетку бацают.
- И правильно делает, шахматы
нервишки успокаивают. Тебе бы самому
отвлечься не мешало.
- Опытный, наверное, потому
и спокойный. Ты с ним
ни разу не прыгал?
- Спрашиваешь. Он еще сам "девочка"
в этом деле. Честно. Мне старшина
звякнул. Я и знать-то
его не знаю, зато - капитан.
- Не желаю вас опровергать, только
хочу заметить, что привыкаешь
ко всему. И к шуму тоже. А поскольку
подслушивать неудобно, прошу
воздержаться от ваших оценок.
Сержант Соколов, если не ошибаюсь?
- Так точно.
- Вот так, Соколов. Застегните шлем.
- Слушаюсь.
Вот влип-то.
- Для подкрепления партизанского
отряда Миронова, нашего отряда,
должны прибыть десантники. Их около
70 человек, летят тремя машинами.
Думаю, достаточно двух взводов
автоматчиков, чтобы бесшумно снять
охрану у костров и расстрелять
десантников в воздухе. Всех.
- Ну как, решили?
- Пока нет, но кое-что проясняется.
- Не успеете, до выхода
3 минуты. Оставьте, я сам.
- Ладья на Н-7.
- Верно. Молодец.
Берите их с собой.
- Да ну-у.
- Берите.
- Спасибо. При встрече верну.
- А встречи не будет. Даже наверняка.
- Ну и провожаете.
- Нет, я истребитель. На этих
"верблюдах" временно был.
Уже и приказ есть.
- Тогда понятно.
- Пошел!
- Прыгай! Пошел!
Где же партизаны?
- Затяните прыжок! Слышите?
- Ты что?
- Все. И дух вон.
- Нельзя сидеть, некогда.
- Не могу я, бежим, как волки,
от псов. От собачек
не оторваться, я-то знаю!
- Что у вас?
- Перекур у нас!
Куда бежим?!
Не все ли равно, где лежать?
- Лежать лучше в укрытии,
разве не ясно? Встать!
Спасибо.
Вы?
- Как видите.
- Ну вот и встретились.
- Да-а.
- Сюда нас вез. Эх, кабы вывез.
- Уже вывез. Кабы не он,
и остался бы ты
на камушках лежать.
- А ты?
- А мне нельзя. Мне на море
возвращаться надо.
- Пока передышка, проведем
перекличку. Вы?
- Семернин Игорь.
- Вы?
- Лейтенант Осянин.
- Вы?
- Карцев Виктор.
- Вы?
- Соколов Владимир.
- Вы?
- Хаце Хари.
- Вы?
- Семернин Серафим.
- Близнецы, что ли?
- Близнецы.
- Володя. Володя. Соколов.
- А! Сука фашистская.
- Тихо, батя, тихо.
- Чем это он меня?
Пустячок, а приятно.
- Прохоренко Денис Корнеевич.
- Капитан Мигунько.
- Ну и намял ты мне холку,
парень. Здорово.
- Ты тоже не доходяга.
- Значит, вы оттуда. Ну и ну.
Да тут же немцев полно.
Тут в санатории для них дом отдыха
устроен. Для самых главных гадов.
Для заслуженных. Охраняют
их хорошо. Я вас спрячу рядышком.
Только вы поаккуратнее, ребята.
Большую тайну доверяю.
Ну вот и пришли.
- Да, солидное сооружение.
Вы думаете оставить нас здесь?
- Пока оставлю, а потом Нинку пришлю
с харчами. Эти погреба в скалах
сделаны еще при царе Горохе.
Перед войной наши
их ликвидировать хотели,
но не пришлось. Только главный
вход и завалили. Так что, ребят,
поаккуратнее. За эти вина
немцы золота не пожалели.
- Не беспокойтесь.
- Проводи меня.
- Скажите, эсэсовцы
охраняют отдыхающих?
- Они.
- Странно. Могли бы вермахтом
обойтись. Ладно. А Нина - это кто?
- Дочка моя, рыбачка, как и я.
Мы при санатории рыбачили. Они всех
выселили, а нас оставили, им тоже
рыбки хочется. Открывать
нужно по такому стуку.
Ну я пошел.
- Вот интересно, за сколько
все это выпить можно, а?
- Соколов, о "выпить" отставить.
- Стой!
- Стою. Что, не узнал?
- Документы.
- На твои документы, любуйся. А мне
папиросочку дай. Чего вылупился?
Не понимаешь?
- Я не понимаю!
- А, тестюшка, добрый день.
- Здорово.
- Вечером приду
к твоей дочке в гости.
- Чтобы опять тебя господин комендант
искал? Нет уж, спасибо. До свидания.
- До свидания. Господин комендант
не будет искать Глобке.
Он устраивает охоту для друзей.
Два дня. Олень. Пу! Пу!
- Охоту.
- Добрый день.
- Добрый день.
- Мой лучший выстрел, полковник.
За 100 метров.
- Не вижу оснований для восторга.
Убить беззащитное животное. И такое
красивое. Гости мои не прибыли?
- Я же обещал вам сообщить,
если кто-то приедет.
- Хорошо.
- Кто это?
- Какая-то тыловая крыса. Интендант.
Но с большими связями в Берлине.
- Фамилия?
- Кестер. Полковник.
- Послушайте, а если самолетом, а?
- Это как изволите понимать?
Ковром-самолетом?
- Нет, захватить самолет. У них
поблизости должен быть аэродром.
- Заманчиво. Только надо узнать,
где он находится. Сначала захватить
машину и попытаться выбраться
из этой зоны.
- А посты на дорогах?
- Рискнем. Разговор
с патрулями я беру на себя.
- А вы знаете немецкий?
- Разрешите представиться: кандидат
филологических наук. Диссертацию
защищал по баварским диалектам,
за что и был придан десантникам.
- Прекрасно.
- Всем приготовиться!
- Ой!
- Да вы не бойтесь.
- Да я и не боюсь. Только такого
небритого кто хочешь испугается.
- Ну, здравствуйте.
- Здравствуйте. Я поесть принесла.
- Спасибо.
- Два дня охотиться будут. Батя аж
трясется весь. Говорит: "Черти
их принесли". Все за вино боится.
- Водички бы.
- Я хотела у ручья набрать, а там
немцев полно. Как охота у них
кончится, так батя вас и выведет.
Пошла я.
- До свидания.
- Какое уж свидание? Уйдете скоро.
Больше и не увидимся. Счастливо.
- Кто это?
Сима. Гулял бы ты, Сима.
- Игорь я.
- Вот и иди, пока я тебе
вторую отметину не смостырил.
Вовсе мамку запутаешь.
Слушай, цаца!
- Нельзя пить.
- Не буду! Пустите! Вам в цирке
работать: один вверху пропадает,
другой внизу появляется. Как Кио.
- Тихо!
Эх, маловато ландо.
- Всем вниз. Начнем, пожалуй.
- Так не годится, оно же маловато.
- А если штабная? Не с пустыми же
руками возвращаться. Берем.
- И тогда она говорит:
"Я из Индии". Вы слышите?
- Да.
- А по-французски это звучит как
"я - индюшка". Понятно всеобщее
ликование, но Талейран в ужасе.
Правда, красива была необыкновенно.
Вы бы не отказались от поездки
во Францию?
- Еще бы! Но и здешние вина...
Господи! Что сей сон
значит? Ну и образина.
Тебе что, недостаточно
этого? Идиот! Ослеп?
- Капитан Карл Нордс,
спецподразделение СД. Час назад
начата отработка операции
"Разбойники". Все пропуска
аннулированы. Ваши документы.
- Пожалуйста. Простите, я принял
вас за солдата, а мы торопимся.
- Ничего. Все в порядке,
но вам придется задержаться ровно
на 10 минут, чтобы не было остановок
в дальнейшем. Сверните сюда,
пожалуйста, я отмечу ваш пропуск.
Прошу вас, господа. Проводите их
срочно к господину полковнику.
Господин Двигубский, что же привело
вас сюда, сотрудника столь важного
отдела, если не секрет?
Прекрасно, будем говорить
по-немецки. Только сразу с обоими.
А, вот и господин Вайзинг.
Хари, приведите его в себя.
- Он вырваться хотел, а я его
немножко прижал. А он вот...
- Уберите.
Очень сожалею, но разговаривать
придется только с вами.
- Тогда лучше по-русски.
- Введите.
Можете сесть.
Снимите повязку.
Командир партизанского соединения
"Смерть врагу" товарищ М.
Как вы понимаете, Двигубский, наша
встреча не была случайной. К вашему
прибытию готовились.
- Понятно. Теперь мне это ясно.
Я готов дать любую информацию.
- Ваши сведения не представляют такой
ценности, как вам кажется. Их явно
недостаточно, чтобы мы могли
гарантировать жизнь человеку,
столько лет действующему
во вред своей родине.
- Я постараюсь. Искуплю.
- Мы, может быть, дадим вам эту
возможность. Кто подписал приказ
о назначении Вайзинга?
- Лично рейхсфюрер Гимлер.
- Когда и чем это вызвано?
- На прошлой неделе. Он не доверяет
нашим людям.
- Чьим людям?
- Адмирала Канариса.
Всей разведке абвера.
- Полковник Кестер не ждет
гауптштурмфюрера Вайзинга?
- Он извещен, но...
- Но они не знакомы. Так?
- Да.
- Вайзинг назначен первым помощником?
- Вторым.
- Первым вы?
- Я.
Я надеюсь, вы понимаете,
что я пленный?
- Вы профессиональный шпион. На вас
конвенция не распространяется.
Слушайте внимательно, Двигубский.
Сейчас вы подпишете документ
о сотрудничестве с нами.
И не вздумайте шутить. В санатории
всюду наши люди. Вам ясно?
- Ясно.
- Шеф отдела полковник Август Кестер
находится на вилле "Голубой залив".
Отдел ведает заброской агентуры
в тыл войск 1-го Украинского фронта.
Помощники Кестера -
Двигубский и Вайзинг...
- "... должны были ознакомить его
с новыми установками Берлина
для засылки новой
агентуры на Украину".
- Вот где основалось осиное гнездо.
Передайте капитану Мигунько.
Любой ценой захватить
списки агентуры
и всю документацию отдела.
Любой ценой.
Даже если на это есть один
шанс из ста, из тысячи.
- Заснул, каналья! Обленились тут!
- Берлин, Берлин. Мне кажется, что
я не видел его целую вечность.
- Но у вас здесь не так плохо.
Горы, море, почти как на Ривьере.
- Да. Природа тут великолепна,
только жарко и масса хлопот.
Наши фронтовые герои устали
и требуют развлечений, а с этим
здесь нелегко. А отсутствие
женского общества делает всех
раздражительными.
Ширах слушает. Что?
Хорошо, сейчас я загляну сам.
Извините, господа, через 15 минут
я буду к вашим услугам и лично
провожу к полковнику
Кестеру. А пока отдохните.
- Кстати. У вас нет двух смежных
номеров? Мы старые друзья.
Вы не возражаете?
- Разумеется.
- Хорошо. Глобке!
- Волнуетесь перед
свиданием с шефом?
- Да. Боюсь, вы его недооцениваете.
- Нисколько. Ведь я еще его не видел.
Это, видимо, от коменданта.
- Ваши вещи в номерах, господа.
Дежурный является по звонку.
- Хорошо. Можете идти.
- Любезный, по-моему, глаза нет
у меня, а не у тебя. Доброе утро,
господа. Майор Крафт.
- Садитесь, майор.
Вайзинг. Двигубский.
- Вам повезло, господа,
вы попали в прелестный уголок,
только девочек нет. Единственное
развлечение - увидеть их
на экране. Ну еще вот
это - напиваемся до чертей.
Вчера повздорил с майором Фришем,
есть тут у нас такая свинья.
- Ну и что?
- Ничего. Вывел его в парк, набил
ему морду.
- Фу, майор! А традиции предков?
Надо было вызвать его на дуэль.
Ночь. Уединенное место. Каждому
фонарик и пистолет. Три патрона.
Трижды включить фонарик. Оставшийся
в живых ходит в героях.
- Черт побери, а это идея.
Было очень приятно познакомиться
с вами, господа. Надеюсь,
мы еще встретимся.
- События вступают в решающую фазу.
Наш отдел подготовился к ней
должным образом, но еще предстоит
сделать немало. Вы, видимо, имеете
смутное представление о диверсионной
работе, гауптштурмфюрер.
- Ну отчего же? Мы тоже, как
говорится, не лаптем щи хлебаем.
- Что-что?
- Как, разве вам не известна
эта русская поговорка?
- Мне нравится, что вы хотите ближе
познакомиться с врагом. И пословица
к месту. А? Скажу честно, не ожидал.
Мы тоже не теряем здесь времени
даром. Я уже сообщил в Берлин
о проведенной нами операции
молниеносного уничтожения
русского десанта.
- Кстати, а как здесь с партизанами?
- Они еще есть. Но охрана надежна.
А в спецзону не проскочит даже мышь.
Здесь полный покой. Итак, Вайзинг,
работать будем здесь. Я распорядился
о переделке бывшего бомбоубежища.
Не хотите ли взглянуть?
- С удовольствием.
- Да, кстати, мой друг Фонлем
написал, что передаст с вами
подарок. Я не ошибся?
- Совершенно верно, господин
полковник. Сверток в чемодане.
- О! Подозреваю, что там мои любимые
сигары. Принесите, пожалуйста.
А теперь я хочу знать ваше мнение
о гауптштурмфюрере Вайзинге.
- Господин полковник,
Дитрих Вайзинг...
- Ну?
- Вы не возражаете,
если мы пройдемся на веранду?
- Ну что же.
- Кто это?
- Где? Русский рыбак поставляет
рыбу для нашего стола.
Уж не хотите ли вы его завербовать?
Но мы с вами говорили о Вайзинге,
и вы сказали, гауптштурмфюрер...
- Дитрих Вайзинг показал себя как
человек решительный, хорошо знающий
дело. И надо сказать,
у него большие связи.
- Вы должны извинить мое нетерпение.
Фонлем написал мне, что вы большой
любитель сигар. Прошу.
- Благодарю.
- Да, это подарок.
Настоящая гавана.
Идемте смотреть будущие владения.
- Идемте.
- Три против одного за Рудольфа.
- Ты думаешь, что кто-нибудь
поставит на кривого? Ловкач.
Тихо!
- Черт возьми, даже обидно,
что я ни с кем не ссорился.
- Что здесь происходит?
Я спрашиваю, что здесь происходит?
- Возрождение рыцарских традиций.
Торжество тевтонского духа.
- Ну что, Эрих?
Молодец, Циклоп!
- Разберитесь, что там происходит.
- Капитан сообщает, что знакомство
состоялось. Аэродром находится
у села Вишневое. Распределим
обязанности. Семернин-старший
и я займемся аэродромом.
- Есть.
- Нина, тебе идти на встречу
с капитаном. Виктор встретит тебя.
- Угу.
- На скале, у перекрестка дороги.
Соколов, второй Семернин, вы
займетесь складами с боеприпасами.
Нет патронов.
- Ясно!
- Только осторожно, там
три поста. Ясно задание?
- Ясно.
- А как же я?
- Охраняешь штаб.
- Ты у нас приметный. И работаешь
нечисто. Того бы немца живьем
взять, а ты его как цыпленка.
- Отставить смех. Хари, пойдешь
с Карцевым для полной безопасности.
- Ясно.
- Зачем это вам понадобилось так
далеко заплывать с тем долговязым?
Хотели остаться наедине,
решив, что я плохо плаваю?
- Совсем нет. Неужели
вы меня подозреваете?
- Отчасти. Поскольку в толк
не возьму, почему вы вчера
не открылись Кестеру, когда он
меня отослал. Не смогли решиться?
- О, Вайзинг!
Вот человек, который спас меня
от скуки. Если вы хорошо его
попросите, он наверняка
и вам поможет.
Просим!
- Вы новый человек, посоветуйте.
- А выпивка за наш счет.
- Может быть, танцы?
- Пробовали. Это напоминает
рыбалку в ванной комнате.
- Никто не хочет танцевать за даму,
по крайней мере со мной.
- Ну что ж, одну даму я вам обещаю.
- Ура!
- Подожди, Курт.
На мой пост еще никто без пропуска
не проходил. Не хватало еще котов!
Я их отучу наведываться сюда. Точно!
- Вы никогда не задумывались над тем,
Вайзинг, что люди непрерывно
носят маски?
- Очень часто, господин полковник.
- И чем же вы это объясняете?
- Страхом, боятся
обнаружить истинное лицо.
- Любопытно. Не хотите ли?
- С удовольствием.
- А ведь вы не любите сигары,
Вайзинг. Больше того, я думаю,
вы вообще не курите.
- Вы очень наблюдательный человек,
господин полковник. Я действительно
не курю, я не переношу дыма.
- Тогда чем же объяснить
вашу сговорчивость?
- Видите ли, моему берлинскому шефу
и вашему другу господину Фонлему
нравилось считать, что я курю,
и изредка поощрять меня сигарой.
А я глубоко убежден, что начальство
надо ублажать. Это помогает
сохранить хорошие отношения
и продвижение по службе. Вот вам
результат - я здесь, в Крыму,
а не где-то под Курском. И имею
удовольствие работать с вами.
- Хм! Мне хочется дать вам сигару
в награду за откровенность.
Но как разведчик разведчику
делаю вам замечание.
Маскироваться надо
тщательнее, Вайзинг.
- Я учту, господин полковник.
- Сидите. Скажите, а зачем вам
понадобилась эта русская девица?
- А действительно, зачем? Налаживаете
отношения с офицерами? Или, может
быть, интересы другого порядка?
- После того как эта девица некоторое
время пробудет здесь, ее,
как и ее отца, можно будет
послать на любое задание.
После предварительной подготовки,
разумеется. Она будет достаточно
скомпрометирована перед Советами.
- Браво! Я готов вам дать еще
одну сигару.
- О, нет-нет.
- Как вы смогли найти ее так быстро?
- Это сущий пустяк. Увидел ее отца
и решил познакомиться
поближе, на всякий случай.
- Вам тоже следует быть находчивее,
в последнее время я вас не узнаю.
Когда сюда переедет весь наш отдел,
я познакомлю вас с нашей агентурой.
Вы увидите, что это за сброд.
Вы свободны, господа.
Нет. Я еще поработаю.
- Слушаюсь.
- Нет, она обворожительна.
Неправда ли, фон Бюлов?
- Немного худа, но в ней
есть какой-то скифский шарм.
- Он долго с ней танцует.
Это может ему дорого обойтись.
- Будь справедлив, Эрих,
ему танцевать целую минуту.
А вы молодец, Дитрих. Чем еще нас
порадуете? У нас, кроме субботы,
все вечера проходят одинаково.
- А что бывает в субботу?
- Нас навещают морские
офицеры. В 10 милях база
торпедных катеров.
- Прокатиться с ними - одно
удовольствие. Дух захватывает.
- Прекрасно!
Всем коньяк. Спасибо.
Я хочу внести в этот танцевальный
ажиотаж дух здорового спортивного
состязания. Я случайно обнаружил
наличие 20-ти велосипедов.
Мы устроим гонки на приз.
- И призом будет...
- Совершенно верно. Победитель
получает право целый день
кататься на лодке с фройлен.
- Я никогда не садился на велосипед.
- Молчи, я все равно приду
первым, а после прогулки доставлю
девицу туда, где ты ее будешь
ждать. Получишь из первых рук,
но с тебя коньяк.
- Идет.
- Ширах. Садитесь.
Сегодня у вас здесь весело.
- Благодарю вас. Мои неугомонные
подопечные придумали новый номер,
значит, и новые хлопоты.
- Что же?
- Велогонка.
Они хотят размяться. Не понимаю,
какого черта я их должен охранять?!
И от кого?
- А вы уверены, что именно их?
- Кого же еще? Горы? Море? Эту виллу?
Большая честь для эсэсовца!
- Выпейте свою рюмку, Ширах,
и не спешите с выводами. Всему свое
время. А что касается велогонки -
пусть развлекаются.
- Господин полковник.
- Да.
- Зная вашу объективность и уважая
вашу личную незаинтересованность,
мы просим вас быть...
- Арбитром.
- О вас очень высоко отзывается
наш друг гауптштурмфюрер Вайзинг.
Если судить велогонку будете вы,
мы уверены, что она пройдет в русле
высокого спортивного духа.
- Я польщен и согласен, господа.
В конце концов, это лучше,
чем истреблять оленей.
О!
- За что вы оскорбляете
немецкого офицера, фройлен?
- За что?
- Он не офицер, он свинья.
- Это возмутительно!
- Здесь не кабак!
- Он... Он...
- Я все видел и считаю, что
каждая женщина вправе
защищать свое t ED EDR.
- Ха!
- Так вы не согласны? Я готов
дать вам полное
удовлетворение! Внизу.
- Много чести! Пошел вон!
- Доброе утро, Николай Леопольдович.
- Доброе утро.
- Что сочиняете, если не секрет?
- Пишу письмо родным.
- Ах вот как. Простите.
Допустим. Мне нужно позаимствовать
ваш мундир, Николай Леопольдович.
- Вам?
- Мне. Где он?
- Здесь. Прошу.
- Хорош!
- Что?
- Мундир одевайте.
Сверху костюм.
Сапожки в портфель. Быстро!
Через 2 часа гонки, а нам еще нужно
навестить одну нашу общую знакомую.
Доброе утро, фройлен.
- Здрасте.
- Мы сейчас с вами поговорим,
а наш друг займет вашу комнату.
Прошу, Николай Леопольдович.
- Можно упасть, расшибетесь.
- А тут жестко.
- Если все пройдет удачно,
уходим не сразу. Вы все переходите
в бункер. Я с Двигубским догоню вас
на машине. А вы сейчас следуйте
за нами и повеселее их
напутствуйте. А потом ждите меня
в баре. Все ясно?
- Все.
До скорого, господин Вайзинг.
- Мне не нравится твой номер, Отто.
13- все-таки плохое число.
- Напрасно, ты в этом убедишься.
Лучше погляди на наш приз.
До чего занятна.
А мой день рождения
13 декабря, кстати.
- Майер, оцепление готово?
- Так точно. Через каждые 200 метров
все в спортивной форме.
- Хорошо. Можете идти. Вы поедете
со мной на мотоцикле?
- Да, но при условии, что
мотоцикл вы поведете сами.
- Разумеется. Сейчас трогаемся.
Старт будет дан во внутреннем дворе.
- Вайзинг!
В мое отсутствие приготовьте
все документы для шифровки.
- Хорошо, господин полковник.
- Да, вот еще что...
- Что это, любовная записка?
- Обязательно прочтите, это важно.
- Обожаю любовные записки.
- Отдайте это мне, это я написала.
Я лучше вам все скажу сама.
- Тогда у меня будет возможность
сравнить ваши слова с этой запиской.
Всем на старт!
- Господин офицер...
- Что произошло?
- Ничего.
- Он передал записку
длинному, а я не успела.
- Это неправда. Если хотите,
можете спросить у него.
- Срочно беги домой. Скажи связным:
любой ценой изъять 13-го, без шума.
Осянину оставаться до вылета
в погребах. Беги. А мы, может,
приступим к делу,
дражайший? И без фокусов.
- Интересно, что она там пишет?
Внимание!
- Потом.
- Пошел!
- Быстрей!
- Где находится сейф?
- Ну!
- В туалетном столике внизу.
- Сложно, Володя?
- Да. Секретка как в госбанке.
- Кончай ночевать, братишка,
случилось что-то.
- Капитан... Капитан...
- Да что "капитан"? Скорее, ну!
- Изъять того, что под номером 13.
Без шума и любой ценой. Ой, ребята,
все пропало! Летчика
не брать, ему лететь.
- Стой!
- Ты что?
- Так не успеем. Я пошел.
- Куда?
- Беги на трассу, там что-то
придумай, а я - в погреба, подниму
ребят. Жми!
- А!
- Да уйди с дороги, болван!
- Пожалуйста.
- Уйди, тебе майор приказывает.
- Да отдай ты велосипед!
- Что?!
- Скорее, здесь недалеко, успеем.
- Пулемет.
- Сейчас.
- Капитан приказал вам остаться.
- Держи.
- А-а!
- О!
-13-й - первый. Четверо за ним!
- Ширах.
- Что?
- Я готов поклясться, что видел
лицо этого солдата раньше.
- Возможно, они все из охраны.
- Да нет, я видел его на шоссе.
- Вы ошибаетесь.
- Может быть.
- Покурить бы.
Эка!
- Скорей, Володя, их еще
скопировать надо, брать нельзя.
- Это верно, торопиться надо.
Не дай бог, полковник нагрянет.
Принимайте работу.
Учитесь, пока я жив.
- Боже мой! Я погиб! Двое офицеров
разбилось, один исчез. Пропал
без вести солдат. Еще пять офицеров
получили увечья. Кошмар! Что теперь
со мной будет, господин
полковник, как думаете?
- Не знаю. И не хочу знать. Вы идиот,
Ширах, если думаете о себе
и хнычете, как баба. Садитесь.
Нам удалось установить следующее:
неизвестный овладел велосипедом
майора Венцеля и включился
в число участников состязания.
- Майор Венцель исчез.
- Далее: неизвестный возглавил гонку
и увлек ее участников
на запрещенный для проезда
участок дороги.
- Который был закрыт на ремонт.
- Да! Но раньше его сообщник или
сообщники убрали регулировщика
с развилки шоссе.
- Он тоже пропал.
- Да. Сам неизвестный исчез.
Кто-то помог ему скрыться
или унес тело.
- Может быть, он был сумасшедший?
- Да! Что "да"? Нет! Мы имеем дело
не с сумасшедшим, это было бы
слишком хорошо. С кем мы имеем
дело, Двигубский?
- Что? Я... не знаю.
- Вайзинг, с кем мы имеем дело?
- Полагаю, с организацией,
которая связана с партизанами.
- Согласен с вами, Вайзинг.
Ваши предложения.
- Провести широкую облаву,
взять под наблюдение шоссейные
дороги, усилить наружные посты.
Господин полковник, разрешите
операцию по прочесыванию леса
возглавить мне. Предлагаю поручить
господину Двигубскому слежку
за семьей рыбака. Он русский и легче
войдет в доверие. Самое простое -
поселить его там, сославшись
на тяготы разгульной жизни офицеров.
- Ну что ж, я согласен.
- А, и вы здесь?
А где же ваша дама? Она не хочет
разделить с нами наше горе?
А где мой друг Отто?
Вы должны знать, где мой друг Отто!
- Немедленно уберите руку!
Иначе я вам вышибу последний
глаз. Там внизу! Ну!
Господа!
Трагическая, нелепая
смерть среди этих красот
вырвала из жизни наших друзей.
И все мы скорбим, господа!
Но мы не только друзья, мы солдаты.
Нам ли, сыновьям Вотана
и воспитанникам фюрера, бояться
Валгаллы? Вспомним же о мече
Зигфрида и Арминия в наших руках!
И в память о наших товарищах
выпьем за нашу победу!
- Дитрих, простите меня. Я тронут,
я хочу, чтобы мы были друзьями.
- Мы друзья, майор.
До гроба.
Зиг!
Хайль!
- Зиг!
Хайль!
- Чему вы улыбаетесь?
- Я? Позвольте...
- Не позволю! Вы изволите смеяться
над святая святых. Вы не хотите
пить за память погибших
товарищей по оружию!
Двигубский!
- Вы подлец, милостивый
государь! Я вас вызываю!
- Вы либо сумасшедший,
либо провокатор.
- Немедленно извинитесь.
Я берусь уладить это дело.
- Поздно. О примирении
не может быть и речи.
- Ни в коем случае.
Только стреляться.
- Когда будете готовы, дадите
знать. По местам, господа.
- Спокойно.
- Я готов!
- Подполковник, я не хотел вас
оскорбить. Мне надо вам сказать
нечто важное.
Фонарь!
- Я все устроил нарочно. Послушайте.
Включай фонарь,
подлец!
- Вайзинг - шпион!
Честное слово дворянина!
- У собаки нет честного
слова. Стреляй, трус.
- Я не хочу стрелять! Ради бога,
и вы не стреляйте. Вы же видите,
я хочу, чтобы вы мне поверили.
- Теперь твоя очередь. Стреляй,
или буду стрелять опять я.
Не надо! Не...
- Наповал.
- А Симу мы схоронили.
Я и место заметил.
- Да.
Надо торопиться. Связи нет,
и мы не можем рисковать.
- Это моя вина.
Как я рацию опрокинул?
- Об этом после. Поломанную рацию я
возьму с собой. Как только я отведу
солдат, все выходят к аэродрому.
Старшим - Володя Соколов.
Подготавливать проходы
на территорию - лейтенанту Осянину.
Лейтенант. Вы получите 2 пакета.
В первом - документы и списки
агентуры, во втором - данные
об этих погребах.
В случае неудачи первый пакет
уничтожить и обеспечить знакомство
немцев со вторым.
Захваченные нами сведения неизмеримо
важнее всего этого. Вам ясно?
- Не все. А как же вы все?
- Повторяю, мы не можем рисковать.
Сведения должны быть доставлены
командованию. Завтра приходит
торпедный катер с морской базы.
В случае вашей неудачи постараемся
захватить его, пока
они бросятся сюда.
В случае вашей неудачи.
Или уйдем в горы искать партизан.
У них же должна быть рация.
Ну, лейтенант, в дебюте вы были
молодцом. Миттельшпиль, прямо
говоря, профукали.
Желаю удачи в эндшпиле.
- Угу. Армейская рация, и,
по-моему, в хорошем состоянии.
- Нет, неисправна.
- Ах вот как! Где вы нашли ее?
- В пещере на склоне гряды. Там мной
поставлены усиленные посты. Считаю
необходимым вызов служебных собак.
- Хорошо. Гауптштурмфюрер, вы
сделали все что могли.
Отдыхайте. А завтра...
- Завтра суббота - визит моряков.
- Ах да! А если это не партизаны?
- Товарищ лейтенант, все
в порядке, в заборе дырку сделал.
- Вижу. Володя, давай свой мундир.
- Что, так понаглянке и пойдете?
- Да. Иного выхода нет. Попробую.
Хари, если меня заметит часовой
на вышке, уберешь его.
А вы прикройте меня от охраны.
Если доберусь нормально, вы ни гугу.
Ясно.
- Кончай быстрее. Я опаздываю.
- Один момент, господин
обер-лейтенант.
- Я сейчас.
- Ну все, я пошел. До скорого.
- Господин обер-лейтенант,
опять до завтра?
- К вечеру вернусь.
- Гоша, отвлеки-ка часового.
- Еще не готово!
Господин обер-лейтенант,
я же сказал, что еще не готово!
Господин... партизан!
Партизаны!
- Ну давай же, лейтенант!
Ну что же ты?! Взлетай!
- Что это вы затеяли, батя?
Уж не воевать ли собрались?
- Что без дела лежать?
Ружьишко я там оставил, сходить
придется. Не оставлять же им.
- Будете опять мускат пить,
там и ночуйте. Дверь заложу.
- Глянь, чего он там.
- Дайте мне пить. И потом, здесь
сыро, а у меня ревматизм. Выпустите
меня, я обещаю...
- Обещал баклан ставриде,
что устроит в лучшем виде.
Ховайся назад, ваше благородие.
Пойду я, проведаю.
- Господин полковник!
- Что у вас, Ширах?
- Это фантастично!
- Садитесь.
- Только что доставил курьер.
- О! Винные погреба, и совсем рядом.
А где же Вайзинг, Двигубский?
Вот что, немедленно выезжайте
и проверьте все сами.
Возьмите с собой солдат.
- Справишься с катером, Виктор?
- Дело привычное, море не суша.
- Катер у прогулочной пристани.
С тобой пойдут Соколов и Гоша.
Начнете сразу после взрыва.
Хари пойдет со мной,
повидаемся с полковником.
А то неловко, все-таки хорошо
принимал. Ты, Нина, ждешь отца.
И вместе с ним на катер.
Кажется, все.
Береги пакет, Виктор. В случае чего
смотри сам. Не выйдет с катером,
уходите к партизанам в горы.
Нина, это тебе. На всякий случай.
- Здрасте, господа.
Вы не видели Вайзинга?
- Нет, господин полковник.
Всем коньяка.
- Выпьем за наших доблестных моряков.
- За нашу победу на море.
- А вот и Вайзинг.
Ваше здоровье, Вайзинг.
- Стой! Руки вверх!
Сдавайся! Свалить?
- Не надо. За каждого живого
партизана - пол-отпуска.
Ко мне, иди сюда!
- Стой! Куда торопится
юная партизанка?
- Стреляй, гад! Ненавижу!
- Ну что ж, долги надо платить.
- Нина, беги к причалу!
- Володя, прикрой!
- Витя! Заводи быстрее!
- Вайзинг!
- А, это вы!
- А как же я?
- В плен торопитесь? Жить хотите?
- Я могу быть полезен.
- Ладно, ступайте за мной.
- Товарищ капитан!
- Не стреляй!
- Капитан!
- Володя, тащи капитана. Я прикрою.
- Есть.
- Суки! Витек, нельзя!
- Витя, стреляй же! Витя!
- Не пущу, Витя!
- Витя, не смей! Помни - пакет!
- Руби носовую.
- Партизаны, сдавайтесь,
а то мы расстреляем вашу фройлен.
Ребята, стреляйте!
- Володя, воздух!
- Эй, сволочь, получай!
- Батарея, огонь!
Огонь!
- Руль заклинило.
- Гоша, флаг!
- Катер явно тот, о котором
докладывал пилот-наблюдатель.
Посмотрите на флаг.
Ничего не понимаю.
Дайте команду "отставить".
- Есть.
- Батарея!..
Отставить!
- Закурить бы, ребята.
 

////////////////////////////