Дети перемен (1 сезон, 2024 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Сергей Тарамаев, Любовь Львова

Юра, Руслан и Пётр — единоутробные братья. Их мать — водитель троллейбуса Флора — объединяет непохожих друг на друга сыновей в любящую семью, и кажется, что брат готов отдать жизнь за брата. Но на дворе 1995 год, в воздухе витает запах быстрой наживы, открываются подпольные клубы и во дворах идут разборки не на жизнь, а на смерть. У каждого из сыновей Флоры появляются свои друзья и свои тайны. На фоне ветшающих ДК и закрывающихся заводов разваливается и семья Флоры.

Все фразы и цитаты

Серия 1

(медленная музыка)
-Уважаемые пассажиры!
Это что за настроение у вас?
Мы же не на похороны едем.
Рабочий день закончился у вас,
по лицам вашим видно, что он был тяжёлый.
Ну всё, домой едем - домой!
А там, дорогие мои,
там телик, ужин, 100 грамм,
супруга, детки, жизнь - жизнь!
-Не, 100 мало будет!
-Николаич, ну тебе-то максимум пивка.
А то ты до программы "Время" уснёшь.
-Да там одно и то же, что там смотреть?
-А новости культуры?
-Да, Николаич, тебе же интересно,
что там у нас в балете происходит?
(смеются)
-Ну вот, вот уже приосанились!
Спинка-то прямая уже.
А тут - хоп - и возможен интимный вечерок.
(все смеются)
-Да все стопудово знают про всех.
-Ты про ментов?
-А про кого ещё?
Я на овощебазе, что ли, работаю?
Про сотрудников своих, коллег, начальство.
Понимаешь, по факту, можно здесь порядок
за месяц навести. Понимаешь?
-"Порядок навести".
Ты что, газету "Правда" читаешь?
Откуда такие обороты?
-Не в словах же дело. Говорю как умею.
(щёлкает пальцами)
(звонок телефона)
-Алло! Ты где, Липкий?
-Коммерсы заднюю включили.
Давайте по старой схеме.
-Понял, всё, давай. Срочно, погнали!
-Погнали.
-Быстро, быстро, давайте!
-Что "наивно"? Наивно думать,
что сейчас всё нормас, переходный период.
Наворуются все, кто хочет, и успокоятся.
Нет, хер, ещё хуже будет.
С деньгами никто расставаться не захочет.
-Вроде Петькина бэха.
-Вы, суки, за кого Михалыча держите?
Он вам, гондонам, навстречу пошёл!
-Так, уходим. Давай-давай, быстро.
-С такими даже, сука, не базарят!
-Ну всё, коммерсы, со святыми упокой.
(выстрелы)
-Вперёд-вперёд-вперёд!
-Слышь, на том берегу гондоны какие-то.
-Быстро за ними!
Поехали, поехали!
(Сергей Курёхин -
"Трагедия в стиле минимализм")
Не надо.
Давай.
(шум уезжающих машин)
-Остановка "Южная".
Следующая - "Кожинские пруды", конечная.
-Флора...
Часы, помнишь, Юре дарил?
Может, вернёшь? Я потом верну обратно.
Просто перекрутиться какое-то время,
три месяца зарплату не платят.
-Проходим, пассажиров не задерживаем
на выходе.
Пассажир, мы выходим или дальше едем?
-Наверное, дальше.
-Дверь закрываю я?
-Вы очень помогаете людям.
И в частности мне. Очень!
-Спасибо. До дома доехать помогаю?
-Жить.
Ну, вы довозите, конечно - тоже прекрасно.
-Да.
-В вас столько тепла к людям.
-И к вам в частности, да?
-Да.
-Слушай меня, пассажир.
Значит, у меня трое мужей было.
Вот это один из них был сейчас.
Видел мужика?
И от каждого из этих троих -
по пацану, по сыну.
И все они начинали как ты, пассажиром.
Так, дружок. Чтобы я ни тебе, ни себе
вечер не портила, давай на выход.
-Я не хотел...
-А ну-ка, давай отсюда.
Давай-давай, давай выходи. На выход, пошёл!
-Я извиняюсь.
(оперное пение)
-...Кто ж ей милей из нас, друзья?
Сегодня ты,
А завтра я!
О!
-Ну, Петь!
Нельзя вместе со всеми
нормально сесть и поесть?
-Мам, на нормально времени нет,
меня пацаны в машине ждут.
-Ничего, подождут ещё.
-Так бросьте же борьбу...
-Возьми подставку.
-Ловите миг удачи.
Пусть неудачник плачет!
Пусть неудачник плачет!
-Ставь. Русланчик, иди есть.
-Русланчик, и ручки помой!
-Всё, хватит.
Тебе тоже ручки помыть не помешает.
-А я мыл, я аккуратный мальчик.
-Садись.
-А за что Плешь грохнули?
-Слышь, иди уроки делай. А то к своему бате
на рынок пойдёшь торговать, понял?
-Тихо, тихо.
Я, кстати, да, этих Плешаковых увидела,
когда гроб выносили.
Горе какое, какое горе! Ой!
А что, он же ровесник твой был.
-Мам, ну...
Лёха реальный пацан был, но судьба.
(громко)
Сегодня ты, а завтра я!
-Петь, ну хватит!
Ты с этой оперой, уже я не знаю что.
У людей горе такое, а ты...
-Мам, у всех горе, у всех.
А искусство вечно.
-Грибы дай мне.
-Мам, можно ещё котлету?
-Подожди, сынок, ну а Юрка придёт?
Ему же надо оставить?
На.
-На, братанчик, мою.
(открывается дверь)
-Это что такое?
Юр, ну ты где так изгваздался?
Это ж новая куртка.
-Мам, я отмою.
-Ну отмоешь, хорошо.
Ты что, ты выпивал, что ли?
-Немного, у Марата.
-Что? Марата?
Ты с девушкой, что ли?
Ну с девушкой можно же в комнате у себя,
зачем где-то валяться на земле?
-Мам, ну они же романтики ищут,
там, при свете луны.
А у нас тут обои старые.
-Нормальные у нас обои!
Я три года назад меняла.
-Да-да, конечно.
Слушай, иди котлеты пожри. Мама старалась.
Тебе как раз после этого...
Эй, ты что?
(Сергей Курёхин -
"Трагедия в стиле минимализм")
М?
-Угу.
-Давай.
Мам, я побежал.
-Ты будешь сегодня, ждать тебя?
-Не, мам, всё-таки говённые обои.
-Нормальные обои у нас. Аккуратно.
Пойдём есть, сынок.
-Ещё раз для тех, кто не совсем понял.
Схема проста и гениальна.
Вы сдали свои паспорта,
взамен получили пакеты с товаром.
Товар - это миксер,
набор самозатачивающихся ножей и фен.
Да, это голимый Китай,
но этот Китай уже куплен мной,
и вы должны продать товар
как минимум вдвое дороже.
Вечером вы сдаёте деньги
или непроданный товар,
что, сами понимаете, очень-очень плохо.
Но всё равно получаете свои паспорта.
-Я извиняюсь. А мы что,
по тому же маршруту едем работать?
-Василий, а вы сколько уже у нас работаете?
-Неделю.
-Мы хоть раз за это время
отрабатывали одни и те же точки?
-Да. Кондитерскую фабрику -
мы там несколько раз были.
-Всё правильно.
И чем закончилась эта самодеятельность?
Кому хотели этот миксер
засунуть куда поглубже?
Поэтому всё строго
по намеченному мной маршруту.
Первая тройка отправляется
во главе с нашим передовиком Русланом
в район Аршинцево.
И тупо ходит по квартирам.
Там куча пенсионеров, тихих бабушек...
-Я туда не поеду.
Там братва одна кругом,
бабушками вообще не пахнет.
Тем более тихими.
-А у тебя есть свой вариант?
-Ну, есть. Можно на стройку поехать,
в Касимово, например.
Если к обеду подогнать -
рабочие собираются, они все приезжие.
Точно что-нибудь цепанут -
там, жене, сестре.
-В принципе, интригующе.
Так, всё, за работу,
в темпе вальса, давай-давай!
-Лёв, Лёв!
Ты мне ещё обещал накалякать бумажку -
ну, классухе, от матери типа,
а то я вторую неделю в школу не хожу,
она меня сожрёт.
-Коля! Не делай мне нервы.
Сначала большую, потом маленькую.
"Скоропостижно скончался" - это её устроит?
-Лёв, я серьёзно. Мне реально очень надо,
у тебя очень круто получается.
Я уже сам начал верить,
что у меня подозрение на это, ну ты понял.
-Напишу-напишу.
-Спасибо.
-Мне так нравится, когда дети болеют.
-Ох...
Ох...
-Сергей Михайлович,
я то, что вы наметили, сделал.
-Ох...
По всем костям, прямо до жопы мнёт!
Тут ещё, сука, настройки есть
на эрогенные зоны.
Петюнь, давай на тебе опробуем?
-Эм... Сергей Михайлович, может, попозже?
Я хотел коммерсов ещё обсудить.
-Да потом обсудим, это не горит.
Давай-ка плюхайся.
Сейчас.
Так.
Эротик!
-Угу.
-Ну что, Петюнь? Встаёт?
-Ну... Шею мнёт.
-Ещё увеличить можно.
-Ага.
-Ну-ка.
Ну-ка?
-Что-то уже не возбуждает,
Сергей Михайлович. Что-то...
Что-то не то.
-Да не ссы, оно сейчас опадёт.
Тут, видать, нельзя на полную.
-Сергей Михайлович, что-то не то.
Икры зажало, больно очень. Ай!
Ой! Сергей Михайлович, что-то не то вообще!
-Ах ты сука!
Вот так, Петюнь, всё самому проверять надо.
Ты как, яйца целы?
-Да всё ништяк, Сергей Михайлович.
-Там всё хорошо прошло?
-Да-да, шею размял, вообще отлично.
-Я про тугих.
-А, да.
Сегодня созвонился с остальными,
все на наш процент согласны, всё в порядке.
-Вот видишь как.
А сразу что, понять нельзя было?
-Да, Сергей Михайлович,
вообще без наезда не понимают.
-Таков человек, Петюнь.
Может, сжечь его?
-Кого?
-Да я про Китайца, его подарок.
-А!
Сергей Михайлович, я не знаю,
Китайца за кресло...
Он скажет, что не знал,
да и шаховские за него вступятся,
они же корешат.
-Сергей Михайлович, может, я его поковыряю?
-Кого?
-Кресло.
Я же раньше в автомастерской слесарил.
-И что, ты мне в тачку
хочешь его поставить?
-Можно попробовать.
-Я, по-твоему, на камазе езжу?
Жорик, что ты остолопишь?
-Простите, Сергей Михайлович,
это я так, фантазии.
-Ты свои фантазии оставь!
Они у тебя как у шизоида.
Стоишь около двери, смотришь перед собой -
всё, без фантазий!
Погоди-ка, Петюнь.
А что у нас с шиномонтажом-то?
Они вообще под кем?
-Ни под кем вроде.
-Так может, есть смысл съездить
в автосервис на Кировской?
-Обязательно.
-Вот это, Жорик, не твои фантазии.
(стук в дверь)
-Не отвлекаю?
У меня возникло непреодолимое желание
общения с тобой,
ибо ты моя последняя надежда. Короче.
Я только настроился на принятие
этого грёбаного мира,
как мне приносят моего любимого Лимонова
вот с таким жирным пятном на обложке.
Я говорю:
"Девушка, вы на него блины клали?"
Она говорит:
"Нет, я у вас его таким брала".
Мне ей нос захотелось отгрызть,
чтобы сука безносая ходила за враньё своё!
Я-то знаю, что у меня один Лимонов,
я его в кроватку спать укладываю.
Она, видите ли, у меня его таким брала!
Коза сраная!
-Ты этот фильм видел?
-Нет. Ты же знаешь, я люблю всякое такое
извращённое, старое - Пазолини, Висконти.
А это, ну... Клёво, наверное,
но это всё временное, чувак.
Мои гнилые, они на века делали, понимаешь?
-Извините, мне сказали,
библиотекарь здесь должен быть.
-Библиотекарь должен быть.
А вы что хотели, сдать?
-Взять.
-А, взять? А что?
-Современное.
-А, современное, ну...
С жирненькой обложкой вам подойдёт?
Вы не брезгливы?
-Нет, мне главное, чтобы захватило.
-Ну это я вам обещаю.
Юр... Блин, прости, пожалуйста.
Юра, я правда, я не хотел, я не специально.
-Да ничего.
Мне оно всё равно не нравилось.
(звонок в дверь)
-Здрасте!
-Здравствуйте, Пётр.
-Простите за опоздание,
у меня по бизнесу заминки небольшие.
-Ей-богу, это несерьёзно, Пётр.
Вы же у меня не один.
-Угу.
-И вообще-то я самодеятельностью
не занимаюсь.
-Да-да, вы говорили.
-Исключительно из-за вашего рвения.
Пожалуйста, снимайте куртку.
Да, на кресло.
Всё, выдыхайте. Выдыхайте, стойте спокойно.
Переверните страницу.
Настроение прекрасное.
Всё оставили за дверью.
Знаете, что я подумала?
Я думала, что вы драматический тенор,
но вы всё-таки баритон.
-Это значит, что Германа арию не могу?
-Нет, Германа никак. Это теноровая партия.
-Может, можно как-то...
-Транспонировать?
-Да.
-Транспонировать можно всё что угодно.
Камерную музыку, ну, романсы.
А оперные арии - нет.
Ну давайте начнём петь, там посмотрим.
-Да.
(звуки фортепиано)
-Стойте спокойно.
До-до-до-до-до, до-до.
-До-до.
-Слушаем, потом поём. Поехали.
Да.
-До-до-до-до-до, до-до.
-Ещё.
(поют вместе)
Лоб не морщим.
(звонок телефона)
-До-до-до-до-до, до-до.
(поёт, звонит телефон)
-Так, что такое?
(громче)
-До-до-до-до-до, до-до.
-У вас звонит телефон.
Вы что, перекричать его хотите?
-Извините, я быстро отвечу.
-Пожалуйста.
-Я же говорил, меня вообще не беспокоить.
-Ну проблемы у нас с калмыками.
-Где?
-Да тут, в швейной мастерской.
Шубы, шапки, всякая их меховая херня.
Упираются. Говорят, менты их
под крышу обещали взять.
-Так ты пообещай им заказ
на партию чучел в человеческий рост.
Понял меня? Всё, давай, я на занятии.
-На боксе, что ли?
-Да-да, на боксе! Давай!
Извините, пожалуйста.
У меня просто начальник
хочет дачу в русском стиле,
и там медведи, волки... Вот приходится...
-Я про вас всё окончательно поняла.
-Да?
-Да!
Вы - точно баритон.
-А!
-Ну давайте дальше попробуем.
До-до-до-до-до, до-до.
-Шапки у них хорошие.
Шубы не видел, а шапки - во!
Как есть Чингисхан!
-Что-то я слышал, сайгаки эти с Элисты
про ментовскую крышу базарили?
-Всё урегулировали. Теперь с нами хотят.
Извинялись, что сразу к нам не пришли.
-На хера ли вы этим мехом над щами трясёте?
-Извините, Сергей Михайлович.
-А что там за кабак открылся на Гагарина?
Хобот с корешами был, хвалил,
а мне никто ни слова.
-Да, Сергей Михайлович,
есть хороший кабачок.
Но спортсмены его под себя взяли.
-Кто?
-Спортсмены. Ну, их так в народе...
-Я тут решаю, кто, когда и под кем.
Это понятно?
-Да, Сергей Михайлович.
-Можем посетить их.
-Срочно.
Но спокойно. Надо сходить в этот...
-"Лайм".
-Что?
-"Лайм".
-Что ты, сука, лаешь?
-У меня зуб просто, Сергей Михайлович...
-Лайм, Сергей Михайлович, это...
Цитрусовое, по типу лимона.
-Вы что, бараны, думаете,
я не знаю, что такое лайм?
Я в Дагомысе его жрал на сходке,
когда вас, сука, ещё на свете не было!
-Я тут всё простучал.
Тачки они, короче, от поляков к нам гонят.
Пацаны говорят,
любые вообще могут пригнать.
И от немцев тоже.
Мы пока шапки мерили, эти, сука, спортсмены
кабак под носом у нас открыли.
Сколько же у них баблоса на выходе,
если они расширяться уже начали.
-Значит, так. Успокойся, а!
Михалыч пока не велел
их ниже пояса трогать.
Пока просто знакомимся.
Базарить я буду, поняли?
(шум машин)
Ну что, пацаны?
С кем тут из вас базарить-то?
-С нами со всеми.
-Походу, конкретно с тобой, раз ты начал.
Короче, вы наверняка в курсе,
кто мы и кто такой Сергей Михалыч?
-Да, в курсе.
-Ну вот.
Давайте знакомиться, чтобы впоследствии
не возникало недопониманий.
-С нашей стороны не возникнет,
мы с уважением относимся к Сергею Михалычу.
И наш бизнес с вашим не пересекается,
насколько мы знаем.
-А если тачка нужна хорошая,
то не вопрос, заказывайте.
-Обязательно закажем.
Только скажите мне,
а что у вас с этим, с "Лаймом"?
Это ж кабак, а не тачки.
-Хозяин ресторана с нами начинал,
потом вложился. Это его конкретно бизнес.
Так, модно вроде получилось.
-Модно, да, модно.
Только, походу, вы его крышуете, ребят!
-Мы помогаем нашему другу.
-"Помогаем"?
-Ну да.
Мы почти все с одной школы.
-А мы конкретно из одного класса.
-Слышь, школьники!
Вы ему за бабки помогаете или так...
-Спокойно, спокойно!
У пацанов просто другая терминология.
Главное, вопрос цены.
Так вы крышуете или нет?
-Артур - один из нас.
Зачем нам с него деньги брать?
Может, я завтра сам бар открою.
-Ага, а я - сауну с тёлками.
Короче, здесь не все из вашего класса.
-Тихо, тихо!
Ладно, пацаны.
Отложим на время эту тему, да?
Вы, главное, Артурику передайте,
что Михалыч заскочит к нему в кабачок,
а то уж больно его друзьям понравилось.
Короче, ребят, расход.
Ряба!
(лёгкая музыка)
-Здравствуйте. Вы заказывали столик?
-Девушка!
Скажи Артуру, чтобы быстро
свои копыта сюда двигал.
Скажи, Сергей Михайлович Жигалин приехал.
-Да, хорошо.
Но может быть, я вас сначала посажу?
-Я такое предложение
каждый месяц, сука, слышу.
Усажи, усажи.
-Здесь вам как?
-Сойдёт.
-Сейчас я позову Артура Геннадьевича.
-Вот на хера х*** рядом с едой ставить?
-Может, это корень какой?
-Ты что, ***?
Корень от члена отличить не можешь?
-Ладно, Жорик, ну пусть будет корень,
если тебе так спокойнее.
-Сергей Михайлович, здравствуйте.
Прошу прощения, не знал по времени ничего.
Подскажите, вы хорошо устроились,
вам всё нравится?
-А я погляжу, у тебя всё вот так вот, да?
-Как "так"?
-Ну вот.
-А! Так это Буратино, это наша гордость.
Из Голландии привезли, дизайнерская вещь.
Не помню имя художника, но есть каталог,
могу принести посмотреть.
-Не надо. Поесть у тебя тут как?
Что посоветуешь?
-Сейчас по еде и алкоголю
вас проконсультирует Андрей.
Андрей, подойди, пожалуйста.
-Андрей?
А я думал, ты тут хозяин.
-Ну да, я руковожу.
-Тогда, может, присядешь?
Побазарим за твой кабак.
Как вообще дни проходят?
-Конечно, Сергей Михайлович.
-Ну давай, Андрюша.
Огласи нам.
-У нас есть несколько направлений.
На первой странице европейские блюда,
а далее восточная кухня.
-Мне Хобот что-то с желудями советовал.
-Запечённая утка с муссом из желудей.
-Не путаешь?
-Нет, с желудями у нас только это.
-Сергей Михайлович, у нас ещё есть
много блюд итальянской кухни.
-Макароны пусть сами жрут.
Ну что, пацаны, всем по утке?
И водки графин, да?
-У нас есть фирменное блюдо -
вырезка из оленины с пюре из сельдерея
с соусом из шишек.
-Шишки-то мы курим обычно.
-Андрюша, пожалуйста, ещё к водочке
принеси нашу фирменную закусочку.
Сергей Михалыч, вы же не против?
-Да я-то не против.
А что у тебя тут музыки нет?
-Да как же, Сергей Михалыч? Играет же.
Может, погромче сделать?
-Да нет, я не про это мурлыканье.
Я про ВИА.
Чтобы заказать реально душевных песен.
-ВИА? А...
-Вокально-инструментальный ансамбль.
-А! Просто, понимаете, это немного
не вписывается в наш интерьер.
-А на хера он тогда такой нужен,
этот интерьер твой?
Я же вижу, я не слепой,
ты под Запад косишь.
А на хера? Уюта-то нет настоящего.
Х*** вон понаставил из Голландии -
говоришь, Буратино.
Меня не проведёшь,
я много чего на свете видел,
мой друг Георгий.
-Сергей Михайлович,
я очень уважаю ваше мнение,
но охота чего-то новенького...
-А чего новенького?
Ты погляди, у тебя народ там сидит -
как будто у них кол в жопе.
Вилками чего-то туда-сюда.
Радости нет на лицах.
Они бы сейчас все плясали тут,
если бы ВИА херачил.
-Кстати, эта идея о пении под фортепиано
очень подходит под нашу концепцию...
-Где утка-то твоя?
-Сейчас принесу. Сейчас-сейчас.
-Сжечь тут всё, на хер.
Пидорское место.
-По-моему, один в один вышло.
Не знаю, как насчёт бумажки совпадёт,
но за рисунок отвечаю.
-Спасибо, Юр.
Слушай, тебя где высадить-то?
-А у тебя сейчас работа типа или отдых?
-Отдых на работе. Шучу.
Там надо за одним посмотреть.
Место с душком.
-А мне как, нельзя?
Я так-то открыт для новых ощущений.
-Такие ощущения тебе необязательны, Юр.
-С хера ли?
-Всё, давай, отсюда дойдёшь пешочком.
-Ты что, вообще в край охренел?
Вить, ну я что, маленький, что ли?
Я и сам мог бы сюда.
Клянусь, я не буду мешать,
паси кого хочешь.
Ну не должен художник жить в колбе.
Он должен соприкасаться с грязью...
-Соприкасайся с чем хочешь,
только без меня. Иди домой.
-Ты ствол с собой взял?
Либо я иду с тобой, либо без тебя. Выбирай.
-Ладно. Только чётко слушаешь меня.
Говорю "уходим" - значит, уходим,
без разговоров. Понял?
-Отвечаю.
-Тебе сколько лет?
Радуешься, как десятилетний в зоопарке.
-Ну это так же интересно.
-Ты куда?
-Сюда.
Да ладно, Ватсон.
Мне её Саша лично вручила.
-Вручила? Она для постоянных.
-Ну? А мы кто?
-Да ладно, Толь!
-Толь, ну пусти их, пожалуйста!
Ну посмотри, какие они миленькие.
У нас же тоже должен
меняться ассортимент, да?
Я, кстати, сегодня к доске ещё не выходила.
(охранник)
-Бабки есть?
(громкая музыка)
-С какого хера она выбросилась-то?
Зарабатывают они у тебя здесь неплохо,
работа непыльная.
-Борь, я тебе уже сказала -
я не знаю, почему она с собой это сделала.
Может, по наркоте, может, ей взгрустнулось.
Она работала у нас,
мы не знали, что она пишет альбом.
Я просто прошу - послушай,
это гениальная вещь, это будет хитом.
Ты музыкальный продюсер,
ты с этим что-то сделаешь.
-Сашунь, у меня столько народу
повыбрасывалось, талантливых нет среди них.
-Пожалуйста. -Нет.
-Пожалуйста. -Хорошо.
-Марин, пусть Фантомас выведет в зал.
-Понимаю, тебе жалко эту девочку,
но, слушай, каждые 40 секунд
происходит суицид. Ты знала?
-Реально?
-Я тебе говорю.
40 секунд отсчитал -
всё, кто-нибудь выбросился.
-Сука... 40 секунд! А что они ноют,
что у нас тут валят друг друга каждый день?
Это рядом вообще не стоит.
(музыкальное вступление)
-Спасибо.
(Татьяна Буланова - "Не плачь")
Не плачь,
Ещё одна осталась ночь у нас с тобой.
Ещё один раз прошепчу тебе: "Ты?мой".
Ещё?один последний раз?твои глаза...
-Ты чего?
В мои посмотрят
и слеза?вдруг упадёт на руку мне.
А завтра я одна останусь, без тебя.
Но ты не плачь.
-Ребята, привет. Как вам песня?
Только честно.
-Ну, я не то чтобы...
-Как нож в сердце.
Кровь ещё не идёт, но дышать уже нечем.
-Тебя как звать?
-Юра.
-Я Саша Лебедь.
Пошли к нам.
Юра, скажи им, как тебе песня.
-Нам эта статистика вообще неинтересна,
Сашунь, ну правда.
-Скажи-скажи.
-Ну...
По-моему, это уникальный исполнитель.
Я не особо люблю женский вокал,
но знаете, с чем это можно
сравнить по мощи? С Лу Ридом.
-Да, с "Пёрфект Дэй" ещё скажи.
-Да-да-да, абсолютно!
У них абсолютно идентичная интонация.
Безысходная и прекрасная.
-Юр, ты очень классный.
-Спасибо.
-А тебе как? Что-то не понравилось?
-Да я не особо по этой теме.
-А по какой ты теме?
-А у него перепонка перебита на боксе.
-Так, всем привет, я дико извиняюсь,
буквально пару секунд.
Сашуль, вон видишь, негр сидит у торшерика?
Это Роберт.
Он из Лондона.
Дико интересуется, что за певица.
-А зачем ему?
-Слушай, да он это...
Он с Брайаном Ино, или ИнО...
Он с ним в близких друзьях.
Он прямо реально от неё фанатеет.
Говорит, в Лондоне хочет её показывать.
-Борь, ты понял?
Так, скажи, что нет сейчас певицы,
но она скоро приедет.
-Да клоун обычный. Какой Ино? Херино!
Обычный баклажан из Сенегала.
-Валера, не слушай его.
-Прости, Борь, я тебя не слушаю.
Кстати, у меня "Дядя Ваня" завтра.
Никто не хочет?
-Валер, ты уже затрахал
со своим "Дядей Ваней".
Иди дрочи в театре своём.
Нам тут что, делать нечего?
-Да я вообще не с тобой, ты-то понятно.
-Алло!
-Что понятно?
-А я у вас на спектакле был три года назад.
-Ну и как?
-Смутно помню.
Долго кланялись в конце.
-С тобой тоже всё понятно.
Санечка, всё, давай.
Потом поговорим.
-Вообще очень крутой день.
-Твоя была идея со стройкой,
офигенно сработала!
-Лёв, спасибо. Реально спасибо,
у меня вообще много идей.
Дальнобойщики, например, да?
У них стоянка ещё у гостиницы.
-Да, я понял, у "Сахары". Ну?
-Ну так вот.
-Они бывают непредсказуемы.
-Дальнобойщики?
-Ну да.
Монтировки у них сразу в ход идут,
если что не понравится. Бараны, короче.
Но надо подумать.
Сразу всё не трать.
Десять процентов на семью.
-Давай!
(оживлённая музыка)
-Девочек выбрали уже?
Мой совет - не тянуть,
самых крутых разберут.
-Ну и пусть. Всё равно лучше вас тут нет.
-Вот это комплимент.
-А вы любите чем-то обмениваться?
Например, пластинками.
О, это мне? Спасибо.
-А ты чем предлагаешь?
-Воспоминаниями.
Я вам своё - а вы мне своё.
-Я уже устала сегодня плакать.
-А что, они у вас все грустные?
-Да.
Ну, например, представь.
Ты целуешься первый раз в жизни
и хочешь подарить ему себя, жизнь -
всё, короче.
-А он гей?
-Нет, это было бы
очень смешное воспоминание.
Он уезжает,
мы сидим у него в машине, идёт дождь,
прощаемся, и он говорит,
что вернётся через несколько дней.
Всё.
-В смысле "всё"?
-Всё, нет продолжения.
Вот только дождь на стекле,
как мы целуемся, и всё.
-А он женат или у него там семья?
-Просто убили.
Теперь давай твоё.
-Не знаю, после ваших...
Но у меня куда повеселей.
-Весёлое? Супер, давай.
-Я на геометрии к доске выхожу.
Ну, это давно было.
И хочу произнести слово "катет".
И понимаю, что не могу вспомнить,
как оно произносится.
Там, "катет", "катету", "катите",
"катит - не катит".
И вот у меня сейчас
абсолютно такое же состояние.
Саша Лебедь. Лебедь Саша.
Саша - она Лебедь? Или Лебедь - она Саша?
Саша, я хочу вам помочь.
У вас должно быть больше
счастливых воспоминаний.
И я вам это устрою.
-Это только что уже произошло.
(оживлённая музыка)
-Всё, простите, нам пора, пойдём.
-Ну ты чего? Ну ты куда?
Я попал в воспоминания Саши Лебедь!
-Пойдём, всё.
-Да куда ты? Я не пьяный!
Ты просто можешь мне сказать,
кто наш главный враг?
-Ты мой главный враг.
-А, это Роберт? Негр, да? Я понял.
Но главное, что не Саша Лебедь.
-Вперёд-вперёд.
Молодец.
(энергичная музыка)
(звонок телефона)
-Да! Да, слушаю.
-Встречи не будет, меняй маршрут.
-Что?
-У тебя лист к жопе прилепился.
-Не понял.
-Назад посмотри. Жигуль видишь?
-Ну.
-У тебя наркота с собой есть?
-Ну есть, конечно.
Он что, мент?
-Так, инициативный коллега, сука. Да.
-Б***!
Б***!
-Вылезай мигом! Быстрей-быстрей!
Вылезай, давай-давай!
Давай его вытаскивай.
Сюда.
Сюда вставай.
Тихо-тихо, всё хорошо.
-Твою мать!
-Б***!
Да он уже сгорел, на хер!
-Что творят, а, суки!
Реально войны захотели?
-Так, выходим.
-Где все?
Где все?
-Всех, сука, перестреляли.
-Кто?
-Жигалинские!
И Артура, и Лёньку, и Репу тоже положили!
-А ты где был?
-В сортире, когда дым пошёл. Суки!
-Тихо-тихо, нельзя, сейчас менты приедут.
-Войны хотят? Ничего, будет им война.
(стук)
-Сергей Михайлович, можно?
Мы этих спортсменов частично положили.
-Насколько частично?
-Ну, на глаз - человек шесть точно.
-Ты туда или сюда. Что ты пар выпускаешь?
-Жарковато.
(звонок телефона)
Извините, я отвечу?
-Ответь.
Только тут труба отсыреть может.
-Тогда выйду.
-Выйди.
-Да, слушаю.
-Алло, Петь, это Дмитрий.
-Сергей Михайлович, главный спортсмен.
Да, Дим, что случилось?
-Слышь, мы тут не поняли,
вы что, войны захотели?
-Чего захотели?
-Ну в плане, я не то сказать хотел.
Ну не обязательно же
сразу так по беспределу-то!
-Дим, ты что мне звонишь, короче?
-Короче...
Мы же можем с Сергеем Михайловичем
о чём-то договориться?
Мы же готовы обсуждать,
если там какие-то претензии к нам или что.
-Скажи, сразу после похорон стрелка будет.
-Дим, Дим, вы сейчас своих хоронить
будете наверняка, да?
-Да, будем.
-Ну вот давай после этого.
А я с Сергеем Михайловичем поговорю.
-Скажи, я типа согласен.
-Слушай, Дим, ну Сергей Михайлович
в принципе готов разговаривать.
-Да, я...
Я понял.
Спасибо.
-Не за что, Дим!
-Петюня,
а ты бы как поступил?
-С ними?
-Ну конечно, с ними.
С кем ещё-то?
-Ну, они пацаны, конечно, на понтах.
Но у них автотрафик хорошо пошёл,
и все тачки через них идут.
Значит, башка у них варит.
Я бы их на процент поставил, пусть платят.
-На процент?
-Ага.
-Не, Петюнь.
Мы по-другому сделаем.
На похоронах их всех положим.
Чтоб подчистую, под ноль.
(мрачная музыка)
-Сергей Михайлович...
Но я же только что им обещал.
Да и на похоронах - как-то не по понятиям.
Пацанов хоронят, это же святое.
-Да.
Да, Петюня.
Вот учу я тебя, учу.
Что-то всё без толку.
Они никогда нам этого не простят.
Никогда.
Сами головы в песок засунут,
а ещё больше ненавидеть будут.
Потому что их нагнули.
Таких котят, Петюня, надо сразу топить.
Потому что завтра,
когда зубки да коготки вырастут,
в мешок их трудно будет засунуть.
(гнусавый голос по телевизору)
-Где вы, доктор Лектер?
-Я не собираюсь навещать тебя,
мир намного интереснее, пока ты в нём есть.
Надеюсь, ты окажешь мне
такую же любезность.
-Юр!
-Что тебе?
-Да ну что вы сразу выключаете-то?
-Ну?
-Мама картошку приготовила, вы скоро?
-Минут десять.
-Что, как кино?
-Обосратушки.
Даже не знаю, показывать тебе или нет.
-В смысле "показывать или нет"?
Вить, посади его на 15 суток.
-Ну правда, это рано тебе смотреть,
у тебя психика детская ещё, неокрепшая.
Ты ребёнок по сути. Заикаться начнёшь.
-Вам жалко, что ли?
-Мне не жалко, страшно это, очень страшно.
-Ну вас, блин.
-Ты писаться начнёшь, понимаешь?
-На самом деле, охерительно страшно.
-Да!
-Особенно это, в очках ночного видения.
-Ой!
Да, это очень крутая придумка.
Актриса, как её...
-Джоди Фостер.
-Джоди Фостер, она очень круто играет!
Ну и Лектер, конечно.
-Энтони Хопкинс, да!
У него ещё такой взгляд,
как у змеи, холодный.
-Я такой видел недавно у одного.
-В смысле? У нас тут?
-Ну да.
Конечно, не Хопкинс, но тоже упырь знатный.
Его застрелили при задержании.
-Ни фига себе, а он тоже типа маньяк?
-Не-не.
Обычный рядовой член группировки.
Ты, кстати, знаешь что, Юр?
Я тебе хотел сказать...
Ну, ты брата предупреди своего.
Ладно, неважно.
-Не-не, говори.
-В общем, я их всё равно
буду всех раскручивать.
Эту группировку их жигалинскую.
А там он, брат твой. Ну...
Понимаешь, да?
-Понимаю.
(Сергей Курёхин -
"Трагедия в стиле минимализм")
-О, Петька!
-Кто у нас?
-Там Юрка с Виктором.
-С мусором этим? Он что, меня не понял, да?
-Что происходит, что такое?
-Ничего.
-Они кино смотрят по видику,
сейчас будем ужинать вместе.
-Чтобы я с этим за один стол сел? Ты что?
-Что ты рявкаешь?
-Я не могу понять,
я домой прихожу или в мусарню.
-Успокойся, пожалуйста. Это его друг.
У него свои друзья, у тебя свои.
-Да, у меня свои,
только они здесь кино не смотрят.
-Пускай приходят, я не против.
-Алладин, ты что свой нос загнутый суёшь?
-Рот закрыл!
-Я рот закрыл? -Да!
-Народ, а что случилось?
-Что случилось?
Я тебе говорил, когда я дома,
чтоб ты своих мусоров не приводил?
-Никто же не знает, придёшь ты или нет!
И я не обещал.
-Выводи его отсюда, или я сам это сделаю!
-Что с тобой сегодня?
-Ничего. Ты меня понял?
-А с чего я его должен выгонять?
-Правильно, не надо никого выгонять.
-Он за справедливость. А вы как шакалы!
-Пасть закрыл свою!
-А ну-ка! Я тебе сейчас! Я тебе сейчас!
И тебе тоже!
Как собаки!
Господи боже мой.
Что у вас в голове вообще?
Что происходит? Что у вас в голове?
Вы можете хоть немножко
друг другу навстречу идти?
-Пожалуйста, не тяните.
Деньги могу я сегодня...
-Ты что меня снимаешь?
-Вить, там это...
-Да я понимаю, ничего страшного.
Юр, ты эту кассету где брал?
В прокате у комиссионки?
-Ну да.
-Я возьму досмотреть?
-Да, конечно, бери.
-Спасибо.
До свидания, Флора Борисовна.
Давай.
-Давай.
(TSOY - "Позови меня с собой")
(сипло дышит)


Серия 2

(лёгкая музыка)
-Меня Лаша зовут. А тебя?
-Ирина.
-Как? -Ирина.
-Ирина!
А вот тебе сумочка, Ирочка, смотри.
Это крокодил.
Вау, очень красиво, по-моему!
Посмотри, на ремешке "Париж" написано.
-Дермантин.
-Какой дермантин, ты что говоришь!
Дермантин у меня там, на том стуле.
А тут аллигатор.
Ребята сами ловят и делают.
Ну, не тут - в Африке, конечно.
-В Африке!
-Слушай, а если ты телефончик мне оставишь,
я тебе её так отдам.
-Да? Просто так?
-Угу.
-Не просто так совсем, конечно.
Мне вот, например, сыночка заделал.
-Ирочка, Ирочка! Да это из прошлого вообще.
Из далёкого прошлого.
-Да, горбатого могила исправит.
-Э, я тебе что,
мешаю твой троллейбус водить?
Ты представь, если я в салон зайду
и твоим пассажирам скажу:
"Э, вы в курсе, что у вас водитель
без тормозов едет?" Тебе как?
-Ты что устраиваешь? У тебя совесть есть?
Мы договорились на конкретное время.
Какие-то приличия должны быть?
-Какие приличия, что ты говоришь?
Я, что ли, на развод подавал?
Я тебя на коленях просил,
а тут любая на руках меня носить будет.
-Да ты что, любая?
-Да!
-Ты не страдаешь, значит, совсем, да?
-Уф! Страдаю. Страдаю, конечно, моя милая.
-Не трогай меня.
-С тобой же жизнь, а это - так, похабень.
-А телефончик сейчас кто выпрашивал?
-Это чисто для настроения было.
Что ты начинаешь?
-Всё. Ну что ты делаешь?
-Чего?
-Я за деньгами пришла.
-А?
-Я за деньгами пришла.
-Да деньги будут,
давай любить друг друга будем, Флора.
-Ну пожалуйста...
-Что?
-Ну что ты делаешь?
-Что?
Давай забывать всё будем.
Я пацанов твоих всех люблю,
не только Русланчика.
-Всё по-старому будет.
-Да не будет, я тебе клянусь.
Всё с чистого листа начнём.
-Что ты делаешь?
-Я же вижу, у тебя ко мне не всё сгорело.
-Сгорит! Понял, да? Сгорит, ты не волнуйся.
Всё, деньги давай.
-Да времени жалко, Флора. Ну что ты это.
Любовь же проходит,
грех не пользоваться, она редкая.
-У тебя редкая, что ли?
У тебя первая встречная - это любовь.
-Опять начинаешь вот это, ну.
Что, как вообще этот...
Русланчик спрашивает за папу?
-Спрашивает, да.
-Что спрашивает?
-Хочет, чтобы я тебя простила
и вместе опять начали жить.
Но он ребёнок маленький,
ещё ничего не понимает, понял?
Тебе спасибо за помощь. Всё.
-Да. В смысле...
Флора, мне вообще не проблема помогать.
Ты просто подумай, что Русланчик сказал.
-Слышишь!
-Что?
Варёнка-марёнка, сумочки-шмумочки!
Знак качества товар!
Киса, посмотри, какие сумочки! Хочешь?
Смотри, какой берет у тебя красивый.
-Юра, привет!
-Привет.
-Ох!
Куда столько, вы же сами там... Вам того...
-Мама сказала, ты типа Ганди -
еле ногами двигаешь.
-Нет, ну до Ганди ещё...
Да, далеко, конечно. Не платят просто.
Но это временно. Так, ситуация.
Перекантоваться немного, и всё пройдёт.
-Угу. На, возьми.
-Не, Юр, ну ты меня за кого принимаешь?
-Тебе же надо.
-Нет. Ну надо, но не настолько же.
Юр, надень-надень, это мой подарок.
Надень.
-Ладно.
Я пойду, наверное, тогда.
-Юра.
Я всё время думаю о тебе.
-И что думаешь?
-Нельзя тебе болтаться. Наболтался.
Ну, если хочешь художником становиться,
надо учиться, поступать. Да?
Ну согласись, нельзя же всю жизнь
афиши малевать.
Согласись?
-Почему нельзя всю жизнь афиши малевать?
-Ведь надо становиться профессионалом.
А афиши - это так, первый уровень.
Для неудачников,
для тех, у кого не получилось.
-А если мне нравится на первом?
Быть первым на первом.
-Да нет, Юр, ты вот этот пофигизм свой,
эту жажду свободы...
Это всё на девочек работает.
А я знаю жизнь, понимаешь?
И для меня, между прочим, очевидно,
что это всё - упущенные возможности.
-Пап, ты меня прости,
но, по-моему, ты яркий пример этого.
-Я? Юр, нет, нет!
У меня был взлёт.
И с матерью твоей, и в карьере был.
У меня была энергия. Я не прозябал.
Нет, не прозябал, нет.
-У меня там кисти сохнут.
Я, наверное, пойду. Не могу прозябать.
-Юра, почему ты так реагируешь?
Я же имею в виду, что надо как-то...
развиваться.
(громкая музыка вдалеке)
(Владимир Кузьмин - "Я не забуду тебя")
-Пускай тепло твоё останется с тобой!
А мне - мой лёд несбыточных желаний.
Я стал одним из всех,
сольюсь теперь с толпой
И поплыву в потоке разочарований.
Я не забуду тебя никогда!
Твою любовь, твою печаль, улыбки, слёзы.
А за окном всё так же стонут провода,
И поезд мчит меня в сибирские морозы.
А за окном всё так же стонут провода,
И поезд мчит меня в сибирские морозы.
-Валерка!
Собака!
Наливай.
(громко сморкается)
Петюня, ну давай,
как опоздавший, скажи нам.
Мы же сегодня стариков чтим.
Сегодня же родительская. Давай.
-Вот, Сергей Михайлович,
как раз у меня к этой теме.
У меня батя - вы, наверное, в курсе -
завтра откидывается.
-В курсе, конечно.
-Что я хотел сказать.
Благодаря ему вы, собственно, меня и взяли.
-Да.
Просил за тебя.
-Вот, так что я хотел бы с вами
выпить за моего батю.
-Да, Карась семёру отшлёпал, как день.
Уверенно, бодро, а главное - молча.
За Карася.
-Бери с бати пример.
-Стараюсь.
-Генрих! -Галя.
-Иди сюда.
Значит так. Информация только для своих.
Хотя своим ты стал с большим опозданием.
Господи, сколько я к тебе клеилась!
А ты? Чурбан ты, вот ты кто.
-Ну, Галь.
Что ты начинаешь, зачем? Ну, было, было.
Это же больше так, по работе, чего ты?
Мы же договорились, зачем ты?
-Сволочь ты, вот ты кто.
Хотя я всё равно о тебе думаю.
Что в пакете?
-А, это Юра принёс, вот, передачу.
Молоко сгущённое хочешь?
-Подачек от твоих? Нет, спасибо.
Может, я и дура, что тебе помогаю.
Смотри сюда.
Крем "Детский", зубная паста "Сосновая",
мыло "Душистое". Всё по пять штук.
-Галь, ты уезжаешь?
-Да куда я уезжаю, никуда я не уезжаю.
Это ты сейчас бежишь
в наш магазинчик на территории
и покупаешь всё -
на всё, что у тебя есть в карманах.
Понял?
-А зачем?
-Коммерция, Генрих, коммерция.
Я вчера проходила мимо нашей толкучки -
там всё то же самое,
только в сто раз дороже!
Понимаешь? И люди хватают как бешеные.
У тебя деньги с собой есть?
-Нет.
А, да, мне же Юрка...
-Так бегом давай!
-Вот это всё надо брать?
-Да, всё бери.
Я тебя прошу, пожалуйста, иди скорее, всё.
-Давай.
-За пакет не беспокойся,
я не успею всё это съесть.
-Валерка!
А ты можешь сейчас нам из этого,
из театрального своего?
-Из спектакля, что ли?
-Ну да.
Ну да, под настроение.
-Ой... Атмосфера нужна.
-Атмосфера?
Ну-ка, цыц! Не шебурши там!
Хочешь, я тебе свечей сюда прикажу?
-Не-не, не надо.
Я сам тут.
(хохочут)
-Вот он, сука, уже театр начался!
Давай, Валера, вжарь по полной!
-"Что делать, дядя Ваня?
Мы будем жить.
А когда наступит наш час, мы покорно умрём,
и там, за гробом,
мы скажем, что мы страдали,
что мы плакали.
И Бог сжалится над нами.
Я верю, дядя Ваня.
Верую горячо, страстно.
Мы отдохнём.
Мы услышим ангелов.
Мы увидим всё небо в алмазах.
Мы увидим, как всё зло земное,
все наши несчастья
накроет милосердие,
которое наполнит собою весь мир.
И наша жизнь
станет тихой,
нежной,
сладкой, как ласка.
Я верую, верую.
Бедный, бедный дядя Ваня, ты плачешь.
Ты не знал в своей жизни счастья.
Но погоди, дядя Ваня,
мы отдохнём.
Мы отдохнём!"
-Хорош.
-"Мы отдохнём".
-Что за дела, а?
-Валер,
хорош гомосячить.
Ты что сейчас это...
Ты за тёлку был, что ли? Что-то я не понял.
-Это Чехов!
Какая разница, за кого я вообще?
Сами просят этот бред!
Я вам что, блин, шелупонь тут лагерная,
перед вами кривляться, ***?
-А!
А мы что тут для тебя -
шелупонь лагерная?
-Н-н-не, вы нет...
Всё не так, Сергей Михайлович.
-Я таких, как ты,
на зоне на арматуру, как шашлык, наматывал.
(кричит)
-Ненавижу.
***!
Уроды!
Скоро всё равно все уйдёте в свой путь.
Потопчетесь немного
и уйдёте.
(журчание струи)
(стук в дверь)
-Э, артист! Ты здесь?
(стук в дверь)
Открывай!
-Открывай!
(стук в дверь)
-Артист, Сергей Михайлович,
вам на тапочки помочился.
-Где он?
-В окно вышел в ванной.
-Петя...
-Да, Сергей Михайлович?
-По-жёсткому с ним.
-Может, не надо по-жёсткому?
-Он мой дом осквернил.
Мне теперь его по-новому освящать надо.
(звуки электронной игрушки)
(звуки телевизора)
-Ну что ж, ещё не поздно.
Давай вернёмся в отделение и скажем,
что Кирпич кошелька не резал.
(выключает телевизор)
-Э, алё, алё!
Что за фамильярность?
Ты кто... А...
Всё прекрасно, господа.
Всё прекрасно.
Отличный вечер. Прекрасный чай.
Но, господа...
Надо же дело делать, да?
Дело делать. Так нельзя.
Так нельзя.
Ну что я сделал-то?
-Ну что, артист? Недержание, да?
Иди сюда.
(напряжённая музыка)
-Внучок мой!
-Привет, ба!
-Как чувствовала.
Тёртиков нажарила, как ты любишь.
-Ага. Ба, я тёртиков потом.
Ты лучше скажи -
бидон с известью, что я зимой привозил,
не трогала?
-За сортиром гашёнка твоя.
Как поставил, так и стоит. Едкая, падла!
-Ага. Это, кстати,
батя с зоны выходит на днях.
-Сынулька. Не зря я за него молилась.
-Да-да.
Это, сгоняй в погреб, принеси огурцов.
Я пацанам обещал своим.
-Лучшего рассола, чем у меня, нет.
В детстве помнишь, как плевался?
Сейчас схожу.
-Да, и самогончику твоего, если осталось.
-Для тебя и папашки твоего всегда осталось.
-Выходи. Сюда иди, я сказал.
Сюда иди!
Да иди, я сказал!
-Я не могу, у меня "Дядя Ваня" завтра!
-Иди!
-А последнее? Оно ж последнее. Можно?
-Что последнее?
-Желание.
Покурить хотя бы.
-Курить хочешь?
На.
Давай.
-А как я? Может, мне сесть тут?
-Мне похер.
-А как ты меня? У меня же плечи не пройдут.
-Пару досок снять - пройдут, не ссы.
Докурил?
(кашляет)
Ну? "Что наша жизнь - игра"?
-Графиня.
Ведьма! Опять ты выиграла! Ха-ха-ха!
-Сука!
-Стой.
Стой-стой.
Стой. Стой, друг.
(ведущий, по телевизору)
-Духовный лидер,
своим поведением указывающий путь,
которому надлежит следовать.
В мире существует не так уж много гуру.
В Катманду живёт один из них,
питающийся исключительно молоком.
Подобный человек
не мог нас не заинтересовать.
Мы решили с ним встретиться
и поговорить о сути его учения.
Здравствуйте, как вас зовут?
(гуру)
-Меня зовут Милк Баба.
-И вы питаетесь исключительно молоком?
-Да, 20 лет пью только молоко.
-А почему вы перешли на молочную диету?
-Видите ли, в индуистской философии
существует понятие контроля
над течением жизни.
Это означает контроль своих желаний.
Контроль над всем негативным.
Контроль над жадностью, злобой,
над всеми негативными помыслами.
Я не испытываю чувства голода,
чувства жадности.
Стараюсь не испытывать никаких желаний.
Желания - причина всех страданий.
Отсутствие желаний - мир и покой внутри.
-Наша служба и опасна, и трудна,
да, Самохин?
Ну что ты, как ты там? Описал?
Всё подробно, да? Как на карачках полз,
когда коммерсов завалили, да?
С нюансами, в красках, в деталях?
Ну что ты обиделся-то, Вить?
Что ты обиделся?
Нам же тоже с пацанами интересно.
Я понимаю - такие лбы, любой бы обосрался.
ВиктОр! Ты что?
-Липчук! В кино любишь сниматься?
Кассету ту досмотреть придётся!
Там всё как положено - кастет,
у батареи человек с браслетами.
-Что ты мелешь-то, балаболка, ***!
-Да!
-Успокоились!
-Я даже не знаю, как это. Самохин, за мной!
-Товарищ майор...
-Липчук, с тобой потом. Самохин!
-У меня есть неопровержимые доказательства,
что Липчук сотрудничает
с одной из группировок.
-Ну тогда, Самохин,
у меня на тебя тоже неопровержимые.
Нанесение телесных повреждений
старшему по чину
в присутствии сотрудников - раз. ЗдорОво!
-Здрасте.
-Черепно-мозговая травма Марецкого
из-за твоих
неквалифицированных действий - два.
И три...
-Нос подотри.
-Че... Чего ты сказал?
Самохин!
Самохин!
(беспокойная музыка)
-Флор, ты с бодуна, что ли?
Не картошку же везёшь!
-Петь! Петь, ну что ты делаешь, а?
-Ну что такое, мам? Батя вернулся!
-Ну что там, мы поедем или нет?
-Семёра - это срок, Флор.
Мне там было о чём подумать.
-О чём же ты там думал?
-Поехали уже!
-Тихо, тихо, сейчас!
-Ма, а открой дверь.
-На работу из-за тебя опаздываем.
-Кто здесь опаздывает, а?
Сейчас успокою так,
что некуда будет торопиться!
-Петя, Петя!
-Тихо ждём, пока мама договорит!
Закрывай, мам.
-Золотце моё. Я не буду вот так на бегу.
Давай в чебуречной у рынка.
-Ха!
-Это ведь памятное для нас место,
ты же помнишь.
-Конечно, забудешь такое.
(смеётся)
-Да тихо посидим. Без братвы.
Петя уже всё заказал.
Конкретно наш вечер.
-Ладно, всё, после работы в чебуречной, да?
Петь, машину отгоняй,
мне теперь из-за вас нагонять.
Всё.
Да всё, иди уже.
Уважаемые пассажиры,
прошу прощения за вынужденную остановку.
Ситуация сложная, первый муж вернулся.
Семь лет не виделись.
Напоминаю, следующая остановка -
"Пятидесятилетие Октября".
-Вить, что за фигня?
Нельзя нормально объяснить?
-У вас в ДК только через центральный
можно попасть?
-Нет, есть служебный на заднем дворе.
-А выход на чердак знаешь где?
-Да, на сцене за экраном. А что?
-Ничего. Закрой дверь.
(стук в дверь)
-Кто?
(Родион)
-Это я, твой друг Незнайка.
-Родь, я работаю.
-Чувак, я вас видел, вы только что вошли.
Библиотекаря не проведёшь,
у него дверь всегда чуточку приоткрыта.
Ваша киношная пауза
создаёт ещё больше стрёма.
Я уже начинаю думать чёрт знает что.
Салют!
Ну, благо, никакой расчленёнки,
значит, всё остальное не страшно.
Родион!
-Виктор.
-Чуваки, а вы что на нерве?
(смеётся)
Я топор не взял.
Отдал в заточку.
Представляете, у старухи, суки этой,
под платком оказалась каска.
Ну, Юр, скажи, что Родя друг!
Что у него, как у тебя,
чистая светлая душа,
за которой ничего,
буквально ничего, ни цента.
Но что больше всего в жизни он ценит
исключительно человеческие отношения.
И готов даже за них пострадать.
-Вить, Родька правда клёвый.
-Я перекантуюсь у тебя?
-Да спокойно.
Я так понимаю, глупо спрашивать,
что случилось?
-Виктор, а туалет в нашем заведении
находится прямо по коридору и направо.
Но если вам требуется
абсолютная конспирация,
я могу предоставить прекраснейшее
эмалированное ведёрко. В аренду.
Но сдаю я его только с поэмой Маяковского
"Владимир Ильич Ленин".
(фыркает)
(смеются)
-Давай, Петь, наливай мне "Рябины".
Такой день сегодня тяжёлый был на работе,
ничего не берёт.
-А ты расскажи пока,
как вы с батей-то зазнакомились.
-А что это тебя вдруг заинтересовало?
-Не знаю. Вот сейчас батя вернулся -
может, у вас заново закрутится.
-Боже, такие чебуреки вкусные!
Я такие чебуреки, как здесь, нигде не ела.
Около дома пробовала - вообще не такие.
-Флора! Я тебе хочу сказать.
Вот сейчас, как ты про чебурек.
Много я вкусных пробовал,
но такой, как ты...
(смеётся)
Чего?
-Всё, Вань, всё.
Всё, хватит. Спасибо, Вань, за комплимент.
Но это не твоя коронка.
-Ладно, ма, давай рассказывай.
(смеётся)
-Ой, а что тут рассказывать-то?
Значит, мы на танцы пошли.
Он меня как увидел, сразу стал клеиться.
Только познакомились,
он сразу в драку полез.
Потом шли через парк, к этому пруду.
Он весь в кровище,
надо же это смыть как-то.
Мы в этот пруд, ну и...
Заодно решили искупаться,
ну, голые, там это...
-Бать, первый раз на наших прудах был?
Я сам там недавно...
-Чего?
-Нет, нет, да ничего.
Сегодня ты, а завтра я...
Ну я тебе потом расскажу.
-Ты слышишь, что он делает?
Он меня достал уже с этой оперной хернёй.
Он тебе не рассказывал?
-Чего?
-Ну что-что.
Что, Петь? Ходит к учительнице,
занимается оперным пением. Да?
-На хера?
-А вот ты спроси его. Петь, на хера?
Ладно бы ещё, я не знаю, эстрада -
нет, оперные завывания всё.
-Петь, а тебе оно зачем?
-Нравится.
-В смысле?
-В прямом.
Нравится оперное пение.
А если быть точным -
ария Германа из "Пиковой дамы".
-А Михалыч знает?
-Нет, никто не знает.
-А если узнает?
-А если узнает, ничего страшного.
-А Михалыч - это кто?
-Да.
-Это начальник мой.
С коммерческого предприятия.
Я тебе рассказывал.
А вы знаете, откуда у меня вообще это -
Германа петь?
Помнишь, ма, вы когда расстались,
батя меня иногда к себе забирал.
Мне лет пять было.
-Нет, тебе четыре было.
В пять батя присел уже на трёшку.
-Ну четыре, не суть.
Мы сначала прогуливались,
а потом к нему в коммуналку шли.
Там всё время кто-то оперу слушал.
-Это Зойка больная жила.
-Так вот, он как-то с дружком пришёл,
они набухались,
и он отрубился.
А тот, дружок, начал закусывать,
хлебом или чем-то ещё.
Подавился, начал задыхаться,
на пол упал и помер.
Я его бужу - а он сам как труп,
что-то бормочет.
Я в испуге бегаю, побежал в комнату,
где музыка играет.
А там она.
Голая танцует. Смеётся.
Она мне такой красивой показалась!
-Зойка?
-Зойка!
Я только потом узнал,
что это Чайковский был.
По радио крутили.
Ладно, пойду покурю.
-Это Вовка Лапшин был.
Никогда не знаешь, как ласты склеишь.
-Кассета эта твоя, вся эта херня,
которую ты достать хочешь -
это приговор для тебя.
Помощь тут вообще ни при чём.
Реально не догоняешь, что происходит?
Что ментовка твоя, эта шелуха -
это мутация на всех уровнях.
Отряд не заметит потери бойца.
Это я про тебя, если ты не понял.
-В учебке ты другой был.
-Да не я другой был - время другое было.
Я эту форму давно в шифоньер повесил,
чтобы перед глазами не маячила.
Но если хочешь подохнуть по-быстрому -
пожалуйста, копай дальше.
Нет у нас закона.
-А что есть?
-Понятия.
Кто не понял - у параши сидит.
Вот такой базар пошёл.
Слушай, я же не говно какое тебе предлагаю.
Реальное дело по очистке сортира.
Ну, если метафорически говорить.
Дяденька посадил на герыч девочку.
Трахал её.
Потом решил продать таким же, как он.
Дальше продолжать?
-Не надо.
-Вить, при всём уважении. Таких денег
ты в ментовке за всю жизнь не заработаешь.
Ты с концами ушёл оттуда?
Что я спрашиваю, если тебя искали уже.
-А что делать-то надо?
-Да вообще ничего не надо,
ты для прикрышки нужен.
Я сам всё сделаю.
А ты потом будешь смотреть,
что тебя по жизни интересует.
Но если ты поможешь, человек,
который непосредственно всем рулит,
он твои проблемы с руководством ментовским
одной левой решит.
Но это не здесь. Отъехать надо будет.
-Юр!
-Вить, ты что шастаешь?
Ты сейчас мишень для них!
-Подожди.
Слушай, ты правильно говоришь,
мне надо уехать.
Пока не знаю, на сколько, думаю, ненадолго.
Юра, я что хотел...
-Ну, ну, говори. Я реально что хочешь могу.
-Короче, вот.
Надо заховать. Есть где?
-Да до фига мест.
-Только никто не должен знать,
прямо вообще никто. Даже Родя.
-Я понял.
-Никто.
-Понял, понял.
-Давай.
-Вить, стой, подожди.
-Чего?
-Ну а если ты... вообще... с концами?
Что тогда с ней?
-Да нет, ты что, Юр.
У меня в планах точно вернуться.
Давай.
(стук в дверь)
-Тук-тук? Сынок, Юра?
Есть кто?
О!
-Пап, ты один?
-Папка твой давно уже один.
Подарок вот, видишь, я тебе принёс.
Пожалуйста, принимай, дорогой мой Ван Гог,
только ухо себе не отрезай. Ха-ха!
-Папа, откуда? Ты что, сберкассу ограбил?
-Ну, так это...
Грубо говоря,
небольшая коммерция в духе времени.
И вот, пожалуйста -
колонок, белочка, как сказали.
Это тебе что-то говорит?
-Классные кисти, спасибо.
-Н-да.
А я, на самом-то деле,
по поводу нашего разговора с тобой
про афиши и вот это всё.
Хотел извиниться,
потому что я всё-таки был неправ. Вот.
Афиша - это лицо фильма,
а если фильм хороший, а ты ему вместо лица
рожу какую-то намалюешь - ну куда годится?
Получается, что работа ответственная очень.
Прости, пожалуйста, сынок.
-Спасибо.
-Я был неправ.
И во! А это...
Опять же вот, вы ребята молодые, шутливые.
Ну есть же какие-то темы. Ну зачем?
Н-да.
-Значит, Саша, смотри.
Мне надо, чтобы каждый человек,
потенциально нам интересный
в каком-то аспекте,
был тобой тут обслужен,
а мной взят на заметку. Вдруг пригодится.
Ты что разделась? Форму одела живо!
-Сонечка, папа сам с тебя всё снимет.
-Что за "папа"?
-Мы тут так клиентов.
-Ой, Сонь, не надо.
Звучит как-то по-извращенски.
-Ну, по имени-отчеству тоже, знаешь ли...
-Знаю, да, вот только давай без этого.
Короче, Сань. Фиксируем только крупнячок.
Мелочь меня на хер не интересует.
Администрация, муниципалитетик неплохо,
бизнесец.
Короче, ты сама всё понимаешь.
-Слушай, я тебе и так плачу.
-Само собой, твой шалман работает
только благодаря мне.
А администрация в городе меняется на ходу.
Мне надо руку на пульсе держать.
Сашуль, ну я перехожу, так сказать?
-А, не буду задерживать, хорошего отдыха.
Всё поняла.
-Спасибо.
(медленная музыка)
-Ноги - это такой непредсказуемый механизм.
Никогда не знаешь, куда они тебя приведут.
-Это не ноги, Юр.
Это то, что между ног.
-Нет. Есть орган, который находится
чуть выше пупка, чуть левее.
По сути, насос,
который обеспечивает кровоснабжение.
Но принято считать его ответственным
за некий химический процесс,
который люди называют влюблённостью.
-Ну это не амаретто.
-Да, а что?
-Это ООО "Беник".
(смеётся)
Блин!
Юр, ты это у цыган взял, скажи мне?
-Продавщица сказала,
что это из Польши, родная.
-Юра, скажи, ты из лесной школы?
-Чего?
-Ну пошли прогуляемся, а то мне несолидно
с тобой тут светиться перед клиентами.
-Давай. Класс.
Пошли.
-Алло, кто там?
-Я.
-А! Алибаба, выходи быстрее, я опаздываю!
-Я не могу.
-Реально говорю, выходи. В школе досрёшь.
-Петя, оставь его.
Это по заказу не получается, всё.
-Ну а мне что делать?
Мне бежать надо, сейчас пацаны приедут!
-Пацаны твои тоже подождут.
-Могу предложить ночную вазу
в виде хоккейной каски.
-Всё, хватит!
-Ну да, она же дырявая.
-Я не могу в школе,
у меня там не получается.
-Охренеть, Карлик Нос!
У всех получается - у него нет!
-О, ма, что это?
-Что, вот это? Бутерброды.
-Бутерброды?
-Бутерброды, да, с икрой. По моему рецепту.
Давай.
-М, плавленый сыр! А ещё что там?
-Тебе ж сказали - икра.
-А, морковка.
-Ну морковка, и что? Ешь давай, вкусно.
-Ем, ем. Запить бы ещё.
-Какао будешь?
-Буду. -И я буду.
(Петя)
-Мам, кофейку нет?
-Кофе нет, закончился. Какао есть.
-Ну вообще! В сортир не пробьёшься,
кофе нет, на хлеб плавленый сырочек мажем.
Вообще уже, что ли, да?
(вздыхает)
Слушай, ма, давненько ты не готовила
баранью ногу в духовочке, да с чесночком.
-Это что такое?
-На, на короночку твою.
-Это откуда столько?
-Ну...
-Ещё пару человек завалил.
-Ах ты сайгачонок, а!
Что у тебя, запор, что ли,
говно в башку прибило, скотина?
-А ну-ка!
-Всё-всё, понял, понял!
-Иди отсюда!
-Холодильник только забей до крыши, окей?
-Иди!
-Всё.
Я погнал.
-Всё, Петь, иди.
Сынок, что, больно тебе?
Ну всё, всё.
-Он в жигалинской банде!
Они там людей убивают!
-Чего? Какой банде? Что?
-Да это все знают, все!
-Так, вы это...
(запинаясь)
Ешьте, я сейчас вернусь.
Здрасте.
-Привет, Флора.
-Лид, подожди.
(заикаясь)
Скажи, ты знаешь, чем Петька занимается?
-Флора, ты что, сама не знаешь?
-Ну ты мне скажи?
-В бригаде он жигалинской, а что?
Случилось с ним что?
-Петя, Петь! Петя!
Петя, стой! Постой!
Петя, ну не надо этого, не надо.
Этого не надо...
(Сергей Курёхин -
"Трагедия в стиле минимализм")
-Что, готово всё?
Тогда погнали, быстро.
-Парни, стволы!
(выстрелы)
(выстрел)
(выстрел)
(выстрел)
(Агата Кристи - "Чёрная луна")
(холостой щелчок)
-Я тебя в ящик, сука!
Тебе и Михалычу, твари, всем вашим!
К вам идёт смерч. Торнадо, сука!
Никаких вам больше понятий, понял? Никаких!
Тварь!
(Агата Кристи - "Чёрная луна")
 

////////////////////////////