«Выстрел» — советский фильм-драма 1966 года. Фильм снят по
одноименной повести А. С. Пушкина.
Все фразы и цитаты
-Ну-с, вот я и показал вам все
достопримечательности нашего
местечка: и трактир,
и постоялый двор, и базар.
Ну что, скучно?
Жизнь армейского офицера
известна. Утром - манеж, учения;
днем - обед у полкового командира
или в трактире; вечером -
пунш, карты.
-Невесело.
Да ведь есть же здесь какой-нибудь
открытый дом, в котором собирается
порядочное общество?
-Нет. Здесь нет ни одного
порядочного дома.
-Или где мечтают
выдать дочку замуж?
-И ни одной невесты.
-А по вечерам? Собираетесь же
вы где-нибудь по вечерам?
-Собираемся. Друг у друга,
где не видим ничего,
кроме собственных мундиров.
Не унывайте, прапорщик, привыкнете.
-А вы привыкли?
-Мы стоим здесь год и простоим
еще бог весть сколько.
Нам пора в канцелярию.
Почта, наверное, прибыла уже.
Эдак у нас всегда
в день прихода почты.
Знаете ли вы, что значит ожидание
почтового дня в местечке? Жители
столицы понятия не имеют о многих
впечатлениях обитателей городков
и деревень.
-Вам почта, господин поручик.
-Благодарю вас. Что принесет почта?
Радость? Печаль? Наследство?
-Приказ лейб-гвардии полка:
"Поручики Лукин и Поземковский
переводятся в Черниговский
конно-егерский полк с повышением".
-Что, Берестов, ждал денег?
-А получил родительское
благословение.
-И то добро.
-Не возьмешь ли его
в уплату карточного долга?
-Господа! Погодите о своих
долгах, есть дела поважней.
"В Рио-де-Жанейро ходят слухи,
что совершено покушение освободить
Бонапарта..."
-Но это же невероятно!
-"Богатые сторонники его, живущие
в Америке, снарядили 5 кораблей,
на коих экипажи состоят
из одних французов".
-Неужто удалось?
-Когда бы удалось, были б мы
с вами уже в походе, прапорщик.
-Вот именно.
-Здравствуйте, господа.
-Здравствуйте, господин Сильвио.
-Для вас ничего нет-с.
-Вы хорошо проверили?
-Так точно.
-Вот, пожалуйста! Приказ
по кавалерии: "Алеша Попов
и Владимир Орлов произведены
в полковники". Мальчишки!
Пардон.
-Это все новости?
-Да вот, в Ясах возмущение.
-Ну и это не ново.
-Не ново и не удивительно.
Недаром местные жители говорят:
"Поработители так нас грабят,
что мы голее мертвецов".
-А говорят, что у нас с этими
грабителями будет война.
-Неужто война?
-Позвольте мне представить вам
моего юного друга. Только что
окончил корпус и назначен
к нам в полк. Счастливец.
-Буду рад видеть вас по обыкновению
у себя к обеду, господа.
И вас, прапорщик.
-Кто этот человек?
-Никто о нем точно ничего не знает.
-Известно, что раньше
служил в гусарах.
-Дрался с французами.
-Мог быть полковником.
-Но вышел в отставку
и поселился здесь.
-Да, но как же...
-Не надо задавать
много вопросов, прапорщик.
-Загадка. Герой модной
таинственной повести.
-И то верно, загадка. Советую вам
принять приглашение.
Не пожалеете, прапорщик.
-Первый пост сдал.
-Первый пост принял.
-"Где друзья минувших лет,
Где гусары коренные,
Председатели бесед,
Собутыльники седые?
Деды! помню вас и я,
Испивающих ковшами
И сидящих вкруг огня
С красно-сизыми носами!"
-"Бурцев, брат, что за раздолье!
Пунш жестокий!.. Хор гремит!
Бурцев, пью твое здоровье:
Будь, гусар, век пьян и сыт!
ХОРОМ: Понтируй, как понтируешь,
Фланкируй, как фланкируешь;
В мирных днях не унывай
И в боях качай-валяй!"
-Не знал, что нынешняя молодежь
помнит эти стихи. А известно вам,
прапорщик, кто такой был Бурцев?
-Стихи Дениса Давыдова все училище
знало наизусть. Ни один кутеж
не обходился без них. А кто такой
Бурцев - не знаю.
-"Бурцев, ера, забияка,
Собутыльник дорогой!"
-А вы и Дениса Давыдова знали?
-Дениса Давыдова - только
по стихам, только по стихам.
"Я не поэт, я - партизан, казак.
Я иногда бывал на Пинде,
но наскоком,
И беззаботно, кое-как,
Раскидывал перед Кастальским током".
Забыл! Забыл!
-Господа! А я эти стихи
первый раз слышал.
-"Нет, не наезднику пристало
Петь, в креслах развалясь,
лень, негу и покой...
Пусть грянет Русь военною грозой -
Я в этой песни запевало!"
-Вот именно.
-Я слышал, что вы участвовали
в кампании против французов
и служили в гусарах. А вы
не были знакомы с Давыдовым?
-Прапорщик, не нарушайте обычаев
этого дома. Хозяин не любит вопросов
и никогда на них не отвечает.
-Ну как же так! Если говорят, что он
служил в гусарах... Вы же
должны были принимать участие
в заграничных походах?
-Вы очень любопытный...
-Не надо задавать слишком
много вопросов, прапорщик.
Сильвио дошел до Парижа. Да!
-Дошел до Парижа? Счастливец!
Господа! Пью за ваше
здоровье, Сильвио!
Эх! Поздно я родился.
-Прапорщик, не завидуйте.
Кто знает, может,
новая война на нас.
-Да с чего же война, господа?
-Во 2-й армии, где мне довелось
побывать, только об этом и говорят.
-Господи! Сербы, румыны, болгары,
греки - все ждут нашей помощи.
-За свободу Греции!
-Ура!
-Ура!
Если мы уж Бонапарта разбили,
то в этой войне...
-Доводилось ли кому-нибудь из вас
видеть горцев в бою? Мне доводилось.
И не дай бог увидеть еще раз.
-А вам и в Валахии
приходилось драться?
-И драться, и ходить в разведку
по вражеским тылам. Греки -
народ храбрости необыкновенной.
Греческие мужики, их зовут клефты,
собираются в отряды и совершают
набеги на вражеские войска.
Один против десяти.
Война за Грецию -
возможное дело, господа.
-Что бы то ни было -
за победу, господа!
-Хватит!
-Вы думаете, я пьян? Клевета!
-Он натворит бед!
-Господа, цель!
-Спокойно, господа, спокойно!
Подождите, поручик. Держу пари,
что вы не попадете в бутылку
и с пяти шагов, вот как сейчас.
-Господа, прошу быть свидетелями.
-Раз, два, три, четыре,
пять. Прошу вас.
Вот видите? Кузька!
-Силь ву пле.
-Стрельба из пистолета требует
трезвости и спокойствия.
-О! Вот это точный выстрел!
-Браво, Сильвио!
ВЫСТРЕЛЫ
-Я не поэт!
-Вы партизан и казак.
-Господа, вы заметили, что Сильвио
никогда не принимает участия в наших
разговорах о поединках?
-На вопрос, приходилось ли
ему драться, отмалчивался.
-Но не трус же он, господа.
А уж стреляет так, что, если бы
он вызвался бы сбить пулей грушу
с чьей-нибудь фуражки,
я не усомнился бы подставить
ему собственную голову.
-Нет, он не трус. Его наружность
устраняет эти сомнения.
-Господа, я полагаю,
что на его совести есть какая-то
несчастная жертва. Поэтому он
и вышел в отставку.
Избави бог с ним драться.
-Прапорщик, ну вы-то хороши!
Разве можно так напиваться?!
-Прошу вас, Сильвио.
-Вам деньги, сударь.
-И больше ничего?
-Никак нет-с.
Господин прапорщик,
получите деньги.
-Господа...
-Сильвио!
У нас к вам просьба.
-Прометать банк.
-Я не играю, прапорщик.
-Прошу вас, Сильвио. Вы сейчас
коротко связаны
с офицерами полка...
-Я теперь ни с кем
коротко не связан.
-Ну неужели вы нам
откажете, Сильвио?
-Вы от кого получили
нынче деньги, прапорщик?
-От маменьки.
-Вам не терпится проиграть
деньги вашей маменьки? Хорошо,
ради вас я изменю своим правилам.
До вечера, господа.
-А он нынче не в духе.
-Он всегда не в духе,
когда не получает писем.
-А писем он не получает никогда.
-У меня есть условие, господа.
Прошу вас сохранять за игрой
совершенное молчание. Если партнеру
случится ошибиться в ущерб себе
или мне, будьте спокойны,
я замечу ошибку.
Прошу вас делать ставки.
ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
Ну-с.
-Моя.
-Бита.
-Моя бита.
-Моя! Я выиграл!
Я не ставил на руте,
я играл пароли!
-Не мешайте ему хозяйничать. Он
никогда в таких случаях не ошибается.
-Ваша очередь понтировать,
прапорщик.
-Вы ошиблись, Сильвио!
-Господа, делайте ваши ставки.
-Будьте благоразумны!
-Стой!
-Милостивый государь, извольте
выйти. И благодарите Бога,
что это случилось у меня в доме.
-За обиду я готов отвечать, как
будет угодно господину банкомету.
-Прошу вас, продолжим.
Игра не клеится.
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
ЦЫГАНСКИЙ РОМАНС
-Дай погадаю.
-Что было - знаю, что будет - знать
не хочу. Спой лучше еще что-нибудь.
-Положи монету.
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
БЕСПОКОЙНАЯ МЕЛОДИЯ
-Раз, два, три, четыре,
пять, шесть, семь, восемь.
-Чем обязан, господа?
-Мы пришли просто проведать вас.
-Благодарствуйте.
Как видите, я здоров.
-Тс-с-с.
-Здравствуйте.
-И давно вы упражняетесь?
-С рассвета.
-Скверно.
Не кидались бы шандалами,
не пришлось бы драться.
-Да еще не умея стрелять.
-Извинитесь, прапорщик.
Ведь вы же виноваты.
-Это противно правилам моим и чести.
-Он подстрелит его как цыпленка.
-Жаль мальчишку.
-Здравствуйте, сударь.
Я давече выпил лишнего,
да и вино было какой-то новой марки.
Я был неправ.
-Карты и вино совместить
невозможно.
Карты предпочитают трезвых.
-Сильвио не вызвал его?!
Удовольствовался легким
объяснением?!
-Он попросту трус, ваш Сильвио!
-Хорошо, господа, а что, если он
решил пощадить прапорщика? Он же
ничем не рисковал. Прапорщик
вообще стрелять не умеет.
Что же касается Сильвио, то он...
-Он мог бы подумать о том, что честь
его останется замаранной,
и что его сочтут трусом.
-Я не верю в великодушие Сильвио.
-Здравствуйте, господа.
-Вам нынче пакет, господин Сильвио.
-Господа, обстоятельства требуют
немедленного моего отсутствия.
Еду сегодня в ночь. Надеюсь,
что вы не откажетесь отобедать
у меня в последний раз.
-Не знаю, как вы решите господа,
но я не могу принять приглашение
от человека, который
пренебрегает своей честью.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
-Кузька!
Убери.
-Может я...
-Убери, убери.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Добрый вечер.
-Прошу вас.
Вы могли заметить, что я мало
уважаю постороннее мнение
и не обижаюсь на офицеров за то,
что они не соизволили принять моего
предложения, но вас я люблю. И мне
было бы тягостно оставить в вашем
уме несправедливое впечатление.
-К чему эти объяснения, Сильвио?
Мы...
-Вам было странно,
что я не требовал удовлетворения
от этого мальчишки?
-Да! Да!
-Согласитесь, что, имея право
выбирать оружие, жизнь его
была в моих руках, а моя -
почти в безопасности.
-Да ведь вы пощадили его!
Об этом я и говорил однополчанам.
-Нет, не хочу лгать.
Не из великодушия я пощадил
прапорщика. Если бы я мог
наказать его, не подвергая вовсе
моей жизни, я бы не пощадил его.
Так точно. Я не имею права
подвергать себя смерти.
Шесть лет назад я получил пощечину.
И враг мой еще жив.
-Вы не дрались с ним?
Обстоятельства, верно,
разлучили вас?
-Я дрался с ним.
И вот памятник нашего поединка.
Вы знаете, что в молодости я служил
в гусарах. Характер мой вам
известен. Я привык первенствовать,
но смолоду это было во мне страстью.
В наше время буйство было в моде -
я слыл первым буяном в армии.
Мы хвастались пьянством - я перепил
славного Бурцева, воспетого
Денисом Давыдовым. Дуэли в нашем
полку случались поминутно -
я на всех бывал или свидетелем,
или действующим лицом.
Товарищи обожали меня,
а полковые командиры -
смотрели как на необходимое зло.
Я спокойно... или беспокойно
наслаждался своею славою.
Вдруг определился
к нам один человек.
-Поделом ему, не будет задаваться.
-Ну что скажешь?
-Сто на неверных.
-Ты, брат, погоришь.
-Ох! Черви не твоя масть.
Что у тебя?
-Бубновый.
-Господа, позвольте представить
вам нового офицера, переведенного
к нам в полк.
-Не желаете ли принять
участие в игре?
-Охотно.
-Милости прошу.
-Желаю удачи, граф.
-Прошу вас.
ГИТАРА
-Сколько? Простите, не разгляжу.
-Тысяча.
-С моей стороны, конечно, уверен,
что довольно вашего слова.
Но у нас еще никто столько
не ставил. Поэтому для порядка
счетов я прошу вас
поставить деньги на карту.
-Прошу.
-Ваша карта бита.
-Пароли-пе.
-Вы учетверяете ставку?
-Да.
-И эта карта бита!
-Вот это везение!
-Ему всегда везет.
-Если вам, граф, затруднительно
уплатить сейчас, я могу подождать.
-Нет, отчего же?
-Ну что ж, вы проиграли,
и довольно крупную сумму, сожалею.
Этот молодой человек был
богатой и знатной фамилии.
От роду не встречал я счастливца
столь блистательного.
ПОЛЬСКИЙ РОМАНС
-Даже не считают нужным
скрывать свои отношения!
-Позвольте пригласить вас на вальс?
-Вы, граф, несчастливы в картах,
но во всем остальном удача
просто преследует вас.
-Но право же... Граф так любезен,
и к тому же он великолепный танцор.
-Не оправдывайтесь.
Я охотно уступаю, граф,
вам танец, который был обещан мне.
-Право, я не знал.
-Вот вы говорили, граф учтив,
а он уже готов отказаться
танцевать с вами.
-В таком случае решим
наш поединок иначе.
Пусть дама сама сделает выбор.
ВАЛЬС
-Похож?
-Граф?
-Угу.
-Нет, не похож.
-Разве?
Ваше сиятельство, рассудите нас.
Похож рисунок?
-Браво, граф!
-Очень похож!
МАРШ
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-По условиям дуэли вам, как
оскорбленному, стрелять первым.
-Я уступаю первый
выстрел противнику.
-Я не согласен.
-Прошу, господа.
-Первый номер достался ему,
вечному любимцу счастья.
-По местам.
Раз...
Два... Три...
Четыре... Пять...
Огонь!
-Жизнь его наконец была в моих
руках. Я глядел на него жадно,
стараясь уловить хоть
одну тень беспокойства.
Вам, кажется, теперь не до смерти:
вы изволите завтракать.
Мне не хочется вам помешать.
-Вы ничуть не мешаете мне.
А впрочем, как вам угодно.
Выстрел ваш остается за вами.
Я всегда готов к вашим услугам.
ГНЕВНАЯ МЕЛОДИЯ
-С тех пор не прошло еще ни одного
дня, чтобы я не думал о мщении.
Нынче наконец час мой настал.
Я получил письмо из Москвы,
в котором пишут, что известная особа
должна вступить в законный брак...
с прекрасной девушкой.
Вы, конечно, догадываетесь,
кто эта особа. Еду в Москву.
Посмотрим... так ли равнодушно он
примет смерть перед своей свадьбой,
как некогда ждал ее за черешнями.
-Кузьма Иванович,
скажите хоть словечко.
-Что же я могу вам сказать?
-Прощаемся ведь...
-Мы таким словам не обучены.
-А какие же слова вы знаете?
-Рысью, марш! Марш!
Налево, кругом!
-Хоть бы одно ласковое
слово сказали...
-Кузька!
-Ваше благородие, лошади поданы,
вещи уложены! У нас на ласку
и слова времени нету.
-Ну что ж, прощайте.
Может, никогда с вами не увидимся.
Лошадей!
-Присядьте, сударь.
Сейчас распоряжусь.
-Лошадей, живо!
-Нету-с, последняя тройка вот им-с.
Тоже только что приехали.
-Если вы не торопитесь,
то прошу уступить мне.
Я еду по экстренным делам службы.
-Ну, я хоть и не по делам службы,
по личным, но не терпящим
отлагательств.
-Сударь! Они-с полковник, адъютант
командующего. Уступили бы, право.
-О господи, в России чины
необходимы даже на почтовых
станциях, без них лошадей
и то не добьешься.
-Древние говорили:
времена меняются, а с ними и мы.
Но я вижу только вы неизменны,
Сильвио.
-Вы знаете мое имя?
Я не припоминаю,
где мы с вами встречались.
-А мы с вами познакомились...
под Дрезденом.
-Да, да, да. Потом мы
встречались при Кульме...
...и под Ляйпцигом?
-Да.
-А в 1814 году...
-Под Парижем.
-Верно!
-Господа, кому запрягать лошадей?
-Ну что ж, извольте.
Я хоть тороплюсь, берите лошадей.
-Благодарю за великодушие.
-Прикажете подавать?
-Да, подавайте.
Ну-с, надо бы открыть бутылку
и выпить за встречу. Времени нет.
Если случится побывать
в Тульчине, в штабе армии,
прошу ко мне без церемоний.
-Я в отставке.
-Что так? Возможно, здесь
какая-то несправедливость?
Не могу ли я вам
чем-нибудь быть полезен?
-Благодарю вас,
я сам просился в отставку.
-А, да-да, мне рассказывали...
Дуэль.
За вами остался выстрел. И вы шесть
лет ждали случая рассчитаться?
Гусарство хорошо только
в молодости. Вы один из храбрейших
офицеров армии.
-У меня во всем свете никого.
Ни родных, ни друзей, ни состояния.
Одним этим дорожу - честь моя.
И покуда расчет не произведен,
я ни о чем ни хлопотать,
ни думать не могу, да и не хочу.
-Вот к чему приводит привычка
первенствовать -
к пустому бретерству.
-Послушайте! Я почитаю вас,
но и вам не позволю!
Я вызвал бы вас, когда бы...
-Я бы вызова не принял.
Хотя я не менее вашего
дорожу своей честью.
Мы воевали с вами с тиранией
Наполеона. Разве можем мы бросать
свои жизни на ветер, когда перед
нами столь важные обстоятельства?
-О чем вы?
-Посмотрите, что творится кругом.
Европа горит. В Испании
революция, в Италии возмущения.
-Я не карбонарий и не масон,
в заговорщики не гожусь.
-А я вас не зову. Но нынче перед
каждым честным человеком множество
обязанностей. Война на носу!
Мне пора.
-Будем воевать на стороне греков?
-Все офицерство 2-й армии мечтает
об этом. Но не от армии сие зависит.
А при дворе... При дворе разные
ветры дуют. Прощайте, Сильвио.
Посоветуйтесь со своей честью.
-Где вас искать?
-В Кишиневе. Пошел!
Предоставлен материал - Nataleksa.
РУССКАЯ НАРОДНАЯ ПЕСНЯ
-Нюшка! Останься.
-Ступай, ступай, милая.
Да брось ты ее пить, батюшка.
От нее ненароком горьким
пьяницей сделаться можно.
-Оставь причитать, Кирилловна,
не маленький уже.
-Не маленький -
так нечего людей хорониться.
Намедни слух прошел: молодая
барыня, что поместье наследовала
в четырех верстах от нас,
замуж за графа вышла.
-Знаю, знаю.
-А-а, вот и не знаешь!
Сказывают, молодая графиня
с мужем приехали.
-Ну и что?
-А то, что съездил бы
к ним, поглядел бы,
на людей посмотрел, а то...
-Ступай. Ступай.
-Сейчас доложу.
-Позвольте рекомендоваться, ваше
сиятельство, Иван Петров Белкин,
ваш ближайший сосед
и всепокорнейший слуга.
-Прошу покорно. Давно ли
вы здесь проживаете?
У вас, верно, много
хлопот по хозяйству.
-Всего два года назад я вышел
в отставку и, занимаясь хозяйством,
не перестаю потихоньку
вздыхать о прежней моей
шумной и беззаботной жизни.
-Вы, верно, служили
в военной службе?
-Не встречались ли мы с вами,
ваше сиятельство? Ваше лицо
мне будто бы знакомо.
-В молодости служил я в гусарах
во время французской кампании.
Навряд мы могли быть тогда знакомы.
-Да-с, кто служил в армии,
тот никогда об этом не забудет.
-Позволь тебе представить,
милая, нашего соседа по имению,
Белкина Ивана Петровича.
-Я очень рада.
Прошу вас.
-Дозвольте, я погляжу этот пейзаж.
-Сделайте милость.
-Вы что же, любите живопись?
-Вот это хороший выстрел!
-Да. Выстрел очень замечательный.
А вы хорошо стреляете?
-Изрядно, ваше сиятельство.
Я, как говорится, на 30 шагах
промаху в карту не дам.
-Браво! Прошу садиться.
-Благодарствуйте.
-А ты, мой друг? Сумеешь ли ты
попасть в карту на 30-ти шагах?
-Когда-нибудь мы попробуем.
Когда-то я хорошо стрелял, но уже
4 года не брал в руки пистолет.
-О-о, тогда, ваше сиятельство,
бьюсь об заклад, не попадете
и в 20 шагах. Пистолет требует
каждодневного упражнения.
Лучший стрелок, которого я знал,
стрелял раза три перед обедом.
Это у него было заведено,
как рюмка водки.
-И как он стрелял?
-Ведь вот как, ваше сиятельство.
Увидит он, бывало: ползет по стене,
пардон, муха. Так берет пистолет -
хлоп! - и влепил муху в стену.
-Да, удивительно. А как его звали?
-Сильвио, ваше сиятельство.
-Сильвио?!
Вы знали Сильвио?
-Да...
Как же-с, мы были с ним приятели.
Вы, я вижу, тоже знали Сильвио?
-Знал. Очень знал.
А не рассказывал он вам...
Да нет, не думаю.
Не рассказывал он вам одного
странного происшествия?
-Уж не пощечина ли, полученная
им на балу от какого-то повесы?
-А не сказывал он
вам имя этого повесы?
-Нет, ваше сиятельство,
не сказывал.
Ради бога, простите меня,
я же не знал.
Уж не вы ли?..
-Я сам.
А простреленная картина -
памятник последней нашей встречи.
-Ради бога, милый, не рассказывай.
Мне страшно будет.
-Нет, позволь, я расскажу.
Вы знаете, как я обидел
вашего друга, так узнайте же,
как отомстил мне Сильвио.
Пять лет тому назад я женился.
Первый месяц я провел здесь,
в этой деревне.
Этому дому я обязан лучшими
минутами своей жизни.
И одним из самых
тяжелых воспоминаний.
Однажды мы ехали вместе верхом.
Лошадь у графини заупрямилась
и внезапно понесла.
Ты испугалась?
-Помоги мне. Благодарю.
-Успокойся.
-Я пойду пешком.
-Хорошо.
Я к вашим услугам, сударь.
-Ты не узнал меня, граф?
-Сильвио!
-Так точно.
-Мы давно не виделись.
Немудрено было не узнать.
Вы очень переменились, Сильвио.
-Выстрел за мной.
Я пришел разрядить мой
пистолет. Готов ли ты?
-Я прошу вас стрелять поскорее,
пока жена не воротилась.
Чего же вы медлите?!
-Прикажите принести огня, темно.
-Огня! Принесите свечи!
Закройте дверь, и никого
не пускать. Слышите, никого!
-Жаль, что пистолет заряжен
не черешневыми косточками.
Пуля тяжела.
Мне все кажется,
что у нас не дуэль, а убийство.
Я не привык целить в безоружного.
Начнем сызнова. Кинем жребий,
кому стрелять первому.
-Голова моя шла кругом.
Кажется, я не соглашался.
Но характер Сильвио
был сильнее моего.
-Посмотрим, так ли благосклонна
к тебе судьба, как была раньше.
Ну?
Твой - первый номер.
Ну, граф... ты дьявольски счастлив.
Стреляй.
-Нет, я не могу
воспользоваться своим счастьем.
Я уже стрелял однажды.
Шесть лет назад, и стрелял первым.
Твой выстрел, Сильвио!
-Стреляйте, ваше сиятельство.
-Не понимаю, что со мной
было и каким образом он мог
меня к тому принудить...
но я выстрелил и попал в эту картину.
-Господи, ваше сиятельство,
как он мог вас принудить?
-Не знаю, не помню! Но я выстрелил,
и, слава богу, дал промах.
Теперь настала очередь
стрелять Сильвио.
-Откройте! Откройте!
Что? Что здесь происходит?
Зачем это, милый?
-Милая, успокойся.
Разве ты не видишь, что мы шутим?
Как ты взволнована.
Пойди выпей стакан
воды и приди к нам.
Я тебя представлю
старинному другу и товарищу.
-Правда? Муж правду говорит,
вы шутите, сударь?
-Он всегда шутит, графиня.
Однажды он дал мне, шутя, пощечину,
шутя прострелил эту фуражку,
шутя дал сейчас по мне промах.
А теперь мне пришла охота пошутить.
-Пощадите! Умоляю вас!
-Встань, Маша, стыдно!
А вы не перестанете ли
издеваться над бедной женщиной?!
Вы будете стрелять или нет?
-Нет, не буду. Я доволен.
Я видел твое смятение,
твою робость.
Я заставил тебя
выстрелить по мне.
С меня довольно.
Будешь меня помнить.
Предаю тебя твоей совести.
-Куда ж теперь?
-На Кишинев.
-А кто же этот полковник, которого
Сильвио встретил на пути ко мне?
-Еще до моей отставки в Тульчине
имел я честь быть представленным
этому умнейшему
и достойному офицеру.
-А как его имя?
-Ваше сиятельство, вероятно,
помнит, что после недавних событий
14 декабря многие офицеры были
отправлены кто в ссылку, кто
на каторгу, а кто и на виселицу.
-А Сильвио? Что случилось с ним?
-С ним я уже не встречался более.
Сказывали, что во время возмущения
греков он предводительствовал
отрядом этеристов.
-А как он попал в "Этерию",
тайное греческое общество?
-Сильвио и раньше говорил,
что греки - народ мужественный
и удивительно свободолюбивый.
А встреча с полковником
из Тульчина имела
решающее влияние на его судьбу.
Вначале этеристам сопутствовала
удача, но потом они потерпели
поражение и вынуждены
были отступить.
-Надо искать брод. Пошли несколько
человек. А я поднимусь на холм.
Если противник далеко,
мы еще успеем переправиться
на русский берег. Ступай.
ВЫСТРЕЛ
Похоже на дуэль.
Первый выстрел за мной.
Это война, здесь не бросают жребия.
-Да... странная судьба.
-Странная?
А я, ваше сиятельство,
этой судьбе завидую.