Постановка (1-3 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

Постановка (англ. Staged) — британский телевизионный комедийный сериал, действие которого происходит во время пандемии COVID-19 в Соединенном Королевстве.

Все фразы и цитаты

Серия 1

У валийцев должна быть
хорошая фраза для конца света.
Почему?
Дилан Томас наверняка писал об этом.
Поэму, или ещё что-то.
Да, он написал «Не уходи смиренно
в сумрак вечной тьмы».
– Ну вот.
– Я читал это для BBC.
– Читал?
– «Бунтуй!
Бунтуй, когда слабеет свет!»
Ты знаешь, как это
звучит на валлийском?
– В смысле?
– Я думал, это перевод.
Перевод?
Да, ты знаешь,
что он написал в оригинале?
В оригинале он написал «Не уходи
смиренно в сумрак вечной тьмы».
– На английском?
– Да!
– Я разочарован.
– Cachu hwch.
– Что это значит?
Ёбаная катастрофа.
Kakhee hochhh!
– Звучит как будто тебя тошнит.
– Kakhee hoch. Cachu hwch.
Kakhee ёбаный hoch.
– Нет, теперь ты звучишь как ливерпулец.
Cachu hwch. Cachu hwch. Cachu hwch.
Я мог бы быть валлийцем.
Точно мог бы.
– Мы бы никогда тебя не пустили.
– Я бы вам понравился.
Вы бы умоляли, чтобы я был с вами.
Мы сражались с шотландцами веками.
Мы тебя ни за что сейчас не пустим.
Cachu hwch!
– Дэвид, слышишь меня?
– Слышу. Но не вижу.
Ты с камерой?
Нет, я ехал, так что это
старомодный телефонный звонок.
– Без видео?
– Без видео.
– Примитивно.
Могу я с тобой подискутировать
насчёт одной идеи?
Не каждый день услышишь это слово.
Какое? «Дискутировать»?
Я ещё заметил, что ты в и-мейлах
используешь точку с запятой.
Да, я пытаюсь от этого избавиться.
Слушай, есть возможность как-нибудь
продолжить репетиции на карантине?
– Репетиции?
– Да. Выслушай меня, пожалуйста.
Что, если мы будем тратить по два-три
часа в день на обсуждение пьесы?
И тогда, когда театры
снова откроются, у нас будет материал?
Другие будут тратить шесть недель.
А мы ворвёмся.
Британцам нужны будут развлечения.
Ты думаешь, что британцам нужны
«Шесть персонажей в поисках автора»?
– Она смешная.
– Она итальянская.
– Мы сделаем её ещё смешнее на репетициях.
Ты же бегло говоришь на итальянском?
Да, я изучал итальянский
в университете.
Ну, я немного говорю на немецком,
и совсем чуть-чуть на французском.
Как мы это сделаем?
У тебя есть Zoom?
– Я использую Portal.
– Я подписан как SimonEvans1983.
Найди меня, и можем поговорить.
Джорджия?
Подожди минутку, я зайду внутрь.
– Смотри на экран.
– Ага.
– Нет, смотри на экран.
Верхний правый угол, там окошко.
Тебе нужно опустить...
– Ты сделай.
– Дэвид!
– Привет, Саймон!
– Вот так!
– Да, сработало.
– Так и будем делать.
– Работает?
– Пока да. Тут Джорджия, она...
Привет, Саймон, рада тебя видеть.
– Взаимно.
– Мне жаль насчёт пьесы, так плохо получилось.
– Спасибо.
– Очень хуёво.
– Нам надо продолжать репетировать.
– Как?
– С этим.
Вот так.
А вы говорили с Майклом?
Ты говорил?
Ну...
Я думаю, пусть лучше
это пойдёт от тебя.
– Я не режиссёр.
– Да, но он твой друг.
Ему это не понравится.
– Ты не знаешь этого.
– Мама!
Сейчас буду!
Он никогда не был
особо привязан к пьесе.
– Ну, это изменится.
– Или к Саймону.
Я тогда не понимаю,
зачем он это делал.
Наверное, для меня.
– Может, он и это для тебя сделает?
– Папа!
Иду!
– Тебя это слишком заботит.
– Не слишком.
Я просто думаю, что это пойдёт тебе на пользу.
– В смысле?
Помнишь, ты уехал на выходные,
а потом приехали мы с детьми,
и ты немного разозлился?
Ты начал произносить слова
наоборот в своей голове.
Да.
Я просто не думаю,
что опять с этим справлюсь.
Так что я думаю,
отвлечение может пойти на пользу...
– Тебе.
– Мне, да.
– Мама!
– Папа!
Подождите минуту!
– Это уже началось, да?
– Да, я ему звоню.
Майкл?
Майкл?
– Дэвид.
– Всё хорошо?
– Дай мне минуту.
На что ты смотришь?
Я беспокоюсь,
как бы я ни был в фильме Хичкока.
– Ты о чём?
– Птицы возвращаются в Порт-Толбот.
Это здорово. Ты в порядке?
– Просто адаптируюсь. Ты как?
– Неплохо.
Уже начал слова
наоборот произносить, да?
Немного, да.
Уже произносил Финсбери Парк?
– Крап Иребсниф!
– Я почти произнёс.
Крап Иребсниф!
Я не должен был тебе говорить,
это ведь ты этим занимаешься.
Это не навык,
это компульсивно получается.
Анна принесла мне рисунок.
– Она с тобой?
– Да.
Сегодня утром мы рано проснулись,
чтобы нарисовать рассвет.
Ну, наша семья
вчера рисовала ананасы.
– Получилось?
– Я покажу мой, если покажешь свой.
– Звучит справедливо.
Сейчас.
Секунду.
Я вижу тебя,
маленькая пернатая хуйня.
Очень красиво.
А твой?
– Ты это нарисовал?
– Да, сегодня утром.
– Иди-ка нахуй!
– Что?
– Ты не нарисовал это сегодня утром.
– Нарисовал.
– Ты не нарисовал это сегодня утром.
– Нарисовал!
– Я тебе не верю.
– Ты нарисовал ананас.
– Мой ананас – хуйня.
– Ему просто нужно добавить теней.
– Заткнись!
– Немного растушевать.
Когда ты столько узнал об искусстве?
– Когда готовился для роли.
– Какой роли?
– Дэвида Фроста.
– Он что, рисовал?
– Ты злишься из-за того, что у меня есть хобби?
Очевидно, что да.
Могу подискутировать с тобой об идее?
Ты не говоришь «дискутировать».
– Говорю.
– Я его раньше никогда от тебя не слышал.
Нет, ну, когда-то
я, очевидно, использовал.
Саймон так говорит.
Говорит?
Прости, Саймон хочет
репетировать пьесу
через Интернет?
– Это будет весело, пьеса же смешная.
– Смешная?
– Сделаем её смешной.
– Ты знал, что Саймон
знает итальянский?
– Я знаю итальянский.
Мы все его знаем,
каждый говорит по-итальянски.
Ну так, что ты думаешь? Ты «за»?
Подожди минутку. Спасибо, дорогая.
Анна только что принесла
тебе вино, Майкл?
– Привет, Дэвид.
– Привет, Анна.
– Рада тебя видеть.
– И я тебя. Рановато немного, нет?
Во сколько ты сегодня проснулся?
Где-то в восемь.
Я проснулся в пять ради рассвета.
Так что я на три часа тебя опережаю,
сейчас уже за шесть вечера. Выпьем!
– Майкл показал тебе свой рисунок?
– Показал.
Он очень красивый, правда?
Почти в это верю.
Мы говорили о «Шести персонажах
в поисках автора».
Точно. Я слышала об отмене, Дэвид.
Очень жаль.
Дэвид пока не готов сдаваться.
Он хочет так распределить роли,
и репетировать.
– Это сработает?
– Ну, в теории, знаешь ли.
Так мы будем впереди всех.
Когда все театры снова откроются –
мы уже будем выбирать домик в Вест-Энд.
Если птицы нас к тому времени
не убьют.
Он рассказал тебе про птиц?
– Да, он рассказал о том, что их войска растут.
– Когда они снова откроются?
И что, мы будем встречаться
каждый день до бесконечности?
«Доброе утро, Дэвид».
«Доброе утро, Майкл».
«Делать нечего».
«Я тоже начинаю
приходить к этому мнению».
Это явно не что-то из пьесы.
Тебе плохо в изоляции, да?
Слушай, вот как я это вижу.
Во-первых, мы никуда не ходим,
так что это хороший способ
занять чем-то мозги
пару часов в день.
Во-вторых... Рад был увидеться, Анна.
– Она ещё тут.
Она тут ходит, ищет что-то в шкафу,
так что не говори ничего грубого.
У тебя ширинка расстёгнута.
Повезло тебе.
Во-вторых, у меня будет время
встретиться с друзьями.
Если в конце
что-то получится – прекрасно.
Если нет,
мы хотя бы прочитаем пьесу пару раз.
Познакомимся с прекрасным автором.
– Пиранделло был фашистом.
– Правда?
– Да.
Ну, многие писатели были весьма
сомнительными личностями.
Посмотри на того же де Сада.
– На Набокова.
– Хемингуэя.
Оруэлла.
Адольфа Гитлера.
Шекспира!
– Шекспира?
– Да, он был очень жадный и неоднозначный лорд.
Но он же тогда перестал писать, нет?
Возможно.
– Пиранделло был фашистом, ты знала?
– Ты что такое говоришь?
Первый раз его пьесу
ставили при Муссолини в 1921.
Муссолини пришёл к власти в 1922.
Так что Пиранделло
не мог быть фашистом,
потому что Национальная фашистская
партия не существовала в Италии
до следующего года.
Я всё ещё не думаю,
что он такой уж смешной.
Саймон усердно работал.
Для него работать с тобой –
очень важно. Он так сказал.
– Правда?
– Да, он всегда так говорит.
Он всегда говорит о твоём Гамлете.
Тебе бы это услышать.
Он сказал,
что это изменило его жизнь.
Он очень волновался,
когда узнал, что ты присоединился.
– Правда?
– Ну да.
Привет, Дэвид.
Я соединю нас в конференцию.
Майкл с нами?
Он хочет от тебя всё услышать.
Понял.
Ты видел его Гамлета?
Нет.
Ладно, неважно. Будь тут, я всё решу.
– Привет.
– Рад вас видеть.
– Привет, Дэвид.
– Рад встрече.
– Начинать?
– Да, Начинай, Саймон.
– Прости, Дэвид, давай ты первый.
– Нет, давай ты.
– Я ничего не говорил.
– Дэвид?
– Саймон?
– Это очень не похоже на Шекспира.
– Ладно, тогда я начну, хорошо?
Хорошо, Дэвид,
спасибо, что всё организовал.
Майкл, рад тебя снова видеть.
Я знаю, что у тебя есть пара вопросов.
Давайте я резюмировать, где мы сейчас,
и можем начать оттуда. Хорошо?
– Я согласен.
Ну да.
Итак, я предлагаю продолжить подбор
актёров,
и репетиции таким образом.
Это не будет как вживую,
но мы сможем обсуждать пьесу,
и, возможно, даже немного её
поставить. Также, мы можем понять,
что у нас есть что-то, что понадобится
людям, когда всё закончится.
Почему ты хочешь это сделать, Саймон?
– Честно?
– Честно.
Я думаю, он как раз хотел
начать говорить о твоём Гамлете.
– Я хочу, чтобы моё имя было первым.
– Что?
– На постере.
– Нет никакого постера.
«Майкл Шин и Дэвид Теннант
в „Шести Персонажах“»
– Нет.
– Почему?
– Ты был первым в «Благих знамениях».
– И?
– Моя очередь.
Это ребячество.
– Нет никаких очередей.
– Есть.
– Нет их.
– Есть.
– Нет их!
– Есть.
Дело в алфавитном порядке.
– Не в нём.
– В нём.
Шин идёт перед Теннантом.
Дэвид идёт перед Майклом.
– Это не так работает.
– Один-один.
– У тебя есть второе имя?
– Да.
Какое?
– Джон.
– Кристофер!
Кристофер! Да пошёл ты нахуй.
Две очка мне, одно тебе.
– Ты это придумал.
– Нет, не придумал.
– Придумал.
– Что ты делаешь?
Смотрю в Википедии.
Ой да ну нах...
Майкл Кристофер Шин
и Дэвид Джон Теннант
в «Шести персонажах в поисках автора».
А ещё тут написано, что ты ху...


Серия 2

– Знаешь, что я сделал вчера?
– Не знаю.
Я вышел на середину поля рядом с нами
и закричал.
Зачем?
Хотел посмотреть, услышит ли кто-нибудь.
– Услышали?
– Ну...
никто не пришёл мне на помощь.
– Ясно.
У вас там часто кричат?
Да. Мы так здороваемся.
Неплохо, спасибо, как сами?
– Вы в Шотландии много кричите?
– Конечно.
Мы так призываем хаггис.
Это всё ещё случается
в современной Шотландии?
Да. Да. Это как обряд посвящения.
Ты идёшь на проклятую пустошь
и раздеваешься
до своих клетчатых труселей...
Это очень открытая, очень открытая штука.
Мясистый тембр.
Это больше...
Я слышу Тарзана в твоём крике.
Это больше похоже на Тарзана.
Знаешь, хаггис не придёт,
пока ты не сделаешь всё правильно.
Мы готовимся к этому годами.
Слушай, если хаггис не придёт,
все будут несчастны.
Да, точно.
Это такая шотландская
туристическая кампания.
Николу Стерджен можно часто увидеть
на вершине холма.
Призывающей хаггис.
Помог?
Крик?
– Немного.
– Не думаю, что я хоть раз пробовал такое.
– Теперь самое время.
Ты слышишь это?
Чей это телефон?
Не мой.
И не мой.
Мы можем начинать?
Вы оба тоже слышите это?
– Может, мы начнём?
– Да.
– Хорошо.
Так... Добро пожаловать на репетицию.
Я знаю, что это необычный первый день.
У меня нет привычных штук.
Нет творческой группы,
которой нужно вас представить, нет
модели сцены для демонстрации.
Но у вас же есть сценарии, да?
– Да.
– И у меня есть один из них, так...
Я подумал, может, мы могли бы просто
прочитать сцену до конца, первую сцену,
и затем... позадавать вопросы,
а там посмотрим.
Да, меня это устраивает.
Я подумал, так как мы, очевидно,
не очень хорошо знаем друг друга,
может, мы могли бы начать с того,
что немного разрядим обстановку. Так...
Кто украл печенье из банки?
Майкл украл печенье из банки.
Что это, блядь, такое было?
Прости!
Это репетиционное упражнение.
Я нервничаю!
– Мы же не у грёбаной Сильвии Янг! Что ты творишь?
– Я пою...
...потом Майкл поёт...
– Просто будь нормальным, твою мать!
Он – душка, но ты должен...
Ты не можешь заниматься подобной хернёй.
Это точно у кого-то из вас.
– Это не мой.
– И не мой.
Саймон?
Саймон! Телефон. Джо.
Привет, Джо.
Привет! Я Люси. Сестра Саймона.
– Дэвид. Привет.
– Майкл.
– Привет.
Получается, ты живёшь с Саймоном?
Нет, вообще-то это он живёт со мной.
Это мой дом.
Что ж. Он очень милый,
в той части, что мы видели.
– Спасибо.
Я большая поклонница.
– Вы очень добры.
– Да, я смотрела «Человека-подушку».
Что ж, спасибо.
Это было... очень давно.
– Я никогда его не забывала.
Вам нужно сказать что-нибудь хорошее
о Майкле, или он начнёт ревновать.
– Вообще-то, это правда.
– Ну, я видела вашего Гамлета.
Дважды.
– Дважды!
– Да. Вы казались
таким душераздирающим
сознанием человеческого потенциала.
Ну, это то, к чему я стремился.
Ты – лживый говнюк.
Дэвид!
Люси не первая, кто замечает моё...
...душераздирающее сознание
человеческого потенциала.
Правда? Назови ещё одного человека,
кто использовал точно такой же набор
слов, чтобы описать тебя.
Тим Бёртон.
Мне лучше вернуться к работе, так что...
Саймон вообще когда-нибудь вернётся,
или он...?
Мы заслужили перерыв.
– Но было приятно познакомиться с вами.
– Взаимно.
Да. Приятно поболтать
с настоящей поклонницей театра.
О, Люси!
Вы видели много работ Саймона?
Нет.
Ясно.
Мило.
Твоя большая поклонница.
Да, а твой Человек-подушка
никогда не покидал её.
Как какое-нибудь ЗППП 18-ого века.
Она дважды приходила посмотреть на тебя.
Да, она не смогла поверить в это
в первый раз.
Не смогла поверить в это в первый раз!
«Не может быть, чтобы в наши дни
Гамлет был таким», – подумала она.
«Лучше вернусь и проверю».
Это не только не оставило её,
она сама должна была вернуться.
– Да.
– Она не хотела покидать его.
Что там сказал Тим Бёртон?
Слово в слово, он сказал:
«Майкл, мне понравилось,
как душераздирающе твоё сознание
человеческого потенциала было в этом».
– Да. Очень хорошо.
Ты ведь никогда не встречался с Тимом Бёртоном, правда?
– Нет.
– Нет.
– В смысле, я работал с ним, но его там не было.
Когда Саймон вернётся?
– Думаю, мы на сегодня закончили.
С тобой приятно работать, Майкл.
С тобой тоже, Дэвид.
Никогда не оставляй.
– У меня три вопроса.
– Конечно.
Первый. Почему агент этого
ёбаного актёра звонит мне
каждый ёбаный час
ёбаного дня?
Он же ушёл из ёбаного проекта.
Да. Его съёмки закрыли,
поэтому он снова хочет участвовать.
– И он не может.
– Нет.
– Почему?
– Из-за Майкла.
– Они не могут оба участвовать?
– Нет, там только две главные роли.
– Какая следующая самая большая роль?
Там есть мать и падчерица.
Ты можешь вписать нового персонажа?
– Нет.
– Почему нет?
Это шедевр 100-летней давности.
Второй. Как он, блядь,
узнал мой номер?
– Я не знаю.
– Это ты дал его ему?
– Да.
– Джанин?
– Да?
Иди сюда.
– Это твоя ассистентка? Она с тобой?
– Да.
У тебя?
Какой был бы толк, будь она у себя?
Что тебе нужно?
Заблокируй мой телефон
и найди мне новый номер.
Прости, Джанин!
Третий. Ты справишься с этим?
Да.
Чем ты занимаешься?
Йогой.
У тебя есть хорошие варианты?
Полно. Я сократила список до пяти.
Молодец. Ты, должно быть, устала.
Да, и поэтому ем торт.
Где дети?
– Не шумят.
– С ними всё в порядке?
– Не знаю.
– Они разве не должны быть на уроках?
Они закончили на сегодня.
Сейчас же только пол-одиннадцатого утра!
Ладно, я закончила на сегодня.
Сколько грёбанных радуг
нужно сделать четырёхлетке?
Как репетиция?
Мы только... закончили на сегодня.
Ты пробыл там всего час.
– Да, но это был очень интенсивный час.
– Молодец.
Ты, должно быть, устал.
– Да.
Саймону позвонила Джо,
так что мы решили, что закончим завтра.
– То есть, ты всё на сегодня?
– Да.
Да. Мне не терпелось что-нибудь сделать.
Может быть, я буду готовить.
– Не мог бы ты присмотреть за детьми?
– Я приготовлю что-нибудь, наверное.
Серьёзно.
Мне действительно нужно закончить
этот финальный черновик.
И готовить я буду тоже.
Хорошо.
Кокосовая вода. Один бейгл.
Виноград.
Пита.
Остатки лазаньи. Две морковки.
Сыр фета.
И остатки пасхального яйца.
Что это за пасхальное яйцо?
«Милки Бар».
Не.
– Что, идей нет?
– Просто разогрей лазанью.
Она приготовила лазанью!
Ну, укрась её стружкой
из белого шоколада.
– Я обещал, что буду готовить!
– У тебя нет ничего кулинарно ценного.
У меня есть две морковки!
Тогда готовь морковки!
– От тебя никакого толку.
– А чему это поможет?
Роману Джорджии!
– Да.
– Да, конечно.
Я... Слушай,
я целый день присматривал за детьми
практически весь день, чтобы у неё было
время отредактировать последнюю главу,
и я подумал:
«Разве было бы не прекрасно,
если бы в конце её ждал чудесный ужин?»
Это очень мило.
Это ты на кружке?
Нет. Домашнее обучение
затормаживало её, так что...
Ну, да. В смысле,
я бы послал всё, если бы я...
Обучите их ремеслу вместо этого.
Засуньте их в дымоход.
Карманные кражи!
– Как в «Оливере Твисте»?
Да. Вы могли бы разослать
их по всему Лондону,
и они бы возвращались,
их маленькие иссохшие ручки
были бы полны добычи.
– «Я принёс домой шейные платки и наручные часы!»
«Я продал свои ноги, отец.
Можно мне кусочек?»
– Это неплохая мысль.
– Просто подбрасываю идею.
Это полностью противоречит
законам социального дистанцирования.
Ну, я предположил, что если ты согласен,
чтобы твои дети грабили
совершенно незнакомых людей,
то ты будешь не против, если
они проигнорируют правило двух метров.
Я бы сказал, что с этической
точки зрения это серая зона.
Из тебя получится хороший Фейгин.
Из тебя бы вышла хорошая Нэнси.
Спасибо.
Да, раньше я этого не замечал,
но взглянув на тебя,
если бы я встретил тебя впервые,
не зная тебя, то подумал бы:
«Он замышляет недоброе».
Знаешь, я...
я действительно...
...замышляю недоброе.
Прошу, расскажи подробнее.
Не всё так плохо. На самом деле.
Просто во время изоляции
мы с Анной пили чуть больше обычного.
– Я уверен, что всё в порядке.
– Это не слишком много.
– Нет, нет.
– Но когда мы опустошали контейнер для отходов этим утром
и были готовы положить
бутылки в мусорный бак...
– Да.
– ...на дороге, это выглядело немного...
– Чересчур.
– Да.
Вот почему я нервничаю,
оставляя такую гору
на обочине дороги, за домом.
Люди знают, что это я здесь живу.
– И что ты собираешься делать?
– Сегодня ночью я прокрадусь
и положу их в мусорный бак моих соседей.
– Ты не можешь этого сделать!
– Нет, могу!
– Что, если их бак переполнен?
– Такого не будет. Ей 80.
Она даже не сортирует мусор правильно.
Ты прокрадёшься под покровом ночи,
чтобы оставить свой вакхический позор
в мусорном баке
твоей восьмидесятилетней соседки?
– Вакхический позор?
– Точно, да.
Именно так.
Анна?
Нет, нет, не надо, нет...
– Анна!
– Она знает! Она знает!
Анна!
– Ладно.
– Привет!
– Привет.
– Привет!
Дэвид не согласен с нашим планом
по сортировке отходов.
Ты знаешь об этом плане?
– Знаю.
– И ты с ним согласна?
Ты бы предпочёл,
чтобы мы не перерабатывали отходы?
– Нет...
– Ты знала, что Джорджия пишет роман?
– Она сегодня заканчивает.
– О чём он?
Про королеву Испании и... Колумба?
Что-то про Колумба?
Изабелла Кастильская?
Изабелла Кастильская.
Может быть, да.
Чудесно!
– У меня нет терпения, чтобы писать.
– Конечно, оно у тебя есть.
– Я бы хотел попробовать.
– Тебе стоит. Напиши про меня.
Не. Я очень горжусь Джорджией.
– Ты говорил ей об этом?
– Готовлю ей обед...
Что-то с морковкой.
– Подождите. Прошу прощения.
– Тебе надо идти?
Похоже на то.
Нет, Джорджия уже там.
Опередила меня.
Да. Нет, я имею в виду...
На телефоне, думаю.
Она разговаривает по телефону.
Да, Дэвид действительно был великолепен.
Он так поддерживал меня.
Да. Говорит приятные вещи обо мне.
Да, мы слышим!
Просто он сам не свой с тех пор,
как началась самоизоляция.
Он вялый, понимаешь? Он не может
сосредоточиться или что-то доделать.
Знаешь, вчера он вышел в сад
и просто закричал.
Я уверена, что ничего серьёзного нет.
Это просто не похоже на него, знаешь,
и... дети тоже заметили...
Я не знаю, как это выключить.
– Этого недостаточно, Саймон.
– Я знаю.
Ты потратил немало усилий,
убеждая нас участвовать в этом,
потом ты исчезаешь на день и ночь.
Знаю. Я просто пытался разобраться
с небольшой проблемой.
– Какой проблемой?
– И я хотел подождать,
а потом вернуться к вам,
когда она будет решена.
– А она решена?
– Ещё нет.
– В чём дело?
– И если твоё лицо снова застынет,
как пирог с заварным кремом,
то с меня хватит.
Не открывай эту дверь, Саймон.
– Это не моя дверь.
– И не моя.
Я начинаю очень уставать от этого.
Майкл! Дверь!
Я сейчас вернусь.
Дэвид, мне очень жаль.
Я объясню всё тебе и Майклу,
как только он вернётся.
- Просто нужно немного сосредоточиться.
До сих пор всё было немного...
– Я знаю.
Но другой актёр, это он, тот что выбыл.
Он звонил снова и снова.
Он хочет принять в этом участие.
– Мне надо идти.
– Что случилось?
Моя соседка у ворот. Она принесла
обратно мои грёбаные бутылки.
Я думал о том, что говорила Джорджия
и что ты говорил о писательстве.
Ты... Ты думаешь окунуться
в эти мутные воды?
– Может быть, да.
Хотя не думаю, что буду
использовать своё настоящее имя.
Имя пера!
– Да-да.
– Очень хорошо!
– Да.
– Идеи есть?
Ну, моя настоящая фамилия Макдональд.
Макдональд.
«Написано Дэвидом Макдональдом».
«Роман Дэвида Макдональда».
«Пьеса? Дэвида Макдональда?!»
Да! Да, что скажешь?
Мне нравится! Очень.
– Да.
– У него есть история,
в нём есть... благородство...
Я могу полностью измениться.
И в актёрстве тоже!
Ну, может.
Очень дерзко.
Слишком дерзко?
Ну... сейчас самое время.
«В главной роли...
Дэвид Макдональд».
«В главной роли: Дэвид Макдональд».
Ты, конечно же, знаешь, что это значит.
Нет!


Серия 3

– Кажется, я теряю свой авторитет.
– У тебя есть авторитет?
Я думал так, но дети начали
огрызаться.
Ой, это скользкая дорожка.
Так недалеко и до бунта.
У тебя ни единого шанса.
Сколько их, а ты один.
– Да уж.
– А сколько их у тебя?
– Точно не припомню.
Кажется, парочку из них я не видел
уже несколько недель.
Тебя родители наказывали
за сквернословие?
– Только если я попадался.
– И что тебе за это было?
– Зависело от ругательства.
– Если по минимальной шкале?
Мама заставляла меня
пить воду с мылом.
Не думаю, что мои дети
согласились бы на такое.
Согласие никто не спрашивает.
Это точно не ты на кружке?
– Нет!
– А очень похоже.
– Нет.
– Что случилось?
– Один из них ругнулся на меня.
– Что сказал?
– СказалА.
– Что сказала?
– Ну знаешь...
– Сколько ей лет?
– Четыре.
– Она в курсе, что это значит?
– Не думаю.
– Она это где-то подхватила.
– Где же?
Первое подозрение на старшего.
Когда я был ребёнком,
за обман мой отец
ставил нас в угол на полчаса.
– И ты переставал лгать?
– На полчаса, да.
Что там за история с твоей соседкой?
– Она вернула бутылки.
– Правда? Что ты сделал?
Я всё отрицал.
Сказал ей, что она ошиблась.
Я сказал: «Мне не сложно
вынести их сейчас,
но больше прикрывать вас
я не буду».
Ты солгал. Думаю, тебя нужно
поставить в угол на полчасика.
Хорошо.
Дэвид уже немного в курсе.
Прежде чем взять тебя, Майкл,
мы обсуждали ещё одну кандидатуру.
Он крупный актёр и всегда хотел
поработать в Лондоне.
После выхода «Киллер Джо»
я был на пике.
– По правде говоря, это была моя идея взять Дэвида.
– Они вышли на меня.
Да, мы вышли на Дэвида,
и он сказал...
- Я сказал «да».
- И мы были готовы всё объявить,
но потом этому актёру предложили роль,
и он отказался от нашего проекта.
Нельзя было откладывать, так что...
Мы решили найти кого-нибудь ещё,
и Дэвид предложил тебя.
Разумеется.
И тот фильм, в котором он
планировал сыграть, отменился
из-за всей этой ситуации,
и он мне названивал,
потому что снова хотел в проект.
Что ж, спасибо, что предложил
меня на роль, Дэвид.
Ну, не совсем предложил, точнее
настоятельно рекомендовал.
Я и не знал, что ты
утверждаешь мне роли
все эти годы.
– Продвигаю.
Тебе за это приплачивают?
– Я просто хотел поработать с тобой.
– Это правда.
– Я был в восторге, что ты согласился.
– Мы оба были в полном восторге.
Саймон, ты мне не нравишься.
Какой-то ты скользкий тип.
Понял.
И кто это?
– Я предпочёл бы не говорить.
– Он знает обо мне?
– Ещё нет.
– И как именно ты сказал этому кому-то «нет»?
– Ещё не сказал.
Потому что...?
– Он меня пугает.
– Пугает тебя?
– Он довольно пугающая личность.
– Я могу быть пугающим.
– Я знаю, да.
– Чувствую сильное желание припугнуть.
– Да, да, да. Борись с этим.
– Пожалуйста.
Слушайте моё предложение:
я ему позвоню,
и мы просто поговорим,
как актёр с актёром.
Я скажу ему, всё решено,
у него был шанс,
но мы уже взяли Майкла
и полностью довольны.
Тебе не кажется, что мы...
...мы ЗАСЛУЖИВАЕМ режиссёра,
у кого хватит смелости на сложный
разговор такого рода?
Ну...
Что есть, то есть, не так ли?
Сейчас исключительное время.
Думаю, нам стоит позволить своей
внутренней исключительности
идти в ногу со временем, да?
Саймон, ты понимаешь, на чём строится
доверие между людьми?
На честности.
А если не можешь быть честным,
просто не попадайся на лжи.
Привет, Люси.
Привет.
– Дэвид собирается позвонить Сэму.
– Ясно.
Я в этом не особо хорош.
Дэвид.
– Не вижу тебя.
– Да, да, я выбрал такой режим.
Ненавижу все эти штучки.
– Что именно, видеозвонки?
– Да.
Во времена телефонных звонков
всем было заебись, теперь эта фигня
и всем срочно нужен
этот сраный крупный план.
Ну да.
Можем обсудить «Шесть персонажей
в поисках автора»?
Я пытаюсь дозвониться Саймону
уже несколько дней, блядь.
Этот долбоёб не берёт трубу.
Он придурок.
Что случилось с тем фильмом?
– Между нами?
– Конечно. Между нами.
Сценарий – говно.
Потом режиссёр начинает мутить с моей
коллегой по съёмкам. Её муж узнаёт.
Муж устраивает ему взбучку.
Чувак в больнице.
Эта сучка уезжает на лечение,
а мы остаёмся без съёмок.
А официально?
Официально у нас пандемия. Ага.
Нет худа без добра...
И кстати. Ты всё ещё в Лос-Анджелесе?
– Пока да.
Но тут пиздец тоска.
– Ага.
Пытаюсь дозвониться
до этого сраного Саймона,
но говорю тебе, он, блядь,
не берёт трубку.
Я в курсе. Он говорил, что ты звонил.
Что?!
Ты говорил с этим уёбком?
– По голосовым сообщениям...
Слушай... Знаешь, похер.
Давай лучше возьмёмся за работу.
Понимаю, это странно, но у нас есть
хоть что-то, пока все остальные
пинают хер, верно?
– Ну да, верно.
– Так что думаешь?
– Что я думаю?
– Так, что я думаю?
– Ага.
Я думаю...
Я думаю, ты опоздал,
потому что произошло следующее:
ты кинул нас со съёмками
и оставил нам кучу проблем.
Слушай, я понимаю причины, полностью,
я бы, наверняка, и сам так поступил,
но нам пришлось собирать всё
по кусочкам, и мы нашли решение
и взяли на роль другого.
В общем, желаю удачи, но нужно двигаться дальше.
– Слушай, Дэвид...
Да?
Ты завис и всё, что было после слов
"я думаю", я не слышал.
Можешь ещё раз повторить, пожалуйста?
Так, хорошо.
Я просто сказал, что я думаю...
Думаю...
Что? Ты думаешь, что?
Я думаю, Джо не позволит.
В чём, блядь, его проблема?
Я даже не знаком с этим сраным Джо.
С чего этот уёбок злится на меня?
Потому что ты бросил съёмки, она...
Она? Это она?
– Да.
– Женщина по имени Джо?
– Да.
– Типа как Джоан или Джозефин?
– Ну...
– Или просто старое доброе Джо?
– Без понятия.
– Ты её знаешь. Я, блядь, без понятия,
кто она такая, и у нас с ней тёрки.
– Я просто знаю, что её зовут Джо.
Я поговорю со своим ассистентом
и позвоню ей.
Ну, я бы не стал,
она тебя явно недолюбливает.
Она не хочет, чтобы ты сорвал сериал,
так что она сразу пошла
и нашла другого актёра.
– Кого?
– Майкла Шина.
Что за хер с горы этот Майкл Шин?
Один уэльский... британский...
Да ты знаешь его.
Он играл в «Благих намерениях», мы...
«Фрост против Никсона»?
«Пассажиры»? «Сумерки»?
На этих фильмах хоть бабки принесли?
Ты хочешь сниматься с ним?
Конечно нет, я с ним уже работал разок.
Сейчас я хочу поработать с тобой.
Я же не... Ну знаешь.
Но сейчас мы в тупике.
И... Джо не даст поменять всё.
– Вот что тебе скажу.
Я позвоню Джо.
Лучше не надо. Она не самый приятный
собеседник, и ты...
Она злится, пусть немного остынет.
Время пройдёт, всё уляжется, мы с тобой
будем двигаться дальше и сделаем
вместе что-то получше этого.
– Извини.
– Без проблем.
– Будем потише, время дневного сна.
– Понимаю. Она ещё спит днём?
Нет, не Лайра, Майкл.
– У Майкла дневной сон?
– Он был немного на нервах.
Ага, я слышала.
Так что...
Он вышел в сад, чтобы выпустить пар,
присел почитать сценарий на солнышке.
Так там и уснул.
Да, это в стиле Дэвида.
А потом он прикидывается,
что не спал всё это время.
Майкл как-то странно гордится этим.
Мол, может спать где угодно.
Мило, что у него есть хобби.
Ага. Как у вас там дела?
Да нормально, нормально.
Мы тут всемером, так что...
Вы как?
– Тоже в порядке.
Лайра особо не капризничает, так что...
В общем, могло быть хуже.
– Одна моя одинокая подруга беременна.
– А папаша где?
Не смог уйти от жены.
Она попросила меня присутствовать на родах.
– Так вообще можно?
Я не уверена, стоит ли оставлять
Дэвида тут одного.
– Как он вообще?
– Когда лучше, когда хуже.
Я думала, репетиции пойдут
ему на пользу,
но они скорее мешают, чем помогают.
– Я тут болтаю с Джорджией.
– Сказала ей, что я заснул?
– Да.
– Так держать, Майкл.
– Спасибо!
Дэвид взялся за писательство.
Возможно, это переключит
его фокус внимания.
– Как твой роман?
– Ну, я...
Вообще-то я его продала.
Ты что? Что?
Джорджия продала свой роман!
– Фантастика.
– Спасибо, спасибо.
Буквально только что,
Дэвид ещё не в курсе, так что...
О, тогда молчок.
– Всё в норме.
– Правда?
– Да, я всё сделал, порядок.
Что ты ему сказал?
Я просто дал ему отпор.
Сказал, что он профукал свой шанс.
И что мы взяли превосходного актёра,
и что ты никуда не сбежишь...
– И как он это воспринял?
– Никто не любит плохие новости.
– Мне не понять.
– Конечно нет.
– Но ты крепко держался?
– Да, да.
Держался как Генрих V.
«Когда ж нагрянет ураган войны,
должны вы подражать повадке тигра».
Ты так ему и сказал?
Ну, не вслух, конечно же.
– Ты уже играл Генриха V?
– Нет, а ты?
– Для «Королевской шекспировской труппы».
Ну, конечно же. Нет,
я сыграл для них Ричарда II.
Я видел.
Не уверен, что я бы
стал доверять Ричарду II
в ситуации официальных переговоров.
– Я бы сказал, он страстный.
– Это правда.
– Он красноречив.
– Несомненно.
– Очень модный щёголь.
Так диктует нам история, однако,
не лучший выбор темперамента для творческого поля.
– Вероятно, нет.
Я веду к тому, что ты настроился
на нужного шекспировского монарха.
– Что ж, большое спасибо.
– Да.
– Стоит сказать об этом Саймону?
– Он будет в восторге.
У тебя будет время для репетиции
сегодня днём?
– Боюсь, что нет. У меня есть дела.
– Продукты купить?
– Библиотека.
– Серьёзно? Взять или сдать?
Сдать книгу... моей соседки.
– Я думал, у вас там всё улажено.
– Я тоже так думал.
Ты же всё отрицал, ты врал бедной
маленькой старушке.
Нет в ней ничего бедного
и маленького...
Я даже начал сомневаться, что она старая.
– Она тебя сделала.
У неё камера видеонаблюдения на гараже.
Она любезно отправила мне
по электронке небольшое видео.
Как ты напихал в её мусорный контейнер
кучу своих бутылок?
Теперь её хлопоты на мне.
Тебя шантажирует крохотная старушка.
Шантаж – это громко сказано.
Слушай, всем будет в радость
наблюдать твои похождения.
Просто чудо для общества.
Местная знаменитость, Майкл Шин,
посещает библиотеку.
Задолжавшем такие книги,
как «Страсти на плантации».
«Запах браконьера».
«Чёрное дерево, да слоновая кость».
Прослеживается общая темка, заметил?
– Майкл, ты знаешь, на чём строится доверие людей?
– Ой, отвали.
Ты сказал не разговаривать с Джо.
Что ж, я поговорил с Джо.
– И зачем ты это сделал?
– Ты сказал, она в бешенстве.
– Была.
– Мне показалось, она в порядке.
– Она умеет быстро прощать.
– Ты мне солгал?
– Нет.
– Хочешь работать с Майклом?
– Нет.
Тогда объясни ещё раз.
Я хочу сыграть с тобой,
такой был план,
он всегда был таким,
и я в восторге от нашего плана.
С Майклом всё в порядке.
Я имею в виду, он...
Он... Он справится.
– Он хорош, но он не ты.
– Это как?
Он высокомерный, многовато пьёт.
Он считает, что Генрих V лучше,
чем Ричард II.
Я с ним однажды работал и готов на всё,
лишь бы не играть снова вместе,
но мы уже в процессе,
слишком поздно, понимаешь.
Я понимаю, ты расстроен.
Подумай обо мне, я встрял с ним.
А если бы всё сложилось иначе?
Да, очевидно, на полном серьёзе,
конечно же, я бы охотнее согласился
играть вместе с тобой, без раздумий.
Привет, Дэвид.
– Да ладно, Майкл?
– Ага.
– Уже вернулся из библиотеки?
– Уже.
– Все книги в порядке?
Никаких замечаний.
Я просто хотел позвонить Майклу,
прояснить ситуацию, знаешь ли.
Да, это правильно с твоей стороны.
Да, нам было что обсудить.
– Он отключился?
– Да, этот уёбок слинял.
Наверное, поджал свой хвост
и побежал по улице, как тощая
бесхребетная псина.
Что ж, дадим ему время.
Это он?
Звонит, да.
Приятно было с тобой познакомиться.
Я большой фанат.
Спасибо.
Да, странные обстоятельства,
даже не верится, что мы
не пересекались раньше.
Да, ну... вообще-то, мы снимались
вместе в одном фильме.
Серьёзно? Типа...
Ты был молодым актёром
и снимался на вторых ролях
или типа того?
У меня был мешок на голове
в некоторых... В большинстве сцен.
– Мешок на голове?
– Ты меня пытал всю сцену.
Так это был ты, мать твою?!
Ты снимался в этом фильме?
– Да.
– Фига себе, мужик.
Это же, блядь, был крутой фильм.
Ты сыграл потрясающе.
Эй, помнишь ту ночь, когда Обама
впервые стал президентом?
Заебись мы тогда тебя пытали.
Было дело... Ну да...
Это было...
Тебе нужно ответить?
– Да.
Дэвид...
– Слушай, я понимаю, вышло трусливо.
– И ты попался с поличным.
– Да, и я попался.
– На лжи.
День сегодня такой, не так ли?
Стало быть, к чему всё это?
Очевидно же, что я хочу работать
с тобой, но у Сэма такое эго,
размером с ёбаный автобус.
Нужно было всё уладить.
Получилось скверно, и я попался, хорошо.
Но я хочу работать с тобой, у тебя
есть страсть, есть целостность.
У Сэма особняк на Голливудских холмах
и ни капли сраного воображения.
Я готов на всё, чтобы не работать с ним.
– Дэвид?
Стоило этого ожидать, не так ли?
Да, ублюдок, стоило.
Да что, блядь, с тобой не так?
Знаешь, на чём строится доверие?
– На честности?
Отрасти себе мозги и пару яиц.
Иди нахер, Дэвид.
Прощай.
Хорошо поболтали, Майкл.
Полчаса прошло.
Мне встать снова?
В титрах будет: Майкл Шин
и этот пиздун Дэвид Теннант.
Звучит справедливо.


Серия 4

Фото пришли?
Пришли.
Некоторые.
Саймон говорит, что надо выбрать три.
Номер 2089.
– Меня на ней нет.
– Правда?
Ты это знал.
– Не заметил.
– Надо выбрать совместные.
Где ты был,
когда фотографировали номер 2089?
Не знаю, думаю, переодевался.
– И ты переоделся в это?
– Ага, в тот раз ты меня уже высмеял.
Нет нужды высмеивать и сейчас.
– Я высмеял?
– Да, ты высмеял.
– Что я сказал?
– Что я похож на туалетную бумагу.
Это что, макияж?
Ну, может тоналки немного.
Ты похож на чумного.
Зачем ты так кривишь губы?
– Кривлю?
– Ну, знаешь, вот так...
типа... как-то плоско, вроде...
Как будто горизонтальная линия поперёк
лица. Как у марионеток, понимаешь?
– Я так не делаю.
– Я вижу перед собой 20 твоих фоток.
Ни на одной не видно зубов.
У тебя тоже не видно зубов!
У меня есть искорка в глазах.
И у меня есть!
Нет, у тебя веко опущено.
– Опущено?
– Как у Горгоны.
Иди нахуй.
Как порталы на заброшенные поля,
Боже, как выжженный,
засушливый пейзаж.
Я же извинился!
А я принял твои...
Что-то не похоже!
Вы уже что-то репетировали?
Да, конечно.
– Сколько?
– Сложно сказать.
Назови страницу.
Мы подошли к этому
более концептуально.
– Что это значит?
– Это часть моего творческого подхода.
Мы начали с свободного обсуждения,
говорили о пьесе,
её теме, внутренней работе,
что она может значить
для современной аудитории.
Значит, вы ещё ничего не сделали.
Ничегошеньки. Да. В свою защиту
скажу, что проблема с Сэмом
сбила нас с намеченной дороги.
Проблема, с которой ты
не смог справиться.
– Дэвид сказал, что решит её.
– Он решил?
– Не совсем. Нет.
– Он сделал только хуже?
Да.
– Что мы имеем сейчас?
– Проблема с Сэмом решена.
Он не хочет иметь с нами никаких дел,
что хорошо.
Дэвид и Майкл...
злятся.
– На тебя?
В основном друг на друга.
– Ладно. Я знаю, Саймон, что пьеса много для тебя значит.
– Так и есть.
Да, это... Это огромная возможность.
Да, так и есть.
Ты сказал,
что ты справишься, так что...
Ты всё ещё заинтересован?
– Да.
– Тогда начни уже что-то делать, блядь!
Сделай, блядь, что-нибудь!
Мне нужен прогресс! Ладно?!
Ладно?!
Ладно. Прости.
Просто, ладно, всё в порядке.
Ты всё делаешь нормально.
Любой мог бы так сделать.
Я просто ожидала
от тебя большего, понимаешь?
Я тоже.
Ладно, не нужно...
Не надо краснеть от стыда,
просто сделай всё, ладно?
Иначе зачем всё это?
Зачем нужен ты?
Хороший вопрос.
Ну...
Ладно. Ну, думаю, критика
была конструктивной, так что...
Да?
– Да.
Спасибо за уделённое время.
Боже.
Джанин! Я закончила.
Всё решено?
Нет, это кошмар. Ёбаный кошмар.
Тебе нужно его уволить!
– Джо собирается присоединиться к нам днём.
– Зачем?
– Проверить прогресс.
– А был прогресс?
– Полно.
– Мы ничего не сделали.
– Это преднамеренно.
Как это?
Мы подошли к этому
более концептуально.
– Джо беспокоится?
– Я думаю, она чувствует, что она за бортом.
– За бортом?
– Да, начнём со страницы...
Десятой?
С момента...
«У нас нет времени для безумства».
– Конечно.
– Ага.
– Начинайте, когда готовы.
Майкл.
«У нас нет времени для безумства».
«Жизнь битком набита безумством».
«О чём ты, чёрт возьми?»
«Ваше творчество должно быть
рассмотрено как рассадник безумства,
лживость – как правда».
Ты так собираешься говорить?
Как так?
– Игриво.
– Мы можем просто продолжить?
Майкл, тут твои слова.
«Профессия безумца...»
«Ты думаешь, это профессия безумца?»
«Я думаю, что это твоя миссия.
Давать жизнь выдуманным героям».
Я прочитаю за падчерицу.
«Поверьте мне, мы и есть
самые интересные персонажи».
«Да. И мы, те, кому посчастливилось
родиться персонажами, можем смеяться
даже в лицо смерти».
Можем приостановиться на секунду?
У меня небольшой вопрос насчёт интонации.
– Давай.
– Этот диалог на повышенных тонах.
– Ага.
Моя задача – немного охладить пыл.
Постараться быть
максимально натуральным.
Звучать реально.
Ну да.
А Дэвид... видимо,
идёт в другом направлении.
Мы можем просто читать дальше?
– Конечно.
– Оставим вопросы на конец.
Отлично.
«Потому что у нас
есть привилегия существовать
в фантазии,
которая вечность питает нас».
– «Так чего ты здесь хочешь?»
– «Не просто жить, а быть услышанным».
Майкл, твоя очередь.
Я сам прочитаю.
«Так чего ты здесь хочешь?»
– «Не просто жить, а быть услышанным».
– «Всю вечность?»
«Так долго как должен,
но я хочу быть услышан».
Майкл, ты на сегодня закончил, да?
– Пока да.
– Я прочитаю за обе стороны.
– Почему это?
– «Как я могу помочь?»
– Почему?
Ребят, можете просто слушать.
«Я хочу рассказать историю».
– У меня проблемы со словами.
– Просто попробуй читать их.
– Нет, с твоими словами.
– Все вопросы обсудим в конце.
– Что не так с моими словами?
– Им тяжело поверить.
Очень много происходит.
– Очень много происходит?
– Можешь кое-что попробовать для меня?
– Да, конечно. С радостью.
– Это ничего, Саймон?
– Я бы лучше продолжил, если честно.
Это недолго.
Скажи «Я хочу быть услышанным» опять.
– «Я хочу быть услышанным».
– Саймон?
Всё замечательно.
– Ты не думаешь, что он звучит мультяшно?
– Мультяшно?
– Я уже какое-то время об этом думаю.
– Нет, совсем не думаю.
Поэтому Джорджия не попросила тебя
сделать аудиокнигу для её романа?
– Что?
– Просто размышляю.
– Она продала книгу?
– Дэвид, твои слова. «Я хочу быть услышанным».
«Я хочу быть услышанным».
«Я хочу быть услышанным».
– Можем продолжить?
– «Я хочу быть услышанным».
– «Я хочу быть услышанным!»
– «Я хочу быть услышанным».
Но... я хочу быть услышанным,
и я пытаюсь быть услышанным!
Это... это легко. «Я хочу быть услышанным».
За этим должно что-то стоять.
«Я хочу быть услышанным!»
Это должно откуда-то прийти.
То, что ты бубнишь,
не делает реплику хорошей.
Я говорю на том же языке, что и ты.
Ты еле говоришь.
Ты буквально прошептал.
– «Я хочу быть услышанным».
Давайте представим, что мы все люди...
Да, у которых есть уши,
им надо получать вибрации.
Дело не в слухе,
это больше про чувства.
Знаешь, то, что я делаю, имеет смысл.
А то, что делаешь
ты – это что-то странное...
Может, для тебя это звучит странно,
потому что ты не привык,
что ты так говоришь.
Это слишком напускное,
прости меня за это.
«Я хочу быть услышанным».
Интересно, Саймон, что
если ты потратил всю карьеру
на то, чтобы звучать неестественно,
то когда кто-то говорит реалистично,
звучит для тебя как что-то напускное.
«Я хочу быть услышанным».
Ну да...
Может, для Клуида.
Не знаю.
– Нет, нет, я просто...
– Давай делать по-твоему.
Сделаю так,
как ты хочешь, чтобы я сделал.
«Я хочу быть услышанным!»
– По крайней мере, я это слышу!
По крайней мере, я это слышу.
Саймон. Саймон.
Саймон!
Я к тому, что...
Да, это абсолютно нормально,
просто расслабься
и продолжай дышать, хорошо?
Всё будет хорошо. Обещаю.
– Джорджия?
Вот так. Вдох...
Выдох.
– Джорджия. Занята?
Немножко.
Я звучу мультяшно?
– Что?
– Мультяшно?
– Нет.
– Точно?
– Да, точно.
Да, вот так.
Глубокий вдох.
Майкл не думает,
что я звучу реалистично.
Глубокий выдох. Что?
– Пьеса.
– Он до сих пор на тебя злится?
Я извинился.
Хорошо, что сказал Саймон?
Он был занят тем,
что читал другие части.
Почему он читал другие части?
У нас с Майклом
был спор по поводу интонации.
Да, прости, я всё ещё тут.
Насколько далеко они сейчас?
– Мы немного поработаем для Джо чуть позже.
– Как далеко?
– Не сильно, я сегодня ничего не делал.
А, так ты... Извини.
Хорошо, я позвоню им сейчас.
Поняла. Подожди секунду.
Солнце, я одолжу у тебя телефон?
Когда вы говорите с Джо?
– Где-то через час.
– Ясно. Ну, знаешь,
у неё есть вкус и деньги.
Так почему бы тебе не послушать её?
Здравствуйте. Я звоню от имени
Виктории Кей. Она сейчас рожает
и сказала, что вы
можете отвести её в больницу.
– Может, попишу немного.
– Да, это... отличная идея!
У меня есть хорошая идея для сцены,
где шотландский герой
срёт на голову валлийского придурка.
Многообещающе.
Да, это она.
– Ты продала свой роман?
– 233.
– Джорджия.
– Ладно, хорошо.
– Ты продала свой роман?
– Да, продала.
– Почему ты мне не сказала?
Я не знала, как ты отреагируешь.
Хорошо бы я, блядь, отреагировал!
Не похоже, что ты сейчас
хорошо, блядь, реагируешь.
Я бы хотела отметить, что именно
поэтому я тебе и не сказала. Понял?
Мне нужно идти.
– Куда ты?
Вики рожает.
Мне нужно поехать помочь ей.
А тебе нужно остаться здесь.
Нормально поговоришь с Джо?
– Да.
– И присмотришь за детьми, приготовишь им обед, и уложишь спать?
Справлюсь. Как долго тебя не будет?
До завтра не вернусь.
Ну и ладно!
Бип-бип.
Это Дорожный бегун.
– Я знаю.
– Это мультяшно.
Я сам выбираю, когда так делать.
Ну да.
Давай. Иди делай дело,
Флоренс Найтингейл.
Саймон сказал, что отношения
между вами стали слегка напряжённее?
Нет.
– Где Саймон?
– Я создала эту конференцию,
и я его не пускаю.
– Хорошо.
Он сказал, что мы собираемся
немного почитать сегодня.
Если готовы.
– Конечно.
– Легкотня.
Саймон сказал, что мы на самом деле
не особо много разбирали текст?
– Нет?
Нет, мы работали более концептуально.
– Это ты на кружке?
– Нет.
Насколько всё серьёзно?
Вам не нужно поднимать руки.
Майкл невыносим.
Ладно.
Давай будем
немного более конструктивными.
Нет, вам не нужно поднимать руки.
Ты думаешь, что я звучу мультяшно?
– Нет.
– Вот. А потому что Майкл расстроен,
он начал бросаться фразами,
которые совсем не помогают.
Почему Майкл расстроен?
Майкл расстроен, Джо,
потому что он не знал,
что он был вторым в очереди на роль,
а этого, видимо,
никогда не происходило
в истории театра.
Нам не нужно поднимать руки, так что...
Майкл.
– Это правда, я никогда не был вторым.
Прости, это...
Это всё, что ты можешь сказать?
– Я бы хотел обратить на это внимание.
– Ты видишь, с чем мне приходится работать?
Ты поэтому расстроен, Майкл?
Нет, я расстроен, потому
что Дэвид и Саймон – пиздуны.
Ладно. Я признаю,
это было плохо сделано.
Да, Дэвид?
Да, я всеми руками признаю,
что скрыл какие-то вещи.
Но причина этому –
мой опыт с Майклом.
Я знал, что в этот раз он
будет слишком чувствительным.
– Да блядь! Серьёзно?!
– Я не хотел, чтобы так вышло.
– Нет, нет, давай не винить всё вокруг!
– У нас было мало времени!
Не начинай это!
– Не начинать что?!
– Тыкать пальцами!
Ты шотландишка!
Это ты на этой блядской кружке!
Что?! На этой кружке,
здесь, на этой кружке?!
Да, да, посмотри на это!
Смотри сюда.
– Ты нарциссичный шотландский мужчина-ребёнок.
Я наполню эту кружку твоими слезами,
и заставлю тебя их выпить.
Давайте сделаем шаг назад.
Да.
Это было нехорошо.
– Слушай, Джо.
Да?
Ты, как и я знаешь, что я добавляю
опредлённую ценность любому проекту,
будучи его частью.
– Прости, ты сказал «опредлённую»?
– Да, это и сказал.
– «Опредлённую»?
Это то же самоё, что и определённую?
– Я сказал «определённую».
– Нет, ты сказал «опредлённую».
– Я знаю, что я сказал.
– Ты сказал «опредлённую».
Забавно, я думал,
что тебя обучали профессионалы.
Я думал, что ты знаешь,
где ставить удрения в словах,
но, видимо, нет.
Я приношу вес, что очень важно.
– Я приношу шарм...
– Ну да.
...что более важно.
Так, никто не спорит, что кто-то
из вас приносит что-то в группу.
Я хочу, чтобы это решилось.
Постановка классическая.
Вы оба – исключительные.
И Саймон,
он правда знает, что делает.
У нас есть шанс выйти из всего этого
с чем-то очень особенным.
Если мы просто всё решим.
Мы можем решить, пожалуйста, Дэвид?
– Да.
– Спасибо.
Майкл?
Прости, я просто
хочу удостовериться,
что не буду слишком эмоциональным.
– Пиздец!
– Видишь?!
Дэвиду тоже нужно успокоиться.
– Да, нужно?!
Потому что когда я слишком
эмоциональный, я звучу мультяшно, да?!
– Я об этом тоже слышал!
– Да нахуй!
Я сегодня написал рассказ
о том, как я сру
на твою гигантскую волосатую и,
сука, валлийскую голову!
Да, ну, ты…
Ой бл...
Извините, нужно идти. Скоро буду.
Мне нужно сходить
в магазин для соседки.
Это очень мило.
Это так по-доброму, правда, Дэвид?
Нет. Она его шантажирует.
Так, а почему?
– Потому что он алкаш.
– Она безобидная. Ясно?
И она одна.
– У неё есть семья?
– Дети застряли в Кардиффе.
Это не проблема.
Я просто сделаю покупки.
Принесу ей к четырём,
позвоню в дверь, она откроет.
Мы поздороваемся.
И это всё.
Я так делал вчера, и она приготовила
мне бару брит в качестве благодарности.
Так это чисто символические отношения.
Что такое бара брит, Майкл?
Это валлийский фруктовый пирог.
Так вы одного сапога пара!
Не начинай.
Что ты ей сегодня покупаешь?
Фруктовую смесь, сахар, чай,
специи, муку и яйца.
Что она тебе сегодня готовит?
Ещё одну бару брит, да?
Ладно, подождите.
– Саймон в курсе?
– Он в ужасе от вас.
– Почему?
– Потому что вы ведёте себя как придурки. Вы и есть придурки.
Ну да.
Мы и не через такое прошли,
пока снимали «Благие знамения».
Как вы всё решали?
– Морской бой.
– Морской бой?
С карандашом, бумажкой, сеткой,
где ещё бьёте или промазываете?
Ну да.
Ты вернулся.
Я рассказывал Джо о морском бое.
Ну да.
Всё нормально?
Она не открывает дверь.
Я думаю, мир был бы
куда лучшим местом,
если бы больше проблем
решались таким образом.
Д4.
Мимо.
Нам это помогает годами, да?
Думаешь, это из-за специфики игры?
– Можем попробовать что-то другое,
если хочешь.
– Например?
– Твистер.
– Слишком сексуально.
Б2.
Мимо.
– Шахматы?
– Нет, слишком сложно.
– Змеи и лестницы?
– Вот это разговор.
Ага.
– Г2.
– Ударил!
Удар! Отчётливый удар!
Прости, что рассказал
про роман Джорджии, это было секретно.
– Всё нормально.
– Б3?
– Мимо.
– И за то, что сказал, что ты звучишь мультяшно.
Это было нечестно.
– Ну, это не так уж и плохо,
ведь я, в конце концов,
голос Скруджа МакДака.
Ты о...?
– Это Скрудж МакДак?
– Да.
– Нет.
– Тогда этот?
Я... не знаю.
Я ничего такого не слышал.
Г3?
Ты потопил мой...
Буду как Микки Маус.
Ты потопил мой корабль!
Победа моя!
Моя победа значит,
что мы пересмотрим
композицию титров?
Без проблем.
С ней всё будет хорошо.
Майкл, она будет в порядке.


Серия 5

Ты приснился мне прошлой ночью.
Правда?
Это тебя не очень-то беспокоит.
Не редкость.
– Что?
– Это происходит постоянно.
– Не со мной.
– Нет?
Нет. Могу с уверенностью сказать,
что ты мне никогда не снился раньше.
Совсем никогда?
Нет!
– Опустим это.
– Почему? Я тебе снюсь?
Постоянно.
В этом сне...
Я был в театре...
– Конечно был, дорогой.
– Я был на сцене...
– Конечно же был!
– Один,
а софиты светили мне в глаза,
из-за чего я не мог
видеть аудиторию,
не мог видеть, есть ли там
кто-нибудь,
поэтому мне пришла одна идея.
Поговори,
и помещение ответит.
Я говорил, но голос,
что ответил мне, был другим.
– Чей это был голос?
– Что? Это был мой голос.
Он просто немного изменился.
Словно я вдохнул гелия.
И помещение ответило?
Они включили обычный свет,
и там никого не было,
кроме тебя.
Ты смотрел. Один.
И что я сказал?
«Тот муж блажен и Промыслом храним,
Кто счастье не преследует вдали,
Но удовлетворён своим родным
Клочком земли».
Я это написал?
Нет, это было в моём сне.
Что это значит?
Что я тоскую
по обширной публике.
А что с поэмой?
Что я должен быть счастлив дома.
А ты не счастлив?
Я пытаюсь.
Чувствую себя прекрасно.
– Замечательно.
– В смысле, ситуация ужасная, да.
– Конечно.
– Глобально.
– Нет, я понимаю.
Но время – подарок.
Такой замечательный способ
взглянуть на это.
– Ты читал «Улисс»?
– Джеймса Джойса? Нет.
Дважды.
Ты прочитал «Улисс» дважды?
Да. И собираюсь в третий.
Восхитительно.
Люси, это Эдриан Лестер.
– Приветик.
– Привет.
Эдриан, это моя сестра Люси.
Приятно познакомиться.
– Мне тоже.
– Мы только что обсуждали «Улисс».
– Ты читала, Люси?
– Боже, да, дважды.
– Я тоже!
– Это превосходно.
Собираюсь читать третий раз.
– Волшебно!
– Как справляешься со всем?
– Только за ним приглядываю.
– Прекрасно.
– Да, мы справляемся.
– А вот и Майкл.
– Я пойду.
– Приятно познакомиться!
Мне тоже.
– Она милая.
– Так и есть. Я добавляю Майкла?
– Да, конечно.
– Только он не знает, что ты тут.
Он знает, кто ты,
но я представлю тебя
как нового участника.
А потом может...
похвалить меня?
А есть ли роль для меня?
– Да.
– Потому что следующие роли, кажется...
Мать и её падчерица?
Вот и Майкл.
– Майкл?
– Не могу найти ёбаный сценарий!
Всё хорошо?
Определённо.
Где он, нахуй?
Необычные обстоятельства,
на самом деле.
Бля! Нигде не могу найти.
Придётся подсказывать строчки,
а я попытаюсь подыграть.
– Привет, Майкл.
– Майкл, знаешь Эдриана?
Эдриан?
Эдриан! Привет!
Эдриан!
Боже, конечно! Прости пожалуйста.
– Ничего такого.
– Подумал, что может присоединиться к нам.
– Прекрасно!
– Как ты?
Хорошо. Великолепно.
Замечательно.
А ты?
– Восхитительно.
– Тогда это прекрасно.
– Эдриан читал «Улисс».
– Дважды!
– Это тяжёлая книга.
– А вот и Дэвид.
– Добавляйте его.
Саймон говорит, что всё шло хорошо.
Дэвид отличный коллега.
Мой сценарий исчез.
Очень сосредоточенный.
Думаю, если бы
он имел ценность,
я бы предположил, что его
забрали дети, но это дерьмовая пьеса.
Дэвид, знаешь Эдриана Лестера?
Боже. Эдриан Лестер?
Ёбаный в рот.
Да... он здесь.
Он здесь, с нами в звонке,
с Саймоном.
Вот он!
– Привет, Дэвид.
– Привет, Эдриан! Как дела?
Я восхитительно.
Подумал, что он может
присоединиться к нашей команде.
Мы раньше работали вместе,
поэтому я подумал, что можно бы
дополнить наш каст.
Ты читал «Улисс», Дэвид?
– Нет, никогда.
– Нет? Эдриан читал дважды.
Думаю, он достаточно сложен
для понимания
в первый раз, разве нет?
Саймон, можешь отправить мне
сценарий еще раз?
Да, мне нужен другой компьютер.
Было бы здорово, спасибо.
Скоро вернусь.
Очень рад работать с вами.
Саймон прекрасен, да?
Майкл немного грустит из-за проекта.
Я бы сказал,
Дэвид страдал больше.
– Неужели?
– Да, он пытается что-то написать.
– Да, почти закончил.
– Но это было очень сложно.
Да, креативный процесс может быть
очень коварным.
И Джорджия справляется лучше,
чем он...
Стоит поговорить с Саймоном об этом.
– Соседка Майкла пропала.
– Пропала?
При подозрительных обстоятельствах.
Ну, я не убивал её или ещё чего.
Ну, она просто не открывает дверь.
Но это... должно пугать.
Джорджия рожает ребёнка.
– Ого, у вас ещё один?
– С другой женщиной.
Это... современно.
Она помогает подружке.
Как ваша репетиция?
Ну, Майклу сложно сосредоточиться.
У него тёмные и грустные сны,
очень глубокие,
странные, мешающие сны.
– Да? У меня тоже.
Многие ночи.
Я там был?
Нет.
Дэвид появляется
в сознании коллектива
без приглашения,
как крот из автоматов.
Нужно просто...
Я был в театре во сне.
Я тоже!
– Стой, на сцене?
– Да! У нас был одинаковый сон?
– Ты мог говорить в своём?
– Нет.
Там были странные
высокие звуки.
Да! Да!
Как и в моём,
я на сцене,
и пытался кричать,
издать звук, но не мог,
я начал дёргаться,
пытаться закричать,
а потом появились верёвки,
не знаю откуда,
и они были все в масле, кажется,
и они окутывали меня,
очень плотно,
и я не мог пошевелиться,
а публика...
они начали кричать:
«Бросьте его к медведям!»
– Очень ярко...
– Да. Может, это был мёд.
Может, это был мёд, а не масло
на верёвках. Мёд для мишек.
И что ты сделал?
Дрался с ними, руками и зубами...
Я имею в виду, более реалистичное?
Я поговорил со своим наставником.
Что он сказал?
Ну, он сказал, что это связано
с подавляющим чувством...
беспомощности.
– Что он предложил?
– Сказал, не обращать внимания.
Сделать вдох,
а потом выдох.
– Помогло?
– Да, на самом деле.
Помогло, да.
И теперь, когда я чувствую,
ну, грусть, злость
или беспомощность,
я просто не обращаю внимания.
Как?
Просто...
...не обращаю внимания.
Или... иногда я иду на пробежку.
Когда тебе грустно?
Как далеко бегаешь?
20 миль в день.
Это много.
Зато есть время побыть одному
со своими мыслями.
Ну, приятно иметь компанию.
Что ты делаешь?
Отправляю сценарий Дэвиду.
Ты подслушиваешь!
Не подслушиваю.
Ты взял Эдриана только для того,
что бы он похвалил тебя?
Нет. Из-за других вещей.
– Что он говорит?
– Не слышу, ведь ты говоришь.
Ты ему нравишься, да?
Как думаешь, что он говорит обо мне?
...я питаюсь хорошо,
провожу время с семьёй,
возвращаюсь к истокам.
Да, думаю, я улавливаю...
немного акцента.
Его правда слышно?
Да, едва заметный.
Это неосознанно.
Конечно нет.
Кто-то из вас читал
«Внутренний Голос»?
– Нет.
– Дважды.
Это о хитрости актёрства.
– Здорово.
– Это о хитрости актёрства,
и свободе, что приходит,
когда выбрасываешь маску
РП акцента, и выпускаете
свой настоящий внутренний голос.
– Звучит охуительно прекрасно.
– Да?
Кос Шекспир, из Бирмингема.
– Оттуда?
– Ну, немного подальше...
Мы вытканы из ткани наших снов,
и сном окружена
вся наша маленькая жизнь.
Это Шекспир.
Кто-нибудь из вас задумывался о том,
чтобы выпустить свой настоящий голос?
Не думал, что не выпускал.
– Майк, если я могу...
– Да, конечно.
...ты говоришь, и звук, что издаётся...
Он нефильтрованный, понимаешь?
Жёсткий.
Словно...
Смотрите.
Это, прежде всего,
будет истинно для собственного «Я».
Как... Как это можно ощутить?
Попробуйте, давайте.
– Дэйв.
– Спасибо.
Будет истинно для собственного «Я».
Прекрасно.
Но!
Меньше РП.
– Но это без РП!
– Меньше РП, Дэйв.
– Я из Пэйсли!
– Доверься мне, продолжай.
Доверься ему.
Будет истинно для собственного «Я».
Да! Майкл?
Будет истинно для собственного «Я».
Да, Дэйв.
Будет истинно для собственного «Я».
Будет истинно для собственного «Я».
Будет истинно для собственного «Я».
Будет истинно для собственного «Я».
Так...
Будет истинно для собственного «Я».
Он...
Он в порядке?
– Да, в полном.
С этими волосами и бородой,
он выглядит немного...
– Что?
– Дико.
– Нет, он в порядке.
Ладно.
А что насчёт тебя?
Ты в порядке?
Думаю, ты бы мог поговорить
с Саймоном об этом...
Дело в том, что Майкл
чувствует себя беспомощным,
и это отрезвляет, ведь позволяет
понять, что ты на верхушке,
а потом мир вокруг меняется,
и не получается найти
какой-либо помощи.
Ты просто...
Сидишь дома,
произносишь слова наоборот.
– Он делает что?
– Да, всегда.
Перестаёшь чувствовать себя полезным.
Театры закрываются,
публика уходит.
Роли иссякают.
Никаких предложений.
Просто сидишь, смотришь в окно
и крутишь пальцами, надеясь,
что всё будет хорошо.
– Я пойду на пробежку.
– Конечно.
– Нашёл сценарий.
– Где он был?
Я выкинул его в мусорку вчера.
– В мусорку!
– Где Эдриан?
Ушёл на пробежку.
– Где Эдриан?
– Пошёл на прогулку.
Привет.
«Магическое дерево»...
– Привет.
– Привет.
Как всё прошло?
– Отлично.
У неё девочка. Хелен.
– Круто.
Замечательно. Ты в порядке?
– Да, отлично.
Дом, кажется, всё ещё на месте.
– Чувствую твоё удивление.
– Я и не пытаюсь его скрыть.
Ну, из-за этого менее весело.
Слушала детей снаружи.
Онлайн-уроки?
– Именно.
Пытался сам их обучить?
– Да, пытался.
– И как прошло?
Понял, что я подозрительно
плохо знаю,
что происходит под солнцем.
Да, это правда.
Вот бы я не чувствовал
себя беспомощным.
Как дела с написанием?
Вообще-то я закончил сценарий.
– Я могу его почитать?
– Нет, не можешь.
– Почему нет?
– Потому что он может быть дерьмовым.
Уверена, что я могу тебе помочь.
– У тебя во входящих, отправил час назад.
– Интересненько!
«За окнами».
– Нравится?
– Немного туповато.
– Ты не можешь так говорить.
– Могу.
– Ты даже не знаешь, что там.
– Тогда что же там?
Знаешь... много чего.
Звучит потрясно.
– Да похуй, вернёмся к больнице.
– Может быть.
– Но сначала сценарий прочитай.
– Да, обязательно,
но сначала я позвоню Анне.
И возьму это.
Как мило. Рад, что ты расставила
свои приоритеты правильно.
Увидимся.
– Ага.
Привет. Прости, уменьшу тебя,
пока я ищу кое-что. Хорошо?
– Хорошо.
– Ты в порядке?
– Да, минутку.
– Привет, Майкл.
– Господи правый!
Джорджия.
– Привет.
Прости, не знал, что ты там.
– Ты в порядке?
– Да. Секундочку.
Я звонила сказать,
что вернулась из больницы.
– Как всё прошло?
– Отлично, она...
У неё девочка. Назвали Хелен.
В больницах сейчас странно
из-за... вы знаете.
Но мне дали перчатки и маску,
и всё такое, так что я...
Мне перезвонить?
– Нет. Прости.
Скорая приехала к соседям
час назад или около того.
– Боже.
– Да. И мы не знаем, что произошло,
Майкл попытался узнать,
но ему сказали вернуться внутрь.
– Вы её видели?
– Нет, но...
мы видели, как внесли носилки.
Я позову Дэвида.
Да, да. Всё ещё тут.
Да. Спасибо.
Я не знаю...
Где-то 157...
Серые волосы, очки.
Думаю, ей около 80.
Нет, я не знаю фамилию.
Её зовут Ханна.
Х-а-н-н-а.
Моё имя? Майкл Шин.
Нет, Майкл. Ш-и-н.
Да. Мы все любим Нила Геймана.
Я знаю, но...
Могли бы вы спросить и узнать,
куда её положили? Дайте нам знать.
Кто-то же вызвал скорую,
мы всего лишь хотим знать,
где она и что с ней происходит.
Да. Да. Я подожду.
Простите.
– Знаете, куда её увезли?
Нет, не знаем,
но Майкл пытается узнать.
– Словно это какой-то кошмар.
– Нет. Всё будет хорошо.
Здравствуйте, да.
Нет, я уже объяснял.
Я не знаю её фамилию.
Её зовут Ханна.
Она...
старая и одинокая.
Семья в Кардиффе.
Я не знаю где.
У неё есть нелегальное видеонаблюдение
за местностью через CCTV камеры,
установленные на её гараже.
Ей нравится мягкая межрасовая
порнографическая литература.
Она злая старая карга,
которая угнетает...
Ну, она печёт ужасный бара брит,
и... она хорошая.
Простите.
Да, конечно.
Спасибо.
Знаю, что не лучшее время.
Просто, в последний раз,
когда мы говорили об этом...
Мы тогда играли в Морской Бой.
Мы решили, что...
моё имя будет первым
на постере. Теннант, а потом Шин.
Думаю, так мы и сказали.
Что мы... Прости.
Знаю, что время не подходящее,
но мне отправили черновик
постера. Тебе придётся...
Я отправил и тебе.
Наверное, у тебя не будет
времени посмотреть, но...
Они хотят сделать анонс.
И им нужно одобрение...
К сожалению, на единственном,
что они сделали,
твоё имя идёт первым.
Прости.
Время плохое, но им
нужны изменения
к концу дня.
Так что, если ты не против,
я скажу им поменять имена местами.
Чтобы... всё было на своих местах
на постере. Я счастлив сделать это
от лица нас обоих,
если ты не против. Или, мы могли бы
оставить всё на своих местах...
Давай оставим.
Мы всё оставляем.
Не волнуйся.


Серия 6

Тебе не приходило в голову,
что она прочитала,
но ей не хватило смелости
сказать тебе, что написано плохо?
– Конечно приходило!
– Хорошо.
– Как это могло не приходить?
– Я просто уточнил...
Это единственная вещь,
о которой я постоянно думаю,
раз за разом.
Конечно.
– По чему ты скучаешь?
– Из реального мира?
Ага.
Фидбэком от жены.
По репетициям, наверное.
По съёмочным площадкам.
– Люди, приносящие тебе кофе каждые десять минут.
– Они должны к тебе хорошо относиться.
– Ага.
– Их работа – убеждаться, что тебе хорошо.
– Ага.
«Не хотите
сегодня надеть термобелье?»
«Можете надеть – под костюмом
не будет заметно».
«Да, мне немного холодно».
«Я знаю, что вам холодно.
Не волнуйтесь».
«Я положу грелки в вашу обувь».
«Мне нужно сохранять ладошки
и ножки в тепле, как ёжику».
«Можете заскочить на грим?»
И ты идёшь гримироваться, а там...
...ебучая дискотека!
– «Всё нормально?»
– «Музыка не слишком громко?»
«Не, не, нормально».
«Вы уверены?!
Я вас не слышу! Что вы сказали?»
– «Слишком громко?!»
– «Что?!»
Пожалуйста, можно мне профессионала,
чтобы уложить волосы?
Боже!
Майкл, думаю, я перестану.
Да, мне тоже нужно идти.
Нет, в смысле...
перестану заниматься пьесой.
Я перестану заниматься пьесой.
Почему?
Просто атмосфера такая.
У тебя?
И у всех, и у меня.
Везде, если честно.
Хуже, чем ссора?
Когда они ссорились, по крайней мере
казалось, что им есть дело.
Теперь им неинтересно.
Один хуже другого?
Они оба не очень.
Ты думаешь,
если один уйдёт, то второй тоже?
Думаю, да.
Мы можем как-то их вернуть?
Да!
Как?
– Нужен новый подход к репетициям.
– Мы пока ничего не сделали.
Ладно. Начать заново,
снова к первой странице.
– Я им это вчера предлагал.
– Отлично. Что они сказали?
Майкл назвал меня «малодушным».
И что это значит?
– Я не знаю. Но явно ничего хорошего?
– Что сказал Дэвид?
– Дэвид кивнул.
– На предложение начать заново?
Или на слово «малодушный».
– Джанин, принеси мой телефон.
– Старый телефон или...
– Только ещё кое-что...
– ...новый, который секретный?
Да, что такое?
– Можешь не кричать, Джанин?
– Она в порядке?
– Она пропустила день рождения дочери.
– Почему?
Исправляет твой бардак.
Что она... должна сделать?
Я сказала ей привести
цветы, вино и открытки
Дэвиду и Майклу.
– Майкл в Уэльсе.
– Да, я знаю!
Это вообще разрешено?
Ты говоришь прямо как она.
Секретный телефон!
– Прости, Джанин!
– Малодушный урод.
Ладно, это, конечно, маловероятно,
но есть один актёр,
который мне должен.
Кто?
Давай надеяться,
что она возвращает долги.
Приветосы.
Привет, проблемная. Как ты?
Уходи.
Нет, дорогая, не ты.
Слушай, вернись немного
в прошлое – 2015, Санкт-Петербург
Господи! И ты целуешь
своего внука этими губами?!
Ты знаешь, что происходит?
Нет.
Ну, сообщение Джо
было очень загадочным.
Было.
– Тебе пришли цветы от неё?
– И вино!
Какое вино?
Я сказал вино?
Нет, цветы, всё верно.
Ну да. Очень мило.
Да, очаровательно.
Женщина, которая доставила мои,
была немного вспыльчивой.
Да, и в её машине было много шариков
с надписью «С первым днём рождения»
Наверное, несколько доставок сегодня.
Уверен, она очень эффективная.
Можно сказать тебе кое-что,
что я не должен говорить?
– Не знаю. Должен?
– Не знаю. Можно?
Ну, я не знаю.
– Джорджия прислала мне твой сценарий.
– Серьёзно?
Да, её нужно было
ещё одно мнение насчёт него,
прежде чем говорить с тобой, но...
она считает, что он восхитительный.
А ты что думаешь?
Ой блядь!
Простите!
– Хватит блеять, пожалуйста.
– Простите, здравствуйте.
Я буду с вами через секунду.
Джо спрашивала про цветы.
– Да, нормально.
– И шампанское?
– Да.
Ненавижу эту чёртову машину.
Почему мы не можем вернуться
к чашкам с ниточками?
Я у вас спрашиваю, почему мы не можем
вернуться к чашкам с ниточками?
– Да.
– Как хотите.
– Дэвид?
Простите, я не думал,
что вы к нам присоединитесь.
Ну, это немного
смягчит обстановку, нет?
Да, конечно.
– Ты отрастил волосы.
– Это наращивание.
– Майкл.
– Джуди.
У тебя тоже наращивание?
Нет, это...
...это всё моё.
Я говорила с вашим режиссёром.
– Саймоном?
– Да, очень милый мальчик.
Он милый, да.
– Он слегка невезучий...
– Невезучий, да!
– ...и амбициозный.
– Точно.
Он как мотылёк, который
бьётся не в ту лампочку.
Он говорит, что вы плохо играете.
Ну... это были тяжёлые несколько недель.
– Правда?
– Да, через многое пришлось пройти.
– Мы репетировали пьесу.
– Мне говорили.
И вы её разлюбили?
Да, она потеряла свой блеск.
– Это комедия?
– Нет, она итальянская.
Итальянская?
– Вы говорите по-итальянски?
– Майкл говорит.
Правда, Майкл?
Нет.
Возможно, вам стоило отказаться.
Я предлагал.
Возможно, нам стоит...
Я тоже разочарован.
Да, это бы спасло всех
от кучи проблем.
Но вы всегда говорили,
что актёрам не нужно отказываться,
иначе люди перестанут их звать.
Да, я так говорю.
– Но не имеете это в виду?
– Совсем нет.
Думаете, люди когда-нибудь
перестанут меня звать?
– Надеюсь, нет.
– Нет.
Вне зависимости от того, как часто
я отказываюсь, они не перестают.
«Сделай это», «сделай то».
«Сыграй королеву»,
«сыграй шпионку», «сыграй кошку».
Знаете, как это тяжело,
когда ты – первая претендентка
на любую чёртову роль?
– Знаю.
– Нет, Майкл, не знаешь.
Нет, нет.
Нам говорят быть готовыми
к отказам в этой индустрии.
Но всё же, некоторым из нас настолько
везёт, чтобы достигнуть того уровня,
когда нам самим
приходится отказываться.
Это тоже не самая
лёгкая ответственность.
Вы говорите,
что нам нужно отказаться?
Я говорю, что ответственность,
соглашаться или нет,
лежит именно на вас,
и влияет на ваше поведение.
Вы согласились.
Да.
Тогда хватит пинать хуи.
Мы актёры. Когда мы соглашаемся,
мы делаем свою чёртову работу.
– Ты не говоришь по-итальянски?
– Ты думаешь, что Саймон милый?
«Нет, эти волосы мои».
– Но это так!
– «Всё моё».
Ты завидуешь моей гриве.
Пытался её соблазнить.
Ты меня обвиняешь?
Она – национальное достояние.
Я чувствовал себя
как кролик на трассе.
Да. Есть в ней что-то неземное.
Что-то потустороннее.
Это как будто ты окружен...
«Ангельской благодатью».
С каким вкусом?
– Конечно, с клубничным.
– Я бы сказал, с ирисками.
Она бросила трубку, да?
Думаю, тогда нам надо делать
нашу чёртову работу.
Наверное, да.
Привет.
Спасибо.
«Не могу поверить, что вы нашли нас».
«Семья уставилась на женщину,
Кристофера, и двух его девочек,
которые были измазаны
в грязи после долгой дороги.
У Сары порез на лице».
«Тебе больно, девочка?»
«Я буду в порядке».
«Откуда вы?»
«Девочки посмотрели на Кристофера.
В его глазах появились слёзы».
«С гор».
– «У вас есть еда?»
– «И место, чтобы отдохнуть?»
«Мы можем отдохнуть!
Папа, мы можем отдохнуть!»
«Его младшая сестра начала плакать».
«Папочка».
«Его колени подкосились».
«Он опустился на пол,
прижимая к себе дочерей».
«Оставайтесь так долго,
как вам захочется».
«Спасибо вам».
«Где-то залаяла собака».
– «Как вы нашли нас?»
– «Мужчина посмотрел наверх,
слёзы оставляли следы
на его грязных щеках».
«Когда я был маленьким,
цирк проезжал по нашему городу.
Мой отец поднял меня на плечи,
чтобы я мог это увидеть.
Я спросил его, как слоны находят
путь домой, и он сказал мне:
«Они идут один за другим по одному,
держа друг друга за хвосты...
...пока не придут домой».
«Он посмотрел на горизонт».
Очень хорошо.
– Всё ещё слишком претенциозно?
– Нет!
Точно нет?
– В нужных руках.
– Понял.
– Спасибо за чтение, Люси.
– С удовольствием.
Анна, Джорджия,
вам тоже, естественно.
– И отличная работа с собакой, Саймон.
– Спасибо!
Так разнообразно.
– Да.
– Какие-нибудь замечания?
– Ничего.
– Да ладно!
– Нет.
– У тебя должно быть что-то.
Мне понравилось, как дочь спасает отца.
Это была идея Джорджии.
Очень трогательно.
Мне понравилась сцена с оленем.
Да, эта была тоже Джорджии.
Визуальное повествование
было поразительным.
Спасибо. Я думаю... да, это моя работа.
Что символизируют слоны?
Слоны...
Память.
Ты писал что-то из этого, Дэвид?
Я хорошо прислушался к поправкам.
– От опубликованного писателя.
– От опубликованного писателя, да.
Могу я быть в фильме
по твоей книге, Джорджия?
– Нет, нет, нет!
– Почему нет?
Потому что если это кто-то и будет,
то это буду я.
– Почему?
– Потому что я на ней женат!
А что тогда будет с твоим фильмом?
Кто бы присматривал за слонами?
– Нахуй слонов!
– Дамы и господа, нахуй слонов!
– Ага.
Я скучаю по слонам.
Ты скучаешь по слонам?
Да. Дэвид недавно спросил меня,
по чему я скучаю.
Я скучаю по слонам.
– Ты скучаешь по слонам?
– Да.
– Каждый день, что ли?
Нет, не каждый день, Дэвид.
Но я об этом подумал,
и я хотел бы увидеть слонов.
Да, я бы тоже хотел увидеть слона.
Ну, вы оба так долго
продержались без слонов, так что...
Это да.
Я скучаю по парикмахерам.
А ты, Люси?
Боже, я скучаю
по личному пространству.
Ну...
Саймон?
Ничего. Я в порядке.
Правда? Потому что я...
Могу ли я
подискутировать насчёт одной идеи?
Нет.
Пожалуйста! Дайте ему подискутировать.
Дайте ему подискутировать
насчёт одной идеи.
Могу ли я порекомендовать дискуссию?
Да. Он так прекрасно дискутирует!
Да. И я скучал по дискуссиям.
Он – мастер дискуссий.
Да, я мастер-создатель.
Так и есть! Ты меня
замотивировал дискутировать.
Спасибо большое.
Могу ли я подискутировать...
Раз-два-три-четыре-пять,
дискутируем опять.
Готов начать дискуссию о том,
что Саймон скучает...
по нормальному поведению актёров.
Совсем нет.
Ты даже не пытался!
Лжец! Ты соврал!
Что это?
– Кто-то возле входной двери.
– Кто?
Не знаю. Одну секунду.
Уже поздно, это некрасиво.
Что будешь делать
со сценарием, Дэвид?
Я надеюсь, Майкл его сделает.
Это прекрасно!
Но, видимо, он больше хочет
роман Джорджии, так что...
А кто режиссирует?
Не знаю. Может, сам попробую.
Сам попробуешь?
Ну, Саймон, если ты можешь...
Если я могу, Дэвид...
Кто это был?
Сын Ханны.
Что он сказал?
Не знаю, я оставила их с Майклом.
– Что за Ханна?
– Соседка Майкла.
Она в порядке.
Чудесно.
Она была больна, но в больнице
всё сделали как надо.
Это был её сын.
Она хотела, чтобы я знал...
что с ней всё хорошо.
Что с ней всё в порядке.
Простите, простите.
Ладно, ребят, мы вас оставим.
– Мы тоже пойдём.
– Было здорово всех встретить.
Взаимно, Люси.
Она миленькая.
Так и есть.
Мы репетируем завтра?
Не вижу причин не репетировать.
Мы с Майклом профессионалы.
Когда мы соглашаемся,
мы делаем свою чёртову работу.
Отлично! С какого момента?
– Мы... хоть какую-нибудь сцену сделали?
– Нет.
Тогда, наверное, начнём с первой.
С первой. Страница один?
– Отлично. До встречи.
– До встречи!
God natt, sov got!
Вау, что это?
Спокойной ночи, сладких снов.
– Валлийский?
– Нет, шведский.
На валлийском это «nos da
a chysgwch yn dda».
Это впечатляет.
Всё прошло нормально.
– Знаешь, по чему я скучаю?
– Нет, по чему ты скучаешь?
По тому, что ты носишь другие кофты.
Ой, прости.
И по сну.
Я спать.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Всё нормально?
– Ты один?
– Да.
У меня так много
замечаний твоему сценарию.
Да иди нахуй!
Итак, с чего начинается?
Дэвид Теннант, Майкл Шин.
– Это абсурд.
– Я об этом и говорил.
Когда есть сомнения,
идите в алфавитном порядке.
Но это же, блядь, не правило!
Дэвид Джон Теннант, если ты хочешь, чтобы тебе
надрали задницу, ты идёшь по верному пути!
Он был таким всё время, Джуди.
Но, Джуди, здесь сказано,
что твоё имя было перед именем
Стива Кугана в «Филомене».
– Да.
– И перед Биллом Конноли в «Миссис Браун».
– Да.
– Но они же первые в алфавитном порядке.
– Так и есть.
– Почему твоё имя на первом месте?
Я Джуди Денч.
А что значит «и»?
В смысле?
«Гвинет Пэлтроу, Джозеф Файнс,
Джеффри Раш и Джуди Денч».
Ну, это кое-что,
что сказано в качестве щедрости.
Дэвид Теннант...
...и...
...Майкл Шин.
Майкл Шин вместе с Дэвидом Теннантом.
Дэвид Теннант минус Майкл Шин.
Майкл Шин,
и тем не менее, Дэвид Теннант.
Дэвид Теннант,
несмотря на Майкла Шина.
Дэвид Теннант и Мартин Шин.
А как насчёт «Джуди Денч представляет
Майкла Шина и Дэвида Теннанта»?
– Звучит чудесно.
– Да.
Я помню, что спорила очень много раз.
И как всё решалось?
Пришлось перечитать монолог Порции
из «Венецианского купца» задом наперёд.
Тот, кто неправильно назовёт слово,
снимает с себя часть одежды.
В конце тот,
кто остался совсем без одежды,
попадает на вторую афишу.
И кто выиграл?
Конечно я. Но это было близко.
Ещё бы.
Вы так пробовали?
Ну, Дэвид всегда
носит эти чёртовы худи,
так что, знаешь, это не очень честно.
Ну, кто-то должен что-то снимать.
В любом случае, Дэвид, твоё имя на афише будет
дважды, так как ты всё написал.
Ну да. И я это ещё режиссирую.
Есть какие-то советы?
Ну... попробуй начать с игры
в качестве разминки.
– Серьёзно?
– Да, с этой всегда хорошо начинать.
Вы знаете, кто украл печенье из банки?
– Майкл украл печенье из банки!
– Дэвид украл печенье из банки!


Серия 7

Майкл?
- Майкл?
- Дэвид!
- Ты в порядке?
- Одну минуту.
Что ты делаешь?
Боюсь, что я в фильме Хичкока.
- О чём ты?
- Птицы возвращаются
в Порт-Толбот.
Миленько.
Похоже, что тот
большой синий зяблик - их вожак.
Ты в порядке?
Просто привыкаю. Ты как?
["Шесть месяцев в локдауне"
с Ромешем Ранганатаном]
- Кхахи хох!
- Кхахи хох!
- Кхахи хох!
- Кхахи хох!
Пиздец, ёбаная катастрофа.
Для тех, кто только что присоединился,
добро пожаловать в мой дом.
Добро пожаловать на мою кухню.
Я здесь в заточении уже полгода.
Меня достал Zoom, скажу вам честно.
Но у меня в гостях люди,
которые обратили это в свою пользу:
Майкл Шин и Дэвид Теннант.
Или правильнее будет:
Дэвид Теннант и Майкл Шин?
Это "Шесть месяцев в локдауне"
с Ромешем Ранганатаном,
мы воспеваем всё то чудесное,
что, по сути, помогло нам
пережить этот сложный период.
Майкл и Дэвид здесь, чтобы обсудить
сериал на BBC "Постановка".
- Спасибо, что пригласил нас.
- Рады быть здесь.
И, конечно, с нами по-прежнему
сэр Майкл Пейлин,
который ждал Годо в онлайн-чтении
классической пьесы Беккета.
Я хотел спросить, сэр Майкл,
Годо всё-таки прибыл?
Нет, нет.
Всё ещё ждём.
Что ж, пока вы ждёте, Дэвид и Майкл,
поздравляю вас с премьерой сериала.
- Спасибо.
- Сценарий обязывает это сказать,
- но я говорю от души. Было забавно.
- Большое спасибо. Ура.
Во-первых, хочу спросить.
Что было правдой, а что - нет?
Например, Саймон и правда такой идиот?
Нет...
Нет...
Майкл и правда орёт на птиц.
У меня птичье гнездо вместо волос,
так что вежливость не помешает.
Но это был сериал.
Это был сериал. Да.
Так, значит, тот дом
принадлежит сестре Саймона?
Нет.
Значит, не было ни сценария, ни романа?
Ни моркови, ни ананасов. Ничего.
- Всё казалось настоящим.
- Что ж, большое спасибо.
Что из этого было импровизацией?
- Всё.
- Такое... такое часто случается.
- Так, был ли вообще сценарий?
- Были... идеи.
А затем мы с ними долго играли.
Не всё в итоге вошло в сериал.
Нет, где-то лежат многочасовые видео,
на которых мы не особо смешные.
И много зрители потеряли при монтаже?
Был один достаточно важный момент,
когда Дэвид назвал меня
"Майком Ярвудом для бедных".
Что тут смешного?
Ничего.
Даже не уверен, что знаю,
кто такой Майк Ярвуд.
- Видишь? Говорил же тебе! Говорил же.
- Поверить не могу.
Просто не верится.
Он же... он столп комедии.
Видите, Ромеш,
большая часть вклада Дэвида
заключалась в этих странных,
непонятных отсылках.
Да, потому их и вырезали.
Я слишком интеллектуален
для прайм-тайма.
- И не смешной.
- По крайней мере я не опустился
до ленивой пародии маппетов, да?
В моих маппетах не было ничего ленивого!
Я был изнеможён!
Вы знаете,
кто такой Майк Ярвуд, сэр Майкл?
Да, вообще-то я знаком с Майком Ярвудом.
Правда? Не знал,
что он всё ещё... работает.
Что ж, посмотрим ещё один фрагмент.
- Супер.
- Отлично.
["Шесть месяцев в локдауне"
с Ромешем Ранганатаном]
- Мы вне эфира.
- Ясно.
- Какой именно?
- Про банку с печеньем.
Мы их все видели уже сто раз.
Не сомневаюсь. То есть, полагаю,
здесь сэр Майкл даст нам фору.
- Да!
- Сэр Майкл, как думаете,
сколько мёртвых попугаев
вы видели в жизни?
Порядочно!
Каким собирательным существительным
называют мертвых попугаев?
Норвежский голубой.
Глубокий фьорд!
- Ара.
- Сэр, Майкл,
есть идеи
насчёт собирательного существительного?
Унижение?
- Вы смотрели "Постановку", сэр Майкл?
- Да.
- Да, пару серий.
- Правда? Какие?
- Первую.
- Вам понравилось?
- Очень.
- Да! Слава богу.
Насколько это вообще могло понравиться.
И мы вернулись.
["Шесть месяцев в локдауне"
с Ромешем Ранганатаном]
Это была карантинная комедия
BBC One "Постановка".
Дэвид и Майкл, вы сказали,
что сюжет был выдумкой,
но что насчёт ваших персонажей?
- Полнейший вымысел.
- Ничего общего с нами.
Нет. Вообще ничего. В смысле, не думаю,
что мы смешные в реальности.
- Не думаю, что ты смешной. А я смешной.
- Разумеется.
Я в смысле, мы не... мы же не комики.
Вы ещё молоды.
Да.
Какие планы на будущее?
Вообще-то я вернулся к настоящей работе.
Сериал, в котором я снимался
до карантина, вновь в работе,
- так что я лечу в Южную Африку.
- Прекрасно.
Съёмки пару раз переносились,
но думаю, теперь всё взаправду,
и я улетаю завтра.
- Супер. А Майкл?
- У меня больше нет нормальной работы,
так что я лечу в Нью-Йорк,
повидаться с семьёй и друзьями.
Ясно. Если разрешат путешествовать.
Нет, всё будет хорошо.
- Я верю. Всё будет хорошо.
- Да, конечно. Конечно.
Сэр Майкл, вы снялись бы
в "Постановке", если б вас пригласили?
Нет, я бы не справился!
Вы не импровизировали в "Монти Пайтоне"?
Нет, у нас была дисциплина.
В "Постановке" был другой подход.
Да уж!
Однако, я думаю, благодаря импровизации
получаются довольно смелые вещи.
Правда?
Майкл, Дэвид,
посмотрим ещё один отрывок,
но сначала один вопрос.
Наверное, вы догадываетесь, о чём он.
Есть надежда на второй сезон?
Я думаю, сериал был привязан
к конкретному времени, не так ли?
Он рассказывал о людях,
запертых в своих домах и...
В смысле, надеюсь,
- что не будет нового локдауна.
- Именно. Но...
Но, должен сказать,
если бы была возможность...
- Да.
- я бы точно не отказался.
Сниматься было здорово.
- Мы здорово повеселились.
- Ясно.
В общем, я приму это
за безусловное "да".
Да, наверное.
С моей стороны
это большое валлийское "да".
Что ж, а теперь ещё видео
о том странном и чудесном,
через что прошли люди.
Итак, мы не в эфире.
Это длиннее остальных,
так что я сгоняю в туалет, ладно, народ?
- Конечно.
- Класс. Скоро увидимся.
Надеюсь, вы не думаете,
что я принижаю подход к работе "Пайтона"?
Боже, нет. Вовсе нет.
Хорошо. В смысле,
он был так важен для меня
в детстве. Я большой фанат.
Мне не особо понравилась "Постановка".
Ясно.
Не люблю импровизацию.
Когда люди вкидывают шутки
и надеются, что это сработает.
Ага, я понял.
Мы вот усердно работали.
Ещё не лёг спать, а уже встал.
Да-да.
Великие строчки Эрика.
Но мы тоже...
Я бы не сказал, что мы...
мы тоже много работали.
Да, безусловно.
Присели на корточки, поднатужились
и выдавили что могли.
Ну, людям вот понравилось.
Ну пиздец.
А теперь это спланированный
и отработанный трюк,
потому что люди радуются,
что вы способны родить хоть что-то.
Я... я ваш фанат.
Это была получасовая
кельтская круговая дрочка.
Нет, Дэвид...
Серии были по 15 минут.
- Ну как вы?
- Путём.
Класс. Так, ещё минутка.
- Мы готовы.
- Круто, секунду.
Вообще-то это было грубо, знаете ли.
"Монти Пайтону" уже 50 лет.
Ага, он немного устарел.
- Дэвид!
- О нас всё ещё помнят.
- А вот о вас не говорят.
- И почему же?
Потому что вы не смешные.
Господи. Простите за задержку.
Дэвид, Майкл. Забудем про официоз.
Будет второй сезон, как считаете?
- Вряд ли.
- Очень сомневаюсь.
Серьёзно? Почему нет?
Ну, мы же не смешные, да?
Очень жаль.
Мы снова с вами.
[Постановка]
Что такое?
Да, у меня есть чемодан.
Это... это интересно.
Очень интересно.
Так, секунду, я...
Я верно понимаю, речь идёт
не про второй сезон, а про ремейк?
- Для американского ТВ.
- Американская "Постановка"?
Но разве это... кому-то нужно?
Пусть покажут уже существующие серии.
Когда нужно решить?
Когда нужен ответ?
Завтра я лечу в Нью-Йорк.
Да я уже считай на чемоданах сижу.
- Хочу поговорить с Майклом.
- Хочу поговорить с Дэвидом.
[Вперёд, Шин!]
- У меня новости.
- У меня тоже.
- Какие у тебя?
- А у тебя?
- Ты же не беременна?
- Что? Нет!
Ну, это вполне логичный вопрос.
Какие новости у тебя?
Они хотят снять
американский ремейк "Постановки".
А у тебя что?
Рейс в Южную Африку отменили.
- Да ты шутишь.
- Нет.
- Да ёб твою налево, опять!
- Ага.
И каков план?
Сидеть и ждать.
- Бля, ненавижу ждать.
- Знаю.
- Я просто хочу работать.
- Знаю.
Ты считаешь меня смешным?
Думаю, что ты делаешь
и говоришь смешные вещи.
Какой уклончивый ответ.
Я хотел попробовать что-то новое.
Уже обсуждал с Майклом?
Нет.
Так, за и против.
За: я очень хочу работать.
Против: Майкл Пейлин говорит,
мы не смешные.
- Спросим кого-то ещё из "Монти Пайтона"?
- Кого?
Эрика Айдола? Он милый, вроде.
- Майкл Пейлин тоже таким казался!
- Ага.
Мне нравится природа в Америке.
Мне тоже.
Всегда хотел сыграть в вестерне.
О да.
Как бы звали твоего коня?
Шин.
- Привет, Анна.
- Привет, Дэвид.
Разве у тебя не сегодня рейс?
Не сегодня, нет. Готова к Нью-Йорку?
Ага, собираюсь вот.
Прошу, поговори с Майклом про его ноги.
С радостью.
Он говорит, они у него толстые.
Толстые!
- Он отказывается брать с собой шорты.
- Ясненько.
Ты носишь шорты?
Почти каждый день.
Как думаешь, я смешной?
- В шортах?
- Нет!
В плане чувства юмора.
Ага.
- Майкл, да брось.
- Нет.
- Надень шорты.
- Нет.
- Почему нет?
- Из-за них у меня в паху...
мотня.
Да в жопу, мы едем в Америку?
- Едем?
- Да, я делаю и болтаю что-то весёлое,
а у тебя смешные толстые ножки.
Этого достаточно.
- Мы смешные.
- Да пипец уморительные!
За работу!
"Постановка: Америка"!
"Постановка: Америка"!
Вперёд, Шин!
Нет. Не-не...
Я проскачу на тебе
до самой Америки, малыш.
Никуда ты на мне не поскачешь, приятель!
Вперёд, Шини!
Я проделываю этот трюк
в последний раз. Ради тебя.
Круто. У нас же получилось.
Поедем в Америку и повторим.
Да. Знаешь что?
Однажды мы встретим Майкла Пейлина
на какой-нибудь
гламурной вечеринке, и он скажет:
"Я так ошибался на ваш счёт,
вы боги среди клоунов".
- Да! Нас снова начнут ценить!
- А знаешь что?
Мы сами вершим свою судьбу!
- Цари горы!
- Покорители зари!
- Доки в бухте! Да!
- Все будут в восторге от нас!
Ты там не нужен.
Что?
Вы оба.
Ага.
Им понравился сериал,
но они хотят заменить на местных актёров.
Это... ужасные новости.
- Знаю.
- Когда ты узнала?
Имейл только пришёл.
И кто же нас сыграют?
- Ну, я знаю только слухи.
- Кто?
Колин Фёрт и Хью Грант.
Колин Фёрт и Хью Грант?!
- Это только слухи.
- Они не американцы!
- Неважно.
- Да они больше британцы, чем мы!
Да, но они известны в Америке.
Я известен в Америке!
- Их знают больше.
- Что... что ещё было в имейле?
Они пишут, что очень уважают вас обоих,
но хотят более узнаваемых
в Америке актёров.
И тех, в чью дружбу легче поверить.
Чего?! Но мы же правда друзья!
Да, но никто в это не верит.
Ещё им нужен кто-то
более опытный в комедии.
- Я смешной.
- Знаю.
А вот Колин Фёрт - нет.
Бля, я... алло, ёпта.
Но ты будешь исполнительным продюсером.
- Алло!
- С Саймоном.
- С Саймоном.
- Да, он ещё в деле.
И чем он занят?!
Переписыванием.
Слушай, я не знала,
что ты так рвёшься работать.
Не рвусь!
Это всё Дэвид, он меня раззадорил.
Я думала, это ты Дэвид.
Нет, я Майкл.
Хью Грант.
Выбери карту.
- Люди не верят, что мы друзья.
- Знаю, слышал.
Слова Пейлина - пощёчина,
но это уже удар в спину.
- Почему, почему так?
- Думаю, потому что мы всегда
говорили что-то по сценарию, нет?
Анна всё время говорит,
что я отыгрываю персонажа.
Да! Джорджия про меня говорит
то же самое!
- А я всё повторяю ей...
- Это и есть я!
- Это я! Вот именно!
- Я не могу быть кем-то другим!
Я не отыгрываю персонажа, это и есть я!
Скажи что-нибудь.
Что-нибудь чисто в своём стиле.
Мой рейс в Нью-Йорк отменён.
Мир оживился и вновь застыл.
Это незаконно, нет?
"Мы для богов - что для мальчишек мухи:
Нас мучить - им забава".
- Можно не надо?
- Ладно.
Да, понял.
Так, держи. Не показывай мне,
держи рубашкой ко мне.
Это как-то затянулось, нет?
- Что именно?
- Пялимся в экран.
- В надежде на чудо.
- Ага.
Может, пора показывать фокусы.
Великолепный Майкл Шин
и Дэвид Теннант из Шотландии.
- Бубновая тройка.
- Нет.
Бля. Четвёрка.
Близко, это была двойка.
Вот видишь? Я почти угадал!
"Почти" для магии недостаточно.


Серия 8

ПОСТАНОВКА
- Буду плыть по течению.
- В смысле?
- Даты съёмок опять сменили, и локацию.
- Южной Африки не будет?
- Теперь Италия.
- Всё равно неплохо.
Так вот, я смирился с фактом,
что я ничего не контролирую,
и позволяю хаосу
сыграть свою роль в моей жизни.
Каким образом?
Игра идёт, но где-то далеко,
и участвуют в ней
неизвестные нам посторонние.
С глаз долой, из сердца вон.
Надо уходить.
Что?
Это игра для молоденьких, нет?
Мне всего 50!
Мы и другое можем делать!
Ты толком ничего не умеешь,
только притворяться.
Если бы ты не был здесь, чем бы
- ты сейчас занимался?
- Я собирался стать футболистом.
- Правда!
- Ага...
Я мог бы быть настоятелем церкви.
Да? Ряса тебя не напрягает?
Я же в килте ходил.
Естественно.
Раз уж один раз пустил
ветер себе под юбку,
пути назад уже нет.
Нужно же как-то
отгонять мушек от твоей колбаски.
Именно, да.
Священник и футболист.
Сначала тебе может быть тяжеловато.
[Дезинфекция]
Почему?
Ну, знаешь ли, ты же не...
я бы не сказал, что ты... что ты в...
прям в идеальной...
на пике физической формы.
Да к твоему сведению,
меня можно
в музее показывать с моей формой!
- Правда?..
- А ты-то сам?
Твои духовные качества
надо целиком заменять!
Тебя когда-нибудь заменяли?
- Один раз.
- Тебя заменили в касте?
- Да.
- Кто это был?
- Не хочу говорить.
- Но ты знаешь?
- Знаю.
- Ну, колись.
- Не, не могу.
- Почему нет-то?
Потому что я кое-что готовлю.
- Что?
- Ты умеешь молчать?
А как же.
Я втираюсь к нему в доверие,
медленно и упорно,
плету интриги,
чтобы работать с ним вместе,
проникаю в его жизнь,
дабы совершить мой неспешный,
вдумчивый акт отмщения.
[Давненько не виделись]
- Привет!
- Нина! Здравствуй!
Привет! Господи,
я очень рад тебя видеть.
И я рада тебя видеть!
Я в нетерпении!
Серьёзно, да!
Больше "Постановки".
Больше "Постановки", ура!
О господи. Как ты провёл время?
Да неплохо вроде.
Да, отлично. А ты?
Хорошо. Странно как-то, знаешь?
Ну, как без этого!
Меня пригласили в пьесу.
Здорово!
А потом... да, нам
не разрешили её ставить.
- М-да.
- Тяжело сейчас с этим.
- Конечно. Понимаю.
- Мне хочется, знаешь, иногда,
типа, убить кого-нибудь.
- Но я не убью.
- Лучше не надо.
Не надо.
Надо мне было стать космонавтом.
- Была такая возможность?
- Нет.
А как ты?
- Хорошо.
- А ты где, кстати?
Я в Лос-Анджелесе.
Что ты там делаешь?
Готовлюсь к съёмкам.
Как интересно! Чего?
А тебе что сказали?
Ну, вообще-то почти ничего.
Что делаем "Постановку".
Что я снова буду Джо.
Чтобы я поговорила с Саймоном.
Так, хорошо, есть пара моментов,
тебе должны были сказать,
но, очевидно, не сказали.
Какие моменты?
Ну, так вот, это не продолжение,
- а скорее, типа, ремейк.
- Понятно.
Для американского рынка.
И самое важное...
даже жалко, что это мне приходится
тебе говорить...
в съёмках не будут участвовать ни Дэвид,
ни Майкл.
Почему?
Ну, продюсеры считают,
что они недостаточно
знаменитые для американского... рынка.
А я знаменитая?
Ну, ты не в главной роли. Это...
Правда.
Я не это имел в виду, типа,
я имел в виду, ну,
ты, типа, главная...
Но ты за своё место удержался?
Да, ну, я же всё это придумал,
в прошлый раз,
и, типа, режиссировал,
ну, какую-то версию...
Будешь режиссёром сейчас?
- Нет... Нет, не буду.
- Почему нет?
Потому что людям кажется,
что я ничего особенно не сделал...
- в прошлый раз.
- Ну, я думала, Дэвид с Майклом
- большую часть сымровизировали, нет?
- Нет, не-а, ничего подобного...
Неправда. Не сымпровизировали они, да?
Я всё это написал, да? Всё напечатал.
Смотри, вот у меня тут бумажки,
Я написал... я писал,
а потом вешал на стенку,
и всё писал, писал, писал, писал, писал,
и не надо говорить,
что они написали, или сымпровизировали,
это неправда, ага?
Ничего они не написали.
Дэвид и Майкл знают?
Блин!
Можешь это убрать?
Да, да, да. Да, конечно.
Коридор не должен быть
полосой препятствий.
Не должен. Я кормил золотую рыбку.
- У нас нет второй.
- Нету.
- У нас было две, а теперь одна.
- Так точно.
Вот как работает смерть.
И арифметика.
Я переживаю, что та, которая осталась,
- может впасть в депрессию.
- У меня нет на это времени.
- В смысле?
- Я чувствую, ты собираешься перейти
нравоучению про
краткосрочную память, и у меня нет
- времени развлекаться.
- Ты же любишь мои нравоучения!
Конечно, только сейчас придёт Листер.
- Сегодня?
- Да.
- Что, сейчас?
- Ага, благотворительность.
То есть прям во плоти?
Зум уже не устраивает?
- Ага. Нормальная жизнь, зай.
- А это безопасно?
Наверно, ну, мы будем держать дистанцию,
и не трогать чужие кружки,
и не совать руки
в банку с печеньем одновременно,
и ещё, самое важное,
не разбивать бошки,
споткнувшись о твой ёбаный чемодан.
- Да, я уберу.
- Здорово, давай, спасибо.
Если бы ты занималась
чем-нибудь другим, что бы это было?
- А ты как думаешь?
- Ну скажи, чем бы...
какая у тебя... мечта?
Археология.
- А я не знал.
- Господи, опять попалась!
Ты меня втянул, ты как чёрная дыра!
Грубить-то зачем?
Слушай, Майкл -
твой товарищ по прокрастинации,
а я твоя жена,
и у меня есть дела, и нужно,
чтобы тебя здесь не было,
когда я буду их делать.
Мне просто столько мыслей
нужно передумать, и чувства...
Ага, а нам, смертным, нужно делать дела.
Я всё-таки немного волнуюсь,
что оставшаяся золотая рыбка
очень хочет приятеля,
чтобы играть в салочки в замке.
Хорошо.
Я думаю, что оставшаяся золотая рыбка
забыла о другой золотой рыбке
через пару секунд.
Кто это?
Нина.
Привет, Нина!
Привет, Нина!
Он присоединится через пару минут.
Хорошо.
Ты как?
Остальные все до одного там.
Я понимаю.
Эдриан, Нина, Люси...
- Сэм?
- Да.
- Леди Джуди?
- Естественно.
- И Саймон.
- И Саймон, да.
Анна...
считает, что мы должны...
стараться говорить с ним спокойно.
С какого?
Потому что он на одной стороне,
а мы... мы на другой.
Майкл,
это наш проект, с любой, блядь, стороны!
Я знаю. Анна лучше сказала.
- Анна!
- Да!
Как ты там сказала про викингов?
Что?
Ну, высказывание викингов.
Высказывание викингов?
А, да.
Плен страсти навлечёт возмездье.
Какого хуя это значит?
Да, что это значит?
Мы слишком часто действуем
под влиянием эмоций.
Как-то лецемерно
со стороны викингов говорить такое.
Ну, она имеет в виду, что мы...
что надо сохранять вежливость.
Да пошло оно!
Сжигайте мосты.
Нет, не надо, не надо.
Не надо.
Только так можно нанести
настоящий ущерб.
А что бы посоветовали викинги?
Какой-нибудь топор.
Так, не забудь про викингов, понял?
Будь спокоен...
будь...
спокоен. Держи хаос в узде.
- Я в порядке.
- Класс.
Я буду очень спокойным и вежливым.
Ладно, поехали.
Глубокий вздох, глубокий...
Так вот, где ты прячешься, гандон!
Говорю, так вот,
где ты прячешься, сраный...
- Он тебя не слышит, не слышит.
- Сраный...
Бля, слава богу, он тебя не слышит.
Дэвид, прошу...
Вижу его мелкую рожу и хочется ударить.
Тяжело сдерживать себя.
Знаю, знаю.
- Ты знаешь, что он мудила. И я знаю.
- Нет, он...
но давай сделаем вид,
что этот разговор...
- Не спеши, не спеши, Саймон.
- Да...
Не волнуйся.
Да, нам ведь спешить некуда!
- Только, только...
- Так рад тебя видеть, Саймон!
только прошу, давай постараемся.
Да я... да я белый и пушистый.
Хорошо, спасибо.
Извините! Привет! Привет!
- Саймон!
- Привет, простите за задержку.
- За всю херню.
- Как твои дела?
Да, нет, хорошо. Простите.
Ага. Майкл, привет. Привет.
Дэвид, бог ты мой.
Давно не виделись. Как ты?
Нина мне звонила.
Ясно, хорошо.
Давайте сначала не о делах. Ладно?
- Да, отлично.
- Как ты?
Хорошо.
В смысле, я же в Лос-Анджелесе.
Значит, дело пошло.
"Постановка: Америка"?
Похоже на то.
Как волнующе.
Да, так и есть.
Знаете, я вам многим обязан...
очень благодарен за всё.
Всё не было случая
поговорить об этом, но...
Да брось.
Это безумие.
Ещё бы.
Значит... много новых предложений?
Я с ног сбился. Здесь так много работы!
Я и представить себе не мог подобное.
Ну да, без нас всё это
не было бы возможным,
правда же?
Я...
Дэвид хотел сказать,
мне кажется...
что мы испытываем,
знаешь, большую любовь,
даже чувство собственничества
по отношению к проекту.
Ага, но я написал сценарий.
Слушай, Дэвид очень сильно недоволен
такому вот
подходу к нашим ролям, Саймон.
Он считает,
что мы тоже много привнесли в проект.
Мы думали, мы команда.
Я тоже.
Поэтому было немного обидно
узнать, что мы больше не нужны.
- Конечно.
- Мы приняли это,
но потом...
- когда нам позвонила Нина...
- Ага.
Моя подруга Нина,
моя подруга Нина позвонила мне.
Она сказала,
что остальные члены каста...
- Все члены каста.
- Кроме нас, будут во втором сезоне.
Да.
В смысле, даже ты...
умудрился сохранить своё место.
Ну, я же Саймон.
А я тогда кто? Грёбаный Спартак?
Да, но ты... ты не актёр.
Нет, но я написал сценарий.
Дэвид, Дэвид, викинги!
Викинги, помни про них!
Викинги? Да я мог стать звездой!
Ладно, давайте просто... просто...
Поговорим пока
о чём-нибудь другом, ладно?
Сменим тему.
Саймон, кем ты мечтал стать в юности?
- Режиссёром.
- Нет, в смысле...
Если бы с режиссурой не вышло.
Я хотел быть фокусником.
Дэвид!
Дэвид пытался выучить кое-какие трюки.
- Круто!
- И как ты, умел что-нибудь?
Вообще-то да.
Я был... я был очень хорош!
Да? Что за карта у меня?
Семёрка бубнов.
Да пошёл ты!
Ладно, ладно. Мы можем как-то помочь
тебе, Саймон?
- Чего?
- Помочь.
Нет.
Нет, не думаю.
Нет, это не какой-то трюк.
Мы... мы просто хотим помочь.
Просто...
Что нам сделать? Что нам сделать?
Давай.
Чем нам помочь?
Я бы не стал просить, если бы ты не...
Актёры, которые
рассматриваются на роль Дэвида
и Майкла, они просили спросить
вас, не найдете ли вы время...
- поговорить с ними.
- О чём?
Просто поделиться опытом...
создания такого сериала.
Мы бы...
были очень...
рады помочь.
Правда?
Они наши коллеги.
Ладно, тогда...
- я всё устрою.
- Отлично.
- Я благодарен.
- Нет-нет, спасибо тебе.
Это было нам... это было необходимо,
такая небольшая...
небольшая коллаборация с кем-либо.
Может, ты мог бы...
подробнее рассказать про роль.
Да ты, да я...
я бы дал тебе топором по роже,
а твой череп пригвоздил бы
на форштевень своей галеры.
Хрена с два я буду кому-то объяснять,
как сыграть Дэвида Теннанта,
ты, сраный моллюск с ЧСВ до небес!
Думаю, дальше
будем общаться через агентов, да?
Не смей, сраный...
Я даже не знал, что у нас есть агент!
Семёрка, мать её, бубнов!
Невероятно.
Я перезвонил Саймону и извинился.
- Молодец.
- Сказал, что завтра поговорим с актёрами.
Боже мой, ладно.
Как думаешь, почему мы никогда
так не срывались друг на друга?
Потому что мы питаем
хоть какое-то уважение друг к другу.
- Да.
- Ага.
Мы начинали как коллеги,
а потом стали друзьями...
А потом близкими друзьями.
Разве я не твой лучший друг?
Нет.
- Нет?
- Нет, я не это имел в виду.
Не-не-не, всё хорошо. Просто...
Может, тебе надо поразмышлять об этом...
Нет. А я твой лучший друг?
- Нет.
- Ну вот.
- Нет, но мог быть.
- Если бы что?
Если бы я был твоим.
У меня есть старый друг.
- Я старый.
- Нет, в смысле...
У меня есть друг,
которого я дольше знаю.
Он живёт в Нью-Йорке.
Ясно.
У меня был друг когда-то.
Кто?
Нет, мы больше не видимся.
И вы больше не дружите?
Нет.
Когда ты поедешь в Нью-Йорк,
вы с ним увидитесь?
Да, поэтому я и еду. Он женится.
Что ж, молодец.
А я... я шафер.
Свадьба должна была
состояться раньше, но...
Но всё это... Ага.
Ну, знаешь,
я рад, что смогу поехать.
- Да я был бы рад куда угодно поехать.
- Ага.
Анна давно не ездила в Швецию.
Очень соскучилась по родным.
Ну ещё бы.
Четвёрка бубнов.
Всё, бросаем.
Трюки сложнее, чем кажутся.
Боже, ненавижу их.
Может, попросим Саймона нас научить.


Серия 9

ПОСТАНОВКА
Майкл.
Майкл, у меня есть план.
- Какой?
- Как вернуться в сериал.
Я думал, ты пустил хаос в свою жизнь.
Знаю. Да, но...
- у нас есть шанс.
- Что?
Читать сценарий с новыми актёрами.
- Это шанс.
- Конечно.
Так ты когда-нибудь...
участвовал в саботаже?
[Грязные кабаны]
На валлийском вроде была
крутая фраза
про конец света.
К чему ты это сказал?
У Дилана Томаса точно есть об этом стих.
В смысле... стих.
Ну да. Он написал
"Не уходи безропотно во тьму".
Ну вот.
Я на BBC это записывал.
Правда?
"Не дай погаснуть свету своему".
Кто это написал?
Дилан Томас?
Да... точно. Почему-то
я думал, что это Киплинг.
Что?.. А ты прям разбираешься в поэзии?
Грёбаную классику я знаю.
"Не дай погаснуть свету своему".
Что об этом думаете?
Нет, звучит отлично.
Мне просто интересно,
можно ли прочитать
более театрально.
- Театрально?
- Потому что Майкл читал страстно.
Правда?
- Да, правда.
- Правда?
Не так ли, Майкл?
Правда.
Потому что суть сериала -
добиться смирения.
Если в самом начале мы разрушим
театральные стереотипы,
то думаю, получим простор для роли.
Ладно. Значит, мощнее. Как...
на сцене, типа...
"Не дай погаснуть свету своему!"
Получается, честно. Прямо получается.
Можно ещё мощнее.
"Не дай погаснуть свету своему!"
Вот, великолепно. Фантастика.
А ты знаешь, что там на валлийском?
- Постой. Прости. О чём ты?
- До перевода.
- Перевода?
- Что он изначально написал?
Могу я выразить нашу благодарность?
Рады помочь.
Знаете, просто работать с вами это...
подарок.
Мы просто хотим как лучше.
Знаете, завтра будет читка
перед продюсерами.
- Правда? Ясно.
- Да.
И мы стеснялись просить вас,
ну знаете, для нас это
в новинку, но вы такие проницательные.
Мы рады помочь.
Знаю, мы якобы известнее
- вас.
- Не говори этого.
Ну, всё и так понятно. Давайте
не будем ругаться. Я просто говорю,
это ваш сериал.
- Да.
- В любом случае.
- Слушай...
- Да.
Ник говорил,
что вы можете нас подставить.
У меня массаж через 40 минут,
давайте всё-таки
продолжим репетицию.
Конечно.
Везде наплевал.
Я правильно это говорю?
- Там нет гласных.
- Майкл, это?..
Прости, прости... повтори-ка.
Правильно.
- Я не знал...
- Серьёзно?
Абсолютно.
А я думал...
- Нет, нужно...
- Нужно...
А Майкл же валлиец?
- Да.
- Он валлиец.
Так мне говорить с валлийским акцентом?
А ты можешь?
Майкл, а ты из какой части Уэльса?
С юга. Порт-Толбот.
Да, Порт-Толбот?
Откуда? Баглан или Тайбах?
- Баглан.
- Баглан, Баглан, Баглан.
"Не уходи безропотно во тьму".
Майкл?
- В точку.
- Да! Так и знал.
Больше так не делай.
- Чего ты так со мной разговариваешь?
- Иди нахуй.
- Как?
- Как будто я тебя бешу.
- Не бесишь.
- Спасибо.
Ты чёрная дыра.
Да иди нахер.
Он вообще отказывается готовиться.
- Да что с тобой?
- Ты не знаешь стих.
Не знаешь валлийский.
Ты даже не знал, что Майкл из Уэльса.
- Теперь знаю.
- Ты перед звонком стих читал?
Частично читал.
- Это кружка из "Звёздного пути"?
- Да.
- Круто.
- Чёрт возьми.
Скотти ведь постоянно так делает.
Да, Скотти?
У нас нет шанса
поэкспериментировать и сделать
- по-другому.
- По-другому?
Им не нужно по-другому.
Они были бы рады послушать обе версии.
Они хотят, чтобы я играл Майкла,
потому что
мы похожи.
Я хочу, чтобы они
послушали мою версию Майкла.
Ты не хочешь играть Дэвида?
- Сказать откровенно?
- Да.
Нам кажется,
что Дэвид немного скучноват.
- Скучноват?
- Ну да, он просто плывёт по течению.
И он такой...
- я бы сказал, вялый.
- Вялый. Да.
- Вялый?
- Да, Майкл такой удивительный.
Понимаешь? Майкл потрясающий.
Майкл, можно задать вопрос?
- Да.
- Не позволяй ему себя отвлекать.
Расскажи мне историю о птицах.
- Что?
- В первой серии ты одержим птицами.
И это прекрасно.
То, что ты делаешь -
это так тонко и прекрасно.
- Да, но птиц не было.
- Никаких грёбаных птиц.
Было в голове персонажа.
Давай обсудим это.
Хочу знать, откуда этот страх,
ведь он реальный.
Ладно... Да, они...
они работали в командах.
Да. И ты... ты боролся с ними.
Я боролся. Да.
Ты просто образец физической подготовки.
Да, я собирался стать футболистом.
Это меня совсем не удивляет.
Но он никакой не футболист.
Он трус,
помешанный на Хичкоке, вот кто он.
"Я вижу вас! Пернатые подонки".
"Я вижу вас, пернатые подонки".
"Я вижу вас, пернатые подонки".
- "Я вижу вас!"
- "Я вижу вас!"
- "Я вижу вас, пернатые подонки".
- Похоже.
- Вот так, вот так!
- "Подонки".
Я вижу вас, пернатые подонки.
Боже мой.
И почему мы вообще заморачиваемся?
Дэвид... Дэвид тоже борец.
С чем он борется?
Ну, типа... с безразличием.
"Ты мне не нравишься".
"Ты кажешься скользким".
Майкл, что ты хотел сказать
этими словами?
Думаю... правду.
- В смысле?
- Видишь ли, мне не нравится Саймон.
- Я?
- Нет, Саймон-сценарист.
- Почему не любишь его?
- Ты с ним встречался?
- Нет.
- Тогда встреться.
Дэвид - непростой персонаж.
- Он не выходит из дома.
- Майкл тоже не выходил.
- Нет, он ходил в библиотеку.
- Да, я правда ходил туда.
Нет! Только в грёбаном шоу.
Майкл интересный.
Майкл непредсказуемый.
Да, я и впрямь непредсказуем.
Я могу быть непредсказуемым.
- Давай, сделай что-то непредсказуемое.
- Прямо сейчас?
Да.
Больше нет вопросов.
Не буду играть Дэвида.
И я не буду играть Дэвида.
Я могу его сыграть.
- Мы не можем.
- Ты права. Не можем.
- Мне некогда.
- И мне тоже.
- Парни вряд ли нас поймут.
- Да.
- Если честно, я и не хочу.
- Не хочешь?
В прошлый раз было здорово,
но не думаю, что хочу
- повторять это с кем-то.
- Я передам Мэри.
Но ты соглашайся, если хочешь.
Нет-нет. Либо мы обе, либо вообще никто.
Да, мы же команда, так ведь?
Скорее всего,
они ищут тех, у кого уже есть
- свои партнёры, да?
- Наверное.
Это, типа, иллюзия.
- Расскажу Мэри.
- И как тебе поездка в Нью-Йорк?
Всё постоянно меняется.
- Я хочу сначала заехать в Швецию.
- Увидеться с семьёй?
Да, я не видела Лайру долгое время,
но мы сильно рискуем.
Ситуация нестабильная,
мы можем там застрять.
Разве это так плохо?
Майклу не нравится холод.
Дэвид точно такой же!
- Что это было?
- Не знаю.
У нас есть отбеливатель?
Подожди секунду.
- Всё в порядке?
- Я застала его в ванной,
он пытался постричь себе волосы.
Ясно.
Он сказал, что пытается сделать
что-то "непредсказуемое".
Зачем?
Просто ему кажется,
что жизнь других приходит в норму
- быстрее, чем его собственная.
- Конечно.
Вот такая у нас... каждый день.
Обычное дело.
Сначала мы невероятно близки,
а потом расходимся по углам.
Да нет, это круто.
Просто без первого и второе невозможно.
Что ж! Неплохой выдался денёк.
- По-моему, он был просто ужасным.
- Это был твой план.
Да, план был хорош,
но их слова просто ужасны.
Я бы из-за этого не парился.
Конечно, ты бы не парился.
Ты ведь самый крутой персонаж
с момента появления "Короля Лир".
Ну хватит!
На сайте SparkNotes меня описали
одним словом - "вялый".
Дэвид, ты не вялый.
- Дэвид, ты не вялый.
- Совершенно бесполезный.
Слушай, они говорили не о тебе.
Они говорили о твоём персонаже.
Но ведь я его основа!
Но вы же сильно отличаетесь.
Назови хоть одно отличие.
Чёрт возьми.
Офис Мэри.
- Так.
- Том хочет с нами поговорить.
- Какой ещё Том?
- Помощник Мэри.
Да?
Ладно. Отправлю ему ссылку.
- Ты выше.
- Я выше?
В шоу ты выше.
То есть, в реальной жизни
я ещё менее впечатляющий.
- Привет, ребята!
- Том!
- Майкл!
- Привет, Том.
Дэвид!
- Как твои дела?
- Просто охрененно.
Спасибо, что поинтересовался.
- Меня об этом даже не спрашивают.
- Да ты чего.
- А ты как, Дэвид?
- Я вялый карлик.
- Ты отлично выглядишь.
- Спасибо.
- Тебе это идёт.
- Спасибо.
- У меня тоже всё хорошо.
- Майкл, нет времени на это.
Ребята, я быстро введу вас в курс дела.
Мэри просила передать, что Ник и Саймон
очень благодарны вам за время,
которое вы уделили
- им сегодня.
- Круто.
Круто.
Круто.
Но они решили уйти из проекта.
Знаю.
Знаю, мне очень жаль.
Ну и в жопу их, да?
- Команда уже ищет новый дуэт.
- Новый дуэт?
Она хочет встретиться
с вами обоими завтра.
Это... это замечательно.
Это замечательно.
- Дэвид, у тебя та же электронка?
- Конечно.
Отлично.
Майкл, у меня нет
никаких твоих контактов.
Можно всё отправить
на твой майспейс аккаунт?
У тебя нет контактов?
Ты мой агент,
и у тебя нет контактной информации?
Но у меня есть
майспейс аккаунт валлийской группы,
- в которой ты пел.
- "Грязные кабаны".
Верно. "Грязные кабаны". Точно.
Я зашёл в аккаунт. Сейчас напишу.
Мне открылась страница
другой твоей группы
на майспейс, Майкл.
Сколько у тебя было групп, Майкл?
Ну, после... после "Грязных кабанов"
- были "Уродские панталоны".
- А они есть на Spotify?
Может, я...
Ты можешь. Майкл,
знаешь, что у меня есть? Это ты?
НастоящийДэвидФрост@AOL.com?
- Это не я.
- Он говорит как ты.
Могу прочитать его письмо.
"Приветики-приветики. Это я, Майкл.
Ты знаешь, какой я крутой.
Я бы снялся в рекламе "Дюрасел".
Тащусь от батареек".
Похоже на тебя, Майкл.
- Очень похоже на тебя.
- Сейчас пролистаю. Tenet.
- Можно попасть на прослушивание Tenet?
- В смысле, Теннанта?
Да. Нет. Tenet то есть "Довод".
Новый фильм Кристофера Нолана. "Джокер"?
А на "Джокера" тебя звали?
Тут пишут, что звали.
Никуда из этого не звали.
Обычно его путают с Мартином Шином.
Он как раз тот, кто всем нужен.
Ага, понятно.
Значит, я скину всё Мартину Шину.
Нормально?
Так и сделай, Том. Так и сделай.
Спасибо, ребята. Я отправлю вам ссылку.
Речь пойдёт про новый дуэт?
Нет-нет, она хочет устроить сессию,
как сегодня с Саймоном и Ником.
Бог весть, что это значит.
Ладушки, до встречи!
"Она хочет устроить сессию,
как сегодня с Саймоном и Ником".
Бля. Да.
Тревожный звоночек.
Жаль, что мы вылетели из "Постановки".
- Мне тоже.
- Это мои внутренние демоны, понимаешь?
Да, мои... тоже.
Да ты задрот!
Чёрт побери.
Когда мы решили,
что игра - это способ решить спор?
После фильма про инопланетянина?
А названия наших фильмов помнишь?
Не-а.
Из-за этого мы и спорили, да?
Чьё имя будет сначала.
- Я помню.
- Да, да. Детский сад.
Если снимем ещё фильм,
то твоё имя будет первым.
- Не!
- Я настаиваю.
Нет, ни в коем разе.
- Не надо.
- Если сомневаешься, то пиши по алфавиту.
Я знаю про это. Все про это знают.
Фрост идёт вперёд Пегга.
- Есть исключения.
- А Ник идёт вперёд Саймона.
А... а какое у тебя второе имя?
Джон.
И у меня Джон.
Да ладно. Я ты говорил это раньше?
Видимо, нет. Всё равно ты будешь первым.
Нет, ты.
- Я обязан тебе всем!
- Ты... ты смешнее.
Знаю.
И ты симпатичнее.
- Знаю.
- Ты лучше всех.
Ага, знаю.
Блин, я скучаю, приятель.
Блин, я тоже скучаю.
Я рад, что мы не в "Постановке".
Я тоже.
Можешь себе представить?
Что мы докатимся до такого?
Да я не верю, что они друзья.


Серия 10

У тебя бывает,
что ты так поглощён своими мыслями,
что буквально тонешь в них?
- Нет.
- Медитацию практикуешь?
Мне это не нужно.
Я очень спокойный человек.
Совесть не давила на тебя тяжким грузом?
Не-а.
- А так бывает?
- Не знаю.
Ты делал что-нибудь плохое?
- Бля, да постоянно.
- Тогда да, ты должен знать.
Что там с Нью-Йорком?
Думаю, может, попросить помощи у Мэри.
Да? А что она может сделать?
У неё есть связи.
- Что-нибудь знаешь про Италию?
- Румынию.
А я знал про Румынию?
Не знаю, в смысле,
просто тыкни в глобус и...
- Ну ладно, про Румынию.
- Не знаю.
Обычно кто-то другой
узнаёт всё для меня.
- Вроде смогу ездить на машине.
- А ты умеешь?
Обычно меня кто-то возит.
Знаешь, ходят слухи,
что Мэри убила одного из клиентов
его же Золотым глобусом.
Да бред какой-то!
Сам сказал, у неё есть связи!
Я про авиакомпании.
- Говоришь как параноик.
- Я не спал.
Так иди вздремни!
- Вдруг она нас уволит.
- Нет!
- Нет?
- Обоих точно нет.
Ты меня под колёса автобуса бросаешь?
- Что?
- Да? Отвечай на вопрос.
- Ты бросаешь меня под автобус?
- Ну, это же была твоя идея.
- И ты ей расскажешь?!
- Нет, наверное!
В смысле "нет, наверное"?!
Наверное, я не расскажу,
- да и вряд ли она будет злиться.
- Да, но вдруг будет.
- Но это была твоя идея.
- Она меня уволит!
Да не уволит!
Я не могу остаться без агента,
не сейчас.
Бля! Бля!
А Ник Фрост и Саймон Пегг -
это её клиенты?!
- Нет. Не её!
- Бля!
- Она с меня шкуру сдерёт!
- Они не её клиенты.
- Ты... ты уверен?
- Абсолютно!
Мне нужна работа.
Мы переживём это вместе.
Обещаешь?
Обещаю.
- Слова скаута?
- А пионер пойдёт?
- Да.
- Честное пионерское.
Это священная клятва любого ребёнка.
Не смейся над ней.
Я приношу тебе клятву...
Скажи на валлийском.
Торжественно клянусь...
аминь.
- Это просто тарабарщина на валлийском?
- Да.
[Божечки-кошечки, Дэвид!]
Саймон не умеет писать
женских персонажей.
Прости, Люси.
Не-не, правда не умеет.
Я никогда не называю никого "чиками"
Он совсем не понимает женщин?
- Думаю, он запутался.
- Но у него есть девушка.
- Да, знаю.
- Может, он исправится.
Да, но сцена нам нужна сейчас,
нет времени ждать, пока он повзрослеет.
Пробежимся по тексту?
Будем вносить правки в процессе.
Может, всё не так плохо.
"Привет, чики!"
А о чём ты его просила?
Написать про мою благотворительность.
Подумала, будет здорово ввести в сюжет
через скетч в стиле "Постановки".
- Ага, класс.
- Я подумала: "Точно!
Попрошу сценариста "Постановки"
написать нам что-нибудь".
Вот, что он написал. Для нас, для меня.
Что-то я уже на "чиках" впечатлилась.
Ещё тут "дорогуша", "сучки",
а потом "детка".
Никто не зовёт друг друга "детками".
- Майкл так зовёт Лайру.
- Он просто не помнит её имя.
Саймону просто не хватает...
понимания.
- Он же твой брат!
- Это не что-то наследственное.
- Он не самый запущенный случай.
- Нет.
Однажды я играла персонажа,
которую описали как
"с счастливой грудью".
Как-то на съёмках мне дали указание:
"Твои ягодицы глубоко шокированы".
И как ты сыграла это?
Предложила нарисовать на них
выпученные глаза.
- И как получилось?
- Никак, это вырезали.
Продолжим читку. Надеемся на лучшее.
- Привет, чики!
- Рада вас видеть, девули!
Прив, сучки!
Ебать-колотить, это ужасно.
Могу я... могу я внести правки?
Может, оставим оригинал?
Там гораздо лучше.
- Я сейчас гляну.
- А ты не занята?
Да это нетрудно,
Саймон же как-то справляется.
Детка, не освободишь комнату
минут на 20?
- Нет. Зачем?
- Нужно.
- Кажется, на меня будут орать.
- Привет, Дэвид.
Привет Люси, Анна. Всё путём?
Привет, ты как?
На меня будут орать. Пустишь сюда?
- А ты пометил бронь в календаре?
- В календаре?
Который на холодильнике.
- Нет.
- Тогда тебе нельзя занимать комнату.
- Но она нужна мне!
- Зачем?
- Повысить свой статус.
- Иди к себе.
Я не знал про календарь на холодильнике.
Это нововведение, ты пропустил собрание.
Это нечестно.
Секундочку!
- Ага.
- Сколько осталось?
- Пара минут.
- Отлично.
Переживём это вместе, да?
Да, как и всегда!
- Какого хрена?
- Что?
- Зачем ты напялил рубашку?
- Набиваю себе цену.
Сколько тебя знаю,
впервые вижу в рубашке.
Ну когда-то я точно её надевал.
Зачем ты надел рубашку?
Ты не вылезаешь из худи,
но это не значит...
Хочешь впечатлить Мэри, да?
Нет!
Засранец.
Что? А это зачем?
Дизайнерский штрих.
- Декорации ставишь?
- Это рекламные материалы.
Боже, ни стыда, ни совести.
Подумал, что фон как-то пустоват.
Так лучше.
- Ты куда?
- За книгами.
- Какими?
- Из моей библиотеки.
Ты про сраные "Сумерки"?
Общие сборы три миллиарда, так-то!
Засранец!
Нет-нет,
не смей приносить "Гарри Поттера".
Не вздумай приносить "Гарри"... Ладно.
Это Лайра там?
Можно потише, пожалуйста? Она спит.
Ты используешь дочь как преимущество?!
Просто я заботливый отец.
- И что делаешь?
- Помогаю ей спать.
Но она уже спала!
- Привет!
- Привет, Том!
Привет!
Боже, Майкл, ты сам костюм погладил?
Да там просто награды раздавали...
Ты выиграл награду? Какую?
Кстати о наградах,
божечки-кошечки, Дэвид!
Что это там на фоне?
Эти малышки? Да так, мелочь...
Боже мой, повеяло "Доктором Кто".
Что там ещё есть?
Да ты просто талантище!
Буквально парочка.
Остальные в другом месте стоят.
Простите, а вы?.. Простите, парни.
Не могли бы вы потише?
Ребёнок спит.
Она вообще в коляске?
Да.
Можете не шуметь?
- Покажешь её?
- Да, покажешь?
Я не хочу будить её.
Не будем беспокоить.
Я буду тихим, Майкл.
У тебя есть дети, Том?
- Нет, я бесплоден.
- Ясно.
Так, Мэри готова поговорить с вами.
Том, пока ты не подключил её...
эта история
про Мэри и Золотой глобус, это...
такая глупость, да?
Ты про что?
Про клиента с Золотым глобусом,
что она...
Официально ничего не доказано.
Про Голливуд много болтают... Знаете,
доказательств нет.
Не знаю, зачем я рассказываю.
Доказательств нет.
Ладно. А в каком она настроении?
- Очень даже.
- Очень плохом или хорошем?
Как обычно.
В позитивном или негативном ключе?
Майкл, ты его слышал?!
"В позитивном или негативном ключе?"
- Я не...
- Как обычно, ну!
- Дэвид!
- Ладно.
Он дурачок.
Это же Мэри, Дэвид!
Ага.
Как мне этого не хватало.
Я надеялся, что вы забросите
в меня смешинку, так и вышло.
Майкл, ты должен выучить пару шуток!
- Это тебе поможет.
- Том.
Не придётся так париться об остальном.
Том, Мэри любит детей? Очень любит?
Прости, Майкл, ты говоришь бессмыслицу.
Если я возьму ребёнка...
Как в "Короле Льве"?
Или будешь качать? Обозначь позицию.
Я возьму, возьму её вот так.
Ты понял?
Так Майкл Джексон любил делать,
- лучше не надо.
- Я тоже могу принести ребёнка,
- если это поможет.
- Сколько твоему, Дэвид?
- Расскажи скорее!
- Столько же. Ей тоже годик.
Боже мой, это же!..
Да у Дэвида столько этих детей...
они значат для него меньше,
чем для меня моя Лайра.
Моя любовь сильнее.
Ладно, я пошёл. Желаю хорошо отметить
бар-мицву вечером, Майкл.
Ты ведь поэтому так нарядился.
До встречи.
А вот и Мэри!
Как там малышка, Дэвид?
Я?
- Нет, ты.
- Я Майкл.
Майкл! Я думала, ты Дэвид.
Не-а.
Как там малышка?
Она спит.
Почему она тут с нами?
Я забочусь о ней.
- У тебя есть дети, Мэри?
- У меня есть клиенты.
Саймон и Ник больше не в проекте.
- Ага.
- Да, мы слышали.
Кто из вас объяснит, что случилось?
А они что сказали?
- Что вы мудилы.
- Правда?
- Они так сказали?!
- Общая выжимка их слов.
Что вы натворили?
Вы же что-то сделали. Что именно?
- Это всё Дэвид.
- Серьёзно?
Что ты сделал?
- Ну, Саймон и Ник общались с нами.
- Через Дэвида.
- С нами обоими.
- В основном с тобой.
- Ты дашь мне сказать?
- Ты вспотел?
- У тебя лицо блестит.
- Правда?
- Ты болен? Ладно, продолжай.
- Я говорил, чтоб он поспал.
Саймон и Ник связались с нами обоими
и спросили, можем ли мы созвониться
и ответить на их вопросы.
А потом Дэвид предложил...
Нет, я не... Я не предлагал,
- я просто пошутил.
- Нет, ты не шутил.
- Это была шутка.
- Нет, это был план.
Это шутка,
а Майкл воспринял её серьёзно.
Нет, ты планировал саботаж!
Саботаж? Зачем?
Мэри, можно я выдвину идею?
Бля, что ты только что сказал?
Возможно ли нам запустить процесс,
чтобы ты воистину благоволила нам?
Чего-чего?
Смотри, мы с Майклом не заняты.
Так? Саймон и Ник...
честно говоря,
они не подходили сюда изначально,
разве нет? У них бородатый юмор.
Это кривляние...
Вы поняли. На любителя.
Теперь они ушли, а мы можем вернуться.
Мы создатели, а ещё твои клиенты.
Саймон и Ник тоже мои клиенты.
Правда? Понятно.
Они прекрасные актёры.
Да-да, конечно.
Как сказал Майкл...
Знаете, их ценность
в разы превосходит вашу.
Секунду... это про нас обоих речь?
- Да.
- Или скорее про одного из нас?
- Нет, про обоих.
- Я талантливый!
Но они собирают огромную кассу.
"Гарри Поттер"
собрал почти десять миллионов.
- Ты был в одном фильме!
- Ты не помогаешь!
В одной сцене!
А ещё в флэшбэке!
А я был, на минуточку,
в четырёх частях "Сумерек".
- А я "Доктор Кто"!
- Уже нет, малыш!
Но у меня ещё есть People's Choice Award!
Я поверну её на бочок
и отправлю
прямо в твою валлийскую сраку!
Там этой награде и место,
там ей и место, прямо у моей параши!
От себя лично добавлю:
вы оба меня опозорили.
- Как?
- Саймон и Ник
говорят с аудиторией.
- Мы тоже можем. Мы будем говорить.
- Ага.
С кем?
С оборотнями... в "Сумерках"?
С "Гарри Поттером"?
Со спящим ребёнком?
Вам не с кем говорить.
- Прости, Мэри.
- Прости, Мэри.
Вот, как мы поступим:
вы снова будете помогать на чтениях
с новыми кандидатами на роль.
Будете вести себя вежливо
и профессионально.
И сделаете всё это, блять, бесплатно.
- Конечно, ясное дело.
- Да-да.
Я улажу вопросы кое с кем,
но вы, два придурка, покажете,
что умеете работать с другими людьми.
- Вы меня поняли?
- Так точно.
А есть малейший шанс,
что мы сможем сыграть себя?
У меня было больше сцен.
- В "Гарри Поттере"? Их вырезали?
- Да, изначально они были.
- Они их переписали.
- Без тебя.
Без моего персонажа, да.
- Их вырезали.
- Внесли изменения.
- Мы ценные. Да.
- Ещё какие!
- Что же теперь делать?
- Вести себя хорошо.
Тебя когда-нибудь вырезали?
- Однажды.
- Да, где?
- В "Золотом глазе".
- "Золотой глаз"? Что ты там забыл?
Знаешь, он там говорит:
"Бонд. Джеймс Бонд".
- Ага.
- Это был первый раз Пирса Броснана,
они хотели,
чтобы он повторил реплику дважды.
Ясно, а ты что делал?
А я говорил: "Повтори".
- И?..
- Он повторил.
Ясно.
Бонд. Джеймс Бонд.
Повтори.
Бонд. Джеймс Бонд!
Снято.
- Они вырезали это?
- Да.
Засранцы. В тирах не упомянули?
Не-а.
Теперь мне нельзя играть Бонда!
- Да?
- Ага, такое правило.
Поэтому мне не предлагали
роль в последних частях.
А, поэтому? Ясно.
Как-то ходили слухи,
что меня рассматривали на роль Бонда.
Ходили слухи?
"Бывший Доктор Кто поменяет ТАРДИС
на смокинг". Что-то такое.
Ага, а ещё они
прифотошопили мою голову...
- Типа, как у победителя соцопросов.
- Ага.
Да, это был
не самый качественный фотошоп...
но сам принцип был ясен.
А тебя не рассматривали в "Доктора Кто"?
- Да почти взяли.
- Да ладно?!
Предложение было.
И что случилось?
Не знаю, они внезапно передумали.
Сказали, что пойдут по другому курсу.


Серия 11

- Может, я и правда вялый.
- Боже.
Ну, нет.
- А что если да?
- С чего бы?
Поскольку я парю сквозь время
словно песчинка...
я вроде бы существую...
но меня будто бы нет.
Ну и когда ты успел
превратиться в поэта?
Я боюсь превратиться в невидимку.
Я боюсь стекла и электричества.
- Ага.
- То есть лампочки - это просто ужас.
- И смерти.
- Ага. Ясно.
От этой тишины мне только хуже.
Тебе нужно с психотерапевту.
У меня есть ты.
- Меня исключили.
- Разве? Почему?
- Полная некомпетентность.
- Самое время.
Ага. Знаешь,
ты действительно стал более...
самосозерцательным что ли.
- Да ладно?
- Не пойми меня неправильно.
Тебе всегда нравилось говорить о себе.
Мне есть о чём.
Но сейчас ты стал каким-то...
Каким?
- Немного...
- Ну?
- Скучным.
- Скучным?!
Утомительным.
Ты сейчас просто обзываешься.
- Хочуха.
- Лишь потому что ты не слушаешь...
Я только и делаю, что слушаю.
В прямом смысле, я слушаю и слушаю
каждую секунду, каждый день...
- Но ведь это же интересно.
- Тебе.
Я вообще-то интеллигент.
С чего бы вдруг?
Я аж целых два раза был в шоу Countdown!
Я просто... переживаю нечто такое.
- Мне пора идти.
- Что? Уже?
- Да, прости. Время вышло.
- Да мы сидим-то всего минут 40.
У меня другой созвон.
- С кем?
- Нью-Йорк.
Понятно, по свадьбе.
По свадьбе!
А я никогда не был шафером.
О господи.
[Серия пятая]
[Мангуст и Бородавочник. Часть первая]
Я знаю, что шутили об этом,
и о том, сколько тут было импровизации,
и мне понравилось, как и многим другим.
- Это забавно, но...
- Ты сказал 30%?
- 30?
- Как минимум.
Десять максимум.
Ну, 25.
Это не переговоры.
И Гамлет, это точно моё.
- "Выдвинуться на 2468 шоссе"
- Ага.
Кружка в кадре. Тоже моё.
Ебучая дискотека.
Ну, весь кусок же, да?
Он целиком шёл, постановочный полностью.
Слушай, мне вообще сложно вспомнить,
что шло по сценарию, а что нет.
То есть... не важно,
сколько там процентов,
импровизация тащит!
Потому что только и говорят, что о...
танцах с куклами.
Да. Можно и без этого было обойтись.
Людям нравится. Про это мемы делают.
- В независимости от процентов...
- Десяти.
Без нас бы ничего не случилось.
Но я же всё написал.
Я сидел за компьютером, прямо за этим,
и писал, неделями писал, всю эту хрень.
А мы взяли и всё улучшили.
Так, другие Дэвиды и Майклы
прочитали сценарий
и они хотят кое-что поменять.
Они кое-что записали.
Но мне нельзя было
присутствовать при этом,
потому что они не верили,
что я имею к этому прямое отношение.
- Почему?
- Потому что ты им так сказал.
Ты сказал им,
что я ничего не писал. Сам сказал.
- Когда?
- Да всегда! В каждом интервью!
Мы ничего не присваивали в тех интервью.
- Прямо ничего?
- Ну почти.
Сегодня вы читаете сценарий
с Майклами и Дэвидами.
Да, хорошо. Я читаю с Майклами.
А я читаю с Дэвидами.
Прошу прощения,
что тебе будет скучно, Майкл.
Да как-нибудь справлюсь.
Можно попросить вас об услуге?
Узнайте, что в их заметках,
что они думают?
- Да, наверное.
- Спасибо.
И, может быть, упомяните меня ещё.
Упомянуть?
Мы делаем это по принуждению.
Это для нас будто наказание какое-то.
Это наши общественные работы.
Я не прошу вас врать.
Не просишь нас врать...
Так значит, чего именно
ты просишь, Саймон?
Просто...
скажите, что я написал сценарий.
- Мне не нравится.
- Саймон Эванс написал сценарий.
- Я не хочу этого делать.
- Ага.
Я прочитаю, но у меня есть опасения.
- Какие?
- Жестокий он.
Жестокий?
Unbarmherzig.
И что это значит?
Беспощадный, жестокий, немилосердный...
- Он же должен быть забавный.
- Ну вот нет.
- Нет? Ладно.
- Он язвительный.
- Прочитаем тогда?
- Да, конечно.
Это сцена, где мы смотрим на
фотографии, я выберу одну,
я называю номер.
Читаю с начала страницы.
"Что насчёт второй,
первой, четвёртой, пятой?"
- "Это макияж?"
- "Немного базы, а что?".
- "У тебя как будто язва".
- "Да ну не".
"Зачем ты делаешь эту штуку с губами?"
- Какую штуку?
- По тебе будто проходит линия.
"Как у куклы, знаешь?"
"Ты улыбаешься точно так же"
"Да, но у меня есть огонёк в глазах."
У меня глаза сияют!
- "Нет, твои глаза тусклые."
- Тусклые?!
- "Ты как унылая Горгона"
- Иди нахуй.
Ну вот видишь?
Я хочу убедиться, что
не приму всё близко к сердцу.
- Да это херня какая-то!
- Успокойся.
Почему? Потому что когда я на эмоциях,
я звучу как мультяшка?
Да, это я тоже про тебя слышал.
Я сегодня написал сцену, где я сру
на твою огромную уэльскую
лохматую башку!
Так, хорошо, хорошо.
Мне больше нечего сказать.
Может, есть какие-то вопросы?
Или я могу с чем-то помочь?
Ваш... сценарист.
Наш сценарист Саймон Эванс.
- Он ненавидит шотландцев?
- Не думаю.
Дэвид он только и делает, что ноет.
Не думаю, что тут был какой-то намёк.
Не может быть. Не может быть, что Дэвид
ведёт себя так на самом деле.
Да ведь?
Он потом зовёт меня мультяшным.
Но ведь Майкл же мультяшный.
У него в подвале аквариум с акулами,
замок в вулкане.
Я уже и так много сделал.
Да, уж поверь.
Послушайте. Да?
Что бы они там не говорили,
Майкл - это картонная кукла.
Просто стереотип лентяя.
- А вот Дэвид настоящий человек.
- Да! Именно так!
Дэвид - настоящий человек.
С настоящими проблемами.
Он пытается установить связь.
Да, он действительно пытается!
Несмотря на расстояние,
странные технологии,
он просто хочет, чтобы его выслушали.
Ага. А Майкл просто не замечает этого.
- Он социопат.
- Ага. Никогда не думал об этом.
Я же звучу как мультяшка?
Вы пробовали использовать
систему действия?
Нет, не думаю, нет.
Вы продумываете какое-то
действие на каждую реплику,
что-то, что он или она будет делать.
- Если это сделает действие более живым...
- Хорошо.
Давайте попробуем...
У тебя есть сцена, которая
начинается с Дэвида с поднятой рукой?
Знаете её? Я буду... Джо.
Так... ладно.
- Дэвид.
- "Майкл просто невыносим".
Хорошо, здорово... что делает Дэвид?
Ноет.
Будет лучше, если
рассуждать в плане того,
что он делает по отношению
к другим персонажам.
- Ага, хорошо.
- Как он взаимодействует с Майклом?
Ноет.
Ладно.
- Так, ладно. Давайте просто...
- Продолжим? Да...
- Давайте другой кусок? Что у нас там...
- Ага...
- У вас там что-нибудь есть?
- "Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста"!
Что он пытается сделать?
Осквернить память
Роберта, мать его, Брюса.
Когда мы снимаем?
Всё должно быть готово через две недели.
Я свободна. И я.
- Всё в онлайне будет.
- Здорово.
Парочка скетчей и аукцион знаменитостей.
У меня столько времени.
Очень много.
Я сорвалась на Дэвида недавно.
- Что? Почему?
- Он сделал... кое-что.
- Майкл тоже страдает.
- То есть?
Но плохо спит.
- Дэвид скрипит зубами.
- У Майкла головные боли.
Есть идеи почему?
Надоело сидеть дома,
он хочет со мной в Нью-Йорк,
хочется обниматься, поднимать тосты,
держать Лиру на руках,
показывать её всем.
Он с кем-то общается?
- С психологом.
- Да, возможно.
Он общается с Дэвидом.
Думаю, здорово,
что они есть друг у друга, правда?
Ну, персонаж Дэвида получается плоским.
Ну и... отлично. Таков характер Майкла,
в этом всё дело.
- Правда, ты уверен?
- Да, да, да, таким он нам открывается.
Нет, мне он представляется
более глубоким, более фактурным.
Как думаешь?
Слушай, весь секрет в импровизации.
Главное - слушать.
- Хорошо, ладно.
- Слушать и отвечать.
- Но ты хочешь, чтобы я был забавным.
- В идеале да.
Слушай, думаю, будет лучше,
если я буду придерживаться сценария.
Мы всегда так делали, и срабатывало.
Разумеется, но, понимаешь, Саймон...
сценарий отправил мне
Саймон Эванс, так что...
Да, это понятно, но то,
что написано на бумаге, лишь костяк,
- мы должны развить мысль дальше.
- Хорошо.
Секрет в деталях.
А я думал, секрет в импровизации.
Ну, их... несколько.
- Ладно.
- Это перила?
- Да.
- Так ты сидишь у ступенек лестницы?
Да, тут удобнее,
здесь свет падает удачно.
Просто... да, всё в порядке.
Никогда не бывал у тебя.
Я думал, интерьер будет пошикарнее.
Да, да. Дом довольно старый, Дэвид.
Из чего они сделаны?
- Из обычного пластика.
- Правда?
Я готов, только скажи.
В "Аббатстве Даунтон" всё иначе, да?
Прочитаем пару реплик?
Так, ладно.
Кен Джонг...
моё резюме у вас, и...
Я Дэвид.
Редкостный придурок.
Майкл просто невыносим.
У тебя как будто язва.
А можешь поменять настрой?
- Да, хорошо.
- Чуть больше доброты.
Да, понял,
просто говорить чуть-чуть подобрее.
Нет-нет-нет.
Не просто говори, вложи в это мысль.
- Давай ещё раз, с самого начала.
- Хорошо.
"Что насчёт второй,
первой, четвёртой, пятой?"
- "Это макияж?"
- "Немного тоналки мазнул".
- Восхищаюсь твоей красотой.
- Отлично. Так намного лучше.
Нелегко вам, наверное.
- О чём ты?
- Ну, вновь и вновь переигрывать сцены,
наблюдать за кучей людей,
которые повторяют одни и те же фразы,
пытаясь изобразить вашего лучше друга.
Мы с ним не лучшие друзья.
Простите, я подумал...
У меня есть друг в Нью-Йорке.
Но всё-таки...
странно это, при всём уважении.
Будь я на вашем месте,
творил бы глупости.
Ну, например, орал бы на птиц,
чирикал на них...
Никто так не делает.
Вопил бы о самых потаённых страхах,
связанных с ним.
Просто он не понимает.
Знаете, я давно
за вами наблюдаю, и вы ангел,
а он... он не осознаёт
всей вашей гениальности.
Будто он... ну, понимаете, он такой...
Майкл, слушай,
я так завидую твоей гениальности.
Как мне стать таким же великим, как ты?
Я не дотягиваю до твоего уровня, правда?
Я не так велик, как ты.
Не стоит сравнивать нас,
ведь это не соревнование.
Пойми, что мы не...
мы же не на конкурсе талантов, так ведь?
Я и не говорил,
что это конкурс талантов. Дело в том...
что я хочу, чтобы у меня было то,
что есть у тебя. Я хочу тебя!
Чтобы у меня было то же, что и у тебя.
Просто дай мне то, что я хочу, ну?
Нет, всё не так устроено.
Понимаешь, актёрская игра -
это энергия, сгусток энергии.
Шар, которым ты перебрасываешься,
когда играешь,
понимаешь, о чём я?
Нет, всё не так.
Важнее всего иметь самый большой шар,
самый яркий сгусток!
Пошёл нахуй! Сам пошёл!
Пошёл нахуй, понял?
Сам пошёл нахуй, понял?
Должен сказать, кажется мы
идём вразрез с духом...
Нет-нет, всё хорошо.
Уже лучше. Сосредоточься.
- Не теряй, держи в голове, хорошо?
- Ага.
- "Я вялый".
- "Ты не вялый".
"А что если да".
Но если ты чувствуешь себя вялым, то...
почему?
Я парю сквозь время, словно песчинка...
я вроде бы существую,
но будто бы меня нет.
[Постановка]
Я вижу, что вам очень грустно.
Я в порядке.
Нет, не в порядке.
Нет, в порядке.
Нет, не в порядке.
Нет.
Майкл, вас тревожит
что-то очень глубинное.
Мы идентифицируем себя через отражения,
через то, как окружающие видят нас.
Но у вас нет никого, кто бы вас окружал.
Вы правы.
Я скучаю...
по близким контактам.
Шведские столы.
Давай-ка вот так.
Майкл просто невыносим!


Серия 12

ПОСТАНОВКА
Привет?
Есть кто?
- Привет.
- Привет!
Что происходит?
- Что, разве не ты мне звонила?
- Нет.
- Майкл?
- Что?
Ты звонил Дэвиду?
Да, я пытался ему дозвониться,
но потом передумал.
Почему?
Я подумал, что если мне захочется
потока бессмысленного дерьма в уши,
можно просто опустить голову в унитаз.
- Он говорит...
- Да, я его слышала.
Ему просто нужно выговориться.
Если хочешь, можешь передать ему про унитаз.
Хорошо, ладно. Если бы ты...
могла отправиться куда угодно,
куда бы ты поехала?
- В Камбоджу.
- Ага.
Еда, культура.
Всё так необычно.
Там среди холмов есть храм,
это самое тихое место,
где я когда-либо была.
- С кем ты разговариваешь?
- С Анной.
Пусть она передаст ему, что он говнюк.
А ты бы куда отправилась?
Наверное, поехала бы в тур
на машине по Европе.
Очень смело!
Начала бы с Австрии.
Обожаю Австрию.
Потом, думаю, в Чехословакию,
затем в Польшу.
Какой-то у тебя нацистский маршрут.
Да, но... нет, я эти страны
не потому предложила.
Конечно.
- Может, заехала бы в Париж.
- Так только ещё хуже.
- Ты передала ему про дерьмо в ушах?
- Я всё слышу!
- Чего?!
- Я тебя слышал!
- Ты слыхала про тест Бехдель?
- Нет.
Ясно. Короче, он показывает,
содержит ли эпизод хотя бы двух женщин,
которые обсуждают что-либо,
помимо мужчин.
Передай Майклу, что я никогда
не буду с ним разговаривать, пока я жив.
Передай Дэвиду,
что это лучшая новость за сегодня.
[Серия шестая.
Мангуст и Бородавочник. Часть первая]
Тебе меня слышно оттуда?
Хорошо. Просто, ну блин,
странно, ты у меня где-то в самом углу,
но, может, мы... может, я как-нибудь
справлюсь с этим... Ладно.
Ты хочешь... хочешь прочитать...
прочесть текст?
Да в этом ноль смысла.
Они переписывают
персонажа Майкла, кое-что меняют.
- Почему?
- Потому что он психопат.
Погоди, ты что, не шутишь?
Мне выражение лица не очень видно.
Это прикол?
Почему ты говоришь, что он психопат?
Джим, ты хоть читал сценарий?
- Да, я его прочёл.
- Ну и как тебе, расскажи.
- Мне очень понравилось.
- Серьёзно? Ладно.
Слушай... лично мне,
Дэвид, персонаж Майкла
кажется очень правдоподобным.
Нихрена он не правдоподобный.
Нет, в смысле, в комедийном плане
он возвышенный.
Преувеличено для комедийности.
А на самом деле
он ёбаный мудила, вот он кто.
- Я не заметил. Так он мудила.
- Ага.
Это крайне удивительно, в плане...
где... с чего ты взял, что он мудила?
Нет-нет, он не интересный мудила.
Его персонаж
не загадочный и многогранный.
Он совершенно плоский мудила.
Он примитивное мудло.
Наипримитивнейший из всех мудил,
что ты встречал.
А ты можешь поточнее сказать,
где именно ты увидел
в сценарии... что он прям точно мудила?
От чего мне отталкиваться?
Он говорит, что у меня как будто язва.
Ага, язва. Так...
Затем он сравнивает меня с маппетом.
Это же забавно... ну, в смысле...
наверное, это резко.
- Мудила.
- Говорит, что у меня глаза тусклые.
Мне кажется, это всё
просто шуточки такие.
Мы же ведь... мы все всегда добавляем...
привносим в сценарий
что-то своё, что делает его забавнее,
но при этом как бы никого не унижает.
И у тебя глаза... немного воспалённые.
- Ясно.
- Даже мне видно.
Они как портал в бесплодную землю,
выжженную и засушливую?
Похожи? Ну как,
видишь там выжженную землю?
Тебе всё там видно?
Нет, я не вижу...
Мне кажется, в этом что-то есть,
и они обязательно добавят
при дальнейшей работе.
В плане, будто ты не играешь роль.
- Я не...
- Конечно же, нет.
Послушай, я вот что думаю.
Думаю, твоё восприятие Майкла -
лишь ответная реакция
на его... нападки.
- Нападки?
- Да.
Потому что его чувства задеты.
Верно. Джим, а ты хоть
сценарий-то читал?
Дэвид, а ты сам-то?
Всё, что мы видим,
совершенно не совпадает.
- Я прочитал все свои реплики.
- Дэвид ему лгал.
Но только в сериале.
Да, ты лгал ему в...
да о чём мы вообще говорим?
- Да так, забей.
- Ладно.
То есть Майкл страдает,
потому что чувствует потерю связи
со своим лучшим другом.
- Да?..
- Да. И это ужасно мило.
В смысле, Дэвид - часть Майкла,
но его сейчас нет рядом.
И Майкл тоже часть Дэвида.
Их отношения - симбиоз.
Людям нравится за таким наблюдать.
Они симбионты,
как мангуст и бородавочник.
И кто из них я?
Да не знаю я, Дэвид.
Тут всё слегка не так, как я думал.
Ты знаешь, господи,
я вспомнил, у меня там
телефон разрывается.
Я не слышу никакого телефона.
В общем, он не разговаривает с Майклом.
А когда он не разговаривает с Майклом,
он разговаривает со мной. Через меня.
- Ясно.
- Любишь летучих мышей, Саймон?
- Летучих?
- Да.
Вот он на них немного похож, типа, он...
использует белый шум,
эхолокацию...
использует меня как проводника,
чтобы передавать свои бредни.
У тебя есть чулан?
Не пробовала прятаться?
Ладно, ты должен всех помирить.
- Почему это именно я?
- Потому что ты всё разрушил.
- Ну и как же это я так?
- Ты их тут оставил.
- Я не нарочно!
- Нет?!
- Нет!
- Нет?
- Нет.
- Ладно, Саймон. Сегодня позвонишь им.
Ясно? Любой предлог.
Например, заметки по сценарию
от остальных актёров.
Да, и ты должен заставить их поговорить.
- Хорошо.
- Постарайся быть...
радостным, вдохновлённым
и... что ты там делаешь?
Я записываю. "Радостным, вдохновлённым".
Хорошо, Саймон, ты с этим справишься?
Да-да, всё получится.
Дэвид и Майкл просто должны...
обязаны поговорить друг с другом.
Дэвид обозвал меня моллюском.
- Тебя и похуже называли.
- Неправда.
А должны были бы!
Майкл садист.
А Дэвид как сырой бумажный пакет.
Мне кажется...
всё упирается в то, что персонаж Майкла
представлен совершенно...
неправдоподобно.
Нельзя быть настолько абсурдно мерзким.
А вот тут я бы хотел тебя перебить.
Вот ведь что интересно,
те, кто читали со мной сценарий,
высказали, что им хотелось бы
видеть больше моментов, когда Майкл...
сильнее насмехается над героем Дэвида.
весь если он будет настолько жалким,
плаксивым и скулящим,
то им захочется,
чтобы Майкл был ещё жёстче с ним,
потому что его... его нужно
встряхнуть, словно тряпичную куклу.
- Майкл, ты хочешь встряхнуть Дэвида?
- Это не я.
Мы говорим про персонажей. Они не мы.
- Я ко всему нейтрален.
- Интересно.
Потому что те, с кем читал я,
совершенно противоположного мнения.
Они... им такой хамоватый задира,
этот отвратительный...
влюблённый в собственный голос...
Таковы отзывы.
- Я лишь делюсь трезвой оценкой.
- Спасибо, Дэвид.
Спасибо. Майкл?
Я лишь посредник,
передаю, что было сказано.
Майкл, не хотел бы ты
поблагодарить Дэвида?
Сказать ему спасибо за честность?
Пребольшое тебе спасибо.
Дэвид, не хочешь поблагодарить Майкла
за то, что был честен?
Выглядело не очень искренне.
Поэтому я не хочу...
мне неприятно быть втянутым в это,
мне кажется...
словно нечто важное опошлено.
Что ж, нам ещё со многим
нужно разобраться.
И нам нужно немало времени.
Но, может...
это повод для размышлений, верно?
Ты где?
Я... у себя дома.
Но ты не на кухне.
Да, я в одной из гостевых комнат.
Ну кухне ребёнок спит.
Вот чёрт.
Было бы лучше, если бы ты был на кухне.
Я тут подготовил...
Я надеялся,
что ты будешь у себя на кухне,
а я там, где мне наиболее удобно.
Что ж, прости Джош,
но малышка не спала всю прошлую ночь,
а потом она просто заснула на кухне.
Так что я буду очень признателен,
если ты сможешь работать,
несмотря на то,
что я в этой комнате, а не на кухне.
- Ладно.
- Хорошо.
- Хорошо.
- Мне не важно, где работать.
- Думаю, всё подойдёт.
- Спасибо.
Отлично. Начнём, начнём.
Но, знаешь, мне кажется,
необязательно всё заучивать.
А я учу.
Я так работаю.
Смотри на меня. Смотри на меня.
Да. Да.
Так, может, я и скрыл кое-что от тебя,
но только потому что обнаружил
за время работы с Майклом, что...
Да блять, чувак.
Да блять.
- Что?
- Это не шутки.
- Да, прости.
- Не шутки.
Я серьёзен. Серьёзен.
- Прости.
- Давай по новой. Всё заново.
Я хотел избежать любых задержек.
- Давай не будем искать виноватых.
- Оставайся со мной.
Вот так. Оставайся со мной.
Сам знаешь,
наше время было так ограничено.
- Давай без этого.
- Перейдём на что-нибудь другое.
Ладно?
Без чего?
Тыкания пальцами?
Именно. И я бросаю мяч тебе.
Прости, чего ты от меня хочешь?
Придумай, блять, ясно?
По-моему, это называется импровизацией.
Я действительно устал.
- Смотри на меня. Смотри на меня.
- Я не хочу!
Смотри на меня. Я Дэвид.
Я Дэвид. Я обзывал тебя, как только мог.
И ты терпел это,
терпел, как малыш-переросток.
Ты просто терпел,
чтоб назвать себя слишком чувствительным.
Знаешь что? Знаешь что? Знаешь что?
Ты не знаешь,
что значит быть слишком чувствительным.
Ты просто ёбаное ходячее
нервное окончание. Тебя всё расстраивает.
Я же хочу... я хочу быть здесь с тобой.
Но и дня не проходит,
чтобы что-то не грызло
твой тупой, тупой мозг!
Знаешь, я мог держаться,
когда дело было в чём-то важном,
когда ежедневные
экзистенциальные панические атаки
случались из-за грёбаной чумы!
Но теперь
вершиной проблем, похоже, стало:
"Я не могу
позвонить по телефону из столовой",
или: "Я не знал,
что есть семейный календарь".
И это ничего. Понимаешь, ничего.
Но не надо звонить мне по видео
со своими дурацкими выпученными глазами
и ныть, и ныть, и!..
Слушай, если тебе помогает вычеркивать,
то, блять, бог в помощь,
вперёд. Но я так не работаю!
Я хочу быть рядом...
Бог свидетель, я хочу быть рядом
со всеми своими друзьями,
понимаешь? Я не хочу быть здесь с ними.
Я хочу быть рядом с ними.
Знаешь, чего бы я хотел?
Не то чтоб ты, блять, спрашивал...
Я хотел бы просто
обнять кого-нибудь, понимаешь,
потому что мне тоже тяжело.
И выслушивание
твоей психологической помощи,
пафосной, эгоистичной, дерьмовой студенческой
бит-поэмы меня, нахуй, убивает!
Это было охуительно.
[Постановка]
Мне просто интересно,
ты вообще собираешься выйти оттуда?
Я бородавочник или мангуст?
Я не знаю...
- Мне кажется, ты мангуст.
- Иди нахуй!
Ладно-ладно, будешь бородавочником.
Я думала, ты про внешность.
Всё лучше, чем быть Рафики.
- И кто Рафики?
- Он бабуин.
Просто позвони грёбаному бородавочнику.
Я и правда стал жалким.
Я перестал слушать.
- Я лишь хочу вернуться к норме.
- Знаю.
Выйти не могу, сидеть дома не могу,
и на работу пойти не могу.
Словно каждая крупица
нормальности вымазана дерьмом.
Я словно в ловушке.
Что, в этих цифровых прямоугольничках?
Да.
Пиздец как ненавижу их.
Ненавижу их.
Целый день смотреть на твоё лицо.
Да, я тоже вынужден
смотреть на своё лицо
с улыбкой как у грёбаного психа.
Я улыбаюсь, типа:
"Ты смешной? По-моему, ты смешной".
"Охуительно смешной!"
Я больше не верю этой улыбке!
Знаешь, я не улыбался по-настоящему
несколько месяцев.
Я сжимаю челюсти так сильно,
что голова начинает болеть.
Мои жевательные мышцы
как хреновы грецкие орехи.
Как долго мы уже здесь?
Где, в этом кошмарном,
пиксельно-зеркальном временном склепе?
Миллионы лет.
Серьёзно?
Как нам сбежать?
Я не знаю.


Серия 13

Румыния отменяется, Майкл,
и Нортгемптон то, что надо.
Последний рубеж к западу - Нортгемптон.
Ничто не помешает мне
попасть в Нортгемптон.
Знаешь,
- я так рад за тебя. Горжусь тобой.
- Спасибо.
Спасибо огромное.
Шесть по горизонтали: меч кого-то...
- Омена.
- Восемь букв.
Дамоклов меч.
- Да-мок-лов!
- Да.
Именно!
- Нам нужно какая-то система
- Какая?
Не знаю.
Я решаю по горизонтали,
а ты по вертикали.
Шутишь?
Ты по горизонтали, а я по вертикали?
Да, я подумал об этом прошлой ночью.
Ты такой забавный, потому что
ты смешишь не специально.
- Действительно?
- Конечно.
Я же травлю анекдоты!
Нет, не травишь.
Ты... ошибаешься и создаёшь
смешные моменты
совсем не специально, случайно.
Правда? Теперь я кажусь
каким-то нелепым.
Нет, это привлекает.
Семь по горизонтали. Боже мой!
Главный актёр в "Постановке"!
Да ладно!
- Да! Да!
- Да ты шутишь!
Сколько букв?
12.
Да!
- Что?
- Нет!
Расскажите о прослушиваниях.
О тех, в которых я просила вас
вести себя прилично
- ради ваших же карьер. Ваших карьер.
- Конечно.
Так использовали вы или нет
встречи с первоклассными
голливудскими звёздами
как импровизированную психотерапия?
Дэвид чувствовал себя ранимым,
слегка напряжённым, так же?
Некоторые импровизации
вышли немного личными.
Понимаешь, что ты посмешище?
Осознаёшь это, да?
Может, ещё раз попробуем?
Мы можем быть профессионалами,
Мэри, правда можем.
Правда.
Думаю, вы прокляты.
- Прокляты?
- Вы когда-нибудь встречали колдуна?
Нет?
Уверены?
Потому что похоже на то,
что колдун осквернил ваши задницы.
Уверен, что такое бы я не забыл.
Только если тебя не зачаровали.
Привет, ребят!
Привет.
- Привет, как всё прошло?
- Чудесно.
Том.
А ты мог бы её уговорить
дать нам второй шанс?
- Шанс на что?
- На прослушивание.
Не нужно, всё кончено. Состав утверждён.
- Что?
- Что?!
- Серьёзно? Кого они утвердили? Нас?
- Закончено?
Нет, не нужно было ничего говорить.
Притворитесь, что ничего не было,
притворитесь, что ничего не было.
- Кто? Кто это?!
- Не могу сказать, Майкл, не могу сказать.
Будет тебе!
- Нет, не могу.
- Том, прошу.
- Прошу.
- Мы просто хотим узнать, кто это.
Всё равно нельзя, Мэри убьёт меня тем,
что под руку попадётся.
Определённо убьёт.
- Том.
- Дэвид, вот не начинай.
Что? Не называй по имени.
Помнишь, когда ты звал меня
по имени в последний раз?
Помнишь когда?
А когда ты был в Диснейленде
с Томом, Дэвид?
Невероятно!
Так ты поможешь нам?
Вот, что сейчас происходит,
вот, что сейчас происходит.
По плану сейчас
Саймон созванивается с другими актёрами
насчёт поправок, а после этого
будет большое объявление,
о котором вы узнаете.
Так почему нам
не присоединится к звонку?
- Да.
- Нет, нет.
Ну же.
Дэвид так обрадуется...
- Конечно.
- если ты впустишь нас.
- Дэвид, ты и правда обрадуешься?
- Конечно.
А затем, когда Дэвид приедет
в Лос-Анджелес...
И?
И, если ты организуешь для нас звонок,
уверен, Дэвид
с удовольствием проведёт с тобой время:
погуляете, пообедаете,
выступите.
Майкл, ты сказал погуляем?
- Да-да-да.
- Если скажешь нам...
- Было бы... было бы отлично.
- Да.
- Подключишь нас к звонку?
- Я знаю хорошие места.
Знаю, где пообедать. Уже придумал блюда
и всё остальное, я точно знаю,
что мы будем пить. Я в деле.
Это потрясающе.
Так я мог бы, знаешь, скоро приехать,
и мы бы погуляли тоже.
Здесь такие пробки, да, Майкл?
Такие пробки.
- Нам нужно знать, кто это.
- И мы будем есть всё, что захотим,
- и говорить о чём захотим?
- Выбор за тобой, конечно.
Ты же знаешь город и всё мне покажешь.
Что скажешь?
- Что я скажу?
- Да.
Так ты знаешь их?
Я знакома с Дэвидом.
Я что насчёт Саймона?
Саймона ты знаешь?
Вроде бы.
Что это значит?
Нет! Нет, нет, нет,
просто я его почти не помню.
Он прислал мне имейл со словами:
"Давно не виделись".
Боже, ненавижу эту фразу.
- Заставляет меня нервничать.
- И ты вспомнила?
Нет, я ответила:
"Взаимно... жду встречи".
Я поспрашивала.
Похоже, он совсем неприметный.
Не говори ему, что я так сказала.
- Не скажу.
- Или что забыла его.
Приветики.
- Привет!
- Привет!
- Привет!
- Приветики. Привет, Кейт!
- Саймон?
- Рад встречи.
Фиби
Давно не виделись!
Давно не виделись!
Вы с Фиби уже работали вместе?
Да! Да, да, да. Да, это было давно.
Когда это было? Прости, Фиби не успела
рассказать. Когда... это было?
Фиби, ты...
- Я не рассказала?
- Теперь ты говори! Твоя очередь!
Я только говорила об этом с Кейт.
Не могу вспомнить название...
- Пьесы.
- пьесы!
- Да. Как рыбная кость.
- Как рыбная кость!
- При дворе.
- В "Буш".
Да, пару лет назад.
Да. В 2010 году.
- Пару лет назад, да.
- Да.
Хорошие времена были.
Рад встретиться с вами обеими,
чтобы почитать.
Это типа первой серии
- британской версии.
- Добавили Адриана Лестера... круто!
Ну вот! Боже, спасибо.
Я быстренько схожу за блокнотом.
Ладно. Рада тебя видеть.
А я-то как рад!
Иди в жопу.
Боже.
- Майкл.
- Фиби!
Привет!
Ёбаный в рот, Кейт Бланшетт.
Привет.
Ты что здесь делаешь?
Ты что здесь делаешь?
Прости, Саймон?
Мы не знали,
что Майкл правда здесь будет.
Я сам не знал, что Майкл здесь будет.
Нам прямо сказали,
что его здесь не будет.
Простите, мы просто будем наблюдать.
- Что значит "мы"?
- Вы что здесь делаете?
У нас читка сериала.
- Какого сериала?
- Твоего сериала.
- Моего сериала?
- Нашего сериал.
Дэвида же не будет?
- Привет. Извините за опоздание.
- Боже.
Фиби?
Дэвид.
- Давно не виделись.
- Да, давно не виделись.
Ты что здесь делаешь?
- А ты что делаешь?
- Перестаньте повторять друг за другом.
Я с ним в одной комнате не буду сидеть.
Технически, мы не в одной комнате.
Технически, мы не в одной комнате.
- Технически, мы не в одной комнате.
- Мы не в одной комнате.
- Мы не в одной комнате.
- Правда?
Саймон, прости.
Напомни, что они здесь делают?
Мы новые Майкл и Дэвид.
- Дэвид?
- Нет.
А кто ты? Кто ты?
- А ты кто?
- Кто я? Я Том.
Какой нахрен Том?
Том, лучший друг Дэвида.
Так, твоё молчание бесит.
Можешь его позвать?
Нет.
Ты кто? Его личная помощница?
Чистишь его далеков? Ты его кондитер?
Печеньки ему печёшь? Чем ты занимаешься?
Да, всем... всем этим.
И ещё я его жена.
Джорджия!
Так ты сексом с ним занимаешься?
Ладно, прости... скажешь, где он?
С кем-то созванивается.
Чё...
- Что?
- Что? Что такое? Он с Фиби и Кейт?
- Джорджия, он с Фиби и Кейт?
- Что за Фиби и Кейт?
Меня стошнит. Мэри уже едет сюда.
Ты знала, что Фиби ненавидит Дэвида?
Фиби?
Да, а я не знал. Мне не сказали.
Фиби... Уоллер-Бридж.
Да, сценаристка.
Сценаристка.
Да, ты проебался.
Майкл? Кто тебя впустил?
- Том.
- Что за Том?
Помощник Мэри.
Ну и зря он это сделал.
Прекрати, Фиби.
Дэвид, может, расскажешь всем?
- Нет.
- Мы снимались в "Убийстве на пляже".
Во втором сезоне.
Может, почитаем сценарий?
Сцену прочтём.
Прости, Кейт... я просто должен сказать.
Я огромный фанат.
Боже.
Спасибо!
Ты же, блин, Майкл Шин.
А ты Кейт Бланшетт.
Кейт Бланшетт - большая фанатка.
Серьёзно. Не знаю,
ты просто
растворяешься в своих ролях....
Прости, разве кое-кто
не играл Боба Дилана?
- Давайте почитаем.
- Нет, пусть Дэвид расскажет историю.
- Никто не хочет её слушать.
- Саймон хочет, верно?
- Наверное.
- Я помню, помню про "Донмар".
- "Буш".
- Как золотая рыбка.
- Рыбная кость.
- Короче мы снимали "Убийство"... на выезде.
Дни были долгие,
и время от времени
мне нужно было в туалет.
И когда мне
нужно было отойти, телефон Дэвида
издавал звук.
- Звук?
- Будто оповещение.
Оповещение.
- Пиликание.
- Пиликание?
Это происходило... систематически.
Я уходила, и его телефон пиликал.
Сначала я не замечала. Шли недели.
Причина и следствие
поменялись местами - телефон пиликал...
Это стало рефлексом.
- Это невозможно.
- Возможно.
Я слышала звук
и немедленно бежала в туалет.
- Это была шутка.
- Меня убрали из сцен.
Это была шутка.
Из целых сцен, ведь я убегала в туалет.
- Всё было не так!
- Нет, именно так и было.
- Я думал, будут забавно.
- Думать вредно!
Да ладно! А сама-то ты сколько шутила?
Она забавная.
Ты смотрел "Скандальный дневник"?
- Да, а ты?
- Ты разрушил мою карьеру.
Меня больше
не звали на кастинги, ролей не было.
Со мной "сложно работать".
Меня не хотели нанимать,
потому что меня прозвали
"Туалетной затворницей".
А что с "Дрянью"?
"Дрянь", блять, пришлось придумать.
- Я тебя вдохновил.
- Можно по сценарию? Прошу, читайте.
- Мне пришлось пробивать дорогу обратно.
- Вернёмся к сценарию?
Стойте. Если вы играете нас,
то кто играет наших жён?
Кто играет Джорджию?
- То есть Джорджа?
- Джорджа? Это шутка?
Ты не узнал бы шутку,
даже кончи она тебе на лицо.
Извини кого...кого ты
рассматриваешь на роль партнёров?
Это не подтверждено, но скрестим пальцы.
- Мартин Фриман.
- Нет, нет, нет!
Иди нахуй! Только не Мартин Фриман!
- Больше никогда.
- Он милашка.
Нет, он хренов ворюга.
Я...
Вообще-то, я должен был быть
Бильбо Бэггинсом.
- Ты мог сыграть в "Хоббите"?
- Роль была моей,
я уже на всё согласился, а он её украл.
Нет-нет-нет, он же душка.
- Нет, он говнюшка.
- Может, вернёмся к читке?
- Это когда тебя заменили?
- Ага.
Я думал, это был я!
Прости, заменить меня тобой?
- Ты действительно похож на хоббита.
- Питер Джексон спрашивал меня про тебя.
И что ты сказала?
Я ответила честно, сказала,
что вообще о тебе не слыхала.
А про Мартина он тебя спрашивал?
Ну да. Я тогда...
Сказала, что он был хорош
в "Фросте против Никсона".
- Я там играл!
- Ты в нём играл?
- Это был я!
- Да, это был он.
Пожалуйста, вернёмся к читке.
- Ты разрушила мою карьеру.
- Отвянь, волосатые ножки!
Я не знала, что это ты.
Я растворяюсь в своих ролях.
Что ж...
- Думаю, не стоит!
- Прости, "не стоит"?
- Да, растворяйся поменьше.
- Меньше проживать роль!
Может, уже будем читать?! Пожалуйста!
- Ладно-ладно-ладно.
- Читать наконец!
Читать, читать, читать,
прочитать всё, читать уже наконец,
хоть раз? Прочтите уже свои реплики!
- Хорошо.
- Да, конечно.
Благодарю.
Пошёл нахуй.
[Постановка]
Да, да, седьмая буква
в "главном актёре "Постановки" -
третья буква
четвёрки по горизонтали.
А что там за слово?..
"Город Шотландии". Абердин?
Третья буква "е".
Тогда Дэвид Теннант.
А может быть, Фолкерк?
Третья там "л".
А есть ещё другие буквы?
Два по горизонтали.
"Животное из мультфильма".
Четыре буквы, первая из них
либо твоя, либо моя.
Моль. Дегу.
Дегу? Моль?!
Да, был старый мультфильм Диснея
про моль.
- Аист.
- Аист?
Да, животное из мультика, четыре буквы.
"Аист", мультфильм был "Аисты".
Хорошо.
Значит, там...
Но это не подходит под нас.
Потому что там "Адриан Лестер".


Серия 14

Ладно.
Что ж...
Мне надо идти.
У-у, на работу?
На работу.
Да-а, побег.
Побег!
Что бы ты сделал, если бы
в самом деле наступал конец света?
Я бы приехал к тебе в гости.
- Сюда?
- Ага, я привез бы всю семью.
- Всех семерых?
- И Мёртл.
Ага.
Ага.
Это ничего, так ведь?
Я хочу сказать, это отличная мысль.
Не уверен, что это практично.
В смысле, нам бы пришлось
очень прилично закупаться.
Просто сделайте большой омлет.
Нам сойдет.
- Можно я только скажу, если ему правда придет конец..
- Ага.
...просто не торопитесь.
Это, однако, зависит от того, сколько нам осталось.
Дорога довольно длинная.
Да, ну, вот, что я тебе скажу,
если повезет, мы все умрем
до того, как вы приедете.
Потому что ехать правда далеко, да?
- Если повезет?!
- Но я бы знал, что вы едете,
и мне от этого было бы хорошо.
Но потом на деле вы сюда не попали бы,
потому что это было бы очень тяжело.
- Ну а ты что бы сделал?
- А я знаю, что грядет конец света?
В каком смысле?
Я знаю, что грядет конец света?
Об этом объявили?
Я, блин, не знаю. Это твоя
гипотетическая ситуация.
Тебе придется рассказать мне подробности.
- Я знаю, что конец близок?
- Да, знаешь.
Я бы вздремнул.
А если бы это был сюрприз?
Э, ну, тогда я бы не знал,
что это случится, верно?
Так что я бы делал
обычные вещи.
Более чем вероятно,
что я разговаривал бы с тобой.
- Совсем как сейчас.
- Да.
Простите, тут хаос.
Все в порядке?
Чемоданы вернулись.
Так, ладно, если мы сможем
просто прогнать это пару раз,
или даже один раз, мы будем готовы.
- В 7.30 - начало.
- Да.
Итак, наша сцена идет первой, в прямом эфире,
а потом они устраивают аукцион.
У-у, момент близится!
Я правда жду не дождусь.
Ага, нам только нужно,
чтобы Дэвид сначала уехал.
Да, Майкл собирается в аэропорт
через пару часов.
- Разве ты не едешь с ним?
- Не-а, я еду в Швецию завтра.
- В Швецию?
- В общем, он может поехать в Нью-Йорк,
но ему придется соблюдать карантин.
Мы не хотим, чтобы Лайра была в карантине.
А ему обязательно надо в Нью-Йорк?
Там свадьба.
Он шафер. Он написал речь.
Так, а разве ему не надо тоже в карантин?
Он забронировал номер
через дорогу от церемонии,
так что он будет кричать свою речь.
- Ты шутишь?
- Не-а.
Ну, вы отлично проведете время.
- Начнем?
- Да, конечно.
Простите, нам правда надо дождаться,
пока Дэвид уедет.
Птицы улетают.
Да, они так делают в это время года.
Как они остаются в стае?
- Ты же знаешь, что я не орнитолог?
- Э, мне известен этот факт.
- Ага.
- Я просто подумал, может быть,
ты смог бы высказать догадку?
Я высказал бы догадку,
что он следуют за той, что впереди...
А, вероятно.
...пока не доберутся домой.
Как слоны.
Все нормально?
Да, Анна и Лайра не едут в Нью-Йорк.
Я плохой отец?
- Нет.
- Я плохой друг?
- Нет.
- Нет.
Эй, но послушай.
Мы сделали это.
Да, рассудок цел.
Почти цел.
Как раз пригоден для работы.
Да, я хочу сказать, достаточен для джаза.
- Вероятно, очень даже хорош для джаза.
- Безусловно.
И нам всегда было, что сказать.
- Так ли это?
- Ну, мне временами приходилось напрягаться.
- О, иди ты.
- Ну, нет, только когда у тебя был
твой экзистенциальный кризис.
- У тебя он тоже был!
Да, но мой меньше, потому что
мое существование меньше.
- Да.
- И потому у меня было время
следить, чтобы шутливая болтовня продолжалась.
Ну, слава богу, у тебя был
весь этот многолетний опыт,
на который можно было положиться.
Да, что ж, любовь моя,
я владею ремеслом импровизации.
О, Спайди!
- Да!
- Импровизация.
- Паучья сеть!
Да! О, сейчас будет мой бах, трах, бам, шлеп!
- Вахэй!
- Давай, стреляй в меня, стреляй в меня. Стреляй в меня.
Идет-идет-идет!
- О, и вот оно!
- О, нет!
Он возвращается. Он возвращается.
Он возвращается!
И бах!
О, мне в лицо!
- Как импровизированное семя.
- О, да!
Наверняка есть еще вещи,
о которых мы не говорили.
- Нет, мне правда надо идти.
- Книги!
- Нет.
- Мы никогда не обсуждали книги.
Они ждут меня снаружи.
- Ну же.
- Я ухожу. Мне надо идти.
Вот он я. Я ухожу.
Нет!
Книги! Книги!
Их разговоры как газ.
Они просто расширяются, чтобы наполнить
любой сосуд, в какой бы они их ни положили.
У меня ни с кем нет таких отношений.
Мне кажется, это боязнь тишины.
Я люблю тишину.
- Я ее обожаю.
- Это потому что у тебя годовалый ребенок.
Тишина как...
Да мать твою, Дэвид!
Мы никогда не говорили о...
...любви.
Мы можешь отцепиться от этой машины
и выйти из дома,
пока я не похоронила тебя в саду
с твоей гребанной золотой рыбкой?
- Привет, Майкл.
- Привет, Джорджия.
Привет, ты не мог бы его отпустить?
- С радостью.
- Хорошо.
Ладно.
Ты сегодня будешь на съемках?
- Да, прямо сегодня же вечером.
- Ага, и когда заканчиваешь?
О, посреди ночи, я полагаю.
Кардифф прелестен посреди ночи.
Я в восторге.
Что если я не смогу вспомнить,
как это делать?
- Играть?
- Ага.
Нет! Это проще простого, друг!
Просто у меня нет никаких других
ярко выраженных навыков.
- Это верно.
- Это притворство.
Это просто притворство.
Точно, всё.
- Мне надо идти.
- Ты прав.
Я еще не готов.
- Джорджия очень сердится.
- Что ж, я буду скучать по этому.
Слушай, нам еще так много всего надо обсудить.
- Да.
- В следующий раз.
Да.
Нет, нет.
Секундочку.
Не торопись.
Неудачное время, да?
Нет, нет, я просто готовлюсь к...
Мы снимаем ту штуку для Джорджии.
- А, да. Конечно. Круто.
- Так что я должна...
- Я возвращаюсь домой.
- Что?
- Когда?
- Сегодня. Сейчас.
На улице стоит машина.
А что насчет переписывания сценария?
Над этим будет работать Фиби.
- Понятно.
- Будет смешнее.
Она сделала его еще смешнее.
Это замечательно.
Ты не умеешь прописывать женские персонажи.
Да, но ты не должна такое говорить.
- Ты не... Это не...
- Но ты правда не умеешь.
Как сильно вы изменили ту сцену,
которую вы снимаете?
Как много из того, что я написал?..
Ч-что вы изменили?
Только местоимения.
- Привет!
- Привет, малышка!
Привет, малыш!
Ты как? Как все прошло?
М, да отлично, спасибо.
Как та сцена?
Да, все очень хорошо прошло.
Правда?
- Люси и Анна очень веселые.
- Ага.
Я была уморительна, конечно же.
- Возможно продолжение?
- Никогда не говори "никогда".
Мне кажется, ты мне вообще не рассказывала, что же там за сценка.
Ну это вариант той сцены, что была в первом сезоне,
где вы разговариваете, перекрикивая друг друга,
только тут Анна за Майкла, Люси за Саймона, а я за тебя.
- Да.
- Людям понравилось, да?
Да, на самом деле было очень интересно.
Большинство людей сказали,
что им понравилось больше, чем оригинал.
Так сказали?
- Большинство людей?
- На самом деле, почти все.
- Понятно.
- Да.
И это были люди, которым ты доверяешь или?..
- О, жизнь бы доверила..
- Удивительно, но...
- Ага, ага.
- А вы свою цель достигли?
- Мы ее превзошли.
Очень хорошо.
А ты где?
- В номере отеля.
- Ты на унитазе сидишь?
Это просто единственное место, где работает Wi-Fi.
Честно.
Да, разумеется. Нет, конечно.
- На самом деле, ощущения были немного странные.
- Что, на съемках-то?
Да, я нервничал.
- Нервничал?
- Да.
Знаю! Такого раньше не случалось.
Нет.
- Чувствую себя каким-то вялым.
- Вялым?
Да. Ну, знаешь, умственно вялым.
Да. В смысле, разумеется, не...
Как если бы не мог вспомнить, как же это все делается.
Станет лучше.
Спорим, Майкл бы не стал нервничать.
Я скучаю по тебе, малыш.
И я скучаю, малышка.
О, это Майкл.
Ну, конечно, это он.
Мне его впустить?
Впускаю.
Будет приятно увидеть Нью-Йорк.
Эй, чеддер на большом яблочке.
Привет!
Но это не Нью-Йорк!
О, ты знаешь, я часто говорю, что у твоего мужа
наблюдательность как у пивной кружки.
И я как всегда не могу с тобой не согласиться.
Ты все еще дома!
Боже, от тебя ничего не скрыть, Шерлок?
И Анна там тоже, да?
А, вот и она. Анна!
Привет всем!
А кто тут выглядит роскошно?
Спасибо!
Это только ты подвел свою команду, мальчик из колледжа.
Ну, никто мне не сообщил, что тут чертов дресс-код, а?
Ты в туалете?
Я в туалете, потому что это единственное место, где этот Wi-Fi работает
в этом дерьмовом отеле.
Он всегда такой капризный по ночам Джорджия?
Да, всегда.
- А что там со свадьбой?
- Все в порядке.
Передай привет Нью-Йорку. Передай привет Дэвиду.
Привет, Дэвид.
Я лучший друг Майкла.
- Воу, вой, воу, воу, воу.
- Правда?
Так, такой вот собственнический подход
чуток разгневает Дэвида.
- Да.
Так, почему бы тебе не свалить нахрен
обратно на свою вечеринку и к своей новой жене?
Ладно?
Попрощайся со всеми.
Пока!
Пока, пока, пока, пока.
Так ты все-таки подключился в итоге?
Показалось подобающим.
Речь свою произнес?
Он слегка разнервничался.
- О, правда?
- Нет, не правда.
- Да, правда.
- Я был в полном порядке.
После двух виски и пакетика чипсов.
Да, что ж, у нас у всех свои методы, верно?
- А что насчет Швеции?
- Мы едем завтра.
А где ты?
Я в Кардиффе, верно?
- О, конечно.
- Iechyd da! [*Крепкого здоровья (валл.)]
- Конечно, ты там. Как съемки?
- Да, нормально.
А как же, ну, вялость?
Это было...
Это не тот разговор,
которым нам надо делиться.
Думаю, мы уже прошли этот этап.
Думаю, мы делимся всем.
Я был спокоен, как удав,
и это все, что вам требуется знать.
Так, слушайте, насколько я далеко?
Каково расстояние между
Кардиффом и Порт-Толботом?
Около 40 минут.
Давайте-ка. Мне приехать с визитом?
- Сейчас?
- Мне приехать с визитом?
- Не.
- О, брюзгливые вы мерзавцы.
Нет, уже поздно. Да ладно тебе.
Я тебя уже несколько месяцев не видел!
Да, и я знаю, что это было
для тебя очень тяжело, но...
О, ты просто выбешивающий человек.
- О, а ты очень грубый тип.
- Вовсе нет!
Просто в добровольно-принудительном порядке
напрашиваешься в чужие дома.
В Уэльсе так не принято, Дэвид.
Ты сейчас не в Шотландии.
Что ж, я просто указывал на то,
что нахожусь поблизости.
Что ж, ты указал.
Большое спасибо.
Nos da, спокойной ночи.
Будем здоровы.
Засунь свой лук-порей себе в жопу.
Привет, малыш!
Привет!
Это приятный сюрприз.
Да, что ж, в смысле, мне
хотелось бы сказать, что это по причине того,
что я так по тебе соскучилась.
- Да.
Но мне просто очень
нужно было сбежать от наших детей.
Нет, конечно. Ты привезла вот эту малышку.
Да, эту пришлось прихватить,
иначе у меня сиськи взорвутся.
Конечно. Кто-нибудь приглядывает
за остальными или...?
Нет, я просто оставила их
на произвол судьбы с сухарями
и огарками свечей.
С ними все будет в порядке.
- Ну, они очень живучие.
- Так и есть, да.
- Да.
Я привезла обед в коробочке.
Ну разве ж ты не идеальная жена?
Как бы да, так и есть.
Тут, на самом деле, ничего нет.
Нет, что ж, дорога до Уэльса
очень не близкая.
Конечно, да.
Да.
Хочешь потискаться?
Я бы с радостью - к сожалению,
я должен был быть на гриме
четыре минуты назад, так что...
- О, ладно.
Что ж, я тогда поеду домой.
В смысле, побудь хоть немного, поболтаем.
Ладно.
- О чем хочешь поговорить?
- О книгах.
- О книгах?
- О книгах. Я хочу поговорить о книгах.
Ясно. Исторически так сложилось,
что я мало что могу сказать о книгах.
- Ладно, что ж, давай попробуем.
- Ага.
- Какую ты последнюю книгу читал?
- Э, я не знаю.
Какую ты в последний раз книгу мне покупала?
- Не представляю.
Потому что я знаю, что точно
не читал эту.
Отлично. Что ж, идет неплохо, да?
- О мой...
- Никчемный блин!
Это старик из Порт-Толбота.
Мы тут уже несколько часов позируем.
- Погляди-ка, ты во плоти!
- Вот он я!
Поверить не могу!
Все это чертово: "О, я прислушиваюсь,
к тебе, к себе".
Я хочу сказать, я тут уже несколько часов.
Харизмы, на самом деле,
не сильно-то много.
Ты как бы так слился со стеной.
Прости, не слышу тебя.
Если наденешь маску, я опущу окно.
Надень маску, я опущу окно.
Порядок?
- Вот он!
- Привет.
- Привет.
- Ты погляди на это!
- Знаю.
- Через сколько тебе надо будет идти работать?
Э, я должен был быть на гриме
уже восемь минут назад.
- Ясно.
- Да.
- Когда ваш самолет?
Э, да!
Ладно. Ладно. Ладно.
Мы, мм, да, уже довольно
сильно опаздываем.
- Ладно.
- Но, ну, знаешь, ты ведь хотел поработать, верно?
Ты хотел попутешествовать.
Вот вам и пожалуйста.
Полагаю, это удалось, значит.
Ты погляди на себя!
Я все равно ничего не слышу
через эти штуки.
Нет, не волнуйся. Я...
Да, я...
- Ладно.
Увидимся!
- Рад был повидаться, Джорджия.
И я тоже, Майкл.
- Увидимся, Анна.
- Пока, Анна!
Пока.
Да.
Он похож на Хоббита.
А, не записалось.
А тут записалось?
Мы ее хотя бы пронумеровали?
- Да твою ж мать!
- Ты ее уже выключала?
Не знаю, потому что я нажала кнопку.
Я не знаю, нажалась ли она.
Все еще работает. Все еще идет, ладно.
Итак, это финальная табличка.
Это была 11. 7-11-3.
Для которой, возможно, не будет звука.
У нас будет тут, и будет тут.
А оно выключено.
Удачи!


Серия 15

Приятно было попробовать что-то новое.
Да, наверное.
Не люблю сидеть без дела.
Не любишь.
Люблю бросать себе вызов,
ты же знаешь.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ЯПОНИЮ
Прости, я тебя задерживаю?
Нет-нет-нет. Я…
Ну, знаешь,
мы уже давненько так сидим.
Я тебе надоел?
Уже почти полночь.
— Так ложись!
— Не могу, на мне ответственность.
За что?
За ёлку, например.
За семью, любовь.
Я расскажу тебе про свои дела.
А я с радостью послушаю про них.
— Это было приключение.
— Правда?
Я бросил себе вызов.
Ага, снялся в рекламе сливочного сыра.
Зато в Токио.
Я вёл машину.
— А в Токио сливочный сыр едят?
— Без понятия.
Начнут, когда увидят тебя за рулём.
Я всем о нём расскажу.
Ну чего ты дуешься?
Я не дуюсь.
— Я застрял в аэропорту.
— И кто виноват?
Хочу отвлечься.
Книжку купи.
— Магазины закрыты.
— Напиши свою.
Во сколько посадка?
Не знаю, рейс задержали.
Стой, ты что, волосы покрасил?
Нет.
Они неприлично пышные, как у юнца.
Просто свет такой.
Тук-тук.
Нет.
— Давай!
— Нет.
— Поиграй со мной.
— Сам с собой играй.
Пошляк. Первое правило импровизации?
Никогда не говори «нет».
Никогда не говори «нет»! Назови место.
Аэропорт в Токио?
Давай не так конкретно.
— Аэропорт.
— Персонаж?
Гиперактивный шотландский актёр,
ждущий рейс.
Интересно. С кем он говорит?
С Гестией, богиней терпения.
Жанр?
Наскучивший роман.
Тук-тук.
Уходи!
Вам посылка!
Я ничего не заказывал.
Написано, что это для Майкла Шина.
Нет тут никакого Майкла Шина.
Тут здоровая бутылка краски для волос.
Возьмёте?
От одного замечательного парня
по имени Дэвид Теннант.
Не слышал о таком.
Ну, тогда я у порога оставлю?
Да мне похер!
Подожги его и кинь в того приставалу!

ПОСТАНОВКА
3 СЕЗОН 1 СЕРИЯ
А ЕСТЬ ВАРИАНТ?
Мне надо поговорить с ними.
Дэвид же на съёмках в Японии.
Ну, в Японии есть телефоны.
И в Уэльсе тоже.
Майкл занят на Рождество.
Откуда ты знаешь про его планы?
Честно говоря, мы часто общаемся.
— Вы с Майклом?
— Да, и с Дэвидом.
Но ты на съёмках на Карибах.
Здесь тоже есть телефоны, Саймон.
Почему все где-то снимаются,
кроме меня?
Хорошо вам там, да?
Саймон, мне пора. Съёмки ждут.
— Я возмущён.
— Да, уже бегу!
— И я это так не оставлю.
— Мне пора гримироваться.
Каналам я не нужен. Я никому не нужен.
— Конечно нужен.
— Только с Дэвидом и Майклом.
Так позови их.
— Мне нужна идея.
— А что стало с фильмом?
Он был возможен
только с Дэвидом и Майклом.
И они отказались?
Обещали подумать.
— А потом?
— Потом отказались.
— А сериал?
— Тоже.
— Пьеса в Вест-Энде?
— Дэвид или Майкл.
— На роль Гедды Габлер?
— У меня была смелая задумка.
А Дэвид и Майкл?
В этот раз промолчали.
— Пантомима?
— Они хотели Джорджию.
— На какую роль?
— Кошки Дика Уиттингтона.
— Она отказалась?
— Оставила мне гневное голосовое.
Сочувствую.
Ничего. Было приятно её услышать.
Тебе нужна новая идея.
Мне предлагали радиопьесу.
Какую?
«Шесть персонажей в поисках автора».
— Хочешь её ставить?
— Нет, я хочу писать!
После второго сезона
они отклоняют все твои сценарии?
Предложили написать
что-нибудь для «Разрядки смехом».
От этого не оказываются,
это как служба в армии.
— Люси?
— Да. Мне пора.
Если они снова откажутся
от предложения,
— то мне конец.
— Знаю.
Да, я иду.
А есть вариант?
Вариант чего?
Так говорит наш режиссёр,
когда предлагает что-то.
В смысле?
Это обезоруживает — нельзя отказаться.
А есть вариант, как снять это за день?
А есть вариант спокойно обсудить
нашу совместную работу?
А есть вариант?
— Люси.
— Иду!
Начни с этого, а дальше посмотрим.
Да, извини. Иди. Спасибо.
Пока. Ой, ещё кое-что. Прости-прости.
Они не отвечают на мои звонки.
Есть вариант,
что ты могла бы?..
Серьёзно?
Мой партнёр напоминает тебя.
— Неужели?
— Да.
В смысле, не этого тебя:
нынешнего ворчливого поганца.
Не этого, а того,
каким ты был в начале нашей работы.
И каким же?
Игривым,
остроумным, молодым, любопытным.
Я тебя смешил.
Помнишь, как я тебя смешил?
Я был молод.
Мне палец покажи,
или как человек упал, — я засмеюсь.
Ага. Мы больше не смеёмся.
И не разговариваем.
Мы говорим сейчас.
Только пока ждём Люси.
Мы говорили вчера.
Да, но ты дулся.
Я не дулся.
Как скажешь.
Но ты дулся.
Думаешь, она скоро?
Не знаю.
Пойду пописаю, пока она не пришла.
Классно. Ну спасибо.
Знаешь, она не видела
тебя в «Гамлете».
— Как и ты.
— Не видел, ты прав.
Я насмотрелся «Гамлета» до конца жизни.
Когда знаешь все повороты,
то уже не интересно.
Но ты был хорош в «Коломбо».
Иди ты!
— Дэвида нет?
— Он в туалете.
Ты ещё долго?
— Не думаю.
— Пора за ёлкой.
А то останутся одни короткие.
Он всегда смывает дважды.
А вот и второй.
Анна.
Привет, Дэвид.
— Ты где?
— В Токио.
— Что случилось?
— Рейс отменили.
Из-за вулканического пепла в небе.
— Ты остановился в отеле?
— На какое-то время.
Ты же пропустишь
день рождения Джорджии.
Я тут мало что могу сделать.
— Она разозлится.
— Это всё вулкан.
Ты приготовил ей подарок?
Я хотел устроить вечеринку.
Что?
У тебя есть в этом опыт?
Ну…
Нет.
Но это же несложно, да?
Передашь Люси привет?
— Передам.
— Хорошо.
(шв.) Удачи.
Сама такая.
Я всегда снимаю картины в номерах.
Неприметность меня пугает.
На твоём месте я бы убрал зеркала.
Как обезжиренное молоко.
Их как будто преследует
призрак бежевого цвета.
Не бывает плохого искусства.
Это распространённое заблуждение.
Всем привет!
А вот и она.
Люси.
Дэвид, ты всё ещё в Токио?
Люси, спасибо, что заметила.
Чем обязаны?
Кажется, что-то важное.
Да. Ну…
Привет-привет.
Дэвид! Майкл!
Простите, ребята.
Он всё-таки мой брат.
Ну, я вас оставлю.
Спасибо, Люси. Спасибо.
Она… Да?
Такая…
Как это утомительно.
Я тоже скучал, Майкл.
Чего тебе надо?
Просто поболтать. Давно не общались.
Ты похудел?
Кто?
Вы оба? Кто-то из вас?
— Нет.
— Майкл, твои волосы выглядят…
Моложе.
Моложе?
То есть темнее.
Просто свет такой.
Просто свет.
Разве не классно собраться
всем вместе, как раньше?
Ты подговорил Люси?
Нет. Давайте вместе скажем
любимую цитату из «Постановки».
Раз, два, три.
«Кто украл печенье из банки?»
Люси хотела поговорить с нами.
Ага, у неё же «карьерный кризис».
Ты велел так сказать?
Я сказал, что хочу поговорить с вами.
Поговори с нашими агентами.
Они не отвечают на мои звонки.
Да, потому что твоё фото
висит у них в офисе
с подписью:
«Не отвечать этому ушлёпку».
Ты говорил, тебе надоела «Постановка».
Нет, не надоела.
Ты хотел чего-то другого.
Другого, но с вами.
— Нет-нет. Ты говорил, мы тебе надоели.
— Да.
А есть вариант обсудить всё спокойно?
Да.
Хорошо.
А есть вариант разговора,
в котором меня не будут
перебивать?
Хотя бы пару минут?
Это не невозможно.
— Не невозможно.
— Хорошо.
А есть вариант,
чтобы мы в декабре?..
А есть вариант снова
поработать вместе в декабре?
Вариант есть всегда.
Есть вариант, да?
Что-то классическое, театральное,
тук-тук-тук, старый друг?
— Но Дэвид же в Токио.
— Да.
— А Майкл должен купить ёлку.
— Да.
А есть вариант,
как всё это совместить?
— Вариант есть всегда.
— Вариант есть всегда.
Я хочу поставить радиопьесу
«Шесть персонажей в поисках автора».
Можно быстренько отрепетировать
где угодно. А потом исполнить в эфире
в любой точке мира в сочельник.
Скажите, есть вариант,
в котором мы делаем
это все вместе,
и всё выходит чудесно?
Кажется, они надеются, что облако
отнесёт ветром на север.
И сколько ещё ждать?
Да я не знаю. Тут всё на японском.
Никто не пострадал?
Кажется, нет.
Кое-кому нужно сделать выговор.
Всего-то столп пепла
высотой десять километров.
Но раздражаться не обязательно.
Ты же успеешь к моему дню рождения?
Да. Я надеюсь.
Дэвид!
Я изначально не хотела,
чтобы ты брался за эту хрень.
Я горы сверну, дорогая.
Ага, как раз сдвиг гор
и вызвал эту проблему.
А на поезде никак?
Япония на острове.
Я знаю, просто я скучаю.
Я тоже скучаю.
А дети скучают?
Не знаю, спрошу.
Дети, вы скучаете по папе?
Как неловко.
Они…
Они грустят.
— Мне нравится картина на стене.
— Мне тоже. Смотри.
Сиськи!
Хорошо подсветили
— и повесили.
— Повешали.
Нет, так не говорят.
Майкл не любит картины в отелях.
— Ну естественно. Он всё ещё?..
— Ворчливый поганец? О да!
— Сочувствую.
— Думаю, он тоже скучает.
Наверняка.
На долю секунды
даже вернулась прежняя магия.
— Мы говорили с Саймоном…
— Зачем?
Он добрался до нас через Люси.
На секунду всё было
как в старые добрые.
Ясно, но чего он от вас хотел?
Хотел кое-что предложить.
— И предложил?
— Да.
Не самую ужасную идею.
— Да? Ну расскажи.
— Радио-версию
«Шести персонажей в поисках автора».
Репетировать можно где угодно,
а потом встретиться
в эфире в сочельник.
Дэвид, он сам сжёг мосты.
Знаю, но он спрашивал
про вариант встретиться
и сделать что-то такое в декабре.
— Он так и спросил?
— Как?
Про вариант.
Не знаю, кажется.
— Ведь ты так не говоришь.
— Нет.
Значит, Саймон, да.
Ах он мелкий засранец!
Почему?
Это макиавеллизм.
Почему это?
Потому что на такой вопрос
нельзя ответить отказом.
Он лишён эмоциональной составляющей.
Так говорят,
когда хотят добиться своего.
Всегда есть вариант,
когда то или это возможно,
но он не обязательно правильный!
У тебя паранойя.
— Да что ты!
— Да.
Давай проверим.
— Привет, Джорджия.
— Привет, Анна. Слушай.
Я бы очень хотела встретиться
на этой неделе.
Есть вариант,
что ты приедешь к нам в гости?
Зачем ты используешь эту фразу?
Какую?
Сама знаешь.
Хочу доказать кое-что Дэвиду.
Брось свои игры разума, Теннант.
Ладно, до выходных.
А есть вариант, в котором я?..
Саймон манипулировал нами?
Не знала, что он такой.
Вот говнюк.
Все очень обрадовались.
Ты уже рассказал?
Команда «?Постановки» снова в сборе.
Мы в предвкушении.
И с тех пор постоянно говорим об этом.
— Не передумали?
— Нисколько.
Ничуть не передумали.
Я хотел бы извиниться
за свои предыдущие слова о нас.
— Не переживай, всё путём.
— Ты захотел пойти дальше.
Да, я хотел чего-то нового.
Доказать, что я могу.
Я был растерян.
Все хотели только вас.
Это уже в прошлом.
— Я боялся, что сжёг мосты.
— Мост цел.
Надеюсь, есть вариант,
что после всего этого
мы останемся друзьями.
Я тоже надеюсь.
Вариант, в котором мы лучшие друзья.
Было бы здорово.
Пока окончательно
всё не утвердили, может,
есть вариант сделать что-то другое,
а не «Шесть персонажей
в поисках автора»?
Не «Шесть персонажей»?
Просто предложение.
А есть вариант,
чтобы я написал что-нибудь для нас?
Оригинальный сценарий?
— Мне нравится.
— Значит, вариант есть?
— Конечно есть.
— А есть вариант,
что его напишет кто-то другой?
Кто-то другой?
Есть такой вариант, Саймон?
Кто?
Нил Гейман, например.
— Нил Гейман?!
— О нет.
— Нет.
— Почему нет?
Потому что есть вариант,
что я не читал его книг
и годами скрывал это.
Не хочу дальше испытывать удачу.
— Ты не читал его книг?
— Я к тому,
что такой вариант реальности есть.
— Даже «Благие знамения»?
— Я полистал.
Но он всё шлёт нам подписанные копии.
Есть вариант продавать их на eBay.
А есть вариант,
что я останусь режиссёром?
Бог с Нилом Гейманом.
Может, Расселл Т. Дэвис?
Извини, есть вариант,
что мне не нравится Расселл Т. Дэвис.
— Почему?
— Потому что я не нравлюсь ему.
— Брехня!
— Он меня не зовёт.
А есть вариант, что это неважно?
У него куча премий BAFTA,
и он кавалер ордена Британской империи.
А награда за комедию есть?
— Есть.
— Очень жаль.
Он меня не уважает.
Он звал тебя
в «Под сенью млечного леса».
О чём можно просить
того, кто звал меня
в «Под сенью млечного леса»?!
А есть вариант не быть таким вредным?
Я не вредный.
Неделями от тебя не добьёшься
ничего, кроме колкости и безразличия,
но я всё пытаюсь и пытаюсь,
а ты отмахиваешься от меня.
А есть вариант принять то,
что мы два года беспрерывно
работали вместе,
и я не хочу всё своё время
проводить только с тобой?
Есть вариант, что я хочу перемен?
— Не знаю, что и сказать.
— Есть вариант,
что от нас устал не только Саймон?
Нет такого варианта.
Я хочу сказать…
что нам уже заплатили.
Я обещал всё сделать.
Поэтому ожидается,
что мы сделаем это в сочельник.
Что бы мы ни выбрали,
есть вариант,
что что-то делать придётся.
Такой вот вариант.
Наш единственный вариант.
ПОСТАНОВКА
Польщён, что вы попросили меня.
Это идея Дэвида.
Ты занят?
Только что дописал новый роман.
Здорово.
— Фэнтези?
— В этот раз — нет.
Скандинавский нуар.
Что-то новенькое.
Решил, что пора развиваться
и пробовать новое,
показать свою разносторонность.
Я пришлю вам по экземпляру.
Спасибо.
Не за что.
Знаете, я думал,
вы пойдёте с таким
к Расселлу Т. Дэвису.
Майкл его не любит.
Что вообще значит это «Т»?
— Это значит Стивен.
— Не может быть.
Да, он Стивен Расселл Дэвис.
Бессмыслица какая-то.
Вам не кажется это претенциозным?
Нелепым уж точно.
Какая-то унылая вульгарщина.
Майкл К. Шин.
Дэвид Д. Теннант.
Нил Р.М. Гейман.
Аж два инициала.
Да, один я добавил.
Не слишком пафосно?
У Джорджа Р. Р. Мартина сработало.
Да.
Не будем про Джорджа Р. Р. Мартина.
Не хочу об этом.
Значит, радиопьеса!
Да, оригинальный сценарий
или адаптированный.
— Что-то из моего?
— Дэвид?
Нет.
Почему нет?
Ну же, Дэвид.
Какая из моих книг у тебя любимая?
Они все хорошие.
Мне кажется, надо взять классику,
что-то всем знакомое.
— Кто режиссёр?
— Саймон.
Значит, чтобы и дурак справился.
Да.
Ладно, есть идея.
«Большие надежды»,
но смерть мисс Хэвишем
кажется всем подозрительной.
«Гамлет». Вы оба его любите,
но в этот раз это мрачный датский коп,
чей отец умер
при загадочных обстоятельствах,
а его мать… использовала ушной яд.
«Гордость и предубеждение».
Всё начинается
у туманного скандинавского озера.
Мне кажется,
лучше обойтись без Скандинавии.
Майкл, это же золотая жила.
Все любят Скандинавию.
— Ага.
— Мрачный рассказ о мести.
Как раз под Рождество.
— Может, что-то праздничное?
— «Рождественская песнь»?
Гениально! Отлично, Дэвид. Самое то.
Хорошо.
Значит, Марли мёртв.
А Скрудж будет искать убийцу.
Им будет Боб Крэтчит —
на него никто бы не подумал.
Или Крошка Тим. Да, он убийца.
Народ будут в восторге.
Слушай, не стоит углубляться
в эти дебри.
Ладно, я тебя услышал.
Это логично, но…
Есть вариант,
— в котором…
— Да иди ты, Гейман!



Серия 16

Могу я попросить тебя об услуге?
— Неужели за мной остался должок?
— Да.
Уверен, что остался.
Кто будет Скруджем?
Видимо, нам скажут
перед началом интервью.
— Зачем тянуть до последнего?
— Чёрт его знает.
Я подменил тебя на поэтическом
вечере битников в марте.
А я помог тебе
с благодарственной речью в апреле.
Сказал, что победа мне не светит.
— А ты победил?
— Нет.
Я сэкономил тебе время. Мы в расчёте.
Нет. А как же шоу «Лоррейн» в мае?
Я взял беготню на себя,
пока ты страдал от джетлага.
«Шоу Грэма Нортона» в июне.
Тут мне пришлось побегать,
потому что у тебя было похмелье.
Раздача автографов
на Комик Коне в июле.
Автограф-сессия «Foyles» в августе.
Я там тоже был!
Нет, ты потянул запястье
во время игры в пинг-понг.
Я раздавал автографы сразу за двоих.
— Мы не в расчёте.
— Нет, в расчёте.
Нет-нет. А тот благотворительный
аукцион в сентябре?
Я предложил ужин с Дэвидом Теннантом.
Это всё ради бездомных!
Услуга есть услуга.
Но тебе же самому понравилось.
Победительница сводила
меня в «Little Chef» в Милтон-Кинс.
Набила полные щёки и читала мне вслух
свой порно-фанфик
под названием «То, что Доктор заказал»,
орошая меня куриным соком
и грёбаной Фантой.
Тебе понравилось!
ПОСТАНОВКА
3 СЕЗОН 2 СЕРИЯ
КТО ЕСТЬ КТО

Вечеринка…
— Для Джорджии?
— Да.
Слегка сложновато всё организовать,
когда ты застрял в отеле в Токио
на другом конце света.
Так что мне нужна твоя помощь,
чтобы добавить последние штрихи.
— А что ещё не готово?
— Еда.
Напитки.
Музыка и гости.
Ты хоть что-нибудь уже подготовил?
Да. Место.
Только нужно, чтобы кто-нибудь
на него взглянул вживую.
Что? Нет-нет-нет.
— Я не поеду в Лондон.
— Оно по твою сторону Лондона.
Договорись обо всём по телефону!
— Не могу.
— И почему нет?
А вдруг там неприятно пахнет?
Прости. Мне послышалось, что ты сказал:
«А вдруг там неприятно пахнет?»
Да. В одном отзыве написано,
что из-за канализации
там пахнет как на куриной ферме.
На куриной ферме!
Можешь съездить и проверить?
Когда?
— Сегодня.
— Нет!
— Почему?
— Мы едем на Рождественскую ярмарку.
Моё дело важнее!
Поговаривают, что сам
Роб Брайдон будет печь там вафли.
Роб Брайдон может
засунуть вафли себе в задницу.
Не богохульствуй.
Да ладно, Джорджия
всегда хотела туда съездить.
Если я сегодня не подтвержу
бронь, то потеряю место.
Но вначале я должен всё проверить.
На случай, если там
и правда пахнет курицами?
На случай, если там
и правда пахнет курицами.
Что за ресторан?
«Долос». Д-О-Л-О-С. На Алмаси-стрит.
— Ты бронировал на своё имя?
— Да.
Там должно уместиться 50 человек.
И у них должна быть приличная кухня.
И спроси про коктейли и караоке.
И смогут ли они приготовить
торт и написать на нём её имя.
Хочу, чтобы всё было как полагается.
Без караоке никуда.
И не говори Джорджии,
что ты мне помогаешь.
— Никому не говори.
— Не скажу.
— Пообещай.
— Обещаю.
— Чтобы она не считала меня неумёхой.
— Даже думать забудь.
— Дэвид, Майкл.
— Привет.
— Привет.
— Не ожидал тебя увидеть.
Мы просто болтали.
У меня встреча с журналистом,
хотел проверить связь…
А вообще, хорошо бы, если бы вы двое…
Свалили?
— На полчасика.
— Кто играет Скруджа?
Хороший вопрос.
— Привет-привет. Простите.
— Доминик!
— Саймон.
— Привет.
А это, конечно же, Дэвид Теннант
и Майкл Шин.
— Рад встрече, Доминик.
— Привет.
— Я присоединился чуть раньше.
— Не волнуйся.
— Мы сейчас отключимся.
— (вал.) Пока-пока.
До встречи. (вал.) До свидания.
Отлично.
— Хорошо.
— Не терпится побеседовать.
Мне тоже. Так кто играет Скруджа?
Вообще-то, Дэвиду
и Майклу уже пора, да ведь?
Правда? Вам ведь пора?
— Уходите.
— До скорого.
— Спасибо, ребята.
— Спасибо, что уделили время.
— Пока-пока.
— Пока.
До скорого.
Так ты снова работаешь
с Дэвидом и Майклом.
Все эти месяцы мы просто пытались
нащупать направление,
найти что-то интересное.
Радиоспектакль.
Радио — это интересно.
Не знал,
что они снова вместе работают.
Да. Боже, мы…
— Мы просто не можем друг без друга.
— Ты во всеуслышание сказал,
что их дуэт себя изжил
— и начал утомлять.
— Что ж, да,
я рад, что вы спросили, вообще-то…
«Я лучше потушу огонь своим лицом,
чем снова стану с ним работать».
— Это Майкл такое сказал?
— Дэвид.
Дэвид? Правда? Точно.
«Я лучше расплавлю сыр
и попрошу его стать режиссёром».
А вот это уже Майкл.
Что ж, мы снова вернулись
на путь взаимного уважения.
Так кто играет Скруджа?
А ты хорош.
Всего через полчаса ты получишь
ответы на все свои вопросы.
Будут Дэвид, Майкл,
Анна, Джорджия, Люси…
— И ты.
— И я.
И объявление о кастинге.
Здорово, правда?
Скрестим пальцы.
— Хорошо. Спасибо, Саймон.
— До встречи.
— Пока-пока.
— До скорого.
Люси, это я. Нам сейчас давать
интервью «Front Row»,
а я всё ещё не решил,
кто будет Скруджем — Дэвид или Майкл.
В любом случае тот, кто роль
не получит, на меня накричит,
— а я хотел бы избежать этого…
— Саймон?
Мне пора. Перезвони. Люблю тебя. Пока.
Саймон?
Я здесь!
Погоди секунду.
Я здесь.
— Саймон?
— Привет.
Кто играет Скруджа?
— Дэвид?
— Что на это скажет Майкл?
Ты же знаешь Майкла.
Вообще-то нет.
— Привет.
— Мне не нравится, когда он тут стоит.
Привет!
Что ты делаешь?
— Прячу ключи.
— Зачем?
Потому что мы обещали
отвезти Лиру к Санте.
А теперь Майкл вдруг
заявляет, что поедет в Лондон.
Он едет в Лондон?
Без своих ключей далеко не уедет!
Скруджа играет Майкл?
А что Дэвид на это скажет?
Брось, это же Дэвид.
Да, но к чему ты клонишь?
Скрудж.
Его играет Майкл?
— Я думала, что Дэвид.
— Саймон?
Кто его играет?
— Они должны узнать это до интервью.
— Да. Конечно.
Как у них… Как у них обоих дела?
То есть?
— Дэвид хорошо проводит время в Японии?
— Нет.
Но это спокойная страна.
Но он хочет домой.
Майкл… Майклу нравится Рождество?
Похоже, он рад с него сбежать.
— Так они оба несчастны?
— Саймон,
— это Дэвид или Майкл?
— Ни тот, ни другой!
Я заполучил приглашённую звезду.
— Приглашённую звезду?
— Кого же?
— Не могу сказать.
— Почему?
— Он очень застенчив.
— Застенчив?
Но он настоящий профи.
— Голливудского уровня?
— По меньшей мере!
— Сколько у него наград?
— Думаю, все.
— Сколько ему лет?
— А сколько Скруджу?
— За 60.
— Что ж, в следующем месяце ему 62.
— Он присоединится к интервью?
— Да.
— У тебя там Саймон?
— Да.
Скажи ему,
что я хочу с ним поговорить.
Он не знает, где ключи.
Ты сейчас серьёзно, Саймон?
Смог бы я такое придумать?
Это снова я.
Я отложил выбор
между Дэвидом и Майклом,
сказав Анне с Джорджией,
что позвал голливудскую суперзвезду
играть Скруджа. Чего я не делал.
— Саймон!
— Перезвони мне.
— Люблю тебя. Пока.
— Саймон!
Майкл.
Приветики!
— Привет.
— Как делишки?
Мы никогда так просто не болтали —
— только ты и я?
— Нет.
Так вот каково это.
— Мне не нравится.
— Ты в Лондоне?
— Да, приехал на день.
— Окажи мне услугу.
— Можешь съездить посмотреть ресторан?
— Ресторан?
Называется «Долос». На Алмаси-стрит.
В отзывах упомянули что-то про куриц.
— В меню?
— Нет, про запах куриц.
— Там бродят дикие курицы?
— Я хочу, чтобы ты…
съездил и проверил.
А почему ты сам не можешь?
Анна спрятала мои ключи.
— Зачем?
— Мы так играем.
— Я уже уезжаю.
— Когда?
— Сразу после интервью.
— Ты же можешь заехать по дороге!
Не могу. Сейчас Рождество.
Послушай, Саймон, Саймон. Это важно.
Это не просто для какой-то вечеринки.
— А для чего?
— Для…
поминок.
Боже, соболезную.
Да.
А кого… Кого будут поминать?
Священника.
— Вы были близки?
— Послушай, мы не во всём сходимся,
— но если ты это сделаешь для меня…
— То ты будешь со мной вежлив
— весь день?
— …буду вежлив с тобой весь день.
Не станешь на меня
кричать, что бы я ни сделал?
— Слово скаута.
— По рукам!
Отлично, спасибо!
Бронь на твоё имя?
Нет, на Дэвида Теннанта.
— Ещё одна наша игра.
— Ваша с Анной?
— Убедись, что туда влезет 50 человек.
— А кто притворяется Дэвидом?
И что там есть еда.
Какие-нибудь канапе.
И коктейли с караоке.
Там будут коктейли с караоке?
Ну, люди же поют, когда выпьют.
— На поминках?
— Майкл?
На чём мы поедем на ярмарку?
Зависит от того,
где сейчас плавают мои ключи.
И никому не говори,
что ты мне помогаешь, договорились?
И ни слова про поминки.
Я — могила.
Майкл попросил об услуге, а взамен
он будет вежлив со мной весь день.
— Саймон…
— Я могу поставить Скруджем Дэвида,
— и Майкл не будет на меня кричать.
— Саймон…
Мне просто нужно съездить
в один ресторан после интервью.
Ты свободен после интервью?
— А что?
— Мы бы хотели побеседовать
с приглашённой звездой.
— Никак.
— Почему?
— Нужно съездить посмотреть ресторан.
— Что собрались праздновать?
Просто детская вечеринка.
— У тебя же нет детей.
— Да, нет.
— Я помогаю другу.
— Другу-ребёнку?
Другу с детьми.
А почему он сам не может
съездить и всё проверить?
Он на поминках.
Умер его священник.
Мне жаль, я и правда не могу…
— А как называется ресторан?
— «Долос».
— На Алмаси-роуд?
— Да.
Он совсем рядом. Слышала, там хорошо.
— А ты ничего не слышала про куриц?
— Куриц?
— Говорят, там пахнет курицами.
— Нет, не слышала.
— Что, если я съезжу вместо тебя?
— Когда?
Прямо сейчас. Я поеду,
а ты побеседуешь с актёром.
— Было бы здорово.
— Так дело только в запахе?
Нет. Нужно узнать, достаточно ли
места для 50 гостей. И что там с кухней.
— Есть ли пицца и газировка?
— Нет, я про канапе и коктейли.
— Для детей?
— Для родителей.
Ясно. Бронь на твоё имя?
Нет, на имя Дэвида Теннанта.
Я иногда использую
его имя, чтобы заказать столик.
Ладно. Но больше так не делай.
Хорошо.
— Привет, детка!
— Привет, дорогой.
— Ты готов?
— Почти.
— Что-то ещё?
— Да.
— Есть ли у них караоке.
— Ясно. Скоро вернусь.
Спасибо. Пока.
Это снова я.
Всё чуть не сорвалось,
но Джорджия нас спасла.
Нужно замять эту тему
с приглашённой звездой,
— пока никто не услышал об этом…
— Дэвид?
…и всё в шоколаде.
Ау?
— Погоди. Я одеваюсь.
— Ладно.
Ты решил приодеться, или ты у нас
сегодня элегантная повседневность?
Элегантное кимоно!
Очень мило!
С токийскими волками жить…
А ты, смотрю, не особо
заморачивался с образом.
Вся прелесть радио в том,
что я полностью свободен в выборе одеяния.
— Неужели?
— Да, моё первое прослушивание
на радиоспектакль я проходил из дома,
сидя голышом.
— Ух ты.
— С тех пор всегда так делаю.
Дэвид, Майкл.
Я принял решение.
Так.
Дэвид, я хотел бы,
чтобы Скруджа сыграл ты.
— Правда?
— И я уверен,
что Майкл меня в этом поддержит.
Я уважаю твоё решение.
А как же приглашённая звезда?
Что? Приглашённая звезда?
Да, мне только что написала Джорджия.
Говорит, что ты позвал какую-то
голливудскую звезду играть Скруджа.
Погоди-ка, так Дэвид
не будет играть Скруджа?
— Ты пригласил звезду из Голливуда?
— Да.
Он подключится на интервью?
— Вероятно.
— Саймон?
Саймон?
Привет-привет. (вал.) Привет!
И он снова с нами! Привет!
— Я опять рановато?
— Пустяки.
Мы сами вечно то здесь, то там.
— Да.
— Я могу выйти и подключиться позже.
— Нет, слушайте…
— Оказывается, у Саймона
для нас сюрприз.
Сюрприз?
Намекаете на приглашённую звезду?
— Привет, Джорджия.
— Дэвид.
Привет.
Доминик. Ты рано.
Парни дали мне жирный
намёк на кое-что интересное.
— Чего им делать не стоило.
— Да, им не стоило этого делать.
Можешь дать нам пару минут?
Да. Целых две минуты, не одну? Ладно.
— Отлично.
— Я на минутку, ладно?
— Ты куда-то ездила?
— Да, надо было смотаться по делам.
Я рассказал Майклу о твоём сообщении
про приглашённую звезду.
А ты в этом будешь, Майкл?
Что ж, вся прелесть…
— Анна!
— Я надену пиджак.
— Он прослушивается голышом.
— И этот образ будет преследовать меня.
— И сними кимоно.
— Ладно.
Игры кончились.
Я во всём сознаюсь. Земля мне пухом.
Джорджия!
Так. Я со всем разобралась.
Я должен кое-что тебе сказать…
— Там нет никаких куриц…
— …о приглашённой звезде…
…а мусорки пахнут
только летом, а не зимой.
— Отлично…
— И ты не говорил…
— …но это и правда важно.
— …что бронь на Рождество,
как раз на мой день рождения.
— Они могут…
— Я должен кое в чём сознаться.
пицца и канапе.
Коктейльная карта у них скромная,
но они делают молочные коктейли.
Караоке у них нет.
Я договорилась
по поводу надувного замка.
— Надувного замка?
— Они сотрудничают с компанией,
организующей детские праздники,
так что я заказала надувной замок,
бассейн с шариками и игровую комнату.
— Ничего себе.
— А ещё будет фокусник.
— Фокусник?
— Ага, Хохотунчик.
А если им не понравится Хохотунчик?
Тогда пусть всё делают сами.
— Саймон.
— Майкл, у меня хорошие новости.
Никаких куриц там нет.
В ресторане? С чего ты взял?
Я им позвонил.
Позвонить и я мог!
Да, но есть и плохие новости.
Караоке у них нет.
Но к счастью,
они поставят надувной замок.
Надувной замок?
— Чтобы разрядить атмосферу.
— Вряд ли это поможет.
Но бассейн с шариками
точно с этим справится.
— Бассейн с шариками?
— И игровая зона.
— Это же поминки!
— Им не обязательно быть мрачными!
У гостей коктейли
поперёк горла встанут.
— И да, коктейли будут молочными.
— Молочными?
Люди любят молочные коктейли и фокусы.
Фокусы?
Привет, я проведу вас
в мир магии. Меня зовут Хохотунчик.
Вот мой цилиндр. А что там внутри?
Маленький кролик!
А если им не понравится Хохотунчик?
Тогда пусть всё делают сами.
Цветок мешается.
Слушай, я знаю, что ты не хотел
пока возвращаться к сериалам.
Но признайся,
ты же сгораешь от нетерпения!
Это точно!
Я просто места себе не нахожу.
Я тут подумал по поводу
вечеринки для Джорджии.
Ты же не хочешь
скатиться в банальность?
— То есть?
— Я про развлекательную программу.
Поэтому я и хочу, чтобы было караоке.
Да, но как насчёт надувного замка,
бассейна с шариками,
игровой комнаты,
молочных коктейлей и фокусника?
— Звучит так себе.
— Тебе недостаёт воображения.
Просто уточни по поводу
запаха, меню и спроси про торт.
Торт!
Так. Милый, у тебя слишком темно.
Тут уже пол-одиннадцатого.
Тогда включи лампу.
Саймон, ты собрался всё интервью
с этим горшком просидеть?
— Возможно.
— Анна!
— Можешь позвать её, Майкл?
— Да.
— Саймон!
— Ау?
Ты готова?
— Нужен торт!
— Торт?
— И чтобы на нём глазурью имя написали.
— Но это же поминки.
— Пять минут.
— Не уверен, что у нас они есть.
Можешь уточнить у них?
— Какое имя нужно будет написать?
— Джорджия.
Можешь мне помочь?
Так, мы готовы.
— Такая интрига. Мне уже не терпится.
— А ресторан делает торты?
— Торты?
— Я забыл про именинный торт.
Там по соседству пекарня.
Отлично, я им позвоню.
Да, они делают
крутые штуки из марципана.
— Голые женщины, мотоциклы и всякое.
— Нужно написать на нём «Джорджия»…
— Вечеринка для Джорджии?
— Да.
— В «Долосе»?
— Именно.
В Рождество.
— С именинным тортом.
— Дэвид?
— Да?
— Почему Саймон организует мне вечеринку?
— Это не так.
— Это не так.
А для кого ты её организуешь?
— Для Майкла!
— Для Майкла?
А Майкл здесь при чём?
Что?
Саймон организует для тебя вечеринку?
Давайте проявим
— чуть больше такта.
— «Больше такта»?
Майкл не хотел говорить,
но это не празднование дня рождения,
— а поминки.
— Поминки?
— А кто умер?
— Священник Майкла.
Не знала, что у нас есть священник.
Был священник.
— И её звали Джорджия?
— Майкл?
— Да.
— Саймон организует для тебя поминки?
Да.
Что случилось со священником?
Трагическая случайность.
Когда?
— Третьего декабря.
— Что случилось?
На неё напал… олень.
Ясно.
— Сколько ей было?
— Пятьдесят семь.
А почему организацией
поминок занимаешься ты?
Я был её лучшим другом.
— Я думал, я твой лучший друг.
— Помолчи!
— Где вы познакомились?
— В воскресной школе.
— В валлийской?
— В греческой.
— Ортодоксальной?
— Атеистической.
— И её звали…
— Джорджия.
— А фамилия?
— Теннант.
— Точно.
— Чёрт!
Дэвид, ты что, попросил Майкла
организовать мне вечеринку?
— Да.
— Ну конечно.
А Майкл, в свою очередь,
попросил Саймона.
Доверился ему!
Мог бы сразу попросить чёртову лопату!
— Анна спрятала мои ключи!
— А Саймон уже попросил меня.
И ты организовала
свою собственную вечеринку.
С надувным замком,
пиццей и клоуном Хохотунчиком.
По-моему, вечеринка выйдет что надо.
— А там пахнет куриной фермой?
— Довольно!
— Ясно? Мы ещё вернёмся к этому.
— Хорошо.
Вы заварили такую кашу,
и в кои-то веки Саймон ни при чём.
Рад это слышать.
Спасибо за тёплые слова, Джорджия.
Я хочу,
чтобы вы прочувствовали этот момент.
Сейчас я, вероятно, вас опять разочарую.
Настало время сказать вам, признаться…
что я, возможно, слегка приврал
по поводу приглашённой звезды, и…
(ит.) Всем привет!
Привет-привет! (вал.) Привет!
Ну теперь-то я вовремя?
— Идеальный тайминг.
— Отлично.
Я знаю, что вы все ужасно занятые люди,
и у вас мало времени,
так что давайте сразу к делу.
— Конечно.
— «Рождественская песнь».
Да. «Рождественская песнь». Ту-ту!
И сразу первый вопрос. Кто есть кто?
И не только потому,
что до меня дошёл один слушок…
Стоит ли рассчитывать
на высококлассную приглашённую звезду?
— Саймон?
— Саймон?
— Саймон?
— Саймон?
— Простите, опоздала.
— Люси?
— Привет!
— Мы тебя не ждали.
Я хотела представить
вам вашего нового коллегу.
— Коллегу?
— Саймон разве не сказал?
Что-то такое упоминал.
Мы вместе работаем, и Саймон
попросил с ним поговорить.
Правда?
— А как же все эти голосовые?
— Точно, голосовые.
— Да.
— Да. Он попросил спросить его,
— не хочет ли он сыграть Скруджа.
— И?
И он согласился.
Конечно. Проблема с камерой
и плохой интернет, это было последней…
Хотя они изначально
были враждебно настроены.
Простите. Всё хорошо. Прервёмся здесь.
Это был трудный день,
и мы отсняли длинную сцену,
непростую сцену, а с приходом
новых людей темп снижается.
У меня не получается включить камеру.
Мы с этим разберёмся.
У Джуди Денч тоже были проблемы.
— Простите.
— Вы не виноваты.
Я не особо дружу с техникой.
— Саймон, какой это был?
— Дубль 12.
Как свет?
— Всё хорошо.
— Но когда мы начали, солнце было выше.
— Знаю.
— Откуда начинаем?
С твоего появления в кимоно.
Но это же было 20 страниц назад.
— Простите.
— Вы не виноваты.
Можем же начать подальше.
Мы должны войти в темп.
Опять напяливать это чёртово кимоно.
Да, пожалуйста. И, Майкл,
ты был в другой одежде,
а гирлянда не горела.
Стулья стояли по-другому,
а Анны в кадре не было,
и у тебя был другой пиджак.
Джорджия, твоё пальто…
— Я уже надела пальто?
— Кажется, да.
Кто-нибудь помнит, он тут стоял?
Да, слева от тебя. Нет, справа.
— Не знаю.
— Мам, мой планшет разрядился.
Дэвид, планшет Дори разрядился.
Зарядка здесь.
— Я выложу её за дверь.
— Поднимись и возьми её у папы.
— А вы разве не в Японии?
— Нет, он на втором этаже.
— Магия кино.
— Хотел бы я оказаться в Японии.
— Ещё раз простите.
— Это не ваша вина.
А чья же это вина, Саймон?
— Давай просто уже отснимем сцену.
— Нет, не хочу.
— Мы можем просто отснять сцену?
— Мы устали, Саймон.
— Простите.
— Заткнитесь!
— Простите?
— Майкл!
— Нет-нет-нет, с меня хватит!
— Не нужно срываться на…
Чушь! Всё это полная чушь!
— Это большая сцена.
— Зачем нам вообще всё это?
— Ты хотел снять третий сезон, Саймон.
— Знаю.
— Обещал нам нечто новое.
— Я и дал вам новое.
Нет-нет, это уайтхолльский фарс.
— Думаешь, это так просто?
— Я думаю, это избито.
Это просто дешёвая копия «Фрейзера»!
Такое уже снимали, и, позволь
заметить, снимали это люди,
гораздо интереснее, лучше,
смешнее и оригинальнее, чем ты!
Знаешь что? Я тоже не хотел
— снимать третий сезон.
— Не хотел?
— Нет.
— Так почему мы его снимаем?
Дэвид, ты…
Джорджия?
Питер?
И они ушли,
отсняв всего
два эпизода третьего сезона,
пока продюсеры и телевидение
ждали от нас ещё четыре.
Простите.
Это не ваша вина.
Нормально?
Да, думаю, да.
Хочешь поменяться?
— Да.
— Хорошо.
Боится показаться низким.
Стулья одинаковой высоты.
Да, но он ближе к камере.
Перспектива решает.
— Так лучше?
— Да, гораздо лучше.
На чём мы остановились?
— Третий сезон.
— Да.
Пресловутый третий сезон.
Ходит много слухов
по поводу того, что пошло не так.
Правда?
Все хотят знать,
что произошло на самом деле.



Серия 17

Проверим микрофоны?
Да, давайте.
Чем завтракали?
Кофе с тостом, банан…
Ничего.
Зря не позавтракал.
— Да?
— Я вот поел.
Так ты целую семью глистов кормишь.
Джорджия хочет начать
с инцидента во второй серии.
Почему?
Из хороших побуждений.
Хочет закрыть тему.
У людей могут быть вопросы.
— Расставим точки над «i»?
— Да.
Мы согласились на третий сезон,
Майкл купил коляску.
Мы сняли первую серию,
Майкл положил в коляску игрушки.
Мы уже почти сняли вторую серию,
как Майкл выкинул игрушки из коляски.
— И вот мы здесь.
— И вот мы здесь.
— Можно тебя на секунду?
— Ладно.
— Можно без этого?
— Чего?
Коляски с игрушками.
Хочешь обсудить свой побег?
Я не сбегал.
— По-моему, сбегал.
— Нет.
Я готов обсудить,
как мы решились на третий сезон.
Обсудить первые две серии.
— Думаю, надо обсудить твой побег.
— Зачем?
Из-за него всё накрылось.
— Не только поэтому.
— Нет, поэтому.
Мы изначально не хотели,
сценарий нам не понравился.
Мы могли его исправить.
Мне надоело на ходу переделывать
писанину Саймона.
Ну…
Микрофоны ещё работают.
Мы вас слышим.
Плевать.
Когда у него была пара дней
на сценарий — это простительно,
но сейчас у него были месяцы!
Исправлять плохой сценарий —
не наша работа!
Всё равно надо… Надо обсудить побег.
— Саймон ушёл…
— Потому что ты сбежал!
— Я не хочу говорить об этом, ясно?
— Ладно, не будем.
Теперь все считают меня злыднем.
— Нет.
— Да, считают.
Нет, просто ты человек эмоциональный.
Это правда.
И иногда ты злишься на свои эмоции.
— Я не злой человек.
— Может, это из-за диеты.
— Этот сериал злит меня.
— Зря не позавтракал.
Я медитирую,
я пою.
А когда всё плохо,
собираю модельки кораблей.
Знаю, я их видел.
— Так себе вышло.
— Ты переборщил с клеем.
Хочу избавиться от этого образа.
Сплетни на съёмках этому не помогают,
и обсуждение этих сплетен
только сильнее меня злит.
— Ты себя накручиваешь. Всё нормально.
— Разве?
Тебя не считают злым из-за побега.
— Нет?
— Тебя считают злым
из-за твоего характера и поведения.
Знаешь, в отсутствии такта проявляется
— твоя незрелость.
— Всё будет хорошо.
— Не будем об этом.
— Не будем.
— Честно?
— Да, не будем.
Пошли.
Всё хорошо?
— Всё отлично.
— Конечно.
— Итак.
— Простите.
Ничего.
Всё в порядке?
— В норме.
— Мы готовы.
Запись пошла.
Начнём с того, о чём все говорят.
Почему третий сезон был отменён
после второй серии?
И-за проблем Майкла с контролем гнева.
ПОСТАНОВКА
3 СЕЗОН 3 СЕРИЯ

ПОСТАНОВКА: ЗА КУЛИСАМИ
Я же в Токио.
ОТПРАВЛЕНИЕ. ПРИБЫТИЕ. ВЫДАЧА БАГАЖА
Да.
— Знак на английском.
— Ага.
В этом и дело.
Думаешь, кто-то заметит?
Ну ты же раньше не замечал.
Я не знал,
что по сценарию буду в Токио.
Ясно.
Ну и ладно.
Разве не ты за это отвечаешь?
Мама велела только
установить камеры, не знаю,
отвечаю ли я ещё и за знаки на японском.
Мы установили камеры повсюду.
Могу показать. Парочка ещё осталась в…
Да, одна тут.
Ещё тут.
У гаража и батута.
Ну да, возможно, я перестаралась.
Всё началось с мелочей.
Джорджия отвечала
за закадровые видео к третьему сезону.
Мы сняли два, шла речь о третьем,
но четвёртого точно не будет, так что…
— Я хотела всё зафиксировать.
— Поэтому так много камер?
Дэвид непредсказуемый, сумбурный.
Особенно в «Постановке».
Хватает что-то, потом ставит обратно.
Иногда где-то прячется.
Не хочу что-то пропустить.
Когда съёмки остановили,
было решено сделать что-то
из снятого Джорджией.
Ты расстроилась?
Мне не нравится то,
каким становится Майкл на съёмках.
Каким же?
Да, я сейчас уберу.
Саймон, наши попытки
имитировать Рождество —
это бред. За окном грёбаное лето.
Я взял одеяла, а ещё свой халат,
и повесил на стену,
чтобы спрятать
это чертовски яркое солнце.
Майкл не злой человек,
но когда он играет этого персонажа
и столько времени
проводит с Саймоном…
И… снято.
Господь, дай мне знак!
За что мне достался этот идиот?
В чём я провинился?
Я виноват?
Это не я! Это не я, это он!
— Это всё непросто.
— И никогда не было простым. Никогда.
Тут свои трудности.
Но они согласились
на третий сезон. Почему?
Ну…
ДВА МЕСЯЦА НАЗАД
Первая серия совершенно бессмысленная.
С чего у нас вдруг Рождество?
— Почему я в Японии?
— Ты полетишь в Японию?
Нет, насколько я знаю.
Он прислал тебе первые две?
Он только их и написал.
Он вообще придумал, что дальше?
Да хрен его знает.
— Я не хочу сниматься.
— Я тоже.
Столько событий, но так скучно.
Он сказал Джорджии,
что хочет попробовать что-то новое.
Вторая серия — фарс?
Ну, у нас всегда закрученный сюжет…
Но, блин, нам тут нечего играть.
Вот именно.
Где же «тук-тук-тук, старый друг»?
Да, где «тук-тук-тук, войдите»?
И тут очень много от Саймона.
— Боже, слишком много.
— О да.
Где нам искать ёлку в июне?
А где тебе взять кимоно?
— У меня есть кимоно.
— Да?
Но оно село после стирки.
Катану не прикрывает, да?
Не хочу сниматься.
Да я тоже не хочу!
Давай скажем Анне и Джорджии.
Ты звонишь из туалета?
Это было лишь раз.
Акустика похожая.
— Я в машине.
— Докажи.
— Я не на толчке!
— Посигналь.
У соседа слабое сердце.
— Включи радио.
— Да твою…
Доволен?
В доме наставили камер.
Я знаю, я прячусь на чердаке.
— А там нет камер?
— Джорджия забыла про него.
Я пришёл почитать.
Я не могу читать в машине.
А я не езжу в книжных.
А в машине есть камеры?
Нет, Анна запретила.
Класс.
Хоть какое-то уединение.
Да. Не люблю, когда дома посторонние.
Разве к тебе не придёт Тай
помочь с камерами?
Да, сегодня днём. Я и Лили позвонил.
Из машины?
Тут сиденья с подогревом.
Как она?
Стараюсь не лезть с советами.
Она же снялась в фильме
с Николасом Кейджем?
Как называется смесь
зависти и гордости?
Родительство.
…лучшие ставки по ипотеке
или помощь в выплате текущей ипотеки…
«Хаус Мортадж» даст честный совет…
— Когда ты успел?
— Заходите…
Пару недель назад.
— Я не одолжу вам мангал!
— Нам обоим предлагали.
Так… Ты же отказался.
Нет, мы отказались.
А я согласился на ипотеку.
Ты хочешь работать один?
— Нет!
— Тогда зачем согласился?
Не люблю отказывать.
Поэтому в каждой бочке затычка.
Просто я отзывчивый.
А ещё многодетный.
Джорджия будет в ярости.
Она с оператором
уже камеры расставила.
Сама виновата.
Надо было сказать,
чтобы она не гнала лошадей.
Какой ты смелый, ты-то далеко.
Я её не боюсь.
Да ты уже на низком старте.
Операторы меня пугают.
Как и любой техник.
Да? Почему?
Я не шарю в их делах.
Я гайки откручиваю ножом для масла,
они меня насквозь видят.
Дэвид?
Ага.
— Скажи ей.
— Сейчас?
Да. Скажи Джорджии, а я — Анне.
— Анна разозлится?
— Нет!
Тогда это нечестно.
Да не бойся ты Джорджию!
Она всегда сама открывает банки.
Чем дольше тянешь…
Ладно, сейчас.
Спасибо.
В сценарии ты ехидный.
У Саймона?
В первых сериях.
По сценарию мы не ладим.
— Как обычно.
— Да брось.
Иногда мы спорим, но ладим!
Ты там грустный.
Мы всё равно отказываемся.
Он пишет то, что видит.
Скажи Джорджии, а я — Анне.
Добро?
Да, добро.
Ладно.
Хорошо.
Слава богу.
Почему Чарли ходит за мной?
— Прости.
— Всё хорошо.
Она изучает локацию.
Камеры будут по всему дому?
Наверху почти закончил. И на кухне.
?Спасибо, дорогой.
?Ага, спасибо.
?В ванной не стал, потому что…
?Да, это скользкая тема.
?Ты говорил с Майклом?
?Да. Короче…
?А на чердаке?
—Да.
— На чердаке есть камеры?
Ну да. Я не хочу что-то пропустить.
Я, конечно, непредсказуем, но…
— Мы читали сценарий.
— Ты поедешь в Уэльс?
А нельзя найти кого-то поближе?
Майкл — эксцентрик. Поторопись.
Думаю, Майкл…
Как мы покажем Токио?
У тебя есть бонсай?
У меня и правда есть бонсай.
А у мамы есть японские мюсли.
Откуда у твоей мамы японские мюсли?
Зачем нам мюсли в номере отеля?
Издержки плохого сервиса?
Майкл считает, что…
?А что с картиной
над кроватью по сценарию?
?Можно взять японский свиток.
Он легко сворачивается.
Удобный фон, и хранить легко.
?А что там сейчас?
?Женщина с сиськами.
Сойдёт.
Майкл считает… Надо ответить?
Да нет, это просто Саймон.
Прости, так ты?..
Я подожду.
Хорошо.
Это Майкл.
Ну и чего же он…
«Дэвид сказал,
что мы не согласны на третий сезон?»
Первая серия какая-то бессмысленная.
— Глупости.
— При чём тут Рождество?
Это же рождественский спецвыпуск.
Да?
А?
Майкл же едет покупать ёлку.
Да, но он же эксцентричный.
Ты летишь домой на Рождество.
Как-то я не подумал.
А «Рождественская песнь» в конце?
Да, точно. Теперь я понял.
— Вторая серия — фарс.
— И?
Нам нечего играть.
Тогда просто выучи свой текст.
Майкл не хочет сниматься.
Ясно.
А ты?
Я тоже не хочу.
Мы согласились с условием,
что будет что-то новое или интересное,
а тут ни того, ни другого.
Хорошо.
— Всё хорошо?
— Не заставлять же тебя.
— Тай?
— Да?
— Отбой.
— В Уэльс не ехать?
— Не ехать.
— О нет.
— Извините.
— Ничего.
Джорджия, я еду.
Джош сказал, что будет достаточно
одного: либо Дэвида, либо Майкла. Может…
— Тай?
— Да?
Ты едешь в Уэльс.
Дэвид?
Подойди и послушай это.
Вот что ты скажешь Майклу…
Все недочёты надо быстро исправлять,
иначе всё выйдет из-под контроля,
как пожар.
Всё нормально, но стоит отвернуться,
как он уже бегает
среди деревьев и пугает белок.
Не лучший мой поступок,
но иногда полезно раздуть пламя.
И дать белкам сгореть.
Анна?
— Майкл.
— Господи! Тай!
Когда ты?..
— Только что.
— Ясно.
— Устанавливаешь?
— Ага.
Мама хочет несколько.
Одну тут, одну позади тебя
и ещё одну там.
Ясно. Спасибо, что приехал.
Знаю, это всё…
тоска.
Ничего.
— Операторы меня пугают.
— Ага.
Да и все техники.
Я не шарю в их делах.
Например?
В отвёртках.
Я нож для масла использую.
Это нож для сыра.
Можно попросить совет?
— Да.
— Он касается Дэвида. Папы.
Твоего папы. Твоего Дэвида.
— Короче… папы.
— Папы.
Майкл, я в машине…
Как раз говорю с Джошем.
Ему не нужны вы оба с Дэвидом.
Ему будет достаточно одного…
Хотите сниматься без Дэвида? Папы?
— Думаю, это он так хочет.
— Почему?
Он так делал.
Когда?
Реклама ипотеки на радио.
А вы хотите
рекламировать ипотеку на радио?
Ещё чего.
А снимать третий сезон?
А папа станет сниматься без меня?
Вы же знаете папу.
Здравствуйте, Майкл Шин
хочет поговорить с Джошем Друри.
Перезвоните, как сможете.
Большое спасибо. Пока!
— Полегчало?
— Нет.
— Можно чаю?
— Да.
Продолжат ли съёмки без одного из нас?
Нет.
Нет?
— Но…
— Что?
Вдруг ему отправили
такое же сообщение?
Что он там написал?
Он пишет…
«Дэвид сказал, что мы не согласны
на третий сезон?»
Специально спросил,
потому что хочет сниматься один.
— Нет же!
— Нет?
— Хотя…
— Что?
— Нет, ты сказал, что не хочешь.
— Это было до того.
— До чего?
— До того, как он узнал про рекламу.
— Он завидует?
— Думает, я снимаюсь без него.
— Ты снимаешься без него.
— Поэтому захотел без меня?
Продолжат ли съёмки без одного из нас?
— Нет.
— Нет.
Возможно.
С чего им выбирать Майкла?
Ему ребёнка кормить.
У тебя их целая орава.
Он интереснее.
Чёрт! Это с канала.
— Привет, Джош.
— Привет.
— Я тут с Дэвидом.
— Привет, Джош.
— Привет.
— Знаю, мы должны всё прояснить.
Саймон передал вам сценарий?
У меня пропущенный от Майкла.
Он хотел дать добро?
— Ты ему перезвонил?
— Он не взял.
— Какие новости?
— Что ты делаешь?
Ясно. Всё ясно.
Майкл хочет сниматься без меня.
Но ты сам не хочешь.
Но не хочу, чтобы он снимался!
Давай-ка успокоимся, вздохнём поглубже
и обдумаем все варианты.
Да когда этот метод работал?!
Верно подмечено.
Пошли в ванную звонить Майклу.
— Ладно.
— Идём.
— Ты как?
— Нормально.
Не лучшее место для работы с клеем.
Я жду звонка с канала.
Они не перезванивали?
Я не ответил.
— Почему?
— Руки были в клее!
Джорджия звонит.
Знаешь, во скольких рекламах
Дэвид снялся без меня?
— Нет. Ты выйдешь отсюда?
— Ни за что.
Привет, Джорджия.
Знаешь, во скольких рекламах
твой муж снялся без меня?
Нет.
Хочешь сниматься
в третьем сезоне без него?
Я не хочу в нём сниматься.
Я тоже не хочу.
Я тебе не верю.
Зачем мне это?
Во-первых, ты не умеешь отказывать.
Во-вторых, это единственный
нормальный проект из недавних.
И наконец, Джорджия сама открывает банки.
— А при чём тут банки?
— Он боится, ты разозлишься,
лишившись шанса на «Оскар»
за документалку.
Ты опять в машине?
А ты в чулане?
Нет, мы прячемся в душе.
Зачем ты звонил BBC?
Как ты про это узнал?
От Джоша.
Зачем ты говорил с Джошем?
— А ты зачем говорил с Джошем?
— Вот в чём вопрос.
Этот вопрос я адресую тебе.
Нет, это я тебя спрашиваю.
Ты сказал ему,
что хочешь сниматься без меня?
Да не хочу я!
Я тебе не верю.
Первая серия бессмысленная.
Это рождественский спецвыпуск.
Сейчас июнь!
Сейчас июнь.
Но она же выйдет позже.
Но она же выйдет позже.
Ага, но вторая серия — фарс.
Ты звонишь убедиться,
что мы оба отказались?
— Да.
— А не потому, что хочешь меня слить?
Да в чём дело, Майкл? Завидуешь?
Кому я, по-твоему, завидую?
Мне, ясное дело,
и одной жалкой рекламе ипотеки,
в которой я посмел сняться без тебя.
Одной рекламе ипотеки?
Ага.
Одной рекламе ипотеки?!
Да не злись ты так.
Тут клей повсюду.
Я был собой ещё до «нас».
Я был собой ещё до тебя.
— В смысле?
— Я старше.
Я не любитель кофе… Нет!
Семья растёт? Сосед раздражает?
Хотите своё пасхальное яйцо?
Хотите свой дом на колёсах?
Ищите животное из приюта?
В мире лучших пчёл…
Стоматология…
Улыбнитесь, всё не так плохо!
Мне просто нравится их продукция.
— Знаешь что? С меня хватит.
— Хватит чего?
— Я не хочу сниматься.
— Я тоже.
И уж тем более
не дам тебе сниматься без меня!
— Я и не буду.
— Я не хочу рисковать.
Поэтому ты будешь?
Да.
Тогда я тоже!
— Не рад слышать.
— Я в ярости!
Круто, мы снова вместе.
Снимем что-нибудь классное!
Что ж, в нашей жизни хватает хаоса
и без Саймона.
Его создаёт Джорджия.
И так добивается желаемого.
Я это я. Я это я.
МНЕНИЕ ДЖОША ДРУРИ, ПРОДЮСЕРОВ И BRITBOX
МОЖЕТ ОТЛИЧАТЬСЯ ОТ ВЫСКАЗАННОГО КАСТОМ.
Я не терплю, когда меня бросают.
Речь про лето, когда ты играл?..
Меня много раз кидали с работой.
Речь про лето, когда ты играл лошадь?
В итоге всё оборачивается
на пользу бросившему.
Звучит многообещающе.
Билли Пайпер ушла,
а потом выиграла премию Оливье.
У меня вот нет премии Оливье.
Оливия Колман уходит —
выигрывает «Оскар».
Теперь-то всё ясно.
— Что получишь ты, когда уйдёшь?
— Нобелевку.
Давно пора.
В юности меня бросили в магазине.
Я пытался бросить тебя
в магазине сотню раз.
Ага.
Так вы согласились на третий сезон?
Верно.
?Хотя оба не хотели?
Верно.
?Не самое удачное начало.
Дальше — больше.
Что случилось?
Нас бросил Саймон.



Серия 18

Кстати, я тогда подготовил заявление.
Да? Зачем?
Я хотел донести нашу точку зрения.
А название у тебя есть?
Разве у заявлений
обычно бывают названия?
Ага. У хорошо структурированных
они должны быть.
«Антагонисты».
Немного расплывчато.
— Зато запоминается.
— Да и интерпретировать можно по-разному.
Нет, если прочитать.
Не думаю, что заявление должно
вызывать субъективные реакции.
— Оно и не вызывает.
— Это не поэма Роберта Фроста.
— А ты написал заявление?
— Нет.
Тогда закройся нахуй.
К чему относится это название?
К Саймону!
О, нет, такое никогда бы
не пришло мне в голову.
Придёт, если прочитаешь.
Джорджия говорит,
что мой антагонист — это ты.
А это делает тебя героем.
— Разве это не так?
— Нет конечно.
— Понятно.
— Ты принцесса в башне.
Не стоило стричься.
Ну или девица в коттедже.
Джорджия говорит, что мы похожи
на давно женатую пару.
Потому что так и есть!
— Нет. Не я и Джорджия, а мы с тобой.
— А, ясно.
А кто в паре большая ложка?
— Я.
— Я.
Надо было оставить тебя
в той ёбаной башне.
— В коттедже.
— Я собираюсь прочитать…
заявление, которое подготовил ранее.
Шикарно. Внимательно слушаю.
Саймон ушёл в третьем сезоне.
ПОСТАНОВКА
3 СЕЗОН 4 СЕРИЯ

ПОСТАНОВКА: ЗА КУЛИСАМИ
Мне надо идти.
Саймон, мне надо приготовить обед.
И если мы ещё не закончили
на сегодня, то печально.
Саймон, я знаю, что он ворчливый ублюдок,
но он в своём праве.
Почему он ушёл?
Ему надоело.
Я думаю.
Он написал две серии в спешке.
Для него это был большой стресс,
многое стояло на кону.
Ну и он никогда не был хорош в…
Саймон — неконфликтный человек.
Поэтому когда Майкл ушёл,
а Дэвид его поддержал,…
самооценка Саймона сильно пошатнулась.
Он очень ранимый.
Но мы всё ещё должны сериал Джошу.
У нас есть записи Саймона на…
на конец эпизода. Ничего особенного…
Ничего конкретного, больше похоже на…
абстрактную поэзию, чем на сценарий.
Ага.
Он явно был не в духе.
ЭТО ВСЁ ХУЙНЯ!
Что он там внизу написал?
«Купить новый свитер».
Он пару раз убил Майкла.
Может быть, это было сном,
а может и нет.
А под его записями есть раскадровка.
Кстати, если пролистать,
то можно увидеть клоуна…
копающего могилу.
Джорджия предложила
Дэвиду и Майклу закончить сценарий.
Вариантов было два: продолжать сериал
или сосредоточиться на документалке.
А у вас были предпочтения?
Ну, решала не я, поэтому нет.
Джош хотел видеть конфликт
и мятущиеся души.
Ссоры и примирения,
битвы едой и взрывы.
Либо Дэвид и Майкл вписали бы
это в сценарий,
либо воплотили бы в жизнь
под прицелом камер.
Комната сценаристов.
Значит, у вас не было предпочтений?
Нет.
— Чувствуешь магию в воздухе?
— Да.
Она сгущается, она бурлит.
Не знаю, правда, тут ли она.
Ладно.
Здесь жарковато.
Я кое-что сделала с термостатом.
Я не очень хорошо себя чувствую в жаре.
А кофе тут есть?
И не давала Дэвиду спать
из-за неисправного датчика дыма.
Итак, сколько страниц нам нужно?
— Около 30 или что-то такое.
— Около 30. К какому времени?
Джошу нужно что-то показать к шести.
К шести? Почему так скоро?
Потому что мы невероятно сильно
отклонились от расписания.
Значит, у нас есть около восьми часов.
Ага, значит 30 делим на восемь. 3,75.
Округлим до четырёх.
Четыре страницы за час?
— Легкотня!
— Легко!
Но не более.
Вроде бы.
— Кто звонит?
— Джорджия.
— Привет, милая.
— Можем ли мы убрать все телефоны?
Не могли бы вы… оставить нас?
— Майкл выставляет команду за дверь.
— Ладно.
Пока!
Нам нужно сосредоточиться
на работе, простите.
— Я переведу тебя на громкую связь.
— Хорошо.
Джорджия, тут я и Майкл.
— Привет, Джорджия.
— Привет, Майкл.
— Как кабинет?
— Тут есть кофе?
— Я организую.
— И здесь жарковато.
— Майклу жарко.
— А там есть термостат?
Он не любит жару, сама знаешь.
Да. Написано, что он не работает.
Попробую чем-то помочь.
Джорджия, я не люблю жару.
Воздух словно вязнет.
Я не хочу быть в комнате с Майклом,
когда мы завязнем.
— Может потребоваться время.
— Этого недостаточно…
А, подожди-подожди.
— Похоже, что окна открываются.
— Майкл нашёл окно.
И открыл его. Тебе получше?
— Намного.
— Говорит, что ему намного лучше.
— Шикарно.
— Слава богу.
А то бы я разорвал твоего мужа
на много маленьких кусочков!
Не стоит этого делать.
Ладно, милая, время творить магию.
— Поговорим позже.
— Хорошо.
— Люблю тебя, пока!
— Люблю тебя, пока!
— Так.
— Хорошо.
Поехали.
— Телефоны убраны, камер нет.
— Ага.
Новая запись.
— Момент настал.
— Точно.
С чего нам начать?
Я хотела,
чтобы у них всё получилось. Правда.
Всё остальное — это просто…
запасной план.
— О, у меня же есть записи Саймона!
— Отлично.
— Ага, где-то в почте. Подожди.
— Что-нибудь полезное?
Там слова и фразы всякие.
Странный диалог.
Да? А какова общая суть?
— Подавленная ярость.
— Так. И когда он это написал?
— Пока мы снимали.
— Понятно.
Думаешь, Саймон вспыльчивый человек?
Нет. Я не знаю.
Возможно.
Ну, он может согнуть ложку силой мысли.
Я думал, что это просто глупый фокус.
— Да, конечно.
— Да.
Думаешь, он на нас злится?
Сложно сказать.
А мы появляемся в его записях?
Ну, он использует
множество псевдонимов.
Например?
Большеголовый и Малыш.
Это может быть кто угодно.
Жердь и Кресло-мешок.
Всё ещё непонятно.
— Майкл и Дэвид.
— А, ясно.
«Кухня Майкла. Рассвет.
Майкл грустно смотрит в окно.
В одной руке у него фото Дэвида,
в другой — вязальная спица».
Ты вяжешь?
Никогда не пробовал. Анна тоже.
«Он садится за свой стол, поднимает
кончик спицы на уровень глаз,
смотрит на фото Дэвида,
отклоняется назад,
а затем с силой…»
Что с силой?
Ничего. На этом и заканчивается.
Далее…
«Однотонный свитер или в полоску?»
Я что, осматриваю спицу?
С силой?
Почему я держу твою фотку?
Может быть, ты вяжешь мне свитер?
Боже.
Бурав — не моих рук дело. Правда.
Я отвечала только за жару,
сигнализацию и меню.
Я рассказывала про меню?
— Что произошло?
— Адский шум закончился.
— Как долго я спал?
— Пару часов.
А почему ты меня не разбудил?
Ты так мирно спал.
Я такой голодный.
Да, я прилепил меню на твой свитер.
— А где ты его нашёл?
— В ящике.
Мне снилось, что я был
внутри кухонного комбайна.
Я завидую твоей способности отдыхать.
Ну, я городской.
По-настоящему меня пугают тишина и покой.
— А как твои дела?
— Я написал начало.
Это хорошо. Дай-ка посмотреть.
«Входит Майкл».
— Хорошее начало.
— Даём людям то, что они хотят.
Ага. «Дэвид спит».
— И всё?
— Вообще-то начинать тяжело.
— Ты должен что-то сказать.
— Я знаю.
— Так начнётся сцена.
— Знаю.
— Но я не хотел тебя будить.
— Так почему ты написал, что я сплю?
Это всё, что я смог придумать.
Ты выглядел таким умиротворённым.
Давай, поехали.
«Дэвид просыпается».
«Утречко!»
— Почему бы тебе ещё не поспать?
— Нет!
Кажется, я проголодался.
Нам просто нужно написать
первые строчки,
— чтобы войти в колею.
— Сколько сейчас времени?
Час дня. Осталось пять часов.
— Тогда что? Шесть страниц в час…
— Легкотня!
— Я закажу обед.
— Да!
Здравствуйте, могу я заказать еду?
Да, какой у вас адрес?
Студия «Онсайт», Ковент-Гарден.
Записала. Что будете заказывать?
Курочку «Кунг-пао».
Роллы с уткой.
Жареный рис с яйцом и креветочные чипсы?
— Что-нибудь ещё?
— Нет, всё.
— Спасибо. Уже готовится.
— И, пожалуйста, не забудьте чипсы.
Такое ощущение, что там Джорджия.
Нет, это женщина
из китайского ресторана.
— Почему ты настаивал на чипсах?
— Мне нравится как они шипят.
Слушай, а как тебе вот это?
«Индустрия — это Серенгети, а я — лев.
Майкл — обезьяна, обезьяна с палкой».
Мне кажется это не то.
Слишком драматично?
Саймон обычно начинает с чего-то
спокойного и сдержанного.
Так, а может быть,
у кого-то из нас есть хобби,
— о котором мы не говорили раньше?
— Например?
— Могу чего-нибудь поискать.
— У нас нет столько времени.
— Тогда я могу что-то выдумать.
— Например?
Вязание. Духовые инструменты.
Так, давай-ка вернёмся назад.
— Где мы остановились?
— Не будем выходить за рамки персонажей.
Да, конечно, мы их хорошо знаем.
— Мы знаем их. Мы знаем себя.
— Всё так.
Так. Быстро. Отвечай!
Что тебя мотивирует?
Паника! А что тебя вдохновляет?
То, как поднимается тесто.
Чего ты боишься?
Магнитов! Что ты говоришь,
когда заходишь в комнату?
«Индустрия — это Серенгети, а я — лев».
Нет-нет-нет!
Почти.
Почти.
Как думаешь, Саймон злился на нас?
Скорее на тебя, чем на меня.
Я не хотел, чтобы он ушёл.
А не надо было тебе сбегать.
Не стоило обижать его сценарии.
— Ты его и похуже называл.
— Но не в лицо же.
— Именно в лицо.
— Ага, в лицо.
Ты с ним говорил?
Нет.
Как думаешь, может, нам позвонить ему?
Зачем?
Не знаю.
— Ты знаешь, что он покинул индустрию?
— Серьёзно?
И чем он занимается?
Да хуй знает.
Да ёбаный…
Стоматология. Люси говорила,
что этим их родители занимаются.
Это дело наших родителей.
Думаю, что ему просто надо
побыть с семьёй.
Он выложил фотку в форме врача,
так что он как минимум
занялся косплеем.
А Майкл и Дэвид… они увидят это?
Если попадёт в монтаж.
Отлично.
Счастлив?
Да. Вот так.
Так. Хорошо.
Отлично!
Поехали.
Прости, я думал…
Джорджия говорила,
что тебе есть что сказать.
Ага. То есть нет, я просто подумал…
Ты хочешь что-нибудь сказать?
Хочу, я просто думал,
что ты как-то начнёшь.
Хорошо. Мы здесь,
чтобы обсудить третий сезон.
Третий сезон.
Давайте я сразу всё проясню.
Я ни на кого не злюсь.
Я не держу обид. Ни на кого.
Звучит здраво.
Игнорируя злость,
мы возвышаемся над ней.
Вот как?
Слушай, никому не нравятся
конфликты на работе.
Никто не любит, когда его критикуют,
особенно когда тебе кажется,
что ты очень старался.
А ты думаешь, что очень старался?
Да.
Ну, когда написано
уже 250 страниц об этих двоих,
становится немного трудно
написать что-то новое.
А зачем это?
Мне надо было.
А теперь?
Теперь мне нужно заняться чем-то ещё.
— Стоматологией?
— Да.
Разве обучение не займёт годы?
Да, но есть короткий путь,
потому что мои родители —
стоматологи, так что…
И ты думаешь, что у тебя есть
генетическая предрасположенность?
На двери же написано
«Доктор Эванс», разве нет?
Это кабинет твоего отца.
Разве?
Я загуглила.
Вот мой первый совет:
не гугли ничего по медицине.
Поэтому мы снимаем
во время обеденного перерыва?
ЗАМЕНИТЬ ЭТУ ЧАСТЬ,
КОГДА ПОЯВИТСЯ НОВОЕ АУДИО.
Привет.
Могу тебя попросить
вернуться в приёмную…
— и оставить в покое шарики?
— Да, да, конечно.
Это был твой отец?
Ага.
Стоматологи не носят стетоскопы.
Как же они тогда измеряют температуру?
Конечно, я могла уговорить
Саймона вернуться,
но честно говоря,
я не видела в этом смысла.
У Дэвида и Майкла и так
неплохо получалось.
Знаешь, под давлением
и из угля получаются алмазы.
Сколько сейчас времени?
Почти четыре.
Пятнадцать страниц в час?
Легкотня!
Боже!
Где наш обед?
Не знаю? Ты звонил им?
Ты же слышал, как я звонил!
А, да.
Непреодолимое желание креветочных чипсов.
Прямо название романа Роберта Ладлэма.
Ты смотрел «Путешествие»?
— С Робом Брайдоном и Стивом Куганом?
— Ага.
Да. Мы практически
скопировали их формат.
Я думаю, что мы можем просто
скопировать их сценарий
и поменять немного реплики.
Никто и не догадается.
— Все всё поймут.
— Ты чего такой раздражённый?
— Мне очень жарко!
— Встань обратно у окна!
— Я не хочу!
— Почему?
Потому что я оглушён буравом!
— Джорджия говорит…
— Знаешь, ты это часто повторяешь.
«Джорджия говорит».
Она говорит, что ты меня критикуешь,
чтобы скрыть свои комплексы.
Да что ты?
Она говорит, что в разговоре
ты выставляешь свои мысли за её мысли,
чтобы скрыть как раз твои комплексы.
— Она так говорит?
— Именно.
— У меня нет комплексов.
— У меня тоже.
— Я выше 180!
— А я полон тестостерона!
Мне начинает казаться,
что ты на меня злишься!
— С чего бы тебе так думать?
— Не знаю!
Я что-то не так сделал?
— Мне просто есть хочется.
— А я устал.
— И мне не нравится писать.
— Как и мне.
— Думал, что это попроще.
— Ага. Если уж Саймон этим занимался…
А я прочитал сотни разных сценариев.
Я думал, что пойму основы,
просто впитывая информацию,
понимаешь…
Так зачем ты сказал,
что хочешь писать?
Я так не говорил, это ты.
Я сказал?
— Разве нет?
— Я не говорил такого.
Правила орфографии поражают меня.
Я даже в своём имени буквы путаю.
Ты хотел писать!
— Нет, это ты хотел!
— Кто сказал?!
Джорджия!
Только посмотри, кто здесь.
— Привет.
— Привет!
Хотела узнать, как у вас дела.
Как сценарий?
— Тут адский шум.
— И нам жарко.
— Я устал.
— А я ужасно голодный.
— Звучит напряжно.
— Так и есть.
Не хотела бы добавлять вам проблем, но…
ходят слухи про отключение света.
Джорджия, ты сказала каждому из нас,
что другой хочет писать этот сценарий?
Говорила?
Ага.
Что…
Зачем?!
Я просто хотела,
чтобы вы работали вместе.
Это хороший материал.
Мы не сценаристы!
Вам и не надо было ими быть.
Ну, необязательно.
Людям нравится смотреть,
как вы ругаетесь.
— Прости, что? Как мы ругаемся?
— Спорите.
— Это всё для документалки.
— Чего?
— Ну, фильм о создании сериала.
— Слушай, если вы написали сценарий,
то это просто отлично.
А если нет, то у нас всё равно
есть материал.
Мы не…
— Мы не тореадоры на корриде.
— Я знаю, что вы не тореадоры.
— Мы могли бы ими быть.
— Конечно.
Это как смотреть петушиные бои.
Две тощие птицы кричат друг на друга.
Жердь и Кресло-мешок.
Жердь и Кресло-мешок — это мы!
Это была ты! Ты была женщиной
из китайского ресторана!
— Что?
— А как насчёт шума и жары?
Я не понимаю.
Она заставляет нас голодать!
И плавиться от жары!
А ещё мы устали и оглохли.
Почему ты работаешь
в китайском ресторане?
Ладно, ладно. Я сдаюсь.
Найди того, кто всё напишет!
Люси, привет. А где он?
— Спасибо, что приехала. Ты была рядом?
— Нет.
Извини.
Джорджия сказала, у неё что-то срочное.
Что конкретно нам нужно?
Ты войдёшь внутрь
и позовёшь его, а мы за тобой.
Саймон?
Наверное, он наверху. Саймон!
Серьёзно, просто…
Может быть, стоит скрепить
резиновой лентой.
Или скотчем.
Просто скрепите, пока не уйдёт боль.
А затем…
перезвоните.
— Корневой канал.
— Ты говоришь в пульт от телевизора.
— Им надо, чтобы ты вернулся в сериал.
— Кому «им»?
— Джорджии. Она меня сюда послала.
— А почему сама не приехала?
Она о чём-то пылко
дискутировала с Дэвидом.
Что-то про датчики дыма и тореадоров.
Я теперь стоматолог.
Я так не думаю.
Нет.
Что это такое?
Я пытался найти то,
чем мог бы заниматься.
Понимаешь, хиромантия —
неплохой вариант.
Или садоводство.
Я могу писать песни или…
могу быть профессором в университете.
— А чем ты хочешь заниматься?
— Я хочу писать.
— Так возвращайся тогда и пиши.
— Но я не могу.
Я пытался, правда.
Пытался написать
что-то новое, совершенно другое.
Я отправлял Дэвида в Японию,
пытался написать фарс с ними обоими.
Я пытался. Но, похоже,
никто этого не заметил.
— А потом ушёл Майкл.
— Майкл хочет, чтобы ты вернулся.
— А Дэвид?
— Он тоже ждёт твоего возвращения.
Прости, что я так задержалась.
Извини за глупости.
Да ладно. Ну теперь ты здесь.
Просто возьмись за написание.
Ребята вот здесь.
Так что…
советую постучать.
Саймон!
Ты наш спаситель!
— Я принёс шарики!
— Я, блядь, обожаю шарики!
И еду.
Саймон…
Мы натворили дел…
и я задолжал извинения.
Но…
это же…
еда.
Здесь.
Сейчас.
Ага, хорошо.
Слушайте, Саймон в полном
вашем распоряжении,
отопление починили,
а на улице закончили ремонт.
— И у нас есть еда!
— И у вас есть еда.
— Спасибо Саймону.
— Спасибо мне.
Так, ладно…
Вы сможете представить
сценарий к утру? Я ушла!
Вернуть Саймона для написания сценария
было правильным решением.
Документалка была запасным планом.
Здесь весь заказ?
Неплохо… Хорошее начало.
Саймон?
Нужно просто внести некоторые правки.
А где креветочные чипсы?
Где креветочные чипсы?
Конфликты и мятущиеся души.
Ссоры и примирения.
Битвы едой и взрывы.
МНЕНИЕ ДЖОША ДРУРИ, ПРОДЮСЕРОВ И BRITBOX
МОЖЕТ ОТЛИЧАТЬСЯ ОТ ВЫСКАЗАННОГО КАСТОМ.
Саймон ушёл в третьем сезоне.
Мы с Дэвидом сокрушены.
Одно дело двигаться дальше
без надёжного коллеги
и генератора идей,
а другое дело — продолжать без друга.
Саймон очень важен нам обоим.
И мы желаем ему
всего самого лучшего в его карьере.
— Прелестно. Это прелестно.
— Благодарю.
— Ты это когда-нибудь опубликуешь?
— Боже, конечно нет.


Серия 19

Сегодня выходит первая серия…
Да, точно.
Чувствуете гордость?
Скорее облегчение.
Какие планы?
Попробоваться в других проектах.
Немного абстрагироваться.
Друг от друга? Или…
От сериала.
Рассматриваете какие-то предложения?
Тут никогда нельзя сказать наверняка.
Правда?
Запуск фильма или сериала —
дело небыстрое,
а театральные проекты
то появляются, то закрываются.
Я уже успел забыть, что Джорджия возит
тебя на тележке как товар
под носом у продюсеров,
чтобы было на что купить хлеб и сыр.
С чего такая тяга к переменам?
Порой кажется, что ты стоишь на месте.
Два сезона «Благих знамений»,
три сезона «Постановки»…
Всегда полезно
попробовать что-то новое.
Да, я тоже так считаю.
А у тебя какие планы, Майкл?
Буду играть Эньюрина Бивена для BBC.
Что?
И это ты называешь «что-то новое»?
Я же никогда раньше его не играл.
— Зато делал на него пародии.
— Никакие это не пародии.
Сколько раз ты смотрел
выступления старины Тони Блэра?
А сколько раз ты напяливал
коричневый плащ, зализывал волосы
в экспоненциальную кривую
и сражался с солонкой?
Этому балагану уже сто лет в обед.
Бивен — валлиец. Будет…
Будет выискивать футболистов,
чтобы выпустить пар?
Это твой новый… Твой новый…
(вал.) «Боже правый! Это разве футбол?
Где же ваша валлийская удаль?»
Как-то так всё будет?
Нам ждать нового детектива от BBC
с вашим участием?
— Пока нет.
— Нет? Серьёзно?
Может, в следующем году и будет
какое-нибудь убийство в городке.
— Всё возможно.
— Будешь загадочно смотреть на скалы?
— И предаваться унынию.
— Хмурить старую добрую бровь.
Пущу в ход все свои трюки.
Странно, что твой приезд
не обращает население в бегство.
«Какой миленький городок.
Так рад, что мы сюда перебрались.
Это что, тощий мерзавец,
чей приезд знаменует
чью-то скорую смерть?
Хей-хо, нам пора».
Значит, пока придерживаетесь
старого курса?
Да.
Даёте людям желаемое?
Да. Что-то вроде того.
Не боитесь,
что вам может это наскучить?
— В последнее время всё чаще.
— Не особо.
А если вы наскучите людям?
ПОСТАНОВКА
3 СЕЗОН 5 СЕРИЯ

ПОСТАНОВКА: ЗА КУЛИСАМИ
Уж не знаю, сколько ополаскивателя
для рта Саймон выпил в стоматологии,
но сценарий третьей серии был…
был весьма неплох.
Он был амбициозным,
смелым, чем-то совсем новым.
Мне кажется, именно поэтому Дэвид
с Майклом так воодушевились.
Я не то чтобы поддерживала их решение,
но было здорово снова видеть Майкла таким.
Документалка по-прежнему
была запасным планом,
так что мы решили,
что хотя бы попробовать стоит.
Доверимся потоку в последний раз.
По сценарию Дэвид и Майкл
встречают свои версии
из первого сезона,
как знамения того,
что их ждёт в будущем.
Все общаются по видеосвязи —
Дэвид с Дэвидом, Майкл с Майклом.
Дэвид научил сам себя
готовить закваску.
Майкл и Дэвид ругаются
с Майклом и Дэвидом.
Майклы ругаются с Дэвидами,
а потом Майклы их предают.
Очень концептуально.
Словно призраки грядущего Рождества.
Словно «Билл и Тед»
или вторая часть «Назад в будущее».
Последний рывок.
Нам всем хотелось,
чтобы всё получилось.
Да, нам хотелось,
чтобы всё получилось.
Вы расстроились, когда свернули съёмки?
Да.
Да.
Это…
Джош хотел другого,
да и бюджета был совсем скромный…
Майкл покинул проект.
И Дэвид тоже.
Они больше не хотели сниматься.
Мы приняли решение
выпустить документалку.
Джорджия добилась того, чего хотела.
Никто не хотел,
чтобы всё вышло вот так…
Когда мы только начинали…
сериал был скорее полётом фантазии,
сценарий писался чуть ли
не на коленке, а теперь…
Просто…
Сегодня выходит первая серия.
Да. Надеюсь, нам спустят это с рук.
Чтоб меня. Они все ужасны.
— Они не плохие.
— Но и не хорошие.
Тогда просто их не читай.
«Некогда самобытный и вдохновляющий
проект скатился в банальщину и тоску».
Они же только первую серию посмотрели.
— Документальная часть — не банальщина.
— Я не этого ожидал.
Сценаристам досталось сильнее всего…
«Лучшим выходом для Эванса
и его коллеги Фина Глинна
будет отправиться на дно
ближайшей речушки кормить рыб».
— Привет.
— Уже видели?
— Они ужасны.
— Они не плохие.
Но и не хорошие.
Слушаю «Talkback».
— Да?
— А что это такое?
Интерактивная радиопрограмма.
Я тоже решил послушать чуть раньше.
— Обсуждали нас?
— Да, разнесли в пух и прах.
Этой слушательнице мы нравимся.
— Нет, показалось.
— Что она сказала?
«В рейтинге актёров комедии положений…
Дэвид и Майкл вообще
не должны упоминаться».
— Плохой отзыв — тоже отзыв.
— А что пишет «Radio Times»?
— Точно, они же нас любят!
— Поместили нас на обложку.
Так что они пишут?
«Мы слишком уважаем Дэвида
и Майкла, чтобы публиковать отзыв».
— Что нам делать?
— Мы ничего не можем сделать.
— Может, надо им объяснить?
— Что объяснить?
Что всё было обречено
на провал с самого начала.
Что нам повезло остаться в своём уме,
не говоря уже про съёмку шести серий.
Нам должны дать приз за старание.
Отзывы уже вышли, милый.
— Можно доснять ещё серии.
— Когда?
— На этой неделе.
— Ты бредишь!
Раньше мы управлялись за неделю.
Тогда мы были куда моложе.
Это было всего два года назад.
— И вообще, Лили приехала из Нью-Йорка.
— И?
И я хочу уже забыть про плохие отзывы,
оставить эту нелепую затею в прошлом
и провести Рождество с семьёй.
Слушайте, всё ещё можно исправить, ясно?
Сегодня выходит вторая серия.
Майкл сбегает,
мы переключаемся на документалку
и снимаем в течение недели,
как и планировали.
И про что будет третья серия?
Как мы согласились на третий сезон.
— Ты про прятки Майкла в машине?
— В том числе.
И про нас с тобой в душевой кабинке?
В четвёртой серии вы двое
попытаетесь написать сценарий.
Боже.
А пятая серия?
Это. То что происходит сейчас.
Мы ведём запись?
Мы всё записываем.
— Саймон мог бы написать последнюю серию.
— У нас уже есть сценарий.
Ретроспектива и планы на будущее.
— Звучит уныло.
— Стараюсь, как могу.
— Вы говорили с Саймоном?
— Нет.
Может, он уже кормит рыб?
Давайте пока не будем
предаваться пессимизму.
Будем исходить из того,
что он всё ещё жив,
а не угодил в лапы мафии.
В любом случае у него вряд ли
найдётся время на сценарий.
— А если сделать прямой эфир?
— Да брось.
Вы позвонили на радио.
Сейчас мы выведем
вас в эфир с Беном Уиксом.
— Что это?
— Спасибо за ожидание.
— Я на удержании.
— С кем?
С «Talkback».
Зачем?
Кто-то же должен отстоять нашу честь.
Ты не можешь так просто
взять и позвонить на радио.
Слушайте внимательно.
Я скажу им, что мы заслужили
приз за старания.
От своего лица?
Конечно нет. Я изменю голос.
А имя ты себе придумал?
Они не спрашивают имя.
Привет, это Бен Уикс. А вас как зовут?
Дэвид.
Привет, Дэвид.
Но друзья зовут меня Стивен.
— Приятно познакомиться, Стивен.
— Через «в».
Как и Дэвид?
Да, вроде того.
Как вы прокомментируете
новый сезон «Постановки»?
Мне очень понравилась первая серия.
Наконец-то!
Вы пока такой один.
А что конкретно вам понравилось?
Что мне понравилось?
Думаю…
Они попробовали что-то новенькое.
ПОПРОБОВАЛИ ЧТО-ТО НОВЕНЬКОЕ
За старания призы не выдаются.
— А должны бы!
— Это не так работает.
Съёмки были сложными.
Сценарист покинул сезон на полпути.
Откуда вы об этом узнали?
Вы причастны к сериалу?
Нет.
Тогда как вы узнали,
что сценарист ушёл от них?
Ну, дело в том, что…
…моя жена состоит в съёмочной группе.
ЖЕНА В СЪЁМОЧНОЙ ГРУППЕ
Жена? Она делится инсайдами?
Да, ей кое-что известно
о внутренней кухне.
А что ей понравилось в первой серии?
Она большая фанатка Дэвида Теннанта.
— Правда?
— Да.
Она считает его безумно сексуальным.
Мы можем с ней пообщаться?
Нет, она очень занята.
Но ей понравилась первая серия?
Очень. Правда понравилась.
Она так и сказала: «Дэвид…»
Стивен!
— Она сказала: «Стивен…»
— Кто это был?
Мой сын.
Как его зовут?
Мервин.
Тебе понравилась первая серия, Мервин?
Очень.
Ему очень понравилось.
Тебе не кажется, что это просто
старая сказка на новый лад?
Люди любят старые сказки.
Люди любят старый сказки. Пока!
Но критики назвали новый сезон
унылым и утомительным.
Стивен, они считают, что сериал
стал слишком предсказуемым.
Вам есть, что им ответить?
Они просто не знают, что их ждёт.
А что их ждёт?
Нечто по-настоящему поразительное.
Я весь внимание.
Я не должен вам этого рассказывать.
Главное, чтобы это не была
очередная мета-чушь
вроде переноса в документалку.
Нет.
И? Что же нас ждёт?
Что нам собираются показать?
Стивен?
— То что нас ждёт…
— Серьёзно.
—…и правда поразительно. Это…
— Удивите меня.
Что спасёт…
этот Титаник, идущий ко дну?
НОЛЬ ИДЕЙ
— Прошу, скажите, что дальше будет лучше.
— Они сыграют серию в прямом эфире.
Надеюсь, вам понравится. Всем пока!
Мы играем серию в прямом эфире.
Так.
И это всё? Ничего не хочешь сказать?
Жду кульминации шутки.
Я не шучу.
Я не буду писать
сценарий для прямого эфира.
Дэвид ляпнул чушь.
— Да, по радио, я слышал.
— Да.
— Что у него был за акцент?
— Понятия не имею.
— А Майкл был Мервином?
— Снимаем в субботу.
— Нет, не снимаем.
— Это важно для Дэвида.
Это не повод принимать такие решения.
И Джошу понравилась идея.
Вряд ли Майкл вне себя от радости.
— Ради Дэвида он это сделает.
— А я нет!
Слушай. Это ты всё это начал… мелкий…
настойчивый-пока-не-запахнет-жареным
идеалист.
Ты сам пришёл ко мне, и, может,
это не станет твоим прорывом,
и ты не воплотишь
все свои высокие мечты и надежды,
но именно ты поможешь
положить этому конец.
Что нам нужно?
А какой замысел был изначально?
— Для финальной серии?
— У тебя же были намётки сценария?
Дэвид и Майкл играют
в «Рождественской песне»?
Да, но всё будет рушиться на глазах
— из-за внешних обстоятельств.
— Каких обстоятельств?
Майкла будут осаждать
разгневанные хористы,
а Дэвида арестуют в Пхеньяне.
За что?
— Предательство.
— А нельзя так и оставить?
Нет. Нет. Мы пропустили завязку.
Тогда пусть они просто
поставят «Рождественскую песнь».
Без внешних помех?
Да. Дэвид Теннант и Майкл Шин…
представляют «Рождественскую песнь»,
адаптированную под стиль
«Постановки» Саймоном Эвансом
и снятую на ноутбуки и телефоны.
— В субботу?
— В субботу.
Ты вообще читала «Рождественскую песнь»?
Смотрела постановку с маппетами.
Диккенсу платили за каждое слово.
У Лягушонка Кермита докторская степень.
Тогда пусть он и пишет сценарий!
Ладно. Ты же хотел написать
что-то необычное для третьей серии.
— И вот чем всё закончилось.
— Так напиши что-то необычное для финала.
Людям не нужно «что-то необычное»!
Я скажу тебе, что они захотят
увидеть в нашей «Рождественской песне»!
Чтобы Марли и Крэтчит спорили о том,
чьё имя должно первым стоять на вывеске.
И чтобы Боб Крэтчит
рисовал чёртовы ананасы.
Чтобы мы пригласили
оскароносного актёра играть…
— Крошку Тима!
— Так давай дадим им это.
Нет! Потому что на самом деле
они хотят не этого.
Меня заклюют
за отсутствие оригинальности.
А может, серия будет иметь
оглушительный успех,
и все лавры достанутся кому?
Дэвиду и Майклу.
Сегодня утром вышел
отзыв на вторую серию,
в котором её назвали «импровизированным
фарсом Шина и Теннанта».
Так это же отлично!
Эта серия расширила границы
традиционного представления
о надуманном сюжете и экспозиции
и вышла за границы литературных канонов,
а они всё равно считают,
что это импровизация Дэвида и Майкла!
Но они сами ничего такого
не заявляли, верно?
Верно?
Нет.
Нет, потому что они всегда
на твоей стороне.
Они всем говорят,
что ты написал сценарий
и что они восхищаются твоей работой.
— На людях.
— Да, на людях.
За кулисами они куда скупее на похвалу.
Ну, за кулисами от тебя
толку как от козла молока.
Но они верят в тебя,
и они всегда на твоей стороне.
И они никогда не умаляли тех усилий,
что ты вкладываешь в свою работу.
— Нет.
— Ни разу.
Нам нужны актёры.
Он напишет для нас сценарий?
Ты когда-нибудь отзывался
о нём плохо на камеру?
— Вроде, нет…
— Постарайся хотя бы денёк.
Буду стараться изо всех сил.
Ну и жара.
Да. Нам нужны актёры.
— И площадка.
— Да.
Нужно работать всем сообща
на случай, если всё полетит к чертям.
Джорджия,
когда у нас что-то летело к чертям?
А может, будем снимать здесь?
Лили приедет к Майклу
в Уэльс на выходных.
— Она сможет поучаствовать?
— Она сможет поучаствовать.
Тебе нужно время порепетировать?
Нет, если мы будем читать.
Отлично. Тогда… позвони друзьям.
Идём!
У меня нет друзей!
Я не сбегал.
По-моему, сбегал.
Я готов обсудить,
как мы решились на третий сезон.
Обсудить первые две серии.
Думаю, надо обсудить твой побег.
— Зачем?
— Из-за него всё накрылось.
Не только поэтому.
Нет, поэтому.
Мы изначально не хотели,
сценарий нам не понравился.
Мы могли его исправить.
Мне надоело на ходу
переделывать писанину Саймона.
Когда у него была пара дней
на сценарий — это простительно,
но сейчас у него были месяцы!
Исправлять плохой сценарий —
не наша работа!
Где вы?
Мы едем. Уже недолго осталось.
— Вы уже должны были быть здесь.
— Ну…
Анна — очень ответственный водитель.
Вы с детьми?
Нет, оставили их у моих родителей.
— Ты уверен, что мы правильно поступаем?
— Ни в коем разе.
А как у вас там дела?
Вышел проветриться.
Какое собирательное
существительное для садовых гномов?
Надругательство?
В доме все с ума посходили.
Как Саймон?
Он тоже уже должен был приехать.
Он уже присылал что-нибудь?
— Ни строчки.
— Всё будет хорошо.
Я просто хочу
какого-нибудь разнообразия.
— Можем надеть дурацкие шляпы.
— Да.
Хочу тоже помочь с установкой.
Мы же снимаем всё просто
на ноутбуки и телефоны.
Нет-нет-нет. Уже нет.
Нам уже установили свет…
нарисовали декорации…
Исходя из опыта, лучшее,
что мы можем сделать, —
— не мешаться.
— Я чувствую ответственность.
— Оно и понятно.
— Мы всех в это втянули.
Нет, это ты всех в это втянул.
А я угодил в твои сети.
Да. Я лишь хочу разнообразия.
Джорджия сказала, чем мы можем помочь?
Попросила меня повесить знаки.
Ну так повесь их.
Нет, мы же сильные,
привлекательные мужчины. Я хочу…
поднимать всякие штуки
и ставить их на место.
— Пустая трата энергии.
— То есть что-то передвигать.
Не уверен, что им в этом
требуется твоя помощь.
Мы же можем делать то, что нам велят.
Исходя из опыта, нет.
— Мы приехали!
— Где вас носило?
Не спрашивай. Мы у ворот.
У нас тут собрались светила сцены,
— а вы являетесь с двухчасовым опозданием?
— Уже рассказал им эту шутку?
Нет…
Добро пожаловать! Добро пожаловать!
Привет.
— Добрый день.
— Анна! Привет.
— Вы приехали с операторами!
— Да.
Пропусти их. И ни о чём не спрашивай.
— Я уже с этим смирился.
— А Лили разве не с вами?
— Она подъедет позже.
— А что в сумке?
— Костюмы.
— Они нам ни к чему.
Рождественские свитера, забавные шапки.
— Ладно.
— Флажки к моему приезду повесили?
У Джорджии ведь день рождения.
Вечером устраиваем вечеринку.
— Мы без открытки.
— Я взяла.
— Рад, что ты приехал.
— Я тоже.
— Не был уверен, что ты захочешь.
— Анна уговорила меня.
Да? Я думал, ты не хотела,
чтобы он снова этим занимался.
Раз уж начали,
нужно довести всё до конца.
— Как драматично.
— В глубине души она романтик.
Только когда выгодно. Джорджия!
Верно.
Только посмотрите.
— Замечательно.
— Да. Будем снимать здесь.
А зачем имитировать мою кухню?
Джорджия хотела
сохранить атмосферу сериала.
Ясно.
— Думаешь, нам сойдёт это с рук?
— Ага.
Ладно.
Какое собирательное существительное
для кучи приборов в одном удлинителе?
Безрассудство?
Да…
Мы собрали всех здесь на случай,
— если что-то пойдёт не так.
— Ясно.
Только глянь. Джорджия!
ИЭН МАККЕЛЛЕН
Майкл!
Вы опоздали,
и Анна сказала, что это твоя вина.
— Саймон скоро будет.
— Хорошо.
Так.
Нет, нет. Наверх в обуви нельзя.
— А это твоя комната.
— Здорово. Отлично.
Он… Он там?
— Да, он внутри. Конечно.
— Правда?!
Иэн?
Это Майк… Привет!
Вы…
Да, отлично. Ладно. Увидимся на съёмках.
Хорошо. Пока.
Не доверяю людям,
которые легко обнажаются в чужих домах.
Все на местах?
У Майкла, кажется, лоб слегка блестит.
— Что? Я подгримирую.
— Выходим в эфир через минуту.
— Мне не терпится!
— Мне тоже!
— Сценарий уже есть?
— Да, Саймон как раз его печатает.
— Ясно.
— Вот так. Послушай.
У тебя под ногами куча проводов,
так что не вертись, ладно?
— Ясно. Хорошо.
— Так.
— Видео и звук подключены?
— Да. Работает…
— Да. У меня тоже.
— Хорошо.
— Люблю тебя, малыш.
— Я тоже тебя люблю.
Сорок пять секунд.
Вот об этом я и говорил!
Мы словно собака, которая преследует
птицу и сбегает с утёса,
зависнув в воздухе. Но знаешь,
пока наш взор устремлён
вперёд, мы не упадём.
Да. Только это койот.
Нет, собака не гоняется за койотами.
Нет, койот преследует
птицу, Дорожного бегуна.
Нет, это же такой мультик, Дэвид.
— Про койота.
— Откуда ты знаешь, что это койот?
Потому что его зовут Вайл И. Койот.
— Имя не определяет то, кто мы есть.
— Тридцать секунд.
Мы всё ещё ждём сценарий.
Кто-нибудь видел Саймона?
— Да! Он здесь!
— Ясно.
— Простите, простите!
— И пробил час!
— Вот так.
— Спасибо.
И мне тоже.
— Спасибо.
— Хочу сказать вам большое спасибо,
потому что я знаю, что мы слегка…
Это очень много для меня значит.
— Я знаю, что вы всегда на моей стороне.
— Да, да.
Я хочу сказать…
— Надеюсь, что вам…
— Ясно.
— Отлично.
— Всегда рады.
Уверен, что так и будет. Прочь, прочь.
— Как насчёт печенья из банки?
— Может, чуть позже.
— Да. Хорошего выступления.
— Хорошего выступления.
Выходим в эфир через десять секунд.
— У тебя пусто?
— Ни словечка. А у тебя?
— Тоже.
— Пять секунд.
— Тут что-то есть на последней странице.
— Три…
Два…
— «Импровизируйте сколько влезет».
— И мы в эфире.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…



Серия 20

Импровизируйте сколько влезет.
ПОСТАНОВКА
3 СЕЗОН 6 СЕРИЯ

И мы в эфире.
— А делать-то что, блядь?
— Паниковать?
— Ты сюжет знаешь?
— Немного.
— Может, импровизация?
— Импровизация?
— Помнишь правила?
— Правила импровизации?
Ты сам говорил в первой серии!
Я не помню,
что говорил в первой серии!
Почему ты не учишь текст?!
Я пишу их на листочки
и обклеиваю экран!
— Они нас слышат?
— Бля. Возвращаемся.
— С Рождеством.
— Всех с Рождеством.
Я Дэвид Теннант.
Майкл Шин… меня зовут.
Простите, пожалуйста,
но мы на пару минут отключим камеры.
Да, мы скоро к вам вернёмся.
Всё. Камеры отключены.
Экран погас, дамы и господа,
но потерпите немного.
У нас технические сложности.
Так бывает в прямом эфире.
Мы можем где-то пропустить
строчки, забыть слова,
но мы… мы справимся.
Это прямой эфир. В канун Рождества.
Чего вы ожидали? Суетное время.
Сейчас мы разберёмся с этими
гремлинами.
НАС СПАСЁТ ИЭН МАККЕЛЛЕН
Нет, не уходи…
Вы слышали слова моего коллеги.
Это для нас в новинку,
а новое, конечно,
может немного пугать.
Но нам ужасно повезло,
что к нам скоро присоединится
театральный гений,
который сейчас полощет
горло и разминается.
И…
ОНИ ВСЕ УШЛИ!
Вас ждёт настоящая
рождественская классика,
которая вас порадует…
ДЖОРДЖИЯ ИЩЕТ ЛЮДЕЙ
…и развлечёт.
И, конечно, Дэвид Теннант —
король телевидения —
и я — непревзойдённые профессионалы.
— У нас новости, Майкл.
— Да?
Мы думали, что камеры отключены,
но эфир всё ещё идёт.
И вы всё это время видели нас.
Ну, привет!
Всем привет.
Так бывает в прямом эфире.
Именно. Итак, без лишних слов…
Команда «Постановки»
представляет вам прямой эфир!
«Рождественская песнь».
В прямом эфире.
Эбенезер Скрудж был весёлым
старым джентльменом.
Вас приветствуют Марли и Скрудж.
— Бен?
— Верно. Бен Марли.
Бен Марли, сын Якова Марли.
— Всё верно.
— Бен?
Марли. Бен Марли.
Мой отец затевал всё это
со старым брюзгой,
пока вы не отключили Скруджа.
— Зачем ты пришёл?
— Тебя Джорджия послала?
Джорджия Крэтчит?
Меня послала Джорджия Крэтчит,
всё верно.
— Зачем она его послала?
— Он умеет импровизировать.
Я помогу вам с правилами, парни.
Правилами чего?
Яков Марли был счетоводом, верно?
Да-да! Яков, мой отец…
Да, Яков Марли был счетоводом.
Я с радостью научу вас
правилам счетоводства.
Первое правило, друзья мои:
никогда не говори нет.
Какое-то ужасное правило
для счетоводства.
Поняли? Если стучат в дверь,
то мы впускаем.
— Всегда?
— Всегда.
Не говорите «нет». Говорите: «Да, и?»
— Да, и?
— Да, и?
Это не всё предложение.
После «да» вы добавляете что-то ещё.
— Да-да-да.
— Обсудим позже.
Второе правило:
случайности — это хорошо.
Это уже не счетоводство,
а страхование какое-то.
Может, Бен Марли — страховщик?
Я страховщик!
Я страховщик!
Папа счетовод, а я страховщик.
Берегитесь: рано или поздно
мы к вам придём. Понимаете?
Третье правило: необязательно
всегда быть смешным.
Выставляйте партнёра в выгодном свете,
и у вас самих всё получится.
— Понял.
— Понял.
Хорошо. Все всё поняли. Попробуем?
— О да!
— Хорошо.
Тук-тук.
— Уходи!
— И сразу неверно.
— Неверно.
— Я запутался.
Не говорить «нет». Не говорить «нет».
— Да. А если стучат в дверь…
— То мы впускаем!
Мы впускаем!
Все всё поняли? Кивните.
— Ну что, все всё поняли?
— Да.
Супер. Поехали.
Тук-тук.
Кто там?
Здрасьте.
Я одинокий хорист.
Это одинокий хорист.
Привет, одинокий хорист.
Здрасьте, мистер Скрудж.
— Я Скрудж?
— Да. Вперёд.
— Я не хочу быть Скруджем.
— Ну…
Мистер Скрудж? Здрасьте.
Минутку, одинокий хорист.
— Почему не ты Скрудж?
— Я Боб Крэтчит.
Привет, Боб Крэтчит!
— Рад встрече!
— Привет, милый хорист.
Знаешь, раньше
у нас был целый хор, а теперь я один.
А что же ты, Крэтчит?
А я рад, что ты пришёл!
Я хочу быть Бобом Крэтчитом.
Нет, прости. Ты Скрудж.
И я ужасно замёрз.
Не впустите меня? Кости стучат, кровь…
Да заткнись, одинокий хорист!
Вы не любите Рождество?
— Я люблю Рождество.
— Скрудж ненавидит Рождество.
Ненавижу. Ужасно его ненавижу!
Мистер Скрудж,
почему вы не любите Рождество?
Я ненавижу Рождество, потому что…
Ненавижу, потому что оно… фу.
— Фу?
— Фу.
— И…
— Говорите, мистер Скрудж.
Расскажите почему. Это всем поможет.
Я не… Почему я ненавижу Рождество?
Почему Скрудж ненавидит Рождество?
— Ты говорил, что читал!
— Ну, она у меня есть…
Но я её не открывал.
Тук-тук.
Эдриан?!
— Нет, кто-то стучит.
— Нет, кто-то стучит!
— Это твой офис.
— Я открывал в прошлый раз. Хористу.
Если кто-то стучит,
то надо его впустить!
Да! Не говори «нет»! Открывай.
— Тук-тук.
— Входите.
Эбенезер Скрудж?
— Вот он.
— Хорошо, а вы кто?
Я, мистер Скрудж, дух.
— Дух разве так заходит?
— Что?
— Как?
— Через дверь?
Да, если это воспитанный дух.
Ладно, что за дух?
Я, мистер Скрудж, Яков Марли.
— Бен!
— Да?
Это дух твоего отца.
Верно же?
— Но я не…
— Да, нет…
Нет, это…
Отец, ты же знаешь, я Бен Марли,
а ты Яков Марли. Ты мой отец.
— Это твой сын, страховой агент.
— Да.
— Это было в книге?
— Привет.
Давно не виделись, пап.
— Рад встрече.
— Да.
Помнишь, как мы общались, отец и сын,
когда я был помладше?
Это было давно. Узрите мои цепи.
Зачем тебе цепи?
— Это точно было в книге!
— Да.
Я сковал эти цепи
своими ужасными деяниями.
Какими ужасными деяниями?
Я не…
Жестоким нападением.
— Что?
— Что это за хрень?
Жестокое нападение?
А мама знает?!
— Он был очень пьян…
— Ты избил пьяного, пап?
— Ребят, Рождество всё-таки…
— Слушайте, я пришёл,
потому что Джорджия велела
прийти и сказать,
что я сковал эти цепи
своими ужасными деяниями.
К вам придут три духа,
которые перенесут вас во времени,
чтобы вы могли избежать моей судьбы.
— А вы пойдёте с нами?
— Не говори «нет»!
Не знаю… Бен, можно?
Бен Марли, я не знаю.
Яков, ты… Сам решай.
— Милый!
— Иду.
Ожидайте первого духа,
как только пробьёт…
Ожидайте первого духа,
как только пробьёт час пополуночи.
Пора убираться отсюда. Ты идёшь, пап?
Да, я сразу за тобой.
— Боже.
— А забавно вышло.
— Полная катастрофа.
— Пришлось посуетиться.
Аж кровь в ушах стучит.
Крэтчит и Скрудж отправляются
навстречу увлекательному приключению.
— Хочу домой.
— Привет!
Меня прислала Джорджия. Времени мало,
мне ещё к вечеринке всё готовить.
— Кто из вас Скрудж?
— Он.
— Я.
— Я Боб Крэтчит.
Я Святочный дух прошлых лет.
И у меня есть книга.
— Думал, ты будешь немного…
— Что?
Ну, знаешь…
Что?
— Менее напряжённым.
— Я готовлю волованы.
— Нет, всё прекрасно.
— Я перенесу вас в прошлое.
Но как же нам совершить
это удивительное перемещение,
о дивный дух?
Закройте глаза.
Хорошо.
На дворе холодный, ясный,
зимний день, и снег устилает землю.
Услышьте звуки и запахи,
каждый из которых будит…
— Куда она ушла?
— Я не знаю.
— А вот и она.
— Да, простите. Тут…
Вы в длинной комнате с уныло
голыми стенами, в которой стоят парты.
За одной из этих парт
вы видите одинокую фигурку мальчика.
Кто же этот странный мальчик?
Разве ты его не узнал, Скрудж?
— Это что, я?
— Это он?
Одинокий, всеми забытый ребёнок.
Прошу, удивительный дух,
— дай мне с ним поговорить.
— Они лишь тени. Ты не можешь…
— Думаю, стоит с ним поговорить.
— Нет-нет-нет.
— Не говорить «нет». Не говорить «нет».
— Нет. Дух сказал, что это невозможно.
Дух занят волованами,
так что стучи давай в дверь.
— Тук-тук.
— Что вам?
— Ты не будешь ещё и маленьким Скруджем.
— Конечно буду.
Что вам нужно?
Я хочу поговорить с тобой.
Какой подозрительный джентльмен.
Мама запрещает говорить с незнакомцами.
Я не незнакомец.
Так кто же вы, сэр?
Я — тот, кем тебе предстоит стать.
Когда я успел так располнеть?
— Пошёл к чёрту.
— «Пошёл к чёрту»?
Не удивительно,
что ты такой «одинокий и всеми забытый».
Я не одинокий. У меня много друзей.
— Да ну?
— Так и есть.
Так докажи.
— Дерек!
— Дерек?
А вот и он. Это Дерек.
Поздоровайся с дядей, Дерек.
Привет.
А это Мартин. И Эмили.
Привет! Здравствуйте!
— У меня тоже есть друг.
— Очень сомневаюсь.
Да, это Боб.
— Привет.
— Боб, это маленький я.
Привет.
— Привет.
— И Дерек.
Привет. Привет.
А вот и Эмили. И пройдоха Мартин.
Привет. Привет. Здравствуйте.
Приятно познакомиться со всеми вами.
Убедился? У меня целая куча друзей.
— Да. И знаешь что?
— Что?
Все твои друзья тебя бросят.
— Почему?
— Потому что ты вырос мудаком.
Так, ладно, я пойду.
Готовы покинуть прошлое?
— Нет, я хочу…
— Нет, так и будет.
— Нет.
— Давайте дальше.
— Хочу увидеть, что у вас припасено.
— Закройте глаза.
И вы здесь.
Где?
— В настоящем.
— Слава богу.
На окраине… Да ради всего святого.
На окраине города, в Рождество,
у жилища Боба Крэтчита.
Как интересно!
У моего собственного дома!
Джорджия сказала,
что скоро прибудет другой дух.
То есть… Чёрт! Твою мать!
Дух нынешних Святок.
Интересно, кто это будет.
И кто же это будет?
— Джим!
— Джим!
Да ни за что.
Слушайте вы, парочка тухлых яиц,
у меня есть «Оскар»,
так что, мне кажется,
я могу себе позволить
не разбираться в вашем дерьмовом
звукозаписывающем оборудовании
без того,
чтобы вы потом выпускали это
под видом забавного приложения.
Так что идите оба к чёрту
со своим эгоцентричным презрением.
Счастливого Рождества.
Резко.
Что нам теперь делать?
Мы лишились Духа нынешних Святок.
А нам он нужен?
Мы не можем просто слоняться вслепую.
Я снаружи моего дома.
На дворе утро Рождества.
Пойду загляну в окно.
— Нет, не надо. Давай вернёмся в офис.
— Зачем?
— Потому что таков конец истории.
— Нет-нет!
Я вижу свою семью.
Джорджия готовит индейку,
вокруг неё суетятся дети,
накрывая на стол.
— Давай постучим.
— Нет. Зачем?
Чтобы они нас впустили.
Мы должны постучать,
чтобы нас милостиво впустили
мои прекрасные друзья. Таковы правила.
— Ладно, ладно!
— Стучись!
Ладно! Тук-тук.
— Вот чёрт.
— Ау?
— Свет отрубился.
— Да.
Подождём? А микрофоны всё ещё…
Электричества нет. Мы не в эфире.
Джорджия?
Ничего не трогай!
Хорошо, не буду!
— Она разберётся. Не волнуйся.
— Хорошо.
Боже. Я даже рад передышке.
— Но нам же весело?
— Да? Наслаждаешься?
Это то, о чём я говорил в лофте.
— Это когда?
— В третьей серии.
«— Тут-тук, старый друг.
— Заходи. Чем займёмся?»
Есть, где развернуться.
— Ты реплики забыл.
— Но это не…
Дело не в репликах.
В сценарии такого не было.
Это было частью…
Это были мы настоящие.
В любом случае… мне этого не хватает.
Ещё пару минут!
Раньше темнота меня пугала.
Мне было страшно
идти вперёд вслепую.
Куда страшнее, когда ты видишь,
что впереди, и тебе это не нравится.
Думаю, нам нужно взять перерыв.
У нас прямой эфир на всю страну…
Я имею в виду отдохнуть…
друг от друга.
— Дэвид?
— Да, да.
Ты молчишь.
А что говорить?
Теперь когда я анонсирую
очередной проект, меня спрашивают:
— «А Дэвид там будет?»
— Люди любят нашу парочку.
Но мы же не сиамские близнецы.
— Мне нравится с тобой работать.
— Да брось, мы застряли в прошлом.
Занимаемся тем же,
чем занимались в страшное для нас время,
потому что это дарило нам чувство
защищённости. Но то время позади.
Не люблю перемены.
Как и те, кто всё ещё сидит дома.
И чем же ты хочешь заняться?
Не знаю.
Покончу с этим и…
найду для себя что-нибудь новое.
Понимаешь? Что-нибудь необычное.
А всё это для тебя обычное дело?
— С некоторых пор.
— И давно ты это решил?
— Я вообще не хотел снимать новый сезон.
— Настолько давно?
Я просто решил двигаться дальше, Дэвид.
— Поэтому ты был такой язвой?
— Не был я никакой язвой.
Ну и довольным тебя не назовёшь.
Мы два актёра
в истёртом до дыр костюме лошади.
Я понимаю, что ты хотел бы
и дальше её погонять,
но это я её задняя часть
с ноющими ягодицами.
— Джорджия?
— Привет.
Анна! Лили!
— Пап!
— Тук-тук.
— Люси? А вы где?
— Мы все наверху.
— Я в ванной.
— Что вы здесь делаете?
— Пришли поставить точку в этой истории?
— Тук-тук.
— Кто там?
— Такси для мистера Скруджа.
Где мы?
Офис Марли и Скруджа.
Сейчас утро Рождества?
Да, и я припарковался
в неположенном месте, так что…
Куда же вы нас отвезёте?
В дом Боба Крэтчита.
Как в конце рассказа.
— Таков план.
— И сколько займёт наше путешествие?
Мы уже здесь!
И что теперь?
Постучитесь в дверь?
— Боб Крэтчит?
— Не хочу.
Это же твой дом.
Ну же, Боб.
Давай положим конец истории.
— Тук-тук.
— Кто там?
Эбенезер Скрудж и Боб Крэтчит.
Заходите. Это мои дети.
Здравствуйте, мистер Скрудж.
Здравствуйте, мистер Скрудж.
— Что с ним?
— А где Крошка Тим?
Спит наверху.
Присаживайтесь, мистер Скрудж, расскажите,
как вы стали совсем другим человеком.
— Я совсем другой человек.
— Расскажите,
что дух Рождества
навсегда в вашем сердце.
Дух Рождества
навсегда в моём сердце.
Благослови нас всех Господь!
Благослови нас всех Г…
— Стойте-стойте!
— Что? Что?
Мы ведь уже были здесь.
Видели это Рождество.
— Нет, не были.
— Да, были.
Мы прилетали сюда прошлой ночью.
Святочный дух прошлых лет
оставил нас прямо у двери.
— Можем мы просто закончить…
— И мы заглянули в окно.
Мы же были так близки.
Видели, как вы садились ужинать,
Джорджия, и твоих странных детей.
— И?
— А есть вариант,
что мы сейчас стоим снаружи?
Бессмыслица какая-то.
Наоборот. Ты же смотрел
«Назад в будущее», «Билла и Теда»,
— «Гарри Поттера и…»
— Да.
Мы были снаружи.
Значит, и сейчас мы стоим снаружи.
— Он прав.
— Лили!
— Так и есть.
— Тебе откуда знать?
— Я люблю всякие такие штуки.
— Ты помнишь, что сделал Скрудж?
— Что я сделал?
— Ты постучал в дверь.
Не надо.
Тук-тук, мистер Скрудж.
— Нет.
— Не отвечай.
Не говорить «нет! Не говорить «нет».
За дверью стоим мы с тобой?
Ты это имеешь в виду?
Тук-тук.
— Джорджия?
— Не открывай.
— Лили?
— Он прав, мистер Скрудж.
— Откройте дверь, мистер Скрудж.
— Зачем?!
Потому что это, мать твою,
первое правило импровизации!
Ты вообще знаком
с правилами времени и пространства?
Я отлично знаю правила времени
и пространства! Открой дверь!
— Зачем?
— Потому что это, чего ты хотел!
Что-то новое, что-то необычное!
Мы с тобой встречаем другие версии себя.
— Я не знаю!
— Дети, сторожите дверь!
— Да, мама.
— У меня есть метла.
— А у меня лопата.
— А ты кто?
— Я таксист.
— Тогда вперёд.
Майкл разговаривает с Майклом,
Дэвид разговаривает с Майклом.
— Наш последний бой!
— Нет, уже слишком поздно.
Как в старые добрые времена!
— Прекрати стегать нашу лошадь!
— Таковы правила!
Мои ягодицы!
— Стойте!
— Что?
— Тук-тук.
— А вчера вам кто-нибудь открыл?
— Дверь кто-нибудь открыл?
— Нет.
— Тук-тук.
— Если ты её откроешь,
это породит новую временную линию.
— И что?
— Тук-тук!
Версии вас из настоящего
сейчас здесь только потому,
что никто не открыл вам тогда дверь.
И если я открою дверь здесь и сейчас…
Тогда ты из прошлого
не сможет стать тобой из настоящего.
— И мы из настоящего…
— Вы исчезнете.
— И всё будет кончено?
— Нужно лишь открыть дверь.
— Тук-тук.
— Нет.
— Боб, открывай.
— Нет-нет-нет.
— Не говорить «нет». Тук-тук.
— Я не стану.
— Я подниму тебе зарплату.
— Нет.
Выплачу ипотеку.
— Необязательно заканчивать вот так.
— Но хоть как-то закончить нужно.
Меня пугают перемены!
— Тук-тук.
— Тук-тук.
— Тук-тук.
— Тук-тук.
— Тук-тук.
— Я тут слушала вас.
— Колли!
— Не называй меня так. Раздражает.
— Прости.
— Мы вчера кастрировали Алфи,
и он впал в хандру, и я решила,
— что ваши голоса его развеселят.
— Собака.
Но как только
он вас услышал, то начал скулить,
скрестись в дверь, а потом обделался.
Всё не так плохо, разве нет?
Не будь у меня гостей,
я бы поступила также.
Мы просто пытаемся…
— Бен Шварц рассказал нам про…
— …правила импровизации.
Пора заканчивать с этим!
Проблема импровизации
в том, что бесструктурна,
и если ты на всё соглашаешься,
то этому не будет конца.
— Я не хочу заканчивать.
— А нужно!
Было здорово.
Но это было тогда, а сейчас — это сейчас.
И есть ещё много историй, которые…
— Оливия!
— Да?
— Собака опять обделалась.
— Сейчас приду. Прошу прощения.
— Сколько вам лет?
— Пятьдесят два.
— Пятьдесят один.
— Простите, просто 50.
Рост?
— Средний.
— Чуть ниже среднего.
Вес?
— Средний.
— Чуть больше среднего.
У нас ещё есть уйма времени!
И кто-то… кто-то стучится в дверь.
Но если мы откроем, то всё закончится.
Но это же замечательно.
Ты в порядке, Боб?
В порядке, Скрудж.
Ты всегда выставлял
меня в выгодном свете.
Ты меня тоже.
— Тук-тук.
— Стойте-стойте. Кто ты?
Не знаю. Крошка Тим?
Да.
Тук-тук.
— Входите.
— Входите.
Конец эфира.
— Слава богу.
— Большое спасибо, Оливия.
Мне не трудно. Но убедитесь,
что на этом и правда всё.
Да. Прости.
Пора веселиться.
— Давайте веселиться!
— Да.
— Да, да.
— Люси, захватишь что-нибудь выпить?
— Будет сделано.
— Спасибо.
— Лили, ты будешь?
— Уже в пути.
Хорошо.
У НАС ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО
— А вот и он.
— А вот и я. Привет.
У меня ощущение, что я внутри сериала.
У тебя такое часто бывает?
Довольно часто. Всегда.
— И что обычно на это говоришь?
— Говорю, что надеюсь,
что в реальной жизни
я не жалкий неумёха.
Да ну?
Да шучу я! Шучу!
— Нет, мне нравится твоя работа.
— Большое спасибо.
— Но первый сезон мне не понравился.
— Ясно.
— А второй был ничего такой.
— Очень любезно.
— Но я ненавижу третий сезон.
— Ненавидишь?
Кроме последней серии.
Как… как тебе это в голову пришло?
Посл… Импровизация Дэвида и Майкла?
Да, этот темп и энергия.
Да. Да, любопытно,
что ты это сказал, ведь…
Мне нравится их абсурдность
и… и… и страсть.
Будто взятые у них самих.
— Да ну?
— Знаю, ходят слухи
по поводу того, что было в сценарии,
а что было импровизацией,
но я умею распознавать
талант, и у тебя он есть.
Правда?
Я хочу, чтобы ты написал
для нас сценарий.
— Для Дэвида и Майкла?
— Нет.
— Для Дэвида?
— Нет.
Для Майкла?
Не для них.
Не… Не понимаю.
Что-то новое, захватывающее.
Твоё личное творение. Только твоё.
Это из-за последней серии?
Твоей последней серии.