По Фрейду (2023 год). Все фразы и цитаты из фильма

Freud's Last Session

«По Фрейду» (англ. Freud’s Last Session, буквальный перевод — «Последний сеанс Фрейда») — художественный фильм режиссёра Мэтта Брауна о Зигмунде Фрейде с Энтони Хопкинсом в главной роли. Его премьера состоялась в 2023 году.

Все фразы и цитаты

«Когда я странствовал
по дикой пустыне этого мира,
я остановился в одном месте,
где был вертеп.
Там я лёг отдохнуть и вскоре заснул.
И приснился мне сон».
Джон Беньян
Хочу снова побыть пророком.
Если мировой еврейский капитал внутри
и вне Европы…
снова втянет народы Земли
в мировую войну,
итогом станет
не большевизация планеты…
и не победа евреев,
а полное уничтожение
еврейской расы в Европе!
«Медикус вивит»…
«Доктор ещё жив»?
Да.
ПО ФРЕЙДУ
Позвони ему.
Скажи, что не сможешь.
В Лондоне бардак.
Нельзя взять и сказать
такому, как он.
Но это просто опасно.
Останься со мной.
Дождёмся новостей.
Дурные вести найдут меня везде.
Не уходи, Джек.
Одну войну мы пережили…
…что нам другая?
Всё, ушёл!
Только не бойся.
Не отставай от других.
Детский эвакуационный поезд
отходит с первой платформы.
Просьба всем занять места.
Побыстрее, пожалуйста!
Ведите себя хорошо, ладно?
Я буду вам писать.
Внимание!
Отправляемся!
Не бойтесь, мои хорошие!
Всё будет хорошо!
Вас там никто не обидит!
Говорит Лондон.
По-прежнему нет официального ответа
на ультиматум премьер-министра
об отводе войск.
Получено подтверждение того,
что словацкие войска
присоединились к немецкому вторжению.
До появления новых сведений
в нашем эфире
вновь Симфонический оркестр
«Би-би-си».
Я никуда не пойду.
Позвоню в институт.
Тебя ждут студенты.
Ой, я думаю, они только обрадуются.
Сегодня им особенно нужна рутина.
Я и сам управлюсь.
Доктор Шур придёт сюда
с морфием через час.
Или это было вчера?
Да.
И ещё… Да!
Меня навестит профессор из Оксфорда,
которого надо бы
поучить пунктуальности.
Какой?
А?
Какой ещё профессор?
Профессор Льюис.
К. С. Льюис.
- Защитник христианства?
- Да.
Пусть сначала себя защитит.
Папа,
можно я приглашу в гости Дороти?
В такой день
никто не должен быть один.
Мы не будем одни!
А Дороти наверняка удобнее в её доме.
И…
Может, через неделю.
Ещё через неделю, а потом ещё…
Сколько раз я должна тебя просить?
Помнишь, приходил профессор Эйнштейн?
Конечно.
Да.
Мы обсуждали один
из верных признаков безумия.
Делаешь одно и то же снова,
и снова, и снова, и снова…
ожидая других результатов.
То есть,
верный признак здравого ума –
это способность остановиться?
Да…
Проходите направо!
Быстрее!
Не задерживайтесь!
Сюда!
Быстрее, ребята!
- За мной!
- Полетели!
Филип?
Обход с правой стороны!
Не толпитесь!
Поехали!
Можно мне вперёд?
Профессор Льюис?
Да?
Анна Фрейд.
Рада познакомиться.
Взаимно.
Удачи.
Йофи!
Кажется, кто-то пришёл?
Йофи?
Доктор Фрейд?
Профессор Льюис?
Я уж думал, вы заблудились…
или умерли.
Что это за порода?
Чау-чау.
Он у нас большой умница.
Его зовут Йофи,
и он мой личный помощник.
Правда?
Да, правда.
Да.
Сидит рядом со мной на сеансах.
Он также мой барометр эмоций.
Как это?
Если наш пациент спокоен,
Йофи тихонько лежит у моих ног.
Если же пациент нервничает,
Йофи поднимается и стоит,
не сводя с пациента своих глаз!
Как понять то,
что он убежал при виде меня?
А, ну…
Он просто помешан на пунктуальности.
Прошу, проходите…
К счастью для неё,
моя жена в поездке со своей…
кузиной, поэтому я отправил…
нашу экономку Полу…
Пола!
Уже ушла.
Я отправил её закупиться
консервированной говядиной.
Жестянками, как вы говорите.
Поскольку всегда
следует готовиться к худшему.
Не так ли?
Да, конечно.
Я про…
Я прошу прощения, что так опоздал.
Поезда битком набиты детьми,
которых вывозят в деревню.
Храни их бог.
Да.
Я полагаю, вы слушаете радио?
Да, да.
Я всегда слушаю радио.
Я, видите ли, предпочитаю знать,
когда меня разбомбят или застрелят.
Сегодня меня ждут другие встречи,
так что наша беседа будет краткой.
Может, лучше тогда отложить?
Отложить?
Отложить на когда?
На завтра?
Вы ещё полагаетесь
на завтрашний день?
Я-то нет.
Конечно.
«Конечно», да.
Вы, британцы, вечно так говорите:
«Конечно, старина!»
Хотелось бы знать, почему?
Даже не знаю…
Должно быть, привычка.
Да.
Интересная привычка!
Да.
У вас замечательный дом.
Спасибо.
Давно вы здесь живёте?
Год и 4 месяца.
Моя дочь Анна
старалась воссоздать наш дом в Вене.
А вы ведь тоже немного чужестранец,
не так ли?
Я родился в Белфасте…
Но я живу…
здесь уже…
с 9 лет,
когда меня отправили в пансион.
Да.
Все мы упорно стараемся…
оторваться от прошлого
и от воспоминаний детства.
Но они нас никогда не оставят.
Да.
Как и печали этого мира.
Боюсь, этот дом никогда…
не станет мне родным.
Нет…
Он не заменит мне Вену.
Труды этого человека, наконец,
позволили нам проникнуть
на неизведанную территорию
человеческого разума.
Его исследования…
Данке.
…привлекли внимание всего мира…
и принесли Австрии научную славу.
Для меня огромная честь…
вручить премию Гёте
доктору Зигмунду Фрейду.
Данке.
[говорят по-немецки]
Премия Гёте раньше никогда
не вручалась психоаналитику.
А! Раньше в Германии
не было психоаналитиков…
Вот она, моя настоящая премия!
Анна…
Да.
Доктор Фрейд, всё в порядке?
Вот она,
моя настоящая премия.
Мой любимый цветок, азалия.
Одну минуту.
Да.
Да!
- Дас ист гут!
- Спасибо.
Раз у нас так мало времени,
обсудим моё к вам письмо.
Ах, да.
Да.
Моя кни-га…
«Возвращение Пилигрима».
Да-да, сатирическая пародия на книгу,
«Путешествие пилигрима»…
…этого английского пуританина,
как же его?
Не помогайте.
- Джона Беньяна, верно?
- Да.
Да…
А, Джон Беньян!
Вот настоящий гений!
Да, и я думаю, ваша пародия
имела бы большой успех…
если бы кто-то ещё
читал Джона Беньяна.
Я так понимаю,
что своей книгой оскорбил вас?
Как оскорбили?
Там есть пародия на вас,
персонаж Зигмунда…
Надутый, пустой, невежда.
Возможно, я перестарался.
Простите, если задел ваши чувства.
Но я не могу извиняться
за критику вашей картины мира,
которая отрицает мою.
Какую?
Что есть Бог.
Что верующий человек
не обязательно слабоумен.
И что все мы не обязательно страдаем
«навязчивым неврозом».
Да что вы?
Как интересно!
Хорошо!
Интересно…
Поскольку книгу вашу я не читал.
«Когда я странствовал
по дикой пустыне этого мира,
я остановился в одном месте,
где был вертеп».
«Там я прилёг отдохнуть
и вскоре заснул…
И приснился мне…
…сон».
Джон Беньян!
Да.
Профессор Льюис,
простите меня за этот вопрос…
Зачем же вы сейчас явились ко мне,
если во всём так…
расходитесь со мной?
Не во всём.
В студенчестве мы глотали ваши книги
в поисках наших латентных перверсий.
Честно говоря, я был поражён,
когда вы назвали
«Путешествие пилигрима» гениальным.
Вы серьёзно?
Битва между Богом и Сатаной?
А, но я же не сказал,
на чьей я стороне, правда?
Вы всегда утверждали,
что само понятие Бога нелепо.
Да.
Чего вы от меня хотите,
если вы так тверды в неверии?
Зачем я здесь?
Зачем?
Мне любопытно!
Как человек такого выдающегося ума
мог отвергнуть правду,
а потом…
…целиком поддаться нелепой выдумке…
и коварной лжи!
А что, если это не ложь?
Вы не думали о том, как чудовищно
будет осознать, что вы ошибались?
Не так чудовищно,
как в вашем случае, друг мой.
Нет-нет.
Вы говорили, что желаете
расшатать мою картину мира.
Испытать мою…
веру в неверие, верно я понял?
Верно.
Да.
Чудно!
Вундеба!
Вот моя пещера!
Одну минуту.
Халло?
Анна?
Ты ещё не спугнул профессора?
Ещё нет!
Но за мной дело не станет!
Возвращайся на лекцию.
Всё хорошо.
Ладно.
Всего хорошего.
Его дочь?
Я плачу не за то, чтобы слушать её.
Она даже не врач!
Зачем я должен тратить время
на её лекции?
Не должны, мистер Хенселл,
я с вами согласна.
Там ничего нового.
Я уверена, что вы знаете всё
о подростковом нарциссизме.
Ты спросила отца про ужин?
Ты ведь знаешь,
что мы на грани войны?
Ему только в радость.
Он же любитель повоевать.
Ты считала его обаятельным.
Разве?
Не помню такого.
Дороти, приди в себя.
Я в Англии!
Разве нет?
С тобой…
Разумнее если бы мы все жили
под одной крышей, как было в Вене.
Дети ничего не понимают.
Не знала, что у твоего отца
такая тонкая душевная натура!
У меня лекция.
Найди меня потом.
Конечно, как всегда.
Доброе утро, господа.
Доброе утро.
Что же, начнём?
Садитесь…
Не сюда!
Это «кушетка трансформации».
Осторожно!
Конечно…
Один мой коллега, Эрик Ларсон,
звонил мне сегодня утром
и сказал, что знает вашего коллегу,
мистера Толкиена.
Да, это мой близкий друг.
Джон Толкиен?
Прекрасно.
Гений!
Расскажите, что такое эти «Инклинги»?
Так мы называем
наш литературный кружок в Оксфорде.
Мы обсуждаем наши труды.
Это, в основном, фантазии?
Часто.
Да.
Я почти всю свою жизнь
изучаю фантазии,
пытаюсь найти смысл во снах.
Хотя в моём возрасте…
я уже не знаю, что думаю.
Мне осталось так мало времени
в этом странном доме…
Пора бы уже и подумать о смысле…
реальности!
Если она есть!
Может, она тоже всего лишь сон.
Жутко, жутко, жутко!
Хотите выпить?
Нет.
Спасибо.
А я выпью, мне это нужно.
Да.
Уверены?
Виски.
Виски!
Прекрасно.
Виски. Да.
Спасибо.
«Всё, что зрится, мнится мне,
Всё есть только сон во сне».
Эдгар Аллан По написал и сошёл с ума.
Поосторожнее!
Да.
Чёрт…
Скажите, родители заразили вас этой…
сказкой о вере?
Нет.
Моя вера закончилась
вместе с детством.
Я похоронил её вместе с матерью,
когда мне было 9.
Ага…
Дальше?
Отец целиком погрузился в скорбь…
…и не был способен
считаться с нашими чувствами.
Он не придумал ничего лучше, чем
отправить нас в Англию, в пансион.
Возможно, в моей жизни
это самая тяжёлая травма…
Ещё хуже, чем война.
Весь мир превратился в море
и острова…
Великий континент ушёл на дно,
как Атлантида.
Джек, посмотри, что у меня есть!
Но на мой день рождения
мой брат Уоррен…
подарил мне
по-настоящему волшебный подарок.
Новый Мир!
Игрушечный лес, который он смастерил
в жестянке из-под печенья.
Ничего прекраснее я никогда не видел.
Мох,
ветки,
маленькие камни, цветы…
Едва я увидел этот мир,
я почувствовал острую ностальгию,
которой не знал до того.
Я решил, что это «радость».
Так и считаю.
Да.
И вы думаете,
это врождённая тоска по Создателю?
Да.
Да…
И радость вам принесла
коробка от печенья?
Или, вернее, жестянка?
Спасибо.
- Ага.
- Да.
А! Интересно…
Прост.
Да, наши сильнейшие желания…
невозможно утолить.
Нельзя даже распознать.
В немецком есть слово «зензухт».
Это означает «томление».
Я и сам испытывал это томление…
когда был мальчишкой.
Меня всегда тянуло в лесную чащу.
Зигмунд!
Зигмунд, стой!
Зигмунд!
Я никогда не боялся, никогда…
не грустил из-за того,
что отец остался где-то позади…
Ведь я наконец-то был один
в тёмной чаще!
Один во тьме,
которая всегда манила меня.
Только там я мог примириться с собой…
и с миром.
Да.
Если бы мой отец
гулял со мной по лесу!
Стало быть,
в Боге вы ищете фигуру отца?
Вернее сказать,
что я всю жизнь избегаю фигур отца.
А! Обычные отношения
между отцом и сыном.
Наша любовь…
и благоговение перед отцами…
преображается
в осознание их несовершенства.
А потом в сильное желание
свергнуть и убить старикана!
Так?
Так и у вас сложилось с вашим отцом?
Что же,
я остановился…
на горьком разочаровании.
И поэтому вы так злитесь
на бездействие Бога?
Желание, чтобы Бога не было,
может быть таким же сильным,
как вера в него.
А! Хорошо.
Противогазы!
Дышать невозможно!
Скорее!
Я не могу скорее.
Я вас ни за что не брошу!
Что за глупости!
Дайте руку.
Не вцепляйтесь в меня, всё в порядке.
- Идёмте!
- Да иду я, иду!
Все в крипту!
Скорее!
Проходите в крипту!
Проходите!
Проходите!
Сюда, пожалуйста…
Спасибо.
Ну что вы там?
Нет.
Не надо.
Пожалуйста, не надо!
Доктор Льюис?
Что с вами?
Вы воевали, да?
Воевали?
Да, в пехоте!
Дышите…
Глубокий вдох. Да.
Смотрите на меня.
Мне в глаза!
Мне в глаза! Да…
Вдох…
и выдох.
И вдох!
И выдох.
Хорошо!
Лучше.
Ложная тревога!
Всё хорошо.
А вот сейчас
вы как будто в родной стихии.
Это называется «интерес к искусству».
Для меня это всё
как наскальная живопись.
Это кто?
Господь говорит Иисусу Навину,
что предаёт Иерихон в руки его.
Да?
А это?
Добрый самаритянин.
А это?
Святой Рох и его нога…
И его собака.
А это?
Этого, боюсь, не скажу.
Святая Бригитта…
Покровительница монашек.
Нет, это не святая Бригитта.
Кто же тогда?
Святая Димфна!
Должны бы знать.
Спасибо, святой отец.
Все по домам!
Ложная тревога!
Извините!
Бомбёжка отменяется!
Что?
Я не понимаю.
«Извините, бомбёжка отменяется!»
И что?
А если бы она была?
Тогда был бы порядок?
Да…
Но в этом наше спасение.
В защитной силе юмора.
У меня есть книга о юморе!
- Да, я её читал.
- Да.
Мы, в Англии,
относимся к юмору всерьёз.
Ваш английский юмор
для меня как иностранный язык.
И это заметно.
Да?
Ваши примеры довольно бездушны.
Шутки приколоты как лягушки…
и препарированы!
Вы полагаете, что мой метод плох?
Нет-нет-нет, плохи ваши шутки…
Они не смешные.
Но я ведь брал классические анекдоты!
Что же там было…
Ах, да!
«Два еврея заходят в баню…»
Да…
О, и один говорит другому:
«Ты уже принял ванну?»
А второй ему…
…отвечает:
как же там…
«Разве одной не хватает?»
Именно!
Да.
Да!
Поскольку…
«принять ванну» означает «помыться»,
но в то же самое время…
может означать
«забрать с собой, украсть»!
Да, это хороший пример…
подобия, то есть столкновения
трактовок, различных видений.
Только очень уж унылый.
Как?
Идёмте!
Намекаете, что я лишён чувства юмора?
Халло?
Макс?
Насколько?
Довольно сильно…
Да-да, боль невыносимая…
Мне нужно лекарство.
Макс?
Мда!
Я могу вам помочь?
Нет.
Спасибо.
После уничтожения польских воздушных
сил силами «Люфтваффе»…
количество военных
и гражданских потерь…
оценивается приблизительно
в 20 тысяч человек.
Возвращаемся к музыкальной программе.
Выключите.
20 тысяч…
убитых за 2 дня.
Это почти невозможно осознать.
Должно быть,
это Его «неисповедимые пути»!
Интересно, что сказали бы
на это ваши «Инклинги».
Что за чушь, Уэлдон!
Такого не бывает!
Бывает!
Мне физически плохо!
Каждый раз, когда я туда попадаю!
Страх библиотеки?
Перестань.
Неужели с вами такого не было?
Заходишь ты в библиотеку –
и страшно…
от такого моря непрочитанных книг!
Нет! Нет…
Ровно наоборот!
Едем дальше…
Кто читает?
У меня готова новая глава.
Значит, Толкиен.
Глава 48-я.
Так, сперва предлагаю
взять ещё по одной.
- Да!
- Вот так чудо!
Мой брат угощает!
Уорни!
Господа!
Всем повторить?
Да, пожалуйста.
Толкиен,
ты опять проповедовал моему брату?
Я?
Даже не думал.
Значит, Уэлдону?
Уэлдон убеждённый атеист!
Даже заклятый.
А как он может…
Как вообще кто-либо может
воспринимать Библию буквально?
Это не более,
чем сборник мифов и легенд.
Джек…
Когда ты читаешь мифы о богах,
принесших себя в жертву ради нас,
они трогают твою душу.
Любой миф, но только не Библия!
Это чушь, и ты это знаешь.
Языческие мифы –
это средства выражения Бога.
Но в мифе о Христе
Бог выражает Себя через Себя.
Но почему это больше, чем миф?
Потому что Христос ходил среди нас.
Своей смертью
Он обратил миф в правду.
И так же Он меняет жизни всех,
кто верит в Него.
Джон…
Ты же учёный.
Ты ведь должен служить правде.
Да.
Так же, как и ты.
Так изучи материал…
Исследуй источники.
Этим я и занялся.
Я прочитал всё.
От современных трудов
до книг, которым полторы тысячи лет.
Спасибо.
Начиная с «Синайского кодекса»,
самой древней сохранившейся копии
Нового завета.
«От Матфея», 400-й год…
Джек?
Пора спать.
Доброй ночи.
Что за книга так тебя увлекла?
Библия?!
Да.
Ты читала?
Мне цитировали.
Зачастую это оружие.
«Бытие»…
Адам и Ева?
Ты ведь не решил поверить?
Что всё это действительно было?
Полагаю,
моё мнение не имеет значения.
Ну вот и славно…
Ибо здесь сказано:
«Нехорошо быть человеку одному».
Иди ко мне…
Слушай мудрую книгу!
Ты пугаешь меня, Джек.
Тебе нечего бояться.
Я просто взял работу на дом.
Я твёрдо убеждён,
что Евангелие – это не миф.
В нём нет…
…совершенства формы.
Кое-как написано!
Большая часть жизни Иисуса
нам совершенно неизвестна.
Автор, создающий легенду,
не допустил бы этого.
Вы доказываете реальность Христа
изъянами литературы?
Реальность Христа
не предмет для споров…
Только его личность!
Он упомянут современниками,
историками.
Даже Герберт Уэллс, чей…
скептицизм даст фору моему,
признавал:
«Человек был.
Эту часть предания
не могли выдумать».
Да…
Сам Христос был, я и не спорю.
Как…
Мухаммед или Будда.
Простите, что вы сказали?
Я сказал, что и не спорю:
Христос был!
Как Мухаммед или Будда.
Но лишь Христос называл себя Мессией…
И даже, представляете, утверждал,
что может отпускать грехи.
Профессор Льюис,
помогите мне подняться.
Всё в порядке?
О, да.
Чувствую себя как в сказке.
Данке!
Да.
Профессор Льюис,
может быть,
вы поможете мне кое-что понять?
Это загадка, которую я уже очень…
давно не могу разрешить.
Конечно, да.
Если Христос называл себя Богом,
то почему я…
должен верить ему больше, чем своим
пациентам, называвшим себя Христом?
Прошу вас, объясните мне!
По моему скромному мнению…
все эти несчастные люди
были буйными сумасшедшими.
И из этого следует, что вы сами,
и ваши друзья, и ваш…
добрый плотник из Назарета –
тоже все немного…
Но это лишь моё мнение как учёного.
Кто я такой?
Ну…
На это я вам отвечу…
Вы встречали хоть одного человека,
чья картина мира
была бы полностью разумна?
Нет!
Халло?
Анна?
Да.
Спасибо.
Чемберлен.
…что если мы не получим к 11 часам…
заверения о немедленном
выводе войск из Польши,
наши страны войдут в состояние войны.
Теперь же я говорю вам,
что такого заверения мы не получили…
Следовательно, наша страна…
воюет с Германией.
Вот и началось.
Снова.
Мы воюем со злом этого мира…
С грубой силой, неверием…
Переговоры сорвались.
…несправедливостью, угнетением
и преследованием.
А потому я уверен,
что добро победит.
Вы прослушали
заявление премьер-министра.
Анна?
Что с тобой?
Я думала, мы спаслись, уехав из Вены.
Мы ещё не знаем, что сделает Гитлер.
Уезжайте из страны…
Завтра!
Я помогу вам, пока есть время!
Прошу тебя!
Куда я поеду?
Приезжайте ко мне в Лондон!
Не знаю…
А что делать Анне?
Он никогда не уедет отсюда.
А ты никогда его не бросишь.
А ты что?
Боюсь, надо ехать.
Ради детей…
Хотя должна признать,
я согласна с твоим отцом:
Нью-Йорк – это не мой город.
Забавно было бы увидеть тебя
на Мэдисон-авеню, в высшем обществе!
Навестишь нас в Лондоне?
Добрый вечер.
Зигмунд Фрейд?
Не надо.
Меня зовут доктор Эрнест Джонс,
я британский подданный.
Я лично знаком
с канцлером фон Шушнигом.
Отойдите.
Я Зигмунд Фрейд.
- Нет!
- Анна!
Нет!
Мой отец очень больной человек!
Возьмите меня!
Меня вместо него!
Я знаю столько же, как и он!
Я буду вам полезнее!
- Пускай так.
- Подождите…
Молчи, пожалуйста!
Если тебя заберут, никто не спасётся.
Держи…
Если будет совсем плохо.
Фрау Фрейд?
Пройдёмте?
Дамы…
Господа…
До новых встреч!
Стоять!
Огонь!
Мы ждали 12 часов.
- Как же они её отпустили?
- Не знаю.
Наверное,
от неё мало пользы для гестаповцев.
Понимаете,
она слишком невинный человек.
Ну, а когда она вышла,
я подкупил всех нужных людей,
чтобы уехать из страны немедленно,
тут же!
Потому что меня схватили за горло
и подтащили…
так близко
к ужаснейшей личной трагедии,
что, наконец, я открыл глаза!
И…
Увидел перед собой морду Зверя…
Чудовища.
История полна чудовищ.
О, согласен…
И все они живут долго и счастливо…
среди нас, не так ли?
Диббук,
зверь из чащи…
или Бабай.
«О, тише, тише, тише!
Идёт к тебе Бабай.
Не подходи поближе:
Поймает, так и знай!»
Слишком поздно, друг мой.
Мы решили прожить
наши бесценные жизни…
в удушливом запахе горящих книг
и на тлеющих углях ненависти.
Увы, никак нельзя…
…нельзя скрыться от Зверя,
друг мой, поскольку
наша моральная определённость
и есть Зверь.
Мы сами и есть чума.
Это мы голод и смерть.
Это мы апокалипсис!
Да!
В моём преклонном возрасте…
я могу только радоваться тому,
что не увижу…
ещё одного Гитлера.
Слава богу.
Простите, что вы сказали?
Меня растила няня, строгая католичка…
Она водила меня в церковь
по воскресеньям.
Это святая Димфна.
Она была мне вместо матери.
Мой отец…
был так же упрям в своих верованиях.
[говорит на идиш]
Это ещё откуда?
Пустите меня!
Молись за своего отца,
чтобы он попал в рай!
Нет никакого рая.
- Для вас – нет.
- Вон!
Вон!
Никогда не молись за меня, Зигмунд!
Да.
Славная Библия, да?
«Возлюби ближнего своего,
как самого себя».
«Вот бумага, подписанная немецким
канцлером, герром Гитлером!»
Вы слышали его по радио.
Ваш любимый премьер-министр,
мистер Чемберлен…
Да, именно так и сказал в прошлом году,
после истории в Мюнхене,
вы помните, да?
Потом он сказал нам:
ложитесь в кровати и спите спокойно!
О, да!
Вот спасибо!
«Я знаю одно:
на наш век мира хватит».
Да!
Спасибо. Да!
Значит,
«возлюбим ближнего, как самого себя»!
Какое же чудесное слабоумное
невежество, не правда ли?
Ну, я совершенно не согласен.
Конечно, вы не согласны!
А как же иначе?
Как же?!
Ведь иначе всё здание вашей…
детской веры обратится в руины!
Разве нет?
Как сейчас обращается
в руины вся Европа.
Да?
Так что же нам делать?
Мы должны… что?
Подставить другую щёку поляков?
Впустить танки, гестапо, да?
И самолёты «Люфтваффе», бомбящие…
здания и убивающие детей?
Да!
Конечно!
Подставить другую щёку!
Я вас умоляю!
Может, это совпадение, но…
если я не ошибаюсь, то сам Иисус…
Да, добрый плотник…
из Назарета повелел…
Это есть в вашей славной книжице,
в Библии.
Матфей, глава 18-я.
«Истинно говорю вам,
если вы не будете как дети,
не войдёте в Царство Небесное».
Чудесно!
Страдайте, детишки,
и приходите ко мне…
Мда…
Мне кажется, профессор,
что нам всем не хватает зрелости,
чтобы встретить…
этот ужас в тёмной чаще.
Но религия…
на одно светлое мгновение…
превратила наш мир…
в ясли,
в детский манеж.
У меня есть всего одно слово
для человечества:
«Взрослей!».
Чёртовы хирурги…
Неудачный протез поставили.
Я вечно боюсь, что могу…
…вычихнуть свои зубы!
Мне нужно лекарство.
Это всё протез.
Анна зовёт его «чудовищем».
Надо…
…просто почистить его.
Потом она придёт и вставит на место.
Когда вернётся ваша жена?
Только Анна может его трогать.
Даже врачам нельзя?
Нет!
Только не врачам.
Уж точно не им.
Папа?
Зигмунд…
На помощь!
На помощь!
На помощь!
Но если бы не он,
я бы уже давно умер.
Да.
Разве это не славная шутка?
Доктор Зигмунд Фрейд,
с его оральной обсессией,
наконец-то не может говорить!
Вот это смешно!
Что может быть смешнее?
Может, и ничего…
Но, если это шутка…
…то, по-вашему, чья?
Ну, вот эта шутка – ваша дебютная!
Халло?
Доктор Шур?
Где же вы?
Дети не обязательно боятся войны.
Они не всегда убегают…
Могут с первобытной радостью
мчаться навстречу.
Настоящая опасность не в том,
что ребёнок переживает шок.
Куда хуже, если жестокость мира…
…пробуждает жестокость и в ребёнке.
Ваш отец.
Спасибо.
Да, отец?
Доктор Шур не приедет!
Говорит, пробки!
Не может проехать!
Он сказал, что передаст мой рецепт
в какую-то аптеку в городе.
Хочешь, чтобы я приехала?
Конечно!
Конечно, хочу!
Поэтому и звоню!
Просто раньше ты не говорил…
Боль, боль невыносимая!
Нужно лекарство!
Папа…
Хоть раз подумай про меня,
а не про неё!
Да, отец.
Мне нужно бежать.
Кто-нибудь, отпустите моих студентов.
Из 5 лекций за эти две недели…
вы отменили две,
а теперь уходите с середины третьей?
Это неизбежно.
Мой отец страдает, и я нужна ему.
Вы и нам нужны!
Есть же на свете сиделки!
Но он не хочет.
При всём уважении…
Ваш отец всегда получает, что хочет?
Доктор, вы лучше всех понимаете
значимость работ моего отца.
В конце концов,
он создал нашу с вами профессию.
Конечно, он получает всё, что хочет.
- Если у вас с этим проблемы…
- Я думаю, что проблема у вас.
Она называется
«нездоровая привязанность».
Когда взрослый боготворит родителей,
это не благо…
…это уже невроз.
Что же…
Спасибо за анализ.
Так ваша дочь преподаёт?
Да!
У неё была частная психоаналитическая
практика для детей.
Сначала я боялся,
что, пойдя по моим стопам,
Анна не сделает ничего своего.
Надеюсь,
всё это был пустой нарциссизм.
«Умеем сети мы сплетать,
Когда пытаемся соврать».
Да!
Анна – науке верная слуга.
И вам, похоже.
У вас есть фотография жены?
Конечно!
Но не здесь…
А что?
Вы женаты?
Нет.
Морализм в мужчине
порождается страхом.
А сам страх
исходит от комплекса кастрации.
Женщинам бояться нечего?
Именно!
Без этого страха
нечему подавлять желания.
Что же тогда их подавляет?
Традиционные модели отношений
с мужьями и отцами.
Вы просто ходячее противоречие.
Да.
Ведь я человек.
С рождения порочен.
И я очень страдаю…
Да ещё и приношу страдания другим.
Анна?
Всё в порядке?
Да…
Это ничего.
Скажи мне.
Я очень беспокоюсь за отца.
Надо найти аптекаря.
А что твоя мать?
Она далеко…
Он совсем один.
- Должен быть кто-то…
- Я.
Аптеки сегодня закрываются
раньше обычного.
Сначала обзвоним их.
Я знаю одну по дороге домой.
Тогда я пойду с тобой!
Вот тут – спасибо, нет!
А ведь Бернбридж в чём-то прав!
Если бы твой пациент
проявлял такую зависимость от отца,
ты бы сама сказала
про нездоровую привязанность!
Это мой долг!
Твой долг?
Главное,
не спутай его с рабским поклонением.
Дороти, он мой отец!
Да!
Но только ли?
Разве вам не вредит курение?
Вредит!
Оно всему вредит!
Я умираю!
Я гнию заживо, распадаюсь.
Все мы умираем, гниём заживо
и распадаемся.
Но я не намерен…
лишать себя
последнего сексуального удовольствия…
Да.
Я распрощался с фаллической
и анальной стадиями…
и возвращаюсь к первой,
оральной, как говорится.
Невероятно.
Мы говорим так долго, и только
сейчас вышли на тему секса!
Браво!
Тонкое замечание, да.
Но я думаю!
Я думаю, вы слишком узко
понимаете этот термин.
Я называю сексуальными все действия,
которые нам приятны!
Да.
Младенец сосёт материнскую грудь,
великий Зигмунд Фрейд
сосёт кончик сигары.
Да!
Сексуальность –
опора всякого счастья, друг мой!
Конечно, счастье не только в этом.
Секс – это лишь один из…
многих подарков Господа,
и не самый долгоживущий.
Всего за минуту
вы связали Бога и секс!
Восхитительно!
Но даже несмотря
на вашу церковную пропаганду,
я думаю, мы сильно продвинулись
в исследовании…
и преодолении наших неврозов.
«Продвинулись»?
Сначала мы вовсю
избегали тему секса,
а теперь только о нём и говорим.
Как будто мы придумали его.
Может быть, и придумали…
Да.
Да,
психоанализ весь построен на сексе.
О, да!
Мы относимся к нему как дети.
Убеждаем себя во лжи,
что секс во всех обстоятельствах
совершенно нормален и здоров.
А ведь в Ветхом и Новом заветах
есть строгие правила:
секс возможен лишь между людьми,
связанными брачными узами.
Молодец!
Славно!
Я думаю, ваша Библия –
это бестиарий сексуальности!
Да, бестиарий!
Целая энциклопедия!
Помогите мне завязать фартук.
Да, бестиарий!
Да.
Где моя сигара?
Куда же я её дел?
Вот что интересно!
Все вы, добрые люди, вечно
находите в Библии нужные цитаты…
в поддержку вашего
благочестивого бреда.
Ну вот хоть, например,
«никакого секса без брака».
Это же глупость!
Не только наивность,
но и безумный, жестокий садизм!
Всё равно, что отправить парня…
играть свой первый концерт
с большим оркестром,
при том, что до этого
он играл на скрипке…
только один, в своей комнате.
Да!
Соберите посуду.
Она сама себя не помоет.
Что было у вас с отцом?
Уже поздно отступать.
Мы с отцом…
Это интересная история!
Мы с отцом…
…помирились перед его смертью.
Он был…
…добрый человек.
Да?
То, что он недодал мне эмоционально,
он отдал финансово.
Он поддержал мою работу!
- Ага.
- Да.
И теперь я живу
со своим братом Уорреном…
Уорни.
Мы все зовём его Уорни.
Только с братом?
Всё сложно.
А просто и не бывает.
Я говорил вам, что воевал.
Нет, вы не говорили…
…вы это мне показали.
Все дороги ведут к войне, не так ли?
В самом деле…
Да.
Не отставать!
Джек, ты как?
Строй ровнее!
Чёрт, может сегодня обойдётся?
Держите, нашёл вам по винтовке.
Лучше бы ты их не нашёл.
Не суйте бошки из окопов!
Оторвёт!
Лучше бы я взял с собой
какую-нибудь красотку.
Медика сюда!
А я бы взял маму.
Была б мама жива, я бы тоже её взял.
Пригнулись!
Вот и ужин.
Льюис…
…пообещай мне.
Если я здесь погибну,
позаботься о ней.
А я тебе обещаю,
что не брошу твоего отца.
Сидеть, я сказал!
Это приказ!
Я не могу!
Что осталось в вашей памяти
из этого дня?
Почти ничего.
Это был…
полный хаос с самого начала.
Это был мой последний день в окопах.
Джек, держись!
Вперёд!
Мы с Пэдди
залегли на нейтральной полосе.
Джек!
Джек!
Джек!
Нельзя здесь оставаться!
Помогите…
Сюда!
Сюда!
Я здесь!
Здесь!
Помогите!
Льюис?
Да, он вон там.
Я думала пойти с тобой на танцы…
…но, видимо,
придётся ограничиться пикником.
Миссис Мур?
Мне очень жаль.
Да.
Вы даже не знаете,
как вы мне помогли.
Эти твои письма после смерти Пэдди…
тоже помогли мне.
Он носил это с собой.
Шрапнель, убившая его,
до сих пор…
в моей груди.
Её слишком опасно доставать.
Да, Джек…
Нам надо поговорить серьёзно.
Ты сказал мне об обещании,
которым обменялись вы с Пэдди.
Я это очень ценю, но…
мне не нужен ангел-хранитель.
- Должно быть, я кажусь тебе старой…
- Нет, что вы…
Ровно наоборот.
Правильный ответ.
Не говоря уже о том,
что я не верю в ангелов…
и хочу зависеть
только от себя самой.
Тогда давайте не считать это заботой,
ладно?
Назовём это дружбой.
Согласна.
Значит, дружба.
Мать друга?
Я ему обещал.
И давно длится ваша связь?
Я бы не назвал это «связью».
Любые отношения между людьми
называются связью.
Сколько ей лет?
Тогда ей было слегка за сорок.
А есть ли у «неё» какое-нибудь имя?
Джейни.
Джейни…
При первой встрече Джейни
показалась вам привлекательной?
Она была матерью моего друга.
Это делает её ещё привлекательнее!
Мужчин, рано потерявших мать,
нередко
тянет к более взрослым женщинам.
Я отвергаю этот намёк.
И вообще, моя…
…моя личная жизнь
вас, правда, не касается.
Да что вы?
Но вы хотите обратить меня
в вашу веру?
Поразительно!
Да.
Вы жили с ней, с Джейни,
ещё будучи атеистом…
Так что же, ваше уверование
или боевая рана…
вернуло вас в состояние невинности?
Я больше не хочу это обсуждать.
Моя личная жизнь –
это моё личное дело.
Да.
Как хотите.
Хотя то, что люди мне говорят…
мне не так интересно,
как то, что они…
от меня скрывают.
Очень рад за вас.
Открою.
Здравствуйте.
Чем могу помочь?
Сегодня нам никто не поможет.
Мисс Фрейд дома?
К сожалению, нет.
Она…
Кто там?
Это Эрнест, Зигмунд!
Здравствуй, Эрнест.
Доктор Эрнест Джонс.
Джек Льюис.
Очень рад.
Я оставлю вас с доктором.
Нет, он не мой врач.
Тогда я прогуляюсь вокруг дома?
Да?
Хорошо.
Возьмите Йофи с собой.
Проходи!
Ладно.
Давай пройдём в сад,
пока не стемнело.
Уже чувствуются осенние вечера.
Да.
Спасибо.
Ну, пошли.
Ну что, Эрнест…
Что привело тебя ко мне?
Мне рассказали про…
первоклассный
институт по психоаналитике,
который открывается в городе Бэри,
недалеко от Манчестера.
Это и институт, и лечебница.
Ты думаешь,
я поеду туда в таком состоянии?
Нет, нет, нет…
Я больше думал про…
Анну.
Вот как.
Ей будут рады.
Там безопаснее.
Да?
Это во-первых.
А что во-вторых?
Они пригласили туда и меня.
Вот как.
Ты надеешься на профессиональные
отношения с Анной…
или на личную связь?
Это, наверное,
Анне решать.
Как ты думаешь?
Как ты думаешь?
Постойте!
У моего отца сильный приступ боли.
Ему нужна срочная помощь!
Но аптекарь уже ушёл домой.
Вы не могли бы его позвать?
Мой отец – доктор Зигмунд Фрейд!
Секс-доктор?
Удачи вам обоим.
Простите, мэм.
Анна давала тебе хотя бы намёк
на то, что её интересует такая связь?
Нет, я провёл с ней…
…слишком мало времени.
Да?
Но я точно знаю,
что ей будет очень полезно…
расширить круг
профессионального и личного общения.
Помимо меня?
Нет, Зигмунд, я не это хотел сказать.
Конечно, нет.
Ну, наверное, мы…
обсудим это, когда ты поразмыслишь.
Да нет, зачем же ждать…
Так я поговорю с ней?
Нет.
- Почему, скажешь?
- Да!
У нас с Анной есть договорённость,
что она не будет вступать в
отношения, пока мы оба их не одобрим.
Ты на 20 лет старше Анны,
а она ещё девушка и слишком молода
для любых сексуальных переживаний,
вот так.
Зигмунд!
Что?
- Что ты говоришь?
- А?
Что…
Что ты говоришь, Зигмунд?
Анна прошла курс лечения…
от комплекса.
Этот комплекс доказывает, что она
готова к нормальному поведению.
Я не хочу говорить об этом.
Этот комплекс часто произрастает
из нездоровой привязанности отца!
Я не хочу говорить об этом!
Я не хочу говорить вообще ни о чём!
Вон!
Это было 20 лет назад!
Ждите здесь!
Доктор Шур!
Доктор Шур!
Это Анна Фрейд!
Помогите!
Анна?
Все аптеки закрыты,
я не знаю, что делать!
- Ему нужно лекарство!
- Заходите.
Спасибо.
От него не скрыться.
Сюда, Йофи!
Ну что, Йофи вас выгулял?
Да.
Мы видели афишу вашей лекции.
«Отложено на неопределённый срок».
Сюда!
Иди к папе.
Оп!
Йофи…
Простите, я думал, он…
Нет, это всё от запаха.
У меня рак рта,
и запах гнилья ему неприятен.
Нет, он убегает не от вас,
он бежит от меня, бежит…
от запаха смерти!
Боюсь,
я перестал быть ему лучшим другом.
Дас ист дас лебен…
Дас ист дас лебен…
Йа.
Эй!
Я покажу вам кое-что!
Дайте руку.
Спасибо.
Я покажу вам…
Мома!
Да.
Знаете Мома?
Не знаком.
Мом – это такой греческий бог.
Он распекал своих соседей по Олимпу.
Насмехался над ними,
смеялся над их вечной глупостью!
Над тем,
что они создали человечество!
И за это боги прогнали Мома…
сюда, к нам!
Чтобы он жил среди людей.
Знакомый мотив.
Да!
Он стал Грустным Богом.
Богом сатиры…
и иронии.
Значит, он ваш покровитель!
Как назвать упорного атеиста,
если его…
пещера охраняется
легионом богов и богинь?
Коллекционером!
Да, это я, и в этом вся
грустная ирония моей жизни.
Да, я поборник неверия,
но одержим разными религиями!
Древними, конечно, включая вашу!
Да!
У которых так много общего.
Добро и зло, ложь и правда,
выбор между ними.
- Да.
- Да.
Да…
Мне нужны чистые платки.
Вы в порядке?
Так о чём мы?
А, да!
Если добро – это выбор,
то ваш Бог,
создатель добра и всего такого,
он же тогда, получается,
создал и зло?
Да?
Позволил Люциферу жить
и даже процветать!
Хотя логичнее было бы его уничтожить,
не так ли?
Подумайте.
Бог дал Люциферу свободу воли,
без которой никакое добро невозможно!
Мир людей без свободы воли –
это мир машин!
И это люди, а не Бог,
создали тюрьмы, и рабство, и…
…бомбы.
Страдания – дело рук людей.
Что?
Страдания – дело рук людей!
Да, я вас слышу, я не глухой.
То есть, вот так вот
вы объясняете боль и страдания?
Я сам сотворил свой рак?
Или Бог убивает меня
в отместку за моё неверие?
Я не знаю…
Я не знаю!
Вы не знаете?
Профессор Льюис, я в шоке!
Я в шоке!
Я не знаю,
и даже не делаю вид, что знаю…
Это ведь самый тяжёлый вопрос,
не так ли?
Если Бог – это добро, он бы сделал
всех нас счастливыми, но это не так!
Это не так.
То есть, Богу…
…не хватает доброты.
Или власти, или…
и того, и другого!
Вы не знаете…
Что ж, наконец-то, наконец-то,
наконец-то мы чего-то добились.
Что, если Бог
хочет закалить нас страданиями?
Дать нам понять, что счастье –
настоящее, вечное счастье –
доступно только через Него.
И если наслаждение –
это Его шёпот, боль –
это Его мегафон.
О, да…
Да…
Знаете, я уверен, что маленький
ангелочек Адольф Гитлер,
служивший у алтаря…
каждое воскресенье,
конечно, согласился бы с вами.
Абсолютно и полностью.
Только я согласиться не могу.
Мы говорим на разных языках.
Вы верите в Откровение.
Ладно!
А я верю в науку
и в торжество разума.
Это очень разные вещи.
Есть ещё и диктатура гордыни.
Почему религия мирится с наукой,
а наука отказывается
мириться с религией?
О, вы разбиваете мне сердце!
Какую уютную камеру выдали Галилею,
когда он сказал Папе, что не Солнце
крутится вокруг Земли, а наоборот!
Ой, бросьте!
Глупость церковных вождей –
слишком лёгкая цель.
Вот именно!
Они прикрываются невежеством!
Вы прикрываетесь невежеством,
и я временами!
Все мы это делаем!
Да!
Ведь мы люди!
И мы утратили смелость,
утратили уверенность в себе!
Как часто мы себе говорим:
«О! О! Это чудо!
Мы ничтожны, а Он всемогущ!
На всё воля Божья!
Таков Его план!».
Я вам покажу.
Да…
Его план, да…
Это…
Это бы…
Вот это моя дочь…
Софи.
Она была моей любимицей…
Она умерла!
Представляете?
От испанки.
В 27 лет!
Она была матерью и женой.
А моего маленького внука…
тоже забрали у нас.
Его убил туберкулёз.
Ему было 5.
5 лет!
Да.
Замечательный план у Бога!
Прикончить ребёнка!
Я вот что вам скажу!
Лучше бы этот рак
залез ко мне в мозг,
а не в челюсть и не в щёку!
Чтобы мне привиделся Бог,
и я бы отомстил ему как следует!
Проклятые лицемеры!
Этот мир переполнен болью!
Это и есть план Бога!
Это всё одна и та же фантазия.
Мы оба на лошадях…
Наши семьи враждуют.
И он мстит моим…
Нельзя укрыться от него.
Рыцарь подъезжает…
…ближе.
И целует меня.
Я вся истекаю кровью…
Его лицо рядом,
губы у моих губ,
красные, сочные…
Он шепчет:
«Раскрой мне семейные тайны».
На какой стадии ваш рак?
Он неоперабелен.
Это лишь вопрос времени.
Сколько осталось?
А это уже мне решать…
У нас с доктором Шуром пакт.
Не смотрите на меня так,
профессор Льюис.
Я знаю, вы все думаете,
что самоубийство – это неправильно…
…и что это грех.
Верно.
Да.
Смотрите сюда.
Для меня Ад уже начался.
Вы жене сказали?
Нет…
Она разделяет ваши суеверия.
А Анне?
Анна знает, что мне немного осталось.
Что вы хотите убить себя!
Нет!
Зачем её мучить?
Вы бережёте её или боитесь,
что она вас отговорит?
Нет, ну какой же вы упрямый!
Фанат веры –
как завязавший алкоголик.
Есть у вас ещё вопросы?
Я устал.
Есть.
На самом деле.
Выйду здесь.
Анна замужем?
Нет.
Это странно!
Нелёгкая задача для каждого из нас
выбрать спутника.
Вы имеете в виду, для Анны?
О чём вы хотите спросить,
профессор Льюис?
Этот доктор Джонс…
Доктор Эрнест Джонс?
Да.
Он приходил к Анне, не к вам.
Разве?
Да.
Но зачем ей нужен кто-то?
У неё есть всё,
что только можно пожелать.
Вы хотите спросить о чём-то?
Да!
Есть ли у неё кто-нибудь?
Преподавание, практика:
у неё нет времени на отношения.
А на вас – есть!
Да, тут вам повезло.
Особенно учитывая, что только ей
позволено трогать ваш рот.
Это её профессия.
Она врач?
Я говорил вам: она член
Психоаналитического общества.
А туда принимают только врачей?
Есть разные случаи.
Он берёт меня за руку
и заставляет меня трогать его…
Здесь…
…и здесь.
Анна написала работу, которая…
имела большой успех.
Не сомневаюсь.
На какую тему?
Садомазохистские фантазии.
Хочу убежать,
но рыцарь слишком силён.
Он ловит меня…
Я хочу быть наказана.
Эти фантазии…
были основаны
на рассказах пациентов Анны?
На её собственном анализе.
И кто проводил анализ?
Я спросил, кто проводил анализ?
Я сам!
Хватит.
Никаких рыцарей…
…и никаких фантазий.
Ты моя дочь!
Дочь, понимаешь?
Почему?
Так больше нельзя.
Это слишком больно для нас обоих.
И я не могу тебе помочь.
Ты отправишь меня к тому,
кто хуже тебя?
Нет!
Но от меня нет пользы!
Папа!
Ты мне нужен!
- Ты мне нужен!
- Нет.
Ты мне нужен!
Анна, я не нужен тебе.
Слышишь?
Ты мне нужен!
Пожалуйста…
Ты…
Чшшш…
Ты нужен мне…
Пожалуйста…
Так?
Всё хорошо?
Вот…
Славно.
Вот и славно.
Моя девочка…
Хорошо!
Ты нужен мне.
Всё хорошо.
Есть другие вопросы?
О, да…
Но я не посмею их задать.
Я только напомню вам
ваши собственные слова:
«Психоанализ весь построен на сексе.
И то, что люди скрывают,
важнее того, что они говорят».
Вы всё время это делаете.
Дожидаюсь, когда начнутся новости.
Сделайте музыку чуть тише, вот и всё.
Я не люблю, когда мною манипулируют.
Любая музыка напоминает мне
церковную, вот и всё.
Я не люблю церковную музыку:
она опошляет чувства,
которые я испытываю.
А вы – боитесь их испытать.
Таков, значит, ваш диагноз?
Замечательно.
Нет-нет, это ещё не всё.
Я думаю, что вы ужасный эгоист.
Ставите вашу боль
выше тех, кто вас любит.
Вы лжёте себе, что вы можете…
управлять смертью,
как управляете вашей жизнью…
и вашей дочерью.
Вы думаете, что можете…
…обмануть ваш страх, если…
спрячетесь в вашей пещере,
полной богов.
На самом деле…
вы в ужасе.
И это понятно!
Но ужас есть ужас.
Да…
Мы все в ужасе.
Да.
Вот и вы, например, сегодня,
когда была тревога…
Помните сирены?
Вы вели себя не как человек,
который готов сейчас же спокойно
покинуть этот ужасный, ужасный мир.
Не так ли?
Ну и где же была ваша вера?
Куда делась радость от предвкушения…
встречи с Создателем?
Испарилась?
Как же?
Может, вы знаете, несмотря на всю
вашу сладкую ложь и ваши сказки,
что Его не существует?
Да…
Вы подавляете ваши сомнения,
подавляете воспоминания о войне.
Но глубоко внутри…
…вы обычный трус.
Все мы трусы…
пред лицом Смерти.
О, чёрт!
Я вызываю скорую.
Только не врачей,
только не в больницу!
Несите полотенце!
Полотенца?
Сейчас. Да!
Полотенца…
Так… Так…
Вытащите эту дрянь!
Вот!
Это протез, вынимайте его! Ну!
Да возьмите ж руками!
Так?
Да!
Да!
Не выходит.
Тяните, тяните!
Идёт…
Ага, есть!
Господи!
Несите воду.
Сейчас.
Вот-те на!
Не хотите прилечь?
Спасибо.
Да.
Да…
Чудовище чуть не съело!
Ах ты, тварь…
К чёрту всё.
Чем вам помочь?
Уйдите.
Нет-нет-нет,
я вас одного тут не брошу.
- Пожалуйста, уйдите.
- Не говорите!
Мечтаете, да?
Чтоб я молчал?
Чёрт возьми…
Боже…
Бомбёжка?
Это транспортники…
Наши.
Я испугался!
И я тоже.
О чём мы думали?
Глупо надеяться, что мы разрешим
величайшую тайну в истории.
Но ещё более глупо…
вовсе не думать о ней.
Вызову вам такси.
Нет, прошу вас, не надо.
Нет, что вы, правда!
Я дойду до станции пешком…
Подышу.
Не эту ли статую мы видели в церкви?
Да!
У вас на полке католическая святая?
Да, святая Димфна, ирландка!
Покровительница всех душевно больных
и заблудших.
Логично.
Поезд до Оксфорда приходит через час.
Хорошо.
Да.
Мне ужасно жаль,
что я разочаровал вас.
Нет-нет, это я был бестактен.
Я сказал не «обидел»,
а «разочаровал».
Моё видение Бога всё время меняется.
Он сокрушает его снова и снова.
И всё же я думаю, что мир полон Им.
Он повсюду, инкогнито!
И Его инкогнито
очень трудно распознать.
Настоящая…
задача – это…
не сдаваться.
Всегда искать…
и надеяться.
Кто-то из нас глупец.
Но если вы правы,
вы мне об этом скажете,
а если прав я,
никто этого не узнает.
Дайте руку.
Конечно, да.
Да…
Смерть несправедлива, как и жизнь.
Прощайте, профессор Льюис…
Мы ещё встретимся, возможно.
Дай Бог.
Да, у меня же есть для вас подарок!
Я припас для вас книгу.
Спасибо.
Да!
Только…
не открывайте до Рождества.
Ну вот…
Что ж, друг мой…
Ауф фидерзейн!
Прощайте.
Прощайте.
Это был Его величество король Георг…
и его обращение
из Букингемского дворца.
И снова в нашем эфире
симфонический оркестр «Би-би-си».
Профессор!
Мисс Фрейд?
Я торопилась, как могла!
У меня лекарство!
Да, он ждёт вас,
но он жив и невредим.
Не беспокойтесь.
Хорошо, что вы были с ним!
И хорошо, что вы тоже выжили.
«Судьбою заключён в тиски,
Я не кричал, не сдался в плен.
Лишенья были велики.
И я в крови, но не согбен».
«Да, за юдолью слёз и бед…
Лишь ужас кроется в тенях.
И всё ж угрозы этих лет
Вовеки не внушат мне страх».
Мы оба герои!
Мне надо идти…
Он ждёт меня.
Анна!
Прости меня.
Можно я зайду к вам?
Ваш билет, пожалуйста…
«От ошибки к ошибке –
вот настоящий путь к истине».
Зигмунд Фрейд покончил с собой
при помощи доктора Шура
три недели спустя,
23 сентября 1939 года.
Его теория о психоанализе
навсегда изменила современную
психологию и западную культуру.
К. С. Льюис стал широко известен
во время войны,
своими радиопередачами
о христианстве.
Льюис принимал в своём доме детей,
эвакуированных из Лондона.
Эти дети вдохновили его
на написание «Хроник Нарнии».
Известно, что незадолго до смерти
Фрейд встречался
с молодым профессором из Оксфорда.
Был ли это К. С. Льюис,
мы уже никогда не узнаем.
По пьесе Марка Сент-Джермейна
и по мотивам книги Армана Николи
«Вопрос о Боге»
ПО ФРЕЙДУ
 

////////////////////////////