По законам военного времени (7 сезон, 2024 год). Цитаты и фразы из сериала

ПО ЗАКОНАМ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ. ВРАГ ЗА СПИНОЙ (2024)

Режиссёр: Дмитрий Петрунь

Осень 1944 года. Территория освобожденной Литвы. Майор Елагина и старшина Федоренко едут за новым назначением в штаб Фронта. По пути на них нападают вооруженные люди. С трудом им удается добраться до ближайшего села, где расположился особый сводный батальон Красной Армии, которым командует старый друг Елагиной — подполковник Шилов. Он рассказывает, что напали на Елагину местные партизаны — так называемые «лесные братья», которые вместе с немецкими и литовскими диверсантами организовали на освобожденной территории вражеское подполье. Борьба с ними поручена Шилову, и он предлагает Елагиной присоединиться к его городской следственной группе. Майор Елагина и Федоренко остаются вместе с Шиловым. Он особо полагается на опыт майора в следственном деле и поручает ей решать самые трудные задачи в расследованиях. При этом по-дружески защищает и опекает ее от всего, что может помешать будущей встрече Елагиной с мужем и их общей Победе.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Вы бы поспали, Светлана Петровна.
До Минска-то
еще триста километров ехать.
- А бензина хватит?
- Какого бензина?
Шучу. Две канистры в запасе.
Напугал, Григорий Иванович.
Мне Ваня рассказывал, они как-то
пять километров машину толкали.
Не переживайте, Светлана Петровна.
Вот у Ивана Григорьевича
командировка закончится, и все...
он тут как тут.
А если фронт на запад двинется,
а мы за ним?
А я вам так скажу: наша встреча
в Берлине меня вполне устроит.
Дожить бы.
ПТИЧИЙ ЩЕБЕТ
ВЗРЫВ
- Мина вроде.
- Поехали туда. Только тихо.
Господи...
Ты смотри...
- Черт... Откуда они здесь?
- Кто?
Да немцы!
Черт их знает!
Давай, давай вывози,
родная, давай!
ВОЗГЛАСЫ НА НЕМЕЦКОМ
Давай!
ПО ЗАКОНАМ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ.
ВРАГ ЗА СПИНОЙ
Капитан Елагина,
военная прокуратура. Кто старший?
Товарищ лейтенант!
Товарищ лейтенант, нас обстреляли
по дороге, нужна связь.
Лейтенант Круглов. Связь только
в селе, товарищ капитан, в штабе.
Здесь только полевой.
Светлана Петровна, я не доеду.
- Верхом устроит?
- Нет, не устроит.
- Мотоцикл заводи.
- Агапов!
- Какая часть?
- Отдельный батальон
Прибалтийского округа.
Вам там все расскажут.
К комбату!
Это срочно. Полчаса назад
на дороге нас обстреляли немцы.
Слышали. Доложу.
- Начальник штаба Коротков.
- Где вас обстреляли?
Я сейчас покажу.
Товарищ полковник,
разрешите доложить.
Это было вот здесь.
Немцы, конный разъезд,
человек десять.
Там еще перевернулся фургон,
на мине подорвался. С грузом.
- Три трупа.
- Инкассаторы.
Черт, так я и знал. Это были
не немцы. Побудьте пока здесь.
Не немцы, а кто?
- "Лесные братья".
- Литовские партизаны.
Их тут на болотах целая армия.
- Мне нужно позвонить в штаб армии.
- Есть.
Четыре полста пять...
Первая рота, в ружье!
- Лоба!
- Я!
Возьми Свиридова, на рассвете
посмотришь, там, может быть,
- местного кого встретите.
- Есть.
Товарищ капитан, штаб армии.
Да, так точно.
Мы в расположении
особого сводного батальона.
Так точно.
Есть.
- Спасибо.
- Товарищ капитан,
за штабом полевая кухня,
кондер у них отменный.
Спасибо, товарищ старшина.
Шилов... Живой.
Светка!
Я глазам своим не верю.
Да ты ли это?
- Ты был ранен? Сильно?
- Ерунда, царапина.
С ума сойти, подполковник. Растешь.
- Да, есть такое, есть такое.
- Подожди, так это, получается,
- тебя, что ли, "лесные" обстреляли?
- Да, нас с Федоренко.
- Федоренко? Григорий Иванович здесь?
- Да.
- Хорошо, что не попали.
- Товарищ капитан, ваша карта.
- Спасибо.
- Может быть, хоть чайку?
Давай-давай, давай.
- Да, нам повезло.
- Если б не Григорий Иванович...
Передайте моему водителю,
чтобы он сюда прибыл.
- Есть.
- Ну, а что там Рокотов?
- В командировке.
- Угу. Давно не виделись?
Да уж, пожалуй,
целую вечность, считай.
Ясно.
Рацию ко мне в кабинет.
Товарищ комбат, значит.
- Ну да, есть такое.
- Правда, батальон у меня
немножко в усеченном виде,
но зато я на особом положении,
подчиняюсь только штабу армии. Воюю
с подпольем в городе и вот здесь,
- по селам.
- Откуда эти инкассаторы ехали?
- Везли деньги трофейные с передовой.
- Рейхсмарки, оккупационные рубли.
Хотели до меня без охраны дотянуть.
Я ведь их предупреждал.
- Думаешь, совпадение?
- Ну как, Свет, совпадение?
Одинокий грузовик на дороге.
Чем не цель?
Правда, так близко
"лесные" еще не добирались.
Так что, считай, тебе повезло.
- Спасибо.
- Спасибо.
За встречу.
ПО-ЛИТОВСКИ: Ну наконец!
Считай, боеприпасами
мы себя обеспечили. Быстрее, парни.
Сегодня же свяжись
с контрабандистами
- и оберст-лейтенантом Дамманом.
- Есть.
Он у нас еще просил проводников
через Северное болото.
- Обойдется.
- Скажешь, людей сейчас нет.
Фрицев красные не сегодня завтра
вышвырнут, а нам здесь жить.
- Рубли.
- Отлично.
Раздадим местным. Пусть на нас
работают, а не на Советы.
Это куда важнее,
чем горящие эшелоны.
- Кто?
- Масюлис.
- Рыбак из Метеляя.
- Отправьте родным.
Давай-давай-давай!
Еще!
Григорий Иванович!
Здравия желаю, товарищ подполковник!
Григорий Иванович, дорогой,
здравствуй!
- И ты здесь?
- Да как,
- а куда я без Светланы Петровны-то?
- Ну да, ну да.
- Вот все, отбегалась.
- Раскололи, как пасхальное яичко.
На списание.
Ну ничего, пули-то из нее
так и так вытаскивать.
- Глядишь, и оживет.
- Да вряд ли.
По всему, застряли мы здесь,
товарищ подполковник.
Ну ничего. У меня остановитесь,
я вам лучшее место выделю.
- Да мне не надо, я на сеновале.
- И я на сеновале.
- Матрасы-то у вас имеются лишние?
- Ну чего сразу "матрасы", "сеновал"?
- Оставайтесь у меня, я лягу на полу.
- Зачем городить огород
из-за одной ночи?
Отставить, товарищ подполковник.
Я все устрою, Светлана Петровна.
- Эй, служивый, погоди!
- А, смотри, начальник.
Дельце у меня к тебе.
Значит, на сеновале меня устрой,
но я буду не один - с дамой.
- Слушаюсь.
- И чтоб со всеми удобствами, вот так.
Тела убитых инкассаторов
отправить в город.
К вам прибудет батальон
из 344-й стрелковой на подмогу.
Прочешете квадраты 5 и 6
до Козлиного болота.
Все, отбой.
Комендатура? Алло!
Шилов говорит.
Когда выезжают инкассаторы?
Охрану им усильте.
Я не знаю, найдите.
И передайте, чтобы двигались
строго по маршруту.
Все ясно?
Степан Кузьмич, сегодня в ночь
инкассаторы выезжают из города.
Готовься встретить. Завтра деньги
развезешь по селам. Действуй.
- Зарплату людям платить надо.
- Каким людям?
Сельсоветы, заготовительные конторы,
ремонтные бригады.
К нам тут местные и так без особого
восторга. Без денег они вообще все
в партизаны разбегутся.
Что тогда делать будем?
Товарищ капитан! Да здесь
прямо "Пассаж" на Дерибасовской.
Завтрак в номер подавать?
Отставить, Григорий Иванович!
Слушаюсь!
И много у тебя бойцов?
Светлана Петровна, твой сон
будут охранять 150 штыков,
- ну и я в том числе.
- Ну тогда я спокойна.
Представляете, товарищ майор,
лет через десять
- денег совсем не будет.
- Не болтай.
Да нет, правда. Вместо денег будут
удостоверения с фотографиями.
Купил что-нибудь в магазине, тебе
на кассе по нему компостером шмяк -
и все, минус сто рублей.
Как в трамвае.
Стой.
Давай к лесу.
ВЫСТРЕЛЫ
Спасибочки.
- Проблемка, сержант?
- Не заводится!
Так а чего ты масляный фильтр
крутишь?
- Шофер сказал крутить, я и кручу.
- А сам-то он где?
За деталями какими-то
в город поехал.
А ты в этом понимаешь, что ли?
Машина-то немецкая.
Да пусть хоть марсианская. Дай-ка!
Так, ага!
РАДОСТНЫЕ КРИКИ
- Давай его тоже!
Давай отлавливай его!
Ай, какой красавец!
- Товарищ капитан, осторожнее.
- Он молодой еще, пугается.
Хотя вас вроде не боится.
К нему без морковки
- вообще лучше не подходить.
- Да и как же тебя зовут, а?
Марюс.
Марюс.
Да нет, это меня зовут Марюс,
а его - Нарком.
- Ну простите!
- Да ничего, ничего. Хоп, хоп...
- Доброе утро!
- Здравия желаю, товарищ капитан.
- Доброе, доброе.
- Григорий Иванович, что это вы
с утра уже трофейным автомобилем
обзавелись?
Так вот, хозяин разрешил повозиться,
вместо физкультуры.
- Ничего я не разрешал.
- И это не моя машина, а комбата.
- И вообще, я не шофер, а снайпер.
- А, ну, доброе.
Первый взвод, в ружье!
Светлана Петровна, товарищ капитан,
а с завтраком-то как?
Да потом.
- Что случилось?
- На конвой инкассаторский напали,
второе нападение за сутки.
Десять километров не доехали.
- Марюс, коня!
- Марюс, Наркома седлай!
- Я тоже поеду с тобой.
- Куда ты собралась в таком виде?
- А потом, ты что, верхом можешь?
- А у меня галифе есть.
- Ты меня быстро научишь.
- Свет, я тебя научу. Потом, ладно?
А пока поезжай, вон, с бойцами,
пожалуйста.
Нет, товарищ подполковник,
я с вами поеду.
Нет, товарищ капитан,
вы со мной не поедете.
- Это приказ. Все.
- Товарищ капитан, такси подано.
- Марюс, возьми!
- Я быстро.
Ну и где ты?
Товарищ подполковник,
один только живой остался.
- Где он?
- Вон он, у машины сидит.
- Так, периметр оцепить.
- Ага.
Посты по периметру каждые сто
метров. Два взвода - цепью в лес.
Командный пункт у моей машины.
Сигнальный цвет - зеленый.
- Командир конвоя капитан Ступин.
- Почему, капитан, приказ не выполнил?
Почему по лесу поехал?
Это ты маршрут "лесным" сдал? Ты?!
- Никак нет.
- Почему тогда один в живых остался?
Почему не погиб? Всех своих положил,
а сам жив? Отвечай!
Я за машиной был, отстреливался,
потом в это... в поле пополз.
Оружие.
Арестовать.
Ко мне в штаб батальона на допрос.
Сергей Сергеевич, командир конвоя
говорит, что за машиной
отстреливался, а потом в поле отполз.
Мне кажется, врет.
Испугался и всю обойму в воздух
выпустил. Вот, это его.
- А вот гильзы от этого пистолета.
- Ну и куда он стрелял?
- Ну смотри, получается, отсюда...
- туда.
То есть гильзы могли здесь
оказаться, только если он
- из-за машины стрелял?
- Только так.
ХЛОПОК РАКЕТНИЦЫ
Егор, утвержденный маршрут
следования конвоя шел по дороге
- через поле, верно?
- Ну да, там накануне саперы прошлись.
- Угу, ну конечно.
- И днем безопаснее, согласна.
- Ну а ночью-то что?
- По инструкции, они должны были ехать
- с выключенными фарами.
- Да, но вчера ночью было полнолуние.
Подожди...
Ты хочешь сказать, что в поле
конвой был бы заметнее?
Ночное небо в любом случае светлее,
чем лес.
- Девять миллиметров.
- Судя по пулям из твоей машины,
вас с Федоренко обстреляли
точно такими же.
- Думаешь, они?
- Быстренько они сюда доехали.
- Ну...
- Следы примерно 9-10 лошадей.
- Ушли через болото. Мин накидали.
- Шпрингмина? Сколько нашли?
- Три.
- Еще пару раз пройдитесь.
Я думаю, путь следования
инкассаторов им был хорошо известен.
Они спокойно пришли сюда,
устроили засаду,
погрузили ящики, раскрыли все,
поделили деньги,
еще мины успели разбросать.
Подожди, но заранее о маршруте
могли знать только в моем штабе
и начальник конвоя этот,
который в живых остался.
- Как его? Ступин.
- Да.
- А "мой штаб" - это сколько человек?
- Ну нет, Света.
Я им доверяю как себе.
Иногда даже больше, чем себе.
Мы, считай, семья.
- Проходи.
- Здрасте!
Познакомься, это мой заместитель,
криминалист майор Титов.
Капитан Елагина.
Да я, в принципе, человек
не военный, сыщик, так что можно
- просто Сергей Сергеевич.
- Светлана Петровна.
- Да, я тоже с УГРО начинала.
- Ну значит, из одной шинели вышли.
А это наш полиглот,
переводчик со всякого на всякий
- Свиридов Юрий Карлович.
- Светлана Петровна Елагина.
В принципе, я кандидатскую
по африканским языкам защищал.
Но так как мы не в Африке,
учить пришлось литовский.
Ну да, а также и венгерский,
румынский, польский.
- Сколько ты вообще языков-то знаешь?
- Свободно - пять, а разговорных
- двадцать где-то.
- Ну, инопланетянин, короче.
Я тоже, бывает, жалею,
что мы не в Африке воюем,
но у меня это обычно зимой.
ПРОИЗНОСИТ ФРАЗУ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ
- Что?
- "Я с вами согласен".
Свет!
Несколько раз выстрелил
в сторону леса.
Потом по дороге побежал
один со шмайсером.
Я упал, лежа еще раз выстрелил.
И с дороги пополз.
Патроны кончились.
- А что же они за тобой не пошли?
- Не знаю. Торопились.
Очередь в мою сторону дали, и все.
Потом кузов открыли.
Все-таки почему вы поехали
после развилки не по полю,
как было оговорено по плану?
Кто принимал решение?
Комендант?
Нет.
Мое решение было.
К тому же полнолуние было.
Мы на поле, на фоне светлого неба,
как мишени в тире.
- Задачу вам когда поставили?
- Вчера утром комендант
- маршрутный лист выдал.
- Комендант? Где выдавал?
У себя в кабинете, как всегда.
- Свидетели были?
- Никак нет.
С кем в течение дня
еще разговаривали?
Из казармы не выходил. Конвой
инструктировал, потом в банк поехали.
Так...
Опишите все подробно,
весь вчерашний день, по минутам.
И маршрут конвоя, и бой.
Калягин!
- Покормите задержанного.
- Есть.
Сам-то, небось,
уже раза три пообедал?
Ну, скажете тоже,
товарищ подполковник.
Егор Прокофьевич,
из сельсовета звонят.
- Какую им информацию дать?
- Будут деньги, будут.
Я знаю, вы мне не верите.
Да я и сам бы не поверил.
Но я не за себя.
- Не за себя, а за кого?
- За коменданта, майора Егорова.
Он честный человек, понимаете,
самый честный.
- Он тут ни при чем, я в этом уверен.
- Себе, значит, вы не верите, Ступин.
Ему верите. А почему?
Понимаете, он на моего отца похож:
так же говорит, так же думает,
та... та же походка.
А тот всю жизнь для других -
не для себя.
- Поэтому верю больше, чем себе.
- А где сейчас ваш отец?
Дома, в деревне.
В разлив как-то колхозное стадо
спасал, и ему обе ноги отрезало.
Пожалуйста, майор Егоров
был ни при чем, это я виноват,
- я инструкцию нарушил.
- Ну это как трибунал решит.
- Вы же действовали по обстановке.
- Да какая тут обстановка...
если я всех ребят загубил.
- Я прокурор, а не адвокат.
- Но будем надеяться,
что справедливость восторжествует.
Нет, не он это.
Не Ступин.
Другой кто-то информацию
"лесным" передал.
Не знаю, может, из банка кто?
Там много местных работает.
Да может, и не передавал никто.
- Сколько сюда дорог из города ведет?
- Три.
Ну вот, ведь достаточно
просто зафиксировать
выезд машины из банка в городе,
из любой квартиры.
А потом просто установить засаду
на каждой из трех дорог.
Светка, у меня к тебе предложение.
Оставайся у меня с Федоренко -
работать вместе будем.
У меня с розыском прям беда,
кадров катастрофически не хватает.
А тебе же как следователю цены нет.
- Заманчиво.
- Ну а что,
ты ребят моих видела? Львы!
Какие львы? Львы в саванне
африканской, а мы так,
- лягушки на болотах.
- Ну вот Светлана Петровна
- вас перевоспитает, лягушки.
- Бон аппети!
Не, а как же новое назначение?
Да договорюсь я со штабом,
договорюсь.
- Не, ну конечно, вместе веселее.
- Ну а что, работать в основном
в городе будешь,
квартиру тебе отдельную выделим.
Сейчас наступление начинается,
я без тебя просто зашьюсь. Оставайся!
Машину вам свою отдам,
в конце концов.
Взятку предлагаете,
товарищ подполковник.
- Да и предлагаю.
- Эх, вот бы с Ваней посоветоваться.
Калягин, ты на охоту ходил
когда-нибудь?
А как же! У нас в Сибири
без этого никак.
- Сердюк, ты утку приготовить сможешь?
- В яблоках или рагу?
- Ну не знаю. Рагу, например.
- Да запросто, товарищ полковник.
- А утка-то где?
- Будет тебе утка.
"Мой милый, любимый Ванечка...
когда-нибудь я тебе
все мои неотправленные письма
прочитаю вслух. Ты, наверное,
будешь дико хохотать,
а я - страшно злиться.
Но это не важно,
потому что тогда мы будем
наконец-то вместе.
А пока что я считаю дни,
часы и минуты, прожитые без тебя.
И так отчаянно хочется их сжать,
сдвинуть, спрессовать,
чтобы их не стало вовсе.
Но это невозможно.
Но я знаю выход.
Я буду работать, день и ночь
работать, не жалея сил,
отдавая все нашему с тобой
любимому делу.
Конечно, я буду очень осторожной,
обещаю...
Нарком! Ай, Нарком, красавчик!
ГОВОРИТ ПО-ЛИТОВСКИ
Надо менять маршрут,
товарищ подполковник.
Нет. Никаких больше конвоев,
пока не возьмем нападавших
- и их сообщников. Все.
- Да у меня приказ.
Завтра... Ну крайний срок -
послезавтра... деньги должны быть
- в районе. Политотдел давит.
- Сколько еще инкассаторов
для этого нужно погубить? Сколько?
Десять, двадцать, сто?
Ради зарплаты этим литовцам.
Вот этих слов я не слышал.
КОНЬ РЖЕТ
Смотри. Деньги в банке есть.
Но это последние.
Из комендантского взвода
я выделю пять бойцов.
Мои на "лесных"
у Козлиного болота вышли.
Я всех перебрасываю туда. Ясно?
Нет у меня людей. Нету.
- Никого не дам.
- Так...
- Маршрут изменим. Может, обойдется.
- А если деньги отправить без охраны?
- Ну то есть совсем без охраны.
- А, знакомься.
Капитан Елагина,
мой лучший следователь.
Это наш комендант, майор Егоров.
Ну, погрузим на обычную подводу
в виде медикаментов
- или обмундирования.
- Ну допустим.
А в фургон вместо инкассаторов
и денег посадим опытных бойцов
и сопровождением
вдоль дороги обеспечим.
При нападении они смогут
захватить бандитов.
Это хорошо.
Тогда...
подвода с деньгами
открыто вдоль леса поедет,
а фургон с бойцами отправим
другим маршрутом, вот здесь.
Они на себя "лесных" и переманят.
Вот тут дорога один-единственный раз
к лесу подходит.
Идеальное место напасть.
По-моему, отличный план.
Да. Единственное, что мне в этом
плане нравится, - это только то,
- что о нем знаем только мы.
- Знают двое - знают все.
Там лошади подслушивают,
надо их допросить.
- Может, это они информацию доносят?
- Ладно, ты тоже не горячись.
В принципе, я согласен.
Только отправлять будем
обычным способом,
чтоб не было никаких подозрений,
машину сопровождения
- и фургон с грузом.
- В ящики вместо денег
обычные книги положишь. Лично!
- Есть!
- Да, и погрузку в банке
обставь с помпой,
так, чтобы "крот" видел.
И свидетелей всех зафиксируй,
особенно гражданских.
- Слушаюсь.
- Может, я с подводой поеду?
Хоть какая-то охрана.
Ладно. Автомат только
с собой возьми.
Сколько там до этого Ленина ехать?
СТАРШИНА ИМИТИРУЕТ УТИНОЕ КРЯКАНЬЕ
Товарищ старшина,
только не дергайтесь.
О-о-о!
Представляю, как комбат расстроится.
Товарищ старшина...
ВЕСЕЛЫЙ СМЕХ
Нет, ну а что, я пока по этому
болоту прошлепал, весь промок.
И только я давай утку манить,
а тут...
Откуда я мог знать,
зачем он карту срисовывает?
Чего вы смеетесь?
Я же его чуть не пристрелил.
- Талантливо нарисовано.
- На самом деле это я виноват.
Хотел организовать тебе
праздничный ужин.
- Ну, сюрприз, так сказать.
- Спасибо.
Хотя я и сам бы, конечно,
от утиного рагу не отказался.
Товарищ подполковник,
вы, конечно, извините,
но я на охоту больше ни ногой,
хоть режьте.
Свет, идея-то хорошая была,
скажи? Хорошая же идея?
Не знаю. Если бы правда
вот он его пристрелил?
- Не дай бог, конечно.
- А мог ведь, а!
Да просто я еще звуки-то
какие издавал! Я еще это...
ИМИТИРУЕТ КРЯКАНЬЕ
- ...как жаба лежал там, а этот...
- Куда ты пошел?
Ох, студент!
Человек бдительность проявил,
а вы смеетесь.
Да.
Ай, Нарком!
Кто ж тебе имя такое дал?
Столько имен красивых,
- а ты Нарком.
- Он по-русски не понимает,
только по-литовски.
- Что, понравился вам Нарком, да?
- Красавец!
Лучший конь у меня.
Первый раз в упряжи. Сегодня в город
едем за обмундированием.
О, молодец какой! Приезжай,
я тебе еще морковки дам.
Да, он за морковку
готов родное стойло продать.
- Счастливой дороги!
- Спасибо!
Здравия желаю!
Что, Марюс, поехали?
Коменданту передай,
что подвода к нему уже вышла. Понял?
А где он?
Ясно.
4- 41, с банком меня соедините.
С банком меня соедините! Алло!
Алло!
А черт! Опять, наверное,
кабель полевой перебило.
- Как всегда, вовремя!
- Егор, может, ты знаешь,
зачем Марюс взял с собой седло?
- Какое седло?
- Он на подводе поехал,
седло с собой взял.
Зачем?
В подводу лучшего коня запряг.
Ты хочешь сказать, что сюда
он возвращаться больше не собирается?
Где он живет?
Пошли.
Может, он седло продавать повез,
а мы ему дверь сломали.
Починим. У нас Григорий Иванович
на все руки.
Какую-то странную аскезу
взял этот конюх.
Больше похоже на келью монаха.
Никакой одежды, нет личных вещей.
И если это он,
то как он получал информацию?
Кто ему доносил? М?
О!
А это здесь для чего?
А это стетоскоп Раппопорта.
Вот как раз им-то все прослушивают.
А теперь нам нужно найти
печную трубу.
- Вот здесь как раз.
- Что здесь?
- Вот здесь Нарком стоял вчера.
- Какой нарком?!
- Конь.
- Конь?
- Рыжий такой, красивый жеребец.
- Да Марюса, конюха нашего.
Он тут вчера стоял, очень беспокойно
себя вел во время совещания.
- Я сама лично видела.
- Ну и что?
Чего? Хозяина он почувствовал,
вот что.
Возможно.
Вот, это от буржуйки,
которая в штабе.
Угу. Так, ты стихи
какие-нибудь знаешь?
Какие стихи?!
На вот эту штуку... как ее,
дьявола... к трубе приложи и слушай.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
"Мой дядя самых честных правил...
Когда не в шутку занемог...
Он уважать себя заставил...
И лучше выдумать не мог...
"...И думать про себя:
Когда же черт возьмет тебя!"
- Все, дальше я не помню.
- А дальше надо Марюса брать,
конюха, пока не сбежал далеко.
Я в город,
ты остаешься здесь
на случай
непредвиденных обстоятельств.
Давай, Григорий Иванович, поднажми.
Нам Марюса с подводой
обязательно опередить нужно.
Он по своему маршруту
уже к городским воротам
подъезжать должен.
- А нам еще километра три трюхать?
- Да не трюхать, товарищ полковник,
- а лететь, как птица, как сокол!
- Давай, поднажми.
В городе нам его не обогнать -
заметит.
Давай, давай, родная!
Вывози, вывози!
- Пост три, пост три!
- РАЦИЯ: На связи!
Срочно соедините
с комендантом Егоровым.
Четвертый, четвертый,
я седьмой! Прием!
РАЦИЯ: Седьмой, я четвертый!
Вас слышу.
Полная готовность. Повторяю:
полная готовность! Он выехал.
- Двигается в сторону леса. Как понял?
- Вас понял, принято.
Принято, отбой.
Тпру!
Подержишь?
Что-то колесо у телеги ведет.
ПО-ЛИТОВСКИ:
Ты сам не представляешь,
что ты сделал, герой.
Держи. Это лично от меня.
С этим-то что делать?
ВЫСТРЕЛЫ, РЖАНИЕ ЛОШАДЕЙ
КРИКИ НА ЛИТОВСКОМ
Ну чего ты возишься? Давай.
Оружие собирай.
- Свиридов, ты как?
- Ай эм файн, товарищ подполковник.
- Чего?
- В порядке.
Не переживайте, деньги в полной
сохранности. На месте.
На месте, на месте. Мы за это время
план обратно переиграть успели.
Деньги с тем конвоем ушли,
но по другому маршруту.
Капитан Елагина
этого Марюса вычислила.
И мы деньги
еще до вашей погрузки заменили.
Все уже по деревням развезли.
Ладно, давай в себя приходи.
Давай-давай.
Ну что, Свет, от лица командования
проси все что хочешь.
- А ты знаешь, что я хочу.
- Мне бы какую-нибудь весточку
- Ване отправить.
- Ну, все, кроме этого,
правительственных наград
и нового звания.
Дай тогда кружок сама проеду,
одна, без тебя.
- Уверена?
- Уверена.
- Ну давай, вперед.
- Пошли.
- Ну, Нарком, давай.
- Поровнее держись, поувереннее.
- Ага.
- Ты хозяин, а не он.
Хозяйка!
- Ох, Светлана Петровна!
- На колесах-то все равно быстрее.
Зато мне ваш бензин не нужен.
Так мне что теперь,
в седло пересаживаться?
Конечно, у каждого Дон Кихота
должен быть свой Санчо.
Да, я этой ночью батальон
на Козлиное болото передислоцирую.
Вам оставлю Сергея Сергеевича
и Свиридова, они город покажут.
И жить ты будешь в лучшем доме,
я уже распорядился.
- Есть!
- Только в часовые себе
этого раненого не бери.
- Лучше уж...
- Не, я на посту сразу засыпаю.
А я чо? Я пожалуйста!
Догоняй, подполковник!


Серия 2

ГУДОК ПОЕЗДА
- Чистой воды уголовка.
- А мы тогда тут зачем?
Потому что убитый в списке
кандидатов в горсовет.
Уважаемый здесь человек,
а скоро будут выборы.
И участковый сказал,
что гильза от немецкого...
- Товарищ подполковник, здравия желаю.
- Участковый Ерохин.
У меня приказ о каждом применении
оружия вас оповещать.
- Все правильно, лейтенант.
- Убитый - Карпов Леонас Иванович,
школьный учитель математики.
Ученики, жена Марта, дочь Рута...
по-русски не говорят. Что еще?
Стреляли, вон, из сада напротив.
Собственно, там и гильзы.
Там же нашли вот...
Собака взяла след только до дороги.
- А что?
- Попали в голову, умер сразу.
- Кто обнаружил?
- Жена.
- Ей плохо стало, я доктора вызвал.
- Ну показывайте: где?
Проходите.
Сейчас осмотр будут делать.
Посторонних лучше убрать.
ПО-ЛИТОВСКИ: Услышала грохот сначала.
ГОВОРИТ ПО-ЛИТОВСКИ
ПЕРЕВОДИТ: Подумала, гроза.
Сообразила и в кабинет побежала.
Руте, дочери,
просит ничего не говорить.
Маленькая еще.
Спроси, враги есть у ее мужа?
ПЕРЕВОДИТ
А у вас?
Прошу...
Говорит, что боится.
Есть ей куда пойти?
В городе у нее никого.
- Томас!
- Куда постороннего?
- Кто разрешил пускать?
- Так это Томас Найкус, директор...
Томас, Леонаса убили.
Я директор школы. Леонас не пришел
на первый урок, и я...
Подождите.
Рута!
Иди ко мне, Рута.
Не плачь. Все хорошо.
Все хорошо.
Выносите.
Испугалась.
Простите, как вас зовут?
- Капитан Елагина.
- Нет-нет, имя.
Светлана Петровна.
Познакомься, Рута. Это тетя
Светлана. Светлана Петровна.
- Давайте помогу.
- Смотрите-ка, пошла.
Вы ей понравились.
- Что с ребенком?
- Напугана она очень сильно.
Боится людей в форме.
Вы знаете, я ее с собой в школу
заберу, извините.
- Секундочку, что это значит - заберу?
- А нельзя?
- Пусть идут. Ну что ей тут делать?
- Пока мы тут работаем, пока не убрали
все, комнату не опечатали.
- ШЕПОТОМ: Как ваше имя?
- Подполковник Шилов.
Все хорошо, Рута.
Дядя Шилов нам разрешил.
Скажи ему "до свидания".
ДЕВОЧКА ПРОЩАЕТСЯ ПО-ЛИТОВСКИ
ПЕРЕВОДИТ: До свидания, дядя.
Молодец. Пойдем.
Пойдем, моя хорошая.
- Вот какой я ему дядя?
- Степа.
Ерохин, не пускайте сюда
посторонних.
- И своим там передай.
- Есть.
Убийца был один. Стреляли прицельно,
хладнокровно, по-военному.
- Почему так думаешь?
- А вот смотри,
пули кучно легли, все в десяточку,
даже лампочку не задели.
Ого! Товарищ подполковник,
смотрите-ка.
- А станция-то точь-в-точь наша.
- Угу.
- Так, а это что?
- Тонкая работа.
Ну вот, пожалуй, с этого и начнем.
Первый и второй путь
освободить к утру,
маневровый паровоз - в тупик.
Теплушки туда же,
беженцев из них выселить.
Тебе под личную ответственность.
Так, все, вперед.
- Товарищ Дунаев?
- Да, а в чем дело?
Подполковник Шилов,
военная прокуратура.
- А, я как раз к вам собирался.
- Фронт в нашем направлении двинули.
С завтрашнего дня все эшелоны
через мою станцию пойдут.
Обеспечьте им наконец охрану
от "лесных", чтоб не горели
- как по расписанию.
- Вам знаком Карпов Леонас Иванович?
- Да, это мой друг.
- А при чем здесь он?
Его убили сегодня ночью.
Он заходил ко мне частенько,
в шахматы играли.
И про вагоны я его консультировал,
он игрушечную дорогу собирал.
- Когда последний раз заходил?
- Позавчера.
Марта еще пирог с рыбой принесла,
это жена его.
Чай пили.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
Дунаев.
Да!
87-й будет у меня по новому
расписанию в 19:30 где-то.
Прицепить смогу
только одну цистерну, все.
А расписание у вас всегда здесь,
на столе лежит?
Ну да, глаз с него не спускаю.
"Лесные" нападали на эшелоны
на соседних станциях
как по расписанию.
А поточнее можно?
Вот.
Вот старое расписание соседней ветки.
Вот на этот напали,
вот на этот и вот на этот.
- А там ваше новое расписание, так?
- Ну да.
А где оно лежало, когда Карпов
с женой у вас чай пили?
Да вы что! Думаете, Лева с "лесными"
связался и расписание у меня дернул?
Леонас - шпион...
В жизни такого бреда не слыхал.
Да я его с юности знаю,
честнейший человек.
Да он у себя в оккупации двух пацанов
от нацистов укрывал.
У него сын мой учился, который сейчас
на крейсере "Киров" фрицев бьет.
Да вы что, совсем с глузду съехали?
Так приятно поговорить
с умным человеком.
Сам себе задает вопросы,
сам на них отвечает.
А вы сами-то где были этой ночью,
гражданин Дунаев?
Здесь. Работал.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
ПЕРЕВОДИТ С ЛИТОВСКОГО: Ян и Альгис
Бразаускасы, они бывшие
ученики Леонаса, братья.
Они укрывали их от призыва.
Никто не знал о них...
кроме начальника железнодорожной
станции и директора школы, Томаса.
- А родители?
- СВИРИДОВ ПЕРЕВОДИТ НА ЛИТОВСКИЙ
Никого не было.
А где они сейчас?
Немцы когда ушли,
они тоже ушли в Красную армию.
Письмо прислали.
Где-то неподалеку служат.
Вот здесь они их прятали.
ПРОДОЛЖАЕТ РАССКАЗ НА ЛИТОВСКОМ
Они помогали Леонасу
строить железную дорогу.
То есть он им помогал.
- С кем они еще общались?
- ПЕРЕВОДИТ
Нет.
Они боялись. Если бы немцы узнали,
они бы убили всех.
Давайте помогу.
Светлана Петровна, посмотрите.
Это же Ян. А это Альгис.
Может быть, все эти фигурки
как-то между собой связаны?
Может быть, может быть.
Или они просто не успели доделать
остальных пассажиров.
Надо найти этих пацанов.
ГОВОРИТ НА ЛИТОВСКОМ
Светлана Петровна, Марта спрашивает,
можно им пока в деревню
к родственникам поехать?
У них там крестный недавно утонул.
- Пусть едет. Адрес только запиши.
- Есть.
Значит, версия такая. Учитель
скопировал на станции расписание
и через своих бывших учеников
передал "лесным".
Ну а лесные просто убрали свидетеля.
Всегда опасаюсь версий,
которые сразу все объясняют.
Ну а версии с начальником станции
Дунаевым исключаем?
Нет пока. Уж больно дерзкий.
Беда с этими гражданскими,
никакой субординации.
- Что я могу сказать?
- Это удивительный, добрый человек,
хороший друг.
Я даже не предполагаю...
Он в жизни ничего не совершил такого,
за что можно было на него злиться
и тем более убить.
Ну, может быть, это из-за...
Из-за чего?
Он был в списке кандидатов
в горсовет.
- Это я его туда вписал.
- Зачем?
Комендант попросил
кого-нибудь порекомендовать,
а Льву Ивановичу жилось несладко,
и я подумал, что эта должность
- может ему как-нибудь помочь.
- А сейчас всем несладко живется.
- Согласен.
- Но ему еще и своих забот хватало.
Расскажите, пожалуйста, поподробнее.
- Он с мамой в ссоре был из-за жены.
- Воевал все время с ней.
Любил обеих, но пришлось выбирать.
Он особо про это не говорил,
я и не вмешивался.
- А про братьев что-то можешь сказать?
- Ян и Альгис.
Тяжело им было в сарае сидеть.
Молодые, горячие,
много дел могли натворить.
Мы им еле занятие нашли.
Паровозики игрушечные делать.
Видели такие? Шедевр просто.
ШКОЛЬНЫЙ ЗВОНОК
Извините, у меня сейчас урок.
Руту нужно в деревню отправить,
к родственникам.
Вообще-то, мы тут решаем,
кого и куда отправлять, да?
- Ну она ребенок.
- Будьте, пожалуйста, потактичнее.
Рута, прости, пожалуйста.
Индюк напыщенный.
Говорил же,
беда с этими гражданскими.
- По-человечески можно ее понять.
- Продолжать жить в доме,
где только что убили твоего мужа
и отца ребенка.
Рута маленькая, обрадовалась,
что скоро папу увидит.
Она думает, что он ее в деревне ждет.
- Ну что, мы в горсовет?
- Нет.
О списках кандидатов
еще никому не известно.
Надо с железной дорогой разбираться.
Я на передовую к братьям.
- Связь через штаб.
- Ну а мы тогда узнаем адрес матери.
Да.
ПЕРЕВОДИТ С ЛИТОВСКОГО: А Луна
в четыреста раз ближе к Земле,
чем Солнце. Поэтому тень, которую она
отбрасывает, очень маленькая.
Но там, куда эта тень падает, можно
увидеть полное солнечное затмение.
Происходит это только в полнолуние
и повторяется в одной точке Земли
раз в несколько столетий.
Если, конечно, за этой тенью
специально на самолете не лететь,
и то не угонишься.
ГОВОРИТ НА ЛИТОВСКОМ
ПЕРЕВОДИТ: Дети, мы отойдем.
А вы открывайте тетради и нарисуйте
в них карту звездного неба.
Это Камилла, она в штабе армии
переводчиком работает
- и мне иногда помогает.
- Здравствуйте!
- А я тоже переводчик.
- Свиридов Юрий... Юра.
Светлана Петровна,
военная прокуратура.
- Очень приятно.
- Я здесь для русских деток перевожу.
- У нас все перемешалось.
- Вы не покажете на карте дом,
где располагается...
- проживает мать Леонаса?
- Да, конечно.
Слушайте, если бы мне так
про звезды рассказывали,
да еще с такой помощницей,
я бы, наверное, не переводчиком,
- а астрономом стал.
- Так оставайтесь.
Томас обещал после урока
про астрологию рассказать.
Да вы что!
Может, ваши звезды знают,
когда война закончится?
Да, знают и это, но пока молчат.
Дело в том, что Томас умеет
составлять гороскопы.
- Я бы про свою судьбу узнал.
- Я не гадалка, и астрология не наука.
Но если хотите,
то приходите вечером, поговорим.
Вот так можно попасть
к дому мамы Леонаса.
- Ее, кстати, Мелита зовут.
- Благодарим.
- Оревуар.
- Всего доброго.
Мины подвезут - поддержу.
Слушай, мало ли, что там написано.
Все. Все, в 22:00 вечерняя сверка.
Все, конец связи.
Подполковник Шилов,
военная прокуратура.
- У нас что, ограбили кого-то?
- Как-то вы не очень любезны,
- товарищ капитан.
- Извините, товарищ подполковник.
Тех, кто нас по книжкам воевать учит,
я очень даже сильно уважаю.
Мне нужны ваши новобранцы,
Бразаускасы Ян и Альгис.
Насколько я знаю,
они к вам в роту зачислены.
Пошли.
Пошли.
Это Ян, это Альгис.
Погибли сегодня ночью.
Документы в штаб дивизии
я уже отправил.
Еще вопросы будут?
- Чего молчишь, прокуратура?
- Ночью в атаку только ваши бойцы
- ходили?
- Да, только мои.
Мне бы их допросить.
Думаешь, кто-то из своих? Не.
Ребята на мине подорвались,
только после этого бой завязался.
ЖЕНЩИНА ГОВОРИТ ПО-ЛИТОВСКИ
Она про Марту и
сына слышать ничего не хочет.
- Гонит нас.
- Я поняла.
- Дальше совсем непечатное.
- Может, пойдем?
Я не подслушиваю. Обычно она так
на сына Леонаса кричит.
Он должен был сегодня зайти,
продукты принести.
Не зашел. Вот она на вас
и заругалась.
А вообще она тихая.
Мелита, мы разговаривали
со многими людьми.
Все говорят, что ваш сын
был хороший человек.
- Не надо переводить.
- Мой муж был русский.
Вы его ненавидели?
За что? Расскажите нам.
Понимаете, убийца вашего сына
тоже ненавидел его.
Помогите нам.
- Где он?
- Я должна организовать похороны.
Тело вашего сына отдадут
его жене Марте.
- Она ему не жена.
- Где мой сын?
Я вам уже сказала.
- Ты должна мне его отдать!
- Мне! Не этой шлюхе Марте!
Слышишь?!
Я никому ничего не должна,
но, если вы ответите на мои вопросы,
- я могу посодействовать. Помогите нам.
- Какие вопросы?
Чем я могу помочь?
Я из дома редко куда выхожу.
Не могу смотреть на эту разруху.
Спрашивайте у этой двуличной женщины.
- Что тут...
- Мелита, что происходит?
- Томас, что вы здесь делаете?
- Вы нам очень мешаете.
Угу.
Может быть, вы нам все-таки
объясните, почему двуличная?
- Ты не поймешь.
- Я понятливая.
Леонас подобрал ее где-то на станции
с ребенком, новорожденным.
В самом начале оккупации.
Нам и так несладко было -
а тут эта... приживалка.
- Я думала, что Рута - это его дочь.
- Нет, не его.
Марта была замужем-то за каким-то
рыбаком деревенским.
Он их бросил и исчез.
- А сейчас снова появился.
- Когда?
Как немцы ушли. Стал уговаривать
Марту вернуться с дочкой.
- А как его зовут?
- Масюлис...
...фамилия. Как зовут - не знаю,
знать не хочу.
Не понимаю я этого.
- Почему?
- Она - сволочь,
скользкая, как змея. И муж ее этот,
где он шлялся все это время?
А сейчас - любовь. Любовь!
Он мой единственный сын.
Больше у меня никого нет.
Отдай мне его, пожалуйста.
Пожалуйста, отдай.
ВСХЛИПЫВАЕТ
Спасибо.
Томас, вы знали,
что Марта была замужем?
Сказал бы, если бы знал.
Светлана Петровна, ну у вас методы!
Она же мать.
Товарищ Свиридов,
вы у нас числитесь
как переводчик, правильно?
Вот и переводите.
Можно я допрос сама буду вести
как-нибудь без вас?
- Ладно.
- Не "ладно", а "есть".
Ладно, есть.
А вот Марту мы, Юрий Карлович,
зря отпустили.
Идемте.
Котов - на кухню,
вы двое - на чердак.
Смотрите внимательно.
Может быть, есть где-то схрон.
Все подозрительные вещи или бумаги
выносите во двор, в машину.
Всю одежду осмотреть.
И игрушки детские тоже.
Так, боец, здесь все собрать,
проверить внимательно
каждую книжку, каждую тетрадку.
Мы ищем план, схему, расписание,
- литовские документы. Ясно?
- Есть!
- Выполняй.
- Сводка пришла
с соседних узловых станций.
Все нападения совершались
на товарняки,
которые следовали
четко по расписанию.
А наш учитель частенько захаживал
к начальнику станции,
в шахматы с ним играл.
Но я думаю,
что он и на соседних станциях
турниры устраивал.
- Учителя убил бывший муж Марты.
- Кто?
У Марты был муж, некто Масюлис.
Он недавно объявился.
Видимо, учитель им мешал.
Ну помнишь, еще дочка говорила,
что она поедет к папе.
- Ну, к настоящему папе, понимаешь?
- Ну и что это? Ревность или что?
- Не знаю, его не было всю войну.
- Он мог за немцев воевать спокойно.
- А адрес есть, куда Марта переехала?
- Да, я, конечно, записала,
если она меня не обманула.
Вот, на карте даже показала мне.
- Стацышкес.
- Стацышкес.
- Ага.
- Первый рыбачий поселок.
- Километров сорок.
- Жалко, места там не наши.
Ну как не наши?
Днем наши, ночью - "лесных".
А с армией придем,
вообще все в лес уйдут.
- Нет, надо это как-то аккуратней.
- Ну как аккуратней, Света?
- На лодке, что ли?
- Подводной.
Ха! Смешно.
Давай-ка сделаем так:
ты здесь останешься с отрядом
на случай ее возвращения...
а я со Свиридовым туда наведаюсь.
Ах!
Ерохин!
Это еще что такое?
Кто это у тебя тут?
Что он здесь делает?
Я ж тебя знаю.
Отпусти, отпусти.
Это ж Петька, беспризорник,
который раз из приюта сбегает.
- Петр, пойдем.
- Я никуда не пойду! Я тут живу!
- Ты как попал-то сюда?
- Через чердак.
- Мне братья разрешили.
- Так почему через чердак?
Марта не разрешила.
Каждую ночь, что ли, здесь?
И вчера был?
- Выстрелы слышал?
- Да, слышал.
И Марту тоже слышал.
Она с каким-то мужиком ругалась.
- Меня не увидели.
- С каким мужиком?
- Я-то откуда знаю?!
- Где они ругались?
- Да прямо тут, в сарае.
- Ну давай рассказывай,
- что он говорил.
- Я ничего не понял.
Они по-литовски ругались.
- Описать его сможешь?
- Да.
Сможет.
- Здравия желаю!
- Здравия желаю!
Дальше только строго по дороге.
"Лесные" повсюду.
Знаю. Спасибо.
Значит так, вы - беженцы,
едете на поселение.
Задача - рассредоточиться по поселку,
сильно не светиться.
Местные ничего не должны заподозрить.
Мы ищем женщину с ребенком,
но учтите, есть вероятность,
что она связана с "лесными".
Здравствуйте!
Капитан Иванов.
Я беженцев привез. Куда тут у вас
на постой определиться можно?
У нас тут не город с проспектами,
у нас деревня.
Человек пять-шесть
устроить можем, и все.
А что же делать-то?
- Если только вот в ангар на берегу.
- Там мы зимой сети храним.
Спасибо.
Свиридов, а ну пошли!
ПО-ЛИТОВСКИ: Здравствуйте!
Вы местный?
А мы беженцы.
К вам вот ненадолго заехали.
Меня зовут Юрий,
а его Григорий Иванович.
- Литовский откуда знаешь?
- Я из Ровно, там литовцев полно.
- А что не на фронте?
- Негоден.
В смысле, по зрению.
Испугались, что вместо фрица
своему командиру в задницу попаду.
Арвидас.
Умер кто-то?
Сын.
В озере утоп, недавно.
- И что, совсем один остался, Арвидас?
- Нет, еще сын есть.
Воюет.
Вы там, в ангаре, вещи мои
пока не трогайте, ладно?
Те, которые у матраса.
- Так, выходит, ты в ангаре живешь?
- Сосед ваш, получается.
Я из дома ушел.
Товарищ подполковник, там один дед
такую интересную историю рассказал!
Вон его дом.
Беда не приходит одна.
Невестка из города
с дочкой приехала, Марта.
- Ну а почему же беда?
- Вместе-то веселее.
- Проклял я их.
- Пока сын воюет,
она с каким-то учителем городским
сошлась.
А сейчас сюда пришкандыбала
с внучкой якоря мочить.
Не хочу с ними, в ангаре буду.
Так это что ж, выходит,
ты тоже беженец, что ли?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Шлендра!
Я с внучкой даже не разговаривал
ни разу, не довелось.
А ты знаешь, почему старики
к внукам тянутся?
А внуки к ним?
Потому что одинаково
жизнь чувствуют.
И за каждый прожитый день
одинаково Господа Бога благодарят.
Внуки - за то, что помог
много нового узнать,
а старики - за то,
что прошлое не дал забыть.
Меня Бог не слышит.
И что это такое - Бог?
- Кто его видел?
- Ну как это "что это такое"?
Известно что.
Любовь.
Сын. Сильный мальчик был.
Очень сильный.
Они там наверняка все вооружены,
а с ними ребенок.
Поэтому мы должны быть
максимально аккуратны.
Один за дорогой следит,
второй - во двор. Ясно?
- Ясно.
- Вперед!
- Это сын Арвидаса, который здесь...
- в ангаре живет. Ага.
И вовсе он не утонул. Соврал старик.
Я... пулю в него влепил там,
на дороге, у инкассаторского фургона.
Из "лесных" он, из "лесных".
- А эта Марта ему невестка.
- Это что ж получается,
Григорий Иванович?
Тут кругом одни "лесные"?
- Ну так.
- Ну, по коням.
СЛЫШНЫ РАЗГОВОРЫ НА ЛИТОВСКОМ
Что ж ты адрес мужа-то оставила?
С перепугу, что ли?
- Или думала, далеко, не поедем?
- Какого мужа?
О, так ты, оказывается,
по-русски понимаешь.
- Только девочку не трогайте.
- Не тронем.
Она пока вон с дядей Юрой погуляет.
Не бойся меня. Пойдем.
А это, стало быть, твой бывший муж?
РЕЗКАЯ НОТА
Муж.
Второй, видимо, его утонувший брат.
Он же крестный вашей дочери, так?
Мы докажем, что твой муж
вместе со своим братом
всю войну воевал в лесах
против Красной армии,
а потом, сговорившись
со своей женой...
С тобой сговорившись, Марта.
...убил учителя Леонаса Карпова.
То есть теперь ты -
соучастница убийства
и пособница вооруженной банды,
что по законам военного времени...
высшая мера наказания - расстрел.
Ты украла расписание
у начальника станции?
Он попросил переписать.
И я переписала.
Каким образом ты это сделала?
Леонас с начальником станции
сели за стол в шахматы играть.
А мы с Рутой за его столом рисовали.
Ну я и потихоньку вытащила
расписание из папки.
Он говорил тебе,
зачем ему это расписание?
Он сказал, что это наш пропуск
к "лесным братьям",
что за это нас примут
и еще отблагодарят.
ПЛАЧЕТ
Его брат у "лесных" служил.
Его убили. Красные убили.
Я все, как он просил, сделала.
Осталось только расписание передать.
Так, что было дальше?
А потом Леонас нашел у меня
это расписание...
и хотел наутро идти в милицию.
Поэтому вы его убили.
ПО-ЛИТОВСКИ: Тише, милая, не бойся.
Тише. Это гроза. Не бойся.
Я не знала. Я не думала,
что он его убьет.
Я вообще не думала,
что он на такое способен.
Что мне делать?
У меня же дочь. Я совсем одна.
А он... он ее любит. И Рута...
Рута... она его признала.
Он же отец ее.
Мы сегодня хотели уйти в лес.
То есть про расписание
пока никому не известно?
Если ты думаешь, что таким образом
помогаешь дочери, то нет.
У тебя есть шанс,
один-единственный шанс:
ты говоришь мне, где Масюлис...
иначе тебя посадят в тюрьму,
а Руту отдадут в детский дом. Поняла?
Где он?
Здесь...
в доме.
ВЫСТРЕЛЫ
Лежать!
Иди ко мне. Вот так!
Вот.
Вот.
Это твой дедушка, Рута.


Серия 3

ИМИТИРУЕТ КРЯКАНЬЕ
ДОНОСИТСЯ ОТВЕТНОЕ КРЯКАНЬЕ
- Михайлов, я один.
- А остальные где?
Черт. Так... Давай сюда.
- Грачев, что случилось?
- Здравия желаю, товарищ майор.
На отходе напоролись.
Иоська и Дрема убиты.
- Черт! Уверен?
- Уверен.
Ты сам как, не ранен?
В третьем квадрате
еще три гаубицы видел у дороги.
- Калибр?
- 105-й.
Так, выдать сухое,
накормить как положено,
- и пусть в резервном выспится.
- Есть.
Бегом.
Подполковник Шилов,
военная прокуратура.
Здравия желаю,
товарищ подполковник.
- Наружу зачем вытащили?
- Я думал, он жив еще.
Это Струнцов,
он обнаружил труп Грачева.
- Времени сколько было?
- Десять с небольшим.
- Хотел на кухню его позвать.
- А последним кто его видел?
Я. Форму ему новую выдал, а потом
к нам в расположение спать пошел.
- Подтвердить это кто-нибудь может?
- Кто-нибудь? Да все.
Я его лично в расположении
разведвзвода видел. Он спал.
- В этом помещении кто-то был еще?
- Товарищ подполковник,
следы на шее не от веревки.
Шнур. И тонкий такой, кожаный жгут.
А вы у нас эксперт,
товарищ лейтенант?
Вы бы записывали и не мешали.
Еще кто-нибудь был в этом помещении?
- Никак нет.
- Ясно.
- Возьмите.
- Это немецкий, он поярче.
Да нет, не похоже это
на случайное убийство.
- Может, диверсант или разведчик.
- Может, кто-то захотел
проверить блиндаж,
а Грачев проснулся?
Лейтенант!
- Зачем тогда душить?
- Или кто-то из своих.
В любом случае
убийца в сапогах был.
Как и остальные 500 тысяч бойцов
Третьего Белорусского фронта.
В разведку ушли четверо -
вернулись двое.
Один из них убит.
Струнцов может
что-то недоговаривать.
Молодец, лейтенант. У нас это
называется "версия с первой полки".
Лейтенант, а что это ты делаешь?
Давай-ка не будем ничего трогать.
Найди связистов и узнай у капитана
Елагиной, как у них там дела.
Есть.
Судя по трупному окоченению,
убит примерно часа в четыре утра.
Странгуляционная полоса
не от веревки, скорее удавка.
Спасибо. Надо будет разузнать,
были ли еще где-то подобные случаи.
- Понял, узнаем.
- Товарищ капитан,
- вот, у него в кармане было.
- Чего у вас руки такие грязные?
- Мыть надо руки, вы же медработник.
- Да я не медработник, я санитар.
Извините.
Я перед разведвыходом
всегда сперва проходы намечаю.
А сегодня ночью мы хотели
на ту сторону, через озера.
Я выбрал место, послал
сержанта Кочеткова приглядеться.
- Во сколько это было?
- В три часа ночи.
- А где вы задачу свою ставите?
- У нас в расположении.
- Вас мог кто-то слышать?
- Нет, исключено.
- Он, скорее всего, на немца напоролся.
- Ну, знаете, версия очевидная,
- только вот следов боя-то нет.
- Так это же диверсанты, опытные.
Стало быть, ваш разведчик
неопытный был?
- Тут уж как на дуэли - кому повезет.
- А Кочетков у меня уже полгода,
- мы с ним и Крым, и Рым прошли.
- Тогда, возможно, вы знаете,
- зачем ему это.
- Не знаю зачем.
- Может, расстояние на карте мерить?
- Первый раз у него такое вижу.
А в последнее время вы ничего
необычного не замечали?
Может, приходил к нему кто-то?
Какой-нибудь незнакомый?
- Или разведчик его?
- Нет, я бы знал.
Ясно.
- Майор Чубриков, Смерш.
- У меня приказ.
Расследование убийства разведчиков
теперь ведет
следственный отдел Смерш.
Политуправление.
Спасибо.
А Грачев с кем-нибудь ссорился?
- Нет. Если Лупина не считать.
- Но он со всеми в контрах.
- Кто такой?
- Младший лейтенант,
только что прибыл.
Командир 3-го огневого взвода.
Он требует, чтобы все по уставу было.
А устав этот когда писался-то?
Молодой еще, пороха не нюхал.
Если честно, я бы сам этому Лупину
- рожу набил с удовольствием.
- За что?
Он неделю здесь,
а уже пять докладных написал.
И все по мелочам. Кто их такому учит?
А Грачев что, с ним прямо дрался?
Куда там! Вы его сейчас увидите -
сразу все поймете.
Товарищ подполковник!
Вот, это у него в кармане лежало.
Спасибо.
А вы вроде сказали,
новую форму ему выдали.
Так точно!
Я еще Грачу нитки дал,
чтоб подворотничок пришить.
Значит так, до моего распоряжения
остаетесь в расположении своей роты.
- Ясно? Товарищ майор, проследите.
- Есть.
Есть.
Старшина! А у Грачева был
какой-нибудь талисман или оберег?
- Не знаю.
- Он мне про такое не рассказывал.
- А разведчики вообще суеверны?
- Обязательно.
Свободны.
Поэтому и не рассказывал.
- Товарищ старшина!
- Объясните, почему вы не в каске?
Так вот моя каска,
товарищ младший лейтенант.
- Устав что, не для вас писался?
- Или, может, вы его не читали?
А я чего? Я... Я ничего.
Товарищ лейтенант!
Командир 3-го огневого взвода
младший лейтенант Лупин.
Подполковник Шилов,
военная прокуратура. Это наша машина.
- В чем дело?
- Непорядок, товарищ подполковник.
Водитель без каски,
докладывает не по форме.
И автомобилям в расположение
днем нельзя: демаскируют.
Там за лесом техплощадка
для них есть.
- Григорий Иванович, езжайте.
- Слушаюсь.
- И вам каски тоже надеть нужно.
- Без них не положено.
- Ты давно здесь, лейтенант?
- Никак нет, но это не имеет значения.
- Устав есть устав. Разрешите идти?
- Не разрешаю.
У меня к тебе
еще пара вопросов будет.
- Полковник Карнаухов.
- Следственный отдел Смерш.
- Вы из прокуратуры?
- Так точно!
- По делу убитого разведчика?
- Да, расследую убийство
- сержанта Грачева.
- Уже нет. Дело передано нам.
- Почему?
- Потому что и так ясно,
- чья это работа.
- И чья же?
- Немцев, естественно.
- Все, что выяснили,
мне немедленно в письменном виде.
Труп увезли уже?
- Да, увезли.
- Зря. Поторопились.
- Командир дивизиона там?
- Там.
Машину на техплощадку поставь.
И писать начинайте уже,
товарищ следователь.
Воздух! Воздух!
Товарищ подполковник!
КРИКИ НА УЛИЦЕ: Кто? Не вижу!
Давай-давай!
Санитары!
- Живы! Ноги целы? Ну слава богу.
- Поехали быстрее.
А может, смершевцам
эти кубики отдать?
Как-то они связывают
эти два убийства.
Как и то,
что оба были убиты одинаково.
Нет, у них свое расследование,
у нас - свое. И улики мне важнее.
- Какой ты недобрый!
- Аж злой прям, Шилов!
- Не злой - недоверчивый.
- Хорошая привычка, между прочим.
Хорошая, конечно, - во время войны.
Ты что, хочешь завершить это дело,
не поставив в известность Смерш?
Да, я именно это и делаю.
Они сейчас оставшегося в живых
разведчика во всем обвинят
и дело закроют.
Я уверен, что Струнцов
к смерти своих товарищей
никакого отношения не имеет.
Это из архива. Взял всего
на один день. Кровью расписался!
Интересно.
"Дело разведчика Грачева
из артиллерийского дивизиона".
Кочетков... Это Кочетков,
которого на озере убили.
Это же получается,
что из одной учебки? Есть!
Еще 26 человек из этого выпуска.
- Ай да я, ай да молодец!
- Ты молодец.
Надо все справки по ним поднять.
Мискузи...
Это я молодец. Вот. Дела сержантов
Грачева, Кочеткова и еще четверых
находятся в кадрах разведуправления.
- Здравия желаю. Военная прокуратура.
- Капитан Елагина.
- Подполковник Шилов.
- Нам срочно нужны дела вот этих людей.
Я думаю, они у вас
вот за этой железной дверью.
Приказ начальника разведуправления,
пожалуйста.
У нас его нет. Но поскольку дело
срочное, то в качестве исключения,
- я думаю...
- Без приказа не могу -
ни в виде исключения,
ни в любом другом.
- Товарищ капитан, вы не понимаете.
- Мы расследуем уголовное преступление,
- и нам срочно нужны дела этих людей.
- Это вы не понимаете,
товарищ подполковник.
Сначала приказ, потом дело.
У меня инструкция.
К тому же неизвестно,
- эти дела у нас или в кадрах фронта.
- Ну так проверьте.
Без приказа не могу:
у меня инструкция.
Товарищ капитан, вы же понимаете,
что у нас будет этот приказ, -
- вопрос времени.
- Получите - приходите. До свидания.
- Ну товарищ капитан...
- До свидания.
- А вы всегда такой принципиальный?
- Всегда.
И физподготовка хорошая?
- При чем здесь?
- Видите ли, у нас не хватает
разведчиков. А принципиальных
днем с огнем не сыщешь.
- Мы вас с собой забираем.
- Куда забираете?
У меня особые полномочия, и я могу
привлекать всех, кто мне нужен.
Поэтому дальнейшую службу будете
проходить в моем спецбатальоне.
- Будете воевать с местными "лесными".
- Как это? А здесь кто?
Я думаю, кого-нибудь найдут.
Может, не такого принципиального,
но кого-нибудь обязательно найдут.
Да, не беспокойтесь, документы
о вашем переводе будут у вас завтра.
Я думаю, генерал-майор Алешин
мне не откажет.
Поздравляем вас!
- Погодите!
- Не надо вам к генералу Алешину.
Спасибо.
В ноябре 1943-го
все семеро разведчиков были зачислены
в спецгруппу майора Карнаухова.
Далее во время
спецоперации этой группы
Гвоздев и Матвеев погибли.
Группа была расформирована.
В 91-ю стрелковую отправлены были
Грачев и Кочетков, где и были
задушены в одну и ту же ночь.
А Онищенко - в 462-й саперный.
Кондратьев же был отправлен
в службу тыла после ранения.
- Из семерых в живых осталось двое.
- А вот майор Карнаухов,
теперь полковник Смерша.
- Полковник Карнаухов.
- Следственный отдел Смерш.
- Вы из прокуратуры?
- Так точно!
- По делу убитого разведчика?
- Да, расследуем убийство Грачева.
Уже нет, дело передано нам.
Это он у нас дело забрал.
- Машина должна быть укомплектована.
- Во-первых, одна запаска,
а должно быть три. Во-вторых,
маскировочная сеть, каски...
и миноискатель.
- А миноискатель-то зачем?
- Хе! А кто ж знает,
куда вас еще занесет.
Значит, убитых разведчиков
он знал и из виду не терял.
Поэтому и дело
под особый контроль взял.
- Что, к нему поедем?
- Нет.
Давай навестим двух других,
пока они еще живы.
С Кондратьева начнем.
МЕРНЫЙ КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН
Они когда-нибудь научатся точки
дислокации на картах обозначать, а?
Вход здесь.
- Да въезд-то с другой стороны!
- Стрелка же при въезде показывала!
Кратчайший путь
между двумя точками - прямая.
Пошли.
АВАНТЮРНАЯ МУЗЫКА
- Григорий Иванович, ты куда собрался?
- С вами!
- Ты бы еще пушку с собой прихватил!
- Да пушка-то в машину не влезет!
Вот и останься здесь,
машину охраняй.
Тихо, идем.
Руки.
ТРЕВОЖНАЯ НОТА
Я документик достану?
Военная прокуратура,
подполковник Шилов.
Это капитан Елагина.
Думал, воры. А чего это прокуратура
через закрытые ворота лезет?
Вы бы табличку какую
при входе повесили.
- Там висит. На литовском и немецком.
- А на русском что, трудно было?
А на русском там во всю стену
надпись. И стрелка на въезд.
Вы, наверное, просто не заметили?
Сержант Кондратьев,
начальник склада.
- Вам знаком этот предмет?
- Конечно.
Это Вани Кублова.
Он с ним игрался все время.
Ему даже позывной дали Кубик.
Откуда он у вас?
Вчера погибли два разведчика,
Грачев и Кочетков.
И не в бою. Их убили
уже на нашей стороне.
Задушили.
Причем в разных точках фронта.
- Как это - задушили?
- Удавкой.
Вот это мы нашли у Грачева,
это - у Кочеткова.
- Ничего не понимаю.
- Мы пока тоже.
Но мы знаем, что Иван Кублов
погиб и...
Не погиб.
Я тоже так думал.
Сейчас, минутку.
Обычно я их не храню.
Фронтовая привычка.
Но теперь я вроде как
не в разведке.
Пришло два месяца назад из госпиталя.
Разыскал он меня как-то.
- Полевая почта фронта.
- А это его почерк?
Почти. Он там пишет,
что после ранения и контузии
только-только заново говорить
и писать научился.
Потому и письмо короткое.
Пишет, Матвей погиб. Пишет:
"Меня как-то выбросило взрывом,
очнулся в госпитале".
Это про тот разведвыход?
- Ну да.
- Расскажите поподробнее.
- Цель была штаб противника.
- Мы тогда быстро наступали,
и немцы его просто в обычном доме
устроили, на краю деревни.
Вокруг их части стояли.
Нужно было забрать документы,
поджечь штаб и сделать видимую цель
для авиации,
чтобы отработала квадрат.
Погода еще была отличная.
Дождь моросил,
темно - глаз выколи.
Мы с Матвеем, Кубиком
и командиром внутри,
в штабе работали.
Остальные прикрывали с улицы,
Онищенко еще какого-то офицера
неподалеку удавил.
Тот даже пикнуть не успел.
- Удавил?
- Удавкой задушил.
Специальным приемом.
Инструктор его в разведшколе научил.
Большой специалист был.
Мы его Дикарь звали.
- Это позывной?
- Прозвище.
Он сам так просил его называть.
- А Матвей - значит, Матвеев?
- Так точно.
Сержант Алексей Матвеев.
Офицер тот из патруля был.
Немцы его хватились, конечно.
Тревога, патруль!
- Казармы были у них с другого края.
- Туда солдаты пошли,
пулеметчики поехали.
Кубик, Матвей, на чердак!
Прикроете. Все остальные,
готовимся к отходу. Быстро!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Хата должна была гореть минут 30.
Авиация была уже на подходе.
И тут Гвоздя убило.
ВЫСТРЕЛЫ
Кубик!
Сейчас, я сейчас.
ВЫСТРЕЛЫ
Кубик ранен в голову.
ДИНАМИЧНАЯ НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Гвоздь убит, командир!
Уходим! Быстро!
ВЫСТРЕЛЫ
- Во дворе никого! Пошли, Матвей!
- Матвеев!
- Я без Кубика не уйду!
- Не дури!
- Да он живой ведь, товарищ майор!
- Уходим, я приказываю!
- Нет!
- У тебя несколько секунд, бегом!
Давай шевелись!
МАТВЕЕВ КРЯХТИТ
Первый этаж полыхал,
огонь стал подбираться
к разложенной нами взрывчатке.
Матвеев!
ВЗРЫВ
Задание было выполнено.
Авиация точно вышла на позицию.
Мы были уверены, что они оба погибли,
а оказалось, что один живой.
Как там Кубик выжил,
вообще непонятно.
Бывает же. Наверное,
один случай на миллион.
Причем не просто выжил,
а еще и отомстить вам всем решил.
- Он что, рассудком двинулся?
- Он пишет: "В тыл не хочу,
останусь здесь".
Ну, после такого ранения и контузии
в разведку его точно не возьмут.
А в пехоту или в саперы - пожалуйста.
Кубик все умеет.
Он у нас лучшим был.
Я вам вот что посоветую, сержант.
Отрастите себе
еще пару глаз и ушей.
И при первом же появлении Кубика
на горизонте звоните нам.
Есть.
Свет... Пусть у тебя побудут.
- Почему?
- Да не почему,
просто пусть побудут у тебя.
- Ты боишься?
- Ну, не по себе мне.
Не понимаю я, что у этого психа
в голове может быть.
- Что у него может быть в голове?
- Такие же руки, ноги, как у всех.
- Да и душонка какая-никакая имеется.
- Да, об этой душонке
черти на сковородке пляшут.
Вот даже если его бросили,
ну не может нормальный солдат
своим мстить. Ну не может!
В общем, пусть будут у тебя.
Считай, что я их боюсь.
Шилов...
- Ты думаешь, что у меня, сердца нет?
- Или я не чувствую ничего?
Нет, Свет, мне тоже
бывает страшно иногда.
А иногда бывает больно.
МЕЛАНХОЛИЧНАЯ МУЗЫКА
Еще иногда бывает не по себе.
Значит так, подполковник Шилов,
говоришь вот столько,
а нужно вот столечко.
Мы должны, и все, понимаешь?
Хоть перед нами черт с рогами.
Когда-нибудь все это закончится.
Может, поедем?
СВЕТЛЫЙ МОТИВ
ТИХАЯ ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
ЗЛОВЕЩИЙ МОТИВ
- Ой! Все, спокойно!
- Это я, Юрий Свиридов!
Спокойно! Я увидел,
вы из штаба вышли. Я за вами.
Напугал. Я думала,
хулиган какой-нибудь.
Вы целы?
- Ой...
- Что?
- Ой!
- Что "ой"?
- Ой-ой-ой!
- Что, кровь?
- Юра, где? Покажите.
- Да нигде, я пошутил.
- Да я не хотел, правда. Извините.
- Извиняю. Доброй ночи.
- Э... Я это просто...
- Если вы... вы сейчас не заняты,
мы, может, мы прогулялись бы вместе?
Я бы вам что-нибудь рассказал,
вы бы мне что-нибудь рассказали.
- Что?
- Да что угодно, я не знаю,
про город, например, про себя.
Юр, давайте договоримся:
я не хожу на свидания
ни с кем и никогда.
И прошу вас меня не провожать.
Так темно ведь,
а вдруг и правда хулиганы?
- Вот мой дом. Увидимся. Спасибо.
- А я?
Если на меня хулиганы нападут,
как я без вас?
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Юрий, вы справитесь.
Я в вас верю. Доброй ночи.
ГОЛОСА НЕ СЛЫШНЫ
- Здравия желаю, товарищ капитан!
- А, тот самый немедик
- с грязными руками?
- Ну, я ж санитар.
- А как вы здесь оказались?
- Как обычно. Мы же как скорая помощь.
От санбата к санбату,
сегодня здесь, завтра там.
Вот раненых с плацдарма доставили,
потом в 49-ю армию едем.
- Горошин!
- А, извините.
Санитар! Руки-то помойте!
Так точно!
А что, если наш Кубик тоже
на такую скорую устроился из резерва?
Он же пишет: "Я здесь останусь".
- Военврач Плетнер.
- Что вы хотели?
- Здравия желаю!
- Здравствуйте!
Нас интересуют солдаты,
которые лечились в вашем госпитале
и были выписаны
где-то в середине лета.
У меня только статистика:
прибыло, умерло.
Наступление идет. Кто куда потом
распределяется после выписки,
я понятия не имею.
Кто-то в городе остается,
кто-то демобилизуется,
а кто-то обратно на фронт уходит.
- Но мне не до этого, извините.
- Фамилия Кублов вам не знакома?
- Ну как же так не знакома?
- Это наш заика.
После ранения
в госпитале остался работать.
Мы сейчас едем
в артиллерийский батальон,
где находится Карнаухов. А Шилов -
в часть, где разведчиком числится
Онищенко. Кубик может быть
и там и там.
Этот Кублов Иван Палыч, он же теперь
санитар на медицинской машине.
И вот они ездят из части в часть.
Примелькались уже,
никто их за чужих не воспринимает.
Передвигаются из полка в полк.
Как призрак.
А откуда он узнал,
где служит его товарищ?
- Да какой он им товарищ?
- Давит как кроликов.
- Псих.
- Ну, то есть бывший товарищ.
- Наверное, раненых разговорил.
- Он же ведь разведчик.
И, судя по всему, неплохой.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Кублов был ранен в голову, на лице
остались шрамы после операции.
Он имеет отличную
профессиональную подготовку,
и брать его нужно только живым.
А зачем ему
других разведчиков убивать?
Месть.
- Нашел время!
- Есть такое.
Повторяю: наша задача - найти
разведчика Онищенко и обеспечить ему
охрану. Он для Кублова сейчас
очевидная цель.
Разведчики у нас всегда приходят
в седьмой участок. Это здесь.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ИМИТИРУЕТ КРЯКАНЬЕ
- Странно.
Уже должен быть на месте.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Онищенко!
Удавка. Часа полтора назад.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
- Трое офицеров, средней тяжести.
- Носилки не нужны.
П-пусть г-г-грузятся.
Н- не с-спи, у нас т-трое средних.
Санитарная машина была. Три ящика
бинтов привезли и противошоковые.
- В машине кто был?
- Санитар. Я его раньше не видел.
- Один?
- Нет.
- Он и водитель.
- Как выглядел?
Он в повязке был марлевой,
а руки у него большие.
Я сразу обратил внимание.
Позавидовал.
Ну, это профессиональное.
И еще: он заикался немного.
- А когда уехал?
- Не знаю.
- А куда поехал, не сказал?
- Туда, где на днях
батальон разбомбили. Через них
все санитарные машины возвращаются.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
- Где Кублов?
- Я не знаю.
Тут только что был.
По нужде отошел, наверное.
Кублов, лишнее движение -
и я буду стрелять.
Товарищ полковник, как вы?
Военная прокуратура.
Повезло же вам, товарищ полковник.
Матвей?
Какой Матвей?
Матвей?
- Быть этого не может!
- Заходи, заходи.
Товарищ полковник, этот санитар...
З-здравия желаю,
т-товарищ м-майор.
- Т- то есть т-товарищ п-полковник.
- Здравствуй, Кубик.
М-матвей, ты живой?
Это ваше?
Нет, нет, мой в к-кармане.
И правильно. Потому что
это Матвеев их убил.
- Разведчиков Грачева и Кочеткова.
- А Онищенко тоже мертв.
И подбросил им эти кубики, чтобы
мы подумали на вас, товарищ Кублов.
- Ма-ма-т-твей убил?
- Да, да. Задушил.
- Нет, нет. Он не м-мог.
- Задушил удавкой.
Я расскажу.
Тогда уже полыхал весь первый этаж.
Я слышал, самолеты зашли на позиции
и начали бомбить.
Это отвлекло немцев,
которые окружили штаб.
Мне удалось вытащить Кубика
и уйти в лесополосу.
Он был без сознания,
ну и я решил оставить его.
Завалил ветками, пошел к нашим.
А тут немцы.
Прочесывали периметр.
НЕМЕЦКАЯ РЕЧЬ
ПО-НЕМЕЦКИ: Руки вверх!
Руки вверх!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Дальше были допросы,
потом опять допросы, а потом пытки.
- Я не выдержал.
- Пытки не оправдание, Матвеев.
Знаю.
Где тебя готовили?
- Нойхоф, под Кенигсбергом.
- Разведшкола абвера.
Задание?
Выйти к партизанам в районе Каунаса.
Наладить радиосвязь с немецким тылом.
Помогать подполью
в организации снабжения.
А потом ты встретил того,
кто смог бы тебя опознать.
Да.
Грача.
Случайно на рынке. Сказал,
что меня комиссовали по ранению.
А он сказал, что получил письмо
от Кубика из госпиталя.
- Я сделал вид, что обрадовался.
- А какая участь ждала Кублова
после того, как вы бы расквитались
со всеми свидетелями?
Контуженный псих Кубик
застрелился бы.
Что ж, спасибо тебе,
прокуратура, за все.
Кстати, почему вы мне сразу
не рассказали про кубики?
Забыл. Виноват.
Мы так больше не будем,
товарищ полковник.
- Р-разр-решите обратиться?
- А с-со мной что?
А, Кублов? Вы здесь еще?
- Везите раненых.
- Угу.
Кубик!
Вы уж не держите зла на нас.
Ну и удачи.
Е-есть.
- Это вам.
- Спасибо большое.
- Возьмите.
- Благодарю. Ой!
- Аккуратнее.
- Спасибо.
Всего доброго.
А вот теперь, Камилла,
вы от моей помощи не отвертитесь.
- Здравствуйте!
- Это же не свидание?
Не свидание.
Светлана Петровна, наш-то полшага
не прошел - сразу его сцапали.
- Да.
- Глаз да глаз.
О, как у Шлемы на Привозе.
Григорий Иванович, а может,
сделаем совместную карточку?
- Я Ване отправлю.
- Сейчас я организую.
Я прошу прощения.
Может, сфотографируемся?
- О! Товарищ Елагина! Здравствуйте!
- Светлана Петровна!
- Смотрите, вот кого встретил.
- Здравствуйте, Камилла!
- Светлана Петровна!
- Очередь подошла. Пойдемте.
- Пойдемте вместе сфотографируемся.
- Мы хотим портрет общий сделать
- на память.
- Нет, что вы, неудобно.
- Пойдемте.
- Пойдемте-пойдемте.
- Я одета неподходяще.
- Камилла, вы выглядите
как прекрасная принцесса.
И вообще, здесь все свои.
Раз здесь все свои,
у меня одно условие.
- А зеркальца нет у вас?
- Да, конечно, обязательно.
- Так ровно?
- Все замечательно.
- Давайте перейдем на "ты".
- Да садитесь! Это приказ.
- Так.
- Приказ прямо в глаз.
Все, приготовились.
Юрий Карлович, вы так и будете
с ведром фотографироваться?
- Ты чо с ведром-то?
- Уно моменто.
ЕЛАГИНА: У нас теперь все,
как ты говорил, Ваня.
На войне плечо друга самое надежное.
Автомат или граната
осечку дать могут, а друг,
если он друг, - никогда.
Если в бою его испытал -
все, доверяй и не сомневайся.
Вот и у нас собралась команда
испытанных в бою друзей.
Только вот командира не хватает.
Тебя, товарищ майор.
Ванечка...


Серия 4

СТУК
-Давай, давай.
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
ПО-ЛИТОВСКИ: -Что случилось?
-Русский патруль.
ЖЕНЩИНА СТОНЕТ
-Ей нужно в госпиталь.
-Нельзя в госпиталь,
ее там арестуют.
-Но она может умереть.
И она, и ребенок.
Аккуратно, ложись.
Тише, тише.
Черт, умрет и она, и ребенок.
Слышишь меня?
-Я кого-нибудь найду.
-Кого? Когда?
Держи, держи крепко.
Так, Саулюс, держи.
Зачем ты с собой ее брал?
-У нас каждый боец на счету.
Ты-то сидишь дома.
-Она не боец. Она твоя жена.
Тише, тише, тише.
ЖЕНЩИНА ВСКРИКИВАЕТ
ЖЕНСКИЕ СТОНЫ
Вы одни здесь? Или еще ваши были?
-Одни.
Нас только до города проводили.
Дальше мы сами.
-Что вы делали в городе?
-Спецзадание.
-Сейчас немного полегчает.
Тебе нужно поспать. Слышишь?
Постарайся уснуть.
И не нужно двигаться.
-Светает. Мне нужно идти.
-Когда тебя ждать?
-Не знаю.
Но я обязательно
что-нибудь придумаю.
-Придумывай поскорее.
-Давление падает.
-Еще 200 крови.
Зажим.
Теопентал натрия готовим.
-Здесь пусто, товарищ майор.
-Как - пусто? Какого черта?
Так бегом! Бегом!
-Пятьдесят кислородных подушек.
Записал?
Пятьдесят кислородных подушек!
-Ключ от склада!
-Еще...
-И кровь, срочно!
-Забрали все самое необходимое.
Сульфидин, глюкоза,
гексенал и кровь. У нас сейчас
все операции встанут.
Я звонил - сказали, что-то
привезут только через три дня.
Но это слишком поздно.
-Кто ночью дежурил?
-Я.
-Ничего не видели и не слышали?
-Нет. Только привозили раненых.
Я ничего подозрительного не видел.
-Во сколько это было?
-Ночью, под утро,
как раз перед вашим приездом.
-Да, следов грабители
оставили великое множество,
грубо работали. Скорее всего,
вскрывали ломом или фомкой,
ну а ушки у замка - у меня
на почтовом ящике и то серьезней.
-Ночью было всего несколько операций,
поэтому сюда никто не спускался.
-А это один склад
на весь госпиталь, что ли?
-Такой один на весь город.
-Что же вы так плохо его охраняли?
Вы местный?
-Так точно.
До войны здесь работал,
потом на фронте.
После ранения попросился
перевести - перевели.
СТУК
-Сергей Сергеевич,
хватит там материться!
-Он же ничего не говорил.
-Он азбукой Морзе ругается.
-Ну а что еще остается?
-Сергей Сергеевич, там наверху
вообще ничего не слышно.
-Я так и думал.
-Вы отчетность ведете?
-А как же.
-Где документация?
-Вот полный список.
-Что это?
Две коробки,
еще две коробки. Это что?
-А эти коробки -
они приблизительно как выглядят?
Но это не коробка - это ящик.
И сколько таких было? Десять, да?
-Таких десять
и семь с донорской кровью.
-Да, просто так не пронесешь
это мимо дежурного.
-Зачем им столько понадобилось?
На базаре торговать, что ли?
-Для лекарств нужно
специальное хранение,
а для крови обязательно холодильник.
-Все понятно.
Они хотели либо загубить
наших раненых, либо помочь своим,
либо и то и другое.
В любом случае работала группа.
Это что, заграничное?
-Только что получили от союзников,
очень хорошее обезболивающее.
-Было. План эвакуации у вас где?
-Схема эвакуации наверху.
-Список лекарств.
Разошли по всем постам на рынке.
Если что-то всплывет,
сразу за уши ко мне.
-Есть.
-Бузинаса этого отпускай.
У него алиби.
Солдат на КПП подтвердил,
что он всю ночь
с ранеными бойцами провозился.
Интересно. Самый быстрый способ
попасть в госпиталь.
-А дальше через окно,
Светлана Петровна.
Ну-ка, стой!
-Ты что здесь делаешь?
-Работаю тут.
-Деньги платят?
-Ничего не платят, еду дают.
-А ночью был сегодня здесь?
-Нет, а что?
-Да вот
ограбили склад с лекарствами.
-Это не я.
-Да знаю я. По другому вопросу.
Хочешь помочь Красной армии?
-А что нужно делать?
-Ничего не нужно делать.
Вот так же работай,
как работал.
Только, если увидишь
какого-то незнакомца,
который все вынюхивает и спрашивает,
сразу мне телефонируй, понял?
А мы тебе грамоту дадим.
-Это как разведка.
-Точно, только никому.
-А рубль дашь?
-Паек бойца Красной армии
со сгущенкой.
-А еще повариха вчера концентрат
себе домой забрала. Я все видел.
-Молодец. Продолжай в том же духе.
Вот тебе шоколадка, на ней телефон.
-Мне пора.
-Томас, здравствуйте!
-Здравствуйте.
-Вы приболели?
-Нет. Я за медикаментами
для школы заходил.
Извините, у меня много дел.
-Подождите, Томас, когда же вы нам,
наконец, всю правду расскажете?
-Какую правду?
-Про гороскопы.
Мы же интересуемся
с лейтенантом Свиридовым.
-Гороскопы, да...
Приходите в любое время,
желательно днем.
-Мы домой можем прийти.
Это удобно?
-Лучше в школу.
В любое время днем в школу.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Я думаю, что выносили коробки они
через это окно.
А потом в ту дыру в заборе.
Просто так не пройдешь
мимо поста дежурного, где сидел...
-Бузинас.
-Да. А потом,
когда раненых разгружали,
тоже ящики не пронесешь незаметно.
Бузинас.
Мм! И какой быстрый способ
уйти из госпиталя.
Вызывай подкрепление. Личное дело
Бузинаса мне с адресом. Срочно!
-Есть!
ДЕТЕКТИВНАЯ МУЗЫКА
-Я думаю, что Бузинас
здесь все хранить не станет.
-Почему? Он же врач.
Должен знать, как это делается.
-Григорий Иванович,
держи мотор включенным.
-Слушаюсь.
-Стоять!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Руки вверх!
-Морфий, кокаин,
гидрохлорид амфетамина.
-"Первитин" называется.
-Опиум. Прекрасно.
Где все остальное?
-Что остальное?
Я с вами предельно откровенен,
товарищ капитан.
Я здесь ни при чем.
Наркотические вещества брал,
ну, то есть воровал.
Но не со склада.
-Откуда?
-Больной выбывал,
морфий уже выписан.
Списывали - и все.
-Выбывал? Это значит умирал?
-Ну да.
-То есть преступники ночью пронесли
мимо вас коробки с лекарствами
и вы их не заметили?
-Я ничего не видел, клянусь.
-Золотишком этим
с вами кто расплачивался?
-Я случайно познакомился
с корреспондентом.
Он как раз писал заметку
о нашем госпитале.
А я дежурил. Вот он и предложил,
а я с нужными людьми свел.
-Богатыми оказались нужные люди.
Ясно. Как вы с ними связывались?
-По телефону.
Когда накапливались лекарства,
я звонил и ехал на встречу.
-Когда в последний раз?
-Десять дней назад.
-А эти нужные люди не спрашивали
что-нибудь о складе?
-Нет.
-Ну что ж, мне кажется,
партия наркотиков собрана.
Давайте звонить
и договариваться о встрече.
-А что звонить? Встреча назначена.
-Поехали.
-Пошли на позиции.
-Что, Бузинас... Сваляешь дурака -
вместо тюремной больничной койки
окажешься в списке выбывших.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Пошли!
-Светлана Петровна,
я захожу двумя группами,
вы с Федоренко прикрываете.
-Это как это?
-Или нет? Нет, так.
Оставайтесь у машины.
Если мы кого-нибудь упустим,
вы прикроете.
-Юрий!
-Светлана Петровна, это приказ.
Зотов, со мной!
-Знаешь что, Григорий Иванович,
пойдемте-ка.
-Куда?
-Туда.
-Как же приказ молодого командира?
-Я хоть и не молодой,
но тоже командир.
Я приказ отменяю.
-Вы бы разобрались,
Светлана Петровна...
кто из вас тут командир.
А то мне ж влетит.
А вы даже Шилова
в известность не поставили.
-Да ладно, Григорий Иванович.
У меня в прокуратуре свои люди.
Не бойтесь, я вас прикрою.
Стоять! Лежать!
-Я пустой!
-Руки! Руки!
-Я залетный пассажир, начальник!
-Вы что здесь делаете?
Я же вам сказал!
-Мы с корешем
за марафетом приходили!
-Руки за спину!
-Светлана Петровна,
мы же вас могли зацепить.
Я же все рассчитал.
-Рассчитал он! А этот убежал бы.
-Больше так не делайте,
Светлана Петровна.
-Да я-то тут при чем?
Это все Григорий Иванович!
-Григорий Иванович,
вот от вас вообще не ожидал!
-Да я-то чо? Я ничо!
Светлана Петровна, вы-то чо?
-Всех взяли?
-Так точно, товарищ капитан.
-Одних антибиотиков недостаточно.
Она потеряла слишком много крови.
Нужна кровь для переливания.
Ты знаешь ее группу?
-Посмотрю в солдатской книжке.
-"В солдатской книжке".
У вас что, воевать совсем некому?
-Некому.
Недавно десять человек
в бою погибли. И командир ранен.
-Тогда не воюйте.
-Я бы тебя расстрелял
за это. Перед строем.
-За что за это?
-За предательство идей.
И за то, что за врагов
свободной Литвы агитируешь.
-Я не за врагов Литвы. Я за мир.
И желательно безо всяких идей.
-А нам такой мир,
как у тебя, не нужен.
Эта еще наверху,
которой сдаешь комнату,
в любой момент может выдать.
Пусть уходит.
-Тебя это не касается.
Слушай внимательно.
Если ты через сутки не приведешь
доктора, я отвезу ее в госпиталь.
-Тогда я убью тебя, Томас.
-Я плевал на тебя
и на твою свободную Литву.
Мне дороже Роза и ее ребенок.
Даю тебе сутки.
-Сядь!
Вот. У него нашли.
-Ого!
Где все то,
что было в ящиках?
Бинты, кровь, медикаменты.
Все, что украли со склада.
-Я не знаю, о чем вы говорите.
-Лекарства из госпиталя.
Для кого? Для лесных братьев
или для городского подполья?
Для кого?
-Нет, вот это вы мне не пришьете.
Извини, начальник, я с врагами
советской власти незнаком.
Они предатели, а я Родину люблю.
А марафет я для себя брал.
-А золотишко ты где брал для того,
чтобы рассчитываться за товар?
-Наследство от бабушки досталось.
-А бабушка у нас кто?
Герцогиня при дворе
прусского короля?
-Докажи, что нет.
-Ох! Ну и ну. Не смогу доказать.
Придется расстрелять тебя,
к чертовой матери,
по законам военного времени.
Федоренко, давай следующего!
-Здесь дверь должна была быть.
Заложили в один кирпич, халтурщики.
А я-то чо? Я, я, я... ничо.
-Через дежурного они
не проходили, а если через...
-Камила! Камила!
Камила, я прошу прощения,
но так сложились обстоятельства,
что я... Я просто... я вынужден
попросить вас съехать с квартиры.
Дело в том, что приезжают
родственники. И место, где...
-Томас, не мучьте себя враньем.
Я все слышала ночью.
Поверьте, я не специально.
Просто вы говорили слишком громко.
-Камила...
Этот человек и люди,
с ним связанные, это...
это очень плохие люди.
И опасные для вас. И было бы лучше...
-Томас, я все понимаю.
Сегодня вечером соберу свои вещи.
И, Томас, не волнуйтесь.
Я вас не выдам.
-Как раз человеку пролезть.
-И ящики вытащить.
А дверь они выломали,
чтобы нас с толку сбить.
-Я же говорил, что никого не видел.
-Завхоз кто?
-Никто.
Раньше Неман Янович был,
но он уже старый.
-Адрес?
ЛАЕТ СОБАКА, КУКАРЕКАЕТ ПЕТУХ,
МЫЧИТ КОРОВА
-Так, Сомов Неман Янович, 65 лет.
Только что вернулся из эвакуации
с Урала. Уехал туда с женой,
но она там умерла от тифа.
-Здравствуйте!
Прошу вас, проходите.
Пока меня не было,
дом-то открытый стоял.
Вот теперь я хожу по соседям,
свои вещи собираю.
Только зачем они мне?
Знаете, когда меня спрашивают:
"Как жизнь?",
я всегда отвечаю: "Проходит".
И зачем же это я понадобился
прокуратуре, тем более военной?
Я человек штатский
и для войны не годен.
И профессия у меня неподходящая.
-Для нас вполне подходящая.
-Понимаю, я весь внимание.
Осторожнее.
-Извините.
-Посмотрите,
эта схема вам знакома?
-Это же госпиталь, да?
Как давно это было! В другой жизни.
-Вы помните,
когда это здание перестраивалось?
Это при вас было?
-Наверное, да.
Что-то при мне, что-то нет.
Вы знаете, тогда все перестраивали.
Старые владельцы этот дом
как доходный строили.
Правда, потом сбежали.
-Погодите, Неман Янович.
Скажите, пожалуйста,
вот здесь была дверь... Помните?
-Возможно, возможно.
-А потом ее заложили.
Кто ее заложил?
-Не знаю. Строитель, наверное.
-Какой строитель? Из треста?
Из конторы? Может быть, с рынка?
-Я сейчас вам не скажу. Не вспомню.
-Вспомните, пожалуйста.
Потому что вот здесь через стену
проникли воры в здание.
И все украли.
-То есть как? Как - через стену?
-Разобрали по кирпичику.
Они знали, что стенка не капитальная.
Потом восстановили на скорую руку.
А вы присутствовали при том,
когда ее закладывали.
-Да, но этого не может быть,
потому что я...
-Получается, кто-то знал,
что там есть проход.
-Осторожнее! Это же... Это...
Это... фотография моей Верочки.
-Что? Плохо?
-Там на кухне в шкафчике пилюли.
Они в... они в коробочке.
-Идите сюда.
ДЕТЕКТИВНАЯ МУЗЫКА
Врача?
Телефон у вас есть?
-Да, у соседки. Да только она...
Она сейчас на работе.
-Эта или эта?
-Ничего не надо. Сейчас...
Это бывает, бывает.
Сейчас все пройдет, пройдет.
-А это лекарство у вас откуда?
-Дантист мне дал обезболивающее.
Я вчера у него с зубом был.
-Неман Янович, дайте нам, пожалуйста,
адрес вашего дантиста.
-Да, конечно, конечно. Конечно.
-Так, Григорий Иванович,
не останавливайся.
Дом окружен.
-Не понял. Кем?
-Да не знаю, гости у дантиста.
Прямо едем.
-Вот, телефонная будка.
-Надо срочно сообщить Шилову.
-Потерпи, Роза,
сейчас придет доктор.
-Черт, почему все так долго?
Я пойду потороплю.
-Сейчас, родная, сейчас.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Стоять! На!
-Света, с другой стороны.
И без глупостей.
Прокуратура, подполковник Шилов.
Я зайду?
ВЫСТРЕЛЫ
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Борзов, наверх!
Быстро, быстро!
-Стоять!
Стрелять буду!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Не двигаться!
Руки!
Руки, я сказал!
-Свиридов, ко мне! Быстро!
-Григорий Иванович, за старшего.
-Свиридов, что она говорит?
-Сейчас.
-Томас, что вы здесь делаете?
-Я прошу вас, она беременна и ранена.
Потеряла очень много крови.
Ей срочно нужно переливание.
-Замолчи!
-Свиридов, что она говорит?
-Ее зовут Роза.
Она говорит,
что она во всем виновата.
Томас не виноват, она клянется.
И пистолеты, и листовки -
это тоже ее.
-Томас, объясните нам,
что здесь происходит.
-Она случайно, пожалуйста...
Она потеряла очень много крови,
вы должны ей помочь!
-Вы ограбили госпиталь ради нее?
-Я не грабил.
-Откуда Вона знаешь?
-Какого Вона?
-Это врач, ты сейчас в его доме.
-Господи, я его не знаю,
мы только сегодня ее сюда привезли.
-Кто это "мы"?
-Товарищ полковник, в доме ни ящиков,
ни лекарств, ни бутылок с кровью.
-Ясно. Иди.
-Она умоляет
сохранить жизнь ребенку.
-Роза ни при чем.
Она здесь случайно, из-за мужа.
-Лекарства из госпиталя где?
-Я не понимаю, о чем вы говорите.
Везите же ее в госпиталь быстрее,
ей кровь нужна!
-В госпитале нет крови.
-Кажется, она сознание потеряла.
-Роза! Роза!
Доволен? Ты доволен? Смотри!
Где кровь? Где кровь, говори!
Она умирает. Отвечай!
-Они меня убьют.
-Ты отец ее ребенка,
и это сейчас важнее. Говори!
-Они все лекарства
берут у антиквара.
-Что он говорит?
-Адрес. Адрес!
-Янтарная, 10. Там он.
-Они медикаменты берут у антиквара.
Янтарная, 10. Там дом.
-Где это, знаешь?
-Да.
-Показывай.
-Я сейчас вернусь.
-Забирайте.
-Его зовут Саулюс. Роза с ним
познакомилась где-то год назад.
Я знал, что он из этих,
из лесных. Отговаривал.
Но она меня не послушала
и вышла за него замуж.
Я даже на свадьбе у них не был.
-А кто она вам?
-Сестра.
-Родная?
-Да, младшая.
-Ну и что, что сестра?
Это ничего не меняет.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Подполковник Шилов,
военная прокуратура.
-Юсис Зубрус, антиквар.
А я все жду, когда ко мне
новая власть пожалует. Прошу.
-Обыскать тут все.
-Аккуратнее, тут все ценное.
-Как в сейфе.
-Я полагал,
вам моя консультация нужна -
книги оценить или картины.
Но если вы что-то определенное ищете,
вы скажите, я же помогу.
-Гипс вам кто накладывал? Доктор Вон?
-Да, прекрасный доктор.
-Ну нога не зуб.
-Не зуб, верно. Но есть много общего.
Если отрежут, новая не вырастет.
А доктор Вон -
универсальный специалист.
-Такой же, как и вы, я так понимаю.
-В каком-то смысле такой же, как и я.
-Такой же беспринципный?
-В каком смысле?
-Доктор Вон сотрудничает
с лесными братьями, с партизанами.
-Стоп. Я вне политики.
Меня интересует антиквариат,
старина, вещи.
Они мне документы приносят,
а не люди, которые приходят с ними.
-Правильно, правильно.
Зачем вам все это?
Вас же интересуют
только деньги и ценности.
-Мне кажется, финансово-коммерческие
взаимоотношения не запрещены законом.
-А вы правда не боитесь, что вас
когда-нибудь за это просто убьют?
-А что там?
-Долговые расписки.
-Просто герцогиня прусского короля.
Или, может быть, это даже сам король!
-Послушайте,
ко мне ведь многие ходят.
Я помогаю советами,
даю деньги в долг.
Ну вы что-то конкретное ищете -
вы скажите, я же помогу.
-Нас интересует ограбление
военного госпиталя.
С такими мыслями
к вам никто не обращался?
-Вы имеете в виду уголовников?
-Я имею в виду любого,
кто в разговоре с вами
мог упоминать госпиталь.
-Память хорошая,
но так сразу не вспомню.
-А мы вам напомним.
Может, завхоз Сомов Неман Янович?
-Это он рисовал?
-Да, это он.
Я прошу учесть...
это чистосердечное признание.
-Учтем, учтем.
-Я раньше здесь на заводе
начальником отдела снабжения работал.
Ну и при бомбежке -
в бомбоубежище при налете -
познакомился с пареньком.
Он мне кое-что продал:
какие-то побрякушки, мелочь всякую...
-Свиридов, здесь останься.
За выходом смотри.
-Есть!
-Подпольщик?
Из лесных братьев, что ли?
-Паренек-то? Да, из лесных.
Он еще пистолет мне предлагал.
-И что, купили?
-Ну зачем мне?
Я мирный обыватель, я не воюю.
А тут позвонил недавно,
про лекарства заговорил.
Ну, я к врачу знакомому, к дантисту,
а у него ничего нет,
одни протезы.
-А склад ограбить, Юсис,
была ваша идея?
-Я просто сказал лесным,
что можно попробовать.
Доктор Вон сходил
в госпиталь на разведку.
За небольшую сумму бывший завхоз
Сомов нарисовал чертеж.
Дело техники.
Я вне политики, только коммерция.
А потом лесные спросили
про укрытие, чтоб похолоднее.
Я нашел. Вернее, оборудовал.
Тоже за небольшой гонорар.
Здесь прямо.
-А директора школы Томаса Найкуса
вы знаете?
-Были бы дети - знал бы,
а так впервые слышу.
Сейчас направо.
Сюда.
Никого из лесных вы не поймаете,
но я мог бы помочь.
-Тоже за гонорар?
-Этот гонорар ты теперь
будешь долго отрабатывать,
коммерсант.
-Стоп. Налево. Пришли.
-Слушай, а если бы тебе
довелось бежать отсюда,
куда бы ты рванул?
-Бежать в смысле в лес?
-Конечно в лес.
-Здесь и ближе.
-Так забор-то какой высоченный!
А там, кажется, нет.
Пройдем посмотрим.
-У меня приказ здесь выход охранять.
-Ладно, я сам.
-Э, погоди! А приказ?
-Так тебе приказали, вот и стой.
А я-то чо? Я ничо.
-Чо-чо!
АВАНТЮРНАЯ МУЗЫКА
-Кровь.
Ох...
-Все ко мне!
Так, берем ящики,
полуторку - и в госпиталь.
-Очень осторожно: там стекло.
-А где этот хромой? Свет!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Аккуратно!
-Тихо-тихо-тихо.
-Стоять!
АВТОМАТНАЯ ОЧЕРЕДЬ
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Камила, у тебя... то есть у вас
сейчас здесь обыск будет.
-Я знаю, Юра. Мне все равно.
-Камила, почему вы не рассказали,
что учитель укрывает лесных?
-Не все правила и законы
военного времени нужно соблюдать.
Не все.
Если вам требуется меня допросить,
можем сейчас подняться в мою комнату.
А если нужны официальные
показания... то я готова
завтра явиться в прокуратуру.
-Старшина!
-Расскажу я тебе одну историю,
Свиридов.
Маленького меня
мама в Елец возила, к родне.
Там у речки огромный был холм,
весь заросший.
И мне почему-то все время казалось:
если подняться наверх,
можно увидеть море. Я тогда
очень сильно тосковал по морю.
И однажды полез.
Полдня лез, весь оцарапался о кусты.
А когда поднялся, огляделся -
а моря-то и не видать.
Вместо моря другой холм,
весь заросший.
-Григорий Иванович, ты это к чему?
-Да так, ни к чему.
Просто у меня сегодня день рождения.
-Да ну?!
-Ну да!
-Ну надо же!


Серия 5

-Складывайте.
-Последние 15 мин у леса сняли,
товарищ майор.
Еще один проход делаем?
-Достаточно.
Тут целая дивизия теперь пройдет.
-Балку разминировать пока нельзя:
разведка снайперов засекла.
-Свяжись с артиллеристами,
пусть накроют этот квадрат.
Не получится - ночью вернемся.
-Есть.
-Погоди! Вот это -
срочно в штаб полка.
-Это последний, третий квадрат.
Сегодня четыре прохода разминировали.
Фельдъегеря ко мне.
-Слушаюсь.
-Без промедления доставить
в штаб армии.
Обеспечить секретность
и безопасность.
Головой отвечаешь, капитан.
-Хорошо. Дамбу сделаем быстро.
Постараемся быстрее сделать.
-Конечно.
-Дополнительные разъяснения нужны?
-Взяли оба!
-Есть. Берем.
-Из 45-го полка прислали.
-Отлично.
-Это последнее.
-Командующего. Генерал Шорохов.
Докладываю. Оперативная карта
минных полей готова.
Главный этап подготовки
к наступлению завершен.
Можно начинать.
-До окончания следственных действий
город не покидать.
О смене местоположения и работы
сообщить в трехдневный срок.
-Хорошо.
-Подписывайте, и можно идти домой.
-Ну вот, в наступление пошли
самые ударные силы.
-Это что, Шульженко?
Неужели Шульженко здесь?
Как бы я хотела попасть
на ее концерт!
-Да там билетов уже нет наверняка,
штабные все разобрали.
-Разрешите?
-Это я беру на себя,
билеты я вам сделаю.
-Достанешь?!
-Желание женщины для нас закон.
Сколько нам нужно? Раз, два, три.
Сергей Сергеевич...
Григорий Иванович, ты пойдешь?
-Да не, мой билет пацаненку
из госпиталя отдайте.
-Петьке?
-Ну конечно, ему.
Я-то уже видел это.
А он, наверное, никогда.
Пусть о войне что-нибудь хорошее
запомнит.
-Ладно, понятно, значит, всего пять.
Даже неудобно коменданта трясти.
-А давай еще десять?
-А десять-то кому?
-А я ребятам в школу отнесу.
Правильно говорит Григорий Иванович,
пусть хоть посмотрят, порадуются.
Опять же, в графе работы с населением
галочку поставим.
-Вот обязательно из меня
няньку делать, а?
-Здравствуйте!
-Томас, здравствуйте!
-Здравствуйте!
Вам гороскоп
или снова допросить хотите?
-Ну зачем же вы так?
Сегодня в Доме культуры концерт.
-И что вы думаете, я просто так
возьму и пойду на концерт?
-Да ничего я не думаю.
Просто попросила десять билетов
для ваших ребят.
Пусть сходят посмотрят.
-Спасибо.
-Знаете, Томас, жизнь продолжается.
Если все-таки вы надумаете, тоже
приходите. Шульженко с оркестром.
-Простите, но нет.
-Как ваша сестра?
-Прорыв на этом участке
должны осуществить танковым ударом,
вот здесь и здесь. После успеха
танкистов на правом фланге
71-й корпус выходит на оперативный
простор через наши минные поля
и там развивает наступление.
Товарищ генерал-майор!
-Штаб подготовил общую карту
проходов в минных заграждениях
по последним докладам саперов.
Карту номер три, пожалуйста.
Карта строго секретная,
существует в единственном экземпляре.
Командирам полков довести ее
до сведения непосредственно
перед операцией.
Утечка данной информации должна быть
полностью исключена.
-Ключ был только у адъютанта.
Он с ним не расстается.
Вечером он положил карту в сейф,
а ночью здесь никого не было.
-Если сейф старинный, на экспертизу
понадобится больше времени.
Медвежатник из меня так себе.
-Не скромничай.
-Адъютант в штабе давно?
-Нет. У него отец -
один из старших офицеров
в Генеральном штабе.
Он из привилегированных,
получается.
-Отец из Генштаба.
Точно не обрадуется за сына.
-Военная прокуратура,
подполковник Шилов.
-Никто ничего не трогал,
как вы просили.
-Спасибо, товарищ генерал.
-Если понадоблюсь, я здесь.
-Я карту не брал.
-Давайте сразу договоримся:
здесь вопросы задаем мы.
Капитан Елагина.
-Адъютант командующего
лейтенант Асеев.
-Присаживайтесь, Светлана Петровна.
-Спасибо.
Ключ от сейфа где?
-Вот.
-Во сколько вы вчера
отсюда ушли?
-Около двух ночи.
Дежурный внизу записал.
-Вы в общежитии живете?
-Никак нет.
Дали квартиру в гарнизонном городке.
Здесь недалеко.
-С чего это вдруг такие привилегии?
-Товарищ командующий настоял.
Я сам-то не хотел.
-А, ну да.
Вы же тут сильно устаете,
я понимаю.
-По пути вы заходили куда-нибудь?
С кем-то разговаривали?
-Никак нет.
-Ключ от квартиры где?
-Вот.
-С кем дружите,
кто в гостях бывает?
-Дружу... с ребятами
со штаба в основном,
в гости часто заходят. Два дня назад
был лейтенант Карпов, например,
мы училище вместе оканчивали.
-Карпов один был?
-Да.
-О чем беседовали?
-Так, ни о чем.
Делились планами.
-Планами минных заграждений?
-Я же уже говорил,
я эту карту не брал.
-Девушка у вас есть, Асеев?
-Постоянной нет.
Если вы про ключ, я даже в постели
его с шеи не снимал.
Что мне сделать,
чтобы вы мне поверили?
-Вы за этот ключ и карту
отвечали, Асеев.
А на ней не просто стрелочки
и циферки - на ней люди,
десятки тысяч людей.
И их жизнь -
это твоя ответственность, лейтенант.
СКВОЗЬ СЛЕЗЫ:
Только отцу не говорите.
-Сопли подотри.
Ты офицер или тряпка?
До конца расследования вы будете
находиться в гарнизонной тюрьме.
-Подцепи.
Вот смотрите, товарищ генерал.
Это она?
-Она.
А если ее кто-то скопировать успел?
-Асеев не успел бы
сделать копию в штабе.
На это у него просто не было времени.
Ему пришлось выкрасть оригинал.
Или кто-то приказал ему
сделать именно так.
В половине третьего он был дома.
В семь утра он уже вернулся в штаб.
В подъезд, кроме него,
никто не заходил и не выходил.
Патрульный его видел.
Часовой у дома напротив
эту информацию тоже подтвердил.
-Кто бы мог подумать...
Я его отца знаю.
Потомственный офицер, Гражданскую
прошел, герой Халхин-Гола,
а сын - предатель, сволочь.
Невероятно.
-Но факт есть факт.
Воровство у людей в крови.
Об этом еще в библейском писании
сказано.
-Библию читаете?
-Нет.
Муж пересказывал.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
-Товарищ генерал, я принесла
перевод статьи из "Беобахтера".
Вы просили срочно.
-Спасибо, Камила.
-Оставлю на столе у адъютанта?
-Хорошо. Понадобитесь - я позвоню.
Переводчица от Бога.
Кстати, о Библии.
-Ну и вы уж нас простите, ради бога,
за изъятый сейф.
Дам распоряжение,
завтра же вам его вернут.
Как говорится, поспешишь -
людей насмешишь.
-Понимаю.
Спасибо, товарищ капитан.
-Товарищ генерал, можно вопрос?
-Конечно.
-Тут шрифт готический.
Вы работаете с немецкими картами?
-Ну, карта трофейная,
хороший писарь делал.
Они старались. Разве что лисьи норы
тут не обозначили.
Вот поэтому с немецкими и работаем.
-Разрешите идти?
-Идите.
С командующим меня соедините.
-Товарищи, проходите скорее.
Концерт начнется,
как только все займут свои места.
Товарищи, большая просьба,
проходите скорей.
Можно садиться ближе к сцене.
Не толпитесь у входа.
-Прошу вашу ручку.
-О май гад, Светлана Петровна!
Я ваш поклонник навеки.
-Мадам...
Свет, ну просто ослепнуть можно.
-А я сразу ослеп, как увидел.
Дороги не видел, по памяти вел.
-Нет, слепнуть мы не будем,
отставить.
Тем более мне без оружия
как-то некомфортно будет в обществе
хилых мужчин. Да, Петька?
-Да. А я вот не хилый.
-Григорий Иванович, не жалеешь,
что билет-то отдал?
-Так ведь это... концерт-то какой!
Шульженко!
-Эх, Григорий Иванович,
бери, я не пойду.
-Как это - не пойду? Ты что, сдурел?
-Не сдурел, на.
-Марго! Скорее!
-Как это - не пойду?
-Берите, Григорий Иванович! Берите!
-Бери, Григорий Иванович!
Да пошли, а то опоздаем!
Делу - час, потехе - время! Прошу!
-Спасибо!
-Пошли, только побыстрее!
-Приятного просмотра!
-Подсоби.
Эх!
-Я вас здесь дождусь.
РОМАНТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Привет!
-Привет!
-Билета не досталось?
-Я детишек из школы
на концерт привела. Конечно,
это Шульженко, я ее обожаю, но...
пускай лучше детки.
Соня! Ну наконец-то!
Нельзя опаздывать! Бегом-бегом!
Ведите себя хорошо!
До свидания!
-Камила!
Подожди. Хочешь, я тебя
на своей новой машине прокачу?
-Этой?
-Да.
-Неужели твоя?
-Моя.
За отличную службу наградили.
Хотели орден дать, но я отказался.
-Почему отказался?
-Пусть, в другой раз.
Сейчас лучше товарищ Шилов
или майор Светлана Петровна.
-Смешно.
-Я тут место одно нашел.
Там солнце в озеро падает,
прям как в море.
Вода до горизонта,
и там в конце на закате - солнце.
-Врешь.
-Прям пять минут езды тут. Поехали?
-Поехали.
-Я сейчас.
Новая, не привык еще.
-А-а!
-Я вообще раньше
автогонками занимался.
Чуть чемпионом СССР не стал.
-Да?
-Травмы не позволили.
-Ага.
Красивая.
Красиво.
-У меня же еще абсолютный
музыкальный слух.
-Да?
-Вот крикни что-нибудь.
Прямо туда.
-А! А!
-Ля бемоль.
Серьезно. Давай еще.
-А-а-а!
-Ну, это си второй октавы.
-А спеть что-нибудь сможешь?
-Кхм... Нет, вообще,
я лирический баритон.
-Пожалуйста, для меня.
-Руки,
Вы словно две большие птицы.
Как вы кричали,
Так оживляли все вокруг.
-Ах!
ШУЛЬЖЕНКО: О походах наших,
о боях с врагами
Долго будут люди песни распевать.
И в кругу с друзьями
Часто вечерами
Эти дни когда-нибудь
Мы будем вспоминать.
Об огнях-пожарищах,
О друзьях-товарищах
Где-нибудь, когда-нибудь
Мы будем говорить.
Вспомню я пехоту,
И родную роту,
И тебя за то,
что ты дал мне закурить.
Давай закурим, товарищ, по одной.
Давай закурим, товарищ мой.
НАПЕВАЕТ
-Сергей Сергеевич, хватит тебе
с этим сейфом возиться.
Я думал, ты его уже в штаб отвез.
-Да тут такое дело,
Егор Прокофьевич...
Сейф определенно был вскрыт.
И причем вскрыли не отмычкой,
а дубликатом.
Причем дубликатом, сделанным
по слепку с оригинала.
-Ты уверен?
-Да семь раз проверил.
Все по классике.
-Подожди, но Асеев сказал,
что ключи он не снимал никогда.
-Похоже, снимал.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Из посторонних никто
в камеру не заходил?
-Никто, товарищ подполковник.
-А вы когда здесь
последний раз были?
-Утром, после завтрака.
Все по уставу гарнизонной службы.
-Завтрак кто ему приносил?
-Я приносил. Тут же особый режим.
-Мальчишка...
-Если даже у Асеева был сообщник,
он мог просто отдать ему ключ.
Зачем делать обязательно дубликат?
-А если кто-то из друзей завидовал,
украл карту, а Асееву подбросил?
Слишком легко ты ее нашла.
Надо однокашника его допрашивать,
Карпова.
-Отставить!
Ты ничего не замечаешь?
-Нет, а что?
-Кто рисовал афишу?
-Так это...
артисты ее с собой привезли.
-Для отца удар будет.
Жестокий удар.
Особенно если выяснится,
что Асеев невиновен.
-Товарищ генерал, посмотрите.
Видите, это буква "Д".
Здесь три перемычки.
Должно быть четыре.
Во всех немецких типографиях
есть стандарты шрифтов.
Они не менялись еще с 1930-х годов,
как печатные многотиражные
станки появились.
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
Спасибо, капитан. Свободны.
-Видите? В оригинальных картах
пишется вот так.
Эту карту нужно проверить
хотя бы на одном участке фронта.
Возможно, это подделка.
-Ильченко!
-Товарищ генерал, разрешите
обратиться к товарищу подполковнику?
-Разрешаю.
-Лейтенант Карпов доставлен.
-Вот карта минных полей.
Нужно срочно установить
ее подлинность.
-Слушаюсь, товарищ генерал.
-Где вы были вчера и позавчера?
-Я только что с передовой.
С полковником Бузиным дивизионы
аэростатов инспектировали.
К Асееву заходил недавно. Было.
Хотя обычно мы с ним по субботам
в бане встречаемся.
-А с кем Асеев здесь, в штабе,
кроме вас, водил дружбу?
-Со многими. А что случилось?
-Сядем.
Среди них были литовцы
или говорящие по-литовски?
-Были.
-А не могли бы вы мне составить
список, с кем, когда,
при каких обстоятельствах
встречался гражданин Асеев?
Вот с лейтенантом Свиридовым.
-Сколько же это писать-то?
А полковник Бузин как?
-Вы делайте то, что вам говорят,
лейтенант.
-Есть, товарищ подполковник.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Здесь то же самое,
товарищ генерал.
На карте обозначены проходы,
а на самом дел там все в минах.
-Значит, это карта липовая,
немецкая деза.
-Черт... Теперь вопрос...
Где настоящая карта?
Если она к немцам в руки попадет,
им станет известно направление
главного удара - все.
На этом участке они быстро
перегруппируются и устроят нам
тут кровавую баню.
Даже думать не хочу.
-А почему вы уверены,
что до сих пор карта не у немцев?
-Они бы ее проверять стали,
разведка бы активизировалась.
-Значит, нужно подполье проверять.
-Не верю я, что лейтенант Асеев
с подпольем был связан.
Да и в штабе за всеми глаз.
-Подождите, товарищ генерал,
вы сказали,
вот эту баню нам устроят.
А если слепок кто-то в бане
снял с ключа? Ну, пока они там
с Карповым парились.
-С ключом в парилку не пойдешь,
Асеев наверняка его там снимал.
Баня - место хорошее. Знакомства
завести, разговоры послушать.
Слепок с ключа снять.
-Может быть, на живца?
Но по-тихому. Прийти, познакомиться,
пообщаться с персоналом,
поспрашивать.
-Ну, хорошо.
А... кто вот этим живцом будет?
Я не могу,
я там засветился уже раз сто.
Со мной в чистую не пойдут.
-Григорий Иванович. Больше некому.
Ну, не я же.
-Даю вам трое суток.
Приказ о наступлении
никто отменять не будет.
И две мои дивизии
по полям вслепую пойдут.
По своим же минам.
Это десятки тысяч солдат.
Найди мне эту карту, подполковник,
во что бы то ни стало.
Что хочешь делай, но найди.
-Все выяснили. Две женщины-уборщицы
убирают по утрам.
-Так.
-Один буфетчик пиво разливает.
В офицерском отделении
своя раздевалка.
Три банщика: Густас, Бенедикт и Коля.
-Угу.
-Работают здесь давно,
еще с довоенных времен.
Ценят их вроде.
-А немцы туда же ходили?
-Ну а куда же еще?
-Товарищ подполковник, Игорь Асеев
в летное хотел - не взяли.
А парень он был настоящий.
Ну не верю я, что он предатель.
-Ну вот, лейтенант, у нас появляется
шанс это выяснить.
Значит так, из всего твоего списка
местные, с которыми вы с Асеевым
в бане встречались,
самые подозрительные.
Поэтому легенда такая.
Рисуй схему бани.
Свиридов! Ты новый адъютант.
Вы оба старые приятели,
встретились вновь,
пошли в баню, выпили,
расслабились, пошли в парилку.
Ключ новый от сейфа
ты с шеи снял и положил
в карман брюк, понял?
Я буду рядом, тоже выпивший,
поэтому...
-Только я не пью.
Как я пьяного сыграю?
-Ну, у тебя будет пару часов,
потренируешься.
ШУМ ДОЖДЯ
-Томас!
Что вы там стоите под дождем?
Пойдемте в дом.
-Да нет, я... Спасибо, ненадолго.
-Да пойдемте, хоть под навес встанем.
-Да... я извиниться пришел
за вчерашнее.
Там, у прокуратуры,
немножко был с вами грубоват.
Простите меня, пожалуйста.
У моей сестры все хорошо.
Она вам привет передает.
-Томас, расскажите мне,
пожалуйста, о своей семье.
-Как следователю?
-Нет. Как другу.
-Я думаю, это ни к чему.
-Томас... Ну вы же умный человек.
Вы знаете, что эта война коснулась
каждую семью. Не только вашу.
Я из-за этой проклятой войны
потеряла ребенка.
Я была беременна, и меня контузило.
Врачи сказали,
что я больше не смогу иметь детей.
Я не знала тогда, где мой муж,
что с ним вообще, жив он или мертв.
Я не помню,
как я жила в этот период.
Просто каждое утро вставала
и собирала себя,
как картонную коробку.
А вечером снова расклеивалась.
Пока в какой-то момент я не поняла,
что... жизнь без боли,
она просто не бывает.
Все, что мы можем сделать, -
это постараться
не причинять боль другим.
-Возьмите, товарищ капитан.
-Я вас очень прошу, Томас,
пожалуйста, впредь...
не называйте меня товарищ капитан.
-Хорошо, товарищ капитан. Ох...
СМЕЕТСЯ
-Спасибо.
-Товарищ подполковник!
-Спасибо.
ВЫЗЫВАЮЩИЙ СМЕХ
-Я представляю глаза своего бывшего
комполка, когда он к генералу
на доклад придет. Тук-тук!
Товарищ полковник, пожалуйста,
посидите в стороночке,
у нас тут очередь.
На стульчике, пожалуйста, посидите.
ХОХОЧУТ
-Вот, Бенедикт, познакомься.
Год не виделись, представляешь?
-Юрий. Я теперь у вас тут
частый гость буду.
Баня парит, силу дарит. Обожаю!
-Добро пожаловать!
Я вот свежие веники приготовил,
в кадке лежат.
-Березовые есть?
-Есть и березовые, есть и дубовые.
Вот специально сегодня
липовые приготовил.
Ваш друг заказывал. Кстати, где он,
почему не пришел?
-Асеев Игорь?
Он на гауптвахте под подозрением.
-А чего так?
-Там, в штабе,
с секретными документами
проволочка приключилась.
Асеева отстранили. Асеев...
-Тсс! Это... я теперь вместо него,
но только т-ш-ш....
-Так, липовый мой, понял?
-Я первый!
-Шальной.
Подвинься!
-А чего холодная-то такая?
-Чтоб в парилке не ошпариться.
-О-о!
СМЕЮТСЯ
-Так. Ключик, ключик...
НАПРЯЖЕННЫЕ НОТЫ
ГОЛОСА: О, давай веничек!
ГОЛОСА: А где липовый-то?
Разобрали, что ли?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Дядя Егор, там какой-то банщик
по вашим вещам шарится.
-Замер.
Повернулся.
-Это все он. Я не виноват, это он.
-Кто он, Густас?
-Он... Крамер.
-Убирай. Руки!
-Тадас Крамер. По кличке Ноготь.
Говорят, он однажды на спор
английский замок ногтем открыл.
Может, врут. Мы с ним вместе
в 1938-м срок мотали,
я - за драку, он - за грабеж.
-За какой грабеж?
-Банки они грабили.
Крамер - медвежатник со стажем.
Однажды мы сели в карты играть,
и я ему проиграл... жену.
При свидетелях.
-Как это - жену?
-Так... Последнее, что было,
поставил.
Потом война началась,
я думал, пронесло.
А он меня разыскал и предъявил.
-То есть ты ему теперь жену,
что ли, должен отдать?
Она что, вещь?
-Да нет! Он предложил обмен.
Выполнить пару просьб,
и никто никому ничего не должен.
Если моя жена узнает,
что я ее в карты проиграл...
У нас дочке три годика.
Я их очень люблю.
-Где они сейчас?
-У мамы в Криштонисе.
Ах! Я ведь не знал, что делать.
Я в эти карты чертовы играть не умею.
А тут, в камере, при свидетелях,
человек десять, может, больше.
Я думал, он меня никогда не найдет.
-И как же он тебя нашел?
-У нас на рынке мастерскую открыли,
а я сам зашел туда ножницы
заточить, дурак.
-Что еще он просил тебя сделать?
-Только ключ.
На того парня, лейтенанта,
с ключом на шее, он мне указал.
Я слепок сделал. А сегодня сам,
как только услышал,
что на сейфе замок сменили,
я решил ключ ему отдать
при свидетелях - и краями.
-Ну смотри, Густас,
если в отказ пойдешь,
я сам к твоей жене наведаюсь.
-Нет, я больше никогда.
Сделаю, что скажете.
СТУЧИТ
РАЗГОВОРЫ НА РЫНКЕ
-Свиридов! Ты бы смог
свою жену в карты проиграть?
-Это как? Как в рабство?
-Ну... вроде того.
-Не знаю. А если она мне всю жизнь
испортила, например.
-Так. Группа на позицию выходит.
Мастерская Крамера вон в том доме.
Он сейчас внутри.
Если вздумает бежать, брать живьем.
Здесь не стрелять. Ясно?
-Ясно.
ВЫСТРЕЛЫ
-Стой! Ты, гад, не уйдешь!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Давненько я в цирке не был.
-Ваши документы?
НА УЛИЦЕ: Быстрее-быстрее!
-Лейтенант, ты пистолетик опусти,
а то нажмешь на курок случайно.
Я документы достану.
-Лейтенант милиции Осин.
-Докладывай.
-Плановый рейд по изъятию оружия,
товарищ подполковник.
-Кто ж вас учил так рейды
проводить? Вы бы еще объявление
заранее развесили.
-Я по инструкции.
-Подтереться этой вашей инструкцией.
-"Разрешение на открытие мастерской
по починке утюгов, металлической
посуды, заточки ножей и так далее
выдано на имя Тадаса Крамера..."
-Смотри-ка, не врет банщик.
-В схроне под полом лежал.
-Надо в милицию отдать.
Пусть порадуются.
Свиридов!
Никого не узнаешь?
-Здравия желаю, товарищ подполковник!
-Камила, почему вы не указали
в анкете своего отца?
-Кого?
-Вот его. Тадас Крамер.
-Это... Это мой дядя.
Мои мама с папой погибли на фронте,
а дядя... он только недавно
меня нашел.
-Зачем?
-Он заботится обо мне, а я - о нем,
пока тети Амелии нет.
Он живет у меня на квартире,
а я - на съемной,
чтобы его не стеснять.
Сам работает на рынке, в мастерской.
-А тетя Амелия - это его жена?
-Да, она...
Она сейчас в эвакуации.
-Какие задания вам давал ваш дядя?
-Простите... задания?
Никаких.
-Что вы рассказали ему
о лейтенанте Асееве?
-Это адъютант командующего, да?
Ничего. Мы с ним вообще незнакомы,
только официально представлены,
и все.
-Камила, вы арестованы
по подозрению в шпионаже.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
ПО-НЕМЕЦКИ: Где ты учила язык,
Камила?
-Мама в школе работала.
-Учителем немецкого?
ПО-ФРАНЦУЗСКИ: Нет,
она французский преподавала.
-Так ты и французский знаешь?
-Да, меня мама с детства учила.
ПО-ИТАЛЬЯНСКИ: А немецкий,
английский и итальянский я сама
по книжкам выучила.
-Ничего себе!
-Вода.
-Камила, от вас потребуется одно -
быть максимально естественной.
Представьте, что вы актриса,
а это все спектакль.
-А если дяди не будет дома?
-Если его не будет дома,
вы откроете дверь,
мы совершим обыск,
и там останутся наши сотрудники.
Если же он сам откроет дверь,
мы произведем захват.
Только, пожалуйста, без глупостей.
Если я замечу хотя бы одно
фальшивое движение,
снайпер открывает огонь на поражение.
Я очень взыскательный
и очень злой зритель, Камила.
-Она все сделает.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
СТУЧИТ В ДВЕРЬ
-Тадас Крамер, мы все знаем, поэтому
давайте не будем тратить время.
Скажите нам, где карта.
-Какая еще карта?
-Чистосердечное признание
смягчает вину.
Скажете правду - вас не расстреляют.
-Карту мы все равно найдем,
и получится, что расстреляли вас зря.
-А у вас племянница,
жена опять же скоро приедет, Амелия.
-Что он вам рассказал?
-Густас? Правду.
Как вы сидели вместе,
как на жену в карты играли.
Все рассказал. Карта где, Ноготь?
-Ноготь? Я?!
Все наоборот было. Ноготь -
это Густас, это его кликуха.
И шантажировал не я его, а он меня.
-Так жену-то он же вам проиграл?
-Да нет же, это я проиграл сдуру.
Амелии я, конечно, не признался:
не простила бы. Когда война началась,
я думал, что все позабудется, но нет.
-А сюда зачем приехали?
-К племяннице.
Осесть мы здесь решили,
Камилу поддержать - сирота она.
Я когда ее увидел, не узнал:
самостоятельная, взрослая.
Она меня на квартиру пустила,
а сама снимать стала.
А потом в городе
этого упыря повстречал.
-И что он вам пообещал за жену?
-Хотел, чтобы я его с Камилой свел.
Но только я решил, что не бывать
этому, поэтому и волыну купил.
-Зачем?
-Убить его, гада, хотел.
-Про Камилу что вы ему рассказали?
-Только то, что сам знал.
Что она работает переводчицей
в штабе, и все.
Камила мне про работу
ничего не говорит, а я не спрашиваю.
-А на рынке тогда вы зачем побежали?
-Из-за пистолета.
Пока Густас жив, мне в тюрягу нельзя.
-Увести задержанного.
-Вот все, что нашел по Крамерам -
и про Камилу, и про ее дядю.
-Изучил?
-Все досконально.
Ничего подозрительного,
кроме того, что дядя за драку сидел.
-Как - за драку? Он же банк ограбил.
-Нет. Вот ответ на мой запрос:
тяжкие телесные.
-Надо этому Крамеру и Густасу
очную ставку устроить.
Пусть они в глаза друг другу
посмотрят, тогда сразу
понятно будет, кто из них врет.
ЛАЙ СОБАК
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
СДАВЛЕННЫЙ КРИК
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Рваная рана на шее,
товарищ подполковник.
-Вижу.
Свиридов, усилить все посты
и караулы на выезде.
Ориентировку сейчас из штаба
получишь.
Давид Густас, кличка Ноготь.
Всех осведомителей,
все малины воровские обойти.
И мою опергруппу сюда.
-Но он в городе
и далеко без карты минных полей
не уйдет.
-Ну почему не уйдет? Уйдет.
Не очень-то он на подпольщика похож.
Слишком дерзко работает. Уверенный.
Надо логово его искать,
иначе к утру он испарится.
-У них там что,
бани круглосуточно работают?
-Нет, они нас ждут.
-Военная прокуратура.
ГОВОРИТ ПО-ЛИТОВСКИ
ПЕРЕВОДИТ: Он так и знал.
-Что вы знали?
-Что что-то Густас натворил.
-Когда вы его видели?
-Недавно заходил,
несколько часов назад.
-Зачем?
-Забрал вещи, сказал, уезжает.
И очень суетился.
-Что за вещи?
-Вещмешок и футляр.
-Футляр как выглядел?
-Круглый, как труба.
-Тубус?
ПОДТВЕРЖДАЕТ НА РОДНОМ ЯЗЫКЕ
-Это точно его дом?
-На допросе этот адрес указал.
-Ломай.
Я знаю, где он.
-Где угодно может быть.
В кустах лежать может.
-В кустах опасно.
А вот в квартире Асеева -
в самый раз.
Там его никто искать не будет.
Ну, он так думает.
-Куда он карту подбросил?
-Надо проверить.
А вот и шрифт готический.
Он карту и подделал.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Вы окружены!
Густас, бросайте оружие!
-Если сдадитесь сами,
мы сохраним вам жизнь!
-Да пошли вы все!
-Товарищ генерал, разрешите?
-Простите за ранний визит.
Мы установили того,
кто подделал карту и подбросил ее
в квартиру вашего адъютанта.
Вот. Здесь все буквы правильные.
Бандит Густас работал
на немецкую разведку.
В бане был завербован,
когда немцы были здесь.
На его квартире мы обнаружили
поддельные документы
и форму, в которой он в ту ночь
проник в штаб.
После ухода вашего адъютанта
он открыл замок кабинета
простой отмычкой. А к замку сейфа
у него уже был готов дубликат:
в бане он сделал слепок ключа.
Потом подбросил нам липовую карту,
а настоящую он сегодня собирался
передать немцам.
ТИХАЯ СВЕТЛАЯ МУЗЫКА
-Светлана Петровна,
вы все время не вовремя!
-Ничего страшного, я сама дойду.
Здесь недалеко.
-Ладно. До свидания.
-Товарищ капитан,
я ведь вам сейчас не нужен?
-Нет.
-Я тогда скоро буду.
-Ну и что у вас там,
Григорий Иванович?
-А чо?
С машиной - ничо, в порядке.
Искра куда-то пошла.
-Угу.
Главное, чтоб вернулась.
-Так, Светлана Петровна,
искра всегда возвращается.
Главное - захотеть.
-Угу.
-А так чо? Ничо!


Серия 6

Секретная часть, майор Назаров.
Да, пишу.
Во взаимодействии с комендатурой
усилить патрули.
Так.
Расквартировать пополнение
в селах Мергава и Абруште.
Принял.
Так, это донести до ответственных
подразделений. Я домой.
Там на столе пакет для начальника
штаба, отдать лично в руки.
Будет здесь через полчаса.
ШУМ МОТОРА
Начальник патруля лейтенант Кудрявцев.
Документы ваши разрешите,
товарищ майор?
Конечно.
- Куда направляетесь?
- Домой.
- В поселке квартируетесь?
- Ну, а где еще?
- Может, вас подвезти, товарищ майор?
- Занимайтесь своим делом, лейтенант.
К сожалению для вас,
товарищ подполковник,
следствие нам придется вести вместе.
- Ну почему же к сожалению?
- Я контрразведке всегда рад.
- Я так вообще счастлива.
- Мы теперь это дело за час раскроем.
- Ну хорошо, за два.
- Большая просьба.
Версиями делимся,
улики по карманам не прячем.
ВМЕСТЕ: Есть!
А ты чего тут?
Я покойников не очень...
Да ладно...
Лицо изуродовано до неузнаваемости.
Ну что, во рту трупа
обнаружены ворсинки
рогожи или мешковины.
Очевидно, кляп,
и несколько раз его вынимали.
Это между пытками,
чтобы ответ услышать.
- Я понял.
- Кожу с лица и уши отрезали,
- когда он еще в сознании был.
- Почему вы так считаете?
Ну слушайте, мне что вам,
прочесть лекцию по судебной медицине?
А вот потом он уже несколько раз
терял сознание,
когда ему пальцы
по одному откусывали.
А лицо и гениталии уже резали,
когда он скончался от болевого шока.
- Откусывали?
- Ну да.
Секатором. Садовым, думаю.
Ну так, как веточки: чик-чик.
Просил же, дайте мне хирурга
в ассистенты. Мне говорят: нет.
- И дали вот этого... фельдшера.
- Долго его пытали?
- Да нет, час-полтора, не больше.
- Ну кто такое выдержит?
Н-да...
- Это из его личного дела.
- Все, что есть.
Что же такого знал этот Назаров,
что его так зверски мучили?
Да много чего. Боевую численность
подразделений, позывные,
порядок доведения приказа.
- Хорошая память у майора.
- Да, была.
Если бы за ним немцы охотились,
то, скорее всего, просто выкрали бы.
Значит, местные партизаны
поработали.
- Он по-литовски говорил?
- В деле написано: разговорный.
Сам из Латвии, из смешанной семьи,
так что...
Пытали они его в лесу,
потом сюда принесли, чтобы напугать.
- Кого? Местных жителей?
- Да нет, штабных.
Я бы сейчас распорядилась, чтобы они
тут без охраны не передвигались.
- Я уже запретил передвигаться.
- Так, ладно.
Нам надо решить, кто главный
в нашей следственной группе.
- Ну, у меня на одну звезду меньше.
- Вот и договорились.
У нас тут в поселке больше
десяти офицеров из штаба полка живет.
Все на виду.
Назаров человек скрытный,
можно сказать, нелюдимый был.
Никого к себе не водил,
ни с кем особо не дружил.
- Это его снасти?
- А, его. Он чуть что - на рыбалку.
- Рыбой-то делился?
- А как же! Если было чем.
Он что, это все сам сделал?
Ай! Ай!
Дай я... помогу.
Товарищ подполковник!
Товарищ подполковник!
Свиридов, все собрать, и ничего
больше здесь не трогай, ясно?
- Есть.
- Что с тобой вообще происходит?
Товарищ подполковник,
может, человек влюбился?
- Вам-то, конечно, этого не понять.
- Куда уж там.
Соседка напротив сказала,
что видела майора вон у того дома.
- С хозяйкой беседовал.
- Там Астра живет, вдова.
Хозяйство большое держит,
мы у нее продукты покупаем.
Секунду. А вы в штабе
какую должность занимаете?
- Зам по вооружению.
- Про Назарова
- мне подробнее расскажете?
- Так я вроде уже.
Ну ничего, еще раз.
Как-то неправильно, Астра,
вы гостей встречаете.
ПЕРЕВОДИТ НА ЛИТОВСКИЙ
Вылезайте.
Вылезайте-вылезайте.
Знакомы?
ПЕРЕВОДИТ С ЛИТОВСКОГО:
Нет. Может, видела как-то.
Не помнит. Не обратила внимания.
А соседка говорит,
что видела, как вы разговаривали.
Какая соседка? Агнешка?
Да она соврет, дорого не возьмет.
Первая сплетница в поселке.
Обозналась она.
Муж ваш на войне погиб?
Без вести пропал. Под Минском.
Как его звали?
Йозас. Йозас Крумас.
Детей у них не было, не получилось.
- Теперь все хозяйство на ней.
- Фотография мужа есть?
Да, сейчас.
Рыбачить любите?
- Нет, муж увлекался.
- А спите вы здесь?
- Да.
- А почему тогда подушка одна,
а наволочек на веревке на улице две?
- Она не знает.
- А может быть,
потому что вторая подушка в шкафу?
А достаете вы ее только тогда,
когда к вам кто-то приходит?
В каких отношениях вы были
с майором Назаровым?
За что вы его убили?
Она никого не убивала.
Точно такой же крючок мы нашли
в доме Назарова.
Где вы его пытали? В лесу?
- Как это - пытала?
- Как?
Я вам расскажу - как.
Сначала вы его связали,
потом вставили в рот кляп.
А потом начали резать лицо.
Отрезать уши - одно, другое.
А потом - пальцы, по кусочкам.
С кем вы это делали?
Она ничего не знает.
- Это Йозас.
- Он же без вести пропал.
- Нет, он не пропал.
- Так, Астра, вот с этого момента
от того, что вы говорите,
будет зависеть ваша жизнь.
Где ваш муж Йозас Крумас?
Она не знает.
- Он дезертир, с фронта сбежал.
- Когда?
Месяц назад.
Сказал, что их позицию разбомбили,
все погибли.
А ему повезло.
И еще, что его никто не будет искать,
надо просто переждать.
- Он здесь всего две ночи ночевал.
- И куда ушел?
Не знает. В лес, наверное.
Он сказал, что если она не будет
знать, то не сможет его выдать.
Ну, тут он прав. Дальше.
Потом, через день,
он майора в дом привел.
Сказал, что они у речки
познакомились.
- Он ему свои крючки продал.
- А как же он, дезертир,
майора не испугался?
Он был в ватнике
и по-литовски разговаривал.
Муж подумал, что он беженец.
А потом он к ней в форме пришел
и про мужа спрашивал.
Она перепугалась, наврала ему что-то.
Йозас больше не появлялся?
- Нет.
- Вам придется проехать с нами.
Вставайте.
- Она же сама все рассказала.
- Пойдемте.
Пойдемте-пойдемте.
Пойдемте.
Давайте-давайте.
Еще был случай, майор Назаров
на службу опоздал, как-то прибежал
- весь заспанный, взъерошенный.
- Погоди-ка.
Спасибо. Ты мне очень помог, капитан.
Ну вот, говорили,
со мной за два часа дело раскроете.
А без меня за двадцать минут
управились.
Муж у нее дезертир,
скрывается где-то в лесу.
Он был знаком с майором Назаровым.
Да, мы думаем, что он майора слил
своим лесным друзьям.
Так. И где же нам этого мужа искать
с его лесными друзьями?
А если она с ним в сговоре?
Сразу ее колоть надо было.
Сразу, с перепугу,
она ничего не вспомнит.
- А потом успокоится, подумает, да?
- И вообще закроется.
Не закроется. Просто нужно повод
веский подобрать. И это не пистолет.
- Лейтенант Кудрявцев.
- Разрешите доложить?
Вчера был в патруле
и видел убитого майора Назарова.
- Документы у него проверял.
- Где?
- На дороге от штаба к поселку.
- В котором часу?
- Около 22:00.
- Все? Ну теперь я.
Докладываю: я тут в сапогах Назарова
покопался и кое-что обнаружил.
Погодите, Сергей Сергеевич,
дайте я угадаю. Это речной ил?
- Не ил. Схистостега.
- Что?
Однолетний мох. Растет
в расщелинах скал или в пещерах.
Светится в темноте.
- Правда светится.
- Ага.
- Местность хорошо знаете, лейтенант?
- Да.
- Что, здесь?
- Здесь.
- Показывай.
- Старое укрепсооружение,
еще с Первой мировой осталось. Вход
в подземные катакомбы заброшенные.
Здесь грот небольшой, и еще вверх
по дороге несколько валунов и болота.
- И все, больше никаких скал тут нет.
- Вчера вы здесь не проезжали?
Проезжал. Днем - два раза.
Ну что?
Место вроде тихое, спокойное.
Никого не видно.
- Пошли?
- Можно сначала я?
Очень хочется на чудо-мох посмотреть.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Здесь труп!
Вот следы крови.
И мох еще.
И ничего он не светится.
Сзади ударили ножом,
профессионально.
Ильин Олег Степанович.
Комендатура.
- Майор.
- А там что?
- Пальцы и уши. Похоже, Назарова.
- Значит, здесь они его и пытали.
- А я его знаю.
- Вчера из комендатуры списки привез.
Патрулю нигде не попадался?
- Что за списки?
- Перемещенных лиц.
Беженцев с прифронтовой полосы.
Комендатура нас всегда уведомляет.
Бланки партбилетов.
- Вещевых офицерских книжек.
- Интересно,
если эта канцелярия наших лесных
братьев не заинтересовала,
- что, он просто так здесь оказался?
- Угу. Так просто, мимо проходил.
Да нет, их похитили с Назаровым,
а потом убрали как свидетеля.
Они, скорее всего, были знакомы.
Просто Ильин оказался
не в том месте и не в то время.
Ну это пока только версия.
Выясню у коменданта.
Так, Астра, сейчас расскажете
о всех связях вашего мужа,
родственных и неродственных.
СВИРИДОВ ПЕРЕВОДИТ НА ЛИТОВСКИЙ
И укажете на карте все места,
куда он мог уйти. Присаживайтесь.
СВИРИДОВ ПЕРЕВОДИТ С ЛИТОВСКОГО
Она тогда вернется домой?
- Ну, если будете сотрудничать.
- Нужно честно все рассказать.
Начнем с родственников.
Григорий Иванович,
я утром в комендатуру.
- Вы туда прямо приезжайте.
- Да я здесь подремлю, у подъезда.
- Если что - будите.
- Да не выдумывайте!
До утра-то всего ничего,
подремлю.
Ой...
НАПЕВАЕТ
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Фух, напугал. Ты чего здесь?
- Я тебя искал.
- Чуть на патруль не нарвался.
- Дело у меня к тебе есть, Федоренко.
- Ну, какое?
- ППШ свой не одолжишь?
- Всего на полчаса.
Автомат?
- Ты с дуба спрыгнул?
- Ну или пистолет.
Денег у меня нет, я купить не смогу.
А без него никак.
А пистолет-то тебе зачем?
У меня есть свой схрон
на заводском здании, на чердаке.
А Витька с Арнасом...
Это беженцы из Каунаса.
Они устроили там свой штаб,
как дети.
Ну, а просто так поговорить с ними,
по-товарищески?
- Нельзя.
- Их двое, и они старше меня.
И не товарищи они мне никакие.
Я им... просто пистолет покажу,
и они сами сбегут.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Они старше.
Я, выходит, младше.
Еще и тыкает.
"Так что ты там будь начеку.
Хотя я только об этом и мечтаю,
что вернусь вечером, а дома ты.
С утра еще не была, а вечером есть.
Приехала моя Светка любимая.
И больше мы никогда не расстанемся,
слышишь? До самой победы...
Мечты, мечты.
Вот, здесь сахар и концентрат.
Только смотри,
в один день все не слопай.
Томас, вы точно поговорите
с Витькой и Арнасом?
- Я же обещал, значит, сделаю.
- только с ними пожестче надо.
- Хорошо, я учту.
- Петр!
До свидания!
- В школу бы его надо.
- Да я уже три раза его приводил.
- Ровно на полчаса хватает.
- Сбегает?
- Даже не знаю, как его убедить.
- Какой-то веский довод нужен.
Нужен. Нужен.
Вот а был бы у него здесь друг...
Закадычный.
Товарищ комендант, а сколько человек
у вас в подчинении?
- Четверо, Светлана Петровна.
- Когда произошло убийство?
- Ильина убили вчера ночью.
- Где?
- В прифронтовой зоне.
- Беда.
И как мне его теперь заменить?
А главное, кем?
- Важную работу делал?
- Секретную. Отдельный кабинет.
Все документы, пропуска,
удостоверения - все на нем.
Ясно.
Это его портфель, Светлана Петровна.
- Посмотрите, пожалуйста.
- Это майор Назаров.
- Это что, он убил?
- Нет, он тоже погиб.
- Они вместе погибли.
- Я припоминаю, я встречал его.
Он приходил к Ильину.
Они втроем в парк на концерт ходили.
Ильин с женой и этот майор.
- Ильин был женат?
- Да, недавно поженились.
Жену Лена зовут.
Она местная, из Вильнюса.
Сюда приехала. Я им квартиру выделил,
с ванной, с телефоном.
Жене надо сообщить.
- Надо.
- Ну давайте я сообщу.
Давайте,
а я вам сейчас адрес напишу.
- С этим сложно будет.
- Он глухонемой.
- И что?
- Писать умеете, лейтенант?
- Умею. А вы?
- По-литовски, я имею в виду.
- И по-литовски тоже.
- Ну, прекрасно.
Видел его когда-нибудь?
ВЫСТРЕЛ
ЛОШАДЬ ЗАРЖАЛА
Тихо-тихо-тихо...
Кому хлеб везешь? Говори!
- "В город, на продажу".
- Врешь, падаль.
- Что, так и писать?
- Так и пиши! Ты у меня заговоришь.
- Ну!
- Подожди.
Подожди-подожди.
Мы весь этот хлеб конфискуем.
И лошадь тоже.
До выяснения. Понятно?
Говорит, не губите, и он все скажет.
Сразу бы так.
Муж Астры ночевал у него один день,
потом он его к мельнику отвел,
- для которого хлеб печет.
- А кто хлеб забирает?
Из леса люди приезжают.
- Из леса?
- Брать их надо.
- Простите, Елена.
- Примите мои искренние соболезнования.
Я понимаю, что сейчас вряд ли вас
это успокоит, но вы должны знать:
ваш муж погиб как герой.
Елена
могу я осмотреть место,
где он работал?
Дверь направо.
Мужайтесь.
Простите,
мне вас даже угостить нечем.
Ну что вы. Ничего не нужно. Скажите,
пожалуйста, вам знаком этот человек?
- Да, Олег нас как-то знакомил.
- Фамилию не припомню. Кто это?
Майор Назаров.
- Назаров, да.
- По-моему, они служили вместе.
- А вы не знаете, что в этом сейфе?
- У вас есть от него ключ?
В ящике стола посмотрите.
Связка с брелоком -
оловянный солдатик.
Там документы какие-то, я не знаю.
- Здесь нет ключей.
- На работе, значит, оставил.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
НАПРЯЖЕННАЯ МЕЛОДИЯ
Спасибо. До свидания.
Вы сказали, что вы из прокуратуры.
Почему вы здесь?
Он ведь не при обстреле погиб, да?
- Да, я не хотела вам говорить.
- Его убили ножом.
Скорее всего, бандиты.
Как только что-то выясню,
я вам сразу сообщу.
- Нет, не надо. Не хочу.
- Это уже не важно.
Я не знаю, как она оказалась
у него дома. Ее вообще запрещено
выносить из комендатуры
всеми инструкциями.
Она была здесь два дня назад.
Я хорошо помню, мы с Ильиным
подписывали удостоверения.
Может, он ее по ошибке домой забрал?
Какие удостоверения?
- Пропуска в прифронтовую зону.
- И что дают эти пропуска?
С ними можно через все наши посты
до самой линии фронта доехать.
Я их обычно репатриантам выписываю.
Ну, тем, кто домой возвращается.
- И корреспондентам, артистам.
- И где эти пропуска?
- Не знаю. Ильин, наверное, раздал.
- Не знаю.
А вот это, товарищ майор,
я у вас, пожалуй, конфискую.
- Как-то у вас тут все исчезает.
- Как скажете.
ШУМ МОТОРА
- Свиридов, давай.
- Живыми брать.
НАПРЯЖЕННАЯ МЕЛОДИЯ
Военная прокуратура! Всем стоять!
Стрелять буду!
- Военная прокуратура.
- Майор Чубриков, СМЕРШ.
Здравствуйте, товарищи.
Но вы же большие, взрослые парни.
Вас разве родители не учили
младших не обижать?
- Мы его не обижали.
- Взрослых на фронт берут,
- а нас из военкомата выперли.
- Правильно, потому что
ваш фронт здесь,
вы здесь должны слабых защищать.
- Я не слабый.
- Петя...
Ребята, Петр это место первым нашел,
значит, место его, правильно?
Посмотрите, какой огромный чердак!
Ну найдите себе там для вашего штаба
- другой угол.
- На каждый чердак один хозяин.
- Ну... ну можно у нас в школе.
- Он свободен.
- Мы сами найдем.
- то, что вы найдете,
тоже может быть кем-то занято,
а в школе никого.
Я вам еще покажу,
как телеграф сделать.
Натянете между чердаками,
будете со своими связь держать.
- Настоящий?
- Ну конечно, настоящий.
Там только азбуку Морзе
нужно будет выучить, но я помогу.
Ну что, по рукам?
- По рукам.
- Отлично.
- Вот так, Петр, чердак твой.
- только еще скажите,
- чтобы камнями в собак не кидали.
- Так, слышали?
- Не будем.
- Ну, пойдем, покажешь,
- где там твой схрон.
- только тихо.
Ребята
жду в школе.
ПЕРЕВОДИТ: Ваша жизнь на свободе,
граждане, закончилась в любом случае.
Тюремный срок - понятие растяжимое,
от одного года до бесконечности.
Статей в Уголовном кодексе
у нас достаточно,
включая пункт о помощи следствию.
А вот помогать нам или нет
решать вам.
Меня интересуют эти люди,
все, что вы о них знаете.
Даже если видели их мельком.
На дне мотоциклетной коляски
лежала. Пятна свежие.
- Чья это кровь?
- ПЕРЕВОДИТ
Говорить будешь?
ПЕРЕВОДИТ
МЕДЛЕННО ГОВОРИТ НА ЛИТОВСКОМ
- Он ничего не знает.
- А можно я попробую?
Только не здесь.
- Да пожалуйста.
- Вон, хоть в погребе.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Разрешите?
Елена, я в комендатуре
нашла ключи вашего мужа.
Ни с места. Дверь закрой.
Спокойно.
Будешь стоять тихо - будешь жить.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Не двигайся и руку от кобуры убери.
Тихо, без криков.
Арунас, ключ от сейфа возьми.
- Спасибо за ключи, фрау.
- Мы их обыскались.
Товарищ подполковник,
этот парень, Лукас,
готов все рассказать.
- Да? И как майору это удалось?
- Лучше вам не знать.
Майор!
Майор, ну про подвал я же пошутил.
ПЕРЕВОДИТ: Он не виноват.
Он в лес вместе с родителями ушел.
Некуда было деваться.
- Мотоцикл чей? Твой?
- ПЕРЕВОДИТ
Он может показать на фото.
ПЕРЕВОДИТ: Йозас.
Это он за хлебом к мельнику ездил.
Мотоцикл только сегодня взял.
А почему сегодня Йозас в лесу
остался? Заболел?
Его нет в отряде. Вчера на его
мотоцикле приехал вот он.
- Он? Ты ничего не путаешь?
- ПЕРЕВОДИТ
- Лукас!
- Он клянется.
Вчера на его мотоцикле приехал.
С двумя солдатами.
- Его Генрих зовут.
- Генрих?
ПЕРЕВОДИТ
ПЕРЕВОДИТ: Да, они немцы.
К своим пробиваются.
Они пропуска из комендатуры ждут.
Заполняй пропуска.
Вы удивлены, товарищ капитан?
Вы ведь моих убийц искали?
И не только ваших.
Елена, это они убили вашего мужа.
Да, убили.
А вы знаете, за что погиб ваш муж?
Вот за эти рейхсмарки. Захотел больше
и не выполнил свою часть договора.
- Все по-честному.
- А уши и пальцы
- вы кому отрезали вместо себя?
- Это не я. Мои ребята.
Чтобы убедительнее было.
Это он мне звонил,
когда вы тут были.
- Простите, что я не сказала.
- Правильно, что не сказала.
Иначе бы гуляла уже со своим мужем
в аду где-нибудь.
Получается, что этот Генрих,
который Назаров,
вместе с другими немцами
убил Йозаса, переодел
и труп подбросил нам.
Зачем они тогда Ильина убили?
Чтобы с документами сложилось,
наверное. Но это нам Елагина
расскажет,
если мы, конечно, не опоздаем.
Давай, давай, солдат, давай!
А чем же ты пацану-то пригрозил,
товарищ майор?
- Он как будто черта увидел.
- Да спину ему свою показал.
Мне там когда-то ребята из абвера
ножом звездопад вырезали.
Без наркоза.
Давай, боец, давай, гони!
Лесные братья не простят вам того,
что вы просто так взяли и убили
- их товарищей, ни за что ни про что.
- Простят.
Мы - арийцы, они - нет.
У нас есть цель, за которую мы воюем.
Поэтому нам можно.
К тому же я им все время помогал.
Вся ваша цель -
омерзительная, вонючая помойка.
Вы сейчас старательно затягиваете
время, чтобы шофер вашего автомобиля,
который стоит у подъезда внизу,
забеспокоился, поднялся сюда. Так?
Так. Не поднимется.
Предлагаю на этом дискуссию
- закончить.
- Что с ним?
Не волнуйтесь, ваш шофер нам нужен
точно так же, как и вам.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
В общем, товарищ капитан,
у вас есть два варианта.
Остаться здесь, в этой квартире,
навсегда, либо поехать с нами.
- Как заложница?
- Да. Обещаю,
что освобожу вас и вашего шофера
на нейтральной полосе.
Если вы, конечно,
не решите перебежать.
- Думаю, в абвере вам будут рады.
- Хорошо, я поеду.
Но пообещайте мне,
что вы не тронете Елену.
- До машины идем спокойно.
- Нам не нужен шум.
О-о!
Да, хорошо тут.
Только знаешь, чего не хватает?
Книг.
По вечерам скучно, небось?
УСМЕХАЕТСЯ
- Чего?
- Я читать не умею.
- Как это? Совсем или по-литовски?
- Совсем.
Мне вот - окно есть.
Я по вечерам смотрю на другие дома,
другие улицы.
Гораздо интереснее ваших книг.
Да у тебя тут целый
наблюдательный пункт.
А я знаю эту машину.
Так.
Так, Петр, ты... ты за мной не ходи.
- Да я и не собирался. У меня вон...
- Мышеловки расставлять нужно.
Ага. И чтоб вот ноги твоей
с чердака не было.
Расставляй мышеловки.
ПЫТАЕТСЯ ЧТО-то СКАЗАТЬ
Простите...
НАПРЯЖЕННАЯ МЕЛОДИЯ
Стоять! Стой! Стой, говорю!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
В машину! В машину, быстро! Бегом!
Быстро, быстро, быстро!
Дядя Егор!
Дядя Егор!
Я видел, как Светлану Петровну
погрузили два человека с пистолетами
в машину и уехали!
- Куда?
- Направо, к выезду из города!
А, и Томас за ними в погоню погнался
на мотоцикле!
Спасибо!
Счастливого пути.
Опять в командировку,
товарищ капитан?
- Приходится.
- А где у нас следующий пост?
- По дороге, в десяти километрах.
- Хорошо. Успеем подремать.
А вы молодец, капитан.
Я вами прям горжусь.
Чтоб ты сдох.
Ай, черт!
ВЫСТРЕЛЫ
КАШЛЯЕТ
СТОНЕТ
Свет, тихо! Садись. Садись.
Ты в порядке? Все целое?
Григорий Иванович, ты как? Цел?
Жив!
А этот Лукас... Он же совсем еще
ребенок. Что с ним теперь будет?
- Как обычно...
- По законам военного времени.
Когда же мы, наконец, уже станем
жить по законам мирного времени?


Серия 7

- Что, это все?
- Это на первое время.
Остальное позже заберу.
- Надо было сразу.
- Чего лишний раз сюда ходить?
- Юра, им помощь нужна.
- Ребенка еле выходили.
Роза еще совсем слабая.
Томасу одному не справиться.
- Роза - преступница.
- Если бы не ребенок,
- она сидела бы давно.
- Она просто запуталась.
- Я ей верю.
- Чего тут путаться?
- Ее муж был у лесных.
- Думаешь, она поправится
- к партизанам не пойдет?
- Никуда она не пойдет.
В любом случае
появляться здесь опасно.
- Юра... Люди меняются.
- Давай попробуем им доверять.
- Людям - да, надо.
- А врагам - нет.
- Юра, но не все же...
- ВЗРЫВ
Вот, пожалуйста.
- Зачем столько формальностей?
- Сделаю экспертизу и сразу верну.
Вещество особого учета,
товарищ подполковник.
- Приказ командующего.
- Ясно.
Это обычный авиабензин
с октановым числом где-то 74.
А это наша присадка,
которая повышает октановое число
до 90 и выше.
О! Самолет летает мощнее, выше,
быстрее разбегается
по взлетной полосе. Именно
эта присадка и была во взрывчатке,
которой лесные мост взорвали.
Вероятность 99%.
Но что самое главное - эту присадку
можно только на складе взять,
- на рынке ее не купишь.
- На складе ее тоже
просто так не возьмешь.
Их там как золотой запас охраняют.
Значит, украли ее
на аэродроме или по дороге.
- Но к нам таких сигналов не поступало.
- Аэродром не склад,
там не до формальностей.
Давай-ка бери Федоренко,
езжайте на аэродром
и на месте все проверьте.
А если больше присадки добавить,
гореть оно лучше будет?
- Ты плакатик видел?
- Ты майор Титов?
Нет. А знаешь почему?
Потому что это я майор Титов.
- Понял?
- Угу.
Мы с тобой, Свиридов,
поедем по складам ГСМ
документацию о поставках
стратегического сырья изучать.
Так и думал, что на мне будет
самое рискованное и опасное.
- Или ты лучше на аэродром?
- Сам поеду, один?
- Почему один?
- Со мной поедешь.
- Да без разницы.
- Как прикажете.
Значит так, Свиридов,
едешь сначала в службу тыла
- и оттуда ко мне на склады.
- Товарищ подполковник!
- Товарищ подполковник!
- Здравствуйте, Камила!
- Что-то случилось?
- Случилось.
Сегодня утром у моей подруги
умер жених.
- Так, и что?
- Врач сказал,
что это кровоизлияние в мозг,
инсульт. А ему всего 19 лет,
и он курсант
курсов младших лейтенантов.
- И что, в 19 кровоизлияния не бывает?
- В 19?
Ну, это как гроза в январе.
Он совершенно здоров был.
Смерть действительно подозрительная,
товарищ подполковник.
- А как твоего курсанта зовут?
- Эмиль Станкус.
Вы извините,
мы не занимаемся инсультами.
- Может, хотя бы вскрытие проведем?
- Пожалуйста!
Товарищ лейтенант,
я жду доклад по присадкам к обеду.
Поэтому бегом в службу тыла
и сразу ко мне на склады. Ясно?
Есть!
Камила, пойдем, расскажешь
про курсанта своего.
Что? Он же сказал тебе
в службу тыла ехать.
- Успею.
- А если не успеешь?
- Пойдем быстрее, времени нет.
- Давай. Давай-давай.
- Юра, спасибо.
- Там такая странная история.
Курсант Эмиль Станкус, 19 лет.
Ира сказала, что они с отцом
- недавно из эвакуации вернулись.
- Местный?
- Да.
- А Ирина - это невеста?
- Да, Ирина Кац.
- Живет на Лесной, 7.
Она тоже только недавно приехала
и сразу же меня нашла.
Она училась у моей мамы в классе
до войны. А потом...
А потом приходила к нам
на дополнительные занятия.
- А где Шилов?
- На топливном складе.
Ага.
Самостоятельное дело
мне вести поручил.
Да? Поздравляю.
И вас тоже попросил подключить,
Сергей Сергеевич.
- Да ладно!
- Тогда я и себя поздравляю.
- Так, да, курсант, 19 лет.
- Инсульт.
Доставили в морг,
нужно подробно вскрыть.
- Чего ищем?
- Он не мог так просто
взять и умереть.
В 19 лет от инсульта
ну как это вообще возможно?
В это никто никогда не поверит.
- Возможно, врожденная патология...
- Вот! Это первая версия.
Юра! Юра! Я эту Ирочку еще
совсем маленькой девочкой знала.
- Я должна ей помочь.
- Почему "я должна"? Мы.
Поехали. Навестим отца Станкуса.
Станкусы во время эвакуации
были где-то в Казахстане.
Потом до войны они в КБ работали,
на строительстве химкомбината.
Ну, характеристики положительные.
Ну что еще?
Сын в военное училище легко поступил.
Собственно, здесь.
- Здравствуйте!
- Нам нужен Йозе Станкус.
- Станкус - это я. А что?
- Военная прокуратура,
- лейтенант Свиридов.
- Вы по поводу сына?
А можем с вами поговорить
или нам лучше позже зайти?
Заходите.
Товарищ лейтенант,
вы идите, я здесь постою.
Меня с другими химиками
сразу в эвакуацию отправили,
первым поездом.
Этот поезд первым и разбомбили.
Маму мы там же схоронили,
под Каунасом. Я ногу потерял.
Потом мы с Эмильчиком
до Казахстана добирались. Долго.
- Извините, это она?
- Да, это она.
Здесь в оккупацию
какие-то немецкие офицеры жили.
А фотографии почему-то не выкинули.
ЗВОН РАЗБИТОГО СТЕКЛА
- Ах! Ой...
- Не убирайте ничего.
- Я сам потом все уберу.
- Простите.
- Скажите, а химия - это увлечение?
- Нет. Это работа. Жизнь.
- Я ученый.
- В детстве у сына были
- какие-то хронические болезни?
- Нет.
Да с ним жена постоянно
по поликлиникам бегала.
- Я же работал.
- А карточки из поликлиники
- не осталось?
- Нет, конечно.
А утром сегодня
он как себя чувствовал?
- Как обычно.
- Да я не обратил внимания.
А враги у него были?
- Какие враги?
- Ну, может, он ссорился с кем-то?
- Его ж... его ж не убили.
- Он сам умер.
А как вы отнеслись к тому,
что он решил жениться, к его невесте?
- Ну, это наше личное дело.
- Не надо говорить об этом.
Вам не нравилась
его невеста. Почему?
Я не хочу сейчас отвечать
на глупые вопросы.
- Простите, пожалуйста.
- Не надо. Да, пожалуйста.
Простите.
И чего ты с этой женитьбой
к нему пристала?
- Ты же видишь, переживает человек.
- Ира рассказала,
что он евреев не любит.
И когда Эмиль привел ее
с ним познакомиться, он,
как только фамилию услышал,
тут же ощетинился. Ира расстроилась,
и я подумала, что...
И что? И какое сейчас
это имеет значение?
И вообще, задавать вопросы
в ходе следствия могу только я.
- Это ясно?
- Ясно.
Вот так.
Вот здесь его и нашли. Сначала
подумали, пьяный, а оно вот как.
- Совсем рядом с домом.
- Значит, все произошло мгновенно.
Пошел на свои курсы - упал, умер.
Иначе, если бы он себя
плохо почувствовал, пошел бы домой.
- А что, если его кто-то напугал?
- Кто? Призраки?
Спасибо.
Похоже, смерть Эмилиса Станкуса
наступила от естественных причин.
Внешних воздействий нет,
в крови яда нет,
- в мозгу патологий нет.
- Понятно.
Сергей Сергеевич, пожалуйста,
может быть, еще раз проверим?
Какими-нибудь новыми препаратами
или методами экспериментальными.
- Да? Какими, например?
- Гаданием на кофейной гуще?
Сергей Сергеевич,
ну вы же сами в это не верите!
- Не получается ничего.
- Сам он умер. Сам.
Юра, а что, если это
какая-то спортивная травма?
Их же там на курсах тренируют.
Может, это бокс какой-нибудь?
Медкомиссия у меня на курсах
строгая, иначе Станкуса
просто не приняли бы.
Чтобы он на здоровье жаловался,
- я никогда ни от кого не слышал.
- А драки между курсантами бывают?
- Зачем драки?
- Им же скоро воевать.
Согласитесь, товарищ майор,
смерть очень странная.
- Я вам вот что скажу.
- У курсантов большие нагрузки,
в том числе и нервы.
Они вчера еще за партой сидели.
И здесь каждый из них
со своим страхом борется.
Только виду не показывает.
Вот Станкус и не выдержал.
- Но остальные-то выдерживают.
- Значит, он особенный.
Бегом марш!
- У них инструктор девушка?
- Дарья Лукина,
- чемпион "Динамо" по самбо.
- Как-то она... жестко с ними.
Тяжело в учении...
- Здравия желаю, товарищ майор!
- Четвертая рота проводит занятия
- по физподготовке.
- Вольно.
Это из прокуратуры.
Лейтенант Свиридов
и красноармеец Крамер из штаба армии.
По поводу курсанта Станкуса.
Да, нелепая история.
Я хочу с курсантами
из его отделения поговорить.
Первое отделение второго взвода,
ко мне! Бегом!
Ну, привет подполковнику Шилову.
Где Киреев?
Шевелитесь!
- Киреев! Вечно тебя ждать надо!
- Бегом!
В строй! Бегом!
Вот так.
- Сегодня умер курсант Станкус.
- У меня вопрос ко всем.
Кому-нибудь из вас когда-нибудь
он жаловался на что-то
или вел себя как-то необычно?
Кто-то что-то видел?
Ничего подобного,
товарищ лейтенант!
Я командир отделения. Я бы знал.
Если кто-то что-то вспомнит,
немедленно доложить.
Есть!
Продолжаем.
Отделение, смирно!
Из-за курсанта Киреева,
который ползает по полосе
как червяк, сейчас все
опять бегут на старт.
Киреев, в этот раз не отставай,
я тебе не советую.
Бегом... марш!
Бегом!
И что же это вы? Из-за одного
так всех наказываете?
- Ну какое же это наказание?
- Это тренировка.
Скажите, а мог Станкус
во время тренировки травму получить?
- Головы, например.
- Головы - нет,
- они же в касках.
- И на занятиях по самбо
- или боксу?
- А там они с грушей
или с чучелом приемы отрабатывают.
Скажите, пожалуйста, а какие у вас
были личные отношения с Эмилем?
- С курсантом Станкусом?
- Да.
- В каком смысле отношения?
- В прямом.
- Вы знали, что он собирался жениться?
- А при чем здесь это?
- Может быть, вам это не нравилось?
- Может быть, поэтому вы
издевались над ним, как сейчас
над курсантом Киреевым?
- Камила...
- Что вы себе позволяете?
- Вы кто такая?
- Может, вы хотели
- насолить его невесте?
- Извините, товарищ старший лейтенант.
- Я на вас рапорт подам!
- Нервы.
Бегом!
- Ты очумела?
- Надо у Ирины
- про эту самбистку расспросить.
- Какое расспросить? Что с тобой?
- Очнись.
- Это ты очнись.
- Со мной все в порядке.
- Так, это уже не смешно.
Ты кто, следователь?
Я что, разрешал тебе вопросы
- в ходе следствия задавать?
- А какое там следствие?
- Видимость одна.
- Потому что фактов никаких нет.
Кроме одного.
Станкус твой просто помер.
Слабенький был потому что.
На этом точка.
- Все? Дело закрыто?
- Да, закрыто.
Молодец.
- Добрый день!
- Я из прокуратуры военной,
лейтенант Свиридов.
Я выясняю обстоятельства смерти
- Эмиля Станкуса.
- Вы к Ирочке?
Да.
- Ей очень тяжело сейчас.
- Я понимаю. Ненадолго.
Заходите.
Ирочка, это к тебе.
Из прокуратуры.
- Лейтенант Свиридов. Здравствуйте.
- Я по поводу Эмиля.
- Его смерти.
- Эмиль не мог умереть
от кровоизлияния в мозг.
Это невозможно.
Ирина...
- Скажите, вы давно его знаете?
- Всю жизнь.
Просто познакомились недавно.
- Вы верите в любовь с первого взгляда?
- Эмиль нам сразу понравился.
Спокойный такой, серьезный.
Мы три года в Каунасе жили.
В еврейском гетто.
Можно сказать, в аду.
Знаете, какое было первое желание
после освобождения?
Все забыть.
Эмиль мне пообещал,
что он не погибнет на фронте.
И вообще не погибнет.
И я ему верила.
Если вы считаете, что это
не инсульт, то, значит, его убили.
Кто? С кем он дружил? Или наоборот?
Не знаю. Мы с Эмилем его друзей
и врагов обсудить-то и не успели.
Да и откуда они?
Эмиль только из эвакуации вернулся.
Мы думали, наступит другая жизнь,
новая. Скоро закончится война.
Будет дом, семья, работа.
Чай. Берите.
ШУМ
ХОЗЯЙКА ВСКРИКИВАЕТ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
ТРАГИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
- Где я?
- В госпитале. Где ж еще?
- А ты что тут делаешь?
- На героя посмотреть пришел.
О твоем подвиге уже весь город знает.
СТУК В ДВЕРЬ
Меня здесь не было.
- Ну и как это понимать?
- Не знаю...
- Что с Ириной?
- Они в тяжелом состоянии, но живы.
Так, Свиридов Юрий Карлович,
отравление угарным газом
и продуктами горения.
Многочисленные ожоги.
Думаю, через неделю мы его выпишем.
Ты почему, товарищ лейтенант,
приказ мой нарушил?
Я не нарушал, а людей спасал.
- Доклад не успел еще...
- А один почему пошел?
Никому не доложил, на местности
не осмотрелся, участкового не взял.
- Виноват.
- От инструктора курсов
младших лейтенантов
на тебя жалоба пришла.
- Товарищ подполковник, это...
- Это я.
Погорячился.
С Елагиной
ты сам объясняться будешь.
Про Сергея Сергеевича вообще молчу.
А пока поправляйся... герой.
Это я во всем виновата. Прости меня.
СВЕТЛАЯ МУЗЫКА
Сравнительный анализ обычной
огнесмеси и содержимого бутылок,
которыми в Свиридова кидались.
Смотри.
- А в чем разница?
- Не видишь, что ли?
- Ты издеваешься?
- Смотри,
здесь в керосин добавлен
высокооктановый бензин,
полученный с помощью
этих спецприсадок.
- Это те, которые Елагина ищет?
- По всей видимости.
Плюс еще белый фосфор
с сероуглеродом, плюс...
- Легка на помине.
- У нас тут ЧП.
Я знаю, я в госпитале была
у Свиридова.
- Так, а это мне зачем?
- Это смершевцы мне вручили.
Они блокировали
банду лесных возле озера.
Они ушли, все побросав, эти ящики
тоже. Это похищенные присадки.
Потому что на аэродроме
вместо них липа.
То есть кто-то из лесных работал
на аэродроме или на складах?
И он организовал
хищение этих присадок
для изготовления
зажигательных бомб, так?
Так. На аэродроме, получается,
техников-механиков человек двести.
- Плюс тыловые службы.
- Да, придется покопаться.
Непонятно только одно: зачем лесным
покушаться на Ирину и ее родителей?
Они-то что могут знать?
Может, они вообще
покушались не на Ирину?
- А на кого?
- Может, на лейтенанта Свиридова?
- Огненная версия.
- Причем в прямом смысле этого слова.
Вероятность, как сказал бы
Сергей Сергеевич, нулевая.
- Нулевой вероятности не существует.
- Здесь есть еще одна деталь.
В этой смеси присутствует самогон.
Именно не спирт разбавленный,
не водка, а самогон, дистиллят.
Ася...
- Петр!
- Ася, пошли.
- Добрый день!
- Ася, идем! Ася, за мной!
- Ух ты, какая собака у тебя!
- Большая.
- Не кусается?
- Да не моя. Беспризорная.
- Да? Она, по-моему, голодная.
- Ее же покормить надо.
- Пойдем ей купим что-нибудь.
- Она не слушается.
Приходи ко мне, у меня есть
книга по дрессировке собак.
- Картинки есть?
- Нет, картинок нет,
- но я помогу тебе прочитать.
- Куда идти?
- В школу.
- И прям я в школу с собакой приду?
- А почему нет?
- Ты же собираешься ее дрессировать.
- Как ее зовут?
- Ася.
- Ася, ты есть хочешь?
- Пойдем тебе купим что-нибудь.
Она не пойдет.
- Ася, за мной!
- Ася, Ася, стой! Ася!
Нам дайте, пожалуйста,
вот эти три кусочка.
Вот эти? Ой!
Куда?
- Куда ты лезешь-то, а?
- Здравствуйте!
- Здрасте.
- Что, Петр, подругу нашел?
Наша новая ученица. Асей зовут.
Она у меня будет
специальной разыскной собакой.
А у нас как раз есть боевое задание
для твоей разыскной собаки Аси.
- И для тебя как для ее владельца.
- Какое?
Гуня, Гуня!
Гуня!
- Подъем!
- Чего опять?
- К тебе милиция пришла!
- Петр, спасибо.
Все, дальше мы сами.
Я уже сказал участковому, это брак
для моего личного употребления.
Паспорт.
- Гуннис Занас Габриэлюс.
- Лучше Гуня.
Повторяю: это все для моего
личного употребления. Я инвалид.
Мне доктор
спиртовые компрессы прописал.
Рассказывай. Где вы были
вчера вечером в 17:00?
- Вчера в пять? В кутузке.
- Меня еще днем патруль взял.
- За что?
- Самогон дегустировал
и не рассчитал, потолкался
там с одним придурком.
- Это в каком отделении было?
- Как обычно, в четвертом.
Ясно. Что ж, собирайтесь,
с нами поедете.
- Полное фамилия, имя, отчество?
- Румянцев Виктор Геннадьевич.
Поняла. Год рождения?
Давай, вспоминай...
- Ирине совсем плохо.
- А родители как?
То же самое.
Причин для умышленного покушения
бывают только три.
- Месть, корысть, эгоизм.
- И какая причина здесь?
Пока любая.
Я найду этого поджигателя,
я тебе обещаю.
Почему "я"? Мы.
Ну-ка, смотри. Это, похоже,
тот самый самогон,
который был в бутылках
с зажигательной смесью.
Те же фракции сивушных масел.
Думаю, что вероятность
процентов девяносто.
Капитан Елагина,
военная прокуратура.
Начальник четвертого райотдела
капитан Козлов.
- Наше вам, гражданин начальник!
- Что он опять натворил?
Уверяет, что вчера
просидел у вас весь день.
- Да, было дело.
- Его вчера пьяного патруль привел.
Так я его в дальней холодной камере
на ночь запер, чтобы протрезвел.
- Помогло?
- Гуня трезвый как пьяный.
- А если пьяный, так вообще.
- Это оценочное суждение.
- Вы хорошо его знаете?
- Да его все знают.
Местный забулдыга, самогонщик.
Когда-то за хулиганку сидел.
- Что же вы его не арестуете?
- Он меня иногда информирует,
поэтому здесь он мне полезнее,
чем в тюрьме.
Вообще-то, это секретные данные.
Запись в журнале есть
о вчерашнем задержании?
Да, конечно. Прошу.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Светлана Петровна, да вам
надо в сборную по стрельбе.
Жив?
- Еле дышит. Сквозное в спину.
- Наверное, легкое пробито.
Несите его к нам в машину.
- Григорий Иванович, заводи мотор.
- Слушаюсь.
Товарищ подполковник, все,
я здоров. Хочу обратно в строй.
- Подожди.
- Что случилось?
- Неизвестный убил двух свидетелей.
- Кто? Кого?
- Вон в операционную повезли.
- Возможно, он причастен
и к твоему делу.
Так, Свиридов, выставим пост,
будешь начальником караула.
Твоя задача, как только он
придет в себя или скажет "мама",
- тут же сообщи мне. Понял?
- Есть.
- Все.
- Форму пусть отдадут.
- А зачем тебе форма?
- Тебе халат к лицу.
Здравствуйте! Подполковник Шилов,
военная прокуратура.
ПЕРЕВОДЧИК ПЕРЕВОДИТ НА ЛИТОВСКИЙ
- Вам знаком этот человек?
- Гуня? Да, проживает.
- Его дома сейчас нет.
- Это обыск. Будете понятой.
Где его комната?
Ключей у меня нет.
- У нас тоже нет. Вскрывайте.
- Есть!
- А здесь кто проживал?
- Милиционер, капитан Козлов.
- Он переехал, дверь сам опечатал.
- Козлов?
- Ну да, Козлов.
- Товарищ подполковник,
это тот милиционер,
которого сегодня застрелили.
И эту открываем.
Стойте.
ЗАГАДОЧНАЯ МЕЛОДИЯ
Все вещи и документы капитана
тщательно осмотреть.
- Возможная версия.
- Капитан Козлов обеспечил Гуне алиби.
А тот в это время пошел жечь
Ирину с родителями.
А тот, кто им это поручил, сейчас
в госпитале без сознания лежит.
Получается, он устранил
сообщников, так?
Возможно. Или свидетелей.
Вот, нашли.
Золото.
Вот в комнате Гуни
в ножке кровати было спрятано.
- Что же это получается?
- Пять слитков примерно по 200 г
это... почти кило золота.
За убийство девушки Ирины?
Щедрые, однако, ребята
в лесу живут.
- Жар все никак не спадает.
- Врачу говорила?
Да. Сказал, что такое бывает.
СТОНЕТ
Я...
- Где я?
- Вы в госпитале, все хорошо.
Сейчас придет врач.
Сергей Сергеевич, посмотри.
А, наконец-то
хоть что-то нормальное принес.
- Это Давид Шеймас.
- Мы вместе были в гетто.
- Я думал, он погиб. Что с ним?
- Ранен при задержании.
- Сколь веревочка ни вейся...
- А он меня обманул там, в лагере.
СС всех детей забирал,
и мы от них Ирочку прятали.
Шеймас у нас вроде завхоза был,
поэтому знал многих.
С одним офицером познакомил из штаба.
И мы договорились, что тот поможет
- за бриллианты.
- Какие бриллианты?
На черный день у нас кое-что было.
- Еще от деда моего осталось.
- Что за офицер? Немец?
- Черт их разберет!
- В форме, по-литовски говорил.
Мы через Шеймаса все ему передали,
но так ничего и не дождались.
Шеймас только руками разводил.
Значит так, слиток состоит
из сплава золота 900-й пробы
с припоем 750-й,
также присутствуют медь и серебро.
Это медицинское золото,
такое в протезировании используют.
В немецких концлагерях такие слитки
из вырванных зубов отливают.
А бандит этот раненый
из Каунасского гетто,
- и родители Ирины могли его опознать.
- Ага.
Потом наступление началось,
и нас освободили
тех, кто... выжил.
Перед уходом немцы
все дома гранатами закидали.
Нас всего 100 человек осталось.
Кстати, по поводу этого дела,
которое Свиридов вел
вернее, как бы пытался вести.
Смотри.
Это динамика свертывания крови,
взятой у погибшего курсанта.
Повозиться, конечно, пришлось, я даже
несколько экспериментов провел,
но, впрочем, вполне себе
репрезентативно.
Так вот, гемоглобин в норме
при окислении
- железосинеродистым калием выделяет...
- Сергеич, давай на русском.
А! Отравили его, получается,
причем каким-то хитрым ядом.
У меня в картотеке
ничего подобного и близко нет
ни по химическим свойствам,
ни по составу.
Но то, что отравили, -
это вероятность 99%.
Давид Шеймас.
Да.
Есть?
Зорина, дом 8. Записал.
Спасибо, товарищ капитан.
- Поехали.
- А что, своим сообщать не будешь?
- Мы сами все найдем.
- А доложим уже о результате.
Если эти бриллианты у него дома
спрятаны, представляешь?
Понятно.
- Юра!
- Что?
Это меня старшина Федоренко научил.
Говорит, хорошую школу
в детстве прошел
и с золотой медалью окончил.
О, представляю, какие другие
предметы были в этой школе!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
- А ну-ка, дай.
- Юра, ключ.
Ага.
Ну, так тоже можно.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Юра, свет.
Ого!
Похоже на лабораторию
алхимика какого-нибудь.
Вот чего я никогда не понимал,
так это химию.
Не тому тебя
старшина Федоренко учит.
УСТРАШАЮЩАЯ МУЗЫКА
- Юр, мне страшно.
- Сквозняк просто.
КАМИЛА КРИЧИТ
- Юра, что это?!
- Спокойно.
Юра...
Что это?!
РЕШИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
КАШЛЯЮТ
- Лом! Где лом?!
- Вон там.
Где-то там, на столе.
Руки!
Повернулся!
ДОНОСИТСЯ КАШЕЛЬ, СТУК В ДВЕРЬ
Григорий Иванович, посмотри, что там.
А вы здесь откуда?!
Ну, здравствуйте, Йозас.
Вы что, знакомы?
Это отец курсанта Станкуса,
Йозас.
Давид Шеймас был
тайным осведомителем гестапо.
- Сдавал своих немцам.
- А вы, значит, просто химик?
Да, просто химик.
Спасибо.
Немцы мне помогали с реактивами
и оборудованием.
А вы им за это золотые коронки
переплавляли.
Иначе я не смог бы
заниматься наукой.
Людей, Станкус, из-за этих коронок
в газовые камеры отправляли,
- и сын ваш знал.
- Я ничего не знал об этом.
- Все вы прекрасно знали.
- И сын ваш тоже знал.
- Нет, он ничего не знал.
- Я говорил ему,
что сотрудничаю с немцами.
А потом я придумал историю
про Казахстан,
и сын согласился мне помочь.
Мы действительно хотели все забыть.
А дальше здесь появилась эта Ирина,
ее родители, которые меня видели.
- Все полетело к чертям.
- Он у них бриллианты старинные взял.
Это не я - Шеймас.
Сына зачем вы отравили?
Эмиль собирался
все рассказать Ирине, дурак.
Это погубило бы меня
и не спасло бы его.
Глупый дурак!
Мы утром поругались,
он мне дал срок до вечера,
чтобы я уехал.
Я согласился.
А потом...
А потом я подмешал ему яд в чай.
ГНЕТУЩАЯ МУЗЫКА
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
Этот яд был моей собственной
разработкой.
Таких соединений до меня
никто не делал.
Странно, что вы его обнаружили.
Нашел, чем гордиться, сволочь!
- Дальше что вы собирались делать?
- Бежать?
Шеймас работал на аэродроме,
для "лесных братьев"
топливные присадки воровал.
А я помогал ему их подделывать,
чтобы никто ничего не заподозрил.
"Лесные" нам обещали за это
поддельные документы сделать.
Бомбы зажигательные для подрыва
тоже вы изготавливали?
Я думаю, наука, Станкус,
без вас ничего не потеряет.
Подъем!
На выход!
Ну вот, ребятки, вы вместе
прошли и огонь, и воду.
- Остались медные трубы.
- Что, новое звание?
Насчет звания не знаю,
но свадебный марш должен быть.
Смотрите, Светлана Петровна
ошейник и поводок подарила!
Ух ты!
Ну что ж, уже полдела сделано.
Так, ну-ка, пошли.
- Куда?
- Пошли-пошли.
Куда идти?
Пойдем.
...Крупная часть земной коры,
которая не покрыта водой,
а окраина находится ниже океана.
Кто помнит, сколько континентов?
- Лизочка, давай отвечай.
- Существует шесть континентов:
Северная и Южная Америка, Австралия,
Евразия, Африка и Антарктида.
- Да, все правильно, Лиза, садись.
- Хорошо. А материки?
Кто мне расскажет про материки?
ЛАЕТ


Серия 8

ПЕНИЕ ПТИЦ
-Перед самым аэродромом разбуди,
пожалуйста.
-Так точно.
-Давно я такого не видел.
Радиомина. Похоже, фрицы-диверсанты
с фантазией попались.
-Я не думаю, что это фрицы.
-Почему?
-Немцы в городе бы взорвали:
жертв и паники больше.
-Что ты вылупился, проезжай давай!
Пошел!
-Но! Пошла! Пошла!
-Товарищ подполковник!
Генерал Шорохов по пути из штаба
заезжал в офицерскую столовую.
Может быть, там им мину подложили?
-Сколько времени нужно,
чтобы установить и активировать
такую мину?
-Даже вот Свиридов, я думаю,
за пару минут управился бы.
-Что значит "даже"? Я не понял.
-А, нет, ты - за пять.
-Стой! Стой!
-Так, генерал-майор Шорохов.
Вот, диета номер три.
Это мы обычно к двенадцати готовим.
Сегодня у нас суп с фрикадельками,
печеная рыба и капуста.
Дальше к часу мы мясо варим.
Это диета номер один.
-А сколько по времени
генерал с водителем обедали?
-Минут 20.
У нас здесь все оперативно.
-Так, подпишите вот здесь.
Это протокол допроса.
И вот эту бумажку.
Это ответственность за дачу
ложных показаний. До пяти лет.
-Конечно, конечно.
-И пригласите ко мне
капитана Додонова,
начальника столовой.
-Слушаюсь.
-В 11:50 они были еще в штабе,
в 13:05 - уже на посту при выезде.
Здесь провели где-то минут 30.
Это подтвердили работники столовой.
-Вот здесь
они и заложили радиомину.
-Радио?
-Да. Взрыватель был с радиосхемой.
Представляешь?
-Ничего себе!
-Даже если мину можно заложить
за пять минут, кто-то должен
на атасе стоять.
-Молодец, лейтенант.
И где б ты тут на атасе стоял?
-Негде. Незаметно не получится.
-Ну почему же? Получится.
Если, например, с крыши вон того дома
или с крыши школы.
-Разрешите я проверю,
товарищ полковник?
-Давайте вместе проверим.
-Раз уж мы здесь, так, может,
взять чего-нибудь на вынос?
Я мигом. Война войной,
а обед по расписанию.
-Я пришла против своей воли
и прощаю тебе смерть свою.
Три карты помогут тебе выиграть,
но с условием: ты женишься
на Лизавете Ивановне,
моей воспитаннице.
-Я согласен, графиня.
-Итак, запоминай.
Тройка!
Семерка!
ПО-ЛИТОВСКИ: Стоп! Ребята!
Ребята, которые карты, вам нужно
двигаться быстрее мимо Германа,
пока бьют часы, понятно?
ХОРОМ: Ага.
-Может быть, еще раз пройдем?
-Да, давайте еще раз.
-Давайте еще раз.
-А у меня как было, товарищ директор?
-Анечка, ты молодец.
Ребята, давайте похлопаем Ане.
Она умница.
-Здравствуйте, Томас!
-Здравствуйте!
-Здравствуйте, ребята!
Нам ваша помощь нужна.
У вас проход на крышу есть?
-Да.
-Вы могли бы нас провести?
-На крышу? Зачем?
НА СЦЕНЕ: Хорошо.
-Ну не на звезды же смотреть.
По делу.
-Еще раз, только карты.
-Тройка! Семерка!
-Что случилось?
-Шорохова за городом взорвали.
Теракт.
-А! Еще раз сначала.
Я... Я его только вчера видела.
Он мне документы на французском
дал перевести. А... А кто взорвал?
-Судя по всему, "лесные"
или городское подполье.
Вспомни, вокруг генерала было что-то
необычное? Может, кто-то посторонний?
-Переговоры с союзниками идут
все время. Там посторонних полштаба.
А! Да, ребята, да.
Это лучше.
-Я вижу, вы и астроном, и режиссер.
-Да, долго думал, чем детей увлечь.
Знаете, Пушкин оказался
самым правильным решением.
Ребята в восторге.
Аня просто раскрылась.
-Да, Пушкин - наше все. Аня - это
которая старушку изображает, верно?
-Графиню, да, графиню.
Она, кстати, теперь собирается
в театральный после войны поступать.
-А у вас так всегда открыта дверь?
Здесь же дети.
-Да, у нас здесь во время бомбежки
пост наблюдательный.
-А вы не заметили,
кто-то из посторонних не входил
сегодня сюда, кроме детей?
-Нужно поспрашивать у ребят.
Днем они на уроках.
А вечером школа закрывается.
Нет, бывает, кто-то из учеников
остается ночевать в классах.
Вечерами я дома один,
проверяю тетради, читаю.
-Томас, приходите в гости.
Вы обещали мне гороскоп составить.
-Я зайду завтра за тобой в школу.
Во сколько вы заканчиваете?
-Меня завтра не будет. Меня вызвали
на совещание во французский авиаполк.
Ах, и мой первый синхронный перевод.
Поздравь меня.
-Поздравляю.
Почему ты мне не рассказала?
-Ну, я тебе сейчас рассказываю.
-Так. Надо тебе на полную ставку
в школу переходить.
Нечего тебе в штабе торчать.
-Юра, зачем?
Мне и там и там интересно.
-Камила, сегодня взорвали машину
генерала. А что, если это повторится?
Что, если Шорохов -
это не единственная цель?
-А если единственная?
-Не будь ребенком. Это опасно.
Ты не должна ехать. Я тебе запрещаю.
-А чего это ты мне запрещаешь?
Юра, это приказ замкомандующего.
Да и, кроме меня, некому.
-Так, скажи, что заболела,
у тебя грипп, температура, горло,
кашель, насморк, не знаю.
Что-нибудь придумаешь.
-Юра, Юра!
И кто теперь из нас ребенок?
Доброй ночи.
-Майор Елагина поспорила со мной
и укатила проверять.
А я уверен на 100% - на складе
нет взрывателя и быть не может.
-Почему не может?
-Да потому что радиофугасы
используют для спланированного
отступления. Заложили где надо,
отошли на расстояние,
вышли на короткие волны и бахнули.
А мы сейчас что, отступаем?
-А для диверсии?
-Да тоже не с руки.
Это же надо постоянно с собой
радиостанцию таскать. Нет, нет, нет!
Наша мина кустарного производства.
Ты маркировку на цоколе разглядел?
-Да.
-Вот! Это любительская радиолампа.
А для военных взрывателей используют
такие же, но модифицированные.
И они радиолюбителям не продаются.
Смотри, это журнал всех радиодеталей,
я у нашего зампотеха реквизировал.
Вот, вот эта лампа.
Так что Светлана Петровна теперь
должна мне новые аптекарские весы.
-Где ж она тебе их возьмет?
-Спор есть спор. Найдет.
Тем более что у нее для этого
целый Федоренко есть.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Лаборатория.
Слушай, тебя.
-Шилов.
Принято.
Еще одну машину на дороге взорвали.
Замкомандующего с какими-то
французами. Поехали.
-Юра!
-Камила!
-Юра!
-Я уже подумал...
-Жива-жива. Мы живы,
мы ехали в первой машине.
Мы в первой машине...
-Я же как чувствовал!
-Свиридов!
-Погоди.
-Я же тебя предупреждал,
я говорил!
-Я не думала, что смерть - это так...
это так быстро и так обыденно.
-Здравия желаю!
Докладывайте, капитан.
-Здравия желаю, товарищ подполковник!
Генерал с французскими
представителями
и водитель завтракали здесь.
А как стало известно,
что их взорвали, начальник столовой
Додонов исчез.
-Как это - исчез?
-Он сел на велосипед и уехал.
Прямо в халате.
-Адрес его есть?
-А он здесь живет, при столовой,
на втором этаже. Правда, ключа нет.
-Ключа нет.
-И не забудьте вернуть назад.
Она у меня уже пятая.
-Что это?
Обыск или побег?
Как-то не похоже,
чтобы он заранее все спланировал.
-Его использовали.
Что это?
Схемы какие-то.
-А! Так это вистовые листы.
Видимо, капитан Додонов играл
с кем-то в преферанс.
Судя по всему это его фамилия.
Смотри-ка, постоянно проигрывал.
-Это рубли.
-Ну, не копейки точно.
-Получается, он им проигрался
и они заставили его мину подложить?
Здесь еще "З" и "М". Это буквы
фамилии. А как мы их найдем?
-Как-нибудь найдем.
Уже теплее стало.
-А у меня вот не теплее,
а прям уже горячо.
Опять радиомина с любительскими
лампами, точно такими же.
А собрать такой взрыватель
второй раз - это не радиолюбитель,
получается.
Это коротковолновик хороший.
-Так-с! Начальник столовой
капитан Додонов.
Фотографии найти,
раздать всем постам и караулам.
Приказ: взять живым, ясно?
-Ясно!
-Прошла.
-Здравия желаю!
-Вот журнал о регистрации местных
радиолюбителей-коротковолновиков.
И список сданных раций.
-Кому сданных?
-НКВД реквизировало все рации
на время войны.
Так вот, никакого Додонова здесь нет.
Здесь только один человек.
Орлинский Бронислав.
-Адресную дайте мне.
-Позывной УА-18КЛД.
-Вы мне скажите, что вы ищете.
Я сам вам все отдам.
-Свиридов!
Это ваша фамилия и позывной?
-Да, я этим занимался много лет.
Международное свидетельство есть.
Вон, на стенке висит.
-Рация ваша где?
-Я в милицию отнес
еще в июне 1940-го.
Приказ в газете прочитал и отнес.
-Я про другую рацию -
ту, которую вы не отнесли
и на которой сейчас работаете.
-Да вы что?..
Видите, это не от испуга.
Это болезнь Паркинсона. Я инвалид.
Пуговицы-то по полчаса застегиваю.
Какая тут работа?
Кстати, в верхнем ящике стола
есть моя история болезни.
Раньше - да. С кем только сеансов
не вел - от Аляски до Аргентины.
Ну а потом, когда не мог,
уже приемник собрал.
Он уникальный, между прочим.
Вы только послушайте чистоту приема.
На длинных волнах ни единого шороха.
При немцах один офицер услышал -
чуть с ума не сошел, меломан.
Просил продать, но нет.
Для меня этот приемник бесценен.
Там все вручную.
Все радиодетали оригинальны.
Кроме ламп, конечно.
-А запасная лампа к нему есть?
-А! Да. В шкафу, в ящике.
-И это все?
-Да. Остальное я в школу отнес.
Я там радиокружок вел. Перед войной
директор Найкус его закрыл.
-Найкус? Томас Найкус?
-Ну да, Томас.
Семь пацанов у меня там занималось,
очень способные ребята.
-Фамилии?
-Вы извините, но я не вспомню.
Паркинсон.
-Старая ведьма, я заставлю
тебя отвечать! Говори мне,
что это за карта?
-Это была шутка! Клянусь вам, шутка!
-Так, стоп!
Аня, сцена очень сложная,
напряженная.
Аня, я с кем разговариваю?
Почему ты отвлекаешься все время?
-Извините, а можно перерыв?
-Да, хорошо. Всем 10 минут.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Да, я думала, вы Камиле
хоть один выходной дадите
после наших фронтовых будней.
-Да здесь она быстрее оправится.
Я заметил, что одних уроков языка
ей мало, предложил перейти на работу
полностью. Пока думает.
-А я бы с удовольствием
с вами в школе работала.
А может, как закончится война?
-Вот. Вот эти семеро в 1939 году
занимались у Орлинского
в радиокружке. Знаете, тогда
все мечтали поймать сигнал по радио
от каких-нибудь пропавших
полярников или геологов.
Время беззаботной романтики.
-А что вы о них можете рассказать?
-Ничего особенного,
обыкновенные ребята.
Подростки, увлекающиеся, как и все.
Им всем где-то по 22 года сейчас.
Кроме Йонаса.
Он в их кружке самый младший.
Это брат Ани. Двоюродный.
Мы с вами о ней говорили.
Она у нас в спектакле
графиню играет.
-И как это Сергей Сергеевич
тебя тут одного оставил?
-Сам удивляюсь.
-Что там?
-Докладываю.
Все лампы у Орлинского старые.
При взрывах использовались лампы
другого года выпуска.
Это, конечно, не алиби, но все же.
-Ясно. Значит так,
шестеро из этого школьного
радиокружка сейчас на фронте,
но это надо проверить. А вот один,
Йонас, живет сейчас с матерью в селе.
Езжай туда, задержи
и привези в КПЗ. Ясно?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Двое из этого радиокружка погибли.
Трое воюют. Йонас в камере сидит.
А вот еще один, Гейдрюс,
три месяца назад дезертировал.
Вполне возможно,
что он наш подрывник.
Сидит где-нибудь в лесах,
новую мину делает.
А начальник столовой
его информатор.
А вот это я нашел у Йонаса
при обыске.
-Сергею Сергеевичу показывал?
-Так первым делом.
Но он только посмеялся.
-Ладно, разберемся. Откройте.
-Ребята, я свой, советский.
Мне срочно нужно до Минска.
Можем вверх по Неману на юг?
Я заплачу. Все отдам. Сейчас.
Все-все. У меня есть.
Вот, возьмите.
-Руки! И без глупостей.
-Все отдам. Возьмите.
Только не убивайте.
-Где Гейдрюс, я не знаю.
Много лет не видел.
В школе дружили.
В радиокружке вместе занимались.
Они с одного двора.
-Радиоприемник где собирали?
-Кое-что у него, кое-что у меня.
Учитель Орлинский разные задания
давал. Потом в оккупации
совсем есть нечего было.
В село с мамой съехали,
там не до радио.
-А это тогда что?
-Это из городской квартиры взял.
Думал приемник сделать,
сводки слушать.
Трансформатор к нему не нашел.
-Где был последние три дня?
-На озерах, на рыбалке.
-С кем ездил?
-Один.
-То есть алиби у тебя нет.
В школе своей бывшей
когда последний раз был?
-Давно. Что ему там делать?
-Не знаю. По крышам, например,
погулять.
-Зачем?
-Да просто так!
Забраться как туда, знаешь?
-Раньше по балкону можно было.
Сейчас - не знаю.
-Адрес Гейдрюса помнишь?
-Помню. Только того дома нет больше.
Разбомбили.
-Гейдрюса описать можешь?
-Аня! Долго тебя искать?
Ты почему еще не в костюме?
Мы только тебя ждем!
Тшш! Так, стоп! Что такое?
Что случилось?
-Они моего брата арестовали.
-Кто?
-Военная эта приказала, гадина,
которая к нашему директору ходит.
-Аня, она по службе сюда ходит.
-К себе в гости зовет.
Специально мстит мне.
-Мстит? За что?
-Я не хочу, чтобы она к Томасу лезла.
-А она лезет?
-Конечно! Вы что, не видите?
-Анечка, не выдумывай.
-Вам все равно,
поэтому и не замечаете.
А я Томаса люблю очень сильно.
-А он знает?
-Я ему пять писем написала и стихи,
но не отправила пока еще.
-А ты возьми да отправь.
-Я боюсь.
-Что тут происходит?
-У Ани брата арестовали.
-Ребята сказали, из-за взрывов машин
каких-то, что с крыши кто-то следил.
-Много твои ребята знают?
-Йонас не виноват. Он мой брат,
я ему больше, чем себе, верю.
Скажите им, пусть отпустят его.
Не взрывал он эти машины,
богом клянусь!
-Это капитан Елагина
и подполковник Шилов будут решать,
кого отпускать, а кого нет.
Если улик против твоего Йонаса нет,
отпустят.
-Юра!
-Что я такого сказал?
-У ребенка нервный срыв,
еще и в учителя влюбилась.
-В какого?
-В Томаса.
-Директора?
-Что это значит "не помню", Додонов?
Вы, начальник столовой,
после второго взрыва
неожиданно исчезли.
-Я испугался,
бежал куда глаза глядят,
не соображал ничего.
-А чего вы так испугались,
от чего бежали?
-Испугался, что про смершевца
на мотоцикле не рассказал.
И теперь вы на меня соучастие
в этих взрывах повесите.
-Я решила, что вы своих
карточных долгов испугались.
-Вы... Вы и про них знаете?
-Да мы все знаем.
Рассказывайте нам,
что еще за смершевец?
-Приехал к столовой на мотоцикле.
Я хотел его прогнать,
а он удостоверение предъявил.
-Ну, расскажите мне
про этого смершевца,
как он выглядел.
-Брюнет, с усами,
старший лейтенант, лет 30.
Фамилию я не запомнил.
-Приехал, поставил мотоцикл,
и потом следом за ним появился
генерал Шорохов, верно?
-Ну да. Я его с шофером
обедом накормил.
А когда они уезжали,
лейтенанта этого на мотоцикле
уже не было.
-А вчера утром?
-Он опять свой мотоцикл поставил.
Потом французы с генералом
завтракали. А потом я узнал
про взрыв, все понял и побежал.
-И потом "ничего не помню".
-Ничего не помню.
-Ваш непосредственный начальник,
капитан Додонов, сказал мне,
что сюда к вам частенько заезжал
некий старший лейтенант "Смерш".
Брюнет, с усами, на мотоцикле.
Вы его видели?
-Видел, да.
-А где он оставлял свой мотоцикл?
-Вон там.
-Генеральские машины останавливаются
возле входа в здание?
-Да.
-Мне нужно будет взять
ваши показания для следствия.
-Хорошо.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Назад!
ВЗРЫВ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Это возле столовой офицерской
рвануло.
-Дети, быстро ко мне!
Парами вниз.
Быстро, но осторожно!
-Так, дети, берем верхнюю одежду
и вниз по парам, в бомбоубежище.
-Все, все.
-Светка! Светка, ты как, а?
-В порядке.
-Ах, елки-палки! Свет...
Ладно, все.
-Забирайте в госпиталь быстрее.
-Ваня...
-Григорий Иванович, ты как? Цел?
Сержант, видел кого?
-Никого не видел.
-Молодцы-молодцы! Бегом-бегом!
Осторожно!
-Позовите Ваню.
-Давай, осторожно.
-Вань!
-Сергей Сергеевич! Забирай!
-Взяли!
-Ваня...
-Что, опять радиомина?
-В том-то и дело, что нет.
В этот раз вместо взрывателя
была использована граната,
примотанная к динамиту.
Видать, кончились у них радиолампы.
-Быстрей-быстрей!
-Да что ты с этими чемоданами?
Брось!
-Проходите, бабушка.
-Простите!
-Заходим.
Заходим. Давайте, все заходим.
-Светлана Петровна, все хорошо.
Сейчас в госпиталь поедем.
Товарищ подполковник!
-Что у тебя?
-У Орлинского приемник украли.
Средь бела дня приехал какой-то
старший лейтенант из "Смерша"
и забрал.
-Из "Смерша"?
-Я узнал, смершевцы
никого не посылали.
Орлинский говорит,
в приемнике установлен
какой-то радиомаяк,
по которому можно отследить.
-Теоретически возможно,
у нас же есть рация.
Можем выйти на этой же частоте
и найти приемник.
-Вот ты где... Не уходи...
Не уходи.
-Я в свой приемник на всякий случай
микропередатчик встроил.
Амплитудный радиомаяк,
как на кораблях.
Он на определенной частоте сигналит.
И чем ближе к нему,
тем он громче пищит.
Слушайте!
-Ага.
Пищит.
-Направление определяется
интенсивностью сигнала.
Ах, был бы осциллограф!
Лишь бы батарейка у маячка
не закончилась.
-Она переоделась в старушку
и ушла.
Я подумал, ей по роли нужно.
И еще у нее был вещмешок тяжелый.
-Пешком ушла
или на велосипеде уехала?
-Нет, я видел ее среди толпы
после взрыва, как она уходила.
У нее не было ни вещмешка,
ни велосипеда.
-Давайте мою Асю
на ее след направим.
-Идите погуляйте.
-Зачем ей в костюме
на улицу выходить?
Чтобы замаскироваться
и взрывчатку подложить?
Подготовилась, прикинулась старушкой,
чтобы ее никто не заподозрил?
-Да, вот ее вещи.
-Нет, стойте, стойте!
-Что такое?
-Не туда поехали.
Сигнал непрерывный.
-Разворачивай.
-А... Новую частоту требует.
Он периодически переходит
в режим приема.
Сейчас...
ВЗРЫВ ВДАЛЕКЕ, КРИК
-Вперед-вперед! Вперед!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
ПЛАЧА: Варвары!
Будьте вы прокляты! Сволочи!
Такой приемник был...
-Здесь он эти радиовзрыватели
и собирал.
А один из-за вашего маячка
раньше времени сработал.
-О! А ну-ка, дай!
Видел? Искусство в массы.
Жалко, мы этого актера
живьем не взяли.
-Парик и грим?
Он, видимо, в школе раздобыл.
Значит, у него там помощник был.
Скорее всего, тот же,
который с крыши сигналил.
-Ученик, думаешь?
-Ну или ученица.
-Может быть.
-Егор Прокофьевич, иди сюда, глянь.
Мужчина. Один. Похоже, в ногу ранен.
По следам видно, ногу волочил.
Крови потерял много,
на лодке уплыл.
-А лодку он, видимо, вниз по течению,
до ближайшей деревни повел.
-Да.
Вот. Видишь? Заброшенная церковь
и кладбище.
-Поехали! Вдоль реки.
-Я у себя в кармане
письмо обнаружил от Ани.
"Мой милый Томас,
я давно хотела признаться,
но никак не решалась.
Я тебя люблю.
Отец Стасис всегда говорил,
что чувства не надо скрывать,
что с нами через них Бог говорит,
что их нужно защищать,
если чувства искренние. Так вот,
я много-много раз проверила,
моя любовь к тебе настоящая..."
АНЯ: Тебе кажется,
что я маленькая девочка,
не способная бороться
за свою любовь. Но это не так.
Я не могу видеть,
что к тебе ходит эта следователь.
Она лживая и хочет использовать
тебя. Она арестовала моего брата,
забрала у меня родного человека,
а теперь она хочет забрать тебя.
Но этому не быть.
Если ты читаешь это письмо,
то поймешь, что я сделала.
Осмелилась и сделала.
После этого мне один путь -
в партизаны.
Если хочешь мне что-то сказать,
я буду в заброшенной церкви,
а ночью уйду к "лесным".
-Идем.
Быстро, быстро!
-Там, в развалинах церкви, двое:
Гейдрюс и с ним девушка.
-Аня?
-Я не знаю.
-Это она капитана Елагину
с Федоренко взорвала.
ПО-ЛИТОВСКИ: -Я видела тебя в школе.
Ты своровал парик и клей.
-Ну и что?
-Я не сказала никому.
-Спасибо.
-А на крышу школы тоже ты залезал?
-Ну да.
А ты что, следователь?
-Я сегодня там, у столовой,
взорвала машину.
-Ты?
-На рынке тротил
на мамины золотые часы выменяла.
-И зачем взорвала?
-Они моего Йонаса
из-за тех двух взрывов арестовали.
После сегодняшнего поймут,
что это не он, и отпустят.
-Да ты что? Наоборот,
они сейчас на твоего братца
всех собак повесят.
У них, кроме Йонаса, нет никого.
Пришьют ему заговор -
и к стенке, и все.
Как стемнеет,
лошадь пойдешь нам добывать.
-Ты должен сдаться
и всем все рассказать.
-Чего?
-Да, чтобы они отпустили Йонаса.
-Ты сошла с ума?
-Я сама тебя сдам,
если ты не сдашься.
А сама во всем признаюсь.
-Стоять!
-Всем, кто в костеле, предлагаю
сложить оружие и сдаться!
Сопротивление бессмысленно!
-Вставай быстро и подними меня!
УГРОЖАЕТ ЕЙ ПО-ЛИТОВСКИ
-Не стреляйте! Слышите?
Не надо стрелять!
-Чего ты хочешь?
КРИЧИТ НА ЛИТОВСКОМ
-Ему нужна лошадь.
И тогда он меня отпустит.
У вас один час, ему нечего терять.
-Черт!
-Что теперь?
-Этот урод живым нужен.
Я хочу знать, кто ему помогал
и кто его направлял.
-На спектакль какой-то похоже.
Может, она не заложница?
Просто в сговоре?
-А если у них передатчик там?
И к ним уже из леса подмога скачет?
-Так! Ждем полчаса.
Если не выходят, штурмуем.
-Она запуталась.
Она же просто ребенок.
-У нас тут война,
а не школа, учитель.
А беспокоиться о них
надо было раньше,
когда они за партой
перед тобой сидели!
-Томас!
-Куда? Стой!
ПО-ЛИТОВСКИ: Гейдрюс!
Гейдрюс, не стреляй!
Это я, Томас, директор школы.
Я предлагаю обмен.
Ты отпускаешь Аню,
а я остаюсь вместо нее.
Гейдрюс, они знают,
что это Аня взорвала машину.
А со мной в заложниках
они не будут штурмовать.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Заходи!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Томас... Томас, я не хотела,
чтобы все так.
Тебя же это не касается.
-Я знаю.
Знаю.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Прости меня, пожалуйста.
-Уходи.
Иди.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Куда он ранен?
-В бедро.
-Кто вам давал задание?
-Какое задание?
-Машины генеральские взрывать.
-Я про это ничего не знаю.
-Врешь!
Ты с Гейдрюсом заодно,
и брат ваш тоже.
-Нет, я только видела,
как он парик из школы украл.
Вы должны отпустить Йонаса,
он тут ни при чем.
-Кто еще с Гейдрюсом делал
радиомины?
-Да я не знаю ничего про Гейдрюса,
я сюда к пастору шла,
а он тут раненый.
-Как вы связывались
с начальником столовой и "лесными"?
Через майора "Смерш" на мотоцикле?
-Я не знаю никого,
о ком вы говорите.
И Йонас тоже.
Спрашивайте у Гейдрюса.
-Да? И машину капитана Елагиной
не ты, значит, взорвала?
-Вот и будешь отвечать
по законам военного времени.
-Я плохой учитель.
-Это потому, что я целюсь
в тебя из пистолета?
Или потому, что убиваю красных?
-Сейчас у твоих врагов
другие погоны.
-А у твоих?
-Я в войнах не участвую.
-Сиди тихо, голову не поднимай,
поняла?
-Юра! Юра, куда ты?
-Свиридов, куда пошел?
А ну, стоять!
ВПОЛГОЛОСА: Юра!
-Так, может, потому войны
и случаются?
Потому что ты в них не участвуешь.
Учишь других убивать и умирать,
а сам с чистыми руками ходишь?
-А я другому учу.
-Сейчас не время для другого.
Жаль, что ты этого еще не понял,
Томас.
А мой ответ тебе - да.
Ты плохой учитель.
ШАГИ, ГРОХОТ
ВЫСТРЕЛЫ
ТРАГИЧНАЯ МУЗЫКА
-Юра!
Где? Вот ты. Юра...
Юра, Юрочка, все хорошо?
Юра...
Юра, вставай.
Юра, нет...
ПЛАЧЕТ
КАМИЛА ИСТОШНО КРИЧИТ
Юра, пожалуйста. Нет...
Юра, пожалуйста, нет.
ПЛАЧЕТ
-Капитан Светлана Петровна Елагина,
вот твое новое назначение.
-Значит, опять расстаемся.
-Я вас только до поста
смогу проводить. Дальше сами.
-Григорий Иванович, остановите.
-Подождите тут. Подождите...
Светлана Петровна...
-Ну, здравствуйте, Томас.
И прощайте.
-Уезжаете?
-Да. Получили новое назначение.
Будем защищать Родину
в другом месте.
-А я в военкомат.
Решил добровольцем на фронт.
-А как же школа?
На кого вы их оставите?
-Я все дела Камиле сдал.
Пусть помучается.
ВЗДЫХАЕТ
-Наверное, я не вправе
вам всего этого говорить,
но в этом мире у каждого
свое предназначение.
Кто-то должен защищать Родину
с автоматом в руках,
а кто-то должен строить будущее
этой страны.
Если вам выдадут автомат,
вряд ли вы сможете убить человека.
Скорее всего, вы погибнете
в первом же бою.
На кого вы их оставите?
На слабых беззащитных женщин?
Кто же покажет им пример
мужественности и отваги?
С врагом мы практически
уже расквитались.
Так что займитесь своим делом.
Это приказ.
-Как думаешь, Григорий Иванович,
долго ехать?
-До Минска 300 км.
К вечеру доедем.
А вы бы поспали,
Светлана Петровна.
-Да ну вас, Григорий Иванович.
Да я в госпитале, знаете ли,
выспалась, благодарствую.
СМЕЕТСЯ
-Эх...
-Ты чего?
СМЕЮТСЯ
Чего, а?
-Да просто Григорий Иванович уже
как-то один раз такое мне говорил.
-Было такое дело.
-Меня только высадить не забудьте.
 

////////////////////////////