Одесса в огне (1942 год). Цитаты и фразы из фильма

«Одесса в огне» (рум. Odessa în flăcări, итал. Odessa in fiamme) — совместный итало-румынский пропагандистский художественный фильм 1942 года, снятый режиссёром Кармине Галлоне.

Все фразы и цитаты

 ОДЕССА В ОГНЕ
- Засыпай, Коля.
- Maмa, я не хочу спать. Eще слишком рано.
- Спи, если хочешь, чтобы тебя поцеловали
завтра утром.
- Я хочу, чтобы меня поцеловали, но еще
рано спать. Расскажи мне историю!
- Какую историю? Ты их все знаешь.
Тебе уже нужно готовиться к учебе в школе.
- Расскажи мне историю, мамочка!
Мне будет очень приятно!
- А ты заснешь?
- Дa, мамочка.
- Был когда-то римский император,
по имени Траян...
- Нет, нет, ты хочешь, чтобы я учился,
а я не хочу этого,
и меня ничего не интересует про Траяна.
- Траян пришел на нашу землю и
nобедил даков. Это была великая победа.
- А после Траян дал жизнь нашей нации и,
стране, которая называется Румынией,
и слово Румыния является потомком Рима,
справедливости и цивилизации.
- Я не сплю, не сплю, не сплю!
- Сынок, ты такой притворщик!
- Я хочу дождаться папу!
- Но твой папа еще не скоро придет.
- Но почему?
- У него деловая встреча.
- Почему у него так много этих встреч?
Я бы хотел увидеть, что он там делает.
- Дай мне сказать!
Мы проведем в Бухаресте 4 дня.
- Разве я не сказал 5?
- 8, 8 пожалуйста!
- 6!
- Нет, 7!
- Не могу поверить.
- Тебе не стыдно, торговаться со мной
за количество счастливых дней,
проведенных вместе,
словно ты продавец персидских ковров.
- Хорошо... 7!
- Пусть будет 7, заключим сделку.
- Объясни.
- Насколько я знаю тебя, ты не выдержишь.
- Выслушай меня!
- Ты проведешь 7 дней, не думая ни о ком.
- Ни о ком? Даже о тебе?
- Да, ни о ком. Целый год я просила тебя об
отпуске, который бы ты провел со мной,
а сейчас я хочу, чтобы ты принадлежал
лишь мне. Обещаешь мне это?
- Обещаю!
- Как некрасиво это прозвучало...
- Дорогая Клара, я попрошу тебя
об одолжении.
- На протяжении этих 7 дней не говори
ни о ком...
- Почему?
- Ни о ком...
- Так и быть,
но я все-таки очень разочарована.
- Почему?
- Потому, что твоя жена порядочная.
- Ты бы хотела другого?
- Боже, пусть она тебе тоже изменит.
Что для этого нужно сделать?
- Не знаю, никогда не думал об этом.
- Хмм... уверен в этом?
- Да, уверен.
- Уже уходишь?
- Моя дорогая,
нужно собрать багаж,
раз мы хотим выехать завтра утром.
- Только поэтому? Не нужно еще кое-что
сделать?
- Не понимаю.
- Ты не попросишь у меня разрешения?
- Уже 8 часов. Мне не на кого
будет сослаться, что меня задержало,
и если приду домой слишком поздно,
у меня будут проблемы.
- Хочу тебя спросить. Какой маэстро тебе
аккомпонировал, на праздничной выставке?
- Сергей, кажется. Я его видел всего
несколько раз... он всего лишь артист.
- Румын?
- Нет, не румын! Или русский, или поляк.
Я его не спрашивал.
Но если тебе нужно...
- Да так, из любопытства. Никто не знает,
откуда он, чем занимается, на что живет...
- Зарабатывает музыкой.
Ты знаешь, что моя жена дает
возможность артистам играть на концертах.
- Он тебя заинтересовал?
- Меня? Нет.
- Оставь, дорогая.
Это не достойно тебя.
- Ты прав Михаил, я от тебя хочу слишком
многого...
- Разве я хочу чего плохого.
- Заметь, что не я это тебе сказала.
- О, дорогая.
- Все еще не спишь?
- Нет, мама обещала мне спеть колыбельную.
- Что это за новости?
Кажется, что сегодня ты немного капризная.
- Добрый вечер, Сергей!
- Добрый вечер!
- Слышали моего мужа?
Уже 3 дня он так ко мне относится.
- Вы уже 3 дня аккомпанируете моей жене.
- Ей сейчас очень одиноко.
Позвольте ей вернуться на работу.
- Но я этого не хочу!
- Думаю, не стоит ей петь.
- Но я не могу не петь.
- Через несколько дней я отправлюсь
во Флорику на народные гуляния,
к тому же они совпадают
с моим днем рождения.
Ты забыл об этом?
- С кем ты поедешь во Флорику?
- С Сергеем. Он мне составит компанию.
- Не мешало бы проветрить помещение.
К тому же, я тоже уезжаю.
- А куда?
- В Бухарест.
По делам.
- А в чем проблема?
- Я о ней тебе рассказывал.
- Не было, ничего такого.
- Нет было.
- Простите... спокойной ночи, госпожа.
- Спокойной ночи.
- Вас проводить?
- Спасибо, я знаю дорогу.
- А я и не сомневаюсь.
- Спасибо.
- Пожалуйста... Я хотел сказать...
- О чем?
- Да нет, в другой раз. Уже поздно.
- Спокойной ночи.
- Что случилось? Мария, во имя неба,
контролируй свои нервы.
Нельзя так себя вести.
Что я такого сказал.
Если ты не хочешь, чтобы я поехал в
Бухарест, не поеду. Брошу свои дела.
- Твои дела.
- Мария, пожалуйста!
- Ты прав, прости меня.
Все-таки не уверена, что все хорошо.
Езжай, езжай в Бухарест.
Мне тоже нужно ехать.
А сейчас...
В котором часу тебя разбудить?
- Не волнуйся об этом, у тебя и так
напряжены нервы. Лучше иди спать.
- Поцелуешь Колю?
- Конечно.
- Спокойной ночи, я иду спать.
- Спокойной ночи.
Постарайся отдохнуть несколько дней,
и можешь взять с собой Колю.
- Не получится, мне нужно ехать
в самое ближайшее время.
- Жаль,
деревенский воздух ему бы не повредил.
Спокойной ночи.
- Наверное, тебе трудно было отпроситься
в это путешествие.
- Почему?
Моя жена ни о чем не догадывается.
- Угостишь сигаретой?
- Конечно.
- Ты знаешь, где маэстро Сергей?
- Он только-что уехал с моей хозяйкой.
Сели в машину и исчезли из виду.
Они поехали во Флорику.
- Когда он вернется?
- Через неделю.
- Заводись, черт возьми!
- Ну и манеры...
- Сергей...
- Извините. Почему вы такая грустная?
- Есть причины этому.
- Вы должны мне довериться.
Я догадываюсь, о чем
вы думаете, и понимаю вас.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Речь идет о литературе...
старой западной литературе,
создавшей игроков собственности,
безмерное смешение предрассудков
и размеров.
- Поговорим лучше о другом.
- Как я мог забыть?
- Что случилось?
- Я забыл!
- Что именно?
- Из-за вас я потерял голову, Мария.
Через час у меня встреча с импрессарио для
организации концертов следующего турне.
- Снова? Вы вечно исчезаете с этим
импрессарио, а я никогда его не видела.
- Вы действительно с ним хотите
познакомиться, хотя никогда меня об
этом не просили. Что же делать...
Обещаю, завтра встретиться с вами.
- Вы такой странный...
- Да я грешен этим, но все-таки... вам...
нужно продолжить свой путь.
Думайте обо мне, хоть немного,
я люблю вас по настоящему.
- До свидания. Иван, останови машину.
Господину нужно выйти.
- До свидания, простите.
- Это смешно.
- Вы сошли, чтобы мне что-то сказать!?
- Нет, я была бы более смешная, чем вы.
Садитесь снова, не теряйте время.
- Что случилось?
- Как что? На каком свете ты живешь?
- Говори!
- Садись, скорей!
- Можно увеличить скорость?
- Зачем?
- Хочу встретиться со старой женой
и поесть в ресторане "Птица на подносе".
- В молодости у меня была девушка, как ты,
и я кружил ее в танце, кружил...
- Иван, что у тебя на уме?
- Давай! Давай! Танцуй! Выходи! Выходи!
- Иван...
- Иван, Иван!
- Кто это? Что ему нужно?
- Не знаю.
- Большевики перешли
линию фронта и вошли в Бессарабию!
- Что случилось? Что случилось?
- Успокойтесь! Успокойтесь! Послушайте!
У меня плохие новости...
но не знаю степени их достоверности.
Госпожа пошла в примэрию узнать правду.
До тех пор я сохраняю спокойствие
и призываю вас к миру в ваших домах.
Пожалуйста, не беспокойтесь!
- Что о большевиках? Что?
- Кто говорит о большевиках?
Расходитесь по домам... ну-же идите!
Не волнуйтесь. Расходитесь!
- Куда это все идут? В Кишинев?
- Дальше, намного дальше...
- Павел, где ваши шарфы для фестиваля?
- Оставь их, они нам не так уж необходимы...
- Но как нам выбраться? Боже!
- Идем, быстрей!
- Это правда! Это правда, Иван!
- Господи, как это возможно?
- Большевики перешли границу и
идут к Кишиневу. У нас мало времени!
Они вот-вот будут здесь.
Мне немедленно нужно быть в Кишиневе!
- Я еду с вами!
- Нет, нет, оставайся со своими.
- Ради бога, не плачь!
- Поздравляю тебя, Михаил! 3 дня без газет,
радио, телефона и других забот.
- Юля!
Юля!
Юля!
Коля!
Коля!
Госпожа!
Юля! Ребенок! Ребенок!!!
Нет!!!
- Когда его взяли, ему не причинили боль.
Оставили ему пуловер и кожаную шапочку...
- И куда они его увезли?
- Не знаю. Я хотела умереть, но меня,
в отличие от остальных, не тронули.
- Коля, Коля...
- Что происходит?
"Эвакуация Бессарабии. Русские
пограничники перешли линию фронта"
- Михаил.
Михаил.
- Что ты хочешь сделать? Куда поедешь?
Это безумие, на самом деле безумие.
Ты даже не сможешь проникнуть в Бессарабию.
- Что ты собираешься делать?
- Ты сказал, что уже о ней не думаешь.
- Родика, пойми.
- Понимаю лишь одно.
Ты любишь ее, в то время как я
была просто игрушкой в твоих руках.
- Я что, не имею права думать
о моем сыне, доме, городе?
- И о ней?
- Да и о ней! Я должен их там защитить,
даже умереть за них!
Вместо этого я здесь.
- Разве вы могли все это предвидеть?
Вашей вины в этом нет.
- Что-то я мог сделать, но меня с ними не было.
Ты не думаешь... где они, что с ними?
- Добро пожаловать, капитан Теодореску!
- Я получил приказ явиться в тот момент,
когда собирался перейти на ту сторону.
Понимаете, господин полковник,
я там оставил свою жену и ребенка.
- А мой полк вынужден там оставить
родину и честь.
Тогда...
- Понятно, господин полковник. Вас ждут!
- Госпожа!
- Юля, где мне можно узнать о ребенке?
- Госпожа, я не знаю.
Русские грабят и убивают,
но как и Смирнов ничего не говорят.
- И как мне найти этого Смирнова?
- Тех, кто попытался это сделать,
уже нет на этом свете.
Это ужасно, ужасно...
- Алексей, Алексей!
- Я хочу посмотреть.
Кажется,
я слышу шум мотора черного автомобиля.
- Вернись в дом.
- Быстрей, быстрей!
- Оставь меня в покое. Не раздражай меня.
Как думаешь, что может случиться?
- Нельзя открывать дверь. Это запрещено!
- Лучше ее закрыть, все равно мы услышим,
когда они придут и сможем проснуться.
- Разве ты не знаешь,
что Смирнов сказал, чтобы полиции
не препятствовали входить в тот дом,
какой ей будет необходим?
Что ты делаешь, Нона? Спрячь это.
- Слышали, черная машина проехала?
- Нет, не слышал.
- К кому она поехала этой ночью?
- Идите спать, вы ничего плохого не сделали.
Разве вы занимались политикой? Тогда...
- Они приехали вчера и взяли Николая.
А что он сделал?
- Не захотел сдать корову,
так как они не смогли бы кормить детей.
А Матвея за что взяли?
- За то,
что он спросил, куда отправили Николая.
- А Степана?
- За то,
что он сказал, что знаком со Смирновым.
- А он даже
никогда не видел народного комиссара.
- Никто его не видел,
он никогда не появляется на людях..
Это не его черная машина;
это его гиены ищут мертвецов.
- Госпожа, ради бога, чтобы
с вами ничего не случилось, не выходите.
Слышите! Черная машина, черная машина!
Черт. Она здесь остановилась.
Помолчи!
- Посмотри, вот они!
- Мария Теодореску?
- Да, это я.
- Пойдемте с нами!
- Куда?
- Не задавайте лишних вопросов.
- Нет, госпожа, нет!
- Юля...
- Осторожно, осторожно...
- Вы должны поехать с нами.
А она уже старуха и сама умрет.
- Юля!
- Мы уже здесь 20 часов,
что вы хотите с нами сделать?
Если убить, то поторопитесь.
- В чем мы виноваты?
- Куда нас отправят?
- Отче наш, сущий на небесах,
да святится имя твое,
да придет царствие твое,
да будет воля твоя...
- Молчать!
- Я молюсь богу,
моему и твоему.
...как на небе, так и на земле.
Хлеб насущный,
дай нам на этот день и прости нам
грехи наши, как мы...
- Это мой дедушка! Что вы хотите с ним
сделать? Куда вы его поведете?
- Молчите, а то вам хуже будет.
- Нет, нет! Не забирайте его отсюда!
- Ненавижу подлецов.
- Будь осторожен, подумай о Петре.
- Я осторожен, не хочу попасть
в лапы этим животным.
- Петя, сын мой!
- Смотри! Это Мария Теодореску!
- Оставайся здесь!
- Госпожа Теодореску!?
- Хозяйка, хозяйка!
- Здесь нет хозяев.
- Иван...
- Дорогая хозяйка...
- К комиссару? Что случилось???
- Товарищ, Мария Теодореску здесь.
- Попроси ее подождать, пока не выйдет эта.
- Сколько еще ждать?
- Ждите, пока вам не скажут свободно,
и не нужно разговаривать.
Думаете, что вам кто-то поможет?
- Скажите, я могу повидаться с сыном?
Что с ним?
Он совсем маленький и больной...
- Пусть пациент немного окрепнет,
и поправится. Главное,
чтобы он стал настоящим большевиком.
- Мне нужны списки мальчиков.
- Я еще не всех переписал...
- Почему, так долго возишься?
Если у меня была бы печатная машинка...
- Вот списки мальчиков. Это далеко не все,
но пока хватит.
Часть из них отправили вчера,
часть отправим сегодня, а остальные
отправим на следующей неделе.
Центральный комитет запросил отчеты
со всеми данными.
- Хорошо, сделаем! Остальные пусть ждут
приказов. Но нужно их сделать более
эффективными, иначе
эти молокососы навсегда будут держаться
за подолы юбок своих матерей.
Кто ты, и что хочешь?
- Это мама одного ребенка, Тициана.
- По какому вопросу?
Надеюсь, не из-за пустяков.
- По очень важному делу. Мой ребенок
болен. Я точно это знаю.
- Вы что думаете, что у нас нет врачей?
Если ваш сын выздоровеет,
а вы заболеете, кому от этого станет лучше?
- Госпожа, госпожа, вы же женщина.
Сжальтесь, сжальтесь...
это мой ребенок, мой ребенок...
- Госпожа, неужели вы не хотите понять,
что ваш ребенок находится на
государственном обеспечении?
Он вполне может там жить.
- Я хочу
вернуть себе сына. Верните мне его!
Велите ей замолчать.
Оставь нас. Ваш сын останется у нас,
и станет настоящим советским человеком.
- Забрав его,
вы разве не разрушаете нашу семью?
- Семья не является вашим личным делом.
Довольно!
- Послушайте меня, послушайте,
сволочи, гады!
Оставьте меня!
- Идите на выход.
- Входите!
Как вас зовут?
- Мария Теодореску.
- Певица?
- Да, но...
- Знаем, вы отказались от этой профессии,
выйдя замуж
за богатого буржуа.
- В вашем доме мы не нашли ничего
ценного, абсолютно ничего.
Как это возможно?
- Господин Смирнов,
мне ничего об этом не известно.
- Зато привели сюда целую ораву крестьян.
Что нам с ними делать?
Идите и немедленно решите эту проблему.
- Мне нужно идти, а ты подпиши эти
приказы. Необходимы еще зачистки.
Вчерашних расстрелов явно не достаточно.
- Саша!
- Товарищ?
- Это приказы на ночь.
А теперь вы, Мария Теодореску.
Присаживайтесь!
- Вы! Вы Смирнов?
- Вы же понимаете,
что я не мог тогда так представиться...
- Это ужасно! Ваше искусство,
бедность, дружба, любовь...
- Нет, это правда.
- Как это понимать?
- Это правда. Благодаря моим чувствам вы
еще живы и презрительно смотрите на меня.
- А как я должна на вас смотреть?
- Поймите, Мария Теодореску, что вы, как
жена буржуа, активного члена
антибольшевисткой организации,
должны быть расстреляны, вместе
со своим сыном.
- Коля... расскажите мне о нем!
- Попробуем со всем этим разобраться,
но прежде внимательно прочитайте и
подпишите это заявление без комментариев.
- Мне? Петь для вас? Для этих...
- Не советую вам вступать в полемику,
по другому нельзя вас сохранить, как
ангажировать, в роли певицы для народа.
Вы будете петь, где это будет необходимо;
мы возлагаем на вас большие надежды.
Ваше имя, голос должны вам помочь.
- Вам?
- Нам... и если откажетесь,
то я не смогу ничем помомочь ни вам,
ни вашему сыну.
- Каким образом? Могу лишь только сказать.
Что если вы это заслужите,
то вы его увидите.
- Обещаете?
- Обещаю!
Подписывайте!
Мы увидимся в финале первого цикла,
через два дня.
- Два дня?
- Это же совсем скоро.
Вы мне ничего не скажете?
- А что бы вы хотели услышать?
- Ничего.
Просто поймите, что положиться вы
можете только на меня,
а не на своего мужа; и только я смогу
помочь решить ваши проблемы.
- На какой станции будет следующая
остановка?
- Кто знает...
- Слышишь Иван! Наша госпожа здесь.
- Да, слышу! Поет и плачет для нас.
- Хватит! Прекратить петь!
Оставайтесь на своих местах!
- Поезд ушел.
- Когда?
- Час назад, на этом поезде
уехала Теодореску.
- Прекрасно!
- Ты распрощался с ней?
- А ты ревнуешь?
- Возможно, но не как женщина.
- Что это значит?
- Ты бы мог совершить ради нее,
какую-нибудь глупость?
- А это идея...
- Откройте ворота!
Мужчины направо, женщины налево!
- Драматические песни вашего репертура
должны быть проэкзаменованы нами,
но вас это нисколько не затруднит.
- Что происходит?
- Запомните, что здесь ничего не происходит.
- Иван! Иван!
- Расходитесь, расходитесь!
- Удачи,
Мария Теодореску. И будьте осторожны,
в поезде вы исполняли запрещенную песню.
- Я не знала.
- А теперь знаете. Счастливого пути.
- Видишь там, как и на прошлой неделе,
русского часового.
Тебе нужно пробраться внутрь,
но как это сделать?
- Это будет легко,
но что мне там нужно сделать?
- Что вы такой нетерпеливый?
- Больше, чем нетерпеливый.
- Требуется немного подождать.
- А в это время они
будут грабить, депортировать и убивать.
- Сволочи!
- Мы получили хороший отчет
о вашей работе.
- А ваше обещание?
- Я не забыл о нем.
- Сергей!
- Пока его невозможно выполнить.
Знайте, что все забранные дети стали
собственностью государства.
У них уже нет имен, только номер.
Коля теперь под номером 7568.
- А когда будет возможно?
- Между тем вам нужно будет
хорошо выглядеть перед
сегодняшними слушателями.
- Мне нужно будет петь для них?
- Не сейчас, в другой раз.
Вы только на них посмотрите.
Запомните: 7568!
- 7568...
- Вы подлец и обманщик!
Почему вы мне об этом не сказали?
- Уверяю вас, что я ничего не знал, не знал.
- И как я могла доверять
такому человеку, как вы?
- Я говорю правду. Очевидно,
Люба хотела отвлечь мое внимание
от вашего ребенка... если это так...
- А если это так?
- То вы его не найдете.
Видите, я ничего от вас не скрываю.
- Никогда?
- Никогда!? Не знаю...
- Где эта Люба, с безчувственным сердцем
тигра, которую ничто не трогает?
Как я хочу умереть..
- Что это за выходки?
- О чем это вы?
Что ты от меня хочешь?
- Вы певица, и до сих пор еще живы.
Чего вам еще? Вашего сына? Ха, ха, ха...
По какому праву, спросите вы?
Если бы вы были русской матерью, то вряд
ли осмеливались отстаивать свои права...
А твой сын жив,
здоров и путешествует на север.
Что вы еще хотите узнать?
- О жив!? Здоров!? Путешествует на север?
- Довольно, идите! И благодарите меня, что
я прощаю вам ваши истеричные выходки.
Уходи! Уходи!
Смени выражение лица; я для тебя столько
сделала для этого ребенка.
- Ты так думаешь...
- Да, я так думаю; из-за него у тебя
шоковое состояние, ты допусил ошибки,
он задел тебя за живое.
А ты должен быть жестким, не давать воли
чувствам. У нас на тебя большие надежды.
Посмотри... посмотри на это!
- Опять? Скольно еще нужно смертей?
- Столько, сколько потребуется. Не нужно
бояться смерти, ее нет.
Подписывай! Подписывай!
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
"Почти год, как советы вторглись
на нашу землю.
Все это время население Бессарабии
подвергалось свирепому остракизму.
Депортации, преследования,
пытки и увечья...
Теперь Румыния готова!
Страна взяла оружие в свои руки,
веря в победу.
Армия перешла границу"
- Читайте газеты!
Освобождение Кишинева!
Экстренный выпуск!
"По состоянию на 8 часов у нас
следующие новости. Внимание, внимание!
Чрезвычайное сообщение
верховного командования
германских вооруженных сил.
После натиска германских, румынских и
итальянских вооруженных сил
система обороны западной Украины пала.
Главные силы и их союзники подавляют
последние очаги сопротивления.
Началась
массовая сдача в плен противника."
- Господин капитан!
- Что случилось?
- Полковник приказал допросить
некоторых пленных, объявляющих,
что они румыны из Кишинева.
- Очень хорошо.
- Я скоро вернусь. Пошли.
- Надеюсь, что это скоро закончится.
Я устал от этой жизни.
Сначала нас поместили в барак, теперь
снова туда же. Думаете, что я хочу бежать.
- Увидите, что нас пошлют в концлагерь.
- Слушайте парни, у меня есть идея.
- Что за идея?
- Очень хорошая идея.
- Не томи, говори!
- Дорогой мой, надежда на бомбы, чтобы они
взрывались в нужном месте и в нужное
время, иначе они бесполезны.
- Господин капитан!
- Кто вы? Кто?
- Господин капитан, вы меня не узнаете?
Я Иван, Иван Алексеев,
прислуживал вашей жене и ваш шофер.
- Иван!
- Да здраствует! Да здраствует Румыния!
- Пошли!
- Садись! Рассказывай!
- О чем?
- Обо всем.
- С чего начинать?
- С момента прибытия в Кишинев.
Вы были там, или нет?
- А, вы же ничего не знаете,
занимаясь своими делами в Бухаресте.
- Ну... рассказывай!
- Я мало что знаю.
Я уехал с вашей женой во Флорику,
а оттуда так и не смог попасть домой
из-за народного комиссара;
это музыкант, который аккомпонировал
вашей жене на концертах.
- Сергей?
- Да.
- Что же, черт возьми, случилось?
- Не знаю господин. Я видел ее
последний раз в комиссариате,
ее к нему вызывали.
- А что вам еще известно?
- Проходя по вагонам поезда,
ехавшего в ад, я слышал ее исполнение
румынской песни.
Тогда мы были разделены, она с одной
стороны, я с другой.
Жену я свою так и не встретил,
а моего сына убили.
- Убили?
- Да господин. Это все, что я знаю.
Смирнов
сейчас в Одессе, и я хочу оказаться там,
прежде чем русские драпанут оттуда,
и убить их, как можно больше.
- А это разве возможно?
- Да, капитан. Мы знаем план города,
мы там прятались.
Мы знаем, где находятся склады оружия,
фабрики, командование, все.
Мы знаем, как незаметно передвигаться
по улицам. Господин капитан, мы должны
отомстить нашим врагам.
Пойдемте с нами, господин капитан.
- Ни в коем случае. Я уже командованию
предлагал это сделать, но оно против.
- Может быть вы там найдете свою хозяйку.
- Ты разве ничего не знаешь? Румыны будут
здесь на следующей неделе.
- Если бы не эти чрезвычайные меры по
безопасности, было бы совсем хорошо.
Это точно?
- Да, почему бы нет.
- До Далика?
- Да, до Далика. Это 20 километров отсюда.
- Поэтому они так развлекаются?
- Нет это для того,
чтобы никто не узнал об их тяжелом положении.
- Нет больше сил.
- Разве столько можно пить?
- А мне все мало.
- Почему бы тебе не найти другой способ забыться?
- Какой?
- Такая красивая госпожа, как ты...
- Клянусь, я бы сделала все, чтобы эта
сердечная рана зажила.
- Крепись. Твой ребенок или смирился со
со всем или уже мертв.
- Замолчи, ведьма.
- О, какая ярость...
по отношению ко мне,
вам лучше использовать свою внешность.
Вы могли бы получить от Смирнова все.
- Ночь пройдет очень быстро.
- Оставь меня, наконец!
- Ты упрямая,
но все-таки прислушайся к моим советам.
Ты не знаешь, как обстоят дела.
Никто не знает, а я знаю. Потому что я
наблюдаю за комиссариатом.
Румыны заняли порты Одессы.
- Румыны?
- Говори тише. Если румыны придут,
то Смирнову конец. Говорю тебе, ты
попадешь в тюрьму, а твой ребенок...
Куда же вы?
- Давай, подписывай! Ну же!
- Я сказал, нет!
Хватит об этом!
- Ты не учитываешь...
- Чего?
- Требований, накладываемых на нас, от
этого трудной, опасной ситуации.
- Чего вы добьетесь всеми этими
смертными приговорами?
- Ты не вправе обсуждать полученные нами
приказы. Никого твое мнение не интересует,
от тебя лишь требуется их подписать.
- Это смертные приговоры...
все время смертные приговоры.
Даже сейчас, разве эти люди виноваты, что
русская армия не смогла взять
Бухарест за неделю?
- По чьей вине мы потерпели 20 поражений
за эту неделю?
Одесса должна выстоять.
- 50 смертей не изменит сопротивления ни в
большую, ни в меньшую сторону.
Я не подпишу! Не подпишу!
- Если ты не в состоянии выполнять свою
работу, то я ее выполню за тебя.
Думаете, вам позволят так поступать, нет?
Я на вас пожалуюсь.
- Можете это сделать, хоть сейчас...
Мне это безразлично, я так и так умру,
я даже хочу этого.
Как ты не понимаешь, что я не могу сам это
сделать!?
- Что ты имеешь ввиду?
- Понимаешь,
я очень боюсь смерти?
Я очень боюсь смерти! Да, боюсь.
Это мой рок,
она все время стоит перед моими глазами.
- Это все
закончится, когда мы построим новый мир.
- Этот новый мир будет смердеть,
как на кладбище.
- Идиот!
Это будет торжество идей марксизма.
- Мы и наш мир, а не идеи породили
так много убийц.
Это утопия, безумие.
- Ну так что?
- Ничего, спокойной ночи. Я говорю тебе,
что ни во что не верю, что мне все
безразлично... и не буду это подписывать!
Сообщите в центральный коммисариат,
пусть приходят со всем вооружением.
Пусть приходят! Я их буду ждать.
- Сергей, послушай меня! Я не хочу тебя потерять.
Если хочешь навредить себе, сделай это
по-другому. Я не хочу такого твоего конца...
- Пусть все идет своим чередом. И так
наступит конец... А сейчас уходи.
- Сергей, я не настаиваю!
- Ха-ха. Что происходит?
Ты боишься смерти? Даже ты?
- Ты кого-то ждешь?
- Нет, думаю нет.
- Там госпожа...
- Мария?
- Ты угадал.
- Пришла, насчет проб в опере.
Пусть зайдет!
- Сергей, что мне для вас сделать?
- Вы може отдать приказ о расстреле
и спокойно заснуть.
- Не могу поверить, что ты пожертвуешь
собой в этой ситуации.
- Не волнуйся за меня,
я уже конченый человек.
Как политик, ты могла бы мне помочь,
но как человек...
- Ты ее еще любишь?
Не морочь голову.
- Я знаю, где мальчик.
- Мне все равно!
- Я желаю тебе добра, успокойся.
- Ты хочешь, чтобы я подписал
эти распоряжения.
- Если ты их подпишешь, то я скажу, где
находится этот мальчик. Подписывай,
и я покажу тебе, как...
- Ждешь премии за хорошее поведение?
Слишком поздно, мне уже все равно.
Иди!
- Смирнов готов вас принять.
- Добрый день. В чем дело? Недовольна
постановками опер? Эти директора,
режиссеры не всегда вас устраивают,
не так ли?
- Я пришла не из-за этого.
- Тогда почему?
- Сергей, это правда, что Одесса потеряна?
- Думаю, что да. Но не беспокойтесь,
спектакли будут идти,
и вы будете петь по прежнему.
- А что с Колей, моим сыном?
- Опять об этом ребенке все разговоры.
- Что вы имеете ввиду?
- И хватит говорить о нем.
- Вы обещали его найти, а я не могу
больше ждать. Если Одесса падет,
то мой сын окажется в самом пекле войны.
И я его уже никогда не увижу.
- Я вас понимаю, но ничего не могу сделать.
Мне конец. Знаешь, что я сейчас делаю?
Я жду своей смерти. Потому что Кишинев
потерян из-за меня.
Армия потеряна из-за меня, а если Одесса
будет потеряна, то также обвинят меня.
- О че это вы, Сергей?
- Я умер,
как политик. Вот и все!
- И вы говорите об этом так спокойно?
- Все что меня интересовало, спущено в
канализацию.
- Сергей, сжальтесь, я положилась на вас.
Я не могу отказаться от поисков,
но без вас у меня нет никакой надежды
в их успехе. Помогите мне!
Румыны рядом, они ближе, чем мы думали;
мы можем быстро начать поиски,
не хотите присоединиться к нам? Мы и себя
спасем, ради спасения Коли,
а я сделаю все, что вы захотите.
- Навсегда?
- Да, навсегда.
- Тогда иди Мария.
Мне нужно дальше работать;
жди моего сигнала, и тогда я скажу,
что нужно делать.
- Саша!
- Товарищ?
- Вызови ко мне срочно солдата.
- Эй! Что там у тебя?
- Хлеб.
- Сколько дней ты не ел?
- МНОГО!!!
- Заткнитесь!
- Скажи Павлик, почему...
- Тише, караульный!
- Почему нас здесь держат взаперти?
- Потому что здесь
рядом порт и нас будет легко эвакуировать.
- Откуда ты знаешь?
- Он все знает!
- Я подслушал слова караульного.
- Когда нас освободят?
- Не знаю.
- Не пора ли выполнить задуманное?
- Нет, еще не время.
- Есть хочеться!
- Мы все хотим.
- Думаешь, что про нас забыли?
- Я думаю...
- А я придумал.
- Хочу понять, чего от нас хотят
и зачем нас здесь держат.
- Замолчи! Если не понимаешь, что
нужно пережить это трудное время,
то ты тупоголовый.
- Но они должны вывести отсюда, как
можно быстрее, как этих, так и других
мальчиков, в самое сердце России.
Почему-то нас держат в этих катакомбах,
которые еще вчера были складами оружия.
И совсем не радуют регулярные обстрелы
румынской артиллерии.
- Они готовятся переправить нас
на другую сторону.
- Возможно на корм рыбам.
У нас здесь, хотя-бы, есть еда.
- Хорошо,
что я взял с собой кусок хлеба с брынзой.
- Как, вкусно!
- Эй! Верните мне мою брынзу!
Я здесь командир,
и не потерплю такое неуважение к себе.
- Оставь меня в покое! Ничего я не брал.
- Как не брал?
- Эй.
- Кто меня зовет?
- Тут приказ для тебя!
- Наконец, хоть что-то прояснится.
- Что она сказала?
- Она просит помощи,
у нее больной ребенок.
- Попробуй найти доктора.
- Бедый мальчик, ему уже ничем не помочь.
- Что она сказала?
- Господин капитан, эта женщина хочет
окрестить своего мальчика.
- Это возможно.
- Как его зовут?
- Коля.
- Коля...
- На колени!
- Николай Николаев.
- Я крещу тебя,
во имя Отца, Сына и Святого Духа, аминь!
- Капитан, и нас...
- Крещу тебя во имя Отца,
Сына и Святого Духа, аминь!
- Не дрейфь! Продолжать огонь!
- Сергей, крещу тебя во имя Отца,
Сына и Святого Духа, аминь!
- Чья эта карточка?
- Той женщины!
- Откуда она у нее?
- Она сказала, что эта фотография одного
русского солдата, который был здесь.
Господин капитан, думаю что это просто
совпадение. Это одна
из певиц кафе Одессы.
- Нет, нет. Это она, точно она!
- Очень хорошо!
Теперь можете немного отдохнуть.
Начнем еще раз с прелюдии третьего акта.
- Где Коля?
- Я нашел его.
- И где-же?
- Погоди! Слушай меня!
В нужный момент я дам сигнал для ухода.
Я тебе скажу, что нужно будет сделать.
И тогда ты немедленно уйдешь.
С этого момента дорога каждая минута.
Мария,
я рискую всем ради тебя, без колебаний!
- Красивый повод сказать, что мир
не меняется... женщины всегда себя
считали самыми важными в жизни мужчин.
- Дельное замечание.
- И потом...
- Прекрати!
- В этой одежде,
я как настоящий большевик.
- На вас
и ваших людей-волонтеров возложена
трудная миссия, выполнение которой будет
для вас делом чести. То, что вам нужно
сделать в Одессе, очень опасно.
Господь с вами! Удачи!
- Спасибо, господин полковник.
- А ты Иван, позаботься о Смирнове.
Он является главной для нас угрозой.
- Будьте спокойны, господин полковник,
этому человеку от меня не уйти.
- Павлик! Павлик!
- Тьшшш.
- Ребята, если мы не уйдем сейчас,
то не уйдем никогда.
Что случилось?
- Ты командуй, а я пойду за тобой!
- Давай, пошли!
- Тссс, ложись спать! И проследи
за тем, чтобы остальные тоже спали.
А вы пойдете на кухню,
а вы двое в другую сторону,
а вы узнайте, что наверху.
- Я с вами!
- Замолчи! Ну возьмите меня!
- Я с вами!
- Легко!
- Что ты здесь делаешь? Ты слишком
маленький.
- Я маленький, но сильный.
- Караульный идет!
- Трусы! Я же хотел помочь!
- Ложитесь!
Притворитесь, что спите! Быстрей!
- Что ты здесь разлегся... как сурок?
Подвинься.
- Как нам найти этого парня?
- Трудно, но у нас есть приказ.
- А у меня
приказ стрелять в каждого нарушителя,
даже если это будет Смирнов.
- Ты что с ума спятил, из-за этого?
- Мне просто нужен номер 7568.
- 7568?
- О, мама.
- Что с тобой?
- Есть хочу.
- Румынский парень всегда плачет,
если что-то хочет от своей мамочки?
- Но мамочки тут нет.
- Тогда зачем себя расстраивать.
- Я не расстраиваюсь, просто хочу есть.
- Перестань хныкать, а то я уйду.
- Нет, нет, нет. Смотри! Я не плачу
в присутствии капитана!
- Тогда засыпай! Ну же!
- Мне кажется, что это номер 7568,
который нужен Смирнову.
- Просто невозможно исполнить этот приказ.
- Но и у меня приказ.
- Вечером у нас будет весело.
Посмотрю, осмелишься ли ты
стрелять в Смирнова.
А у меня приказ присматривать за детьми.
- Понятно.
- Этот мальчик, наверное, сын Смирнова.
- Не знаю,
но точно сын какой-нибудь шишки.
- Почему остановился?
- Чтобы не напороться на русский патруль.
Прячьтесь!
- Не говори глупости! Нужно уходить отсюда.
- Господин капитан! Господин капитан!
Кажется пронесло.
- Эй, Эй! Смотри! Это Одесса!
- Мария, тебя зовет Смирнов!
- Для чего?
- Быстро, на сцену!
- Я сейчас!
- Вам нельзя выходить!
- Кто так распорядился?
- Вам нельзя выходить за пределы здания!
- Кто отдал такой приказ?
- Товарищ Люба.
- Позволь мне выйти!
- Не позволю, товарищ Смирнов.
- Это глупость, держать меня взаперти.
Вызови кого-нибудь для разрешения этой
проблемы!
- Хорошо, я сделаю это.
- Какой красивый голос.
- Чего?
- Какой красивый голос!
- О, да!
- Все готово, господин капитан!
- Браво, Иван!
Теперь ждем назначенного часа.
О чем думаешь? О чем?
- Эта собака, комиссар... этот ублюдок...
Я убью его.
- Рано или поздно
это случится, но побереги себя.
- Я готов все исполнить.
- Вот это я и жду от тебя.
- Тогда, с богом, Иван!
- До свидания, господин капитан.
- Идемте!
- Все в порядке?
- Господин ждет вас в старом порту.
- Тогда... этим вечером?
- Да, давай быстрее. Когда нас хватятся,
мы должны быть уже далеко.
- Очень хорошо.
- Пора. Иди! Встретимся здесь.
- Что случилось?
- Кто его знает...
- Чего они ждут?
- Почему не начинают?
- Пойдем разберемся.
- В чем дело?
- Примадонна исчезла. Невообразимо!
- Как это случилось, кретины?
- Во время второго акта она спрашивала
Сашу, секретаря Смирнова.
- Я видела, как они входили в гримерку.
- А потом?
- А потом больше ее уже не видели.
- Уроды... это уродство...
- Ребята,
оставайтесь на месте! Успокойтесь!
- Мне страшно! Страшно! Выпустите нас!
- Убивают!
- Не бойся, это наши.
- Разве это румыны?
- Хочешь увидеть своего отца?
- Да.
- И он... наверно среди них. И ничего
плохого нам не сделает. Я думаю...
- И я о чем-то думаю.
- И о чем же?
- О том же, что и ты.
- Наступил ли момент побега?
- Да, но сейчас бомбежка...
- Да, и солдаты кругом.
- Ну! Следуйте за мной! Бежим!
- Сюда! Бежим!
- Скорее!
- Туннель разрушен!
- Откуда ты идешь?
- Они его взяли и ушли!
- Ты не помнишь, где находится
вход в катакомбы?
- Да, идем туда.
- Откройте дверь! Где ключи?
Это ты меня здесь закрыла?
- Безусловно!
Для чего? Зачем ты это сделала?
- Разве непонятно?
Вы не должны изменить нашему делу!
- Я действую по велению своей совести.
А вы уверены
в своей приверженности нашему делу?
- Ты не выйдешь отсюда!
- Прочь с дороги!
- Ели я не ошибаюсь,
он сказал в старом порту.
Нужно было ждать его у этой лодки.
- Почему же он не идет?
Он давно должен быть здесь.
- Боишься?
- Мне кажется, что он уже не придет.
- Проход запрещен!
- Мне нужен капитан Смирнов!
- У меня для него приказ!
- Давай туда! Только быстро!
- Опоздал.
-...в пещере...
- Пей, но это не нейтрализует яд
твоего сердца.
- Почему он так опаздывает?
Господи, что-то случилось?
- Он придет, Мария!
- Ты уверен, что это то самое место?
- Сергей, ты сказал, что Мария Теодореску
ждет тебя в старом порту. Зачем?
- Ребенок...
- Чей ребенок?
- Коля...
- Где он?
- В катакомбах...
- Смотри! Вот здесь секретный вход.
- Наблюдай, чтоб солдаты не подошли!
- Господи! Он не придет... Сын мой...
- Успокойся, Мария! Успокойся!
Я уверен, что он придет!
Смотри! Оттуда кто-то идет.
Видишь, бежит! Мы здесь! Мы здесь!
- Быстрей! Быстрей!
- Это я, Иван! Иван!
Я ваш слуга, Иван!
- Ты что-нибудь знаешь о моем сыне?
- Он в катакомбах. Быстрей! Быстрей!
Давай быстрей! Быстрей!
- Где эти катакомбы?
- В миле отсюда.
- Иван, в чем дело?
- Нужно торопиться! Иначе будет поздно.
- А Смирнов почему не пришел?
- Люба его убила.
- Насмерть?
- Да, но давайте быстрее. Быстрей!
- Капитан!
- Да.
- Все готово.
- Тогда, спрячься за скалой!
- Господин капитан! Мальчики внутри!
Остановитесь во имя господа, вы их убьете!
Отмените взрыв! Отрежьте фитиль!
- Зачем ты здесь?
- Ваш сын здесь.
- Не может быть?
- Я вас уверяю.
- Матвей, отменить взрыв! Быстро!
- Коля!!!
- Папа!!!
- Быстро за мной.
- Нет ли здесь другого выхода?
- Может и есть, но он завален.
- Что с нами будет?
- Следуйте за мной.
- Выход завалило! Тут нам не пройти!
- Ждите меня здесь.
- Папа! Поберегись!
- Папа!
- Папа!
- Папа!
- Папа!
- Смотрите небо! Видно небо! Мы спасены!
- Папа!
- Коля! Коля!
- Папа!
- Коля!
- Папа!
- Коля!
- Папа!
- Коля!
- Видно небо! Мы спасены!
- Михаил! Коля!
- Мама!
"ОДЕССА ПАЛА!
НАШИ ПОБЕДОНОСНЫЕ ВОЙСКА
СЕГОДНЯ ВОШЛИ В ГОРОД
ОДНОВРЕМЕПННО СО ВСЕХ СТОРОН"
- Коля, иди сюда!
Посмотри сюда!
- Что это?
 

////////////////////////////