По законам военного времени (3 сезон, 2019 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

По законам военного времени (3 сезон, 2019 год). Цитаты и фразы из сериала

 

Режиссёр: Евгений Серов

1944 год. Одесса, освобожденная от немецко-румынской оккупации, начинает жить мирной жизнью. Однако по сведениям военной разведки в городе продолжает действовать агентурная сеть Абвера, из числа завербованного местного населения и прибывших профессионально обученных диверсантов. В Москве формируется специальная оперативная группа из следователей СМЕРШа и военной прокуратуры, которая направляется в Одессу для усиления местных органов власти и милиции. В состав спецподразделения, руководимого капитаном СМЕРШа Виктором Звягиновым, входят следователи военной прокуратуры Светлана Елагина и Иван Рокотов, потерявшие друг друга во время отступления из Харькова в 1941 году и вновь встретившиеся после долгой разлуки... 


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

СИГНАЛИТ
ТОРЖЕСТВЕННАЯ МУЗЫКА
-Светлана Петровна!
Вы, как всегда, обворожительны.
-Не чаяла вас здесь увидеть.
-Ну а как же я мог не прийти?
Фильм, говорят, интересный.
-Безусловно. Чехов, сатира.
И тем не менее, Виктор Сергеевич...
-Вижу, твои сотрудники уже на местах?
Не успели еще засветиться?
-Что это значит, товарищ капитан?
-Теперь это операция Смерша.
-Что?!
-Тихо-тихо.
Светлана Петровна, улыбаемся.
-Но...
-Так надо.
Просто долго объяснять.
Товарищ майор юстиции, немедленно
уберите своих людей. Оставьте работу
профессионалам.
Это приказ, а не просьба.
-Что он хотел, Светлана Петровна?
-Убирай людей.
Теперь это операция Смерша.
-Ясно.
-Что, Светлана Петровна, уезжаем?
-Нет, Григорий Иванович,
посмотрим на работу профессионалов.
-Вот так вот.
-Почистить?
КЛАКСОН
-Давай.
КИНО: Больше всего на свете я люблю
статных мужчин, пирог с яблоками
и имя Роланд.
-Может, не приедут?
-Да нет уж, лучше бы приехали.
А то Звягинов скажет, что это мы
засветились и операцию ему сорвали.
-Готовься.
-Лейтенант Михалев.
Ваши документы, пожалуйста.
-В чем дело, лейтенант?
-Усиленные меры безопасности.
Что в портфелях?
-Секретные документы.
Что, не видите, они опечатаны?
-Извините, товарищ капитан.
-Начали.
Стоять! Вы окружены!
Не стрелять! Живым брать!
Не стрелять!
-Стоять!
Приехали. Вот так вот.
-Черт!
-Очень профессионально,
товарищ Звягинов.
Я под впечатлением.
-Хм! Накладки случаются.
Неужели вы с этим не сталкивались,
Светлана Петровна?
Грузите живых в машину.
Мы здесь закончили.
-А Самсона среди них нет...
Там точно никого больше не было?
-Никак нет, мы бы увидели.
-Серьезная штука?
-Да, с радиодетонатором.
Думаю, они планировали оставить
портфели под сиденьями и уйти,
а потом взорвать их. Жертв было бы
много. Хотя не настолько,
как если бы...
-Что "если бы"?
-Здание старое, фундамент изношен,
подвал есть. Если подрывать опоры,
разрушения будут несопоставимы.
Здание может просто уйти под землю.
-А где входы в подвал?
Вы их проверяли?
-Вон там, с торца дома. Мы все
проверили. А за 15 минут до начала
сеанса я оставил там
двух наших на всякий.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Мертвы.
КИНО: Ах, как мне дурно!..
Махайте на меня, махайте!
-...в замену счастья должно несть!
-Стоять! Руки!
Не дури, Самсон.
Мы взяли твоих людей. Все закончено.
Тебе некуда бежать.
-А кто сказал,
что я собираюсь бежать?
Один сигнал - и... все.
Так что опустите оружие, товарищи.
-Ты этого не сделаешь.
Духу не хватит.
САМСОН СТОНЕТ
В прокуратуру его.
И смотрите, чтобы кровью
не истек. Он мне живым нужен.
-Есть! А ну, встал!
Руки!
САМСОН СТОНЕТ
КИНО: -А генералы в Греции есть?
-Есть. В Греции все есть.
-А что ты не разговорчивый-то,
солдатик? Зря стараетесь,
товарищи краснопузые.
-Свободен.
-Такая молодая, а уже майор.
Это начальник постарался -
за особые заслуги перед родиной?
Или перед ним?
А чего молчите?
Давайте, допрашивайте!
Только шиш я вам что скажу! Ненавижу!
Куда пошла?
Давайте допрашивайте! Ну?!
Ну...
Ну...
Это вы ее убили. А ничего,
я за Юльку отомстил.
Знаете сколько ваших
на тот свет отправил?
Эх, жаль, киношку
взорвать не дали.
Какой сорок... второй год!
Ее в 1941-м расстреляли.
И что это за ребенок?
-Ваша жена была в положении,
поэтому трибунал заменил расстрел
на колонию.
Сейчас ваша жена Юля и ваша дочь
Оленька находятся на поселении.
Но если вы будете молчать,
Юлю расстреляют.
А вашу доченьку Оленьку
отдадут в детдом.
Думайте.
СТУЧИТ В ДВЕРЬ
УДАЛЯЮЩИЕСЯ ШАГИ
-В деле написано, что его
жену расстреляли в 1941-м.
-Ее расстреляли. Эта фотография
с ребенком была сделана
незадолго до расстрела.
Поменять дату на фото несложно.
-А ребенок?
-Ребенок за родителей не в ответе.
Самсон никогда не увидит свою дочь.
-Это жестоко,
Светлана Петровна!
-Жестоко, Фрумкин? Он враг.
А с врагами только так и нужно.
Поверь мне. Девочке будет только
лучше, если она никогда и ничего
не узнает о своих родителях.
-Товарищ майор, Самсон готов
говорить, только требует
кого-то из высшего начальства.
-Хорошо, будет ему начальство.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
"Дорогой Ваня.
Не проходит и дня,
чтобы я не думала о тебе.
Помнишь, как мы впервые
встретились?"
-Знакомьтесь: мой старинный
друг и боевой товарищ еще
с Гражданской Иван Рокотов.
Вот, Иван, напарника тебе привез.
Светлана Петровна Елагина,
военный юрист, знакомьтесь.
-Что, те, кто в Кишиневе меня
вел, с заданием не справились
и ты мне в Киев нового
надзирателя привез?
-"Потом было первое расследование,
второе..."
-Светлана Петровна, просыпайтесь!
Я вам поесть принес!
-"Наше первое утро.
СТУК В ДВЕРЬ
Никогда не забуду лицо Федоренко".
-Светлана Петровна, накройтесь
чем-то, а то я ждать не могу!
Да и Иван Григорьевич ушел
куда-то с утра пораньше!
-Светлана, проснитесь!
-Не надо...
-Кто не спрятался,
Светлана Петровна, я не виноват!
-Скажите, чтобы он не заходил,
Светлана Петровна.
-Проснулись?
О-о!
Иван Григорьевич...
Нашелся.
ЗВОНОК ТЕЛЕФОНА
-Да.
Да, Егор Ильич. Прямо сейчас?
Хорошо, я через 20 минут буду.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Самсон начал сотрудничать и выдал
чрезвычайно интересную информацию.
По его сведениям, немцы, отступая
из Одессы, не смогли вывезти
архив Fremde Heere Ost (FHO).
-Разведка Генштаба Германии.
-Так точно.
По нашим данным этот архив
содержит имена всех людей,
завербованных FHO на территории
СССР. Представляете, насколько
он ценен?
-А вам не кажется странным,
что полевой агент, работающий
в Москве, что-то знает о документах
в Одессе?
-Самсон не просто полевой агент.
Первоклассный стратег, ас разведки.
О документах он знает,
потому что двух агентов, коренных
одесситов, сразу же перебросил
в Одессу. К сожалению,
Смерш по своим каналам тоже узнал
об архиве. И люди товарища
Абакумова уже в Одессе.
-Понятно. Значит,
к поискам нас не допустят.
-Наверху высоко оценили вашу
операцию, Светлана Петровна.
Вы отправляетесь в Одессу.
Будете работать вместе со Смершем.
-А кто возглавляет группу?
-Хорошо вам знакомый капитан
Звягинов.
-Понятно. Кто же еще...
У нас есть еще какие-то зацепки?
-Нет.
Самсон дал словесное описание
агентов, наш художник уже работает
над портретами. Завтра утром
отправляетесь в Одессу,
документы изучите по дороге.
-А Николай?
Он к нам не присоединится?
-У товарища Мирского много дел
в Ленинграде. А ситуация там сейчас -
сами понимаете...
КРИКИ ЧАЕК
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Тимур Кириллович,
форсунки забились. Поменять бы.
-Поменяем.
-Поменяем...
-Давай поднимайся!
Тяжелый... Может, посмотрим, что там?
-Под трибунал захотел?
Забыл, какую форму подписали?
Давай ко мне в каюту от греха.
-Похоже, нашли.
ГУДОК
МЫЧИТ
-Товарищ...
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
ГРОМКОГОВОРИТЕЛЬ:
Войска 3-го Прибалтийского фронта
продолжали успешное наступление.
Советские части сломали сильно
укрепленную оборону противника
на подступах к Тарту и прорвались
на юго-западную окраину города...
-Ваше удостоверение?
-Майор юстиции Елагина,
военная прокуратура.
-Проезжайте, товарищ майор.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Да...
-Здравия желаю!
-Рад вас видеть, Светлана Петровна.
Как добрались?
-Нормально добрались,
товарищ капитан юстиции.
-Знакомьтесь: Яков Иосифович
Бланк, член бюро горкома.
-Очень приятно.
-Он подыскал для вас квартиру,
как вы и просили.
-Отличная квартира
в небольшом доме.
-Благодарю. Я думаю, что квартира
подождет. Мне бы хотелось,
чтобы вы незамедлительно
ввели меня в курс дела.
-Не беспокойтесь, Светлана Петровна.
Вы ничего не пропустили.
У нас совещание только через полтора
часа. Так что у вас достаточно
времени, чтобы заселиться
и освежиться.
-Хорошо. Яков Иосифович,
проводите меня?
-С превеликим удовольствием,
Светлана Петровна. Прошу вас.
Разрешите старику
поухаживать за вами.
-Благодарю.
-Поехали.
-Поехали.
-Руки! Дорик, где ты шлялся
всю ночь?
-Да мама, ну шо сразу всю ночь?
Шо сразу шлялся? Встал пораньше,
сходил сделал базар!
-Ой! Дорик, не ври маме.
-Честное слово!
-Добрейшего денёчка, мадам!
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Вот привез вам новых
постояльцев.
-Ой, Яков, чтоб ты был
всегда здоров!
-Ну что, устраивайтесь,
Светлана Петровна. А я вернусь
в прокуратуру, если не против.
-Конечно, Яков Иосифович. Спасибо.
-До свидания.
-Афина Феодоровна.
-Светлана Петровна.
-Друг, что ты сел камнем?
Бери чемодан, помогай людям!
-Да я сама, спасибо.
-Я помогу!
-Я вам сейчас комнатку покажу,
потом покушаем.
-Спасибо.
-Идемте, идемте.
-Если честно, я очень голодная.
-Ой, идемте!
-Где же эти московские гости?
Сколько еще ждать?
У меня в горкоме, между прочим,
дел невпроворот.
-Ну конечно, у нас только у первого
секретаря горкома дела!
-Наум Ефремович, я не это имел
в виду. Просто непонятно,
зачем мы здесь.
-Вот знакомьтесь, товарищи: майор
юстиции Елагина из главной военной
прокуратуры. Капитан Звягинов.
-Из Смерша. Пусть моя форма
не вводит вас в заблуждение.
Здравствуйте, товарищи.
-Здравия желаю.
-Наша задача - усиление
следственных органов Одессы.
Именно с этой целью при военной
прокуратуре будет создана
межведомственная
следственно-оперативная группа.
Руководство группой возложено
на меня, оперативно-разыскную
деятельность возглавит
товарищ Елагина.
-Ну, чем порадуешь, товарищ Зимина?
-Капитан Лапин покинул порт
около 11 вечера через КПП.
-Угу. Он один был?
-Так точно. И еще.
При нем вещмешок был. На вид тяжелый.
-Интересно, что было в вещмешке.
Ну ладно.
Тело Лапина искать
в море бесполезно.
Анастасия, ну-ка выйдем.
Разговор есть.
-Отступая, разведорганы немецкой
и румынской армий сформировали
группы из бывших уголовников,
пособников и полицаев.
-Можно подумать, извините,
что в других городах они поступали
как-то иначе.
Просто непонятно, почему такой
пристальный интерес именно к Одессе.
-Это город стратегического значения.
Наши враги отлично это понимают.
Поэтому в Москве принято решение
о создании особой группы
из представителей... Кстати, почему
я здесь не вижу представителей флота?
-Товарищ Звягинов... флотские
не очень любят сотрудничать.
Вы же знаете, у них своя
прокуратура и свой Смерш.
Они очень ревностно относятся
к своей обособленности.
-Это мы еще посмотрим. Кстати, мне
пришла информация об убийстве четырех
моряков Черноморского флота.
Я думаю, это отличный способ наладить
сотрудничество. Светлана Петровна,
ваше первое дело.
-А я выделю вам в помощь людей.
Пришлю прямо на корабль.
-Хорошо.
-С какой стати мы должны
сотрудничать с сухопутными?!
Это дело контрразведки флота!
-Не знаю, товарищ Зимина,
что за вольница у вас была
в разведке, но мы на флоте
выполняем приказы и лишних
вопросов не задаем. Ясно?
-Так точно, товарищ каперанг.
Но почему именно я должна нянчиться
с прокурорскими? Я контрразведчик,
а не нянька.
-Контрразведчик?
А ведешь себя как... Приказ ясен?
-Так точно.
-Вот и отлично. Дождешься
прокурорских, введешь их
в курс дела. О расследовании
докладывать мне лично.
-Есть.
-Как Лапина найдете - сразу ко мне.
У контрразведки есть вопросы к нему.
-Выполнять.
-Есть!
-Ну, товарищи...
Как я понимаю, города вы не знаете?
-Я бывал в Одессе, но это было
очень давно.
-Понимаю. Я уехал буквально
перед оккупацией. А теперь
с трудом узнаю родную Одессу.
Яков Иосифович прекрасно знает
и город, и людей. Он будет
представлять в вашей группе
горком партии.
Обращайтесь по любому вопросу.
-Благодарю.
-Всего доброго.
-До свидания.
-Товарищ капитан,
можно вас на минуту?
-Конечно, Светлана Петровна.
-Я вас снаружи подожду.
-Хорошо.
-Матросы? И что это значит?
-Светлана Петровна, я же просил,
зовите меня по имени.
-Товарищ капитан, не уходите
от темы разговора, пожалуйста.
Виктор Сергеевич, я не раз вам уже
говорила, что ваши ухаживания
неуместны.
-Вот видите, Светлана Петровна,
уже лучше. Мое имя вы помните.
А что касается матросов, должен
вам напомнить, что наше задание
секретно. Поэтому мы будем работать
как обычно. Вы - расследовать
преступление, а я...
-Ловить шпионов. Я понимаю,
вы же у нас Смерш, лучший из лучших.
А Самсона проморгали.
-И у вас бывают накладки...
Не хотелось бы вам напоминать,
но руковожу группой я.
Поэтому извольте выполнять приказ.
-Изволю.
-"Извольте выполнять". Идиот!
-Тела утром обнаружила охрана порта.
Сразу вызвали милицию и нас.
Бахтин и старший краснофлотец
Григорьев. Очевидно, был убит первым.
Один точный удар ножом под лопаткой.
-Да...
Профессиональная работа.
-Похоже, что работали финкой.
-А у вас есть предположения,
кто бы мог совершить убийство?
-Мы точно знаем, кто это сделал.
Идемте, товарищ майор юстиции.
-Если не возражаете, я останусь
на палубе? Подожду товарищей
из милиции.
-Да-да, конечно.
-Спасибо.
-То есть вы думаете, таким образом
он хотел нам дать понять, кто убийца?
-Мне кажется, что это очевидно.
Удар в грудь. Значит, Портнов
рассмотрел убийцу и узнал.
-Да. Только зачем капитану
убивать свою команду?
Что вообще известно
о капитане экипажа?
-Вот выдержки из дела.
Основное, так сказать.
-Угу.
Капитан Лапин и механик Портнов
вместе служили с начала войны.
А трое других прикомандированы
три дня назад.
-В этом нет ничего необычного.
-Ничего необычного.
Кроме того, что капитан Лапин -
единственный одессит.
-Черноморский флот -
это не только Одесса.
-А какие задачи вообще стояли
перед капитаном и командой?
-Стандартные задачи по патрулированию
берега. Судя по бортовому журналу,
утром они вышли в патрулирование
и вернулись под вечер.
-Светлана Петровна!
Тут милиция по вашу душу.
-Товарищ майор юстиции, капитан
Степанов в ваше распоряжение прибыл.
-Здравия желаю! Елагина.
Знакомьтесь: капитан-лейтенант
Зимина, контрразведка флота.
Лапина объявляйте в розыск.
Мне нужна о нем вся информация.
От его знакомых,
родственников, друзей.
-Так точно, товарищ майор. Сделаем.
-Если найдете, сразу сообщите нам.
И учтите, что мой командир,
каперанг Авдеев, подозревает,
что Лапин был завербован
румынской или немецкой спецслужбой,
что эти убийства - звенья
больой цепи. Он нам нужен живым.
-Ясно. Я могу идти?
-Так точно.
Корабль обыскали?
-Так точно.
-Хорошо. Я хочу поговорить
с вашим командиром.
-Мы можем прямо сейчас поехать
в контрразведку к товарищу Авдееву.
Здравия желаю, товарищ капитан!
-Воробушкина... присаживайся.
-По поводу кражи...
-Да погоди ты с кражей!
Нас прикомандировали к особой группе.
-Что за группа такая?
-Межведомственная. И руководит
ей прокурорша из Москвы,
майор Елагина.
-Светлана Петровна?
Товарищ старший лейтенант,
группа захвата для выполнения
задания построена.
Командир группы -
сержант Воробушкина.
-Вольно.
-Это что, шутка?
-А больше нет никого. Ночью почти
весь личный состав перебросили
в Беличий. Там немец контру попер.
А этих два дня как призвали.
-Мы справимся!
-Ты ее знаешь?
-Конечно. Мы с ней в Киеве
такие дела раскручивали!
-Раскручивали, говоришь?..
Ну тогда держи.
Это наш подозреваемый. Лапин
Тимур Кириллович, 1905 года рождения.
Фото отдай фотографу, его необходимо
размножить. Лапина в розыск.
И предупреди: он очень
опасен и нужен нам живым.
-Да поверьте мне, товарищ Елагина,
я досконально изучил дело
и Лапина, и погибшего.
Никаких зацепок.
-Знаете, товарищ Авдеев, чего я
не понимаю? В порту много кораблей.
В том числе и военных. Если Лапин
румынский или немецкий агент
и его цель - посеять панику
и совершить диверсию, то почему он
выбрал именно этот корабль?
-Не знаю.
Возможно, этот корабль ему
показался более легкой целью.
Небольшая команда, моряки не военные.
У вас-то какие соображения?
-Возможно, кто-то из членов
команды что-то узнал.
И у Лапина просто не оставалось
выбора. А остальных моряков
могло что-то связывать между собой?
-Абсолютно ничего.
Только Лапин и Портнов служили раньше
вместе. Остальные даже не были
знакомы между собой.
-Товарищ Елагина, а вам не кажется,
что мы зря теряем время?
-Нет, товарищ Зимина, мне не кажется.
Я пытаюсь понять Лапина
и его мотивы, а вы мне мешаете!
Вы сами что предлагаете?
-Искать его.
-Этим сейчас занимается милиция.
У них в архивах гораздо больше людей.
Скажите, вы были лично знакомы
с кем-нибудь из погибших
или с подозреваемым?
-Да откуда? В поле зрения
контрразведки флота они не попадали.
-Здрасте, гражданочка.
-О-у?
-Можно вас?
-А, милиция!
Ну и шо опять случилось?
-Капитан Степанов, уголовный розыск.
-Да вижу, шо не генерал.
-Скажите, гражданочка, вы своего
соседа, Тимура Лапина, помните?
-Тимку? А что ж его не помнить!
Помню.
-Когда вы его видели последний раз?
-Так это... Когда румыны еще.
-А друзей его не видели?
-Друзей? Косого, однокашника его,
знаю. Да, говорят, он с налетчиками
связался, с Тимкой рассорился.
-А где найти Косого?
-А кто ж его знает!
Хотя погодь. Я его намедни
у Карапета видела.
-Как фамилия Косого?
-Так это ж и есть фамилия.
-Спасибо, гражданочка,
вы нам очень помогли.
-Бог в помощь.
-Спасибо.
-Так, давай сейчас в прокуратуру.
Может, Елагиной больше повезло.
А вечером наведаемся к Карапету.
Публика типа Косого по вечерам
обычно там ошивается.
ИГРАЕТ ГРАММОФОН
-Будешь? Румынские.
-Бросил.
-Да что ты мельтешишь?
-Чего мельтешу?
Да ты хоть понимаешь, что со мной
сделают, если поймают?
-"Если, если"!
Говорю, не мандражируй.
Что-нибудь придумаем.
-Придумаем? Давай, Балтика,
придумывай. Хорошо придумывай!
Потому что, если попадусь,
я молчать не стану!
-А вот угрожать не надо.
Мы же с тобой друзья.
-Друзья.
-Вот. А друзьям помогать надо.
Есть у меня знакомый человечек, возит
людей. От нас - туда, оттуда - к нам.
Будь здесь. Дверь никому не открывай.
Я схожу перетру с кем надо.
Спрячем тебя так, что никакие
красноперые не найдут.
А денег тебе до конца жизни хватит.
-Светлана Петровна, я ушам
своим не поверила, что вы здесь.
Думала, не свидимся уже.
-Н-да. Я тоже очень рада.
А где же товарищ Дергачев?
Неужели он такую красавицу одну
отпустил, а сам в Киеве остался?
-Леша погиб.
-Ясно.
Как это возможно,
что в Одессе работают рестораны?
Они что, не знают, что война?
-Частная кооперация.
-А милиция куда смотрит?
Почему не пресекаете?
-Распоряжение сверху: присматривать,
но не трогать. Пока ситуация
с продовольствием не наладится.
Одесса, Светлана Петровна.
Своя специфика.
-Специфика, значит.
Ладно, разберемся. Нам сейчас
главное - Косого взять.
-Вон видите за стойкой человека
характерной наружности?
Это Карапет, хозяин этого заведения.
-Ну, идите пообщайтесь с ним.
А я рядышком буду.
Со стороны понаблюдаю.
-Сделаем.
Добрый вечер, уважаемый.
-И тебе добрый. Что вам выпить,
закусить?
-Не сейчас. Ты хозяин заведения?
-Вся Одесса знает за Карапета.
Разрешение у меня...
-Не пыли, не пыли. Мы не по твою
душу. Сеньку Косого знаешь?
-А-а, Сеньку Косого?..
Да вот же он.
-За ним!
-Добрый вечер.
Забирайте его, Николай.
-Пойдем. Давай.
-Если ты не причастен к убийству,
то почему бежал?
-Думал, менты снова
по мою душу явились. А я чист.
Кровью все искупил, понятно?
-Ты сейчас кровью умоешься,
если не скажешь, где Лапин.
-Да не знаю я. Один раз видел его,
с Балтикой что-то тер.
-Кто такой Балтика?
-Да фраер один мутный.
Появился перед румынами, говорил,
что подпольщик. Да только фуфло он,
а не подпольщик.
Румынами от него так и несло.
-Имя, фамилия Балтики?
-Не знаю я. Балтика и Балтика.
Вы у Якова Иосифовича
спросите из горкома.
-Бланка?
-Да. Он подтвердит: Косой все
искупил. Он и за Балтику знает.
-Спросим.
Конвойный!
-Э-э! Какой конвойный?
-Встать!
-А где Светлана Петровна?
-Она в прокуратуре.
Просила сообщить, что сказал Косой.
-Я ей позвоню. Косой говорил
про некоего Балтику
и что Бланк его знает.
Ладно, разберемся.
-Балтика...
Не слыхал про такого.
Может, залетный какой-нибудь?
-Светлана Петровна разберется.
Можете не сомневаться.
-Ты, кстати, недосказала,
что с ее мужем-то?
-Она только рассказала,
как они из Харькова вместе уходили.
С тех пор она его не видела,
ничего не знает.
-Да, война. Черт бы ее побрал!
Ну ладно, пойдем отдыхать.
Завтра с утра займемся
этим Балтикой и Лапиным.
-Ну, долго еще?
-Да уже почти пришли.
Сейчас в бухточку спустимся,
а там нас уже ждут.
-Человек-то надежный?
-Надежный, надежный.
Старый контрабандист.
Ну вот, теперь ждем.
Угрожать он мне вздумал, паскуда.
-Капитан Звягинов.
Возглавляю вашу группу.
-Здравия желаю, товарищ капитан.
-Что успели установить?
-Убийство произошло вон там.
Потом тело скинули вниз.
Видите следы удара о камни?
-Да.
-Один точный удар ножом в сердце.
-Профессиональная работа.
Смотрите, как вошел нож. В сердце,
но со стороны грудины, а не слева.
Как будто это бил...
-Левша?
-Да.
Но точно мы сможем
узнать после вскрытия.
Интересно...
...что же Лапин делал на берегу?
-А что? Место тут тихое, причалить
можно незаметно. Думаю,
Лапин хотел просто сбежать.
Да, еще. Светлана Петровна выяснила,
что незадолго до смерти матросов,
Лапин встречался с человеком
по кличке Балтика.
Есть вероятность того,
что он работал на Сигуранцу.
-А вот с этого места
поподробнее, капитан.
Здравия желаю!
-Здравия желаю!
-Знакомьтесь: капитан-лейтенант
Зимина из контрразведки флота.
И товарищ Звягинов...
-Виктор.
-Анастасия.
-Удалось обнаружить что-нибудь
интересное?
-Похоже, Светлана Петровна, мы с вами
имеем дело с румынскими диверсантами.
Или не с румынскими.
А этот ваш Балтика -
он, случайно, был не левша?
-Да, а откуда вы...
-А вы думаете, что вы здесь
единственный следователь?
Ладно, поехали, надо
отыскать этого Балтику.
-А я останусь тут, осмотрю место.
-Григорий Иванович,
ну что там, долго еще?!
-Толкнуть бы! От толкача
за милу душу пойдет.
-Загораем?
-Вот так вот.
-Светлана Петровна, а мы с вами
в кино так и не сходили.
Может, наверстаем все-таки?
-Товарищ капитан, не ставьте себя
и меня в неловкое положение.
Федоренко, заводи давай свою Жужу,
а то я заведусь!
-Стой! Стой-стой!
-Чего надо?
-Да подтолкнуть! Подсобите, мужики!
-Кто там с краю - толкните.
-Давай!
-Пошла!
-Навалились!
-Спасибо.
-Спасибо, ребята.
-По машинам!
-Спасибо.
-Светлана Петровна, а вы все-таки
насчет кино подумайте.
Классика. Комедия.
-Светка!
-Стой!
-Светка!
-Стой! Стрелять буду!
-Светка! Светка!
-Рокотов, стоять!
ВЫСТРЕЛ
-Светка!
-Ваня!
-Не стрелять!
-Ваня! Ваня!
-Светка! Светка...
-Ванечка, родной мой!
-Светка, жена моя! Светка!
-Батюшки святы!
Иван Григорьевич... Живой.
-А кто это такой?
-Да муж Светланы Петровны.
-Товарищ майор, вернитесь
в машину. Не положено.
-Майор юстиции Елагина.
-У меня приказ.
-Кем не положено, капитан? Вы отдаете
себе отчет, с кем разговариваете?
Капитан Звягинов, Смерш.
-Ну... у меня приказ.
-А у нас к этому человеку
много вопросов.
-Ну, товарищи, я не могу без приказа.
У товарища майора распределение
отдела кадров военного округа.
-Будет тебе приказ. Все, свободен.
Идемте, товарищ Рокотов.
-Товарищ капитан, Света,
не могу я так.
-Виктор Сергеевич, я вас очень прошу,
пожалуйста, сделайте что-нибудь.
-Хорошо. Давай разворачивай свою
машину, поедем в отдел кадров.
Через час встречаемся
в прокуратуре. Что ты встал?!
Разворачивай и поедем!
-Есть.
-Фух!
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-Ванечка! Я знала, что ты найдешься.
-И я знал. И я всегда знал.
Всегда.
-Скажи мне, что это не сон.
-Если ты - сон, то это самый
прекрасный сон.
-Иван Григорьевич!
-Григорий Иванович!
-А усища-то отрастил, а!
Светлана Петровна, в темноте
нас не перепутаете?
-Да не перепутаю!
Ваня!


Серия 2

-Ну а Коля-то? Коля в Одессе?
-Бери выше. Товарищ Мирский,
точнее генерал-майор Мирский,
сейчас в Ленинграде.
-Ого!
-Зазнался, на письма мои
не отвечает. Все меня бросили.
Почему ты не давал знать, что живой?
-Да я пытался. Пытался.
Ты же сама понимаешь, в партизанском
отряде со связью плохо.
Да и не только со связью.
Ну а потом попал в руки Смерша.
-Я искала тебя.
Письма писала, запросы
делала, в Харьков ездила.
-Один из смершевцев намекнул,
что дело может быть в личных счетах.
-Или не в личных.
Сейчас у Смерша и прокуратуры
не самые теплые отношения.
Ну а дальше что?
-А что дальше?
Дальше - как обычно.
В окружении был? Был.
Фильтрационный лагерь,
допросы, проверки.
Ну вон, видишь, хоть
о былых заслугах не забыли.
-Тяжело тебе пришлось.
-Да уж, нелегко.
Сломать пытались - обычная
процедура. Да это уже неважно.
Вот при освобождении Одессы,
Света, мы столько людей потеряли!
Столько людей!
80% личного состава.
Столько людей, Свет...
Вперед!
-Здравия желаю!
-Товарищ капитан, я прошу вас
прикрепить Ивана Григорьевича
к нашей группе.
-То, что Иван Григорьевич ваш муж,
не дает вам права...
-Это дает мне право позвонить
в Москву и рассказать о своих
подозрениях. И тогда делом займется
военная прокуратура. Поверьте,
в наших общих интересах
решить этот вопрос
полюбовно, на месте.
Поверьте, Иван Григорьевич
очень хороший следователь.
Если он примкнет к нашей группе,
расследование выиграет от этого.
-Хорошо, Светлана Петровна,
под вашу ответственность.
-В себя пришел только к вечеру.
Ребята не бросили, в лес оттащили.
Берег уже был занят немцами,
переправу взорвали.
-КурИте.
И вы вернулись в Харьков?
-Собирался, но в лесу мы встретили
партизан, и я остался с ними.
-А в каком отряде?
-Отряд номер два.
Командир Саша Сомов.
-Ну а после освобождения Харькова?
-А вот здесь началось
самое интересное.
-Как вы объясните тот факт,
что вы числитесь погибшим?
Судя по нашим документам,
вы погибли при отступлении из Киева.
-Бред какой-то.
-Звание, фамилия, имя, отчество!
Кем и с какой целью был внедрен
в партизанский отряд?!
Звание, фамилия, имя, отчество!
Не хочешь по-хорошему.
Ну давай по-плохому.
-Все-таки что-то не сходится.
Насколько мне известно,
товарищ Рокотов,
вы никогда не числились мертвым.
-Война. На войне всякое бывает.
В любом случае ваши коллеги сделали
запрос в Москву, вот только
ответ получили небыстро.
-Но ведь получили.
-Получили.
-Курите. Курите-курите.
Ну вот что, товарищ Рокотов,
в Москве подтвердили вашу личность.
Путаница какая-то произошла.
-Понимаю.
Надеюсь, теперь я свободен?
-Не торопитесь.
В документах сказано, что о вашей
деятельности в Харькове прокуратуре
ничего неизвестно.
-Я ведь уже говорил,
свяжитесь с товарищем Мирским,
он даст все ответы.
-С ним связывались наши люди
из Москвы, но он ничего нового
не рассказал. Знаете что,
товарищ Рокотов? Я ведь вам верю.
Вы не вражеский агент
и уж точно не дезертир.
-Но?
-Но есть мое чутье, а есть факты.
И чутью я могу доверять,
а действовать обязан,
исходя из фактов.
-Странно все это.
Запрос, допрос - все правильно.
Почему же информация
о вас оказалась ложной?
-Я и сам этого не понимаю.
-Ладно, товарищ Рокотов,
я разберусь.
Я выдам вам временные документы
и прикреплю к следственной группе
под личную ответственность
товарища Елагиной. Дам распоряжение,
чтобы вам выдали новую
форму. Ну а оружие...
Оружие вы получите позже.
Оставайтесь здесь.
Вот временный мандат
за моей подписью.
Теперь вы официально
прикомандированы к нашей группе.
Светлана Петровна введет вас
в курс дела и расскажет детали.
Ну а теперь отдыхайте.
Это приказ.
-Есть.
Отнеси эти документы капитану ШСБ
и выясни у него все о Рокотове:
когда прибыл, как служил, какие
сопроводительные документы при нем
были, кто вел его дело.
-Сделаем, Виктор Сергеевич.
А в Москве документы
не проще запросить?
-Я сделал запрос,
но пока они дойдут! Не ждать же.
-Ждать и догонять - хуже нет.
-И еще. Зайди в архив НКВД
и горкома, запроси у них документы
по партизанам Одессы.
Все документы.
-Есть, товарищ капитан.
РАДИО: 2-го и 3 сентября южнее
города Бакэу войска
Второго Украинского фронта уничтожили
группу немецких войск, пытавшихся
пробиться на Запад. При этом было
убито до трех тысяч и взято в плен
3500 немецких солдат и офицеров.
-Светка... Светик, просыпайся.
-Я уже не сплю.
-Мы с тобой договаривались
обсудить дело.
-Да, договаривались.
-Давай-давай, держи.
-Обсудить...
Что обсуждать - надо искать Балтику.
-Меня интересует, кто моряков убил.
-Лапин, Вань.
Мы же вчера с тобой
решили, что Лапин убил.
-Механик Портнов был левшой,
как и Балтика,
который предположительно убил Лапина.
-Да.
Но Портнов не Балтика,
и он не мог убить Лапина. Он мертв.
-Света, я заметил,
что он мертв. А еще я заметил,
что он писал правой рукой. Зачем?
-Не знаю. Может, у него отнялась
левая рука или, может, он как-то
упал - ему было неудобно.
-Нет... Он упал на спину.
Умирал и истекал кровью -
здесь не до удобства.
Здесь работает рефлекс. К тому же
удар пришелся в самое сердце -
обычно от такого умирают сразу.
-А какая твоя версия?
-Версия... Да версия здесь
что-то не складывается, Свет.
Зачем понадобилось убивать обычных
моряков, несущих патрулирование?
-Может, они что-то узнали,
чего им не следовало знать.
-Да, возможно.
Я думаю, Авдеев вам что-то не сказал.
-Это точно.
Каждый что-то скрывает.
-Особенно контрразведка.
Ты Звягинову доверяешь, Свет?
-Что ты делаешь?
-Разминаюсь.
Что в городе слышно?
-Город на ушах стоит -
моряков убитых обсуждают.
Говорят, что капитан их зарезал,
а сам к грекам ушел.
-Идиоты.
Да оно и к лучшему.
Ты с братом говорила?
-Говорила. Сказал, что поможет.
Сегодня мы переправимся.
Балтика, ну давай останемся.
-Ты что, дура совсем?
Думаешь, тот, кто морячков
порезал, остановится?
Я-то знаю, что он ищет.
-Ты что, знаешь, кто он?
-Не знаю. Знал бы -
давно бы с ним разобрался.
Собирайся. Бери только необходимое,
а остальное в Румынии купим.
-Здравия желаю!
ВМЕСТЕ: Здравия желаю!
-Товарищ майор, я к вам.
Нужно поговорить.
-Я вас слушаю.
-Я не могу обсуждать дело
при постороннем.
-Это не посторонний.
Знакомьтесь: майор юстиции
Иван Григорьевич Рокотов.
С сегодняшнего дня прикреплен
к группе приказом руководства
для проведения расследования.
-Чьим приказом?
-Капитана Звягинова. Говорите.
-Есть результаты вскрытия.
-И что они показали?
-Судя по характеру ран, моряков
и Лапина убили разные люди.
-Как мы и думали.
-Врач, проводивший вскрытие,
уверен, что Портнов умер мгновенно
и не мог оставить надпись.
-Еще бы! Тем более правой
рукой - он же был левшой.
-Значит, вы знали?
-Предполагали.
-Только от этого дело
еще больше запуталось.
У вас есть какие-то идеи?
-Да. Мы бы хотели навестить
товарища Авдеева,
у нас появились к нему вопросы.
-Какие?
-Помните, Авдеев утверждал,
что он не знаком с Лапиным?
Начальник порта утверждает обратное.
-Поехали.
-Да, вы правы.
Я был знаком с Лапиным
и его экипажем.
-Почему вы это скрыли от нас?
-Потому что...
...они были задействованы в секретной
операции штаба Черноморского флота,
а я курировал эту операцию.
-Обычные моряки в секретной операции?
-Обычные? Ну Лапин и Портнов были
обычные, а Кашинцев, Ветров
и Григорьев были боевые пловцы. РОН.
-РОН?!
-Рота особого назначения,
Балтийский флот.
-Совершенно верно.
Вот их настоящие дела.
Отличные ребята... были.
Они обеспечивали Дорогу жизни
в Ладоге, участвовали в стольких
операциях и...
-Что они искали?
-К нам поступила информация,
что на одном из затонувших судов
была "Энигма" и шифровальные книги.
-Нам так и не удалось взломать шифр,
а англичанам удалось.
-Да, но англичане
использовали несколько экземпляров
"Энигмы" и шифровальные книги.
Теперь вы понимаете,
почему такая секретность
и как важна нам эта машинка?
-Понимаем. Кто еще знал о поисках?
-В Одессе знал только я.
Ну и еще генерал-майор Ермолаев,
заместитель начальника управления
контрразведки Смерш наркомата флота,
руководство новороссийского
штаба, ну и, конечно, Лапин.
-Да... Не очень вам помогла
ваша секретность.
-Увы, но все моряки, которые
были задействованы в операции,
проходили проверку не один раз.
Скажите, а вы Лапина нашли?
-Нашли.
Его тело.
-Думаете, он нашел "Энигму"?
-Я уверен!
Вот.
Ящик нашли во время
обыска на корабле.
Прошу обратить внимание,
он явно побывал в воде.
Я думаю, боевые пловцы
нашли "Энигму".
Вечером перед убийством экипажа я был
на корабле и разговаривал с Лапиным.
-Он сказал, что ничего не нашел?
-Совершенно верно, он так и сказал.
Потом убил экипаж, забрал "Энигму"
с шифровальными книгами и ушел.
-Скорее всего,
Лапин не убивал экипаж.
Зачем ему это?
-Я не знаю, но надпись...
-Надпись оставил убийца специально,
чтобы навести нас не на тот след.
-Тогда я ничего не понимаю.
-Вы когда-нибудь слышали
прозвище Балтика?
-Балтика... У любого матроса,
который служил на Балтийском флоте,
могло быть такое прозвище.
Может, вы знаете фамилию,
звание, где он служил?
-Нет, мы знаем только,
что во время оккупации в Одессе
о нем что-то слышали. Ходили слухи,
что он был связан с румынами,
с немцами, что он был левшой
и блестяще владел холодным оружием.
-Н-да... негусто.
Негусто. Скажите,
а как он с делом связан?
-А мы думаем, именно он убил
Лапина. И если вы правы,
то "Энигма" у Балтики.
-В таком случае, думаю,
он попытается скрыться из города.
Знаете, я сейчас немедленно
сделаю запрос в штаб.
-Можете дать нам карту района,
где проводились поиски?
-Да, конечно. Сейчас.
Так, вот...
Будьте добры.
На этом участке пловцы и производили
поиск последние несколько дней.
-О-хо-хо-хо-хо...
-Вольно.
-Что дальше?
-Поедем в уголовный розыск.
Я попросила Степанова покопаться
в архивах, связаться с НКВД.
Может, у них что-то есть на Балтику.
Он наша единственная зацепка.
Кстати, Вань, знаешь,
кто теперь с нами работает?
-Кто?
-Сержант Воробушкина.
Точнее, младший лейтенант
Воробушкина.
-Лена... А Дергачев
что, в Киеве остался?
-Товарищ Дергачев погиб.
-Понятно.
Ладно, давайте завезем вас в милицию,
а я поеду к морю, осмотрю берег.
-Что вы надеетесь там найти?
-Посмотрим.
Да, это место ты быстро нашел.
-А как же, Иван Григорьевич.
-Молодец!
-Как не найти!
А вот знаете, Иван Григорьевич,
раньше эта бухта была излюбленным
местом контрабандистов.
Мне еще дед про это рассказывал.
-Да, неплохое для этого место.
Григорий Иванович,
о Звягинове что можешь сказать?
-А что я могу сказать?
Ну, пересекался с ним несколько
раз по общим делам.
Толковый следователь.
Но не чета, конечно, вам.
-Ну а как человек?
-Ну... не знаю.
На душегубца не похож.
Вежливый.
-А со Светланой Петровной
они давно сотрудничают?
-Давненько уже. И в Москве,
и здесь вместе работают.
Но Светлана Петровна не очень
хорошо к нему относится.
-Почему?
-Не знаю. Вы же знаете,
людская душа - потемки.
-Да...
Изменилась она. Не узнаю ее.
-Это война все проклятая,
черт бы ее побрал!
Ну и потом... дите потерять -
сами понимаете.
Мы когда из Харькова ушли,
тут она и...
Кхм-кхм! Иван Григорьевич,
я же это...
-Румынские...
-Румынские. Их весь город курит.
-Запах не выветрился еще.
Не больше двух суток лежат.
-А вы что...
думаете, здесь кто-то...
кто-то наблюдал за кораблем?
-Не знаю. Место хорошее,
гавань вся как на ладони.
Идем, посмотрел я все.
-К сожалению, милицейские
архивы при наступлении
были утеряны или уничтожены.
Потому приходится начинать с нуля.
-Ну и бардак тут у вас, сухопутных.
-В НКВД тоже не могут помочь.
Знать бы имя, фамилию, а так...
Балтика... У них мог значиться
как Тамбов или Одесса...
Но я знаете что подумала?
Уголовники, которые остались
в Одессе, вполне могли его знать.
-Что ты предлагаешь?
Устроить облаву на уголовников?
-Облаву или нет, а капитан Степанов
до войны работал в Одессе
и хорошо знает местную шушеру.
-М-м... Таки в Одессе уголовники
тоже сотрудничают с властью?
-Нет, не сотрудничают.
Но хороший опер всегда знает,
кому задать вопрос.
Помните, как мы с Лешей?..
Н-да...
Иван Григорьевич! Здравствуйте!
-Здравствуйте, товарищ Воробушкина.
Рад видеть вас снова.
-Я тоже рада. Светлана Петровна
рассказывала про ваши приключения.
-Да, всем нам пришлось нелегко.
Информация по Балтике есть?
-Выясняем. Нужны опытные люди,
со знанием местной специфики.
-В Одессе без знания
специфики тяжело.
Везде тяжело, а в Одессе - особенно.
-Здравия желаю! Капитан Степанов.
-Здравия желаю!
-Знакомьтесь: майор Рокотов.
С сегодняшнего дня
прикреплен к нашей группе.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Какие новости, товарищ Степанов?
-Особо никаких. Братва о Балтике
мало что знает. Он не из блатных.
Хотя кое-что я выяснил. Во время
оккупации у него была полюбовница,
Анфиска.
-Знаете, где она живет?
-Черноморская, 6,
2-й этаж, 8-я квартира.
-Ну что... Нужно навестить
эту Анфису.
Балтика живым нужен.
Стоять!
На улицу! За ним!
-Ничего?
-Ну что у вас, ничего?
-Ничего...
-И у меня ничего. Ладно...
Может, Степанову больше повезет.
Хотя, конечно, вряд ли.
Здесь такие лабиринты... Идем.
-Тихо! Сюда никто не забегал?
-Никто. Сама я тут.
А тут тупик же, немаэ ходу.
Тильки туди можно.
-Убийца ранен. Левая рука.
-Он не мог взять с собой машинку.
-Да, я видел. Руки у него свободны.
Вероятнее всего, спрятал где-то тут.
-Почему тут? Балтика мог спрятать ее
где угодно.
-Нет, где угодно не мог -
слишком ценная вещь. Скорее всего,
держал где-то под рукой.
-Его пытали.
-А любовницу быстро убили. С одного
удара. Профессиональная работа.
-А ну-ка, помоги!
-Вань, ты чего?
-Смотри, как кровь стекает. Помоги.
Вот оно!
Вот и машинка.
-А шифровальные книги?
-Вот.
-А книги... похоже,
не выдержали погружения.
Никто же не ожидал,
что корабль потонет.
Ну ничего! Наши шифровальщики
что-нибудь извлекут.
-Мешок - Лапина.
А вот и его 30 серебряников.
Как успехи, товарищ Степанов?
-Ушел, гад.
-Так я и думал.
-И как мы теперь найдем убийцу?
-Думаю, это будет несложно.
Поехали.
-Куда?
-В контрразведку флота.
Хочу поговорить с Авдеевым.
-Что вы, товарищ Рокотов!
Да как вы можете!..
-Товарищ Рокотов может.
Меня все время в чем-то подозревает!
-Закончите здесь?
-Конечно.
-Куда собрались, Глеб Николаевич?
-Так я...
-Стоять!
-Живым! Он нужен живым!
-Будет тебе живым.
Не мешай.
Черт... Да уйди же ты, Рокотов!
Уйди в сторону!
-Ну вот, это все и доказывает.
Хотя попытка к бегству
сама по себе все доказала.
Вставай давай!
Давай! Пошел.
Значит, пришлось вам попартизанить...
-А что делать? Партия сказала "надо".
-Тяжело было?
-Непросто.
-Интересно... Яков Иосифович!
-Да?
-Я бы хотел с вами как-нибудь
поподробнее поговорить о партизанском
движении Одессы.
-Конечно, конечно!
-Вылезай давай.
-Извините.
-Давай!
-Светлана Петровна!
-Пошел!
-Здравия желаю.
-Неожиданно.
-Я бы хотела принять
участие в допросе.
-Без вас допросят.
-Ну что, сами признаетесь
или хотите полноценный допрос?
-Пытать будете? Давайте.
-Пытать не будем. К тому же
мы и сами уже все знаем.
-Интересно! Может, расскажете?
-Следователи обыскали ваш кабинет.
У вас в сейфе обнаружили... это.
Роторы от "Энигмы"
и шифровальная книга.
Подозреваю, что роторы - подделка.
Наверняка где-то контакты...
не совмещены, шрифт не совпадает...
Ну и коды.
Не сомневаюсь, тоже ложные.
-Ну а мне-то это зачем?
-А затем... Изначально ваш план
состоял в том, что пловцы найдут
"Энигму", принесут ее вам.
Вы замените роторы и подмените
шифровальную книгу. Задание
выполнено, вы идете на повышение,
у вас ордена, медали. Ведь так?
-Хороший план.
-Да, план хороший.
Вот только вечером
перед убийством Лапина он вам сказал,
что они ничего не нашли.
А вы знали, что ящик был на корабле.
-А как я узнал?
-А вы на всякий случай
наблюдали за кораблем.
-М-м...
-И видели, как ящик подняли на борт.
Вы не знали, зачем Лапин обманул вас,
но вы знали, что "Энигма" не должна
была попасть в руки нашей разведки.
Вы дождались темноты, убили экипаж.
Вот только Лапина не оказалось
на корабле. И ящик оказался пустым.
Это вы рукой портного написали
подсказку, переложив тем самым
вину на Лапина.
-Вы отправили нас искать его,
не рассказав о задании,
не только из-за секретности.
Надеялись, что найдете его раньше.
-Да, надеялись.
Только вот Лапина убили.
И убил его Балтика,
которому Лапин продал "Энигму".
А вы убили Балтику.
-Ну... всех убил.
Всех зарезал...
А как я его нашел?
-Это мы вам об этом сказали.
И указали, у кого "Энигма".
-Ну да, сказали. И что?
Подумаешь, какой-то... Балтика.
Как я мог найти его раньше вас?
-Действительно - как?
Балтика был завербован Сигуранцей.
Но он никогда не был идейным.
Он готов был работать на всех,
кто готов платить. На немцев,
румын, партизан, уголовников...
При обыске у него в квартире были
обнаружены документы и фотографии.
Наверняка Балтика готов был сдаться
Смершу, если вдруг прижмут.
Разумеется, за какие-то гарантии.
Вот, взгляните.
Вы бывали в Одессе во время войны.
И вы знаете Балтику.
Так вы его и нашли.
-Ну что? Он признался?
-Практически.
-Очень хорошо. Дальше я сам.
-Товарищ Звягинов!
-Это приказ.
-Товарищ капитан, этот человек -
шпион! Он убил советских моряков!
Это дело контрразвездки флота.
-Товарищ капитан-лейтенант!
Вы не на корабле, а в военной
прокуратуре. И это дело было бы
делом контрразведки флота, если бы
убийца не был контрразведчиком.
Все! Вы свободны!
-Есть.
-Есть.
-Ну что? Поговорим?
-Все-таки я доложу начальству
о возмутительных действиях
товарища Звягинова.
-Товарищ капитан-лейтенант...
Конечно же, это ваше право.
Но... ведь Звягинов прав.
Вражеский агент контрразведки флота.
Что, если у него сообщники есть?
Потом... Я так же, как и вы,
не одобряю действия товарища
Звягинова. Но давайте попробуем
посмотреть на это с другой стороны.
Дело раскрыто, убийца найден,
"Энигма" у нас.
Все это только благодаря
нашему с вами сотрудничеству.
Я уверен, ваше начальство это оценит.
-Спасибо, товарищ Рокотов.
-До свидания.
-До свидания.
-Ну что?
-Так, рассказывай, Света.
-Я должна была обо всем
доложить товарищу Звягинову.
-Я не об этом.
-А о чем?
-Что на самом деле
привело вас в Одессу?
-Да, Рокотов, хватку ты не потерял.
-Здесь все очевидно.
Слишком странный состав группы
для усиления военной прокуратуры.
Так кого мы ищем, Света?
-Вань...
-Понятно. Секретность,
к тому же я штрафник...
-Вань!
Ты мой муж и самый лучший следователь
в мире. У меня от тебя секретов нет.
Да, мы здесь не для усиления.
-Зря стараетесь, товарищ капитан.
Я ничего не скажу.
-Скажете. Скажете...
-Вы меня все равно расстреляете.
А смерти я не боюсь.
-Очень хорошо.
Мы поступим проще.
Завтра в Одессу доставят
всю вашу семью.
И вот их будут расстреливать
на ваших глазах.
По одному.
-С-сука...
-Как вы связывались
с вашим начальством?
-Значит, архивыFHO...
-Поехали!
-Куда?
-Брать связного Авдеева.
-Чищу обувь! Начищаю!
Чищу обувь... Начищаю...
-Черт! Опоздали.
-Откуда они узнали?
-Вы же Авдеева на улице брали,
с шумом! Нужно было тихо.
-Планировали тихо. Не получилось.
Авдеев мог уйти.
Пришлось действовать быстро.
-Быстро только кошки родятся!
Ну что, возвращаемся?
-Думаете, Авдеев мог быть
связан с архивамиFHO?
-Егор Ильич был не против,
чтобы мы Ивана ввели в курс дела.
Полностью ввели.
-Поехали!..
Именно поэтому придумана
история с особой группой.
Враг не должен заподозрить,
что нам что-то известно об архивах.
-Капитан, даже я заметил,
что основная версия вашего приезда -
прикрытие. Думаете,
немецкие агенты этого не заметят?
-Возможно, поймут. Поэтому
предпочитаю несколько прикрытий.
Те, кто что-то заподозрит, выяснят,
что, пока вы ловите преступника,
я навожу справки о подполье.
-И решат, что основная цель -
подполье. Умно.
Ладно. А что у нас есть по немецкой
группе, которая разыскивает архивы?
-Немного.
-Это Матфей. Иона.
По словам Самсона, именно
они были отправлены в Одессу
в помощь в поисках архивов.
Они коренные одесситы.
-Негусто. Думаю, нужно
отдать эти портреты милиции.
-Да вы что!
Это секретная информация.
Если немецкие агенты пронюхают,
что их ищут, то...
-Привяжем их к какому-нибудь
преступлению.
Думаю, Степанов должен
с этим помочь.
-Я согласна с Иваном Григорьевичем.
-Хорошо.
Ладно, вы свободны.
Отличная работа!
-Я не понимаю, как Балтика узнал,
что ищет команда Лапина.
-Боюсь, Светка, мы никогда этого
не узнаем. Такие, как Балтика,
умеют в доверие втираться.
Напоил, наверное, этого Лапина,
да тот ему все и рассказал.
-Ваня...
-Да я так, просто.
-Когда же подлость эта человеческая
закончится? Я все никак
привыкнуть не могу.
-Да и не надо привыкать, Свет.
Таких, как Лапин и Балтика, забудут
скоро, а другие будут вечно жить.
И о них будут помнить всегда.
Вот и мы получаем весточки
в изжеванных конвертах
с треугольными штемпелями,
Где сквозь запах армейской кожи,
Сквозь бестолочь,
Слышно то самое,
Самое то, -
Как гудок за полями.
Вот и ты, товарищ красноармеец
музвзвода,
Воду пьешь по утрам
из заболоченных речек.
А поля между нами,
А леса между нами и воды.
Человек ты мой...
Человек ты мой...
Дорогой ты мой человече.
-Кто написал эти стихи?
-Павел Коган. Погиб в 1942-м.
Мальчишка совсем.
-А я больше не пишу стихов.
-Значит, дело Рокотова вел
следователь Щербак. Его теперь
не спросишь. Больше ничего?
-Все документы по Рокотову у вас
на столе, товарищ капитан.
Но по неподтвержденным данным,
он находился в пересылочном лагере,
потом бежал и прибился к партизанам.
-Был в лагере?
Интересно.
Свободны, лейтенант.
О нашем разговоре никому.
-Есть.
-Товарищ капитан,
доставить к вам Рокотова?
-Нет. Слухи к делу не пришьешь.
А потом Светлана Петровна начнет
в Москву звонить. Не для чего.
Приставь к нему людей толковых.
-Сделаю.
-Рокотов, Рокотов...
Провел меня как мальчишку.
Ну ничего, еще не вечер.
В эту игру можно и вдвоем играть.


Серия 3

-Тимофей Данилович, вы дома?
Йось, глянь, где Тимофей Данилович.
-Тетя Лида!
-Слышь, баклан! Ты, ваще,
кто по жизни?
-Дорик, если б ты видел себя со
стороны, подумал, что совсем дурак.
Софийка, опаздываем!
-Я с тобой не закончил, щегол!
Опа!
Чо, фраерок, нарвался?
-Давай!
-А ну, брось!
-Иван Григорьевич, я все понял.
-Ага.
Смотри мне.
Дорик, а ну, стой!
-Ой, да наплюйте, товарищ Рокотов.
Дорик хочет играть в блатного,
но у него нет актерского таланта.
-Я смотрю, у вас тут страсти
бурлят нешуточные.
Привет.
-Здрасте.
-Давно хотел спросить:
почему его не мобилизуют?
-Так у него 3Б. В первые дни
войны под бомбежку попал.
Контузия.
-Ясно.
-Я готова. Здрасте, Иван Григорьевич.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Доброе утро, Светлана Петровна.
-Смотрите на патруль не нарвитесь -
в таком-то виде.
-Да не нарвемся.
-Ну вот понятно теперь,
в чем зерно раздора.
-Да. Я бы даже сказала, яблоко.
Такое молодое, наливное.
Не то что Синий Чулок из прокуратуры.
-Светка... Ну ты чего?
Тебе очень идет синий цвет.
Идем.
-Здравия желаю!
-Здравия желаю.
-Доброе утро.
-Доброе утро, Светлана Петровна.
-Если день начинается со встречи
с вами, вряд ли он будет добрым.
-Совершенно правы. Только что
сообщили об убийстве горвоенкома,
полковника Лапко.
Вот адрес.
-Ясно.
-Светлана Петровна, отойдемте.
По материалам ОШСБ, ваш муж
был в плену у немцев.
Он ничего вам не говорил?
-Этого не было. Я ему верю.
-Вера - это прекрасно,
но факты - упрямая вещь.
Не мне вам об этом говорить,
Светлана Петровна.
Я сделал запрос в Москву
и Харьков. И они пока
не опровергли имеющиеся у них данные.
Я, конечно, понимаю...
Иван Рокотов, боец ОШСБ,
свою вину искупил, но...
вопрос остается. И хорошо,
если вы мне поможете.
Это в наших общих интересах.
Ведь я ради вас пошел
на должностное преступление...
надев на него форму майора юстиции.
-Ради меня?
Или ради нашего общего дела?
Без Ивана мы не нашли бы "Энигму".
-Кстати, о деле. Вы мне
не одолжите вашего водителя?
А то мне нужно много где побывать.
А мой водитель совершенно
города не знает.
-Да пожалуйста.
Григорий Иванович у нас
в этом смысле талант.
-Мне говорили за нашу милицию,
что катафалки ездят быстрее.
Но я был дурак и не верил.
-Давайте по делу.
Шо трапылось?
-Трапылось. Еще как трапылось!
Я ходил на привоз сделать базар.
Вернулся - а он шурует в доме.
-Кто?
-Шо, я знаю? Дверь закрыта,
как и была. Но в доме-то
кто-то ходит.
Вы спросите его сами,
потому что я боюсь.
-Пойдем посмотрим.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Да бросай ты ее!
-Да на фига?
Шухер!
-Руки в гору!
ВСКРИКИВАЕТ
-Бежим!
-Стоять!
-Стреляй!
-Пошел!
-Отпусти меня.
-Ну что скажешь?
Про ритуальное убийство я,
конечно, слышала, но это было
еще до революции.
-Да брось ты. Все это придумали,
чтобы оправдать еврейские погромы.
А тут убийца распял военкома.
Зачем?
-Свидетели что говорят?
-В том-то и дело, что ничего.
Домработница в истерике.
Единственное, что удалось у нее
узнать, - пропали ценные вещи.
Парнишка, что с ней был,
вообще в доме впервые.
Да... Давай пока распятие запишем
в загадки. Попытаемся понять,
как убийца попал в дом.
-Сейчас тепло - через окно.
-В этой комнате - да.
Следов на подоконнике нет.
И смотри, стул лежит так,
будто... Лапко резко вскочил,
опрокинул его, увидев убийцу.
-А в других комнатах окна закрыты.
-В прихожей форточка чуть приоткрыта.
-Значит, наш убийца был маленький
и щуплый. Он залез в форточку
в прихожей, там оставил маленький
след. Так?
-Так - да не так.
Здесь не меньше десяти колотых
ран, и все очень глубокие.
-Но наш убийца мог быть сильным.
Или ненависть к Лапко
придала ему сил?
-Да... все удары наносились
снизу вверх...
в область живота и груди.
Вот, видишь,
воротник порван?
Как будто убийца держал
его сверху за воротник
и наносил удары.
-Следовательно, наш убийца должен
быть высоким и сильным. Он не может
быть маленьким и щуплым.
-Но высокий силач не пролез бы
в форточку.
-Получается, что...
ВМЕСТЕ: ...убийц было несколько.
-Медэксперт дал заключение
о времени смерти?
-Приблизительно вчера
в восемь-девять вечера.
-Получается, соседи еще не спали
и могли видеть убийц.
-Или слышать шум борьбы.
А мотив?
-Мотив...
Здесь мы опять упираемся в распятие.
Личная ненависть?
-Сейф был вскрыт, и все
содержимое пропало.
-Как и все ценные вещи.
Ограбление? Тогда зачем распятие?
-Товарищ майор юстиции, разрешите?
-Что с вами, товарищ капитан?
-А... я к вам прямо с задержания.
Сообщили, что убит военком,
а я лично знал Тимофея Даниловича.
-Соболезнуем.
-Мы с Тимофеем Даниловичем
до войны в одном дворе жили.
Он здоровым мужиком был. Я его
лично знаю. Никакие уголовники
с ним не справились бы. Это
диверсанты, я вам точно говорю.
Нам на политзанятиях говорили,
что они пытаются мобилизацию сорвать.
-Что, среди одесских
уголовников нет сильных мужиков?
-Да есть, конечно. Но чтобы
вот так залезть в дом военкома...
-Интересно, что Тимофей Данилович
мог в сейфе еще хранить,
помимо документов.
-Не знаю. Мы об этом никогда
не разговаривали. Он скрытный человек
был, и, кстати, врагов у него
не было.
-Вы хотите сказать,
что горвоенкома все любили?
-Никак нет. Просто он никогда
не сходился ни с кем настолько,
чтобы его можно было
любить или ненавидеть.
-Товарищ майор, нужно соседей
опросить. Начните с домработницы.
Может, она уже пришла в себя.
Выполнять.
-Есть!
-Скажите, товарищ капитан, вы знакомы
с его домработницей? Как ее зовут?
-Лида Знаменская.
Я ее неплохо знаю.
-Неплохо?
-Так точно.
-А ну-ка, дай!
-Это тебя не касается!
Руки прибери, пока не повыдергивал!
Что таращишься, как камбала
на солнце? Моисей Львович попросил
нарыть немного ткани. Я нарыл,
чтобы уважить пожилого человека.
-И на шо она ему?
-Потому что, Гринь, он портной.
А портные ткань шьют ниточками -
работа у них такая. Дай сюда!
-Дорик, я попросил за вчерашнее
товарища Рокотова тебя не трогать.
Но если ты выкинешь еще какой
фортель...
-Пошел ты!
Мое вам здрасте, Моисей Львович.
-Здравствуйте, Дориус!
Ну что?
Удалось!
-Только если Софочка это наденет,
она будет прозрачная - это скандал.
-Ай вэй!
Как вы думаете, Дориус,
для чего эта ткань?
-Белая - значит, на платье.
-У вашего народа, Дориус, очень
красивые обычаи. До вступления
в брак невеста должна быть прикрыта
несколькими слоями прозрачной
ткани. И откроется она только
перед тем, с кем проведет
остаток жизни.
-Да Софийка никогда в эту штуку
не завернется, потому что она...
комсомолка! И вообще!..
Чо она за этого Гриню выходит?..
-Вы правы. Придерживаться старых
традиций при нынешних порядках
будет трудно.
А идет она за Григория по любви.
Или вы так не думаете?
-Недостоин он ее, вот шо я думаю.
-Дориус, не скажу за остальных,
но я заметил, Дориус,
что вы неровно дышите к Софочке.
Что меня удивляет.
Она ваша сестра.
-Какая она мне сестра?!
Ее отец просто троюродный
брат моей мамы и все.
И вообще, мне это все неинтересно.
-Скажите, Лида, вчера, когда вы
уходили из дома, не заметили...
ничего странного? Может быть...
-Здравствуйте, Лида.
-Здравствуйте.
-Майор юстиции Елагина.
Расскажите нам, у вашего мужа
мог быть мотив, чтобы убить
Тимофея Даниловича?
-Миша? Да нет. А зачем ему?
-Может, он узнал, что его жена...
не только работает
у горвоенкома...
-Он ничего не знал.
-Чего не знал?
-Что мы... с Тимофеем Даниловичем...
-Так, ладно.
Вы тут без меня закончите.
-Останьтесь, товарищ майор.
Докурите спокойно.
-Мы были близки.
-Шире шаг!
Не растягиваться!
-То есть вы сознаетесь,
что изменяли мужу-инвалиду,
Герою Родины?
-Герою? А то, что этот герой
сутками не просыхал и...
Господи!
-Мне все понятно.
-Я вспомнила.
Я вспомнила!
-Что вы вспомнили, Лида?
-Давеча Миша говорил мне о том,
что Митяй Куценко во время
пьянки обмолвился, что зарежет
Тимофея Даниловича. Да, прямо
так и сказал: "Предупреди Лапко".
А я...
А я не поверила. Понимаете,
Митяй, он же... балаболка,
вечно не просыхает! Господи, я...
-Аркадий Глебович, а зачем
вы мне это все показываете?
-А ты не понимаешь? Это протоколы
допросов из нашего архива,
которые затребовал Звягинов!
И везде твоя фамилия!
"Уничтожение комсомольской ячейки
на Пересыпи" - Малышев!
"Раскрытие агента подполья
в комендатуре! Контакт -
товарищ Малышев!"
-Это... это трагическое совпадение.
Мне нечего скрывать.
Я работал в верхнем подполье.
-Ты как объяснишь Звягинову,
что все твои связные попали
в руки румын?!
Ладно, в конце концов,
это не мое дело.
Смерш затребовал эти документы -
и получит их сегодня же.
Свободен!
-Аркадий Глебович...
Они разбираться не станут.
Аркадий Глебович...
я умоляю вас!
А как же сестра ваша,
Зинаида Глебовна?
-А при чем здесь моя сестра?
-А вы что, не знаете, что она...
в оккупации публичный дом содержала?
-Что?!
-А я все эти годы с ней
тесную связь поддерживал.
Так вот, если Смерш за меня
возьмется, то ее имя тоже всплывет!
-Паша, ты... это... Я документы,
где твое имя фигурирует,
попридержу пока. Ты вот что,
давай дома отсидись,
нервишки подлечи. Свободен.
-Да.
-Это было жестоко.
-Зато по делу и эффективно.
-Но ты же ее уничтожила, морально
просто как женщину раздавила.
Почему не дала мне уйти?
-Мирский меня так учил.
Это психология, Ванечка.
Преступника нужно лишить
состояния внутреннего равновесия.
-Да не преступник она!
Она просто женщина, потерявшая
любимого человека.
-Она замужем! Я не собираюсь
ее оправдывать!
Для меня она всего лишь инструмент,
помогающим нам найти убийцу.
-Интересно. И давно это
ты перестала замечать разницу
между простым человеком и ножом
с отпечатками пальцев убийцы?
-А за те года, Ванечка,
пока тебя рядом не было.
Ты знаешь, я чего-то ни разу
не видела, чтобы нож кого-нибудь
предал, или пытал, или убил.
Это всегда делали люди!
Конечно, когда они сидят
в допросной, такие все несчастные,
раскаявшиеся! А когда узнаешь,
что на самом деле они совершили...
-Когда-нибудь это все закончится.
-Когда-нибудь.
Что думаешь о ее рассказе?
-Митяй Куценко - хромой, калека.
Во время оккупации был в Одессе,
обмолвился по пьяни,
что хотел убить
горвоенкома, но, не знаю,
как-то это все сомнительно.
-Пока да.
Но что-то мне подсказывает,
что только пока.
-Все-таки в своем расследовании ты
опираешься не только на психологию,
но и на логику?
-И на интуицию, Ванечка, тоже.
-Ты выбей, дядя!
-Иди сюда!
Где Митяй Куценко живет?
-Вон там!
-Беги.
-Давай, бей!
-А ну, подожди, дай-ка я!
Давай, бей!
-Подожди-ка! Дай-ка я!
СМЕЮТСЯ
-Вот так вот!
МАЛЬЧИШКИ: -Теперь я на воротах!
-Давай-давай!
-Со Смершем давно работаешь?
-Давно.
-И капитана Звягинова знала
до поездки в Одессу?
-А ты о чем, Вань?
-Так...
Ты же знаешь, у меня с этим
ведомством связаны
не лучшие воспоминания.
-Капитана Звягинова знаю
больше полугода. Он у меня три дела
отнял, которые я с нуля распутала.
-Мне показалось, он тебя ценит.
Ну, как опытного сотрудника.
-Да и не только. Служить мне
предлагал под его началом.
Только я лучше на передовую.
Да ты же меня знаешь.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Хозяин!
-Вань!
А вот это уже интересно.
Хромой, калека, алкоголик, по пьяни
грозивший зарезать военкома...
Все еще не убедительно?
-Неожиданный поворот.
Думаешь, это и есть Митяй Куценко?
-Разрешите? Пацаны сказали,
что вы сюда пошли.
-Докладывайте, капитан.
-Вот этот гражданин...
слышал, как Митяй грозился
убить военкома.
Говори.
-Чо говорить?
-Рассказывай!
-Митяй всегда ругался
на товарища Лапко. Словами такими,
что не при женщинах будет сказано.
А вчера ножак вытащил
и как заорет: "Зарежу падлу!"
-В котором часу это было?
-К вечеру. Но светло еще было.
-И за что Митяй грозился
военкома зарезать?
-Ну, извиняйте, я его не спрашивал.
Он же фашистов развлекал!
Не об чем мне с ним разговаривать!
-Будьте добры, скажите,
вот это Митяй, да?
-Точно так. Он до войны в цирке
работал, ножи метал.
А как румыны пришли, значит, тоже.
-А сейчас он где?
-Так грузчиком на складах,
что на Слободке.
Да какой из него грузчик!
Так, хромой и вечно пьяный.
-Иван Григорьевич, я в штаб поеду,
попробую разобраться все-таки,
что Лапко хранил в своем сейфе,
а вы поезжайте-ка на склад.
Найдите этого Митяя - и в УГРО.
-Есть, товарищ командир.
-Товарищ капитан...
-Да?
-Я могу на эту хату рассчитывать,
когда вы Митяя заберете?
-Смотри, чтобы тебя
не забрали, шкура!
ГУЛ МОТОРОВ, ГОЛОСА
ГРОМКОГОВОРИТЕЛЬ:
...под командованием генерала
армии Малиновского во время
наступательных операций
нанесли противнику следующие потери
в живой силе и технике.
Уничтожено самолетов: 157...
-Ой, шо вы скажете своему начальнику?
Шо Гриня Мавродаки - немецкий шпион?
С вас же смеяться будут!
-Так, что случилось?
Это еще кто?
-Задержали нарушителя,
товарищ капитан.
Проник на территорию штаба.
-Товарищ капитан, я проник,
но я не нарушитель.
Я к Софийке, а не в штаб.
-К кому?
-К Софии Ставраки,
она у вас тут служит.
-Разберемся. За мной!
Проходим!
Документы.
За проникновение на территорию
военного штаба вам грозит расстрел.
Так что советую
честно во всем признаться.
Откуда вы знаете
старшего сержанта Ставраки?
Так ты и есть тот самый
таинственный жених!
-Почему таинственный?
За Гриню вся Одесса знает!
-Ну, как видишь, не вся.
Присаживайся.
Ну давай рассказывай, кому я должен
отдать свою лучшую шифровальщицу.
Служил?
-Нет.
Да я раз сто просился
на фронт - не берут.
-Почему? Парень-то вроде крепкий.
-Я технолог хлебопекарни.
Сказали, в тылу нужнее.
-Ну и правильно.
Голодный солдат много не навоюет.
С Софией-то как познакомились?
-Ой, это еще до войны было.
Когда у нее отец погиб,
она к тетке переехала.
Я ее как увидал - обмер!
Ну такой девушки
во всем мире не сыскать!
Да что там в мире! Вот нашу Одессу
пешком пройдешь - не найдешь такую,
как моя Софийка. Теперь мы
и дня друг без друга не можем.
-Держи.
Ну а сюда-то что полез? Ведь не мог
не знать, что тебе за это светит.
-Да мне этот ювелир мозг чайной
ложечкой: "Завтра, завтра..."
Вот - наконец сделал.
И чтоб вы понимали, его тут же хотят
ограбить! Хорошо, что милиция
вовремя приехала.
В общем, не мог я с такой красотой
на руках до вечера ждать.
-Понимаю. Понимаю...
Ладно, сиди здесь.
Только тихо. Угу?
ШУМ ГОРОДА
-Товарищ Рокотов!
Здравия желаю, товарищ майор!
-Здравия желаю,
товарищ капитан-лейтенант.
Какими судьбами здесь?
-Да вот вас увидела. Может, подвезти?
-Благодарю, я уже почти пришел.
Но то, что остановились, - это
хорошо. У меня к вам есть вопросы.
Неофициально.
-Слушаю.
-Что вы мне можете сказать
о капитане Звягинове?
-А почему вы спрашиваете меня
о начальнике вашей группы?
-Ну, во-первых, потому что начальник
моей группы приставил за мной
надзирателя, который прямо
сейчас за нами наблюдает.
Не поворачивайтесь. Во-вторых,
потому что моя жена его невзлюбила,
но ничего об этом мне не говорит.
В-третьих, как мне показалось,
вы его тоже недолюбливаете.
-Он забрал у меня Авдеева.
-И?
Ни за что не поверю,
что вы не навели о нем справок.
-Навела. И, честно говоря,
была удивлена.
Думала, что он крыса тыловая,
а он с 1941-го воюет.
Сперва в разведке,
16 ходок за линию фронта,
два тяжелых ранения.
С 1943-го в Смерше.
И тоже бОльшую часть времени
провел на передовой.
-Надо же, столько заслуг -
и до сих пор капитан...
-Звягинов принципиален
и не сдержан в выражениях.
Говорят, что он нагрубил какому-то
генералу, хотя, думаю, это сказки.
Но вообще в контрразведке
его уважают.
-Понятно. Теперь я буду знать,
с кем имею дело. Благодарю.
-Всего хорошего, товарищ майор.
-И вам. До свидания.
-До свидания.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Поехали.
-Я с вас удивляюсь,
товарищ полковник.
Ну никогда же такого не было,
шоб вы напились так,
шоб не поняли даже,
где забыли свою трость.
Валентин Александрович, шо случилось?
-Случилось, Софийка, случилось.
Помоги. Ой!..
НАСВИСТЫВАЕТ
В 1941-м был у нас комполка,
товарищ Береговой.
Кавалерист, лично людей в атаку
водил. А меня это бесило!
Не может командир махать шашкой
наголо, он должен боем руководить.
Однажды мы с ним поругались.
Наговорили такого,
что вспоминать тошно.
И через час он погиб.
Меня назначили комполка,
а через неделю немцы так вдарили
по нашим позициям, что бойцы
растерялись, началась паника.
И тут я вспомнил Берегового.
И лично поднял людей в атаку.
Я же не кавалерист,
я штабная крыса.
Ну вот, с тех пор, виня себя в смерти
Берегового, я и напиваюсь вдрызг.
Да и думаю: а что было бы,
если бы судьба меня с ним не свела?
Был бы жив.
-Не говорите так.
-Здравия желаю, товарищ полковник!
-Здорово!
-София, вы с ума сошли?
Почему на территории военного объекта
посторонний? Жених ваш сумасшедший!
Его же застрелить могли!
-Виновата.
-"Виновата"! Иди исправляй ситуацию.
Товарищ полковник!
-Гриня!
Ты шо?! Ты шо, совсем дурак, шо ли?!
Ты не понимаешь, шо здесь
военный объект?! Тебя вообще
застрелить могли!
Это мне?
-Тебе.
-Какая прелесть!
-Завидую я вам, ребята.
-Куда прешь?! Шоб тебе повылазило!
-Да я ж...
-Да разве ж это грузчики?
Вот кто был до войны
одесский грузчик? Человечище!
Рост, руки, плечи!
Перекидать пять тонн за смену -
раз плюнуть! А сейчас!..
Если не хромой - так кривой!
И все пьяные.
-Да? А чего ж так?
-Да всех мобилизуют.
А кто под мобилизацию не попадает,
те к нам. А у нас тут!..
-Осип Иванович! Да что же это?!
Ну кто вот это вот выписывал?!
-Не ори!
Товарищ, может быть, вы дальше сами?
Здесь вот за стеллажами,
там на стене цифра 3 написана.
-Добро.
-Пошли!
-Как Митяя Куценко найти?
-Да бес его знает.
Может, на "шестерке", а может,
на "девятке".
-Ты будешь молчать, тварь, ты понял?!
-Не пугай - пуганый.
-Прекратить!
Ты как?
-Порядок.
Оставьте их, товарищ майор!
Они вроде... хлопцы неплохие,
дурные только.
Хотели инструмент спереть
да на привозе толкнуть.
Только не подумали, что там
сдадут сразу с потрохами.
Вы их, можно сказать,
от тюрьмы спасли. Ой!
-Ранение?
-Да. Подо Ржевом.
-Да, слышал я.
Жарко там было.
-Там было не жарко.
Там было...
Вы знаете, как выглядит ад,
товарищ майор? Горы трупов.
В три ряда. Черви кишат. Запах...
Запах...
-Да ладно. Что ты все
"майор, майор"...
Не на службе ведь. Рокотов Иван.
-Михаил Знаменский.
-Знаменский. Подожди...
Лида Знаменская, домработница
горвоенкома...
-Да. Жена моя Лидочка.
А что случилось?
-Да с ней-то все в порядке.
Вот чего не скажешь о товарище Лапко.
-Что такое?
-Убили его.
-Матерь Божья!
-Вы говорили Лиде о том, что Митяй
Куценко грозился убить горвоенкома?
-Да... Да он...
По пьяни взболтнул что-то,
товарищ майор... Иван.
Митяй - он же как выпьет, так
и болтает всякое. Но он никогда...
-Знаешь, где найти его?
-Пойдемте - покажу.
Ой черти!
-Здорово!
-Здорово, Павлунь.
Я уж не думал, что когда-нибудь
свидимся. Чо хотел?
-Дело есть.
-Какие могут быть дела
с красноперыми? Ты чо, Павлунь?
-Да ладно, Швец. Не чужие же люди.
Вместе фашистов били.
-Ты чо, Павлуня! Ты чо? Ты меня
на румынский конвой наводил,
а потом долю требовал для красного
подполья. Мы с Малым под пули
ходили, а ты денежки считал.
Это не значит, что мы там кого-то
вместе били. Ты понял?
-Но ведь хорошо же получалось.
Нож убери.
-Ты говори, чо хотел.
Некогда мне здесь с тобой загорать.
-Есть один московский штымп.
Недавно в Одессу приехал.
Надо его кончить по-тихому.
-Кто такой?
-Капитан Смерша.
-Гляди, Малой, красноперые
друг друга мочить начали.
И опять хотят всю гадость
нашими руками обстряпать.
Хочешь как раньше? Хорошо.
Хорошо. Из Киева идет
продконвой для госпиталей.
Скажешь, где, когда и сколько охраны.
Тогда и поговорим про твоего
красноперого капитана.
Но, Павлуня, не дай бог, не дай бог
ты меня обманешь - твой красноперый
узнает и про твои дела с румынами,
и как ты хотел его замочить.
Ты меня понял, фраерок?
Пойдем, Малый.
Давай. Жду весточки.
-И тебе не хворать.
-Вот он. Посмотрите на него.
Ну кого ему убивать?
Вчера как нажрался, так до сих пор
и не протрезвел. Вставай,
горе луковое!
Просыпайся, говорю, Митяй!
-А?
-Пришли за тобой.
-Товарищ Куценко?
-Так... ты?..
-Фамилия, имя, отчество?
-Горенко Сан Саныч.
-Саша, значит.
-Сама ты Саша.
Я Сан Саныч.
-А я Лена.
-Да мне побоку.
-Товарищ майор юстиции!
-Сидите, товарищ младший лейтенант.
Продолжайте. Я здесь понаблюдаю.
-Кто тебя надоумил залезть в лавку
ювелира? Твой приятель?
-Какая лавка? Какой приятель?
-Не валяй дурака.
Ты со своим другом совершил кражу.
Пойдешь за это в тюрьму.
А он будет гулять на свободе.
Ты почему рисковал собой,
помог ему бежать? Боишься его?
-Ничего я не боюсь.
-Конечно, не боится.
Ему же... башку забили этой
воровской романтикой.
Что своих не сдают. Так?
-Мильтонские сказки. Слыхали.
-Сказки, говоришь?
Это дружок твой будет вкусно есть,
сладко спать на мягкой перине
и рассказывать своим дружкам
и подружкам сказочку о некоем
Сашке-дурачке, который вместо него
срок мотает и спит на жестких нарах.
Товарищ младший лейтенант, в камеру
его. Пусть подумает о воровских
законах, о дружбе.
Ну и вообще о жизни.
-Странная это группа, Аркадий.
Вроде бы вместе, на самом деле - нет.
Елагина очень не любит Звягинова
и просто ищет повод, чтобы сделать
ему нехорошо.
-Меня разборки их не интересуют.
Должны выяснить, зачем они
приперлись, дать им, что они
хотят, и проводить обратно в Москву.
Причем чтобы никто, никто
из наших людей не пострадал.
-Я понял.
-Леша мне сделал предложение.
В 42-м.
На нашей подземной базе в Киеве.
Ночью, при свете свечи.
-Почему же ты ему отказала?
-Немцы хозяйничали в Киеве. Какая уж
тут любовь, Светлана Петровна?
-Ой, Ленка... Любовь никогда
не приходит не вовремя.
-О, Свет, здесь уже? Хорошо.
Давай, садись.
Есть о чем поговорить.
Вот.
-Это, я так понимаю, Митяй Куценко
собственной персоной?
Правда, на афишах вы выглядели
гораздо лучше. Ну рассказывайте,
за что вы убили горвоенкома.
Нам многие подтвердили,
что вы грозились его убить.
Я так понимаю, что орудие
убийства тоже при вас.
-Да никакое это не орудие.
Это мой нож! Я им свинью резал,
соседи попросили.
Кусок мяса дали за спасибо.
-Мясо где?
-На водку выменял.
-Куда вы дели документы
из сейфа Лапко?
-Документы?
-Да. В военкомате рассказали,
что мобилизационные списки он хранил
в своем сейфе. Не все, конечно,
но некоторые.
-Какие?
-Он был не очень откровенен со своими
подчиненными. Ну что, Куценко?
Будем сознаваться?
-Ой, красава, а!
Под убийство подвести не можешь -
так в шпионы рядишь?
Да вам же на человека плевать -
лишь бы в тюрьму засадить.
-Я надеюсь, соседи подтвердят, что
этим ножом ты именно свинью зарезал.
-Конечно.
-А вот доказать,
что не ты Лапко убил, с учетом
твоих угроз, будет достаточно сложно.
Так что в твоих интересах помочь
и себе, и нам.
Давай-ка подумай, кто мог убить.
-Да кто угодно! Военком,
прости господи, редкостной
гнидой был. Кое-что я видел.
Румыны цирк любили. На каждом
представлении полный зал.
Все культурно, без толкотни.
Господа в ложах, дамам лучшие места.
Было несколько лож для важных персон.
Так вот, был там один мужик,
высокий, подтянутый,
все время в дорогом костюме.
То он с градоначальником рядом
сидел, то с начальником полиции.
-Ну, и что?
-А то! Видел я его
возле дома Лапко!
-Красота какая! Тебе жених подарил?
-Ага.
-Ой, а предложение он тебе
уже сделал?
-Нет пока.
-Значит, скоро сделает.
Я слышала, раньше была традиция
помолвочные кольца дарить
перед свадьбой.
-А как же товарищ Крепкий?
-Да что товарищ Крепкий?!
-Смирно!
-Вольно.
-Вольно!
-Хватит языками чесать. Расшифровка
вчерашнего радиоперехвата готова?
Бардак!
Доведете меня. Уйду я от вас!
В другую часть уйду!
-Пропадете вы без нас, товарищ
полковник. Я смотрю, таки тросточку
нашли?
-Разговорчики!
Ладно.
Как освободишься, зайди ко мне.
-Ну что, готово?
-Ну вот.
-Ну что, теперь этот человек похож
на того, кого вы видели
возле дома Лапко?
-Да это вообще на кого-нибудь похоже?
Это же пугало какое-то.
Нет, ну я ему говорил: нос широкий,
чуть сплюснутый. Он же какой-то
утиный клюв нарисовал. Борода
нечесана. Помело какое-то!
-Что ты мне сказал, то я и нарисовал!
-Да откуда ты знаешь, как рисовать,
когда тебя в первый же год
из художественной школы поперли?
Нет у тебя талантов к рисованию!
-Что?!
-Так, все, хватит.
Уведите заключенного.
-Руки!
Пошел.
-Да елки-моталки! А ну!
Степаныч! Открывай!
Сколько можно ждать?
-Тихо! Чего буяните?
-Петрович, да 40 минут стоим.
Сейчас все из магазина вынесут -
и на кой нам эти деньги?
-Да погоди.
Степаныч! Ты там заснул или где?
-Что там?..
-Вскрывай дверь.
-Чо?
-Бегом!
-Понял.
-Проходи, проходи вперед...
-Что там?
-Петрович! Как же так? Мы же
все время за дверью стояли.
Как же так?
-Беги в контору, там телефон.
Вызывай милицию!
-Ага!


Серия 4

-На стуле головой к выходу
обнаружено тело мужчины.
Записал?
-Записал.
-Пиши дальше. На животе и нижней
части груди многочисленные
ножевые ранения.
Записал?
-Записал.
-Хорошо.
-Ключи? Так ни у кого не хранятся.
Их еще прежний кладовщик посеял,
а новые так и не сподобились сделать.
-То есть дверь все время открыта,
получается, по-вашему?
-Наоборот - закрыта.
Ею не пользуется вообще никто.
Вона! Засов приделали, закрыли
и забыли, что она тута есть.
-При румынах что здесь было?
-Ну а я знаю?
-Ясно.
-Спасибо. Вы свободны.
Приблизительно в 16:20 приезжает
кассир с инкассаторами,
привозит деньги. Они проходят
через центральную дверь.
Рабочие их видят,
выстраиваются в очередь.
И минут через 40 бригадир заглянул
в замочную скважину, увидел
тело и приказал выбить дверь.
-Да. Убийцы зашли через черный вход.
-Который был закрыт.
-Да. Конечно, был закрыт на засов.
-Думаешь?
-Таких совпадений просто
не может быть.
Так же как и в доме Лапко,
убийц было несколько. Так же как
и там, их никто не заметил.
Да и по характеру ранений...
И Лапко, и кладовщик были убиты
одинаково. Так что я уверен:
человек небольшого роста пролез
в форточку и открыл засов
своим подельникам.
-Да. Но Лида сказала, что из дома
Лапко были похищены
все ценные вещи. Неужели
ты думаешь, что преступники,
сорвав такой куш, пошли
сразу на второе дело?
-Согласен, что-то не складывается.
Но уверен, мы зацепились за ниточку.
-Ну не знаю. А пропажа
мобилизационных списков
из дома Лапко? А этот человек
из немецкой администрации,
которого увидел Куценко?
-А, пьяница. Митяй Куценко
мог что-то и перепутать.
Вот мобилизационные списки
в доме Лапко - это интересно:
какие именно Лапко хранил
у себя дома. Но сейчас у нас
главная зацепка вот - форточник.
-Все наши зацепки рушатся.
Распятое тело Лапко - ни бандиты,
ни диверсанты не пошли бы на такое.
-Да...
-Нужно поговорить со Степановым.
Возможно, он вспомнит
что-то подобное из довоенных дел.
-Перед самой войной в Одессе
прогремел такой себе Швец.
Почты грабил, магазины. Вот таким же
вот образом - днем, внаглую.
В зале полно народу,
а он по подсобкам шурует.
Или кассира перехватит на черном
ходе. Тогда мы близко к нему
подобрались. Но тут война.
-И что этот Швец делал
во время оккупации?
-Да уж точно не добровольцем
на фронт пошел.
Думаю, с румынами сотрудничал.
А сейчас за старое взялся.
-Товарищ капитан, вы сейчас идите
по всем этим рынкам, злачным местам,
скупщикам краденого... В общем,
вам лучше знать. Иван Григорьевич,
дайте мне список вещей,
похищенных из дома Лапко.
Поспрашивайте. Может, что-нибудь
где-нибудь всплывет.
Ну и за этого Швеца тоже.
-Есть!
-Иван... найди Бланка, спроси у него,
что он знает об этом Швеце.
Ну что он делал в оккупации,
связан ли он с румынами...
Это очень свяжет нашу версию.
-Если Куценко ничего не перепутал,
человек, которого он видел,
может быть связан с бандой Швеца,
поэтому мобилизационные списки
они могли взять для него,
а ценные вещи оставить себе.
-Угу. Мы же знаем, что румыны часто
сотрудничали с уголовниками.
Товарищи, заканчивайте здесь без нас.
-Есть!
-Яков Иосифович!
-Ой, доброго здоровья, товарищ майор!
-И вам доброго.
-Забегал сегодня к вам повидаться,
узнать, как устроились,
может, помочь чем-то. А Афина
Феодоровна сказала, что вы
встали с утра и отбыли
в неизвестном направлении.
-Служба, что поделать.
Устроились хорошо,
благодарю.
Я к вам по делу.
-Чем могу?
-Был до войны в Одессе
такой налетчик - Швец,
грабил почты, магазины...
-Витька!
-Вы его знаете?
-До войны не знал, но много слышал.
О нем многие слышали.
Шумный дюже был. Все слышали.
А в 1943-м... познакомились.
И скажу вам, знакомство было
не очень приятным.
1943-й начался паршиво.
Один за другим провалились
три наших связных.
Я вышел из катакомб, чтобы
встретиться с осведомителем.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА ФОНОМ
Встреча была назначена в подсобке
ресторанчика Карапета.
Но не знал, что уже и связной
был завербован Сигуранцей.
-И как он там оказался?
Грабить полез?
-Чтобы да - таки нет. Мы, конечно,
одолжили продукты у Карапета.
Он до сих пор вспоминает за них.
Нет. Витя пришел,
чтобы прикрыть меня.
Да. Люди его попросили.
-Знаю, что уголовники ненавидели
красное подполье,
притом сотрудничали часто с румынами.
-Люди всякое говорят. Но вот что
я вам сейчас скажу.
И повторите это в прокурорских
кабинетах.
Воры вели свою войну. Нас они
презирали, конечно, как и раньше.
Но фашистов били так,
что поучиться у них надо.
Верите?
-Верю.
В Харькове с такими работал. Но ведь
старые заслуги новых преступлений
не оправдывают.
Как Швеца найти, подскажете?
-А что он натворил?
-Яков Иосифович, ну не могу
я вам это сказать.
-Что у вас за работа? Тайны, тайны.
Я, конечно, вам помочь не могу.
Но я знаю, кто поможет.
Пойдемте.
-Ну что? Видел из них кого-нибудь?
-Нет.
-Ладно.
А над моим предложением подумал?
-А ты меня точно отпустишь,
если я сдам Веньку?
-Да.
-Ой, извините.
-Входите, товарищ младший лейтенант.
Ну, брат, "отпустишь" - это
ты загнул.
Ты же милиционера ранил.
Это очень серьезно.
Да, товарищ младший лейтенант?
Ну вот если расскажешь мне, кто
из шпаны работает с налетчиками...
замолвлю за тебя словечко.
-Твое дело пока что у меня.
Никто о нем не знает.
Поможешь товарищу майору...
подумаем.
-Угу.
-Ну я могу поговорить с пацанами.
Но как я это сделаю, если я тут
сижу?
-Ну давай прогуляемся.
Познакомишь меня со своими друзьями.
Под мою ответственность.
ИГРАЕТ ПАТЕФОН
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
-Ты сейчас мне достучишься!
Я сейчас тебя!..
Сволочь!
-Паша, я вам не раз говорил, что
пить с утра - это плохая примета.
Иван Григорьевич, познакомьтесь.
Этот пьяный шлемазл
на самом деле личный помощник
первого секретаря горкома партии.
В это, конечно, трудно поверить.
Но вы уж постарайтесь.
-Проходите...
товарищи.
-У-у-у... Вот это да.
Паш, что случилось?
-Капитан Звягинов запросил
документы из нашего архива.
Товарищ Тихонович приказал мне
проконтролировать выдачу.
Я заглянул. И...
Мирон... Гладышев...
Кононенко...
Яков Иосифович... Вы их помните?
Как живые.
Извините, товарищи, я сейчас.
ТАНЦЕВАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
ИЗ ПАТЕФОНА
-Да...
Паша был в верхнем подполье. Так
называли тех, кто остался в городе.
На нем была связь и обеспечение
нижнего подполья.
Это те, кто сидели в катакомбах.
Он три года ходил по краю.
И ни разу не споткнулся.
Когда в город вошли наши...
он сломался.
Вот теперь он стал таким.
-Чем могу помочь, Яков Иосифович?
-Паша, нам нужен Швец.
Как можно быстрее.
Ты ведь имел с ним дело?
-Швец...
Сволочь.
-Даже не думай. Я тебе не лейтенант
Воробушкина.
Вмиг ногу прострелю.
-Врешь!
-Давай не будем проверять.
Скажи лучше, далеко эти катакомбы?
-Нет, вон там.
-Ты там был?
-Конечно, до войны еще.
-Представить сложно,
как там люди жили.
Без солнца, без воды, в сырости.
-Жили и жили.
-Тебе все равно, что люди
лишения терпели, чтоб тебя,
дурака, от фашистов спасти?
-Не так они уж и спасали.
Один раз полицая зарезали,
так румыны потом...
-Это твои знакомые?
-Не-а. Линять надо.
-Попалась, цыпа!
Лови!
Да не трепыхайся ты!
-Лови!
О, наша птичка с трофеями летает!
-Держи ей ноги!
Да не трепыхайся!
-Отпустите ее!
-Ты чо, щенок, рамсы попутал?
А ну, щенок, брось ствол!
-Тихо... Тихо-тихо...
Давай сюда.
-Товарищи в катакомбах считали,
что Швец свой.
Но я-то знаю точно, что его еще
в 1942-м завербовали румыны.
Провал комсомольской ячейки
в Пересыпи - это его рук дело.
-Как найти его, знаете?
-Знаю его старую точку.
Если он еще ею пользуется,
то может получиться.
-Ну попытка не пытка.
Давайте попробуем.
Телефон у вас есть?
-В соседней комнате.
А тебе зачем, майор?
-Вызову подкрепление.
-Швец как зверь. Чует.
Как бы не сорвалось.
-Ничего.
Мы вызовем опытных людей.
-Держи.
-Спасибо.
И откуда у тебя такая страсть
к этим деревяшкам с гвоздями?
Лена говорит, ты этому лейтенанту
тоже такой штуковиной
ногу пробил.
-Хм, да их везде полно.
Все же разрушено. В древности жил
такой мужик - Ярджишка.
И он поднял бунт против буржуев.
У него была своя армия,
но не было оружия. И он приказал
взять тяжелые молотилки
для зерна и вбить в них гвозди.
Они этими штуками даже
рыцарские шлемы пробивали.
-Откуда ты это знаешь?
-Виктор Моисеевич, историк...
со школы. Интересно рассказывал.
Я бы хотел жить в древности.
-И что бы ты там делал?
-Как - что? Грабил бы буржуев,
баронов всяких и отдавал бы бедным.
-Как Робин Гуд?
-А это кто?
Ты меня обратно ментам сдашь?
-Нет.
Если ты пообещаешь больше
не воровать.
-А как жить-то?
-Честно.
Другие же как-то живут.
И ты попробуй.
-Негусто.
Это точно все? Больше ничего?
-Так точно.
Все сотрудники горкома, бывшие
в подполье. Ни с кем из них
Тихонович близко не общается.
Исключительно по службе.
-И все-таки что-то он скрывает.
-Кхм-кхм.
-Что-то еще?
-Так точно.
Прибыли материалы из Харькова
касательно Рокотова.
-Так чего ты молчишь?
Давай их скорее!
Ничего себе... поворот.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Вот. Вот это место.
Дальше я один пойду.
Если сразу не выйду,
то действуйте.
-Ясно.
-За лодками можно вплотную подойти.
Только аккуратнее. Швец как зверь.
Чует.
Я пошел.
-Оружие есть?
-Есть.
-Иван Григорьевич...
-Да?
-Не нравится мне все это.
-И мне не нравится.
Но иначе нам Швеца не взять.
Так, ты с людьми по периметру,
а мы ко входу.
-Слушаюсь.
-Идемте.
ШУМ
-Здорово, Павлуня!
-Здорово...
Швец.
-А ты шо так быстро вернулся?
-Так все нормально.
-Ты что, сучоныш,
сдать меня хочешь?
Ты чо, я ж тебя порежу.
Вень, а ну, глянь.
Ты что, Павлуня? Ты забыл,
что мне есть что рассказать
твоим друзьям-красноперым?
-Пушку на землю!
-Это что за кипеж?!
-Руки!
Этого зачем? Он живым нам нужен был!
-Я же говорил, аккуратнее надо
подходить.
Они вас заметили.
-Извини, Яков Иосифович.
-Ничего, Иван Григорьевич.
Хотя бы одного да взяли.
-Спокойно! Не дергайся!
Руки!
-Я не понимаю, как он с такими
нервами в подполье был.
-Тогда он был другим.
-Не дергайся!
-Мы все были другими.
Человек, которого застрелили,
спас меня от румына.
Это он был у Карапета вместе
со Швецом.
-Тогда спас. А сегодня он бы вас
убил.
-Да. Но сегодня вы меня спасли,
Иван Григорьевич.
Теперь я ваш должник.
Не люблю быть должным.
-Да бросьте.
-Опасайтесь Тихоновича, Иван.
Он человек неплохой...
но очень любит власть.
Рвется наверх... а там никто
не поступает по чести.
-Теперь расследование вести.
-При чем здесь я?
Мы с ним даже незнакомы.
-Я сам не знаю, в чем тут дело.
Но он очень не хочет видеть
вас в Одессе.
Ему не дотянуться до Смерша,
но у него достаточно связей
испортить жизнь вам... и вашей жене.
-Спасибо, Яков.
-Ведите его!
-Давай двигай!
-Иван Григорьевич, мы готовы.
-Хорошо.
Поехали в отделение.
-Спокойно, спокойно!
-Ну и кто это?
-Он из банды Швеца.
-Единственный, кто выжил.
-Швец мертв?
-Рассказывай.
-Что рассказывать?
-Фамилия, имя, отчество,
год рождения.
-Спасский Вениамин Викторович,
1926-й.
-Веня, значит?
-Это он был у ювелира.
В форточку ушел.
-Так вот, товарищ
младший лейтенант,
мы у вас его забираем.
Теперь это дело военной
прокуратуры. Очень уж я не люблю,
когда в свои поганые делишки
вмешивают несовершеннолетних.
Встать!
-Так Сан Саныч сам меня на ювелирку
навел! Там не было никаких военных!
За что прокуратура?!
-За убийство горвоенкома Лапко.
Или хочешь сказать, что в форточку
к нему не ты залезал?
-Давай рассказывай про ограбление
на автобазе. Правду говори!
-Да я им только ворота открыл.
Над дверью черного входа форточка
была. Я залез, открыл, закрыл и ушел.
Мы всегда так делали. Я в форточку
лазил, а они - все остальное.
А никакого военкома я не знаю.
Зачем Швецу военком? Что с него
взять?! Не надо меня в прокуратуру.
-Хорошо. Ювелирку на себя возьмешь.
Ты там один был, ясно?
-Светлана Петровна, а Степанов?
-А со Степановым я поговорю сама.
Кстати, где он?
-Еще не возвращался.
-И, пожалуйста, товарищ младший
лейтенант, уберите из дела мальчика.
Его там не было. Ясно?
-Я поняла.
-Спасибо.
-Пошли.
-Свет...
-Ваня.
-И чем тебе этот мальчишка так важен?
-Я показала ему портреты диверсантов,
присланные из Москвы в Одессу.
И он одного из них узнал. Кажется.
Ну и вообще он нам может пригодиться.
-Знаешь, Светка, мне кажется,
ты сильно изменилась за эти годы.
А иногда мне кажется... все та же.
Бежишь расследовать эти версии,
о себе не думая.
-Я думаю, Вань. И о себе думаю,
и о тебе. Но сейчас я должна думать
о деле. Ты же понимаешь, что он
не был в доме Лапко. Ты видел,
какой у него размер ноги?
-Да, видел. Там след маленький был,
а здесь 45-й растоптанный.
-Ты понимаешь, нам нужен кто-то
из местных, кому могли бы доверять.
-Похоже, есть такой. Бланк.
Он мне сказал, что Тихонович нас
хочет из города убрать. Притом сам
сказал. Я его об этом не спрашивал.
-То есть Бланку ты доверяешь?
-Бланк - жук хитрый, но, похоже,
руководство свое ненавидит и хорошо
разбирается в обстановке в городе.
-Хорошо. Но я все равно пробью его
по своим каналам.
Погуляли с Сан Санычем по берегу.
Там так красиво! Этих не встретили,
его друзей. Вот и все.
-Все. Света, да ты все равно
не должна была идти одна,
без сопровождения. Если бы он тебя
в засаду завел?
-Если бы я взяла с собой роту
автоматчиков, он бы мне
просто не поверил.
Ваня, перестань.
-Это что?
-Ничего.
-Светка...
что между нами происходит? Ты мне
постоянно что-то недоговариваешь.
-Потому что я знаю,
как ты на это реагируешь.
Попалась нам пара хулиганов.
Мы дали им отбой. Сан Саныч меня...
отбил. Да ерунда.
-Ерунда?
А если бы с тобой случилось что?!
Ты обо мне подумала?!
-Ваня...
-Перестань!
СВЕТЛАНА: Сумерки вяжут смиренно
Осени зыбкой панно.
Там, за уютной таверной,
Стелет туман полотно.
Гулко бормочут трамваи,
Плачут дождем витражи.
Кто-то преграды ломает,
Кто-то - свои миражи.
Кто-то в мирах заблудился,
Ищет родное плечо.
Кто-то впервые влюбился
Так горячо, горячо.
Ну хватит дуться, Рокотов.
Пошли спать.
Прости меня.
-Я так и не спросил тебя:
почему стихи перестала писать?
-Да потому что война, Вань.
Потому что я думала, что ты погиб.
Потому...
Какие тут могут быть стихи?
-О любви, о вере,
о надежде в будущее.
-О боли, о страданиях.
О разбитых мечтах.
Не хочу.
Пошли спать.
Что случилось?
-Степанов пропал. На службу
не явился, дома его нет, и никто
не видел. Его вчера отправили
по барыгам узнать, не всплывали ли
вещи из дома военкома. Я переживаю.
Понимаете, какая там публика?
-Понимаем. Но если Степанов
пропал, работая по нашему делу, то...
-Значит, он что-то обнаружил.
Света, поезжай в прокуратуру,
а мы с Григорием Ивановичем
попытаемся его найти.
-Хорошо.
-Есть предположения,
куда он мог пойти?
-Есть одна квартира.
Он ее использовал для встреч
с осведомителями. И с любовницей.
Я случайно узнала.
-Адрес?
-Пролетарский переулок, 5, кв. 1.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да.
-Здравия желаю, товарищ капитан!
Я слышала, вы меня искали.
-Проходите.
-У меня очень мало времени.
-И тем не менее. Пришли
материалы из Харькова.
Тут много чего. Но вам
будет интересно...
...вот это.
-Анонимка? Ваши коллеги отправили
Ивана в ОШСБ на основе анонимки,
в которой говорится,
что он был в концлагере?
-Нет-нет. Анонимка только
послужила поводом для задержания
и расследования. Следователь
установил, что в концлагере
Рокотов не был и не мог быть, но...
-Что "но"?
-Главной военной прокуратуре
ничего неизвестно о задании Рокотова
в Харькове и о его судьбе
после отступления из Киева.
-Но это ответ не из Главной военной
прокуратуры, а из секретариата
Смерша. Если вы хотите что-то
доказать, потрудитесь найти оригиналы
ответов из Главной
военной прокуратуры.
-Я думаю, этот ответ
мы скоро получим.
-Вам-то это зачем?
-Я изучил дело вашего мужа
и должен признаться - приятно
удивлен. Опытный следователь,
принципиальный человек, не боящийся
сказать негодяю в лицо все,
что он думает.
Нам бы подошел такой человек.
-Даже не думайте.
-Ну что, Григорий Иванович,
как думаешь, где тут окна
первой квартиры?
-Вот эти, зашторенные.
К гадалке не ходи.
-Думаешь?
-Я всегда думаю.
-Значит, не любит у нас
Степанов солнечного света.
Ты давай здесь подожди.
Может, из окна сиганет кто.
-Встретим как полагается,
Иван Григорьевич.
Хлопцы, подсобите! Козлы
вот под то окно поставить.
-Чего не помочь-то, служивый?
-О!
-Откройте. Военная прокуратура.
ЖЕНСКИЙ СТОН
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Назад, сука! Назад,
я сказал! Порежу ее!
-Брось нож, парень! Руки! К стене!
Вот так вот.
-Рассказывай давай.
Прекратить!
-Все хорошо, Галочка.
Все хорошо. Все закончилось.
-Ну, я жду. Рассказывай.
-Нашел я вещи... Все по списку.
Галочка, принеси, пожалуйста.
-Дальше.
-Скупщик сказал,
вот эта сволочь ему продала.
-Жены военкома?
-Да нет у него никакой жены.
-А-а.
-Продолжайте, капитан.
-Я вещи конфисковал, уже поздно было.
Я думаю, утром отнесу в отделение.
А эти суки меня выследили,
по башке дали. Вот.
-Ну? И зачем тебе понадобилось
горвоенкома убивать?
-Это не я. Ей-богу, не я!
Я только видел, как Мишка сумку
закапывал в посадку.
Ну я откопал, открыл, а там - во.
-Что за Мишка, где живет?
-Я покажу. Я покажу. Я покажу!
-А если не покажешь -
я покажу. Вот так вот.
-Ага.
-Этот?
-Этот.
-Идем.
Хозяева!
Есть кто?
ИГРАЕТ МУЗЫКА
Хозяева!
Хозяева!
-Вон он! Это Мишка! Я про него
говорил! Он вещи военкома
в посадке прятал!
-Ах ты, тварь, заткнись!
-Не стоит, Иван.
-Как же ты с этим жить будешь?
Ты ведь верующий.
Хочешь пролить кровь невинных людей?
-Невинных? А где ты здесь видишь
невинных?
-"А я говорю вам: "Любите врагов
своих, благословите ненавидящих вас,
молитесь за обижающих вас".
-Бог умер. А скорее, его не было
никогда. Откровения, записанные
верующими в него, вранье, сказанное,
чтобы низвергнуть нас в геенну
огненную. Я видел ее подо Ржевом.
Я видел ее и в этом доме.
-Лапко за что убил?
-Сашеньке было 18 лет. Он как раз
поступил в консерваторию, когда
началась война. У него же было
очень плохое зрение, больное сердце.
Когда Одессу освободили,
сразу началась мобилизация.
Лида уже тогда работала у Лапко.
Она была красивой, моя Лидочка.
И Лапко сказал, что Сашеньку
не призовут, если она будет...
спать с ним. Он многим такое обещал.
И женщины отдавали последнее,
чтобы спасти своих детей.
-И дела именно таких призывников
он и хранил в своем сейфе?
-Она пыталась скрывать, моя Лидочка.
Но разве в Одессе что-нибудь скроешь?
Я не осуждал ее, я знал,
что она делает это ради сына.
И сначала Лапко держал слово.
Но потом был очень сильный недобор,
и он все ж таки выписал
повестку Сашеньке.
Он уехал, а через два дня
пришла похоронка.
В первом же бою, первой же пулей.
И вот тогда я понял, что Бога нет.
А когда не от кого ждать помощи,
надо брать правосудие в свои руки.
Я сказал, что мы пришли
за ним. Как он испугался!
Посылая других на смерть,
сам он смерти не видел.
-Значит, кровавый след в коридоре
оставила Лида? А мы подростка искали.
О женщине не подумали. А куда делись
мобилизационные списки из сейфа
Лапко?
-Мы сожгли их.
Матери этих несчастных
оплатили жизнь своих детей.
-А Митяй? Вы же с Лидой
подставили его. Чем вы лучше?
-Мы не лучше. Бесполезно говорить
о добре и зле в мире, где нет Бога.
Где убийца и насильник умирает
в позе Спасителя на кресте.
Да и Спаситель не может спасти.
Ты прав, Иван, в таком
мире не стоит жить.
-Нет!
-Собаке собачья смерть. А что,
товарищ майор? Он же психом был,
религиозный фанатик.
-Капитан, дождетесь труповозку
и следователя. Составите протокол.
-Есть.
-Идем, Григорий Иванович.
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Страшно. Страшно,
когда человек веру теряет.
Господь посылает нам испытания.
-То, что сейчас с Лидой
и Михаилом произошло, - ужасно.
Я о другом думаю.
Боюсь, Света могла поступить так,
как Степанов. Скажи мне, что это
не так.
Григорий Иванович, ответь мне.
-Иван Григорьевич...
я в Главную прокуратуру
на службу-то пришел...
О Светлане Петровне уже легенды
ходили. Бралась за самые сложные
и опасные дела.
На передовую часто выезжала.
Некоторые о ней даже говорили,
что смерти ищет.
-А что же ты ей не помог,
не поддержал?
-Не поддержал... Пытался.
Но только еще хуже стало.
Встреч со мной избегала,
обращалась только по уставу.
Да и виделись мы
с ней только в разы.
-Да, это мне нужно было найти
возможность дать о себе знать.
-Вот когда ей майора дали...
по работе она общалась в основном
с Николаем Трофимовичем
и Егором Ильичем. По высоким
каким-то совещаниям стала ездить.
Расследования вела. И вот тогда-то,
мне кажется, она и надломилась.
Замкнулась в себе.
Ну и люди стали для нее как пешки.
Да чего это я разговорился?
Хе, разболтался.
Иван Григорьевич, не слушайте вы
старого дурака. Все будет хорошо.
Вы же теперь вместе. Все наладится.
-Поехали.
-Капитан Горшков, шифровальная
служба штаба фронта.
-Капитан Звягинов, Смерш.
Что у вас тут происходит?
-Товарищ капитан, немецкая
радиостанция выходила в эфир отсюда.
Наши ребята перехватили сигнал.
-Радиста взяли?
-Никак нет. Опоздали.
-А когда был сеанс?
-Час назад.
-Какого хрена ты сразу не доложил?!
-Товарищ капитан, решили сами.
Боялись, уйдет.
-Самодеятельность разводишь?
На 10 лет в Сибирь поедешь
задницей клюкву давить.
-Виноват.
-Виноват он! Если сеанс повторится,
докладывать мне немедленно!
-Есть!
-Свободен!
-К машинам!


Серия 5

-Здрасте.
-Здрасте.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Доброе утро.
-Доброе утро.
-Выспалась?
-Выспалась.
ПРИЧИТАНИЯ С УЛИЦЫ
-Господи, девочка моя!
-Что там произошло?
-Да похоже, что-то серьезное.
Сейчас узнаю.
С УЛИЦЫ: Господи!..
-Капитан Горшков.
-Майор юстиции Рокотов.
Что случилось?
-Патруль обнаружил тело Софии.
Убийство.
-Вы не ошиблись, точно София?
-Рад бы ошибаться, но...
я начальник Софии и хорошо ее знал.
-Что?
-Убили Софию.
-Ну как же так-то!..
Афина Феодоровна, какое горе-то.
-Найдите его, пожалуйста!
Найдите этого гада! Пожалуйста!
Найдите, Светлана Петровна!
-Найдем. Обещаю, обязательно найдем.
-А я захожу, а вас нет.
Что-то случилось, Иван Григорьевич?
-Случилось. По дороге расскажу.
Капитан, дорогу покажете?
-Да, конечно.
-Света, поехали.
-Мы найдем его.
-Да...
-День добрый.
-Добрый. Я бы сказал, если бы так.
-Кто обнаружил тело?
-Военный патруль.
Какой-то мальчишка прибежал
и сказал, что тут военную убили.
-Какой мальчик?
-Беспризорник какой-то.
-В котором часу обнаружили тело?
-Около 11. Кровь еще не запеклась,
так что, думаю,
мы имеем время смерти.
-Да, хорошо бы понять,
что могло у нее быть при себе.
-Софья ушла из штаба около восьми,
и у нее в руке была планшетка.
-А что в этой планшетке?
-Не знаю, продуктовые карточки,
деньги, наверное.
-За продуктовые карты могут убить.
Софийка...
-Знакомая?
-Соседка.
-Думаю, погибшая шла оттуда. Улица
тут пустынная, слабоосвещенная,
развалины кругом. Идеальное место
для нападения. Убийца видел, что она
одна, и пошел следом. Здесь настиг.
Два удара в спину. Судя по характеру
ранений, скорее всего, били заточкой.
Почерк уголовника.
-Возможно.
Глаза вы закрыли?
-Никак нет.
-Странная забота
для уголовников. Не находите?
-Среди душегубов тоже встречаются
суеверные люди. И даже верующие.
-Да уж, попадаются.
-Пусти! Пусти!!!
Пусти!
-Пустите его.
Держись, Гриня, держись.
ТРАГИЧНАЯ МУЗЫКА
КРИЧИТ
-Жених ее.
-Вы знакомы?
-Да, приходил к Софье.
Она была так счастлива.
Господи... Не представляю,
какой зверь мог это сделать.
Офицерская сумка - не ридикюль,
из рук не выхватишь. Ну, вырубил бы
просто. Убивать-то зачем?
-Война. В одних хорошее просыпается,
в других - вон... Одни с гранатами
под танк, а другие - вот.
-А некоторым просто нравится
убивать. Не первый такой случай.
-Мне нужны данные
по всем похожим делам.
-Сделаем.
-Держи папироску. Хороший табачок.
Надо же так, а!..
Ей бы еще жить и жить.
-Да, жалко. И чего ее
в этот проулок понесло?
-А что тут с проулком-то не так?
-Да место тут плохое.
Разбомбили сильно. Даже румыны
сюда в оккупацию не совались.
Так что, когда стемнеет,
тут никто не ходит.
-А раньше ты эту девушку видел?
-Не, я бы запомнил.
Может, парень у нее тут живет?
-Да нет, парень тут не живет.
-Ну что думаешь, Иван? Ограбление?
-Похоже на него. Но что-то тут
не складывается.
-А что? Ты что-то заметил?
-Нет. Понять не могу, что
Софийка в этом районе делала.
И зачем убийца глаза закрыл.
-Может, они были знакомы?
Или убийца был даже влюблен в нее.
М? Нет, я говорю не о Григории.
Дорик. Помнишь, он угрожал?
Кстати, заточкой.
Мне кажется, что Дорик был
влюблен в Софию и ревновал.
-Да я тебя умоляю,
какой из Дорика убийца?
-Страсть туманит разум.
Ты сам об этом прекрасно знаешь.
И толкает на страшные поступки.
Мне кажется, мы должны проверить
все версии.
-Согласен.
Нам бы беспризорника найти.
Он мог видеть убийцу.
-Он ночевал где-то в этом доме.
-Скорее всего.
-Ваня...
Посмотри сейчас аккуратно через меня
в толпу. Только аккуратно.
Ну что? Видишь?
-И что? Кого я там должен увидеть?
-Черт...
Ушел.
-Вызывали, товарищ капитан?
-Что там шифровальщики?
-Пока новостей нет.
-А из Москвы ничего не слышно?
-А, как раз собирался
вам сказать. Прибыли документы.
-А что Рокотов?
-Они на убийство выехали.
-Какое убийство?
-Ночью шифровальщицу
штаба округа убили.
-Почему ты сразу не доложил?
Вы что там все, сговорились?!
-Я как раз собирался...
-Собирался он! Свободен!
-Есть.
-Да я тебе точно говорю,
что это и есть тот самый Матвей.
Это агент абвера, которого мы ищем.
-И что он делал на месте убийства?
Просто глазел? Это непрофессионально.
-Очень даже профессионально.
Из толпы он не выделялся. А может,
он хотел убедиться, что убита
именно София?
-Ты только что считала,
что Дорик был убийцей. А теперь
тебе мерещатся шпионы повсюду,
даже в этом деле.
-Ты невыносим!
Неужели не понимаешь, что София
не просто наша милая соседка?!
Она шифровальщица штаба
и могла знать что-то серьезное!
-Ты просто хочешь привязать
смерть Софии к нашему делу.
-А ты просто не хочешь искать архивы.
Ты сам учил меня: нужно все версии
разрабатывать. Или, если версия
тебе не нравится, мы ее отвергаем?!
-Туше. Но, надеюсь, рассматривать
версию, что София работала на немцев,
мы не будем?
-Нет, но мы не можем
не рассматривать другие версии,
кроме того что это просто ограбление.
Или убийство из-за страсти.
-Согласен.
Удалось что узнать?
-Нет, ничего.
Софию никто не знает в этом районе.
Если она здесь и бывала,
то не очень часто.
-Григорий Иванович, посмотрите
внимательно. Вы этого человека
в толпе не видели?
-Кажись, не видел.
Да народу-то много. Я их всех
только со спины и видел.
-Так, ладно, давайте дом осмотрим.
-Ваня, нужно же людей опросить,
может, кто-то его и видел.
-Ты ведь не хотела привлекать
к этому внимание.
Дай Степанову, пусть занимается.
-Хорошо!
-Поможете?
-Конечно.
-Идем, Григорий Иванович.
-Этого человека нужно показать толпе.
Возможно, кто-то его видел.
-Хорошо.
-Никак не привыкну.
ШУМ КРЫЛЬЕВ
-К смертям?
-Вот к таким смертям.
Я понимаю, война идет, люди гибнут.
КУРЛЫКАНЬЕ ГОЛУБЕЙ
Сам на волоске был, привык.
Но чтобы вот так, в мирном городе...
от руки какого-то урки...
-Да...
...к такому сложно привыкнуть.
Если уж привык, так впору
профессию менять.
Нет ничего хуже,
чем равнодушный следователь.
-А Светлана Петровна говорит,
"эмоции мешают работе".
-Слепые эмоции, может, и мешают.
ПОКАШЛИВАЕТ
Я сейчас о сочувствии говорю.
-Не знаю, Иван Григорьевич, не знаю.
КРИКИ ЧАЕК
-Светлана Петровна,
думаете обнаружить здесь
вашего беспризорника?
-Это вряд ли.
Конечно, его уже и след простыл. Но,
если мы найдем место, где он ночевал,
сможем понять,
как часто он тут бывает.
-И устроить засаду?
-Угу.
Возможно, он оставил здесь
какие-то свои вещи. Беспризорники
очень дорожат своими вещами,
их у них не так много.
-Что-то обнаружили?
-Мне кажется, я знаю,
кто здесь ночевал.
И он мог видеть убийцу.
-Ну да, улица хорошо просматривается.
-Мне все ясно, можем возвращаться.
-Если вы не против,
я отправлюсь в штаб?
-Да, конечно. Спасибо за помощь.
-Взяли.
Посторонитесь.
-Гриня, можно тебя на пару слов?
Как думаешь, кто Софийке
мог зла желать?
-У нее не было врагов, ее все любили.
-Ты меня прости, конечно, но я
должен тебе этот вопрос задать.
Где ты был во время убийства?
-Я...
После работы домой пошел.
Переоделся и пошел
к ресторану "Карп".
Это, мы должны были встретиться
в пол-одиннадцатого.
Я ждал ее там, а она не пришла.
-Дальше.
-Потом подумал, ее на работе
задержали, такое бывает.
Пошел к ней во двор.
Ждал ее там и...
Ну что она здесь делала?!
-Выясним.
Скажи, ты когда Софийку
ждал, Дорика не видел?
-Не, он пропадает последнее
время где-то по ночам.
Я пойду?
-Да, конечно.
-Ну, что у вас?
-Да-а, ничего.
-Я опросил зевак, никто не опознал
человека с портрета.
-Да это понятно. Все внимание
толпы было приковано к трупу.
Он и ушел незамеченным. Зато,
мне кажется, я знаю беспризорника,
который первым обнаружил тело.
-Это очень хорошо. Беспризорник
пока подождет. Гриня сказал,
что Дорик в последнее время
куда-то пропадает часто по ночам.
Сегодня ночью его тоже не было.
-Угу. Значит, надо задать
ему пару вопросов.
-Да. Николай, пусть твои люди
опросят жителей ближайших домов.
Может, кто-то видел Софийку раньше.
Надо понять, что она здесь делала.
-Сделаем, Иван Григорьевич.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Вон он!
-Пусти! Это он!
Он во всем виноват!
-Успокойся, Дорик!
-Это ты виноват!
Если б Софийка меня выбрала,
жива была бы!
-Дорик!
-В камеру захотел?!
-Григорий Иванович.
-Дорик!
Что же вы делаете?! Изверги,
отпустите его! Дорик!
Дорик! Он не виноват! Дорик!
-Да ничего не случится с Дориком.
Просто товарищ Рокотов кое-что
хочет уточнить. Успокойтесь.
Успокойтесь. Вот, на лавочку.
Вот так...
Успокойтесь, все будет хорошо.
-Дориус, почему ты набросился
на Григория?
-Потому что он должен был быть
рядом с ней, понимаете?
Он должен был ее защищать,
понимаете? Должен был быть рядом.
-Дорик, ты любил ее?
-Это не ваше дело.
-Наше. Теперь наше.
-Вы думаете, что это я ее?
Вы думаете, это я?! Вы серьезно?
-Дорик, мы не думаем, мы расследуем.
-Вот и расследуйте!
Ищите убийцу, ищите! Ищите,
не сидите тут как...
-Это тебе знакомо?
-И шо? Сейчас все с такими
ходят для защиты: у кого
нож в сапоге, у кого заточка,
у кого еще похуже!
-А то, что Софию убили точно
такой же заточкой. Если эксперт
это подтвердит, Дориус, тебе
самому лучше нам все рассказать.
-Да шо вам рассказать, я же вам
все рассказал! Я ее не убивал!
Не убивал, я ее любил!
-Дориус, где ты был сегодня ночью?
-Дориус, ты лучше не молчи.
Если ты не убивал Софию, ответь
на вопросы.
-Не помню. Гулял.
Я вам ничего не должен отвечать!
-Конвойный!
В камеру его.
-Здравия желаю!
-Ну что? Все еще считаешь,
что Дорик не виноват?
-Все еще не уверен. К тому же
следов крови на заточке нет.
-Это он прав, такая заточка
у каждого второго имеется, и не одна.
Тем более что он мог избавиться
от орудия убийства.
-Мог. Тогда Дорик тем более прав:
у нас на него нет ничего.
-Но у него нет алиби.
-Отсутствие алиби еще не доказывает
преступления. К тому же если
он об этом не сказал, вовсе
не означает, что его нет.
-А зачем скрывать свое алиби?
-Слушай, я не знаю. Может, делал
что-то незаконное. Может,
за что стыдно будет. Не знаю.
-Угу. Ладно, поезжай в штаб
и опроси сослуживцев Софии.
А я поищу нашего беспризорника.
-Ой, Дорик-Дорик...
-Вы не волнуйтесь.
АФина Феодоровна, ничего
не случится с вашим Дориком.
-Ой...
-С ним просто поговорят.
-Дорик - милый мальчик. Ну как
товарищ Рокотов мог подумать?
Он ведь у меня такой
упрямый, такой невезучий,
обязательно в какие-то
неприятности попадает.
-В какие неприятности?
-Да в любые!
Если неприятность есть, он
обязательно вляпается. Если ее нет,
он все равно попадет. Недавно
с грузчиками его видела.
А потом домой вернулся,
а спина в синяках.
-Побили его?
-Да не знаю, говорит, что упал.
Может, и упал, конечно.
-А что это за грузчики такие,
с которыми Дорик был?
-А я знаю? Портовые. А шо?
-Ничего, просто странно:
Дорик - и вдруг грузчики.
-Ой, он ведь раньше такой
работящий был. Неуклюжий,
но работящий. А потом после контузии
изменился - знакомые появились
новые. И Дорик вдруг решил,
что обычная работа не для него.
Как эту дурь выбить,
ума не приложу.
-Дурь - на то она и дурь,
сама вылетит. А если что,
я завсегда помогу.
Вот увидите, Афина Феодоровна,
сделаем мы из Дорика человека.
-Спасибо, Григорий Иванович.
Хороший вы человек.
-Служба у нас не совсем
обычная, товарищ Рокотов.
-В каком смысле?
-Мы занимаемся не только своими
сообщениями, перехват и дешифровка
сообщений врага тоже на нас.
-Здравия желаю!
-София была одна из лучших.
-Я думал, этим контрразведка
занимается.
-И они занимаются, и флот занимается.
Работы на всех хватает.
Поэтому секретность высочайшего
уровня. Попади София в руки врага,
были бы большие проблемы.
-Думаю, ее смерть не связана
с работой. Но нужно
проверить все версии.
-За подробностями лучше
к полковнику обратиться.
Понимаете, много
рассказать не могу.
-Да, понимаю.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да-да!
-Разрешите, товарищ полковник!
Знакомьтесь, товарищ Рокотов
из военной прокуратуры.
-Здравия желаю.
-Здравия желаю, майор. Свободен.
-Есть!
-Присаживайтесь.
Чайку?
-Нет, благодарю.
Товарищ полковник, я здесь по поводу
расследования, которое мы ведем.
-Я уже слышал о Софии.
Большая потеря, очень большая.
Я так понимаю, урки постарались?
-Мы это выясняем,
товарищ полковник.
Что вы можете о ней сказать?
-Что я могу сказать о Софии...
Милейшая девушка.
Очень добрая.
По работе отзывчивая.
Если была необходимость,
могла две смены просидеть!
Врагов у нее не было,
во всяком случае, здесь.
-А с кем здесь она общалась
чаще всего?
-По работе - со мной, с Горшковым,
другими шифровальщицами.
-Вы не знаете, что она могла делать
в районе улицы 15-летия милиции?
-Понятия не имею. Я с ней
общался только по службе.
-Ясно. Не возражаете, товарищ
полковник, если я поговорю
с другими шифровальщицами?
-Да конечно! Надеюсь, следствие
не затянется.
-Сделаем все возможное.
К тому же София ведь наша соседка.
У нее послезавтра свадьба
должна была быть, а тут...
-Привет.
-Привет.
-По делу или камешки побросать?
-По делу, Сань, по делу.
Смотри и учись.
-Я так и думал.
Ты всегда по делу.
Что на этот раз случилось?
-Человека хорошего убили,
соседку.
-Времена сейчас такие, люди
злыми стали, за буханку хлеба
убить могут. Я тут при чем?
-Говорят, беспризорник тело нашел.
А я нашла дом, где он ночевал.
Представляешь, что я там увидела?
-Что?
-Палку с гвоздем.
-И что? Мало ли, сейчас палок полно
с гвоздями в городе.
-Саня, не дури. Давай рассказывай.
А то отведу тебя к начальнику
патруля. Он тебя вмиг узнает.
-Ладно.
Был я там.
-Ты, значит, планшетку
забрал. Как ты мог?!
-Я тебе обещал не воровать -
я и не ворую. Жить как-то надо.
Забрать у мертвого -
это не воровство.
-Это еще хуже, мародерство
называется. Статья, между прочим,
расстрельная.
-Ничего не маро... Ну не это!
Скажи, зачем мертвым вещи?
-Куда ты планшетку дел?
-Выкинул. Что с ней еще сделать?
Вещь приметная, да еще и в крови.
Ну, деньги и карточки я забрал.
-Что там еще было?
-Да так, бумажки какие-то,
написано по-непонятному.
-По-румынски, что ли?
-Не, по-румынски я понимаю.
И по-немецки немного.
А там по-непонятному.
-Можешь мне планшетку найти?
-А зачем она тебе?
-Документы хочу посмотреть.
-Попробую.
-А кольцо с мертвой ты снял?
-Не было никакого кольца.
Может, убийца взял?
-Может, убийца.
Но глаза ты ей закрыл?
-Да. Нечего мертвым на живых
смотреть. Хотя и с закрытыми глазами
она как живая была.
-А этого совсем не разглядел, что ли?
-Я ж тебе говорю: темно было.
Выше тебя, прихрамывает.
Слушай, такие приметы многим пойдут.
-Многим, да не Дорику.
-Что за Дорик?
-Да так, балбес один.
ГУДОК ПАРОХОДА
-Но, но, пошла!
-Давай, давай.
-Эй, малой!
-Хоп!
-Чую я, ты без папирос скоро
останешься.
-Смотри, как надо.
-Тихо, все сюда.
-Опа! Пятьдесят!
-Пятьдесят!
-Было ваше - стало наше.
-Мужики!
-А?
-В игру возьмете?
-А что ж не взять,
коли хороший человек?
-Папироска-то у тебя есть, служивый?
-А как же!
-Правила-то знаешь?
-Да я в эту игру играл,
когда ты под стол пешком ходил.
Сейчас я вам покажу,
как надо.
-Ну, служивый, покажи,
как надо.
Оп!
СМЕЮТСЯ
-Чую я, что ты точно сегодня
тоже без табачка останешься.
-Опа!
-Ха-ха! Тоже.
-Ну что, десяточка есть.
-Давай.
-Слушайте, мужики...
-Да.
-А Дорика, случаем, вы не знаете?
-А, это сын мадам Сатирас, что ли?
-О!
-Не, не знаем!
-Давайте, сбросили.
-Эх, раз. Десяточка.
-А-а...
СМЕЮТСЯ
-Да ты, служивый...
-Не мой сегодня день.
-Чего так?
-Ветер мешает.
-Ага.
-Плохому танцору завсегда
ветер помеха, а?
-Помеха!
-Плохому танцору ветер помеха...
-А слышали, сегодня ночью убили
племянницу мадам Сатирас?
-Софию?
-Ее.
И мадам Сатирас в слезах и истерике.
А тут еще Дорик по ночам где-то
шастать наладился. Вот она меня
и попросила разузнать, что и как.
Беспокоится.
-Ты, это, слышь, передай мадам
Сатирас, чтоб она об Дорике
не беспокоилась, мы приглядим.
-Да.
-Так он что, с вами, что ли?
-С нами.
Две недели уж по ночам работает.
-А этой ночью?
-Этой ночью и прошлой.
Так что, служивый,
спасибо за табачок. Партия!
-Ну как добрых людей
табачком не угостить!
А можно напоследок?
-А давай!
Ну вот! Сначала так бы и надо.
-Вот так вот!
Прощайте, мужики.
-И тебе не хворать.
-Удачи.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да, войдите.
-Вызывали, товарищ капитан?
-Светлана Петровна, я слышал,
вы взяли новое дело и даже не сочли
нужным поставить меня в известность.
-Убита молодая девушка, наша соседка.
Она должна была выйти замуж
через два дня. Это произошло
сегодня утром, мы не успели доложить.
Помогаем по-человечески.
-А то, что убитая работала
в шифровальной службе штаба округа,
и то, что ее убийство может быть
связано с основным нашим
расследованием,
вас это не интересует?
Вы понимаете, что она шифровальщица?
Это значит - радистка!
-И что?
-Несколько дней назад
мы засекли немецкую рацию.
Мы опоздали чуть-чуть - радист ушел.
А еще через несколько дней была
убита радистка шифровальной службы
штаба округа. Это что, по-вашему?!
Совпадение?!
-Во-первых, такая версия
у нас имеется.
Во-вторых, про немецкую
рацию мы не слышали.
В-третьих, не нужно на меня
кричать, товарищ капитан.
-Извините.
Я знаю, что вы задержали
подозреваемого.
-Да, но я думаю, что это не тот.
-Вы думаете?
-Иван тоже так думает.
Дорик, подозреваемый...
в общем, тоже наш сосед,
пока упорно молчит и не хочет
себе помочь.
-Ну, давайте поможем ему вместе.
Идемте. По дороге введете
меня в курс дела.
-Ты понимаешь, какая
картина получается?
Если мы тебя посадим, настоящий
преступник будет разгуливать
на свободе. Или, может, ты хочешь,
чтобы он еще кого-то убил?
-Ничего я не хочу, я сам его!..
-Сам? Видела я, как ты дерешься.
Кого ты можешь убить? И как ты его
убьешь, если ты в камере сидишь?!
-Разрешите?
-Что еще?
-Товарищ Федоренко говорит,
что что-то очень срочное.
-Идите, если это срочное.
-Понимаешь, что ты
главный подозреваемый?
-С чего это?
-С того это!
Софию любил? Любил.
Ревновал? Ревновал.
Угрожал? Угрожал.
Заточку имеешь? Имеешь.
Алиби у тебя есть?
Алиби у тебя нет.
Мало тебе этого?
Где ты был этой ночью?
-Грузчиком наш Дориус устроился.
Что же ты не сказал, что всю ночь
баржу разгружал, балда!
-Это правда?
-Правда. Софийке хотел сделать
подарок. Только не говорите
никому - засмеют.
-С чего засмеют? Что ты
честным трудом занялся?
Ладно, Дориус, свободен.
-Здравия желаю!
-Сожалею, что ничем не смогли
помочь, товарищ Рокотов.
-Ничего, отрицательный
результат - тоже результат.
Может, Светлане Петровне
повезло больше?
-Ну что, есть информация?
-Нет ничего.
-Посмотрите еще раз, может,
вы видели этого человека?
-Кажется, нет. А кто он?
-Опасный преступник.
Его милиция разыскивает. Сегодня
его видели на месте преступления.
-Можно еще раз посмотреть?
-Не уверен, но, возможно,
где-то я его видел.
Может, он связан как-то
с нашей службой.
-Ничего, память такая штука -
обязательно вспомните.
Тем более если связан со службой.
Вспомните - сообщите.
-Конечно. Могу идти?
-Да, товарищ Горшков, идите.
-Надо ехать в милицию к Степанову,
думаю, он подобрал похожие дела.
-Пожалуйста, езжай, а я буду
распутывать это преступление
с другой стороны.
-Что, искать Матвея?
Он там, может, был, но никак
не связан с этим убийством,
просто живет рядом.
-Вот именно, просто живет рядом!
-Знаешь, Света, иногда мне кажется,
тебе плевать на погибших.
Ты о Софии не думаешь,
а думаешь только об архивах!
-Мне плевать, Ваня? Мы просто
не можем уже ничем помочь убитым,
ничем! А расследовать такое
преступление мы должны с холодной
головой, без эмоций! А ты, по-моему,
слишком близко к сердцу принимаешь
убийство Софии.
-Как это можно не принимать близко
к сердцу?
-Да вот так, Ваня. Возможно.
-Прости.
-"Я дурак".
-Я дурак.
Здравия желаю, товарищ
младший лейтенант. Сидите.
Степанов где?
-Опрашивает жильцов улицы,
прилегающей к месту убийства,
а я ищу похожие случаи.
-Как успехи?
-Ну... здесь похожие.
-Давайте посмотрим.
Нет, здесь насилие,
убийство. Нет, не то.
"Жертве проломили голову. Удар
кастетом оказался слишком сильным".
Преступник не собирался
убивать. Тоже не то.
-Здесь почерк похож.
-Да, почерк похож. "Преступник
подкрался сзади, нанес семь ножевых
ранений, забрал вещи, ушел.
Ушел недалеко, его задержали..."
А вот это интересно.
-Что?
-Написано, что убийца не преследовал
жертву, он знал ее маршрут,
подождал жертву в подворотне.
Похоже, наш преступник
поступил так же.
Он знал, куда и откуда идет София.
-Он за ней следил?
-Я почти уверен, он знал Софию.
Нам надо понять, что София
делала на этой улице,
и тогда мы найдем убийцу.
-Добрый день! Скажите,
вы этого мужчину не видели?
-Ой, нет, милочка, я бы точно
запомнила. Рожа уголовная.
У нас таких не водится.
Вы на Молдаванку сходите,
там таких рож - пачками
на каждом углу. Попробуйте.
-Спасибо.
-А вот эти булочки свежие?
-Добрый день! Вы этого
мужчину не видели?
-Нет, не видала.
-Ничего.
-О, товарищ Рокотов, а я вас искал.
-Мы с товарищем Воробушкиной
дела разбираем. Узнали
что-нибудь новое?
-Так точно, узнал. Софию
опознала одна женщина.
-Едем, мне нужно с ней поговорить.
-Товарищ майор, у Софии был жених.
-Да. Григорьев. Вы его видели
на месте преступления. А что?
-Тут вот какое дело... Судя
по показаниям свидетельницы,
у Софии был любовник, она часто
к нему захаживала и иногда оставалась
на ночь.
-Разберемся.
Спасибо за помощь, товарищ
младший лейтенант.
ПО-НЕМЕЦКИ:-Еще раз спрашиваю:
где архивы?
-Я не знаю.
-Твоя группа должна была
сопровождать их.
-Русские неожиданно перешли
в наступление. Нас отрезали.
-Отрезали?
Отрезали?! Или вы бросили
оружие и бежали, как крысы?
-Молчит?
-Ничего он не знает.
Бесполезный кусок дерьма.
-Уверен?
-Сам попробуй, когда очнется.
-Попробую. У нас другие проблемы.
-Какие?
-Ты засветился на месте
убийства шифровальщицы.
Прокурорская следачка тебя срисовала.
-Откуда она меня может знать?
-Не знаю, но я сам лично видел,
как она ходила с твоим портретом.
Найди ее и выясни, что ей известно.
-Выясню. Люблю с бабами болтать.
А они-то как со мной любят -
прям кричат от радости.
Где ее искать?
-Она рядом с местом убийства шляется.
Всем тыкает твоим портретом.
-Так на чем мы остановились?
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Кого показывает?
-Не знаю.
-Добрый день.
-Добрый день.
-Вам этот мужчина не встречался?
-Стой! Стой! Тормози.
Свет, поехали. Кажется,
мы выяснили, откуда шла София.
Давай.
Поехали.
-И снова здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Повторите товарищам из прокуратуры
то, что вы мне рассказывали.
-А что повторять?
Видела я вашу девушку,
часто видела. Она в соседнюю
квартиру захаживает.
Думаю, к ухажеру.
-И кто этот ухажер?
-А бог его знает. Военный
какой-то квартирует.
-Военный?
-Угу.
-Посмотрите. Похож?
-Вроде он, а вроде и нет.
Старая я, глаза слабые.
Да и не рассмотрела я его,
а вот девушку хорошо рассмотрела.
Вежливая. Что вы меня спрашиваете -
сами посмотрите, тот военный,
не тот.
-Мы бы посмотрели, но я в дверь
звонил - там никого.
-Вы когда звонили? Давно.
А я вот выходила,
видела - пришел сосед.
-Спасибо.
-А я вас ждал.
-Н-да, товарищ Крепкий...
Давненько мы не виделись.
-Давненько. И я рад вас
видеть, Светлана Петровна.
Вернее, был бы рад при
других обстоятельствах.
-Товарищ Степанов,
осмотрите здесь все.
-Есть!
-Понятых звать не будем?
-Пока нет.
Почему вы не сказали, что живете
рядом с местом убийства?
-А лучше сразу расскажите
нам, за что вы убили Софию.
-Я не убивал ее, Светлана Петровна.
-Майор юстиции Елагина.
-Извините, товарищ майор юстиции,
но я все равно не убивал Софию.
-Но вы же не станете отрицать,
что она бывала здесь.
И не раз бывала.
Как вы нам это объясните?
-Как бы вы это объяснили,
товарищ майор юстиции?
-Я думаю, София была
вашей любовницей.
Вас все устраивало,
пока вы служили в одной части,
а потом она перевелась в Одессу,
где встретила молодого и красивого
Григория, которого полюбила
по-настоящему, увы.
-Версия вполне логичная,
товарищ Крепкий.
Тем более с учетом
показаний вашей соседки.
-Ладно.
Допустим, у меня были отношения
с Софией, но до ее приезда в Одессу.
А вчера она приезжала,
чтобы расставить точки надi.
-Ну и как вы отреагировали на разрыв?
-Я не мальчик, чтобы терять голову
от женщины, товарищ майор юстиции.
-А у меня другая версия.
Я думаю, София пришла расстаться
с вами, и вам это не понравилось.
Она ушла в ночь,
вы догнали ее и убили.
Вас видели в этом темном переулке.
-Неужели?
-Поедете в прокуратуру
и там поговорим с пристрастием.
-Интересно рассказываете,
гладко. Настоящий следователь,
но не женщина.
-Товарищ Крепкий...
-Извините, товарищ Рокотов,
не сдержался. Не хотел вас обидеть.
-А вы и не можете обидеть меня.
Вы правы, на работе я следователь,
а не женщина. И запомните
это раз и навсегда.
-Запомню.
-Товарищ Степанов,
давайте понятых. И обыск.
-Так точно, сделаем.
-Идемте, товарищ Крепкий.


Серия 6

-На что ты тратишь деньги?
У тебя же есть прекрасные туфли.
-Мама, прекрасными они были
до войны. Теперь такое никто
не носит. И куда вы мне прикажете
еще тратить деньги?
-На еду, как нормальные люди.
-Вань... а что ты улыбаешься?
-Да так. Жизнь возвращается.
Вон, женщины не только о еде
стали думать, а о том,
как выглядеть получше.
Вроде бы и фронт совсем
недалеко, и война еще не закончилась.
Такое ощущение, что нет ее вовсе.
-Все-таки она есть. Еще неизвестно,
когда она закончится.
-Да.
-Такие легкомысленные разговоры
мне кажутся преждевременными.
-Помнишь, как в 1941-м думали:
"Вот через год закончится,
потом..."?
-Я все помню.
Киев...
Харьков...
И...
-Удивлен, что ты решила
допрос до утра отложить.
-Да, товарищ Крепкий - тертый пятак.
-Да, тертый. Так просто
все не расскажет.
-Сейчас он готов к допросу.
Пусть посидит, подумает,
поймет, что все серьезно. И я бы
хотела поговорить с Сан Санычем.
Наверняка он его опознает.
Ну почему, Вань? Мы же знаем,
что они встречались с Софией...
что перед смертью она была у него
и что порвала с ним.
-Мне кажется, Крепкий не производит
впечатления порывистого человека.
Он из тех, кто планирует заранее.
-Правильно.
Именно так он все и спланировал.
Все должно было выглядеть как обычное
ограбление. Так оно и выглядело.
И любой другой следователь
не стал бы с этим возиться,
списал бы все на бандитов.
Единственное, что не учел
Крепкий, - что этим делом займется
военная прокуратура.
-Да. Этого он учесть не мог.
Если спланировал все заранее,
понятно, откуда у него заточка.
Но это в том случае... если
он все спланировал заранее.
-Ну что, как дела?
-Вы поймали убийцу?
-У нас есть подозреваемые,
Афина Феодоровна. Большего сказать
пока не могу.
-А Дорик? Шо с ним?
Вы же обещали его отпустить.
-Он не вернулся?
Мы отпустили его еще днем.
-Как?
ВМЕСТЕ: Гриня!
-Как?..
-Пусти!
Убью, гад!
Убью!
-Прекратить!
-Отпусти!
-Дорик!
В тюрьму снова захотел?
-За шо опять-то?
-Да вы неправильно поняли.
Дорик, покажи им!
-Это что?
-Сами сказали, шо я не смогу
одолеть убийцу.
Вот тренируюсь, шоб смог.
-Рукопашный бой - это хорошо.
А вот работа с холодным оружием -
этап следующий. Начинать нужно
с основ. Покажу при случае.
Как время будет.
-Товарищ Рокотов, вы убийцу нашли?
-Объявим, когда уверены будем.
Он получит по заслугам.
Можешь не сомневаться.
-Дориус, мама волнуется, переживает.
Обыскалась!
-Григорий Иванович, я скоро буду,
честное слово. Чуть-чуть еще.
-Идем!
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
-Устала?
-Ужасно.
-Ну, как успехи в поисках Матвея?
-Да никто его не видел.
Ну вот, опять ты прав.
Это просто мне очень хотелось,
чтобы агенты абвера были причастны
к убийству Софии.
-Да... Многие люди принимают
желаемое за действительное.
-А ты?
-И я.
Когда не знаешь...
Я ведь о тебе ничего не знал, Света.
Просто верил, что с тобой
все в порядке.
Это помогало.
-Тяжело было...
в партизанском отряде?
-По-разному было. Были
и счастливые моменты.
А было так, что руки опускались.
Казалось, все.
Но мы не сдавались.
Ты рядом.
И это главное.
РЕПРОДУКТОР: Одновременно из города
Нарва войска Ленинградского фронта...
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Ну что?
-Не знаю. Тот прихрамывал,
а этот сильно хромает.
-Уверен? Может, все-таки он?
-Был бы он, я бы сразу сказал.
А так... наговаривать не стану.
-Наговаривать и не нужно.
Планшетку Софии нашел?
-Да. Вот что в ней было.
-Знаете, товарищ Крепкий,
у меня складывается такое
впечатление, что вы сами себе
не хотите помочь.
Почему?
-Потому что Светлана Петровна
права - смерть Софии
на моей совести.
Хотя я ее не убивал.
-Тем более.
Вы ведь должны быть заинтересованы
в том, чтобы мы нашли убийцу.
А вы пока делаете все, чтобы
убедить Светлану Петровну в том,
что виновны вы.
-Светлана Петровна...
Ваша Светлана Петровна только
в особом отделе работает.
-Давайте обойдемся без лирики
хотя бы на этот раз.
Гражданин Крепкий...
Посмотрите.
Что вы скажете по поводу этих бумаг?
-Сами не видите? Шифровка.
-Вижу.
А что там написано?
-Откуда мне знать?
Немецкая шифровка.
-Вы уверены, что это
немецкая шифровка?
-Конечно.
Я уверен.
Откуда у вас эти бумаги?
-А вот вопросы здесь задаем мы.
Иван, выйдем на минуточку.
-Может, расскажешь?
-Эти листы были в планшетке
Софии. Сан Саныч их нашел.
-Да София была шифровальщицей.
-И взяла работу на дом.
Ты понимаешь, что это преступление?
-Ты считаешь, что София?..
-Да.
Я считаю, что права насчет Матвея.
Эти немецкие шифровки София несла
ему. Поэтому он пришел на место
убийства - чтобы убедиться,
что убили именно Софию.
-Мне кажется, ты торопишься.
-Мне кажется, все сходится.
София встречалась с товарищем
Крепким не потому, что
он ей нравился, а потому, что он
начальник шифровальной службы штаба
и у него есть доступ
к секретной информации.
-Допустим. Как это
объясняет убийство?
-А может, она решила выйти из игры?
Ты же знаешь, как немецкая разведка
решает подобные вопросы.
-Если бы ее убил человек
из абвера, он бы не оставил бумаги.
-Разберемся.
-Теперь ты полагаешь,
что Крепкий невиновен?
-Почему? Может, он узнал,
что София водила его за нос.
Вот иди и допроси его.
А мне надо отойти ненадолго.
-Куда?
-По личному.
Дожми пока Крепкого.
-Проходите.
-Товарища Звягинова беспокоит,
что в Одессе слишком много
подпольщиков оказалось
после освобождения.
-Что скажете?
-Нас много было. Правда.
Но большую часть в первые
годы уничтожили.
Рома Бадаев, мельник.
Яше Гордиенко всего 15 было,
когда он присоединился.
-Да, я видел документы.
Кончилось контрольным нападением.
Провалов много, причины неясны.
Все на Сигуранцу списывают.
-Да, на Сигуранцу.
Вот что я вам скажу,
пока мы не в кабинетах.
Исчезла бы Сигуранца,
если б не предатели.
Возможно, эти люди здесь. Получают
награды, продолжают работать
на врагов.
-Товарищ Тихонович считает иначе.
-Товарищ Тихонович...
Он не жил в катакомбах,
не рисковал жизнью.
Для него важны цифры, чтобы
все было спокойно и чинно.
Для меня... для меня это личное.
Я многих погибших знал близко.
Какие цифры, товарищ Дидусь?
В общем, если что, чем могу помогу.
-А может, для товарища Тихоновича
это тоже личное?
-Разрешите?
-Входите-входите.
-Вызывали, товарищ капитан?
-Вызывал.
Присаживайтесь.
Иван Григорьевич, помните, я обещал
разобраться в этой истории
и выяснить... из-за кого вы попали
ОШСБ?
-Да, помню.
-Вот, ознакомьтесь.
-Это...
-Это подлинные документы,
товарищ Рокотов.
-Могу оставить себе?
-Вы можете поступать с ними
как сочтете нужным.
-Благодарю.
-Крепкий заговорил?
-Крепкий свою вину отрицает.
Светлана Петровна полагает,
что убийство Софии могло быть
связано с агентами абвера.
-На чем основан этот вывод?
-В планшетке Софии были
обнаружены шифровки. Светлана
Петровна полагает, она могла
сотрудничать с немцами.
-Могла быть радисткой.
Несколько дней назад
мы засекли немецкую рацию.
Теперь я понимаю, почему Светлана
Петровна срочно умчалась
в шифровальную службу.
-Куда?
-В шифровальную службу штаба.
Что-то случилось?
-Похоже, Светлана Петровна решила
действовать самостоятельно. Это
может быть опасно. Разрешите идти?
-Я с вами.
-Нет, Светлана Петровна,
такой шифровки мы не перехватывали.
-Я так и думала.
-Да, но как шифровка связана
с убийством Софии?
-Возможно, как-то связана.
Ладно, спасибо, товарищ капитан.
-Кстати, Светлана Петровна.
Помните, вы мне показывали портрет?
Я вспомнил, где видел этого человека.
Недалеко от одного из мест перехвата
немецкой рации.
-Это очень интересно.
Покажете мне?
-Конечно.
-Врубай!
РУПОР: В западной части...
-Вырубай!
-Вы на машине?
-Нет.
-Тогда поехали на моей. Это далеко.
-Поехали.
-Врубай!
РУПОР: Наши войска, действуя
совместно с румынскими войсками,
овладели городом...
-Да, я видела товарища майора
юстиции. Она уехала вместе
с товарищем Горшковым.
-Куда?
-Не знаю.
-Вспомните, о чем они говорили.
-Не знаю.
Кажется... кажется, что-то
о рации и перехвате.
-Я знаю, где она. Поехали.
-Это он.
-Будем брать?
Или вызовем подкрепление?
-У нас нет времени ждать
подкрепление.
Или вы стрелять не умеете?
-Не жалуюсь.
-Поехали!
Вы во двор через черный вход.
Руки!
И без глупостей.
-Вы правы, Светлана Петровна,
давайте без глупостей.
-Какая же ты сволочь.
-Еще какая.
Еще какая!
Пистолет!
-Руки.
В подвал?
-Да.
Вперед!
ВСКРИКИВАЕТ
-Слышал, вы меня искали.
Рады?
-Очень рада.
А потом, когда мы поменяемся
местами, я буду рада еще больше.
-Боюсь, Светлана Петровна,
никаких "потом" для вас не будет.
Все закончится здесь.
Быстро либо как с Рихардом.
-Он долго не хотел говорить.
Но мы умеем убеждать.
-Убийство Софии тоже
ваших рук дело?
-Браво...
Вы даже в такой ситуации пытаетесь
из себя корчить следователя.
Вы действительно думаете, что ваши
друзья придут и помогут?
Нет.
Не помогут. А что касается Софии,
нам не было смысла ее убивать.
-Значит, она работала на вас.
-Откуда у вас портрет Матвея?
Какое у вас задание?
Светлана Петровна,
вы же професс...
Как некрасиво, Светлана Петровна.
Вы же прекрасно понимаете,
что мы заставим вас говорить.
Это вопрос времени.
И боли.
Повторяю вопрос еще раз!
-Эх, раз... да еще раз,
Да еще много...
-Ну хорошо.
Тогда я повторю. Мне несложно.
-Вот из этого дома радист
вел свои передачи.
-Идем.
О, а вот и машина штабная.
Дидусь, наблюдаешь за улицей.
Мы внутрь.
-Наступаем?
-Нет, не будем шуметь.
-Ну что, тварь?
-Стоять!
Живым брать!
Я же говорил, не стрелять!
-Умрешь, сука!
-Дуреха.
Как же ты так? Как же ты так?
Это ж додуматься надо было!
-Дидусь, помоги.
Его в больницу нужно срочно.
-Как ты сюда одна пошла-то?
-Зацепка у меня же была.
Да и не одна я пошла.
Кто ж знал...
-Зацепка у нее была.
-В порядке.
-Зацепка у нее была.
Зацепка. Вон посмотри.
Пытали его зверски.
Опоздай мы на минуту, что было бы?!
-Я знала, Вань, что вы меня спасете.
-Ага. Знала она.
Документов нет.
-Горшков называл его Рихардом.
-Имя немецкое. Ботинки
форменные немецкие.
О!
-Что это?
-Татуировка - вторая группа крови,
СС.
-Выходит, они пытали своего.
-Выходит.
Ладно. Идем.
-Прости меня, Вань.
Горшков живой?
-Надеюсь, он выживет.
Как вы, Светлана Петровна?
-Я в порядке.
-Свет, тебе в больницу надо.
-Я в порядке, ты слышал меня?
Давайте обыщем дом. Мне кажется,
здесь наверняка есть тайник.
-Давайте.
Смотрите.
-Похоже, этот шкаф отодвигали.
-И похоже, не раз. Поможете, капитан?
-Так, что-то есть.
Карта. А это что еще?
-Это...
борода.
-Это вообще на кого-то
похоже? Пугало какое-то!
-Митяя нужно вызвать
на опознание тела.
Судя по всему, возле дома Лапко
он видел именно Матвея.
-Скорее всего.
-А вот это уже интересно.
Есть предположения,
что отмечено на карте?
-Не знаю.
Может, тайники какие? Смотрите:
здесь, здесь и здесь перечеркнуто.
А эти два - нет.
-Вы думаете, они предполагали,
что архив в одном из этих мест?
-Не знаю. Видите, здесь дома
отмечены, а здесь сквер.
И здесь сквер. Вот опять сквер.
Нам нужен человек,
хорошо знающий Одессу.
-И что вы предлагаете?
-Обратимся к Бланку.
-Не думаю, что нужно Бланка
посвящать в наши дела.
Конечно, я его проверил, но...
-А зачем нам его посвящать?
Мы просто скажем, что карта
обнаружена в ходе расследования
убийства шифровальщицы
и мы не знаем, что на ней.
-Можно и так.
-Ну хорошо. Я дождусь своих людей
и поеду к Бланку.
А вы помните, Иона
все еще на свободе.
Так что продолжайте расследование.
-Мне кажется, что расследование
\i1\c&H0000FF&\2c&H000000& Заходите на сайт http://fenixdeaf.com
уже завершено. Это же очевидно.
София - агент абвера.
Значит, убил ее не обычный грабитель.
Крепкий. Я почти в этом уверена.
-Думаю, все сложнее.
-Ваня, я, конечно, понимаю,
что София была очень милой барышней
и тебе трудно в это поверить,
но давай посмотрим фактам
в глаза. Она враг.
-Вот именно, Света, фактам.
А один из этих фактов
мы уже упустили. Точнее, я упустил.
-Что ты упустил?
-Нам нужно еще раз осмотреть
квартиру Крепкого.
-Хорошо. Можем взять машину Горшкова.
Я надеюсь, он не обидится.
-Так, поехали.
-Света, может, в больницу?
-Рокотов, отставить больницу!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Ну и что ты надеялся здесь найти?
-Возможно, что я ошибаюсь,
но попробовать стоит.
Смотри.
-Ого! Тайная комната?
-Не просто комната, а квартира
с отдельным выходом во двор.
-Интересно, и что это нам дает?
-Не знаю. Выясним.
ЗВУК КЛЮЧЕЙ В ЗАМОЧНОЙ СКВАЖИНЕ
Руки!
-Без глупостей.
-Я просто вытащу удостоверение.
-Медленно.
-Капитан Одинцов, 8-й отдел
контрразведки.
Теперь ваша очередь.
-Военная прокуратура.
Майор юстиции Рокотов.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Ну? Что такого важного вы хотели
мне показать, товарищ Звягинов?
-Вы мне скажите, Яков Иосифович...
-Ну, это карта, Виктор Сергеевич.
Скажу больше: это карта Одессы.
-И все? А обозначения на карте
вам ничего не говорят?
-Где вы ее взяли, товарищ Звягинов?
-Она была получена в ходе
расследования. Ее прежний
владелец работал на абвер.
-Ну и спросите у него.
-Спросим, Яков Иосифович.
Но дело в том, что его сейчас
оперируют. Непонятно, когда он
может с нами поговорить.
-Я знаю эти места,
отмеченные на карте. Это тайники
молодежной ячейки с Пересыпи.
Эта ячейка была обнаружена
и уничтожена румынами в 1943 году.
-Интересно.
-Интересно другое.
Кто бы ни рисовал эту карту,
он не все тайники знает.
-Уверены?
-Абсолютно.
Я сам лично организовывал
несколько таких тайников.
И их точно на карте нет.
-Покажете?
-Конечно!
-Садитесь, поедем.
-Значит, София не была
немецкой шпионкой?
-Конечно нет.
София работала на третий
отдел контрразведки
и занималась радиоигрой с абвером.
Причем занималась достаточно успешно.
-Значит, роман Софии с товарищем
Крепким - часть прикрытия?
-Да никакого романа у Крепкого
с Софией не было.
Она относилась к нему как к отцу.
Крепкий был хорошим прикрытием
на случай проверки. Но и немцам нужно
было объяснение, откуда у обычной
шифровальщицы совершенно
секретная информация.
-Н-да... Даже мы поверили
в это прикрытие.
Получается, София ходила
к товарищу Крепкому...
-Чтобы встретиться со мной
и получить новые инструкции.
-И за ней могли следить?
-Конечно могли.
Мы именно поэтому и пошли на такие
меры предосторожности.
-А как вы думаете,
кто мог убить Софию?
-Никаких мыслей.
Я уверен, провала быть не могло.
-Мы нашли в ее планшетке
вот эту шифровку.
-Ну да. Это наша шифровка.
Ее готовили специалисты
Генерального штаба, София ее
переписывала своим почерком
на всякий случай, потом
передавала немцам.
-Ясно.
Значит, когда София ушла,
товарищ Крепкий остался дома?
-Абсолютно точно. Товарищ Крепкий
предложил ее проводить, но она
отказалась, сказала, что это
не понравится ее жениху.
Кто бы мог подумать! Столько лет
работы - и из-за чего?..
-Разберемся.
Благодарю вас, товарищ Одинцов.
-Да не за что.
-Думаю, товарищ Крепкий
с этим бы не согласился.
-До свидания!
-До свидания!
-Ты когда в рейс?
-Пока неизвестно.
Могу в любой день.
-Понятно.
-И что? Тайник находится в сквере?
Странное место.
-Виктор Сергеевич, что вы
знаете за странные места?
Вся Одесса - большой тайник.
Как вы думаете, почему здесь сквер?
Потому что внизу пустоты и строить
здесь ничего нельзя.
-Да? И что, большие пустоты?
-Всякие. Под Одессой, которую вы
видите, есть другая Одесса,
подземная. И никто не знает
всех ходов и тоннелей, даже НКВД.
-Повезло партизанам.
-Повезло?! Вы это называете везением?
А вы сами попробуйте посидеть
под землей несколько дней.
А неделю? Темнота, низкие
потолки, спертый воздух...
Люди сходили с ума, товарищ Звягинов.
В буквальном смысле.
Я видел одного крепкого парня,
он пытался размозжить себе голову
об стену.
-Извините меня, Яков Иосифович.
Вы правы.
-Ничего.
Вы меня извините, Виктор Сергеевич.
А раньше в катакомбах находились
контрабандисты, урки,
ну и во время оккупации мы.
-Если герои революции при царе
считались бандитами,
то что тут скажешь? Преемственность.
-Вы только при Тихоновиче
так не пошутите.
Ну вот, это последнее место.
Больше тайников я не знаю.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Помогите-ка мне.
-Осторожно!
-Не ударьтесь головой.
Ниже голову.
Сейчас мы...
Посветите, пожалуйста.
У-у!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Проходим.
-Свободен, сержант.
-Есть!
-Здравия желаю, товарищ полковник.
Проходите.
-Я так понимаю, обвинения
с меня все сняты?
-Полностью. Мы пообщались
с товарищем Одинцовым, так что...
-Впечатляет.
-Что же вы, товарищ Крепкий, сразу
нам всей правды не рассказали?
-Светлана Петровна, во-первых, я был
уверен, что вы во всем разберетесь.
А во-вторых... Как я вам мог все
рассказать? Вы же сами понимаете,
секретность.
-Капитан Одинцов сказал,
что вы предложили Софии подвезти ее,
но она отказалась. Это так?
-Да. Сказала, что ее жених видел
нас вместе, приревновал...
Опасалась за меня.
Как я понял, Гриня
у нее парень горячий.
-Да? Не замечал.
-Снова пусто.
-Возможно, этим тайником
не пользовались. Если только
румыны его не нашли и все не вынесли.
-Возможно все. Ладно, давайте
будем возвращаться,
а то мне это подземелье начинает
действовать на нервы.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Не спешите, Виктор Сергеевич...
Ну-ка, помогите мне.
Видите? Кладка, а раствора нет.
Ну-ка, помогите мне вытащить.
Давайте-давайте.
Осторожно, осторожно.
Тащите на себя.
Держите.
Возможно, там шхера.
Ну-ка...
-Шифровки.
-Они.
-Интересно.
Очень интересно.
А у вас, Яков Иосифович, глаз-алмаз.
Я бы эти, как вы говорите, шхеры
пропустил.
-Опыт, Виктор Сергеевич. Опыт.
Я сам такие секретки мастерил.
Ну что, пойдем?
-Нашли убийцу?
-Думаю, да.
-И кто он?
-Григорий, а ведь ты же знаком
с товарищем Крепким.
-Да, когда кольцо дарил.
-Кольцо?
Его ты сейчас в карман спрятал?
-Нет.
Это не я!
-Рассказывай.
-Мы... мы встретиться должны были.
Я за цветами пошел и встретил их.
-Их?
Софию и товарища Крепкого?
-Да в гробу я видал таких товарищей!
Я пошел за ними, а они пришли
на квартиру, и... там свет погас.
Софийка там осталась, и... потом
темно перед глазами стало.
-И ты дождался ее в проулке и убил?
-Я не помню ничего. Как в тумане все.
Я потом напился, я утром очнулся.
Думал, кошмар приснился.
А потом пришел, а там она.
-А ведь она не изменяла тебе, Гриша.
-Свет...
-Да пусть знает! София не врала тебе.
Она встречалась с товарищем Крепким
по долгу службы. Она работала
на разведку. Их роман был прикрытием,
чтобы фашисты ничего не заподозрили!
Только убили ее не фашисты.
Ты ее убил!
-Да я же видел...
Я же видел... я видел...
-Ничего ты не видел.
Ты был ослеплен ревностью.
-А-а-а!
СТУК В ДВЕРЬ
-Разрешите?
-Войдите.
-Проходите, присаживайтесь.
-Здравия желаю!
-Ну что? Я вас поздравляю,
отличная работа.
-Благодарю.
-Не рад, что раскрыл дело?
-Не рад тому, что Гриня оказался
убийцей и мы не сразу об этом
догадались.
-Никто бы не догадался, Вань.
Ты же видел, какую он устроил
истерику на месте преступления.
Кто ж знал, что Гриня
такой хороший артист?
И потом все эти шифровки немецкие,
товарищ Крепкий, агенты абвера...
Товарищ Звягинов, вам удалось
что-нибудь обнаружить?
-Да. Обнаружил. Понять бы еще что.
Спасибо вам, товарищ Бланк
действительно оказался
очень полезен.
-Опять шифровки? Мне кажется, я знаю,
кто может нам помочь их расшифровать.
-Да. Но я надеюсь, что Горшков
сам все расскажет.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Звягинов. Слушаю. Что?!
Ждите нашего приезда,
ничего не трогайте.
-Что случилось?
-Горшков убит. И мои люди.
Поехали!
Крови почти нет. Один точный удар
в сердце чем-то очень тонким.
-Возможно, шилом.
-Или стилетом.
-Ах, Дидусь, Дидусь... Как же так?
Всю войну вместе. Он спасал меня,
я - его. И вот отправил на смерть.
-Но вы же не могли знать.
-Я должен был.
Должен был знать!
Иона остался на свободе. Нужно было
не двух человек, а пятерых.
-Судя по характеру ранений,
все убиты одним человеком.
Сопротивления никто не оказал.
-Дидусь - опытный оперативник.
Он не мог подпустить
к себе кого попало.
-Убийца мог переодеться
в одежду врача или форму.
-Мог. Капитан...
Пусть ваши люди
опросят весь персонал.
Может быть, кто-нибудь
видел этого человека
или кого-то подозрительного.
-Мы чем-то можем помочь, Виктор?
-Мне нужно побыть одному.
-Надо еще навестить товарища
Крепкого, отдать ему шифровки.
-Навестим. Вот, держи.
-А что это?
-Ответ на вопрос,
почему я в ОШСБ попал.
-Откуда это у тебя?
-Звягинов дал.
-Чушь какая-то!
Ваня, это же неправда.
Не мог Николай это подписать.
Он мой брат и твой товарищ.
-Тем не менее все документы
подписаны им.
И прокуратуре ничего не известно
о моем задании в Харькове.
-И ты в это поверил? Кому? Звягинову?
Он липу тебе подсунул,
а ты в нее поверил?!
-Звягинову это зачем?
-Как это зачем? Он хочет
в Смерш тебя перевербовать.
Он и мне предлагал. Он вообще!..
-Липа-то ему зачем?
Проверить легко.
-А он знал, что ты не будешь
проверять.
-Света, отправь запрос в Москву
и сама все узнай.
-Отправлю, Ваня!
Ты никогда не доверял Николаю.
Ты так и не научился
разбираться, кто тебе друг,
а кто тебе враг.
Тоже мне, следователь!
-Ты куда, Света?
-Работать!
-Можете сказать, где были
найдены эти шифровки?
-Нет. Это секретная информация.
Я снова вас прошу никому о ней
не рассказывать.
-Вы понимаете, что толкаете меня
на должностное преступление? Я обязан
докладывать органам информацию
о предателе.
-Ну, мне показалось,
что составитель сего ни в чем
не уверен. Он просто предполагает,
что это тот самый товарищ Ворон.
-Шифровальщик очень опытный. Очень.
Использует стандартные приемы,
которые применяют при обучении.
Какая-то молодежная подпольная
ячейка?
-Возможно.
-Насколько я знаю, среди молодых
подпольщиков практически не было
предателей. Знаете ли,
юношеский максимализм,
обостренное чувство справедливости.
-То есть вы считаете,
что этот товарищ Ворон...
-Куратор. Или связной.
НОСТАЛЬГИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-До завтра, старшина!
-До завтра!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА


Серия 7

КОШКА ПРОТЯЖНО МЯУКАЕТ
-Парфенов, что ты там плетешься?
-Ботинки, товарищ лейтенант.
Опять на размер меньше выдали.
Главный старшина говорит -
нет моего размера.
ВЫСТРЕЛ
-Парфенов, ты на месте,
а ты со мной.
Браток, ты как?
-Господи, да что это
здесь происходит?
-Сержант, уберите посторонних.
-Есть.
Граждане, расходимся.
-Пятый случай за неделю.
Убивают солдат, забирают форму,
оружие, документы.
-Ну, скорее всего, это не солдаты.
Это матросы. И это патруль.
Срочно сообщи в комендатуру порта,
мне нужны их имена. А, и еще.
Те пятеро, о которых ты говорил,
как они убиты?
-Двое застрелены, у троих ножевые.
Все были убиты поодиночке.
Это первый случай, когда напали
на группу. Еще вот что...
Те пятеро были сухопутные.
Два пехотинца,
один артиллерист, два...
-Смирно!
-Здравия желаю.
-Старший следователь военной
прокуратуры Черноморского флота
капитан второго ранга Демушкин.
-Майор юстиции Рокотов. Здравствуйте.
-Давай, майор, забирай своих людей.
Дело переходит под юрисдикцию
прокуратуры флота.
-Виноват, товарищ капитан
второго ранга, но...
-Никаких "но"! Здесь убиты
и брошены в непотребном виде трое
краснофлотцев. Это дело
прокуратуры флота.
-Я понимаю ваши чувства,
но это убийство - часть большего
преступления. В течение недели
были убиты пятеро военнослужащих.
-Вот и займись этим, майор!
А это - дело прокуратуры флота!
-Идем.
Обратил внимание, как убиты моряки?
-Вы же их сами осматривали.
-У одного свернута шея, у другого
перебита гортань. А третий удавкой
задушен. О чем это говорит?
-По-тихому хотели убрать?
-Вот именно, по-тихому.
Нож не использовали.
Хотели убить бескровно.
Это значит, что им нужна была
чистая морская форма. Притом форма
должна была быть без крови и дыр.
И у них нет времени на то,
чтобы постирать эту форму
и зашить. А это значит, капитан,
что они используют ее прямо сейчас.
-Согласен.
-И потом само убийство. В одно
движение свернута шея, одним ударом
перебит кадык. Судя по всему,
убийца был мастером рукопашного боя.
-Думаете, диверсанты?
-Возможно.
А где прямо сейчас диверсанты могут
использовать форму морского патруля?
-Диверсия в порту.
-Направь всех свободных людей в порт.
-Не дадут они нам там работать.
Вы же видите, как они к нам
относятся. А порт -
это их территория.
-Переодень людей в гражданку. Ребятам
скажи, чуть что, пусть говорят:
добро на проведение операции
дал лично капитан Звягинов.
-Есть. Пойдем!
-Есть.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Разрешите, товарищ капитан?
-Что у тебя?
Личные вещи лейтенанта Дидуся,
товарищ капитан.
-Спасибо.
Можете идти.
-Есть.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Вот и все, что после нас останется.
Вот, значит, как. "Элитный
бордель для румынских офицеров".
Ну что ж, Аркадий Глебович, теперь
нам есть о чем с вами поговорить.
-Не растягиваемся!
Держим строй!
-Бесполезно, Иван Григорьевич.
Смотрите, сколько тут народу.
Мы ищем иголку в стоге сена
и даже не знаем, какого она цвета.
-Продолжайте наблюдение.
-Старший лейтенант Завирюк.
Документы предъявите.
-Пожалуйста.
-Следуйте за мной.
-Товарищ лейтенант, подождите,
давайте разберемся!
-Разберемся.
-Нет, вы не понимаете,
товарищ лейтенант...
-Отдай!
-Забери, забери!
-Доброго здоровьюшка,
Григорий Иванович!
-Здравствуйте-здравствуйте,
Моисей Львович. Вот, посмотрите,
в чулане нашел. Красивая вещь.
Может, Афине сгодится.
Подержите, если не затруднит.
-Подержу.
Это шкаф Изи. Циммермана.
-А-а.
-Он знал толк в хорошей мебели.
-И где сейчас ваш Изя?
-Его расстреляли.
В первый же день.
-А как же вам удалось
пережить этот ад?
-А меня Афина с Дориком
спрятали в своем подвале.
Выходил только ночью -
взглянуть на звезды. А днем шил.
Я шил, Афина продавала -
так и жили.
-Мам, вот шо вы меня дергаете
все время, а? Постоянно!
Все, мама, с сегодняшнего дня
я буду сам делать то, что считаю
за правильным! Все!
-Дорик!
-Шо?
-Ты как с мамой разговариваешь?
-Григорий Иванович, вы ж знаете
прекрасно, как я вас уважаю.
Но занимайтесь своим делом,
а я буду заниматься своим.
Простите, бога ради!
-Товарищ майор юстиции, я ни за что
не поверю, что вы вместе с вашими
ряжеными милиционерами в костюмчике
пришли в порт, чтобы помочь погрузке.
Так что давайте не будем
тратить мое и ваше время.
-Я даже не пытался.
Я просто веду расследование.
-У вас здесь не может быть никакого
расследования. Порт находится
в юрисдикции прокуратуры флота.
-Да, мне уже довелось пообщаться
с вашей прокуратурой.
-Я в курсе. И я поддерживаю решение
капитана второго ранга Демушкина
о том, что убитые солдаты в городе -
ваша забота, а морской патруль
оставьте нам.
-Послушайте, Анастасия...
Как ваше отчество?
-Сядьте, товарищ майор!
-Да вы не понимаете!
-Это вы не понимаете! Убитый
начальник патруля был младшим братом
капитана второго ранга Демушкина.
Они с 1942 года бок о бок.
-Мне очень жаль. Но вы попытайтесь
представить себе уровень подготовки
убийцы, который смог голыми руками
перебить боевых моряков.
-А вы думаете,
что это был один убийца?
-Даже если не один,
это ничего не меняет.
Так. Им нужны были документы и форма
военного патруля, притом форма
должна была быть без дыр
и пятен крови.
Товарищ капитан-лейтенант, давайте
подумаем, где они могут использовать
эту форму и документы прямо сейчас.
-Нет, этого не может быть.
-У нас нет времени на загадки.
-Несколько дней назад в доме
начальника полиции оккупационной
администрации нами был обнаружен
тайник. Более 100 тысяч в немецкой
и румынской валюте, а также золото,
предположительно конфискованное
из торгсина.
-И где это золото и деньги сейчас?
-Следуют в порт. Под охраной
бойцов контрразведки флота.
Я лично курирую эту операцию.
По дороге конвой отмечается
на контрольной точке.
Две он уже прошел...
-И еще. На Молдаванку ехать не надо.
Пробирайтесь проселками в бухту,
разгрузитесь у Тихого.
-Чего? С какого? Пахан сказал -
на Молдаванке на хазу все разгрузить.
-Пахан? Здесь нет пахана - здесь я.
Размерчик-то какой?
Не умеешь выполнять приказы -
тогда я надену эту форму.
-Да ладно, чо ты.
Ну к Тихому так к Тихому.
-Как это - машина не отметилась
на контрольной точке вовремя?
Почему не сообщили?
Капитан-лейтенант Зимина.
Тревога!
Вывести в город дополнительные
патрули. Связаться с милицией
и совместно разделить город
на сектора наблюдения. Наша цель -
автомобиль ЗИС,
бортовой номер У71-215.
-Стой! Стой!
-В случае неподчинения приказам
стрелять на поражение.
Смотреть в оба. Они не должны уйти.
-Да, не ожидал от вас такого.
Нас трое, он один. С какого вы
заднюю врубили?
-Ты его в деле не видел.
Он бы всех троих нас положил
и не вспотел. Вспомни, сколько
они с паханом лаялись,
и Иона всегда в дамки выходил.
-Да кто он такой, этот Иона?
Откуда он нарисовался?
Что за... Откуда здесь патруль?
-Давай придавлю, размажем их.
-Не-не, дырок понаделают. Тормози.
У нас ксивы правильные, прокатят.
-Стоять!
Капитан второго ранга Демушкин.
Документы предъявите.
Стоять.
-Контрразведка флота. Очень спешим.
-Лейтенант, смирно.
Документы и путевой лист.
Огонь!
Огонь!
-Товарищ капитан второго ранга!
-Ну что там?
-Груз на месте.
В кабине только один ряженый.
Мертвый.
-Как машина?
-Цела.
-На ней и поедем.
-Смотрите не потеряйтесь на дороге.
-Как я понимаю, инцидент исчерпан?
-Иван Григорьевич,
спасибо вам огромное.
Если бы не вы, я бы уже
к вечеру пошла под трибунал.
-Ну что вы! Это ведь вы, а не я,
провели такую замечательную операцию,
Анастасия...
-Матвеевна. Но лучше просто Настя.
-Настя, вы не возражаете, если
я поприсутствую при допросе
задержанного?
-Конечно, да. Иван Григорьевич,
на будущее: если вам что-то
будет нужно, всегда обращайтесь.
-Обязательно.
-Смирно! Равнение налево!
-В сторону, братва!
-Давай иди сюда! Сюда иди, я сказал!
ВЫСТРЕЛ
-Братва, смотрим по сторонам!
Внимательно!
-Стреляли из того дома. За мной!
Я наверх.
-За мной.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
"Слава великой Румынии".
-Вы знаете румынский?
-Довелось поработать
в Молдавии - выучил немного.
Черт!
-Чисто.
-Да, чисто.
Отсюда стрелял.
-Ну да.
-Вот откуда он узнал, что одного
из них живым взяли и сюда привезете?
-Моя вина. В машине было двое,
а в патруле убили трех бойцов.
Так что, вероятно,
третий ряженый успел сбежать.
А что до места - раз они узнали
про груз, также могли знать
и про то, что доставку
курирует контрразведка флота.
-Значит, мы имеем дело с человеком,
прошедшим очень хорошую подготовку.
Думаю, это он убил вашего брата.
А застрелив своего подельника,
вырвал у нас из рук последнюю
нитку, ведущую к нему.
-Не последнюю.
-Я не знаю, кем надо быть, чтобы
принять эту рожу за лейтенанта.
О, фотографию переклеили
сегодня утром. Или я румын.
-Даже так? И кто, по-вашему,
это мог сделать?
-Овик.
-Что за Овик?
-Художник. В 1916 году купец Быков
выдал 400 пудов зерна по накладной,
которую нарисовал Овик. Говорят, его
услугами пользовался сам "король".
-Япончик?
Яков Иосифович, вы меня удивляете.
Откуда у члена горкома партии
такие навыки и такие связи?
-Дорогой Иван Григорьевич,
я не сразу родился членом партии.
Было время, Яша Бланк водил дружбу
с самим Леонидасом!
-Тоже художник?
-Полковник был большая сука,
Он пасовал при трех тузах!
Ему устроили науку -
Он девять взял на распасах.
-Впечатляет.
-Школа шулеров Леонидаса
была известна даже за границами
Одессы. Но потом была революция,
и все повернули в другую сторону.
-Да. А теперь вот бывший гимназист
и бывший шулер сидят
в горкоме партии большевиков.
Ладно, давайте вернемся
к нашему художнику.
-Вы хотите познакомиться с Овиком?
-Да.
-Что ж, я тоже был бы
рад его увидеть.
-Вы столько времени на меня тратите,
Григорий Иванович. У вас же служба.
-А меня товарищ Звягинов
на целый день отпустил.
И потом...
Мне нравится помогать вам.
-Все эти годы мы мечтали, когда наши
вернутся. Дождались - и что теперь?
Чтобы нормально покушать,
нужно бежать в ту забегаловку,
что осталась от румын.
-Слыхал я, многие жалеют,
что мы выбили румын. Неужели и вы?
-Хороший вы человек,
Григорий Иванович! Но...
Тьфу на вас за такие слова!
Как я могу жалеть за фашистов,
когда они моего мужа Ленечку
в Сталинграде убили?
-Ой...
Ну ничего, ничего.
Все уладится.
Дай срок, и все будет -
и еда, и новые дома!
Краше прежнего Одессу отстроим.
Метро, как в Москве, откроем!
-А то ж!
-Ой, Яков-джан! Как я рад,
дорогой мой, как я рад!
Ты уж прости за этот бедный стол.
Если б я только знал, что ты придешь!
У-у-ух!
-Хватит суетиться.
Мы пришли не закусывать,
а разговаривать.
-Когда одно другому мешало?
Никогда, да!
-Ну, вообще-то, мы спешим.
-Я даже слушать ничего не хочу!
Какой у тебя деловой друг, а!
Ой, мама-джан...
Где ты его взял, слушай?
Сперва за встречу.
Ты мне скажи, дорогой мой, когда мы
с тобой последний раз виделись, а?
-Уж скоро год! Я последний раз
приходил, забирал у тебя фальшивые
документы для Тихого. Мы его
внедряли в румынскую комендатуру.
-Ты зачем такие
обидные слова говоришь, а?
"Фальшивые"! Ты слышал, да?
Для хорошего дела - настоящие!
Давай, за встречу!
-За твои золотые руки, Овик!
-Ох, спасибо!
Закусывайте, закусывайте!
-Скажи мне...
Дорогой... Кто в Одессе
лучше тебя работает по документам?
Нет такого! У румын было три защиты!
-Дорогой мой... Чем тяжелее работа,
тем интереснее ее делать.
-То есть эту ксиву
ты сделал не напрягаясь?
За час? За два? Рано утром?
Потому что заказчик спешил?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Интересно, как преступники могли
узнать о пути следования груза.
Значит, должен быть наводчик.
-Мы проверяем. Но пока...
-Здравия желаю, товарищи.
Что я могу сказать?
Одного свидетеля мы точно
потеряли, но нашли другого.
Возможно, даже более важного.
Человек, приклеивший фото
в удостоверение убитого лейтенанта,
сказал, что об этом его
попросил некто Тюбик.
Мелкий жулик, в Одессе
появился совсем недавно.
-А он не сказал, где его можно найти?
-Увы, нет.
Если посмотрите на качество
работы, то поймете, что это делал
профессионал, который общается
только с серьезными людьми.
Он знает тех, на кого работает
Тюбик, но не его самого.
-В итоге имеем с вами кличку
и словесное описание.
Это мужчина 40-45 лет, невысокого
роста, щуплый, худощавый.
Вместо переднего зуба золотая фикса.
-Это не так уж и мало.
К тому же, мне кажется, я знаю
человека, который может помочь
его найти.
Яков Иосифович, у меня
к вам будет две просьбы.
-Рад помочь.
-Не знаете ли вы среди подпольщиков
человека, которого могли бы
называть "товарищ Ворон"?
-Я не слышал, но поспрашиваю.
-И вторая просьба.
Мне очень нужна конкретная книжка.
Где в Одессе можно ее найти?
Может, библиотека
или книжный магазин...
-Найдем, обязательно найдем.
-Пацаны, тикаем! Тетка идет!
-Привет.
-Приветик.
-Это тебе.
-На кой она мне?
-Это история про одного человека.
Грабил богатых, отдавал все бедным.
Тебе понравится.
-Спасибо.
Только ты это...
прекращай ко мне ходить.
Теперь ребятам придется объяснять,
кто ты. Правду нельзя же говорить.
-А ты фантазию-то включи.
Тебе это поможет, я надеюсь.
Слушай... Кличка Тюбик
тебе о чем-нибудь говорит?
-Что, опять? Так и будешь из меня
вытягивать? Я тебе не стукач.
-Фу!.. А я думала, мы друзья.
Друзья должны помогать друг другу.
-Не переключай.
Это одно дело, а это - другое.
Ты ведь этого Тюбика посадить хочешь.
-Он убийца, Саш. На нем 8 человек.
-Чо ты брешешь?
Он шпилевой, в натуре.
-Шпилевой - что это значит?
Шулер обычный?
У-у... Тогда дела еще хуже.
В банду он одну влез.
А там немецкие диверсанты. Шуропишь?
Ты сам откуда его знаешь?
-Он мне работу подкидывает.
Ты ведь воровать запретила,
а жить-то надо.
-Какую работу?
-На посылках.
Взять, отнести, передать.
-Товарищ, значит... Так выручай
товарища. Если Смерш его поймает...
В общем, сам понимаешь, что будет.
-А ты, типа, отпустишь!
-Если он не убийца, то отпущу.
-Ночью у Карапета большая игра будет.
Задняя комната, со двора.
Ты только это... Не сболтни
никому, что это я сказал.
-Я могила.
Смотри только, чтобы с тобой
ничего не случилось.
А то я очень рассержусь.
Ладно! Бывай.
-Ненавижу этот плакат. Он везде.
В каждом кабинете, который я занимал.
В каждом кабинете, куда я заходил,
везде он, сука!
-Я не понимаю вас, товарищ капитан.
Ненавидеть плакат - это как-то...
-Глупо? Странно!
"Будь бдителен! Враг повсюду!"
-Ну... Это правда ведь?
-А кто враг, Аркадий Глебович?
Это кто - бандиты, которые
по ночам режут солдат?
Или, может, это...
саботажники? Или...
-Да все! Они все...
-Как же бороться,
когда кругом одни враги?
А, товарищ первый секретарь горкома?
-Партия готова оказать
всестороннюю поддержку...
-Да нет...
-Простите, что?
-Что я, как бдительный сотрудник,
должен сделать, когда узнаю,
что родная сестра коммуниста
превращает свой дом
в элитный бордель для оккупантов?
Как бдительный сотрудник...
я должен доложить.
Но...
-Что я должен делать?
-Здравия желаю, Афина Феодоровна!
-Здрасте!
-Разрешите помочь?
-А помогите!
-С удовольствием!
-Дорик сказал, что вы собрались
обучать его водительскому делу.
-А чего ж не попробовать? Попробуем!
Всяко лучше, чем грузчиком-то.
-А может, вы...
поближе жить захотите?
-Афина Феодоровна,
да где же у нас поближе-то?
-Здесь.
Комната... Софийки освободилась.
Все равно...
кого-то подселять.
Так лучше уж своего.
-Ничего, ничего, ничего...
Поплачьте. Это правильно.
Это поможет.
-Это что?!
Что это?! Я тебя спрашиваю!
-Не трожь! Отдай! Отпусти!
Что ты делаешь?! С ума сошел?!
Ты что творишь, псих?!
-Это ты дура!
По-твоему, так должна жить
сестра первого секретаря?
Да здесь до сих пор воняет
румынскими шлюхами!
Да стоит людям из Смерша только
зайти сюда, ты сразу сменишь это
на лагерную робу!
-А чего это людям из Смерша
сюда заходить?
-Конечно! Зачем им сюда приходить,
если они уже были у меня?!
-Что?.. Почему?
-Они пронюхали про твои шашни
с румынами! Нашли свидетелей.
Словом, Зина, обвинение по 58 статье
против тебя... уже готово.
И против меня тоже -
за укрывательство и недонесение.
-Так... А... За что?..
Я же помогала подполью.
У меня же девочки, если слышали
что-нибудь от пьяного офицера,
они тут же мне рассказывали!
-Кто докажет?! "Девочки"!
Зина, твои девочки дернули
из Одессы вслед за румынами!
Надо было и тебя убрать...
куда подальше.
-А Малышев? Он был связной.
Я ему все передавала.
-Забудь про Малышева.
Он сам в полушаге от ареста.
Не сегодня завтра им займутся
военные прокуроры. Понятно?
-Значит... надо бежать.
Вот здесь все, что у меня есть.
У меня, у тебя. Слышишь?
Все, что у нас с тобой есть.
-Ты что?.. Ты дура, что ли?!
Ч... Что значит - бежать?
Думай, что говоришь!
-Я не знаю, что думать...
Аркаш, я вообще не знаю, что делать.
-Так, все, не реви. Не реви, сказал!
Не все так плохо.
Они... не хотят нас сажать.
Хотят, чтобы мы поработали на них.
Понятно?
-Угу.
-Поэтому вспомни.
Может, в разговоре звучала фраза...
"Фремде хеер ост"?
-А это что?..
-Зина... Если я приду и скажу это
капитану Смерш, мы с тобой оба
отправимся в тюрьму и больше никогда
оттуда не вернемся. Поняла?
Мы... Мы должны доказать
свою полезность.
Поэтому, Зина, Зиночка,
ты должна вспомнить.
Может, к тебе заходили
какие-то странные немцы?
Именно немцы, не румыны!
Может, какие-то разговоры
о разведке, разведданных, агентах?
-Были! Немцы были.
Один, его звали Рихард...
Он часто ко мне приходил.
И еще до того, как наши вошли
в Одессу, он привел еще одного.
Красавец-мужчина, офицер.
Кажется, обер-лейтенант.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
Он представился по фамилии.
Мильке.
Они искали контрабандистов,
которые... ну, или кого-нибудь,
кто мог их отсюда вывести с грузом
в Констанцу. Несмотря на то
что уже могли захватить
Одессу румыны... наши.
-Ну... вот! Это уже кое-что!
Ну и что... что немцы?
Нашли контрабандистов?
-Я не знаю. Ну... Они же переночевали
и уехали на следующее утро.
Я вообще их больше не видела.
Но я все сразу про них рассказала
Малышеву. Я ему все рассказала.
-Малышеву?
-Малышеву.
-Снова Малышев. Везде этот Малышев.
-Открывай давай!
-Все подтвердилось. Карапет
закрыл ресторан раньше времени.
Что здесь?
-С того момента, как я стою,
зашло четыре человека.
Сколько внутри - не знаю.
Что с путями отхода?
-Люди Степанова контролируют
все близлежащие улицы. А еще с нами
группа под началом Воробушкиной.
Ой, я не могу... Я знаю, что сейчас
не время, но больше не могу держать
это в себе.
-Ты о чем?
-Об этой анонимке.
Что я Звягинову не поверила.
-Да успокойся, у нас еще будет
время с этим разобраться.
-Я разобралась уже во всем!
Я позвонила Коле, и он сказал,
что знал об этом, что был в этом
фильтрационном лагере, но ничего
не мог сделать. Был приказ
Егора Ильича. Прости.
-Тихо ты. До сих пор не поняла,
что за человек этот Егор Ильич?
-Сволочь он! Он меня так успокаивал,
так!.. Но Коля - ты же его знаешь...
-Да Коля спасал тебя.
Я его понимаю, я бы так же сделал.
-Прости меня...
-Капитан Ливанов, военный
прокурор! Вы кто?
-Военная прокуратура.
Майор юстиции Рокотов.
Мы проводим здесь операцию.
-А мы вот зашли посмотреть,
почему Карапета раньше времени
закрыли. А тут вон что!
Это все ваши люди, товарищ майор?
Может, помощь нужна?
-Да...
Руки!
-Атас!
СТРЕЛЬБА, КРИКИ
ПИСТОЛЕТ НЕ СТРЕЛЯЕТ
-Ах, с...
Ловок, начальник.
-Ловок, ловок.
-А где таким штучкам-то учат?
-Где таким штучкам учат?..
-Ага.
-Я тебе расскажу сейчас. Идем!
-Пошли, пошли.
-Держись. Помогите!
Всем сидеть, я сказала!
Лежать, не шевелиться.
Пристрелю к чертовой матери! Сядь!
В больницу ее надо.
-Давай, быстро, в машину!
-Ну что...
Играем, значит? На что? А?!
Это чье богатство?
-Евоное... Сказал, что клад нашел...
Вон он...
-Ну, что здесь у вас?
-Сейчас посмотрим, Ваня.
Этот человек, Ваня... Встать!
...судя по всему, и слил людям Ионы
путь следования машины торгсина
с золотом. А вот это...
скорее всего, его доля.
-Я впервые это вижу.
-А это вы расскажете
в контрразведке флота.
Вывести его!
-Пошел!
-А это, я так понимаю,
наш неуловимый Тюбик.
-А ты-то что лыбишься?
-Лена, держись, родная!
Ребята, быстрее, пожалуйста!
-Ну что, Светуль... Может, чайку?
-Нет, я - спать.
-Иди сюда!
-Мам, ну хватит!
-Я тебе дам - хватит!
А ну проси прощения!
Я-то думала, он за ум взялся!
А он опять за старое, босота!
-Ну денёг хотел немного заработать!
Надоело гроши получать!
Хватает на одну гниль.
-Да... Да...
Кто тебе сказал, что ты
можешь обыграть шулеров?!
-Иван Григорьевич, скажите ей!
Я же вам помог!
-Дорик, ты сегодня чудом остался жив.
-А о матери ты подумал?
Если б ты шальную пулю словил
в этой темноте?
-Простите... Мамуль, прости...
-Горе ты мое...
Простите нас... Иди давай!
Простите нас, пожалуйста.
Иди! Бестолочь...
-Здрасте... Не хотел вас
расстраивать, но, похоже,
выспаться вам не судьба.
-Что случилось, Яков Иосифович?
-Я, как обещал, поспрашивал знающих
людей за товарища Ворона.
Мне такое рассказали!
Не налезет ни на одни уши.
-Не тяните. Вы его знаете?
-Увы, да. Под псевдонимом
на Пересыпи знали Пашу Малышева,
помощника первого секретаря горкома
партии. Вы помните его,
Иван Григорьевич, он помогал нам
взять Швеца.
-Точнее, сделать все,
чтобы мы не взяли его живым.
Ясно, поехали.
-Поехали.
-Пойдемте, товарищи.
-Яков Иосифович, пистолет есть?
-Нет.
-Останетесь здесь.
-Хорошо.
-Григорий Иванович, вы тоже.
-Иван Григорьевич!..
-Старшина Федоренко!..
-Слушаюсь.


Серия 8

-Руки.
-Отличная командная работа.
Опустите пистолет, Светлана Петровна.
-С чего бы это?
Мы с утра пораньше приезжаем
на квартиру подозреваемого,
находим его труп, а вы угрожаете
сотруднику военной прокуратуры.
-Подозреваемого? В чем
подозреваете Малышева?
-Товарищ капитан, отдайте
оружие, вы арестованы.
-Хорошо. Хорошо-хорошо.
Это Отто фон Мильке.
Один из лучших агентов абвера.
По сведениям руководства Смерш,
именно он мог отвечать за отправку
архивовFHOв Констанцу.
Пока вы искали людей Самсона, я
сосредоточился на поисках Мильке.
-И как?
-Удачно.
Он погиб, когда наши войска
входили в Одессу.
Четыре человека опознали его тело.
А вот тело одного из людей Мильке,
Рихарда Цимлера, мы обнаружили
в подвале дома, где скрывался Матвей.
-Почему Матвей убил Рихарда?
Он же был отправлен в Одессу
на помощь этому... Как его?
Будь он неладен. ...Мильке?
-Я думал, на эти вопросы поможет
ответить товарищ Малышев, но...
Кстати, Иван Григорьевич,
осмотрите тело, вам будет интересно.
-Я осмотрю.
Свернута шея - характерный синяк
за левым ухом. Так же был убит
лейтенант военного патруля
и чистильщик обуви,
связной Авдеева.
Я думаю, это один и тот же человек.
-Ну... а что вас сюда привело...
Светлана Петровна?
-Малышев, он же товарищ Ворон.
Именно по его инициативе была
уничтожена подпольная ячейка
на Пересыпи. Да и не только она.
-Не только.
Сестра первого секретаря горкома
Тихоновича содержала бордель.
Ее девочки добывали сведения
у офицеров, которые приходили
расслабиться, и передавали
их связному, которым был...
-Малышев.
-Так точно.
Кстати, Мильке квартировал
в этом борделе.
Он искал контрабандистов, которые
помогут ему переправить некий груз.
в Констанцу. Малышев знал
об этом, но теперь он мертв.
И у нас не осталось
ни единой зацепки.
-Думаю, вы ошибаетесь. Одна осталась.
-Тебя взяли в компанию людей,
которые убили красноармейца.
При задержании ты оказал
сопротивление и хотел сбежать.
Это вышка, Тюбик. Или как там тебя?
-За что вышка, начальник?
Я вообще никого не убивал.
-За то, что связался с этой швалью!
Вам за то, что вы делали,
всем теперь одна дорога.
-Он меня заставил.
-Кто - он?
-Пахан.
-Давай по порядку.
Кто такой пахан? Сколько вас в этой
банде и как ты туда попал?
-Ну, я, это... Я месяц как
из Ленинграда приехал,
хотел устроиться работать, сами
понимаете. А тут местные накатили,
говорят: "Нам тут залетные
не нужны". Что делать?
Жрать хочется! Я и стал
искать, к кому прибиться.
Так и познакомился с этим Ионой.
-Как ты сказал?
-Иона. Кличут его так.
Не знаю, имя или погоняло.
-Он?
-Он, да.
-Давай рассказывай все,
что о нем знаешь.
-А что я рассказывать буду -
все равно вышку рисуете.
-Иона - немецкий агент. Я капитан
Смерш, приехал за ним специально
из Москвы. Он мне нужен живым.
А его пособники - нет.
Но для тех, кто готов мне
помочь, сделаю исключение.
-А я помогу, я помогу,
только я не знаю ничего.
Он мне не доверял, он вообще
никому не доверяет.
-Сколько человек в банде?
Где они прячутся?
-В катакомбах. Там лежка у него,
там все и ночуют в казарме.
А человек, не знаю, может,
20, может, больше.
-Ты можешь нас провести в катакомбы?
-Ага.
-Конвой!
-Встать.
Уведите.
-Вы серьезно, товарищ капитан?
Он заведет нас прямо к ним в засаду.
-Не согласен.
Он боится Иону, ему на руку,
если мы его возьмем.
Хотя полагаться на этого...
Как вы его называете?
-Тюбик. Это кличка.
-Да, полагаться на Тюбика,
конечно, не стоит. Нам
понадобится всевозможная помощь.
-Говоришь, Григорий Иванович лично
схватил этого матерого гада
в ресторанчике, а?
-А что ты лыбишься?
Что ты лыбишься?! Я понимаю так:
формально его взял Рокотов,
но я тебе должен сказать - если бы
не я, ему бы никогда, ни в жизнь
это не провернуть.
РОКОТОВ ПОКАШЛИВАЕТ
-Поехали, Пинкертон. Светлану
Петровну в горком, потом к Степанову.
-Вот так вот.
-Ага.
-Вы не против свежего воздуха,
Светлана Петровна?
Последнее время долго не могу
находиться в четырех стенах.
У меня боязнь замкнутого
пространствах после...
-Длительного пребывания в катакомбах?
И все-таки я попрошу
вас пойти с нами.
Мы не можем доверять Тюбику,
нужен надежный проводник.
Взять банду разом в катакомбах,
не подвергая опасности мирных
жителей, - это лучший вариант.
-Вы правы, но дело сложнее,
чем вы думаете. Катакомбы огромные,
их прочесать не удалось румынам,
не удастся и вам. Кроме того,
я предполагаю, что главарь банды
не дурак, а это значит,
что из лагеря несколько выходов.
И перекрыть их надо все.
-Мы соберем столько людей,
сколько нужно.
-Но я не могу одновременно находиться
со всеми группами. Нужно искать
людей, которые знают за катакомбы.
-Вы знаете таких людей?
-Вы тоже.
Анастасия Зимина,
контрразведка флота.
Ты меня прости, Настенька,
но я не уверен,
что окажешься полезной.
-Это еще почему?
-Елагина до сих пор мне не сказала
местоположение лагеря бандитов
в катакомбах. А я прикинул
тут варианты и подумал...
Если главарь не совсем поц, то тебе
и твоей группе придется зайти
через ту самую бухту, где мы
с тобой познакомились в 42-м.
Люди говорят, ты боишься
туда возвращаться.
Это правда, Настя?
-Не волнуйся, Настена,
все самое страшное позади.
Она полгода хранила меня
в Испании. Спрячь.
Пока она у тебя - с тобой
ничего не случится.
Пошли.
НА РУМЫНСКОМ:
-Смотри - баба!
-Все хорошо.
Все закончилось.
Чертова бухта... Там входов
и выходов... Ну, сама знаешь.
Если заплутаем, гады уйдут.
-От меня не уйдут.
-Удачи, девочка. Удачи.
-Спасибо.
Пока она со мной...
...ничего не случится.
-Здравия желаю!
Ой... и откуда красота такая?
-Это Дорик надыбал.
Помог рыбакам с разгрузкой,
они рассчитались. Так что,
Григорий Иванович, сегодня
не опаздывайте. Вы такую рыбку
не пробовали. В восемь часов
и ни секундой позже.
-Есть в восемь часов
и ни секундой позже!
-А вы скоро из Одессы уходите?
-Не знаю. Мы же люди служивые -
как начальство скажет.
-А после войны куда,
Григорий Иванович?
-Да... я как-то об этом и не думал.
-Может, пора подумать уже?
-О, Дорик приехал.
-А это - вам.
-Вот это дело!
Вот это спасибо!
Да это ж другой коленкор!
До отъезда все, что шатается,
болтается, намертво закреплю.
Будет как новенькая.
-Нема за шо.
Как говорится, шоб на вас напали
гроши и люди хорошие!
-Афина Феодоровна, все-таки
у вас хороший сын.
-Где этот фраер?! Где фраер этот?!
-Какой еще фраер?
-Не стыдно? Еще форму
нацепил. Ворюга!
Дождались!
-Дорик!
-А я шо?! Оно лежало!
-Все, до Берлина пешком пойдем!
-Становись!
Равняйсь! Смирно!
-Товарищи, перед нами
стоит сложная задача.
Мы должны ликвидировать
крупнейшую банду в Одессе.
Но этот человек нужен нам живым.
Во что бы то ни стало.
-Запоминайте.
-Считаете разумным вести
его без наручников?
-У меня есть кое-что получше.
Сомов, подойди.
-Здравия желаю.
-Старший лейтенант Сомов.
Он будет находиться рядом
с тобой. Если ты заговоришь,
когда нужно будет молчать,
он тебя убьет.
Если ты сделаешь шаг в сторону...
-Он меня убьет.
-Тебе нужно постараться,
очень нужно постараться.
-Запоминайте, ребята.
Он очень опасен.
Пора!
-По машинам!
-На Балку надо идти.
-Там до темноты искупаемся
и крабов наловим.
-А на Косе рыбаки.
Может, рыбой угостят.
-Видал? Куда это они?
-Тебе-то какое дело?
От них вообще надо
подальше держаться.
Ладно, пошли на Балку.
-Рассредоточились.
Быстро, ребята.
-Знаете, Иван Григорьевич,
я все простить себе не могу,
что в Харькове вас со
Светланой Петровной оставил.
Все твердил себе, что детей спасаю.
А потом понял, что дети-то -
вы со Светланой Петровной,
самые близкие, самые любимые.
-Григорий Иванович, ты что
прощаешься? Все будет хорошо,
как в прежние времена. Идем.
-Так...
-Значит так, как только войдем
в коридор, всем соблюдать тишину
и смотреть в оба. Наша задача:
занять все перекрестки,
обеспечить прикрытие группе
товарища Рокотова и не дать
бандитам выйти из бухты.
Вопросы?
ВМЕСТЕ: Никак нет!
-Вы двое остаетесь и контролируете
бухту. Ясно?
ВМЕСТЕ: Так точно.
-Остальные - за мной!
-Нале-во. Шагом марш!
-Что это, товарищ капитан?
-Не знаю.
Пономарь, Глушко, Смирнов,
остаетесь здесь. Остальные - за мной.
-Что случилось, Яков Иосифович?
-Хорошо все, Светлана Петровна.
Правильно идем.
-Что с Бланком?
Почему он так неуверенно идет?
-Все в порядке.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Пацаны!
Пацаны!
Пацаны!
Там моряки в катакомбы пошли!
Их старшая сказала занять перекрестки
и не выпускать бандитов!
Пошли за мной!
-Банду в катакомбах накрыли!
Айда смотреть!
-Быстрее давай!
-Догоняй!
-Ну что там опять?!
-Что случилось, Света?
-У Бланка клаустрофобия.
Он держался как мог.
Но, похоже, все.
-Вы знали о его болезни
и взяли его в качестве проводника?
-Яков Иосифович... Яков Иосифович!
Ясно. Идемте. Идемте.
-Все ходы соединяются между собой.
Там посты. Они прикрывают друг друга.
Снять их одновременно...
-Ясно, я понял.
Вы дорогу назад помните?
-Так точно.
-Выведите товарища Бланка быстрее.
-Иван, я...
-Яков Иосифович, вы сделали все,
что возможно. Дальше мы сами.
-Начальник, он правильно про посты
сказал. Если все ходы перекрыть,
не пройдешь. У него столько людей
нет, поэтому он дозорного
на центральный поставит.
Если зайдем слева или справа,
его можно тихонько взять.
Туда толпой нельзя - услышат.
-Ждите здесь.
-Вань, ты с ума сошел?
Ты что, ему поверил?
-Хочешь - вместе пойдем.
-Дайте мне 10 минут.
-Смотри...
если через 10 минут он
не вернется, пристрелю на месте.
-Похоже, не обманул Тюбик. Где он?
Я так понимаю, с двух сторон
зайти можно.
-Ага. Только ты потише, начальник.
Лагерь уже рядом совсем.
-Григорий Иванович, Николай,
берите половину людей - и туда.
-Четверо - за мной!
-Остальные - за мной.
-Пошли.
-Люди хотят знать, где пахан.
-Ваш пахан - придурок.
Зачем он побежал брать шпилевых
у Карапета, когда можно было
схапать того, кто возьмет банк?
И вообще, какого он шляется
по малинам, изображая из себя
малахольного Тюбика, а?
-Если побегут, открывайте огонь.
-Стоять!
-Я за ним.
-А вы - за мной!
Военная прокуратура!
-Стоять!
-Живым брать! Он нам нужен живым!
-Стоять!
-Спокойно, начальник, спокойно.
-Молодец, Коля.
-Товарищ майор...
Товарищ майор... Товарищ майор...
-Тюбик... Где он?
-Здесь он, здесь.
Выбежал прямо на нас.
Это еще не все. Мои ребята,
которые остались в ближайшем
проходе, мертвы.
Здесь есть еще кто-то. Кто-то, кто
знает переходы гораздо лучше нас.
Товарищ майор, что здесь происходит?
-Я уже и сам, если честно,
не понимаю.
Этот вон вроде обычный уголовник,
а убил опытного смершевца.
Меня, как мальчишку, завалил.
Кто-то ходит по этим
проходам и снимает наши посты.
Я-то думал, здесь один Иона.
-Кто такой Иона?
-Агент.
Ну что, сволочь, добегался?
-Майор, убить меня
будет большой ошибкой.
-Да у нас нет людей,
чтобы тебя охранять.
-Я вам нужен! Нужен я вам!
-Зачем ты мне нужен, сволочь?!
-Погоди-погоди!
Погоди, майор. Я все расскажу.
-Кто ты такой?
Почему прикидывался Тюбиком?
Говори!
-Меня зовут Владислав Андреевич
Кошелев. В 1942-м находился
в Одессе. Был взят Сигуранцей,
прошел отбор и был зачислен
в разведшколу.
Там и познакомился с Ионой.
-Сволочь!
-Глянь!
ВЫСТРЕЛЫ
-Иди сюда!
-Нифига себе!
-Тихо ты!
-Быстро! Быстро в машину!
-Не стрелять!
-Чертяга. Да кто же он?
-Диверсант, прошедший спецподготовку
в тренировочных лагерях абвера.
Для борьбы с такими тварями и был
создан Смерш.
-Не очень-то вы преуспели.
-Не думаю, что он был один.
Кто-то должен был подогнать машину.
-Думаете, был сообщник?
-Угу.
-Был. И похоже, не один.
Кто-то перебил людей
капитан-лейтенанта Зиминой,
прикрывая его отход.
И он ушел.
-Ага.
-Я хочу, чтобы ты понял: твоя жизнь
зависит от того, возьмем мы его
до утра или нет.
-Пошел!
-Значит, говоришь, тетка
из детприемника, да?
Просто так тебя подкармливала!
Ты стучал ей, падла!
За картоху пацанов сдавал.
-Пацаны, да вы что?
-Предатель, получай!
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
-Здравствуйте, Афина Феодоровна.
-Господи...
Григорий Иванович...
-Молодежь, понимаете...
В машину залез...
А как ездить - забыл научиться.
-Я так рада, шо ты вернулся.
-Мы с Ионой познакомились
в разведшколе.
Он был инструктором
по рукопашному бою.
У вас, майор, техника неплохая.
Но Иона с двумя такими, как вы,
справится легко.
-Как встретились с ним сейчас?
-Когда румыны ушли из Одессы,
я решил вернуться к прошлым делам.
Втереться в доверие, прикинуться
простачком... Сам, без наводчиков,
знал, как снять хороший куш.
Все было хорошо, пока
не наткнулся на Макса.
Он был тоже инструктором
в разведшколе. Маскировка,
внедрение в ряды противника...
Хотел, чтобы я помог ему найти
документы немецкой разведки,
потерянные в Одессе.
ГОВОРИТ НА НЕМЕЦКОМ
-Тот Макс работал в штабе фронта
под именем капитана Горшкова.
-Не хотел я больше
на немцев работать.
Макс это понял и приставил
ко мне Иону.
-А что с архивом немецкой разведки?
-Не знаю.
-Ты что!.. не понимаешь,
куда ты попал?
Ты в Смерше! Моя работа -
колоть таких тварей, как ты.
Я умею это делать.
-Товарищ капитан...
-Что, майор? Ты не видишь, что
эта мразь измывается над нами?
-Говорю же - не знаю! С тех пор как
Макс пропал, Иона ни разу
мне за архивы не сказал.
-Ты говорил, что Иона никому
не доверял в твоей банде.
А кому доверял?
Где он может прятаться?
-Говорю же - не знаю.
Хотя как-то раз говорил про какого-то
Тихого. Но кто он, где живет...
-Тихий.
-...забирал фальшивые документы,
которые ты сделал для Тихого.
Мы его внедряли в румынскую
комендатуру.
-Мне кажется, я знаю, кто
поможет нам найти этого Тихого.
Вот там ваши методы ведения допроса,
товарищ капитан, очень пригодятся.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да иду я, иду!
Ну смотри...
Если не по делу, пожалеешь, да...
СИЛЬНО СТУЧАТ
Иду, сказал, вай!..
Что еще?.. Ты что творишь?
Что за беспредел?!
-Тихий. Где найти эту мразь?
-Какой еще Тихий?! Слушай...
Я имею в виду, с бухты
или Приморского бульвара?
-С бухты, с бухты.
Как найти его, расскажешь?
-Зачем расскажешь, слушай!
Покажу - только отпусти!
Еще крест на карте поставлю.
Чтобы в темноте не заблудился.
-Как - нет судна?
-А что ты хотел?
После того кипежа, что вы устроили,
все на дно легли. Говорят,
морская контрразведка со Смершем
объединились и трясут город.
Сейчас в море никто не выйдет.
-Нам сегодня найти уйти.
-Ничем не могу помочь.
-Тогда зачем ты нам нужен?
Кто здесь?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Как думаешь, архивы уже у них?
-Да кто его знает.
Вы не обратили внимания на знаки
на стенах в катакомбах?
Ромбы с точками.
-Нет.
-Нет.
-А я вот обратил. И Зимина тоже.
Странно. Старый почти детский
указатель. Чем ближе к тайнику,
тем больше точек в ромбе.
Так, вот здесь, сейчас будет
съезд слева.
-Не ходи туда!
-Саша!
-Он убьет тебя! Он всех убивает!
Я видел его в катакомбах и здесь.
-Это он так тебя?
-Нет, я спрятался, как Робин Гуд.
Только он в лесу, а я - за камнями.
Тот дяденька сказал, что на судне
его не повезет, и он убил
его и ушел в свой дом.
-Пошли.
-Не ходи туда!
-Останься с мальчиком. Мы справимся.
-Хорошо.
Так, я с тыла зайду.
-Хорошо.
-Назад! Или я убью его, а потом тебя!
-Брось оружие, Иона. Тебе не уйти.
-Назад, я сказал!
-Ты что натворил?
Он нам живым был нужен!
-Живым нам нужен тот, у кого
архивы. А он живой и прекрасно
себя чувствует. Да, Яков Иосифович?
-Иван Григорьевич...
Товарищи, я ничего не понимаю.
-Обыщи его.
-Товарищи, вы что?
Это какая-то ошибка.
Это ошибка...
-Сука... Ты, сука! Это ты Дидуся
убил! Ты, сука!
-Оставь его, Вить!
Рюкзак его посмотри.
-Как я не подумал о микрофильмах?
Я был уверен, что мы ищем
ящики с документами.
-Да, я, честно говоря, тоже об этом
не подумал, пока вы не упомянули
о том, что Мильке квартировал
у сестры Тихоновича, которая работала
на подполье. Конечно, если бы он
пришел с ящиками, она непременно
это бы заметила и рассказала брату.
-А как ты раскусил Бланка?
-Ну, немецкие агенты постоянно нас
опережали. Поначалу это казалось
логичным: они знали больше нас,
поиски начали раньше.
Ну а потом, после катакомб,
я задумался, начал вспоминать.
Сначала убийство связного Авдеева.
А кто знал, что мы арестовали
Авдеева?
-Яков Иосифович!
-Да?
-Я бы хотел с вами поподробнее
поговорить о партизанском движении
Одессы.
-Конечно, товарищ капитан.
-Вылезай давай.
-Извините.
-Пошел!
-Да. Бланк видел, как вы взяли
Авдеева. Но это видели многие.
Задержание было шумным.
-Не спорю. Дальше мы задержали
Макса - Горшкова. Находим карту -
и к кому обращаемся за помощью?
-К Бланку. Он узнал карту и понял,
что Макс раскрыт.
-Да. Вот откуда Бланк узнал,
что Макс в больнице?
-Это моя ошибка.
-Где вы ее взяли, товарищ Звягинов?
-Она была получена в ходе
расследования. Ее прежний владелец
работал на абвер.
-Ну и спросите у него.
-Спросим, Яков Иосифович. Спросим.
Но дело в том, что его сейчас
оперируют - непонятно, когда
он с нами сможет поговорить.
-Дальше - как вы и сказали: Дидусь
был опытным оперативником, при этом
сопротивления не оказал. Значит, не
ожидал нападения, убийце он доверял.
И потом... Гибель Ворона, Малышева.
Бланк знал, что Мильке связался
с кем-то из подполья,
но с кем именно - не знал.
-Мы сами ему рассказали.
-И потом вспомните, приступ
клаустрофобии у Бланка начался
в тот момент, когда он увидел
знак на стене.
Кстати, он не сказал,
кто его оставил?
-Малышев. Когда Зинаида Тихонович
рассказала ему о Мильке,
он вышел с ним на контакт
и спрятал архив в катакомбах.
Ну а после того как Мильке
погиб, просто стал ждать того,
кто за ним придет.
-А пришел Иона.
-Да.
-Именно Бланк убил людей Зиминой
при отступлении Ионы.
-Да, Вань, когда ты все это
рассказываешь, все кажется
таким простым и очевидным.
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
Помнишь, что ты мне обещал?
-Помню.
-Я вам тут поесть приготовила. Так
вы сперва съешьте то, что в глычке,
пока теплое.
-Афиночка, ты, это...
-Ну что, счастливо оставаться. Вы уж
приглядывайте за этими шалопаями,
Василий Львович.
-Если понадобится.
Но я думаю, что нет.
Они хорошие ребята.
-Уезжаете?
-Да, Коль, уезжаем.
Лена как?
-Все хорошо, идет на поправку.
Ранение, к счастью, несерьезное.
-Вы уж берегите ее.
-А как же!
-Старшина Федоренко,
а где майор Рокотов?
-У Афины, в 6-й они.
-Понятно. Пойдемте.
-Ну что? Бывай.
-Всего хорошего.
Здравия желаю!
-Здравия желаю!
Полковник юстиции Егоров.
-Здравия желаю.
-Много о вас хорошего слышал,
товарищ Рокотов.
Буду рад сотрудничеству.
-Приказом главного военного прокурора
майор юстиции Рокотов и старшина
Федоренко прикомандированы
к 49-й стрелковой дивизии 3-го
Белорусского фронта.
-Приказом главного военпрокурора?
-Да.
Это приказ. Он не обсуждается.
Майор Рокотов едет в Белоруссию.
Мы с вами - в Москву.
ТРАГИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
-Ну что же, до встречи.
-Жду вас в машине.
-Я никуда без тебя не поеду.
-Мы до сих пор на войне, Света.
-Я не могу потерять тебя снова.
-Не потеряешь.
-В августе-ноябре 1944 года
соединения 2-го Белорусского фронта
вели бои в Западной Белоруссии,
вышли к границам Восточной Пруссии
и Польши, захватили Ружанский
плацдарм на левом берегу реки Нарев.
В ходе дальнейшего наступления
вышли на побережье Балтийского моря
и блокировали восточно-прусскую
группировку противника с Запада
и Юго-Запада.
-Вот погода собачья!
Ни пройти ни проехать.
-И не говори.
-Мало нам болот!
Так еще льет как и ведра.
Светлана Петровна...
-Мокрый!
-Капитан...
-Да.
Ох, Егор Ильич не любит, когда
ему правду в глаза говорят!
Капитан юстиции Елагина в ваше
распоряжение прибыла, товарищ майор.
-Капитан ты мой.
-До конца войны оставалось совсем
немного. Что ждет Рокотова и Елагину
впереди, куда приведут их дороги
войны, никто не знает.
Но сейчас они вместе и счастливы.
 

 

 

 

////////////////////////////