Победители (1 сезон, 2019 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Ангелина Никонова, Александр Баранов

1895 год. На всю Россию гремит имя знаменитого столичного адвоката Николая Андронова, не проигравшего пока ни одного судебного процесса. Его друзья Виктор Роскевич и Михаил Заварзин – тоже блестящие адвокаты. Они побеждают в сложнейших уголовных делах, порой не только оправдывая своих подзащитных, но и изобличая истинных преступников прямо в зале суда. В тяжёлых ситуациях друзья-адвокаты всегда приходят на помощь друг другу. Они ещё достаточно молоды (старшему, Николаю Андронову, всего 35 лет). Все трое абсолютно разные, но каждый готов пожертвовать ради друзей очень многим… Их многолетняя дружба, и осознание того, что есть на кого рассчитывать в трудной ситуации – не в последнюю очередь, делает всех троих победителями. И в профессиональной, и в личной жизни.

Все фразы и цитаты

Серия 1

-Будет ли справедливым наказать
этого несчастного?
Я говорю не о той исполненной
высшего смысла и гуманизма
божественной справедливости
и даже не о том,
что мой подзащитный убил негодяя,
покусившегося на честь и доброе имя
его жены.
С точки зрения скупой буквы закона,
это не имеет значения.
Важно другое.
Имеем ли мы право так жестоко
наказывать человека,
который даже не понимал,
кто он и что происходит,
когда он наносил этот роковой удар.
-Семнадцать.
Семнадцать ударов, господин Роскевич,
семнадцать.
-Схватка века -
Роскевич против Гессера!
Спешите видеть здесь, в этом зале,
а не на страницах газет!
-И вы считаете, ему их не хватило,
для того, чтобы понять?
-Я надеюсь,
господин Гессер не думает,
что количество нанесенных ударов
подтверждает его гипотезу
о преднамеренном убийстве?
И, в общем, даже наоборот,
если вы, господин Гессер,
хотите забить гвоздь,
вы прицеливаетесь
и бьете расчетливо один раз,
а не лупите по шляпке раз семнадцать.
Если вы, конечно, когда-нибудь
это делали.
СМЕХ
Итак, человека лишает жизни
один удар, но их было семнадцать.
Откуда взялась эта ярость,
не свойственная моему подзащитному?
"Гляжу, он Окулину мою за курдюк
хвать...
Я аж дышать не мог,
в голове помутилось.
Что было дальше, не помню".
Эти слова - ключ к пониманию того,
что произошло в тот трагический
вечер.
Конечно, он не отнял бы жизнь,
пусть даже у преступника,
если бы он осознавал,
что происходит.
Я думаю, всем очевидно,
что мой подзащитный действовал
в состоянии аффекта.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Виктор Ильич,
"Петербуржские ведомости".
Один снимок, пожалуйста.
-Почему один? Я не достоин большего?
ХОРОМ: -Браво! Браво!
-Коля?
Кто из вас не проиграл ни одного
процесса?
В газете опять он, а не ты.
-Папа, а скоро ты будешь в газете?
-Ладно, милый, меня и так знают все,
кому надо.
-Пусть знают и те, кому не надо.
-Нет, милый, это уже лишнее.
-А вот Роскевич так не считает.
Он и в газетах, и в салонах,
на всех важных премьерах бывает.
-Был я в салоне,
меня хватило на полчаса.
Не выношу этот парад тщеславия.
-Нельзя быть таким скромным.
-Так, через десять минут идем в парк.
Кто оденется первым, получит двойную
порцию ситро.
-Ура!
-Я первый.
-Нет, я.
-Коля...
-М?
-В некоторых кругах он намного
популярнее тебя.
-В некоторых кругах - это в женских?
Тебе стыдно, что у меня нет
любовницы?
Подбери кандидатуру, я рассмотрю.
-Да.
-Да.
-Приходил посыльный
от Миши Заварзина.
-Ой, нет.
-Да.
Просил напомнить, что ты обещал быть
на показе в театре Генрих Штейна.
-Уже сегодня?
-Да.
-Верочка.
-А!
-Верочка, ну сходи без меня, а?
Ты так любишь театр, Вер.
-Это та ужасная пьеса,
которую Миша на даче читал, да?
Это не я ему обещала прийти.
-Милая.
-Коля.
-Пожалуйста.
-Я выносила тебе двоих детей.
Творчество Миши Заварзина
я не вынесу.
-Господа, внимание!
Сегодня вечером полный прогон,
генеральный, для друзей и знакомых,
и все. Завтра премьера.
-Хор, а почему вы там, а не здесь?
Побыстрее.
Вас еще ждать.
Вот так мы работаем, господин автор,
так мы к премьере готовимся.
А где Збарский?
Збарский где?
Ну, где этот герой-любовник?
Может, он соблаговолит выйти
на сцену, в конце концов?
-Да иду, иду.
-Очень мило с вашей стороны.
Опять он?
Я просил, чтобы эта кислая рожа
не показывалась мне на глаза.
Заприте его, что ли, в подвале
или в гробу.
Там ему самое место.
Генрих Оттович, так никто
и не исправил эту дурацкую сцену.
Не буду я говорить этот бред.
Господин драматург, вы тоже здесь?
Извините за резкость,
но вам не кажется странным,
что мой герой так снисходительно
общается с адвокатом?
Вы, сударь, знаете, кого берут
в адвокаты?
Это же совесть нации, лучшие,
умнейшие люди России.
А мой герой?
-Такое, поверьте, и правда могло
быть.
-Господин Заварзин прекрасно знает,
о чем пишет,
поскольку он сам был присяжным
поверенным
и выступал в суде адвокатом.
Еще не хватало за день до премьеры
пьесу переписывать.
-А вы были знакомы с Роскевичем?
-Роскевич и Андронов - мои лучшие
друзья.
НАСВИСТЫВАЕТ
ЖЕНСКИЙ СМЕХ
-Давай, давай.
-Ай!
СМЕХ
-Вот так.
-Это зачем, а?
-Сюрприз.
-Сюрпризы? Сюрпризы я люблю.
Шампанское, я хочу шампанского.
-Будет.
-Так, а подожди...
-Тихо.
-А мне уже страшно.
Отлично.
Витя!
-Какая милая девушка. Одобряю.
Роскевич, куда пошел?
Давай нас знакомить.
-Ольга.
-И...
-Ирина.
-Ты ее сам разденешь,
или мне помочь раздеть Ирину?
Трое в одной постели - особый шик.
Во Франции это модно.
Вы же не отрицаете свободу, правда?
А вы?
-Нет.
-Ведь все свободные люди хотят
выполнять свои прихоти, правда?
А хочешь, я тебя возьму силой?
-Какой позор.
-Ирина!
ВСКРИКИВАЕТ
НАСВИСТЫВАЕТ
Я думал, что ты приезжаешь завтра.
Послушай, ты прекрасно знаешь,
что она для меня ничего не значит.
-Конечно, милый.
Ни она, ни все остальные.
Наша любовь выше этого.
-Я не понимаю, тебе смешно?
Между прочим, это действительно так.
-Витя, прощай.
Ключ оставлю себе,
чтобы в любой момент могла прийти
и тебе напакостить.
Хочу шампанского!
СМЕХ
-Беда не в том, что мы приобрели
бездарного писателя,
а в том, что мы потеряли
блистательного адвоката.
Кто вообще сказал Заварзину,
что он драматург?
-Чехов.
Антон Павлович Чехов говорит:
"Друг мой, если бы Эсхил и Еврипид
были бы живы,
они рыдали бы навзрыд
над вашей пьесой".
-И Миша не услышал издевки?
-Он был пьян.
Хорошо, а как... как Штейн согласился
поставить это у себя в театре?
-А у него не было выбора.
Миша помог ему юридически,
когда тот открывал свой театр.
Так что желаю приятно провести вечер.
-Извини, дорогой, ты пойдешь со мной.
Ты тоже обещал быть на показе.
-Я бы с радостью, но за ужином
отравлюсь рыбой.
Доктор заедет в театр
и извинится от моего имени.
-Это тебя не спасет, завтра он
потащит тебя на премьеру.
А на премьеру все билеты раскуплены.
-М-м...
-Да.
А этот твой доктор,
он может извиниться за нас двоих,
мы все-таки вместе ужинаем.
-О! Это будет тебе очень дорого
стоить.
За сколько ты готов спасти
свое чувство прекрасного?
-Господа присяжные поверенные!
-Миша! Дорогой!
Ты что здесь делаешь?
У тебя же показ!
-Так я, собственно, именно поэтому.
Решил за вами заскочить.
-Вот молодец, вот правильно поступил.
Шампанского? Еще бокал.
-Нет-нет, простите, я не буду.
Первый показ сегодня,
кусок в горло не лезет.
А пить так и вовсе не хочется.
-Ну так иди скорей в театр,
а мы тебя догоним.
-Да я лучше тут с вами посижу,
послушаю, что нового в адвокатуре.
А вот только, господа, с рыбой
будьте осторожны, многие жалуются.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
-Генрих Оттович.
-Боже мой, как я рад вас видеть!
-Как мы могли не прийти!
-Добрый вечер.
-Вы, адвокаты, всегда заняты.
-Мы, Мишенька, мы - адвокаты.
-Когда это было!
Тогда я не знал, как люблю театр.
Так волнуюсь! Ни одна из нынешних
пьес даже не приблизилась
к глубинам античной трагедии!
Надеюсь, моя будет первой!
-Мы-то как надеемся!
-Минуточку! Господа!
-А кого играет твой гений чистой
красоты?
-Она "рука возмездия".
-Что?
-Кто?
-Ну, аллегорически!
Юная девушка, посредством которой
небеса вершат высший суд!
-А где наши места, Миш?
-Генрих Оттович!
-Господа, ваши лучшие места.
-Спасибо.
-Миша, Миша, Миша...
-Миша!
-Да, да, да.
-Не волнуйся ты так.
ВЗДОХ
-Только после спектакля не уходите,
будет обсуждение.
-Я бы с удовольствием,
Вера приболела, обещался быть.
-Так ты же говорил,
что ей стало лучше?
Пошли записку, что задержишься.
-Ну конечно! Пожалуйста.
-Тем более я сразу на вокзал,
срочно надо в Москву.
Ну хоть один из нас останется.
ХОРОМ: -Случайные жизни
в случайном сплетении суетных судеб.
Иль общей, единой судьбой управляет
Безжалостный рок?
Безжалостный рок...
СМЕХ
-Как я могла такому негодяю
поверить?..
Как я могла его любить?!
Он - воплощенье зла!
Теперь я знаю: в нём сердца нет!
Он недостоин жить!
КРИК
-О нет!
Не делай этого, родная!
Давай начнём всё с чистого листа!
Всё будет по-другому, обещаю!
-В твоей душе лишь тьма и пустота.
ВЫСТРЕЛ
КРИК
ШЕПОТ В ЗАЛЕ
-О горе, он убит?!
-Нет. Он ранен.
Зовите доктора.
КРИК
-Господи, помилуй!
Господи, помилуй! Господи, помилуй!
-Что же это, господи?..
-Это ужасно.
-Господи, боже мой!
-Ты или я?
-Господа, расходимся.
-Давай ты. Я только что вывел
на "состояние аффекта",
мне кажется, здесь по той же схеме.
-Не уверен.
Ладно, давай.
-Давай.
-Присяжный поверенный
Николай Андронов.
Готов представлять ваши интересы
в суде. Вы согласны?
-Нет, не надо.
-Просто скажите "да".
-Да.
-Коля, я сам.
-Извини, Миш, ты опоздал.
-Взяла пистолет.
Он лежал, где и обычно.
-И даже не заметили, что он был
настоящий?
-Нет.
Я понимаю, что вы мне не верите.
Мне никто не верит.
Конечно, все сходится: истеричная
актриса убила бывшего любовника.
-Так вы еще и любовниками были?
-Да, мы расстались три дня назад.
-И кто был инициатором?
-Я.
Просто поняла, что не люблю его.
-Варвара Федоровна, если вы хотите,
чтобы я вас защищал,
вы должны быть со мной
абсолютно честны.
Может, вы расстались, потому что
у вас появился новый мужчина?
Ну, более перспективный
во всех смыслах?
-Нет, никакого другого мужчины
не было.
Разве что...
-Что?
-На прошлой неделе кто-то прислал
цветы, большой букет.
И там был листок со стихотворением,
но подписи не было,
поэтому я до сих пор не знаю,
от кого это.
-Хорошо. Вернемся к нашему разговору.
Вы сказали, что собираетесь уйти.
Как Збарский отреагировал?
-Ужасно.
Он кричал, ругался...
И избил меня.
-Даже так?
-А вчера он пришел ко мне пьяный,
снова начал кричать.
Потом... кинулся и стал душить меня.
-Душить?
-Да, я еле вырвалась.
Пряталась у соседки. Я понимаю,
как это выглядит, но...
Я правда я не могла этого сделать!
Витя, ты не знаешь, какая она!
Как у Тургенева Ася,
"Дворянское гнездо", это про нее.
Чистота, понимаешь, душа ребенка.
Она не могла никого убить,
даже подумать об этом!
-Кто-то подменил пистолет?
-Ну конечно!
Не верь глазам своим. Я не поверил.
Вижу - убила, понимаю - не могла!
И вдруг все сложилось!
Она ни при чем,
ее кто-то использовал.
Это все предположения, это домыслы.
Тем более в театре все проверяют.
Я так и вижу лицо прокурора,
заходящееся в истеричном хохоте.
Как этот кто-то мог точно рассчитать,
что она не заметит подмены пистолета?
Что он точно выстрелит? Ну, какой-то
странный план, авось получится?
-Пистолет похож, даже цвет тот же,
я бы сам спутал!
А Варвара, она гениальная актриса!
Все знают, как она относится к роли:
глубоко, вдумчиво,
она погружается в образ!
И она нажимала на спусковой
крючок на каждой репетиции!
Ее подставил кто-то из театра.
И его план был не "авось получится".
Этот человек все просчитал.
-Дорогой, ты закусывай.
-Я не хочу есть.
-Понимаете, у меня есть такая
привычка, примета, не знаю,
но каждый раз перед спектаклем
я должна побыть одна,
походить, почувствовать сцену.
-То есть какое-то время, кроме вас,
на сцене никого не было?
И вы спокойно могли
поменять пистолеты?
-Клянусь богом, я этого не делала!
-А кто-то еще знал об этой вашей
привычке?
-Все. Все знали.
ШАГИ
-Николай Иваныч, вот уж не думал,
что здесь вас встречу и...
-Вот, Семен Фролович, решил
пообщаться с будущей подзащитной.
Это не является нарушением
формальности,
я как частное лицо имею право.
-Господин Андронов, мы же с вами
русские люди. Какие формальности?
Уведите ее.
-Вы бы хоть шляпу сняли.
-А я вот думаю, с чего это
безызвестную актрису
не очень модного театра берется
защищать сам Николай Андронов?
-Нет, нет, Семен Фролович,
она не моя любовница.
Просто очень повезло ей.
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
-Ну?
-Ну!..
Беда в том, что у твоей Варвары
мотив - мечта прокурора!
Так и вижу мерзкую ухмылку Гессера.
"Все ясно, как божий день!"
-Какой мотив?
Что ясно, как божий день?
-А ты не знал, что Варвара Авилова
и Збарский - любовники?
-Варвара и этот Збарский,
нет, это невозможно.
-Как это страшно -
быть погребенным заживо!
Вокруг тебя темнота,
воздуха почти не осталось!
И ты стучишь в крышку гроба, кричишь,
плачешь, но тебя никто не услышит!
Тугая толща земли поглотила
твой отчаянный крик:
"За что, господи!
Ведь я ни в чем не виноват!"
Он почти погребен заживо.
Он стучится в крышку этого гроба,
он молит о спасении.
И вы можете ее открыть,
можете ему помочь.
У меня все.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Браво, Роскевич, браво!
СТУК В ДВЕРЬ
-Доброе утро, Михаил Юрьевич!
-Ты кто такой громкий?
-Я Борис, помощник адвоката
Андронова.
В 4 часа в театре просят собрать
всех, кто вчера был перед спектаклем.
Николай Иваныч Андронов просит
фиксировать все действия
и ему рассказать в подробностях...
-Я точно помню, что положил в тумбу
наш бутафорский пистолет!
-И куда он делся?
-Не знаю!
-Вот ты отвечаешь за то,
чтобы пистолет лежал в тумбе, так?
Из пистолета, который лежал в тумбе,
убили человека. Кто виноват?
Вот, брат, это тебе не фунт изюма!
Это, так сказать, логика. Угу.
-Вот он, вот. Другой пистолет.
Тот мы не нашли, но этот
почти такой же.
-А что-то мало. Где остальные?
-За всеми отправили, но актеры...
прибудут в ближайшее время.
-А если не прибудут, господин Штейн,
оформим "помеха следствию". Ферштейн?
-Яволь!
-Через полчаса сюда привезут
Варвару Авилову.
В следственном эксперименте участвуют
все, кто вчера был на сцене. Ясно?
-Да, странно.
И легче, и по цвету отличается.
Как можно было перепутать?
-Учитывая состояние душевного
волнения, в котором находилась
Варвара Федоровна, очень легко.
Ваша задача - найти того,
кто подменил бутафорский пистолет
настоящим.
-А это кто у нас такой умный?
Нам же наши задачи рассказывает?
-А это у нас самый молодой
и талантливый адвокат России,
надежда российской адвокатуры.
Так о вас же писали,
господин Заварзин, я ничего не путаю?
-Я здесь как автор пьесы.
-Да что вы!
Ищете себя на новом поприще?
Ах, вот ведь жизнь!
Многие подают надежды, но хорошими
адвокатами становятся лишь единицы.
Ну, как у нас там? Привезли убийцу?
Говорят, она у нас хорошенькая.
-Ну вообще-то
дознанием и следствием
я занимаюсь, господин прокурор.
-Вы занимайтесь, занимайтесь,
а я понаблюдаю с первых шагов,
чтобы хоть раз следствие
прошло нормально,
а не так, как всегда, господин Шушак.
-Где ты ходишь?
-Соседки дома не было,
два часа ее ждал.
Она все подтвердит
и точно будет свидетелем обвинения.
-Так...
-Так, а!
Убитый был в квартире
Варвары Авиловой и скандалил.
-Убитый не мог скандалить
в квартире Варвары Авиловой.
Мертвые вообще не скандалят.
-Ну, тогда не убитый, сейчас убитый.
-И этот человек
хочет стать адвокатом!
-Я не просто хочу, а стану!
Заработаю денег и буду брать уроки
ораторского искусства.
-Похвально.
Пока отнесите это Заварзину.
-Я уже у него сегодня был,
полчаса его будил.
Встал в похмелье,
в комнате грязно и душно.
А вроде раньше адвокатом был,
странно, да?
-Что значит - странно?
-Ну, адвокаты - лучшие люди России,
все ими восхищаются,
знают о них, спорят.
Вот взять хотя бы Роскевича,
ну, или вас
и поставить рядом этого...
-Этого?!
Михаил Заварзин не менее талантлив,
чем обожаемый тобою Роскевич.
Четыре блестяще выигранных дела
на заре карьеры
у лучших прокуроров России!
Я сам-то не уверен,
что выиграл бы все четыре.
А потом, видишь ли,
случилось дело Марии Леттер...
-Ну и что?
Сломался и сдался?
-Нет.
Он искренне считал,
что она невиновна.
Защищал ее отчаянно, даже влюбился...
А потом на суде открылось,
что она использовала его
как мальчишку
и влюбила в себя,
чтобы работал лучше.
В результате - нервный срыв,
лечебница...
А дело закончил уже Роскевич.
Сделал все грамотно, признал вину.
В результате - минимальный срок.
-А что потом с Заварзиным?
-Ничего.
Подлечился, но в суд уже не вернулся.
Зато пьесу написал
по мотивам Марии Леттер.
Ну, там, правда, заканчивается
все так, как должно было быть,
она оказывается невиновна.
-Пистолет на репетиции брали?
Нет.
Что дальше делали?
-А я вам не мешаю, господин прокурор?
-Нет, нет. Пока нет.
-А потом вышел я.
Варвара была на сцене,
я позвал хор, и...
потом появился Збарский.
-Хор, пожалуйста, проходите!
Проходите, проходите, не стесняйтесь.
Занимайте, пожалуйста,
все свои места, кто где был.
Спасибо.
Итак, а что вы делали?
-Взяла пистолет.
-Ну, подходите, берите.
-Нет, нет, не стреляйте!
А-а-а...
ЗВУК ПАДЕНИЯ
-Господи!
Ну, все понятно как божий день.
Только один человек мог
подменить этот пистолет,
если, конечно,
туда сразу не положили настоящий.
-Я не клал, зачем мне это?
-Господин прокурор,
ну все, я могу идти?
-Куда идти, господин Шушак?
А опрашивать людей
я буду один, что ли?
Давайте не ленитесь, помогайте!
Попрошу всех оставаться
на своих местах.
А вы что тут делаете,
господин Заварзин?
Судя по воссозданной картине,
вас на сцене тогда не было.
-Ну, я автор пьесы,
приведшей к трагедии.
И я думал,
тоже обязан присутствовать.
-Шпионите? Ну-ну.
Думаю, что даже это
вряд ли поможет вашему другу
победить в столь безнадежном
для него деле.
Пух!
Можно уводить Варвару Федоровну.
-Постойте!
-Что вы делаете?
-Одну минуту, умоляю вас!
Когда Штейн вышел на сцену?
До того, как впустили зрителя?
Вы помните, что он делал?
В этот момент
вы стояли спиной к столу.
-Я не помню, кажется,
я отошла к правой кулисе.
-Вы стояли почти в углу,
вы были спиной к столу, понимаете?
Он мог подменить пистолет!
-Это вы прислали букет
и стихотворение такое милое?
Это же были вы!
Поэтому ваш друг
принялся меня защищать?
Я сказала ему, что не могу заплатить,
но он сказал, что это не важно.
-Это был я.
Извините.
-Почему же вы не сказали?
Если бы вы просто подписали
этот листок...
...все могло бы быть иначе.
-Так, все, свидание окончено!
-Подождите!
РЖАНИЕ ЛОШАДИ
Трус!
Тряпка!
Ничтожество!
Это я виноват!
Я должен был ей
сказать о своих чувствах!
-Ты не отвлекайся.
-Штейн мог подменить пистолет.
Надо искать мотив.
Зачем ему нужна смерть Збарского?
-Может быть, чтобы никто не увидел
спектакль по твоей пьесе?
-Он шутит.
Хочет подчеркнуть всю нелепость
твоего предположения.
-Почему нелепость?
Может быть,
он его ненавидел за что-то,
был с кем-то в сговоре?
К началу процесса мы должны знать,
кто и зачем это сделал!
-Ну, не мы, а я.
Это мое дело, моя подзащитная.
А если мне понадобится помощь,
я обращусь.
Сядь, пожалуйста, не мельтеши.
Спасибо.
-Семен Фролыч, вставайте!
Зашел в трактир, а выпить не с кем.
Смотрю - знакомый сидит.
Хорошо, что вы здесь, Семен Фролыч!
-Боренька, ты!
ГУЛ РАЗГОВОРОВ
-Прокурор Гессер
в суде ходит хвастает,
мол, совсем он вас задвинул.
Правда, что ли?
-Немчура поганая!
Хуже них только жиды!
Они на Пасху пьют кровь
христианских младенцев.
-Да ну?
-Тс-с-с!
-Семен Фролович, вы можете отомстить
прокурору Гессеру.
Уже все знают, что он не дает вам
следствие нормально вести.
Если Гессер проиграет в суде, то все
поймут, что он без вас пустое место.
Но, Семен Фролыч, для этого вы должны
помочь нам победить его.
Вы осматривали место преступления,
опрашивали всех, кто был в театре.
Вспомните, есть ли что-нибудь,
что Гессер смог утаить от нас?
-Кое-что есть.
-Из-за этого Збарского
она потеряла ребенка.
-Варвара потеряла ребенка.
-Не Варвара, а Полина Сумова -
девушка из хора.
Когда забеременела,
Збарский ее бросил.
Это же может быть мотив.
Гессер сказал: "Не будем вызывать ее
в суд, это может нам помешать".
Она стоит в хоре и поет,
одна из четырех женщин.
Никто не запоминает их лица.
Это просто хор, на который никто
никогда не обращает внимание.
-Пункт второй:
помощник не имеет права
заниматься адвокатской деятельностью.
Что это, по-твоему, значит?
Это для тебя пустые слова?
Пункт третий: помощник присяжного
поверенного должен четко
и в срок выполнять все поручения
присяжного поверенного.
Что ты мне мотаешь головой?
Я поручал тебе напоить Шушака
и выудить из него всю информацию?
-Да он с утра ничего не вспомнит.
-При чем тут это?
Всё, что ты узнал, мы и так бы
выяснили, но законным путем.
Я не понимаю, откуда в тебе
болезненная страсть к жульничеству?
-Я же хочу как лучше.
-А я как хуже хочу?!
-Николай!
-Вера! Выйди, пожалуйста,
мы работаем.
-Это, по-твоему, работа?
Да.
-Ругаешься, как мужлан,
кричишь на Бореньку.
-Вера Андреевна, по делу, я заслужил.
-Тихо.
Никто не заслуживает, чтобы с ним
разговаривали в подобном тоне.
Немедленно извинись.
-Вера, выйди.
-Коля, ты мне обещал.
-Вера, выйди из комнаты, мы работаем.
-Голову опустите, пожалуйста. Угу.
-Без меня не могли обойтись?
-Кричала, в обморок падала.
-Заключенная физически абсолютно
здорова.
Я полагаю, что здесь проблемы
психического свойства.
-Я не могу здесь.
Пожалуйста.
-Госпитализация требуется?
-Нет.
-Ну, что ж, барышня, придется
потерпеть.
Слава богу, недолго.
Дело у вас простое,
скоро в суд передадут, слава богу.
Так, выходим из камеры.
-Пожалуйста!
Мне здесь так плохо.
-А кто-то обещал, что будет хорошо?
-Ты, видимо, забыл кое-что.
В этом доме не говорят бранных слов.
-Я и не сказал.
-Ты хотел сказать.
-Простите, графиня. Но желание,
не воплощенное в действие,
не является предметом судебной,
а тем более семейной тяжбы.
-Ты издеваешься надо мной?
-Нет.
-Да, я графиня.
Возможно, там, где ты вырос,
бранная речь в обращении с женщинами
были нормой, но в моем доме...
-Вообще-то я пришел извиниться.
Я не имел права так с тобой говорить,
тем более когда мы не одни.
Такого не повторится.
-Извинения будут приняты
с одним условием.
-М?
Ты больше никогда не будешь кричать
на Бореньку.
-Хорошо.
Обещаю.
В следующий раз что-нибудь такое
выкинет, уволю молча.
-А где была Варвара,
когда вы вышли на сцену?
-Ну, я точно не помню.
-Но она говорит,
что прямо перед занавесом.
-А, возможно.
-Там, где я сейчас стою, да?
-Ну...
-А вы сейчас где, Генрих Оттович?
К тумбе отошли?
-Да нет, я на месте стою.
-Но могли же отойти, мне отсюда
не видно, что вы делаете. Правильно?
-Что за нелепость?
Вы что хотите сказать, что...
-И вот еще какая странность:
вчера на следственном эксперименте
был мой друг, Михаил Заварзин,
и он всё подробно рассказал.
А знаете, что я понял?
Что ровно с того момента, как Бозин
положил в тумбу бутафорский пистолет
и вплоть до трагической гибели
Збарского
люди только выходили на сцену.
Ушел же с нее до представления
лишь один.
Это вы, Генрих Оттович.
Нет, я, конечно, не утверждаю,
что именно вы забрали
бутафорский пистолет из тумбы
и унесли его за кулисы.
Но согласитесь, что чисто
гипотетически вы могли это сделать,
когда Варвара была к вам спиной.
-Я этого не делал!
-А где ж тогда пистолет?
Он должен быть на сцене, а его нет.
-Возможно, плохо искали.
-Возможно.
-Спасибо.
Варвара Федоровна,
вы хотели меня видеть?
Присаживайтесь, пожалуйста.
-Мне так страшно
в этой крошечной комнате.
Я не могу здесь.
Врач сказал, это какая-то болезнь
психическая.
Я не могу дышать.
Задыхаюсь, сердце постоянно
колотится.
Спать тоже не могу.
Если в вашем стихотворении...
Если в вашем стихотворении
ваши слова - это правда,
пожалуйста, спасите меня.
-Я очень постараюсь вам помочь.
Не обещаю, но...
но все для этого сделаю.
-Полина Денисовна!
Полина Денисовна, добрый день.
Николай Андронов,
адвокат Варвары Авиловой.
-Могу я задать вам
несколько вопросов?
-Нет, я спешу.
-А когда у вас будет время
поговорить?
-О чем нам говорить? Она его убила,
все видели. При чем здесь я?
-Не волнуйтесь,
вас ни в чем не обвиняют.
Вы расстались со Збарским.
-Это было в прошлом.
Улеглось, переболело.
Мы с ним поговорили, всё обсудили
и решили остаться друзьями.
Зачем мне надо было его убивать?
-И все-таки, Полина Денисовна...
-Был проведен следственный
эксперимент,
всё было восстановлено по секундам.
Вы можете почитать отчет.
У меня не было ни единой возможности
подложить пистолет.
-Неужели?
-Даже если я очень хотела его смерти,
я не могла это сделать.


Серия 2

-Виктор Ильич, вам помощник не нужен?
-Выгнал все-таки?
-Не успел.
Лучше сам уйду.
Не могу так больше!
Сделай то, сделай это...
У меня самого мысли есть!
Я информацию достал, все сам сделал,
а он мне...
-Добрый день, Виктор Ильич.
-Выбирай стол!
Того, кто за столом, мы уберем.
Тут главное - не ошибиться,
они какие-то все такие одинаковые...
-Ясно.
Извините за беспокойство.
-Ничего тебе не ясно!
Видишь, сколько их у меня?
И у каждого из адвокатов тоже.
Кроме Андронова.
Он выбирает лишь тех,
кто, по его мнению,
может сам стать хорошим адвокатом.
Теперь ясно?
-Он говорит, что выгонит.
-Какое было предупреждение?
Последнее?
Еще есть "самое последнее",
"самое-самое последнее",
"теперь уж точно
самое-самое последнее".
Пока в конец не обнаглеешь -
не выгонит. Давай!
СТУК
Да.
-Виктор Ильич,
здесь про вас в газете написано,
вы просили сразу докладывать.
-Что за газета?
-А, газета "Женская доля" -
орган печати
Благотворительного союза
женщин Санкт-Петербурга.
-Где ты такие находишь?
-Правда, в этот раз не очень
почтительно пишут.
-Читай. Давно мы, кстати,
с газетами не судились.
-Да.
"Знаменитый адвокат Виктор Роскевич
даже не пытается найти
в женщине личность..."
Вот тут крупными буквами:
"Пятнадцать хамских перлов
Роскевича".
"Есть женщины,
перед которыми хочется снять шляпу,
но больше тех,
перед которыми - только штаны".
-Дальше.
-Номер два.
"Если очень постараться,
то можно найти у женщины мозг.
Останется только
научить ее им пользоваться".
СМЕХ
Тут есть комментарий автора.
Читать?
-А кто автор?
-ЛЖП.
-Кто-кто?
-А вот, в скобках:
личность женского пола.
МУЗЫКАЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
ЦОКАНЬЕ КОПЫТ
-Коль, она не может одна в камере,
у нее клаустрофобия.
-И тебе доброе утро, Миш.
Ну прости, что напомню.
Не ты ли совсем недавно
говорил, что...
Боренька!
...что ей нужна одиночная камера,
что ей не место со всеми этими
ужасными женщинами?
-Ну я же не знал!
Она и сама не знала.
Ты же сможешь договориться?
Если будет залог...
-Даже не продолжай!
Это исключено.
-Деньги я дам, еще остались.
Куда мне их тратить...
-Ну хорошо, давайте предположим
чисто гипотетически,
если она возьмет и сбежит?
-Никуда она не сбежит,
потому что невиновна!
И ты это знаешь!
-Но здесь-то ее тоже
ничего не держит -
возьмет и сбежит.
Россия большая, театров много.
-А если она в камере с ума сойдет
и в суде начнет на людей кидаться?
Мало хорошего.
-Борис у тебя какой молодец!
СТУК В ДВЕРЬ
ПОКАШЛИВАНИЕ
-Новые билеты нужны?
-Нет.
-Так завтра старые будут
уже недействительны.
-Не нужны.
Егорыч, я завтра не выступаю.
-Извините.
-Коля, пожалуйста!
-Егорыч!
А что за новые билеты?
-Кто-то торгует лишними билетами
на стоячие места.
Вчерась давка была.
Мы и решили билеты поменять.
Найти тех, у кого фальшивые,
чтобы через них выйти на мошенников.
-Молодцы, хитро придумано.
А... можно мне один?
-Только в 63-м году -
через два года
после отмены крепостного права -
было отменено публичное
наказание женщин!
По своему статусу и правам женщина
была приравнена,
даже из образованных слоёв,
к лицам несовершеннолетним,
слабоумным, состоящим под судом,
а также к бродячим инородцам!
-К цыганам?
-В том числе.
Я рада принять вас в наши ряды!
Вместе будем отстаивать
попранные права российских женщин!
Чтобы закончилось
их вековое рабство
и обрели они равные
к мужчинам права:
наследственные,
образовательные, политические...
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Вы не ошиблись дверью?
-Дверью? Нет.
Я ошибся,
когда доверился женщине.
Ну, не буду вам рассказывать
эту душещипательную историю,
ведь вы тоже женщина.
ПОКАШЛИВАНИЕ
Здесь я научен горьким опытом:
все сказанное будет использовано
против меня.
-Как же я вас сразу не узнала!
Знакомьтесь, у нас гость:
адвокат Виктор Роскевич -
убеждённый проводник в жизнь
идей мужского шовинизма,
можно сказать, прямой потомок
Николя Шовена по мужской линии...
А стало быть, наш заклятый враг!
-С вами мы потом поговорим
и, возможно, в суде.
-Предлагаю воздержаться
от публичных разборок.
Ты, видимо, ко мне?
-Нет-нет, я на секунду.
Заскочил удостовериться,
что не ошибся в догадках.
ШУМ УЛИЦЫ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Опасно там.
Пока другое место ищем.
-На завтра продали что-нибудь?
-Нет еще.
Говорю ж, другое место ищем.
-Давай сюда!
Давай, давай!
Завтра билеты меняют.
Вот такие будут.
Кое-как достал.
Поменьше рисуй, не надо жадничать,
и так уже давка.
Подожди!
У тебя людей много?
-Ну, есть, а что?
-Помочь надо по-дружески.
Подожди!
Возьмешь из моей доли за билеты.
-Ну, если по-дружески,
что ж не помочь-то?
ЛЯЗГ ЗАМКА
-Спасибо вам.
Теперь до суда я буду на свободе?
-И до, и во время...
и даже после суда!
Не бойтесь,
в тюрьму вы не вернётесь.
Мой друг Николай Андронов не проиграл
ещё ни одного процесса,
хотя у него были дела
куда сложнее вашего.
Прошу вас.
-Вы - мой спаситель!
-А... вас подвезти?
Скажите, куда?
-А я не знаю...
Просто комната,
в которой я жила,
туда уже кого-то заселили
и сказали, что мои вещи
будут в кладовке.
Поэтому надо искать другую.
-Уже поздно и скоро стемнеет.
Можете переночевать у меня,
а завтра мы что-нибудь придумаем.
Даю слово чести:
я никогда вас не обижу!
-Спасибо за приглашение.
Пожалуй, я им воспользуюсь.
-Поехали!
ЦОКАНЬЕ КОПЫТ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Статьи о нашем деле
в семи изданиях.
"Столичный вестник"
и "Петербургские ведомости" -
на первой странице,
остальные - на второй, третьей.
-Что пишут?
Какие вообще настроения?
-Ну, некоторые даже сочувствуют:
бедная девушка, он её бил, мучил...
Чуть ли не сам виноват!
А газета "Женская доля"
даже статью назвала "Рука возмездия".
-То есть никаких сомнений в том,
что Варвара намеренно
пошла на убийство?
-Этот Гессер в каждой бочке затычка:
"Ни у кого больше нет мотива,
никто не мог подменить
этот пистолет" -
интервью раздаёт вправо-влево...
-Боря!..
-Чего?
-Говори правильно.
-Ну, "направо-налево" -
ну, какая разница?!
-Большая, Борь.
Чем больше люди верят в то,
что она виновна,
тем быстрее они же поверят
в обратное.
Звучит странно, но это так.
СМЕХ
-Ольга Петровна,
вот, велено вам вручить.
-Потапов?
-Копия гражданского иска
Виктора Роскевича
к газете "Женская доля".
-Что? Какого иска?
-О защите чести и достоинства.
-Чего он хочет? Закрыть газету?
-Денег хочет. Много денег.
-А судьёй будет наверняка
какой-нибудь ваш дружок?!
-Мы со всеми судьями дружно живём.
До встречи в суде, Ольга Петровна.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
-Конечно, в камере вы почти не спали,
можете сразу уснуть.
-Спасибо.
-Или я могу вам перед сном
почитать?..
Вы слышите меня?
-Угу.
-Легли уже? Можно войти?
-Угу.
-Стихи или прозу?
А хотите сказку?
Мне мама всегда перед сном
сказки читала.
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
ТАИНСТВЕННАЯ МУЗЫКА
-Слышу - звонок.
Открыл - никого.
И листок лежит...
-"Ночью приходите к зданию театра,
узнаете очень важное".
-А, ну вы же не пойдёте туда?
Вдруг это ловушка?
-Как же, пренепременно пойду.
Иначе как я узнаю,
кто меня пытается в неё заманить?
Ну...
-Мы договаривались?
Я что-то не помню...
-У нас нет таких денег,
и ты это знаешь!
Что, хочешь, чтобы закрыли газету?!
-Я надеюсь, ты понимаешь,
что мой уровень юридической
грамотности
позволит это сделать?
-Вот так просто разрушишь то,
что мне дорого, да?!
-Не думаю, что для меня
это будет так просто.
Наверняка я буду страдать
и мучиться...
-Мы можем договориться?
-Я ждал, дорогая,
когда ты это скажешь.
Конечно, можем!
Я отзываю иск,
а вы в каждом номере,
начиная с ближайшего,
отдаёте мне две страницы,
где я подробнейшим образом
буду рассказывать
вашим милым читательницам
про то, почему их борьба за равенство
с мужским полом глупа, смешна
и бессмысленна.
-Всё?
-Нет, я только начал.
Ещё одну мы отдадим
под похабные анекдоты,
а на последней мы будем печатать
смешные картинки
с фривольным содержанием
и полный список публичных домов
нашей европейской столицы.
-Ты... хочешь судиться?
-Угу.
-Будем судиться!
Я даже знаю, кто нам поможет!
Миша Заварзин!
Он - единственный из вас всех,
адвокатов,
в котором желание
победить и раздавить
ещё не затмило стремления
к справедливости!
-Удачи!
Я даю вам пять дней,
чтобы обдумать моё предложение.
ХЛОПОК ДВЕРИ
СКРИП ДВЕРИ
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Добрый вечер, Николай Иванович.
-Бог мой!
-Прошу извинить за секретность -
не хочу, чтоб меня тоже убили.
Я знаю, кто подменил пистолет!
Наверное, в суде вы бы меня
во всем обвинили:
я мог сразу положить
настоящий пистолет,
я ненавидел Збарского...
-Уверяю вас,
если вы ни в чем не виновны,
то и беспокоиться не о чем.
-Ага, как же!
Вы - адвокат!
Для вас главное - спасти клиента.
А кто для вас я?
Никто! Ноль! Пустое место!..
В таком возрасте на побегушках...
-Я вас прошу меня простить.
Вы обещали рассказать,
кто все-таки подложил пистолет?
-Пройдемте на сцену!
ВЗДОХ
-Ой-ой-ой...
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Вот!
Весь хор в таких одеяниях!
В просторных хламидах!
Чтоб занять своё место,
им нужно пройти мимо тумбы. Но!
Можно пройти совсем рядом -
и никто не обратит внимания.
Вот!
-Но чтобы подкинуть пистолет,
проходя мимо тумбы,
нужно быть на сто процентов
уверенным,
что никто ничего не заметит.
-Это можно сделать быстро!
И никто ничего не увидит.
Надо только долго тренироваться.
-Ну, хорошо.
У кого была возможность из хора
много тренироваться?
-Когда Збарский бросил Полину Сумову,
она очень переживала и говорила,
что не хочет возвращаться домой,
где была с ним.
И ей разрешили ночевать в театре!
Больше недели она была здесь ночью
совершенно одна.
ТАИНСТВЕННАЯ МУЗЫКА
ПЕНИЕ ПТИЦ
-Что там?
-Слава богу, вы проснулись!
Я их узнала!
Видите, там парень у ворот стоит?
А раньше стоял другой.
Они оба шли за нами вчера вечером.
Еле уговорила дворника
сходить в полицию!
-Зачем в полицию?
-Они... они следят за мной!
Это точно он - шёл от самой тюрьмы.
-Почему вы меня не разбудили?
-Ну, вы так сладко спали...
Я... я что-то не так сделала?
-Стоять!
-А ну, стоять!
-Братцы, вы чего?
Я же ничего не делал!
-Николай Иванович, добрый день.
А я к вам. Не ждали?
-Чем обязан?
-Скажите, а где ваш помощник Борис?
-Да, наверное, здесь.
-Николай Иваныч, я никак не пойму,
что за игру вы ведёте?
Зачем надо было так настойчиво
добиваться
освобождения девушки под залог,
а потом пускать за ней слежку?
-Да-да, мы узнали!
Вы ж не сказали Варваре Авиловой,
что за ней следят:
она обратилась в полицию.
Те взяли парня, и он поведал,
что следить их нанял
ваш помощник Борис Волохов.
И что самое интересное,
следившего задержали во дворе
Михаила Заварзина -
ваша подзащитная ночевала у него.
-С вашего позволения.
Так зачем вы мне
все это рассказываете?
-Чуть не забыл!
Бутафорский пистолет
нашли под сценой.
-Угу.
-Ваша подзащитная
кинула его в щель у стены.
Там же мы нашли ещё кое-что,
что неоспоримо докажет вину
Варвары Авиловой.
-Понял, понял: мои дела плохи.
Но вы-то зачем пришли,
господин Гессер?
-Предлагаю сэкономить время.
В обвинительном заключении
я потребую для вашей подзащитной
минимального наказания,
вы убедите её согласиться.
Судья возражать не станет
и отменит процесс.
ШОРОХ УПАВШИХ БУМАГ
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
Ну, послушайте...
Во-первых, в таком случае
я не стану предъявлять вашему другу
Михаилу Заварзину никаких обвинений
в преступном сговоре.
Главное, вы избежите
своего первого поражения
в публичном процессе.
Вы умный человек,
понимаете, что в данной ситуации
у вас шансов нет.
-Понимаю.
Но все-таки подумаю.
-Подумайте.
-Всего доброго.
ЗВУК ХЛОПНУВШЕЙ ДВЕРИ
-Долго будешь сидеть?
Вредитель!
СКРИП ДВЕРЦЫ
-Вы же сказали, что сбежать могла,
вот я и хотел, как лучше...
-Ты же понимаешь,
что ты им Мишу Заварзина
на блюдечке принёс?!
У обвинения теперь есть
замечательная версия:
у Варвары Авиловой появился
новый любовник!
И она решила застрелить Збарского.
А что?
У Заварзина есть друг - адвокат,
который не проиграл
пока ни одного дела,
ну, значит, и ее оправдают.
Правильно?
Но вот только кто все это придумал:
сама Варвара или ее новый любовник?
ГРОХОТ
На Гессера работаешь?!
-О чём ты вообще думал,
когда повёл её к себе?!
-О том, что ей ночевать негде!
Я ж не думал, что этот балбес
организует за нами слежку!
-Рискнёт обвинить тебя
в преступном сговоре -
защищать буду я.
И устрою этому Гессеру
публичную порку
похлеще, чем в прошлый раз!
-Я тебя умоляю!
Не будет никакого обвинения
в преступном сговоре.
Сам понимает,
что никогда не докажет -
только с виду такой...
-В любом случае
он постарается выжать
из этой ситуации всё!
-Ты будь готов,
что твою Варвару представят в суде
как эмпузию, горгону, ламию...
Кого там ещё вспомнит
наш господин прокурор?
-А ваши с ней отношения
на какое-то время станут предметом
салонных сплетен.
-Да нет никаких отношений!
-Их нет, а они станут -
и такое бывает!
-Фокус!
Для того, чтобы выиграть в суде,
тебе нужен фокус!
Это очень сильный ход,
от тебя такого не ждут!
-Какой фокус, Вить?
-Хочешь, можем подумать вместе.
МУЗЫКАЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
-А я вот цитаты для вас ищу -
вдруг понадобятся?
-Наша подзащитная
лишь полгода в столице,
до этого служила в Тверском театре.
Поедешь в Тверь -
она жила там с детства -
соберёшь всю информацию.
-Что искать-то?
-Все, что сможешь.
Друзья, близкие,
отношения с родственниками.
Вернуться должен
к финальному заседанию.
Сдачу вернешь.
-Схватка века!
Мужчины, не стесняемся,
билеты приобретаем по низкой цене!
Адвокат Андронов
против прокурора Гессера!
ВОЗБУЖДАЮЩАЯ МУЗЫКА
-Расскажите уважаемому суду
о своих отношениях с автором пьесы
Михаилом Заварзиным.
-Между нами не было никаких
отношений.
-То есть ночь, проведённая вместе,
это уже не повод
для каких-либо отношений?
-Раньше не было.
А когда меня выпустили под залог,
мне некуда было идти,
и Михаил предложил
у него переночевать.
Сам он спал в другой комнате.
-Кто внёс залог?
-Он.
-То есть у вас с ним
не было никаких отношений,
а он вдруг взял и внес залог?
Скажите, только мне
это кажется странным?
-Ваша честь!
Попросите, пожалуйста,
господина прокурора
дать возможность моей подзащитной
самой ответить на вопрос.
-Прошу прощения, Ваша честь.
Больше не повторится.
Расскажите, чья была идея
изменить начало:
ваша или автора пьесы?
Ведь в первоначальном варианте
выстрела не было, ведь так?
-Я... я не помню.
-На первой же читке
именно вы предложили,
чтобы ваша героиня
ранила героя Збарского.
Вы даже сказали,
что это будет эффектней.
Вспомнили?
Или мне вызвать свидетелей,
которые все это слышали?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Миш, почему я узнаю обо всем
только в зале суда?!
ВЗДОХ
-Я не помню, чья это идея.
Там все обсуждали!
И так, правда, лучше.
-Лучше?
-Сразу, без раскачки.
-Дело не в том, как будет лучше,
а в том, что подозреваемая
в убийстве
сама вносит в спектакль сцену,
в которой может совершить
это самое убийство!
Ты понимаешь?
-Ну да, плохо.
Но не смертельно.
Может, у кого-то как раз
в этот момент
возник план злодеяния?
-Никто не сказал,
что это смертельно,
просто я должен знать
обо всем заранее!
-В зал просят: перерыв заканчивается.
-Да, сейчас идем.
Ещё какие-то сюрпризы будут?
-Вроде не должно быть.
-Вроде?!
Вроде...
-Как можно перепутать
эти два пистолета?!
Может быть, я пристрастен,
но мое мнение -
что они совершенно разные.
Пожалуйста, возьмите и решите сами:
такое вообще возможно?
-Если вертеть их в руках,
разглядывать,
то спутать совершенно невозможно.
Моя подзащитная сделала то,
что делала на репетиции десятки,
может быть, сотни раз:
машинально просунула руку
и взяла пистолет.
Она была уверена, что это тот самый
бутафорский пистолет!
Я ответил на ваш вопрос,
господин Гессер?
Теперь вы ответьте на мой.
Откуда у Варвары Авиловой
такой пистолет?
Ну, ответьте, это несложно:
"Мы не знаем.
Мы исходим из того,
что пистолет у неё уже был".
Старинный дуэльный пистолет!
У бедной актрисы,
у которой не всегда
денег на еду хватает!
Вы хоть представляете,
сколько он стоит?!
-Думаю, недорого.
Купила где-нибудь в подворотне.
-Думаю...
Домыслы. Предположения.
Мы же должны
руководствоваться фактами!
А факты же таковы,
что господин Гессер не знает,
откуда у моей подзащитной
орудие убийства.
-Скажите, пожалуйста,
и что вы обнаружили?
-Под сценой был найден
бутафорский пистолет.
-Там был только пистолет?
-Нет, не только.
Рядом лежал шнурок.
-Да!
Но, скорее, не шнурок, а веревка.
Думаю, её длины хватило бы для того,
чтобы привязать к ноге
и спрятать под платьем
массивный дуэльный пистолет.
-Господин присяжный поверенный,
у вас еще будут вопросы к свидетелю?
-Нет, Ваша честь.
Я думаю, и так всем понятно,
что на следующий день
подложить под сцену
пистолет и шнурок
мог любой человек,
дабы очернить имя моей подзащитной.
Господин прокурор утверждает,
что возможность подложить пистолет
была только у моей подзащитной...
Или вы сразу положили
настоящий пистолет в тумбу?
-Нет! Зачем?
-Не знаю.
У меня есть информация,
что господин Збарский
постоянно высмеивал вас,
и вам это очень не нравилось.
-Он шутил так.
Не только со мной - со всеми!
-Господин Андронов,
а напишите статью:
"Дружеская шутка
как повод для убийства".
-Спасибо, Глеб Борисыч,
с удовольствием.
Материала для нее у меня
предостаточно!
Некоторые вам даже очень знакомы.
Вот, например, дело Лесина.
Из обвинительной речи
прокурора Гессера:
"Поручик Осташков прилюдно высмеивал
своего сослуживца Лесина
каждый день по нескольку раз.
В конце концов тот не выдержал
и выстрелил ему в спину..."
Я не знаю, как вы,
но я уже запутался!
В одном случае это является
преступлением...
Ознакомьтесь.
...а в другом - нет.
-Осташков и Лесин были офицеры,
господин Андронов.
Там своё понятие чести.
-А, то есть вы хотите сказать,
что понятие чести...
Извините.
...что понятие чести
доступно только офицерам.
Для вас это понятие - пустой звук?
Или слово "честь"
имеет для вас значение?
-Не клал я туда пистолет!
Вы же знаете,
кто его мог туда положить!
-Еще раз извиняюсь.
Перед вами ещё один человек,
у которого был мотив убить Збарского.
Полина Сумова.
-Господин Андронов, какой мотив?
-Ревность, господин Гессер.
-У вас есть подробное описание
следственного эксперимента:
эта женщина никак не могла
физически подменить пистолет!
-Ну, я с вами не совсем согласен,
господин Гессер.
Посмотрите, какой просторный костюм!
Рукава длинные, широкие -
рук практически не видно.
Взгляните!
Можно спокойно нести пистолет,
и никто даже не заметит.
А потом как бы невзначай
замешкаться у тумбы
и поменять бутафорский пистолет
на настоящий.
-Господин Андронов,
на сцене восемь человек из хора!
Трое артистов,
не включая подсудимую,
и директор театра господин Штейн!
Скажите, разве кто-нибудь
мог не заметить?..
-Но здесь людей в разы больше,
однако никто не заметил,
как я подложил вам пистолет!
-Какой пистолет? Куда?
-Под стол.
Продемонстрируйте, пожалуйста,
всем пистолет,
который я подложил вам
в ходе данного судебного заседания.
ГУЛ ГОЛОСОВ
Ну, смелее, смелее,
господин Гессер!
-Действительно!
-Господин Андронов,
я думал, вы серьёзный человек
и что вы не будете подвергать
наш уважаемый суд цирковым шуткам
в стиле Роскевича!
-Я просто хотел наглядно
продемонстрировать,
можно ли доверять вашему
следственному эксперименту.
И что мы не можем ручаться,
что только моя подзащитная
имела возможность подменить оружие.
Збарский бросил вас,
когда узнал, что вы беременны.
Вы просили его не уходить,
плакали, говорили,
что покончите с собой.
Так переживали, что потеряли ребенка.
Это вы подменили бутафорский пистолет
на настоящий?
-Протест, Ваша честь!
Давление на свидетеля!
-Протест отклонён.
-Повторю еще раз.
Это вы подменили бутафорский
пистолет на настоящий?
-Нет!
Но я рада, что он сдох!
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Вопросов больше нет.
МУЗЫКАЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
-Извините...
-Варвара Федоровна,
позвольте задать вам
пару вопросов?
-Минутку.
Николай Иванович говорит,
что ситуация изменилась.
Пока журналисты за нас -
с ними надо общаться.
-Это очень важно!
Присяжные читают газеты,
и они должны знать,
какая вы хорошая.
Вас журналисты ждут.
-Спасибо вам.
Вы удивительный!
ТЯЖКИЙ ВЗДОХ
-Варвара Федоровна!
Варвара Федоровна,
позвольте задать вам пару вопросов?
Скажите, как прошло заседание суда?
-Спасибо. Волнительно.
-У неизвестной актрисы -
такой звездный адвокат.
Как вам удалось заполучить его?
-Ну, неизвестная я только пока.
-Вам известно, кто убийца?
-Нет, увы.
-Варвара Федоровна!
-А теперь её не посадят в тюрьму?
-Это будет зависеть
от финальных слушаний.
-Умоляю тебя, только не скромничай!
Весь город и так уверен,
что бедную талантливую актрису
кто-то злодейски использовал.
Присяжные всё это слушают...
-Мы пойдём к ней на спектакль?
-Глупости какие!
-Повезло девочке,
что ты её защищаешь!
Неделю назад ее вообще никто не знал!
-Николай Иванович, к вам Борис.
Говорит, по делу.
-Угу.
Вернулся уже?
-Никаких спасённых котят,
больных старушек,
которых она отхаживала...
-Выхаживала, Боря.
-Ну да.
Для начала: ей двадцать семь,
просто так выглядит.
И вообще там в театре, в Твери,
ее не очень любили:
смотрела на всех как будто свысока.
Когда случилась годовщина театра,
она выпила и говорит:
"Либо я стану звездой
Александринского театра,
либо я умру!
Зачем мне тогда жить?!"
-Понятно.
Может, что-то еще было?
-Я там по ходу сориентировался.
Зря, да?
-Рассказывай, Борь.
-Значит, месяц назад она ездила
в Тверь на пару дней.
Заходила в театр к учителю.
А я думаю: "Что за учитель?
Раз заходила к нему -
значит, дружили?"
А нет, оказывается,
они даже не общались.
Я зашел к учителю,
спрашиваю, что да как.
А он говорит: "Да я сам удивился,
когда она зашла.
Чаю попили, поели..."
Я гляжу: в углу на комоде
лежит коробка
с дуэльными пистолетами.
"О! - говорю, - пистолеты!
Можно посмотреть?"
А он такой: "Да, конечно.
Мне они от дедушки достались,
я их лет десять не открывал".
Открываю, смотрю...
-А одного-то там и нет.
-Он об этом даже и не знал!
Ещё бы лет десять не заметил.
Про Варвару
я ничего ему не говорил,
даже наоборот - следы сметал.
-Заметал.
-Ну, заметал.
"Вот, - говорю, -
может, внуки взяли?
Дети - они ж такие..."
Все правильно сделал?
-Правильно, Боренька.
Растешь!
-С одной стороны - закон,
справедливость,
с другой стороны - друг,
для которого второй
такой удар будет...
Да я даже думать не хочу!
Вообще-то...
...доказывать вину должен прокурор,
а адвокат - защищать.
Ее за такие дела
рано или поздно бог накажет...
-Вить, ты же атеист!
-Ну или мы.
-Угу.
-Что ты будешь делать, Коля?
-...и Варвара Авилова решила
избавиться
от бывшего любовника.
Тем более что друг её нового
возлюбленного -
блестящий адвокат!
Потрясают цинизм и жестокость,
с коими она воплотила в жизнь
свой чудовищный план!
Но!
Это ей будет дорого стоить,
если, конечно же,
вы, господа присяжные заседатели,
не поддадитесь эмоциям
и спокойно, вдумчиво
разъясните для себя
все детали этого простого
незамысловатого дела.
ТОМИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
ПОКАШЛИВАНИЕ
-Господин присяжный поверенный,
вы будете говорить?
-Да, конечно, Ваша честь.
-Думаю, все уже поняли,
что у любого человека в театре
в суматохе перед спектаклем
была возможность подменить пистолет.
В том числе и у моей подзащитной.
Она привязала пистолет
веревкой под платьем,
вышла на сцену
и положила его в тумбу.
Затем, когда начался спектакль,
она хладнокровно убила
своего бывшего возлюбленного.
ГУЛ ГОЛОСОВ
Думаю, всё так и было.
ВОСКЛИЦАНИЯ В ЗАЛЕ
Или не было?..
Не будем говорить даже о том,
что господин Штейн тоже был на сцене
и, улучив момент,
он мог подменить оружие.
Ведь именно господин Штейн
инициировал повторный осмотр сцены.
По протоколу, пистолет и верёвка
были найдены 15 числа вечером
в 20:33.
Тем же утром я открыл в себе
дар предвидения!
СМЕХ В ЗАЛЕ
Составил предсказание
и заверил его у нотариуса.
"Я, присяжный поверенный
Андронов Николай Иванович,
предсказываю:
в течение ближайших суток
на сцене театра Штейна будет найден
пропавший бутафорский пистолет
и, возможно, ещё что-то,
что "неоспоримо докажет"
вину моей подзащитной.
Думаю, это будет верёвка,
которой она якобы привязала
к ноге пистолет,
когда выходила на сцену".
Затем я направился к самому Штейну
и сказал ему, почему я считаю,
что именно он подменил оружие.
Или же пистолет до сих пор
находится где-то на сцене.
О чудо!
Тем же вечером были найдены
и пистолет, и верёвка!
ГУЛ ГОЛОСОВ
Господа присяжные заседатели,
если вы абсолютно уверены
в вине моей подзащитной -
не колеблясь,
выносите обвинительный приговор.
Если же есть хоть какие-то сомнения
в виновности моей подзащитной,
вы не станете отправлять на каторгу
невиновного человека.
Уверен, что будет вынесено
справедливое решение.
У меня все, Ваша честь.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Невиновна!
АПЛОДИСМЕНТЫ И ОДОБРИТЕЛЬНЫЕ ВОЗГЛАСЫ
-Господин Андронов,
сколько заверили "предсказаний"?
Двадцать? Тридцать?
А на суде выбрали самое подходящее?
Дешёвый трюк, господин Андронов!
Совесть не будет мучить?
Ведь вы же знаете, что она виновна!
-Господин Гессер,
учитесь проигрывать.
-Её взяли в Александринский театр -
и сразу на главную роль!
-Слышал.
-На днях она объявит о помолвке
с князем Голицыным.
-Хитрая подлая тварь!
Будущая звезда императорских театров.
-"Князь Голицын объявил о помолвке
с актрисой Варварой Авиловой".
Да...
-Нет-нет, между нами всё честно!
Она мне сразу рассказала,
что полюбила его.
Что тут сделаешь?..
-Да...
-Любовь - это...
Мы же не можем
это в себе контролировать.
Вот как раз новую пьесу пишу -
про любовь.
Почитать?
-Нет, нет, нет, что ты!
Миш, я тебе сейчас я скажу то,
о чем все думают,
но никто пока тебе не говорил.
Да не скажет никогда.
Ты только не обижайся, хорошо?
Когда ты выступаешь в суде -
у тебя мозг гения,
а когда садишься за стол,
берёшь перо - мозги отключаются.
А знаешь, почему?
Потому что они протестуют!
Они говорят: "Миша, это не наше!
Мы не хотим этим заниматься!
Миша, мы хотим выступать в суде!"
ТРЕСК РАЗРЫВАЕМОЙ БУМАГИ


Серия 3

КРИК
-Ой, господи, ой!
-Так ты скажи своим барышням, что это
даже выгодно.
Что тираж газеты расширится
за счёт мужской похабщины.
И их убыточное издание, возможно,
наконец начнёт приносить
хоть какую-то прибыль.
-Это твоё окончательное решение?
Не идёшь на уступки?
-Ну, почему же не иду-то?
Ну, столько вариантов,
ни один не устраивает.
Вот, например, ещё.
Мы не просто печатаем адреса всех
публичных домов,
а твои барышни в каждом из них берут
интервью у лучшей работницы.
Название газеты - "Женская доля".
Ну что может быть лучше?
Не устраивает?
Ну, я не знаю, что тебе предложить.
-Ты правда хочешь их разорить?
-Я всегда хочу одного -
справедливости.
-Чего стоим?
У меня еще есть две минуты,
можем поговорить.
-Больше предложений не будет.
-Ну, характер.
Молодец.
Работай, Миша, работай.
И не думай, что кто-то просто
по-дружески пойдёт тебе на уступки,
потому что ты соизволил вернуться.
Этого не будет.
-Хочешь посмотреть на звезды?
-Да.
-Видишь?
-Нет.
-И не увидишь, потому что сейчас
день, глупый.
-К тому же не самый подходящий.
Но к тому времени, как подоспеют
Персеиды, небо очистится,
и нам откроется такое чудесное
зрелище,
что я разрешу даже не спать ночью.
-Ура!
-Тш-ш.
Только маме не говорите.
-Вчера в Москве Краевский был разбит
в судебных баталиях.
-С кем же?
-С прокурором Гущиным.
-Ура, наш папа самый умный!
-Лучшего адвоката России просят
пройти к праздничному столу.
-Да-да-да, иду.
-Так, а вы живо мыть руки -
и в столовую.
-Милая, ты знакома с Лизой Якуниной?
-Мельком, больше с её сестрой Аглаей.
А что?
-Вот что значит - идеальная жена.
Читает в газетах только
про собственного мужа.
"Лиза Якунина была убита
в собственном доме
при загадочных обстоятельствах".
Обвиняют даже ее сестру, Аглаю.
ШУМ
КРИК
-Не принимает, говорю!
-Да пусти ты меня, глистомет!
-Да, обедают они, говорю.
-Аглаюшку посадили,
мне Андронов нужен!
-Что происходит? Отпусти.
-Аглаю Сергеевну в тюрьму увезли.
"Ты, - говорят, - убила сестрицу
свою".
Ну, не могла она, я ее с пеленок
знаю. Помогите.
-Аглаю Якунину?
-Почему я должен вставать в такую
рань, чтобы ехать черт знает куда.
Да кто он такой, чтобы мной
командовать.
Тоже приехал нас тут инспектировать.
-Он говорит, помочь приехал.
-Ага, как же, помочь.
А то мы не обойдемся без них.
Без этих московских выскочек.
-Ну вот и я говорю, неужто сами
не справимся?
-Господин Гущин?
Господин Гущин, вы, конечно,
прокурор известный,
но, простите, у себя в Москве.
И при всем моем уважении, здесь вам
не Москва, это моё дело,
так что извольте.
-Уже не ваше.
Предписание Правительственного
сената, извольте ознакомиться.
Вы знали, что Елизавета Якунина
состоит в родстве
с императором по материнской линии?
И её убийца должен понести
неминуемое наказание.
А у вас здесь, в столице, последнее
время адвокаты выигрывают процессы
в два раза чаще, чем в Москве.
И вас удивляет, почему меня прислали
представлять обвинение
по делу об убийстве
Елизаветы Якуниной?
-У вас ровно час для того,
чтобы вы привезли мне всё,
что у вас есть по этому делу.
-Сюда привезти?
-Я не думаю, что через час я буду
где-то в другом месте.
-А вы, будьте добры, соберите
в гостиной всех,
кто был в доме в ночь убийства.
-Вот и я говорю, Ваше
превосходительство,
совсем разучились работать.
Это хорошо, что вы приехали,
это спасение.
-Суд мы в любом случае проиграем?
-Я, конечно, добьюсь уменьшения
суммы, но незначительно.
Он утверждает, что в статье ложь,
клевета,
что ничего такого не говорил.
-Говорил.
-К сожалению, подтвердить это никто
не может.
К тому же, был созван целый
консилиум, который вынес вердикт.
После выхода статьи Виктор Роскевич
пребывал
в крайне подавленном состоянии.
-Миша, ты же знаешь, что у него
докторов
на пять таких консилиумов хватит.
-А раньше ты об этом не знала?
Когда вздумала решать свои личные
проблемы за счёт газеты?
-Делай что хочешь - умоляй, плачь,
унижайся!
До суда это дойти не должно!
-Миша, ну, придумай что-нибудь?
-Оленька, ну...
Он знает, что терять вам нечего.
Суд он выиграет, газета в любом
случае разорится.
В такой ситуации не унижаться надо,
а угрожать.
-Что, Борь, придётся попотеть.
Это вам не Гессера дураком
выставлять.
-Егорыч, ты что, выпил с утра?
-Ещё не знаешь?
Сам Гущин из Москвы прибыл твоего
Андронова побеждать.
-Кто прибыл?
-Прокурор Гущин - гроза адвокатов.
Ты чего, газет не читаешь?
-Вечером мы с Лизой поссорились.
Я ушла спать.
Когда проснулась - кругом была кровь.
-А когда вы проснулись?
-Утром. Уже рассвело.
-Проснулись и что увидели?
-На полу, на кровати - все в крови.
Я выбежала узнать, что случилось.
-Вы уже знали, что полиция в доме?
Что-нибудь еще нашли в комнате?
-Нож под кроватью в крови.
-Что за нож?
-Обычный кухонный большой.
-Понятно.
Ну, а из-за чего вы поссорились
с Лизой?
-Она просила денег, хотела открыть
новый журнал.
Кричала, что из-за таких, как я,
русская культура никогда
не возродится.
-То есть денег вы ей не дали?
-Я уже давно не давала.
У Лизы была куча безумных проектов.
В первый раз, конечно, дала.
Она устроила грандиозный вечер памяти
какого-то безвестного писателя
на сто человек в дорогом ресторане.
Летом хотела, чтоб мы построили
бесплатную столовую с ночлежкой.
Кричала, что не имеем права жить
в роскоши, когда кругом нищета.
-Ну, это благородное дело.
-Это же не только построить,
содержать надо.
Мы бы просто разорились.
Лиза не то чтобы не понимала,
она об этом просто не думала.
-Вы любили свою сестру?
-Очень любила.
-А она вас?
Называла косной, непрогрессивной,
так?
-Само собой.
-А не знаете, кто?
Кто мог убить вашу сестру?
-Даже не представляю.
Я знаю одно - я этого не делала.
-Пелагея, её муж Федот
и Глафира Дрон - их дочь.
Все живут здесь - сторожат, убирают,
стирают.
Ночью все спали, никто ничего
не слышал.
Утром Пелагея пошла полоскать белье
и нашла убиенную.
Софья Даниловна Рассказова -
троюродная тётушка убиенной.
Учит детишек в школе, в этом доме
живет уже много лет.
-Двадцать четыре года.
-Тоже спала и ничего не слышала.
Ну и, собственно, повар Костицын.
-Тоже спали?
-Угу.
-Это хорошо, когда у человека
здоровый крепкий сон.
Кроме вас, еще кто-то был в доме?
-Когда Марк уехал,
видел кто?
-Вчера вроде здесь был -
значит, ночью.
-Марк Белецкий, управляющий.
Сегодня утром нашли записку:
"Уехал на ярмарку".
-А сейчас он где?
-Пытаемся найти, опросить,
пока не нашли.
-Ясно.
А вы знаете, что такое
следственный эксперимент?
-Конечно.
Я, собственно, сам его и провожу.
-Превосходно.
Тогда идёмте на улицу.
-И вы тоже. Нам нужна ваша помощь.
-А остальных я прошу оставаться
на местах.
-Прошу, прошу.
-После смерти отца вы стали
распоряжаться деньгами.
-Он говорил, я - единственный
разумный человек в семье.
Обожал Лизины стихи,
восторгался Юриным первым романом,
но никогда не позволил бы
им распоряжаться деньгами.
-Юра - это ваш брат?
-Они с Лизой погодки,
Юра на год старше.
Живёт за границей, в России давно
не был, с похорон отца.
Пишет второй роман.
-Да, Юрий Якунин - я что-то слышал
про такого.
-Его первый роман был очень хорошо
принят, о нем говорили.
-А Лиза с вами в доме жила?
-У нас в центре города ещё квартира
была, в основном жила там.
-А к вам приезжала просить деньги?
-Не только, почему?
-Аглая Сергеевна, посмотрите на меня.
Я ваш адвокат.
Все, что вы мне расскажете, останется
строго между нами.
Но я должен знать всё,
иначе я не смогу вам помочь.
-Я и рассказываю.
-Я могу ошибаться, но у меня такое
странное чувство,
как будто вы мне что-то
не договариваете?
-Вы ошибаетесь.
-Очень на это надеюсь.
-О боже.
Извините, я отдышусь.
-Барышня, спасибо.
Можете ждать в доме.
-О господи.
О господи.
-Тяжеловата, да?
И вы думаете, что её сестра могла
одна унести и спрятать тело?
-Ну почему же?
Если отдыхать, с остановками.
-Ну да, она ведь никуда не спешила.
И не боялась, что ее здесь могут
увидеть.
А то, что у неё мог быть сообщник,
вам с прокурором в голову не
приходило?
А тот факт, что именно в ночь
убийства сбежал управляющий,
не натолкнул вас на эту мысль?
-А этот еще этот, Марк.
Говорят, у него с Аглаей Якуниной,
в общем, была любовная связь
-Ну да.
Теперь понятно, почему адвокаты
делают из здешних прокуроров
посмешище.
Весь город перерыть!
Если надо, всю страну!
Но сбежавший управляющий
должен быть найден.
Я ясно говорю?
-Ясно.
-Он не принимает, Ольга Петровна.
Стойте, к нему нельзя.
Виктор Ильич, ну я...
-Сгинь, вот просто сгинь.
Не получается из тебя стражника.
Аккуратно, там перо.
-Эскизы, черновики, наброски.
-Хорошо, я сейчас попробую
догадаться.
Значит так, на человеческий почерк
это, конечно, не похоже,
поэтому, скорей всего,
это какой-то шифр.
-Я понял, ты хочешь устроиться
стенографисткой.
Так ты бы, радость моя, сразу
сказала.
Подавай заявление.
-Это макет газеты "Женская доля".
Нас, конечно, скоро закроют,
но последний номер мы выпустим.
И посвятим его тебе, нашему
могильщику.
-Это для него что-то вроде азартной
игры.
"Каждый раз, берясь за новое дело,
Роскевич пытается соблазнить жену
своего клиента".
Ну что за бред?
-Ложь и клевета.
Действуем по старой схеме.
Ты же за это подал на нас в суд?
СМЕХ
-Здравствуй, Миша.
-Я думаю, очень скоро тебе будет
не до смеха.
у тебя есть варианты: или отозвать
иск,
или мы вместе найдем разумный
компромисс.
-Оленька, ну это смех сквозь слёзы.
Ну, ни разу в жизни в своей судебной
практике я не встречался
с таким бесчеловечным,
наглым шантажом.
-Роскевич, к чёрту эмоции.
Юридически ситуация безупречна.
-А я так не думаю.
Все.
Мне надо работать.
-Ты хоть понимаешь, как это может
отразиться на твоей репутации,
если выйдет эта статья?
-Оля, пожалуйста, мне надо работать.
Ты заберешь, или мне выкинуть?
-Перечитай перед сном.
-Умная, начитанная,
была одной из лучших на своём курсе.
Я не знаю, что ещё?
-Вы с Аглаей разговаривали по душам?
-Я не была близкой подругой Аглаи.
У неё подруг вовсе не было.
Очень закрытый человек, очень
сдержанный, никаких эмоций.
Хотя нет, однажды было.
У Юры напечатали рассказ
в "Современнике".
Аглая была очень счастлива.
Она всем об этом рассказывала,
просила перечесть.
Она брата очень любила.
-А сестру?
-Ну, о сестре мы не особенно
разговаривали.
-Сестра же очень красивая была.
Наверняка Аглая негодовала, почему же
к ней судьба не так справедлива?
-Ну, ты же не думаешь,
что она убила Лизу за то,
что та была красивой девочкой?
-Я тогда очень маленький был.
Проснулся ночью - шум, кавардак.
Соседка сестру зарезала ночью,
прямо во сне зарезала.
Сестра красивая была.
Ну и муж соседки к ней.
-Ты очень страшные вещи
рассказываешь.
-Это я, Верочка, для того говорю,
чтоб ты понимала, что такое не только
в трущобах происходит.
Но и в поместьях, и во дворцах.
А Аглая твоя что-то скрывает.
Что-то очень важное скрывает.
Вот.
-А что ваш управляющий -
Марк Белецкий?
Говорят, красавец-мужчина?
-По мне - так павлин надутый.
А так, наверное.
-Аглая Сергевна, мягко говоря,
не майская роза
и старше его на несколько лет?
-Да много кто не роза.
Я вон тоже своего мужа на год старше,
и что?
-А вот Лизонька, она была такая
милая, молоденькая.
-А к чему это вы это, я не пойму?
-Даже если у Белецкого с Лизой ничего
не было,
Аглая Сергеевна не могла не понимать,
что её сестра -
более подходящая для него пара.
По крайней мере, чисто внешне.
-Глупости какие.
Марк с Аглаей Сергеевной
очень любили друг друга.
-А почему тогда они жили во грехе?
Может быть, они хотели
сочетаться законным браком?
-Может, и хотели, почём я знаю.
-А знаете что, мне у вас нравится.
Я, пожалуй, не поеду в гостиницу,
а переночую здесь, заодно будет время
всё обсудить.
-Так нет больше места.
У нас только одна гостевая,
а вечером Юрий Сергеевич приедет
из Баден-Бадена сестру хоронить.
-Я уверен, что вы что-нибудь
придумаете.
-Сказали, вроде бы здесь тебя видали.
Боря, пойдем домой.
Завтра на работу.
-Сейчас, тёть Настя.
-Злой на него?
-Ну, почему злой?
Просто захотелось порисовать.
Смотрю, газета лежит.
-Что ж не злой-то?
Конечно, злой.
Мамку-то твою обрюхатил и уехал.
И за всю жизнь даже ни разу
не вспомнил,
что у него сынок-то живет.
Как живет-выживает.
-Кто вообще сказал, что он мой отец?
Только мамка.
А вдруг наврала?
Мол, вот кто у тебя папка,
не какой-нибудь там пьяный грузчик.
-Почему наврала-то?
Она тогда при суде работала,
а он в город приехал обвинять этого,
купца Крищеева.
-И что это, доказательство?
-А что, нет?
А у этого Гущина-то как
имя-отчество - Филипп Игнатьевич.
А тебя как по-батюшке - Филиппович.
-Вот так доказательство.
У нас же один Филипп на всю страну.
-Так ты поезжай да спроси?
-Не сейчас, теть Насть.
Стану адвокатом, поеду в Москву
и выиграю у него дело в суде,
потом и поговорим.
-Так а если он помрёт?
Он же человек известный, богатый.
А может, у него больше наследников
нету?
-Ладно, все, пойдём, пора домой.
Пошли, теть Насть.
-Спи, спи, не надо меня кормить
завтраком, я скоро уйду.
Босяков своих не забудь покормить.
-Эти люди - цвет нации
и будущее русской культуры.
-Я очень рад, что у русской культуры
такое будущее.
Смотри, даже Робин Гуд свой есть.
-Ой, Роскевич, вчера здесь был вечер
памяти
гениального поэта Лизы Якуниной.
Ее убила сестра - серая мышь
и ничтожество
из-за ревности к ее таланту
и красоте.
А она могла бы стать новой Жадовской.
-Это та, которая несет свой
чувственный крест или крест чувств?
-Это Гиппиус, неуч.
Роскевич, мы выпустим этот номер.
-Ну, я не сомневаюсь.
-Скотина.
-Роскевич, что ты мне хочешь этим
доказать?
Я знаю, что ты упертый.
Но если выйдет статья,
ни один приличный человек
тебе руки не подаст.
-"Приличные люди" наблевали
за ширмой. Пожалуйста, убери.
-Так, поедешь к Якуниным.
Узнаешь то, чего не говорят
в полиции.
Походишь там, пообщаешься.
Найдешь самого говорливого,
подружишься с ним.
Узнаешь, как у них в семье.
Что с домашними? Как с соседями?
Понял?
Я должен знать все,
что она от меня скрывает.
-А вы знаете, что Гессер уже
не обвиняет?
-Знаю.
-Сам Гущин приехал.
-Ну вот, туда же.
Что значит - сам Гущин?
-Ну как же, он же вовсе
никогда не проигрывал.
-И я вовсе никогда ни проигрывал.
Ну вот интересно узнать, кто это
сделает из нас первым? Поезжай.
-Сдачу вернешь.
Вовсе никогда не проигрывал...
-После смерти отца деньгами
распоряжалась Аглая Сергеевна.
Лизе это не нравилось?
-Ну, думаю, дело не в деньгах.
-Я тоже так думаю.
Я просто начал издалека.
У вашего управляющего,
Марка Белецкого,
с Лизой были особые отношения?
Аглая Сергеевна не зря этого
опасалась?
-Я не знаю, как сказать.
-Всё как есть.
-Ну, раньше - да, были,
я сама видела.
Но это давно было,
где-то два года тому назад.
Лиза выходила из комнаты Марка ночью.
Он её провожал, потом обнял
и начал целовать.
И она засмеялась, тихонько так.
-А они вас заметили?
-Нет.
-Когда Марк Белецкий и Аглая
Сергеевна стали жить вместе,
его отношения с Лизой закончились?
-Наверное, да, но я точно не знаю.
-А Аглая Сергеевна знала об этих
отношениях?
-Этого я тоже не знаю.
-Как дела, Гриш?
За что его?
-Тайна следствия.
-Ну, расскажи. Интересно ведь.
-Слыхали про Лизу Якунину?
-Конечно. Ее сестра подозревается
в убийстве.
-Вот. А любовник сестры помог
тело спрятать.
-Ого.
-Угу.
-Дай-ка мне такую штучку.
-Угу. Вас там, кстати, Заварзин ждет.
-Спасибо.
-Только не говори мне,
что шантаж - не твоя идея?
-Какая разница, чья идея?
-Неужели... неужели ты готов публично
оболгать меня?
Растереть мою репутацию?
-Хочешь проверить?
-Да ты не сделаешь этого.
Это твоя главная ошибка.
Запомни, на шантаж нужно идти только
тогда, когда уверен,
что дойдешь до конца.
-Вас ожидает Марк Белецкий
в кабинете.
-Я иду.
-Надеюсь, это не то, что я думаю?
-А о чём ты подумал?
-Ты же не собираешься его защищать?
-Нет, конечно.
-Вот и я думаю.
Там прокурор Гущин.
У Аглаи - адвокат Андронов.
Не лезь туда, Витя. Это их битва.
-Ну, зачем мне это?
Что я, сумасшедший?
У них своя битва, а у нас своя.
-О, Виктор Ильич, доброго здравия.
Вот решил проследить, чтоб одного
в кабинете не оставлять.
-Ты ж мой молодец, иди отсюда,
дверь закрой.
Сколько у вас денег?
-Не очень много, но....
-Это и не важно.
Заплатите, сколько сможете.
Я вас поздравляю.
Я готов представлять ваши интересы
в суде!
-Вы меня неправильно поняли,
я только хотел спросить,
что ему угрожает?
-Кому?
-Один мой друг попал в неприятную
историю, но он ни в чём не виновен.
-Странно. В неприятную историю попал
ваш друг,
а полиция почему-то ищет вас?
-Они хотят меня допросить.
Но я боюсь, я не знаю, что говорить.
На меня может пасть подозрение.
-Дело в том, что подозрение
на вас уже пало.
Вас обвинят в преступном сговоре
с Аглаей Якуниной.
-Не может быть, какая нелепость.
-И скорее всего, вам придется искать
адвоката.
А с другой стороны, зачем искать,
если я уже здесь.
-Аглая Сергеевна, почему вы скрыли
от меня вашу связь с управляющим?
-Я не скрывала.
Вы меня об этом не спрашивали.
-Но я просил рассказать всё,
что может быть важным.
-Я не думала, что это может быть
важным.
-Убили вашу родную сестру.
Все улики указывают на вас.
Ночью сбегает управляющий.
И вы не подумали, что это может быть
важно?
-Марк не сбегал. Его отъезд
мы обговорили заранее.
-Мне не спалось, я пошёл к ней.
-Вы ничего не слышали?
Просто решили сходить к ней
в комнату?
-Ничего не слышал.
Ну не просто, конечно, у Аглаи
вечером была ссора с сестрой.
Я решил как-то поддержать, утешить.
-Продолжайте.
-Дверь в комнату была не заперта,
приоткрыта.
Я зашёл.
Лиза была вся в крови, убита.
Аглая тоже вся в крови,
но она была без сознания.
-Вы пытались привести её в чувство?
-Я испугался за неё.
Она не могла убить,
это кто-то другой.
Я решил спрятать Лизу.
-Для того, чтобы спасти Аглаю?
Ну, это как-то не сходится.
Зачем вы тогда сбежали, если любили
Аглаю, хотели помочь,
были уверены, что кто-то другой
убил её сестру.
Наоборот, вы должны были остаться,
ее поддержать.
-Я не знал, что думать.
Я виноват пред ней за эти мысли.
-Пожалуйста, сейчас давайте
сконцентрируемся на вас.
Вы уверены, что никто не видел,
как вы несли тело Лизы?
-Я думал об этом. Кто-то мог видеть.
-Вы просто сделали всё,
чтоб сесть в тюрьму.
Сбросили тело в реку, сбежали.
Она знала, что вы её любите?
-Кто? Аглая? Конечно.
-То есть она понимала, что войдя
ночью в комнату и обнаружив тело,
вы попытаетесь её спасти.
Вам не показалось странным, что пока
вы были в комнате,
Аглая Сергеевна так и не пришла
в себя,
хотя на теле не было найдено
ни одной царапины?
Она часто падала в обмороки?
-Я раньше не видел.
-То есть никогда не падала -
и тут вдруг лежит без сознания.
Сколько? 15-20 минут?
-Нет, она так не могла.
-Может, и не могла.
А может, и могла.
Может, она вас просто использовала?
Мы должны с вами просчитать
все варианты.
Значит так, прямо сейчас вы идёте
в ближайший полицейский участок.
Говорите, что увидели объявление,
сразу пришли.
Не понимаете, почему вас ищут?
И что вечером накануне убийства
вы уехали по делам,
как и заранее планировали.
-Буду врать полиции?
-Не врать, а пытаться избежать тюрьмы
в вашей практически безнадёжной
ситуации.
Запоминайте.
Вы не были той ночью в комнате
у Аглаи Сергеевны.
Если кто-то скажет, что видел,
как вы переносили тело, - он врёт.
Отныне вы будете делать и говорить
только то, что я вам скажу.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Да ты не бойся. Меня Борисом зовут.
А тебя как?
-Глафира.
-Живёшь здесь?
-Я-то здесь, а ты кто такой?
-В газете велели статью писать
об убийстве.
-Нам нельзя с газетчиками.
-Подожди, а что если не как
с газетчиком?
Просто посидим, поболтаем?
-Я сейчас не могу, мне надо баню
готовить, потом комнату прокурору.
-Прокурору? Гущину?
Он в доме?
-Да.
-Так я ж не знаю ничего.
Недавно здесь.
Старый повар помер, по кухне пока
Пелагея стряпала,
а я как раз работу искал.
-Это уже подозрительно.
Вы устроились в дом незадолго
до убийства девушки?
И девушку убили ножом из вашей кухни.
-Как незадолго, я с февраля тут.
А нож любой мог взять,
там же не заперто.
-Вот, а говорите,
что ничего не знаете?
С февраля тут.
Что-то должны были уже узнать.
-Интересно. Шпионишь?
-Мимо шел.
-Куда?
Прошу. Внесем тебя в список.
Прошу, прошу, заходь.
Филипп Игнатьевич, нашелся
управляющий. Сам пришел.
Как объявление прочел.
Ну, я распорядился по городу
объявления развесить - и вот.
-Поздравляю вас, научились делать
элементарные следственные
мероприятия.
Ну что же вы, господин Белецкий,
от нас бегаете?
-А, нет. Того я в камеру сунул,
чтобы больше не убежал.
А это вот я шпиона поймал.
Выкормыш адвоката Андронова.
Вот ходил тут, вынюхивал.
-Забавные методы у господина
Андронова.
Что ж вы ко мне не пришли, молодой
человек?
Я бы вам сам все рассказал.
-Сами справимся.
-А...
-Разрешите представиться,
Волохов Борис Филиппович.
Мать мою, Волохову,
вы когда-то хорошо знали.
-Не припоминаю, впрочем, как и вас.
-Посмотрите внимательно и запомните.
А ну, с дороги!
А то по судам затаскаю!
-Странный юноша.
-Вечер добрый, господа обвинители.
-А, удачи в суде, Николай Иванович.
-А, слава богу, тебя застал.
Давай обсудим общую стратегию.
-Не буду я ничего обсуждать.
У меня уже есть своя стратегия.
Никакого сговора не было, мой клиент
обвинен ошибочно.
-Подожди, подожди.
Надеюсь, ты не собираешься
все свалить на мою подзащитную?
-И не надейся.
-Но ты же должен сейчас понимать,
что если мы с тобой каждый
сам за себя,
то мне потопить твоего подзащитного
гораздо проще, чем тебе моего?
-Ну, конечно, я это понимаю.
Я не понимаю только,
почему ты мне все равно предлагаешь
общую стратегию?
Только для того, чтобы помочь мне?
Но это не честно, Коль.
Безупречный адвокат должен
в первую очередь
думать об интересах своего клиента.
-Вот. Если бы ты думал об интересах
своего клиента,
ты бы с радостью согласился на то,
что я тебе предлагаю.
-А кто тебе сказал, что я безупречный
адвокат?
Неужели ты думаешь, что без твоей
помощи я не справлюсь?
-Коля?
Там прокурор пьяный, говорит,
что он твой враг, но сегодня друг.
-О как? Интересно.
Ну, пусть зайдет, если сможет.
-Ваша подзащитная сказала вам,
что тогда, той ночью, она писала
письмо?
-И вам доброй ночи, Глеб Борисович.
Покорнейше прошу меня простить,
но я не могу обсуждать с вами
подобные нюансы.
-Как раз со мной-то можно.
Я-то теперь не имею отношения
к этому делу.
Унижен, брошен, раздавлен.
Я выброшен на обочину жизни.
Присядьте, пожалуйста.
Ну, присядьте, пожалуйста.
-Пожалуйста.
-Не сказала?
Не сказала, да?
-Не сказала, нет.
-А я сейчас вам такое расскажу.
Только имейте в виду,
что вы никогда не сможете это
использовать против меня.
Потому что я в суде все
буду отрицать.
-Да.
-Она, ваша подзащитная,
писала письмо в тетрадке карандашом.
Листок был вырван, сожжен,
в вазе нашли пепел.
Но под нижним листком
были обнаружены... вда....
-Вдавленности.
-Вдавленности карандашом.
И я сумел прочесть, что было написано
на этом сожженном листке.
-И?
"Я все видела, она сама рассказала,
но я не поверила.
Пошла убедиться, что она лгунья,
и увидела ее в твоих объятьях.
Я понимаю, что сама виновата.
В глубине души всегда знала,
что это ненадолго, но так
захотелось".
Это все?
-Все.
Дальше обрывается письмо.
-Глеб Борисович, зачем вы все это
рассказываете?
-Но ни листок, ни расшифровку
я не передал в сыскную полицию.
Их нету в материалах дела.
Поэтому этот пижон московский
не получит их.
Потому что я... я должен был вогнать
этот гвоздь в крышку вашего гроба.
Это был мой гвоздь.
А он этого гвоздя не получит!
-А я хотела на курсы стенографисток
пойти,
но мамка говорит, что они тут
без меня не управятся.
-А Софья Даниловна давно тут живет?
-Ты же сказал, не будешь
статью писать.
-Это мое сердце.
-Такое большое?
Даю слово, пока оно бьется,
фиг там я напишу эту статью.
Я смешной, да?
-Очень.
-Ну так что, давно она тут живет?
-Я родилась, она уже была.
Сначала учительницей работала,
теперь до директора выросла.
-Глашка, ты где ходишь, зараза такая!
-Скажи, смотрела на звезды
и думала о жизни.
Стой.
Трактир Степаныча знаешь?
-Нет.
-Спросишь, все его знают.
Вечером можешь?
-Вечером не смогу.
Давай с утра в 10.
-Я понимаю, что о покойных плохо
не говорят,
но эта Лиза...
Да как она могла так?
Это же просто чудовищно.
У Аглаи никогда никого не было,
уж не верила, что полюбить сможет
кого-нибудь.
-Ты подслушивала?
-Я волновалась за тебя.
-Теперь понятно, что она
от меня скрывала,
только не понятно, зачем?
Домашние наверняка были в курсе их
тройственного союза,
и на суде все всплывет.
-Я думаю, ей просто стыдно было.
За сестру, за возлюбленного, за всю
эту ситуацию,
за себя прежде всего.
За то, что с ней такое могло
произойти.
Не понимаешь?
-Думаю.
Мы же о вас, женщинах,
ничего и не знаем.
О чем вы на самом деле думаете?
Чего вы на самом деле хотите?
У вас как-то мозг устроен
по-другому, что ли?
Какие-то совсем другие существа.
-Кто из нас "существа" - это спорный
вопрос, да?
А тебе вот все надо знать.
-Обязательно.
-Самое главное...
Самое главное ты же знаешь?
-Что?
-Что я люблю тебя?
Остальное не важно.
-Остальное не важно.
-А с утра нельзя об этом
побеседовать?
-Утром вам на работу.
-Вот именно.
Сколько можно меня допрашивать?
-Всплывает новая информация,
вместе с ней - новые вопросы.
Марк Белецкий стал управляющим после
того, как завел роман с хозяйкой?
-Как-то так совпало.
Он тут поваром был,
а Аглая сделала его управляющим.
-Ужинать будете? Уже остыло все.
-Позже.
-Скажите, когда будете,
я бы поспал часок.
-Не надо спать!
У меня еще есть к вам вопросы.
-Тетя Соня.
-Юра!
Юра, зачем ты уехал?
Ты видишь, как у нас тут без тебя?
-Юрочка, ну ты проходи, проходи,
знакомься.
Это наш новый повар.
Это господин из полиции.
А это самый главный -
господин прокурор.
-Найдите его, пожалуйста.
Того, кто это сделал.
Это не Аглая, вы ошиблись.
Она не могла.
-Я совершенно с вами согласен,
ваша сестра этого не делала.
-Тогда почему она в тюрьме?
-Это ошибка, и мы ее скоро исправим.


Серия 4

-Мишенька, что же тебя так гложет-то?
Может, поделишься?
Сложности профессии?
Нет...
Судьба отечества?
Женщины?
-Во множественном числе?
Ты мне льстишь.
-Не надо так много думать о Варваре.
Сделал доброе дело,
спас человеку жизнь, все.
-Она мне приглашение прислала.
-Ну вот.
-На премьеру в Александринку.
-Нам с Верой тоже.
-Пойдете?
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Извините.
Вера Андреевна в парке с детьми,
а у нас в гостиной дама плачет.
-Мне сказали, можете идти,
вы свободны.
Я теперь должна буду сказать
всю правду под присягой?
-Да, теперь да.
Это обвиняемый имеет право
не давать показания против себя
или своих близких,
а свидетель должен рассказать все,
что знает.
ВСХЛИПЫВАЕТ
Боитесь, что теперь все узнают
об отношениях Белецкого и Лизы?
Так все равно бы узнали.
Просто из показаний
других свидетелей.
-Я не верю, что он причастен
к ее смерти.
-Как-то не очень уверенно,
Аглая Сергеевна.
Что-то заставляет сомневаться, да?
-Не переживайте так.
Возможно, он тоже невиновен.
У него прекрасный адвокат, наш друг.
-А вы не знакомы? Михаил Заварзин.
Аглая Якунина.
Аглая Сергеевна,
сознайтесь,
есть что-то, чего не знаем мы,
а обвинение может использовать,
чтобы доказать вину
вашего управляющего?
-Можешь даже не стараться,
ты все равно ничего не получишь.
-Аглая, это не твои,
это наши деньги.
-По завещанию отца
ими распоряжаюсь я.
Я не готова поощрять
твои глупости.
-Конечно, а то, не дай бог,
деньги закончатся,
зачем ты тогда нужна будешь
своему Марку?
-Даже страшно представить,
Лиза, что за твоей
ангельской внешностью такая...
-Какая?
-Ну, в тот день они снова повздорили.
Лиза просила денег
на поэтический альманах.
Аглая в очередной раз отказала,
в общем, все как всегда.
-А пойдем со мной?
Ты узнаешь много интересного
о своем Марке.
Я больше не могу так...
я очень скучаю по тебе, слышишь?
-Что вы делаете?
-Поцелуй меня, пожалуйста.
-Нас могут увидеть.
-Не бойся, никто не увидит.
Поцелуй меня.
Я расскажу сестре,
если ты меня не поцелуешь.
-Вечером села писать письмо,
заснула,
когда очнулась,
все было уже в крови.
-И ты ей веришь?
-В данной трактовке событий
есть ответы на многие вопросы.
-Сейчас ей нет смысла врать.
Обвинение снято, в суде нужно будет
давать показания под присягой.
-Почему ее отпустили?
-Видимо, у господина Гущина
есть неопровержимые доказательства
вины твоего подзащитного.
И не один козырь, а несколько.
Выкладывать он их будет постепенно.
-Я ведь просил тебя,
не лезь в это! Ведь ты обещал!
-Все, влез.
Когда твой Боря встречается
с этой барышней?
-Уже встретился.
-Ваш чай, извольте.
-Ну спрашивай, чего?
-Чего спрашивать?
-Ты же меня сюда
не просто так позвал?
-Просто так.
-Добрый день, приятного чаепития.
Это вам от Роскевича.
Ну, не буду вам мешать.
-А кому приходили письма
от Юрия Якунина? И как часто?
-А сказал, просто так.
Совсем я тебе не нужна,
только чтоб вопросы задавать?
-А хочешь фокус?
Честно ответишь, твою хозяйку
из тюрьмы выпустят.
Вернешься, а она уж дома сидит.
-А как это связано?
-Говорю же - фокус.
Ну так чего?
Кому из-за границы
Юрий Сергеевич письма писал?
-Ну, много кому писал.
Даже мамке моей писал,
Софье Даниловне писал,
обеим сестрам писал.
Последнее время чуть ли
не каждый день.
-Это правда?
-Увы, да.
Аглая Сергеевна была за дверью
в момент разговора.
Но ушла не дослушав.
Чем же закончилась
эта страстная беседа?
-Ничем. Лиза ушла.
Посмеялась, ушла.
Я тогда не понял вообще,
зачем она приходила.
-Как долго длилась ваша любовная
связь с Лизой?
-Да не было никакой связи!
Один раз, давно.
Я тогда поваром пришел.
И я тогда еще Аглаю не любил.
-А потом взяли и полюбили.
Или решили охмурить богатую хозяйку,
чтоб потом жениться на ней.
-Ну зачем вы так говорите?
-А как я еще должен говорить
с человеком,
который мне постоянно врет?
Врет своему адвокату.
-Я вам не врал, просто не сказал.
Мне было стыдно, что Аглая узнает.
-А вот и мотив.
-Ну зачем вы так? Не убивал я ее!
-Сядьте!
Прокурор на суде еще
не такое будет говорить.
Итак, Лиза ушла, что дальше?
-Я, как всегда, пошел к ней
около часа ночи.
В ту ночь тоже подождал и пошел.
Лиза ведь угрожала,
что все расскажет.
Я думал, сказала.
Аглая взбесилась и...
Но я все равно хотел спасти Аглаю,
спрятав Лизу.
-Я верю. Верю, что вы очень,
очень, очень хороший человек.
Теперь это осталось каким-то образом
доказать присяжным.
-Аглаюшка! Аглая Сергеевна!
Отпустили вас?
Вот счастье-то, а!
-Юрочка!
-Голодная же!
-Костицин! Обед быстренько схлопотать
надо, Аглаюшка вернулась.
Да куда ж он, черт, подевался-то?
СТУЧИТ В ДВЕРЬ
-Роскевич, открой дверь!
-Я еще замок сменю!
-Как ты жалок, Роскевич!
Это правда, что ты будешь защищать
убийцу Лизы Якуниной?
-Нет, не правда.
-Ой!
-Убийца он или нет, решит суд.
А я - адвокат подозреваемого
в убийстве.
-Может, уже хватит
жонглировать словами?
Ты бы стал защищать Дантеса
или Мартынова?
-Конечно.
-Ты что?
Неужели ты настолько
беспринципен, Роскевич.
Как же ты жалок, Роскевич.
Мне просто стыдно,
что я с тобой знакома.
-Ты такая красивая.
-Если ты это сделаешь,
ни один приличный человек
тебе руки не подаст.
-Да и черт бы с ними!
Ну, хочешь, я не буду судиться
с этой вашей газетой,
если тебя это так
расстраивает?
-Очень расстраивает.
-Ну и все, не буду.
Вы мне одну страничку ежемесячно
оставьте, "Мужское мнение",
и по рукам.
Такой вариант не сильно
расстраивает?
-Такой не сильно.
-Я так соскучился...
Ты такая красивая... в профиль.
Давай-ка, мы оба будем в профиль.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Схватка века!
Мужчины, не стесняемся, билетики
приобретаем по никой цене!
Завтра цена будет вдвое выше!
Адвокат Роскевич против
прокурора Гущина!
-Виктор Ильич, все уже в зале.
-Ну где этот чертов Потапов?
-Я здесь, Виктор Ильич!
Как только телеграфировали -
бегом к вам.
Есть! Документ нотариально
заверенный.
-Отлично!
-Там есть сумма долга.
-Газету! Покупаем газету!
-Первый вопрос, который я задаю себе:
кому это выгодно?
И обычно в 9 из 10 случаев
ответ на этот вопрос
изобличает преступника.
Итак, господин Белецкий,
вы боялись,
что Аглая Сергеевна
узнает о ваших отношениях
с её младшей сестрой,
и после этого не то чтобы
согласится с вами
на законный брак,
она вообще прервёт
ваши отношения?
-Отношения - это громко сказано.
Это было давно и один раз.
-А Лиза угрожала вам,
что расскажет об этом сестре?
-Да. Но я клянусь чем угодно,
я её не убивал!
ШУМ
ЗВОН КОЛОКОЛЬЧИКА
-Тишина в зале!
-На данный момент у меня всё,
Ваша честь.
Может быть, у господина адвоката
есть вопросы к его подзащитному?
-Скорее к вам, господин прокурор.
Просто хочу разобраться.
Мой подзащитный боится,
что Лиза откроет страшную тайну
Аглае Сергеевне,
поэтому убивает её, причем
в комнате своей возлюбленной.
Потом тащит тело к реке,
там его сбрасывает и убегает.
В комнате тела нет,
но там полно крови.
Чего хотел мой подзащитный?
Чтоб в убийстве сестры
обвинили Аглаю Сергеевну?
Но зачем, если весь
смысл убийства,
по вашей версии -
это беспрепятственно
на Аглае жениться?
Мучительно пытаюсь найти в этом
хоть какой-то смысл.
-Вы хотите, чтобы я вам помог?
-Будьте любезны.
-Господа, мне кажется,
что нужно в первую очередь
восстановить цепь событий.
В ту ночь Лиза пришла к Белецкому,
она угрожала ему,
что расскажет обо всем сестре.
После этого она спустилась
в гостиную,
какое-то время поболтала
с Софьей Даниловной,
и после того, как Софья Даниловна
ушла спать,
она отправилась к сестре.
Белецкий пошёл следом за ней.
Он уговаривал ее, упрашивал,
но она была непреклонна
в своем решении.
Аглая была там же, в комнате,
она спала крепким сном.
-И господин Белецкий не боялся,
что она проснётся?
-Нет.
Не спрашивайте меня сейчас,
почему, я вам после объясню.
Сейчас просто поверьте.
-Конечно, конечно.
-Итак, она будит Аглаю,
и тут Белецкий
окончательно понимает,
что если не этой ночью,
то следующей, Лиза обязательно
расскажет
своей сестре страшную тайну.
Тогда он бежит на кухню,
хватает нож,
возвращается и наносит
роковой удар.
После чего берет тело,
выносит его на улицу,
привязывает камень
и бросает в реку.
Всё он это делает впопыхах
и не успевает осознать,
что камень, который он привязал,
слишком лёгкий,
и тело не сможет уйти на дно.
Следующим утром
Пелагея Дрон,
проснувшись на полчаса
раньше обычного,
отправляется на реку,
где обнаруживает тело.
Она поднимает тревогу,
и ваш подзащитный,
испугавшись, бежит.
-Весьма, весьма живописно!
А в остальном - очень
условная цепь событий.
Но в одном я с вами согласен.
Я тоже всегда себя спрашиваю:
кому это выгодно?
Я хочу пригласить для дачи показаний
Юрия Сергеевича Якунина.
Когда убили вашу сестру,
вы были в Баден-Бадене?
-На следующий день пришла телеграмма,
сказал владельцу квартиры,
что уезжаю.
Это легко проверить.
-А почему вы так долго
были вдали от родины?
Наслаждались красотами Европы?
-И это тоже.
Но в основном работал -
писал роман.
-Не скучно было?
-Процесс творчества увлекает.
-Видимо, не настолько,
чтобы отказаться от ежедневных
походов в казино?
-Это все в прошлом.
Сейчас я уже не играю.
-После того, как проиграли
пять тысяч рублей?
Как вы будете выполнять
долговые обязательства?
-Достоевский тоже играл в казино!
И это не отменяет того,
что он гений!
-Ваша честь!
Госпожа Рассказова
является свидетелем,
который ещё не дал показаний!
Что она делает в зале суда?
Где ваши приставы?
-Извините, господин прокурор.
-В конце января вам перестали
давать кредит в казино.
В то же были оформлены бумаги
с отсрочкой выплаты долга на полгода.
В убийстве Лизы Якуниной
обвинили сестру, Аглаю Сергеевну.
И если её осудят,
семейным капиталом
станет распоряжаться
Юрий Якунин,
что поможет ему
расплатится с долгом.
Но Юрий не учёл одного:
существует такая сила,
которая способна сокрушить
на своём пути любые преграды,
которая способна разрушить самые
изощрённые, самые коварные планы!
И это - сила любви.
Желая спасти любимую,
мой подзащитный
совершает ряд нелепых,
глупых поступков,
которые полностью перевернули
все планы злоумышленников,
но самого Марка Белецкого
привели на скамью подсудимых.
-Ваша честь!
Ваша честь, прошу меня простить,
а долго мы будем ещё выслушивать
домыслы уважаемой защиты?
-Господин судья, я закончил.
-Подождите!
Вы задали вопрос, как я собираюсь
расплатиться с долгом,
и даже не дали ответить.
-Позвольте я отвечу?
-К сожалению,
это беда всех современных адвокатов -
они часто оперируют фактами,
не имея перед глазами
полной картины.
Итак, первая книга Юрия Якунина
принесла издательству господина
Стропилина солидную прибыль.
И поэтому господин Стропилин
ещё месяц назад,
когда узнал, что у Юрия возникли
определенные финансовые трудности,
предложил ему контракт.
Он предложил взять на себя
все его долговые обязательства.
Взамен он потребовал,
чтобы все права
на издание пяти последующих книг
Юрия Якунина принадлежали ему.
-Таким образом господину Якунину
вовсе необязательно,
чтобы выплатить свой долг,
убивать свою младшую сестру,
а старшую отправлять в тюрьму.
А теперь что касается вашего
предполагаемого знакомства
со сбежавшим поваром,
вы его знали?
-Я даже не знал, что у нас
новый повар.
Когда приехал - впервые увидел.
-В одной из его рекомендаций сказано:
Роман Костицын больше года работал
в ресторации купца Широкова в Одессе.
Вы бывали в Одессе, Юрий Сергеевич?
-Не довелось.
-Не довелось.
Ресторация купца Широкова,
Одесса,
район Молдаванка -
ни о чём вам не говорит?
-Я же сказал, никогда
не был в Одессе.
-А вам, господин Белецкий,
тоже ни о чём не говорит?
Вы же родом из Одессы, родились
и выросли в районе Бугаевка,
который многие считают
северо-западом Молдаванки.
Семь лет назад,
когда повар Костицын
работал в ресторации
купца Широкова,
вы жили в том же самом городе.
Что, не были знакомы?
-Нет, не был.
-Господин прокурор,
давайте соблюдать регламент!
-Разумеется! Но все-таки странное
совпадение, вы не находите?
-Вы можете позже пригласить
подсудимого
и задать ему свои вопросы.
Сейчас отвечает господин Якунин.
-Я прошу прощения, Ваша честь.
Но все-таки, не знаю, как вы,
господа присяжные,
но лично я в такие
совпадения не верю.
Итак, на кухне у Костицына
был обнаружен склад сонного корня,
который он добавлял
в отвар от желудка
и давал каждый вечер
Аглае Сергеевне.
Вы спросите меня, зачем?
Но я задам вам другой вопрос:
достаточно ли хороша была собой
Аглая Сергеевна для нашего молодого,
красивого Марка Белецкого?
Я думаю, что многие из вас,
находясь на его месте,
тоже желали бы,
чтобы Аглая Сергеевна
ночью спала крепким,
крепким сном.
Итак, я обещал вам, что расскажу,
почему господин Белецкий
не волновался, проснется ли Аглая,
когда он убивал ее сестру,
но думаю, вы и сами поняли,
почему, господин адвокат.
-Какие еще будут сюрпризы?
-Я не знаю его, ни разу
не был в той ресторации.
-Хотите честно?
Я тоже не верю
в такие совпадения.
Сейчас лучше всего было
бы отложить заседание, но как?
-Как?
Позовите врача! У моего подзащитного
обильное кровотечение!
-Вы что, с ума сошли, что ли?
-Врача, быстрее!
Водички?
-Благодарю.
-Собрал целый консилиум.
Все, чего мог добиться -
ему нужно денек отдохнуть.
-Значит, у нас есть сутки.
Это не так уж и плохо.
-Дорогой мой...
-У нас, Вить.
У нас.
И не спорь.
Три мозга лучше одного.
-На самом деле два с половиной.
Витя своим разучился
пользоваться.
-Чего?
-Как ты мог не узнать
про контракт с издательством?
-Да не подписан еще этот контракт!
Мы встретились, обсудили.
Я даже думать в эту сторону не мог.
-Значит, будем искать
козла отпущения.
-Гущин уже практически убедил
присяжных, что Белецкий убил Лизу.
Обоснованные сомнения -
наш единственный шанс.
-Встречаемся утром.
В восемь утра у каждого
должна быть своя версия,
кто может быть убийцей.
И почему.
-Знаешь, давай устроим
дружеский ужин?
Только для своих.
И Аглаю позовем.
Господи, я даже не представляю,
что она сейчас чувствует.
Осознание того, что твой любимый
убил твою же сестру...
Вот что значит связаться с человеком
не своего круга.
-Вот как?
Но, графиня, мы с вами
тоже не одного круга,
однако вы еще живы.
Может, все-таки не факт,
что убил именно он?
-Я не это имела в виду.
Все говорят, что он, разве нет?
-Нельзя назвать человека убийцей
до решения суда.
-Прости меня,
я была не права.
-А правда, что Виктор Ильич рядом
с этим московским прокурором
выглядит каким-то мелким?
-Тоже все говорят, да?
-Возможно, у него стратегия такая.
-Давайте дождемся решения суда,
а там увидим,
кто же из них выглядит мелко.
КУРЬЕЗНАЯ МУЗЫКА
-Порфирий.
-Верочка, Вер...
В комнате Аглаи не было найдено
при обыске
ни одного письма от ее брата.
Как, в общем-то, и у Лизы.
Странно, да?
-Ничего странного.
В самом деле, у них с детства
такая привычка.
Они писали друг другу записки,
прочитывали и сразу сжигали,
чтоб враги не нашли.
У Юры в книге об этом есть.
Аглая говорит, там вообще
очень много личного.
-Много личного?
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
ЛАЙ СОБАК
-Почему так лают собаки?
-Чужих учуяли.
-Вот, знакомый, говорит!
Якобы у него срочное дело.
Ночью явился!
Знаете его, Аглая Сергеевна?
-Добрый вечер.
Михаил Заварзин.
Я был вам представлен
Андроновым Николаем Ивановичем.
-Да... да, действительно.
Федот, да, это мой знакомый.
Извините.
Софья Даниловна,
моя родственница.
-Михаил Заварзин.
Аглая Сергеевна, у меня
к вам серьезный разговор.
Лично к вам.
-Пойду почитаю. Было очень приятно
познакомиться.
-Пожалуйста, проходите.
Хотите чаю?
-Нет, спасибо, я по делу.
Все думают, вашу сестру
убил Марк Белецкий
в сговоре со сбежавшим поваром.
У нас только один шанс исправить
ситуацию и найти того,
кто это сделал.
-Думаете, это не он?
-Вы ведь тоже так думаете.
-Я уже не знаю.
-Я видел, как он вам дорог.
Когда любишь человека,
нельзя сомневаться.
Мы сможем доказать
его невиновность,
но вы должны честно ответить
на мои вопросы.
-Подождите, а почему вы это делаете?
Вы друг адвоката Марка?
Вы хотите ему помочь?
-Не только поэтому.
Вы готовы честно ответить
на мои вопросы,
даже если некоторые из них
покажутся вам странными?
-Пожалуйста.
-Ты здесь?
Значит, поедешь в Гатчину.
-Ночью?
-Ну, сейчас ночь?
Значит, ночью.
Ты не один?
-Один.
-Если здесь наш свидетель,
я буду тебе крайне благодарен.
-Вылезай.
-Здрасте.
-Здравствуйте.
Если б вы знали,
как я рад вас видеть.
-Какой мотив?
Зависть.
Лиза красивая, талантливая.
Вообще ничего не сходится.
Так, сначала: полгода назад
Юрий задолжал
огромную сумму денег.
Деньги. Деньги - это вообще хороший
мотив всегда.
Вот если бы не этот контракт
с издательством.
Оль!
Уснула?
-Что?
-Ты же обещала со мной обсудить.
-Я обсуждаю, просто задумалась.
-И что я сейчас говорил?
-Ты много чего говорил сейчас.
-В конце, про Юрия.
-Что о нем говорить?
Он лентяй, твой Юрий.
Достоевский, чтобы не попасть
в кабалу к издательству,
за три недели "Игрока" написал.
-Игрок...
Оля, ты гений!
Ты вообще не представляешь,
какой ты гений, Оля!
-Послушай, можно я за это посплю?
-Можно, спи, спи!
-Доброе утро.
Ну как, уже обсудили?
-Тебя ждали.
-Ну и кто у нас...
-Молчи!
Пиши фамилию и переворачивай.
-С богом!
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Ну, это уже не козел отпущения,
это зверь пострашнее.
-Осталось это теперь
доказать присяжным.
-Тогда ты и вовсе станешь героем.
Изобличить в зале суда
истинного убийцу,
о котором даже
не думало следствие!
Об этом можно пьесу написать!
-Нет!
-Нет!
-Шучу, шучу.
-Давайте уточним: вы стояли
у комнаты и слышали,
как Лиза угрожает Белецкому,
что расскажет вам об их отношениях?
-Да, но я сразу...
-Просто отвечайте на вопрос!
Что было дальше?
-Вернулась к себе,
села писать письмо.
СМЕХ ЛИЗЫ
-Аглаюшка, как он хорош!
Хоть и подлец.
Но теперь-то ты поняла, кто он?
Он жалкий альфонс.
Сначала меня обхаживал,
а когда понял,
что я к деньгам отношения не имею...
-Выйди.
Я не хочу тебя видеть.
-Аглая, мы семья.
Я, ты и Юра, больше никто.
Только мы трое.
-Аглая Сергеевна, вы не одна.
Может, я позже зайду?
-Нет, нет, нет, входите.
-Аглая.
-Вот, шесть часов настаивал.
-Благодарю.
-Когда родился ваш брат Юрий,
вам было пять лет.
Помните что-нибудь из того времени?
-Немного.
Что-то помню.
-Кто тогда у вас жил?
-Ваша честь, адвокат намеренно
отклоняется
от сути разбираемого дела.
-Я уверяю вас,
господин судья,
мои вопросы напрямую касаются
убийства Елизаветы Якуниной.
-Продолжайте.
-Спасибо.
Софья Даниловна Рассказова
жила тогда у вас?
-Недолго, несколько месяцев.
Она поссорилась с мамой.
-Она же ведь была
уже взрослой женщиной.
Или это не так?
-На самом деле, ей всего 43.
-Просто выглядит так, старше своих
лет, как типичная старая дева?
-Зачем вы так говорите?
-Аглая Сергеевна, а давайте называть
вещи своими именами?
-Итак, когда родился ваш брат,
Софья Даниловна жила у вас,
и ей было 15 лет?
-Да.
-Мать привезла 15-летнюю Софью,
оставила у Якуниных, а сама уехала?
-Они поругались вроде. Я уж не помню,
что там у них стряслось.
-Софья сидела в комнате,
никуда не выходила,
а через какое-то время после рождения
Юрия уехала в Москву, в пансион?
Что же вы молчите?
Может быть, у вас были какие-то
мысли, подозрения на этот счёт?
-Может, и были.
Я ж говорю, я не помню.
-Конечно, ведь столько
времени прошло!
А когда ваша дочь Глафира
была маленькой,
вы всё прекрасно помнили.
Она слышала, как разговаривая
с мужем, вы частенько...
-Да что она слышала,
мелочь пузатая!
Язык ей надо отрезать!
ВСХЛИПЫВАЕТ
-Николай Иванович, на минутку.
-Ваша честь, у меня всё.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Ваша честь, нет вопросов.
-Говорит, надо было сразу убить,
меньше бы горя людям досталось.
-Сам это слышал?
-Ну да, он же мне и сказал.
-Надо будет перенести заседание,
если он согласится выступить.
-Так он уже согласился,
в комнате сидит ждет.
-Извините.
-Вы часто писали Софье Даниловне?
-Да, у нас были очень теплые
отношения.
-Она была вам как мать?
-Я бы так не сказал.
-Потому что ваша мать была
к вам холодна?
Вы писали в вашей книге,
что не ощущали любви матери,
чувствовали себя чужим.
-Это книга, литературное
произведение.
Не я чувствовал, герой романа.
К тому же мать рано умерла,
мне было всего семь лет.
-Вы писали Софье Даниловне
о ваших финансовых трудностях?
-Мне было тяжело, надо было
кому-нибудь излить душу.
Сестрам - боялся.
-О контракте с издательством
вы ей тоже рассказывали?
Что боитесь попасть
в эту кабалу,
что будете писать
не то, что хотите,
а то, что нужно
издательству.
-Да, и это тоже.
А к чему все эти вопросы?
-Ваша честь, я попросил бы вас
закончить опрос Юрия Якунина.
Только что прибыл
ключевой свидетель защиты,
отец Софьи Даниловны,
Данила Андреевич Рассказов.
-Когда вы узнали, что ваша дочь была
беременна, ей было 15 лет.
-У меня нет дочери!
-Да, вы отреклись от нее, прокляли,
но формально - она ваша дочь.
Вы знали, что отец ребенка -
Сергей Дмитриевич Якунин?
-Мне все равно, кто он.
-Когда вы выгнали дочь,
ваша ныне покойная жена
отвезла ее к Якуниным.
И в последствии
Сергей Дмитриевич
оплатил обучение Софьи
в пансионе,
на педагогических курсах...
-Я не хочу это знать.
-С тех пор вы ни разу не видели дочь?
-Не видел и видеть не хочу.
-И внука?
Так вот он.
Посмотрите на него!
РОПОТ, УДИВЛЕННЫЕ ВОЗГЛАСЫ
-Он рожден во грехе!
Значит, не мой внук.
-А зачем вы тогда приехали?
Ни дочь, ни внука
вы знать не хотите,
ни на один мой вопрос
прямо не отвечаете,
говорите, что вам все равно.
-Перед Господом
каждый день каюсь,
и сейчас хочу покаяться
и предостеречь.
Это я виноват,
не уследил за дочерью.
Дьявол в душе ее нашел мир и обитель.
И творить зло отныне - назначение ее.
-Что он несет? Мракобес!
Уберите его отсюда!
Она была мне лучшей матерью,
больше чем мать! Она любила меня!
ЗВОН КОЛОКОЛЬЧИКА
-Тишина в зале!
-Софья Даниловна...
-Ваша честь!
Мне кажется, что адвокат
несколько увлекся.
Софья Даниловна -
свидетель обвинения.
-Дело в том,
что господин прокурор
в последнее время
много молчал...
-Сядьте, господин адвокат.
-Прошу прощения.
-Продолжайте.
-Я думаю, что ничего
не следует скрывать,
поскольку здесь был ваш отец.
Итак, когда вы закончили
педагогические курсы,
вы вернулись в семью Якуниных.
Чтобы быть рядом с сыном?
-Я дала слово, что Юра никогда
не узнает, кто его настоящая мать.
Жена Сергея Дмитриевича
тоже была не против,
она была уже тяжело больна.
-Вы могли уехать,
создать семью,
родить другого ребенка,
но вы положили всю свою жизнь на то,
чтобы быть рядом с сыном.
При этом знали,
что он никогда не узнает,
кто его настоящая мать.
Ваша любовь к сыну стала
для вас смыслом жизни.
Именно поэтому, когда он обратился
к вам за помощью,
чтобы вылезти из финансовой ямы,
вы не сумели ему отказать.
-Он ничего не просил.
-Позвольте мне вам не поверить.
-Ваша честь, что он делает?
-Сядьте, господин адвокат!
Сядьте!
-Прошу прощения.
-Продолжайте.
-Благодарю, ваша честь.
Софья Даниловна, я сейчас закрою
судебное слушанье,
отозвав обвинительное заключение.
И сразу же начну готовить новое,
в котором обвиню вас и вашего сына
в сговоре с целью
совершения убийства.
-Юра ничего не знал!
Я... я сама решила ему помочь.
-Это вы посоветовали ему затягивать
с подписанием контракта с издателем?
-Юра может стать
великим писателем,
а если он попадет
к ним в рабство,
то они сделают его просто
дешевым беллетристом!
-Это вы привели в дом повара
с рекомендациями из Одессы?
-Было несколько кандидатов,
я просто указала на него.
-Аглая Сергеевна говорит,
что спала и ничего не помнит.
Так вот я и подумал,
а может, это и правда?
Тем более вы в тот день на кухне
что-то намудрили с ее отваром.
-Расскажешь кому - скажу,
что мы сообщники.
А промолчишь - денег дам.
Что выбираешь?
-А теперь, Софья Даниловна,
поведайте нам,
как вы осуществили свой план.
-Лиза редко оставалась
у нас ночевать.
Тебя там Пелагея зовет.
И я поняла, что все должна
сделать в эту ночь.
-А что вы делаете?
Это не чай, это отвар
для Аглаи Сергеевны.
-С мятой завариваешь?
Запах прекрасный.
-Там всего понемногу.
И иван-чай, и зверобой, и шиповник.
-Рецепт дашь?
-Я бы с удовольствием, но не могу.
-Ну, жаль.
-У каждого свои секреты.
А Пелагею не нашел.
-Да убежала куда-нибудь.
-Тебя зовет Аглая.
-Зачем?
-Я не знаю, наверное,
что-то случилось. Быстрей.
ВСКРИК
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Дорогу! Разошлись!
Дорогу! В сторону!
-Борис, кажется?
-Да.
-Поздравляю, отличная работа.
Впервые за мою судебную практику
адвокатский корпус
выглядел столь
убедительно.
Тоже помогали?
-Я сам придумал ее отца привести.
-А...
-А Николай Иванович просто сказал
узнать, чего там.
-У вас большое будущее,
молодой человек.
-Я пришел попрощаться.
-Я написала для вас рекомендацию,
она у Пелагеи.
-Да, мне пригодится.
Прощайте, Аглая Сергеевна.
-Хочешь посмотреть?
-Да что я там не видел?
Все только и говорят
про этого Гущина.
Хотя ведь по сути он проиграл,
мой подзащитный оправдан.
-Ну, он отозвал обвинительное
заключение прямо во время слушаний,
отправил дело на доследование,
значит, фактически он не проиграл.
Тем более, он обличил убийцу
прямо во время суда,
вот это запомнят все.
-Этого убийцу нашли мы.
А он просто удачно влез,
когда понял, к чему я веду!
-Только не говори, Вить,
что на его месте
ты поступил бы по-другому.
Стрелец сегодня яркий.
Линза очень хорошая.
-Ладно, дай посмотрю.
-На, смотри.
Смори.


Серия 5

-Последние три билета!
Налетай, покупай!
-Преступников по страсти,
по искушению -
любых психически здоровых преступников
следует судить по закону!
-Правильно.
-Психически больных - заключать
в уголовный дом для умалишённых.
Но с такими типами, как мой
подзащитный Родион Рыдник,
нельзя делать ни того, ни другого!
-Это немыслимо, Ваша честь.
Господин Заварзин хочет сказать,
что мы должны отпустить
подсудимого безнаказанным.
Человека, который, напомню,
в присутствии семи свидетелей
зарезал своего товарища ножом.
-Сядьте, господин Саблин, сядьте.
-Благодарю, Ваша честь.
Нет, я не прошу отпустить
моего подзащитного безнаказанным.
КАШЕЛЬ
Взгляните на него.
Разве, убив своего товарища,
он тем же ударом ножа
не поразил самого себя,
навсегда связав себя с этим трупом?
И всю жизнь он будет вспоминать
о нем, всё будет напоминать
ему о том, что он - убийца!
Если он останется на свободе,
куда бы он ни шёл,
что бы он ни делал, его голову
всегда будет гнести к земле,
где вместе с убитым товарищем
зарыты его покой и счастье.
Остаться на свободе один на один
со своей совестью -
вот это самое
страшное наказание.
Посмотрите на него.
Моему подзащитному уже всё равно,
будет ему от вас
прощение или осуждение.
Он готов сесть в тюрьму.
Но это не должно быть
всё равно вам.
Невиновен - это то самое слово,
которое окончательно разрушит жизнь
убийцы, потому что даст
ему шанс стать человеком.
ШЕПОТЫ В ЗАЛЕ
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Невиновен.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Браво!
-Браво!
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Родичка!
Нет, все в порядке.
СМЕЮТСЯ
-Ему расскажи.
-Прокурор говорит: "Мы не можем..."
-Нет, не так. Саблин орет:
"Его нельзя выпускать
из зала безнаказанным!"
Миша такой: "А что поделать,
присяжные говорят - отпустить".
СМЕЕТСЯ
-Ну, поздравляю,
теперь ты вернулся окончательно.
-И это было прямо как раньше -
свежо, лихо.
-Вам дай волю, все преступники
будут разгуливать на свободе.
-А вы еще не в Москве?
Решили вкусить все прелести
столичной жизни.
-А я их еще долго вкушать буду.
Если честно, надоела провинция,
да и в Сенате не против были.
Так что я теперь,
господа, с вами надолго.
-Ну, это правильное решение.
-Конечно, правильное.
А то у вас скоро
в тюрьме убийц не останется.
Веселитесь, веселитесь.
До встречи в суде.
-Я здесь, но праздник не окончен!
Ольга!
Ваши перси и ланиты, Ольга.
И шампанское, и разврат.
-Тихо, тихо, тихо. Весь день
на ногах. Прости, дорогой.
-Что?
Дорогой?
Конечно.
Спи, дорогая.
НАПРЯЖЁННАЯ МУЗЫКА
-Ну что, много сгорело?
Так и запишем: оглох при пожаре.
Да не волнуйтесь вы так,
ведь все же застраховано было, да?
-Застраховано, да, на тридцать тысяч,
а добра погорело на девяносто пять.
Только вчера завезли.
-У-у, беда-то какая,
только вчера завезли - и пожар.
И, главное, не проверишь,
сколько там сгорело-то.
Чего это не проверишь?
Документы есть.
-Да-а? Ну, это меняет дело.
Документы невозможно
ведь подделать, да?
Или возможно?
Вы здесь кем, приказчиком будете?
-Осип Сильвестрович, управляющий.
-Осип Сильвестрович, управляющий,
вы далеко не уходите,
вы еще понадобитесь.
-Вот этот вот проходил мимо,
когда полыхнуло, а те двое,
с которыми вы беседовали,
были уже тут.
Не кажется странным?
-Они мне тоже не очень понравились.
А что насчет сторожа, не нашли?
-Нет.
-Там это, ну, мужик сгорел,
бревном привалило.
-Вот. А ты говоришь, не нашли.
-Ой, ой.
-Я считаю до трех, а ну-ка, вставай!
-Не могу я, всю ночь на ногах,
не трогай меня.
Так, вставай, вставай, вставай,
вставай, вставай, вставай.
Лживое животное, а ну-ка, вставай!
-Я тебя тоже очень,
очень, очень люблю.
-Так... Или прощайся.
-С чем?
Оля!
УДАР
Оля!
Вот этого я тебе
никогда не прощу.
-Да?
-Да.
-Да?
А я тебе вот этого. Это что?
-А это моя страница,
я что хочу там, то и делаю.
Есть договор, согласно которому
я отказываюсь от судебных претензий
к вам, а вы за это предоставляете
мне страницу вашей газеты...
-И...
-...где я печатаю все, что я хочу.
-Не все, что ты хочешь, не все!
-Все. Все.
-А только об отношениях
мужчины и женщины
в области культуры,
психологии и философии.
-Да. Оленька.
-Что?
-Это мощнейший пласт
человеческой культуры.
Это древнеиндийский
философский трактат,
переведенный сэром
Ричардом Бертоном...
-Так.
-...сугубо в исследовательских целях.
И говорит он в первую очередь,
Оленька, о душе,
а не о том, о чем,
я надеюсь, ты сейчас подумала.
-Просто дура. Дура!
Как я тебе вообще могла поверить?
-Потрясающая наивность.
-Никогда ничего подобного
мы не напечатаем.
-В таком случае придется
возобновить судебные претензии
из-за нарушения договора.
-Свинья. Просто, просто свинья.
Ты, Роскевич, свинья!
УДАР
-Нет, нет!
-Свинья!
УДАР
-Ну что ж это, бегать за тобой,
Капитон Карпович?
-А это что за хрен с горы, а?
-Сыщик сыскной полиции,
Семен Фролович Шушак.
-Ты вот что, Семен Фролович,
ты рот закрой и сдрысни по-тихому.
Горе у человека.
-А закон один для всех -
хоть в горе, хоть в радости.
Сказано явиться на допрос -
положено явиться.
-Больным не положено.
Читай, от врача бумага.
-Больной. В трактире.
-Водкой лечусь.
-Семен Фролович!
-М?
-Извини, тебе здесь не рады.
-Да?
Тоже... болен?
-Я нет, слава богу.
-Завтра в девять утра
явишься на допрос.
Не придешь - арестую
к чертовой матери! Ясно?!
-Приду, приду, не ори.
-Честь имею.
-Я с этого боку шел?
-Ну да, с этого, да.
-А, ну, тогда здесь сперва полыхнуло.
-Там, где убитого сторожа нашли?
А вот эти двое, управляющий
с хозяином, сразу там были?
-Я как увидел, горело не сильно,
только еще разгоралось,
сразу в гостиницу,
у них там телефонный аппарат.
Кричу: "Звоните, зовите,
пока не сгорели все!"
Выскакиваю потом, смотрю -
уже полыхает вовсю.
И эти бегают, руками машут.
-Все.
-Как все?
-Ну, на сегодня все. Еще вызовем.
Ну?
-Ну...
Говорит, на допрос не пойду,
болен, бумагой тычет,
а сам в трактире водочку кушает.
-Так это ж он с радости,
такое дельце-то обстряпал.
Да ничего-ничего, пусть погуляет
на свободе денек-другой.
Завтра мы на управляющего надавим:
скажем, что скостим ему лет пять -
сразу все выдаст с потрохами.
Еще подробности расскажет, как хозяин
заставил их пустой склад сжечь.
-Сидит, не уходит.
Нет, говорит, сегодня дождусь,
завтра, говорит,
может быть поздно.
-Кто сидит, не уходит?
СТУК
Вы хотели меня видеть?
Андронов Николай Иванович,
присяжный поверенный.
Вы у меня дома.
Фортунатов Капитон Карпович,
подозреваемый в поджоге склада,
а может быть, и в убийстве сторожа.
Кто ж их знает,
что у них там на уме.
Что я, Ирод, что ли,
ну, товар-то свой жечь?
-То есть вам нужен адвокат?
-И мне, и Оське.
-Оське?
-Ну, управляющему,
ему завтра с утра
на допрос идти.
-Управляющий как-то замешан?
-Да он бы не стал.
Это душа-человек.
Но!
Все же знают,
как у нас допрашивают.
Не только себя,
мать родную оговоришь.
-Порфирий!
-Поэтому надо,
чтобы рядом был адвокат.
ЩЕЛЧОК
Рассолу огуречного...
нету у вас?
-Чаю крепкого.
НАПРЯЖЁННАЯ МУЗЫКА
-С дороги, лишенец!
-Покушать желаете?
Вот, пожалуйста, приятного аппетита.
НАПРЯЖЁННАЯ МУЗЫКА
СТУК В ДВЕРЬ
-Кирилл Власевич?
-Как спалось, господин Заварзин?
Совесть не мучила?
-Прекрасно спалось,
и еще бы с удовольствием поспал.
Поругаться зашли? Давайте попозже,
хотя бы часов в десять.
-А вы еще не знаете, да,
что на совести вашей
загубленная жизнь?
И она теперь всегда будет с вами,
куда бы вы ни шли,
что бы вы ни делали,
голову вашу будет гнести к земле.
-Я помню свою речь.
Что-то случилось?
-Освобожденный вашими усилиями
Родион Рыдник сегодня ночью
в трактире зарезал
еще одного человека.
И вам, Михаил Юрьевич,
теперь с этим жить.
А главное, сразу за стол,
и мясо жрать,
как будто он на двор сходил,
а не человека зарезал.
УДАР НОЖОМ
КРИКИ
КАШЛЯЕТ
ЗАДЫХАЕТСЯ
-Точно не ругались?
Не ссорились?
-Да нет, они вообще, вон,
в разных концах сидели.
Я ж говорю, психический.
Он как только в трактир вошел,
какой-то мужик его плечом толкнул,
так он на него так зыркнул!
Вот тебе и накася выкуси,
фига с маслом в базарный день.
-Что?
-Мужик, который его плечом пихнул,
сильно рыжий был.
И вот этот вот такой же.
Может, его рыжие бесят, а?
-Это я его убил.
-Да что ты, Михаил Юрьевич,
сдурел, что ли?
Это потому что в суде
выиграл, что ли?
Так у тебя ж работа такая -
людей от тюрьмы спасать.
Прокурор - сажает,
ты - спасаешь.
ПЛАЧЕТ
О-о!
На.
Ох ты Господи.
-А правда, что у Варвары Авиловой
сразу три любовника?
-Странный вопрос.
-А хотите шампанского?
-Нет, спасибо.
-Вы же Андронов, адвокат?
-Да.
-Вы ее в суде защищали.
-Было дело, но отношения
мы не поддерживаем.
-Ну, а может, дамам
закажете шампанское?
А Виктора знаете?
Он тоже адвокат.
-Да, видимо, знаю.
-А ну, кыш! Не до вас людям.
-Здравствуй, Николай Иванович.
-Быстро, быстро!
Далеко не уходи.
Ну так что там было,
на допросе-то?
-Не было допроса.
Осип Сильвестрович Гриштер
зарезан ночью в трактире.
-Я говорил, его нельзя выпускать,
я настаивал, я даже умолял.
Но эти присяжные...
Правосудие вершит всякий сброд:
чиновники, лавочники,
фармацевты, даже крестьяне.
-Присяжные - всего лишь пешки,
которыми ловко манипулируют адвокаты.
Но теперь у нас есть козырь,
которым грех не воспользоваться
в борьбе с этим злом.
-Ну, вот он, наш добрый молодец.
Прошу любить и жаловать.
-Что говорит?
-Ничего толкового.
-Или, может быть,
вы в этом толк не видите.
-Выйди.
-И вы тоже выйдите,
Кирилл Власович.
-Не понял.
-Я прошу вас, покиньте
допросную комнату,
я сам побеседую с задержанным.
-Ну, как вам будет угодно,
Филипп Игнатьевич.
-Зачем вы его убили?
-Не знаю.
-Вы что, сидели вот так вместе,
ели, вдруг подошли и убили?
-Нет.
-Он чем-то раздражал вас?
-Не помню.
-А вы ведь не сумасшедший.
-Я тоже так думал.
-Ой...
Ой...
Там трактир рядом,
ну, мы зашли, сели, выпили.
Тут Оська...
Осип Сильвестрович
за плечо меня -
мол, пожар, склад наш горит.
Ну, мы выбежали на улицу.
-В начале пожара у складов были?
-Были.
-Ну, это найдем, подтвердят.
-Чтобы я, Фортунатов,
товар спрятал?
Из-за этих вшивых страховых денег?
-Я уже понял, что вы этого не делали!
-Ну, так кто же поверит-то в это?!
-Многие поверят, что подожгли.
Для всех это огромные деньги.
Уверены, что ваш управляющий
никак не замешан?
-Уверен.
Он не просто управляющий,
друг мой...
Был.
-Капитон Карпович, там...
-Уже здесь.
Я вижу, вы неразлучны
с Капитоном Карповичем?
То он к вам вчера из трактира,
то теперь вы к нему.
Что, вы так и будете бегать
друг за другом?
Господин Фортунатов,
будьте так любезны пройти с нами.
-Я арестован?
-А он у вас догадливый.
-Николай Иванович, вытащи меня.
Ты знаешь, я невиновен.
-Он будет очень стараться.
Ведь вы же большие деньги заплатите?
А то, что опять
кого-то убьете, плевать.
Деньги не пахнут, да,
господин Андронов?
-Может быть, уже поведаете,
в чем обвиняется мой подзащитный?
-Поджог склада с целью мошенничества,
организация убийства
своего управляющего и...
убийство сторожа.
Но это я пока еще не решил.
-Вытащи меня.
-Стенографисток уже набрали,
теперь только весной курсы.
Я вот думаю, может,
мне в артистки пойти?
-Зачем?
-Ну, я была как-то в театре,
здорово там.
-Была одна у меня актриса знакомая.
Ничего так, симпатичная.
-Да?
-Да не было у меня ничего с ней.
Она ж потом замуж
за Голицина вышла.
-Варвара Авилова?
-Ты ее знаешь?
-Ну как не знать.
А правда, что она прямо на балу
своему князю скандал устроила?
А познакомишь?
-С кем, с ней?
Не знаю, я с ней
давно не виделся.
-Ну пожалуйста.
-Попался, кобелина?
-Мама, он не такой.
-Не такой.
-К нему ночью на свиданку бегала?
-Да, но мы просто чай пили.
-Чай пили с сахаром.
-Да смеюсь я.
Кто в доме не знает,
что вы тут шкеритесь.
Хозяйка за тобой послала,
видеть хочет.
-Меня?
-Он у тебя тупой, что ли?
Ну, если за тобой послала,
кого она видеть хочет?
-Меня?
ЛАЙ СОБАКИ
-Борис, здравствуйте.
Вы ведь помощник
Николая Ивановича?
-Ну да.
-А вы, конечно же, знакомы
с Михаилом Юрьевичем Заварзиным?
-Конечно знаком.
-Мы тоже довольно мило
общались, но...
Борис, будьте любезны, поздравьте
его от меня с красивой победой
в суде и передайте
приглашение в гости.
-Приглашение передам,
а вот поздравление - не буду.
Подумает, издеваюсь.
-Почему?
-Его подзащитный
через день как вышел,
еще одного человека зарезал.
-Я представляю,
как переживает Михаил Юрьевич.
-Да, он у нас трепетный.
-Ну, может быть,
мне как... зайти...
...поддержать его?
Вы как думаете?
-Я?
-Ступайте, спасибо.
-До свидания.
-Это древнеиндийский
философский трактат,
и, напечатав его на своей странице,
я ничем не нарушу
условий нашего договора.
-Что ж вы к нам прицепились,
заняться нечем?
-Абсолютно.
Тем более сейчас,
когда гитара разбита.
Где же Ольга?
Прячется она от меня, что ли?
-Ольге не до вас.
-А до кого-с?
-До графа Кайгородова.
-И чем же он лучше меня?
-Ничем.
Вот, полюбуйтесь.
Этот хам разбирает Ольгину статью,
унижает и наши принципы,
и саму Ольгу.
Думает, что это все очень остроумно.
-Ну, это ж клевета!
Ну, это чистой воды клевета.
Можно подавать в суд.
-Я предлагала.
Ольга говорит, что для
него это слишком просто.
-Что здесь делают газетчики?
-Господин Кайгородов,
почему в Цюрихе и в Берлине
женщины получают образование
наравне с мужчинами в университетах,
а у нас нет?
-В России больше не осталось проблем?
Это единственная?
-Господин Кайгородов.
-Что еще?
-В России есть проблемы,
но главная из них - это вы.
ВЫСТРЕЛ
-Ты где ходишь, а?
-Я не хожу. Сижу пишу, работаю.
-Не прикидывайся.
До этого полдня где шлялся?
-Ну да, я сам виноват,
нужно было все-таки прийти на работу.
-Что случилось?
-У моей тетушки случился жар,
она не могла уснуть, задыхалась.
Я побежал искать врача.
Затем я его нашел и пришел
с ним утром домой,
и, в общем, все утро не спал.
Потом случайно уснул, проснулся
в ужасе и побежал на работу.
-Молодец. Почти, почти грамотно.
Но ты тянешь событийную линию,
поэтому апеллируй подробностями,
деталями, дави на чувства.
Боря!
Тебя повешу. Продолжай.
Когда тетя лежала в постели, я держал
ее за руку и рассказывал ей сказки,
которые она читала мне однажды
в детстве, моем глубоком детстве.
А у врача была бородавка на шее,
и она в полном бреду потянулась к...
-Все, все, уйми фантазию.
Значит так, поедешь
к Родиону Рыднику.
Пообщаешься там с соседями,
с сестрой, узнаешь, кто к нему
приезжал после суда,
куда он ушел.
В общем, сориентируешься
там по обстоятельствам.
-Понял.
-Да, кстати, тетку твою видел,
сказала, ты с утра на работу пошел.
Сдачу вернешь. Иди.
Фантазер.
СТУК
-Михаил Юрьевич, вы дома?
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
КРЯХТЕНИЕ
ШУМ
-Аглая Сергеевна!
Михеич сказал, барышня ищет.
Я думаю, кто меня ищет.
-Я квартиры не знаю.
-Спросили бы у Михеича.
-Ну, это как-то неловко
без приглашения.
Я вот вам принесла,
вы в прошлый раз у меня забыли.
Я просто здесь мимо
проезжала, рядом была.
Вот, это ваше?
-Нет.
-Нет? А чей же тогда?
Извините за беспокойство.
-Стойте, куда же вы?
Хотите чаю?
-Чаю?
-Вы ведь озябли? Сегодня прохладно.
-Прохладно?
Да, я озябла.
Если вас это не затруднит,
я бы выпила одну чашечку чая
с удовольствием.
-Ну что вы, конечно нет.
Прошу вас.
-Это ты внес залог?
Роскевич, мне не нужны твои деньги.
-Оля!
-Мне не нужна твоя помощь,
Роскевич.
-Садись, садись.
-Лучше в тюрьму.
-Мы сами в ответ подаем на него
в суд, потому что ты была оскорблена
и оклеветана как человек
и как женщина!
-Это одно и тоже.
-Не придирайся!
Ты была крайне взволнована,
в состоянии аффекта.
Ты помнишь, как все было?
-Конечно помню.
-Вот нет, ты не помнишь!
Ты не помнишь, как у тебя оказался
этот дурацкий пистолет, в тот момент
тебя захлестнула волна обиды.
-Ну уж нет! Роскевич!
Мерзавец.
-Подонок.
-Поползун.
-Жук?
-Сволочь.
-Да. Утварь.
-А ну-ка, не трогай
меня, Роскевич.
-Трогай, трогай.
-Так, Роскевич!
-Ну, мы с вами в тот вечер
так душевно беседовали,
мне так показалось.
-Очень душевно.
-Но вы с тех пор
так ни разу ко мне и не зашли.
-Хотел, но думал,
это не очень уместно.
-Почему же?
-Это могло быть воспринято,
а вы же не одна, и...
-Почему не одна?
-Ну, ваш управляющий...
-Марк?
Он давно уехал.
-Да?
-В тот же вечер из зала суда.
Я была в суде.
Ваша финальная речь,
она прекрасна.
-Из-за этой прекрасной речи
погиб человек.
Слышали, ночью в трактире?
-Слышала. И...
...вы не должны себя винить.
-Я ошибся. Мой подзащитный
либо серьезно болен,
либо хладнокровный убийца.
В любом случае в смерти
этого человека есть моя вина.
-Так!
Борис, кажется?
Интересная получается ситуация:
господин Андронов, защищая хозяина
сгоревшего склада, посылает своего
помощника по адресу человека,
который убил управляющего.
-Нет, я...
-Значит, он тоже подозревает,
что его подзащитный
мог оплатить убийство.
А в суде он будет утверждать,
что это исключительно
случайное совпадение.
-У меня тут знакомый живет.
-Молодой человек, вы,
если хотите стать адвокатом,
научитесь врать,
иначе карьеры не получится.
-Вы же вроде в Москве должны быть?
-А мне у вас понравилось,
я решил остаться.
-Навсегда?
-Надолго.
-А семья приедет?
-Жена умерла этой зимой, а дочь
уже взрослая, у нее своя семья.
Вы сегодня обедали?
-А чья была идея перевезти
товар на новый склад?
-Да Оськина. Сказал, так меньше
за хранение заплатим.
Ну, я проверил, все верно.
-Товар спрятать в укромном месте,
на новый склад перевезти
пустые ящики и их сжечь.
Это будет версия обвинения.
Затем, испугавшись, что на допросе
на него надавят
и он все свалит на вас, организовать
убийство Осипа Гриштера.
Прокурор обвиняет вас в поджоге.
Вы обращаетесь ко мне, чтобы я
присутствовал на допросе Гриштера,
якобы не подозревая,
что допроса вовсе не будет.
-Друга убить, чтоб шкуру свою спасти?
Если б кто три дня назад сказал,
что меня, Фортунатова,
в этом обвинять будут...
УДАР
-Он сидел на этом месте.
-Кто?
-Человек, которого убил
Родион Рыдник.
Точно так же, как вы,
сидел, ел.
Его звали Осип Гриштер.
Он должен был утром давать показания,
в которых мог сдать
своего подельника.
Но вдруг появился Рыдник
и зарезал его.
Скажите, Борис, вы верите
в такие совпадения?
-Всякое может быть.
-Вот-вот.
Именно так господин Андронов
и будет говорить в суде.
Мало того, он еще приведет примеры
удивительных совпадений,
а присяжные будут сидеть,
слушать и кивать.
А вот теперь ответьте мне,
только честно,
лично вы верите,
что это случайность?
Вы меня, конечно, извините,
но я думаю, что из вас
не получится хорошего адвоката.
Вы проще и честнее, и вы никогда
не сможете манипулировать присяжными,
как это делает Андронов
и уж тем более Роскевич.
-А прокурор из меня выйдет?
-Прокурор?
Ишь куда вы.
Впрочем, мы с вами в чем-то похожи,
я тоже терпеть не могу
этих судебных игрищ, но что поделать,
таковы правила.
Вы ешьте, ешьте.
О, мне пора, у меня важная
встреча с коллегами.
Да, а Николаю Ивановичу
не следует говорить,
что мы с вами обедали.
Он может это не так понять.
-Скажите, вы пошли со мной обедать,
потому что я напомнил
вам вас в молодости?
-Ну, так глубоко я не копал,
хотя возможно.
Хороший ты парень, Борис.
Поболтаем еще.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Благодарствую.
-Попрощаться зашли? Я же сказал,
мне адвокат не нужен.
-В любом случае по закону вам положен
государственный защитник.
И это снова я.
Кто-то просил вас убить
того мужчину в трактире?
-По-моему, нет.
-Просто захотелось воткнуть ему нож
в сердце? Помутнение нашло?
-Помутнение?
Не помню.
-Я говорил с врачами о вашей сестре.
Ваша жертва бессмысленна,
она все равно умрет.
Котов! Котов!
-Назад!
КАШЛЯЕТ
-Не знаю, что на меня нашло,
извините.
-Я же сказал, нельзя,
не положено.
Он же двоих уже.
-Где сестра?
-Она взрослая и мне не докладывает.
-Все, все, идемте!
-Все уже за столом.
Ты можешь отвлечься от своих мыслей
ради семейного ужина?
-Могу. Скажи, помнишь
того пьяного мужчину
у нас в гостиной?
-Капитон Карпович.
-Да. Как ты думаешь,
мог он организовать убийство?
Придумать план, найти исполнителя
с подозрением на душевную болезнь?
-Почему ты спрашиваешь?
-Ну, ты у нас замечательно
разбираешься в людях,
вот хотел сравнить ощущения.
-Ну, он бы мог убить в пьяной драке,
в порыве бешенства.
Но придумать и осуществить
какой-то хитроумный план...
-Мда, мда...
-Ну, или твой Капитон Карпович
намного хитрее, чем он кажется.
-Наверное.
-Соседка видела, как в дом Рыдника
приходил незаметный мужчина
среднего роста. Сестра осталась
в квартире, а Родион с мужчиной
спустились во двор,
где о чем-то беседовали.
-Позвольте, а зачем вам
эта информация по моему делу?
-Поздно вечером Рыдник посадил
сестру в экипаж, стоящий во дворе,
который отбыл
в неизвестном направлении,
а сам отправился в трактир,
где зарезал Осипа Гриштера.
-Ну, дело за малым, осталось
найти в столице России
неприметного мужчину
среднего роста.
-Той же ночью в подъезде дома
в двухстах метрах от дома Рыдника
был обнаружен мертвым
мелкий мошенник Игнат Бобриков
с разбитой головой
и следами удушения.
-Я это знаю. А с чего вы решили,
что это тот самый мужчина?
-Соседка опознала - это тот мужчина,
который беседовал с Рыдником.
-Вы так и не ответили, зачем вам
информация по моему делу.
-Вы знаете, а это самый мой большой
недостаток: я очень люблю работать.
Да, а теперь по поводу пожара
на складе.
-А, так вы и моим делом
занимаетесь?
Филипп Игнатьевич, я вас правда
очень уважаю, но это мое дело,
я сам им займусь, простите.
-Вот, господа, теперь я знаю,
почему у вас в городе
раз за разом выпускают
на свободу убийц.
Вы знаете, когда я выступал
в суде против Роскевича,
ему помогали его друзья-адвокаты.
Они, в отличие от вас,
не мерялись своими амбициями,
а делали одно общее дело.
Итак, я думаю, что для всех очевидно,
что убийство Осипа Гриштера
и пожар на складе следует
объединить в одно уголовное дело.
-Да? И кто будет обвинителем
по этому делу?
-Какая разница, кто?
Я о чем здесь распинаюсь уже полчаса?
Кто бы это ни был, он может
рассчитывать на мою поддержку.


Серия 6

-Оклеветанная, униженная,
моя подзащитная потеряла связь с реальностью.
Она не осознавала, что делает,
и не помнит тот злосчастный день,
когда струей черно-коричневой
жидкости выплеснула свой гнев
в лицо господина Кайгородова.
-Виктор Ильич!
Послушайте, нет ни зрителей, ни присяжных.
Для кого этот спектакль?
Вы прекрасно знаете, кто такой
Кайгородов, какие у него связи.
Вы уверены, что подача вами
встречного иска -
это правильное решение?
-Если этот напыщенный индюк думает,
что ему все позволено...
-Он еще и злопамятный.
Никому не пожелал бы такого врага.
Послушайте, мой вам совет,
договаривайтесь.
Я думаю, что публичных извинений
будет довольно.
-Хорошо, мы подумаем.
-Не о чем думать.
-В прошлом году какие-то босяки
избили журналиста Шейнина.
Он остался калекой, а нападавших
так и не нашли, понимаешь?
А он собирал материалы о Кайгородове,
о его махинациях в министерстве.
-Шейнин про кого только ни писал,
у него полгорода враги.
-Хорошо, а если этих босяков нанял
Кайгородов? Может, мы погорячились?
-Всё уже, погорячились.
Если этим фуфырям потакать,
они совсем обнаглеют.
-Да потише ты!
-Три года назад у Анфисы Рыдник
диагностировали чахотку.
Брат водил ее по врачам, даже в Крым
ездили. Вроде стало полегче.
А месяц назад опять ухудшение.
Он любил ее, жалел с детства.
Прошлой зимой выгнал женщину,
с которой жил,
за то, что назвала сестру уродкой.
Спустил с лестницы,
та потеряла ребенка.
-Идет.
-Меня ждешь?
Борис, узнал что-нибудь?
-У его сестры чахотка была три года,
потом пошли ухудшения,
потом было всё нормально,
потом опять ухудшения, да и сейчас...
-Так.
-И до сих пор.
-Всё?
-И еще он женщину выгнал за то,
что она назвала его сестру уродкой.
Он ее скинул с лестницы.
Она летит кувырком и кричит:
"А, Родион, как же так?!
Я же под своим сердцем
ребенка нашего ношу!"
-Ну, эту историю я слышал от Михаила,
правда, не с такими душераздирающими
подробностями.
Борис, ты вообще туда ходил?
С сестрой разговаривал? С соседями?
-Да, конечно. Вчерась весь день...
-Борис!
Вчера. "Вчерась" - такого слова нет.
-Ну, я и говорю, вче...
Весь день ходил, и никого не было.
-А весь день, это сколько?
-Раз семь.
Ну, если честно, восемь.
-Восемь раз ходил
и никого не встретил.
-Сестры, правда, нет,
он ее куда-то отправил.
Ты уже знаешь, что наши два
дела объединили?
-Да, и думаю обсудить с тобой
стратегию.
-Извини, Коля, но здесь я тебе
вряд ли смогу помочь.
-Пирожки, калачи только из печи!
А кому пирожки да булочки?!
Пирожки, калачи! Угощайся!
Филипп Игнатьевич?
А я смотрю - вы, не вы?
Да вроде, думаю, вы.
Дай, думаю, подойду поздороваюсь.
Вроде не чужие люди.
-А?..
-А вы сестрицу мою знавали.
В Вышнем Волочке при суде работала.
Ефросинья Волохова.
-А, припоминаю, припоминаю. Как она?
-Померла лет пятнадцать уж.
-А! Очень жаль.
Вы извините, я тороплюсь.
-Я на рынке работаю недалеко,
вы приходите.
-Непременно.
-Я вам про племянника расскажу.
Фрося-то родила аккурат через
9 месяцев после того, как вы уехали.
Кому пирожки?
-Где-то месяц назад Рыдник водил
сестру к доктору Старцеву.
Тот рассказал, что за границей
чахотку успешно лечат пневмотораксом.
-Что это?
-Закачивают воздух в легкие
в конкретные участки.
Итальянцы придумали.
У нас этого нет.
Доктор дал адреса больниц,
но ясно было, что Рыдник
таких денег не найдет.
Лечение, санаторий, лечение.
Всё за границей.
-Так. А он получил деньги за убийство
Осипа Гриштера
и отправил сестру на лечение?
-Я в этом почти уверен.
Взял у доктора Старцева адреса
больниц, где лечат пневмотораксом,
отправил телеграммы.
Думаю, найду Анфису в одной из них.
Я буду давить на мотив спасти
от смерти любимую сестренку,
но не смогу отрицать,
что это спланированное убийство.
-Сначала нужно доказать, что это
спланировал и оплатил Фортунатов.
Это мог сделать кто угодно.
Правильно?
-Обоснованное сомнение.
Что тебе еще остается?
-А если это Фортунатов,
и присяжные его оправдают,
то убийцу опять на волю выпустят?
Ну, если он виноват, то нужно
наказать. Не выпускать же всех убийц.
-И откуда здесь этот мальчик,
прокурор подослал?
-Да похоже на то.
Что с тобой, Боря? Раньше
дурацких вопросов ты не задавал.
-Ну, почему дурацкие?
Просто хочу понять.
-Знаешь, сколько людей до судебной
реформы было отправлено на каторгу
за преступления,
которых они не совершали?
В пять раз больше, чем сейчас.
Потому что теперь есть мы, адвокаты,
главная задача которых - не дать
посадить в тюрьму
невиновного человека.
А если человек действительно виновен,
это должен доказать прокурор.
Ну, правильно?
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Прошу.
Проходите.
А, вот, Филипп Игнатьевич,
кричал на продавца,
нарушал общественный порядок.
-Да не кричал я, торговался.
Ну, все так торгуются.
-Картошкой зачем швырялся?
-Так она ж совсем гнилью была.
Назад в мешок бросил.
-Бомбисты тоже с картошки начинали.
-Ну что же, выбор у вас,
откровенно говоря, невелик:
месяц тюрьмы
или ответить на мои вопросы.
Вот этот человек недавно был в доме
Николая Ивановича Андронова.
Вы наверняка его видели.
Мне нужно знать, когда Фортунатов
пришел, когда ушел,
и о чем они с Андроновым
разговаривали.
-Я хозяйские разговоры не слушаю.
-А вот если в этот раз вы хотя бы
краем уха слышали разговор,
это бы вам очень помогло
избежать тюрьмы.
Николаю Ивановичу вы не навредите.
Или всё-таки в тюрьму?
-Когда он пришел,
Николая Ивановича не было дома.
Я говорю: "Приходите завтра
на работу".
А он: "Завтра, - говорит, - мол,
поздно будет".
-Ну вот, прекрасное начало.
-Николай Иванович!
Так что по Рыднику?
Мне идти на двор узнавать?
-Во двор, Боря.
-Во двор.
-Нет, займешься Фортунатовым.
Соседи, друзья, родные - все, с кем
могли быть хоть какие-то конфликты.
-По работе тоже?
-Нет, по работе я сам.
Борь, ну, чего ждем?
-Да мы вместе работали, но...
Четыре мужика в равных долях.
Ясно было, что разбежимся.
-Вашему торговому дому 10 лет, так?
-Уже одиннадцать.
-Одиннадцать...
Одиннадцать лет назад вы поделили
капитал на четыре части.
Кто-нибудь из ваших друзей разбогател
так же, как и вы?
-Мне повезло.
Торговал молочной мукой.
Сначала-то ее плохо брали.
Потом случилась шумная история,
может, слыхали?
У сестры императрицы молока не было.
С десяток кормилиц сменили.
Чуть пососет - весь пятнами, орет.
Думали, помрет пацан.
Ну вот, моей молочной мукой выходили.
С тех пор дела в гору пошли.
-Угу. Ну, а у ваших компаньонов
как дела складываются?
-Оська через год разорился.
Даром что жид, торгаш никудышный.
Но зато человек хороший.
Куда его денешь?!
Взял к себе управляющим.
-Ну, а остальные два?
-Лука с Акимом торгуют.
-Может, случались конфликты тогда
или сейчас?
-Ссорились, ругались,
ну, так, выпили - забыли.
-Понятно. Вот оно как выходит.
Поделив капитал на четыре части,
вы начинаете работать отдельно.
А одиннадцать лет спустя двое
остаются примерно на том же уровне,
а один и вовсе у вас на зарплате.
И только вы - известный, успешный.
И никто не завидовал, не злился?
-Ты о чем говоришь, Николай Иванович?
Ведь мы вчетвером с детства.
Да и сейчас, если надо, помогаем.
Денег попросят - даю.
Даже не думай в эту сторону.
ИГРИВАЯ МУЗЫКА ШАРМАНКИ
-Что такое?!
-Это что здесь вообще такое
происходит?
-А вы не волнуйтесь,
ничего не пропало.
Я специально сижу, вас дожидаюсь.
Поступил звонок, что по этому
адресу - штаб-квартира бомбистов.
-Что?
-Готовится покушение.
Обязаны были проверить.
-Я тебя по судам затаскаю, понял?
-Какая подлость!
-Просили передать,
что это ваше право - писать жалобу.
Только мы ничего не нарушили,
все по инструкции.
-Роскевич!
-Сигнал оказался ложным,
но нам надо было проверить.
-А убраться у вас по инструкции
не положено?
-По инструкции не положено.
-Так...
Роскевич, это что,
первое предупреждение?
Фу-у!
Я тоже нашла, с кем связаться.
Тебя еще втянула.
Роскевич, не нужен
этот встречный иск?
-М-м?
Чтоб он и дальше продолжал
безнаказанно унижать людей?
Оль, ты, как обычно,
думаешь только о себе.
-Хватит шутить, Роскевич.
Ну хорошо, а что мне грозит?
Штраф, месяц тюрьмы, что?
С таким адвокатом, как ты!
Ну хорошо, напишу там статью, как
живется женщине в российской тюрьме.
Мне страшно.
-Ты можешь меня один раз в жизни
послушаться?
-Один раз могу.
-Тогда ты сейчас уедешь отсюда,
а я сам с ним разберусь.
Всё, мы встали на тропу войны!
-Шовинист!
-Я давно не музицировала.
-Вы прекрасно играли, с душой,
а это главное.
Пелагея говорила,
вы и картины писали?
-Это совсем чуть-чуть,
это было давно, и для себя.
Ну что мы всё обо мне, да обо мне?
Вы опять взялись защищать
Родиона Рыдника. Зачем?
-Это моя работа.
-Но вы же можете отказаться.
Вы переживаете из-за того,
что случилось,
и хотите как-то исправить ошибку?
-Для начала понять, где я ошибся.
Пока только больше запутался.
МУЖСКОЙ СМЕХ
-Это Юрий с друзьями приехал.
-Он остался в России?
-Да, это было моим условием.
Только так я согласилась принять
на себя его долги.
Ему нельзя быть одному за границей,
он начнет опять играть. Он болен.
-Сюрприз! Аглаюшка, у нас гости.
-Юрий, подлый обманщик, где же
обещанное мне веселье?!
СМЕХ
-Михаил Юрьевич, здравствуйте.
Здравствуйте.
А вы здесь как, по делам или тоже
в гостях?
-Тоже. В гостях тоже.
И тоже рад вас видеть.
-Как мило, а вы всё так же сбиваетесь
и путаете слова.
Боже, как... как я скучала.
-Друзья, давайте выпьем!
-Шампанского?
-Жизнь прекрасна и удивительна!
-Я устала, пойду отдыхать.
-Всю жизнь проспишь, сестренка.
Давай веселиться!
-Непременно. Как-нибудь в другой раз.
Веселитесь.
-За Варвару Авилову! За театр!
За Цирцею, ура!
Гип-гип, ура!
-Ура, ура, ура!
-Богиня!
-Михаил Юрьевич!
Мне кажется,
или вы меня избегаете?
-Дел много с утра.
-Даже не попрощались.
-Мне показалось,
вы говорили с кем-то.
-Вы ни разу не пришли ко мне
на спектакль.
-Ну, я хотел, но...
то одно, то...
-Вы очень помогли мне,
я хотела сказать спасибо большое.
Очень скоро мне понадобится помощь.
Я хотела спросить,
могу ли я рассчитывать на вас?
-Простите, очень спешу.
-Вот, полюбуйся! "Уйду, и всё тут".
Никуда ты не уйдешь.
-Чай не крепостной,
свободный человек.
-Ну, тут он прав,
мы его силой держать не можем.
Жаль, что уходишь, Порфирий,
мы тебя очень любим.
Ну, что случилось?
-Подлый человек я, Николай Иванович,
я не имею права здесь жить.
-Ну, сядь, сядь.
Рассказывай.
Может, всё ещё не так плохо.
Верочка!
Спасибо, милая.
Ну, в чем твоя подлость?
Не-не-не-не-не.
ПОРФИРИЙ ПЛАЧЕТ
-Господин Кайгородов?
Нужно кое-что обсудить.
Без свидетелей.
Виктор Роскевич,
адвокат Ольги Загорской.
-Я знаю, кто вы.
-Давайте закончим эту историю.
Вы снимаете обвинение -
мы отзываем встречный иск.
-А если я откажусь?
-Вам же не хочется,
чтобы разбирались,
все ли деньги государственные
пошли на усиление грунта
при прокладке дороги?
И не это ли повлекло за собой
страшную аварию, потрясшую Россию?
У журналиста Шейнина было желание,
не было юридической подготовки,
чтобы разобраться.
А у меня есть.
-Давно не встречал человека,
у которого хватает смелости угрожать.
-У меня ее даже больше,
чем вы думаете.
Статьей в газете
дело не ограничится,
я сам выступлю гражданским истцом
по этому делу.
Думаю, вы разумный человек
и понимаете, чем это обернется
для вашей и без того небезупречной
репутации.
-Завтра в час дня - это крайний срок,
когда вы должны отозвать
встречный иск.
-А если я откажусь?
-Я уверен, вы разумный человек,
и не станете проверять,
что будет, если вы откажетесь.
Поехали.
-Но, пошла, пошла!
-Господин Гущин!
Разрешите полюбопытствовать,
на каком основании вы оказали
давление на моего слугу?
Запугали его, наплевав
на все юридические нормы?
-Какие нормы?
Мы просто беседовали.
Я задал ему вопрос, он ответил.
Он мог бы не отвечать.
-Простите, а к делу
Капитона Фортунатова
вы-то какое отношение имеете?
-Никакого, Николай Иванович.
Я думал, что у вас принято помогать
друг другу.
Или это прерогатива исключительно
адвокатов?
Вы с друзьями на меня навалились
на последнем процессе, я еле отбился.
-Интересная у вас информация.
-Однако вы знаете, что она верна.
И я не понимаю, почему у вас вызвало
возмущение,
что я решил помочь
господину Гессеру.
-Филипп Игнатьевич,
а почему бы вам самому
не выступить против меня
на заседании?
Мы б продолжили с вами
нашу дискуссию,
только в рамках судебного прения.
-Вы знаете, я с нетерпением жду
нашу новую встречу.
-Взаимно. Прошу вас.
-Соскучился?
-Вы уверены?
-Присаживайтесь, Родион Михеевич.
Доктор Старцев дал вам адреса
трех больниц,
где могут помочь вашей сестре.
В какую из них поехала Анфиса?
-Не знаю.
-В экипаже, который вез ее на вокал,
была белая лошадь. Была?
-Не помню.
-Кучер одного из экипажей пропал.
Дома нет, на работу не вышел.
У него белая лошадь,
таких мало в городе.
Он вез вашу сестру на вокзал?
Вы уверены, что она села в поезд?
Много вам заплатили за убийство?
Все деньги отдали сестре?
Она ехала с большой суммой?
-Хватит. Устал.
СТУК В ДВЕРЬ
Дверь открой! Всё, поговорили.
-Газета, покупаем газету!
Свежие новости в газете!
"Судебный вестник".
-Когда загорелся склад, вы и ваш
управляющий Осип Гриштер были рядом?
-Я в трактире спал.
Где был Оська, не...
Осип Сильвестрович, не знаю.
-Трактир в ста метрах
от складских помещений.
Нет ни одного свидетеля,
который мог бы подтвердить,
что видели вас внутри непосредственно
в момент возгорания склада.
Но есть свидетель, который видел вас
и вашего управляющего
в самом начале пожара возле склада.
-Да не поджигал я!
-А кто поджег?
Осип Гриштер?
-Да что ты пристал?
-...который через день был убит
Рыдником,
так и не успев дать показания?
-Протест, Ваша честь. Домыслы.
-Да, да, конечно.
Подзащитный умело маскируется.
Так что его невозможно обвинить
в финансовой афере.
Но возможно доказать, что именно
господин Фортунатов
организовал убийство
своего управляющего.
-Пробуйте, Глеб Борисович.
-Господин Заварзин, ваш подзащитный
ничего не хочет рассказать?
-Мой подзащитный решил
воспользоваться своим правом
и отказаться от дачи показаний.
-Обвиняемый вышел из дома господина
Андронова в начале одиннадцатого.
По его словам, он сразу же пешком
пошел в дом терпимости.
Мы провели следственный эксперимент.
ШЕПОТ В ЗАЛЕ
А чтобы дойти оттуда
до дома терпимости,
даже нетрезвой походкой,
нужно, ну, где-то полчаса.
А он пришел туда
в начале двенадцатого.
-То есть вы отказываете человеку
в возможности остановиться, подумать,
оправиться, в конце концов.
Это негуманно, Семен Фролович.
СМЕХ В ЗАЛЕ
-Господин Андронов, у вас будет время
задать вопросы. Продолжайте.
-Благодарю.
Тогда мы провели другой эксперимент.
Мы пришли к подъезду,
где примерно в то время был задушен
мелкий мошенник Игнат Бобриков,
и только потом - к дому терпимости.
Именно этот путь
и составил около часу.
-Потрясающий эксперимент!
Вы могли еще пройти вдоль канала,
дойти до Невского.
Меня всегда забавляли
следственные эксперименты,
которые ровным счетом
ничего не доказывают.
-Господин Андронов, а вы сами
не хотите узнать,
как именно связан покойный Бобриков
с вашим подзащитным?
-Представьте себе, я и сам знаю.
Никак не связаны.
Но у вас, по-моему,
совсем другое мнение?
-Да, вы правы.
Соседка Родиона Рыдника опознала
в покойном Игнате Бобрикове человека,
который беседовал в день убийства
во дворе с Рыдником.
А той же ночью Бобрикова
нашли задушенным
в двухстах метрах от дома Рыдника.
Скажите, пожалуйста, как вы можете
мне это объяснить?
-Я могу объяснить.
-Пожалуйста.
-Для чего же я показывал схему?!
Экипаж, в котором ехала
Анфиса Рыдник, сестра обвиняемого,
как только выехал со двора,
был остановлен мужчиной.
И он увел куда-то эту Анфису.
А Фортунатов к этому времени мог...
-Куда увел?
-Сядьте.
-Протест, Ваша честь.
-А, да, да. Конечно, господин
присяжный поверенный прав,
вы не могли этого видеть.
-Извозчик видел.
Он, собственно, и рассказал.
-Точно, у нас же есть
еще один свидетель - извозчик,
который вез на вокзал Анфису Рыдник.
Несколько дней мы прятали
на конспиративной квартире
важнейшего для нас свидетеля,
опасаясь за его жизнь,
потому что все остальные свидетели,
увы, к сожалению, мертвы.
-Кричит: "Стой!"
И к девчонке.
"Просили передать, что надо бы всё же
бумаги подписать. Большие деньги".
-А вы успели разглядеть лицо мужчины?
-Очень темно было.
-А посмотрите внимательнее,
этот мужчина остановил ваш экипаж?
-Протест, Ваша честь.
-Протест принят.
-Можете не отвечать.
-Хорошо.
Скажите, пожалуйста, что было дальше?
-Ушли, всё, больше не вернулись.
-Мы осмотрели ближайшие территории:
жилые дома,
технические помещения,
разного рода другие строения,
также подсобные помещения,
и в одном из подвалов мы нашли
тело женщины со следами удушения.
Родион Михеевич, скажите, пожалуйста,
вам знакома эта женщина?
-Сестра.
Сестра!
Убью, сволочь, убью!
-К порядку, господа, к порядку!
Тишина в зале!
СУДЬЯ ЗВОНИТ В КОЛОКОЛЬЧИК
-Вот теперь присяжные
на сто процентов уверены
в виновности Фортунатова.
-А ты не уверен?
Может, Рыдник что-то вспомнит?
Сказал, всё расскажет,
готов дать показания.
-Ничего он не вспомнит.
Все, кто что-то знал,
давно уже мертвы.
-Признайся, ты натравил
своего подзащитного на Колиного?
Ну, это блестящий ход.
Присяжные просто плачут от умиления.
Как он любил свою сестру!
И наверняка срок будет меньше.
-Да, я понимаю,
у тебя дела очень плохи.
Тебе нужен фокус. Фьють!
А без фокуса ты проиграешь.
Хочешь, подумаем вместе?
-Подумаем, подумаем.
-А у тебя что?
-Тишина. Срок ультиматума истек,
и ничего.
-Может, этот индюк хотел напугать?
-Ольга говорит то же самое.
Думает, что я ее спрятал,
чтобы вести разгульную жизнь.
-А это не так?
-Ты серьезно? И ты туда же?
Единственное, о чем я думаю в данный
момент, это ее безопасность.
-Угу.
СМЕХ
-Ну, присяжные бы поверили.
-Поверили бы.
-А может быть, нам выпить
шампанского?
-Витя, Витенька!
-А это моя девица, она мне нравится.
-Послушайте, Венера Милосская мне
тоже нравится,
но, к сожаления, она общая.
Тут столько прекрасных девушек.
-А я хочу эту.
Я привык получать то, что хочу.
-Ты иди, я сейчас.
Послушайте, ну, это же глупо.
-Вы назвали меня глупцом.
Вам придется ответить за свои слова.
Или признать, что вы трусливый щенок.
Я жду.
Хочу понять: мужчина вы
или ничтожество,
которое можно унижать безнаказанно.
-Корнет Епишев - лучший стрелок
в своем полку.
Три дуэли со смертельным исходом,
в пяти противник тяжело ранен,
а Витя пистолета в руках не держал.
-Где, когда?
-В девять утра на Черной речке.
-Ох и мразь этот Кайгородов.
Нет, Вите стреляться нельзя,
это самоубийство.
Надо как-то отговаривать.
-Я что, не пытался?
"Дело чести. Лучше умереть,
чем жить трусом".
-Мат.
-Николай Иванович,
я могу быть свободен?
-Да, конечно.
Хорошее у тебя пальтишко, Порфирий,
хорошее.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Доброе утро, господа.
Вы первые, так что ждем.
Время еще позволяет.
-Да-да, конечно, ждем.
-Жаль, в Бога не верю, помолился бы.
-Я за тебя помолился.
-Спасибо, что Николаю не сказал.
Он бы сделал всё,
чтобы это не состоялось.
А для меня это важно, понимаешь,
дело чести.
-Ну вот и всё. Вот и всё.
-Здравия желаю.
-Здравия желаю.
-Благодарю вас.
Как распорядитель дуэли, я вынужден
вам сообщить: вчера произошла драка,
в результате которой корнет Епишев
прибыть на дуэль не может.
-Как не может?
Да он трус!
-Он офицер!
-Он офицер? Да он должен был
приползти на дуэль!
Он что, не может нажать на курок?
-Он не может. Если бы была хоть
малейшая возможность...
У него переломаны все пальцы.
И как распорядитель, я вынужден
дуэль отменить. Честь имею!
СМЕЁТСЯ
-Бывает же такое!
Кому рассказать, не поверят.
-Ты не смел, слышишь, не имел права!
-При чем здесь я?
-А кто? Николай?
-Руки ему сломал? Ты смеешься?
Повезло просто.
ЗВОН ФУЖЕРОВ
-Мужчина, говорю, вы трусливый щенок!
-Прямо так и сказали?
-Да. В любом, так сказать, состоянии,
с двадцати метров
попадаю воробью в зад!
СМЕХ
Господа, сейчас приду.
-Ну так что, он прострелит его
с десяти шагов.
-Что же вы, ваше благородие,
до сортира двадцать шагов,
а вы прям здесь у входа?
Пахнуть же будет...
-Пошел вон!
Пошел вон, или я тебя пристрелю.
Ай!
-Если успеете, ваше благородие.
ЗВОН ФУЖЕРОВ
-Ольга, ты победила!
-Мы! Мы победили!
-Присоединяйтесь, Виктор Ильич.
-Спасибо, спасибо, я буквально
на секунду, выразить удивление.
В макете ближайшего номера
не обнаружил своей страницы
с иллюстрациями
к древнеиндийскому трактату.
-Я подумала, что после того, что нам
довелось пережить, вы не...
-Зря, зря подумали. Будьте любезны,
верните всё на место,
иначе в понедельник к вам явятся
судебные приставы.
-Опять начинаешь?
-А я и не заканчивал.
-А ну-ка стоять! А то опять
целый день не жрамши.
-Теть Настя, я на службу опаздываю.
-Подождет ваша служба.
Уделите мне двадцать секунд.
Хотел, чтобы вы прочли.
"Записки писателя".
Федор Михайлович пишет об адвокатах,
вскрывает всю суть
этой неоднозначной профессии.
-А я читал.
-А вы еще раз прочтите,
и повнимательнее.
Очень неглупый был человек.
А я как-нибудь зайду,
и мы с вами обсудим. Вы не против?
-Не против.
-Трогай.
-Убью его.
С каторги сбегу и убью.
-Возможно, из больницы.
Двое из трех экспертов
всё же склоняются к мысли,
что вы психически не здоровы.
-А оттуда еще легче.
-Вы хотите наказать
лично Фортунатова
или человека, который виновен
в смерти вашей сестры?
А если это не Фортунатов?
-А кто?
-Возможно, кто-то использовал вас
и вашу сестру,
чтобы отправить его в тюрьму.
-После убийства сестры
Рыдник рассказал всё, что знал,
на суде повторит, что за убийство
вашего управляющего
Игнат Бобриков заплатил ему
пять тысяч рублей со словами,
что "Капитон Карпович
больше дать не сможет".
-Да я знать не знаю,
кто этот Бобриков.
Ну, а девчонку-то я зачем задушил?
-Из-за денег. Чтобы вернуть деньги,
которые потратил на убийство.
Только не говорите, что для вас
это не деньги.
Обвинение обязательно раскопает
газету со статьей,
где вы говорили, что у вас каждая
копейка на счету.
-Это что ж я за человек-то получаюсь?
За тридцать тысяч
пустой склад спалил,
а девчонку - за пять удавил?
-То есть деньги для вас не главное?
-Они ни для кого не главное.
-Угу.
-Только не все еще об этом знают.
-А ваши партнеры бывшие знают?
На комоде в середине стояла.
Значит, этот снимок для вас дорог.
-Филипп Игнатьевич.
-А я смотрю, вы никак не дождетесь
нашей беседы
в рамках судебных прений?
Ну, о чем будем спорить?
-Ни о чем.
Хотел попросить вас об услуге.
В данном случае мы
не по разные стороны закона.
-М-м! Значит, у вас в столице
и прокуроры помогают адвокатам?
Вот почему вы всё время выигрываете.
-Необходимо вмешательство
правительствующего сената
с просьбой о помощи полиции
иностранного государства.
Ну, еще кое-что по мелочи:
доступ к архиву полиции
и еще одно.
-Основания?
-Основания, я думаю, есть.
Прошу.
-Бобриков сказал, что встретит меня
в кабаке в рыжем парике.
Толкнет, поскандалит. Это для врачей,
потом, когда я зарежу этого рыжего.
Экспертиза решит, что я псих,
отправит в больницу, а не на каторгу.
-Родион Михеевич, вы понимаете,
что эта информация может сыграть
против вас?
-Мне всё равно.
-Вы понимаете, что только что
прибавили несколько лет
к своему сроку.
-Я сказал правду.
-Благодарю вас.
Он сказал правду.
И для него безразлично,
к каким последствиям это приведет,
потому что после смерти сестры,
ради спасения которой
он пошел на убийство,
жизнь для Родиона Рыдника
потеряла какой-либо смысл.
-Протест, Ваша честь.
Давление на присяжных.
-У меня всё.
-Поздравляю, господа,
вы присутствуете на удивительном
заседании.
Пожалуй, впервые в моей
адвокатской практике,
когда со стороны обвинения
не прозвучало ни одного факта,
подтверждающего вину моего
подзащитного, сплошные домыслы.
Якобы мой подзащитный обрубил
все концы и убил всех свидетелей.
А вам ни разу не пришла в голову
мысль,
что это мог сделать кто-либо другой,
так, чтобы подозрение пало
на моего подзащитного?
-А вы знаете, я ждал этого вопроса
от вас.
И вы лучше нам скажите, кто же
этот загадочный незнакомец?
-Восхищаюсь вами, господин Гессер.
Без единой улики, выстроив обвинение
по типу, "ну, кто, если не он",
мы смогли убедить общественность
в виновности моего подзащитного.
Сегодняшняя пресса.
Ни в одной газете ни одного сомнения
в виновности Капитона Фортунатова.
Боюсь, что и господа присяжные
того же мнения.
Я не сторонник,
чтобы присяжный поверенный
выполнял функции дознания
и следствия.
Но в данной ситуации
у меня просто нет выбора.
-Забегаю, кричу: "Звоните скорей,
зовите пожарных,
пока весь квартал не сгорел".
Потом выбегаю, смотрю,
этот уже там бегает.
И тот, которого в трактире зарезали.
-А скажите, вы видели кого-нибудь
еще тогда на улице до того,
как заметили пожар?
-Мужик какой-то на углу
на меня налетел.
Я ему говорю: "Куда прёшь?"
Он сразу отвернулся,
ничего не ответил.
Дальше иду, смотрю, склад горит.
-А почему вы раньше не рассказали
об этом мужчине?
-Никто не спрашивал. А я что,
мало ли кто по улицам шляется?
-Хорошо, скажите, он есть
на этой фотографии?
-Вот этот похож.
Борода тоже, нос кривой.
Точно не скажу, но похож.
-Спасибо, у меня больше нет вопросов.
-Ну, а что тут скажешь?
Перепутал, обознался.
Что он мог в темноте разглядеть?
-Ну, да. То есть вы хотите сказать,
что вас там не было?
-Я в это время уже сплю,
вставать рано.
-Николай Иванович, ну, вы же
понимаете, что это не доказательство,
что это всё несерьезно.
-Конечно понимаю.
Скажите, вы знаете такого мелкого
мошенника Игната Бобрикова?
-Может, и знаком, всех не упомнишь.
-Три года назад он пытался
реализовывать ваш товар
по поддельным документам Лифляндского
торгового дома. Вспомнили?
-А, этот?
Да, он тогда многих "обул".
-Но однако именно вы поймали его
тогда за руку, отвели в полицию,
даже фамилию его назвали.
Правда, потом от показаний своих
отказались,
даже сказали, что не будете писать
на него докладную.
Вот копия отчета
из полицейского архива.
-Пожалел человека.
Это что, преступление?
-Нет, конечно. Скажите, он оказывал
вам за это какие-либо услуги?
-Протест, Ваша честь.
-Хорошо, сформулирую вопрос
по-другому.
-Пожалуйста.
-Впоследствии вы видели
Игната Бобрикова?
-Нет.
-Хорошо, поговорим о работе.
Вы занимаетесь поставками
молочного шоколада, правильно?
Но это не так прибыльно,
как поставки молочной муки
для грудного вскармливания, которой
занимается Капитон Фортунатов.
-Ну, кому-то больше везет,
кому-то меньше.
-Угу. На следующий день после ареста
моего подзащитного
вы отправились в Бёрн.
Что вы там делали?
-Ну, вот на этот вопрос я не смогу
ответить - коммерческая тайна.
-Вынужден приоткрыть завесу
этой тайны,
потому что она напрямую связана
с нашим уголовным делом.
Швейцарская полиция опросила
управляющего компании "Нуовелатте"
господина Миллера. И он сказал,
что из Берна вы отправились в Вевё
для подписания контракта
на поставку молочной муки
для грудного вскармливания.
-Ах ты ж гнида, а!
-Не я, кто-то другой бы так всё равно
поступил. Это ж золотая жила.
-Ну, да. А накануне взяли кредит
в банке
буквально через несколько часов
после ареста Капитона Фортунатова.
-Да всем ясно было, что Капитон
в тюрьму пойдет.
Хотел первым успеть.
-Так торопились, что аж за месяц
до ареста Капитона Фортунатова
ездили в Вевё и обсуждали контракт
с господином Миллером.
Он сказал, что это не первая
ваша встреча.
-Предварительная.
Так, на всякий случай.
Я ж думал, а вдруг Капитон
от дел отойдет?
-Да он вроде не собирался.
Начиная работать самостоятельно,
вы с друзьями договорились,
что никто из вас не лезет в дела
бывших компаньонов. Правильно?
-И что, это что-то доказывает, а?
Может быть, это я склады поджигал?
Людей убивал?
-Нет, конечно. Зачем вы так говорите?
Не нервничайте, пожалуйста.
У меня последний вопрос.
Один из наших свидетелей видел вас
шестнадцатого числа
в одиннадцать часов вечера выходящим
из дома номер восемь
по улице Станционная.
-Не было меня там, не мог он видеть!
-Ну, конечно, тот свидетель, который
опознал вас у складов, мог ошибаться,
этот же - нет.
Кондитер Латышев, у которого вы
каждый год заказываете торт
на день рождения вашей дочери.
Он вас очень хорошо помнит.
Ночью в подъезде того дома был найден
задушенным Игнат Бобриков,
а позже в подвале того же дома -
Анфиса Рыдник,
и тоже со следами удушения.
Как вы объясните свое появление
по данному адресу
примерно через полчаса после того,
как неизвестный человек остановил
экипаж и увел во двор Анфису Рыдник?
ВОЗМУЩЁННЫЙ ШЁПОТ В ЗАЛЕ
Мой подзащитный как-то сказал,
что деньги в жизни не главное.
Но это может понять только тот,
у кого они есть.
Вас погубила жадность.
Вас и вашего подельника Бобрикова,
который также позарился
на эти злосчастные пять тысяч.
У меня все, Ваша честь.
-Браво!
-Браво!
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Браво!
-Браво!
-Господин Гущин, знакомый сказал,
что вы лично ходатайствовали в сенате
о сотрудничестве
со швейцарской полицией?
-Любезный, вы, видимо, не всё поняли,
что я говорил.
Да, мы не должны допускать того,
чтобы виновные были отпущены
на свободу,
но это не значит, что невиновные
должны сидеть в тюрьме.
-Вы хлопали ему, Андронову, я видел.
-Но ведь правда,
он сегодня был хорош?!
-Так, здесь ничего нового: блестящий
ум и огромное сердце, совесть нации.
Так...
О, вот тут интересно:
человек-правосудие.
Николай Андронов один взял на себя
функции всей юридической системы
и с блеском их выполнил, наглядно
показав остальным, как надо работать.
-Но он же не мог не знать, что будет,
если у тебя всё получится.
Почему он стал тебе помогать?
-Гущин-то?
-Теперь ты почти официальная икона
правосудия.
Честь и гордость Российской империи.
-Ну, тем ярче будет его победа.
Господин Гущин обещал выступить
обвинителем
на моем ближайшем процессе.


Серия 7

А расскажи еще про Цицерона.
-Тебе интересно?
-Очень.
-Давай книжку принесу, почитаешь.
-Лучше ты расскажи.
-В другой раз.
-А когда ты теперь?
-Денег накоплю и приду.
Ты не скучай.
-У нас на прошлой неделе
девчонка ушла.
Ей мужчина комнату снял.
Теперь она только с ним,
ни с кем больше.
Ищет другую работу.
-Повезло ей.
Не скучай.
-Так, и?
О-о!
-Это тебе напоследок.
-А жаль.
Жаль, я думал, это только начало.
-Цензцурный комитет арестовал остатки
тиража.
Штраф почти пять тысяч.
Газету закрыли пока на месяц,
но говорят, что уже не откроют.
Зато пошутил, да? Весело было?
-Тихо, тихо, тихо.
Вот как они ее закрыли,
вот так же они ее и откроют.
Мы пойдем в суд.
-Да никуда мы не пойдем.
Для тебя это все игрушки, Роскевич,
да?
Чего я хочу? Что меня волнует?
Тебе плевать на это?
-Откуда столько патетики?
-Витя, хватит, хватит шутить.
Я так больше не могу и не хочу.
Прощай, Вить.
-Как растение, колючий...
Нет, не колючий.
Ты появилась...
Ты продолжаешь меня тревожить...
Тревожишь меня и тревожишь...
СТУК В ДВЕРЬ
Да-да!
-Варвара Федоровна? Прошу вас.
-Зашла поздравить.
Все хвалят Андронова, но на прошлом
процессе вы были прекрасны.
-Три года тюрьмы вместо пожизненной
каторги или лечебницы.
-А...
Что у вас с голосом?
-А вы ничего не спросили про вуаль.
-А!
Боже мой!
Кто это сделал?
-Он негодяй, ничтожество.
Пожалуйста, пожалуйста,
помогите мне.
-Варвара Федоровна, умоляю вас,
не плачьте.
Ну конечно, я помогу.
-Я для них враг,
они меня и близко не подпустят.
А ты уже представлял их интересы
в суде.
Главное, чтоб газету навсегда
не закрыли.
И штраф они такой не потянут.
-В общем, нужна абсолютная победа?
-Это моя личная просьба.
-Ладно, я посмотрю, что можно
сделать,
если много времени не займет.
-Я тебе скажу, что там нужно сделать.
-Витя, я не могу тебе ничего обещать,
у меня будет сложнейший процесс,
мне надо готовиться.
У этого Голицына полстолицы
родственники.
-Стой, стой, стой, только не говори,
что ты будешь адвокатом Варвары
Авиловой.
-Я должен был отказать
в просьбе о помощи?
-Возможно.
-Ты бы видел, что он с ней сделал.
Мужчина, который поднимает руку
на женщину.
-Она врет, он пальцем ее не трогал.
-Откуда ты знаешь? Или ты будешь
представлять его интересы?
-Ну, при чем здесь это?
-А что тогда?
-Миш, не делай этого.
Уверен, все не так просто.
-Коля, все просто.
Если женщина просит о помощи,
мужчина должен помочь.
Простите, господа,
вынужден вас покинуть.
Не переживай, я изыщу время,
разберусь с закрытием газеты.
-Зря она это сделала.
забыла бы про нас,
жила бы своей жизнью,
тогда убийство, за которое
ее оправдали,
может быть, осталось не раскрытым.
-Есть какие-то мысли?
-Да только одна: что если наш
трепетный друг узнает о ней правду,
он потеряет веру в человечество.
-Что-то вы какая-то бледная?
Здорова ли?
-Все хорошо, Пелагея, спасибо.
-Да вижу я, что не все хорошо.
Какой день как ступнем пришибленная.
Это не мое дело, но Михаил Юрьевич
очень достойный мужчина.
И к вам он очень хорошо относится.
-Конечно, это не твое дело.
-Может, он занят чем.
Или навязываться не хочет.
Что сидеть-то?
Можно поговорить по-людски -
так мол, и так.
-Выйди, Пелагея.
-Я своего Федота сама захомутала,
так бы и ходил, сопли жевал.
-Мне уволить тебя?
-Да я бы сама ушла, только вас жалко,
пропадете тут без меня.
СТУК В ДВЕРЬ
А...
-Я думала, Михаил Юрьевич...
-А Михаил еще на работе.
Подождете его?
-Нет, спасибо.
-Да вы не стесняйтесь.
Мы ведь с вами знакомы.
Я была у вас дома. Помните?
-Как-нибудь в другой раз.
Я на минутку.
У нас намечается небольшой праздник
в честь выхода Юриной книги.
Пришла передать приглашение.
-Может, я угощу вас чаем?
-Нет, спасибо, я спешу.
-Дух, дух, выйди.
Ты хочешь разговаривать с нами?
-Это ты, Цицерон?
-Спрашивай.
-Цицерон, я люблю мужчину.
Он тебя уважает, ты же самый умный,
ты все знаешь.
Скажи, мы когда-нибудь будем
счастливы, я и он, вместе?
-Будете счастливы.
-Когда?
-Только один вопрос.
Теперь я.
-Кто здесь?
-Это я, Михаил Заварзин.
Мне нужно поговорить
с Аглаей Сергеевной.
Она все неправильно поняла,
мне нужно объяснить.
-Ночью?
-Пожалуйста, это очень важно.
-Ну, пойду узнаю.
-Спасибо.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Аглая Сергеевна, тут Михаил Юрьевич
приехал нервный весь.
Говорит, что-то должен вам сказать.
-Михаил Юрьевич? В такой час?
-Ну, стало быть, что-то важное.
Думаю, надо поговорить,
Аглая Сергеевна.
-Еще один вопрос, пожалуйста:
Этот мужчина - известный адвокат,
молодой.
От женщин отбоя нет, Виктором зовут.
А я...
Я продажная женщина.
Ну, Цицерон сказал,
что мы будем счастливы.
-Будете счастливы.
Будете вместе.
-Когда? Скоро?
-Не в этой жизни.
-После смерти?
-Что?
-Сказали, дома читайте.
-Спасибо.
Извините.
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
-А вот и я!
Всем шампанского!
Что такое? Не ждала?
-Я тебя всегда жду.
-Что-то случилось?
-Соскучилась.
Идем?
-Пойдем.
ВЫСТРЕЛЫ
-Мила!
Мила, ты здесь?
КРИК
-Тихо, тихо!
Мужиков распугаешь.
Тихо!
-Там... там убили.
-Господи, что сделала, дура?
И его, и себя.
-Все вон! Все вон, я сказала! Быстро!
Быстро, быстро! И тихо сидеть!
Доктор, сделайте что-нибудь.
-Что здесь сделаешь?
Черт знает что.
Живой.
-Живой?
-Носилки, быстро!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Как он?
-Еще оперируют.
Пуля прошла в миллиметре от сердца,
что-то там перебила, была остановка.
В общем, "положение критическое,
сделаем все, что сможем".
-Простите, господа, минуточку вашего
внимания.
Вы знали о пагубной страсти
вашего друга...
-Пошел отсюда вон!
-Тебе к вопросу об относительности
моральных ценностей.
Если бы доктор Старцев был примерным
семьянином
и не посещал подобных заведений,
то Витя сейчас был бы мертв.
-В заведениях подобного рода
хранение оружия запрещено.
В комнате был произведен выстрел
из оружия, так?
Значит, оно здесь что?
-Что?
-Что, было.
Это тебе, мать, так сказать,
не фунт изюма.
Это логика, логика.
Ну что, нарушение доказано,
можем вас закрывать
к чертовой матери.
А можем закрыть глаза на это вопиющее
нарушение
с учетом активной помощи следствию.
-Ой, Миш.
-Вы с ума сошли, сударь?
-Подавайте в суд!
С удовольствием напишу речь
о подлой природе журналистики!
-Миш!
-Живой. Без сознания.
Надежда есть.
Но даже если придет в себя,
ничего не обещаю.
-Чего не обещаете?
Кровь не поступала в мозг достаточно
долго.
Но, в любом случае, надо надеяться
на лучшее.
Езжайте домой, отдыхайте, держитесь.
-Я остаюсь.
Буду с ним здесь.
-Итак, кто знал о ее планах
застрелить себя
и застрелить своего любовника?
Зачем она это сделала?
И о том, что у нее хранился пистолет,
тоже никто не знает?
Сердечно благодарю за помощь.
Ну что, можем закрывать этот
клоповник.
-Ты мне что сказала, что она от этой
дуры пришла сама не своя?
-Грустная была.
Я ее спросила, она, нет, говорит,
все хорошо,
все равно мы с ним будем вместе.
-Так, так, так... а теперь
поподробней про дуру, имя, фамилия.
-Ну, кто ж это знает, все ее Слепой
Марфой зовут.
-Это та, которая покойников видит?
Мила часто к ней ходит...
ходила.
-И всегда возвращалась расстроенная?
-Нет.
Только в последний раз.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Господин Андронов!
-Я, да.
-Меня зовут Дарья Усова.
Вскоре меня обвинят в сговоре с целью
убийства вашего друга.
-Вы хотите, чтобы я стал вашим
адвокатом, так?
-Николай Иванович!
Я этого не делала.
-Прочли?
Так быстро?
-Аглая Сергеевна,
вышло недоразумение, и я бы хотел
объясниться.
-Это лишнее. Спасибо, что зашли.
Кто-нибудь, проводите Михаила
Юрьевича!
-Варвара Федоровна пришла ко мне
в расстроенных чувствах.
Она подверглась насилию со стороны
мужа и была в ужасном состоянии.
Мне нужно было уходить, а она
осталась прийти в себя, отдохнуть,
а когда я вернулся, сразу уехала
в гостиницу.
-Вы действительно думаете,
что мне это все интересно?
-Она попросила быть ее адвокатом,
как я мог отказать?
Да, когда-то она мне нравилась.
Но сейчас, когда я встретил вас,
все изменилось.
-Я не хочу этого слышать,
я вам не верю.
-Клянусь, это правда!
В любой момент может случиться все
что угодно,
как с моим другом Роскевичем, он...
Я хотел, чтобы вы это знали.
-Что с вашим другом?
-В него стреляли.
Он в больнице и состояние
критическое.
Аглая Сергеевна!
Аглая, я хочу, чтобы вы знали,
вы для меня…
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Никак не привыкну.
Да, дом Якуниных.
Да.
Это Варвара Федоровна, ей нужно
с вами поговорить.
-Откуда она узнала, где я?
Я же никому не говорил.
Да.
Нет, не опоздаю, конечно, да.
Я буду вовремя. А как вы узнали...
Ничего не понимаю, мы договаривались
о встрече, но это еще не скоро.
А встреча по поводу предстоящих
слушаний...
-Михаил Юрьевич, избавьте меня
от подробностей вашей личной жизни.
Простите, вам пора.
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Забрала...
-Я позову, Порфирий.
Да.
-Забрала Слепую Марфу из деревни,
привезла сюда.
Это я придумала, что она станет
знаменитым медиумом.
-А на самом деле духов нет?
Надо же, какое разочарование,
сплошной обман.
-Ничего плохого мы людям не делаем.
Мы даем им надежду, успокоение, -
то, для чего они приходят.
-Понятно.
-И не все обман, дар у Марфы есть.
Она и правда видит и слышит, только
не так, как хотелось бы людям.
-Ну, со стрелкой все понятно,
вы сидите в центре гостей
и ею руководите.
А как Марфа общается с духами?
Как отвечает на вопросы гостей?
-Я же говорю, она действительно
что-то видит.
-Хорошо. Но когда не видит?
-Говорит то, что люди хотят слышать
или отвечает расплывчато.
Она умная, быстро учится.
-Ладно, давайте перейдем к самому
главному.
Почему именно вас обвиняют
в организации убийства?
-Эта девица из дома терпимости часто
к нам ходила
и верила во все, что ей скажут.
В тот вечер Марфа сказала,
что адвокат Роскевич и она при жизни
не будут вместе, только после смерти.
-А из этого следует, что это вы
приказали Марфе сказать?
У вас были причины ненавидеть
Роскевича, желать ему смерти?
-Три года назад убили мою сестру
Нину,
убийца был оправдан.
Роскевич был адвокатом.
Когда объявляли приговор,
я накинулась на него,
кричала, что убью,
и что мне тоже за это ничего
не будет. Все это слышали.
-М-да...
-Вы будете моим адвокатом?
ХРУСТ
-Зачем ты это сделал, хотел меня
позлить?
Я уже злая, Роскевич.
Я очень злая на тебя, давай вставай
и хватит.
Поднимайся, нечего...
Фу, как это все гадко, как же это все
мерзко!
Застрелен в борделе падшей женщиной.
Ты же не умрешь, правда?
Все, я буду здесь сидеть.
Я буду здесь сидеть до тех пор, пока
ты не откроешь свои глаза бесстыжие.
Вот тогда я посмотрю в них и скажу
тебе все, что я про тебя думаю.
Что, зачем ты туда поперся?
Тебе чего не хватало?
ПЛАЧЕТ
-Дух, дух, выйди.
СТУК
-Пушкин, ты здесь?
СТУК
Он здесь, с нами.
-Спрашивайте.
-А его можно как-то услышать
или потрогать?
-Это ж дух бестелесный, вы что?
-А, извините.
Александр Сергеевич,
вы понимаете, у нас с другом вышел
спор, вы не рассудите?
Вот какой это стихотворный размер?
Дух бестелесен и неслышен, не ест,
не гадит и не дышит,
но любит он людей учить, как жить.
Это ямб, хорей или амфибрахий?
А он не только бестелесный,
но и малограмотный?
-Слушайте, если вы не верите,
можете уходить, и, пожалуйста,
не мешайте нам, тем, кто верит.
-Нет, нет, простите, можно я еще раз
попробую? Пожалуйста.
Людей дурили, сладко жили...
Все, приплыли.
-Всем оставаться на местах.
-Слепая Марфа, она же Марфа
Сафроновна Кривошеева.
Родилась в 1828 году в деревне
Кривошеево.
Ну что, Марфа Сафроновна,
пора прикрыть вашу лавочку.
К тому же такой подходящий повод.
-Не двигается, значит,
чем-то закреплено.
Так.
-Будьте добры, вы ножку подвиньте,
пожалуйста.
Ну вот, господа, вот и вся мистика.
Ну что же, Марфа Сафроновна,
обвинение в мошенничестве мы уже
имеем, посмотрим, что у нас
с организацией убийства.
Да, господ любителей поговорить
с мертвецами отведите в ту комнату,
запишите фамилии, адреса и отпустите.
А вас я попрошу задержаться.
Давно помогаете людей обманывать?
-Мой адвокат сказал не отвечать
ни на какие вопросы,
прежде чем я поговорю с ним.
Он должен знать подробности моего
задержания.
-Будете жаловаться? Ну, это ваше
право. А у вас уже и адвокат есть?
-Да.
-Значит мы на верном пути.
А кто, если не секрет?
-Андронов Николай Иванович.
-А Николай Иванович знает,
что барышня из публичного дома
стреляла в его друга после того,
как посетила ваш сеанс?
-Да, я понял.
Тогда держите меня в курсе.
До свиданья. Врач звонил.
Все без изменений.
-Та женщина, что была у нас днем,
ты правда будешь ее защищать?
-А есть причины мне этого не делать?
-Петр, Павел, идите к себе.
-Пашенька, Паша, слышал, что мама
сказала?
-Выйди тоже.
-В грязи объедков говорить желаете?
-Порфирий, выйди.
Я не понимаю, как ты можешь ее
защищать? Эта женщина виновна в том,
что случилось с твоим другом.
Пусть даже косвенно.
После ее сеансов было совершено
покушение.
-Но тогда нужно обвинять всю систему
спиритуализма в России.
-Она желала его смерти.
Кричала об этом даже в зале суда.
-Тогда при чем здесь спиритический
сеанс?
-Не пытайся меня запутать, ты меня
прекрасно понял.
Я твоя жена и я хочу знать,
для чего тебе это нужно.
-Да, да, да.
-Нет, Николай, ты останешься,
мы не договорили.
-Милая, мне еще так много надо
работать, а ты отдыхай.
-Каждый раз, когда я хочу сказать
что-то важное,
ты уходишь от разговора.
-Я должен сам во всем разобраться.
-Хорошо. Но если эта женщина,
твоя подзащитная, если она виновна,
ты же проиграешь.
-Это все равно когда-нибудь случится,
Вер.
Вера!
СМЕХ
-Но!
ЦОКОТ КОПЫТ
СМЕХ
-Итак, Роскевич стоял здесь, упал
вниз головой,
из чего мы можем сделать вывод:
в момент выстрела он был лицом к ней.
А вероятнее всего, между ними была
беседа.
А логически мысля, можно предположить
содержание.
Он: не надо, не стреляй!
Она: не бойся, мы скоро будем вместе.
М-да...
Я также думаю, что пистолет
был под матрасом. Ну где ж еще?
Мы хотим проверить ее клиентов
с уголовным прошлым.
-Зачем?
-Выяснить, у кого из них она
приобрела оружие.
-Да? А что это вам даст?
-А, ну... порядок в рамках следствия.
Что, не проверять?
-Проверяйте, раз положено.
-Подруга ее. Как сестры были.
-Оставьте нас двоих, будьте добры.
-Да, я в холле подожду.
-Семен Фролович, шли бы вы домой.
Ну, нельзя так много работать.
-Да...
-Садитесь, пожалуйста.
-Меня уже спрашивали.
Я не знаю, откуда у нее пистолет и...
-Почему вы не ходили к Марфе?
Но вдвоем ведь веселей.
-Я не верю в это.
-Марфа, если я не ошибаюсь, в городе
уже больше двух лет?
А ваша подруга начала там появляться
три месяца назад.
Что, она тоже не верила до этого?
-Мы даже смеялись над этим.
-Так и что же ее привело туда?
-Как-то раз в церкви она ставила
свечку, познакомилась с женщиной.
Та ей рассказала про Марфу,
предложила вместе сходить.
-Женщина?
Такая неприметная, лет тридцати?
-Я не знаю.
Мила сказала, просто женщина.
-Скажите, когда она познакомилась
с этой женщиной,
она уже встречалась с Роскевичем?
-Да, конечно.
Он еще к ней в прошлом году приходил.
-Витя!
СМЕХ
-Всем шампанского!
-Ты что, оглох?!
Роскевич, я же с тобой разговариваю.
Чего ты лежишь? Ты оглох?!
Давай вставай. Нечего лежать!
Хорошо устроился! Все бегают
вокруг него, жалеют здесь...
С газетой такое натворил,
а сам в кусты. Слабак! Давай вставай!
Нечего лежать, хватит!
-Ольга Петровна, может, не надо
так-то? Ну, как-то потише, помягче.
-Пошел отсюда! Вон!
Ну хорошо.
Хочешь, я больше не буду на тебя
кричать?
Я даже никогда не скажу тебе,
что ты свинья, Роскевич.
Вставай, пожалуйста.
Ну вот, унижаюсь перед тобой.
И что, добился своего?
-Я была влюблена, очарована,
а в какой-то момент поняла,
что это не тот человек,
которого я люблю.
Я придумала его, полюбила,
а он другой, жестокий и властный.
Я нужна была ему не как человек,
а как дорогие часы или запонки.
Просто красивая вещь.
И когда я это поняла,
я плакала весь день.
Потом надела свое самое красивое
платье и уехала с друзьями
в ресторан. Вернулась уже утром.
Я знаю, я была не идеальной женой.
Но все это из-за чувства протеста.
-Нет, так нельзя говорить.
-Но ведь это правда.
-Правду можно подать по-разному.
Вы хотите получить развод
и достаточную компенсацию -
значит, будете говорить то,
что я вам скажу. Никакой отсебятины.
За вами пришли. У нас еще будет
время, успеем все обсудить.
-Вы такой милый.
Знаете, то ваше стихотворение...
Никто не писал для меня ничего столь
искреннего и проникновенного.
Вы правы, мне надо идти.
До встречи.
-Те чувства к вам,
они были искренними.
Но с тех пор я встретил женщину и...
-Не надо ничего объяснять,
я очень за вас рада.
Но это же не помешает
остаться нам друзьями?
-Нет-нет, конечно.
-Если честно,
я ей даже немного завидую.
Если бы мой муж был хоть немного
похожим на вас,
все было бы по-другому.
Один дружеский поцелуй на прощание.
-Вас ждут.
-Подождут.
-Девчонки в окно увидели,
полчаса тут стоишь.
Сказали сходить, привести.
Что, первый раз, что ли? Страшно?
-Да нет, я вообще не за этим.
Тут преступление же было,
а я помощник адвоката.
Нужно выяснить что-нибудь.
-Ну, идем, выяснишь.
-Ты подожди.
Это я просто так сказал.
Давно хотел зайти, а тут такой повод.
-Да я понял. Как зовут?
-Боря. Борис.
-Данила. У меня первый раз вообще
руки тряслись.
Ничего не бойся, держись меня.
Знакомьтесь, это Борис.
Он здесь впервые и хочет познать
все тайны запретной любви.
-Я не...
-Тихо, я говорю.
Надеюсь, он не будет разочарован.
-Сидишь здесь,
я сказала, у всех на виду.
Ревет она! На весь коридор слышно.
Всех мужиков распугаешь!
Здравствуйте. Что ж молодой человек
стоит один?
Предложили бы ему шампанского,
водочки.
-Нравится?
-Да.
-Эмма Агаповна,
Кларисса уже работает?
-Нет. Работает Настасья.
-Угостите меня шампанским.
-Я, наверное, пойду.
-Борь, уже сбегаешь?
-Да, мне надо с утра на работу,
я совсем забыл.
-Слушай, а кем ты работаешь?
-Правда помощник адвоката.
-Ух ты!
Слушай, может, сходим куда-нибудь,
выпьем, поболтаем, посидим?
-Давай.
-Отлично. Трактир у Степаныча.
-Боря!
Боренька, ты чего?
-Ничего.
-Что такой? Не выспался?
-Ты же говорила, только после
свадьбы, до свадьбы никак.
-Так ты ж сказал,
что будет у нас свадьба.
-Вот именно, будет,
но еще же не было! Врала, значит.
Что молчишь? Сказать нечего?
-Ты ведь так просил,
самогон заставлял выпить.
-Вот так вот, значит, да?
А то свадьба, свадьба...
То есть достаточно было
только хорошенько попросить?
А если б кто-нибудь другой попросил,
самогонки бы налил?
-Боренька, ты чего?
-Не трогай меня.
Не знал, что ты такая.
-Какая?
-Порочная.
-Свинья ты, Боря!
-Кто?
-Кто слышал.
-А ну, стой!
-Где вы ходите, молодой человек?
-Проспал, извините.
-Пойдешь в судебный архив, изучишь
дело об убийстве сестры Дарьи Усовой,
завтра расскажешь мне все
в подробностях. Понял? Иди.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
Борис?
-Я ненадолго. Хотел спросить.
Достоевский писал о падших женщинах
даже с какой-то симпатией.
И та, что стреляла в Роскевича,
она же любила его,
поэтому убила себя, потому что хотела
быть с ним вместе.
И я подумал: что, если женщины
все такие, немного падшие?
Это не хорошо, не плохо,
просто суть женской природы. Да?
-Борис, я бы с удовольствием
побеседовал с вами
и о падших женщинах, и на иные темы.
Но, может быть, не следует вам сейчас
ходить ко мне?
-Почему?
-Видите ли, вы работаете на господина
Андронова, а у нас с ним одно дело.
-Я же не по работе,
я посоветоваться, как с...
-Как с кем?
Как с другом?
Или, может быть, с отцом?
Боря, давайте расставим все точки
над "и".
Я разговаривал с вашей тетей.
-Зачем? Она же...
-Я знаю, что вы считаете меня
своим отцом.
Может быть, это так,
а может быть, и нет.
Да, у меня были отношения с вашей
матерью, но это ничего не доказывает.
-Не беспокойтесь,
я не претендую на ваше наследство.
-Да при чем здесь это?
Я сейчас совершенно о другом.
-Я вас понял.
Извините, что побеспокоил.
-Я молчала, как вы и сказали,
но они уже знали про тот случай
с Роскевичем.
-Один из полицейских участвовал
в задержании, выступал в суде,
помнит вас.
-Марфа просила сказать, она хочет,
чтоб вы были ее адвокатом.
-Вот как!
Я пока не могу обещать. Я не знаю,
как будет звучать обвинение.
Там может быть конфликт интересов.
-Не все то, чем кажется.
-Спасибо, учту.
Вы знаете, а мы с вами почти коллеги.
Я вам сейчас расскажу историю,
и вы поймете,
что я тоже в некотором смысле
прорицатель.
Дарья Усова, якобы ваша помощница.
На самом деле, это она устраивает
ваши сеансы и распускает про вас
загадочные слухи. Вы меня слышите?
-Они тоже слышат.
-Кто?
Духи?
Это ничего. Я публичный человек,
я привык выступать на публике.
-Не все то, чем кажется.
-Ну что же, это тоже вариант.
Я думаю, вы сумеете убедить комиссию
в вашем психическом нездоровье.
Но тогда каторгу заменят больницей,
а я предлагаю вам свободу.
Сознайтесь на суде,
что это Дарья Усова подсказала вам,
что пророчить той девице.
Я уверен, что так оно и было
на самом деле.
-Не все то, чем кажется.
-Ну хорошо, я не стану давить.
Посидите, подумайте.
Я к вам еще зайду.
-Не потеряй то, что нашел.
-Я понимаю, как вы это делаете.
Побольше мутных фраз и непонятных
слов, авось что-нибудь да попадет.
Думайте над моим предложением,
думайте.
-Не устал каждую ночь куролесить?
-Устал. А что делать? Такая работа.
Изучаю типажи, оттенки речи.
Набираю материал для новой книги.
Ну, не злись.
-Юр, скажи, а вот та актриса,
Варвара Авилова,
она с вами опять всю ночь гуляла?
-Что такое? Ты же говорила,
вы с этим адвокатом просто приятели.
-Ничего, просто любопытно.
-Всю ночь с нами была,
а потом в ресторане осталась,
мы дальше поехали.
-Интересно, кто из вас врет -
ты или газеты?
-Выходить будете?
-Нет, поехали обратно.
-И вы хотите, чтобы я стал
вашим адвокатом?
-Уже не надо. Меня отпустят.
-Вот как! Это уже прогресс, вы
говорите со мной четко, конкретно.
Приходил прокурор Гущин
и предложил вам сделку?
-Видение было.
-Видение?
И это видение пообещало вас
отпустить,
даже не предъявив обвинения
в мошенничестве?
Надеюсь, не за дачу ложных показаний?
-Нельзя спасти того, кто обречен.
-Что сие значит?
-Есть кто-то третий. Он обманул ее.
-Снова за старое.
Кто обречен? Вы о ком?
-Один из многих, такой же, как и все.
Найди его, она просит.
-Кто "она"? Убитая девушка?
-Он обманул ее. Найди его, это он!


Серия 8

СТУК В ДВЕРЬ
-Миш, открывай. Ты же знаешь,
что я все равно не уйду.
СТУК В ДВЕРЬ
-Ее здесь нет.
-Миша, я тебя когда-нибудь
о чем-нибудь просил?
А сейчас прошу,
просто умоляю, не надо представлять
ее интересы в суде.
Забыл бы ты о ней.
Она хуже, чем ты о ней думаешь.
-Я уже говорил:
все, что о ней пишут...
-Я не об этом.
-А о чем?
Ты знаешь что-то, чего я не знаю.
-С Аглаей она тебя уже рассорила.
-Она рассорила?..
Сам я ни в чем не виноват?..
Спасибо, друг.
Я уже предал одну женщину.
Не хочу растоптать доверие...
-И еще один фужер найдется?
-Просто интересно было узнать, что он
за человек. Отец же все-таки.
А он мне, давай оговорим,
может, ты мне сын, а может, не сын,
но признать я тебя не могу.
-Знакомая история.
Я тоже незаконнорожденный.
-Тоже не признал?
-Признал.
Сам его знать не хочу.
ПЬЯНЫЕ ГОЛОСА
А знаешь, чем у девчонок хорошо?
Им можно обо всем рассказать,
а они слушают.
Если надо, помолчат,
а если надо, поговорят.
Есть деньги?
-Мало.
-Пойдем, если что, добавлю.
-Да не бойся ты.
-Я не боюсь.
Видишь, как просто?
Так и в жизни должно быть.
-Рада снова вас видеть.
-Здравствуйте.
-Что, молодой человек,
глаза разбегаются?
-У вас тут девушка была,
вчера не работала.
-Кларисса. Она и сейчас не работает.
Но у нас есть и другие, не хуже.
-А... а завтра будет?
-Не знаю. У нее подруга погибла.
Если будет готова.
-Тогда я лучше завтра зайду
и все узнаю.
До свиданья.
-Приходите!
-Сегодня съездить?
-Сегодня, Борь, прям сейчас.
Или ты чем-то занят?
-Я хотел вечером на место
преступления сходить,
выяснить чего-нибудь.
-Ну, вернешься, сходишь.
Боря, это немножко срочно.
-Я понимаю.
-Чего мы тогда ждем?
-А деньги?
-А.
-А этого хватит?
-Сторгуешься дешевле, оставишь себе.
-М-м, Филипп Игнатьевич!
Добрый день!
А я как раз вас здесь дожидаюсь.
Появилась очень важная информация.
Сосед Слепой Марфы
готов дать показания.
А еще в деревне она якобы
разговаривала с его покойной женой,
и выяснилось кое-что.
-Я вам очень признателен за все это,
но при чем здесь Слепая Марфа?
Ведь очевидно, что она - жертва
изощренного преступного замысла.
-Да, но...
-Глеб Борисович, зачем вы тратите
свое драгоценное время
на поиск информации по этому делу?
-Ну как же? Мы же договорились
друг другу помогать.
-Когда мне понадобится помощь,
я вам непременно об этом скажу.
А пока, мне кажется, что у вас
есть дела поважнее.
-Есть...
-Ну, Марфа часто говорит
странные вещи,
порой бессмысленные:
"нельзя спасти тех..."
-Того. Того.
-"Того, кто обречен".
Я даже не поняла, о чем это.
-Марфа сказала, что был кто-то
третий,
и вот это третий кого-то обманул.
-Кого?
-Я не знаю.
-Этот Гущин тут без году неделя,
а ты человек опытный,
вот поэтому-то он с тобой
и советуется.
А раз советуется, значит, уважает.
-Я ж всегда говорил, Семен Фролович
Шушак - сыщик номер один в России.
-Да.
-А вот Андронова вам победить
все-таки будет трудно.
У него, как всегда, по пять козырей
в рукаве. А у вас что?
Мошенничество, конечно, вы докажете,
а вот убийство... нет.
СМЕХ
Нет! Что? Что? Ну что?
-Ну, говори, Семен Фролович,
мы ж свои.
-Насчет козырей в рукаве.
Я не думаю, что для Филиппа
Игнатьевича это будет неожиданностью,
он, конечно, мне не рассказывал...
-Ну, говори.
-Мальчишка андроновский
к Гущину ходить повадился.
Фактически каждый день это делает.
Я их тут в трактире видел.
В кабинет приходит.
Как вы думаете, зачем?
-Ну, мало ли там...
-Вот я тоже думаю, странно.
Только...
-Ну, тс-с-с.
-Конечно, конечно.
-Да.
-Чем честнее человек, тем меньше
он подозревает других в бесчестности.
Низкая душа предполагает всегда
и самые низкие побуждения
у благородных поступков.
-Ольга Петровна,
можно вас на минутку?
-Положительных изменений нет,
а значит, нет смысла оплачивать
его пребывание в больнице.
Сегодня его перевезут домой.
-А можно я сама буду решать...
Если он сейчас очнется, если что-то
пойдет не так, ему нужен будет врач?
-Уже все решено.
С нами связалась его мать.
-Мать?
Она его сто лет не видела,
она из Парижа не вылезает.
-Если честно,
я думаю, она в чем-то права.
И еще. Просила передать вам дословно.
Так что извините.
Она не думает, что вы были дороги
ее сыну,
иначе бы он не поехал в дом
терпимости
и не получил там пулю
от проститутки.
В общем, она не хочет, чтобы вы были
рядом с Виктором.
-Пусть тогда сама придет сюда
и попробует меня выгнать.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Переживаешь из-за друга?
-Пожалуйста, давайте будем держаться
в рамках приличий.
-Извините.
Этот негодяй сказал, что оставит меня
без копейки.
Он опять кричал на меня.
Я принесла показания свидетелей,
как вы просили.
Нотариально заверено.
Что-то не так?
Вы больше не будете мне помогать?
Послушайте, вы - моя единственная
надежда на справедливость.
И если вы откажетесь...
-Я дал слово.
И я его не нарушу.
Но с одним условием:
мы не должны встречаться наедине.
И никаких личных отношений.
-Конечно.
Я понимаю.
-Добрый день, господин Андронов.
Вы знаете, как я вас уважаю...
-Взаимно, Глеб Борисович.
-И вы знаете, как я люблю
справедливость.
-Ну, это все знают.
-Все с нетерпением ждут вашей схватки
в суде с господином Гущиным.
Лучший адвокат и лучший прокурор
России,
не проигравший ни одного процесса.
-Присаживайтесь.
-Я хочу сказать, что эта схватка
должна быть справедливой.
Спросите вашего помощника,
для чего он чуть ли не ежедневно
встречается с господином Гущиным,
а лучше просто передайте через него
прокурору ту информацию,
которую посчитаете нужной.
Потому что человек, который ведет
игру не по правилам,
должен быть наказан.
Удачи вам, господин Андронов!
-Оля, ты теряешь себя как личность,
это главная беда всех русских женщин.
Мне больно видеть,
что ты с собой делаешь.
-Выйди отсюда.
-Что?
-Не хочу, чтобы тебе было больно.
Выйди, мне нужно ему штаны сменить.
-Позорище.
Провожать не надо.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Ты почему не спишь до сих пор?
-Уже ложусь, спи.
Спи, спи, спи.
-Ты думаешь, можешь проиграть, да?
-Не в этом дело.
Просто не могу понять,
что заставляет Борю рассказывать
прокурору все, что я делаю.
-Твоего Борю?
-Да.
-Ничего не может.
-Помоги.
-Кто тебе сказал такое?
-М-м, он всегда был мелкий пройдоха.
Деньги уж больно любил.
-Коленька, тебе потом будет стыдно
за эти слова.
Ты бы спросил у него самого.
Когда он возвращается?
-Завтра к вечеру.
-Вот завтра и спроси.
-Схватка века! Адвокат Андронов
против прокурора Гущина.
-Повальное увлечение спиритуализмом.
Слепая вера в то, что духи
не только живут среди нас,
но и знают, что с нами будет.
Именно это,
как ни странно,
является орудием убийства
в нашем непростом деле.
-Протест, ваша честь.
-Ваша честь, я понимаю прекрасно,
что это звучит как гипотеза,
но я уверяю вас, что она будет
доказана в ходе судебного слушания.
-Протест отклонен.
-Итак.
Вскоре после того, как она заявила
в суде, что убьет адвоката Роскевича
и ей за это ничего не будет,
Дарья Усова привозит из деревни
несчастную больную женщину,
которая искренне верит в то, что она
разговаривает с духами,
и заставляет ее...
-Протест, ваша честь.
-Хорошо, хорошо.
Не заставляет, помогает организовать
чуть ли не ежедневные
спиритические сеансы.
-Я слышу их.
Их много.
-Скажите, пожалуйста,
а духи как с вами разговаривают,
все вместе или по очереди?
СМЕХ В ЗАЛЕ
-Я слышу их.
-М-м! Представляю, как сложно
вам разобраться.
Вот я лично всегда теряюсь в толпе.
А вам кто-то помогает разобраться,
кто из духов что говорит?
-Протест, ваша честь.
Наводящий вопрос.
-Протест отклонен.
-Ваша помощница Дарья Усова
помогает вам разобраться,
кто из духов, что сказал?
-Она тоже слышит.
-Как же вам повезло!
Вдвоем-то конечно ведь легче!
Скажите, пожалуйста, в тот самый
день, когда Меланья Конева,
всем более известная как Мелитрисса,
попросила на вашем сеансе вызвать
дух Цицерона,
в тот самый день,
который случайно совпал
с годовщиной смерти сестры вашей
помощницы...
-Протест, ваша честь.
Давление на присяжных.
-Ну, я же сказал - случайно совпал.
-Протест отклонен.
-Так кто же в тот день
услышал дух Цицерона,
вы или ваша помощница?
-Духи хотят, чтобы я сказала.
-Что?
-Я должна сказать.
-Да говори уже!
-Ну вот видите, даже подсудимая
вас просит сказать.
Так она вам передала его слова?
-Да.
-У меня все.
-Марфа думает, что я тоже
слышу голоса.
Иначе не согласилась
бы поехать в город
и не согласилась
на эти сеансы.
-Вы всегда ей говорите,
что надо сказать?
-Что-то она сама слышит.
-Часто и слышать не надо,
просто дать простой совет,
подбодрить.
-Хорошо, если Марфе
все-таки нужна помощь,
как вы это делаете?
-Она не видит,
но слышит она отлично.
У нас есть своя система сигналов,
незаметная для окружающих.
-Марфа заявила под присягой,
что это якобы вы услышали
предсказания Цицерона,
которые и привели
к трагическим последствиям.
Это правда?
-Да.
ВОЗГЛАСЫ
РОПОТ
-Ваша честь, в связи с вновь
открывшимися обстоятельствами,
я прошу о переносе слушаний.
-Эти обстоятельства открыла
ваша подзащитная, господин Андронов.
Отклонено. Перерыв полчаса.
-Понимаю, вы злитесь,
но я не могла поступить иначе.
-Выставить меня дураком
в зале заседаний,
только так вы могли поступить?
-Если бы я рассказала вам правду,
вы бы не стали меня защищать.
А мне нужны были вы,
потому что вы лучший.
-Потрясающая откровенность.
-К тому же юридически
я ни в чем не виновна.
Я думаю, вы сможете
убедить в этом присяжных.
Отступать уже поздно,
это будет воспринято как трусость,
серьезный удар
по вашей репутации.
-Вы же и сейчас
что-то скрываете.
-Сейчас нет, уверяю вас.
-Марфа сказала,
был кто-то третий.
О ком она говорит?
-Это может быть, кто угодно:
Наполеон, Петр Первый,
фармацевт Мойша Перельман.
У нее их там много в голове.
-У нас всего два варианта.
Первый: я необоснованно
затягиваю процесс,
вызывая ненужных свидетелей,
а вечерами обдумываю
сложившуюся ситуацию.
Вариант второй: вы объявляете
двухдневный перерыв в слушаньях.
Мне нужно всего два дня.
-Я сочувствую господину Андронову,
неудачный попался клиент.
Ну что же, я не против двухдневного
перерыва в процессе.
-Иван Сергеич?
-Не хотел продавать,
кое-как уболтал.
-Молодец.
Пойдем в кабинет,
чего тут стоять?
-У меня дело важное есть.
-Правда?
Не-не-не, положи.
Молодец.
-Спокойной ночи.
-Боря.
-А?
-А ничего не хочешь мне сказать?
-Чего?
-Ничего.
Иди.
-Ты обещал прямо спросить.
Так и будешь себя накручивать
и подозревать Бореньку, да?
-А вы подслушивали, графиня?
-Я была в гостиной, а вы очень
громко разговаривали.
-Ложись сегодня без меня,
я буду очень поздно.
-Куда ты?
-Сначала в театр,
потом в публичный дом.
-Куда-куда?
-На место преступления.
-Нас все так и звали -
Кларисса с Мелитриссой.
Всегда вдвоем были.
Хотели потом вместе магазин
с пирожными открывать.
-А Данила сказал,
тут все просто будет.
-Что просто?
-Вот это.
-Кого ты слушаешь,
он же помешанный.
-Почему?
-Каждый день ходит.
Девчонку возьмет,
раздевайся, говорит,
надевай на себя все украшения,
какие есть,
не могу без этого.
Чем больше украшений наденешь,
тем больше денег дам.
-А с виду нормальный.
-У Машки вообще
медальон сорвал.
Продай за любые деньги.
Потом, нет, говорит, не надо.
На кровать кинул и ушел.
Говорю же, больной.
-И давно он так делает?
-Да нет, он вообще недавно
у нас, новенький.
-Как выглядит медальон
у этой Машки?
-Не знаю, она его
в залу не надевает.
Могу спросить.
СМЕХ
-Восхитительно, восхитительно!
Богиня!
-Оставьте, оставьте меня, спасибо!
СМЕХ
-Кто вас сюда пустил?
-Ну, человека с пистолетом
сложно куда-либо не пустить.
-Что это?
Зачем это здесь?
-У меня нет времени
на пустые разговоры.
Утром вы уедете из России
и больше сюда никогда не вернетесь.
-Это немыслимо!
Вы врываетесь ко мне и...
-Это ваш единственный шанс
избежать всеобщего позора
и многолетней каторги.
Это заявление
хозяина пистолетов,
в котором он обвиняет вас
в воровстве одного из них.
Если вы не уедете, я инициирую
судебное разбирательство,
в ходе которого будет выявлено,
что этот пистолет
абсолютно идентичен тому,
из которого вы якобы случайно
на сцене застрелили
актера Збарского.
Второй пистолет находится
в полицейском хранилище.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Надеюсь, вы понимаете,
что я не шучу.
-Только надела, а он сразу:
"Продай мне его".
Ну, я сказала: "А сколько дашь?"
Он взял в руки, повертел его,
посмотрел.
Нет, говорит, передумал.
Странный такой...
-Спасибо.
-А что случилось-то?
Скажите, интересно же.
-Все, иди.
-Ну да, теперь все сходится.
Ясно, чего он ко мне
в друзья лез.
-Что сходится?
-Тихонько поспрашивай,
может быть, кто-нибудь
из девчонок находил недавно
похожий медальон?
-Зачем?
-Пожалуйста, это очень важно.
-Я не знала.
Думала, что его все равно
кто-то возьмет.
Он дорогой такой, красивый...
-Это он?
-Почти такой же,
только без камушков.
-А где ты его нашла?
В комнате Мелитриссы.
-А Роскевич приезжал
один или с кем-то?
-Он всегда один приезжал.
-А кто-то из гостей,
девушек или охраны
мог зайти в комнату,
когда здесь был Витя с...
Мелитриссой?
-Я-то откуда знаю?
-Ну, чисто гипотетически.
Двери-то у вас не запираются.
-А зачем их запирать?
Мужик пьяный буянить станет,
что ж нам, двери ломать?
-Тоже верно.
И списка гостей
вы не ведете, да?
-Конечно. А надо?
-А позовите сюда девушку,
которая первой пришла
после выстрела.
-Не могу, она с клиентом.
-Постарайтесь.
Они же выходят из комнаты
за шампанским или в уборную?
Всего на пару минут.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Ее клиент не пускает.
Говорит, деньги уплочены.
Буду мешать - он нас
тут всех засудит.
-Вот как? Даже интересно.
-Будьте добры, откройте дверь.
Я адвокат хозяйки заведения.
От вас поступили угрозы,
давайте обсудим.
-Николай Иванович, а я к вам
как раз хотел бежать.
-Вот кто нам судами-то грозит.
Здравствуйте.
А это твое неотложное дело,
я так понимаю?
-У меня мысль есть.
Очень важная.
-Это замечательно, что есть мысли,
мы их обсудим.
А пока мне нужна ваша девушка.
Пойдемте со мной.
А вы останьтесь здесь
и никуда не вылезайте.
Жду вас в комнате Мелитриссы.
-Остановились здесь?
-Да.
-Меня видите?
-Нет.
-Дальше развернулись и убежали?
Понятно.
Спасибо. Идите.
Идите.
Я тебе сказал в номере сидеть,
а не за мной шпионить.
-Я же не просто так,
я хотел сказать...
-А надо иногда, Боренька, слушать.
-Николай Иванович,
почему вы так со мной?
-Да, видимо, нужно поговорить.
Почему чуть ли не ежедневно
вы встречаетесь с прокурором Гущиным,
причем в тайне от меня?
-Вы думаете, я ему про вас...
-Не мямли, просто ответь на вопрос.
-Вам потом стыдно будет.
-Ну, это я уже слышал.
Вам сюда, сударь.
-Ты спать собираешься?
-Да, милая.
Подойди.
Казалось бы,
бессвязные предложения.
Спрашиваешь у нее одно,
она говорит другое.
Я взял, все выписал подряд.
Послушай: "Не все то,
чем кажется.
Есть кто-то третий,
он ее обманул.
Такой же, как все,
один из многих,
найди его, она простит".
И "Нельзя спасти того,
кто обречен".
Я был на месте преступления,
там есть шкаф,
за которым этот вот третий
мог спрятаться,
а когда пришла толпа,
выйти незамеченным.
-Милый, но ты же не веришь в духов?
-При чём здесь духи?
-Почему она уехала?!
-Здравствуй, Миша.
Кто уехал и куда?
-С утра, с одним чемоданом.
Взяла билет до Рима.
В театре все в шоке, у нее вечером
спектакль без замены!
-Ты про Варвару, так?
-Я тебя просил вмешиваться
в мою жизнь?
-Миш, сейчас успокойся и заставь
работать свой мозг.
Как я смог сделать так,
чтобы она все бросила и уехала?
Я что, господь бог?
Нет, только по образу и подобию.
Может, это её муж.
Запугал или откупился.
Не переживай, не пропадет,
в Риме тоже театр есть.
Да, кстати, вот сходи, развейся.
Юра Якунин устраивает
творческий вечер
по поводу выхода новой книги.
Нам прислали, но мы с Верочкой
никак не можем.
Давай.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-В дом не зову, у нас ужас,
готовимся к празднику. Что у вас?
-Я как раз насчет праздника.
Андроновы не смогут прийти
и отдали мне приглашение.
Хотел уточнить, прилично ли это?
-Вам, видимо, стало грустно,
захотелось развлечься.
Юрий сказал, что ваша подзащитная
внезапно отбыла за границу.
-Да, вы правы, приезжать
без приглашения на праздник
не слишком прилично.
-Извините, все по минутам расписано.
-Я знаю, кто еще был в той комнате,
когда стреляли.
-Мм...
-Изъято из судебного архива.
Это племянник Дарьи Усовой,
сын ее убитой сестры.
-Он себе имя поменял и фамилию -
Данила Шпагин.
Его мать жестоко убили.
Совсем без следов.
Убийца снял с нее медальон и засунул
ей в горло, чтобы скрыть улики.
Когда все кончилось,
медальон отдали сыну.
Видимо, он всегда был с ним
и выпал, когда застрелилась девушка
в той комнате.
Только я не знаю, где этот Данила.
-Да в зале будет...
Где-нибудь на стоячих местах.
-Знаете, почему я пошел к Гущину?
-Боря, хотел бы рассказать -
давно бы уже сказал.
-Мне кажется, он мой отец.
Я пытался с ним сблизиться,
но он мне сказал, что наверняка
невозможно понять, отец, не отец.
Сказал, что не готов еще
признать меня сыном.
Извините.
-Да признает еще. Признает.
Гордиться будет.
-Пироги, бублики, с пылу с жару!
Подходим, покупаем пирожки.
Берем пирожок.
С капустой, с маком.
-Одну.
-Одну. Две копейки за одну.
Благодарствую!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Витя...
Витя?
Вить...
-Значит, я Витя.
-Витя.
-А вы кто?
-Я Оля.
-Оля...
Оль, ты что ли!
Я думаю, кто рядом лежит?..
-Скотина, Роскевич!
-Ха-ха-ха! Ой!..
-Тихо.
СТОН
Чего там?
-Посмотри. Посмотри.
Ой, там вообще!..
-Что там?
-Ну, тут, пониже.
-Что там такое? Там все нормально.
-Да?
Мне тоже так кажется.
-Свинья!
СМЕЮТСЯ
-Ну наконец-то!
Ну как ты нас напугал!
Как он, доктор, хорошо все?
-Даже удивительно.
Мы с Виктором Ильичом статью
о нем напишем: "Чудесное исцеление".
-Так, собирайся, мы едем в суд.
Доктор, нужна коляска срочно,
заседание идет!
-Ни в коем случае!
Покой и только покой!
-Коля говорил, возможно,
в комнате был кто-то,
и если ты очнешься, расскажешь -
он победит!
-Говорит, ничего не помнит.
-Я даже не знаю, как я оказался
в этом заведении.
-Такое часто бывает:
человек прекрасно помнит все,
что было до этого...
Но не сам момент происшествия,
и потом долго не может вспомнить.
-Надо бежать в суд, предупредить
Колю, чтобы затягивал процесс,
пока не восстановится...
-К сожалению, никаких гарантий.
-Да оставь ты Колю в покое,
он справится.
Ты вообще понимаешь, что у тебя
друг с того света вернулся?
Вообще помнишь, что у тебя есть друг?
-Забудешь тебя!
Как с газетой просил решить,
не помнишь?
-Помню. Что, решил?
-Да.
-Да, решил! Маша приходила,
сказала номер отдали в печать.
-Штраф уменьшен до двух тысяч,
и с газеты его переложили на тебя.
-Скажите, а вы часто бывали
в церкви Преображения Христова?
-Часто.
-Часто.
Господа, это именно та церковь,
в которой Мелитрисса познакомилась
с женщиной,
которая привела ее к Слепой Марфе.
А это были случайно не вы,
или это была другая женщина?
-Это была не я.
-Это были не вы.
И вы, конечно же, не знали,
что Мелитрисса является
любовницей Роскевича,
которого вы три года назад
публично обещали убить.
ПУБЛИКА АХАЕТ
-Нет, узнала об этом только,
когда она спросила у Марфы
про этого Роскевича.
-Ага, и тут же придумали ответ,
который привел к тому,
что девушку убили, а Роскевич
получил тяжелое ранение.
-Я не думала, что она сделает.
-А зачем сказали?
Хотели, чтобы она так сделала?
-Протестую!
-Протест принят.
-Ну я, собственно, закончил.
А ответ уже не так важен.
Я думаю, что присяжные уже и так
все поняли.
ПЕРЕШЕПТЫВАНИЯ
-Три года назад вашу сестру до смерти
забил ногами ее сожитель.
За 15 лет до этого они расстались,
но он все равно возникал в ее жизни,
просил начать все с начала,
скандалил.
-Простите, мы сейчас будем обсуждать
личную жизнь моей покойной сестры?
-Мы уже обсуждаем,
это если вы вдруг не заметили.
От этого союза родился ребенок,
ваш племянник.
На том процессе три года назад
он сидел рядом с вами.
А не подскажете, где он сейчас?
-Не знаю, уехал куда-то,
сменил фамилию.
При чем здесь мой племянник?
-Похоже, сменил не только фамилию,
но еще и имя. Раньше его звали Денис,
но, как сказала ваша соседка,
это имя дал ему отец. Может быть,
именно поэтому сейчас он именует себя
как Данила?
Не скажете, как давно вы видели
своего племянника?
-Давно, я не помню,
мы нечасто общаемся.
-Может, хотя бы подскажете,
в городе он или нет?
-Я не думаю.
-Той злосчастной ночью человека,
очень похожего на вашего племянника,
видели в доме терпимости.
Так давайте у него самого узнаем,
что же тогда произошло,
ведь он сейчас в зале!
ПУБЛИКА АХАЕТ
-Не спеши.
-А к вам, Дарья Матвеевна, у меня
остался один единственный вопрос.
Это ваш племянник предложил помощь
или вы сами?
-Я сам!
Один, она не знала,
что я хочу сделать.
У нас был уговор,
что в годовщину смерти моей мамы
я всегда приезжаю в город
и прихожу к тете Даше.
Там еще был сеанс, я решил подождать.
Когда все закончилось
и люди начали расходиться,
я услышал, как девушка рассказывала
Марфе о каком-то адвокате.
Я понял, что это Роскевич.
Потом догнал ее на улице, сказал,
что все слышал, хочу ей помочь.
Разговорились.
Главное, что я понял,
что она хочет жить,
что она не станет убивать ни себя,
ни его.
-Вы решили им помочь?
-Я поклялся на могиле матери.
-Отомстить не убийце, а его адвокату.
Какая-то странная месть, не находите?
-Тот, кого я вынужден считать своим
отцом, умер очень скоро в Мюнхене,
в чистой кровати с крахмальным бельем
и шампанским.
А моя мама...
Он бил ее ногами, тащил за волосы,
бросил в грязь...
Даже когда она умерла,
продолжил ее избивать.
А потом сорвал медальон,
который подарил, когда я родился,
и засунул ей прямо в горло, кричал:
"Подавись!"
-А где вы взяли оружие?
-Один пистолет купил давно, знал,
что рано или поздно сделаю это.
А второй приобрел накануне,
у нас в городе это несложно.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Кто закричит - стреляю.
-Молодой человек, спокойно,
вы кабинкой не ошиблись?
-Когда мой отец был отпущен
безнаказанным,
вы так гордились собой!
Пришел час расплаты.
-Давайте вы сейчас опустите оружие,
и мы спокойно все обсудим.
-Встать, она пусть лежит.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Зачем второй пистолет?
Что, вы мне стреляться предложите?
-Застрелишь себя - он останется жить.
-Не верь ему, он обманет.
-Э, нет, ты останешься жить.
И она вся в крови с расколотым
черепом навсегда,
навсегда будет
перед твоими глазами, понял?
Как у меня моя мама - вся в грязи,
мертвая.
Ты всегда будешь это помнить, понял?
Всегда!
-Не всегда.
-Нет, не делай.
-Ты забудешь.
-Нет...
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
-Мила!
Мила!
Мила! Ты здесь? Открой!
КРИЧИТ
-О чем ты думал?
-Не знаю.
Он получил что заслужил.
Я должен был!
-Кого подозревать будут,
об этом ты подумал?
-Меня никто не видел в комнате.
Я пойду в полицию, все расскажу.
-Нет!
Ладно, я знаю, что делать.
-Сказала, что наймет адвоката
и что ее оправдают.
А потом я понял,
что потерял медальон.
Мог где угодно,
но боялся, что там.
-Ваша честь, вопросов больше нет.
Господин Гущин...
-Ваша честь, я прошу задержать
свидетеля.
-Задержать свидетеля.
-Браво!
ОВАЦИИ
-Расходитесь!
ПУБЛИКА:
-Браво!
-Господин Андронов...
Ну что же мы с вами,
подвели ожидания публики?
Они ожидали увидеть судебные баталии,
схватку двух интеллектов,
а вы решили поиграть в следователя.
-Ну, еще увидят, обязательно увидят.
Вы же захотите отомстить.
-Боже, как же я устал от этих игр
в благородство!
Вы знаете, вот не дал бы я вам этих
двух дней и обязательно бы выиграл!
-Возможно, и не проиграли бы,
но тогда бы мы не нашли убийцу.
-Ну, впрочем, я вас поздравляю.
До скорой встречи в суде.
-Скажите, кто вам помогал
в блистательной победе?
-Мы верили в вашу победу!
-На самом деле кричать браво
нужно не только мне.
Весомую роль в этой победе сыграл
помощник присяжного поверенного
Борис Волохов - и сам, я уверен,
в будущем блестящий адвокат.
Так что, Боря, пообщайся
с журналистами.
-Господин Волохов,
"Петербуржские вести"...
-Верили ли вы в победу,
господин Волохов?
-Скажите, каковым видите
дальнейшее будущее?..
-Найди его.
И что в итоге, все так и было?
-Жалко, Слепая Марфа
в деревню уехала.
Было бы удобно: побеседовал
с духом убитого и идешь на процесс,
так сказать, во всеоружии.
-Может, съездить за ней, вернуть?
-Ну ладно, этот считает,
что жизнь - это череда случайностей
и вереница совпадений, но ты-то куда?
-А я назло.
Будешь знать, как лезть в мою жизнь.
-А это тебе за то, что лез в мою!
Дуэль помнишь?
Да, господа, похоже, тут я один
ни в чью жизнь не лезу.
Делаем вывод: атеисты -
самые благородные люди.
-У него и в суде такая логика.
Дай хоть гляну.
-На.
-Там тоже бога нет, не ищи.
-Молчи, калека!
Не надо трогать, так смотри.


Серия 9

ЦОКОТ КОПЫТ
ЛАЙ СОБАКИ
-У... Ах!
ИСПУГАННОЕ МЫЧАНИЕ
СМЕХ
-А как Маруся нас с вами застукала?
-Молчи, не вспоминай об этом.
-С шампанским к замужней даме!
СМЕХ
-Коля, ты...
Коля, ты помнишь Васеньку?
-Угу.
-Мы сто лет не виделись,
он жил в Риме, вот вернулся.
-Очень рад. Веруня так вами гордится.
-В чем дело? Какие-то неприятности
на работе?
-Нет, что ты, милая, нет.
-Впрочем, мне завтра рано вставать,
поэтому прошу меня извинить.
-Что вы, еще совсем не поздно.
Вы давно не виделись,
есть о чем поговорить,
а вот мне надо поработать, так что...
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Это преступно выпить со старым
другом бокал шампанского?
-Вер, при чем тут бокал шампанского?
-Ну, а что тогда?
Даже если ты устал, даже если у тебя
нет настроения,
нельзя же так себя вести.
Он сразу ушел.
Поздравляю, ты ведь этого хотел?
-Нет, я не этого хотел.
Князь Трубецкой, графиня Двинская,
считай, выросли вместе,
столько общих интересов. И я...
Конечно, я лишний в вашей компании.
-Ты ревнуешь?
-Что, прости, я делаю?
-Ты ревнуешь меня к Васеньке.
-Ой... Верочка, свою точку зрения
по этому вопросу я высказал
десять лет назад,
и она нисколько не изменилась.
Я считаю, что ревность - это дело
глупых, неуверенных в себе мужчин.
-Ну, слава богу.
-Да.
-А то я уж подумала...
Тогда ты не будешь против, Васенька
позвал меня сходить с ним в оперу.
Ты же не любишь оперу, а я уже десять
лет не была. А раньше всегда бывала.
-Ну конечно, сходите.
Тем более то, что я не люблю оперу -
информация искаженная.
На самом деле я ее ненавижу.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Ну а вам что, особое приглашение?
Фамилия, имя, домашний адрес.
-Хотелось бы остаться инкогнито.
Мы можем как-нибудь договориться?
-Российская полиция взяток не берет.
Прошу.
Я сказал, всех в холл.
Кто там прячется?
-Там...
Борис, помощник Андронова.
-Ты что, сдурел, что ли?!
А если это и есть душегуб?
Борис!
Выходи!
Ну что ж, внесем тебя в список
злостных любителей доступных женщин.
-Здравствуйте, господа.
А ты что здесь делаешь?
-Что хочу, то и делаю.
-Ладно, после поговорим.
-Только в рамках судебных прений.
-Филипп Игнатьевич, ну, беда.
И эту ножом, три ножевых удара.
А значит, правда душегуб объявился.
-Тело кто осматривал?
-У одной из девиц был доктор,
вот он, собственно, и осматривал.
-Господин доктор!
А вы что здесь, живете?
Скажите, а убитая здесь работала?
-Угу.
-Ну, теперь все, начальство давить
начнет, работать спокойно не дадут.
-Если бы только давить, они нам
мешать будут.
-"Петербуржские ведомости"!
Третья жертва столичного душегуба.
Он запугал весь город!
Покупайте свежие газеты, третья
жертва, третья...
-Иди-ка сюда.
-Третья жертва, он держит в страхе
весь город!
Покупайте свежие газеты!
Покупайте свежие газеты!
-Господин генерал-прокурор!
-Третья жертва за четыре дня,
в городе паника.
Женщины боятся на улицу выйти.
Вы газеты читали? Везде только о нем,
о столичном душегубе,
а у вас ничего!
-Ваше превосходительство,
мы работаем.
-Плохо работаете.
Запомните, у вас только сутки,
чтобы поймать убийцу.
-У меня?
-У вас, Филипп Игнатьевич.
И если к завтрашнему утру злодей
не будет найден,
приготовьтесь отбыть к новому месту
службы
в одну из самых отдаленных губерний
нашей необъятной родины.
-У нас народную больницу строят,
так Аглаюшка там с утра до вечера,
пчелка наша.
А вечерами сидит усталая
одна-одинешенька.
Вы б зашли как-нибудь, навестили ее.
-Ну, зайду, может быть, не сейчас.
Мы с ней в последний раз
не очень хорошо расстались.
Вы не говорите ей пока,
что я вам звоню, хорошо?
-Не скажу, не скажу.
Только зря вы боитесь, она сама
по вам скучает, я же вижу.
Все, все, кто-то идет.
-Кто звонил?
-Не нам, ошиблись, не туда соединили.
-Ну и зачем все эти звонки?
Убедиться, что у нее никого нет?
Ну так дождешься, будет.
-Я так перед ней виноват, Коля.
Она меня никогда не простит.
-Алло, здравствуйте.
А у меня только что был телефонный
разговор, и я забыла кое-что сказать,
но, к сожалению, я не знаю,
откуда был звонок.
А можно это как-то узнать?
Да, соедините, да.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Николай Андронов слушает.
-Николай Иванович, здравствуйте,
вы звонили мне.
-Аглая Сергеевна?
Нет, нет, это не я звонил, это...
Это Миша Заварзин.
Сейчас он подойдет.
-Михаил Юрьевич?
-Алло.
Алло, кто это?
Алло?
Алло, вас не слышно. Не слышно!
-Вроде, взрослый мужчина,
а ведешь себя, как...
-Очень плохая связь.
-Да, конечно.
Уже три заявления на эту телефонную
компанию.
-Без сомнения.
-Поговорю с ней, обещаю. Потом.
Пока не готов.
А где все? Где Вера, дети?
Вечер почти.
-Петя и Паша с гувернером занимаются,
а Вера со своим Васенькой.
-С каким Васенькой?
-Князь Трубецкой, друзья детства.
-Ты бы с ним поосторожней.
-М?
-Говорят, ловелас похлеще Роскевича.
-Серьезно?
Ты знаешь, что сейчас сделал?
Оскорбил честь моей жены.
-Коля, я нет... я...
-Да шутка.
Ты знаешь, что самое главное в браке?
Доверие.
Вот мы с Верой доверяем друг другу,
поэтому у нас нет проблем
в семейной жизни.
СТУК В ДВЕРЬ
-Открыто, входите.
Ставьте туда.
Только сапоги снимите.
-Портянки несвежие, вам пахнуть
будет.
-Ну, ставьте там, я сама отнесу.
-Вот и я думаю, зачем топтать?
Так все чисто, уютно,
рюшечки, кружавчики.
Настоящее семейное гнездышко.
Благодарствую, барышня.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ЗВОН ПОСУДЫ
-За вас!
-О, Миша, иди к нам.
Я пью за своего нового друга.
И за его любовь к женщинам, которая,
между прочим, спасла мне жизнь.
Господа,
за вас! Ура!
ЗВОН БОКАЛОВ
-А теперь в номера, господа, а?
-Проконтролируй, чтобы все копии были
доставлены.
-Опоздала?
Вот.
Моя статья.
-"Любая курица может свить
семейное гнездышко".
Я рада, что ты вернулась.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ШУМ ШАГОВ
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Коля...
-Ой!
-Коля, ну что ты спишь?
-М, прости, задремал, не встретил.
Уф, так, ну, как все прошло?
-Ну, это же было божественно.
Как мне жаль, что ты не любишь оперу!
-Шесть часов слушать со сцены
невнятный и помпезный вой...
НАПЕВАЕТ
СМЕХ
Нет, уж лучше сразу в пыточную.
-Ну почему же шесть?
Они закончили в девять.
А потом мы еще заехали к Савиным,
у них по средам салонный день.
Васенька Дашу не видел с детства,
еле-еле ее узнал.
-Бывает.
-Я подумала, почему не заехать?
Ты работаешь, дети спят.
-Да.
-Не надо было?
-Нет, правильно все сделала.
Ну что б ты дома делала?
Ну почитала бы да уснула,
как всегда.
Все правильно сделала.
-Ты у меня такой замечательный.
Но я вижу, что ты злишься, м?
-Исключительно на себя.
Ну, статью не дочитал, видишь, уснул!
-Правда?
Коля, нам надо выходить в свет,
там так весело!
-А можно без меня?
А ты выходи, выходи.
Для меня самое главное,
чтоб ты была счастлива.
-Ты самый, самый лучший.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Корней!
Корней!
-А?
-Домой иди.
ГРОХОТ
ЖЕНСКИЙ ГОЛОС
КРИКИ
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
СВИСТОК
-Стоять!
Ах ты!..
Господин доктор?
-Вот как же нам не хватает
таких сознательных граждан!
-Да я-то чего, метле спасибо скажите.
Сломалась, зашел поменять,
а тут вот чего.
-Поймали, Филипп Игнатьевич. Поймали!
-Первой жертве - один, второй - два,
третьей - три удара, этой - четыре.
Вот такая вот трагическая история.
У схваченного на месте убийства
все руки были в крови.
-Я не понимаю, чему вы так радуетесь.
Линия защиты очевидна:
зашел в подъезд,
увидел лежащую в крови девушку
и решил проверить, жива или нет,
он все-таки доктор.
-Это еще не все.
Пройдемте, Филипп Игнатьевич.
-Витя!
Вставай, Витя.
-Оля, пожалуйста, я не могу, я всю
ночь работал с Мишей Заварзиным.
-Ой, не ври.
Кто здесь все разгромил? Ты?
-Я не помню, я ночью пришел.
А где Оля?
-Ты меня спрашиваешь?
Вставай, нас ждет столичный душегуб.
Я у него был, предлагал свои услуги,
но он хочет, чтоб ты его защищал.
Знаешь, кто он?
-Нет.
-Твой друг и спаситель,
доктор Старцев.
-Ну, это не смешно.
-Взят рядом с трупом, весь в крови.
Совсем не смешно, Вить.
-Это кабинет Андронова?
А можно пригласить к аппарату
Бориса Волохова?
Ах это вы?
Поместье Якуниных беспокоит.
Есть одно дело к вам, Борис,
не знаю, как вас по батюшке.
Да, лично к вам, именно.
-Я не убивал.
Я не мог этого сделать.
Я люблю женщин, вы же знаете.
Она была уже там, лежала.
Зашел, увидел: девушка, кровь, нож.
-И вы решили проверить пульс?
-Я должен был это сделать,
обязан как врач.
Я понимаю, все против меня.
-Против вас сейчас только то,
что за последние пять дней в городе
зарезали четырех девушек.
И все хотят, чтобы столичный душегуб
поскорее оказался за решеткой.
Андрей Сергеевич, вы все мне
говорите?
-А в чем дело-то? Чего дернули меня
средь бела дня?
-И вам не стыдно?
-Что-то случилось?
-Случилось, случилось.
Пройдемте на кухню, там все ждут.
-Ну, здравствуй, красавец.
Теперь-то сомнений нет, чей ты сын.
Отцовская кровь взыграла?
Девку вон обрюхатил и сбежал?
-Я не сбегал, сама сбежала.
Еще и обзывалась.
-А ты как обзывался, забыл?
-А ну, цыц! Раньше надо было кричать,
теперь сиди и молчи.
Чай, значит, говоришь, пили?
Много, видать, выпили-то?
Дочку-то мою вон как разнесло.
Ну что, Борис, возьмешь ее в жены?
-Возьмет, никуда не денется.
-Да я и сам хотел, говорил ей.
Не знаю, чего она сбежала.
-Вы поднимались по лестнице и увидели
лежащую девушку. Дальше.
-Сначала я испугался, а потом
подумал: вдруг она еще жива?
-Покажите, что было дальше.
-Я подошел к ней вот так.
Пощупал и пульса не нашел. Ну, так
бывает. Потом решил посмотреть раны.
-Угу. И тут хлопнула дверь, и вошел
дворник. Или, может быть, позже?
-Да, в этот момент.
Я сразу отошел к стене.
-Скажите, а вы пульс проверяли
на левой руке?
-Да.
-А в правой ничего не заметили?
Ну, сейчас... Вот здесь не видели?
-Ну, я... я не обратил внимания.
-Доктор, когда вас задержали, у вас
на рубашке не было одной запонки.
Обронили где-то, да?
-Ну, видимо, да.
Я не помню.
-Хорошо. А вот не знаете,
что это может быть?
Поздравляю, доктор, нашлась
ваша запонка.
Скажите, а как она могла оказаться
в руке убитой? Ведь вы утверждаете,
что видели ее уже мертвой.
-Даже не знаю.
А! Возможно, конвульсивные движения.
-Какие движения?
-Конвульсивные. Так бывает.
Сразу после смерти. Человек уже умер,
а конечность еще содрогается.
Уверяю вас, это научный факт.
-Так она просто лежала,
или она конвульсивно содрогалась?
И почему вы об этом не сказали
раньше?
-Да поймите вы, я не убивал!
Ну не убивал я, понимаете,
не убивал я.
-Что еще, кроме запонок,
вы от меня утаили?
-Клянусь, ничего. Я и про запонку
не знал. И если пытаться как-то
рационально это объяснить, я
действительно допускаю возможность
конвульсивного движения убитой.
Вы мне тоже не верите. Я понимаю,
я понимаю, как это выглядит,
но я позже вспомнил и рассказал
полиции, что я слышал звук,
когда вошел в парадную, как будто
хлопнула дверь громко так, резко,
дверь одной из квартир.
Возможно, кто-то поспешил скрыться?
-Больше никому ничего
не рассказывайте.
Показалось вам что-то, услышали,
с этих пор вы будете говорить
только то, что я вам скажу.
-Поздравляю, поздравляю,
Филипп Игнатьевич,
поймали-таки злодея.
-Нужно еще доказать, что это он.
-Да весь город говорит о том,
что столичный душегуб пойман.
Люди вздохнули свободно,
а вас что-то смущает.
-Меня смущает, когда меня торопят.
Если в спешке выдвинуть обвинение,
любой грамотный адвокат разобьет
его в пять минут в пух и прах.
-Ну так думайте, думайте, чтобы
не разнес. Или мне прикажете делать
за вас вашу работу, от которой,
кстати, зависит вся ваша
дальнейшая карьера?
-А что по остальным убийствам?
-Ни по одному нет алиби.
-Доказательств его причастности
к убийствам тоже нет.
-Боюсь, что присяжным будет
достаточно,
что он был пойман
на четвертом трупе,
в руках убитой была
его запонка.
-А ты считаешь, что не он ее убил?
-По человеку всегда видно,
если он врет или что-то скрывает.
Это не тот случай.
-Тебе не кажется странным, человек
убивает девушку, прячется в квартире,
зачем-то сильно хлопает дверью.
Для чего? Чтобы соседи проснулись?
-Он только что убил человека.
В таком состоянии...
-Четвертого человека. И ни одной
зацепки, ни одной улики у следствия.
А если бы так нервничал,
давно бы поймали.
-Это доктор подумал, что хлопнули
дверью, на самом деле мог слышать
что-то другое.
-Идеальный защитник. Даже мысли
не допускает, что клиент врет.
Идеальный.
-При повторном, более тщательном
исследовании
места убийства номер один
был обнаружен ранее не замеченный,
прицепившийся к сучку пенька
кусок материи. Вот.
В этот же день эксперты сделали
вывод, что найденный на месте
преступления клочок ткани является
недостающим фрагментом брюк
подозреваемого. Вот.
-Семен Фролович, ну вот так-то зачем?
-Его превосходительство сказали,
надо постараться, чтобы дело быстрее
отдать в суд.
-Постарались или подделали улики?
-Его превосходительство просили
передать вам, что завтра должно быть
предъявлено обвинение.
-А к чему такая спешка?
Чтобы не успела стихнуть волна
народного гнева, и чтобы защита
не успела подготовиться?
-Его превосходительство об этом
не сказали. Попросили зайти к нему
и передать ваш ответ.
Так что мне сказать?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Глашенька.
-Барин?
-Глашенька.
-Барин, не надо.
-Глаша. Глаша.
-Я замуж выхожу.
-Замуж?
-Да.
-Я так рад.
-Правда?
Барин не надо, нет!
ПЛАЧЕТ
УДАР
Барина убили!
-Ах ты, паразит, подлючий сын,
я тебя!
-Что?
-Что?
-Что, будем делать вид, что ничего
не случилось?
Так...
-Хорошо, а давай мы разберем
эту ситуацию.
Вот скажи мне,
как ее видишь ты?
-Что? Опять менторский тон?
А ты знаешь, что я это ненавижу.
Конечно, я согласна, я несколько
увлеклась этим семейным счастьем.
Но ты тоже хорош. Ты бы вообще-то мог
мне сказать об этом. А ты?
А ты этого не сделал. Ты помнишь,
когда я тебе предложила купить
этот дурацкий абажур, что ты сказал?
-Отличная идея.
-Отличная идея, конечно, конечно,
потому что тебе это нравится,
чтобы женщина просто занималась
делом. Стирала, убирала, готовила.
-Подожди, то есть я виноват в том,
что ты каждый день протираешь пыль,
переставляешь вазочки, купила
зачем-то этот чайный сервиз?
-Что?
Не смей мне больше напоминать
про этот сервиз.
Я его разбила первым.
Что ты сейчас так на меня посмотрел?
-Ничего.
-Ты так иронично на меня посмотрел.
Смешно?
-Нет.
-Тебе смешно.
-Нет-нет.
-Конечно, смешно. Не смей!
-Нет и еще раз нет. Это очень
серьезный и важный разговор.
У меня сейчас очень много работы.
Давай мы вечером пообщаемся.
-Нет, мы или будем говорить сейчас,
или больше никогда.
-Оля, у меня сейчас много работы.
Ты же знаешь, что взяли столичного
душегуба?
-И?..
-Так вот...
-Что? Ты будешь его адвокатом?
Нет! Роскевич, только не это, ты что,
это позорище! Фу. Хотя, конечно, нет,
ты подходящая фигура для этого.
-Оля, я буду адвокатом человека,
который ложно обвинен. Он невиновен.
-Конечно он невиновен, конечно.
Правильно, что должна делать женщина?
Готовить еду, воспитывать детей,
стирать, убирать. А если она этого
не делает, ее надо зарезать!
Он вообще не преступник.
Он просто убивал ненужных,
лишних особей женского пола.
Ну, с точки зрения вас, всех мужчин.
-Оля, ты ведь знаешь этого старика
Старцева. Ты хочешь сказать,
что он мог так хладнокровно убить
столько женщин?
-Конечно мог, он потаскун такой же,
как и вы все. А что такое женщина?
Вещь, которую можно использовать
для своих удовлетворений.
-Как раз напротив. Я говорил
с девушками, они утверждают,
что это тот клиент, который не думает
о том, чтобы удовлетворить
свои какие-то потребности.
А убивают другие.
-Ты знаешь, откажись от этой истории,
это унизительно и позорно.
Откажись от нее.
-В противном случае?
-Мне не хотелось бы говорить тебе
о том, что ты пожалеешь,
но это действительно так.
-Я все-таки рискну.
-Тогда ты сделал свой выбор.
-Да.
-Она лежала к вам лицом в полоске
света, и вы, опытный врач, не сразу
заметили, жива она или нет?
-Не сразу заметил кровь.
Подумал, может, она пьяна.
-Прилично одетая женщина пьяна
настолько, что спит на лестнице?
И, по-вашему, это нормально?
-Женщины ее профессии сильно пьют.
Ну, не все, конечно, многие, да.
Бывает даже, падают и не могут идти.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Господин Гущин, прошу меня простить,
их превосходительство звонили.
Просили вас прибыть к ним.
-Опять что-то натворил?
-Не могу сказать, извините,
тайна следствия.
-Все так серьезно, да?
-К сожалению, да.
-Ну, тогда в шкафу посмотрите.
И в чайнике не забудьте.
-Еще раз - извините за беспокойство.
-Ничего-ничего, заходите.
Долго будешь сидеть?
-Николай Иванович, я человека убил.
Спасите меня, пожалуйста.
-Мне доложили о том, что вы
не желаете использовать
в обвинительном заключении
материалы следствия,
в которых говорится о найденном
куске ткани от одежды обвиняемого.
-Да, я не считаю нужным.
-Будьте любезны добавить эту улику.
Она поможет связать последнее
убийство с предыдущими.
-Я повторяю, что не считаю это
нужным.
К тому же я не уверен,
что они вообще связаны.
-Будьте добры, уточните,
а то я начинаю сомневаться,
кто вы в этом деле -
защитник или обвинитель.
-Я человек, действующий
в рамках закона.
-Господин Гущин, вам не кажется,
что вы много на себя берете?!
-Ровно столько, сколько возложено
на меня должностными инструкциями.
И, господин генерал-прокурор,
держите себя в руках.
-Не сметь!
Не сметь так со мной разговаривать.
Хотите вылететь со службы?
-Вы можете добиться моего увольнения,
но вы не имеете права
повышать на меня голос.
-Будьте любезны
покинуть мой кабинет.
Вам что-то неясно?
-Я жду ваших извинений.
ЗВОНОК
-Проводите господина Гущина на выход.
Все материалы по этому делу
незамедлительно передать
господину Гессеру.
-Этот дебошир думает,
что убил Якунина.
На самом деле тот лежит дома
с сотрясением мозга.
Только вот Боре об этом знать
не обязательно.
Пусть немножко помучается,
попереживает, чтобы отпала охота
на людей бросаться.
-От меня ты что хочешь?
-Съезди к Якуниным, пообщайся.
Жалко будет, если этого балбеса
в тюрьму посадят.
-Коля, давай сам.
-Дорогой мой, если бы я мог сам,
зачем же мне тебя просить?
-Ты же знаешь,
у нас с Аглаей Сергеевной...
-При чем здесь Аглая Сергеевна?
Я тебя прошу съездить к ее брату.
Миш, это моя личная просьба.
-Я уже не спала. Как Никита свистеть
стал, я халат накинула, выбежала.
-Вы до этого какие-нибудь звуки
слышали? Борьба, крики?
-Я уже говорила полиции,
я ничего не слышала.
-А такой звук, будто дверью хлопнули,
был?
-Да вроде нет. Но я ведь только
встала, спросонья была.
-О, Виктор Ильич, слава богу,
вас нашел.
Виктор Ильич, сказали вас найти,
нужно срочно явиться в суд.
-Зачем?
-Не знаю. Судья говорит, срочно.
-Прошу меня извинить.
-Извините. Пойдемте.
Боялся, я вас не найду.
-Я даже не успею изучить
все материалы дела.
И это у нас такой честный
и справедливый суд,
да, господин судья?
Это же просто избиение одной
из сторон в судебном процессе,
где суд заранее выбрал виновного.
-Все, Виктор Ильич? Начало судебного
заседания завтра в десять.
-Это исключено, я требую провести
медицинское освидетельствование
моего подзащитного до начала
судебных слушаний.
-Мы предвидели вашу просьбу,
и поэтому сейчас он
на медицинской комиссии.
Доктора обещают, что завтра к десяти
утра заключение будет готово.
-Искренне сочувствую, Виктор Ильич.
-Знаете, я этого так не оставлю,
я буду жаловаться.
-Ваше право.
-Премьер-министру, генерал-прокурору.
Я всем буду жаловаться!
-Успокойтесь, Виктор Ильич,
надо уметь проигрывать.
-Вы что здесь вообще делаете, а?
Где Гущин?
-Увы, для господина Гущина это дело
оказалось слишком сложным.
Я буду представлять обвинение в суде.
-Пирожки, калачи только что из печи!
НАПРЯЖЁННАЯ МУЗЫКА
Похож.
А кому пирожки горячие?!
-Адмиралтейство?
-Есть.
-Сколько?
-Шестьсот.
-Сколько в остатке?
-Триста пятьдесят.
-Можно тебя на минуточку?
-Твое время вышло, Роскевич.
Так.
-Послушайте, вы хотите
собраться у здания,
пошуметь и разойтись,
так ничего и не добившись?
А если прямо в зале суда во время
моей пламенной речи?
-Роскевич, ты хочешь,
чтоб мы тебе сорвали заседание?
-Вот за что я тебя люблю -
за догадливость.
Вам нужно меня публично унизить,
я хочу отложить слушания.
И это тот самый случай, когда вы
добьетесь своей цели, а я - своей!
М?
Послушайте, ну, даже на войне
в подобных ситуациях
противоборствующие стороны
заключили бы временное перемирие.
НАПРЯЖЁННАЯ МУЗЫКА
ЖЕНСКИЙ СМЕХ
-Вера Андреевна.
-Благодарю.
Ну, прощай, Васенька.
Ты что?!
-Не уходи, умоляю! Еще пару минут.
Представлю без тебя целую вечность.
-Васенька, ты ведешь себя странно.
-Ты же знаешь, что я любил тебя,
но ты всё равно выбрала его,
человека, который нам не ровня.
Даже став известным адвокатом,
он так и остался мужланом.
Мы с тобой созданы друг для друга.
-Вася, не надо, пожалуйста.
-Поехали.
-Я думала, ты давно спишь.
-Как спектакль? Понравился?
-Да.
-М-м!
-Очень устала, хочу спать.
-За милых дам!
-Прошу прощения.
Мы можем поговорить?
-Что-то случилось, Николай Иванович?
-Пока нет. Давай отойдем
в соседний кабинет.
-А! Зачем же? У меня нет секретов
от друзей!
-Я запрещаю вам приближаться
к моей жене.
-У вас домострой?
Предупреждать надо о таких вещах.
Вам не стыдно, Николай Иванович?
За каких-то десять лет превратить
умнейшую девушку со своими идеалами
в красивую жену известного адвоката.
Неудивительно, что ее тянет ко мне,
человеку ее круга.
-Тянет?
Это, сударь, вы ее тянете туда,
куда ей не нужно.
-А почему вы так уверены,
что можете решать за нее?
-Ну, я могу решать за себя.
И я вызываю вас на дуэль.
-А я не принимаю ваш вызов.
Вы, видимо, забыли
о своем происхождении?
-М-м!
Так, значит?
-А-а!
-Что же вы делаете? Так нельзя,
Николай Иванович.
-Мне можно, я же не вашего круга.
-Это немыслимо.
-А вот в протоколе допроса:
"Женщины ее профессии сильно пьют,
бывает так, что идти не могут".
После этих слов доктора Гущин
так на него посмотрел внимательно,
хотел что-то спросить, но не стал.
Я подумал, может быть, это важно,
и...
-Правильно подумали.
Я вам очень благодарен,
господин Шушак.
-Всегда рад помочь.
Я могу идти?
-Не-не-не, стойте-стойте,
не торопитесь.
Понимаете, клочок одежды на месте
одного из преступлений - это хорошо.
Это даже замечательно. Но мало!
Господин генерал-прокурор
абсолютно правильно заметил,
что должна быть более явная связь
между последним убийством
и предыдущим.
Нам надо найти какого-нибудь
свидетеля,
который видел нашего доктора на месте
одного из преступлений. О-о-о...
-Как, как найти?
-Быстро!
-Слушай, это что, тот адвокат?
-Ну!
-Ну, про которого в газете?
-Он, он.
-Чего уставился, дуболом?
-Зря ты, барин.
-Вань, давай, бегом, бегом!
Иди разнимай.
Николай Иванович, да успокойтесь!
Господи, да что ж такое?!
Николай Иванович!
-Успокойся, барин,
не доводи до греха.
-А-а-а!
-Барин, барин, не надо!
-Отойди!
-Очумел, что ли,
такого человека бить?!
Пошёл вон отсюда!
-Барин, барин.
-Никогда не проигрывал.
И сейчас не сдамся. Пусти!
-Барин!
-Николай Иванович, опять за старое!
Что делать нам, скажи?
Как раньше, городового звать
да в участок вести?
Успокоился? Буянить не будешь?
-Нет.
-А-а-а! Стыдно, небось?
-Да.
-Отпусти его.
Да что ж такое-то?!
Тьфу ты, господи!
-Кто на непобедимого?
Кто?!


Серия 10

ХРАПИТ
-Вон!
ХРАПИТ
Может, случилось чего?
Может, по работе?
-По работе?
Коля!
Коля, поехали домой.
-Нет у меня дома.
-Убери руки!
Положь там, где взял!
-Положи.
-Положь, сказал!
-Коля!
-Уходи.
-Андронов, я без тебя никуда
не пойду. Поехали домой!
-Уходи к своему Васечке.
Я все видел.
Свидетельница даст показания в суде
под присягой.
А что скажет подзащитная, а?
-Николай Иванович, ну пойдемте.
-Николай Иванович,
Николай Иванович...
-Николай.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Юра видел, что Борис прячется
за углом,
и решил разыграть его,
любезничая с Глафирой.
-А это вам Юрий Сергеевич сказал?
-Конечно.
А кто мог знать еще о его намерениях?
Он дал Глафире понять,
что это шутка, подмигнул ей.
Михаил Юрьевич, в данном вопросе
мы не нуждаемся в вашей защите.
Я объяснила брату,
что это глупая шутка,
и он снял все претензии с Бориса.
-Спасибо.
-Юра просил передать,
что ему вполне будет достаточно
публичного извинения.
-Извинения?
-Да. В кругу приличных людей
принято просить прощение,
если они принесли страдания.
-Аглая!
Аглая Сергеевна, вы...
Вы человек редчайшей, чистейшей души.
И если бы я мог, если бы я имел право
дать вам совет,
пожалуйста, не выступайте в этой
ситуации защитником интересов брата.
Это бросает тень и на вас.
-Объяснитесь.
-И вы действительно полагаете,
что брат ваш - лишь неловкий шутник,
и что в вашем поместье
не произошло то,
что так часто происходит в России
между хозяевами и подневольными им
женщинами?
-Я действительно верю в людей.
Прежде верила.
Если вы хотите отнять у меня еще веру
в собственного брата...
...пойдите немедленно вон.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Еще никогда в моей практике
на уважаемый суд
не оказывалось такого
чудовищного давления.
Газеты уже вынесли приговор.
Спроси любого на улице - он назовет
тебе фамилию столичного душегуба.
Весь город обклеен этими грязными
бумажками:
"Роскевич - чудовище!
Как он может защищать этого убийцу?
Такое чудовище может защищать
только такое же чудовище".
Но ведь суда еще не было.
Еще предстоит выслушать доводы
обвинения,
доводы защиты также должны быть
выслушаны.
И только после этого,
когда уважаемый суд вынесет вердикт,
вы можете называть моего подзащитного
виновным или невиновным,
в чем я лично убежден
и скоро вам это докажу.
-Ну, господин Роскевич, конечно же,
лукавит.
Доказательства вины в четвертом
убийстве доктора Старцева
неоспоримы и исчерпывающи.
Вопрос лишь в том, связано ли это
убийство с тремя предыдущими.
И действительно ли перед нами
тот самый столичный душегуб,
который в течение нескольких дней
держал в страхе весь город.
В ходе судебных слушаний мы
представим вам свидетелей
и предъявим неоспоримые
доказательства,
после которых даже у самых
отъявленных скептиков
не останется ни малейшего сомнения
в том, что перед нами именно он -
человек, после ареста которого
убийства вдруг волшебным образом
прекратились.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Я свистеть стал,
а он по лестнице наверх.
Ну я и схватил, чтоб не убег.
Смотрю, доктор наш.
-В парадной больше никого не было?
-Соседка на свист вышла,
Корней с улицы зашел.
Не-не, больше никого.
-Спасибо.
У меня все.
-Когда вы по дороге к парадной
повернули из-за угла дома,
Корней Авдеев уже сидел в арке?
-Сидел, спал. Я его метлой ткнул,
чтобы он домой шел.
-Вы можете утверждать лишь то,
что он сидел с закрытыми глазами,
а спал он или нет, вы не знаете, так?
Теперь сугубо теоретически прошу
представить следующую ситуацию:
Корней Авдеев убивает девушку,
выбегает из парадной, садится в арку
и притворяется спящим.
-Протест, Ваша честь.
-Протест отклонен.
-Или такую ситуацию: любой из жителей
дома совершает убийство,
после чего за секунду до появления
моего подзащитного
прячется в квартире.
Или третий вариант:
любой житель Санкт-Петербурга
совершает убийство девушки,
пытается бежать через чердак.
В суматохе забывает закрыть дверь.
И когда в парадной появляется доктор
Старцев, дверь от сквозняка хлопает.
Это и был тот странный звук,
который услышал мой подзащитный,
когда входил в парадную.
-Протест, Ваша честь.
Давление на свидетеля.
-Протест отклонен.
-Повторяю вопрос: сугубо теоретически
такое возможно?
-Нет, невозможно.
-Протест, Ваша честь.
Мнение свидетеля.
-Протест принят.
-Я знаю, у нас сквозняк понизу идет.
Дверь оставят открытой на чердак,
так она и стоит,
пока сам не захлопнешь.
-Господин Роскевич, а вы еще
кое-что нам забыли рассказать.
У загадочного убийцы были
точно такие же запонки,
как у доктора Старцева,
одну из которых нашли в руке жертвы.
А доктор Старцев в этот же день
каким-то странным образом вдруг
потерял одну из своих запонок.
-Вы знаете, такие запонки
не редкость.
Вот, пожалуйста,
у меня точно такие же запонки.
И по вашей теории это означает,
что я тоже могу быть убийцей?
-Ваша честь, дабы пресечь все попытки
господина Роскевича
превратить судебное заседание
в цирковое представление
и не дать возможность правосудию
пойти по ложному пути,
я хотел бы прямо сейчас задать
несколько вопросов обвиняемому.
-Протест. Нарушение регламента.
-Протест отклонен.
-Вы знали убитую раньше?
-Нет, не знал.
-Отвечая на вопрос, вы сказали -
я сейчас процитирую:
"Женщины ее профессии сильно пьют,
не все - многие.
Бывает так, что падают
и не могут идти".
Вы ничего не путаете?
Вы действительно считаете,
что профессия портнихи располагает
к пьянству?
Ну почему вы молчите?
Вы отказываетесь отвечать
на этот вопрос?
-Нет, я...
Я подумал, она другой профессии.
До нее убили девушку
из публичного дома,
вот я и подумал...
-А до этого убили замужнюю даму,
работавшую продавщицей,
а до нее - няню в многодетной семье.
Но вы почему-то посчитали,
что перед вами проститутка.
Я еще раз повторяю свой вопрос:
вы раньше знали эту женщину?
-Нет, нет!
Я же говорю, почему-то подумал...
-А ведь правильно подумали.
Она много лет назад занималась
проституцией,
так же, как и первая, и вторая жертва
столичного душегуба,
который убивал исключительно женщин,
связанных с этой древнейшей
профессией.
Но об этом никто не знал,
даже газетчики.
Эти женщины тщательно скрывали
эти факты.
А вы...
...вы знали, господин Старцев?
-Да нет же, ну откуда я мог знать?
-Я протестую против столь вопиющего
давления на моего подзащитного.
Его вина еще не доказана.
Господин прокурор ведет себя так...
-Роскевич!
Хватит пудрить мозги.
-Хватит!
-Не дадим выпустить на свободу
убийцу!
-Не дадим!
-Не дадим убивать беззащитных женщин!
-Не дадим!
-Женщины тоже люди!
-Как я смогу его вытащить,
если он мне врет?!
Ну почему он мне врет, Миша?
-Потому что убил всех этих женщин.
Или хотя бы одну, последнюю.
И обратился к тебе,
который обязан ему жизнью,
зная, что ты сделаешь все,
чтобы спасти его от тюрьмы.
Такой вариант ответа ты даже
не рассматриваешь?
-Нет, здесь что-то другое.
Ой, спасибо, Егорыч.
Что там говорят про меня? Смеются?
-Ну, разное говорят.
-Егорыч, не надо щадить его
самолюбие.
Конечно, смеются.
Сначала Гессер тебя уделал,
что уже смешно.
Потом дамочки из женского союза
вообще сделали из тебя посмешище.
-И взгляд был добрый:
Витенька, мы все сделаем.
-К ним-то какие претензии?
Ты просил: когда дашь сигнал,
сорвать заседание. Они сорвали.
-Я не просил кидать в меня тортом!
Я не просил делать из меня клоуна!
-Ну, видимо, не смогли себе в этом
отказать.
-Почему Гессер?
Где Гущин?
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Вот, ваше благородие,
пришел попрощаться.
А куда вы теперь? Домой?
-В Москву. Потом - куда укажут.
-Я хотел сказать. Я...
Я был очень рад с вами работать.
Не только я, а все вас уважали.
Ну, почти все.
Умные и справедливые -
это так редко бывает.
-Ну сейчас-то льстить зачем?
-Я от всей души, Филипп Игнатьевич.
-Да я шучу, шучу.
Так что, господин Гессер,
как я понимаю,
с радостью воспользовался
якобы найденным вами клочком брюк.
Я слышал, что и свидетели уже
отыскались?
-Зря вы отказались,
Филипп Игнатьевич.
Ну все равно нашли. Кто согласится?
И кому сейчас легче от того,
что вас выгнали?
-Семен Фролович, если я сознательно
начну отправлять в тюрьму невиновных,
чем я буду отличаться от адвокатов,
которые выпускают на свободу убийц?
-Ну виновен он, Филипп Игнатьевич.
-Прощайте.
-Ну да.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Не хочу, говорит, домой,
а хочу убийцу искать.
А потом сказал: "Нет у меня больше
дома". И даже заплакал.
Пьяный, конечно, но все равно
не знал, что он плакать может.
-На помощь Николая мы вряд ли можем
рассчитывать.
-Так давайте я вместо него.
Все равно он спит, делать нечего.
-Спасибо, Борь.
Итак, господа, у нас осталось
шестнадцать часов для того,
чтобы исправить ситуацию.
А проиграть Гессеру -
это себя не уважать.
-Гессеру? А куда делся
Филипп Игнатьевич?
-Филипп Игнатьевич, Боренька, сейчас,
скорее всего,
заказывает себе на память
фотографические снимки:
меня в торте, нашего кулачного бойца
с синяками,
тебя, Борь, ну вот такого,
какой ты есть, и под девизом:
"Надоел мне весь этот паноптикум!"
Собирает вещи домой.
-Дядь, а дядь, а ты мне дашь
копеечку?
-А ну пошел отсюда!
Нашел место попрошайничать!
-А это вы Борис Волохов?
-Да. А тебе чего надо?
-Да один барин просил передать.
Э... Филипп Игнатьевич.
-Вот ты где!
Юр, ну что ты как маленький?!
Тебе же сказали, постельный режим.
-Ну, Аглаюшка, это такое счастье -
снова ощутить жизнь.
Ой, ну и какой же был дурень, а?
Сколько времени зря потратил. На что?
Прошу тебя, умоляю, найди
ту волшебную поварешку,
спрячь ее, сохрани.
Если три дня не пишу, подходишь сзади
ко мне - и по затылку.
А? Обещаешь?
-Обещаю.
-Я задумал новый роман.
-Я по поводу романа и хотела с тобой
поговорить, Юра.
Глафира беременна.
Успокой меня, скажи, что ты выше
этого банального сюжета
про барина и крестьянку.
-Я же сказал, это Борис все не так
понял.
Не веришь - спроси у Глафиры, она...
-Не надо ничего объяснять.
Глафира беременна от тебя?
Да или нет.
-Конечно нет.
Что за глупости?
Вижу, не у меня оного в этой семье
богатое воображение.
Спасибо за чай.
-Борис!
Присаживайтесь, прокатимся.
-Трогай!
А я все гадал, отважитесь или нет.
Вы, наверное, последний коллега,
которого я встречаю в этом городе.
-Не прижились?
-Климат не тот.
Мокнуть не люблю.
-Понятно. Очень жаль.
-Вы это сейчас искренне сказали?
-Да.
Очень полезно было с вами общаться
о сути адвокатской деятельности.
И вообще...
-Боря, у вас есть шансы стать хорошим
адвокатом.
Нужно только верить в себя
и не очень верить другим.
Всем ведь есть что скрывать.
Вот, к примеру, доктор Старцев.
Он упорно отрицает свое знакомство
с последней убитой девушкой.
А что бы проще?
Сказал бы: да, я пользовался иногда
ее услугами.
Это добавило бы ему мужской доблести.
Но он отрицает.
А вы не задумывались, почему?
-Странно, да.
Что-то связывало их в прошлом.
Он не боится, что об этом узнают?
-Есть много вариантов,
нужно выбрать единственно верный.
Если их что-то связывало,
вероятно, что-то криминальное.
Нужно достать пропуск
в полицейский архив.
-Это долго и малопродуктивно.
К тому же вы даже не знаете,
что будете искать.
Нужно найти самый быстрый способ.
Быстро добрались.
Пойдемте, Боря. У меня есть для вас
маленький прощальный подарок.
-Простите, я не пойду.
-Почему?
Вы что, стесняетесь?
Вы же не первый раз здесь, Боря?
-Кто вам дал право дарить мне
такие подарки?
-Боря, я не собираюсь вас бросать
в бездну разврата.
Оставьте эмоции.
Это нужно для дела.
Вы же хотите помочь вашим старшим
товарищам?
-"Комнаты мадам Сюзи". Да, это фу.
Второе заведение -
"Приют усталого странника" -
это то же самое предприятие,
просто под другим названием.
У мадам Сюзи были проблемы
с полицией.
Н-да.
И "Роза Каира".
-Это заведение, в котором работала
четвертая девушка?
-Да, это все то же заведение.
-И что это значит?
-Это может значить все что угодно.
Отдайте это вашим друзьям-адвокатам,
они разберутся.
Вас подвезти?
-Нет, мне тут рядом.
А вы когда уезжаете?
-Не знаю, скоро, наверное.
-А можно я письмо вам напишу?
-Куда? Вы же адреса не знаете.
-А, ну да, не знаю.
-В Москве я, скорее всего,
пробуду недолго.
Как устроюсь на новое место,
я вам сам напишу.
До встречи, Боря.
Я надеюсь, не только в суде.
Трогай!
-Тпру! Стоять!
-Барышни ходят, клеят. Скоро весь
город будет в таких картинках.
-Н-да...
С утра подключатся газетчики,
и к слушаньям ты окончательно
превратишься в посмешище.
-Нашел, кого попросить о помощи.
-Да. Это ты, конечно, сглупил.
-Поговори со своим подзащитным,
скажи, что в данной ситуации
он должен сменить защитника.
У нас будет фора во времени,
а он получит адвоката
с солидной академической практикой.
-Уже командует.
-Вот!
-Что это, Боренька?
-Все наши убитые барышни
Давно, правда.
Недолго, но все они работали
у мадам Сюзи.
Все четыре.
-Да вы гляньте-ка, други!
-Подожди.
-Наша старая знакомая.
-Боря!
Ты гений!
-Это не я, это Филипп Игнатьевич.
Он надавил на мадам Строгалицыну,
чтобы та позвонила знакомому.
-Гущин.
-Похоже, нам очень повезло,
что господин Гущин решил напоследок
напакостить бывшим товарищам.
-Он не из-за этого.
Он за справедливость, чтобы
невиновный в тюрьму не сел.
-Ну конечно, Борь. Конечно.
СМЕХ
-Как вы узнали?
-В полицейском архиве сохранились
списки.
Увидели ваше имя.
Да вы не волнуйтесь,
мы просто поговорим.
-Я тогда молодая была, давно очень.
Я прошу вас, никому не рассказывайте.
Я в том заведении
очень мало проработала.
-Никому, я вам обещаю.
Мы вас даже в суд вызывать не будем.
Убили четырех женщин,
ваших подруг.
Возможно, и вам угрожает опасность.
-Они мне не были подругами.
Они вчетвером держались особняком
и зарабатывали больше всех.
Красивые были барышни.
-Так.
-Я не знаю, про что вам рассказывать.
-Ну, может, был какой-то особенный
случай?
Снотворное гостю подмешали
или ограбили?..
-Ну... Мы помногу не брали,
только по мелочи.
А снотворное было велено
всем в вино добавлять,
чтобы гость подольше остался,
побольше потратил.
Впрочем...
Был один случай.
-Так.
-Однажды приехал гость пьяный уже.
Песни пел, кричал.
Возьму, говорит, всех четверых.
Пошли в комнаты.
И было ясно, что денег у него много.
Затем за ним приехали.
Мужчина благородный.
Кричал, скандалил.
У него жена рожает. Вынь да положь
ему именно этого доктора.
Ну, наши барышни дверь поплотнее
закрыли,
обласкали его и ничего не сказали.
Отпустили только на утро.
С пустыми карманами.
Помню, я в окно смотрела,
доктор на крыльцо выходит,
а там сидит этот... давешний.
Плачет.
"Как же так, - говорит, -
доктор, как же так?
И сын мой новорожденный
часу не прожил,
и жена померла..."
-Из-за одного заключения
отменять судебное слушание?
-Ну, как знал, Иван Сергеич,
что одного заключения будет мало.
Вот еще одно.
Еще одно.
И, Глеб Борисович, полюбопытствуйте.
Все медицинские светила России
сходятся к одному мнению,
что Виктор Роскевич после нападения
на него в зале суда
временно не может исполнять
свои профессиональные обязанности.
А так как я - новый адвокат
доктора Старцева,
мне по закону положено время, чтобы
ознакомиться с материалами дела.
-Хорошо, я изучу.
-Одну секундочку. Здесь только
друзья-коллеги доктора Старцева.
Очевидно, что они пытаются
помочь ему выкрутиться.
-Господин Гессер, это серьезное
заявление.
В вашем судебном обвинении сказано,
что доктор Старцев - убийца.
Значит, все, кто пытается помочь ему,
как вы говорите, "выкрутиться",
то есть избежать
законного наказания, - соучастники.
Хотите выдвинуть обвинение
против банды врачей-убийц?
-Николай Иванович,
сегодняшнее слушание отменяется.
Переносится на завтра,
в десять!
-Иван Сергеич, ну вы же понимаете,
что мне нужна минимум неделя?
-Сутки!
-Вы? А где Виктор?
-Теперь я за него.
Вы садитесь, Андрей Сергеевич.
И расскажите, как 10 лет назад
вы практически сутки
провели в комнате
с четырьмя девушками,
которые сейчас убиты
столичным душегубом.
Присаживайтесь, присаживайтесь.
Что, не знали, что это они?
Ну как же? Последнюю-то вы узнали.
Андрей Сергеевич, я понимаю,
что вам тяжело об этом вспоминать.
Но вы должны рассказать все.
-У нее был косой шрам под ухом.
Он шел по родимому пятну
и как будто разрезал его надвое.
-Я целовал эти половинки.
Говорил, кто это сделал,
мы его накажем.
Она смеялась.
Я ее запомнил, потому что из всех
она была почти ребенок.
Я был пьян.
Да, я любил... и люблю женщин.
Ну, вы мужчина,
знаете, как всевластна,
как разрушительна иногда бывает
эта страсть.
Как превращает человека в животное.
-Скажите, если б вы тогда приехали,
роженица осталась бы жива?
М?
-Это только Бог знает.
А я только человек.
Да, вероятнее всего,
они остались бы в живых,
и она, и ребенок.
У Валентины Сергеевны был
сложный случай - тазовое предлежание.
Я говорил, чтоб, когда начнутся роды,
сразу послали за мной
и только за мной.
-А как звали ее мужа, помните?
-Борис Петрович Насонов?
-Да.
-Так он пропал через год, наверное,
как его жена и младенец-то померли.
С полгода он ходил как тень,
не ел, не пил, а потом сгинул.
Дворянин был, хорошее место имел
в управлении железных дорог.
Любая бы за него пошла.
А вот он покойницу-то
никак забыть не мог.
Да и то вспомнить!
Семья-то какая была!
На Рождество, на Сочельник -
шарады, игры.
Валентина Сергеевна за роялем,
а Борис Петрович фокусы показывает.
Знаете, так - раз, и у меня за ухом
монетка.
Раз - а у нее в руках бутоньерка.
-Фокусы, говорите?
-Да.
-Он мог забрать у человека,
например, запонку,
так, чтоб ни человек, ни окружающие
не видели, и вложить кому то в руку.
-Конечно. Я же говорю, самые
настоящие фокусы показывал.
А она смеется, душенька,
а он ее целует в маковку, в ручку.
Уж так он любил ее, так любил...
-Спасибо.
-Николай Иванович, когда вас дома
ждать?
Вера Андреевна совсем ночью
не спала,
и днем по дому ходит как неживая.
-Она тебя послала?
-Нет, я сам.
Я ведь тоже волнуюсь.
Семь лет так не ругались.
Как пришла из трактира,
полдня плакала.
-Она меня в трактире видела?
Какой кошмар.
Ну... сегодня я не смогу.
Завтра в суде выступать,
а я не готов совсем.
Скажи, завтра приеду...
Обязательно.
-Вы готовьтесь, не буду мешать.
-Порфирий, еще предай...
...что я ее люблю очень.
Она мой самый родной человек.
-Финальная схватка!
Только в нашем суде!
Спешите видеть
не на страницах газет!
-Когда вы прибежали на свист,
покажите, пожалуйста, на схеме,
где вы стояли?
-Вот тут встала, как увидела,
что лежит мертвая.
-И вы все время смотрели
на убитую женщину?
-Да нет, почему ж?..
-Видели, как зашел Корней Авдеев?
-Как вошел, я не видела, а вот когда
подниматься стал...
-А, то есть он поднялся наверх?
-Ну да.
-А где был дворник Никита
в это время?
-Вот здесь.
Сидел на ступеньках
рядом с доктором.
-Спасибо. Можете быть свободны.
Когда вы вышли из парадной на улицу?
-Я вышел утром еще.
А потом вечером возвращался домой...
...и не дошел.
СМЕХ В ЗАЛЕ
-Вот арка, где вы присели отдохнуть.
Вот это окно в дворницкую.
Вот здесь вход в парадную.
Все верно?
-Вроде так.
-С какой стороны дома
шел дворник Никита,
когда разбудил вас,
ткнув черенком метлы в плечо?
-Ну, я не помню.
Я спал.
-Спали?..
"Никита метлой в плечо ткнул сильно,
у меня аж синяк остался", -
это ваши слова?
-Да, мои.
-На какой руке у вас синяк?
-Э...
На правой.
-На правой...
Согласитесь, было бы странно,
если бы дворник Никита
шел с левой стороны от дома,
прошел мимо парадной,
обошел угол дома,
разбудил вас
и снова вернулся к парадной.
Логичнее предположить,
что он сразу шел справа,
по ходу разбудил вас
и пошел дальше.
-Вам виднее.
-Мне виднее...
Благодарю вас.
Давно вы работаете на этом участке?
-Ну, считай, полгода.
-На Федора Макушина было совершено
нападение,
когда он ночью возвращался
из трактира.
В результате сложный перелом ноги
надолго лишил его возможности
исполнять обязанности дворника.
Однако наутро появляетесь вы
и предлагаете свои услуги.
Откуда вы узнали о том,
что случилось с Макушиным?
-Да теперь-то и не вспомнить,
кто-то сказал.
-Кто-то сказал...
Нет, конечно, можем спросить
у экспертов.
Но, по-моему, и так всем видно,
что у вас лицо пьющего человека.
Однако за полгода никто ни разу
не видел вас пьяным.
Бросили пить?
-Господь отвел.
-При устройстве на работу вы
приложили рекомендательные письма
из города Луга и из города Тихвина.
Прошу вас, Ваша честь.
Однако ни там, ни там на самом деле
вы не работали. Как же так?
-Ну, и...
Не стану скрывать, вот, схитрил.
-Размышляя над тем, как убийца мог
сбежать с места преступления
за несколько секунд до появления
доктора Старцева,
мы рассмотрели три варианта.
Первый: скрыться в одной из квартир.
Второй: скрыться на чердаке.
И третий вариант:
спуститься вниз и выбежать на улицу.
Но, по-моему, есть еще и четвертый
вариант.
После того, как убийца
нанес девушке удар ножом,
он быстро спускается вниз,
заходит в дворницкую
и вылезает через окно.
В этот самый момент
доктор Старцев заходит в парадную,
сквозняком захлопывает окно
в дворницкую.
Тогда это объясняет, что за странный
звук слышал мой подзащитный.
Тем временем убийца выходит
из-за угла, снова заходит в парадную
и ловит доктора Старцева.
Как вам такой вариант?
-А за каким лешим мне грех
такой на душу брать-то?
-Вот уж не знаю.
Как и не знаю, почему вы так
разговариваете?
Ведь у вас прекрасное академическое
образование.
Коллеги помнят вас
как блистательного оратора.
Андрей Сергеич,
вы знали этого человека до того,
как он стал работать дворником?
-Э-э, нет, не припомню.
-Вот так он выглядел
десять лет назад.
-Борис Петрович?
-Вы пропали девять лет назад.
Через год после того,
как при родах умерла ваша жена.
Потом снова явились из ниоткуда
полгода назад.
Как вы жили восемь с половиной лет?
-Я не жил.
Жизнь прошла, когда она умерла.
-Именно доктора Старцева вы считали
виновным в ее смерти,
и еще четырех девиц,
с которыми он развлекался,
пока она умирала при родах.
Они подсыпали ему в вино снотворное,
чтобы он не мог раньше покинуть
публичный дом.
Вы считали их, нанося все большее
и большее количество ударов.
Первая, вторая, третья, четвертая...
Пятому суждено было стать
доктору Старцеву,
которого должны были отправить
на казнь.
Формально - за убийство четырех
девушек.
На самом же деле - за смерть
вашей жены и сына.
Вы долго вынашивали план мести?
-Я уже и забыл про того доктора.
Я бродяжничал, пил,
лишь бы не думать.
Случайно увидел его.
Живой, здоровый, смеется...
А я нет, нет,
десять лет как нет.
И тут я подумал:
я еще не все сделал в этой жизни.
-С первыми тремя - все понятно.
А четвертая девушка...
Как вы смогли заманить ее
в парадную доктора Старцева?
-Познакомился.
Сказал, что узнал её.
Напомнил о докторе, мол, он всё ещё
вспоминает её.
Потом пришел, сказал, что хочу
сделать сюрприз для доктора
на день рождения.
Предложил 30 рублей.
Такие, как она, не бывают бывшими.
-Как вы подложили в руку убитой
девушки запонку доктора Старцева?
Фокусы помогли?
-Может, и фокусы.
Хотя я ж его схватил, повалил.
Тут и без фокусов.
Запонку снял, в руку ей вложил,
ничего и не заметил.
-У вас есть вопросы, господин Гессер?
Я понимаю вас, Борис Петрович.
Знаю, каково это -
любить человека так,
что, кажется, вот не будет его -
и жизнь кончена.
Если хотите, я могу представлять
ваши интересы в суде.
У меня всё, Ваша честь.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Ты был блистателен сегодня.
Но я не за это тебя полюбила.
И даже не за то, что ты любому
моему обидчику всегда бил лицо.
-Морду.
-Я просто тебя полюбила.
Я ничего не могла с этим сделать.
И я сама чуть было всё не испортила.
Я просто привыкла к счастью быть
с тобой. Я перестала это замечать.
Прости меня, пожалуйста.
-Ты меня прости.
-Ты бы зашел в зал суда арестантом,
а вышел бы победителем.
Я почему-то уверена,
ты бы вышел победителем.
-А-а!
-О! Кому шампанское?
-Не тебе.
Ты не хочешь извиниться, нет?
Обнять прослезиться, сказать:
"О господи, как я была неправа".
Я жду.
-Ты хочешь, чтобы я извинялась?
-Да.
-За что? За то, что я исполнила
твою просьбу - сорвала заседание?
Потратила свои нервы, душевные силы
и деньги на этот дурацкий торт.
Я была не одна,
мне помогал женсовет.
Роскевич! Ну естественно, мы
нарисовали эти листовки, ну и что?
Чтобы хоть как-то использовать
потраченное время в борьбе
против дискриминации женщин
в нашем варварском обществе.
Ты куда пошел, Роскевич?
Я ещё не всё сказала.
-Думать над пагубной природой
мужского шовинизма.
Вечером приходи. Обсудим.
-Свинья!
-Это мамка придумала, я не хотела.
Она кричала: "Из дома выгоню".
Я испугалась и... А-а-а!
-А Боря, Борю не жалко было?
-Ну конечно, жалко.
-Глашка!
Ну, где ты?
Зараза!
-Здесь она.
-Я бы ему самой лучшей женой стала,
никогда бы его не обманывала.
-Дура ты, Глашка.
В жизни кругом так.
Скажешь правду - все несчастны,
у всех горе.
А схитришь - так всем лучше будет.
Что, не так, что ли?
СТУК В ДВЕРЬ
-А Филипп Игнатьевич уже уехал?
-А-а!
Ну да. Слава богу!
Час назад поезд отошел.
Вот фикус оставил,
и то какой-то вонючий.
А ты чего хотел-то?
-Хотел спасибо ему сказать
-А, пожалуйста.
Так.
-Хороший фикус.
Сами вы вонючий.
-Друзья, давайте выпьем за то,
чтобы наши звезды закатились,
ну, не так стремительно, что ли.
-М-м!
Заходи, заходи, Боря.
-О!
-Заходи.
Заходи, садись.
Поставь свой фикус и выпей с нами.
На!
Выпей, выпей.
У тебя уже второе дело подряд.
Есть реальный толк.
Так что ты почти адвокат.
-Правда?
-Правда.
-А ты знаешь,
как сложна жизнь адвоката?
Сколько опасностей ждет тебя,
если ты выберешь этот путь?
-Я понимаю, быть адвокатом непросто.
А по части шампанского я не очень.
А вот по части женского пола -
я вообще, может быть, скоро женюсь.
-Угу?
-Что?
-И ты считаешь, в этом суть работы
присяжного поверенного?
-Да...
-Да...
-Похоже, он еще не готов.
-Нет, нет, совсем.
-Я ведь не это хотел.
-Встань-встань, Борь.
Ты ведь понимаешь, что ты сейчас
не себя, ты еще и меня опозорил.
Повторяй за мной.
Суть работы присяжного поверенного
заключается в неутомимом горении
сердца.
-Суть работы присяжного поверенного
заключается в неутомимом горении
сердца.
-Молодец.
Ежедневно, ежечасно все свои силы,
ум и совесть направлять на победу
милосердия над беззаконием.
-Все свои силы, ум и совесть
направлять...
СМЕХ
-Браво! Молодец.
-На самом деле, Боренька,
так оно и есть.
-На, на, на, на!
За тебя, Борь!
-И за победу милосердия
над беззаконием.
СМЕХ
-За победу!
Может, тебе за бокалом сходить, что ли?