Внимание! Всем постам... (1985 год). Цитаты и фразы из фильма

«Внимание! Всем постам…» — советский художественный фильм о работе советской милиции, снятый в 1985 году режиссёром Игорем Вознесенским.

Все фразы и цитаты

(мужской голос):
- Товарищ милиционер!
Скажите, пожалуйста,
у вас награды есть?
- Есть. Медаль
"За спасение утопающих".
- Прекрасно.
- Даже неудобно как-то.
- А что ж тут неудобного?
- Да я плаваю как топор.
- Ну а как же вы?..
- Я пацана из проруби вытащил,
по перволёду дело было.
- Спасибо.
Товарищ сержант?
- Слушаю вас. Сержант Карпов.
- Вот вы только что беседовали
с гражданином.
О чём, если не секрет?
- Какой тут секрет.
Просто объяснил, как проехать
в магазин "Ядран".
Приезжий, видимо, растерялся
в большом городе.
- И часто приходится давать
такого рода пояснения?
- Да раз сто за день.
- Понятно.
- К вечеру так накозыряешься,
аж руку ломит.
- Нервная у вас работа.
За что же боевая медаль?
- Там написано, "За отвагу".
- Товарищ старший сержант!
- Старший сержант Соловец,
слушаю вас.
- Скажите, пожалуйста, за что вы
награждены орденом Красной Звезды?
- Орденом Красной Звезды
я награждён за задержание
особо опасного преступника.
- Вы были ранены?
- Да вот, немного замешкался.
- Но преступника, тем не менее,
задержали.
- Так я сгоряча и не ощутил ничего,
это уже потом, когда стал
надевать наручники,
то почувствовал, что слабею,
ну и пристегнул его к себе.
- Спасибо.
Товарищ милиционер!
- Сержант Лавров. Слушаю вас.
- Скажите, пожалуйста, давно вы
несёте службу на этом посту?
- Да уж лет пять.
- Ну а были какие-нибудь
серьёзные происшествия?
- Да нет, ничего серьёзного
не было.
- У вас есть
правительственные награды?
- Нет, правительственных наград нет,
есть поощрение от руководства.
- Но вы же сказали, что на вашем
участке не было происшествий.
За что же поощрение?
- Да, видимо, как раз за это -
что не было никаких происшествий.
- Спасибо.
ВНИМАНИЕ! ВСЕМ ПОСТАМ...
(песня): - "Московские ритмы,
московский размах,
Московский особенный говор,
Особой печатью отметил ты нас,
Мой верный товарищ, мой город.
Почему же ты, Москва,
Мне так часто ночью снишься?
Даже тысячи дорог
Не заменят мне одной,
По которой я вернусь
В этот город, где родился.
Я вернусь на свой порог,
Я вернусь к себе домой.
Не верю, друзья,
В безысходность разлук,
Надеюсь на скорую встречу.
Ждёт Старый Арбат,
Закадычный мой друг,
Таганка и Замоскворечье.
Почему же ты, Москва,
Мне так часто ночью снишься?
Даже тысячи дорог
Не заменят мне одной,
По которой я вернусь
В этот город, где родился.
Я вернусь на свой порог,
Я вернусь к себе домой..."
- Скажите, пожалуйста, молодой
человек, до универмага далеко?
Как бы не проехать.
- Через две остановки.
- Спасибо.
- Я выйду, а вам на следующей.
- Угу.
А! Мой кошелёк, деньги!
Ты что стоишь, ну что ты смотришь?
- А что я, а что я смотрю?
- Пусти, гад, пусти!
- Значит, свой кошелёк вы видели
только в руке у сержанта?
- Да, когда он ещё из автобуса
выскочил.
- А вы?
- Ну, когда уже на земле возились,
то у солдатика был.
- Ну правильно, я когда вот этого
в автобусе прихватил,
он у меня вырвался,
я за ним побежал.
- А я, гражданин начальник,
прошу возместить мне ущерб.
- С вами, Панков,
разговор будет особый.
- Спасибо, сержант,
что помогли задержать.
С Панковым мы старые знакомые.
- А что Панков? Панков чист.
Кто-то у кого-то кошель присмотрел,
а я здесь при чём?
- Эх, Панков, что-то у вас
с памятью случилось.
Раньше вы не были такой забывчивый.
Но ничего, время у вас будет,
может, что и вспомните. Прошу.
- А мой кошелёк?
- Всё будет в порядке.
- Я нужен?
- Вы задержИтесь.
- До свидания, спасибо.
- До свидания.
- Ну можно же на этом кошельке
найти его отпечатки пальцев?
- Вот твои, сержант, сколько угодно.
Садись поближе.
- Ну что же это выходит,
ловить преступника надо
только при свидетелях?
Хорошенькое дело.
- Дело - это когда есть
состав преступления,
а доказать вину карманника
очень сложно.
Его надо брать в момент кражи.
Вот вещь у тебя,
а этот стервец в стороне,
и формально преступником
становишься ты.
- Я? Да я за воровство
руки бы отрывал.
- Ну это ты перебрал.
А ловить их надо.
Приходи, действуй.
- Куда?
- В милицию.
- Хм, тут без меня
есть кому работать.
- Ну а почему твой покой должен быть
смыслом жизни кого-то другого?
Ты поставь вопрос иначе:
если не я, то кто?
Помнишь по школе:
"Моя милиция меня бережёт"?
- Конечно, помню.
- Ну, тебя устраивает "меня бережёт".
А вот "моя милиция" -
это же наше общее дело.
- Я как-то об этом не задумывался.
- Ты город свой любишь?
- Конечно, люблю.
- И я люблю. Да и все любят.
Беречь свой город - это профессия.
Подумай об этом.
- ЗдорОво!
- О, здорОво!
- Привет, привет.
- ЗдорОво!
- А где Маркел?
- В лётном училище.
- Ему, видишь ли, за два года
чистить сапоги не надоело.
- Это ты, десант,
сразу домой притопал.
- А где Ворона?
Что-то он мне давно не писал.
- Сидит твой Ворона.
- Как это - сидит?
- Если не пишет, думаю, молча.
- А за что?
- Да по-нашему и ни за что.
- Ему-то один врезал,
а он всю компашку разнёс.
- Ещё мужик какой-то сунулся
заступаться,
а Ворона не разобрал, и его заодно.
Так что, как ни крути, "хулиганка".
- И сколько дали?
- Два года.
- А как тётя Маша?
- Да одно время слегла, ну а потом
вроде ничего, деньки считает.
- Ну а вы?
- Что - мы?
- К тёте Маше-то заходили?
- Ну как сказать... Я...
- Ясно, заняты очень.
- А у него?
У него времени-то сколько хочешь,
но ни строчки, даже тебе.
- Это, между прочим,
не одно и то же, мог бы понять.
Ладно, дорогу ко мне не забыли?
(смеясь): - Ну о чём ты!
- Через час подтягивайтесь.
- Так точно, будем при полном параде.
Доиграем?
- Ну ладно, поехали.
- Мам, а где тётя Маша?
- Видишь ли, Витя,
тут такие обстоятельства,
я подумала, может, это неудобно.
- Какие обстоятельства? Я всё знаю.
Тётя Маша нам не чужой человек.
- Ну конечно, Витюш. Я не знаю,
как она к этому отнесётся.
- Хорошо отнесётся. Я сбегаю, позову.
- Ну чего ты бегать будешь?
Вон телефон, позвони.
- Она по телефону откажется,
ты же знаешь тётю Машу.
- Тогда мы без тебя начнём.
- Давай, давай. - Федя...
- Я со сменщиком договорился,
завтра я свободен. - Ой!
- Ух ты какой!
- Хочешь, приём покажу?
- Ой, Машенька!
- Здравствуйте. Поздравляю!
- Проходите.
- Извините, что я так.
Стирку затеяла, налетел как ураган:
идём и всё.
Силком притащил. Я рада, конечно.
Думаю, завтра, а он:
"Нет, нет, сейчас".
- Садитесь, садитесь, тёть Маш.
Андрюш, ухаживай за дамой.
- Витёк, ты что, в гусарах служил, а?
- Почти. Налей-ка шампанского.
- Ну тогда давай тост.
- Спасибо.
- За наших мам.
- Молодец, сынок.
- Иван Алексеевич,
я вот по какому вопросу:
вам что-нибудь говорит
фамилия Воронов?
- Воронов... Сергей?
- Да.
- А кто он тебе?
- Друг.
- Говорит. Говорит, и многое.
Драка в общественном месте
с нанесением телесных повреждений.
Осуждён на 2 года с учётом возраста
и положительных характеристик.
- Ну а скажите,
не было в этом деле...
ну, несправедливости, что ли?
- Говори прямо - судебной ошибки.
Не было. У него спроси,
могу дать адрес.
- А в чём причина драки?
Может, в ней всё дело?
- Причина? Причина серьёзная: был ли
Черенков в офсайде или не был.
Один говорит - был,
другой говорит - нет.
Ну, кто из них прав в смысле
футбола, я судить не берусь,
а драка на стадионе -
безусловно, преступление.
- Ну а тому, кто всё это затеял,
ему сколько дали?
- Два года с учётом возраста
и положительных характеристик.
- Ладно, спасибо.
- Ты только за этим и приходил?
- Пока - да.
- Жаль.
- Да нет, Иван Алексеевич, я,
конечно, думал о вашем предложении,
но мне сейчас хоть золотые горы
пообещай.
Хочу отдохнуть.
Три дня как форму снял.
- Золотые горы, говоришь?
Я сейчас в управление еду,
по дороге кое-куда заглянем.
Время есть?
- Сколько угодно.
- Поехали.
Ты раньше на этой улице не бывал?
- Нет, не бывал. А что?
- А вот кто такой Константин Царёв,
не знаешь?
- Нет, не знаю.
- Спроси у этой женщины.
- Простите, пожалуйста,
вы в этом доме живёте?
- Да, в этом. А что?
- Вы нам не подскажете,
кто такой Константин Царёв?
- Нет, не знаю.
Учёный, наверное, какой-нибудь.
- Сержант милиции Константин Царёв
погиб на этой улице
в схватке с опасным
вооружённым преступником,
защищая покой вот таких граждан.
- Теперь я буду знать.
- Вот так.
Несколько лет назад было принято
решение повесить памятную доску.
То ли руки не дошли,
то ли вообще забыли.
Тут, конечно, не в доске дело.
В общем, вот такие золотые горы.
- Видишь ли, Витя,
если меня что и смущает,
так это поспешность твоего решения.
Ну, в детстве понятно:
"Хочу быть милиционером".
Завтра - космонавтом,
послезавтра - ещё кем-нибудь.
Но ты-то уже взрослый человек.
- Так ты что, против, мам?
- Я против поспешных решений.
Каждый год мои ученики пишут
сочинения: "Кем я хочу быть?"
И знаешь, за редким исключением,
год от года
у них стремления меняются.
- Они же дети.
- Нет, Витя, всё, что ты рассказал,
слишком напоминает
школьное сочинение.
- Ну а ты что скажешь, батя?
- Ну что я... Тебе решать.
Разве сейчас принято спрашивать
у родителей совета?
Только вот мне часто приходится -
ну, не очень часто, но приходится
сталкиваться с милицией.
Разные бывают.
Иному так и хочется сказать:
"Брось ты это дело, парень,
ничего у тебя не выйдет.
И ты городу чужой, и город тебе".
- Что ж не скажешь?
- Что я, дурак, что ли?
- Федя, ты рассуждаешь,
как таксист, а не как отец.
- Ну ты, мать, недооцениваешь
таксистов,
у таксиста глаз намётан.
Мне бы в милицейский отдел кадров,
я бы точно сказал:
этот будет дело делать,
а этот не потянет.
- Сейчас речь идёт о твоём сыне.
- Ну что же мне теперь,
в ладоши хлопать?
Иной раз стоишь вот
перед таким пацаном...
Почему так:
ты ему "товарищ сержант",
а он тебе "гражданин"?
И смотрит сквозь тебя,
и слова цедит в час по чайной ложке,
даёт почувствовать.
Да я бы сто раз подумал, прежде чем
такого к власти допустить.
- Ты про меня, что ли?
- Как говорится сейчас,
информация к размышлению.
- Ну, у вас в такси тоже
не ангелы работают.
- Да всякие бывают.
Только если хам в милицейской форме,
это в тысячу раз страшнее.
- По-моему, ты не о том.
- О том, ему с людьми работать.
- А сейчас я наглядно
продемонстрирую вам
важность правильного составления
словесного портрета.
Курсант Звонков?
- Я.
- Я попрошу вас выйти из класса
и подождать за дверью.
- Есть. Разреши.
- Воробьёв, подойдите ко мне.
- Есть.
- Повернитесь лицом к классу.
Курсант Кольцов?
- Я.
- Вы сегодня слишком много
улыбаетесь.
Я думаю, это оттого, что ваши знания
по теме необычайно тверды.
Я прошу вас, Кольцов, составить
словесный портрет Воробьёва.
- Мужчина.
- И это всё?
- Ну почему?
Рост высокий.
(подсказывают): - Возраст...
- Возраст - 20-25 лет.
Телосложение нормальное.
(подсказывают):
- Тип лица... - А?
Тип лица...
Европейский.
Голова большая.
(подсказывают): - Трапециевидная.
- Трапециевидная.
Лицо задумчивое.
Лоб большой... брови небольшие...
Средние, да, средние.
Глаза средние.
(подсказывают):
- Уши большие.
- Уши большие, нос большой.
Всё.
- Садитесь.
Чистяков, позовите Звонкова.
- Заходи.
- Звонков, вот словесный портрет
разыскиваемого преступника.
Мы знаем, что он сидит среди нас,
помогите его найти.
- Ясно.
Встань. Вроде он?
(смеются)
- Правильно, Звонков.
Вы нашли преступника по приметам,
которые назвал нам сейчас Кольцов.
Правда, он утверждает,
что это словесный портрет Воробьёва.
(курсанты смеются)
Тихо, ребята. Весёлого тут мало,
если сотни сотрудников будут искать
совершенно другого человека,
а настоящий преступник будет
спокойно совершать преступления.
Так что двойка, Кольцов.
- Сколько нам ещё осталось,
часов шесть так ходить?
- Хм.
- Тяжело.
- Извините, вы не подскажете,
где тут Трансагентство?
- Товарищ, ну неужели
такие большие буквы не видно?
Трансагентство напротив.
- Спасибо.
Вот Москва - прямо голова кружится.
- А вот этого нам с тобой
делать нельзя.
- Что нельзя?
- Психовать.
Дело наше такое.
Человек хоть сто раз спросит -
должен сто раз ответить,
причём каждый раз
так же спокойно, как и в первый.
- Ну что я такого сказал?
- Тут важно не что, а как.
А вообще, иной раз такое спросят,
что хоть в Академию наук
обращайся за справкой.
(визг тормозов)
- Ишь, окаянные...
- Нехорошо.
- Чего?
- Рядом подземный переход.
Тыщи рублей народ потратил,
чтоб сохранить вам жизнь. Нехорошо.
- Да на шо мне твои тыщи!
А под землю-то я не хочу.
Ты уж лучше сам.
- Отчаянная старушка.
- Приезжая она, вот и несётся
как угорелая.
Наши, московские, поосмотрительнее.
- Приготовились. Марш!
(динамичная музыка)
(взрыв, плеск воды)
(выстрелы)
(стреляет)
- Курсант Кольцов стрельбу закончил.
- Итак, курсант Кольцов.
Стрельба - оценка "хорошо".
Преодоление полосы препятствий -
оценка "отлично".
Чувствуется ваша десантная
подготовка. Вы свободны.
- Есть.
(стреляет)
- Потом доложите.
- Есть.
- Здравия желаю, товарищ майор.
- Здравствуй, здравствуй, Кольцов.
Думаю, вас представлять
друг другу не надо.
- Сработаемся, парень толковый.
- Молодец, не подкачал.
А ребята не удивились,
что именно в наше отделение
я попросил вас направить
на практику?
- Было дело. Никто, кроме меня,
в своих подразделениях
на практике не был. Кто где.
- Жаль.
Во-первых,
с территорией знакомишься,
к коллективу притираешься,
ну и потом, наставника находишь.
Желаю удачи.
- Спасибо.
(звучит ритмичная музыка)
(песня): - "Жил на свете астроном,
Он мечтал лишь об одном -
Что в каком-нибудь году
Откроет новую звезду,
Откроет новую звезду,
Откроет новую звезду.
И, мечте не изменяя,
Как отшельник жил.
К окуляру припадая,
Словно ворожил.
"Ни на что не променяю
Этот звёздный мир", -
Часто говорил,
Часто говорил.
Жил на свете астроном,
Он мечтал лишь об одном -
Что в каком-нибудь году
Откроет новую звезду,
Откроет новую звезду,
Откроет новую звезду.
Но однажды на рассвете,
На свою беду,
Он на улице заметил
Новую звезду.
Каблучками простучала,
И светил ей вслед
Тихий звёздный свет,
Тихий звёздный свет..."
- Во Глыба даёт!
- Шатохин, подойди-ка сюда.
- Здравствуйте, Павел Егорович.
А что случилось?
- Видишь, какой пай-мальчик:
к искусству тянется, танцы любит.
Любишь танцы?
- Люблю.
- Я его в танцевальный кружок запишу.
Будешь два раза в неделю ходить.
А теперь иди и не забудь извиниться
перед девушкой, ясно?
- Ясно.
- Умница.
- Извини.
- Запомни его, часто тебе придётся
на этот пост ходить.
- Запомнил, личность запоминающаяся.
- Личности как раз и нет.
- Большое спасибо.
Заступились за бедную девушку.
- Ну что вы, ничего страшного.
- Ну конечно, ничего страшного.
Выставили на посмешище,
а теперь довольны.
Вы думаете, я сама за себя
постоять не могу?
Вы лучше бандитов бы ловили,
чем соваться в чужие дела.
- Вот это номер.
- Ай-ай-ай, нехорошо.
Помешали гражданам
культурно отдыхать.
Оказывается, когда мальчик девочке
ручку выкручивает -
это он ухаживает, а кричит она
не от боли, а от удовольствия.
Извините, танцуйте на здоровье.
А уж мы будем знать:
если что, вы сами справитесь.
- Да, конечно, постараюсь.
- Что за люди, им же лучше хочешь!
- А ты что хотел,
чтоб нам цветы подносили?
- Нет, но обидно.
- А, тебя так надолго не хватит.
А вообще, девчонка с характером.
Ишь ты: "Сама обойдусь".
- Ты осторожнее, Витюша,
как бы тебя током не ударило.
- Не допустим, тёть Маш.
Жалко, сетки нет, по этим ребятам
не поймёшь, как регулировать -
по вертикали или по горизонтали.
- Так вроде хорошо.
- Ну, раз клиент доволен,
значит, всё в порядке.
- Спасибо, Витюша,
а то без телевизора, как без рук.
- Убирайте зеркало, тёть Маш.
Что Серёга-то пишет?
- У него одна песня:
"Всё хорошо, мать, не волнуйся".
А чего хорошего-то?
Что я, не понимаю, что ли?
- А мне не отвечает.
- А чем хвастаться-то?
А жаловаться... Его хоть убей -
он не привык, не будет.
- Как будто мы с ним только
на праздниках вместе были.
- Ты на него не обижайся.
Сам понимаешь, как ему тяжело.
Письмо ведь есть письмо,
а на бумаге по душам не поговоришь.
Теперь уж скоро...
(плачет)
- Ну ничего, тёть Маш,
всё будет хорошо.
- У вас вечно "хорошо", а нам каково?
(всхлипывает)
- Ты только не торопись, Витя,
у них у всех цены разные,
надо сначала всё разведать.
- Слушаюсь, товарищ командир,
жду ваших приказаний.
Ну-ка, ну-ка.
- Нет, Вить, это всё не то.
- Посмотри, какая красивая:
хвост на пол-аквариума.
- Вить, да ты что, она же старая.
К тому же наш аквариум для неё мал.
- Жалко.
- Эта покрасивее, видишь?
- Вижу.
- А эта крупнее.
- Так это колба увеличивает.
- Нет, это не увеличивает колба.
Нет-нет, что вы. Что вы, я говорю!
- Ну я же вижу, колба увеличивает.
- Вот, ставишь сюда.
Вот, смотри: просто этим 8 месяцев,
этим - 4. Понял?
- Понял. - Берите.
- Нет, я подумаю.
- Ну, в другой раз тогда придёшь.
- Мне вон ту, синенькую.
Нет-нет, вон ту.
- Рубль вот эта вот. Берём, да?
- Ну давайте, конечно.
- Ну так и скажи.
- Беру, беру.
- Тётя, не берите эту рыбку,
это цихлазома,
он съест всех ваших гуппи.
- Как съест? А что же вы мне
ничего не сказали?
- Я торгую, а не лекции читаю.
Вон мальчик знает, а вы - нет.
Так берём?
- Нет-нет. Спасибо тебе, мальчик.
- Ну, тоже мне, покупатель.
- Здравствуйте.
- Вы тут на службе или как?
- Я вот у него за носильщика.
- Что ж ты клиентов-то отпугиваешь?
Так это ваша баночка?
- Наша.
- Ай-ай-ай. Ну-ка. Так это же у вас
цихлазома, скалярия с гуппи.
Что же ты мне голову-то морочишь?!
- Это птерофиллум!
- Я шесть лет этим занимаюсь.
- А я - восемь!
- Ну нет, ну невозможно
работать стало.
- Это мой брат, а в рыбках
я разбираюсь не больше вашего.
- Но всё равно, вам как-то полегче.
Мне так много рыбок надо купить,
а я не знаю, какие из них хищные...
- Ну, это дело поправимое.
Поможем девушке?
- Поможем.
- Кстати, меня Виктор зовут.
- Меня - Люся.
- Профессора зовут Андрей.
- Ладно, пойдёмте.
А кстати, какой у вас аквариум?
- У меня?
У меня, вообще-то, много.
- Ясно. Ну идите за мной,
только не потеряйтесь.
- Хорошо.
О-о...
Ну спасибо, я теперь...
Недалеко мне, я постараюсь сама.
- Во-первых, мы с братом
никогда полдела не делаем.
А во-вторых, у вас просто рук
не хватит. Так что куда нести?
- Вон, через дорогу, 51-я больница.
- А зачем здесь рыбки?
- Рыбки? Для радости.
Это мы с подружкой придумали.
Поставим рыбок в палаты -
больным всё как-то легче.
Да и потом, занять.
- Так вы здесь работаете?
- Да, медсестрой. - Ясно.
- Слушай, зайдём на минутку?
У сына день рождения,
хоть по телефону поздравлю.
- Зайдём.
- Ну а если вы ни в чём не виноваты,
то почему отказываетесь
назвать свою фамилию?
- Да это недоразумение какое-то.
- Здравия желаю.
- Замёрзли, что ли?
- Да нет, позвонить зашли. Можно?
- Да.
- Задержанный, что ли?
- Доставили из квартиры,
вот разбираемся.
- А натворил-то что?
- Да вроде зашёл тут к одной,
Крючкова её фамилия.
Да вы её знаете, старшина.
- А, особа известная.
- А вслед за ним туда её бывший
муженёк пожаловал.
Что-то они там не поделили,
он и позвонил ко мне.
- Подрались, что ли?
- Да нет.
"Уберите, - говорит, - из квартиры
постороннего человека.
Вроде дебоширил, что ли.
- Что-то лицо мне ваше знакомо.
- Ну поймите же, товарищи,
ведь это недоразумение.
(звонит телефон)
- Общественный пункт.
- Войдите в моё положение.
- Участковый Шальнов слушает.
Что? Да? Какой подъезд?
Сейчас будем.
- Передайте трубочку,
я ещё раз наберу.
- Павел Егорович, там подростки
дерутся в подъезде,
помоги задержать. - А...
- Да мы быстро.
- Виктор, побудь с задержанным.
- Слушаюсь.
Девять этажей в доме,
и никто не выйдет. Ну народ...
- Что у вас там в квартире-то
произошло?
- Вы всё равно не поймёте.
Невероятно глупая ситуация.
- Ну почему?
- Да потому что вы
в каждом честном человеке
видите только преступника.
- Не надо преувеличивать.
- Потому что это глупо,
понимаете, глупо.
У меня совершенно больная жена,
ей нужны лекарства дефицитные,
а их у нас в аптеках нет.
У меня есть школьный товарищ -
та самая Крючкова,
как выразился ваш коллега.
Ну, она может достать.
Я пришёл к ней с просьбой,
а меня за шиворот - и сюда.
- Ну вы бы так и объяснили
участковому.
- Он не поймёт.
Я уже почти час тут сижу,
а она ждёт, жена, волнуется -
где я, что я, понимаете?
А ей категорически, категорически
запрещено волноваться!
- Успокойтесь, сейчас придут,
разберутся.
- Разрешите мне позвонить?
Я обещал быть дома через два часа,
ну а мне ещё через весь город
добираться.
- Пожалуйста, звоните.
- Спасибо вам большое.
Очень вам благодарен.
Алло, малышка?
Я нахожусь у наших друзей,
у Сафоновых.
Они обещали тебя полечить,
поэтому я немножко задержусь.
Угу. Как ты себя чувствуешь?
А, ну прекрасно, прекрасно.
Могу тебя обрадовать:
хозяин обещает сдать дачу надолго.
Угу. Ну умница, целую.
А, точно, 20:33. Спасибо.
(шум упавших предметов)
Ой, извините ради бога.
- Ничего.
- Я вас спрашиваю, Кольцов,
какое вы имели право
разрешить ему говорить по телефону?
- Я же не знал, я думал,
действительно жена болеет.
Говорил он очень убедительно.
- Ещё бы, это был его единственный
шанс предупредить сообщников!
Вы хоть это понимаете, Кольцов?
- Товарищ майор, ему и так досталось.
- А досталось из-за вашего
личного головотяпства.
Павел Егорович,
от вас этого я не ожидал.
Оставить с этим рецидивистом
новичка,
не проинструктировать,
не посоветовать.
Хорош наставник.
- Виноват, товарищ майор.
Сам не знаю, как это я...
- Да старшина его
и не сразу узнал-то.
- А вы, Шальнов,
вообще его не узнали,
хотя на каждом инструктаже
вы слышите приметы Филатова
и его сообщников.
Мы с таким трудом
вышли на эту группу,
и вдруг главарь попался на ерунде.
Казалось бы, повезло.
Так на тебе!
- В результате сообщники скрылись,
вещи ушли.
Надо всё начинать сначала.
Взять-то мы их возьмём, но время
в нашем деле штука немаловажная.
Но учтите, если до момента
задержания Филатов с сообщниками
совершат ещё какие-нибудь
преступления,
они все будут на вашей совести.
С результатами служебного
расследования
вас ознакомят чуть позже.
Что заслужили, то и получите.
- Здравия желаем,
гражданин начальник!
- Извините, вмазали немного,
с аванса.
(наигрывает спокойную мелодию)
- Я же просил вас не поганить двор.
- А то что, неужто заберёшь?
Мама, я боюсь этого
дядю-милиционера.
- Правильно делаешь.
С тобой, оболтусом, давно возятся,
и всё зря. - Ой-ой.
- Слушай, Глыба...
Давай-ка убери здесь,
и чтобы это было в последний раз.
- Ай-ай-ай, как нехорошо -
в форме оскорблять честных граждан.
- Твоё счастье, что я в форме.
Я жду, Шатохин!
Ещё раз увижу - пеняйте на себя.
- Телефонограмма номер 1256.
За совершение большого числа
квартирных краж разыскивается
ранее неоднократно судимый
Лохин Семён Петрович,
35-ти лет,
уроженец Московской области.
Приметы: среднего роста,
плотного телосложения,
волосы тёмно-русые,
лоб высокий, широкий,
имеются горизонтальные морщины,
лицо треугольное,
глаза большие, нос прямой.
Особые приметы: на нижней губе
с левой стороны шрам,
на правой щеке - родимое пятно.
При задержании сообщить
дежурному по городу.
Фотографии преступника
получите позже,
а сейчас идите в дежурную часть,
получите оружие и радиостанции. Всё.
Сержант Кольцов?
- Слушаю.
Сегодня вы будете нести службу
старшим автопатруля
вместо заболевшего Васина.
Идите.
- Есть.
- Этот зуб меня доконает.
Дёргает так, что в глазах темнеет.
- А к врачу зайти времени нет?
- Это к зубному-то?
С детства за километр обхожу.
У них там штук сто крючков всяких,
и каждым норовит
в больное место ткнуть,
а ты сидишь, как баран на заклании,
даже пикнуть не можешь.
А уж когда сверлить начнут,
так и вертится в голове мысль:
а вдруг она дома с мужем
поругалась,
или ремонт в квартире затеяли,
а здесь ещё ты со своим зубом.
- Сормово, я 141-й. Слушаю вас.
(по рации):
- 141-й, где находитесь?
- Нахожусь на Климова, 11.
- Понял вас, Магистральная, 20,
квартира 16. Покушение на убийство.
- Понял вас, понял.
Дом 20, квартира 16. Давай.
(звучит сирена)
- Слава богу, что явились!
Тут убить могут, пока дотащитесь.
- Мы прибыли ровно через три минуты.
- Вот посмотрите, полюбуйтесь.
Да сюда смотрите, сюда.
- Что-то я не вижу, чтобы здесь
кого-нибудь убивали.
- А это что, не убийство?
Две недели до получки тянуть,
а детей кормить надо.
Как мне соседям в глаза смотреть?
Как мне долги отдавать?
(плачет)
- Но это не по нашей части.
Пошли.
- Не по вашей... А ну, Ваня!
Держи.
И попробуй его прокормить.
И вот ещё.
А ну, защитнички!
- Да, дела.
Поздравляю, кормилец.
- Да ладно тебе, что делать-то будем?
Может, действительно, заберём его?
- Не имеем права, он у себя дома.
- Точно, точно.
Не имеете, не имеете.
Нет такой статьи.
- А жаль!
- Ладно, ты здесь побудь,
а я к участковому сбегаю,
он в другом подъезде живёт.
- А мне-то что здесь делать?
- За ребёнком посмотри,
в ладушки поиграй.
- Ну, папаша...
Значит, тебя Иваном зовут?
Ну-ка не балуйся.
Давай, Вань, ешь.
И ты тоже кушай. Кушай, кушай.
Ну-ка, молочка.
Вот так, хорошо.
(по рации):
- 141-й, я Сормово, на связь.
141-й, я Сормово, на связь.
Почему не отвечаете?
- Сормово, я 141-й, отбой.
- А что там у вас?
- Да некогда, потом объясню.
- Понял.
- От вас же никаких сигналов,
а в вытрезвителе он не был ни разу.
- А я всегда домой, хоть ползком,
но дорогу найду.
- Ну ладно, ладно.
- Таких судить надо.
- А за что судить-то,
он преступник, что ли?
- А ты замолчи, ты первый каждое утро
стучишься похмеляться.
- Тише, граждане. Пока ещё здесь
преступника нет,
но этого человека надо лечить,
и чем скорее, тем лучше.
Вот этим я займусь, я вам обещаю,
а сейчас прошу разойтись.
- Извините, вот вы его заберёте,
а в доме-то ни копеечки.
- Все заработанные мужем деньги
будете получать вы лично,
это я вам гарантирую.
- Что? Дак...
- Всё.
- Подождите...
(по рации):
- 130-й, я Сормово, на связь.
130-й, я Сормово, на связь.
Почему не отвечаете?
Я Сормово.
Внимание! Всем постам, всем
работающим со мной экипажам!
Угнана автомашина ГАЗ-51
серого цвета,
государственный знак 1720,
Мария, Мария, Ольга.
Машина следует в сторону кольца,
за рулём пьяный.
Преступник сбил женщину.
- Сормово, я 141-й. Понял вас, понял.
(по рации):
- 130-й, я Сормово, на связь.
- Ну, Можаев. Вот помяни моё слово,
опять скажет, что у него рация
не работает.
Ладно, делать нечего, будем
перекрывать квадрат Можаева.
- Добро.
(звучит сирена)
- Сормово, я 141-й, я 141-й,
130-й не выходит на связь.
Следую его маршрутом для задержания
угонщика. Как поняли?
(по рации): - Понял вас, 141-й,
понял. Действуйте, ребята.
(звучит сирена)
(по рации):
- 130-й, я Сормово, на связь.
Почему не отвечаете?
130-й, я Сормово.
- Вот он.
- Жми, Коля, уйдёт!
- Куда денется!
(визг тормозов)
(по рации):
- 130-й, я Сормово, на связь.
130-й, почему не отвечаете?
(напряжённая музыка)
- Куда ты, Коля?
- Вижу, вижу.
Здесь узко, мы его не догоним.
А вот у кинотеатра мы его встретим,
всё равно туда свернёт.
- Прыгай. - Зачем?
- Прыгай, тебе говорю!
(напряжённая музыка)
(звучит сирена)
(удар, звон стекла)
- Выходи, приехали.
(пьяным голосом): - А что такое?
Эй, эй! Пусти, гад!
- Вот так вот.
- Пап, а там про "Спартак".
- Где?
- На второй странице.
Пап, не беспокойся,
проиграл твой "Спартак".
- Привет!
- Здравия желаю, товарищ сержант.
- Вить, кто руки за тебя мыть будет?
- Это что такое?
- Да и шинель не мешало бы снять.
- Есть.
- В цирк ему надо, а не в милицию.
Здорово его изматывает.
По себе знаю, что такое
ночная смена.
- Сравнил. Вы там на стоянках
по полночи спите, а у Витьки служба.
- Ешь.
- Да ладно вам.
У меня не служба, а курорт.
Прогулка на свежем воздухе.
В столовую страшно заходить,
чуть расслабился - уже лишний вес.
И никаких происшествий.
- Как это без происшествий?
- Так, сижу, книжки читаю.
- Где ж преступники?
Перевелись, что ли, все?
- Преступники в это время спят.
У них зависимость такая:
милиция работает - преступники спят.
Милиция спит - работают преступники.
Верно, Вить?
- Неверно, батя.
Милиция никогда не спит.
- Вот это уже похоже на правду.
- "Динамо" выиграло.
- А я уже сказал.
- Ешь, в школу опоздаешь.
И ты спать ложись.
- Угу.
(смеются)
- Ребята, подождите минутку.
- Хорошо.
- Добрый день. Замёрзли?
- Здравствуйте. Как хорошо,
что я вас встретила.
Вы знаете, у меня больной
сегодня выписался,
а у него ни родных, ни близких -
никого здесь нет,
а таксисты за город везти не хотят.
- Сейчас придумаем что-нибудь.
- Ему в Балашиху надо.
- Добрый день.
- Здравствуйте.
- Товарищ водитель, нужно девушку
отвезти в 51-ю больницу,
а потом гражданина в Балашиху.
- О чём разговор, довезём. Садитесь.
- Спасибо большое. До свидания.
- Счастливо.
- Рация была неисправна, и мы
не могли слышать приказа дежурного.
Это может подтвердить и водитель.
- Ветров, а ведь у вас и раньше были
подобные случаи,
присутствующим это хорошо известно.
Нам надоели ваши отговорки,
и на машину поставили новую рацию.
А теперь в чём дело?
- Мне кажется, вы не понимаете,
что здесь решается вопрос
о невозможности вашего пребывания
в органах, а не просто о наказании.
- Рация была исправна.
- Идиот.
- Не было нас на маршруте.
- Хм, интересно. И где же вы были?
- На вокзале.
- Где?
- Можаеву посылку поездом передали.
В общем, надо было ему на вокзал.
- Мы только туда и обратно.
- Разрешите?
- Да, пожалуйста.
- Я не могу работать спокойно,
когда за спиной такие, как вы.
Предположим, Кольцов и Лучкин
не успели бы на вашу территорию,
пока вы там свои яблочки получали,
и преступник влетел бы на площадь,
где бы вы тогда были?
Не место вам в милиции,
лучше уходите.
- Похоже, что все высказались.
Хотите что-нибудь добавить?
Ну что ж, пожалуй, вы правы,
тут сказать нечего.
Я всё ждал, скажет ли хоть
кто-нибудь слово в вашу защиту -
всё-таки два года в коллективе.
Я ждал этого, а вы не ждали,
потому что вы знали,
что этого не будет.
- Руководство удовлетворило
ходатайство товарищеского суда
об увольнении вас, Ветров,
и вас, Можаев,
из органов внутренних дел
за поступки,
несовместимые с высоким званием
сотрудника милиции.
- Прошу расписаться в приказе.
- Сдайте удостоверения личности.
- Добрый вечер.
Я не помешал?
(шум поезда)
- А вы мне всю жизнь мешаете,
а я всё живу.
Всяких видал - и горластых,
и как ты вот...
Так что давай не выпендривайся,
начальник, ближе к делу.
- Давно освободились?
- Ишь ты, проницательный.
А может, я лауреат какой
международный, с причудами?
Вчера вон тоже
проснулся утром - топот.
Думал, наши с пересылки рванули,
оказывается - нормальные граждане,
даже один профессор.
Этой... трясогузкой от инфаркта
бегают.
- Вы мне не ответили на вопрос.
- Всё в норме, начальник. Вот она,
справочка, вот она, родненькая.
А больше ничего - свистнули.
Плохо работаете, начальник.
Ни билета,
ни червонцев этих трудовых.
Рассказать - кореша с нар попадают.
Лёху обчистили, как дешёвого фраера,
и он, как последняя... плачется
в жилетку родной милиции.
Короче, валяй,
зарабатывай повышение:
задержан за бродяжничество,
ранее судимый, и тэдэ и тэпэ.
- Возьмите.
- И выкать мне кончай, не приучен я.
- Спокойно, Сибирцев.
Когда ближайший поезд на Харьков?
- Проверяешь? В 7:50.
- Очень хорошо.
Ну тогда пройдёмте.
- Давно бы так.
(шум поезда)
- Заходи.
- Ты куда это привёл-то меня?
- Домой. Только тихо,
родителей не разбуди.
- Ты что, больной, что ли?
- Почему больной?
Я тоже один раз ночевал
на скамейке в парке,
закаливал волю.
Очень неудобно.
- Добрый вечер.
- Здрасте.
- Мам, это мой приятель, Лёша,
вместе работаем.
- Ага, коллеги.
- Проходите, раздевайтесь.
Ой, что это у вас с рукой-то, а?
- Мам, это грим. Лёша наш сотрудник,
у него спецзадание.
Он уезжает сегодня в командировку,
а у нас бухгалтерия закрыта.
В общем, нужно где-то рублей 20.
- Ну, сейчас принесу.
- Оля, кто там?
- 20 рублей хватит? - Хватит.
- Это к Виктору друг пришёл,
на минутку.
- Ну вот, в кои-то веки друг пришёл -
и на минутку. Не по-людски как-то.
- Бать, это Лёша,
он в командировку уезжает.
- Так.
А ты ничего не перепутал, Витёк?
Похоже, твой друг из командировки,
а не наоборот.
Ты кому врать надумал?
Я этих урок за километр вижу.
- Бать, тут такое дело...
- Я твоих дел знать не хочу.
Но и кого попало в дом
водить не позволю.
- Вот это понятно, батя-то у тебя
не дурак. Веди в контору.
- Подождите, Сибирцев, вот деньги.
Когда сможете, вышлете.
Адрес я запишу.
- Чудной ты всё-таки. Адрес я и так
срисовал. Как папашу-то звать?
- Фёдор Васильевич Кольцов.
- Вот на его имя и вышлю,
пусть не волнуется.
- Вы на него не обижайтесь.
- А я давно, кроме как на себя,
ни на кого не обижаюсь.
Ну а тебе спасибо.
- Ладно.
(звучит сирена)
- Пахомов, выводите по одному.
- Полегче.
- Не разговаривать.
Кольцов?
- Я.
- Помогите доставить задержанного
в дежурную часть.
- Гражданин начальник, может,
охранника не менять?
- Не разговаривать.
- Виноват.
- Виктор, ты к нему всей душой,
а он отказывается от твоей помощи.
Вы что-то перепутали, Филатов,
здесь вам не бюро добрых услуг.
Так что выбирать охрану будем мы.
Единственное, что могу обещать, -
это отдельный номер каждому.
- И за это спасибо.
- Уведите.
- Есть.
- Здравия желаю, гражданин начальник.
Не узнаёшь, что ли?
- Серёга, здорОво!
- Так точно,
Воронов Сергей Леонидович,
освобождён с положительными
характеристиками.
На свободу - с чистой совестью.
Ура.
- Что ты дуришь-то?
Домой ко мне дорогу забыл?
- Да нет, почему, помню.
Только некрасиво как-то:
уголовно-преступный элемент
в гостях у сотрудника милиции.
- Ладно, брось, пошли, а то я
замёрз, как собака, чаю хочется.
- Погоди, Витёк.
Здесь поговорим.
Понимаешь...
там всё ясно, дураков учить надо.
Научили, спасибо.
Это когда меня одного касается,
а мать за что наказывать?
Прописки не дают.
- Вообще-то я в вопросах прописки
не специалист,
но я думаю, что положительные
характеристики должны учитываться?
- То печать не эта, то подпись не та.
И бумаги, бумаги, бумаги...
- Ты у кого был по этому вопросу?
- У Строкова.
- Ну, милый, ты знаешь, как его
в отделении называют? Параграф.
- Угу, похоже.
- В общем, по-моему, не прописывать
сына к больной одинокой матери -
это несправедливо.
Тебе надо посоветоваться
с Иваном Алексеевичем.
Он мужик толковый, поймёт.
- Станет он со мной разговаривать...
- Он - станет.
Тебе же не нравится,
когда на тебя вешают ярлык
"уголовно-преступный элемент".
Так что запомни, Серёж,
везде живые люди, и все люди разные.
В милиции - тоже. Усёк?
- Усёк.
Я понятливый стал.
- Ну вот и хорошо.
Пошли, чаю выпьем.
- В другой раз.
- Привет!
- Привет.
Что это вы, товарищ сержант,
с цветами? Или заболел кто?
- Нет, все здоровы. Вот пришёл
проведать своих карасей.
- Тут не зоопарк, а больница,
и вообще, как вы сюда проникли?
- Проникают преступники,
а я с мирными намерениями.
Даже вахтёр понял, дал халат.
- Дочка, сделай укол, ну так дёргает,
что нет сил терпеть.
- Андрей Егорович, я вам час назад
делала укол, так часто нельзя.
Можете ещё немного потерпеть?
- Люсенька,
ты через полчаса сменишься,
придёт эта рыжая Лариска,
так уколет, что ни встать, ни сесть.
Уж лучше ты.
- Я и не знала, что вы такой хитрец.
Ну хорошо, проходите в процедурную.
- Вот красота.
- Подождите немного.
Если будут звонить,
скажете, что сестра в процедурной.
- Спасибо, дочка.
- Ну как, красиво?
- Очень.
- Больные каждой рыбке дали имя.
Вот эта вот - Самсон,
вот эта - Геракл.
Может, наоборот.
(смеются)
Завотделением сначала ругался,
а потом ему самому
даже очень понравилось.
- Люся, если я правильно понял,
то у вас дежурство заканчивается?
- Да, правильно поняли. А что,
может быть, на танцы пригласите?
- Можно и на танцы.
- Да, с вами не соскучишься. Никогда
ещё не танцевала с милиционером.
- Тогда тем более.
(звучит ритмичная музыка)
(лирическая музыка)
- Врач прямо так и сказала:
"Операция - это полдела".
Я тогда с мамой полгода просидела,
такого насмотрелась.
Я тогда себе загадала:
если мама выживет,
обязательно стану медсестрой.
- А дальше?
- Что дальше?
- Пойдёшь в медицинский?
- Нет, это ещё пока рано. Я, если
честно, училась не очень хорошо.
Поработаю, потом видно будет.
А ты неплохо танцуешь.
- Ну до партнёрши-то мне ещё далеко.
- Учиться надо, товарищ сержант.
- Всегда готов.
Когда являться?
- В среду, в 19.
Только я тебя очень прошу,
подожди на улице,
а то у нас завотделением
очень строгий.
- Есть подождать на улице.
- Лен, ну скоро вы?
- Сейчас.
- Здесь, как говорится,
слова излишни.
Этот день войдёт в историю как
триумф патрульно-постовой службы
над работниками уголовного розыска.
- Держи.
- Ну, конечно, не без помощи
гражданских лиц.
О, Василий Яковлевич,
а где вы достали этот совершенно
редкий экземпляр?
(смеются)
Я понимаю, это гордость
вашей коллекции.
- А чего?
Да я в лесу-то когда был
в последний раз, сам не помню.
Гриб как гриб.
Помню, бабуля говорила,
что любой из них можно есть.
- Можно.
Два раза: первый и последний.
- Павел Егорович, прочитайте,
пожалуйста, нашим розыскникам
лекцию о грибах, а то, боюсь,
мы скоро недосчитаемся
их и так уж небогатых штатов.
(смеётся)
- Есть, Иван Алексеевич,
прочесть лекцию.
- Товарищи дорогие, разговоры
подождут, шашлык стынет.
- Нам что, нам лишь бы команда была.
- Прошу к столу!
(хором):
Ура-а!
- Можешь хоть сто школ закончить,
а в розыске не тянуть -
тут особый талант нужен.
- Ты ещё про интуицию скажи.
- А что? Вспомни дело Рубцова.
Если бы не интуиция Пахомова,
мы бы на весь город опозорились.
- Я знаю, ты любишь преувеличивать
заслуги розыска.
У меня новички вот спят и видят,
чтоб к тебе попасть.
Возьми Кольцова -
он же мне уши прожужжал.
- А что, Кольцов годится,
Кольцов парень что надо.
Его надо чаще к нашим операциям
подключать, думаю, толк будет.
- Ты ему сам об этом скажи,
у него крылья вырастут.
- Крылья нам ни к чему,
мы по земле ходим.
- Скромные вы ребята.
- Что есть, то есть.
- Товарищи мужчины,
а совесть у вас есть?
Ну в кои веки выбрались отдохнуть,
а вы опять про работу.
- Спел бы лучше что-нибудь.
- Ну а что спеть?
- Что-нибудь своё.
- Что значит своё?
- Он же песни пишет.
- Так, у нас свой поэт имеется,
а мы и не знали.
- Да я для себя.
(поёт): "Без несчастий прожить
каждый рад бы.
Хорошо, без обид, без врагов,
А на тех, кто в беде встанет рядом,
Вы надеетесь, как на богов.
А мы не боги, а мы люди,
Просто люди из крови и плоти.
Так же трудно, так же больно,
Как и всем, нам бывает порой.
Просто это, просто это,
Просто это такая работа:
Охранять, охранять,
Охранять вашу жизнь и покой.
Наш покой - не затишье, а схватка
Не на день, не на час - навсегда.
Презираю сказавших когда-то,
Что чужая беда - не беда.
А мы не боги, а мы люди,
Просто люди из крови и плоти.
Так же трудно, так же больно,
Как и всем, нам бывает порой.
Просто это, просто это,
Просто это такая работа:
Охранять, охранять,
Охранять вашу жизнь и покой".
- ЗдорОво.
- ЗдорОво. - Привет.
(звонок в дверь)
- А, Серёжа! Здравствуй. Проходи.
- Здравствуйте, Ольга Ивановна.
Я на минутку.
Приходите все завтра к нам к шести.
- А что такое?
- У мамы день рождения.
- Спасибо.
Только в шесть не получится,
а в половине восьмого - можно.
- Хорошо.
- Хоть с сыном посижу за одним
столом, а то почти и не вижу.
- Ну вот, там и наговоритесь.
Ну, я пошёл.
- Серёжа, а как мама себя чувствует?
- Нормально.
Тёть Оль...
ещё передайте Виктору,
что у меня всё в порядке.
Он поймёт. До свидания.
- До свидания, Серёжа.
- Спасибо.
- Всего доброго. - Счастливо.
А я люблю в дневную смену работать,
хоть с женой в кино вечером
сходить можно.
А то с ночи придёшь -
пока то да сё, пока поспишь,
вот и считай, что день потерян.
- А я всё равно днём спать не могу.
С братишкой в футбол...
- Тебе легче, ты холостой.
Не оборачивайся.
- Ты чего?
- На Лохина похож.
- Какого Лохина?
- Внимательнее надо
быть на инструктажах.
- А, этот, квартирный вор?
- Точно, он.
Будем задерживать, бери второго.
- Ага.
(сигналит машина)
Сержант Кольцов. Предъявите,
пожалуйста, ваши документы.
- А у меня их нет, они дома.
- В таком случае пройдёмте
со мной в отделение.
- Товарищи, да что же это делается,
посреди дня забирают человека.
За что? За то,
что дома забыл паспорт.
- Ну уж действительно...
(вскрик)
(женщина):
- Кровь...
(тяжело дышит)
(напряжённая музыка)
- Стой! Лохин!
- Ну ты сам напросился!
(звучит сирена)
(динамичная музыка)
- Внимание, внимание, я Заря-1,
я Заря-1! Всем экипажам!
При задержании
вооружённого преступника
тяжело ранен сотрудник милиции.
Срочно требуется кровь.
Прошу всех, имеющих
третью группу крови,
проследовать
в Институт Склифосовского.
Повторяю: я Заря-1.
Всем экипажам!
Прошу всех, имеющих третью группу,
проследовать
в Институт Склифосовского.
- Я 145-й. Имею третью группу крови,
вызов принял. Ноль-ноль.
В Склифосовского.
- Есть.
(звучит сирена)
(по рации): - Заря-1, я 111-й,
имею третью группу крови.
- 107-й, 107-й, я Заря-1,
всем экипажам!
- Имею третью группу крови.
Вас понял. Есть.
Давай в Склифосовского!
(по рации): - Я Заря-1, понял вас.
(по рации): - Заря-1, я 71-й,
имею третью группу крови, 71-й.
(по рации):
- Я Заря-1, понял вас.
(по рации): - Я 116-й,
имею третью группу крови...
(по рации):
- Я 50-й, имею третью группу крови...
(по рации):
- Заря-1, отбой.
- Это как понять?
- Операция прошла нормально.
- Что говорят врачи?
- Главный говорит, что крови
больше чем достаточно:
"Не хочу обескровить милицию".
Шутит, значит.
- Раз шутит - значит, порядок.
Я Заря-1, я Заря-1,
всем экипажам, всем экипажам!..
(песня):
- "Всякий бой означает потери,
Горечь строчек в отчётах сухих.
Погибают друзья, ты поверь мне,
Не себя защищая - других.
Мы не боги, а мы люди..."
(мужской голос):
- После тяжёлого ранения вам, видимо,
трудно будет служить в органах.
Какие ваши дальнейшие планы?
- Я пришёл в милицию, чтобы работать.
- Спасибо. Всего вам доброго.
(песня "Мы не боги",
композитор Владимир Шаинский):
- "Просто это, просто это,
Просто это такая работа:
Охранять, охранять,
Охранять вашу жизнь и покой.
А награда - не громкие трубы,
Не эпитетов пышных слова.
Знаем, если кому-нибудь трудно,
Пальцы ищут на диске "02".
Мы не боги, а мы люди,
Просто люди из крови и плоти.
Так же трудно, так же больно,
Как и всем, нам бывает порой.
Просто это, просто это,
Просто это такая работа..."
 

////////////////////////////