Я не могу без тебя (1 сезон, 2024 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Юрий Мороз

Начало семидесятых. Советская деревня. Кирилл (Алексей Филимонов) и Надежда (Александра Ребенок) растят двух сыновей. В их семье царит гармония, пока районное начальство не решает поддержать развернувшееся по всей стране движение под лозунгом «Остаемся всем классом в родной деревне!».

Все фразы и цитаты

Серия 1

Я НЕ МОГУ БЕЗ ТЕБЯ
"Дети, дети, дети.
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше.
Те, что ходят по земле.
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу,
Нитку в небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке..."
"Мы, комсомольцы,
не представляем себе жизни
без борьбы и творческой работы
во имя торжества коммунизма.
А вы живете при коммунизме.
Мы протягиваем вам в XXI век
наши дружеские руки.
Мы по-хорошему
завидуем вам, товарищи потомки.
Вы живете в обществе,
где все счастливы,
где нет проблем и нужд.
Вы излечили все болезни,
а ваши корабли бороздят
просторы Вселенной.
- И уже наверняка освоены Луна и Марс".
- "Но именно благодаря нашим усилиям
вы имеете все это".
"И сегодня мы закладываем новую школу.
Школу воистину будущего.
Все вы учились в этой школе,
уважаемые товарищи потомки.
Помните нас в вашем светлом,
счастливом, солнечном будущем".
ХОРОМ:
Ура!
Слово первому секретарю райкома
партии Семену Матвеевичу Завадскому.
ХОРОМ:
Ура!
Ну...
что ж, ребята,
прекрасная идея: послание потомкам.
Молодцы!
А вы знаете, вы ведь еще доживете
до столетия комсомола.
Еще совсем не старые будете.
Своими глазами увидите, какой он - коммунизм.
Поздравляю!
Поздравляю с началом учебного года!
ХОРОМ:
Ура!
- По-моему, неплохо, да?
- Спасибо вам большое.
Мероприятие было прекрасное.
Стараемся Дмитрий Павлович. Ребята - молодцы.
Мария Васильевна, где бродите?
Высокие гости у нас, вас ждем.
- Вы гуляете неизвестно где.
- Василий Яковлевич, страда,
- место агронома в поле. Здрасте!
- Спасибо, я и не знал, просветила.
- Потом поговорим.
- Подожди. А что в поле?
Солярки нет. Завтра не добудем -
все, комбайны встанут.
- А нет почему?
- Как? Это не ко мне вопрос.
- Ваше планирование такое.
- Портнова, аккуратнее. Разговорилась.
- А что мы не так спланировали?
- В сентябре выделяется
столько же солярки,
сколько в декабре.
Норму сентябрьскую
мы тратим в три дня,
а в декабре она вообще не нужна:
вся техника на ремонте.
Я каждый год пишу в ваши инстанции.
Одно и то же. И все без толку.
- Портнова...
- Хорошо, вникнем, с солярой поможем.
Спасибо большое. Это разговор.
Вот так. С вашего позволения,
- мне в поле.
- Дмитрий Павлович.
- Все.
- Пойдемте.
Деловая!
Ну что, повзрослели, похорошели,
загорели, вижу. Не шучу.
Времени мало, год пролетит незаметно.
Ну что, определились или еще размышляете?
Ага, утопаю в сомнениях,
в скотники или в трактористы
мне податься. Мозг разрывается.
А если серьезно,
надо определяться, готовиться,
искать специальную литературу. Леша?
Как решил, так и сделаю.
- В геологи с Васькой вон.
- А смысл? Искать тут нечего,
- геологию нужно упразднять.
- Наивный. Земной шарик
и на полпроцента не исследован.
Геология - наука будущего.
- Лиза, что придумала?
- В технологический, на модельера.
- О как!
- Мадам Шинель.
Шанель, придурок.
Вот мы с вами огромную школу строим.
А кем её заполнять?
Планы у нас грандиозные.
По полеводству, животноводству.
Кто их выполнять-то будет?
Еще чуть-чуть - и в деревнях
вообще никого не останется.
А кто хлеб растить будет?
Что есть мы будем?
Вы слышали о новом почине:
- "Всем классом в родную деревню"?
- Да, в газетах и по радио было.
Скажите, у вас в 10-м классе
сколько человек?
15 человек. Поняла,
Дмитрий Павлович, все поняла.
Переговорю с родителями,
все поддержат, даже не сомневайтесь.
- Я поухаживаю за вами.
- Пожалуйста. Главное -
ребят убедите. Никто не запрещает
в институты поступать.
- Да, да.
- Педагогические, сельскохозяйственные.
Агрономы,
зоотехники, учителя на селе
всегда нужны. А для остальных
на ферме, на полях
- всегда работа найдется.
- Понятно. Надо бы самим догадаться.
Спасибо за подсказку,
Дмитрий Павлович.
Партия в корень смотрит.
Проблема есть, и мы её решим.
Рита, ты?
Институт кино. На оператора.
- На кого?
- На оператора.
Тамара Юрьевна, не удивляйтесь,
у нее в Москве брат -
главный киномеханик.
- Рита, это хороший план.
- Вить, у тебя, надеюсь, без изменений?
- Без изменений. Москва, физтех.
Физический факультет есть и у нас,
в педагогическом.
- Смешно.
- Что смешно?
У нас нет образования.
Образование в Москве.
Но зато в Москве конкурсы.
- А я готовлюсь.
- Молодец.
Наташа, ты?
Секрет. Поступлю - узнаете.
Спасибо.
Спасибо.
Открыли тетради.
Тема сегодняшнего сочинения...
"Кем я хочу стать".
А не переусердствовали мы,
Дмитрий Павлович?
- Детей в деревне запираем.
- А у нас что, деревня - тюрьма, что ли?
- Да, нет, конечно, но...
За переусердие, знаешь, журят.
А вот если недоусердствуем...
Ну сам понимаешь, хуже не будет.
Решение принято. Короче, выполняем.
Понял.
Мир весной околдован вновь,
И билеты в страну Любовь.
Продаются в любом конце земли.
Только в эту страну, учти...
- Классная песенка, да?
- Ну.
...Одинокой нельзя идти,
Друга верного ты с собою возьми.
- Паш, а ты почему не в оркестре?
- Выгнали. Говорят, слуха нет.
И старье это, нафталин -
духовой оркестр.
Сейчас электрическая музыка
появилась, электрогитары.
- Вы слышали?
- Слышала.
- Так.
- И даже на концерте была.
- Так.
- Но не понравилось.
О!
ХОРОМ:
Ты не ходи туда одна.
Хорош! Напрыгались? По домам.
РАЗОЧАРОВАННЫЕ ВОЗГЛАСЫ
Вам завтра в школу. Забыли?
А мне тут убираться и клуб закрывать.
Все-все-все, по домам.
- Ну что, погуляем до реки?
- Очень хочу, но папа попросил
- быть пораньше дома. Бабушка умирает.
- А, да, конечно, иди.
До встречи.
- Спасибо, что позвал.
- Как тебе танцы?
- Ноги болят.
- Очень хочется проводить тебя домой.
- Ты чего?
- Ничего. Просто иду.
- Типа провожаю.
- Я дорогу знаю.
Ну а вдруг волки нападут
какие-нибудь, а?
- Куда твой ухажер-то убежал?
- А тебе что?
Да ничего, просто интересно, как это
он взял тебя и без пригляда оставил?
- У него бабушка умирает.
- У-у.
- Мужики, как бабка?
- Все то же.
- Идем.
- Чего?
Пошли-пошли.
- Вань!
- Что?
- Ты чего не спишь?
- Уроки делаю.
- Что так поздно?
- На танцах был.
- А уроки?
- Все сделал.
Поешь иди.
Спит. Пойдём.
- Ну-ка, разгреби.
- Зачем?
Разгребай, разгребай.
- Что происходит-то?
- Здесь копай.
Что происходит?
Ты здесь похоронить хочешь, что ли?
Копай, не рассуждай.
Жадина-говядина.
Могла бы показать.
РАДИО: ..."Голос Америки.
Русская служба".
По этому поводу высказались
разные представители культуры.
И многие предполагают,
что вступление в Конвенцию -
лишь финансово-политический ход
Советского Союза.
Знаменитый писатель
Александр Солженицын...
- Разгребай!
- Что происходит? Там гроб, что ли?
Разгребай!
Давай достанем.
Открывай.
- Это что?
- Икона.
Мать потребовала,
исповедаться хочет.
- Это их семейная.
- А это чье?
- Твое. Наше.
- Откуда?
Успели закопать с отцом.
Еще тогда, перед раскулачиванием.
- Бать, давай возьмем немного.
- Не дури. Возьмет он.
- В момент разузнают и конфискуют.
- Батя, да сейчас это все можно.
Сейчас комиссионки есть,
ювелирные магазины.
- Давай немножечко возьмем.
- Знать бы, что ты дурак,
сам бы все сделал.
И помалкивай.
Никому ни слова.
Не пацан.
Сам понимать должен.
Закапывай.
Держитесь, мы поможем,
всегда поддержим, обращайтесь.
- Тетя Валя, спасибо.
- Держитесь.
До свидания.
Спасибо, Семен Иванович. Приходите.
- Значит, мы богатые были?
- Были.
Чем владели?
Все вокруг наше. Наше.
Поля, угодья.
Два маслозавода было.
Мельница.
От царя грамоту имели.
Так что же ты раньше-то
ничего не рассказывал?
А что говорить? Зачем?
Как раздели догола и на мороз выбросили?
Чудом живы остались.
Ладно.
Максиму потом расскажи.
- Бать, поиграю с пацанами?
- Иди. К ужину не опоздай.
Хорошо.
Дедуль, не пропадем.
Понимаю, сложно.
Нажился уже, теперь одно:
скорее бы к бабке под бочок.
- Ну, брось такое говорить.
- Еще поживем.
- Пап, собрание родительское в школе.
- Мать сходит.
- Там оба родителя нужны.
- Вот еще чего удумали.
- Ладно, мое дело сказать.
- Мы придем. Мы придем.
В ФИЛЬМЕ: Это Гренберг.
А это Аллахов.
Останки экспедиции барона Штолля.
- Хозяин, здесь худое место.
Дальше - смерть.
- Ты любишь поэзию?
- Поэзию?
Не знаю.
- Какие-то стишки очень даже нравятся.
- Понятно. Не любишь и не понимаешь.
"Стишки". Я тебе про поэзию,
а ты мне - "стишки".
- Хорошо, стихи.
- Что тебе нравится?
Мне нравится Пушкин. Вот это:
"У лукоморья дуб зеленый..."
Некрасов нравится.
"Герой нашего времени".
Максим, я не про школьную программу.
Ты про Пастернака знаешь?
- Про Цветаеву?
- Ну, это какие-то поэты.
Это великие поэты.
Хорошо, я возьму у мамы
в библиотеке книгу и прочитаю.
Вот темень. Их нет ни в библиотеке,
ни в магазине.
- А ты где взяла?
- А мне Тамара Юрьевна дала почитать.
- А хочешь, я тебе почитаю?
- Конечно.
Я вжимаюсь в постель,
Начинаю молитву.
Притупляется чувство вины.
За окошком метель.
Ночь берет в руки бритву.
И срезает остатки луны.
Снится бабушкин дом.
Самодельный...
Снится бабушкин дом...
- Красиво. Очень красиво.
- Это чье?
- Мое.
- Нет, ну написал кто?
- Говорю же, я.
- Врешь. Шутишь.
- Тебе не понравилось?
- Нет, мне понравилось.
Просто это как-то очень...
по-жизненному, взаправдошно, что ли.
- Приятно слышать.
А ты знаешь про Беллу Ахмадулину?
- Про Беллу?
- Да.
- Ахмадулина...
- Это поэт. Я её обожаю.
Она такая женственная,
она такая искренняя.
Мы с ней в переписке. Да-да.
Она считает, что мое место
в Московском литературном институте.
Обещает мне помогать.
О как! И что ты думаешь
по этому поводу?
А я и не думаю. Я уже отправила
стихи на предварительный конкурс.
- Поеду поступать.
- Лихо ты.
- Почитаешь, может быть, что-нибудь?
- Потом.
Ты что, думаешь,
это легко - читать свои стихи?
Это все равно что душу вывернуть
перед всеми.
Ну я же не все.
Не все же?
Нельзя.
- Я пропал.
- Почему?
Ну, ты в Москву собралась.
Зачем я тебе там -
обычный, обыкновенный?
- Встретишь там какого-то особенного.
- Дурачина.
ШУМ МАШИНЫ
- Мама приехала. Пойдём?
- Угу.
- Молодежь! Домой пора.
- Иду, мам.
- Здрасте!
- Здрасте-здрасте.
Максим...
Пока!
Конечно, нам самим
надо было догадаться. Не догадались.
Спасибо, обком помог,
подсказал, напомнил.
Речь идет о вас, ребята.
Вы уже люди взрослые, умные,
знаете, понимаете, какие большие задачи
стоят перед колхозом.
А работать через год-два некому.
Мамки, папки ваши пока бегают,
но от старости не убежишь.
По всей стране движение.
"Молодежь - на село".
По радио все время: какие-то ребята
всем классом дома остались.
А мы что, хуже?
Я уверен, вы нас поддержите.
Дело-то хорошее и для колхоза,
и для вас всех. Сейчас вот товарищ
должен из газеты подъехать,
- корреспондент.
- В чем дело-то, Василий Яковлевич?
- Запираем детей в колхозе?
- "Запираем". Ты выбирай выражения,
Борис Сергеевич. "Запираем".
Дети
дома остаются, в родном селе,
- в родной избе.
- Тут нужно прояснить.
В институты - пожалуйста.
И в педагогические,
и в сельскохозяйственные.
Нам учителя и агрономы нужны. Да?
Хорошо, а если два-три человека
поступят в институты?
- А остальные что?
- Остальные - в поле, на ферму.
Дело для всех найдется. Вам ли
не знать это, Марина Васильевна?
Секундочку, я в Москву на физтех.
Моя специальность колхозу не нужна.
Вот что мне делать?
Что со мной будет?
С тобой? С тобой батя дома
воспитательную беседу проведет,
- умник. Сядь.
- Нет, ну почин, конечно, хороший.
А зачем всех скопом-то?
Мой вон хочет геологом стать,
- книжками весь обложился.
- Всех скопом?
Да, всех скопом. Все как один.
В этом-то и суть.
Почин. Понимать надо - инициатива.
В Москву будем докладывать.
А простите, пожалуйста,
но это неправильно.
У ребят есть планы. Они должны быть
свободны в своем выборе.
- У тебя дети есть?
- Нет, своих нет.
Вот когда будут,
тогда и выскажешься.
Послушайте, дети вам не простят.
Вы можете их уговорить, уломать,
заставить, у вас это
прекрасно получается, но...
Но они вам не простят.
Товарищи родители, подумайте
хорошо, прежде чем соглашаться.
Это ваши дети, это их судьба.
Не бойтесь возражать начальству.
- Приехали. Впускать?
- Впускай-впускай.
Так, все, товарищи,
дискуссия закончена,
корреспондент приехал, расходимся.
Все, товарищи. Родители - выходим,
дети - фотографироваться. Быстро,
быстро. Расходимся, расходимся.
Так, давайте-давайте. Так, давайте,
кто повыше - во второй ряд,
а поменьше - в первый.
Вот так, поплотнее.
Здравствуйте!
Здравствуйте! Александр.
- Добро пожаловать.
- Друзья, давайте,
в центр быстренько собираемся.
Вы сюда присаживайтесь.
Вам сюда, да. Побыстрее, поплотнее,
поплотнее. Центральный ряд, да.
Лица по... Вы сюда. Да-да-да-да.
Улыбаемся. Так...
Хорошо, друзья. Очень хорошо.
Очень. Еще раз.
Лица такие, чтобы... Улыбаемся.
Лица счастливые, хорошее настроение.
Отлично. Внимание, поехали.
Еще раз. Отлично.
- Ой, дурацкие эксперименты.
- Да, выслуживаются.
Начальство им приказало,
а наши дураки побежали выполнять.
- Ну, нам, слава богу, без разницы.
- Лично мне не без разницы.
Вот еще новости.
Ты же в педагогический
- будешь поступать? Или ты передумала?
- Допустим, в педагогический.
Может, не обязательно к нам.
Может, я в Москву хочу.
- Чего?
- Что за выдумки?
Ну какая еще Москва?
- Куда захочу, туда и поеду,
- не запрете.
- Ты чего разговорилась-то?
Ну-ка, выкладывай.
Чего задумала? Говори!
- Все равно узнаю.
- Ничего я не задумала.
Ты чего матери нервы трепешь,
Наташа?
Есть не хочу, пойду читать.
- Не трогай, пусть успокоится.
- Неужели что-то задумала?
Слушай, Боречка,
детское мыло надо купить.
- А ты чего не ложишься-то?
- Сейчас лягу.
- Чего она там?
- Ой...
Добром не кончится.
Зря они все это затеяли. Зря.
- Когда буду в городе...
- Конечно, место в общежитии...
Садитесь.
Ну что, поздравляю,
слава настигла вас.
- Местная "Сельская жизнь" и "Правда".
- Я согласия не давал.
- А нас и не спрашивали.
- А дай нам.
- Дайте. Ребят, дайте посмотреть.
- А теперь без разницы.
Отступать некуда.
Если уж в "Правде", то...
- Ух ты! Все решено, друзья-колхозники.
- Заткнись. Захочу уехать,
- никакая "Правда" не удержит.
- "Правда", может, и не удержит.
- А вот папка с мамкой - легко.
- Шуметь не надо.
Но и молчать не стоило,
когда они тут вашу судьбу решали.
Так начальники,
как с ними спорить-то?
Не понимаю, откуда такой трепет
перед начальством?
Я не хочу. Ну, мы что,
крепостные, что ли?
Я, может, не поеду никуда.
Я, может, в доярки пойду.
Но я хочу знать,
что я свободный человек.
- Верно.
- А чего ж ты молчала на собрании?
Да у нее батя строгий.
Прям тут ремень бы снял.
Вообще-то, вы комсомольцы.
Ваш класс - комсомольское собрание.
Вы имеете право принимать решения.
Соберитесь и примите это решение.
Так то и так-то. "Начальство давило
на нас, заставило подчиниться".
- Кляузой?
- Это не кляуза.
Это решение официального собрания.
Если, конечно, вас будет большинство.
- Будет.
- Тогда я "за".
- Я "за".
- Да, да, мы все "за".
Ну и хорошо. Только я вас
очень прошу, не надо это обсуждать
ни с кем, советоваться,
искать одобрения.
ДЕТСКИЙ СМЕХ
Полчаса тебя ждем, Портнова.
Особое приглашение надо?
Во второй бригаде была. Я вообще
не понимаю, зачем я вам нужна.
Как грамоту получать - первая,
как на отчет к начальству...
- не понимает.
- В чем отчитываться?
Найдут о чем. Вызвали, велели
и вас пригласить, Портнова.
Ой, чудо стряслось. Что там?
- Проходите, товарищи. Садитесь.
Товарищи, возможно, вы не в курсе.
Вот, ознакомьтесь.
Протокол комсомольского собрания 10-го класса.
Они там пишут,
что если мы, райком, не отреагируем,
они будут писать в газету "Правда" и на радио.
Как же вы не доглядели,
Клавдия Федоровна?
- Ну, за всем не уследишь.
- Да пусть помитингуют.
Кроме нас никто не узнает,
а мы поговорим, вразумим.
Ну да, ну да. Конечно.
Вы уже поговорили. И что теперь?
Да угомоним их, Семен Матвеевич.
Одумаются.
А это что? Филькина грамота.
Порвать, да и все.
Порвать...
Пишите заявления
по собственному желанию.
- Уйдете с почетом, грамотами.
- Да как же так, Семен Матвеевич?
- Заживо хороните.
- А если не напишем?
А все равно уйдете.
Но без почета и без грамот.
Времена, товарищи, иные.
С людьми нельзя так.
С людьми нужно договариваться.
С кем договариваться? О чем?
Перед пацанами распинаться?
- А для нас нет пацанов. Люди!
И с каждым нужно договариваться,
убеждать. Это раньше были массы.
А сейчас люди! Все, товарищи.
Все, не задерживаю. Свободны.
- До свидания.
- До свидания.
Марина Васильевна, вы задержитесь.
Анастасия Викторовна, два чая.
Порядка нет.
Прислушиваются ко всякой швали.
Взбрыкнем, поборемся.
В обком, может, поедем?
Бесполезно. Пацанье во власти,
Сталина поднять бы.
А вот дождутся -
поднимут когда-нибудь.
За что? За что?
Я всю жизнь отдала.
Поезжайте.
Марину Васильевну мы сами отвезем.
Ясно.
Давно наблюдаю за вами,
Марина Васильевна.
Человек вы ответственный,
специалист грамотный.
- Да ну.
- Ну, чего "ну"?
- Будем выдвигать вас в председатели.
- Да вы что?!
Я гораздо полезнее
в качестве агронома.
Ну, не торопитесь.
Агрономические ваши способности
никуда не денутся.
Колхоз у вас хороший.
А вы попытаетесь сделать его богатым.
Миллионером.
И мы вам поможем.
Хорошие семена,
солярка, новая техника.
- Все, все будет.
- Заманчиво, конечно. Я боюсь, что...
"Боюсь". Ну и хорошо.
Только дурак ничего не боится.
Вы хотите из нас сделать витрину,
что ли?
Да. Нам нужно образцовое хозяйство.
И нам нужен герой.
Герой... Ну, герой-то из меня
точно не получится. Как?
- А у вас ведь дочь десятиклассница?
- Ну да.
Она в педагогический собирается.
Все по плану.
Ну, хорошо, хорошо. И вот надо
всех остальных убедить.
- Конечно.
- Да, у вас будет новый парторг.
- Угу.
- Вы ведь, по-моему, его знаете,
вместе учились в институте.
Вадим Борисович Плотников.
- Вадим? Парторг? Вы уверены? Он же...
- Бабник.
Ну было дело.
Скандал тогда на всю область, но...
но говорит, что исправился. Я ему верю.
Ну и потом, вы... Вы как-то будете
за ним приглядывать.
Он же в обкоме работал. Получается,
к нам его в ссылку, что ли?
Ну вроде того. Как говорится,
подальше от городских соблазнов.
И потом жена у него опытный учитель.
Выдвинем директором школы.
Анастасия Викторовна?
Плотникова. Да.
Да.
- Вызывали?
- Проходите.
- Рад видеть.
- Здрасте! Здрасте...
- Ну вот и хорошо.
Знакомы, стало быть. Ну, хорошо.
Притираться друг к другу не надо.
Ну что, задачи ясны?
Помощь райкома будет.
И главное,
- Вадим Борисович...
- Да?
Главная проблема - 10-й класс.
Надо решить.
- Хорошо. Но мне нужна ваша помощь.
- Слушаю.
Надо бы купить две электрогитары,
клавишные и ударные.
- Все - около двух тысяч рублей.
- Ого! Всего.
- Запросы у тебя.
- Надо потратиться.
Ну что ж, надо так надо.
- А ты почти не постарела.
- Ой, зато ты помолодел.
- Спасибо.
- Ты же в деревне никогда не жил?
Это похождения
городского ловеласа одно.
Это почти даже мода,
этим можно даже гордиться.
А у нас в деревне ваши шуры-муры
могут плохо закончиться.
- Буду знать.
- В случае чего попру из колхоза.
Ого, руки коротки.
Попереть меня может только райком.
Я попру!
- А если я в тебя снова влюблюсь?
Ну, вдруг взыграют прежние чувства,
тогда что?
Ты даже не шути на эту тему.
- Ладно, давайте.
- Так что у вас тут с жильем?
Подыщем дом тебе около конторы.
Там у нас все начальство живет.
А на окраине можно?
Хочу быть поближе к народу.
- Уважаю. Демократ?
- Циник. Обычный советский циник.
Буду завоевывать у народа
дешевый авторитет.
- Ой, попру. Ой, попру.
- Давай помогу.
Сама.
- Здорово, сосед! Вселяетесь?
- Здрасте!
Здорово, сосед. Вселяемся.
- Ну, что ж. Дом просторный.
- Два года пустой стоит.
- Люди в город уехали. Надолго к нам?
- Да как получится.
- А мы теперь тут будем жить?
- Тут.
Мама, что ты завтра
в школу наденешь?
- Я парторг ваш новый, Вадим.
- Ого, начальство.
Кирилл. А чего в центре
не поселились?
Зачем? У вас здесь красиво.
- Строгое, важное и красивое.
- Разберемся.
О, открыто. Заходи.
Речка вон, лес.
Баньки, жалко, нет.
Ох, я баньку люблю!
Ну, баньку недолго поставить.
Пока к нам ходИте.
Хорошо. Зайдем. Ну бывай, сосед.
Ты, кстати, тоже к нам заходи.
Посидим, поближе познакомимся.
- По-соседски. Новоселье все-таки.
- Хорошо, зайду по-соседски.
Уговаривать будут -
стоим на своем, братцы.
- Ясное дело.
- Да.
Здравствуйте!
Да присаживайтесь-присаживайтесь.
Вот вы здесь сидите,
а там, между прочим,
в клубе аппаратуру монтируют.
- Чего там?
- Аппаратуру монтируют.
- Айда посмотрим, заодно и поговорим.
- А о чем нам говорить?
- Мы уже на нашем собрании все решили.
- Ну вот и обсудим все ваши решения.
- Айда!
- Пойдём?
- Пойдём.
- Ну ладно.
Пойдём.
- Проходите.
- Здрасте!
- Здрасте!
- Здрасте!
- Ничего себе!
- Ух ты! Это откуда?
Так-так. Куда, куда на сцену?
Со сцены слезь!
- Конечно-конечно.
- В зал.
- Серьёзно?
- Смотри.
- Обалдеть!
- Красота!
- Ребят, проходите, проходите.
Присаживайтесь.
- А можно трогать?
- Так, руками пока ничего не трогайте.
Просто присаживайтесь.
Так. Ребят, я здесь человек новый,
пока не успел вникнуть в курс дела.
Но кое-что я уже понял.
- А вас специально прислали,
чтобы нас агитировали и отговаривали?
- Да, вы правы. Моя задача -
вас отговорить. Хотя нет.
Моя задача - вам объяснить,
что вы просто поднимаете бучу
на ровном месте.
Решение принято.
И его невозможно отменить.
Вы же не маленькие дети.
"Да, мы поедем"
или "Нет, мы передумаем".
Не надо злить руководство.
На вас обидятся
и просто запрут здесь.
И даже в район не сможете съездить.
Скажите, а вам это надо?
- Мы не сказали "да".
Нас даже никто не спрашивал.
Просто объявили решение
и начали фотографировать.
А мы не хотим.
- Тебе теперь нельзя
перечить начальству.
Ты же у нас председательская дочка.
- Постой, постой.
А ты дочка Марины Васильевны?
- Это неважно.
- Похожа. Очень похожа.
А теперь послушайте меня, ребята.
Молодых людей нельзя ограничивать.
Ты можешь поехать куда хочешь, можешь
работать кем хочешь и где хочешь.
Это ваше право. И это мое мнение.
И у вас будет точно так же,
я вам обещаю.
Через год вы окончите школу.
Затем ребята пойдут в армию
на два года.
И через три года - подумайте!
- все обо всем уже забудут.
И уже езжайте куда хотите.
Только просьба:
давайте без этих писем,
без жалоб, без выступлений. Хорошо?
- Да-да, я лично согласен.
Вообще, к черту все эти разговоры.
- А можно по... попробовать.
Да с таким оркестром
уезжать никуда не надо.
Ребят, давайте разучим
что-нибудь новое, а?
- Можно мы попробуем?
- Конечно, давайте экспериментируйте!
Спасибо!
- Юр! Давай за микрофон! Юр!
- Так я же не пою голосом!
Да как не поешь? Давай-давай!
Ловко вы этих дурачков обвели.
- А ты кто?
- Лиза Истомина. И что?
Ты очень умная девочка, Лиза.
Давай мы с тобой позже
об этом еще поговорим.
- О чем нам с вами разговаривать?
Я своё решение приняла,
и никто меня не переубедит.
Мой институт в Москве.
Моя профессия не для деревни.
- И какая же твоя профессия?
- Это секрет.
Я не обязана докладывать.
Не обращайте внимание,
никуда она не уедет.
Ее батя дома воспитает, да?
- Я сама себе воспитательница, понял?
- Кто её батя?
- Дядя Андрей Истомин.
Какой звук, а!
Не устроились еще,
не успела ничего приготовить.
- Это ничего.
Хорошо бы грибочков к водочке.
- Да неудобно.
- Я сбегаю. Вы ведь в соседнем доме?
Да-да-да, там смотри,
Ванька, он все знает.
Берите грибы и несите сюда.
- Здрасте!
- Здрасте!
- Мы к вам!
- Какие гости!
Ну что ж, намечается
настоящее новоселье.
Так мы по-соседски.
Вот.
- О! Марина Васильевна.
- Здрасте! Валентина.
- Можно просто Марина.
- Хорошо.
- Здрасте!
- Здрасте!
- Вадим, стульев на всех не хватает.
- Сейчас что-нибудь придумаем.
Борь, помоги.
- Ага.
Значит, уже познакомились
с соседями, да?
Ну да. Мы уже
и в баньке соседской помылись.
Борь, убери.
Тяжело, наверное,
с непривычки в деревне.
Ничего, привыкнем. Да и потом
засиделась я уже в завучах,
а у вас тут школа, говорят, большая.
- Большая. Большая-то большая,
но проблем много.
Вот, надеюсь, парторг поработает.
- Товарищ парторг уже поработал.
Товарищ парторг сказал -
товарищ парторг сделал.
Ну, у всех налито?
Угу.
Давайте за соседей и за новоселье.
- О, вот и грибочки. Ванюш, ставь.
- О, грибочки.
Вот теперь ты, женушка, понимаешь,
что мы в деревне?
- Понимаю, понимаю.
Пока мне все нравится.
- Хочешь, я тебе свои книжки покажу?
- Давай.
- Огурчики прелесть.
Из своего огорода?
- Из чьего же еще-то?
Конечно, из своего.
У нас все из своего огорода.
- Мы весной обязательно
тоже свои посадим.
И огурчики, и все остальное.
- Кольцо в бане забыла.
- Кольцо?
Угу.
Сняла и забыла надеть.
- Зачем сняла-то?
- Боялась потерять, соскальзывает.
- Худели, значит?
У меня Марина тоже сидит на диете.
- Зачем ты это говоришь?
- Моду вы взяли, бабы, худеть.
- Да это все городские предрассудки.
Мы же, мужики, любим,
чтобы было попышнее,
чтобы было за что ухватиться.
- Я пойду заберу.
- Конечно.
- Помочь?
- Ты иди посвети.
- Ну да, я на двух диетах сижу сейчас.
Потому что с одной
вообще не худеется. Не наедаюсь.
- Давайте за здоровье.
- Давайте.
Вот сюда, на подоконник, положила,
только здесь нету.
Сейчас найду. Никуда не делось.
Может, закатилось куда?
А вот оно.
В щель попало.
- Спасибо. Я уже испугаться успела.
Да никуда бы не делось.
А вы не помните,
как вот эта ямка на шее называется?
- Нашла?
- Да.
- Ой, слава богу.
А то б дурная примета.
Как бы ни сглазить.
- Мы, коммунисты, в приметы не верим.
Давайте лучше выпьем.
Выпьем за соленые огурчики,
за огород, за деревню, за...
Вы мою жену научите
так огурчики солить?
- Конечно, научим.
- Это нетрудно.
Давайте.
Будем здоровы.
- Охота у нас тут хорошая.
- Охота?
- Угу. Мы с Кирюхой...
с Кириллом на охоту ходим.
- На дичь?
- Да. Зимой заяц или лось.
По осени утка.
- Я охоту люблю.
Только надо будет ружьишко купить.
Ну что, сосед, на охоту-то возьмешь?
- Отчего не взять. Пора.
С утра на работу.
Доброй ночи.
- Спасибо за угощение.
Ванюша, Ваня!
- Может, мы тоже пойдем?
- Да пора уже. Спасибо за угощение.
За огурчики.
- Завтра дочитаем.
- Давай.
У меня есть карандаши и раскраски.
Я провожу.
Жаль, у нас в деревне
лимоны не растут.
- Чего?
- Да того.
Съела бы ты лимон,
лицо такое довольное.
- Ты о чем?
- О том. Ты весь вечер улыбаешься.
Что, бывший хахаль из головы не идет?
- Сдурел, что ли, Борис? Сдурел, да?
- Не волнуйся, Марина Васильевна.
- Я не волнуюсь.
Волнуешься. Такой мужик,
да еще и деловой.
Короче, если ты там чего,
я драться буду.
Прекрати. Вроде не пьяный,
а несешь какую-то чушь.
У нас дочь с тобой -
взрослая невеста, а ты городишь.
Ой, все, и Вадим,
он совершенно другой.
- Горбатого могила исправит.
Короче, договорились.
Ходи от него подальше.
- Не могу я ходить от него подальше,
он парторг.
Все, перестань меня оскорблять.
Твои подозрения глупые.
- Все, вот опять лыбишься.
Съела бы ты лимон.
- Перестань.
- Да ладно. Ну ладно, прости.
Прости, говорю.
- Боря! Соседи смотрят.
- Соседи...
Ишь, какие соседи-то новые!
Начальники, а все стараются
простыми быть.
Жена такая,
готовить совсем не умеет. Давай.
Садись. Вот...
- Сразу в постель?
- Да, пойдем спать уже.
А Ксюша будет в нашей школе учиться?
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
- Ну куда ты в сапогах?
- Лизка где?
- В комнате у себя.
Наследишь, Андрюш.
- Знаешь, куда она намылилась?
- Кто?
- Кто-кто... Лизка.
Что переспрашиваешь?
Куда она после школы собралась?
- Так ведь в город в педагогический.
Вместе же обсуждали.
- В Москву она навострилась.
Сидишь тут ничего не знаешь.
Нафантазировала себе.
- Ой, да как это? В такую даль? Зачем?
- Парторг новый сказал.
- Да поди, брехня.
- Не в той он должности,
чтобы брехать.
- Да пошутила, поди.
В педагогический готовится,
книжки читает.
Ты ужинать будешь или сперва в баню?
Ты куда после школы?
- В педагогический.
Ты на собрании был, знаешь.
Обещали направление прислать.
- Врать научилась, хитрить.
Правду говори.
- Парторг донес? Да я ж пошутила.
- А я не шучу. Ремень снять?
Хватит.
Хватит меня ремнем пугать.
Я не маленькая.
Я собралась в художественный
институт. В Москву.
- Господи...
- Да. Да.
Пап, ну не хочу я свою жизнь губить.
Я уже все решила.
Я хочу стать модельером.
Мне уже прислали правила приема.
У меня знаешь сколько эскизов?
Я кому показывала - все хвалят.
- Хвалят её. Слышишь? Хвалят.
- Ну хорошо.
- А что ж ты мне не показала?
- Да ты бы ругался.
Я бы тебе перед отъездом
все объяснила.
- Покажи.
- А ты покажи.
Да. Покажи.
- Да?
Только ты меня не отговаривай.
Я уже все решила. Я не отступлю.
- Покажи. Покажи.
- Ага.
Покажет. Покажет.
Пап!
Нет! Нет!
- Андрей!
- Папа, нет, нет!
- Только заикнись еще раз о Москве!
- Тихо-тихо!
- Да я сбегу, ты меня не удержишь!
Ты ретроград, ты хам, ты сволочь!
Я три года работала!
Работа в коровнике, дочь,
а это баловство!
- Доча, окстись, нельзя так с отцом!
- А со мной так можно? Ты сволочь!
- Дочка, успокойся!
- Иди сюда, иди сюда!
Андрей! Нет! Нет!
Мама!
- Да все!
- Оставь!
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше.
Те, что ходят по земле.
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу,
Нитку в небеса подбросила.
И я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...


Серия 2

- Устраивайтесь!
- Ого! О таких апартаментах
можно только мечтать.
- У нас с вами апартаменты -
поле, ферма и гараж.
Надеюсь, вы понимаете,
что у нас не кабинетная работа?
Конечно понимаю.
Не, правда, шикарный кабинет.
- Не хватает только кушеточки в углу.
- Зачем?
Ну как... Ты же хорошеешь
с каждым днем.
- Спасибо.
- Ну правда.
Морщинки, седина, тусклый взгляд -
это все не для тебя.
Как у тебя получается?
Хорошеешь с каждым днем.
- Да, этот недуг не лечится.
- Какой?
- Тот самый.
- Ну ладно, Марин,
ты не усложняй, правда.
Семейная жизнь - она затягивает,
как любое болото. Мы же с тобой
можем и развеяться, а?
- Тем более сами этого хотим.
- Есть у меня один доктор.
Мой муж, например.
Он тихий, спокойный, но...
будут у тебя апартаменты
до конца дней твоих -
койка в доме инвалидов.
Будем считать, что это шутка.
А вот, с женой посоветуйся.
- Вы ко мне?
- Ну, наверное.
В школу парты новые нужны,
старые совсем разваливаются.
А-а, парты! Тогда вам
к парторгу. Обсуждайте.
Ага, сюда. Парты, значит? Хорошо,
будем искать деньги на парты.
Через пару дней
сообщу тебе результат.
Проходи. Мой кабинет. Смотри.
А?
Ой!
Присаживайтесь.
Слушаю вас внимательно.
"Дети, дети, дети"
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...
- Чего там?
- Да ой!
Врач! Врач нужен!
- Давай звони!
- Что, кому-то плохо?
- Врача нужно! Давай в контору звони!
- Лиза...
- Чего вы тут?
- Давай беги в гараж,
- газик заводи и дуй к Истоминым.
- Черт! Недосмотрели!
- Что случилось-то?
- Да Лизе, говорю, плохо.
- Врача! Врача нужно!
- Да врач только к вечеру доедет.
- А, черт!
- Пойдемте.
- Где она?
- Там, там.
Ой, беда, беда, беда!
НИНА ПЛАЧЕТ
- Дышит. Андрюша, легонечко подними.
- Давай.
Все хорошо, хорошо.
Надо ее хоть чем-то укрыть.
А вот, одеяльце.
Андрюша, давай укутаем ее.
НИНА ВСХЛИПЫВАЕТ
Все, все. Понесли.
Портфель с документами забери.
Дверь, дверь...
- Шапку надень.
- Доченька...
Нина, ты своему хоть тулуп возьми!
- Держи.
- Укрывай.
Господи...
Ну не ной!
- Ой, горе-то! Ой, беда!
- Что она сделала-то, а?
Отвар. Отвар у меня стоял
желудочный.
Я по пол чайной ложки пью,
а она - всю бутылку.
Теть Нин, все хорошо будет.
Все хорошо будет.
- Густой отвар-то. Чистый яд.
- Тихо-тихо-тихо.
Пойдем. Пойдем-пойдем.
Людям свойственно умирать.
Не накручивай.
- Приедет комиссия - разберемся.
- О чем ты разговаривал с ее отцом?
Просто поинтересовался, правда ли
его дочь собирается поехать в Москву,
- там учиться. И все.
- Ты говорил грубо? В смысле, строго?
Я говорил, как обычно.
Не наговаривай глупостей.
Что?
Откачивают. Тяжелейшее отравление.
Там бригада из городской больницы
приехала. Врачи ничего не обещают.
Слушайте, ну девочке 17 лет -
самое время любви.
- Наверняка неразделенная любовь.
- Нет, товарищ парторг,
- это не любовь. Это ваши эксперименты.
- Это вы про политику партии,
- Тамара Юрьевна? Это - эксперименты?
- Только бы выжила, только бы...
Мы заперли ребят в деревне,
как в тюрьме, и думали,
что не будет последствий.
С молодежью так нельзя.
Вспомните, что было в Чехословакии.
Ого! А что было в Чехословакии?
Контрреволюция,
которую мы помогли подавить?
Нет, там была революция.
Молодежь требовала свободы.
Наши молодые пока молчат.
Но это пока.
Плохо, Тамара Юрьевна, очень плохо.
Слушаем вражеские голоса?
Газету "Правда"
научилась читать между строк.
Так вот, у нас не Чехословакия.
В нашей стране восстание в ближайшие
лет двести
не планируется.
Это я вам гарантирую.
И впредь попрошу быть поаккуратнее
- с высказываниями.
- Вадим Борисович,
может, правда все отменить
к едрене фене?
Пускай едут куда хотят
и делают что хотят.
Отменить? Конечно. Отлично. Отменим.
Из-за какой-то девочки Лизы
мы отменим решение
правительства и партии?
О чем мы сейчас говорим?
Потом. Все дискуссии потом.
Любовь - огромная страна,
Чудесных тайн она полна...
ЗАЛ ПОДПЕВАЕТ:
С пути так просто сбиться,
И, чтоб не заблудиться,
Ты не ходи туда одна.
Спасибо!
КРИКИ ПОДДЕРЖКИ
ИГРАЮТ ЛИРИЧНУЮ МУЗЫКУ
Можно вас пригласить?
Благодарю.
- Оп, аккуратно.
- Сюда?
- Молодец мужик!
- Кто?
Ну, парторг-то новый.
Знал, чем увлечь народ.
- Теперь не уедет никто.
- Я пыталась помочь.
- Пашка все-таки лихой.
- Угу. Если только от слова "лихо".
- Зина!
- Что?
Выдаешь себя с головой.
Он тебе нравится.
- Павел!
- А что, если вы мне нравитесь?
М? Я имею право влюбиться?
Имеете. Только храните это в тайне,
прежде всего от меня.
Вот увидишь, Юрьевна сломается,
он ее дожмет.
Да ладно, я тебя умоляю. Нет.
Доченька, а уж отец-то как извелся.
Ему не перечь.
Как тебя отпустить в такую даль?
Пропадешь одна.
- Знаю, мам.
- Ну, к нам в город - ладно.
- А в Москву...
- Мам, я все знаю,
ну говорили же, я никуда не поеду.
Ты иди. Проходи.
Я скоро. Там мама внизу.
Подождете меня?
Да-да-да.
Дура ты, Лиза. Умереть ведь могла.
Ну, может, оно и лучше было бы.
- Ты с ума сошла?
- Как ребята?
Да ничего. Песню разучили.
Зажигают на танцах.
Эй, ты чего?
Ничего. Жалко.
Я так мечтала... Папа эскизы сжег.
Ну, ничего. Ты сделаешь новые.
Да зачем?
Лиза, ты что, передумала?
Лично я еду.
- Но как?
- А вот так, села и поехала.
В Москве напишу:
"Извините, я в столице.
Кричите, ругайтесь, плачьте -
мне все равно".
- Разрешение нужно.
- Лиз, какое разрешение?
- Мы взрослые люди, с паспортами.
- Деньги нужны.
Ну, добудем. Ты мне одно скажи:
ты согласна? Если согласна,
мы будем вместе готовиться,
вместе поедем.
- Да конечно, конечно, Наташ.
- Ну, все. Подробности потом,
- когда домой вернешься.
- Спасибо тебе! Ты такая молодец.
Только никому.
Я даже Максиму не сказала.
Хорошо. А как нам деньги
раздобыть, я придумаю.
Ладно.
- Добрый день, рабочий класс!
- Здравия желаем
- партийному начальству!
- Здорово!
Здорово! Ну, как дочка-то?
Обошлось, дома уже.
Завтра в школу пойдет.
Это хорошо. Про Москву
больше не вспоминает?
- Не, говорит, передумала.
- Ну слава богу.
В город ей надо, не держите.
Направление в педагогический
- я сделаю. Здорово, сосед!
- Здорово.
- Когда на охоту? Ружьишко я купил.
- Ну как скажешь.
- Боря вон тоже рвется.
- Пора, пора. Зима кончается,
непуганые зайцы табунами ходят.
Может, завтра?
Завтра? Давай послезавтра.
- У меня важная командировка на сутки.
- Дела?
- Дела. Договорились?
- Да по рукам.
Бывай, сосед.
"Дела"... Деловой!
Горбатого могилка исправит.
Ты о чем?
Да... Мы с Маринкой моей
чуть не разбежались
перед самой свадьбой. Из-за него.
Из-за него?
Угу.
Они однокурсниками были.
Он клинья под нее подбивал -
она поплыла.
Опомнилась, конечно, потом.
- Видать, ходок партиец-то был.
- Еще какой!
В городе в обкоме работал.
Погорел из-за бабы.
Перевели куда-то - там снова скандал.
Чуть из партии не поперли.
Теперь вот к нам сослали,
говорят, что остепенился.
Плохо верится.
Я это к чему говорю?
- Ты там поглядывай.
- Чего?
Ну, жена твоя - женщина видная.
Сам понимаешь, скандал ни тебе,
ни колхозу не нужен.
А жена-то его, Валентина,
что, терпела все это время?
Ну, терпела, прощала. Редкая баба.
А главное, красивая.
Чего этому барану надо?
А он на сторону бежит.
"Дела". Знаем мы, какие дела.
Очередную бабу нашел -
вот и все дела.
Макс, помоги, а!
Скворечник надо сбить,
- по труду задали.
- Не могу - репетиция.
- Батя придет - сделает.
- Батя скажет: "Отстань, уморился".
Дед, помоги скворечник сделать.
Ой, сынок...
- Батя придет, его проси.
- Батя скажет: "Отстань, уморился".
Ванюш, давай я помогу. Иди.
Где у тебя доски? А?
- Там.
- Вот эту маленькую возьму?
- Ага.
- А инструменты?
Ага.
- Бать, скворечник поможешь сделать?
- Отстань, уморился.
- Мне завтра сдавать, по труду задали.
- Потом. Полежу маленько.
- Мне двойку поставят.
- Потом.
Ксюша! А мы тоже скворечник делаем!
Давай.
Сами справимся.
Держи здесь.
- Ага.
- Ага, вот так.
ШУМ ПИЛЫ С УЛИЦЫ
Ну что тут у вас?
Давай доделаю. Иди в дом.
Ладно.
Смотри.
Так...
На, забивай второй.
Мужик уже почти.
Вот, молодец, давай доделывай.
Я пойду погляжу.
Давайте помогу.
- А что ж папка не поможет?
- В командировке.
А ребенку завтра на труде
отчитываться.
Нехорошо, если директорская дочка
двойку получит.
Не получу. Все равно доделаю.
- Ну вот, держи.
- Ой, чудо! Сейчас Ване покажу.
- А он тебе свой покажет.
- Спасибо.
Мам, а в благодарность мужчинам
стопку подносят.
Не знаешь, что ли?
Ты молчи.
Ну что, может, правда стопочку?
Не откажусь.
Ну, пойдемте.
- Больше не соскальзывает?
- Нет, так, гуляет немного.
- Но я приглядываю.
- Выпейте со мной.
Хорошо.
Да... Подошло бы вам.
Что?
Кольцо большое с красным камнем.
Видимо, для вас и предназначено.
Какое кольцо?
Мам, я пришла.
Дочка... кушать?
Раздевайся давай.
- Поедите с нами?
- Да нет, спасибо.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
Держим ритм!
Юр!
- Ты можешь не отставать?
- Я по нему ориентируюсь.
Ориентируйся, слушай.
- Парни!
- Все! Заканчиваем!
- Пять минут.
- Нет. Ребята, все! По домам!
- Ребята!
- Десять минут еще!
Закругляемся! Все!
Сворачиваемся.
О-ох...
- Ребята, до встречи.
- Давай.
Давай.
- Пап, ты чего?
- Ничего, подышать вышел.
Иди спать ложись.
Забыли что-то?
- Оно твое.
- Это что?
Распоряжайся им как хочешь.
Хочешь - выброси, хочешь - носи,
хочешь - спрячь.
Оно появилось не просто так,
- аккурат к твоему приезду.
- Нет, я не возьму.
- Оно твое.
- Я не возьму это.
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
Здорово, сосед!
Ужинать будешь?
- Я думала, ты завтра приедешь.
- А я сегодня.
Все сделал и решил,
что переночевать надо дома.
- Ты мне мстишь?
- О чем это ты?
Я не хочу ругаться,
я просто хочу понять.
Я понимаю, у тебя есть все основания
мне мстить,
но я не ожидал.
Прекрати. Что ты подумал?
Как ты вообще смел такое подумать?
А я не подумал, я видел.
Увидел и теперь пытаюсь понять.
Прекрати меня мучить.
Что ты увидел?
Это недоразумение.
Подожди.
Прости меня.
Ты не представляешь. Я не переживу,
если ты мне изменишь.
- Только сейчас это понял.
- Ты же знаешь, что это невозможно.
Да.
Нам надо переехать в центр деревни.
Там есть пустая изба.
Он больше не придет.
СИГНАЛИТ
- Чего застрял? Поехали, поехали!
- Да неохота, голова что-то...
- Полежать хотел.
- Чо полежать?
Я две бутылки первача взял.
Поехали. Давай шустрей.
- Ну что?
- Что? Здорово!
- Я готов.
- Здорово!
- Поехали?
- Поехали.
"Как летаю я, я не знаю."
Поцелую я тебя, да и летаю.
Я не знаю, но летаю.
Как целую тебя, я не знаю,
Поцелую и медленно таю.
Поцелую и растаю.
Как целую я, я ликую,
Словно птица, я верчусь
Да и токую, я токую и ликую.
Обниму тебя, нежно воркую.
И от счастья я пьянею да колдую.
Я пьянею, я колдую.
Как колдую я, я дрейфую,
Я плыву куда-то вслепую.
Оттого, что я тебя целую,
Я своею жизнью рискую.
Как целую я, я блефую,
Говорю тебе, что я найду другую,
Да не такую - золотую.
Как целую тебя, знают губы:
То как ангела, то очень грубо,
То как ангел...
то очень грубо.
Оттого, что я люблю такую,
Я своею жизнью рискую.
Навсегда с тобой прощаюсь
И опять к тебе я возвращаюсь...
- Чуть не кокнул парторга.
- Чего?
Да ну тебя с шутками этими!
- Наливай.
- Давай Вадима подождем.
Да пусть погуляет.
Хлопнуть охота. Налей.
- Ну что, породнимся скоро?
- Посмотрим.
Они сейчас не спрашивают. Это мы
раньше к папке с мамкой бежали:
- "Жениться хочу".
- Они уже года три под ручку ходят.
Наташка мамке призналась:
после школы поженятся.
- Институт же.
- Если в городе на учебу поступят
и поженятся,
надо бы им комнатку снять.
Посмотрим.
Снимем в складчину,
если не разбегутся.
ВЫСТРЕЛ
- Неужели попал?
- Да вряд ли.
Они все рукозадые, эти красавцы.
А не помнишь, как эта ямка
называется вот здесь?
Да я не знаю. А что?
Да так, просто.
А? Смотри какой!
А? Матерый. С первого выстрела.
- Ну теперь можно и на сохатого.
- Это можно.
Ну... с полем!
Сосед, ты бы на спиртное-то
не налегал.
Знаю.
Может, яичко?
Хорошо.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Надежда Сергеевна?
- Да!
- Здравствуйте!
- Вот, книги принесла сдать.
Ага... Что-то вы
не заходите к нам.
- Дела?
- Дела.
Вот здесь.
А мы сегодня баню истопим.
Вечером. Приходите.
Вряд ли. Спасибо вам, но вряд ли.
Выпускной на носу.
- До ночи на работе. До свидания!
- До свидания!
- До свидания!
- До свидания!
- Чего не обедаешь?
- Сыт.
Ну да.
- Мам, мы уже погрели все.
- Ой, молодцы.
Дед Игнат грустит.
Соседи какие-то неприветливые стали.
В баню отказались. Брезгуют, что ли?
Нечего к ним навязываться.
Не хотят - не надо.
- Я на работу.
- Угу.
Ничего, скоро породнимся.
Ванька вон с Ксюхой поженятся.
Сам ты женишься.
Просто играем вместе.
- Ваня, когда я ем, я глух и...
- ...нем.
Прекрасно.
- Не надо ссориться.
- Ну а что? Он первым начинает!
- Тишина.
- Я суп быстрее доел.
Тишина.
Отлично! С руками вырвут.
По пять рублей пустим.
По шесть. Это же не срисовано
с журнала, не поточное производство.
Все мое, авторское.
Индивидуальный пошив.
Ну, по-научному
это называется "эксклюзив".
Посмотри, такой плиссировки
ни у кого нету. Минимум шесть.
Так, десять юбок по шесть рублей.
Хватит на еду и на дорогу.
- Билет перед отправкой купим.
- А если не будет билетов?
Да ну! В общий наверняка будут.
Хозяева! Тук-тук! Есть кто дома?
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
Извините за вторжение.
Мы из городского краеведческого
музея, покупаем старые вещи.
Есть у вас что-нибудь старинное?
- А что именно?
- Самопряхи, туеса, ложки, миски
деревянные. Мы платим хорошо.
Может быть, иконы есть?
- У вас есть?
- Нет, у нас магазинное все.
- Самопряху недавно выкинули.
- А иконы?
Нет конечно. У меня мама
председатель колхоза.
- Ну что ж, ясно. До свидания!
- До свидания.
У нас есть икона,
только мама ее где-то прячет.
Какая разница? Денег нам достаточно.
- Здравствуйте!
- Из музея мы, из города.
Старые вещи покупаем.
Ну и иконы, если есть.
- Ну пойдемте.
- О, спасибо.
Вот она.
Ого, старенькая. Надо менять,
конечно. Не видно ничего.
А у нас хорошая, новая.
Ух ты, какое загляденье.
Ну оставляйте.
- Отлично. Вашу, стало быть, забираю.
- Подожди, давай сначала
- о цене договоримся.
- Цена? За эту рухлядь?
- Мы же взамен новую оставляем.
- А я думаю, тысячу рублей.
Шутишь?
А что, думаете, дорого?
Да не то чтобы дорого,
эта доска вообще ничего не стоит.
Ребят, не пижоньте.
Я же газетки читаю, радио слушаю.
Покупаете по дешевке, а потом
загоните каким-нибудь иностранцам
- за тысячу. Правильно?
- Мы из музея.
Из какого музея? Я же вижу,
вы нормальные барыги.
Вы работайте, я вам не мешаю,
только и вы мне голову не морочьте.
Бабка говорит,
вот этой иконе 300 лет.
Ну, раз 300 лет - 300 рублей.
По рублику год.
- Не-а. 500. И это не обсуждается.
- Да нет, это обсуждается.
- 500 - цифра нереальная.
- 500. И имейте в виду,
у нас мало времени. Сейчас бабка
придет, она такой шум поднимет -
ни мне, ни вам этой иконы
потом не видать.
- Да ты не промах.
- Ага.
Вы давайте поторопитесь, ребят.
Есть.
А!
Красота какая!
Пятьсот!
Здравствуйте!
Ой...
Привет, бабуль! Где была?
Да у кумы посидела.
- Ага.
- В сельпо зашла, прянички купила,
чай попьем.
- А это что за люди-то были?
- А это, бабуль, начальство приезжало.
- А чо?
- А указ вышел - старые иконы изымать.
Вот и изъяли. Бабуль,
ну не переживай, ничего страшного.
Они новую нам икону дали. Красивую.
Бабушка, ты сейчас будешь
на нее смотреть, молиться
да любоваться. Честно говорю.
Я сам даже, думаю, помолюсь с тобой.
Красивая невероятно.
- Ой... Икона...
- Давай покажу.
Так. Все-все-все, не переживай.
Что ж ты так переживаешь-то, а?
Бабуль, аккуратненько. Давай-давай.
Оп! Садись. Смотри, какая красота, а?
Давай я тебе поближе покажу.
- О!
- Ой!
Ну прям вся светится. Ну чего ты,
бабаня? Ну, ладно тебе.
- Пропали, сынок!
- Ой, чего пропали?
- "Пропали". Нормально, бабуль.
- Пропали, сынок. Не отмолить мне
теперь ни тебя, ни себя.
Ой, боже мой...
Торговцы опять старье покупают.
Мы им старую дерюгу за 30 копеек
- продали.
- Макс, можно с вами?
- Еще чего. Дуй домой.
- Можно с вами?
- Домой, сказал.
- Беги домой.
- С нами...
- Малой.
С нами...
- Уроки выучил?
- Да выучил, выучил.
Слушай, а хочешь за ними?
- Зачем?
- Они клад нашли.
Ну пойдем.
Тихо ты!
ПЕРЕСВИСТЫВАЮТСЯ
А откуда клад?
Богатые после революции убегали,
закапывали.
Идем.
- А что закапывали?
- А, ну, деньги, золото.
ШЕПОТОМ: Тихо!
Пригнись!
Да тише ты! Сань!
- Тихо...
- Отстань от меня.
- А что они остановились-то?
- Наверное, передохнуть решили,
а может, прямо здесь копать будут.
ДОНОСИТСЯ СМЕХ
Ой.
- Да тише ты!
- Отстань! Все.
- Ну?
- Расскажи, как вы с ним погуляли?
Ну расскажи!
ДЕВУШКИ СМЕЮТСЯ
Ой, как хорошо!
Ага, конечно.
А давай полотенцем...
Дурак ты, Ванька.
Не за кладом они пришли,
а на девчонок посмотреть.
- Зачем?
- Идем, потом расскажу.
- Классная, да?
- Жениться хочу.
Да можно и без женитьбы.
Вон в городе сплошь да рядом
любовницы там и все такое.
Вот женщина, создала же природа.
Любуешься,
и все внутри переворачивается.
- Инстинкт.
- Домой надо.
Да посиди, невтерпеж.
Иди вон в кустики, пошуруй.
Да сам пошуруй.
Я же вовсе не про то.
В Москве, наверное,
девчонки особенные.
Да все они одинаковые,
как под копирку.
- Ты проверял?
- Не беспокойся, проверю на днях.
Вот вы меня сейчас распалили,
возьму и женюсь. Не шуровать же.
СМЕЮТСЯ
Шнуровать.
Добрый день!
- ВМЕСТЕ: Здравствуйте.
- Здрасте.
Да каждый год одно и то же:
горючее, опять горючее.
Покос в самом разгаре. Ну пока ведро,
пока солнце стоит,
пока дожди не зарядили каждый день,
нужно работать круглосуточно.
А мы встанем посреди поля
без горючего. Отлично.
Хорошо, если вы завтра не доставите,
то будем разбираться в обкоме.
Конец связи. Все, не могу, прости.
Забыла, ну.
- Завтра, да?
- Да, завтра.
И кстати, машины все в поле.
Марина, два часа всего -
и парты будут здесь.
Хорошо. Все, утром будет машина.
Режете меня без ножа.
А- а-а...
ВМЕСТЕ: И любить усталые глаза.
В флибустьерском дальнем синем море
Бригантина поднимает паруса.
В флибустьерском дальнем синем
море...
Ты чего не поешь?
ВМЕСТЕ: ...Бригантина поднимает
паруса.
Догоняйте давайте.
ВМЕСТЕ: Капитан, обветренный
как скалы...
Ай!
ВИЗГ, СМЕЮТСЯ
Вставай давай.
- Штанину отряхни, грязная.
- Держи его!
Спой.
Мама договорилась с Кириллом,
и он отвезет нас до автовокзала,
- а там на рейсовом до речпорта.
- Во сколько пароход?
В два.
А давайте вместе споем.
Песни у людей разные...
Оп, я раскачаю тебя,
с твоего позволения, конечно.
...А моя одна - на века.
Звездочка моя ясная,
Как ты от меня далека.
Картина "Красота на качелях".
Поздно мы с тобой поняли,
Что вдвоем вдвойне веселей...
Какая красивая девушка
у нас летает на качелях.
- Пойдем поговорим.
- Пойдем. Я скоро вернусь.
...по небу,
А не то что жить на земле.
- Тихо, тихо. Чего ты? Полегче.
- Я тебя убью.
- Тихо, тихо.
- Я тебя убью, понял?
- Успокойся.
- Слушай меня внимательно.
Еще раз сунешь свой нос к ней,
я тебя покалечу.
На ней же не написано, что она
твоя собственность, правильно?
- Ну так пускай она сама решит.
- Она уже все решила.
Да? А ты уверен?
- Ах! Максим!
- Тихо, тихо, тихо.
- Ты чего, э?
- Перестаньте, перестаньте.
- Смотри, бешеный какой. Успокойся.
- Мальчики, ну праздник, ну что вы?
Да ничего, я веселюсь,
я на празднике.
- Ну что ж такое, а?
- Смотри на меня.
- Это из-за меня, да?
- О чем ты с ним шепталась?
Дурак, я не помню, о чем-нибудь.
Максим, я тебя очень...
Ты очень для меня дорог. Я...
Я хочу быть с тобой всегда, всегда.
Я тебя никогда не разлюблю.
Я просто это знаю.
Только, пожалуйста... пожалуйста,
не надо глупых подозрений, ладно?
Прости, пожалуйста.
Пойдем.
Ну что, ребят, ничего не бойтесь.
Дерзайте.
- Девчонки, идите сюда.
- Пусть у вас все получается. Да?
- ХОРОМ: Да.
- За вас, за нас.
За нас, за вас.
РАДОСТНЫЕ КРИКИ
Ну что, спасибо.
Ты прекрасный кавалер.
А ты самая красивая в мире
учительница.
- Ну, заходите как-нибудь в гости.
- Спасибо. А прямо сейчас можно?
А сейчас нельзя.
А сейчас уже поздно.
Да какие наши годы? Нам, молодым,
надо спать через сутки.
Это прекрасная мысль,
но я люблю высыпаться.
- Что вы делаете?
- Осуществляю детскую мечту.
Я наконец-то взрослый человек
и имею право поцеловать
- любимую женщину.
- Павел, никогда так не делайте.
Сто рублей, прямо сейчас.
Сто рублей. Это три твоих зарплаты.
Пошел вон отсюда!
- О, мать!
- Держи.
- Наташка, давай, корми мать.
- Мам, я все приготовила.
- Спасибо, доченька.
- Устала?
Еще как.
- Марин, ты чего такая?
- Боря, соляру нужно где-то достать.
- Где ее достанешь, солярку-то?
- Мам, пап, мы с Лизой завтра в город.
- Зачем? Месяц же до экзаменов.
- Подруга пригласила.
Помнишь, мы в городе познакомились?
Вот, у нее квартира своя.
Пригласила пожить.
Будем вместе готовиться.
- Так что дома не готовитесь?
- Ты ешь давай.
А у нее библиотека огромная.
Мы в институт пойдем,
- методички возьмем, так удобней.
- Ну, раз удобней, езжай.
Борь, тебе лишь бы ребенка
из дома спровадить.
Ты чего? Хочет - пусть едет.
Не на край же света. Город рядом.
Ох, Лизка, отпускать страшно,
и не отпустить нельзя.
- А сколько там учиться-то?
- В институте-то? Пять лет.
- А потом сразу домой, в деревню.
- Ну, езжай.
На попутке?
До райцентра на попутке,
а там автобус.
До райцентра? Довезем.
Завтра посылаю грузовик за партами
для школы, поэтому довезет.
Ну что? Иди собирайся.
Так я уже все собрала.
Шустрая.
Пишите. Девчонки,
если будут проблемы, пожалуйста,
- возвращайтесь домой. Хорошо?
- Да.
А ты проконтролируй товар.
А то в прошлом году...
- Хорошо. Прослежу.
- Да и в позапрошлом тоже.
- Такую рухлядь прислали.
- Ну, конечно, прослежу.
- Он? Других не было?
- А что?
- Да нет, ничего.
- Пойдем.
Ой, девчонки.
Сердце неспокойное.
Аккуратно.
- А ты-то куда? Садись в кабину.
- Ну хорошо.
Ну что?
Супчик не забывайте есть.
Денежку к белью пришила?
И напишите!
РИТМИЧНАЯ МУЗЫКА
Все!
"С паровозами
и туманами В набегающие поля
- "На свидания с дальними странами..."
- Свобода?
- "...Уезжаем и ты, и я".
- Свобода!
Ура! Здравствуй, мир!
- Ты Максиму не рассказала?
- Нет, никому не говорила.
Прекрасно. В Москве всем напишем.
"Уезжаем и ты, и я."
Мы вернемся, когда наскучит
Жить с медведями, без людей,
В город мокрый и самый лучший,
В город юности и дождей.
Уезжаем от мокрых улиц,
Безразличия чьих-то глаз,
Парусами странствий надулись
Носовые платки у нас.
Мы вернемся, когда наскучит
Жить с медведями, без людей,
В город мокрый и самый лучший,
В город юности и дождей...


Серия 3

"Дети, дети, дети"
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка.
Я все дальше от земли
Мама моя родная!
Улетаю в небеса,
В небеса холодные.
Глаз твоих уже не вижу
И не вижу личика.
То мимо стая пролетает,
То маленькая птичечка.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
И я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от страха трепещу,
А на лице улыбочка...
- Тетя Нина, здравствуйте!
- Здрасте!
- Наташка у вас?
- Кто?
- Наташка Портнова.
- А, уехали.
- Куда уехали?
- В город.
- Зачем?
- В институт.
Готовиться, говорят, будем.
Экзамены через месяц.
Мы вместе собирались.
- Ну, я не знаю.
- Ну ладно.
Максим!
Почти полгода прошло с того дня.
Почти полгода.
И что?
Хотел забыть, из головы выбросить.
Хорошо, что выбросили.
Это по-мужски.
Я не могу без тебя жить.
Я буду ждать.
Ждать нечего.
А не ждать нельзя.
Мы уедем. Сразу не получится.
- Но... через год уедем.
- Зря.
Я все равно тебя найду везде.
Там старшеклассники в школе,
они помогут разгрузить.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
А что происходит?
Где Валентина Георгиевна?
- Гуляет.
- Что значит "гуляет"?
- Решила пройтись.
- Что значит "пройтись"? А?
А, сосед?
Чудесно как, необыкновенно!
Я никогда не каталась на теплоходе.
Двое суток - и мы в столице.
Даже не верится. Поступить бы только.
Не поступим - через год поступим.
Год поработаем где-нибудь.
- Вот бы родителей успокоить.
- Напишем. Погорюют и перестанут.
- Пашка...
- О! Встреча друзей.
- Откуда?
- Оттуда.
- Тебя за нами послали?
- Шутишь? Кто меня пошлет-то?
- Вы сами откуда?
- Из дома едем.
Ну, и я тоже из дома еду.
Вот так совпадение. Докуда вы едете?
- До Москвы.
- Я тоже до Москвы.
- А зачем?
- Как это зачем?
Жить, работать, по Красной площади
гулять. Я вообще давно решил.
Я считаю, Москва -
лучшее место на земле.
Ничего себе! Я думала,
в скотники пойдешь.
Еще чего, в скотники идти.
А вы, значит, тоже в столицу.
Вот уж достанется из-за нас
нашим начальникам!
- Маму, конечно, уволят.
- Ничего. Пройдут годы - она поймет.
- Не хочу об этом думать.
- Точно-точно. Все, что ни делается,
девчонки, все к лучшему.
Вы, кстати, в курсе?
Здесь есть ресторан.
И я вас туда приглашаю.
- Я вас угощаю. Пойдемте.
- С ума сошел?
- Там, наверное, дорого.
- Гусары на барышнях не экономят.
Идемте, девочки, без разговоров.
Мой завхоз уехал к вам.
Вернется без горючего - все!
- Мы поедем жаловаться в обком.
- Тетя Марин...
- Повиси секундочку. Что случилось?
- Марина Васильевна, а где Наташа?
Мне сказали, она в город уехала.
Но такого быть не может.
Может, не успела попрощаться?
Сумбурно получилось.
Они уехали к экзаменам готовиться.
Там у подружки квартира.
Быть не может.
Мы с ней собирались через месяц.
Все, все, все. Вы здесь?
Петр Васильевич, вы меня услышали?
Я поеду жаловаться в обком.
Все, конец связи.
- Чего ты?
- Дайте адрес.
- Чей?
- Адрес девочек, к кому она поехала.
Да нет никакого адреса.
Устроятся - пришлют.
Ты чего переполошился-то?
- Ой, так...
- Извините за беспокойство.
Да ничего, ничего. Май, июнь...
Вот сбил... с мысли...
Вот это жизнь. Вечное движение.
А то мы спим в своем курятнике,
понимаешь.
Дамы, поднимаем бокалы,
давайте выпьем за жизнь.
Ой, мамочки, я такая пьяная.
Видел бы папка.
- Отоспимся. Двое суток еще плыть.
- А где ты там жить собираешься?
- Где-где, хату сниму.
- Паш, в Москве за все копеечка.
Ой, да ладно. Голова, руки есть.
И будут деньги.
А вы где жить собираетесь?
В общежитии?
Общежитие дадут, если поступим.
А так на вокзале будем ночевать, да?
В таком случае
я предлагаю вам свой кров.
Ну, пару деньков поживем на вокзале,
а потом, глядишь, и жилье организую.
Официант!
Можно счет?
- Девчонки, вы гляньте, какие штаны.
- Ой, это джинсы.
Сейчас в них вся заграница ходит,
я в "Бурде" статью читала.
- Как-как называются?
- Джинсы. У меня, кстати,
свой вариант был.
Жалко, папка эскизы сжег.
Понятно.
Угу...
- Сдачи не надо.
- Пять рублей?
Я вас потом догоню.
Здравствуйте!
Я прошу прощения,
штаны свои не продашь?
- Чего?
- Ну, штаны свои.
Жипсы или как?
- Прямо здесь?
- Ну, не прямо здесь.
Мы сейчас в коридор выйдем,
я тебе свои штаны дам,
а ты мне вот эти жипсы.
С доплатой, конечно.
Боюсь, доплата будет большая.
У меня жипсы настоящие. Левайсы.
- Сколько?
- Сам как думаешь?
Ну, тридцать? Тридцать пять?
Ну почти. Я сам их купил
за пятьдесят,
но если бы решил продавать,
просил бы семьдесят.
Я согласен.
- Куда едешь?
- На Москву.
- Ого! Прямо на нее самую?
- Ага.
Ладно.
Продам тебе за 50.
Завтра утром зайди в 202-ю. Понял?
Понял. Спасибо. Спасибо...
- Баб Мань, здравствуй! Где Пашка?
- А кто его знает?
- Так. А когда вернется?
- Сказал, не скоро.
- Что значит "не скоро"? А где он?
- Не знаю.
Спасибо.
Теперь уж не остановить.
Все под откос.
Спасибо. Я к Ваньке.
Мы с ним на речку.
Ты смотри,
на глубине там не купайтесь.
- Ксюша!
- Да, пап?
А у тебя, кроме Ваньки, друзья есть?
Есть же девчонки. С ними играй.
- С ними скука. А с Ванькой весело.
- Иди. Иди, и чтоб недолго там.
- Ты зачем ребенка смущаешь?
- А ты успокойся.
- А я спокойна.
- Нет. Ты нервничаешь.
Ты нервничаешь. И себя выдаешь.
Учитесь властвовать собою.
Хватит нравоучений.
Есть претензии - говори прямо.
Он к тебе вчера опять приставал?
Нет.
- А почему пешком пошла?
- Говорил всякие глупости.
- И ты терпела?
- Я вышла из машины и пошла пешком.
Да нет. Он не глупости говорил.
Это иначе называется.
Он гадости говорил. Замужней женщине.
Моей жене. И почему я
должен это терпеть?
А что ты предлагаешь?
Скандал на всю деревню устроить?
Драться? Может быть,
в райком пожаловаться? Что?
- Не знаю. Надо подумать.
- Он бы не подошел,
если бы не пришлось
в одной машине ехать.
Ты не мучайся и меня не мучай.
Через год уедем.
Раньше не получится,
а они пусть здесь сами кувыркаются.
Со своими передовыми
десятиклассниками, с курятниками,
с этими коровниками,
с пьяными трактористами.
Не мой мир. Не наш.
У меня отпуск будет.
Давай уедем вместе. Втроем.
Месячишко отдохнем.
У парторгов отпусков не бывает.
Тем более в страду.
Еще скажут, что дезертир.
И правильно сделают.
А лучше вы с Ксюшей вдвоем езжайте.
А я найду вам какой-нибудь хороший
дом отдыха поблизости.
ГУДОК ТЕПЛОХОДА
Сорок, пятьдесят...
- Точно такие же. Размер твой.
- Ага. Держи.
- Может, примеришь?
- Нормально, я тебе доверяю.
А пакетик мне дашь?
Так.
Ну что, в Москве
чем думаешь заниматься?
Пока в размышлениях.
- Хорошо зарабатывать хочешь?
- Конечно хочу! Кто не хочет?
- А чо делать?
- Продавать.
Продавать? Да ну, я же не девочка,
чтобы в продавщицы идти.
А чо продавать?
- Джинсы, майки, куртки, жвачки.
- Неплохо.
- Я думаю, у тебя получится.
- Да?
Да. Как говорится, хорошее обаяние
и умеренная наглость -
- драгоценный капитал.
- А что, я б попробовал.
- Особенно эти... жвачки.
- Так, приедешь в Москву -
- позвонишь, обсудим.
- Позвонить? А как?
- А ты что, никогда не звонил?
- Нет.
Так, в Москве
много телефонов-автоматов.
- Ага.
- Опускаешь в него
двухкопеечную монету, набираешь
циферки - и мы с тобой говорим.
- Ясно, я разберусь. Спасибо.
- Удачи.
Спасибо.
- Проблемы?
- Барахлит с утра.
Угу... Нам бы поговорить с тобой.
Пока проблемы дальше не пошли.
Слушай,
я тебя понимаю,
сам бывал в такой ситуации.
Бывает, так шибанет, что...
Так вот, я хочу дать тебе совет
как опытный бабник:
не лезь к женщине,
если она этого сама не хочет.
А я не опытный бабник.
И законов ваших и правил не знаю.
Так что буду жить без правил.
А без правил нельзя.
Без правил может быть и больно.
А ты не пугай,
пока еще ничего не случилось.
И не случится.
У тебя шансов нет, не теряй времени.
Я понимаю, приспичило, но поищи
на стороне. Что ж ты лезешь-то?
Как там говорится?
Не люби там, где живешь.
Потому что ни мне, ни тебе
эти проблемы не нужны,
- пока не случилось.
- Помочь не могу.
Что?
Слушай, ты,
мне твоя помощь не нужна, козел.
Запомни, я не только тебя -
я всю твою семью сгноблю, понял?
Вадим Сергеевич!
- Подбросить?
- Не-не.
- Что тут у вас?
- Мотор барахлит. Починю.
Ага...
Стыд и срам! Парторг посреди деревни
объясняется с соперником.
Или кто он тебе там?
Чего вы там сцепились?
Все, шашни завел с соседкой.
Я так и знала.
- Думала: когда же это произойдет?
- А этот ваш Кирилл часто гуляет?
- Ты о чем? Кирилл...
- Господи, как же... как же тупо.
По-деревенски кондово и тупо.
Я понимаю, взбудоражила
женщина голову мужику.
Бывает. Бывает. Но можно же
сделать все нормально.
Обаяй, очаруй.
Соблазни, а потом уже переспи.
Только сделай это красиво, изящно,
чтобы никто не догадался.
И чтобы кроме вас двоих
этого никто не знал.
И вот тогда я пойму. И даже прощу.
Потому что сам не святой.
- И с женой мы все обсудим и поймем.
- Валя и Кирилл? Это невозможно.
Да. Да. Он же, как таракан, лезет.
Понимаешь? И я не удивлюсь,
если в этой тараканьей башке
еще присутствуют любовь и чувства.
- Подожди. Вадим, Вадим...
- Помнишь, ты меня учила
по поводу деревни, нравственности,
вот этого целомудрия? И где это все?
Где? Если сосед лезет к моей жене,
нагло, тупо лезет к моей жене!
- И что мне делать?
- Успокойся. Тебе мерещится.
Послушай, у Вали отпуск.
Я хочу, чтобы она поехала отдохнуть.
Есть поблизости какой-нибудь
приличный дом отдыха?
- Да ты насочинял все!
- А, насочинял.
От безделья насочинял.
- Я говорю, дом отдыха поблизости есть?
- "Ключи". Там шикарный санаторий.
- Туда все начальство ездит.
- Далеко?
Ну, семь километров. А что?
Забронируй мне
номер на двух человек.
Пусть Валя с дочкой поедут туда.
И только чтобы ни одна живая душа
не знала.
Конечно. Надолго?
Я думаю, на месяц.
А через месяц решим.
Решим и, наверное, будем прощаться,
высоконравственные сельчане.
Вадим Борисович, успокойтесь.
Ей, как директору школы,
нужно будет обязательно вернуться.
А тебе можно будет уволиться
через два года. Не раньше.
Никто и ничто меня здесь
не сможет задержать,
если меня здесь пытаются
выставить на посмешище.
Успокойся.
Хорошо.
Дашь мне свой ГАЗ?
Сам отвезу жену и дочь.
Конечно.
Ой, ребят, что же мы натворили?
Она нас не примет.
- Кто?
- Этот город, эта махина.
- Огромная, чужая, страшная махина.
- Я положу этот город к вашим ногам.
Девочки, не дрейфить.
Везде люди, такие же, как мы.
А уж с себе подобными
мы разберемся. Да?
"С паровозами и туманами
В набегающие поля
На свидания с дальними странами
Уезжаем и ты, и я.
На свидания с дальними странами
Уезжаем и ты, и я.
Мы вернемся, когда наскучит
Жить с медведями, без людей,
В город мокрый и самый лучший,
В город юности и дождей...
"Промышленный дизайн".
- Ой, здравствуйте. Поступаете?
- Здрасте. Вы педагог?
- Нет, я выпустился в этом году.
- А, значит, вы все здесь знаете.
Скажите, как достать литературу?
Здесь библиотека закрыта.
Да там все равно нет ничего.
Только постановления партии
- и правительства в области искусства.
- А как тогда достать литературу?
- Какую именно?
- Ну, вот, допустим,
- "Современный промышленный дизайн".
- Какая вы особенная.
Вы совсем не особенный.
Я вам вопрос серьезный задаю,
вы ко мне клеитесь.
Девушка, подождите, у меня дома
много зарубежных журналов,
- мы могли бы...
- До свидания.
Подождите, я могу вам принести
эти журналы завтра сюда.
- Хорошо, спасибо.
- А как вас зовут?
- Елизавета. Елизавета Андреевна.
- А я Аркадий.
"Уезжаем от мокрых улиц,
Безразличия чьих-то глаз,
Парусами странствий надулись
Носовые платки у нас.
Парусами странствий надулись
Носовые платки у нас...
- Здорово!
- Здорово!
- Ну что, готов?
- Всегда готов.
- Все просто. Берешь товар...
- Ага.
- ...ищешь покупателей.
- Понял. А где?
Где хочешь: у поликлиник,
у НИИ, у универмагов.
- Ага.
- Сейчас в институтах
вступительные экзамены,
полно поступающих,
у которых в карманах
рублей по сто зашито.
- Ага.
- А те, кто с Кавказа
или поступают в театральные,
у них, может, вообще по тысяче.
- Подходишь и предлагаешь.
- Ясно. И подойдем, и предложим.
- Хорошо. Ну что, начнем с джинсов?
- Да, я согласен.
- Сколько возьмешь?
- Штук двадцать, я думаю.
Нет, Паша, давай начнем с пяти.
На самом деле это не так просто.
- Ладно, пять так пять.
- Давай паспорт.
- Зачем?
- Затем, что я тебя не знаю,
- ты можешь меня надуть.
- Да я даже не думал об этом.
Слушай, если сработаемся,
буду верить тебе на слово.
Но пока давай паспорт.
Все. Цена - 50 рублей за штуку.
Все, что сверху, твое.
- Ясно.
- Продашь, звони.
- Хорошо.
- Удачи.
РАДОСТНЫЙ СМЕХ
Хорошо.
Я прочитала. Мне понравилось.
Ну а рецензии и рекомендации где?
А я только утром приехала.
Белла Ахатовна Ахмадулина
обещала поддержку. Я буду ей звонить.
Белла...
Уж очень вы молоденькая.
Вам нужно рекомендацию
от какого-нибудь живого классика.
- От кого?
- От кого? Ну, от Михалкова, Тихонова.
Ну хорошо. Пусть будет Белла.
Возьмете у нее рекомендацию -
- заносите.
- Угу.
- Будет собеседование с мастером.
- Спасибо.
- Наташа... Ну как?
- Надо звонить Ахмадулиной.
- Но главное - стихи им понравились.
- Отлично. Значит, здесь на писателей
- учатся? Они что, все писатели?
- Угу. А у тебя-то что?
Все хорошо. Подала документы.
Послезавтра экзамены.
А еще с парнем познакомилась.
Такой славный, зовут Аркадий.
В прошлом году окончил наш институт.
Где Пашка? Заблудится еще.
- Ну что, может, пока письмо напишем?
- Давай.
Диктуй, что писать.
Привет, девчонки! Заждались?
Думали, не дождемся.
Думали, потерялся или сбежал.
Вот, письмо уже написали.
Работал, девочки.
Ну что поделать? Москва.
Тут город такой -
время терять нельзя.
Ну что? Может, в парке переночуем?
Тепло, мы не замерзнем.
Ой, девочки, вы меня недооцениваете.
В общем, вашего внимания требую.
Эйн, цвей, дрей!
- Это что такое?
- Это, девочки, хата.
Однокомнатный дворец
в столице нашей родины.
Снял на месяц,
но потом можно будет продлить.
- Да ладно, быть не может.
- Может, все может. Девчонки, давайте.
Пойдем, пойдем, вперед. Слушайте,
тут через дорогу есть магазин.
Можете, пожалуйста,
что-нибудь купить выпить, поесть?
А я буквально через пять минут буду.
Ладно?
Врет же, так не бывает. Квартира,
деньги. Зря мы с ним связались.
А я думаю, не врет.
Просто мы его недооценивали.
Нормальный такой гений.
Ну что? Ну врет - разбежимся.
- Нам с ним детей не крестить. Хотя...
- Что?
Он просто с 7-го класса
на тебя так смотрит.
Подумай, Наташ, большим человеком
будет, не то что твой Максим.
- Дура ты, Лиза.
- Да я пошутила.
Джинсы последние остались,
фирменные, "Техас".
- Ну, допустим, интересуют.
- Тогда за мной. Шагом марш.
Ну, ты чего, братец, маешься?
Экзамены, готовиться нужно.
Теть Марин, у вас родственники
есть в Москве?
- Чего?
- Родственники, знакомые есть?
- Нет. Тебе зачем?
- Мне кажется, Наташа в Москву уехала.
Господи, ты чего, выпил, что ли?
Или она что-то говорила?
- Впрямую ничего не говорила.
- Господи, что ты говоришь ерунду-то.
Напишет она завтра письмо
или послезавтра.
Я тебе дам обратный адрес,
напишешь, и в городе встретитесь.
ПЕРЕДАЮТ НОВОСТИ ПО ТВ
Целый месяц! Как отлично!
А потом общежитие получим.
Главное, крыша над головой.
К тому же телефон есть, а это важно.
Не у каждого москвича телефон дома,
я тебе скажу.
- Куда Наташка-то рванула?
- К Ахмадулиной.
Представляешь,
живую Ахмадулину увидит.
Наверное, скоро вернется.
- Здравствуйте!
- Здрасте. К кому?
- Я к Белле Ахмадулиной.
- Нет ее.
- Ну ничего, я подожду. Можно?
- Может, и можно. Но уехала она.
Сказала, на месяц. В Ялту вроде.
Давно уехала?
- Да уж пару дней как.
- Как же так? Мы договаривались.
Понимаете, я поступаю в институт.
Вот через месяц и приходи.
Это невозможно, мне нужно сейчас.
Вы знаете, где она в Ялте?
- Есть телефон?
- Ну откуда же мне знать?
Курорт какой-нибудь.
- Мы же договаривались.
- Ох, девонька,
нашла с кем договариваться.
Им же закон-то не писан.
До свидания.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
- Паш!
- А?
- Открой, это, наверно, Наташка.
- Сейчас.
Привет. А чо смурная такая?
Ахмадулина на юге,
будет через месяц.
- Надо ей написать.
- Они адреса не знают.
- Так, что мы будем делать?
- Не знаю. Я погибла.
Да брось, Наташа.
У тебя прекрасные стихи.
Тебя обязательно возьмут.
Вот увидишь.
Так, ладно, девки.
Нечего переживать.
Стол накрыт.
Вино сейчас будет налито.
- Давайте.
- Оп! Давай.
Вот так. Держи.
Ох!
- Совсем ведь ни одной весточки.
- Ну, пока устроится, пока напишет.
- Да еще Максим.
- Чо Максим?
Да убил своей вестью,
что она в Москве.
Ишь ты, любит, значит, Наташку.
Нервничает, вот и придумывает
про Москву-то.
Поженятся они, наверное.
- Поженятся. Про Кирюху-то слышал?
- Что про Кирюху?
Еще тот фрукт оказался.
Ну, что он с соседками.
- Вернее, с соседкой.
- Чего?
Вадик говорит,
что влюбился он в Вальку.
- А, ну, если Вадик говорит, ясно.
- Чо тебе ясно-то?
А тебе не ясно?
Черного кобеля не отмоешь добела.
- Это Вадик твой к соседке повадился.
- Не похоже.
Переживает, он нервничает.
В санаторий ее с ребенком отправил.
Ну, правильно, сбагрил жену,
чтобы не путалась под ногами.
А сам к соседке, к Надюхе.
Ну ничего, Кирюха его воспитает.
Он и из ружья может.
Да, допрыгается твой Вадик.
При чем тут Вадик?
Я говорю, Кирилл в Валю влюбился.
Давай, давай, защищай
своего бывшего хахаля. Чего ты?
Ничего, он сейчас наиграется
с Надькой, к тебе прибежит.
- Не знаешь, не суди.
- А ты и поплывешь,
- как тогда в институте.
- Все, хватит, хватит.
- Давай, давай.
- Тебе вообще ничего
- рассказывать нельзя!
- Езжай, езжай, на дорогу смотри.
Ну? Посмотри, какая красота.
Лес, природа.
Вода горячая, холодная,
не то что у нас.
Так что приказываю отдыхать
по полной. Ясно?
- Ну, согласись, как здесь красиво.
- Да.
Думаю, надо перебираться в город.
Как считаешь?
- Да, да.
- Ну что, оставляю вас. Отдыхайте.
- Пока.
- Пока, доча.
Пока.
Ну что, давай распаковываться.
- А ты мою расческу взяла, мам?
- Взяла. В боковом кармане
там посмотри.
Мам, а это чье?
- Это чужое. Надо отдать.
- Тебе бы пошло. Вот, примерь.
Так, все, хватит.
Знаешь что, а ты напиши письмо Ване.
- Письмо?
- Да, напиши,
что ты в санатории "Ключи",
что здесь очень красиво.
- Да, сейчас же, а то он обидится.
- Вот, давай.
- Здравствуйте! Ну как?
- Хорошо. Меня очень хвалили.
- Да, у вас замечательные работы.
- Откуда вы знаете?
Да мне друзья показывали
в приемной комиссии.
- Вот, а это вам.
- Ой, спасибо.
Какие же они прекрасные.
А где вы такие берете?
Это какой-то специализированный
магазин, да?
Да нет, у нас таких журналов
не достать.
Это отцу коллеги привозят
из-за границы.
- А ваш папа тоже художник?
- Ну да, он здесь был проректором,
- а мама завкафедрой.
- У вас династия, а вы продолжатель.
- Можно и так сказать.
- Спасибо.
Лиза, вы знаете, у нас дома
очень большая библиотека,
а мы тут рядом живем.
Приходите к нам в гости.
Я вам какие-нибудь журналы подарю,
мы все равно их все распродаем.
- Неудобно родителей беспокоить.
- А родители на даче,
и будут только друзья. У нас, правда,
мебели почти не осталось,
- но зато библиотека сохранилась пока.
- Ну как-то неловко.
Лиза, приходите. Сейчас я вам
адрес напишу. Это тут рядом.
Спасибо.
- Я буду вас ждать.
- До свидания.
Она, оказывается, уехала
и вернется через месяц.
- Но она обещала нам, поэтому напишет.
- Тебе сколько лет?
- 17.
- У тебя нет шансов, миленькая.
- Но Белла Ахатовна обещала.
- Твоя Белла Ахатовна...
Она не намного старше тебя
по образу мыслей и авторитету.
К нам приходят люди
с жизненным опытом, много пережившие.
Но твои стихи мне понравились.
Да-да, есть в них и искренность,
и свежесть.
Я не каждый раз
говорю такое абитуриентам.
Давай с тобой договоримся.
Придешь через год,
обещаю тебе поддержку.
А этот год поработай где-нибудь,
хоть асфальтоукладчицей,
хоть продавщицей. Неважно.
И пиши. Пиши, пиши.
Ну, только не о вечности
и прочей абстракции,
а о чем-то очень простом и понятном.
Ну, вот по принципу
"что вижу, то и пою":
как солнышко восходит,
как дети в песочнице играют,
как бабушка мелочь считает
в своем кошельке.
Договорились?
Договорились.
- Ой, как Здорово было.
- Надо будет повторить.
- С тобой реально все Здорово и круто.
- Ну, может, тогда проводишь меня?
Давай.
ДОНОСИТСЯ ЭНЕРГИЧНАЯ МУЗЫКА
СМЕЮТСЯ
ЗВОН БОКАЛОВ
- Здравствуйте! А где Аркадий?
- Аркадий?
- Да.
- Там.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
Здравствуйте, Лиза!
- У вас ремонт?
- Нет, съезжаем.
Вот распродаем все, что можно.
Слушайте, Лиза,
а пойдемте ко мне в комнату.
Там относительно уютно. Пойдемте.
Вот здесь очень много
всякой специальной литературы.
Просто бери, читай.
Запереться бы здесь на месяц.
И изучать, изучать, изучать,
- думать и смотреть.
- Ну, а в чем проблема?
Запирайтесь и работайте.
Я мешать не буду.
Родители не меньше чем через месяц
вернутся.
Да нет, как-то неудобно.
Можно я лучше днем буду заходить?
Ну, конечно, можно.
Что такое весна?
Ты опять без сна.
Это в воздухе...
У нас ребята не хуже играют.
И инструменты такие же.
А в колхозе сидят, дураки.
Устроюсь, перетащу их сюда.
- Вот маме достанется!
- Да брось ты, поругают и простят.
Начальники всегда
друг с другом договорятся.
Хорошо бы.
А этот на Максима похож, правда?
- Да есть что-то.
- У него скоро экзамены,
а потом он наверняка
ко мне в гости приедет.
Да ты что, да? Ух ты!
Браво! Спасибо!
- Ну что, давай за нас.
- В голове шумит.
Это хорошо, что в голове шумит.
Шампанское для того и придумано,
чтобы в голове шумело.
Нам пора. У Лизы ключей нет.
Она ждет наверняка.
Да подождет Лиза, не маленькая.
Пойдем потанцуем. Пойдем, пойдем.
Вперед.
РИТМИЧНАЯ МУЗЫКА
- Аркаш, пока.
- Пока.
- Куда вы уезжаете?
- В Израиль.
- Куда?
- Ну страна такая.
Может, слышали?
Сейчас многие уезжают: разрешили.
У меня родители уже давно хотели.
Но это долгий разговор.
Историческая родина, все такое.
Ну, я в Израиле надолго не задержусь.
В Америку хочу уехать.
Как-никак центр мировой культуры.
И мировой моды, кстати.
- Неужели можно?
- Угу. Проблематично, но можно.
Отнимают имущество, увольняют
с работы, предают проклятиям -
- и отпускают.
- Так вы уедете...
Через три месяца.
Лиза, слушайте,
а давайте я вам вот эти книги,
которые вас заинтересовали, подарю?
Они все равно пропадут.
Аркаша, друг, пока.
Как я тебе завидую, а!
А эти...
- Знаешь, мы еще посмотрим.
- Я понял, Кость, да. Ты иди.
Я помешал, да?
Извини. Ухожу.
Хорошенькая.
Лиза, вы не обращайте
внимания. Это Костя.
- Он талантливый, как и вы.
- Мне тоже уже пора.
Только Наташе с Пашкой позвоню.
- Что-то не подходит никто.
- Ну, гуляют, наверное.
Или, может, дела.
Лиза, оставайтесь у меня.
Поздно уже. Я мешать не буду.
Неудобно.
Вот.
Будьте как дома.
А завтра утром увидимся.
- Спасибо.
- Спокойной ночи!
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
- Тихо, тихо!
- Голова кружится.
Голова?
Непривычно.
- И приятно.
- И приятно, да.
- Лиза не звонила?
- Нет. Да заночует где-нибудь.
- Где?
- Не знаю. Мало ли.
Может, подружку нашла
в своем институте, а может, друга.
Ну, в общем, утром явится,
там и узнаем. Доброй ночи!
Паш, ты чего?
- Щекотно.
- Да ничего,
на раскладушке
неудобно, жестко.
Ты чего?
СТУК В ДВЕРЬ
Можно.
Доброе утро!
Это называется "завтрак в постель".
Если честно, первый раз такое делаю.
- Не знаю, все ли как надо.
- Отлично.
Вот, угощайтесь.
Спасибо. Очень неловко.
- А вы?
- Э-э... да.
Как спалось?
Прекрасно! У вас очень уютно.
Да, за месяц проштудируете
всю библиотеку.
- А вы откуда родом?
- Деревня Емельяновка.
- Далеко?
- Да нет, двое суток.
Лиза, вы извините,
я понимаю, все это глупо и нелепо.
Нужно ухаживание и все такое.
Нужны месяцы, годы,
чтобы понять друг друга,
привыкнуть друг к другу.
Ну, словом...
...выходите за меня замуж,
Елизавета.
- Как? Зачем? В смысле?
- Я договорю, если можно.
Я вам уже рассказывал,
что я эмигрирую.
И моя жена, если она у меня
появится, естественно, тоже.
Поэтому, Лиза,
если вы согласны,
то мы могли бы сегодня
подать заявление,
через два месяца расписаться
и начать оформление документов,
потому что это нужно делать срочно,
- это нужно делать сейчас.
- Аркадий, подождите.
Я не понимаю... почему именно я?
Это сложно объяснить.
Вот я смотрю на девушку и понимаю...
идеальная, красивая и все такое,
но жениться...
Нет.
А увидел вас...
и понял, что это она.
То есть, Лиза, я даже не знаю,
красивая вы или нет.
Я не знаю, какой у вас характер.
Но я точно знаю, что это она.
То есть не она, а вы,
вы, Лиза, и другой такой
не будет.
Конечно, покинуть родину -
это серьезный шаг.
- Я все это понимаю.
- Это заграница?
- Угу.
- Но там капитализм...
несправедливость.
Не все, что пишут в "Правде",
правда,
Лиза.
Там далеко не так ужасно,
как у нас все говорят.
Там люди свободнее, богаче.
Там можно организовать свое дело.
Небольшое модельное
агентство, например.
Конечно, сначала мы должны
спросить у ваших родителей.
Как вы думаете, они поймут?
Нет. Нет, они не поймут.
Они не поймут, они умрут.
Нет. Они меня даже сюда
не хотели отпускать. Нет.
Нет, нет, нет, нет!
Это просто невозможно. Нет.
Я так и знал. Зря проговорился.
Аркадий, вы очень хороший.
Я думала, если я поступлю...
Лиза, вы поступите.
Все будет хорошо.
Просто забудьте наш разговор.
- Мне собираться пора.
- Да, да. Извините.
Аркадий... Аркадий!
Мы с вами будем дружить.
Лиза...
А поживите здесь еще, пожалуйста.
Как-то неловко.
Пожалуйста.
Я вам потом эти книги
подарю, будете их читать.
Ну хорошо, я поживу. Идите.
ГРОМКО ЗЕВАЕТ
Рано вскочила.
НАПЕВАЕТ
Привет!
ПРОДОЛЖАЕТ НАПЕВАТЬ
- Зачем ты это сделал?
- По-моему, это сделали мы.
Этого не сделаешь в одиночку.
И это было хорошо.
Тебе же понравилось.
- Заткнись.
- Наталь, ну в чем дело?
Ну мы же с тобой взрослые люди,
мы занялись взрослым делом.
В чем проблема-то, я не понимаю?
- Какой же ты...
- Так, давай
немножко сегодня помолчим,
устроим день безмолвия.
Как ты успокоишься,
то поймешь, что все классно.
Ну скажи ты мне,
зачем тебе этот Макс?
Ну что ты к нему липнешь?
Ну окончит он свой сельхоз,
будет агрономом в колхозе.
И чего? Нужен тебе такой?
А мы с тобой горы свернем тут,
в Москве. Я только сейчас понял,
какие дела тут можно воротить.
А этот Макс твой...
Не трогай Максима.
Ты и мизинца его не стоишь.
А, вот как? Тем не менее
я его переиграл: ты моя,
а он с носом. Вот огорчится-то,
бедолага, когда узнает.
Я не твоя.
И никто об этом не узнает.
Да ты что!
Но мы-то с тобой знаем.
У меня просьба.
Надо договориться
с доктором. Надо, чтобы он...
- Что? Зачем?
- Затем, что от этого бывают дети.
Ты шутишь? Слушай, ну я не дурак,
я меры-то принял.
Наталь, не будет ничего,
я тебе говорю.
Наталь! Ну детский сад
нам ни к чему.
Наталь, лет в сорок обзаведемся,
а пока не до глупостей, жить надо!
Ты чего? Наташ... Наташа!
Наташ!
Буду после шести, ключ у меня.
Эй, слышь!
Наташа, ты моя!
Моя, отступать некуда!
"Дети, дети, дети"
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточку лечу,
Я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...


Серия 4

"Дети, дети, дети
запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
тем душа светлее.
Задирают головы выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
и что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
в небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
а на лице улыбочка...
От кого письмо?
Ксюша, невеста Ванина, прислала.
Откуда?
Санаторий какой-то.
Все отдыхает.
Игнат Васильевич,
врача все-таки надо вызывать.
Ну этих врачей.
Как Бог судит.
- Вызовем.
- Я на работу.
- Что у тебя?
- Да опять карбюратор барахлит.
- Вот некстати, мать его!
- Ты там передай, если спросят,
- что у меня поломка.
- Ага, скажу.
- Так, может, тебе механика позвать?
- Да я уже договорился, все нормально.
Слышь, Кирюх!
Ты спрашивал,
как вот эта ямка называется.
Яремная она.
- Мам, пойдем на качели?
- Пойдем.
Обувайся - и пойдем.
В общем, и хотела я посмотреть
кучу всего прекрасного там,
Исаакиевский собор, допустим.
Ой, какой он огромный!
Огромный, большой.
Доченька, ты пойди
на площадке поиграй, ладно?
- Конечно, мам.
- Только не уходи никуда.
Капуста!
Нам надо уехать. Ты, я и Ксюша.
Так просто? Надо уехать?
Не просто. Другого пути нет.
Не думай об этом.
- Все будет как должно быть.
- А как должно?
Мы будем вместе.
Все успокоится.
Все успокоится, и мы будем просто жить.
Я приеду ночью, ты меня увидишь.
Да. Я буду ждать.
Стой!
СИГНАЛИТ
Стой!
Тормози. Томилин,
тебя где носит?
Карбюратор чинил,
Марина Васильевна.
- Ой, рискуешь ты! Очнись, остудись!
- Да не переживайте,
Марина Васильевна, отработаю.
Сегодня в ночь пойду.
Андрюха просил подменить.
Комбикорм из района привезу.
Хорошо.
- Лиз!
- Наташа!
- Где ты была?
- Так я у друзей ночевала.
Слушай, они такие славные!
Я вам звонила вчера до вечера.
А чего такое? Что случилось-то?
Меня не взяли. Все, зря ехала.
Так, спокойно. Сейчас мы что-нибудь
придумаем.
А что они сказали?
Они сказали, что...
Посоветовали приезжать через год.
А к нам в педагогический
не вариант, нет?
Нет. Нет, я...
...не сдамся.
Мы должны вернуться победителями.
Ты не обращай внимания.
Мне просто очень плохо. Мне плохо.
Тихо, тихо, тихо. Ну все, пойдем.
А ты... ты дома сегодня?
Ну, у нас?
Я бы еще недельку у друзей пожила.
У них библиотека замечательная.
Жалко. Вдвоем веселее.
Да вы с Пашкой.
А ты могла бы переехать за границу?
Что?
Ну, не знаю, сейчас вроде можно,
и в Америку.
Там, говорят, жизнь хорошая,
не хуже, чем у нас.
Это ты к чему?
Москва эта... Столько
в ней нового! Пойдем.
Лиза, а ты... а ты можешь
спросить, у вас там, может,
нужны какие-то работники?
Не знаю, лаборанты, уборщицы.
Да, конечно, я спрошу.
Здорово, вместе будем.
Да, спасибо.
- Давай!
- Все.
- Заждались, да?
- Ну что там дома?
Хорошо.
Подай яйцо.
Надолго зарядит.
Может, еще и распогодится.
Большой беды-то не будет.
Ну лишат тебя премии, и все.
А колхознику все равно.
Есть урожай, нет урожая -
без разницы.
Как - без разницы?
Типун тебе на язык!
Именно без разницы. Трудодни же
отменили, всех посадили на зарплату.
Хочешь - спи, хочешь - паши -
зарплата одна.
- Угу.
- Земле хозяин нужен.
А у нас в колхозе одни батраки.
Отбатрачил, и там хоть трава не расти.
Потом еще удивляемся,
почему это мы зерно закупаем в Канаде.
Это ж кому сказать!
Советский Союз
- закупает зерно в Канаде.
- Понесло коня по ухабам.
Ты не боишься? Посадят тебя
за антисоветчину-то, а!
Не-а. Полстраны
не пересадишь, не получится.
Тебя какая муха... укусила?
- Интересно, ливанет, нет?
- Да черт его знает.
Говорят, у тебя далеко
зашло с соседкой-то.
Нехорошо это, брат.
У нас ведь люди добрые,
пока не злые.
Или врут?
Ну не врут, значит.
Ну зря, зря.
Ты разберись с этим как-нибудь.
- Подскажи как.
- Как...
Забудь, брось и живи как жил.
Погулял - и теперь назад, домой.
Не получится, Боря.
- А тогда какой выход?
- Выход всегда есть.
Что?
Его убить? Жену свою убить?
Так? Тогда вы свободны, да?
Хороший выход. Другого нету?
ШУМ ДОЖДЯ
ЛИРИЧНАЯ МУЗЫКА
СТРЕКОТ ЦИКАД
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
О, привет! А я все
жду-жду. Проходи.
Ну что, пойдем на кухню?
- По какому поводу праздник?
- Просто рад тебя видеть.
Разве это не повод?
Я устала, хочу спать,
лягу на раскладушке.
- Наталь, а поесть, выпить?
- Я не хочу.
Наташ! Наталь! Наталь!
Не дуйся.
Для тебя же все.
Хату сниму
в центре и одену тебя как королеву.
Да я годика через два этот твой
институт с потрохами куплю
и тебя директором в нем поставлю.
И ни на кого, кроме тебя, не взгляну.
- Я хочу спать.
- Ладно-ладно, ложись здесь.
Мешать не буду.
Я терпеливый.
Здравствуй, Наташка!
Я не знаю, что думать.
Ты не могла уехать без совета
со мной, но ты уехала.
Куда, зачем, почему? Что бы
ни случилось, я пойму тебя.
Только не лги и не скрывайся.
Я примчусь к тебе, где бы ты
ни была. Только скажи,
где ты. Не мучай меня.
Удивительно, что ты это сказал.
Что?
"Не могу без тебя жить".
Я тоже так думала,
а сказать бы не смогла.
Я врать не смогу, надо будет
ему все рассказать.
Не сейчас, не сразу.
- Мне надо все подготовить.
- Что подготовить?
У меня есть родственники в Сибири.
Их туда сослали, когда раскулачивали.
Я их никогда не видел,
но думаю, что это хорошие люди.
И места там красивые.
Деньги нужны.
Не из семьи же забирать.
Не волнуйся, деньги будут.
Просто потерпи.
- Я заеду завтра.
- Не надо.
Дочка увидит, люди узнают.
Я не готова.
- К чему?
- К позору.
К осуждению.
- Кто это?
- Это Марина.
Но теперь уже неважно.
Все. Выходи.
Ты что творишь? А?
Ты понимаешь, что ты творишь?
- Что я творю?
- Ты рушишь!
Ты жизни рушишь!
- И себе, и ей!
- Жизни?
- Ой, Кирилл, чего ты лыбишься?
- А вот задумался про жизнь.
40 лет живу - и только сейчас
понял, какая она.
- Ну и какая она?
- Хорошая, прекрасная, как сказка.
- Ага, прекрасная.
- Дана человеку для радости.
- Ага.
- А мы злимся, копошимся...
"Копошимся, ме-ме..."
У тебя сын взрослый.
Мы скоро породнимся,
- свадьбу сыграем.
- Сыграем.
- А моя-то жизнь тут при чем?
- Как - при чем?
Да для сына нужно жить.
И для внуков.
А ты только и живешь...
для своей прихоти.
Ну влюбился, ну... господи...
Понимаю я.
И завидую. Врать не буду.
Ну люби ты как-нибудь потихонечку,
ну тайком. Для себя. Как все.
Не получится, Марина Васильевна.
Получится.
Ты думаешь,
мы на тебя управу не найдем, да?
Будешь брыкаться - посажу.
За что?
Статью мы всегда найдем.
Ты думаешь, большая проблема
человека посадить?
Паршивую овцу из стада вон.
Так испокон веку было.
- Не лезь, Марина Васильевна.
- "Не лезь"? Это моя работа - лезть.
Ты знаешь, это с меня спросят,
если шум поднимется.
А шум поднимется,
если люди узнают. Я не допущу.
А сейчас время другое,
Марина Васильевна.
У нас есть паспорта с Валентиной.
Страна огромная.
- Мы найдем где приткнуться.
- Кирюш, ты давай не брыкайся. Хорошо?
Ты комбикорм довезешь -
и на покос давай.
- Ага.
- И смотри,
чтоб без поломок!
Я контролировать буду.
Вот зараза!
"Как летаю я - я не знаю.
Поцелую я тебя, да и летаю."
Я не знаю, но летаю.
Как целую тебя, я не знаю.
Поцелую - и медленно таю.
Поцелую - и растаю.
Как целую я - я ликую,
Словно птица, я верчусь, да и токую.
Я токую и ликую.
Обниму тебя, нежно воркую,
И от счастья я пьянею да колдую.
Я пьянею, я колдую.
Как колдую я?
Я дрейфую.
Я плыву куда-то вслепую,
Оттого что я тебя целую,
Я своею жизнью рискую.
Как целую я - я блефую,
Говорю тебе, что я найду другую,
Не такую - золотую.
Как целую тебя, знают губы.
То как ангела, то очень грубо.
То как ангел, то очень грубо.
"Оттого что я люблю такую,
Я своею жизнью рискую..."
Утро уже.
Ты, что ли?
Извини, проспал.
И давно ты приучился?
Чего?
Пить в одиночестве.
Говорят, это вредно.
Водку вредно, а коньяк - полезно.
А ты что,
видела?
Не молчи, рассказывай.
- Все видела.
- Ночью?
Я знал.
Знал.
Даже хотел сам поехать.
Тошно стало...
подглядывать исподтишка.
- Это все ты виновата.
- Чем же я виновата-то?
Не надо было их в Ключи везти.
Подальше куда-нибудь, даже,
может быть, в другую область.
А я тебя, дурак, послушал.
Он бы и в другой области нашел.
Как будто ты себя не помнишь.
От тебя невозможно было спрятаться.
И что они делали?
Ничего особенного,
не бери в голову.
Теперь не исправишь.
Исправишь.
Ничего страшного.
Это жизнь.
Давай. Давай.
Приводи себя
в порядок - и в район.
Не знаю, придумай что-нибудь.
Пожалуйся на здоровье и увольняйся.
Ну ничего, ничего.
Покобенятся-покобенятся и отпустят.
В конце концов, ты сделал то,
зачем они тебя сюда поставили.
Ты же оставил
десятиклассников в колхозе.
Поэтому забирай жену, дочку
и уезжай немедленно.
У тебя несколько дней. Все.
Все верно.
- Но...
- Чего "но"?
Закавыка есть одна.
Ты меня любила?
Что за глупости-то, а?
Ты о чем, вообще?
Вот и я тебя нет.
Покувыркались,
порадовались - и буде.
А у них-то другое.
У них любовь. Настоящая.
Та, про которую в книжках пишется.
Города берет, каменные стены рушит.
Все. Приводи себя
в порядок - и в райком.
Что, письмо?
- Ну наконец-то.
- Из самой Москвы.
Что?
Боря, Боря!
- Беда, Боря!
- С Наташкой чего?
- С Наташкой.
- Чего?
- В Москве она.
- В какой Москве? Ты чего? Куда?
Обе они. Вдвоем
в институт поступают.
Вот до чего, а! Брехушки.
А как обставили!
Да огромная Москва! Случиться может
все что угодно. Впору бежать туда.
Да я б хоть сейчас.
А где ее там искать-то?
- Ой...
- А?
- А с тобой-то чего будет теперь?
- Чего? Попрут!
Нет, ладно попрут,
но перед другими какой позор.
Это других агитировала,
а свою в Москву снарядила.
- Никто ведь не поверит, что...
- Да не изводись ты раньше времени!
Никто еще ничего не знает.
Может, они еще и вернутся.
Ой, нет. Спасибо, доченька,
спасибо.
Спасибо.
Чо она удумала, а?
Книжки, что ли, сочинять будет?
Люди смотрят. Пойдем.
Так едем или нет?
Чо делать-то?
- Марин!
- Не знаю, Борь.
Давай садись. Давай.
МЫЧАНИЕ КОРОВ
Девок сбили с панталыку,
гор золотых наобещали.
- Свою, говорят, в Москву отправила.
- Ну известно, своя рубашка
- ближе к телу.
- Да врут, поди. Неужто в Москву?
Ни стыда ни совести.
Одно слово - начальство.
Письмо вчера пришло из Москвы.
Мне девчонки с почты рассказали.
Доильные аппараты!
МЫЧАНИЕ КОРОВ
- Зин, а вдруг лягнет?
- Нет, не лягнет.
Посмотри, какие они хорошие.
Только поздоровайся, когда подойдешь.
ЛАЙ СОБАК
Остановись, сынок.
Зачем поднялся, бать? Ты же болеешь.
Думал, не встану, не поднимусь?
Пока я живой, не позволю.
- Закапывай.
- Очень надо, бать.
Не надо. Блажь из головы выброси.
Ты о чем?
О том. Жена не фуфайка:
поносил и выбросил.
Хорошо или плохо - терпи!
Откуда знаешь?
- Закапывай.
- Это и мое тоже.
Возьму свою долю чуть-чуть.
Не возьмешь, не дам!
Зря ты, бать.
Я тебя уважаю,
готов слушаться как положено.
Но ты из меня пацаненка-то не делай.
Если кто поперек встанет,
я никого не пожалею. И тебя тоже.
ЛАЙ СОБАКИ
Пойдем, батя.
Пойдем.
Что у вас там?
Ничего. Поговорили, разобрались.
- Идите спать.
- А что копали-то?
Идите спать.
Вы чего ночью шумите?
- Что случилось?
- Ничего, все хорошо.
Дед, давай.
- Ты как себя чувствуешь?
- Да...
ХОРОМ: Платок тонет и не тонет,
Потихонечку плывет.
Милый любит и не любит,
Только времечко ведет.
Ах, Самара-городок,
Беспокойная я...
Беспокойная я,
Успокой ты меня!
- Ты чего такая невеселая?
- Рада, что колхозницей стала.
Наташка-то, говорят, в Москве.
В Москву уехала. Не спросясь.
В Москве, оно понятно, хуже.
Это у нас здесь красота.
Такая красота у нас! Речка, ох...
Мам, обещали
доильные аппараты. Где они?
Ага, жди-пожди. Пока бабы-то есть,
доильные аппараты, видимо, не надо.
Понятно.
- А коровы-то где?
- Коровы на выгоне.
Ни доильных аппаратов,
ни коров. Пошли.
Здрасте!
Ой, господи...
Начинается.
Вам звонят по телефону,
Марина Васильевна.
- Срочно из райкома.
- Господи, жить без меня не могут.
- Слушаю, Семен Матвеевич.
- Завтра в десять утра ко мне
- с парторгом и директором школы.
- Валентина Георгиевна в отпуске.
- С утра ко мне. Все трое.
- Принято.
Пригласи ко мне срочно
парторга - он у себя дома, -
- в каком бы состоянии он ни был.
- Хорошо, Марина Васильевна.
- Нет, ну вы хорошенько просто...
- Привет!
Я тебя сейчас познакомлю с парнем.
Он все тебе объяснит.
Есть работа хорошая.
Нечего тебе идти в уборщицы.
И зарплата там хорошая.
В общем, Аркаша договорился.
- Так, Аркаша - это кто?
- Да неважно, друг мой один.
- Лиза, поздравляю!
- Не-не. Это не то, что ты подумала.
- Просто он уезжает и вообще...
- Ну, куда, не в Антарктиду же?
Нет, ну дальше и вообще...
Аркаша приехал.
- Привет, мам!
- Сынок...
- Как дела?
- Хорошо. Что у нотариуса?
Ну, все оформляется вроде,
проблем быть не должно.
Ой, проблемы могут
возникнуть в любой момент.
Ты знаешь, они найдут,
к чему прицепиться.
Я осторожен, мам. Вот продукты
и все, что ты заказывала.
Спасибо.
Отлично. Сидите,
я обед принесу.
- Ага. Здорово, сынок!
- Привет!
- Продукты привез, да?
- Угу.
Ну? Ну, что?
Что?
Чего ты приехал с продуктами, ну?
Чего ты приехал-то?
Что-то случилось, я вижу.
СОБАКА ЛАЕТ
- О, и собака видит.
- Случилось, папа.
- Ну, я вижу.
- Я встретил девушку.
Встретил девушку - и что?
Жениться собрался?
- Угу.
- С ума сошел, что ли?
Какая женитьба? А виза?
Мы ничего же не успеем вообще.
И так проблем по горло.
Пап, Лиза не хочет уезжать из страны.
Пойдем.
То есть она еще не готова,
потому что не думала об этом.
Она не думала, я понимаю.
А ты-то что решил?
- Я остаюсь, папа.
- Я думал, ты все-таки
- серьезный человек.
- Я серьезный человек.
Да, да. Ты серьезный человек,
только ты не понимаешь,
что мы расстаемся на-все-гда.
Услышь это: на-все-гда.
Считай, что ты нас
просто похоронил.
А ты матери как
про это будешь говорить?
Ты будешь каждую минуту
скорую помощь вызывать?
Пап, все не так.
Лиза поступит в институт.
Я с ней поговорю,
через пять лет мы к вам приедем.
Очень хорошо. А если не поступит?
Если она не поступит,
она вернется в свою деревню и
будет перепоступать на следующий год.
- Она что, деревенская?
- Да, папа, она из деревни.
СМЕЕТСЯ
Красавчик, а!
Это хуже, чем иностранка.
Аркаша, вы разбежитесь
через полгода, поверь мне.
Папа, мы не разбежимся.
Она талантливая, она поступит.
- Все говорят, что она самородок.
- Она самородок. А ты кто? Изгой.
Родители за границей, значит,
ты невыездной. На работу тебя,
естественно, не возьмут. И что?
Как-нибудь на хлеб заработаю.
На какой хлеб? Каким образом?
Иллюстрировать детские книжки
- мне никто не запретит.
- Ой, господи, какой же он дурак!
- Они добились своего.
- Кто?
Кто? Все! Ты нормальный
советский человек.
- Ребята, обед.
- Ага. Поздравляю тебя, сынок.
- Поздравляю.
- Пожалуйста, поговори с ней.
Я понял тебя, понял.
- Только, пожалуйста, услышь меня.
- Я услышал.
Максим, выкладывай все!
Я вижу по глазам, что ты знаешь.
Ничего я не знаю, тетя Марин.
Она собиралась в институт поступать.
Даже стишки... стихи
отправляла в Москву.
- Потом-то она передумала.
- Знаю.
"Передумала"! Устроила
родителям веселую жизнь.
- Где жить-то собиралась?
- В общаге. Если дадут.
- Ой, я поеду к ней, ладно?
- Куда? Москва большая.
- И что? Институт-то один. Найду.
- Давай так. Не пори горячку.
Нам, конечно, приятно, что ты
волнуешься, но возвращайся, и все.
Ты объясни нашей дурехе,
что из-за нее мать
- и с работы, и из партии попрут.
- Так, про это не надо.
Я тут ни при чем.
Черт, Москва... Там столько
подлецов и проходимцев!
- Тетя Марин...
- Не дай бог!
- Ладно. Заеду завтра.
- Давай. Все, пошла.
Леня, ты обязан был...
обязан ему объяснить.
- Ты-то не ребенок.
- Ну да. Ну все. Чего ты? Что?
Я ему объяснил. Это не упрямство.
Ну влюбился, идиот.
Что значит "он влюбился"?
Любовь пройдет.
Может, через год,
а может, вообще через
неделю. Наша жизнь разбита.
Ну перестань. Он приедет
через пять лет, сказал.
- А я уверен, что раньше. Пей.
- Не будь наивным.
Как это он приедет?
Прямо сел и приехал.
Дальше вообще может быть хуже.
Вообще выезд закроют.
- Ну все. Ну перестань.
- Ой, надо что-то делать.
Да понимаю я.
Я вот думаю, что они же
люди деревенские, простые.
Может, сказать там отцу?
Он человек жесткий.
Может, сказать им, что девочка их,
талантливая, самородок,
влюбилась в парня, он предатель,
родители бегут из страны?
Может, они приедут,
что-нибудь предпримут.
- И что?
- Заберут ее обратно в деревню.
Главное, надо сделать так,
чтобы она в институт не поступила.
- Леня, давай она не поступит.
- Ну все, все.
Позвони, Леня! Нас же
еще помнят коллеги, уважают.
- Хорошо.
- Попроси, Леня!
Прекрати истерику. Хорошо.
Главное - им жизнь не загубить.
Так... Я же круглые сутки
работаю - и ничего.
Так, под лежачий камень
вода не течет.
- Марина Васильевна!
- Минуточку, подожди. Что?
Выпускники пьяные
с парторгом сцепились.
- Боюсь, драка будет.
- Чего же ты мне не позвонила?
- Занято у вас.
- Прости. Секундочку, перезвоню.
- Чего?
- Идем.
- Господи...
- Ой, боюсь, драка будет.
- Так, ребят, прекратите!
- Ну не надо.
Давайте завтра соберемся
и спокойно все обсудим.
Прихвостень начальский,
а мы простачки! Нас можно обманывать.
Васян, не надо. В тюрягу
закатают. Им все можно.
- В руках себя держи.
- А мне по фигу!
Им можно все, а я
не могу и отблагодарить.
- Прекратите немедленно!
- Держи себя в руках, я сказал!
Вы чо к ним лезете?
- В следующий раз с меня начинайте.
- Да все нормально, все нормально.
Мы завтра соберемся
и все обсудим.
А чего обсуждать-то?
Мы в колхозе сидим.
- Ваша вон в Москве уже. Нормально, да?
- Спокойно, я сказал!
Соберемся и все обсудим.
Если не сопьетесь, все будет хорошо.
Да пошли вы все! Хоть ментов
зовите, мне все равно.
Чо?!
Вот это наглость!
Так, а ты-то чо?
С тебя-то они чо хотят?
- Чо они лезут?
- Он за меня вступился.
- Спасибо, сосед.
- Давай, парторг, начинай, действуй.
Надо что-то с ними делать.
А то вон сопьются, перебьются
- и все разъедутся.
- Уладим. Пойдем?
Давай. Ты чо их пьяных впустила?
И сама так поздно не дома.
Да мочи нет дома сидеть.
А что делать - не знаю.
- Как - что? Ждать. Не пишет, да?
- Нет пока.
Давайте по домам!
Вот вертихвостки, а!
И как было не пустить?
Слово скажешь поперек -
яду выпьет.
ЛАЙ СОБАКИ
Ругать будут меня.
Я не уследила за своим чадом.
- Вы тут совершенно ни при чем.
- Ругать будут всех.
Тебе, скорее всего,
выговор влепят, а нас уволят.
Более чем нормально. Как по заказу.
Скажи, а кроме Наташи,
- туда кто-то еще поехал?
- Лизка. Та, что пыталась отравиться.
Ну и Пашка. Но этот-то вернется.
Он просто загулял где-то.
Литературный институт!
Ну кто б мог подумать, а?
Но, честно говоря,
девочка твоя молодец, Марина.
Нет, может, она и молодец,
но без мозгов.
Могла бы матери сказать.
Ладно, валите все на меня смело.
Я виновата, я и отвечу.
- Как вкусно пахнет!
- Доброе утро!
- Доброе утро!
- Позавтракаем?
Да. Я думала, ты спишь.
Садитесь.
Спасибо.
- Вечер не занимайте.
- Хорошо. А что?
Пойдем в театр. Во МХАТ. Слышали?
Да, что-то слышала.
- Олег Ефремов, да?
- Ну да. Я хотел на Таганку,
но там катастрофа с билетами.
- Пойдем?
- Пойдем.
Послушайте, ну неудобно.
Вам сейчас не до меня.
Ну что вы, Лиза, мне очень до вас.
Я пытаюсь ухаживать.
Ухаживать...
Ну, если вы не против.
Лиза, я поговорил
с родителями и сказал, что
я никуда не поеду.
- А они что?
- Они... Ну,
им больно, конечно,
но
они же хотят мне счастья.
Значит, поймут.
Аркадий, ну зачем я вам?
Я простая, деревенская.
Я вам надоем, и вы меня
возненавидите. Ну зачем?
Лиза,
ну это странный вопрос.
Не будет вас - не будет ничего.
Пустота.
Ну, конечно, эту квартиру
заберут, скорее всего.
Но у моей тети... у нее есть...
в Новогиреево есть однушка пустая.
И мы можем пожить там,
если вы согласны.
Хоть в парке на скамейке.
Да, можно и так. Я согласен.
Ах, яичница!
И вы балаболы, и я трепло. Вот так
теперь все о нас будут думать.
Я свою вину не отрицаю. Я виновата.
Я уверена, что девочки вернутся.
Не поступят они
ни в какой институт.
- Это так у них, детское легкомыслие.
- Ну вернутся. И что?
- А вот это... вот это куда деть?!
- Что это?
Это... это
ваши возмущенные односельчане.
Анонимка, но это теперь уже
неважно. Вот, слушайте.
"Наши дети в грязи ковыряются,
а председательская дочка
по московским тротуарам
вышагивает на каблучках".
И вот такие послания
пойдут и в обком, и в Москву.
Вообще-то, ничего особенного
не произошло.
- И своих обещаний мы не нарушили.
- А это как?
Вот смотрите.
Мы дали два направления
в педагогический институт
и два в сельскохозяйственный, так?
- Угу.
- А кто вам сказал,
что современному советскому селу
нужны только педагоги и агрономы?
У нас будет свой писатель.
Пусть сочиняет очерки
про передовиков и ведет
поэтический кружок в школе.
А также у нас будет
свой художник-модельер.
Сделаем ателье, будем шить одежду.
У нас будет передовой колхоз -
со своей газетой,
со своим художником-модельером,
со своим ателье.
Только нужно
это правильно донести до обкома.
"Только нужно донести до обкома".
А говорят, у вас там
- еще кто-то исчез.
- Да Пашка, но он вернется,
он вернется к осени. Если не найдут,
так военкомат найдет.
Пашку не призовут
по состоянию здоровья:
- он прихрамывает.
- Прихрамывает незаметно.
Мальчонкой бегал на покосе,
и мужики ему литовкой ногу повредили.
Но он вернется, вернется к осени.
Хорошо. Всю эту теорию -
ну, про писателя, ателье -
изложи в письменном виде.
- В обком вместе поедем.
- Угу. Хорошо.
- А потом напишу заявление.
- Какое?
Об уходе.
О как!
И по какой же причине?
- Состояние здоровья.
- Подозрение на туберкулез.
Справку, разумеется,
потом предоставлю.
Врачи рекомендуют сменить климат.
Вот думаем переехать в Крым.
Выходит, мы
и директора школы лишаемся.
Ну найдем же мы директора школы-то.
Сейчас я схожу в районо - и все.
Да не надо никуда ходить.
Пишите заявление и об увольнении с работы,
и о выходе из партии.
Так и напишите:
"Чихал я на вашу партию!"
Кто, кто дал вам право
- шуточки шутить?!
- Это не шуточки, Семен Матвеевич.
Ну да. Затеяли!
Затеяли эпопею - и в кусты.
Придумал легенду для сбежавших
девочек. Молодец! Молодец!
Ну так и защищай
эту легенду в обкоме.
Я за тебя это делать не буду.
А оставшиеся выпускники?
Где гарантия, что они завтра
не дадут деру из села?
И за это ты отвечаешь.
Ты! Персонально!
Так что раньше двух лет
даже не думай об увольнении.
- Приготовлю что-нибудь.
- Угу.
Мы же справимся, правда?
Картошки пожарю.
Здорово, батя!
ЛАЙ СОБАКИ
Ваня у соседей,
пойду позову. Садись.
- Сам позову.
- Я сама.
Телец.
Телец у меня есть, ходи.
Нет, лебедь.
У тебя есть лебедь?
Нет.
- Ванька!
- А, чего, обедать?
- Да. И Ксюшу с собой возьми.
- Угу. Идем.
- Скажи матери, отец плитку починяет.
- Да.
Встретимся вечером у сарая?
Нет.
Нет, не надо.
Не могу, не хочу тайком.
Потерпи, скоро будет не тайком.
Что люди скажут?
Суд людской и суд Божий
нас оправдают.
Привет, мам!
А мы тут с Ксюшей пришли.
Ой, и хорошо, что с Ксюшей.
Поешь с нами. А отец где?
- А он тете Валентине плитку починяет.
- А, ну хорошо, вы ешьте тогда.
Я сейчас приду.
ЛАЙ СОБАК
- Чо не ешь?
- Успею.
Мам!
Ма-а-ам, мы все. Мы пойдем?
Ну да. Нет, сейчас, подождите,
яблочек возьмите.
Возьми.
До свидания.
Пока.
- Остыло?
- Ничего.
- Починил?
- Что?
Починил.
Не позорь семью, Кирилл.
Люди шепчутся.
- Шепчутся, а ты не слушай.
- Ну, можно не слушать,
но не видеть-то нельзя.
Все вижу. Все видят.
Не туда смотришь.
За домом приглядывай.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
"Как летаю я - я не знаю.
Поцелую я тебя, да и летаю."
Я не знаю, но летаю.
Как целую тебя, я не знаю.
Поцелую - и медленно таю.
Поцелую - и растаю.
Как целую я - я ликую,
Словно птица, я верчусь, да и токую.
Я токую и ликую.
Обниму тебя, нежно воркую,
И от счастья я пьянею да колдую.
Я пьянею, я колдую...


Серия 5

"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея."
И, чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...
Здравствуйте, Вадим Борисович!
Можно зайти?
Да-да, конечно.
Ребята, проходите.
Ого! Да я смотрю, вы в полном сборе.
Молодцы. Присаживайтесь.
Иди сюда.
Ну? Рассказывайте.
Давай.
Мы хотим попросить
не наказывать ребят.
Наказывать за что?
Ну так они же... кхм...
подрались, да?
- И они больше, конечно же, не будут.
- Не будут.
Понятно. Девчонки, присаживайтесь.
Я понимаю, начало новой жизни -
пора нервная.
Но, как говорится,
кто старое помянет, тому...
Поэтому я хочу просто
с вами поговорить.
И разговор хочу начать
с приятных вещей.
Вы наверняка слышали,
что в последнее время в нашей стране
очень бурно и активно
развивается телевидение.
И не только в городах,
но уже и во многих деревнях
люди покупают себе
телевизионные приемники.
Ого, неужели можно?
Кино - в каждый дом?
Да не только кино, но и...
и концерты,
и музыка, и КВН.
- Хе... О...
- Это же прогресс.
Так вот, наш колхоз
закупил на собственные средства
15 новеньких телевизоров
марки "Рекорд".
- Опять подкупаете?
- Слушай, хватит тебе.
Не нужен телевизор - не бери.
Мне нужен.
Дебил.
Так, ну, хотите называть это
подкупом - называйте как хотите.
Просто, ребята, запомните:
вы наше будущее.
- Вы наша надежда и опора.
- Точно.
Мы обещали заботиться о вас,
вот и заботимся. Когда у вас курсы?
- Через неделю.
- Через неделю, отлично.
Проводим, поможем.
Девчат, вы собирались
пойти работать доярками?
- Да!
- Отлично.
В добрый путь!
Теперь...
что касается
вопроса Наташи и Лизы.
- Они действительно в Москве.
- Я же вам говорила!
Только не надо им завидовать.
Во-первых, они ваши друзья.
- А во-вторых, они вернутся.
- Поняла?
Получат дипломы
и обязательно вернутся.
- Ага...
- Да, ясно.
- А когда телевизоры?
- Телевизоры?
Скоро. Скоро. Мы сообщим.
Ну а сейчас я прошу прощения.
Извините, ребята, работа.
Девчата, свободны.
- Ребята, задержитесь.
- До свидания.
- До свидания, Вадим Борисович!
- Всего доброго!
Ну, присядем на дорожку?
Приехала!
Ну что, погружаем?
- Погоди, сынок.
- Чего, дедуль?
- Следи тут за отцом.
- Что значит?
Послеживай, говорю.
Почаще приезжай.
Хорошо.
До встречи.
Береги себя.
- Здрасте!
- Ну что,
- пирогов-то испекла в дорогу?
- Испекла.
- Тетя Марин...
- Давайте. Загружаемся, молодежь.
До райцентра подброшу,
а там уж на автобус сядете.
- Напиши. Напиши.
- Ну все, некогда.
Пока, Макс! Пока!
В общем, ребята,
есть предложение серьезное.
- Пишите заявление в партию.
- Зачем?
Во-первых, этим вы облегчите
себе службу в армии.
Ведь у нас... Вы когда в армию
планируете? Этой осенью, да?
- Угу.
- Вот.
Ведь у нас в армии не генералы,
а деды. Ни один дед
не посмеет поднять руку на кандидата
в члены партии, это я вам обещаю.
Ну а после армии в ваших планах
поступление в институт, так?
- Да.
- Ну так вот, членство -
это гарантия поступления.
Запомните: только в нашей стране
можно добиться хорошей карьеры,
будучи членом. Мм?
- Ясно. Спасибо.
- Вот и славно.
И запомните: отныне вы пример
для всех, для каждого
для подражания -
в одежде, в прическе...
- Угу...
- ...ну и в поведении.
Чтоб больше никаких...
ну, это... драк.
- Договорились?
- Понятно.
Так, вот вам образец.
Берите ручки, держите листы.
- А от себя можно добавить?
- Нет, нежелательно.
Все-таки не будем нарушать традиции.
Пишите.
Здорово, ребята.
Партийным везде дорога.
В МГУ можно после армии податься.
Примут наверняка.
А слышали о партийной дисциплине?
О приказной системе?
- И чего?
- И чего?
А то, что захотят тебя в деревне
оставить трактористом работать -
- и будем работать.
- Да ладно.
- Просто выйдем из партии.
- Из партии не выходят, а вылетают.
И человеком ты больше не будешь.
- Усложняешь вечно.
- Дебил.
- Ну что, написали?
- Дописываем.
Пишите, пишите. Я жду.
- Ребята, привет! Вы поступаете?
- Да.
Так, а Наташку Портнову знаете?
Она тоже поступает.
- Знаешь?
- Портнову? Нет.
- Ну это художественный институт?
- Художественный?
Тут много художественных.
Суриковское, что ли?
- Я не знаю. Наверное.
- А... В деканате спроси.
- Мы сами не знаем.
- В деканате. Спасибо.
Ну и вот...
Ну и, короче, Портнова...
- Вы тоже поэт?
- Нет, что вы. Я...
Я просто одноклассник
Наташи Портновой.
- Угу.
- В Москву приехал.
Ну, так, проездом.
Хочется ее увидеть, пообщаться.
- Она же поступила?
- Нет. Я думаю,
- что она приедет через год.
- Приедет? Она чего, уехала?
Ну откуда же мне знать?
Мы не отслеживаем
передвижения наших абитуриентов.
У вас, должно быть,
есть ее московский адрес?
Нет.
Нет...
Извините, молодой человек,
мне некогда, у меня дела,
я ничем не могу вам помочь.
А что же мне теперь делать?
Ну ладно. Извините, пожалуйста.
Спасибо.
СКРИП КАРАНДАША
Угу.
Милая, плечики обнажите
и слегка приоткройте грудь.
- Так, в чем дело? Ты что, новенькая?
- Она блатная.
Ясно.
Будьте любезны, барышня,
как я сказал, приоткройте грудь.
Я не буду.
Не будете...
В таком случае вон отсюда.
Обойдемся без вас. Вон, вон.
Я говорю: "Он не может ходить".
А мне говорят: "А пусть попробует".
Наташа, привет! А ты чего здесь?
У тебя же сеанс должен быть.
- А я передумала.
- Здравствуйте.
Я Аркадий. Очень приятно.
Лиза много о вас рассказывала.
- А что-то случилось?
- Нет-нет, все хорошо.
- Я... я буду просто Пашке помогать.
- А, ну извините.
Просто туда сложно устроиться,
и я хотел помочь.
Спасибо вам. Я просто передумала.
Можно тебя на минутку?
- Конечно.
- Пожалуйста.
- Ты сегодня дома?
- Нет, мы идем в театр,
а потом к Аркадию.
Я так счастлива!
- Я тебе потом все расскажу.
- Я очень рада. Максим здесь.
Как? Твой Максим?
А чего? А где он?
А он во дворе. Пожалуйста,
ему про Пашку ничего не говори.
Конечно, не скажу.
А как думаешь, чего он приехал?
Может, какие-то новости из дома?
Пойдем спросим.
Аркадий, пойдем, я тебя
с одноклассником познакомлю.
А! Чудо! Был уверен,
что вас не найду.
- Привет! Ты как здесь? Как родители?
- Хорошо родители.
- Аркадий.
- Макс.
- Очень приятно.
- Очень.
- Как мама?
- Мама? Мама хорошо.
Ее поругали в райкоме из-за вас,
но не уволили.
- Не плачет?
- Нет, не плачет. Успокойся.
А давайте вместе как-нибудь посидим,
получше познакомимся.
- Хорошая идея.
- Конечно. Я позвоню.
- Хорошо. А мы тогда в театр пойдем?
- Да.
- Пойдем.
- Всего доброго.
До свидания.
Ты почему не сказала, что уезжаешь,
а? Я собирался с тобой.
- У тебя экзамены.
- Ну, экзамены через неделю.
Я все учел.
Ты чего, а?
Я дико голоден, сутки ничего не ел.
- Почему? У тебя денег нет?
- Нет, деньги есть.
- Я тебя боялся не найти.
- Там есть пельменная за углом.
Пельменная? Отлично.
- Как? Вкусно?
- Как дома.
Во Москва!
Не так уж тут и страшно.
Огромный город, это да.
Ну а ты чего? На следующий год
собираешься поступать?
Да.
Что с тобой? Какая-то другая.
- Хуже?
- Нет, почему сразу хуже?
- Просто другая.
- А ты такой же.
Добрый, хороший, надежный,
самый лучший.
Э-эй... Эй, эй, эй, ты чего?
Не переживай ты так.
Мы на следующий год
с тобой вместе приедем.
- У меня в июле как раз будут каникулы.
- А когда ты уезжаешь?
Что значит?
Мы вместе уезжаем.
Нет, Максим, я никуда не поеду.
А ты езжай. У тебя экзамены.
Маме скажи, пожалуйста,
что все хорошо.
Что происходит?
Ничего не происходит. Ничего.
Спасибо, что навестил.
Я останусь здесь. Я...
Если я уеду
домой, я не вернусь, я знаю.
Родители не отпустят, быт затянет.
Хорошо. Значит, я останусь вместе с тобой.
Тебе не за чем здесь болтаться.
Что значит "болтаться"?
Я работу себе найду.
Хватит, пожалуйста. Ты потом
всю жизнь меня корить будешь,
что из-за меня в институт
не поступил. Поехали.
- Я прошу тебя, уезжай.
- Подозревал, конечно,
что у тебя появился кто-то другой.
Видимо, это правда.
Может, какой-то стихотворец,
какой-то баснописец,
- может, юморист?
- Может, юморист.
А ты юморить не пытайся,
у тебя не получается.
Если я сейчас уеду один,
мы с тобой никогда не будем вместе.
- Не ставь условия, это нечестно.
- Нечестно врать!
- Я вру?
- Да, ты врешь!
Ты врала, когда уезжала молча,
и сейчас врешь!
Ладно. Ладно, я скажу без вранья.
Если ты сегодня же не уедешь,
я тебя возненавижу.
Мы тогда точно не будем вместе.
- Маме сообщишь, что все в порядке?
- Почтамт! До востребования!
Привет!
Долго ждала? Извини,
надо другие ключи заказать.
Прошу.
Заходи, заходи.
- Я тут подумала...
- Мм?
Я... я все-таки поработаю с тобой.
Можно?
Конечно.
Мне как раз товар пришел.
Примерь, кстати.
Вот.
- Это что?
- Это джинсовое платье. Надевай.
- Не надо. Ты что? Неудобно.
- Что "не надо"? Заплачено.
Не выбрасывать же.
Давай, давай, давай!
Это чудо! Вот ты видишь артиста
на фотографии - и вот он перед тобой
живой, кашляет, разговаривает.
А какое счастье для модельера!
Вы знаете, я ужасно хотела бы
работать в театре.
А как вы думаете,
в Америке есть театры?
Там все есть.
Бродвей, мюзиклы,
например. Не слышали?
- Нет.
- Ну, поговорим еще.
У нас пять лет впереди.
Все обсудим.
Пожалуйста.
Вот, например, есть такой...
ЭНЕРГИЧНЫЙ РОК-Н-РОЛЛ
Поставь медляк.
Для Наташи из Емельяновки.
- Ага.
- На.
Как Лизка-то?
Она с нами или отдельно?
У нее парень, очень симпатичный,
хороший. Я думаю, будут вместе.
Ах ты! Быстро она обаяла кого-то.
Знай наших.
Для Наташи из Емельяновки
звучит эта песня.
Пойдем!
Ты занимайся своими делами,
стишки сочиняй, книжки читай.
Но, когда сможешь,
сходишь со мной на точку.
Покупатели любят
хорошеньких девчонок-продавцов.
Ну, может, за товаром
иногда ездить будешь.
Квартиру тогда другую снимем -
с мебелью.
Ты будешь мне платить?
В смысле? Все наше, общее.
Я хочу отдельно.
Я бы комнату сняла.
У меня будет зарплата?
А я что, калека?
Я вроде почти не хромаю.
Может, я заразный?
Нет, но я хочу отдельно.
...Даже проплывать по небу,
А не то что жить на земле...
Облако тебя трогает...
Спокойной ночи.
Я здесь ради тебя.
Я приехал, чтобы быть с тобой.
Он не приехал, он далеко, а я здесь.
И что ты меня гонишь?
Я тебя не гоню. Мы будем вместе
работать, просто разъедемся.
Я хочу спать. Или хочешь, я уйду?
Зачем? Уйти и хлопнуть дверью,
чтоб потом вернуться?
Ведь вернулась же!
Приползла на карачках,
потому что идти тебе некуда.
Так что ты выдрючиваешься-то?
Что ты из себя корчишь-то?
Уйти? Иди! Чего развалилась-то?
Иди отсюда!
ПОЩЕЧИНА
КРИК
Тихо! Тихо!
Стой! Стой!
КРИК
КРИК ПЕТУХА
Ребенка надо оставить.
Я знаю, это сын.
Наш сын.
Уезжать надо.
Осенью уже все заметно будет.
Я знаю, уедем.
Не надо. Не надо.
Увидят.
Не думала, что к обеду приедешь.
Приготовлю что-нибудь.
Я же просил. Я тебя просил!
Впредь не проси: не исполню.
- Бей.
- Сволочь!
Бей.
Только люди смотрят.
Давай в следующий раз
без свидетелей?
А я могу и со свидетелями.
Это не простые слова.
Будет надо - убью.
Я бы такими словами
не разбрасывался.
Хотел бы убить - помалкивал бы.
Слушай, ты! Это моя жена!
И я за нее буду драться!
Бать! Дедушке плохо стало.
Чего, бать, плохо?
Да.
Иди за врачом.
Давай в дом.
Помираю я.
Да перестань, бать.
Не смей.
Береги.
Понял, бать.
Клянись.
Клянусь.
В следующий раз все будет
по-деревенски.
Я буду тебя бить. Больно. В кровь.
На глазах у дочки.
Всему есть предел.
Что это за мимолетные свидания
двух юных влюбленных?
Пока мы с тобой под одной крышей,
терпи.
Так...
Вадим, я жить с тобой больше не могу,
и нам нужно что-то предпринять.
Предпримем.
А пока терпи и притворяйся.
Нет, я не смогу.
Сможешь.
Все притворяются, и ты сможешь.
Сон пройдет, перетерпи.
Тебе его все равно не видать.
Ни колхоз, ни семья его не отпустят.
Не получится.
Это не мимолетная встреча
двух юных влюбленных.
Все очень по-взрослому. Я...
Он мне нужен, только он один.
Будешь к нему бегать -
я дочку заберу.
Увезу куда-нибудь подальше и спрячу.
Возможно, навсегда.
Шуми, судись.
Все равно не найдешь.
Как ты мог вообще
такое помыслить, а?
Что, девочка, что?
Дедушка умер.
- Какой дедушка? Соседский?
- Да.
Сидел-сидел и умер.
Ну ничего страшного.
Старикам свойственно умирать.
- Я тоже умру?
- Да ты что, милая! Что ты!
Все хорошо будет.
Все будет хорошо.
ГУДОК ТЕПЛОХОДА
ВЕСЕЛАЯ ПЕСНЯ НА АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Аркаш, я возьму.
- Алло!
- Лиза, привет. Как у тебя?
Привет. Хорошо. Даже очень.
Вчера был последний экзамен.
А как вы? Работаете?
Я уезжаю, Лиз.
Как уезжаешь? Куда?
Домой. Вечером.
Вот уже билеты купила.
А почему? Что-то случилось?
Нет. Ничего. Ничего не случилось.
Просто...
Еду, и все.
А Паша?
Пашка здесь. Лиз, ты не говори,
пожалуйста, никому,
что он вместе с нами в Москве был.
Ладно?
Хорошо. Хорошо. Я не скажу.
А что случилось?
Ничего. Я зайду к твоим,
объясню все.
Ну хорошо. Спасибо. Ты зайди к ним,
скажи, что все у меня хорошо.
Можешь про Аркашу рассказать.
И мы к Новому году
постараемся к ним приехать,
так что пусть не сердятся
и не волнуются.
Все скажу, Лиз.
Так жалко, что ты уезжаешь.
Помнишь, как мы хотели
победителями домой вернуться?
Ты приедешь поступать
в следующем году?
Я не знаю.
Ты что-то недоговариваешь.
Ладно, я не буду выпытывать.
У меня сегодня комиссия,
я не смогу тебя проводить.
Не надо. Я же говорю,
я билеты купила, все в порядке.
Хорошо. Ну, передавай всем привет,
целуй всех.
Кто звонил?
Наташа уезжает.
Вот как?
Ну, это не трагедия.
Приедет в следующем году, поступит.
Давай обедать.
Вот, картошка готова.
Теперь я одна беглянка осталась.
Все будут на меня валить.
Поцелуй меня.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ЛЕГКАЯ МЕЛОДИЯ
Прекрати! Я опоздаю на комиссию.
Все, пусти, пусти, пусти, пусти меня.
Привет.
Ну что? Умница?
Чуйка меня не подвела. Талант есть.
Смотри, здесь товара
на полторы тысячи.
Если захочешь реализовать,
сможешь заработать 500 рублей.
Не-не-не, я не возьму.
- А чего так?
- А чего так?
Вон вчера ко мне подошли
господа милиционеры.
А я без паспорта. И что делать?
Еле выкрутился.
Так что, возвращай-ка ты
мои документы и расходимся.
- Вот ты жук, а!
- Да я серьезно.
Да я понял. Ладно. На, бери.
И товар бери. Доверяю.
- Телефон прежний?
- Прежний.
Сомневаетесь, значит? Напрасно.
Я ведь не из таковских, не подведу.
Да даже если подведешь,
я тебя найду.
- Москва - это большая деревня. Помни.
- Помню, помню.
Ладно, за месяц реализую.
Буду позванивать каждый день.
Буду ждать звонка.
ОЗОРНАЯ МЕЛОДИЯ
Долдоны! Я как раз из таковских,
разве не понятно?
"Хоть погода и ненастная,
Настроение прекрасное,
Настроение отличное,
Потому что ты пластичная.
Дорогая моя девочка,
То ты в ластах, то ты с ленточкой".
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
Нет, нет, не поступил.
Все есть, а меня нет...
- Да подожди, успокойся...
- Все есть, а меня нет!
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
Я не понимаю,
почему меня нет в списках?
Я же поступила, у меня все отлично,
меня все хвалили.
Я, конечно, не в курсе.
Вы, наверное, чем-то прогневали
профессора Ольшанского.
- Кого?
- Я знаю, он приезжал к ректору.
А вообще, это не мое дело.
Я не имею права вникать.
Ольшанского?
Да, часть иллюстраций уже готова.
Ну, если подпишем договор,
то к Новому году
могу сдать всю работу.
Извините, я вам перезвоню.
Ага, да, спасибо!
ПРАЗДНИЧНАЯ МЕЛОДИЯ
НА ПРОИГРЫВАТЕЛЕ
Поздравляю!
Меня не приняли.
Брось, этого не может быть!
У меня было все отлично.
Меня все хвалили! За что?
Это недоразумение.
Я все исправлю.
Не исправишь. Была комиссия.
Кивали, улыбались,
сказали приехать в следующем году.
Я чем-то прогневила
профессора Ольшанского.
По-моему, это твой папа. За что?
Папа, да. Он мог так поступить,
но из благих побуждений.
- Понимаешь, просто родители волнуются.
- Мне нет дела до твоих родителей!
Мне нет дела до тебя!
Мне нельзя возвращаться домой.
Я не могу вернуться домой.
Что мне делать?
Лиза, пожалуйста, успокойся.
Пожалуйста, я все исправлю.
Я сейчас вызову такси.
Мы поедем к моим родителям.
Мы с ними поговорим, объяснимся
и все исправим.
Пять минут и обратно в Москву.
Пойдем, с мамой познакомлю.
- Не-не, я здесь подожду.
- Пойдем!
Нет, Аркаш, нет!
Пожалуйста! Я здесь подожду!
Пойдем, пожалуйста, Лиз, пойдем!
Мама, это Лиза.
Можете считать ее моей женой.
Как это неожиданно! Мы не ожидали.
Даже угостить нечем.
Ничего страшного.
Нам с отцом сейчас нужно отъехать.
Вон такси стоит.
А вы пока что-нибудь приготовьте,
а потом мы вернемся,
вместе посидим и познакомимся. Да?
Поехали.
- Куда?
- В институт.
У нас нет времени,
ты сам все понимаешь.
- А ты понимаешь?
- Нет, не понимаю.
Папа, это Лиза. Объясни ей,
пожалуйста, глядя в глаза,
почему ты сделал так,
что ее не приняли в институт.
Лиза, вы очень талантливая девушка.
Я говорил с педагогами.
Вы всем очень понравились.
Но надо чуть-чуть подождать,
набраться жизненного опыта.
Обязательно вы поступите в институт
через годик или через два.
Пожалейте нас, пожалуйста.
Мы так долго этого добивались.
Аркаша должен...
Мама, пожалуйста, не нужно.
Папа!
Ни меня, ни Лизу ты не убедил.
Поэтому поехали.
Никуда ехать не надо.
Услышь меня.
Набор закончен.
Набор закончен!
И я написал письмо вашему папе.
- Поняла, простите...
- Лиза, вы добрый человек.
Я вижу это, Лиза.
Не губите нашу семью! Аркаша!
Ты должен вернуть ее в институт,
иначе это подлость!
Подожди! Соня, иди сюда...
Тихо, тихо, тихо.
- Леня...
- Тихо, дыши, дыши, дыши.
- Лиза, ну...
- Аркаша! Маме плохо!
- Скорую вызывай.
- Леня...
Давай, тихонечко, тихонечко,
тихонечко. Тихонечко.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Вы к Павлу?
- Да.
- Вы друг, родственник?
- Одноклассники мы, а что?
Вот, потерял товарища. Да, очень
срочно нужен, нигде не могу найти.
Как жалко! Он уехал, наверное.
Я пожить у него хотела.
А, ну да, жалко, жалко...
Как думаете, где его можно найти?
Я не знаю. Но он ко мне в институт
зайдет, чтобы найти меня.
- А какой институт?
- Художественный.
Знаете что? Если вы хотели
пожить у него, я могу предоставить
- вам жилье.
- Да нет, спасибо,
- я сама как-нибудь.
- Да, простите, как вас зовут?
- Лиза Истомина.
- Лиза, очень приятно.
Лиза, я настаиваю, давайте,
пока мы его ищем,
- вы поживете у нас.
- Где - у вас?
Ну, мы пока будем его караулить
у института, вы побудете с нами.
- В смысле? В плену, что ли?
- Ну прям в плену!
Ну а если не объявится,
то в плену.
Пойдемте.
Товарищ милиционер!
Помогите, пожалуйста!
- Помогите мне, пожалуйста!
- Стоять!
Поехали!
Спасибо тебе.
Будь ты счастлив!
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
- Как экзамены?
- Нормально.
Все проще, чем я думал.
Дети, ну-ка, марш гулять на улицу.
Давай-давай.
- Бать, у тебя что-то случилось?
- Да с чего ты взял?
- Не знаю, дед намекал.
- Послышалось.
Мать как будто постарела.
Ну, жизнь, сынок, иногда сложнее,
чем кажется.
Поживешь - поймешь.
Помнишь, я ночью в огороде
под хворостом копал?
- Помню.
- Так вот, если со мной что,
раскопаешь. Раньше не пробуй
и не говори никому.
- С тобой-то что случится, бать?
- Всякое в жизни бывает.
Умирают люди, уезжают.
Понял. А под хворостом что?
Раскопаешь - увидишь.
До этого даже не пробуй.
- Понял.
- Это наказ деда и мой наказ.
Понял, понял.
- В районе была.
- О, тетя Марина. Здрасте.
- Ну что?
- Садись сюда.
Здрасте.
- Похоронили, да?
- Похоронили.
- Хороший дед Игнат был. Добрый.
- Наталья пишет?
Нет. У тебя-то нормально все? А?
- Ну, наливай. Давайте помянем.
- Давай.
Отмучился.
ПОДЪЕХАЛА МАШИНА
- Ах!
- Мама, не пугайся, это я.
- Доча, доча!
- Дочь!
- Ой, доча, родненькая!
- Живая!
РЫДАНИЯ
Нет, ну дуреха!
Дочь, а ты что ж не писала нам?
Мы бы все с матерью поняли.
Мать извелась тут.
- Да мы не знали, что ей подумать.
- Ладно, что вспоминать-то теперь.
Главное, жива, здорова и дома.
Да, дочь? Теперь и вздохнуть можно.
Ну что, дочур, рассказывай,
что дальше-то?
Мы мешать тебе не будем.
Ты, главное, от нас ничего не утаивай
и не скрывай. Ну что,
в следующий год поступать будешь?
- Нет, не поеду.
- А в педагогический хотела?
- Не знаю, папа.
- Тебя не обидел никто?
- Нет, я не...
- Давай, не утаивай, рассказывай.
Просто грустно, но пройдет.
Пройдет, правильно, пройдет.
- Давай пока отдыхай. Да, отец?
- Да.
Хочешь работать пойти? У нас в школе
лаборанткой место свободное есть.
- Или вон на почту. Да?
- А девчонки где?
Ваши-то девчонки?
Ну, трое на свинарнике, двое -
- Зинка со Светкой - они доярки.
- Ну вот и я в доярки пойду.
- Дочь...
- Отличница, лучшая в классе -
- и в доярки?
- Где Максим?
Здесь Максим. Хочешь, прямо к нему
сейчас пойдем? Он так обрадуется!
Он на похороны приехал.
Дед Игнат помер.
- Хочешь, я Максима позову?
- Пойдем.
Нет, потом. Я спать пойду.
Что заладил-то:
"Отличница, лучшая в классе"?
Главное, что вернулась.
КТО-ТО НАПЕВАЕТ
Ох, привет, Жень.
А что ты тут делаешь-то?
Я тебе, кстати, собирался
звонить сегодня.
- А я тебе каждый день звоню.
- А-а! Да у меня этот...
телефон сломался, вот.
И я что-то никак не мог понять...
- Здорово, парни.
- Здорово, Здорово.
- Пойдем, отчитываться будешь.
- Отчитываться?
Давай, давай, давай.
ДЛИННЫЙ ГУДОК
- Вот.
- Ух ты!
- Почти все реализовал?
- Да.
Молодец. Давай деньги.
Жень, ты понимаешь...
- Чего?
- Я дал их знакомому.
- Ну вот зачем?
- Жень, на сохранение.
С деньгами мало ли что
может случиться.
- Я вообще спрашиваю: зачем ты юлишь?
- Что?
Послушай, давай по-честному.
Ты когда нам деньги вернешь,
мы тебя покалечим. А если не вернешь,
мы тебя вообще прибьем.
Вот смотри.
Пожалуйста, не юли,
не придумывай новых легенд. Хорошо?
- Хорошо. Деньги там.
- Давай.
- Почистите его.
- Братцы, да вы чего?
Оставьте хоть немного -
до дома добраться, а?
Зайцем, дружок. Ну или пешком.
Заслужил.
- Теть Марин! Это Максим! Вы дома?
- Не говори ему ничего.
Теть Марин, я...
это, я поехал.
Если объявится, дадите телеграмму?
Хорошо. Будут новости - сообщу.
Ага, ну все, я поехал.
- Ну что?
- Наташка!
Хорошего удоя, девчонки!
К нам пополнение!
- Спасибо!
- Кукла-москвичка, глянь!
- Москвичка наша! Поступила?
- Нет, не поступила.
- Ну что, учить будете?
- Чему еще учить?
Я вообще-то умею,
но мне подсказки нужны.
- Можем, конечно.
- Слушай, Наташа,
ничего сложного там нет.
Ты, главное, разговаривай с ними.
- С кем?
- С коровами.
Поздоровайся, подойди,
ласку почувствуй.
Я как только это поняла,
у меня все сразу получилось.
- И вымя массируй, они это любят.
- Да все бабы это любят!
Ура!
- Наташка!
- Здравствуйте!
Когда? Здрасте!
А Лизка где?
Лиза в Москве. Тетя Нина,
вы только не волнуйтесь,
она практически поступила.
Она талант, ее там все хвалят.
Мы еще ею все гордиться будем.
Вот увидите.
- Господи... Не приехала, значит.
- Ну, приедет.
- У нее парень.
- Что?
Парень, Аркаша зовут.
Такой славный, интеллигентный.
- Аркаша?
- Короче, у нее все хорошо,
- волноваться не о чем.
- А не просила передать мне...
Ладно, не будем вас отвлекать.
Пойдем.
Письмо какое-то?
- Наташ, а что за парень?
- Девочки, давайте работать.
- А где стадо-то?
- А вон его гонят.
Вон, вон, вон оно.
"Если вы не желаете зла своей
дочери, срочно примите меры".
- И что?
- Поеду завтра утром.
Предупредить хотел,
что работу пропущу.
Что ты сделаешь?
Ремня, что ли, дашь?
- Домой привезу. Живую или мертвую.
- Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!
Ты что, мертвую!
- Вызывали?
- Да, проходите. Совет нужен.
Профессор Ольшанский,
уважаемый человек, пишет,
что Лизка выходит замуж
за его сына и уезжает жить в Израиль.
В Израиль?
- Сейчас многие туда едут.
- Израиль - это вражеское государство.
Вы не слышите, по радио все время
говорят "израильский агрессор",
- "израильский агрессор"?
- Вражеское? Это мягко сказано.
Подождите, но ей же нужно
разрешение родителей, чтобы уехать.
Да вряд ли. Она же уже
совершеннолетний человек.
Официально оформит с мужем брак
и укатит.
Так что это уже не Воркута,
Марина Васильевна,
- а сам Магадан по нам с тобой плачет.
- Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить!
Это ж политическое дело.
Выпускница - предательница родины.
Да никуда она не денется.
Найду и привезу.
Андрюш, как бы хуже не было!
Знаю я тебя. Достанешь...
Все это странно. Наташа бы моя знала.
Она говорит, что он хороший парень.
- Не надо никуда ехать.
- Лизка вернулась.
Сижу дома, а она входит.
Как будто чужая, как не Лизка.
Входит, как будто на минуту
отлучалась. Спокойная такая.
Вот нехорошо спокойная.
Я ее обнимать, а она мне:
"Мама, не сейчас, спать хочу".
Легла и уснула.
Гипнотизирует она, эта Москва.
Наша такая же явилась.
- Ага.
- Гипнотизирует.
- Дочь...
- Сейчас не надо бы.
Выспится, завтра все расспросите.
Пусть спит. Жива, и слава богу.
После сильных нервных потрясений
всегда клонит в сон.
Ну ладно, пусть отдыхает.
Я завтра к вам зайду.
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея."
И, чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы выше, выше, выше
Те, что ходят по земле...
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка.
Задирают головы выше, выше, выше
Те, что ходят по земле...
И что стоят на крыше.
"И что стоят на крыше..."


Серия 6

"Дети, дети, дети.
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы.
Выше, выше, выше.
Те, что ходят по земле,
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
в небеса подбросила.
Я на ниточке лечу..."
Здрасте, теть Надь!
- Ой, Паш, здравствуй!
- А где пропадал?
Да так, поездил. С востока на запад,
с запада на восток.
А, ну хорошо.
Ух!
А вон и подружки.
Лиз!
Здравствуйте!
- Здрасте, тетя Надя!
- Здрасте.
- Неужели обманул?
- Нет, не обманул.
- А институт бросила?
- Долго объяснять.
- Не поступила?
- Долго объяснять, говорю.
- Ты ж тоже ничего не рассказала.
- Да уж, долго объяснять.
Ладно, поговорим еще.
Ты к нам решила?
- А чем я хуже вас?
- Знаешь, состояние такое.
Хочется чего-то грязного,
унизительного.
Навоз, коровы. Эта фактура
вполне подойдет. Вы научите доить?
- Да что там учить?
- Пару доек - и ты мастер.
- Не врешь?
- Нет, Семен Матвеич.
Да нетрудно проверить, если захотите.
Вся деревня уже знает.
- Ну как? Как ты это допустил-то?
- Да я даже представить не мог!
Любовь же, она нечаянно нагрянет.
А он кто?
- Сосед.
- Тю!
Шофер.
Обычный, трезвый, умный мужик.
Ну так возьми поговори с ним
по душам, по-мужски, ну!
- Да пробовал.
- Не получается.
Тем более у них там
все по-настоящему.
Так что... надо уезжать.
Я тебе так скажу:
если по-серьезному...
- отъезд-то тебя не спасет.
- Спасет.
- Ну...
- Спасет-спасет!
Работу свою я уже сделал,
все ребята до одного в колхозе.
Девчата на ферме,
а ребята на курсах механизаторов.
Так что... в деревне тишь да гладь.
Только меня нужно, как сорняк,
вырвать из этой плодородной
- деревенской почвы.
- Ладно!
Значит, давай так договоримся.
Работаешь до конца уборочной.
А мы пока директора школы подыщем.
- Хорошо.
- Спасибо, Семен Матвеич.
ТОРЖЕСТВЕННАЯ МУЗЫКА
-Новости из коровника.
СМЕЮТСЯ.
Весело за границей.
Земля Сиона объявлялась
единственной родиной всех евреев.
- Вот это жизнь!
- А у нас тут что, тоска.
- Везде тоска.
- "Скучно жить на этом свете, господа".
- Не помню, откуда это?
- Гоголь Николай Васильевич.
- Молодец, помнишь классику.
- Толку-то...
"...эмиграцией в Израиль
и на советских граждан?"
Ответ гласил: "В вашей стране..."
- Слышь, а в Москве весело?
- В Москве по-разному.
Но дома на завалинке лучше.
Спокойнее.
- Не знаю, не знаю.
- Я лично, когда из армии вернусь,
уеду куда-нибудь подальше.
Может, вообще на край света.
СОБАЧИЙ ЛАЙ
- Я 60-15. Человек за бортом!
- Человек за бортом!
- Немедленно идите на посадку!
- Спасайте человека!
- Доктор, пациент нервничает.
- Может, втянуть его обратно?
Нет-нет,
тогда мы все замерзнем!
Доктор, а если вытолкнуть его
наружу? Одним конкурентом меньше!
Поймите, он необходим нам
как затычка!
- Миронов танцует классно.
- Это называется твист.
- Это не твист, это шейк.
- Обожаю ржачное кино.
- А мне серьезное нравится.
- Здесь и без этого ржаки хватает.
- Привет, ребят!
- Привет!
- О, вот он, горожанин.
- Прямо из цивилизации.
- Как дела в большом мире?
- Здрасте, Тамара Юрьевна.
- До свидания, Тамара Юрьевна.
- До свидания, ребят!
- В большом городе гонка вооружений.
- Ничего интересного.
- На выходной?
- Да, на один денек. Как кино?
- Ржачное!
- Ржачное?
Ну что? Лучше?
Я таблетки принесла.
Анальгин поможет.
Сейчас я покушать приготовлю
и побегу, хорошо?
- Мама!
- Чего?
- Помоги мне.
- Чего?
- Надо договориться с врачами.
- Хуже?
- Нет, мама, я ничем не больна.
- Надо сделать аборт.
- Когда?
- Неважно.
- В Москве?
- Да.
- Кто он?
- Мам, какая разница?
Надо спешить.
Скоро будет заметно. Уже заметно.
Нельзя ни с кем договариваться.
Просто скажи, кто он.
Мне не нужно его имя.
Просто - бандит, разбойник, алкаш,
старик, псих, мальчик. Кто?
- Обычный, мама, обычный.
- Не мучай меня. Я не переживу.
- Переживем. Деваться некуда.
- Переживем.
Давай, дочь, соберись.
Возьми себя в руки.
Мне не нужно от тебя ни оправданий,
ни объяснений. Главное - он.
Это человек.
Это главный человек в твоей жизни.
- Слышишь? И я не дам его убить.
- Ты не понимаешь.
Это ты не понимаешь. Давай,
соберись. Возьми себя в руки.
Тетя Марина!
- Я сплю.
- Все, лежи.
- Максим, не буду её будить. Хорошо?
- Заболела она. Давай, потом придешь.
- Давай-давай.
- Что с ней происходит?
- Ничего.
- Говорит, что другой появился.
Но это же чушь какая-то! Ведь чушь?
Я хочу сам пойти и спросить у нее.
- Говорю, заболел человек.
- Все, потом придешь, поговоришь.
- Давай, давай. Уходи.
- Теть Марин!
- Вы что-то знаете. Так скажите.
- Что тебе надо, а?
Тебе сказали - другой появился,
значит, другой.
Что ты ходишь, ходишь?
Все, потом, потом. Уходи.
- Тетя Марина!
- Я уже 42 года тетя Марина!
- День добрый!
- Вадим Борисович, нам бы краски.
- Краски? Достанем.
- И поярче, а то блеклая.
- А может, импортную достать?
- Падкие вы на все импортное.
Блеклое, да родное.
- Привет. Ну что ж, поздравляю!
- Спасибо. С чем?
- К осени переедем.
- Райком не против.
Скоро приедет человечек
на твоё место.
Введешь его в курс дела.
А Ксюша где?
- Дома. С Ванькой.
- А, хорошо.
Устроим в нормальную
городскую школу и тебя, и её.
Мне предложили место
в тепличном хозяйстве.
- Квартиру дадут.
- Я рада.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Прости меня, батя.
- Ребят, привет!
- Привет, Максим!
- Привет!
- Отличный у Макса велик!
Мне обещали подарить...
Ну что ты, раздевайся!
Этот доильный аппарат
уже три года обещают.
- Девчонки, Максим?
- Это Максим! Привет!
- Привет, колхозницы!
- Привет!
Привет, городская интеллигенция!
- Увидимся вечером?
- Увидимся, да, пока!
- Вернулась.
- Не получилось все-таки с юмористом?
Не получилось. Москва -
строгий город, не всех принимает.
- Меня не приняла, вытолкала.
- Через год снова?
Год - огромный срок. Через год
может все измениться. Все-все.
- Ты о чем?
- Так, рассуждаю.
- У меня мама с папой в поле.
- Ванька у соседей.
Пойдём ко мне?
- Зачем?
- Ну как...
Просто. Побудем вместе.
Близко.
- Максим, я...
- У меня дела, я домой.
Ты что, хочешь сказать,
что ничего не происходит?
Я требую объяснений.
- Я влюбилась.
- Так случается, так бывает.
Я сама от себя не ожидала.
Прости меня, пожалуйста.
- Да они давно женихаются.
- И все никак не поженятся.
- Вон Наташка.
- Ты чего?
- Ты чего, Наташ?
- Все хорошо?
Ну что? Так и не расскажешь,
что у тебя? Сам не свой.
- Да ничего особенного.
- Да? Меня пытал,
- а у самого, вижу, неладно.
- Неладно, бать.
Ну ничего, сынок,
жизнь наладится.
В твои годы это не проблемы,
а проблемки. Не бери в голову.
Постараюсь.
- Ну что, доберешься отсюда?
- Да, конечно.
Выше нос, сынок. Выберемся.
- Оно же по размеру-то не подойдет.
- Не подойдет?
Конечно. Надо в другом месте
что-то посмотреть.
Она же расстроится,
хотела же именно такое.
- Здравствуйте.
- Мне бы посоветоваться.
- Посоветую. Что вам?
- Мне нужен специалист.
- Не морочьте мне голову.
- Я специалист.
- Что вам надо?
- У меня есть одна вещица.
- Дорогая, наверное. Посоветоваться бы.
- Мы продаем, а не покупаем.
Мне порекомендовали,
сказали, есть специалист.
Подождите немного.
Пройдите вон туда.
Уберите. Подождите меня на улице.
Вы не похожи на вора.
Откуда это у вас?
- От деда.
- Понятно. Это хорошо.
Вижу, вы не проходимец
и не спекулянт.
Не хочу вас обманывать,
но в нашем городе
покупателя вы не найдете.
В Москве, в Ленинграде - да.
В Тбилиси - да.
- И сколько это стоит?
- Тысяч двадцать на глазок.
- За всю жизнь не заработать.
- Да. Поезжайте в Москву.
- Это стоит того.
- Мне деньги нужны срочно.
Понимаю. Я могу только пять.
- Согласен.
- Ваши деды не одобрили бы.
- Объяснил бы - поняли бы.
- Ну-ну.
- Мне нужно три часа.
- Хорошо. Я буду ждать здесь.
- Ходишь-ходишь...
- Ходишь-ходишь...
Вот так вот все и бывает.
Вот ходишь...
Господи, Господи,
Пресвятая Богородица,
спаси и сохрани
от людей недобрых, Господи...
Ой, ноженьки мои!
- Устроишься работать-то?
- Придется.
Может, киномехаником устроюсь.
Сергеич, говорят, увольняется.
Бабуль, а не завалялись
еще иконы-то, а?
Вспомни - старенькие, плохонькие.
Я бы их взял,
да и на новенькие поменял.
- Один был образ.
- Ему и молились.
Понятно.
Бабуль, ну, может,
самопряхи какие?
Я помню, была у нас с тобой
самопряха. Куда она подевалась-то, а?
- Так в амбаре, наверное.
- Сломанная давно.
Что обедать-то будем?
Ни еды, ни денег.
Может, рыбки хоть бы
наловил. Я пожарю.
- Рыбки? А, можно и рыбки.
- Ладно, бабань.
- Пойду за рыбкой.
- Налови, сыночек.
Вот она...
О! Вот она, старушка.
Понятно...
Интересно...
- Мне тетя Марина рассказала.
- По секрету, конечно.
Ты меня не выдавай.
Расспрашивала... Он кто?
Наташ, ну мне скажи. Надо же
понимать, может, он псих, алкаш.
- Псих. Псих.
- Поэтому надо сделать аборт.
- Так маме и скажи.
- Да поздно уже.
- Чего ж ты раньше не сказала?
- Не знаю. Думала, рассосется.
- Он кто, а? Правда псих?
- А какая разница?
Не Пашка?
Не Пашка.
На корабле, да? Ко мне на палубе
один приставал, я еле отбилась.
- Лиза, обычный. Обычный.
- Не псих, не алкаш. Успокойтесь.
- В институте, да?
- Да, в институте.
- Дай мне имя, я его разыщу.
- Не лезьте ко мне, пожалуйста!
Я без вас обойдусь.
Наташа! Наташ,
я же помочь хочу. Наташ!
Иди, я буду спать. Маме скажи,
что не псих. Все будет хорошо. Иди.
Тетя Надь,
у дяди Кирилла леска есть?
- Что?
- Леска для удочки есть?
- А ты что, рыбачить собрался?
- Бабуля рыбы просит.
- А-а. Там в амбаре иди посмотри.
- Понял. Спасибо.
Так...
О!
- Нашел?
- Нашел. Спасибо.
- Если наловлю что, я вам занесу.
- Не надо.
- Тарахтит, но едет. Ты домой?
- Садись. Садись, подвезу.
- Светка сказала, ты вернулся.
- Ага.
Эх, нам бы на московский асфальт,
а не по этой грязи. Да?
- Угу.
- Ну что, прокачу?
Тебя, кстати, там искали,
на московском асфальте.
- Меня куда-то увезти хотели.
- Козлы! Да ничего.
Может, мы еще как-нибудь
и повидаемся.
- Паш, спросить хочу.
- Чего?
Ты когда с Наташкой жил,
может, она встречалась с кем?
- В смысле?
- Ну, может, друг у нее был,
- заходил к вам. Нет?
- А чего?
- Между нами, конечно.
- Беременна она.
- Заливает она.
- Нет, правда.
- Врет она все.
- Я... Я уверен.
- Точно тебе говорю. Уже видно.
- Ты чего у меня-то спрашиваешь?
Ты у нее спроси.
Она-то чего говорит?
- Ничего она не говорит. Скрытничает.
- А про меня говорит что-нибудь?
- А чего про тебя-то?
- Ну, что в Москве с вами был.
Да нет. Зачем нам про тебя
говорить? Мы же понимаем,
- парторг по головке не погладит.
- Молодцы. Спасибо.
Пускай аборт делает. Сейчас же
многие делают. Правильно?
- Родители не позволят.
- Да и поздно теперь.
Ага. Вспомнил. Ты знаешь,
был один. Из института ихнего.
В очочках такой, положительный.
Так тете Марине и передай.
А может, с другим с кем.
Мне-то откуда знать?
А как его найти,
этого положительного?
Да никак. Был да пропал.
Кошмар.
- Не уберегли мы с тобой.
- Валить надо.
- По Москве-то не скучаешь?
- Нет.
- Пока. Спасибо.
- Пока!
"Я капельки росы искал,
На побережьях океанов
Их находил и целовал.
Среди штормов в двенадцать баллов.
Потом их на руках носил.
По океанам и побережьям,
По бирюзовым небесам,
Чтобы сияли лучше прежнего.
А ты за мною шла по следу.
И целовала облака.
Бродили мы по белу свету,
Покачиваясь слегка, слегка, слегка.
Слегка..."
Так-так-так...
Ай да дедуля, а! Вещь!
Так...
О-хо-хо-хо! Спасибо, люди добрые!
Ну-ка, ну-ка, ну-ка! Так...
Не помешаю?
Вы, оказывается, тоже знаете.
- Про что?
- Про это местечко.
Я-то думал, оно мое, только мое.
Я часто сюда приезжаю.
Здесь тихо, спокойно,
никаких посторонних.
И водичка чистая.
- Не знала, что оно только ваше.
- Теперь наше. Делюсь.
- Я пойду.
- Зря вы здесь чахнете.
- С вашей красотой вам бы в Москву.
- Мне и здесь хорошо.
Если составите компанию,
не прогадаете.
Я зайду к вам вечером, мы обсудим.
А вы пока обдумайте.
- Я вечером занята, а вы, Павел...
- вы приходите в гости тогда,
- когда вас позовут.
- Хорошо. А когда позовете-то?
- А никогда.
- Вот как? Брезгуешь, значит.
Это обидно, между прочим,
когда тобой брезгуют.
Хочу уволиться,
Валентина Георгиевна.
А что случилось?
Я обязана знать причину.
Присядьте, Тамара Юрьевна.
Пожалуйста, не расспрашивайте.
- А что произошло?
- Полина Андреевна
проведет мои уроки,
я договорилась.
Я в любом случае
не останусь здесь даже на день.
Если вы не отдадите мне
трудовую книжку, я уеду без нее.
А... почему
вы не хотите рассказать?
- Потому что это стыдно и невозможно.
- Скажите, кто это сделал?
- Наши или приезжие?
Никого, кроме меня,
это не касается.
Да.
Я просто не могу здесь оставаться.
Простите.
Куда вы теперь?
Далеко.
Тамара Юрьевна уволилась.
- А что случилось?
- Я подозреваю, её кто-то обидел.
В смысле - обидел?
ШЕПЧЕТ
- Кто?
- Я пыталась расспрашивать -
- не отвечает.
- Хорошо, я сама с ней переговорю.
- Она уехала.
- На попутку села и уехала.
Как так? В одну секунду
без расспросов взяли и отпустили?
- А вы бы не отпустили?
- Она бы все равно уехала.
- Даже без трудовой книжки.
- Господи, сколько насилия,
сколько насильников!
- Вадим Борисович...
- Да?
Давайте, пока вы у нас,
пока вы парторг, разберитесь.
Не оставляйте это дело
безнаказанным.
Попробуем.
Есть кое-какие соображения.
Сделаем напоследок доброе дело.
- Какие соображения?
- Ты кого-то подозреваешь?
- Я разберусь сам, потом.
- Пока это только подозрения.
- Здорово!
- Здрасте! Ко мне?
- Да к тебе.
- Насчет работы?
Ясно. Ну что,
я скоро пойду. Я слышал,
- там киномеханик вроде нужен.
- Ну можно и киномехаником,
- можно и скотником.
- Да не могу, я ж калека.
- Ну ладно, не прибедняйся.
- Уж больно ты прыткий для калеки.
Вот, еду от бригады, вижу,
ты куда-то на мотоцикле собрался.
- Куда ездил-то?
- Да так, покупался, порыбачил.
Кстати, удачно: почти мешок наловил.
Вон с тетей Надей поделился.
- Можешь пойти у нее спросить.
- Водичка тепленькая?
- Нормальная.
- С Тамарой Юрьевной купался?
- Какой вы любопытный...
- Все прислушиваетесь,
- приглядываетесь.
- Купались вместе?
- Не знаю, да и дело не ваше.
- А вот, юноша, хамить не надо.
Все гораздо серьезнее,
чем ты думаешь.
- Спрашивай учительницу.
- Спросил бы, да уехала она.
Видимо, после того,
что там произошло.
Что, например?
Насилие.
Да ты что! А ты знаешь,
когда насилие, вся деревня слышит.
А когда полюбовно - тишина, ведь так?
Вот из твоей избы, например,
никакого шума. Чужие мужики
заходят, а шума никакого.
- Ты у себя сначала разберись.
- Слушай сюда и запоминай:
куда бы ты ни убежал,
тебя найдут, и ты сядешь!
У нас за насилие 15 лет тюрьмы.
Я тебе обещаю.
Да не купался я
ни с какой Тамарой Юрьевной.
И ничего ты не докажешь.
Тебе померещилось.
Мерещится тебе,
ты с этим и разбирайся, понял?
- А я разберусь.
- И Тамара Юрьевна подтвердит.
- Ну давай.
- У меня теперь есть цель -
чтобы ты сел. И ты сядешь.
- Гости у нас? Или что случилось?
- Да нет. Так, зашел поговорить.
- Ну и рыбки поешь. Внучок наловил.
- Спасибо. В следующий раз.
- Такой сердитый. А что случилось-то?
- Да ничего, бабуль.
Ты же в городе.
Приехал.
Забавно.
Надо было сказать.
Извини.
И кто он?
- Человек.
- И где он теперь?
Бросил?
- Максим, ты все понял, все узнал.
- Зачем лишние расспросы?
- Зачем ты это сделала?
- Ты же не могла.
- Могла.
- Но почему?
Почему ты мне ничего не написала?
Почему ты ничего не сообщила?
- Максим, уже поздно.
- Не заходи больше.
Само собой.
- В Москве?
- В Москве.
Хороший мужчина. Любит меня.
Скоро приедет.
"И эти капельки росы.
Не высохли, не испарились
И не стали с привкусом слезы,
С ладоней в землю
да не скатились...
Они лежат на дне, на дне..."
- Мама, папа, привет!
- Господи! Откуда?
Из города.
Мокрый какой! Так, сейчас
я тебе что-то сухое, подожди.
Да не надо, мама.
"А ты за мною шла по следу.
И целовала облака.
Бродили мы по белу свету,
Покачиваясь слегка, слегка..."
- Держи.
- Спасибо.
- Ты давай, садись поешь.
- Голодный, наверное.
- Да нет, я поеду.
- Куда?
- Обратно в город.
- А приезжал зачем?
- Надо было.
- Он к невесте приехал на свидание.
- Помолчи.
- Поговорить хочу.
Мам, пап, я пойду в армию.
- Да как же?
- Студентов, говорят, не берут.
- Я ухожу из института.
- Что?
Я хочу забрать документы
из института.
- Учился плохо?
- Учился хорошо.
Передумал, перехотелось.
Отслужу в армии,
- а дальше будь как будет.
- Это ты дуришь, брат. Так нельзя.
Новую найдешь. Не сошелся
свет клином на твоей Наташке.
- Батя, я все решил.
- Наташка тут ни при чем.
Нет, при чем. Не девица красная,
чтоб психовать и выкаблучиваться.
Батя, я все решил. Доеду до города,
заберу документы из института,
пойду отслужу.
Выйдем-ка.
Ешь давай.
- Бать, не надо меня отговаривать.
- Подожди. Я понимаю, тебе плохо.
Понимаю. Как будто жизнь
закончилась. Потерпи, все пройдет.
Но тебе нельзя на два года уходить.
Нельзя мать бросать.
- Ты должен быть с ней.
- У матери есть муж.
- Я уеду скоро, сынок.
- Правду, значит, люди говорили,
а я думал, брешут.
Ты меня уму-разуму учишь?
"Подожди, пройдет?"
Батя, а ты, взрослый мужик,
чего сам-то не ждешь, а?
- Что мать подумает?
- Мать поймет. Это наши с ней дела.
Это вот у меня
все по-взрослому, все серьезно.
А у тебя баловство. Через месяц
и не вспомнишь, как было.
- Нет, это у тебя, батя, баловство.
- Позорное баловство.
Бес в ребро.
- Мальчишество какое-то.
- Молчи.
Подеремся.
Молчу. И ты молчи.
Все, братка, пока.
Мам, пока. Я поехал.
Оформлю документы и вернусь.
Все будет хорошо.
Не хулиганить, понял?
Хорошо, пока.
Мам, а он кем будет -
сержантом или ефрейтором?
Ваня, погуляй,
пожалуйста, с Ксюшей.
Не надо, Кирюша, меня жалеть,
что останусь одна.
Я все это терпела и унижалась,
пока Максим был дома.
А теперь уезжай.
- Надя, прости меня.
- Прости меня, дурака.
Я не знаю, то ли дурь, то ли блажь.
Я старался, но справиться не могу.
Нужды вы не будете знать.
Я вам деньги оставлю,
еще присылать буду.
Ваньку буду навещать.
А ты женщина видная,
одна не засидишься.
Уезжай!
МИНОРНАЯ МУЗЫКА
Натусь, сегодня мальчишек
в армию провожаем. Пойдешь?
- Нет.
- Ну как же?
- Тебе с Максимом нужно попрощаться.
- Кому нужно?
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
Мам, ну ты чего?
Не на войну же собираюсь.
Кормить будут плохо -
напиши, сало пришлю.
- Добрый день!
- Здравия желаю!
- Добрый день!
- Добрый!
Пойдём.
Ждем вас героями! Пишите родителям,
невестам своим пишите.
- Матери пиши каждый день.
- Да, батя, давай.
Ну давайте.
Мучается она у меня.
Может, с годами-то простишь?
- Поздно, тетя Марина.
- Я не уговариваю, не прошу.
Просто знаю, что у нее,
кроме тебя, никого нет.
- Есть. Врет она все.
- А я никому не поверю. Никому.
Что ж, если учительница
подтвердит, будем разбираться.
- И заявление с нее надо.
- Будет. Сам её отыщу и возьму.
В любом случае за ним глаз да глаз.
Очень подозрительный тип.
Вот и следите,
это ваша обязанность.
- Вы сыночков-то наших берегите.
- Все будет хорошо. Все сели?
Пока, ребята!
Служи быстрее!
- Начальству не перечьте!
- Это вам не колхоз!
- Там дисциплина!
- Давай, пока!
Паш! Мы за тебя отслужим!
Здрасте!
- День добрый!
- Проводил?
Проводил.
Моя-то закобенилась, не пошла.
Если уж у меня душа не на месте,
то Максиму-то каково?
- Разговор, Марина Васильевна.
- Уехать я хочу.
Уборка, считай, закончилась.
Уволюсь и уеду.
- Ты уж не возражай, не держи.
- Я бы даже захотела -
не удержала бы.
Что вы все, привязаны, что ли?
Ой, теперь у нас так. Хотите -
уезжайте, хотите - приезжайте.
Кирюх, зачем?
Надо.
- Раньше они уедут оба. Все.
- Заявление оформили.
- Так совещание же в декабре.
- Решили раньше.
Послезавтра уедут.
Ой, куда же вы все?
Здравствуйте, дядя Кирилл!
Кастрюля!
- Что происходит? Почему так спешно?
- Вадим настоял. Уезжаем.
У меня все готово. Мы можем ехать
прямо сейчас. У меня есть деньги.
- Я еще и семье оставлю.
- Нет, не могу. Устала.
- Разлюбила?
- Устала.
Ждала-ждала, а теперь устала.
Не хочу метаться.
И ребенка травмировать
не хочу. Все.
- Значит, разлюбила. Как ты могла?
- Ты думаешь, у тебя одного чувства?
Все, не судьба. Уходи.
- Огурец!
- Суп!


Серия 7

"Дети, дети, дети"
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...
ВЫСТРЕЛ
Гляди. Там.
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Чего, Кирюх?
Парторг ранен. Кто-то стрелял.
Что значит "кто-то"?
Были мы. Что это было?
Он дышит еще. Я за машиной.
Давай быстро в больницу, в район.
- Ты что, сдурел?
- Это не я.
Ты чего, Кирюх?
- Ты стрелял?
- Да не я...
Он селезня поднял, промазал,
и я по нему лупанул.
- Он упал.
- Селезень?
Парторг.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
- Телефон райбольницы где найти?
- Да, сейчас.
Где-то тут.
Мы вообще за камышами стояли.
- По какому поводу?
- Беда, Марин.
Парторга, Вадима, убили.
- Кто?
- Да кто же его знает...
Мы с Андрюхой
тоже под подозрением у них.
- Неужели Кирилл?
- А кто же еще? Не самострел же.
Мы с Борей в стороне стояли.
- Кто-нибудь проводит Томилина?
- Провожу.
- Так что, Томилина арестуют, что ли?
- В суд повезу, а там решат.
Ну давайте, расследуйте.
Тогда и нас проверяйте с Андрюхой.
Успокойтесь, товарищ.
Валя!
Валя... Неужели это возможно?
Где хоронить будешь? У нас?
Нет, у него родственники в городе.
Там и похороним.
Когда поедешь?
Завтра.
Довезу.
Скажи, Кирилл мог?
- Здесь носки, две пары.
- Главное, сыновьям потом скажи,
- что не я.
- А кто?
Не знаю. Может, сила небесная.
Может, отец обещал мне перед смертью.
Может, проклял оттуда.
Ты не жди меня, Надя,
устраивайся, как сможешь.
Вот деньги.
Поделите с Валентиной пополам.
Будет отказываться -
- уговори как-нибудь.
- Не виноват - отпустят.
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
Я не убивал.
Сохрани ребенка. Я вернусь.
Рано или поздно вернусь.
Мм...
Проклятые сны. Надоели.
- Не пей. Вот и войдешь в норму.
- А?
Горе ты мое!
Папка с мамкой твои непутевые
погибли по пьяному делу.
И ты, чую, пропадешь.
А я непьющий, бабуль,
сегодня исключение.
Иные и без вина пьяные.
Вот как ты, во хмелю живешь.
Только попробуйте обмануть, гады.
Неужели... неужели...
Ух ты!
Ай да спасибочки!
Ай да дядя Кирилл! Ай, спасибо!
Где ты там... Опа!
Ты мой хороший. Иди сюда.
Ух ты! Ух ты! Чо припрятали,
а, гады?! Ах, гады!
СМЕЕТСЯ
- Ой, Пашка!
- Не "ой, Пашка". Ай да Пашка!
- Ай, ай, ай!
- Ай да сукин сын! Все, бабуль.
Все! Теперь жизнь начнется!
Заживем, бабуля!
Что с тобой?
- Тебя Петрович что-то зовет.
- Что там еще?
- Сейчас снег повалит.
- Обещали к вечеру, часам к шести.
- Где стоял погибший?
- Там.
- Так?
- Чуть ближе.
- Вот так.
- Понятые...
- Ну а выстрел был откуда?
- Рядом.
Метров десять.
- Значит, там один из них стоял.
- Не, мы вот там стояли. Далеко.
- Вот, вон там.
- Они далеко стояли.
- Ну а там-то кто стоял?
- Не знаю. Может, почудилось.
Зря вы дурака валяете.
Есть отчет криминалистов.
Патроны-то ваши.
И дробь, и порох - все ваше.
Лучше бы вам признаться.
Ну, никто не говорит пока,
что вы убийца.
Ну, стреляли в уток,
попали в человека.
Убийство по неосторожности.
Пятерочка, если не ошибаюсь.
У вас были непростые отношения
с погибшим.
- Были.
- Ну, из-за чего?
Неважно. Это мои дела,
никого не касается.
Ну согласен. Если так,
то ваши дела - вы и выкручивайтесь.
Только вот что я вам скажу.
Убийство по неосторожности -
это ваш единственный шанс.
Правда, я не знаю,
поверят ли вам в суде.
- Выкручивайтесь как знаете.
- Я выкручиваться не собираюсь.
Пятерку, понял?
Дикость. Дикость.
Это что за дикари у вас в деревне?
- Какая-то деревушка монстров.
- Да обычная у нас деревушка,
Семен Матвеевич.
Везде это может случиться.
- Я думаю, это было ненамеренно все.
- Да бросьте вы! Бросьте, я в курсе.
Женщину не поделили.
И смотри, не нашел ничего лучшего,
как убить соперника.
А сейчас выгораживается,
мол, стрелял не туда, в утку,
- а попал вот...
- Да так оно и было.
А вот я думаю,
что это умышленное убийство.
И не кого-нибудь,
а партийного работника.
- Что там вдова?
- Работает.
Директор-то она хороший,
пусть работает.
Угу! Та еще юла!
Крутилась между двух огней.
Нет, хороший человек.
Умный, искренний.
- Ну хорошо. А кого она любила-то?
- Томилина.
Ну вот. Ну вот так бы и сказала,
что люблю, мол, Томилина, и все.
- И не было бы никакой...
- Все сложнее. Дела-то сердечные.
Ой, да ладно! Мы в свое время
себя вот так держали. И все.
Плохо все. Плохо все,
Марина Васильевна.
- Мы ведь тебя в герои готовили.
- Да ну какой я герой,
Семен Матвеевич. Я недостойна.
Мне было бы тяжело носить
Звезду Героя. Герой - это подвиг.
А я так чо, по мелочи просто,
- вон, в земле копошусь.
- Ладно.
Поздно теперь речи произносить.
- А дочка-то как?
- Дома.
Можно без подробностей?
Просто дома, и все.
Все ясно.
"Я капельки росы искал,"
На побережьях океанов
Их находил и целовал
Среди штормов в двенадцать баллов.
"Потом их на руках носил..."
- Здрасте!
- Здрасте!
Им первое время не до писем.
Кроме казармы, ничего не видят.
А я не жду вовсе.
"А ты за мною шла по следу"
И целовала облака.
Бродили мы по белу свету,
Покачиваясь слегка, слегка,
слегка, слегка...
Наташ!
Наташка, привет!
Давненько не виделись с тобой, да?
Чо, ты домой идешь?
Наташ, ну я тут при чем, а?
Чо ты меня взглядом-то сверлишь?
Ты лучше вспомни,
- кто у тебя еще был, кроме меня.
- Не подходи ко мне, понял?!
А то ударю чем-нибудь!
Как прикажете.
- Надо кушать, дочка.
- Я потом.
- А ты к Ваньке больше не ходишь?
- Нет. Они папу убили.
- Может, и не они.
- Вся деревня говорит, что они.
- А ты их защищаешь.
- Нет, я никого не защищаю.
- Мам, давай уедем.
- Ну куда мы уедем?
Папины родственники нас не любят,
а мои далеко. Да и не ждут они нас.
- Тебе жалко папу?
- Очень.
- А они говорят, что не жалко.
- Ну кто говорит?
- В школе девочки.
- А ты не слушай никого.
Папа твой был
очень хорошим человеком.
И всегда это помни. Всегда!
А ты его любила?
Любила.
У взрослых все сложно.
Не расспрашивай. Ешь.
Сам он, Кирюха, виноват.
Кто клялся, что не стрелял?
Кто доказывать начал,
что в утку целился?
Метаться начал.
Суду это не понравилось -
вот и влепили по полной,
умышленное, десять лет.
- Дядя Андрей! Тебя там спрашивают!
- Чо? Кто?
Городской! Чистенький!
- Что, следствие, что ли, опять?
- Да вряд ли. Кирюху-то уже посадили.
Чего расследовать? Иди узнай.
- Андрей Тихонович?
- Я. Ко мне?
Здравствуйте!
Очень рад познакомиться.
Меня Аркаша зовут. Аркадий.
Я друг Лизы.
Мой отец, профессор Ольшанский,
он писал вам.
Но это такая сложная,
неприятная история.
- Друг?
- Да.
А я думал, вопрос закрыт.
Думал, все закончилось.
- А ты, значит, вон какой неугомонный.
- Андрей Тихонович, я понимаю,
вы обижены.
Это дурацкое письмо отца,
и все это так нехорошо
получилось, но...
- Чего явился?
- К Лизе.
- Зачем?
- Я люблю ее.
Я хотел приехать раньше,
но я решил не травмировать родителей.
А сейчас они уехали за границу,
и я сразу поехал к вам.
Ты рискуешь, друг. Ты давай там,
в столице нашей родины,
люби кого-нибудь, там выбор богатый.
А Лизке на глаза показываться
- не смей. Я серьезно.
- Я вас понимаю.
Что ты понимаешь?
Пониматель тоже выискался.
Девка только успокоилась,
только жить начала.
- У нее что, кто-то появился?
- Появился не появился -
- тебя не спросили.
- Нет, ну если появился, я понимаю.
- Но хоть повидаться-то с ней я могу?
- Я два раза предупреждать не буду.
Я человек тихий,
но, когда дело дочки касается,
я могу, прости господи...
Давай, чтоб духу твоего
здесь не было.
- Ну, хорошо.
- "Хорошо". Давай-давай,
вон трасса, там попуток много.
На любую садись, а я посмотрю.
- Здрасте!
- Здравствуйте!
Вы приезжий, что ли?
- А, в гости.
- В гости.
- Ага. К кому?
- К Лизе Истоминой.
К Лизе? Так она
на той улице живет, вон там.
- Вы сами-то чьих будете?
- Знакомый.
- Знакомый. Так идите к ней, она дома.
- Да у вас гостей не очень привечают.
А, ясно. Из Москвы, значит.
Оттуда.
Садитесь. Чаем вас напою.
Отогреетесь, и поговорим.
Посильнее дверцей хлопните.
Читала я письмо вашего отца.
Это правда, что вы собирались
за границу?
Ну, это не совсем так.
Я силком Лизу тащить не собирался.
Ой, извините-извините.
Это не мое дело. Я не вмешиваюсь.
Лиза в Москве с подругой была.
Да, Наташа. Мы виделись.
- Очень хорошая девушка.
- Спасибо! Это дочка моя.
Очень приятно. А как она?
Я слышал, она вернулась обратно.
Дома. Может быть, вы в курсе...
В Москве у нее мальчик был.
Ну, парень то есть.
Парень? Лиза говорила,
что у нее парень в деревне. А что?
Ничего, ничего.
Значит, папа Лизы вам не рад?
- Да. Я его понимаю.
- Он очень жесткий человек.
Первое время на глаза ему
не попадайтесь. Пока.
А встретиться с Лизой
я вам помогу. Устрою.
- Сегодня вечером дойка. Вместе поедем.
- А Лиза доярка?
Доярка. И Наташка, и Лиза.
Так вот они в Москву-то съездили.
Наташа болеет. Пока.
- А Лиза вот работает.
- Спасибо вам.
Если задержитесь в деревне,
милости просим пожить у нас.
- Мы гостям рады.
- Спасибо!
- Тут, сами понимаете, да?
- Ну, не очень, если честно.
- Здорово, труженицы!
- Здравствуйте!
- Где Лизка?
- Там.
МЫЧАНИЕ
- О! Здрасте, ударницы!
- Здравствуйте!
- Как настроение?
- Боевое.
- Лучше всех. Как там Наташка?
- Дома. Приболела.
- А к нам гости, Аркадий из Москвы.
- Здрасте!
- Здравствуйте!
- Замечательный молодой человек,
- замечательный.
- Это каким же ветром-то к нам?
- В гости.
- Парное молочко-то любите? А?
- Давай, Вер, угости. Давай, давай.
- Угостим. Чего ж не угостить-то?
- Ага. Угостим.
- Уютно у вас здесь. Тепло.
Ага. Ой, еще б не пахло бы.
Мы-то привыкли, принюхались,
не чуем. А вам-то, наверное,
с непривычки-то как-то в диковинку.
Ну, а чего же? Я не белоручка.
Знаете, как у Толстого,
"не неприятный запах навоза".
Здорово сформулировано.
Спасибо большое.
Вроде "неприятный запах навоза" -
ну неправда; "приятный запах
навоза" - ну странно звучит.
А "не неприятный запах навоза" -
просто Здорово.
Пейте-пейте. Полезно.
- Ну?
- А?
- А может, к нам на ферму скотником?
- Ой, да ну.
Ну почему же?
Можно, если придется.
Ну надо осмотреться,
подумать. Извините.
Здравствуй, Лиза.
- Я к тебе.
- Здравствуй, Аркадий.
Я подожду тебя на улице.
- Гляди, а Лизкин-то стоит.
- Зин! Ой, осторожней!
- О, Лиза, за тобой!
- Смотри, стоит, как кактус!
Кактус.
Лиза, я так рад!
Я хотел приехать раньше,
но мне нужно было проводить
родителей. Ты обижена, Лиза?
Да, я обижена. Я должна была
учиться в хорошем институте,
в лучшем институте мира.
Вместо этого я дою коров.
- Да, мне обидно.
- Я понимаю.
Нет, ты не понимаешь.
Я разучилась рисовать.
Мне перестали сниться сны.
Я ничего не вижу,
- кроме этого коровника.
- Лиза, я обо всем договорился:
в июле тебя примут без экзаменов.
Тебя все запомнили -
- учителя, профессора.
- Нет уж, теперь никуда
от этого коровника. Я привыкла.
Тут же не неприятный запах навоза
- и парное молоко. Идеально.
- Лиза, я останусь здесь
на несколько дней. Марина Васильевна
разрешила пожить у них. Увидимся?
Не знаю.
Приходил?
- Неважно это, папа.
- Нет, важно. Это важно, Лиза.
Ты уже не ребенок,
приказывать тебе не могу.
Но предупреждаю...
не уедет - побью.
А тебя запру, чтобы не сбежала.
Дочка, уж любой другой,
но только не этот.
Додуматься! В чужую страну уехать,
к чужим людям!
- Ну это ж подумать страшно.
- Никуда я не уеду, мам.
- Паспорт спрячь на всякий случай.
- Спрятала уже. Ой, горе...
Пойду пройдусь, к Зине зайду.
- Недолго.
- Угу.
Аркаша!
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
- Тебя так долго не было, я так ждала!
- Прости.
- Я тебя больше никогда не потеряю.
- Я не смогу вернуться до лета.
И не надо. Мы будем жить здесь,
я уже осмотрелся.
Нет, ты не выдержишь здесь до лета,
здесь скучно и грязно.
Здесь прекрасно,
потому что здесь ты.
Я никуда не уеду, даже если твой отец
будет бить меня палкой.
- Помогу.
- Не надо!
- Заходи, поиграем.
- Нет! И больше не лезь!
Вы папу убили!
- Мы не убивали!
- Дурак!
Уходи!
Все равно я тебя буду ждать!
Когда-нибудь придешь!
Не мечтай!
Я вам еще отомщу, вот увидишь.
Садись, есть будем.
Ты в положении, мам?
Что?
- Ну, все говорят.
- Кто это говорит?
- В школе.
- В школе?
- Учителя говорят?
- И девочки.
Ты уже взрослая.
Надеюсь, ты меня поймешь и поддержишь.
- Да, у тебя будет брат или сестра.
- Это будет их родственник?
- Это будет твой брат или сестра.
- Значит, это будет их родственник.
Мне стыдно за тебя, мам.
Не делай этого.
- Дочка...
- Съезди в больницу.
У тебя есть я. Тебе мало?
Ладно, ешь. После поговорим.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ДЕТСКИЙ ГОМОН
Понимаю, понимаю.
- У тебя срок-то в марте?
- Угу.
Как у моей.
Ну, Татьяна Ильинична заменит меня,
отпуск возьму до лета.
А ты в райцентр поедешь -
в районо зайди.
- Ну конечно, зайду, все объясню.
- А, еще просьба.
- Мне бы дочку отвезти...
- В город?
Там родственники Вадима,
школа хорошая. Поживет там.
- Ну конечно. Все, вместе отвезем.
- Одна сможешь?
У меня с ними... Живот увидят...
сама понимаешь.
Ну не волнуйся, отвезу.
- О!
- Здравствуйте!
Товарищ квартирант,
что-то случилось?
- Э, нет, я просто поговорить.
- А... Тогда дома поговорим,
- я уже собираюсь.
- Нет, я официально
- как к председателю колхоза.
- Как председателю колхоза?
Ну проходи, поговорим.
Присаживайся.
- Дело для меня найдется в колхозе?
- Мм... Вон оно что, значит.
- На неделю, на месяц?
- До конца июня, а может и навсегда.
- Не шутишь?
- Я не шучу, Марина Васильевна.
Я думал в дояры устроиться,
ну поближе к Лизе, но мужик-дояр,
- говорят, это в деревне стыдно.
- Конечно, засмеют.
Почему-то считается, это стыдно,
почему-то считается,
что это сугубо бабье занятие.
Но дело не в этом.
Да, такого умного, образованного,
интеллигентного, тонкого
молодого человека нужно использовать
на полную катушку.
Может, в школу к нам,
учителем рисования?
- Ты же художник?
- Не без этого.
Мысли путаются,
такое богатство в руки попалось!
Надо же не продешевить.
Так! Давай в школу.
Нарисуешь нам наших передовиков.
Нет, нет, нет, лучше киномехаником.
- Договорились.
- Все!
И учителем, и киномехаником.
Ну, насчет передовиков не уверен,
но простых людей - с удовольствием.
Такие интересные типажи,
интересные лица. Можно цикл сделать.
"Мои односельчане", например.
Ну конечно, конечно.
Это я так, по привычке уже,
просто по инерции сказала.
Вообще, рисуй чего считаешь нужным.
Вам в Минкульт надо,
главным цензором.
"Рисуй чего считаешь нужным" -
отличный лозунг.
Если нужно переговорить с Андреем,
я переговорю.
- Нет, я сам. Он поймет и примет.
- Мм... такой же упертый.
Будь с ним аккуратнее, он драчун,
в случае чего в драку лезет.
Ага.
ШУМ СТАНКОВ
А вы не подскажете,
где Андрей Тихонович?
Да вон там.
Андрей Тихонович...
Андрей Тихонович!
Я не уехал, как видите.
Я не мог уехать.
Я надеюсь, вы меня поймете.
У вас найдется время поговорить?
Найдется, найдется.
Вижу, разговаривать с тобой
бесполезно, с первого раза
ты не понял.
Значит, со второго будет без слов.
- Ты сдурел, что ли?! Чего творишь?!
- Чего ты лезешь? Чего ты лезешь?
Да он квартирант мой, гость.
А ну, не тронь!
- Ты, значит, приютил?
- Да, значит, приютил.
- Я никуда не уеду.
- Ты разберись сначала,
- а потом руки распускай!
- А ты разобрался, да?
Вон у тебя дочка брюхатая приехала.
А я не допущу, понял? Не допущу.
Ты чего добиваешься? Лизка сбежит
или отравит себя опять.
А ты не каркай! Чтоб я тебя
здесь больше не видел, понял?
- Я зайду еще, надо будет поговорить.
- Пойдем, пойдем поговорим.
Пойдем, пойдем отсюда, пойдем.
- Чего читаешь?
- Иванова, "Вечный зов".
- Вот, публикуют.
- Угу.
- Ты что, Лиз?
- Аркадий где?
- А он съехал, он в клубе будет жить.
- Почему? Что случилось?
Ничего не случилось,
ему просто там понравилось.
Там в подсобке раскладушка есть,
постель. Мы уговаривали не съезжать,
- он не хочет.
- Ты, Лиз, это... не паникуй.
Они сами разберутся.
Аркадий парень умный, справится.
И отцу не груби, терпи.
Справится, справится, ничего.
- Ты что? Ты жить здесь собираешься?
- Ну, да. Холодновато, конечно,
- но что поделать.
- Так... А с лицом что?
А, это ерунда. Нам с твоим отцом
еще предстоит долго притираться
друг к другу. Но ничего,
притремся как-нибудь.
Ну почему ты к нему пошел?
Я должна была как-то его подготовить.
Лиза, не волнуйся.
Все будет нормально.
Твой отец хороший человек. А главное,
у нас есть одно общее качество:
- мы оба за тебя жизнь готовы отдать!
- Так...
- Собирайся.
- Куда?
Пойдем туда, где тепло,
где можно жить. А если нас выгонят,
вернемся, будем жить здесь.
Но вместе.
- Лиза, не надо.
- Одевайся.
РЕВ МОТОРА ЗАГЛУШАЕТ РАЗГОВОР
КРИЧАТ ГАЛКИ
- Мам, пап, это Аркадий, мой жених.
- Очень рад.
- Виделись.
- Вы проходите, раздевайтесь.
На диване будешь спать. Вон там.
Там удобно.
Тебе жить. Вы ведь теперь
не шибко слушаетесь.
- Мать...
- А?
- Тащи закуску.
- Вы проходите.
Раздевайтесь. Проходите-проходите.
- С заграницей как?
- Мы никуда не поедем,
- если Лиза будет против.
- Ну Лизу и уговорить можно.
Андрей Тихонович, я обещаю,
мы ничего не сделаем,
не посоветовавшись с вами.
Мы вот так все вместе сядем за стол
- и все обсудим.
- Ну все-все-все, мать, садись.
Да-да, сейчас. Тарелки только...
Доченька, помоги, пожалуйста.
Ну вот, получается, мы вас сосватали.
Сосватали, обручили, благословили.
- А не передумаешь, мил человек?
- Ну, чтоб передумать,
надо задуматься, а я не думал.
Я увидел Лизу и понял,
что это моя жена.
Поживем - увидим.
Вот так растишь дочь, растишь,
а она возьмет и уедет,
будто не было ее, как будто умерла.
И внуки вырастут,
а ты их даже не увидишь.
Я вас понимаю.
Мои родители
то же самое говорили, когда уезжали.
Но такова жизнь.
У нас такое государство.
А в других странах - там все иначе.
Может, когда-нибудь и у нас
- все будет по-человечески.
- По-человечески -
это когда полон дом детей.
У отца с матерью нас девятеро было.
У других так же или даже больше.
Один слабак - другой удался.
Один дурак - другому ума перепало.
Один в разбойники подался...
другие есть. А у нас вот она одна.
Не дай бог чо...
Потом после тебя
ничего не останется.
Ой...
Да не реви ты, мать.
Он у меня один такой.
Он самый лучший.
"В темнице там царевна тужит,
А бурый волк ей верно служит.
Там ступа с Бабою Ягой..."
- Вот Ксюша и есть эта Баба-яга.
- Чего?
- Да, она злыдня.
- Вы поссорились, что ли?
- Угу.
- Помиритесь. Завтра помирись.
А она завтра уезжает, с утра.
Да? Далеко?
Да не знаю я.
Мам, а папа скоро вернется?
Ну, может, скоро, а может, не скоро.
Может, ты уже такой взрослый будешь.
Выше папы, представляешь?
- А он убивал?
- Ну конечно, нет, сынок.
- Все, спи.
- Спокойной ночи.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Ложись. Все, спи.
Глазки закрывай и спи.
- Проходите.
- Да я ненадолго. Вы уезжаете?
Нет. Дочь отправляю до осени.
Сама остаюсь,
не прогоняют пока. А что?
Ничего, просто спросила.
Я хотела зайти к вам, Надя.
Поговорить.
Извиниться.
Я всегда чувствовала вину перед вами.
Вы сильная женщина.
Я глупая.
Была бы умная...
Ну, ничего не вернуть, как говорится.
Просил вам передать.
Просил - отдаю.
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея."
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...


Серия 8

"Дети, дети, дети"
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...
- Ой, ты чего? Ты чего так рано?
- Ничего-ничего, спите.
- А, ну давай чай сделаю?
- Да нет, спасибо, я кофе сварил.
А, хорошо.
Кофе... хорошо.
- Аркадий... как ты узнал?
- Что?
Я все это время мечтала,
как ты мне приносишь кофе,
- как тогда в Москве.
- А я все это время мечтал,
что я в первый же день
принесу тебе кофе в постель.
Ты как? Квартиру отобрали?
Нет.
Профессорские хоромы сочли
недостаточно роскошными и оставили.
Мне собираться пора.
- Дойка в полшестого.
- Я тебя провожу.
- Нет-нет. Спал бы.
- Да нет, мне все равно работать.
- Наташка-то как?
- Дома, готовится.
Ой, неженка!
Я за день до родов доила,
- а эта, глянь, за полгода готовится!
- Ой, не могу, девки!
- Давай!
- Ага, давай.
О! Не нас ли зарисовываешь?
Увековечит, девки, в историю войдем.
Ага, размечтались.
Ему есть кого увековечивать.
Школа там хорошая,
а я к тебе приезжать буду.
- Ты обещала, что сходишь к врачу.
- Схожу, схожу.
- Я все слышала вчера.
- Что?
Тетя Надя заходила.
Что она тебе передала? Деньги?
- Я разберусь.
- Деньги?!
Ксюша!
- Значит, это тоже от них?
- Отдай, пожалуйста.
- Тоже от них?
- Отдай немедленно!
- Ты плохо себя ведешь!
- Ты должна им вернуть.
Не смей так разговаривать
с матерью. Отдай мне.
Хорошо. Хорошо, хорошо, я все верну.
Ой, господи...
Я сама отнесу, мам.
Отнеси-отнеси.
- Здравствуй, Марин.
- Здравствуй, здравствуй,
друг прекрасный. Ой, господи...
На стол положи,
если в доме нет никого.
К соседям пошла попрощаться.
Сейчас вернется.
Ксюш,
- а Ванька в школе, нет его.
- Да, ясно. Привет ему.
До свидания, тетя Надя.
Ты прям к дому, Марин,
и в квартиру заведешь.
Валюш, ну ты же меня знаешь.
Я сделаю. Все.
Ну что, лягушка-путешественница,
готова?
Ты там умницей будь, да?
Запрыгивай.
Ну все.
Хозяйка! Горит у тебя!
- Что такое?
- Что? Ничего не горит.
- Ну как же? Вот.
- Где?
- Ну так пожарную надо звать.
- Зови.
Господи! Да как же это?
Ксюша...
Быстрей! Быстрей!
Ух ты!
Что случилось?
Плитку забыли выключить?
- Нет.
- А ну-ка, пойдем посмотрим.
Сынок, сынок, подожди.
Подожди, ты не ходи.
Подожди меня здесь.
Рукав сворачивай аккуратнее.
Ух... Н-да!
- Ванюш, ты чего?
- Мам, мои книжки сгорели?
Главное, что дом весь уцелел.
Ты посиди в бане. Давай.
Чего твоя-то приходила?
Деньги приносила,
которые ты вчера оставила.
Ты прости, она не могла.
Может быть, вы у меня поживете пока?
Уезжайте отсюда.
- Надя?
- Марин, ты?
- Чего у вас тут?
- Да вот, как видишь.
- Это ты, что ли, баловался? А?
- Она.
- Кто - она?
- Да девочка Ксюша.
- Заходила перед отъездом и...
- Ксюха заходила?
Вы чего на девчонку-то
наговариваете?
Ну и не спрашивай тогда!
Значит, само загорелось!
Все-все-все, успокойся,
успокойся.
Вот народ!
На секунду вас оставить нельзя,
обязательно что-нибудь случится.
Так... Что, может быть,
в конторе поживешь пока?
Или в сельсовете
тебе комнату выделим?
Не надо, справимся.
Люди обещали помочь.
Да мы-то поможем, конечно, поможем.
А что, деньги, документы сгорели?
Сгорело. Много денег было.
Нечистые, значит.
Ну ничего-ничего, справимся.
Поможем.
- Пишет?
- Кто?
- Макс-то.
- Пишет. Хорошо все у него.
Хорошо. Ты ему не сообщай,
не сбивай парня с колеи.
- Им там первый месяц трудно.
- Знаю, справимся. Справимся, Марина.
- Все, справимся. Поможем.
- Давай. Спасибо.
- Так, доделывай. Света хватает тебе?
- Да, хватает.
Сейчас ужин будет. Ты молодец.
Все хорошо, сынок, все хорошо.
Все хорошо.
Что ж такое-то...
Бедняжка!
- Ну что, довезла?
- Все, из рук в руки передала.
Пожар в деревне - это страшно.
- Не разувайся, не надо.
- Секунду.
Заходи.
Как ты думаешь,
Ксюша могла это сделать?
Да я не знаю, Марина.
Я вообще будто ее не знаю теперь -
ни о чем с ней говорить,
ни как к ней подступиться.
Ну и осуждать ее тоже не могу.
Только я одна во всем виновата,
я одна.
В деревне скоро об этом узнают.
Это нельзя скрыть.
А поджигателей изгоняют.
- Уеду. Завтра прямо и уеду.
- Куда ты?
Есть куда?
- Ну... да. Прости, Марин.
- Ну все, договорились. Не провожай.
Вот, товарищ майор,
сержант к отцу приехал.
- К кому?
- Томилин, 103-я.
Здравия желаю, товарищ майор.
Следую домой после демобилизации.
Ваша зона по пути,
хотелось бы отца увидеть.
Плохо, сержант. Надо было месяц
назад просьбу подавать, как положено.
Да я понимаю. Но невозможно было
предугадать день отправки.
- Понятно. Сутки дать не могу.
- Сутки и не нужно.
Нам бы пару часов пообщаться.
Хорошо, сынок.
- Организуй и накорми солдатика.
- Есть.
Здорово, батя!
Удивил, сынок. Солдат!
Два года пролетели...
- Время быстро летит. Как ты?
- Как положено.
Мой дембель еще не скоро.
Съежился и живу.
День прошел - и хорошо.
Что у вас там случилось?
Неужели убил?
Не помню. Да и что тут помнить?
Я вот думаю, если бы я убил,
меня бы за эти годы тяжелые сны замучили.
А мне за эти два года
ни одного плохого сна не приснилось.
Что же он, сам себя застрелил,
что ли?
Не знаю. Я заслужил свое.
Хотел убить. Заслужил срок.
Да это понятно, бать.
Мать жалко - столько натерпелась.
- Матери скажи: домой не вернусь.
- Это, батя...
Это очень странно.
Это как-то по-юношески.
Неужели страсть такая?
Да, знаю. Бывает.
- И где эта женщина?
- Даже не знаю.
- Что, даже не пишет?
- Даже не пишет. Выйду - найду.
Странно, бать. Очень странно.
- Что теперь? В институт?
- Ну, это уж вряд ли.
Я же теперь за старшего.
Помнишь, место тебе показывал
на огороде?
- Угу.
- Так вот, если прижмет,
раскопай, возьми чуток,
а остальное закопай.
- Я деду обещал, а ты мне пообещай.
- Что там? Клад, что ли?
Клад, сынок.
Наши прадеды большие хозяева были.
Землей владели, богатство ковали.
Теперь и ты в ответе
- за это богатство.
- Интересно.
Хорошо.
Ладно, бать.
У меня поезд вечером,
еще до вокзала добраться надо.
Как Наталья твоя, ждет тебя?
- У Натальи своя жизнь.
- Ты поаккуратней, сынок.
Ее потеряешь - жизнь потеряешь.
Не тебе меня учить, бать.
- Вань! Ну что, нету?
- Нету.
- Может, он еще на год остался?
- Ну какой "на год"?
Он же написал, что едет.
Ты давай смотри внимательно,
- не прогляди мне!
- Хорошо.
Что "хорошо"?
Как появится, сразу зови меня.
- Да, хорошо.
- Понял?
- Да.
- Давай.
- Макс!
- Хей! Ванька!
- Макс!
- Ванька!
- Мам, идет!
- Ах!
Молодец.
Ну все.
Максим!
Мама!
Ну здравствуй!
Снова недостача...
- Здравствуйте!
- Здрасте!
Здрасте!
- Наташа, в чем дело?
- Что ты врываешься как угорелая?
- Сбила меня. Чего тебе?
- Чего? Того самого.
- Пятерку вычли из зарплаты за что?
- Так ты же прогуляла три дня,
- вот и вычли.
- Прогуляла?
Ну, Наташа, нашла прогульщицу!
Я к сестре ездила, заболела она.
- Я же потом отработала три дня.
- Света, разбирайся с завфермой.
Мячик я вам, что ли,
что швыряетесь мной?
Завфермой говорит:
"Иди в бухгалтерию".
Бухгалтерия говорит:
"Иди к завфермой".
Вот, пожалуйста. Три прогула.
А что отработала - об этом ни слова.
- Разбирайся с завфермой.
- Да ну вас! Начальники все.
Димочка! Смотри,
что я тебе принесла. Смотри.
Мой хороший! Привет, привет!
- Вы, главное, мне горючее...
- Ел?
Дождешься от них. Ел, ел.
Сейчас дед приедет, на обед пойдем.
Мам, я заберу его сегодня, ладно?
Так соскучилась!
Зачем? Пускай еще хотя бы
на выходных побудет.
Ладно, послезавтра заберу. Я там
уже обустроилась, обои поклеила.
Вот именно.
Краской, наверное, воняет.
Дай хотя бы неделечку
еще понянькаться, а?
- Пашка, что ли? Паш, ты откуда?
- Марина Васильевна,
- не велите казнить!
- За что казнить-то?
Пропал, не объявлялся.
Бабушку похоронить не смог.
То, что похоронить не смог
и не являлся, это плохо. Где был?
Дела, дела. Жизнь короткая,
спать некогда. Работаю.
- Работаешь. Видать, начальство, да?
- Угу.
Мы с Павлом сами себе и начальники,
и подчиненные. Здрасте!
- Здрасте!
- В сфере торговли, если кратко.
- Это мой компаньон.
- А, интересно. И где торгуете?
- От Москвы до самых до окраин.
- А!
Похорошела, правда.
Семейная жизнь ей на пользу.
- Да.
- Ишь, богатырь! А зовут-то как?
- Дмитрий.
- Борисович. Я его отнесу, мам, к вам?
- Конечно. Иди, там дед ждет.
- Похорошела.
Борисович, значит? Боря. Кто это?
Наш или приезжий?
- Да неважно. Зачем приехал?
- Избу оформить надо.
- Думаю дачку здесь устроить.
- Так а что ее оформлять-то?
Ты же единственный наследник.
Завтра приходи в сельсовет.
- Отметишься - и она твоя.
- Я думал, он Максимович.
Все. Завтра приходи.
- Ну и куда ты теперь?
- В колхоз пойду.
- Права есть, шоферить буду.
- Максим, ну поучился бы.
Да расхотелось.
С отцом виделся. Пообщались.
Ты не жди его, мам.
Я на себя домашние заботы возьму.
- Валентина Георгиевна уехала?
- Ага. Сразу после пожара.
Ксюха наш дом подожгла, дура!
Когда-нибудь встречу - поквитаемся.
Иван! Да все хорошо уже, сынок.
Справились.
Странно. А мне казалось,
я кого-то видел в их доме.
- Так Наталья...
- Натаха твоя.
Вань, помолчи, пожалуйста.
Наталья с сыночком переехала.
Решила теперь
от родителей отдельно пожить.
- А муж кто? Приезжий или местный?
- Кто?
- Ну, муж Натальи.
- Ну какой муж? Она одна.
Хозяйка! Хозяйка!
- Ну привет! А я вот...
- Обед заканчивается. Пора на работу.
Слушай, неплохо устроилась.
А я вот на два дома живу:
- то у нас в городе, то в Москве.
- Это ты к чему?
В Москву не собираешься переезжать?
Я квартиру снял хорошую, в центре.
- Я дома и хорошо себя чувствую.
- Да брось.
- Так и будешь коров за сиськи дергать?
- Понадобится - буду.
- Пока! Мне пора на работу.
- Ну подожди ты.
Подожди, подожди.
Я много чего повидал и кое-что понял.
Понял, например, что весь этот шик,
все эти деньги - это чепуха.
А главное - то,
ради кого ты хочешь стараться,
для кого хочешь рисковать.
А я хочу рисковать для тебя.
Ты понимаешь?
Мне никто, кроме тебя, не нужен.
Ребенок не помеха,
- я его могу даже усыновить.
- Пусти.
Ну подожди.
Если отказываешь,
отказывай хотя бы уважительно.
Тихо, тихо. Ты чего?
Я так и обидеться могу.
Что тут происходит?
- Он был тогда в Москве с вами?
- Какая разница?
Как - какая? Может быть,
я зазря тогда вмешался?
У вас это все семейные разборки, да?
Милые бранятся - только тешатся,
- а завтра будет страстное примирение?
- Не таких слов я от тебя ждала.
- Извини, Наталья, других слов нет.
- Может, ты ждешь от меня извинений?
А я не хочу извиняться.
У меня все есть, я счастлива.
У меня есть сын. Он вырастет,
будет мужчиной, будет меня защищать.
Я не буду извиняться!
А ты решай как хочешь.
Счастлива?
Это хорошо.
Будем, значит, по-соседски видеться.
Пока, Наталья.
Классно здесь, Паша.
Воздух чистый, тихо.
Я бы на твоем месте
здесь дачку забабахал,
подальше от этой городской суеты.
Туда-сюда, шашлычки - милое дело.
- Забабахаем.
- Ты чего смурной?
Из-за барышни, что ли?
Паша, здесь нет ни одной девочки,
ради которой стоит страдать.
А если и есть, не мне тебя учить.
Пошуршать перед ней червонцами...
Хотя здесь и трехрублевок
- будет достаточно!
- Собирайся, едем.
- В смысле? Еще же дня два.
- Поехали, я сказал.
Поехали.
- Так, кому сыра?
- Мне.
Ой, ребята, смотрите!
- Привет, Витек!
- Так, заходи давай!
- Когда дембельнулись?
- Позавчера.
- А чего вы без Наташки?
- Привет! А при чем здесь Наташка?
Понятно. Бедная Наташка!
Глупая, надо было писать в армию.
Мы вот нашим хлопчикам писали,
они и прилетели.
Она тоже писала.
Каждый день сидела и писала.
- Как ни зайдешь, так все время пишет.
- Ничего не писала. Мне не приходило.
Тебе писала.
Видимо, не отправила.
Подруга может не дождаться,
Хотя и будет обещать.
А друг тебя всегда дождется,
Его не надо забывать.
Давайте, ребята,
за нас с вами, за дружбу,
за девчонок, наших боевых подруг!
Ура!
Ура!
А давайте я вас всех сейчас
сфотографирую.
- О!
- Ну!
- Так...
- Да ладно, фоткай давай!
- А ну-ка, кучнее, ребятки.
- Все, старик, и тебя пленили.
Бабы - народ коварный.
Чуть забылся - уже в плену.
- Да я не против.
- Снимаю!
- Все в кадр!
- Смотрим, смотрим.
- И еще одну.
- Замерли!
Слушайте, а давайте в один день
поженимся? Три свадьбы! Красиво!
- Согласен!
- Согласен!
- И экономия какая!
- Вить, в физтех-то не передумал?
- Физтех - мечта. Высшая партшкола.
- Так. А что с геологией?
Не знаю. В геологи - точно нет.
Может, в сельхоз поступлю.
Ой, а Пашку-то видели?
Приехал как министр прямо!
- А откуда у Пашки деньги-то?
- Ворует. Не ясно, что ли?
- Честно на "Волгу" не заработаешь.
- Значит, сядет скоро.
Зато пару лет поживет по полной.
Не то, что мы.
Учились бы уже на третьем курсе.
Слышь, Леха?
Потом искали бы золото в шикарной
сибирской тайге. А что теперь?
А теперь мы пьем вино
и поем песни под гитару.
Дома. Дома!
Через горы, через лес
Едет дембельский экспресс.
Подмывайтесь, девушки,
К вам приедут "дедушки"!
- Ребят, давайте куда-нибудь уедем, а?
- Куда?
- Ну, я не знаю. Хоть на Север.
- Мамку на кого оставишь?
- Ты же кормилец.
- Денег оставлю.
- Денег? Откуда? В армии заработал?
- Клад найду.
- Да? А я как же? Возьму и не отпущу!
- М-м! Слышали? Это очень хорошо.
- Со мной поедет. Со мной поедешь?
- А то как же! Да хоть сейчас!
Пойдем. Пойдем-пойдем!
А Верка-то хваткая бабенка,
не отпустит.
- Наташку жалко.
- А чего они расстались?
Ребенок у нее.
Ну что, в бане посидим?
У меня вино есть.
Каменку растопим - тепло будет,
даже жарко. Я люблю, когда жарко.
- Да куда жарче-то?
- Ты мне всегда нравился.
Славная ты, Верка. Я вечером зайду,
обещаю. А сейчас не держи.
Правда поедешь со мной,
если надо будет?
- Конечно. А куда?
- Да неважно.
Деньги будут - в карту
пальцем ткнем и поедем, да?
- Зайду.
- Баньку топить?
Неужели правда?
- Ты чего, сынок?
- Ничего, мам.
Так... проверял.
Мам, а батя с дедом
здесь чего-то копали?
Да не знаю, не помню уже.
А, ну было что-то.
- А что?
- Ничего.
Ты к Наташе-то сходил?
Сходил.
Плохо там все, мам.
- Погоди, дай завтракать соберу.
- Времени нет, в контору бегу.
- Обедать придешь?
- Забегу.
- Спасибо.
- Да не мучайся ты.
Привыкнешь.
Я знаю.
А с чего ты взяла, что я мучаюсь?
- Да надоело уже.
- И не говори. Статный!
- Почти генерал!
- Молодец! Как служилось?
Вот так вот.
- Иди, я размочила. Вот так вот.
- Здравствуйте, теть Марин.
Макс! Максим!
- Орел! Все орлы, все вернулись!
- Да.
- Все.
- Внук?
Внук, да, Димка. Ну давай,
что ли, садись рассказывай.
- Давай рассказывай.
- Да чего рассказывать?
- Я отметиться зашел.
- Ну что ты, как?
Что, в институт будешь
возвращаться или как?
Передумал. Потом как-нибудь.
Димка! Иди к нам, иди к нам.
Идем сюда.
- Эй, дружок!
- Иди сюда.
Давай познакомимся. Давай?
Давай познакомимся.
- Эй! Привет!
- Смотри: дядя.
- Ну что?
- Да, интересный какой.
- Интересный, серьезный.
- Да, серьезный мальчишка?
- В кого бы? Теть Марин...
- Чего?
Я на службе права получил
водительские.
- Шоферить могу. Может, есть вакансия?
- Вакансии всегда есть, конечно.
Слушай, может, ты - парторгом?
- Ну...
- А? Человек ты умный,
продвинутый,
с людьми умеешь общаться.
- Но не партийный.
- Ну! Вступишь в партию,
запишем мы тебя. Отдадим на курсы
годичные. Выучишься, и все.
Давай. Вот так вот. Можешь
сразу не отвечать. Думай.
Да, вкусно. Хорошо?
О как получается...
Может, это мой моральный долг
перед дядей Вадимом?
- Заменить его, за отца извиниться...
- Я об этом не думала.
Это правильно.
Да, да!
- Время есть подумать?
- Конечно.
Ты Наташку-то видел?
Соседи теперь.
Давай вытру тебе.
Я зайду к вам через недельку,
хорошо?
Хорошо.
Пойдем дяде "пока" скажем.
Пойдем.
- Эй, дружок! Пока-пока.
- Пойдем. Скажи "пока".
- Ну ладно. Познакомитесь еще.
- Ну все, до встречи.
Давай. Зайди.
"Унылые сады, свидетели разлуки.
И между нами вновь
лишь крики журавлей..."
- Мама, а куда снегири летом улетают?
- На север.
А что они там кушать будут?
Тоска... Все надо делать вовремя.
После школы хотелось в институт -
не пустили.
- Здравствуй, Максим.
- Здравствуй.
Теперь в институт не охота
и работать не тянет.
Надо было на сверхсрочку оставаться,
предлагали.
Так, хватит на сегодня.
Сопьетесь еще!
Еще не женился,
а уже ненавижу женатую жизнь.
Леш, хватит рассуждать. Ходишь
в своем доармейском тряпье...
- Смотри, что я купила.
- Потом.
- Бедная Наташка!
- А чего Наташка бедная?
Да с ребенком что-то,
заболел вроде. Повезли в район.
Ничего нет страшнее,
чем когда ребенок болеет.
- Как подумаю...
- Тебе-то что об этом думать?
- Твои дети - лет через десять.
- А может, через восемь месяцев.
- Пропал!
- Так, я пойду.
- С Веркой-то у тебя как?
- Да никак.
- Не запутайся, брат.
- Леш, глянь, какую купила.
Ну, встань, встань. Ну, встань, Леша.
Дай примерю.
Очень красиво. М? Надевай!
- Привет!
- Здравствуй, Вера.
- У меня наливка есть, зайдешь?
- Давай завтра.
- Только не обижайся.
- Я готова, Макс.
Ехать с тобой, куда скажешь, готова.
Пойду раздобуду карту.
- Пожили бы у нас, пока пацан болеет.
- Папа, все нормально.
- Лекарства есть.
- Утром заедем.
- Если что, к нам беги.
- О, Максим!
- Здорово! Ты чего тут?
- Ну хватит, ты же видишь,
человек пришел - устал, отдыхает.
А ты со своими расспросами...
- А я - чего?
- Сами они разберутся...
Заходи.
Переволновалась. Все было нормально,
и вдруг - сорок...
- Думала, с ума сойду.
- Ой, не представляю.
- Как сейчас себя чувствует?
- Нормально. Сделали укол,
сказали, все... все будет в порядке.
Оказывается, сорок -
не катастрофа для ребенка.
Вот... Дай?
Я собиралась к тебе зайти...
Мы плохо поговорили в прошлый раз,
я... я плохо поговорила.
Конечно, я перед тобой виновата,
конечно...
Я тебя всегда любила.
Я тебя всегда буду любить, понял?
- Ты делаешь медведя, который ест мед?
- Да.
- А где у него рот?
- Я его еще не доделал.
- Ты мухлюешь!
- Да где я мухлюю?
- Вы просто очень долго все делаете.
- Дети! Дети, спать.
Завтра в школу. Аркаша,
укладывай их, пожалуйста.
Ага. Так, значит, быстро доделываем
свои цветочки и идем спать,
как мама сказала.
Давайте, пять минут.
Так, я не поняла. Ну-ка, спать!
Быстро по кроватям.
Так, все. Пять минут прошло,
завтра доделаем.
- Давайте-давайте.
- Мам!
- Что Горбачев сказал?
- Интенсификация, ускорение.
- Может, все наладится?
- Навряд ли.
- Мне нужно отъехать.
- Куда?
Знакомый попросился пожить
у нас на даче - я подумала,
- ты не будешь против.
- Ну... пусть живет. А кто это?
- А кто это?
- Старый знакомый,
- он просил не распространяться.
- А с чего такая секретность?
- Да еще на ночь глядя.
- Так назначил: в 10 часов вечера.
Ты ревнуешь! Ах!
Ты ревнуешь?
Фу, какой кошмар!
- Ты ревнуешь.
- Да, я ревную.
Я тебя всю жизнь ревную,
я у тебя положительный муж.
Я поехала, положительный муж.
Привет, Лизка, привет!
Ну что, поехали? Давай быстрее.
Выезжай на проспект, и - за город.
Спасибо, Лизка, очень выручила.
Ты, Пашка, бежишь, что ли,
от кого-то?
Вся наша жизнь - бег наперегонки.
Так, повздорил кое с кем,
- ничего особенного. Разберемся.
- Ну ладно. Белье там, в комоде.
- Печка дымит.
- Я не только печку не затоплю,
но и свет-то включать не буду.
Лизка, тебя прошу: никому ни слова.
Я его помню.
Ты, Пашка, бандит, что ли?
Да нет, какой бандит?
Бизнес, бизнес.
- У нас перестройка, такие дела.
- Ну ладно. Будьте аккуратны.
Хорошо. Спасибо, Лиз!
Доброй ночи!
- Как они узнали? Какого черта?
- Вовка.
- Перекупили - перебежал.
- Вовка? Вовка? Чего - Вовка?
Откуда Вовка-то узнал?
Договорились же, никому...
Ну, я думал, что ему - можно.
Прости.
То, что ты просил.
Дух захватывает.
Такие перспективы...
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея."
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка...


Серия 9

"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка".
Да уж, летит времечко.
- Семья-то ждет?
- Ждет.
- Жена?
- Жена - вряд ли.
Понимаете, есть проблемы.
Сыновья уже взрослые.
Есть проблемы...
Когда есть проблемы,
к нам возвращаются.
Будь осторожен, Кирилл Томилин.
Мужик ты положительный,
нечего тебе у нас тут делать.
Постараюсь, гражданин начальник.
Товарищ, товарищ начальник.
Ну, бывай.
"Как целую тебя, я не знаю.
Поцелую - и медленно таю.
Поцелую - и растаю.
Как целую я? Я ликую,
Словно птица, я верчусь
да и токую.
Я токую и ликую.
Обниму тебя, нежно воркую,
И от счастья я пьянею да колдую.
Я пьянею, я колдую.
Как колдую я? Я дрейфую.
Я плыву. Куда? Да вслепую.
Оттого что я тебя целую,
Я своею жизнью рискую.
Как целую я? Я блефую.
Говорю тебе, что я найду другую,
Не такую - золотую.
Как целую тебя, знают губы:
То как ангел, а то очень грубо,
То как ангел, то очень грубо".
Дядя Кирилл! Дядя Кирилл, боже мой!
Я вас сразу узнала.
А вы меня нет? Лиза. Лиза Истомина.
Лиза?
Какая ж ты красавица стала.
Максим писал, что ты в Москве
почетный человек,
тебя в журналах печатают.
- Ну, печатают.
Чего там только не печатают.
Это мой муж, Аркадий.
- Аркадий.
- Кирилл.
- Из самой столицы?
- Оттуда. Двое суток едем.
- Так на поезде же проще.
- Ну, были причины. Потом расскажем.
- Давайте мы вас подвезем?
- Нет, вы езжайте. Я пройтись хочу.
Хорошо. Тогда потом увидимся.
Здравствуйте! А вы к папе?
- Да, спросить хотел.
- Папа вечером будет.
Можете сесть, подождать. Чай будете?
Спасибо. Я пойду.
- Дед Кирилл? Вы ведь дед Кирилл?
- Ой, дед Кирилл! Я бабушке скажу!
А мы вас ждем. Папа сказал,
что вы со дня на день вернетесь.
Дед приехал!
Я маме и папе скажу.
Вернулся.
Вернулся.
Ну? Пойдем.
- Из самой Москвы ехали?
- Да, двое суток.
С ночевкой, не обременительно,
с ветерком.
А что ж детей-то не взяли?
Соскучилась - сил нет.
- Мам, ну учебный год.
- А на кого оставили?
- У нас друзья присмотрят.
- А маленького?
А маленький с няней.
Все у нас хорошо, мама.
Да-а! Машина - загляденье, дочь.
Это ж сколько такая стоит?
Страшно подумать. На таких, наверное,
в правительстве ездят, да?
Теперь вы будете ездить,
Андрей Тихонович.
- Это как так?
- Ну вот так.
Мы специально на ней приехали,
чтобы вам ее оставить.
Мы уезжаем в июне.
Андрюш...
Это... Это что ж, с концами, что ли?
Непонятно пока. Но надеемся,
что будем приезжать.
- О господи!
- Мам, мам...
- Пойдемте.
- Ну как же так-то?
Вот, это вам.
Ну да, ну да...
Машину... за внуков.
Изменилось здесь все как-то.
Так ремонт сделали после пожара.
- Пожар был?
- Угу. Девочка Ксюша подожгла.
Отсидел, значит?
Отсидел. Все когда-нибудь
заканчивается.
Одна?
Ну почему одна? Дети, внуки.
- Я думал, не одна. Другая бы уже...
- Ну я не другая, какая есть.
Максим писал,
Ваньку из института выгнали.
Выгнали.
- Плохо учился?
- Да не то чтобы.
Отличник круглый.
Сболтнул он лишнего.
- Это как?
- Ну так,
компания какая-то там была,
собирались.
Политику обсуждали,
начальство обсуждали.
Дураки.
Всех их турнули.
Злой какой-то он стал,
не подступишься, не поговоришь.
- У Максима хорошо?
- Да, у этих все слава богу.
Подожгла, значит.
- Давно уехали?
- Сразу.
- Куда?
- Ну я откуда знаю.
Если тебе не писала, значит, не ждет.
Вряд ли.
Искать будешь?
- Буду, Надя, а там посмотрим.
- Ой, да делай что хочешь,
я тебе не хозяйка.
Здравствуй, бать. С возвращением.
Кирилл Игнатьевич...
Свояк, ну что? Сколько лет-то?
Сколько лет? Ой!
А как вчера было, да, все?
ЗдорОво, Кирюх! ЗдорОво, брат.
С возвращением!
Вроде такой же.
Пироги-то, пироги-то
давай выкладывай.
Лиза с Аркадием придут.
Сегодня приехали.
Чем же дома-то плохо?
Зарабатываете вроде хорошо.
Дети здоровы.
Главное, работа есть.
Андрей Тихонович, понимаете,
Лиза, она прекрасный дизайнер.
Ее даже несколько раз звали
во Францию работать.
А здесь у нас на работе ее третируют.
Вот недавно ее уволили с выговором.
Но речь сейчас не об этом.
У меня очень сильно болеет мать.
И врачи сказали,
что ей осталось три месяца.
И отец, он умоляет нас приехать,
чтобы они познакомились с внуками.
Попрощаться.
И Лиза, она меня понимает.
Уснула.
Мы обязательно будем
к вам приезжать.
Потому что сейчас все меняется.
Как по телевизору говорят,
ускорение, перестройка.
Раньше оформить документы на выезд
занимало годы. А сейчас
нам все сделали за месяц.
Езжай не хочу. Поэтому мы обязательно
будем к вам приезжать.
А вы пока вспоминайте нас
и катайтесь.
Ладно.
Стало быть... будем прощаться.
СЕНТИМЕНТАЛЬНАЯ МУЗЫКА
- Ну долго еще, а?
- Доброе утро!
- Здравствуй!
- Отстань ты!
- О, здорОво, Кирюха.
- Здорово, Борь.
- Ты чего?
- Да спросить хотел.
Спросить хотел про Валентину.
Ты же наверняка знаешь,
куда она уехала.
Не говорила она, не сказала.
Как уехала после пожара, так и все.
- Что, ни слуху ни духу?
- Ни слуху ни духу.
- Где-то родня у нее. Как бы узнать?
- Не докладывала она.
Если бы нужда была в нас,
если бы хотела, то написала бы.
А не хочет - нечего лезть в душу.
Ох, Кирюх, Кирюх,
неужели и вправду искать будешь?
Надо.
Знаешь что...
если бы ты был ей нужен,
она бы тебе написала
и в тюрьму приехала.
Ты о Надьке-то подумай,
она тебя ведь дождалась, а ты...
Ой, что люди скажут?
- Мне себя не изменить.
Найду, а там посмотрим.
Выгонит - так выгонит.
Ну ладно тебе.
Раньше молодые были, бесились.
Сейчас-то чего?
Внуков уж женить надо.
Душа не стареет, Марина Васильевна.
Ладно. В облздраве была недавно.
Там новенькая появилась, Плотникова.
Подумала, что на Ксюху похожа.
Может, не Ксюха.
Мало ли Плотниковых-то у нас.
Когда сделаешь-то?
- К обеду.
- Ой, медленный ты стал.
Не понимаю, брат. Надю правда жалко.
Она хороший человек.
Да я все понимаю,
а сделать ничего не могу.
Не понимаю. И понимаю.
Бать! Бать!
Я сразу понял, что ты приехал.
Вещи твои видел.
Давно приехал?
- Вчера.
Я все хотел к тебе приехать,
но все: "Не надо, не надо".
А я все помню,
я бы тебя и в толпе узнал.
Я деда Игната помню, и как мы
скворечник с тобой сделали.
Давай... за встречу.
Давай не сейчас,
давай вечером посидим.
- Ладно.
- Повзрослел. Отслужил?
- Отслужил.
- С институтом, значит, не получилось?
Ясно.
Партработник успел доложить.
Да плевал я, бать,
на всякие институты.
Шабашить честнее.
Все их институты - это вранье,
притворство и лицемерие.
А мой брат - первый притворщик,
коммунист.
Карьерист обычный!
Нашел себе кормушку
и хрюкает над ней.
Присядь, сынок.
Следи за собой.
Злость изнутри сжигает.
Я дома.
- Дети, привет!
- Привет!
Привет!
Поужинай у родителей,
там Ванька приехал.
- Явился! Глаза бы мои его не видели.
- Вместе поужинаете.
И спокойнее, пожалуйста.
Не скандальте при отце.
- Попробуй с этим умником!
- Уж постарайся.
Я же копал тут давно,
бать, еще после армии.
Пусто все.
- Шутишь? Истратил?
- Бать, пусто.
Некому, кроме нас.
А я думал, ты шутки шутишь.
Не ты?
Мм...
Есть у меня подозрение одно.
Пашку, соседа, помнишь?
- Да.
- Что-то в какое-то время
уж больно богатенький стал.
Машину себе новую купил.
Я у него спрошу, как увижу.
Давно в деревне его нет.
Темный человек, может, сгинул.
Ты Ваньке только
ничего не говори, ладно?
- Почему?
- Ну, лихой он.
- Лихой?
- Ну, буйный.
Выпытывать начнет, нервный.
Уважения ни ко мне, ни к матери нет.
Ничего, с годами пройдет.
Он мальчик добрый, помню.
- Хочется верить.
- Как у тебя?
Не в самом последнем колхозе
работаю.
Марине Васильевне обещают Героя.
Я детей воспитываю. Жена бухгалтер.
Ну и мать рядом живет, по соседству,
что тоже важно.
- Молодец.
Я всегда знал,
что у тебя все сложится.
Ну что? Мать! Садись за стол.
Ну давайте выпьем за встречу.
Хорошо, когда все в сборе.
- Так а ты закончил или опять поедете?
- Закончили.
А что дальше? Дома или в город?
В раздумьях, бать.
Дома скучно, в городе опасно.
- Опасно?
- Начальства полно.
На улице плюнь - в начальника попадешь.
Я как их вижу, меня прям колотит.
Хочется или задушить,
или хотя бы в морду плюнуть.
- Уж лучше бы повзрослел...
на работу к нам устроился.
У нас техника новая - КамАЗы.
- Тебе - один.
- Указывай другим, мне не надо.
- Я не указываю, я совет даю.
- У меня есть отец, к его советам
я буду прислушиваться.
А ты не лезь.
Вань, ну успокойся.
Послушай, брат дело говорит.
Здесь останешься - на глазах будешь,
и зарплата хорошая.
Зарплату я всегда добуду.
Ты с матерью должен быть.
Младшенькие всегда с матерью.
Я знаю, поэтому я и жил дома.
Теперь-то что от меня нужно?
- Мне отъехать надо.
- Ну отъезжай. Не на век же.
- Так, сейчас...
- Куда ехать-то?
Дела у меня.
И где ты собираешься их искать?
Авось найду.
А, этих? Поджигательницу?
Хорошо бы найти,
я скажу ей пару ласковых.
Неужели останешься, если найдешь?
Что-то я не понял, отец. Ты всерьез?
Найдешь и там останешься? А мама?
Я разберусь, сынок.
Нет. Ты ответь.
Найдешь и там останешься?
Не знаю.
Да ты оригинал, бать.
Этакий старичок с мозгами юноши.
- Без тебя разберутся.
- Заткнись!
Поосторожней, юноша.
И на алкоголь не налегай.
Заткнись, я сказал!
Мать тебя ждала. Ночами плакала.
Мне внушала, что ты хороший человек
и тебя уважать надо.
Она каждый день
тебя вспоминала и ждала.
Каждый день! А ты собираешься
уехать к какой-то...
- Не дерзи, сынок! Нельзя.
- Тихо, тихо. Ты чего?
Крепенький. А в следующий раз
у меня будет ножичек или топорик.
А может, пистолет.
И вся твоя сила потеряет смысл.
Я на лбу у тебя выжгу,
перед тем как похоронить: "Упырь".
За языком следи.
Ты можешь уехать навсегда.
Сюда советую не возвращаться.
Домой не пущу.
Хорошо, сынок.
Ты ведешь себя плохо,
но понять я тебя могу.
Да мне не нужно ваше понимание.
Ни твое, ни этого.
Мне очень мало нужно -
чтобы ты не врал.
- Оставайся дома с мамой.
- Я не могу, Иван. Мне надо ехать.
Тогда уматывай сейчас! Это дом мамы.
К нему вон. Он небрезгливый.
Пришибу!
Спокойно. Идем.
Топай, топай.
Ну чего, видишь, какой он?
Ничего. Перемелется, мука будет.
Ты сам не лезь к нему без нужды.
Если мать обидит,
тогда бей чем-либо тяжелым по спине.
Ладно. Пойдем переночуешь у нас.
Я найду где. Ступай.
Ну ладно. Доброй ночи!
- Пойду я, Надя.
- Иди.
Зачем ты такая хорошая?
"К их ногам упал Авдей,
Пусть болят бока.
У ежей - не у людей -
Жизнь так коротка".
- Что ищешь?
- Мам, что это?
- Боже мой, я и забыла о ней.
- Почерк твой.
- Стихи мои.
- Правда? Серьезно?
Угу. Да, было дело, сочиняла.
С Ахмадулиной переписывалась,
в Москве была.
Мам, ну это здорово.
И после всего этого ты вернулась
обратно в деревню, чтобы сгнить тут?
- Почему сгнить?
- Ну, прозябать.
- Тебя не приняли?
- Не-а. Конкурс был огромный.
Ну так надо было пробиваться
и пробиваться.
Один человек был против.
- Кто?
- Ты.
Смотрел на меня своими глазенками,
говорил как будто:
"Мамочка, пожалуйста, не уезжай".
От меня одни проблемы.
"Они... Они ушли.
Что еще сказать?
Разве что на все их...
на все их дни
Счастья пожелать.
Но осталась в сердце дрожь.
Две еще строки.
Утонул мой нежный еж
Посреди реки".
Мам?
Загружайтесь!
Папа!
Все-все-все!
Чего?
- Приедете...
- Давай, давай.
-...напиши.
А я жду.
Хорошо.
ПЕНИЕ ПТИЦ
- Здравствуйте!
- Здравствуйте! Вы к кому?
Я человека ищу.
Ксения Вадимовна Плотникова
у вас работает?
- Вы по какому вопросу?
- По личному.
- По личному после работы приходите.
Послушайте, помогите узнать.
Ксения Вадимовна Плотникова.
Вот стенд справа, посмотрите там.
Мне бы на минутку
в кабинет номер шесть. Может, не она.
Нет, у нас не проходной двор.
Идите. Идите.
- Я по записи, здрасте.
- Здравствуйте!
Мама, что это за здание?
Это больница или школа?
Нет, это не больница.
Откуда столько вопросов?
Зарплата небольшая,
работа сутки через двое. Попробуешь?
Да можно, наверное.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
- Да ну, прекрати.
- Помяни мое слово.
Ксюша!
Ксюша, это ты?
Ксюша!
Никогда бы не узнал.
Сейчас вижу, на отца похожа.
Там имя почему-то на "О".
- По паспорту я Оксана Вадимовна.
- Ксюша, мне бы только адрес.
Мечтала убить, но хотя бы побью.
Сунешься еще раз - сдам в милицию.
Не шучу. Мне хватит связей
законопатить тебя на второй срок.
Ксюш, мне только адрес.
- Парни! Здравствуйте!
- О, начальство. Заходи, ужин скоро.
Да я на минуту.
Ванька, мать волнуется.
- Успокойся, не пьем.
- Да, решили поговеть.
Ага, зато перед этим неделю
не просыхали.
- Здравствуй, Максим.
- Здравствуй. Ну, ладно, пойду тогда.
Послушать не хочешь?
Обещали какое-то важное заявление.
Да что-нибудь опять про перестройку.
День и ночь про нее трындят,
про эту перестройку.
- Слушай, старик, если серьезно:
перестройка, что это?
Ты один из них, сознательный партиец.
- Перестройка - это что?
- От слова "перестраивать".
А гласность? Нет, правда.
Гласность - это что?
Гласность - это возможность обществу
высказывать свое мнение,
давать оценку событиям, действиям.
- Замечательно.
Люди имеют право сказать,
что КПСС - дерьмо?
- КПСС не дерьмо.
- Нет, я конкретно,
Ванька из Емельяновки, считаю,
что КПСС - дерьмо.
Я имею право громко сказать об этом?
- Ты имеешь на это полное право,
но это будет клевета,
и ты будешь вынужден за это ответить.
Отлично. Раньше можно было обсуждать
погоду и нерадивого дворника
или погоду и нерадивого министра.
А партия, как всегда, вне критики.
Даже если будет заниматься
людоедством?
Партия не будет заниматься
людоедством.
Ваня, я не хочу
с тобой разговаривать на эту тему.
С твоей стороны
это обычное злопыхательство.
Аккуратнее, Ванька,
шибко ты решительный.
Начнут гайки закручивать,
ты первый под каток попадешь.
Ну их всех с ихними перестройками.
ТВ: Я вам говорю,
что с 17-го числа вводятся меры.
Будет опубликовано.
Крутые меры по борьбе с пьянством.
Э, не понял.
Выпивку запретят, что ли?
Естественно. Единственное,
что они умеют делать, - запрещать.
- Свет, доставай.
- Чего еще?
- Водку, чо.
- Даже не думай, опять развяжете.
Ты слышала? Народ начинает борьбу
с алкоголизмом. Как не отметить?
- Не дам.
- Хватит!
- О матери подумай.
- Так, все, закрывай!
- Все вверх дном переверну.
- Нету там. Сейчас принесу.
- Ой.
- Здрасте.
Здрасте!
- Свет...
- Слыхали?
- Они это серьезно?
- Заходи.
- Чо будет-то?
- Какая ты!
- Тебе помочь чем?
- Давай.
ТВ:... обстоятельно рассказали
о работе первого участка
автоматизированного производства.
Эта система позволяет во много раз
повысить производительность...
- Ой, черт, не хотел пить.
Но дура-партия тут как тут.
- Сахар надо закупить.
Мешка два. Не пропадем.
- Да, давайте отметим.
Может, в последний раз.
Может, искоренят эту заразу?
Поклонюсь в ножки Горбачеву.
Так, ну что? Нам наливай.
- Поужинаешь?
- Не хочется, давай спать.
Ну и что,
теперь все время так будет?
- Ты о чем?
- Ночью будешь приходить?
Не мучился бы ты, Максим.
Да ты уходи, я не обижусь.
Таких, как ты, из семьи выдергивать
бесполезно - не выдернешь.
- Нет у меня семьи.
- Да есть. Себе-то не ври.
Не могу я так.
Телом ты здесь, а душой с ней.
Откуда же вы все умные такие
беретесь? Я у тебя совета спрашивал?
Ну наконец-то!
Я думала, никогда не приедет.
Опоздал все равно на 15 минут.
- Мне нужен только адрес.
- Я предупреждала.
Сейчас же напишу заявление
в милицию, тебя заберут
за преследование и угрозы.
- Я не угрожаю.
Если не уберешься через час,
тебя заберут.
Вы еще не отчитались
за прошлогодние деньги.
Жалобы от граждан из вашего района
идут потоком.
Не тяните.
Или мы приедем с проверкой.
- Номер заявления помните?
- Нет конечно!
Тогда придется подождать.
Одну минуту.
Фамилию скажите.
- Вы точно издеваетесь.
Федотова я, записывалась.
Здравствуйте!
Мне заявление написать.
- Возьмите.
- Спасибо.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
ЛАЙ СОБАК
- Привет, бабуль.
- Ой, Димка, привет. Пообедаешь?
- Да не, поели уже. Ваня дома?
- Дома. Спит. Утром приехал.
Ты заходи.
- ЗдорОво.
- ЗдорОво.
- Шабашил?
- Шабашил. Чего тебе?
Разговор есть. Мне, кроме тебя,
не с кем поговорить.
- Все стесняются.
- Ну-ну, валяй.
Они скрывают почему-то,
хотя все прекрасно могут рассказать.
- Про что?
- Я так понимаю, Максим не мой отец.
Проясни по-родственному. Мы же можем
с тобой по душам поговорить.
Ого, да ты взрослеешь.
Он тебя обидел?
Да нет, наоборот.
На Вику он может накричать,
подзатыльник ей дать.
Меня он и пальцем тронуть боится.
Вот и выдает себе этим, дурачок.
Может, ты знаешь,
ну, про настоящего папку?
Знать-то мне нужно все-таки.
Не очень-то я уважаю своего братца.
Но тебе-то грех жаловаться.
- Лелеял он тебя, баловал.
- Я прекрасно понимаю,
но знать-то мне нужно.
Ты же не они. Не юли, скажи.
Я не очень-то и в курсе.
Мама твоя после школы
поехала в Москву поступать куда-то.
Там и...
- Ясно.
- Знаешь теперь? Успокоился?
Дим, ты хороший пацан.
Мой тебе совет: живи как жил.
Жизнь штука сложная, всякое бывает.
Макс твой батя, я твой дядька.
- Ведь так?
- Заметано.
Просто интересно получается, выходит,
я москвич, раз уж там был зачат.
А я думаю, почему так сердце
волнуется, когда по телевизору
Красную площадь вижу?
А может, прямо и там был зачат,
на Красной площади? Возле мавзолея.
- Дурак, блин.
Я вам уже говорила: по поводу
заявления придется подождать.
Вам выделили деньги
на полноценный травмпункт,
а вы говорите
о фельдшерском кабинете.
- До свидания.
- Вы сами потеряли номер.
Диктуйте.
По этому номеру
никакого заявления нет.
Не знаю, как так вышло.
Ждите, я сама вам наберу.
До свидания.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Я отойду на обед,
через полчаса буду.
Здравствуйте! Я слушаю.
Да, я. Да, это Алла Леонидовна.
Я бы хотела забрать свое заявление.
Я там преувеличила.
Усугубила, так сказать.
Преувеличила? Усугубила?
Вошкайся тут с вами.
- Плотникова?
- Да.
Забирай своего зэка...
...и проваливайте.
- Спасибо.
- Да не за что.
Здравствуйте!
Томилин!
КАРКАНЬЕ ВОРОН
Не думайте, что я вас простила.
Не прощу и не забуду никогда.
- Пожалела, скорее.
- Спасибо, Ксюш. Оксана Вадимовна.
Мне бы только адрес,
больше ты меня никогда не увидишь.
Они несколько раз переезжали.
Не знаю, где теперь.
- Ребенок у нее.
- Понятно. Невтерпеж повидать?
Все варвары сентиментальны.
Но предупреждаю:
только повидать, не больше.
Вздумаете забрать его -
пеняйте на себя.
- Вот адрес.
- Спасибо. Где это?
В соседней области.
А вообще, подумайте, стоит ли ехать.
Она не одна, там все непросто.
Вы понимаете.
А Гошу видеть вам необязательно.
Гоша, значит.
- Мужики, приветствую. На ходу?
- ЗдорОво.
- Да, вчера починили.
- Нужна будет.
- Ты куда при таком параде?
- Да, совещание назначили в городе.
- Ну чо, как у вас?
- У нас? Где?
- Ну где? Дома, в семье. Как?
- Нормально. А что?
Да я это... С Димкой как у вас?
- С Димкой-то как? Все нормально?
- Нормально все. Что случилось?
Вопрос он мне вчера задал.
Говорит: "Кто мой отец?"
Ну, я опешил. Я не знаю даже,
что сказать.
Парень же взрослеет,
о жизни задумываться начинает.
- Надо же ему как-то объяснить.
- Не надо ничего ему объяснять.
Мать, отец - все на месте.
Девчонки сплетничают,
он жало свое сует куда не надо.
- Ну, наверное.
Да я так, просто спросил.
- Дядь Борь!
- Чего?
- У тебя-то дома все хорошо?
- Пошел ты на гору!
- В город?
- Да.
- Витьку увидишь?
- Наверняка.
- Передай. Хороший мед, свежий.
- Обязательно.
-Может, приедет?
Совсем глаз не кажет.
Не знаю. Но спрошу обязательно.
Всего доброго.
- День добрый!
- Здравствуйте!
Здравствуй. Скажи, пожалуйста,
есть ли дома чистые рубашки?
Да, в шифоньере есть.
Ты едешь куда-то?
Да, в город.
У нас сегодня совещание.
Замучают теперь этими совещаниями.
Скажи, пожалуйста,
Димке письма никакие не приходили?
- Нет вроде, я бы знала. А что?
- Ничего, все хорошо.
- Позже.
- Максим, что-то случилось?
Нет, все хорошо. Просто позже.
До свидания.
До свидания.
- Ты хлеба купила?
- Да.
И не забудь в пять часов
за Сашкой пойти.
Хорошо.
Трогай, Саныч.
В милиции даны указания
строго пресекать самогоноварение
и любые спекуляции со спиртным.
Хочу, чтобы вы на месте
провели беседы
и объяснили о пагубности.
Как-то вы нежно, Виктор Сергеевич.
Говорите проще:
будем сажать безжалостно.
Хватит, нагулялись.
Это все понятно
и говорить об этом много не надо.
- Я вот что хочу сказать. Варенцов!
- Тут, Евгений Гаврилович.
Вы у себя в журнале
много интересного анонсируете:
эмигранты, черносотенцы.
Собираетесь чуть ли не самого
Солженицына напечатать. Вы думаете,
все можно? Советую очнуться.
Так с обкомом согласовано,
Виктор Сергеевич в курсе.
С Виктором Сергеевичем
мы отдельно поговорим. Садитесь.
Я вот что еще раз хочу всем заявить.
Партия начала реформы.
Но партия никогда не допустит
анархии.
Непонятливым найдется место
на Колыме. Всегда.
Не шутите с нами. На этом все.
Думаю, все все поняли.
- Витька!
- Здравствуй.
- Видимо, занят?
- Да как это занят?
Сто лет тебя не видел.
Пойдем поболтаем.
У меня для тебя подарок,
мама передала.
- Мама? Как она?
- Ну, нормально. Бегает.
- Как у вас вообще дела-то?
- У нас перестройка.
Кстати, ты наших проинформируй,
земляков.
- Так. О чем?
- О планах партии. О гласности.
А главное, чтобы никакой самогонки.
У нас ведь самогонку гнать -
это как дров нарубить.
Ты сам все прекрасно понимаешь.
А будут проверки, будут рейды.
Как там Леха, Вася?
Дрова рубят.
Стабильно, раз в неделю.
Черти. На этот раз все всерьез.
Передай. Заходи.
- Привет, начальник.
- Пашка, чертяга. ЗдорОво.
- ЗдорОво. Прости, я без спроса.
- Ты как в обком попал?
От народа отгораживаетесь? Нехорошо.
И ты тут. Встреча старых друзей.
- Мед. А я пойду.
- Спасибо. Домашние радости.
- Как мать-то?
- Мама хорошо. Давай, присаживайся.
- Ты как? Откуда?
- Неважно - откуда, важно - куда.
Домой, в деревню.
Подышать, повспоминать.
- Виктор Сергеевич, разговор есть.
- Евгений Гаврилович, да.
Евгений Гаврилович!
А я как раз к вам.
Примете, как освободитесь?
Очень важная тема.
- Так в двух словах и не скажешь.
- Сегодня не приемный день.
Ясно. Ну, значит, я запишусь на прием.
Вам, кстати, привет
от Вахрушева Бориса Петровича.
- Загляните завтра в обед.
- Понял. До завтра.
- Он кто?
- Одноклассник.
- Из Москвы?
- Да.
- Где работает?
- Не знаю.
Вот с этим разберись,
потом ко мне на подпись.
Хорошо.
- Смотри, какая машина.
- Партийная.
- Да, они на чем попало не ездят.
- Надо было тоже в партию вступать.
- Твоя?
- Моя. Почти новенькая.
Сейчас разрешили гнать из Европы.
Садись.
Умеют делать. Все для людей.
Ну да. Удобно.
- Пашка!
- А?
Я слышал,
ты в деревню возвращаешься.
- Да. Днями приеду.
- У меня к тебе предложение.
Изба твоя пустует.
Стареет, она гниет,
того гляди рухнет.
- Так. И чего?
- Продай ее колхозу, а?
У нас осенью
специалисты приезжают новые.
- Их расселять некуда.
- Ох, Макс.
- Я боюсь, так дорого запрошу.
- Не паясничай, я дело говорю.
Нет, друг. Ты знаешь, я не хочу
терять связь с родной деревней.
Время от времени приезжать буду.
Знаешь, тянет. Тянет и тянет.
Иной раз думаю: "Прям невмоготу,
домой хочу".
Ведь эта изба -
это единственное место на земле,
которое я могу назвать своим домом.
Понимаешь? И в Москве, и в городе.
Вот вроде бы жилище есть
какое-то - удобное, да, просторное.
А вот дом, единственный, настоящий
дом, я могу назвать только там,
в деревне.
- Да, трогательно.
Трогательно это все. Но в деревню
я тебе не советую возвращаться.
А я взамен буду помалкивать.
- Помалкивать? О чем это?
О ценностях, которые ты похитил,
своровал.
Молчание - знак согласия.
Каюсь. Ой, каюсь, Макс.
Ты знаешь, я стащил, я не удержался.
- Уж больно они хороши были.
- Кто?
Кто? Да два помидора
в огуречнике у вас.
Ты знаешь, они были такие красные,
такие спелые. Прямо свисали с куста.
Ну я думаю: "Ну не могу.
Дай свистну, а?"
Ну а что поделать, Макс?
Пацан был. Прости.
А если без шуточек?
Москва, "мерседес" этот.
- Угу.
- Все на деньги из нашего клада?
Клада? А, ты про клад.
Погоди, какой клад-то?
- Не кривляйся.
- Макс, читай по губам:
я не понимаю, о чем ты.
- Я тебя предупредил:
в деревню тебе лучше не возвращаться.
Приблизишься к Димке...
- Димка? Какой Димка?
- Сказал, приблизишься к Димке
или к Наталье, я тебя прикончу.
Ты понял меня? Генетику мою помнишь?
- Отец убил, и я убью.
- Тш-ш-ш.
НАПРЯЖЕННАЯ НОТА
Отец, говоришь, убил? Ишь ты,
а я думал, у него кишка тонка,
а ты говоришь, убил.
Не храбрись, Макс. Ты слабак.
Слабаки только орут: убью, убью.
А сильные просто убивают.
Катись. Из-за Наташки не пристрелю.
Ей спасибо скажешь.
Я тебя предупредил.
Давай, давай, катись.
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью -
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка".


Серия 10

"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
в небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
а на лице улыбочка".
- Красиво, правда?
- Нормально.
И только?
Я когда маленькая приходила
на этот берег, мне хотелось взлететь.
Правда, правда.
Лететь и смотреть на мир свысока.
Ты притворялась.
Почему это?
Ну, красовалась сама перед собой.
"Какая я особенная, а мне летать охота".
О, какой ты
безнадежный прозаик.
Может, оно и хорошо.
Не взлетишь - не упадешь.
Пойдем?
Какой огромный мир,
а какой малюсенький я.
Нет, Димка, ты не малюсенький.
Каждый человек огромен,
когда он состоялся.
Евгений Гаврилович, здравствуйте!
Здравствуйте!
Садитесь.
Вы работаете у Бориса Петровича?
Нет, я вольный труженик.
Прошу прощения,
я так и не понял. Кто вы?
Секунду.
Вот, пожалуйста.
"СтроймонтажсервИз".
"СЕрвис", это иностранное
слово, "услуги" значит.
Так что же у вас за дела?
Да, к делу. Евгений Гаврилович,
тут у нас почти в центре города
есть огромный пустырь,
там ямы, канавы, мусор.
Алкаши непуганые ходят табунами.
По-моему, это нехорошо.
А что, по-вашему,
должно быть на пустыре?
Торговля. Большая-большая торговля.
Огромная рыночная площадь,
обилие товаров и наших, и импортных.
Хороший план, только участок
уже отдан товарищу Зырянову,
и обком, и лично я
поддержали его.
Осталось только
утвердить на исполкоме.
Не торопитесь с поддержкой,
Евгений Гаврилович.
Мои условия могут быть лучше
и для города, и для вас лично.
Лучше, чем что?
Лучше, чем то, что предложили они.
Мне лично пока никто ничего
не предлагал.
И я вам ничего не предлагаю.
но больше. На пару миллионов.
Ну не знаю...
Договаривайтесь сами и с Зыряновым,
и с Москвой.
Ну конечно, конечно.
Я зайду к вам завтра,
Евгений Гаврилович?
- Зайдите.
- Благодарю.
"Сервис".
Ужинать будешь?
Пашку видел.
- Где?
- В городе.
- Зачем он тут?
- По делам.
Он теперь очень деловой.
Богатый стал.
В обком дверь ногой открывает.
- Я надеюсь, он сюда не явится?
- Думаю, явится.
- Ты волнуешься? Почему?
- А ты спокоен, да? Спокоен. Спасибо.
Может быть, ты и пригласил его сюда?
Мне назло.
Наталья, ты чего?
У нас же с тобой все хорошо.
Нас с тобой ничто
не может поссорить.
А за Димкой приглядывать надо.
- При чем здесь Димка?
- Ну как при чем?
Возраст у пацана.
Вопросы стал деду серьезные задавать.
"Кто мой отец?".
"Как летаю я, я не знаю,
Поцелую я тебя, да и летаю,
Я не знаю, но летаю.
Как целую тебя, я не знаю,
Поцелую и медленно таю,
Поцелую и растаю.
Как целую я, я ликую,
Словно птица я верчусь
Да и токую,
И токую и ликую.
Обниму тебя, нежно воркую,
И от счастья я пьянею да колдую,
Я пьянею, я колдую.
Как колдую я, я дрейфую,
Я плыву куда-то вслепую.
Оттого, что я тебя целую,
Я своею жизнью рискую.
Хей-ла-ла!
Ла-ла-ла!"
Нет, нет, не возьму.
Ну, на следующей неделе обещали
завезти размер твой.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
Валентина Георгиевна сегодня дома,
не знаете?
- Кто?
- Плотникова Валентина Георгиевна.
А, это завуч наш.
Ну, в школе, наверное, она.
А дом их не подскажете где?
А вы кто?
- Да так, приятель.
- Угу.
А у меня сейчас обед.
Хотите, я вас провожу?
Спасибо. Я вас на улице подожду.
Давайте.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
- А как вас зовут?
- Кирилл я.
Антонина. Очень приятно.
- Здрасте!
- Здравствуй!
Ну, вон они, через овражек,
в том доме живут. А я здесь.
Ну, если что, заходи. Давай!
НОСТАЛЬГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Ну ты чего! Сам бы сходил.
Заходи.
- Мать на работе?
- Ага.
- Гошку позови.
- Ага.
- Чего?
- Того!
Да я уроки делал, успею еще.
Знаю я твое "успею".
Коли давай и в дровник таскай.
А то дожди зарядят, намокнет все.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
- Пошли накормлю, пап.
- Мать накормит, иди садись.
- Мам, я уже все разогрела.
- Молодец.
- Гоша, обедать!
- Я поел.
Правильно, пусть работает.
А то академики все - книжки читать.
- Ну чего? Уже навстречались?
- Мне бы приткнуться на пару дней где.
- А постояльцев у вас тут не пускают?
- Да почему не пускают?
- Хоть ко мне можно.
- К вам? Спасибо. Дорого берете?
Ну, уж договоримся.
Крыло полностью наше.
Кроме нас никого.
Ну, на всякий случай.
- Молодец, это правильно.
Ребятам только скажи,
чтобы они дежурили по очереди.
Хорошо.
Наум, останешься здесь, ладно?
Если что, я в соседнем.
- Да понял, понял.
Иди уже, спать хочу.
- Давай.
Псс! Закурить есть?
Держи.
Спасибо.
- Привет, Максим!
- Что происходит?
- Ты о чем?
- Я о том. Гоните?
Клянусь, последний раз! Сестра
с мужем приезжает, угостить нужно,
а в сельпо все пропало.
Ни водки, ни вина.
Квас пейте!
Этому ни конца ни края не будет.
Мы то сестру встречаем, то брата.
То мы свадьбу играем,
то кого-то хороним. Сказано -
никакой выпивки, значит никакой.
- Максим Кириллович, последний раз!
- Да никто же не увидит.
Ну как...
Дым по всей деревне коромыслом!
- Баньку топим. Помыться решили.
- Баньку топим.
Вы же знаете всю ситуацию.
Я думал, вы моя опора. Вы...
Мы через полчаса закончим. Обещаю.
Никаких полчаса.
- Да пошел ты!
- Леша!
- Пошли вы все!
- Леша, не надо.
И ты заткнись. Надоела.
Никого я не боюсь.
Плевать я хотел на вас
с вашими проверками и рейдами.
Это вы. Вы виноваты.
Я мог быть ученым,
мог жить в Москве,
ездить по всему миру.
Вы связали меня, на цепь посадили.
Да еще вякать смеете!
Леша! Ну все, все.
Леша! Это ты о чем сейчас?
О какой ты цепи говоришь?
- Я здесь при чем?
- При том! Шавка партийная!
Леша!
- Давай, закуси.
- Бегаешь, гавкаешь на всех.
Я помалкивать не собираюсь.
- Судить будете?
- Леша!
Судите. Самогонщика-алкаша.
Я на вашем суде такое заключительное
слово произнесу! Закачаетесь!
Спятил.
Да выпил просто.
Не обращай внимания!
Через полчаса закончим.
Максим, я тебе обещаю!
Милиция. Милиция приедет.
Сами разбирайтесь.
Привет!
- Ого! Вот так гостек! Каким ветром?
- Кто это?
Да никто! Товарищ Никто!
Паренек на побегушках.
Так, все бегает и воспитывает.
- А кодовое имя - Парторг.
- Вера, не хами.
А то что? А что ты мне сделаешь?
Я ж не партийная.
На партком меня не вызовешь.
Это вы там рабы,
а я вот птица вольная.
Лечу, куда хочу.
Гуляю, с кем хочу. Так что завидуй.
- А вы кто такие? Номера не наши.
- Тебе-то что?
Я спрашиваю, откуда?
Мы из Красного Октября.
Шифер вам привезли.
Ну, так возвращайтесь обратно.
Чего вы тут трактир устроили?
Или что?
Или я председателю вашему наберу.
И скажу, что вы самогонку жрете.
А потом за руль садитесь.
- Да пошел ты!
- Ладно, ладно. Поехали.
С такими связываться -
вони не оберешься потом.
- Мы на днях заедем с ночевкой.
- Давайте.
Не, ну надо же, а!
Всех женихов мне распугал.
Вер, зачем ты так?
Ты ж молодая, еще красивая.
- Зачем все эти пьянки-гулянки?
- Так ты и виноват. Поманил и бросил.
Перестань. Это было не всерьез.
А у вас все не всерьез.
В колхозе заперли не всерьез.
Себя погубили и всех.
- Мне жаль тебя.
- А ты себя пожалей.
Или вон, Наташку свою.
Поэтесса недоделанная.
Шуму-то, шуму было!
Москва, Ахмадулина!
А ничего, кроме младенца в подоле,
не привезла. И ходите, главное,
такие героями, воспитываете:
"Мы хорошие, мы уважаемые"!
Да я лучше вас всех!
И счастливее. Понял?
Так что не подходи ко мне.
Сунешься - кочергой зашибу, ясно?
- Погоди. Выпей со мной.
- Я не буду пить и тебе запрещаю.
Макс...
Помоги мне, а?
Я тебя-то уж давно не жду,
а ребенок нужен.
- Что?!
- Я тебе обещаю,
я тебе клянусь,
никто ничего не узнает.
Я его воспитаю одна,
я буду лучшей на свете матерью.
Ну не от этих же придурков рожать.
- Вер, ты чего, напилась? Напилась?
Я трезва, как никогда.
Я тебя больше не попрошу.
Подумай. Не поможешь -
руки на себя наложу.
МАКСИМ ТЯЖЕЛО ВЗДЫХАЕТ Вер...
Чего ты говоришь такое, а? Вер...
Я понимаю, что ты не обязан
входить в мое положение.
Но если войдешь,
я тебе буду благодарна.
Протрезвеем и поговорим, хорошо?
ГНЕТУЩАЯ НОТА
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
- Мм!
- Тише-тише.
Не шуми, и останешься жив.
Я здесь ненадолго.
Меня просили передать,
что они передумали
и чтобы ты не ерепенился.
Ты меня понял?
А еще просили сказать,
что гарантированно убьют,
если не прислушаешься.
А пока, извини, брат,
укольчик на память.
КРИЧИТ
Тише, тише.
А-а-а-а! Сука! Сука!
Сука!
СТОНЕТ
Сука!
СТОНЕТ
Зараза такая!
- Что случилось-то?
- Сука! Помогите! Давайте!
СТОНЕТ
Зараза!
ДОНОСЯТСЯ ПРИГЛУШЕННЫЕ СТОНЫ
Где был?
Да, задержался.
С ребятами пива выпили в гараже.
Это не в первый раз?
Нет. Но мы раньше не выпивали.
Не кривляйся. Я про Веру.
Ты не в первый раз от нее?
При чем здесь Вера?
Я чувствовала.
Значит, не в первый раз.
Чепуху несешь.
Если ты думаешь... если ты думаешь,
что я уцеплюсь за тебя,
ты ошибаешься!
- Не шуми, дети спят.
Просто зашел к Вере.
Она уволилась, пьет сидит.
Необходимо было провести
воспитательную беседу. Я парторг!
Ты меня за дуру не принимай.
Парторг! Беседу он провел!
- Наталья...
- Не буду.
Хорошо, не буду. Я просто переселюсь
с детьми к родителям.
Не угрожай мне. Чистюля нашлась.
Упреками заваливает.
- Я ее хоть раз в чем-то упрекнул?
- А есть за что?
А ребенка я чьего воспитываю?
Пусти.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
Держи. Должно помочь.
Если загноится,
надо будет лечь в больницу.
- Никому.
- Понимаю.
Будут вопросы - звоните.
- С фантазией комедианты. Ты как?
- Мобилизуй бригаду.
Я не сдамся.
- Где умыться можно?
- А вон, в рукомойнике.
Вот.
Я отойду ненадолго.
Как сон?
Антонина еще вчера сказала.
Постарела я, да?
Видишь ли, Валентина, мне неважно,
старая ты или молодая.
Это ты. Я тебя вижу,
я тебя чувствую.
А годы - это неважно.
Это важно, Кирилл.
Поздно рисковать, поздно
сначала начинать. Все поздно.
Даже за секунду до смерти не поздно.
А ты все такой же.
- Мне страшно.
- Почему?
Ничего не изменить.
Ты не смиришься.
А придется смириться.
Счастлива?
А ты не расспрашивай.
Муж есть, живем.
А ребенок... так вышло.
Я не расспрашиваю, я понимаю.
Я ждала. Ждала, ждала...
Знала, что ты приедешь.
Ждала, но... не справилась.
А как тебе объяснить,
так и не придумала.
Ты уезжай, Кирилл. Дети уже взрослые,
им не нужно скандалов.
Они и так насмотрелись.
А тебе ничего не нужно
объяснять мне, Валентина.
Тебе нужно просто решиться,
как тогда.
Я не решусь.
- Как Гоша?
- Гоша прекрасно.
Он лучше всех. Добрый,
умный, заботливый.
Никогда не жалуется, ни о чем
не спрашивает - все понимает.
Уверена, все понимает.
Ксюша его обожает.
Меня так и не простила,
дочку мою не любит, а его любит,
в город хочет забрать.
Ну это хорошо:
поможет ему там устроиться.
Я хочу с ним поговорить.
Хорошо. Только подожди два дня.
Захар в командировку
на неделю в леспромхоз поедет.
Ладно...
Пойду я в школу. Там...
Звонок скоро.
ВСХЛИПЫВАЕТ
Тогда тоже была
безнадежная ситуация.
Тогда не сейчас. Ты...
ты не пугай меня, ладно?
Надя дождалась?
Да.
Ну вот и хорошо.
Хорошо.
СКРИП ДВЕРИ
Смотрю, к блинам-то не притронулись.
Аппетита нет, да? Понимаю.
А я вот вас таким и представляла.
Мне Валя про вас рассказывала.
Ей же выгуляться надо было,
а подруг-то нет.
- Кто он?
- Муж-то?
Да... он неплохой мужик.
Коготной, конечно, крикливый,
но мужик неплохой. Он же трактористом
работал, а как без руки остался,
учетчиком устроился.
И вот он у нас в колхозе
да в леспромхозе подрабатывает.
- Давно живут?
Они-то? Да где-то лет 10.
Она же, как от вас уехала,
сразу к нам приехала.
Гошку здесь родила,
учительницей в школу устроилась.
Захар сразу на нее глаз положил,
проходу ей не давал.
Она даже в город уехала,
заявление на него в милицию написала,
мол, домогается, проходу не дает.
Где-то год ему условно дали,
вот он дома под надзором сидел.
Пить начал.
По-пьяни трактор свой в речке утопил.
Вот...
На лесопилку устроился.
А по пьяни в центрифугу эту попал,
и у него прям посюда
руку-то отрезало.
Н-да... Год... где-то год
он в больнице пролежал,
потом вот выписался
и на следующий день повесился.
А сестра-то почувствовала
что-то неладное,
заходит в сарай - он там в петле.
Еле спасли, откачали.
Ну, врачи сказали, не жилец он:
что-то, ну, психическое у него.
Она Валю-то в городе нашла, говорит:
"Валь, ну приедь, хоть надежду
ему какую-нибудь дай".
Ну вот дала надежду.
Через два года дочка у них родилась.
Ой... Ему, конечно,
на нее молиться надо, а он...
В очередной раз даже и...
- Что?
Да ладно, ну что, чужая семья.
Мне, что ли, их судить-то?
Мальчишку жалко,
он, конечно, невзлюбил его.
Пилит постоянно, пилит...
Прям жалко его.
Ох, как-то так.
- Пойду пройдусь.
- Ну блинчик-то хоть один...
- Вечером пустишь?
- Да чего ты спрашиваешь-то?
Живи как у себя дома.
- А если надольше задержусь?
- Надольше? Надольше - это на сколько?
На год, может, дольше.
Да живи, но...
Мне кажется, это не к добру, но...
Ниндзя хреновы!
- Поднимись, отвяжи.
- Угу.
- Держите.
- Ой...
10 минут, и станет легче.
Вообще, хорошо бы лечь в больницу.
Ага. Справимся.
Юрий Павлович...
- Мм?
Угу. Благодарю.
- Спасибо.
- Завтра зайду.
- Хорошо. Пошли.
- Сука! Зараза такая!
- Потерпи, брат. Скоро отпустит.
- Что там у вас?
- Зырянова нашли.
Спокойно живет дома,
даже не прячется.
- Может, мы чего-то не знаем?
- Да нет, он в таком же положении,
как и мы.
- Не понял сейчас.
Мы думаем, что наши партийные -
это божьи коровки,
а они зубры и берут дела
в свои руки, понимаешь?
Юрий Павлович, спасибо еще раз.
Проводи.
Ага.
Наш Гаврилыч вышел напрямую
на Зырянова и взял его в компаньоны.
Ну и чего теперь?
Чего теперь, лапки вверх?
Да черта с два, это мой город.
Мой, ты понял?!
- Я никаким, сука, зубрам его не отдам!
- Да у местных начальников
охраны никакой.
Шлепнуть их в подъезде, да и все.
Так, спокойно! "Шлепнуть".
Они партийные.
Нас вычислят и поимеют.
- Сука! Сука! Сука!
СТОНЕТ
Да, пока нельзя.
Но потом посмотрим. Дай воды.
Гаврилыч очень склизкий тип.
Спокойно работать он нам не даст.
- А мы его... повысим.
- Это как?
Переведем в Москву.
Куда-нибудь в аппарат ЦК.
Поезжай в Москву, к Вахрушеву.
А мне подыщите хатенку
где-нибудь на окраине города.
- Все ясно?
- Угу.
Все, давайте работать.
Ой, зараза какая.
СТОНЕТ
Помочь?
Ну помоги, коль время есть.
- Приезжий?
- Ищу деревню на жительство.
Ну-ну.
У нас тут красот нет...
Зато грязи и навоза полно.
- Вижу, народ хороший.
- Пап, щи разогревать?
- Разогревай. А Гошка где?
- У них шесть уроков. Вечером придет.
Пойду.
Надолго к нам?
Как получится.
А я ведь могу тебя
прямо сейчас зарубить,
и мне ничего не будет.
Скажу, угрожал, и мне поверят.
А как не поверят? Ты же зэк,
за убийство отмотал.
А ты не суетись, дружок.
Вижу, ты суетливый.
Таким на зону нельзя:
весь срок на параше проведешь.
А на зону попадешь,
если суетиться будешь.
- Тебе чо надо?
- Ничего не надо, не беспокойся.
С сыном поговорю,
а тебя предупредить хотел.
Аккуратнее. Наблюдать буду.
Тоже мне надсмотрщик!
Держись от моего дома подальше!
Ты скажи, пусть завтра
дома будет, Гоша придет.
- Ладно.
- Поговорят, и пусть едет.
Хорошо. Давай.
- Таня, иди погуляй.
- Куда гулять? Поздно уже.
Иди-иди.
Помалкиваем, значит?
Все знаем и помалкиваем.
Ты с ним уже встречалась?
Я просила его уехать.
Он хочет поговорить с сыном.
Пусть убирается
вместе с ним немедленно.
Гоша никуда не поедет. Он живет
в семье и будет жить в семье.
Но у него есть право
встретиться с отцом.
Я должна его как-то подготовить,
нужно несколько дней.
- Или он уедет, или...
- Что?
- Увидишь.
- А ты не пугай.
Мы не дети. Уедет.
Ты не шуми, не позорь нас всех.
Когда командировка? Завтра?
Размечталась. Не еду никуда.
- Уволят из леспромхоза.
- Ты меня сбагрить решила?
Пусть убирается немедленно.
Ты его уговоришь, я знаю.
Слова найдешь, если захочешь.
О! Приятного аппетита!
А вы чего всухомятку? Щи же есть.
Давайте я вам
тарелочку щец налью, а?
- Да наелся уже.
- А...
Ты вот мне скажи, где мне
мужика-то хорошего найти?
А то одни балаболы да драчуны.
Хорошо, что выпивку отменили,
хоть протрезвеют. А ты хороший
мужик, ты мне очень нравишься.
Занят.
Да знаю я, что занят.
- Валя говорила, жена у тебя хорошая.
- Хорошая.
Валя просила передать,
что завтра Гошка днем зайдет.
Дома побудь.
Ну а потом ехать тебе надо.
Не мучай ее, не надо.
- Привет!
- Здрасте!
СТУК В ДВЕРЬ Ну, проходи.
Да я на минуту.
- Вот, сватается.
- Хорошо.
- Ну а ты что?
- Ну а что я? Думаю.
- Райскую жизнь обещает.
- Ну, райскую вряд ли,
но нормально жить будем.
Выпиваю в меру, не буйный.
- Ой, в общем, цены ему нет.
- Это уж не мое дело.
Как парторг, одобряю.
Вижу, парень положительный.
Ну, раз уж сам парторг
одобряет, то...
- Спасибо, друг. Спасибо, не подведу.
- Где жить собираетесь?
- Ну, я с батей, с матерью...
- У меня, конечно.
Так что радуйся, парторг,
шофера молодого нашла колхозу.
- За это отдельное спасибо.
- Может, тогда по пять капель?
Ну, неловко как-то на сухую.
Я вино достал, хорошее, красненькое.
Вера говорит нельзя,
но по такому случаю...
Да неси, неси.
Ну и гад же ты, Макс.
Вечером приходи.
А чего этот... парторг-то
убежал как ошпаренный?
Дела у него.
Здравствуйте!
Здравствуй.
Спасибо, что зашел.
Как тебе живется?
Хорошо. У всех есть проблемы,
у нас тоже есть.
- Ясно.
- Вы к нам заезжайте иногда.
- Он успокоится и не будет скандалить.
- Приеду. И ты заезжай.
Приеду.
Мне мама рассказывала,
там Максим, Иван...
Я хочу с ними познакомиться.
Вот школу окончу и...
Хорошо.
- Я пойду? Меня на обед ждут.
- Да, Гоша.
Я здесь побуду еще несколько дней
или несколько недель.
Просто имей в виду.
Вдруг чего.
Ничего не случится.
Ну хорошо. Просто побуду.
У меня здесь свои дела.
Да, и еще, Гоша...
Помни, что я всегда рядом,
где бы я ни был.
Никогда никого и ничего не бойся.
Да бесполезно, бесполезно.
Сколько раз я пыталась!
Таня!
Есть иди.
- По арифметике сколько получила?
- Четыре.
- Четыре... А лучше пять.
- А у меня по чтению пять.
Угу...
Руки.
С работы вернусь,
картошку с тобой переберем.
Ладно, давайте есть уже.
- Здравствуй. На работу?
- На работу.
Тут курортников нету,
все работают. А ты?
Отдыхаю.
Дома не скучают? Ждут, небось?
Успею. Отдохну и уеду.
Значит, видеться будем.
- Здравствуйте!
- Вы в столовую?
- Здравствуйте!
- Погнали вместе?
- У вас ничего не случилось?
- А в чем дело?
Ваш муж заходил. Прямо
среди урока забрал Таню и увел.
Я не решилась расспрашивать.
Галина Ильинична, подмените меня,
пожалуйста, если к уроку не успею.
- Что случилось?
- Надо отойти.
Не волнуйтесь, подменю.
- Здрасте!
- Куда это Валентина?
Не знаю.
- Все, Семен, все-все-все. Спасибо.
- Не за что.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
- Что случилось?
- Не спрашивай.
- Я должна была предвидеть.
- Куда мы?
Деревня тут рядом,
сестра его живет. Стой! Стой!
- Он уехал?
- Таню увез с собой.
Всего чего угодно можно ожидать.
До Ильинского довезешь?
Ты должен уехать -
и он сразу вернется. Я же просила.
Вернется и будет истязать
тебя и Гошу.
Я привыкла.
А сын почти взрослый.
Я подожду пару дней.
Потом заберу тебя и детей.
Нет, с ним хитрить нельзя.
Он перехитрит.
И сделает всем больно.
Уезжай. Прямо сегодня уезжай.
- Что она сказала?
- Не знает ничего.
Мог куда угодно поехать.
А может, сидит в соседнем овраге
и Танечке рот зажимает,
чтоб не кричала.
Злой и несчастный человек -
нет ничего страшнее таких людей.
ШУМ ДОЖДЯ
Какая жизнь красивая вокруг!
И как нелепо и глупо прошла!
Еще не прошла, Валя.
Молодость проходит,
а любовь остается.
Остается прежней. Такой и останется.
Забирай сына и уезжай.
Да, Валя.
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
РАСКАТ ГРОМА
- Ну, спасибо тебе, хозяйка.
- Тебе спасибо.
- Да мне-то за что?
- Ну, мужской дух в дом пустил.
Специально форточки не буду
открывать, чтобы не выветривался.
Может, увидимся когда-нибудь?
"Как летаю я, я не знаю.
Поцелую я тебя, да и летаю.
Я не знаю, но летаю.
Как целую тебя, я не знаю.
Поцелую - и медленно таю.
Поцелую - и растаю.
Как целую я? Я ликую,
Словно птица, я верчусь да и токую.
Я токую
и ликую.
Обниму тебя, нежно воркую..."
- Ну что, домой?
- Идемте.
"...Я пьянею, я колдую.
Как колдую я? Я дрейфую.
Я плыву куда-то вслепую,
Оттого что я тебя целую,
Я своею жизнью рискую..."


Серия 11

"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке..."
- Пап, бабушку показывают!
- А, пойдем смотреть.
О, пацаны! Ну чего, каникулы?
Куда собираемся?
Как скажете, я не решаю.
Что значит "я"?
Давайте вместе решать.
С чего вдруг?
Всегда все без меня решали.
Не груби родителям.
Раньше ты был маленький.
- Теперь я большой.
- Не болтай, не болтай.
- Ну, хватит болтать.
- Вот, бабушку показывают.
ТВ: "Вручает награды кандидат
в члены политбюро ЦК КПСС,
первый заместитель председателя
Президиума Верховного Совета СССР
Василий Васильевич Кузнецов.
Говорит директор 45-й рижской школы
Лилия Яновна Рейзинь.
От всей души я благодарна
коммунистической партии,
советскому правительству..."
- И все?
Как-то глупо выглядит.
Герой - это когда ты подвиг совершил.
Например, планету спас.
А бабушка что сделала?
Героически напекла пирогов.
И с трактористами разругалась.
- А ну-ка, помалкивай, критикан!
- Страна чудес, брат.
- Нам тут не рады?
- Меня тут давно не было.
Многое изменилось.
Сынок младший буйный вырос.
Но ничего, это пройдет.
Пусть пока побуянит.
Буйный - это Ваня?
Мне мама рассказывала.
- Ваня.
- А Максим?
А к Максиму сейчас зайдем.
Он будет рад.
- Гостей не ждали?
- Ждали. Всегда ждем.
- Георгий. Гошка.
- Наташа. Очень приятно.
Приятно.
- А я Вика. Я знаю, кто ты.
- Вика, беги за папой.
Дима, Гоша. Гоша, Дима.
Ну что это за фамильярность?
Он же представился Георгием.
Если я не ошибаюсь, мой дядя.
Или не дядя? Хорошо сохранился.
- Дима!
- Что? Будем вместе в школу ходить.
Кстати, возьмешь надо мной шефство?
У меня по математике тройки.
А я вижу, ты отличник.
- Так уж и быть. Беру шефство.
- Молодец.
Ну, вижу, подружитесь.
Правда вот, насчет школы не знаю.
Ксюша обещалась в город забрать.
Ну? О, какие гости!
Ну? Ну, давай знакомиться. Надя.
Здрасте, тетя Надя.
- Максим скоро придет. У нас посидим?
- Да нет, не надо. Домой пойдем.
- Где твои... А, твой?
- Да.
Все, пошли осваиваться
на новом месте.
- Тетя Надя, давайте я. Тяжелая.
- Ну, давай.
- Привет, друг!
- О, привет.
Прости, пожалуйста,
в прошлый раз плохо поговорили.
- Ну, ничего, ты тоже не серчай.
- Выгнал?
Выгнал. Свояка жду.
Хорошо. Слушай, это...
Не выручишь?
Отец с сыном вернулись,
надо бы встретить. В сельпо пусто.
- О как! Приспичило! А орал.
- Выручишь?
- Конечно, Макс. Пары литров хватит?
- За глаза. Спасибо большое.
Ваську бери, приходи в гости,
а то давно не общались.
- Придем.
- Спасибо большое.
Ну, вот здесь теперь твой дом.
Заходи.
Спасибо.
Нашего полку прибыло!
Ну это прям сказка.
Было у отца три сына.
Я средний, так и сяк.
Младший вовсе был дурак.
Ты в курсе, что ты дурак, парень?
- Здравствуй, Иван.
- Проходи. Ты проходи давай, Гоша.
Ты бы, кроме сказок,
еще что-нибудь почитал, сынок.
Ваня, аккуратней.
Язык без костей.
Погостить или навсегда?
- Не знаю, сынок.
- Мы же договаривались.
Живи тогда у старшего.
В селе твое потомство.
Я разберусь.
А ты слушай, что тебе мать говорит.
Аккуратней.
Вижу, парень ты хороший,
может, и подружимся.
Но влип ты капитально.
У нас все запутано и запущено.
- Так, а ты куда?
- У меня шабашка аж до зимы.
- Ты же завтра собирался, Вань.
- У вас праздник,
а я не знаю, что праздновать.
Празднуйте без меня.
Останься с нами, Иван.
Побудем вместе.
Да он и вправду особенный.
- Останься до завтра.
- Ну конечно! Стол давайте несите,
сейчас уже гости придут.
- Пойдем, поможешь.
Ой, Ваня, Ваня, Ваня. На.
- Хорошо.
- Спасибо вам, Ирина Васильевна,
за прием! И вам тоже,
Петр Игнатьевич, спасибо!
Приезжайте.
Благодарю вас. Все-таки... Тома?
Тамара Юрьевна?
Здравствуйте, Марина Васильевна!
Удивительно, как? Как?
Где вы все эти годы...
- Да вот, отсидела.
- Милая моя, за что?
А у нас всегда найдется, за что.
Вам ли не знать.
- А, понимаю, понимаю, понимаю...
- Я в Мурманск еду, к друзьям.
Везде плохо, но в провинции
как-то полегче дышится.
- Да.
- Ну, как там мои ученики?
В колхозе или все-таки вырвались
из вашего плена?
Вы и тогда колючая были. Ну, почему
плен-то? Все дома, все здравствуют.
Погибли, значит. Обидно.
Ничего не меняется, вы такая же.
Прежняя.
Чем вам власть-то не угодила?
А чем она вам угодила?
Меня до сих пор это удивляет.
Как неглупые и, в общем-то,
порядочные люди молчат и слепы.
И исполняют то,
что им скажут свыше.
Чего стоит ваше это дурацкое
"всем классом", "в своей деревне"?
Вам сказали, и вы под козырек.
И это ж не из-за страха, нет.
- Вы просто привыкли к рабству.
- Ладно, ладно, не будем об этом.
- Хорошо?
- Да, хорошо, не будем.
Просто ребят жалко.
А работяги в колхозе...
Рабочие люди.
Уважаемые колхозники.
- Этот... тоже там?
- Который?
- Ну, Павел такой был.
- Ой, темный человек. Давно уж уехал.
Так, редко приезжает
на каких-то шикарных автомобилях.
- Богатый ведь. Тамара Юрьевна?
- Что?
А тогда вас обидели -
это не Пашка ли?
Меня не обижали.
Не надо так смотреть
сочувственным взглядом на меня.
Я счастливее вас всех.
Я свободна.
Ладно.
Мне пора. Я пойду.
Надумаете в гости к нам приехать -
пожалуйста. Милости просим.
Нет, спасибо.
Ну что, будем прощаться?
ПОЮТ ХОРОМ:
...моего коня!
Моего коня белогривого.
У меня жена ох, ревнивая!
У меня жена - раскрасавица,
Ждет меня домой, ждет-печалится!
Хороший мальчик такой.
Димке дружок будет.
Да, славный паренек. Спасибо тебе,
Надя. Настрадался он там.
- Ксюша заберет его, говоришь?
- Ну, приедет - поговорим.
Тебе где стелить?
Давай ребята в избе, а мы в бане.
- А?
- Хватит!
Что там? Сейчас.
- Спасибо, теть Надь. До свидания!
- До свидания, теть Надь!
- До свидания!
- Дима хочет остаться.
Сейчас постелю.
- Ну что, устал?
- Нет. У вас тут хорошо. Душевно.
Остаешься? Ну все. Вперед.
Вместе постелила вам.
А мы с Димой решили
завтра на рыбалку поехать.
О, как здорово! Ну, тем более,
идите вместе. Покажи. Иди.
Чего ты? Ругался опять?
- Нет. Я сегодня смирный.
Меня Гоша порадовал.
Светлый какой-то.
- Как будто не наш.
- Ну, тоже иди ложись.
УМИРОТВОРЯЮЩАЯ МУЗЫКА
- Пока.
- Максим, пока. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Доброй ночи.
Пока-пока.
- Неужели помирились?
- Давно пора.
Билетики, покупаем билетики,
билетики покупаем!
Так, сдача. Сдача.
Держи.
Далеко едем?
- Нет, скоро доеду.
- Сама городская?
Городская. Не тратьте время, я замужем.
Да...
Жалко.
Райцентр скоро.
Может, выйдем пообедаем там?
Ресторан?
- Спасибо, сыта.
- Да я шабашил полгода,
у меня денег полные карманы.
- Прекрасно.
- Пожертвуйте в Фонд мира.
- Фонд мира перебьется.
А обратно когда?
- А вам что?
Провожу.
Не лезьте, или подеремся.
Убедительно.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
Хорошо.
- Рад видеть.
- Кажется, с повышением вас.
- Слышал, в Москву перебираетесь?
- Да, предложили, но я отказался.
- Разве можно? У вас же дисциплина.
- Теперь можно. Демократизация.
Да и мне дома лучше. Я же человек
местный, здесь все родное, знакомое.
Я тоже местный,
мне тоже все знакомое.
Ну, значит, сработаемся.
Паш, у тебя какие-то предложения
по радиозаводу?
- Да, Евгений Гаврилович,
заводик там плохой,
отходов полно, природу гадит.
Я думаю, надо утилизировать
все это дело.
- Ну, решим, решим.
- Хорошо. Всего доброго.
- Ну?
- Я узнал этого гаденыша.
- Какого?
- Гад, который меня ножом пырнул.
- Сидит, сволочь, улыбается.
- Накажем. Позже, потом.
- Пока не стоит злить Гаврилыча.
- И с Гаврилычем разберемся,
не мой человек.
И долго он нас терпеть не будет.
- Пашка!
- Сергеич! Здорово!
Здорово. Я думал,
ты по миру колесишь, а ты дома.
Так не все дела еще сделаны.
А ты что, все так же секретарствуешь?
- Все так же.
- Надо бы нам с тобой побалакать.
Ты домой случаем
не собираешься в деревню?
Собираюсь.
На все новогодние праздники.
- Ну, так давай, подкину.
- У меня служебная машина.
Так ты сэкономь для государства
маленько бензина.
- Давай, поехали вместе.
- Можно.
Давай, поедем. Иди к тачке.
Да? Пошли, парни.
Иди, иди.
- Извините, мне надо выходить.
- Быть не может! И мне.
Не кривляйтесь
и не вздумайте тащиться за мной.
- Вы псих? Я же просила.
- Извините, но это моя деревня.
А вы в гости? К кому?
Я тут всех знаю.
- По делу.
- По вечерам танцы в клубе,
сегодня как раз суббота.
- Я не танцую.
- Закончили?
- Закончили.
- Как ты?
- Хорошо, все хорошо.
- Полторы тысячи тут?
- О!
- Спрячь.
- Только ты на себя трать,
нам с отцом ничего не надо.
- А он дома?
- Дома, все хорошо.
- Удерет, не сомневаюсь.
Не лезь, не обижай отца.
Ты уже самостоятельный,
а мы сами разберемся, слышишь?
- О, труженик приехал.
- Аккурат к бане.
- Привет, бать!
На стол накрой,
Гоша сейчас уже придет.
- Как он, кстати?
- Хорошо, учится, помогает,
с Димкой подружился,
уроки вместе делают.
- Сестра его приехала.
- Ксюша? Зачем?
Мы же договаривались,
он у нас школу закончит.
Ну, может, просто проведать
приехала.
- Привет!
- Возмужал! Молодец!
- Ксюшу видел? Как? Что она?
- Хочет, чтобы я уехал.
- Куда?
- В город.
Она там со школой договорилась.
Элитная какая-то.
С углубленным английским.
Ну, раздевайся,
сейчас кормить буду.
- Сегодня танцы в клубе. Ты пойдешь?
- Не знаю. Пока размышляю.
Просьба, брат.
Можешь сделать так,
чтобы твоя сестрица
сегодня пошла на танцы?
- Попробую.
- Спасибо.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
- Здорово!
- Привет!
- Привет, старичье! Чего не танцуем?
- Ну, здравствуй.
- Привет.
- Давно вернулся?
Да он только сегодня.
Привез вам гостя.
- Эй, здорово!
- Гошу жалко отпускать.
Дима без друга останется.
Отпустите его с нами.
Я договорюсь в школе. Школа
уникальная. Таких в Союзе единицы.
Ну что ты, нет,
я его из дома ни на шаг не отпущу.
Как насчет потанцевать?
Идем, от тебя
все равно не отболтаться.
Зришь прямо в корень.
Красивая и умная женщина,
прямо катастрофа.
Не дожигать нас приехала?
- Что?
- Ну, я так понимаю,
ты в прошлый раз не дожгла,
а теперь решила дожечь?
Дожигать не буду. Лето подожду,
как только убежишь на речку
за голыми свинарками подглядывать.
Мне кажется,
мой буйный брат влюбился.
Нет, он просто однолюб.
Я помню, как они в детстве
неразлучны были.
Может, отпустим Димку в город?
Самостоятельность ему на пользу,
городская школа качественнее.
- Ты его сбагрить хочешь?
Нет, я ребенка никуда не отпущу.
Хорошо...
О-о! Ты посмотри, а!
Паша!
РАДОСТНЫЕ ВИЗГИ
- А, привет! Шальная какая!
- Привет!
- Здравствуй.
- Витя, привет!
- Здрасте! А вы похорошели!
- Здравствуй, Паша!
- Вам к лицу годы. Здорово!
- Привет.
Добрый вечер!
Если, допустим, завтра,
ну или скажем, через месяц,
что-нибудь случится с Гаврилычем...
- Что с ним случится?
Ну, мало ли. Бабушка говорила,
все мы под Богом ходим.
- Ну-ну.
- Ну так вот,
ты готов будешь занять его место?
- Это не мне решать.
- Москва, ЦК.
- Ну, это понятно.
Естественно, Москва, ЦК рекомендует.
Ты согласишься?
- Кто ты, Паша?
- Твой одноклассник, Витя.
Зачем тебе это?
Вить, с умным начальством -
оно ведь и работать приятнее.
Здравствуйте!
Здравствуйте!
РАДОСТНО КРИЧАТ
- Ты говорил, он не приедет.
- Наташа, я Паше не командир.
Я уверен, ему до нас
нет никакого дела.
Если через пару дней
не уедет, выгоню.
Здравствуйте!
Обещаю.
Ксюша сказала,
что и тебя сможет устроить.
Мать не отпустит. Да и неохота
особенно, я после школы уеду.
Офигеть, гляди!
- Здорово, пацаны!
- Здравствуйте!
- Здрасте, здрасте!
- А это ваша машина?
- Моя.
- Я думал, у нас таких нет.
Теперь есть.
Теперь много кто из Европы гонит.
Ладно, я пойду,
а то меня мама заругает.
- Давай.
- До свидания.
- А вы же Пашка, в смысле Павел?
- Павел. А ты чей будешь?
Я Димка Томилин.
А, Томилин Димка...
- А можно в салоне посидеть?
- Да посиди. Садись.
Димка Томилин...
Сейчас я ключики
только достану. Ну-ка.
Так.
Опа! Садись.
Давай-давай.
Ты водить-то умеешь?
Да, дед один раз
давал грузовик порулить.
Это, считай, то же самое,
что грузовик, только поизящнее.
Давай! Давай газку!
Разобьешь, новую купим.
А как плавно, молодец!
- Крутяк!
- Крутяк! Нравится, да?
Конечно!
- Какие планы-то?
- Да мне еще учиться и учиться.
Я думаю, тебе
надо в город перебираться:
там и жизнь получше, и образование.
- Да знакомые приглашали
в школу с английским уклоном.
- Так поезжай
в школу с английским уклоном,
это ж правильно.
Сейчас это главное дело -
английский язык.
- Родители...
- Понимаю, родители.
Но и они тебя должны понять. Нас-то в
наше время заперли в родной деревне,
а ребята хотели пойти учиться
на физиков, химиков,
в артисты хотели пойти,
а нам сказали сидеть в своем колхозе,
коз пасти. А сейчас-то
время совершенно другое,
сейчас так жизнь не загубят,
можно куда угодно поехать.
Можно поехать хоть в Москву,
хоть в Лондон.
У меня вон знакомые сына своего
отправили в Лондон. Представляешь?
Были бы деньги.
Никогда я не думал про заграницу.
Я б в Москву махнул.
Мне мама рассказывала,
что она поступать пыталась.
- Да, я знаю. Я там был.
- В Москве?
В Москве. С твоей мамой.
- Не была у матери?
- Пришлось. Лекарства отвезла.
- Лекарства? Болеет кто?
- Да нет.
В очередной раз печень ей отбил.
Где ты, там смерть.
Отца убил, теперь и ее.
Она ведь ждала, верила,
что сделаешь что-нибудь.
А ты? Приехал, погостил и убежал.
Если бы ты был мужик,
ты бы наплевал на все и забрал ее.
Пройдись пешком -
не надо, чтобы нас с тобой видели.
Подожди. Сейчас...
Вот, держи. В любое время суток тебе
ответят по этому номеру, и я приеду.
Постарайся оказаться в городе.
- Едешь?
- Да, Надя.
- Ждать или как?
- Не знаю.
- Ехай. Ждать не буду.
- Прости, так надо.
Я знал, что он уедет.
Странная штука любовь.
Каждый может втюриться.
- Мне отъехать надо.
- Ехай.
Ну не обижайся.
Помнишь, нас подожгли?
- Помню.
- Ксюша красивая стала, да?
Красивая. Да ты у меня балбес.
Полюбит ли?
Полюбит, куда она денется.
Я настойчивый.
Ну и езжай тогда.
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше,
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка.
Я все дальше от земли,
Мама моя родная".
- Здорово!
- Садись.
"Улетаю в небеса,
В небеса холодные.
Глаз твоих уже не вижу
И не вижу личика.
Мимо стая пролетает,
То маленькая птичечка.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я тоскую, плачу я,
Ничего не радует.
Я по ветру не лечу -
Я не лечу, а падаю".
- Здравствуй!
- Здравствуй!
Ну заходи, раз пришел.
А ты чего приехал-то?
Соскучился или как? По делам?
У меня одно дело - не знать,
что делать. Давно он приехал?
Ну, как ты уехал, он сразу приехал.
Мне кажется, ты зря приехал.
Валя расстроится,
а Захарка взбесится.
Да никто не узнает. Я из окошечка
посмотрю, как она на работу идет.
А меня вот Валя пригласила в гости,
Новый год отметить.
Ты, главное, не проговорись.
Я поживу у тебя денек-другой,
не больше.
- Конечно, живи. Кровать твоя.
А, ты мне скажи,
как Гошка-то поживает?
Гоша хорошо. Учится.
Ксюша его к себе заберет.
О, да? А-а.
Ты, наверное, есть хочешь?
Давай еще что-нибудь сварганю.
Сейчас перекусишь.
Сейчас что-нибудь придумаем.
Не забывай: горючее обещал достать.
- Смотри, это же минимум 1000!
- А 5000 не хочешь?
- Что ты плетешь?
- Васян за 5000 продал.
В Москве на Арбате иностранцам
вообще можно за 7000 сторговать.
- Что, пойдем тогда? А то прозеваем.
- Поехали.
Стой! Стой!
- Чего случилось?
- Помощь нам нужна.
- Домкрат одолжите - колесо спускает.
- Ой, ребяточки, я не в курсе.
Шофер приболел,
поэтому сама вот еду.
А есть домкрат или нет - не знаю.
Может, еще кого остановите?
- Да тут грузовики одни. Откуда у них?
- Так под передним сиденьем, наверное.
- Давайте посмотрим?
- Ой, сыночки, смотрите. Давайте.
Давайте без предварительных ласк.
Нам нужна ваша звездочка.
И разъедемся по-хорошему. Можем
100 рублей дать или так заберем.
Шутите? Не надо так делать, ребятушки.
"Звезда" - это подсудное дело.
Вас из-под земли достанут.
А мы рисковые.
Давай сама снимай аккуратно.
- На.
- Политическое дело-то. Опомнитесь.
Слушайте, разговор у нас затянулся.
Деньги берешь?
- Ну ладно, спасибо.
- Снимай!
Давай!
ПЛАЧЕТ
ЗдорОво!
О, мать,
ты чего с капустой затеяла?
Так, это что?
Кто тебя ударил? А ну, говори.
- Да не шуми ты.
- Ты в райком ездила - там, что ли?
- Беда, Борь.
- С Наташкой чего?
Да при чем здесь Наташка-то?
"Звезду" у меня украли.
- Кто украл?
- Ребята какие-то
на дороге остановили,
вроде городские, культурные.
- Поехали в милицию.
- Чего шумиху-то поднимать?
При чем тут шумиху? Тебя
ограбили бандиты, "Звезду" забрали.
- Их ловить надо!
- Ну при чем тут это?
Плохо-то мне не от того,
что у меня "Звезду" украли.
Я все думаю и думаю...
Помнишь, в Москве была
и Тамарку встретила,
что учительницей у нас работала?
- Ну?
- Как она власть ругает, как ругает!
И нас ругает.
Вот я и думаю теперь:
может, правда мы плохо жили-то, а?
Может, зря мы спину гнули,
горбатились? А? Зачем?
Сейчас и газеты страшно открывать -
там ругань одна сплошная.
Словно все с цепи сорвались.
Это не так, не так жили,
и колхозы-то как будто зазря были.
Получается, зря горбатились, что ли?
- Получается, "Звезды" я недостойна?
- Ты это, Марина...
Куда тебя понесло?
Тамарка твоя дура, и ты туда же!
"Жили мы плохо"!..
Да мы лучше всех жили!
Мы жили так,
что нам весь мир завидовал!
Пошли они все... Вот им!..
кто нас плохает.
"Плохо мы жили"...
Они еще не знают, что такое плохо.
Борь... "Звезду" -то жалко.
Я в городе на барахолку зашел -
там чего только не продают.
И ордена тоже.
Старинные, иностранные.
Но не настоящие, а как сувениры.
И "Звезду" я там тоже видел.
- Съезжу и куплю.
- Купи, Борь.
Я ее хоть на праздники буду надевать,
может, не заметит никто.
- Наташке-то не говори, и никому.
- Синяк увидят - все равно
расспрашивать начнут.
- Скажу, что в бане мылась, упала.
- Угу...
- Угу. Ой, Борь...
- Такой седой стал!
- Дуреха ты, Марина.
"Плохо жили"...
Ань, стой. Стой, стой, подожди.
РАЗУДАЛАЯ МУЗЫКА
- Ну, чего решил?
- Завтра уеду потихоньку.
Угу. Надо же. В такую даль ехал,
чтоб посмотреть - и обратно.
Н-да... Ну ладно, я пойду.
Как-то неудобно тебя одного
оставлять. Может, я Вале намекну?
Не надо, пусть живут.
А то, боюсь, хуже сделаете.
Да, прав. Лучше не лезть.
Ну, еда в холодильнике,
вот тут мясо, картошка...
самогоночки выпей.
Вот.
Ну, не скучай.
Короче, у него же была жвачка,
и он должен был отдать ее Максу.
А вместо того, чтобы ее отдать, он...
- Эй, орлы!
- Ого! Откуда?
- Оттуда. Как дела-то?
Нормально. Да школа пижонская, одни
сыночки блатные, да и девчонки тоже.
Уродливые, короче.
- Да ну, есть красивые.
- Ясно. Сегодня вечером вы где?
- У себя. Ксюша требует.
На стол накрыла, оливье сделала.
Воспитывает...
- А нас на хату пригласили.
- На хату? Вот и отлично, идите.
- Вы же не маленькие?
- Так Ксюша же...
- Я договорюсь.
- Отлично!
- Запал!
- Запал. У нее парень, ухажер есть?
- Она нам не докладывает.
- Ладно, неважно.
Сегодня чтобы к двум часам ночи
были дома. Марш!
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
- Привет.
- Привет.
- А я к Гоше с Димой.
- Цветы тоже им?
Думал, вдруг Ксюша будет там.
Спасибо.
Проходи, раздевайся.
Ребята скоро будут. Можешь подождать.
Это тебе. Так это твоя квартира?
- Снимаю.
- Ну, к столу?
- Подождем мальчиков.
- Они будут поздно.
- Это ты устроил?
- Что?
- Где мальчики?
- Дискотека у них. Пускай танцуют.
Я задушу тебя,
если с ними что-нибудь случится.
Все хорошо.
- Не хочу!
- Торт с Танькой съедите, и спать.
- Вы веселитесь, а мы - спать?
- Вырастешь - навеселишься.
- Соседи, гостей принимаете?
- Ждем-ждем. Давай заходи.
О, здорово. Ждем-ждем.
Здорово, Егор. Заходи.
Здрасте, здрасте.
Ты что? Зачем, а? Откуда?
- Что, Гоша?
- Нет, с Гошей все в порядке.
Он славный мальчик, всем нравится.
Послушай меня, времени мало.
Я завтра еще здесь побуду.
Ты подумай, если решишься - уедем.
Девочку с собой заберешь.
Не возражай, подумай.
Иди. Иди, увидят.
Сон...
Не спишь?
Ну что, отметил?
Выпил маленько.
Валя тебе сказала?
Да, сказала. Там и говорить
ничего не надо было.
Она, это, за соленьями в погреб
когда пошла, вернулась -
глаза горят, не знаю -
от радости или от испуга.
- Может, и муж понял?
- Да не, не понял, не.
Ну, что он, песни пел,
тосты говорил.
Да не понял, конечно.
А если понял, завтра узнаем,
если Валька в синяках вся придет.
- Валя просила что-нибудь передать?
Просила. Сказала, что Захар
на неделе в леспромхоз поедет.
Ну, по-моему, она решилась.
Ты только не подведи.
Не подведу.
Что ж, с праздником.
Скажи что-нибудь хотя бы формально.
Формально не умею,
я скажу неформально.
Я скажу очень важные слова.
Лучше бы не сейчас, но раз уж...
Я благодарна тебе. Я знала,
почему-то знала, что ты придешь.
И была в отчаянии от мысли,
что ты можешь не прийти.
Ты пришел. Именно сейчас, в эту ночь.
Ты не мог меня подвести.
Потому что ты тот же, ты прежний.
Мой милый, милый Ванька.
Которого, оказывается,
я по-прежнему люблю.
- Спасибо тебе.
- Так просто?
Я готовился
к годам борьбы и страданий.
Так просто, да.
Видишь, я скучный человек.
Притворяться не умею -
хотела, но видишь, не смогла.
Это потому что ты та самая Ксюша.
Та самая Ксюша,
которую я, оказывается,
до сих пор люблю.
"Дети, дети, дети
Запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
Тем душа светлее.
Задирают головы
Выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
И что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
Этой светлой осенью -
Привязала к сердцу нитку,
В небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
Я лечу на ниточке.
Я от счастья трепещу,
А на лице улыбочка".


Серия 12

"Дети, дети, дети
запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
тем душа светлее.
Задирают головы выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
и что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
в небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
а на лице улыбочка".
Класс! Это что,
они вживую, что ли, бьют?
Да нет, понарошку.
Это чо теперь,
любое кино можно посмотреть?
Представляешь, всего лишь нужны
кассеты. Мне скоро пришлют.
- А что-нибудь поинтереснее там есть?
- Эротика? Будет.
- Жек, подойди. Подойди, подойди.
- Угу.
- С костромскими разобрались?
- Разбираемся.
- Не платят?
- Ну, со скрипом, не полностью.
На них грузины наехали.
Мне кажется, они под них и легли.
Жень, это нехорошо.
Надо разобраться.
Паш, обещаю,
за неделю этот вопрос порешим.
Тебе от Гаврилыча большой привет
и от Стаса...
- Прощения просит, извиняется.
- От какого Стаса?
- Который тебя пырнул.
- Сука. Его надо решать.
Так, брат, нам нельзя съезжать
с катушек, я все понимаю.
- Мочи узкоглазых!
- Москвич, подь сюды!
- Задержись на пару дней.
- Хорошо.
Сделать надо все тихо
и аккуратно, понял?
- Понял.
- Молодец.
Живет в отеле, вокруг много домов
с уютными чердаками.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Да.
- Паш, Паша!
- А!
- Какой-то Дима.
- Какой Дима? М-м, Димка!
Давай трубку. Все, валите, валите,
валите отсюда.
Алло, Дим! Алло, да.
Ты где?
- У знакомых в центре.
- Где в центре?
У гостиницы "Октябрьская",
в десяти шагах вот.
Ага. Ну так что ж ты там делаешь?
Иди к гостинице, там меня дождись.
Давай, я жду тебя там через
пятнадцать минут, понял меня?
- Хорошо.
- Все, давай. До скорого.
- Я отъеду.
- Куда? Нежелательно!
Нормально. Я в своем городе,
мне некого бояться.
- Видик мне вон собери лучше.
- Жалко. Может, что-то другое?
- Завтра новый купишь.
- За новым надо в Москву ехать,
чеки менять.
- Упаковка цела?
Цела. Цела, как в магазине.
Ну, все, парни.
Алес, кина не будет.
Я слышал, что они появились,
но никогда их не видел.
Теперь увидишь.
Я его проверил, работает.
- Кассетами буду снабжать.
- Что, прям любое кино смотреть можно?
- Да, любое, любое.
- Ваш столик готов. Пройдемте?
Пройдемте. Бери.
А у нас с Гошей знакомая есть.
У нее телик цветной.
Можно прямо у нее
и попробовать подключить.
А ты в общежитии живешь?
Может, квартиру снимешь?
Это интернат.
Сейчас все в общежитии, даже местные.
- Ясно.
- Видик дорогой, наверное.
- Чепуха. Вообще, деньги - это чепуха.
- А откуда они у вас?
Так случилось,
что у меня много денег.
Я и сам не ожидал. Текут, и текут,
и текут, понимаешь?
Деньги - это ведь просто бумага.
Все может сгореть в один миг.
В валюту перевести
пока проблематично.
Так что покупаем золото, украшения.
В общем, большая это морока - деньги.
Забот с ними по горло.
Лучше б без них.
Ну, с ними поприятнее.
Можно попутешествовать,
в ресторанах посидеть.
- Да, с деньгами морока.
Заработать - не главное.
Главное - кому оставить.
Так вот живешь, живешь, корячишься,
а потом думаешь: "Зачем жил-то?"
Зачем эти деньги? Просто сгниют
или достанутся чужим людям.
Может, даже твоим врагам.
Нет смысла ни работать, ни жить,
если нет наследника.
- Это вы?..
- Это я, Дима.
Кровь в тебе моя.
Это великое дело - кровь.
- Я это лишь недавно понял.
- В Москве?
Да, Дима. Дело молодое,
просто жили в одной комнате.
Я ни на что не претендую,
Макс - хороший парень,
наверное, хороший отец.
Все-таки воспитал, вырастил.
Никто меня не воспитывал.
Иди-ка сюда. Иди-иди. Иди ко мне.
Дим, у меня есть к тебе одна просьба.
Одна единственная, но большая.
Взять все, что я заработал,
и еще заработаю.
Ну не знаю, хотелось бы
как-то самому, что ли.
Молодец, правильно.
Но для этого одно надо -
хорошее образование.
Вот этим ты и занимайся.
А мои деньги - опора, фундамент,
так сказать. Ты английский подучишь,
и можно будет за границу
в университет.
Теперь многие едут, дома покупают.
Дим, теперь можно.
А что, может, и я с тобой поеду, а?
А вот вместе и жили бы, Димка.
Я бы с удовольствием махнул.
Люблю риск, знаете.
А можно и в Нью-Йорк,
через все океаны, а что?
Можно и в Нью-Йорк.
На-ка тебе доллар. На счастье.
Классно!
Не зря говорят
"яблоко от яблони". Да?
Идиотский предрассудок:
до свадьбы ни-ни.
- Увы, я старомодная.
- Рыбой накормила, а пить не дала.
Терпи, мужик.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Наконец-то.
- А второй где?
- Наверное, придет.
- Что значит "наверное"? Где он?
- Ушел куда-то. Сказал, что срочно.
- Я и расспросить не успел.
- Шампанское откуда?
- Мы три часа в очереди простояли.
- Вам продали? Вы же малолетки.
Демократия. Сейчас всем продают.
- Всех с праздником!
- Где ты был?
- Большой-большой секрет.
- Не валяй дурака.
- Я за вас в ответе, я должна знать.
- Вот за него ответ неси.
А я птица вольная.
Давайте лучше кино смотреть.
- Разбираешься в технике?
- А что это?
- Видик.
- Видик? Да брось!
- Я только читал о нем.
- Чудеса только начинаются.
- Что происходит?
- Я разберусь. Только потом.
- Я знала, нельзя было отпускать.
- Ничего страшного не произошло.
- Ему просто подарили дорогой подарок.
- Нет, не просто.
Как ты можешь так говорить?
Как ты можешь оставаться спокойным?
Кому польза,
если я начну дергаться?
Мы должны вернуть его домой.
- Сделаем только хуже.
- Хуже не бывает.
Бандит с большой дороги
руководит нашим сыном!
- Хорошо. Я съезжу и поговорю с ним.
- Вместе поедем.
Иди в гараж. Я с мамой поговорю.
Только не навреди.
- А какое у тебя отчество?
- Кириллович.
Так и знал. А я Максимович.
Представляешь, всю жизнь врали!
Как будто я недоразвитый
или я как будто не понял.
- О чем ты?
-Да долго объяснять.
Вот прикинь, дядь Гош,
мы с тобой как бы родственники,
но как бы не родственники.
Ну ничего, я тебя все равно
за океан приглашу.
А можно и в Европу вообще.
Но подробности - позже.
Значит, смотри,
сейчас мы идем обедать,
а потом к Ксюхе - смотреть кино.
А вот это мы посмотрим,
когда она уйдет.
- Ни фига себе! Откуда?
- Здравствуйте, ребята.
Здрасте. Проходите!
Может, вам чаю сделать?
Нет, спасибо. Мы спешим.
Дима должен поехать домой.
Я понимаю.
Да он вообще очень понятливый,
положительный, знаете.
Может, вы его лучше усыновите,
а меня в покое оставите?
Гоша, выйди, пожалуйста.
И ты, Максим.
Садись.
Мам, эти глупые разговоры
совершенно сейчас ни к чему.
- Я остаюсь здесь.
- Садись.
Мне горько, сынок.
Ты родился - я была одна.
Так случилось, так бывает.
Ты... Ты достаточно взрослый,
чтобы понять.
Такой ты был маленький совсем.
Я смотрела на тебя и плакала -
от радости.
Потому что я знала,
что ты вырастешь
и будешь защитником
и никому не дашь меня в обиду.
Это очень больно и очень страшно:
остаться одной с ребенком.
И вот вернулся из армии Максим.
Он меня всегда любил,
я всегда любила его. И я была
уверена, что он меня не простит.
А он меня простил...
Потому что любил.
И тебя принял и полюбил как родного.
И воспитывал как родного.
И с тех пор мы втроем. Мы семья.
И вот ты вырос, ты...
ты взрослый, красивый мальчик.
Так защити меня.
- От кого?
- От тебя.
Я не верю, что это ты,
мой добрый, мой умный мальчик.
- Я не верю, что ты это сделал.
- Что я, собственно, сделал?
Ты себе что-то придумала,
нафантазировала, а я виноват?
В чем моя вина-то?
Хорошо, я тебя понимаю.
Ну бывает по молодости.
Ты связалась с парнем,
потом он тебе разонравился.
Но я-то появился.
Я не виноват в том,
что сначала он тебе понравился,
а потом ты его разлюбила.
- Дима, откуда ты все это знаешь?
Тебе рановато говорить
и думать об этом.
Мам, я уже давно не ребенок!
Ты-то можешь меня понять?
Почему я тебя должен понимать,
а ты меня - нет?
У меня есть отец. Я хочу и имею право
с ним общаться. Что тут преступного?
Он плохой. У него преступные деньги.
Верни ему все и забудь о нем.
Мам... Я уже взрослый.
Сам все буду решать.
- Все, собирайся, мы едем.
- Слушай,
давай ты поедешь успокоишься.
Я останусь здесь и буду тебе писать.
Не надо ни писать, ни приезжать.
Мы едем.
Я остаюсь.
Дождись меня.
Димка...
Слушай, если я перед тобой
в чем-то виноват, ты прости.
И ты имеешь полное право
на общение со своим отцом.
Я обещаю, мы с матерью
не будем тебе мешать. Слышишь?
А теперь
ты должен совершить
первый в жизни мужской поступок.
Стисни зубы, притворись спокойным
и поехали домой.
Собирайся.
- Ксюхе скажи, видик потом заберу.
- Скажу. Ты правильно поступаешь.
Да заткнись ты.
Ты правильно поступаешь.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Не шевелись.
Медленно дуло опускаем.
Забери ствол.
Поворачиваемся.
О, Москвич!
Мы-то думали, ты профи,
почти легенда, а ты лох.
Неужели ты думаешь, мы этот чердачок
без присмотра оставим?
- Договоримся, может?
- Не, брат. Пошли.
Одевайся, уходим.
Одевайся, уходим.
Паша, Москвича взяли.
Одевайся, уходим.
Черт возьми!
- Что, прихватило?
- Да. Обезболивающие не взял.
В багажнике коньяк,
я сейчас принесу.
Давай.
О!
Ничего, прорвемся.
Дай стакан.
Так.
Я назад. Свет не включай.
Замок накину, будто заперто.
- Накинь.
- Давай.
Ну, сказал,
что через два дня уедет.
Опять.
Третий раз уезжает, уехать не может.
Что-то заподозрил.
Да ничего не заподозрил.
Ты это, потерпи, потерпи.
Потерплю - что мне остается?
Как Валя?
Ну, говорит, нормально.
Но я чувствую: мучается прямо.
Попроси вечерком ее зайти
потихонечку.
Ну ты чего на рожон-то лезешь, а?
Ну не надо.
Этот однорукий если догадается,
прибежит сразу.
Не надо. Валя ждет - и ты подожди.
Теперь я тебя! Ты водишь!
Давай сыграем в прятки?
- Таня!
- Не хочу в прятки!
- Таня, домой пойдем.
- М!
- Идем, я сказал!
- Нет, я без Тани не хочу!
Тогда продолжим играть в догонялки!
Я тебя осалила!
Это я тебя осалила!
В грязь только не лезь.
- Мама, я еще хочу поиграть.
- Пообедаем, да пойдешь поиграешь.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
- ЗдорОво!
- ЗдорОво!
А я уж хотел утром приехать.
Решил, что ты проголодался.
Свет выруби.
Все закончилось, брат,
никакой больше конспирации.
Смотри, замочили
твоего ночного гостя.
- Что Гаврилыч?
- Да что Гаврилыч, не знаю.
Думаю, все правильно поймет,
сделает правильные выводы.
Так. Открывай. Но тебе
нужно с ним поговорить,
потому что на повышение он не хочет.
- Ладно, потом посмотрим.
- Отвык от света, башка гудит.
- Ничего, сейчас выпьем.
Давай.
Давай-ка.
Болит. Ай, болит!
Надо в больничку сходить.
Правильно, займись собой,
пока спокойно.
Я, кстати, тоже сутки не жрал.
Переволновался просто...
- Кто его кокнул-то?
- Вовка.
Наши парни надежнее москвичей.
- Где?
- В подъезде.
Темно, никто не видит.
Как говорится, без шума и пыли.
Терпеть невозможно.
Болит и болит, болит и болит.
Я завтра в больницу.
Да, собственно...
Чего тянуть-то?
Можем и сейчас решить.
Вот как? Или шутишь?
Нет, Паш, не шучу.
Время суровое, ничего личного.
Ты как был деревенский пацан,
так им и остался.
Мы с тобой просто обречены,
понимаешь?
Встал! Встал!
Встал, я сказал!
Двигай кровать!
Сел!
МЫЧИТ
Ноги держи!
- Все?
- К чему шум?
Трудящиеся спят накануне
трудового дня, пусть отдыхают.
Гаврилыч просил.
Ну, нормальный такой
сердечный приступ.
Да, в таких стенах
и я бы дураком вырос. Пошли.
Завтрак готов!
- Здравствуй, Тоня.
- Здравствуй, Захар.
- Я так, на минутку.
- Чего?
Выручай.
Ой! С кумом вчера погуляли.
- Ага.
Он из города спирт привез.
Такая дрянь!
Башка гудит, а похмелиться нечем.
В сельпо же ни капли.
У меня тоже нечего выпить,
Захар, извини уж.
- Все выпили на праздники.
- Да ладно, Тоня,
у тебя же всегда найдется.
Ну, выручай, полечи,
хоть рюмашку налей.
- Может, у меня в погребе есть?
Пойдем, посмотрим.
- Да ты неси, я подожду тут.
- Башка прям гудит, раскалывается.
- Сейчас посмотрю, подожди.
Тоня уйдет на работу, зайду. Жди.
Пора бы уже определиться.
Да, пора. Заходи.
И не вздумай чудить,
шутки закончились.
Валю пальцем тронешь, убью.
Да не трону. Жди.
- Ну, Захар, смотри, нашла.
- Ой, спасибо. Вилку дай.
Так...
- Ой, спасибо!
- Да не за что.
Теперь пошла...
- Ну, еще одну - и порядочек.
- Ну, давай, давай.
- Валентине только не говори.
- Да не скажу.
- Ну что ты, конечно, не скажу.
- Твое здоровье.
Ага, спасибо.
О!
- Спасибо тебе.
- Да не за что.
Давай.
- Пока.
- Давай, давай.
Давай.
Ну чего он приперся, я не знаю.
Надеюсь, он тебя не заметил.
Не заметил.
Ну я пойду на работу,
а то уже опаздываю.
Давай.
Так...
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
- А где Димка?
- Он к дяде Паше пошел.
К какому дяде Паше?
КАРКАНЬЕ ВОРОН
ЛАЙ СОБАК
СТУК В ДВЕРЬ
Пап!
Пап!
- Когда он приехал и зачем?
- Зайду к нему. Он уедет, я уговорю.
- Но главное - за Димкой следи.
- Да он уже там.
КАРКАНЬЕ ВОРОН
- Дима!
- Что такое? Что случилось?
Он умер...
- У него есть родственники?
- Старуха была, больше не знаю.
Надо бы его похоронить.
Кроме меня некому.
Похороним, не переживай.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
Молодец, что пришел, не испугался.
Садись, обсудим все обстоятельно.
Пугаться надо бы тебе -
ты тут нелегал, партизан.
А я дома.
Как узнал? Или учуял?
Нюх-то у тебя собачий?
Да у меня и зрение хорошее,
читать умею.
Ты как приехал, сразу прочитал
в глазах у жены: "Тут он",
крупными такими буквами.
Я так понимаю, не избавиться мне
от тебя?
- Не избавиться, Захар.
Я отсюда никуда не уеду.
Смирись, отпусти жену.
- Обещаю, с дочкой будешь встречаться.
- Получается, ты победил?
- Нет у нас победителей.
- Ну как же нет?
Да вроде как ты победитель.
Увезешь, поживать будете,
чаи на веранде гонять.
А я один? Не, несправедливо.
А я за справедливость.
Ты порешил человека -
значит, можно порешить и тебя.
- Убери обрез, Захар.
Не убьешь, не сможешь.
Убьешь - в тюрьме сгниешь.
Зачем тюрьма? Я давно предупреждал,
тебе убивать можно.
Скажу, ты напал, и мне поверят.
Ты напал, а я защищался.
Ты рецидивист.
Суну ножичек в голенище... Улика.
А он там уже есть.
Только ты не сможешь, Захар, а я сумею.
Отступать уже некуда.
Валентину я с тобой не оставлю.
Просто смирись и отпусти нас.
Убери обрез.
ВЫСТРЕЛ
Ну вот...
Вот и все.
Сам захотел.
Уйди!
Господи!
НАПРЯЖЕННАЯ НОТА
ПРОТЯЖНАЯ МУЗЫКА
- Кузьмич!
- Чо?
Скорее в школу!
Найди Валентину Георгиевну,
пусть бежит ко мне!
- Бегу!
Потерпи, миленький, потерпи.
Потерпи.
- Скорую, быстро.
- Ага, сейчас.
Уезжай к моим, они помогут.
Все свободны.
Живи, не торопись.
Я дождусь...
ПЕЧАЛЬНАЯ НОТА
- А он правда твоим отцом был?
- Правда.
У тебя хороший отчим.
Ты не хами ему.
- Вот у меня плохой: дрался, ругался.
- Да иди ты к черту.
Нет у меня отчима, нормальный батя.
Просто понимаешь,
пошиковать хотелось: по миру
поездить, в ресторанах посидеть.
Он обещал.
КАРКАНЬЕ ВОРОН
- Ну, избу оставил. Ценность все-таки.
- Да что эта изба?
Она развалится, и все.
Мне его ценности и даром не нужны.
- А мне отдашь, если придется?
- Зачем?
Мне бы сестру и маму у отчима
забрать, там мы и поселились бы.
- Да хоть сейчас забирай.
- Идемте, ребят, помянем.
ЛАЙ СОБАКИ
Вообще, мы все тогда еще погибли,
когда от мечты отказались.
Согласен, Леха,
я себя живым не чувствую.
Максим Кириллович!
Максим Кириллович!
- Вас к телефону. Ваш отец...
- Что такое?
Что-то случилось, что-то плохое.
Может, я не так поняла!
Отца убили.
Как?
- Не знаю.
- Кто?
Позвонила женщина, сообщила.
Какая-то Антонина.
Я знал. Я только не знал, кто кого.
ГРУСТНАЯ МЕЛОДИЯ
Поесть приготовлю.
КАРКАНЬЕ ВОРОН
Ну вот и все.
Бурная, конечно, у него жизнь была,
разная.
Ну, не ангел, конечно.
Но ведь и не грешник.
Разве грех любить-то?
Приходите помянуть. Все.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
Ну вот и начнут закрывать...
Нин! Наш! Наш!
- Лиза! Доченька!
- С приездом!
- А выросли-то как!
- С приездом! Ух ты!
- С приездом!
- Здравствуйте!
- Пойдем! Пойдем!
- Пойдемте.
- Ну, что у вас?
- Что...
- Родителей похоронили.
- Понятно.
А к нам как? В гости или?
- Да... на совсем.
Качели!
- А чего музыка так гремит?
- Так у Вани с Ксюшей
ребенок родился.
Вся деревня там.
У Вани с Ксюшей? Ваня уже отец,
а я его маленьким помню.
- Кто родился-то?
- Сын! Сын - Кирилл Томилин!
- А что ж, так и не покатались?
- Да ну ее!
- Ваша, забирайте.
- Ой... батя.
А-а, а-а, а-а, а!
Тише, тише, тише, тише, тише.
А что это такое, а?
Тише, тише, тише, тише.
А-а, а-а, а-а, а!
- Не спит.
- Хорошо.
СТУЧИТ ПО БОКАЛУ
Ну что? За новорожденного!
Ну и за вас, молодежь, конечно!
Нечасто вы так вместе собираетесь.
- Почти в полном составе.
- Не почти, а в полном! Смотри кто!
Какие гости!
РАДОСТНЫЕ ВОЗГЛАСЫ
- Привет, Лиз!
- Лиза приехала!
Иностранцы прибыли!
Так наливайте, наливайте штрафную
вновь прибывшим!
Чего? Красненького?
Не-не! Я не буду.
- Привет!
- Садись-ка.
Ну что, тогда, молодежь,
за вас выпьем! Да?
- Да!
- За то, какими вы стали.
Выросли-то на наших глазах все!
Было, конечно, непросто,
сложно все было,
но... вы состоялись.
И это самое главное!
ВСЕ: Ура!
Максим у нас парторг,
Наталья моя - главбух,
ведь все финансы в ее руках. Да...
Вить, ты там, в обкоме-то,
секретарь по идеологии?
- Бывший!
Ну ладно, бывший.
Ничего страшного.
Верочка, Зиночка, Светочка, лучшие
доярки, передовики производства!
Леша, Вася... это наши механизаторы.
Лиза! Это же лучший модельер!
Ну что, да, за вас!
Давайте за вас!
-Ура!
ВСЕ: Ура!
ПРИГЛУШЕННЫЕ РАЗГОВОРЫ ЗА СТОЛОМ
- А что там о нас за границей говорят?
- Хвалят перестройку на все лады.
А вы и повелись. Вернулись, а тут
бардак, а неизвестно, что впереди.
Мама говорит, у тебя дети
такие замечательные!
- У тебя тоже двое, да?
- Да.
Сейчас с родителями, но ты придешь,
я вас познакомлю.
А ты... ты не изменилась.
- Бухгалтер, да?
- Да, бухгалтер.
Стучу костяшками в бухгалтерии.
А ты другая, завидую.
- Поездила, весь мир посмотрела.
- Ой, да...
можно весь мир исколесить
и ничего не увидеть.
- И на печи тоже можно прославиться.
- Ну да.
- Счастлива?
- Да. Да, очень.
А ты?
Ты пишешь?
- Нет, не пишу. Зачем?
- Жалко, не знаю.
- Надолго приехали?
- Ну, мы теперь везде,
где есть работа. Я тут.
Аркаша по миру ездит с лекциями.
В общем, тут пока.
Максим, вот ты у нас партийный
человек. Объясни мне...
Ну подожди ты! ...дураку,
как же так, по-вашему, получается?
Жили мы, жили.
Ну, строили так строили.
А... оказалось, все напрасно.
Получается, что мы всю жизнь,
что ли, неправильно жили?
Что нас отменить надо?
Чего сразу отменить, дядя Борь?
Ну, по-другому как-то заживем.
- Правильнее, что ли.
- Здоровы - и ладно.
Да я просто понять хочу,
почему мою жизнь вот так вот...
- Давай!
- ...в утиль списали.
Я сейчас.
- Про Пашку знаешь, да?
- Знаю.
Это было ожидаемо.
Конечно, Ксюша с Ваней молодцы,
всю жизнь вместе,
как ниточка с иголочкой.
Это любовь.
- Теть Лиз, пойдемте сына покажу.
- А можно?
- Конечно.
- Я не сглазливая.
Пойдемте.
Ребят, смотрите, я все сохранила,
это наша история.
Ну, показывай, летописец.
- Тише, тише.
- Ой, мой хороший. А как назвали?
-Кирюша.
НЕЖНО: Кирюша, Кирюша...
- О!
- Это же наш выпускной.
- Обалдеть!
- Боже, какие мы все молоденькие!
- А это что такое?
- Это та самая линейка,
где нам сообщили о том,
что мы обязаны остаться в деревне.
- Помните?
- А под школой заложено наше послание.
Я предлагаю его достать и прочитать.
- А я предлагаю не раскапывать.
Я помню все, что там написано.
"Мы, комсомольцы, протягиваем вам
в XXI век наши дружеские руки.
Мы по-хорошему завидуем вам.
Вы живете в обществе,
где все счастливы,
где вы избавились
от всех болезней и недугов,
где ваши корабли бороздят
просторы Вселенной.
И уже наверняка освоены Луна и Марс".
Дальше ты.
"Но именно благодаря
нашим усилиям вы имеете все это.
На наших полях зреют высокие урожаи,
наша ферма дает стране молоко и мясо.
В наших избах электричество и радио.
В нашем клубе есть все возможности
для полноценного отдыха".
"И сегодня мы закладываем с вами
первый камень в нашу будущую школу.
Школу воистину будущего.
Большую, просторную, светлую школу.
Помните нас, наши дорогие потомки,
ведь все вы учились в этой школе".
Мам, а что это?
Это, дочка, наше странное,
забавное советское детство.
Какие ж мы были дураки.
Прекрасные мы были.
Мы были прекрасные.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
"Дети, дети, дети
запускают в небо змея.
И чем выше он летит,
тем душа светлее.
Задирают головы выше, выше, выше
Те, что ходят по земле
и что стоят на крыше.
Что ты сделала со мной
этой светлой осенью?
Привязала к сердцу нитку,
в небеса подбросила.
Я на ниточке лечу,
я лечу на ниточке,
Я от счастья трепещу,
а на лице улыбочка.
Я все дальше от земли -
мама моя родная -
Улетаю в небеса,
в небеса холодные".