13 Клиническая. Начало (1 сезон, 2024 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Илья Ермолов

13-й клинической больницы еще не существует, а человечество только начинает входить в контакт со сверхъестественными явлениями. Чтобы оказаться впереди, в СССР начинают искать врачей, готовых выйти за рамки обычной медицины. Одним из таких врачей становится Яна, психоневролог, переживающая семейную драму. Прибыв в больницу, чтобы спасти Брежнева после фатального контакта того с демоном, девушка неожиданно выясняет, что её сын оказался в заложниках у Люцифера. Теперь ей предстоит не только вызволить своего ребенка, став сосудом для демона, но также взять на себя роль главврача первой в мире мистической больницы. Так 13-я клиническая начинает свою работу. Яне и её коллегам придется потратить немало сил на освоение новых методов лечения и изучение сущностей. А руководству страны — выяснить, возможно ли использовать N-явления для обороны от внешних угроз…

Все фразы и цитаты

Серия 1

ГОЛОСА ВДАЛИ Прям отличные!
Ну, разобрались.
А что, к себе никак нельзя пригласить?
Можно.
Но не стоит.
Ладно, мы не в орбите.
А "Альфу" зачем вы нагнали?
Дмитрий Федорович настоял.
Тут уж непонятно, чья епархия.
То ли его, то ли Громыка.
Ну, вы бы лучше попов у фоня поставили.
Хоть какой-то громкого.
Было и такое предложение.
Ну шо?
Суд?
Да.
Это наш ведущий консультант по борьбе
с религиозно-сектантскими элементами.
Это, собственно, его
идея первичного контакта.
Как это у вас было?
Каждый раз по-разному.
Кому-то кто-то что-то
невнятное шепчет на ухо.
У кого-то бывают галлюцинации.
Некоторые сотрудники
ничего не почувствовали.
Мы считаем, что мы должны
провести предварительное совещание.
Время, как мы понимаем, тут,
собственно, никакой роли не играет.
Да у них не играет.
А у нас очень даже.
То все говорим, говорим, говорим.
Чего ждем?
Что они где-нибудь в Штатах,
роговысом, насовещались.
Леонид Ильич!
Куда?
Здесь жди.
Ну так шо?
С кем разговаривать?
Вы просто говорите. Он даст знак.
Ну, думаю, представляться не надо.
Вы дали понять, что будете
разговаривать только с достойным.
Ситуация у нас непростая.
Хотя она и никогда простой не была.
Есть внешние враги и внутренние.
Ряд наших товарищей считает,
что вы можете оказать содействие.
Нас, конечно, интересуют вопросы
стабильности и нерушимости наших границ.
Леонид Ильич!
Это из чего?
Такого контакта еще не было.
Я думаю, он готов нас слушать.
Он постоянно ответит на
вопросы, поставленные.
Может же он ответить.
Поскольку это вы вышли на нас,
мы имеем право попросить
предоставить нам некоторые гарантии.
По крайней мере знать, с кем мы имеем дело.
И что вы потребуете со своей стороны.
Но ты не знаешь, какое имя?
Да, я знаю, но я не уверен,
что вам нужно его произносить.
Почему?
С большой долей вероятности это будет
равнозначно подписанию договора вслепую,
а мы пока обсуждаем условия.
Что вы там мудрите, Шеврик?
Куда он?
Я хочу услышать ответы
на поставленные вопросы.
Не прислоняйтесь.
Вот ты мне еще это доказывать будешь.
Эй, товарищ!
Ну? Ну и где он? Ты же мне обещал.
Ну хорошо, опускай.
Давай левым. Давай-давай-давай-давай.
Давай старайся, давай. Давай-давай-давай.
Не могу.
А я вижу, что можешь. Давай.
Больно.
А как я иначе посмотрю, хороший мой?
Мне нужно оценить объем
подвижности в суставах. Давай.
Ай!
Ладно, все, иди в коридорочке посиди.
Я сам.
Ну, вы видели? Или мне объяснить?
Я видела.
Ничего хорошего не скажу.
Из опыта идем полной
неподвижности в суставах.
Патологическое состояние структуры.
Будут боли. Без этого никак.
Еще если бы характер
был приобретенный, можно
было бы что-то делать,
но тут явно недавно.
Нет, у нас таких наследственных проблем
нет. Ни у меня, ни у мужа, ни у родителей.
Так все говорят. Простите, пожалуйста.
Кого не спроси, никаких проблем.
И главное, именно у коллег они отсутствуют.
Все кругом больные, а врачи у
нас самые здоровые на свете.
При всем уважении, давайте, пожалуйста,
еще раз эндокринную причину исключим.
Ну, может, можно кому-то еще показать?
Кому?
Саш, зашли уже или ждете?
Я заходила, мама там сидит.
Я понял.
Досиделись, а теперь ждете какого-то чуда.
Так не бывает, дорогая моя.
Выйдите, пожалуйста, из кабинета.
Стучаться надо, прежде чем ходить.
Прошу прощения, я просто вот тоже родитель.
Мы как бы коллеги все.
Да понятно, что коллеги.
Люди месяцами очереди ждут.
Я не знаю. Но сдайте еще раз гармон.
Ну, я сразу говорю, смысл близится к нулю.
Так случается, ну что теперь?
Не все в наших руках.
Бывает, кто-то другой за нас
решает, кому жить, кому вот так...
мучиться.
Все, идем.
До свидания.
Мы сейчас поедем к нам с папой на работу.
Надо еще один анализ тебе сдать.
И все. Хорошо?
Олег Николаевич, прости, я не могу сейчас.
Меня просто Олег Николаевич
попросил с ним в министерство съездить.
Я еле вырвался сюда, вот уже опаздываю.
Но не переживай, послезавтра
мы с Сашкой все сдадим.
Не нужно, я сама все сделаю.
Я... пока.
Ну, вот так.
Все, пойдем.
Да куда руками-то?
Так, прекращай!
Я лизался уже с самого утра.
Стойте, подождите, не трогайте его.
Он не пьяный, у него гибридический инсульт.
Идите за носилками, быстро.
А мы с вами сейчас
приляжем прямо на асфальт.
Аккуратно. Вот так. Вот так.
Сейчас вам помогут.
Сейчас.
Спи.
Вставайте все.
В этом доме никакого ко мне уважения.
Спите.
Иван Сергеевич.
Ну, хотя бы спи.
Хотя бы так.
Анечка.
Давай разведемся?
Что, прости?
Мы можем же выразвестись.
У тебя кто-то есть.
Я знаю.
Люди расходятся, живут как-то.
И мы можем.
Нет, мы не можем. Я...
А как ты себе это представляешь?
Немножко не понимаю.
Меня сразу спишут ко всем чертям.
И...
Зачем?
Тебя что не устраивает-то опять?
Хорошо, ты про меня не хочешь думать.
Думай про себя. Тебя тоже держать не будут.
Поедешь в челны своей коровам.
Голосны крутить.
А Сашка с его диагнозом...
С ума посходили.
У нас есть совесть?
Кто?
Да, да, здравствуйте, да.
Угу.
Да.
Будем, да, будем. Угу.
До свидания.
Собирайся через десять минут в машину.
А Сашка?
Ну...
Не думай, что там надолго.
Что-то экстренное.
Возьмем с собой доспит в ординаторской.
Это что?
Я не знаю.
А куда нас привезли? Это не ЦКБ.
Доброй ночи.
А можно ваши паспорта, пожалуйста?
Да.
Мы вас очень ждали.
Вы не переживайте, я сейчас вам все покажу.
А малыша мы можем
разместить в свободной палате.
Да, и заполните, пожалуйста, анкету.
Угу.
Ручка.
Ты куда?
Спи, спи, я скоро.
Я с тобой.
Ну ты чего?
Пациента со мной будешь диагностировать?
Смотри, какая палата красивая.
Видела такие когда-нибудь?
У нас даже в ЦКБ такого нет.
Тут тихо, уютно, поспишь пока.
Там за дверью медсестра, если что.
Ты не один.
А мы быстро с папой все
доделаем, и я тебя заберу.
Честное слово.
Добрый день, товарищи.
Простите, что в нерабочее
время, но ситуация экстренная.
Меня зовут Глеб Алексеевич, я
курирую проект под названием «Дружба».
Место, в котором мы
сейчас собрались, это филиал
ведомственного НИИ Комитета
государственной безопасности.
Решением Совета министров
мы сейчас расширяемся за счет
наиболее подготовленных
сотрудников ЦКБ, то есть вас.
На территории нашего НИИ уже
были созданы некоторые условия
для изучения и диагностики
так называемых «Н-явлений».
Уже собраны неопровержимые
доказательства существования явлений,
которые ранее наука отрицала.
Я не скрою, мы пока не до конца
понимаем, с чем мы имеем
дело, и пока не представляем себе,
например, последствий прямого
воздействия на указанные явления.
Но я надеюсь, что с помощью
тех из вас, кто останется здесь,
мы в ближайшем будущем
эту ситуацию изменим.
Прямо сейчас вы все пройдете
тестирование небольшое.
Попрошу вас не вставать с ваших мест и
не мешать нашей сотруднице. Пожалуйста.
Что вы себе позволяете?
Аркадий Семенович,
спокойно, пожалуйста, спокойно.
Спасибо.
Значит, вы, вы, вы и вы.
Можете быть свободны, отправляйтесь домой.
Вас проводят.
Оставшиеся, я попрошу вас
быть максимально внимательными.
Вам предстоит работать
с пациентом номер один.
Прямо сейчас, на данный
момент ситуация следующая.
Констатирована клиническая смерть.
Время с момента остановки сердца 34 часа.
Наша с вами задача выявить недуг
и сформулировать план действий.
Вопросы?
Разрешите?
Да.
Простите, я психоневролог.
Иван Сергеевич, кардиохирург.
Чем мы можем помочь при
полной остановке сердца?
С этим мы разберемся позже.
Нам нужны сейчас врачи,
которые без шор смогут посмотреть
на ситуацию, предложить
какие-то нестандартные методы.
Аркадий Семенович нас возглавит.
Да.
Хорошо, допустим.
Простите, смерть мозга наступает
через 5-7 минут после остановки дыхания.
При охлаждении тела есть до получаса.
Почему вас что-то заставляет думать,
что мы можем здесь чем-то помочь?
Я так понимаю, что подобных
вопросов у всех достаточно,
и мы можем долго говорить,
поэтому я предлагаю просто
посмотреть на все своими глазами.
Давайте пройдем.
Здравствуйте.
Доброй ночи, Тамара Ивановна.
Что, вас тоже выдернули?
Да тут половину ЦКП собрать.
Он мертв, Глеб Алексеевич.
Да, но как вы объясните вот это?
Зрачок дергается.
Натканулся.
Так бывает довольно продолжительное время.
Да, но не 34 часа.
Вы уверены, что прошло именно столько?
Именно.
Ну, он теплый, не могло
сердце так давно остановиться.
Тем не менее.
Вы все четко должны понимать, что мы здесь
имеем дело с чем-то не вполне научным.
Леонид Ильич получил свою
травму в процессе эксперимента,
о котором я сейчас не могу вам говорить,
и мы полагаем, что его нынешнее состояние
может быть продолжением этого эксперимента.
Да, но нам нужно знать
подробности, чтобы проработать план.
Чем и при каких обстоятельствах
была нанесена эта травма.
Это все, что я сейчас могу сказать.
Предлагаю сейчас определиться
с графиком дежурства,
а всем остальным пройти ординаторскую.
Я первая останусь, если можно.
Хорошо, вы решайте. На выход, товарищи.
Почему нам ничего не
рассказывают про эксперимент?
Тридцать четыре часа
прошло после остановки сердца.
Бред какой-то. Не мог он столько времени.
А потом скажут, что привезли
Брежнева, а мы бездействовали.
Вы молчите, пожалуйста. Вы мне мешаете.
У вас какие-то вопросы ко мне накопились?
Ну, а чего ты тогда смотришь
глазками своими коровами?
Чего ресничками хлопаешь?
Залезь.
Прости меня.
Сейчас мы тебя увидим.
Будешь у нас как маленький.
Будешь.
Хозяин просил передать,
что вы не к тому пошли.
Хозяин обиделся?
Ну, хотя он вам сейчас
сам об этом расскажет.
Я там пройдусь немного. Трясет сил.
Давай уже.
Уходи.
Уходи.
Коляку смените.
Устал?
Это мы тут первую ночь, а не
представляешь, сколько не спят.
Ясно.
Может быть, тоже отдохнешь?
Сменю тебя.
Очень мило с вашей стороны, Иван Сергеевич.
Тамара, не надо.
Почему? Здесь же никого нет.
Ну, да.
Только ты, я и генеральный секретарь ЦК.
Не знаю, есть в этом что-то вдохновляющее.
Сам прикололи, жена?
Не знаю.
Гадость какая.
Тихо.
Тамара, пожалуйста.
Пожалуйста, не надо.
Почему? Ты же пришел по собственной воле.
Да, я пришел ко мне.
Чего ты испугался?
Тамара, правда, я хочу прекратить это все.
Давай закончим.
Я каждый раз просто у меня
от самого себя тошне. Ты пойми.
Хоть в петлю лезь.
Обидные слова какие.
Прям очень обидные.
Да. Пульс проявился, но теперь
растет внутричерепное давление.
Врачи считают, нужно делать операцию.
Встравливать что-ли.
Иначе развьется дислокационный синдром.
Это очень плохо. Да.
Есть. Делайте.
Сейчас.
Аркадий Семенович.
Что?
Можно? Я посмотрела снимки еще раз.
Мы можем попробовать
снять ВЧД без трепанации.
Температура тела не
падала, а значит факт
падения давления можно
полностью не учитывать.
По старым снимкам такого уровня аномалии
не было и быть не могло за короткое время.
Признаков травмы, чтобы скопилось
столько жидкости, я тоже не вижу.
Если позволите, я бы попробовала
обойтись без дренирования.
Просто дать немного
гормональной компенсации.
Вы соображаете, что вы говорите?
Нам доверили жизнь генерального секретаря.
По показаниям в данном случае
проводится вентикулярное дренирование.
А вы предлагаете просто
сделать укольчик вместо этого.
Хотите, чтобы вся наша
бригада отправилась лес валить?
Маску!
Булавку мужу повесили? Боитесь потерять?
Нет.
Стыдно?
Стыдно человеку с высшим медицинским
образованием верить в такие глупости.
Да, может быть.
У вас тоже дырочка в ухе под
желтым хрящом, как у ведьмы.
Она глубокая, глубокая, через всю
мышцу почти до головного мозга доходит.
Сейчас-то мы знаем, что это наследственное.
А раньше нас с вами сожгли бы за такое.
Я никого не привораживала, Яночка.
Сам приходит, а у меня сил нет отказать.
Вы тоже, женщина, должны понять.
Но вот что сделать? Посоветуйте, а?
Что хотите, то и делайте.
А что здесь происходит?
Ваше руководство имеет хоть
минимальное понятие о санитарных условиях?
Имеет.
А вот с этой, я даже стоять рядом не смогу.
Аркадий Семенович, тут
ситуация нетривиальная.
И методы, соответственно, нетривиальные.
Окси занимается анестезией,
меры собственного разумения.
К нашей с вами работе
это отношение не имеет.
Но метод достаточно эффективный.
Пациент стабилен.
Не на операционное поле!
Ну, это совсем не в какие ворота.
Тамара, нельзя же так! Идиотизм какой-то.
Аккуратней, аккуратней.
Вам эти пальцы еще пригодятся.
Давайте уже начинать.
Что?
Мне нужно разрешение на
гормональную терапию. Прямо сейчас.
Я не понимаю.
Я бы объяснила, но вы не поймете деталей.
Времени нет, дренировать нельзя.
Что молчим? Как давление?
Без изменений. Низкое.
Почему?
Что-то не так, Аркадий Семенович?
Все не так.
Вы не могли бы покинуть помещение?
Это операционная, а не мавзолей.
Мы не нуждаемся в почетном карауле.
Извините, не можем.
Продолжайте, пожалуйста.
Черт, я что...
Аркадий Семенович, он
считает, что нужно операцию.
Аркадий Семенович – напущенный индюк.
Послушайте, я не в восторге от
нашей любимой партии, но я не знаю...
Хотите, анекдот про
Леонида Ильича расскажу?
Мне Слава, его спасительница, не нужна.
Я просто терпеть не могу, когда умирают
пациенты, которых можно было спасти.
Все, давайте, звоните в ЦК
или кому вы там телефонируете.
Пусть останавливают операцию.
Сколько у нас времени?
Нисколько.
Что будет, если дренировать?
Они его убьют.
Ого!
Ну что там? Не молчите, говорите.
Без изменений.
Зараза.
Отойдите.
Я не закончил. Идет операция.
Отойдите.
Вы в своем уме?
Отойдите. Уберите руки.
Делайте.
Вы отдаете себе отчет в ваших действиях?
Вы с ума сошли.
Кто будет нести ответственность?
Это немыслимо.
Я надеюсь, вы согласовались.
Потому что в противном случае...
ЧД падает.
Ну все, товарищи.
Продолжает падать.
Я требую официальную
бумагу, в которой будет
зафиксировано, что я в
этом шабаше не участвовал.
Подождите вы.
Еще укол.
Что это?
Дышит?
Он дышит, да?
Да.
Все хорошо.
Давление в норме.
Спасибо вам, Лена Юрьевна.
Пожалуйста, Глеб Алексеевич.
Если это ваше настоящее имя.
Самое настоящее.
Что у вас с лицом?
Мелочь.
Подвиньтесь поближе ко мне, я посмотрю.
Вы знаете, что у вас в лице мелкие осколки?
Это надо светить.
Займусь.
Как-нибудь, когда с пациентом закончу.
Спасибо за заботу.
Это профессионально, да?
Яна.
Можно вас на ужин пригласить?
Это по линии борьбы с
инакомыслием или в частном порядке?
В частном.
Если в частном, то я замужем.
Глеб Алексеевич, у нас
там ребенок в палате.
Если мы свободны, мы можем ехать.
Нет, консилиум я не вижу смысла.
Придется всем допуски давать.
Простите.
В любом случае, это мое мнение.
Не занимайте, пожалуйста,
трубку, с вами поговорите.
Тамара!
Забыл, как вас по отчеству.
Ревазовна.
Вы не объясните, что вы делаете?
Обязательно.
Вы в себе вообще?
Берите, это вас.
Слушаю.
Ну вот зачем ты его к нему повел?
Обманешь, обманом
заставишь плохие дела делать.
С кем я говорю?
Глебушка, ты слушаешь?
Я говорю, не надо к нему ходить.
Он обманет.
Вроде бы взрослые, уважаемые люди.
С кем я разговариваю?
Все ты знаешь.
Все ты учил, хороший мой.
Просто тебе вспомнить надо.
А еще лучше, взял бы да приехал.
Уважен, старика.
Поспимся и на дачу, да?
Тем более, Сашка просился всю неделю.
Вань.
А?
Ты не торопись.
Если хочешь, оставайся здесь.
Может, отделение дадут.
Мы с Сашкой уйдем, поживем у
Светы, пока дальше посмотрим.
Если хочешь, можешь не сообщать никому.
Без оформления просто.
Серьезно?
Вот здесь это будем выяснять. Сейчас.
Ян.
Мам!
Закрыто?
Саш, открой дверь, пожалуйста.
Мам!
Саш!
Саш!
Дверь закрыта.
Почему?
Саша, ты слышишь меня?
Мам!
Что с дверью?
Не знаю.
Простите, пожалуйста, у
вас дверь не открывается.
У нас там, ну, просто ребенок.
Я не знаю, наверное, изнутри закрылся.
Там нет замка.
Как нет замка?
Саш, ты закрылся?
Я не закрывался!
Ну, вот говорят, что нет замка.
Проверь, пожалуйста, может быть...
Ну, как-то это...
Почему не открывается дверь? Может,
там что-то застряло, что-то, я не знаю.
Саша!
Саша!
Что происходит?
Послушайте, ну, может быть,
как-то можно еще ее открыть?
Завхоз, кого-то
позовите, пожалуйста.
Позовите кого-то, пожалуйста.
Хорошо.
А ты успокойся.
Что, успокойся? Там мой сын, вообще-то.
И мой тоже.
Мам!
Лен!
Хорошо, сделай что-нибудь.
Мама, мне страшно!
Мам, я хочу выйти!
Сейчас, малыш.
Саша, не переживай, ты сейчас выйдешь.
Отойди от двери.
Саша!
Саша!
Саша!
Наш сын болен.
Ему нельзя долго без лекарств.
Я вам еще раз говорю, мы его слышали.
Я понимаю, мы ищем, но
пока не можем нигде его найти.
Ну что, он испарился, что ли?
Глеб Алексеевич, у нас
тут мальчик потерялся,
Саша светленький, такой
на территории больницы.
Я понимаю, я займусь этим позже, простите.
Этот?
По адресу, вроде, этот.
Проходите, проходите.
Мы никогда не запираем.
У нас вон забора-то нет.
Добрый день.
Добрый, добрый. С праздничком.
Целителя Пантелеймона сегодня чествую.
Проходите, проходите.
Товарищ Старик вас уже ждет.
Проходите, проходите. Вот так.
Не стесняйтесь, располагайтесь.
Проходите, проходите.
Уже запустили? Ну, славно, славно.
Здравствуйте.
Это как сказать, это как сказать.
Вот вы что-то странное
увидели и испугались.
Комната с ними заговорила, вот не видали.
Как испугались, так и подумали, вот бы
и нам такую штуку завести, чтобы других.
Пугать. Придумали себе ерунды и
пошли с зеркалами разговаривать.
Только ни к кому бы пошли.
Нельзя так нахрапом, а бы к кому.
Нехороший он. И дела ему нет.
Ни до военно-промышленного
комплекса, ни до иностранных дел наших.
Ему одно надо.
Хаос посеять, да и вершки потом посрезать.
Вот я другое дело.
Я и стране помочь могу, и тебе лично.
Мы давай так сделаем.
Не будем на все сразу замахиваться.
А пока о нуждах народа подумаем.
Вот здравоохранение я бы занялся с тобой.
У тебя же уже получается.
Чем разница между вами и этим, и зеркалом?
Я порядок, он нет.
Допустим. Вам это зачем?
Это ты узнаешь. Все поймешь.
Ну что, по рукам?
Я не уполномочен принимать такие решения.
А ты за себя примни.
Только за себя. Ты же этого хотел.
Вот и умница. А мальчик пока у нас побудет.
Скажи ей, пусть не волнуется.
Ничего с ним плохого не случится,
если она сердечко слушать будет.
Я к подвалу прошлась.
Там везде охрана стоит, не пускают никого.
Непонятно куда делся.
Ваня говорит, ты его через дверь слышала.
Правда, что ли? Успокоительное, да?
Но ты сейчас в непростой ситуации.
Я понимаю.
Это ты...
Что я?
Это ты сделала, да?
Что я сделала?
Как мы теперь с вами дальше будем?
Вечером представишь руководству, а потом
Константин Настенович на меня напрягнет.
Ну и твоей Эскулапы сердце вынут.
Так и поработаем.
Только тогда уж Яночку не забудьте.
Только ей сердце подойдет. Только ей.
Я не понимаю.
Глебушка, ты вставай. Пора уже.
Да.
Глеб Алексеевич, Глеб Алексеевич.
Да, что?
Вы в обморок рухнули.
Когда?
Как вышли, сразу бахнулись.
Да нет там никого.
Я уж бегал, телефон искал.
Все. Давай, пойдем в контору.
Красиво.
Скорей границы.
Виноват.


Серия 2

По результатам исследования доктора Носвы,
теперь мы можем с уверенностью заявлять,
что в среде так называемых
N-явлений действуют
как минимум две разумных
и конкурентных группы.
Для удобства и дальнейшего
понимания причин
конфронтации, разделим
их на условно-женскую
группу, представленную здесь как ND1A,
просторечие астерод, и мужскую ND1L, люцифер.
Гендерное разделение
обусловлено непыловой
принадлежностью конкретных
личностей, как ошибочно
полагаю некоторые
исследователи. Это скорее тип
конфликта между данными
явлений. Корни этого
противостояния уходят слишком глубоко, и
пока окончательно установить их не удалось.
Однако, уже сейчас мы
можем утверждать, что ND1L
нацелен на более
плотное и, как там кажется,
взаимовыгодное сотрудничество
с нашим институтом,
хоть и являющиеся
промежуточной целью для
достижения его собственных нужд.
А именно, подавление проявления
нижнего порядка ND2 и ND3
соответственно на нашей территории.
Константин Устинович, Константин Устинович,
Константин Устинович, ну?
Просили разбудить за три минуты.
Так почему не через Нагина поехали?
Новый маршрут дали.
Не знаю, может ремонт там.
А может... Куда ты?
Мне разрешили войти.
Должны были передать. Передали, да.
Знаешь, когда, ну, Глеб Алексеевич вернется,
я все-таки поговорю с ним. Так нельзя.
Ну, у тебя нервный срыв. Вообще, какой
смысл держать человека под замком? Врача.
Ну, я лично не понимаю.
Что это, тюрьма, что
ли? Тем более, у нас
такая ситуация с ребенком.
Ну, не знаю, скажу, что там...
Готовы принести извинения.
Может быть, даже
там о ревазовании.
Что он употреблял действительно
определенные препараты.
Было сложное неврологическое
состояние. Сейчас успокоилось.
Вань, у тебя сын пропал. Был в комнате.
Говорил с нами и пропал, понимаешь?
Яна, что ты предлагаешь? Мне что нужно
сделать? Объясни. Морду набить кому-то?
Ну, пожалуйста, я могу. Будем
вместе в изоляторе сидеть.
Отличный вариант, Ян. Отличный.
Ты понимаешь, что это
ведомственный институт?
Здесь не дураки сидят, они тоже
ищут. Все НИИ уже перетряхнули.
В нем А3 и выше.
Немедленно явиться в приемное отделение.
Иди, Вань.
Не дай Бог заискания карьеру загубишь.
Зря ты так. Зря.
Здравствуйте, товарищи. Примерно
через 10 минут будет доставлен
пациент, ранее назначенный
руководителем нашего института.
84 года, множественные
переломы в результате аварии.
Задача предельно простая.
Сохранять ему жизнь как можно дольше.
Вот и до принятия дальнейших
решений руководства.
Ну, что ты так испугалась,
глупая? Глебушка, Глебушка,
приведи сюда коробочку.
Я с ней поговорить хочу.
Кого?
Коробочку, в которую сердечко положено.
Приведи, Глебушка.
Может, водички?
Нет, спасибо.
Запускаю. Ходите.
Ну, что ж, давайте
разбираться. Значит, контакт с
этим вашим НДУ установили,
главу врачом назначили.
А он возьми и прыгни под
машину. Теперь вот вы с этим вашим
специалистом по сектам такую смуту
посели, как это понимать прикажете?
Разрешите говорить свободно?
Ну, а как же еще? У нас только так.
Информация о возможном происшествии с вашим
участием поступила вчера от самого НДУ.
Я склонен доверять нашему специалисту, так
как слышал ее вчера из его собственных уст.
Так а что вы молчали?
Ну, форма подачи была
несколько замысловатой.
А что там по поводу сердца?
Товарищ Стариков дал понять, что...
чтоб мы делали пересадку.
Сколько есть времени?
В данный момент он находится в
отделении интенсивной терапии.
Врачи говорят продержится
не больше суток.
Стало быть, этот ваш демон в сердце сидит.
Мы тут тоже посоветовались
и есть мнение, что если
уж менять сердце человеку
на такой важной позиции,
то тогда лучше его пересадить надежному,
проверенному сотруднику. Вам, например.
Я готов, Константин Устинович.
Родина прикажет, пересадим, что скажете.
Только вот товарищ
Стариков передал, чтобы мы
пересадили конкретному
человеку. Я не юрид.
Что за яна? Кто это?
Невролог. Сотрудница ЦКБ. Беспартийная.
Что, считаете, подходит? Но группа
крови совпадает. Что там еще должно быть?
Вероятность крайне низкая.
Ну вот, вот вы сами вопросы
разрешили. Если ни у нее, ни
у вас параметры не совпадают,
тогда мы выбираем своего.
А не того, которого нам показывает
НД. Все, принимайте командование,
восстанавливайтесь после операции,
обустраивайтесь на новом месте.
Хотелось бы все-таки, чтобы мы
их контролировали, а не они нас.
Я понятно выражаюсь?
Так точно.
Наше счастье, что Леонид
Ильич пошел на поправку.
Разрешите идти?
Пойдемте, вас зовут.
Кто?
Яна Юрьевна, здравствуйте. Извините
за изолятор, не было другого выхода.
Что с моим ребенком? Его ищут?
Я думаю, вам об этом лучше
поговорить с тем, кто там.
Кто там?
Вы верите в Бога? Я неформально спрашиваю.
Нет.
Тогда будет сложнее.
Там находится некая сущность, которая
заместила личность советского гражданина.
Или может быть не
советского, мы точно не знаем.
Мы полагаем, что эта сущность
может помочь нам в исследованиях
явлений, свидетельницей которых
вы уже были. Нам нужна ваша помощь.
При чем тут мысль?
Мы с этим как раз
пытаемся разбираться сейчас.
Давайте пройдемте.
А тебя я и не звал, Глебушка. Ты уж снаружи
подожди. Дай поговорить с глазу на глаз.
Извините, я не могу, я
обязан присутствовать.
Яна Юрьевна, у нас новости с Соболенко.
Мне пора сядь.
Иди, иди. Ты свое дело сделал.
Не хватало еще кочуринца
на пороге Левинской премии.
А ты подойди. Не бойся,
тебе сердце достанется.
Будешь с ним жить, только
дело делай, не отлынивай.
Я не понимаю.
Это не важно. Ты
главное запоминай.
А поймешь потом, и не переживай.
Сердце надежное, крепкое.
Получишь и тоже потом кому-нибудь передашь.
У меня только одна просьба, помощницу мою
не бросай. Гюзель очень к нему привязана.
Ты уж ее уважь, и она
к тебе со всей добротой.
А крючка-то воровать. Не
бойся, с них какой спрос.
Они в свои игры
играют, а мы в свои, да?
Что вы от меня хотите?
Терпение. Потерпеть малость и все.
Ну, еще в крючках своих признаться.
Вот и прямо сейчас можешь,
главное, до операции.
Я должна вам исповедаться, да?
Да ну, что ты?
Зачем эти сложности?
На исповеди ты каешься,
чтобы тебе их отпустили.
А тут просто признаешь, и вина сама уходит.
Нельзя свиной сердце принять.
В нем и так много
всего, а вместе потонете.
Тебе нельзя тонуть. Кто
же ребеночка поднимет?
Дело.
Все с ним хорошо.
Где мой сын?
Вернем его тебе. Краше
прежнего. Здоровенького, красивого.
Хочешь, Сашенька сам
тебе скоро все подтвердит.
Позвонит. Ты как проснешься,
сходи и поговори с ним.
Сердце слушай, оно приведет.
Только уж потом поработай. Прямые
свои должностные обязанности повыполняй.
Почему я должна вам верить?
Ну, никто бы не справился бы.
Сюда.
Так, ну что, кабинет хороший, добротный.
Телефон почему без провода-то?
Это для особых переговоров.
А стол зачем портим?
Это вербальная формула.
Ты давай это, общайся как со скидкой
на паралитарское происхождение.
Заговор, чтобы обезопасить
нас. Когда сердце Яны
Юрьевны приживется, она
сможет контролировать его.
Но мы не знаем, насколько
безопасным будет взаимодействие с ней.
Сохранит ли она вообще свою личность?
Даже так, может быть.
И кроме того, в штатном расписании появится
личная медсестра товарища Старикова.
А это тоже, знаете, такой субъект.
Ведьма?
Нет, все-таки те, кого мы классифицируем
как ЛН, способные влиять на энтропию.
Много у них разных
способностей, но это все-таки люди.
А тут, скорее, какой-то
небольшой дух, который питается
энергией от большого демона,
который находится поблизости.
Что-то типа рыбы прилипалой.
Про прилипалую это понятно.
Так что, пока не понятно,
кто будет опаснее,
будущий пациент этой
клиники или персонал.
Вот эта формула позволит
нам обезопасить себя от
некоторых явлений, хотя
бы на этой нашей территории.
Но операция, когда и если
мы пересадим сердце Яны
Юрьевны, это все-таки
настолько уникальная вещь.
Никто никогда до нас этим не занимался.
По крайней мере, не задокументированно.
Мы здесь будем первыми, как Гагарин.
Гагарин.
Гагарин потом с королевой чаи распила.
А мы с твоим не-де,
чувствую, говна еще поедим.
Операция Яна Юрьевна
готова, проинструктирована.
Все в порядке.
Вот тут поправка будет.
Сердце будем пересаживать мне.
Что?
На что?
Нет.
Как?
Так нельзя. Это же не мы выбираем.
А кто сказал?
Ну, вы не понимаете,
это же не просто
медицинская операция.
Это мы заключили договор.
Договор.
Понимаешь, какое дело?
Мне когда пятеркой получили команду...
Я же не по собственной воле-то пошел.
Нафиг мне сдалось это.
И накомысли, и секты.
В гробу я их видал, если уж, ну,
совсем откровенно разговор пошел.
А знаешь, почему не хотел?
Вот из-за таких, как ты.
Подобрали по объявлению,
богословов и других всяких.
А потом удивляемся, что это у нас
молодежь ни хрена не стремится ни к чему.
Давай я тебе, как блаженному,
еще раз на пальцах объясню.
Но это в последний раз.
Ты раз погоны надел, то ты обязан
выполнять то, что тебе говорят.
Вот тебе скажут гибуну башку
открутить и свиньею пересадить.
Вот ты так точно и сделаешь.
А это ничего. Сердце у меня
горячее, голова холодная, руки чистые.
С донором твоим я лично переговорю.
Найдем общий язык, я думаю.
Ладно, пойдем дальше.
Прошу прощения, Глеб
Алексеевич, я по поводу Яны.
Сейчас нет времени.
Да, я понимаю, но просто ее в изолятор
посадили, сейчас сказали к операции готовить.
Мне хотя бы понимать,
какие дальнейшие действия.
Может быть требуется официальное
заявление по поводу пропажи ребенка?
Нет, такого заявления не требуется.
Ну?
Показывай.
Да, я честно говоря не хотел бы
заходить внутрь, потому что он чувствует
намерение и может остро отреагировать
на нарушение договоренностей.
Разберемся.
Меня зовут...
Не надо.
Интересный гражданин.
Ладно, приказа отступать не было.
Готовьте операционные, или как они у
вас там? Кто будет операцию проводить?
Да, должна приехать его
личная медсестра, она курирует.
Ну, это славно. С тех,
кто не занят в операции,
да и подписку отпускай,
нечего им тут глазеть.
Я бы еще Яну Юрьевну оставил.
Ну? Ну что, боишься, что я
у тебя сдохну на операции?
Не с кем бродит на тему
вашей сектантской, поболтайте.
Ну, в том числе.
Хорошо, Яну Юрьевну оставьте.
Остальных за борт.
Как говорите?
Гюзель Фархадовна.
Фархадовна Гюзель.
Ага, понял. Можно пропускать.
А вы, значит, вот тут все время
на вахте, да? Ну, будем дружить.
Голодный, ну, вот тебе пирожки, кушайте
на здоровье. Ну, будем дружить, дружить.
Куда? Всему учить надо.
Неизвестно с чем.
Здравствуйте, Гюзель Фархадовна.
Здравствуйте, Нина, очень приятно.
А где у вас тут товарищ Стариков лежит?
А пройдемте, я покажу.
Здравствуйте.
Пришла.
Ой, а что это он у вас в
сознании-то до сих пор?
Нет, так нельзя. Как
мы работать-то будем?
Нет, нет, нет, живым нельзя.
Живого-то кто сердце вынет?
А ты-то еще здесь, моя
хорошая. Давай беги, скажи,
чтобы операционную
готовили. Давай-давай-давай.
Тихо-тихо-тихо-тихо. Все хорошо будет.
Сейчас полегчает. Тихо-тихо-тихо.
Простите, а что мы пытаемся узнать?
Насколько работоспособно сердце,
которое мы все равно утилизируем?
Общее состояние здоровья.
Что, старика тоже заставите педаль крутить?
Яна Юрьевна, я здесь на
тех же условиях, что и вы.
Извините.
Да. Ага. Понял, принято. Слушайте, давайте
заканчивайте. Возвращаемся в изолятор.
Чего опять в изолятор?
По вам отмена, операции не будет.
Мне нужно поговорить с Глебом Алексеевичем.
Простите, тут какая-то ошибка.
Мне сказали, что я должна
покинуть территорию института.
Я же вам помогала при
контакте с основным носителем.
Вы не вошли в итоговый список персонала,
поэтому можете пока быть свободны.
Почему? У меня тоже допуск,
и я добровольно вызвалась.
Ваш допуск аннулирован.
Насколько я знаю, товарища Старикова,
есть медсестра личная с полным допуском.
Остальные другие
посредники стране не нужны.
Поэтому, как говорится, спасибо
за все, дальше мы сами разберемся.
Страна во мне не
нуждается, а ты нуждаешься.
Что же ты с мамочкой-то делать будешь,
если Сахар опять с какими-нибудь бросил ее?
Бросил, десять лет не
приезжал, а теперь все поздно.
Теперь крыша едет.
Хочешь, я вину возьму, сразу легче станет.
Старик мне доверяет, и ты доверять
начнешь, когда поближе узнаешь.
Интересно, вышивайся.
Тамара Львовна.
Если бы не я, никакого контакта не было бы.
Поэтому можете пока работать по профилю.
Если будете нужны, вас вызовут.
Боюсь, что без вашей помощи
с анестезией не справимся.
Окса Любимовна, я понимаю, вы
много сделали при открытии института.
Позицию вашу, понимаю,
наказывать вас ни за что не собираюсь.
Но вот сейчас без вашей
помощи не справимся.
С Плешивым работать не буду.
Хороший человек может погибнуть.
Наш человек.
Это какой? Командир ваш?
Да.
Это пусть.
Жду вас.
Чего там, пора?
Пора. А вот часы нужно будет снять.
Эти часы меня от пули спасли.
Я не совсем живой.
С таким товарищем я еще не работал.
Илья, давай это, меня
ободрить должен, а не вот это вот.
Сейчас анестезия подействует,
будете сами себе подбадривать.
Хорошо. Подожди.
Здравствуйте, коллеги.
Ой, как я рада с вами поработать.
Какая умница светила. Гений.
Я что-то не помню, чтобы я
кого-то еще добавлял в бригаду.
Это с вашей стороны?
Ваша задача проследить, чтобы
все было в порядке с вашей стороны.
С нашей стороной мы сами разберемся.
Так, зовут меня Гизель Фархадовна.
И я очень-очень понимаю вас, доктор.
А что это? Мальчика выбрал? Как же это так?
Так нельзя. Нет, нет.
Товарищу Старикову девочка нужна была.
Товарищу Старикову девочка должна
обратиться, а мальчика никак нельзя.
Все должно быть в гармонии.
С мальчиком ты это плохо придумала.
Ай-яй-яй.
Теперь надо все зеркальные
поверхности убирать.
Подождите, вы что творите?
Защиту ставлю, чтобы сюда никто не проник.
Да вы хоть представляете,
что мы здесь делаем?
Это уникальная операция сама по себе.
Я вот такого донора слюну
побоюсь на анализ брать.
А не то, что сердце. Как вы предлагаете
нам работать в таких условиях?
Просто слушайте ее.
Так вот, товарищ Стариков
очень серьезный человек. Очень.
И поэтому у него есть враги.
Так вот этот враг сразу придет,
когда мальчика увидит. Сразу.
Давление появилось?
Это всегда так.
Сердце-то оно живое, не мертвое.
Оно на новое место просится.
А бы кого не выбирает.
Всегда нужен подходящий человек.
Товарищи, давайте приступать. Пожалуйста.
Вскрываем.
Ну что, тебя тоже убрали?
Да, сказали уезжать. Да.
Ура, сказали.
Ну ты тоже тут стоишь, Тамара.
Знаешь, тебя тоже выгнали.
У меня ребенок в больнице не пропал.
У меня жена там не осталась.
Что вы? Я вот... Вы что все хотите от меня?
А на что ты готов, а, Ваня?
Ну, теоретически.
Вот, скажем, отсидеть лет пять.
Согласился бы вместо супруги своей?
Что?
Ты же не любишь ее совсем.
Но жалеешь. Странный человек.
Очень странный.
А умереть? Вот чтоб ты мертвый
был, а она живая. Так согласен был бы?
Конечно, да. И она бы за тебя умерла.
Хотя тоже не любит.
Это потому, что вы очень правильные оба.
А у правильных людей очень много вины.
И если ее не убирать, они потом болеют.
Проходите. Товарищи, проходим в автобус.
Держи левое.
Есть.
Держу.
Держу, я держу.
Давай режу сосуд.
Держи.
Окей.
Как без зеркала-то?
Бред.
Достаем.
Давай, давай, давай.
Интересно.
Как новенькая.
Съел на патологии, но старше
в лет двадцати и недавно.
Держите его!
Держите!
Держите его!
Стой!
Пожалуйста, пойдемте со мной.
Можно мне объяснить, кто пойдет сегодня?
Вы и вы.
Плохая идея была полковнику советить.
Явилась как жареным запахом, сразу
прибежала. Где ж ты раньше-то была?
Прикройте ротик, Лиза
Альфархадовна, пожалуйста.
Вам доверили простое
дело, вы и с ними справились.
Обе, пожалуйста, ротик прикройте.
Яна Юрьевна, готовьтесь к операции.
Может мне кто-нибудь
объяснить, что здесь происходит?
Да, вы будете пересаживать
сердце Яне Юрьевне.
Сердце, как вы...
Мы не можем здесь оперировать,
здесь надо заново все стерилизовать.
Хозяину это не важно. Вань, соберись.
В каком смысле соберись? Это без
анестезии, как вы себе это представляете?
Будет вам анестезия.
Все. Я не могу, не могу.
Это я не могу, все. Нет, нет, нет.
Делай!
Глеб Алексеевич!
Наконец-то мы вновь увидим друг друга,
но нет радости на твоем лице, только хаос.
Я не советую тебе говорить
об этом, ибо каждое твое
слово возвращает в меня в
то горе и зло, что ты причинил.
Тысяча лет являлся
нашим братьем, наводил на
меня напрасленную. Что
ты хочешь теперь от меня?
Ты нашел в себе новое имя, и думаешь
мы забыли, что ты сотворил под прежним?
Ты сам хочешь быть лжепророком
и указывать братьям свой путь.
Сейчас ты должен замолчать.
Глеб Алексеевич!
Пульса нет.
Куда ты собралась, Яночка? Развод тебе?
Нет.
Семи путями от меня бежишь, а я
тебя не отпускаю, ты никуда не уйдешь.
Этот сосуд оберегал дом
Геннадия, так, чтобы никто не мог
коснуться его, чтобы никто не
мог потревожить содержимое его.
И третий должен быть изгнан,
и первый должен быть изгнан.
Хрен тебе не развод, понятно? Хрен тебе.
Будешь мучиться со мной до гробовой доски.
Пилеть будешь, дергаться будешь. Слышишь?
Но не уйдешь, и я тебе не разрешаю.
И третий должен быть изгнан,
и первый должен быть изгнан.
Яна, вернись. Вернись, Яна.
Яна, ну, вернись!
Дыши. Пожалуйста. Дыши. Дыши. Дыши.
Будет жить?
Теперь да. Долго.
Здравствуйте. Как вы себя чувствуете?
Жив, слава Богу.
О!
А где швы?
Я не знаю.
Где швы?
Я правда не знаю.
Где шов?
Возникла экстренная ситуация,
непредвиденная во время операции.
Сердце где?
Сердце функционирует. С ним все хорошо.
У кого?
Только попробуй мне сказать.
Была экстренная ситуация. Нужно было
принимать решение прямо в течение минут.
Сердце пересажено Яне Юрьевне.
Действовали?
Ругаться хочется очень.
Понимаю, но ситуация была безвыходная.
Иначе мы потеряли бы НД-1.
Значит так.
Слушай меня внимательно и запоминай.
Объясню один раз.
Операция была проведена успешно.
Это раз. Принято?
Принято.
Сердце было пересажено мне.
Это два. Принято?
Принято.
Яна Юрьевна остается в институте в
качестве советующей отделения. Это три.
Принято.
И еще. Если об этом
узнает начальство, то я
тебя инициативно за
собой в аду тащу. Понял?
Принято.
Вот и ладненько.
Привет.
Мама, я телевизор сделаю потише, хорошо?
Завтра тебя отвезут в одно хорошее место.
Там тоже будет телевизор.
Там за тобой присмотрят.
Мне надо было какое-то время
остаться на работе. Продолжительное.
Но я буду стараться навещать.
Это я тебе обещаю.
Ты меня забудешь.
Ну как я тебя забуду?
Что ты говоришь? Глупо?
У тебя в глаз попала льдинка.
Ты меня забудешь.
Извините, пожалуйста.
Что?
В крови тело товарища Старикова.
Пришлось опоздать. Не держите зла.
Ну, товарищи ведьмы, духи и другие к ним
примкнувшие неопределившиеся личности.
Давайте думать, как мы теперь
с вами жить-то дальше будем.


Серия 3

Давайте.
КРИКИ
КРИКИ
КРИКИ
ГОВОРИТ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ
ГОВОРИТ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ
Станислав Белевадский.
I'm friend. No, no, weapon, no.
I'm friend, да?
Си-ха-ю-джин-де-су.
Это больше на японский похоже.
Пилочку поймал? Надо уложить человечество.
Товарищ капитан, все образумится. Выпьем?
Уцюна, уцюна, дон шу.
Уцюна, уцюна, дон шу.
Аааа!
Давайте сверимся.
В наши задачи входит обеспечение нужд страны
в области ранее не изученных N явления.
Но ты ведь это...
уверен.
Не путай ничего, поправь, если заносит.
Хорошо?
Да, все верно.
Конкретные задачи будут
поставлены в ближайшее время.
Далее, по вам.
Мы с товарищами посоветовались
и решили дать вам допуск
для нахождения на территории
тринадцатого института.
Лучше поздно, чем никогда.
Но трудовая деятельность пока запрещена.
До дальнейших распоряжений.
По вам также решение еще не принято.
Вы же меня не бойтесь.
Меня ж пока нельзя убирать.
Я при товарища Старикове была.
Теперь при Яне Юрьевне буду.
Но когда она в УМ-то войдет...
Раньше ведь товарищ Стариков
планировал здесь всех в узде держать.
А теперь ей придется.
Ну, раз сердечко-то бьется.
Переведи.
У нас теперь есть сердце НД-1Л,
которое легитимизирует работу
института для всех остальных НД-1.
Без него, предположительно, у нас не будет
возможности контролировать ангибление.
Что значит контролировать?
Конкретно, что она будет делать?
А еще так и не будет делать.
И без меня ей никуда.
Мы сердце-то пересадили, но
она толком-то ничего не поняла.
Ну, понимаете, это как котенка
крысам бросить и бейся с ними.
А ей как крыс-то одолеть?
Никак.
Вот.
Я рядышком и должна быть, чтобы
сердечко ее слушать и вам переводить.
Вы вообще кто?
Акушерка я.
Нет, это у меня в анкете есть.
Другими словами, вы кто?
Ведьма, там, ворожья, ну,
как это у вас там называется?
Я? Так она не человек уже.
Личность давно замещена паразитом.
Мелким духом, не самым важным.
Что-то вроде рыбы прилипало
к большой опасной акуле.
Нехорошо, как вы
говорите-то, Мария Вазовна.
Сами вот завидуйте, что
товарищ Стариков не ценил вас.
Итого, сатанист-теоретик,
ведьма, какой-то дух-паразит
и неравнодушный коллектив.
Понятно, будем работать.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
Не надо, не берите.
Вот!
Это, наверное, не вам
звонот, обработать надо.
Обойдусь.
Так, все, товарищи, спасибо.
Возвращайтесь к своим рабочим местам.
Вас я попрошу остаться.
Насчет нашей пациентки.
Если он уйдет, всему конец.
Мы слишком долго устраивали методику.
Нельзя, чтобы это все было зря. Нет.
Нет.
Нет.
Не хочу даже знать, как вам это удалось,
но учтите, Ирина Львовна,
я впервые и в последний раз...
Все, все, все, все, Ирина
Львовна, Ирина Львовна.
Ирина!
Сынок!
Сынок!
Ты слышишь меня?
Ирина Львовна, Ирина Львовна,
Ирина Львовна, Ирина Львовна.
Иди сюда.
Вас сказали, как в себя придете,
в кабинет главного привезти.
Сама дойду.
Янна Юрьевна, спасибо, что зашли.
Пожалуйста, присаживайтесь,
возьмите трубочку, пожалуйста.
И не торопитесь класть.
Если будет сложно
разговор, то мы вам поможем.
Кто это?
Мы не знаем, но есть
подозрения, что это у вас, да?
Берите, берите.
Николаич, что?
Да нет вроде.
Слушаю.
Мама!
Сынок. Сыночек, ты где?
Я здесь.
Я тебя обязательно заберу.
Ты слышишь меня? Скажи.
Мама, все в порядке.
Сынок, что рядом с тобой находится? Где ты?
Скажи, ничего не вижу. Пусто тут. Скажи.
Мама, тут пустота.
Сынок, а с кем ты разговариваешь?
Кто с тобой?
Скажи, ни с кем. Или знаешь как? С другом.
С каким другом? С каким другом, Саша?
Мама, я к тебе.
Саша? Саша, ты слышишь меня?
Взорвалась?
Не записать по-человечески. Не внедриться.
Вот как с ними работать?
Вы подождите. Не уходите.
Вдруг еще раз позвонит.
Я так понимаю, что речь о сыне шла?
Да.
Похоже на спектакль.
Думаю, они взяли вашего сына в
заложники, чтобы быть уверенными,
что вы все свои функции выполните
до конца и не пропадете из института,
пока сердце не приживется окончательно.
Не доверяют нам товарищи демоны.
Слушайте, какие они?
Это же вы все устроили. Нет, разве?
Нет. Это же не Игорь Кио, чтобы вам
по вертушкам без проводов звонить.
Никто из нас не рассчитывал на то,
что с вашим сыном такое произойдет.
Давайте пока координировать все
наши действия и можете быть уверены,
что мы приложим все усилия
для того, чтобы его найти.
Хорошо. Что конкретно вы сделаете?
Как вы поможете мне вернуть моего сына?
Яна Юрьевна, у вас сейчас
есть некоторые способности,
которые пока не до конца проявлены.
Давайте сейчас будем работать,
слушать все, что вам говорят,
выполнять свою работу
хорошо, и тогда вы
можете рассчитывать на
наше полное содействие.
Давайте я повнетнее объясню.
Мы вас тут уговаривать-то не собираемся.
Вы подписку давали, и степень
ответственности должны осознавать.
Сами видите, что происходит.
Только что сердце пересадили,
и вы бегаете уже, как после банду.
Ситуация не только вашего сына
касается, ситуация касается всей страны.
Так что придется пока кулачки
сжать и делать то, что скажут.
Откройте!
Илья Александрович, дай мужа.
Товарищ полковник, что...
Никаких повреждений не вижу.
Похоже на психосоматику.
Психотерапевту не пробовали?
Спасибо, доктор.
Берегите себя.
Интересно. Интересно.
Действительно интересно.
Я понимаю, да, но это ведь на
самом деле то, чего мы искали.
Первое реальное проявление НД-1Л.
Осталось только познать, как
его поставить себе на службу.
Можно мне срочно?
Извините, пожалуйста, я,
конечно, понимаю, что
вы тоже от нее терпите,
но мне-то каково?
Она же меня преследует, кричит.
Но я прям не понимаю, где это видно, чтобы
на младший персонал вот так вот кричали?
А если проклянет, не дай бог.
Как я буду обязанности исполнять?
Кто преследует-то вас? Кто кричит?
Ну, как это кто? Известно, кто.
Яна Юрьевна, конечно.
Я к ней по доброму сердцу,
а она от меня детей требует.
А вы не должны разве ей прислуживать,
или как у вас это называется, как старику?
Это почему это должна?
Почему это прислуживать? Я по доброй воле.
Ко мне если вот ласково
обратиться, я всегда.
А вот если вот так вот
накидываться, я вот в отказ и все.
Илья Александрович, ну
вы бы поговорили с ней, а?
Ну как-то приструнили бы ее.
Я понимаю, у женщины горе.
С ребеночком разлучили.
Но мне-то что делать?
Мне что, с охраной ходить, что ли?
Ой-ой-ой, это, да-да, это горе какое-то.
С этим не знаете, что делать?
Ой, да вы что? Да-да-да, откуда?
Нет, конечно, нет.
Но это надолго. Это, конечно,
очень... О, господи, вида-то какая.
Это надолго.
Это все очень странно.
Чудо, что оно вообще работает.
У тебя показатели, как у космонавта.
Я вообще не понимаю, чего
мне еще тут можно удивляться.
Что ты делаешь?
Яна... Эффект при
повышенном пульсе проявлялся.
Яна, ты сошла с ума, ты
повышаешь пульс на только что
пересаженное сердце, тебе
любые нагрузки запрещены.
Я должна понимать, как им пользоваться.
Слушай, из нас, твоих
родилок, я тебе запрещаю.
Может, от этого зависть
вернется наш сын или нет?
Яна, мы имеем дело с
тем, что пока не понимаем.
Давай осторожно.
В покое проследим динамику.
Да?
За осторожность ты у нас отвечаешь,
а мне нужно сына вытаскивать.
А ничего страшного, что я его отец?
И мне тоже непросто.
А что ты сделал-то, как отец?
Сидишь, только сопли жуешь.
Поздравляю, опека у Хридматы обелись.
Что еще сделаешь? Проклянешь,
может быть, меня в тестном режиме?
Или что ты там натворила?
Прости меня, я не понимаю.
Я не знаю, что с тобой происходит.
Извините, там всех просили
в процедурной собраться.
Сказали, пациента везут.
Какого пациента?
Пациент С, 32 полных года.
Находится в невменяемом состоянии.
Из повреждений – пулевое ранение плеча.
На внешние раздражители не реагирует.
В связи с вновь открывшимися
обстоятельствами отправлен в наше учреждение.
Вторичная задача –
определить причину и детали
происшествия, приведшую к
текущему состоянию пациента.
Первичное – установить
вербальный контакт с пациентом.
Собственно, нужно пациента
как можно скорее разговорить.
Ну, и по возможности попытаться
понять, что с ним вообще происходит.
Чем он это сын? Одержим?
Аригато. Что?
Это японский?
Да. Говорит «спасибо».
Что он делает?
Я думаю, пьет чай.
Очень хорошо. Но...
Сахар. Больше сахара.
Да. Уже английский.
Да, хочет сахар еще. Еще сахар.
Это вам надо в Кашинг обратиться.
Там вам подробно расскажут, что с ним.
Ну, если вкратце, то могу и я.
Да.
Мозг человека – очень
нежный восприимчивый орган.
Если человека бить...
Если человека стрелять...
Мешок на головоодевателе. Как там у вас?
Он вам и невидимый чай из
невидимой кружки начнет пить.
И на чужих языках разговаривать.
А вот так...
Сможет, если бить.
Разрешите?
Вам конвой к пациенту оставить
или справитесь с приданым?
Виноват, не понял.
Оставить.
Забрать.
Есть. Забираю.
Товарищ полковник, не мое это
дело, но вам звонить будут по пациенту.
Вы бы души холодной.
Мы приняли, надо прийти в себя.
Задача важная.
Ну, хозяин барина.
Извините.
Разрешите, шеф?
Это еще хорошо, что
рядом со столом крикнула.
Прикляла бы в другом месте,
могло и вовсе язык оторвать.
А вот эта жидкость поможет
вернуть вам ваш голос.
А вы мне брать не хотели.
Видите, как оно бывает?
Да вам лучше не знать.
Только у меня один вопрос.
Это пока у нас тут не мнятится и не
разбериха, а потом места начнут распределять.
Я подумала, давайте рассмотрим мою
кандидатуру на заведующее отделение.
Как вам идея?
Уверена?
Мы чаще начальство долго не задерживается.
Ну, вам виднее.
Случайно.
Мышечный тон у него в норме.
Напряжений в конечностях я не фиксирую.
Рефлексы отсутствуют.
Скорее всего, психиатрия, хотя в острых
состояниях человек не на такое способен.
В каком остром состоянии,
какой человек на такое способен?
Он сколько так просидит, по-вашему?
Послушайте, что вы от меня хотите?
Чтобы мы исследовали то, о чем не понимаем?
Дайте всю информацию.
Всю, которую знаете.
Свободны.
На выход, я сказал.
Вот.
Это вчерашнее.
Это что?
Йо... Йо... Йомимури Синбун.
Язык сломаешь.
Японская газета, что-то
вроде наших известий.
И что?
Что, вот это наш пациент.
Вот этот иероглиф, который
на стул похож, значит 9.
Вчерашнее число.
Так понятно?
Не очень.
Мне тоже не понятно.
Я с вашей помощью пытаюсь
понять, как это возможно.
Вот это советский летчик.
Поза вчера, 8-го числа.
В 6 часов 45 минут он вылетел с аэродрома
Соколовка на сверхзвуковом самолете.
Вчера, видимо, оказался в Японии.
А сегодня он в Японии и здесь.
Одновременно.
Вот он там пьет чай и здесь пьет чай.
Там ему сахара не
хватает и здесь не хватает.
Он раздвоился, понимаете?
Это как раз очень просто.
У него ладони влажные.
Гипергидроз, хотя тут не жарко.
Температура повышена.
Очень может быть, что он
сейчас где-нибудь в тропиках.
Подождите, а он...
Он всегда там?
Да.
При любом физическом
контакте у него дезориентация.
Чтобы с самим собой синхронизироваться,
нужно какое-то время в покое.
Ну или если он совершает какие-то действия,
которые у нас невозможно проецировать.
По лестнице идет или еще что-то такое.
Так.
Мне нужно проверить гормоны щитовидки.
ТТГ, Т3, Т4 и мочу на
катахламинопроницатель.
Делайте, хорошо.
Яна, извиняюсь, как мочу
ты собираешься проверять?
Ну, я не знаю, рано или поздно он захочет.
Ловите момент.
Да.
Я бы хотел сказать...
Что?
Я знаю много информации.
Очень много.
Но мне нужна политическая помощь.
Это очень плохо.
Да, я понял.
Товарищ наш подготовился.
Собрал какую-то информацию, которая будет
интересна то ли японцам, то ли американцам.
Пока еще не знаю.
Он пока не говорит.
Торгуется.
Но некоторыми секретами данные,
сами понимаете, он располагает.
Вырезать?
Написать?
Мы пока не уверены, что
этот образ двусторонний.
Все, что происходит
там, отражается на нашем.
А вот то, что мы делаем
здесь, отражается ли там,
на настоящем пилоте, мы
на самом деле не уверены.
Потому что иначе мы бы уже видели реакцию.
Но мы используем все возможности
института, чтобы решить проблему.
Осмодей. И именем его.
Бельфигур. И именем его.
Вальберит.
И именем его.
Вирье.
И именем его.
Вирье тоже нет?
Или мне показалось? Нет изменений?
Нет, кажется.
Это хорошо.
Грестил. И именем его.
Что вы делаете?
Леона Юрьевна по своей части
пациентом занимается. Я по своей.
Вы просили найти причину? Мы ищем. Так как
явных признаков нет, пробую спровоцировать.
Как вы это называете?
Л явление. Большинство демонов.
Н явлений. Круга первого, второго.
Реагирует на имя свое или же
находится в конфликте с другим именем.
Так что методом исключения.
Если попадем в энцефалограф, должен
засвидетельствовать активность альфа-ритма.
Так морской бой.
Практически.
Тут главное в четырех палуб не попасть.
Оливий, принимающий свое имя, просто
сжигает человека изнутри за пару часов.
Оливий.
И именем его.
Пусто.
Мимо.
Интересно.
А это нормальный вообще гаморитм?
Нас просто учили, что так
при шизофрении бывает.
И Яна Юрьевна тоже
намекала на проблему с головой.
Доброе утро.
Доброе утро.
И когда я могу смотреть это сам?
Я сказал, что я могу сделать многое.
Техническое, тактическое, операционное.
Информация.
Пункты базирования.
Заказ сервиса советских пилотов.
Я могу.
Нет, нет, нет, условия сначала.
Да, это для...
Генерации бойцов.
Они под развитием.
Блеск на базах.
Я могу повторить рисунок, но я
знаю реальные характеристики.
Я был частью команды тестов.
Да.
Можете позвонить доктору?
Я не знаю, почему это произошло.
Результат.
Если тебя здесь пристрелить,
что там с тобой будет?
Можете попробовать.
Когда совсем в тупик сойдем.
Я понял.
У нас есть сутки.
Дальше будем разбираться другими методами.
Давайте не будем решать.
Какой молоденький, а.
И замкни круг, когда войдешь в него.
И глаза замкни.
И вздохни глубоко, и почувствуй сердце.
Призови того, кого хочешь.
Яна, пойдем?
Комнату выделили для нас.
Но извини, отдельных хором нет.
Пока что с тобой в законном браке.
Показывай, куда?
Куда крыло.
Я, кстати, с Ольгой
Фархановной пытался поговорить.
Она, правда, бегает от меня.
Женит сестра.
Просто, если она Сашку
видит... Ты это видишь?
Ну, вижу. И она за живот держится.
Что это с ним?
Откуда я знаю, что с ним?
Даже не спросишь.
Мы работаем, как ветеринары на ощупь.
Был бы гастроэнтеролог, узнали бы. Пойдем.
Но посмотреть-то есть чем?
Так, чуть правее.
Все можно и руководство написать, знаешь.
Проверку пришли какую-нибудь.
Прямее, прямее.
Нельзя же ребенка держать непонятно где.
Ян.
Вань, тебе страшно просто, это понятно.
Но противно.
А еще противнее становится, когда
ты оправдания искать начинаешь.
Оправдания? Я не в оправдании, Ян.
Так, держи его. Держи, держи.
Держи, держи.
Включился на нашу голову.
Тихо.
Тихо, тихо, тихо, тихо.
Желудок сокращается. Не вижу ни черта.
Быстрее.
Сейчас.
Ян, лежи спокойно.
Так.
А вот это уже интересно.
Яна, быстрее.
Что?
Ян!
Так, все. Вытаскиваем.
Тихо, тихо, тихо.
Тихо, тихо, тихо.
Тихо, тихо, тихо.
Замоли. Пищевод прорезали.
Перечеркнуть надо. Ян!
Сейчас, сейчас, сейчас.
Что еще?
Зацепило у него в пищеводе что-то.
Держи, держи, держи.
Ты что, держишь рот?
Ты что?
Ты что?
Почему в сознании до сих пор?
Могу все, что можно. Ничего не действует.
Что ж все так сложно постоянно.
Не было у него такого.
У меня тоже не было.
Что ж, когда-то все в первый раз бывает.
Дивексируем.
Можем начинать.
Как начинать? Он что, в сознании будет?
Хорошо. Фиксированный пациент.
Наркоз не нуждается.
Начинаем.
Это что?
Это не мое, клянусь.
Не надо злиться.
Хорошо.
Нет, ну очень хорошо.
Я бы даже сказала, талантливо.
Но если бы я так умела, я давно бы
замуж за министра какого-нибудь вышла.
Тамара!
Это приворот.
Тут по кругу все и в круге.
Куда бы ни пошел, ко мне вернешься.
Кто бы ни позвал, на мой голос придет.
Такие штуки парнями делаются.
Себе и жертве, как пса на цепь посадить.
Где вы это взяли?
А если тот, на кого это
сделали, захочет уйти?
И если?
Да тут без если.
Как в клятве, пока смерть не разлучит нас.
Я могу это сжечь? Разорвать?
Смысла нет. Тот, кто вяжет, тот
и распутать должен. Только так.
Они теперь связаны.
У нее душа болит, и ему больно, и наоборот.
Скажите, кто сделал?
Прям завидно, если честно.
Нашла в желудке у пациента. Волосы не
перевариваются, а эти еще и не выводились.
Яна Юрьевна.
Давайте как-то мириться. Вы хозяйка теперь.
Друг от друга никуда не денемся.
И не нужен мне ваш Ванечка.
Я с Покутом. Нам с вами еще работать.
И мне не нужен.
Здравствуйте.
Меня зовут Яна Юрьевна.
Я лечащая, врач Станислава.
Понимаете, мне ничего не рассказывают.
Он просто исчез и все.
Что с ним?
У меня сердце в третий день болит.
Пойдемте, пойдемте, я вам все покажу.
Это из-за этого святопуска, да?
Его в темпе подозревают.
Господи. Можно к нему?
Конечно, проходите.
Стас! Стас!
Что с ним? Что вы с ним сделали?
Стас, посмотри на меня.
Стас, посмотри на меня.
Стас!
Если это она, то сама должна разбить.
Может, и не она. Может, на аэродроме кто.
Кто ж признается, что это её? Вот ей зачем?
Говорили, что они связаны.
Давайте посмотрим.
Он с ума сошел?
Я не понимаю, что с ним?
Притворяется?
Как?
Как это?
Ну, симулирует. Пытается
спрятаться где-нибудь
от нас обеих в
психиатрической лечебнице.
Так где спрятаться?
Простите, в каком смысле «нас обеих»?
Понимаете, у нас с вашим мужем чувства.
Меня к аэродрому
прикомандировали три года назад.
Он мне огромный букет нарвал на 8 марта.
Ну и закрутилось.
Я, знаете, думала, что мы счастливы будем.
А он, видите, не хочет выбирать.
Каждый день обещал мне, что расскажет вам.
Но так и не рассказал, да? Судя по реакции.
Понимаете, я все это говорю,
потому что считаю, что это важно.
Чтобы вы потом не жалели.
Потому что если вы правда хотите
быть с этим мужчиной после всего этого...
Гадина!
Пустите! Пустите меня!
Смотрите, как интересно.
Он ваши эмоции как радио ловит.
Вы... Я не понимаю. Пустите!
Распутывай. Здесь и сейчас.
Что это?
Ну, хватит припираться.
По реакции же видно, что с вами связаны.
Я не понимаю, что вы мне даете?
Распутывайте, и я постараюсь
договориться, чтобы вас не трогали.
Голодовство пока что в
уголовный кодекс не занесли.
Может, даже грамоту получите
за содействие органам. Давайте.
Вы просто хотели его удержать, это понятно.
Но сейчас он может погибнуть,
если мы не распутаем.
Да пустите! Я ничего такого не делала!
Пусть попробует.
Что? Что мне?
Просто распутай.
Господи.
Все, все, стоп, хватит. Не надо.
Что это с ней?
Значит, не она вязала?
Как не она?
Мы же при реакции видели, что они связаны.
Я-то почему все знать должна?
Я одно знаю, не я вязала. Не она и не ты.
Ну, кто угодно мог.
Кто угодно мог?
Нет, это не она.
Слышите, панцирь?
Секретные ракеты здесь и здесь.
Да, здесь и здесь.
Кто ты?
Вы меня слышите?
Русская?
Да.
Кого вы говорите?
Это кто?
Вы мне пообещали, что меня
здесь никто не тронет. Это кто?
Я хочу вам помочь.
Нет, нет, не надо мне помогать.
Я сейчас в Москве с Катей.
Она вас очень ждет.
С Катей?
Да, я знаю, что вы сделали.
Это вы положили кольцо себе и ей.
Так жалко было отпускать?
Хотели, чтобы она до конца жизни ждала вас?
Это подло, Стас.
Решили улетать, улетайте.
Подло.
А вы у нее спросите, раз вы там.
Спросите, как она по КБ своим шарахалась.
Одным начальским кабинетом.
Не говорила, как я ее пьяными в три
ночи от Сергея Исаныча Тарасова забирал?
Про это она вам не рассказала?
Как вы кто?
Денег вам дала, чтобы
обратно меня притащили?
Не, не выйдет.
Пусть помучаются теперь.
Пусть прочувствуют то, что я прочувствовал.
Вы должны вернуться домой!
Ты что сделала, сука? Ты что сделала?
Гитал, уберите ее. Гитал!
Это что, сон? Я что, сплю?
Гитал, все, что я знаю, это то,
что вам нужно вернуться домой.
Нет, я не хочу домой.
Не хочу туда, где столовка заплеванная.
Где сынок генеральский
раньше меня майора получил.
Хотя мне уже по выслуги давно положено.
Там тюрьма.
Человек должен быть свободен. Это аксиом.
Можешь быть свободен,
только не от самого себя.
Ты женщине своей плохо сделал.
Из ревности, из злобы.
Тихо, тихо. Придется еще пожить.
Где я?
Там.
Сука!
Подождите! Я хочу сделать заявление.
У меня есть методы их работы.
Я расскажу. Я все расскажу.
Сука! Ты понимаешь, что все из-за тебя?
Меня в трибунал теперь отправят, мразь!
Ты довольна?
Полюбила козла, и себя же теперь винишь?
Да?
Отлично. Так и надо.
Ладно. Давай заберу.
Больше вины нет, больше я спокоен.
Платку в процедурную возьми.
Гузель Фархадовна, я... Доброе утро, Иван
Сергеевич. По поводу мальчика вашего зашли.
В порядке с ним все хорошо.
Мамочке привет передавал.
Так, а как... Мышлом чайку.
Предлагаю начать с официальной части.
Потом можем свободно поговорить.
Объявляю вам благодарность.
От имени руководства летчик возвращен.
Все секреты остались
секретами. Все хорошо.
Японцы, представляю,
как удивились только до...
Служу Отечеству. Где мой сын?
Когда вы его вернете?
Второе. Садитесь, пожалуйста, Яна Юрьевна.
Вы сейчас освободились, и я
предлагаю нам с вами подумать вместе,
как мы все-таки можем Илью
Александровича распроклясть обратно.
Слушайте, я понятия не имею, как это
работает. Вы меня услышали про сына?
Да. Да, это приоритетная задача.
Третье. Вы, может быть,
знаете, институт сейчас
набирает сотрудников с
определенными данными.
Сотрудников, которые будут
работать под вашим руководством.
Моим?
Да. То, что вы назначены заведующим отделением,
и вот тут мне требуется ваша помощь.
Я бы хотел, чтобы вы посмотрели...
вы изучили вот эту папку.
Мне кажется, перспективный кандидат.


Серия 4

Ось, здрасте.
Здрасте.
Ирина Львовна, все уже в операционной.
Здравствуйте, коллеги.
Доброе утро.
Ну что, сраждущий в наркозе?
Давно.
А вы не пререкаетесь,
вы по существу говорите.
А я не пререкаюсь.
Уже 10 минут вас ждем, Ирина Львовна.
Ну что за тон такой?
Ничего, подождете. Никто не ждет.
Может, лучше я?
Мне лучше.
Ирина Львовна!
Сами, сами продолжайте.
Ирина Львовна, вы же на рабочем месте.
А это не ваше дело, дорогая моя.
При всем уважении, я буду
вынуждена донести это до партсобрания.
Ну, пошла отсюда. Пошла отсюда!
Почему именно она?
Необычный специалист.
Ну и в будущем здесь останутся только
работники с контролируемыми N-явлениями,
а таких людей вообще не очень
много, а специалистов тем более.
Мне кажется, она может
подойти для нашего дела.
Какое у нас дело, вы не напомните?
Порчу снимать во благо Рубина.
Да. Ну и это тоже.
Наша главная задача исследования N-явлений.
С целью выявления практических аспектов
и использования их в различных сферах.
Ясно и понятно. Разрешите идти?
Да. И, кстати, можете так
не разговаривать со мной.
Можете как-то проще, спокойнее.
Мы с вами не враги, мы
по одну сторону баррикады.
Мы, поймите, находимся
сейчас внутри эксперимента,
и у нас с вами одна
задача общая, чтобы этот
эксперимент закончился
удовлетворительно.
Так что надо как-то налаживать отношения.
Может на свидание сходим?
В столовую нашу, да?
А что такого? Муж на стена подвинется.
Ребенок вообще непонятно где.
В другом каком-то измерении.
А тут вы из плоти и крови.
Сердце уже не прикажешь, да?
Глеб Алексеевич.
Здравствуйте. Пройдемте.
Проходим. Вот здесь у нас будет удобненько.
Здрасте.
На шкулочке.
А нам сейчас здоровичка организуют, да?
Сейчас мы доктора подлечим,
сейчас состояние-то приведем.
Может как-то осторожней?
Аккуратней можно, пожалуйста?
Нежные все. Каждому подход подавали.
Ну что вы, это же ваша
спасительница, ваша помощница.
Это зачем?
Для поднятия духа. Знаете, как помогает.
А может вам спиртику, а?
Здоровицу поправить?
Нет, не надо, спасибо. Мое дело предложить.
Добрый день.
Здравствуйте.
Меня зовут Глеб Алексеевич, это
Яна Юрьевна, заведующая отделением.
Здравствуйте.
Давайте разбираться.
У вас, значит, проявились
некоторые возможности,
в связи с чем вы были уволены,
с последующим возбуждением уголовного дела,
после чьего нанесение телесных
повреждений различной тяжести
четырем бывшим коллегам и двум
пациентам... Вы это вопрос сейчас задаете?
У вас же есть личное дело, вы
зачем меня сейчас отображаете?
Вот смотрите, это Алик,
наш научный сотрудник.
Давайте попробуем что-то
на нем продемонстрировать.
В смысле? Продемонстрировать что?
Ладно, я не знаю, как
вы это называете, порча,
проклятие, просто
что-нибудь с ним сделать.
А я так не могу, я по заказу не могу.
Ну, я тогда буду вынужден
вас вернуть под арест.
Просто постарайтесь.
Попытайтесь что-нибудь.
Уйди.
Сядь.
Как ощущения?
Как-то по нулям.
Давайте попробуем еще
раз, пособорнее, пожалуйста.
Сдохни.
Боюсь, что-то так, может, не надо,
наверное. Неудобно перед человеком.
Давайте что-нибудь побезопаснее попробуем.
Не сможет она.
Почему?
Не сможет она, по заказу.
Как я не могу вашего Илью
Александровича говорить, начать заставить?
Она не так же, как и вы.
Вы свои способности получили принудительно,
а она добровольно заключила договор с НД-1.
Поэтому она должна понимать свои возможности
и должна понимать, как их использовать.
Подождите, я ни с кем ничего не заключала.
Ну, вы здесь можете не бояться говорить.
Нормально, вас никто не осудит.
Даже наоборот может быть.
Нам просто нужна информация, мы должны
понимать, какими возможностями вы обладаете.
И самое главное, при каких
обстоятельствах и кому вы присягали.
Подождите, я никому не присягала
и ни с кем ничего не заключала.
Вы, может быть, не поняли меня
или, может быть, не расслышали.
Я вам повторю еще раз.
Сейчас и здесь у вас последняя возможность
вернуться обратно в общество в профессию.
Другой возможностей не будет.
Подумайте.
В третий раз отрекаетесь.
Я вообще не понимаю, о чем вы говорите.
Очень жаль.
Очень интересный был вариант.
Ладно, будем искать.
Все, я свободен на сегодня.
Я откуда знаю?
Ну, вы же заведующий.
Кому я ничего спрашиваю?
Свободна.
Поговорить пришли?
Ну, давайте поговорим.
Я же сказала, вернетесь.
Тяжело без языка-то?
А вы мне что?
Опять угрозы?
Я не понимаю, почему нельзя по-хорошему?
Ладно, давайте так.
Мы с сегодняшнего дня будем с вами дружить.
Думаете, я не понимаю, зачем
вы сюда столько вина тащили?
Потом будете выбирать,
с кем удобнее работать.
А я думаю, съедят они вас.
Слишком сильно-то на
себя полагаться не надо.
И на них не надо.
А на меня...
можно.
И эту суку, Гюзель
Ивановна, или как ее там,
тоже хорошо бы деть куда-то.
При старике еще понятно,
зачем нужна была, а теперь к чему.
Я не понимаю, правда.
Вот разберитесь, разберитесь.
А, еще один ингредиент.
Ну, так надо.
Залпом.
Ну, иначе не подействует.
Все, товарищ полковник,
можете быть свободны.
Ну, так сразу эффекта не
будет, это же не аспирин.
А вот эта сила, раньше
как у вас проявлялась?
Во время эмоционального
возбуждения или как-то еще?
Вам что, премию дают за сбору анамнеза
посторонних? Или просто любопытно?
Не поверите, но это личное.
У меня, возможно, что-то похожее.
А если личное, то вы
должны знать, что и как.
Вот я понятия не имею, что это и как.
А вот эти красные пятна у вас откуда?
Давно?
Давно. И что?
Ревматоидный фактор не проверяли?
Бабочка четко вырисовывается.
Мне, конечно, приятно, что вы
так заботитесь о моем здоровье.
Я попрошу тюремного врача, пусть
дополнительные анализы назначит. Хорошо?
Да вы не обижайтесь.
Мы же от чистого сердца.
Я не обижаюсь.
Мне вообще плевать, что вы и зачем.
Нет, сейчас вы не вы ругаетесь.
Это у вас нехватка алкоголя, говорит.
А, нутро-то выпить хочется.
Да, знаю, знаю, знаю.
Но ничего, ничего. Ревмато вас исправит.
Там водочки-то где взять? Негде.
Вот потихонечку-то и отучитесь.
Пока, конечно.
Снимай, говори! Говори!
Отвлекаюсь и убираю. Говори!
Слово спутались, помыслы
попутались, прощения прошу...
Все, что хотела забирать, забирай.
Говори!
Руки убери!
Говори!
Слова, слова спутались,
мысли, мысли, мысли попутались.
Говори, прощения прошу...
Помогите!
Помогите!
Что значит?
Значит так, ее никуда не увозите,
с начальствами я договорюсь.
А вы, давайте, расколдовывайте ее.
Как?
Делайте, что она говорит.
Я сразу скажу, я против.
Ведьму имеет смысл водить в институт, если
она может контролировать свои действия.
Я с себя ответственности не
снимаю, это я предложил, да.
Но вы же видите, с ней невозможно работать.
Оставьте ее под мою ответственность.
Хотя бы на трое суток.
Хорошо, на одни.
Вообще-то, это в ваших же интересах.
Вас тоже неплохо бы распроклясть.
Для нужд народного здравоохранения.
И обеспечьте мне полный доступ к архиву.
Я видела, вы завозили библиотеку или что.
Это тоже секретная информация.
И да, обяжите Тамару, не
помню, как ее поучаствовала.
Ревазовна.
Провести мне консультацию. Благодарю.
Вы напрасно так с ней.
Она же для себя все это делает.
Она сейчас до архива
дорвется, с Ириной Львовной
разберется, со своими
способностями разберется.
Да, я понимаю, что надо,
да, мы к этому стремились,
но как бы нам с ней потом
совладать, когда она в силу войдет?
Сильно этим бумажкам
доверять тоже не стоит.
Большая часть здесь макулатуры,
но ее никто не сортирует.
Несут все, что плохо лежит.
А ты как поняла, что можешь, а что нет?
Нашептали, когда договор зачерчал.
У всех по-разному, тут системы нет.
Да и спросить особо не у кого,
видимо, съезд парсии не устраивает.
Странно, что Ирине Львовне никто не
нашептал, и мне тоже ничего не объяснили.
Ну, с собой ты не сравнивай, ты другое.
Я себе демона не выбирала,
он сам тебя выбрал.
Она рангом пониже.
У нее свой хозяин, вроде
твоего, только с другим именем,
другим нравом, другими целями. А кто?
Не ведомо.
Не боишься тут со мной оставаться?
Вдруг скажут, что она горяча.
На каком основании меня тут держат?
Так вас не держат.
Да? А ты?
У меня приказ только сопровождать.
А если я заступил в восемь утра?
Что мне скрипсти должны?
Что им на эксперимент
мне к полудню позволить?
Я считаю, что у меня часы должны
капать по за ранку. Правильно?
Полностью согласен.
Чего?
Если у меня сердце демона, то,
может быть, я могу ее переподчинить?
Ну, нет.
Это будет война.
Ты при всем уважении пока
сама собой не владеешь.
К тому же, мы даже не
знаем вероятного противника.
Как ее спросить, видишь?
Она на любой вопрос, как
на красную дрябку, реагирует.
Может, сама не знает, а
может, знает, да не помнит.
Не все же драмами договор заключают.
Что ты сказала?
Люди при разных
обстоятельствах силы на себя берут.
Кто-то их знать не знает.
Что ты хочешь?
Не про это.
Про красную дрябку.
Я где-то тут видела.
Вот. Да. Где-то здесь. Да.
Демон красной луны.
Нехорошая идея. Я наверну.
Если все так не действует, то
это большой риск. Поверь мне.
И где она?
Ну, ты даешь.
Давай еще.
Ну, лей, лей.
Начальство кондепает.
Здравствуйте, Ирина Львовна.
Небольшой эксперимент.
Пожалуйста, смотрите сюда.
Убери.
Что чувствуете?
Убери!
Ну, видимо, на меня это не действует.
Убери!
Больше вопросов не имей.
Красные пятна на лице один из
признаков аутоиммунного заболевания.
Волчанка его называют
из-за древнего поверия.
Раньше считалось, что форма
пятен напоминает укус волка.
В одной из ваших книг есть
статья о демоне красной луны.
Ну, вы лучше меня должны знать.
Вы же у нас богослов или демонолог.
Как правильно?
То есть, это существо,
если можно его так назвать,
относительно невысоко
находится в иерархии N1D.
А люди, которые заключают с ним
договор, подвержены тяжелым зависимости.
Получается, что их сила также
проявляется неравномерно.
Но считается, что пациенты этим типом
заболевания или одержимые, как угодно,
реагируют на красную луну.
А на самом деле реакция
проявляется на любой красный спектр,
потому что поле этого
цвета наиболее активно.
А в нынешних условиях пациенты этого типа
находятся в куда более стрессовой ситуации
из-за обилия красителей
соответствующего цвета.
Особенно у нас в стране.
Здорово.
Это очень здорово, что вы углубили стеорию.
Мне это нравится. Это очень полезно.
Но как мы будем решать главную проблему?
Ирина Львовна пока совсем
не готова к сотрудничеству.
Она себя не контролирует.
Чтобы понять причину,
мне нужно собрать анамнез.
Выяснить, почему во время заключения
договора ей никто ничего не объяснил.
Раз уж такое правило существует.
Для этого мне нужно проявить
ее силу в лабораторных условиях.
Хорошо. Что от меня требуется?
Что это такое?
Это аппарат хромотерапии.
Пытать будете?
Экспериментировать.
Вас когда-нибудь подвергали гипнозу?
Нет, но если честно, я не очень в это верю.
Забавно, учитывая все остальное.
В гипнозе ничего мистического нет.
Это как раз моя специальность
на стыке неврологии и психиатрии.
Попробуем вас расслабить.
А потом... Вы врач.
Должны понимать, нам
нужно довести вас до крайней
точки для того, чтобы
докопаться до причины.
Готовы, Олег?
Это вряд ли будет приятно.
Но вы здесь добровольно, поэтому если будете
не согласны с какими-то моими выводами,
можете отказаться и вернуться назад.
Хотя...
Я бы с вами поработала.
Ну, хорошо.
Мои слова будут течь сквозь вас.
А вы услышите только
то, что хотите принять.
Здесь безопасно.
Здесь спокойно.
Старайтесь дышать глубоко.
Ваши веки тяжелеют.
Вам хочется закрыть глаза.
Мышцы не должны быть напряжены.
Помните, что вы здесь
полностью все контролируете.
Старайтесь поймать ритм
дыхания и следить только за ним.
Сосредоточьте взгляд
на одной точке в аппарате.
Вам не мешают никакие цвета.
Почувствуйте себя так, будто
вы спускаетесь по ступеням вниз.
Один шаг.
Два шага.
Три.
Ваше тело проплывает через
пространство, опускаясь все глубже.
Но вам не страшно.
Я хочу, чтобы вы вспомнили,
когда заключили контракт.
Давайте, выключите, пожалуйста. Я не хочу.
Нет, нет, нет.
Остановите, пожалуйста. Я не хочу.
Сосредоточьтесь, если нужно спросить.
Я не хочу.
Оставьте меня.
Оставьте меня!
Здравствуйте. Мы от Ивана Ильича. Можно?
Здравствуйте. Проходите.
Пошли. Давай, давай.
Много пьешь?
Я как все.
Да не как все он пьет. Не как все.
Давно?
Чего давно-то?
Да как родился, так и пью.
Ладно.
Ложись.
Давай.
Ты меня, что ли, здесь держишь?
Все.
Ильич сказал, чтоб не перечили.
Да, сказал. Сказал. Простите.
Ложись давай. Давай сюда. Быстро.
Ты чего там задумала?
Лежи спокойно, пожалуйста. Не дергайся.
Ты чего?
Да ты что?
Иди, иди, подержи. Иди же!
Я тебе сказал, не дергайся!
Тихо, не дергайся.
Никуда не прячься. Ни дома, ни здесь.
Ни у динара, ни под
прилавком, ни у племянников.
Я его в язык твой вытащу,
обмотаю вокруг шеи и задушу.
Тут шайтан. Это очень плохо.
Шайтана убивать надо.
Не надо, не надо, пусть я...
Отпусти ты! Обмотаю вокруг шеи!
Как же ты глупая!
Сейчас, сейчас, сейчас, сейчас,
миленький мой, сейчас я все исправлю.
Я все поправлю, я
сейчас, я сейчас вызову
скорую, они быстро приедут
и все исправят, ладно?
И помогут тебе. Ты только полежи спокойно.
Соглашайся и принимай.
Что?
Скажи же, соглашайся и принимай.
Соглашаюсь и принимаю.
Да пошли вы нахрен с вашим трудом, что ли?
Нашли лысого.
Ведьма, которая не знает,
что заключила договор.
Самое неприятное, что может быть.
Подписываешь себе приговор
и ничего не получаешь за него.
И зачем нужны эти силы, если не
знаешь, каким им пользоваться?
Вы меня спрашиваете?
Да, и вы тоже.
Забора все взял, завтра
посмотрим по результатам.
Если это вообще кому-то нужно еще.
Только формально. Завтра отправим ее назад.
Спасибо за проделанную работу,
все-таки это было не напрасно.
Какую-то методологию
из этого можно вычленить.
Хромотерапия пациентов
СНД, это ваш ноу-хау.
А вы всегда такой?
Какой?
Утилитарно направленный.
Вас хоть что-нибудь интересует,
кроме целесообразия?
Какие-нибудь люди, я не знаю, судьбы?
Конечно.
Да? А что конкретно?
Вы.
Не смущает, что муж рядом?
Нет.
Ты видел, какая гниль вообще?
Это он меня специально провоцировал,
чтобы я в драку полез. Ты видела?
Чтобы был повод мне отсюда вышвырнуть.
Ну, конечно, я не ведьма, не демон, не
сектовед из конторы. Я тут на птичьих правах.
Все плохо, да?
Угу.
А вы тоже вроде как ведьма?
Хуже?
Ой, хрен с ним.
Можете мне водки добыть?
Мне отсюда выходить нельзя.
Не думаю, что это хорошая идея.
А какая хорошая?
Все равно сяду.
Алкоголь помогает убежать от реальности.
И от тюрьмы.
Так в том-то и дело.
Водка хоть немного примеряет с этой жизнью.
Своего рода анестезия.
Без нее очень больно.
Что?
Что если алкоголь – это
инструмент иммунной борьбы?
Доброй ночи, Яна Юрьевна.
Добрый.
Иммунная система при
волчанке атакует здоровые клетки,
потому что они в состоянии
отличить их от нездоровых.
А что если в нашем случае алкоголизм
– это форма аутоиммунной борьбы,
когда организм пытается подавить волю
сущности, с которой заключен договор.
А красный цвет провоцирует ее на
агрессию, которую она лушит водкой.
Не успеваю за вами.
Мы ослабим ее демона алкоголем.
Коротковременно.
Но этого должно хватить для того, чтобы
я смогла заключить с ней новый договор.
Теоретически.
Какой договор?
Вы понимаете, о чем вы говорите вообще?
Мне еще войны Люцифера
с Красной Луной не хватало.
Непрофессионально, Глеб Алексеевич.
НД-1Л с НД-1К.
Или у вас других ведьм врачей
по Союзу полно раскидано?
Я очень давно договор заключала.
Может, что-то поменялось,
может, изменилось.
Ну, в принципе-то там все очень просто.
Там всего две штучки-то надо.
Первое.
Это кровь.
Кровь-то что такое?
Это информация. Правильно?
Вот как организм будущей ведьмички
на мерке-то сменится хозяина?
А, только через кровь получается.
Можно, конечно, через порез.
Но мы же не знаем, как
у вас все там сложится.
У нее хозяин свой.
Надежнее, конечно, через переливание.
Вот моя. Вторая положительная.
А вот Ирина Львовна со
своей третьей отрицательной.
Полная несовместимость.
Какие варианты?
Теоретически, человек
с первой отрицательной
группой крови является
универсальным донором.
А практически?
А практически надо пробовать.
Как через фильтр?
Не понял.
Ну, все просто же.
Получить дозу наркоза и
посидеть, полежать два-три часа.
Вы являетесь универсальным донором.
Понимаете?
Мы просто подключим вас к
аппарату через катетер, и вы заснете.
Вы даже ничего не почувствуете.
Скорее всего.
Заснуть-то я засну.
А вот проснусь потом.
Я когда на службу
заступал... Присягу давали.
Ну вот, исполняйте.
Сложу Советскому Союзу.
И все обмотать нужно, чтобы
красное нигде не подмигнуло.
И второе. Второе — это хорошие слова.
Это вы знаете, это как на границе.
Ну, пароль, да? Пароль — ответ.
Чтобы тот, кто договор там рассматривает,
понимал, что у нас все в порядке.
А, да. Помню, товарищ Старикова в
пятьдесят втором году девочка была.
Так вот она никак слова не могла запомнить.
Не знаю, что у нее со слухом,
что ли, что-то я не понимаю.
Не отвлекайтесь.
Кто-то что-нибудь
объясните мне, пожалуйста.
Просто как вспомню,
так у меня прям жалко ее.
Ну, в общем-то, все. Все очень просто.
А загвоздочка одна у нас,
Ирина Львовна, она же хозяйская.
Это ведь как чужую жену вести.
Попробовать, конечно, можно,
а можно и похари получить.
А вот Яна Юрьевна, она
вообще сама не в себе.
Ни хозяина не чувствует.
Ни своей силы не понимает.
Как бы вам не помереть-то?
А что же мы делать-то будем, а?
Что, начнем?
Ну, я так не могу.
Как так? Вы же любите выпить.
Ну, что вы, правда, со
мной как с алкоголичкой.
Ну, если хотите, можем внутривенно
вести, если так удобнее будет.
Еще под присмотром.
Одное.
А поговорить?
Минуточку, подождите.
По лекарственным остаткам, вот вопрос,
если нужны дополнительные препараты,
то просит уже, ну, как бы напрямую с
Министерством здравоохранения согласоваться.
Да, мы приняли.
По кадрному вопросу...
Простите, пожалуйста.
Товарищ полковник, можно вас?
Очень важный вопрос,
исключительно ваша компетенция.
Ну, что вы, за здоровье, да?
Смешно.
Кого-то попроще не могли позвать?
Продолжайте, пожалуйста.
Так, Яночка Юрьевна,
присаживайтесь вот сюда.
Вот так вот.
Ой, нет, пожалуйста,
давайте только не она, ладно?
Спокойно, я сделаю.
Эдитные все стали, то не то, это не так.
Здоровье, товарищ полковник.
Так каждому катетер вставлять
никаких сил не наберешься.
Их вон сколько, а я одна.
Ирина Ивановна, попробуйте
до носа пальцем дотронуться.
А что?
Все.
Ладно.
Гузель Фархановна?
Я спрашиваю тебя, знать не знаю.
Главное, чтобы сознание не потеряли.
По последней, по последней.
Ну что молчишь-то, собутыльник?
Я же тут тебя...
Я же тут тебя...
Заговорил?
Заговорил я тебя, твою мать, заговорил!
Поздравляю.
Все, дальше без меня, дальше без меня.
Заговорил!
Я прошу прощения, мне кажется, если
мы хотим видеть Ирину Львовну в сознании,
лучше остановиться.
Так, все значит так, у
нас аппарат диализа готов.
Все красненькое мы закрыли.
Ну что, можно начинать, да?
Ну вы же знаете формулу,
начинайте, пожалуйста.
Так, значит так, Яна Юрьевна, вы
должны попросить, чтобы она приняла.
А она должна согласиться.
Надо, чтобы вы попросили, она
бы поняла, услышала и приняла.
Но я не знаю, как
просить, что говорить надо.
Да тут неважно, что говорить, главное
от сердца, это же не на экзамене.
Хорошо, я попробую.
Я хочу попросить вас принять, согласиться.
Согласиться на то, что
я стану вашей хозяйкой?
Хозяином, хозяином.
Хозяином.
А вы станете моей...
Подчиненной сотрудницей.
А вы станете моей сотрудницей.
Да-да-да, а вы должны все повторить
и сказать, мол, все так и будет.
Несут, что хотят.
Давайте, пожалуйста, Ирина Львовна.
Ну как, я...
Я соглашаюсь стать вашей сотрудницей.
Ян, что?
Ян?
Что такое?
Адреналин.
Ой, да какой адреналин, доктор?
Да вы что, до такого смерти
даже притрагиваться нельзя?
Вы что, так шандарахник, мало не покажется?
Тихо-тихо-тихо-тихо.
Все-все-все, все будет хорошо.
Сейчас, моя хорошая, сейчас.
Извините, коллеги, задержалась.
Ты что делаешь, безумская дрога?
Ты что делаешь?
Ты что, специально, что ли, специально?
Милый мой.
Прости меня, я виновата.
Прости.
Мой хороший.
Кто ты?
Я не знаю.
Кто тебе дал право забирать мое?
С тобой она не может
жить нормальной жизнью.
Я не спрашиваю про нее. Я спрашиваю
про тебя. Кто дал тебе такое право?
Я сама решаю, кого забрать.
Вы ходите в темноте, двое в одном
теле. Один немой, вторая слепа.
Но когда он заговорит,
тебе не будет больше места.
Я не понимаю.
Все так и есть. Ты не понимаешь. Вне тебя только
твои враги. Когда поймешь, будет уже поздно. Им все
равно с кем быть. Они пришли к тебе, потому что ты
была рядом. Но они придут и к другому. Не обольщайся.
Не обольщайся.
Обольщайся.
Станет ей.
Тихо, тихо.
Сработало, кажется. Переподписали.
Как себя чувствуете?
Все нормально, все нормально.
Ирина Львовна, я понимаю, что тяжело.
Нужно проверить.
Нет, нет, ничего.
Ведите, пожалуйста.
А у вас, кажется, волчанка ушла.
Это наш новый алик.
Давайте попробуем что-нибудь. На ваш выбор.
А что пробовать?
Я и так чувствую, что ему страшно.
Мне?
Подойдите.
Ближе.
А теперь ложитесь на пол.
И хорошо, качественно обойтись.
Ну что, с трудовой оформлять будем?
Полный естут бессовщины.
Головы лишь некому.
У нас пивень есть.
Как ты, моя собутыльница? Жить будет?
Будет.
Да, но меня больше другое беспокоит.
Не кажется вам, что я на Ю-Йорке?
Я не хочу, чтобы вы уходили.
Ваше предложение.
Пока никаких.
Просто хотел сверить ощущения.
Продолжаем наблюдать.
Но я бы на самом деле и
про вариант беты не забывал.
Раз уж голос появился, может быть
попробуем санкционировать контакт?
Я бы попробовал.
Как вы мне все дороги.


Серия 5

Я желаю ночи.
Наконец-то.
Должен признать ошибку.
Мы поторопились с НД-1Л шлицефером.
Я думаю, что мы должны были больше времени
провести в стадии подготовки и изучения.
Это было не мое решение.
Но я хочу это исправить.
Отойди.
Ты даже не представляешь,
насколько вы ошиблись.
Люцеллер предлагал излечение,
а вы не предлагали ничего.
Не каждая болезнь требует лечения.
Ну что, по рукам?
Я знаю, почему ты его выбрал.
Вы все любите свет.
Рядом со светом безопаснее.
Но это обман.
Люцеллер освещает вам путь к
месту, куда вам не нужно идти.
Он пытается врачевать
то, что не требует лечения.
Если бы вы его не
призвали, человечество было
бы гораздо устойчивее
к простым сущностям.
Ну, вроде тех, что вы называете НД-2, НД-3.
У вас были бы силы бороться самостоятельно.
Я понимаю, иммунитет.
С ним вы обречены убивать
все, что кажется вам угрозой.
Он убирает всю мелочь,
расчищает дорогу для своих.
И когда придут те, кого он
ждет, у вас уже не будет сил.
Здесь у вас не будет ничего.
Теперь говори.
Что нам делать?
Нам с тобой надо подписать договор.
И тогда я помогу.
Просто скажи, что ты этого
хочешь, и я пришлю все, что нужно.
Подожди, подожди.
Только не слишком долго.
Потому что время работает
не совсем так, как ты думаешь.
Иногда кажется, что оно еще
есть, а на самом деле оно уже...
Здравствуйте.
Все готовы?
Да, да, здравствуйте.
Доброе утро.
Здрасте.
Али готов?
Готов.
Нет, я просто не понимаю,
мы чего должны это делать?
Я знаю, что я могу работать.
Я уверена, что я могу работать.
Не понимаю, зачем это
все опять заново начинать?
Зачем что-то доказывать?
Ну, знаете, все так говорят,
а потом сбои там всякие.
Ну, лучше-то наверняка с проверочкой.
И потом, как работать-то,
когда силушки свои не знаешь?
Вот сейчас проверочку
пройдем и лечить кого хотите.
Ну, хорошо.
И что я должна говорить?
Вот здесь мы записали безопасные варианты.
Серьезно?
Не стеснять. Можно прямо резко.
Сесть.
Мышечные усилия?
Ну, как-то на троечку вроде.
А вы сами не хотите попробовать?
У меня эффект ярче проявляется.
Выше риск травмы.
Ну, тогда не надо, конечно же.
Продолжайте, Лена.
Встать.
Ну, это уже пободрее. Четверочка.
Хотя, может, потому что
возвращался в исходное?
Да-да, Тать, потому что в исходное.
Еще раз.
Прыжок.
Олег, а попробуйте два шага назад сделать.
Пожалуйста.
Сесть.
Пазовые есть, но минимальные.
Сесть.
Ну, это уже единичка.
Хотя, тембр у вас очень хороший.
Это слабенько. Силочки-то почти нет.
Не надо, не надо.
Ну, давайте еще раз попробуем.
Сел!
Ирина Львовна, перекись.
Давайте вот там вот.
Пойдемте.
Перекись.
Нет, нет, нет.
Нет, все, все нормально со мной.
Тихо, тихо, тихо.
Нормально, нормально.
Это ж как получается-то?
Человек пил, пил, а теперь не пьет.
Вот ее через абстиненцию-то и корежит.
Представлял, купим еще, что
половой жизнью не живет совсем.
Прям жалко женщин.
Вы так скоро кони двинете, Ирина Львовна?
Так же не делается.
Мы не вечные, не всесильные.
Энергию нужно как-то останавливать,
раз вас ее так активно тратить заставляет.
Как восстанавливать?
Как все. Через постель.
Вам-то правила НИТО не сообщал?
Любой человек способен
накапливать и отдавать.
Разница в том, что мы, подписавшие
контракт, можем отдавать
в определенном направлении,
создавая аномалии в энтропии.
Но потом это все надо
как-то восстанавливать.
Проще всего через чужую энергию.
Найдите мужика, используйте его.
Женщина. Любой подойдет.
Я не собираюсь спать, тем более с любым.
Понятно?
Да.
Храните вернусь к покойному супругу.
Понимаю.
Ну?
Хозяйка барыня.
А есть еще какие-нибудь способы?
Конечно.
Фактически требуется любое
воздействие, вызывающее
большой эмоциональный
подклик у донора и рецепента.
Убить, например. Или покалечить.
Это очень хорошо регенерирует.
Но переспать чем лучше?
Тем, что тогда донора можно
многократно использовать.
Экономика.
Ирина Георгиевна, я не навязываю, но
если надо, можете на меня рассчитывать.
Вы что, подслушивали, что ли?
Нет.
Сборная СССР неожиданно крупно
уступила соперникам из Болгарии.
К сожалению, болгары
доминировали на протяжении
всего матча, не оставив
нашей команде ни единого.
Ну и как это понимать?
Не могу знать, Константин Устьянович.
Ну, что скажет тренер национальной сборной?
Сборы прошли хорошо.
Команда у нас сыгранная.
Но тут, не знаю, сглазили их, что ли?
На носу важнейший матч.
Они в кольцо попасть не могут, сыгранная.
Это что? Это саботаж, что ли?
Ребята сами очень переживают.
Ну, совершенно ничего не получалось.
Чертовщина какая-то.
Чертовщина, говорите?
Итак, задача перед нами стоит
предельно проста и понятна.
Есть баскетболисты, которые разучились
играть одновременно, моментально.
Умели бросать мяч в кольцо, перестали.
Нужно научить их играть в баскетбол снова.
Через два дня в Нью-Йорке должны уметь.
Ну, вот приехали.
Зовут меня Гизель Фархатовна.
Это что, психушка, что ли?
Ой, ну что вы, ну совсем наоборот.
Так, ребята, ребята, проходим, проходим.
Ой, ну красавцы, красавцы.
Предложение.
Простите, а можно вопрос?
А каким образом все это согласуется с теми
задачами, которые нам поставили изначально?
Что это?
Мне обещали, что я буду
работать над выявлением
НД и над развитием
собственных навыков.
Что так я смогу вернуть моего сына.
А вместо этого я что должна?
Спортивные показатели вам поднимать?
Яна Юрьевна, вы сотрудник такой же,
как все остальные. Не лучше, не хуже.
Поэтому будете заниматься теми
задачами, над которыми мы должны работать.
И в процессе развивать ваши способности.
Не боитесь, что так разовьюсь на вашем
баскетболе, что совладать не сможете?
Ян, не боимся. Справимся.
Если нет?
Ян, пожалуйста, нет.
Что?
А если нет, то это сердце
можно и изъять обратно.
Вам оно не принадлежит. Это государственная
собственность, по сути. При всем уважении.
Ну да.
Забыла расписаться за него, когда выручали.
Вопросов больше нет ни у кого?
Предлагаю тогда начать работать.
Жду от вас вариантов предложения.
У вас что?
Да просто вижу, как она на вас реагирует.
Как вы на нее реагируете, тоже вижу.
Яна Юрьевна сейчас в непростой
жизненной ситуации находится.
Давайте делать скидку, а вы займитесь
своей работой. Будет очень хорошо.
Яна Юрьевна в непростой ситуации.
Вы не в простой ситуации.
И сами же не понимаете,
что вас так беспокоит.
Да.
Что вы делаете?
Да просто в глаза хотела посмотреть.
Это не вы бьетесь. Это ваши демоны бьются.
И они же через вас говорят. Поймите это.
И будет проще.
Да, и для информации.
Я совсем не против вашего нового хозяина.
Вовремя перейти на нужную
сторону, это тоже талант.
Нет у меня хозяина.
У всех есть.
Диспансеризация что ли будет?
Да хрен его знает.
Делай, что говорят, помалкивай.
Здрасте.
Здрасте.
Добрый день.
Ниночка, а ты глазки-то
своих в тетрадочку опусти.
А?
Ага.
А то поваливаются, не приведи, господи.
Открывается дверь, а там ее батя.
Как обычно?
Да, классика жанра.
Ну, в общем, просто посидели,
попили чай, пообщались.
У вас не занято?
Нет, просто.
Спасибо.
Не привлекательно, зато питательно.
Приятного аппетита.
Спасибо, приятного аппетита.
Вас в общежитии поселили, да?
Естественно, да.
Ну, мы тоже в общежитии проживаем.
С досугом, конечно, сложно, но можно в
теннис настольный поиграть, например,
или можно телевизор посмотреть.
Учтем, спасибо.
Пойду еще компот возьму. Тебе взять?
Нет, спасибо.
Могу вам тут показать все, если хотите.
Меня Ирину зовут.
Анатолий.
Ирин, вы извините, я жена.
У вас кольца нет просто.
А нам не положено вести игру, мешает.
В смысле, сейчас не
только это мешает, но... Да.
В общем, я не свободен.
Да нет, я ничего такого не имела в
виду, просто хотела вас поддержать,
потому что настроение в
команде так себе, но это нормально.
Слушайте, у нас часто
бывают такие ситуации.
Давайте сразу, чтобы никого не обидеть.
Вы симпатичная женщина, привлекательная.
Но нам тут не до романа.
Извините.
Подвижность суставов удовлетворительная,
координация удовлетворительная.
Реакция на команды устойчивая.
Как с собакой.
Ближе немного подойдите.
Бросок.
Ой.
А можно не прочитать? И без вас хреново.
Извините.
Попробуйте еще ближе и убираем комментарии.
Куда еще ближе-то?
При броске какие-то странные
ощущения, покалывания, дискомфорт.
Вы думаете, я бы вам не сказал?
Этим. Попробуйте.
Извините.
Не зря сборную взяли.
Значит, только мяч.
Слушайте, а можно
узнать, на сколько мы тут?
Можно.
Но не у меня.
Не знаю, не знаю, пацаны.
А если у меня, конечно, все чистенько.
Можно, конечно, еще и пункцию взять.
Что, я не понимаю?
Рот.
Что рот?
Открой.
Откройте рот и попробуйте.
Это тули. Не самая приятная вещь, но,
как оказалось, довольно действенная.
Если причина проблемы вербальной реакции,
а не формула заговора или что-то
в этом роде, то должно помочь.
Рот.
Гадость.
Не, не, я не буду.
Рот.
Хватит, вы очумели, что ли?
Ну все, не волнуйтесь, это тест.
Это просто тест.
Какого черта здесь вообще происходит?
Вы долго над нами издеваться будете?
Может быть, током начнете пытать?
Понятно же, что это просто зажим в голове.
Причем здесь листы, плевки,
формулы какие-то? Что за чушь?
Я, как только сама в этом
разберусь, обязательно вам доложу.
Глаголи, тети, речи, мысли твои.
Течи, течи реки, ка крови головы.
Головы живы, здоровы.
Ни лих, ни причи, а
течи ни один, ни два, три.
Пока какие-то заговоры только.
Вербальные формулы.
Гюзель Фархатовна пробовала.
Первое, что в голову пришло.
Порча или что-то в этом роде.
Там у них какая-то встреча
была с болгарской делегацией.
Считается, что кто-то из них навел.
Но пока не подтвердилось.
Здесь есть что-то о сущностях
второго круга, которое
влияет на ЦНС, вызывая
у них быстрое развитие.
На вторые сутки практически
полностью выдевает человека.
Второго круга это уже серьезно.
Это одна сущность на одного человека.
А у нас их сколько? У нас десять с
запасными. И на каждого свой демон?
Да нет, так, наверное, не может быть.
Вам бы отдохнуть, Ирина Львовна.
Отдохнула уже. Во мне демона нет. Мне
как-то по-другому нужно восстанавливаться.
Через половой акт.
Да, я читала.
Спасибо.
Везде только это пишут.
Нет, ну можно убивать, конечно, еще.
Но это, я так понимаю, не вариант.
Это вы меня переподчинили! Это ваш демон!
Ага.
Так, а вы на меня
ответственность не перекладывайте.
Я если что-то и поняла
из всех этих трактатов, так
это то, что группа НД-2Л
это всегда добровольцы.
Так что, как бы вы не
заключили свой контракт,
вы заключили его по
собственному желанию.
Спасибо, ободрили.
Так уж никого нельзя найти в институте.
Просто для здоровья.
Вы эффектная женщина. Свободная.
Я вообще не понимаю, что
им нужно этим паразитам.
Это интересно.
Что?
Паразиты?
Это как раз ближе к истине объясняет,
почему ребятам не становится хуже.
Цель паразита – размножение,
а не уничтожение носителя.
Даже у паразита цель – размножение. А тут
нормального человека встретить невозможно.
Вряд ли, конечно, им это понравится.
Но завтра придется дообследоваться.
Так, все. Отдыхайте, Ирина Дмитриевна.
Утро вечера мудренее.
Так, вы прекратите когда-нибудь, а?
Почему я должна это терпеть? Я не понимаю.
Разбудила, да? Прости, пожалуйста.
Так это что вообще
такое? У тебя совесть есть?
Это, между прочим,
общежитие. Это не бордель.
Но ведь нет же отдельных комнат.
Тихо. Как я должна личную жизнь устраивать?
Женщина, вводите его в положение.
Господи, проклятый вообще, чтоб на вас
никто, гадов, больше не посмотрел никогда.
Жена тут недороман.
Ну, с другой стороны мы теперь наедине.
Продолжим.
Что?
Оля.
Оля.
Что с вами? Вам плохо?
Тише, тише, тише. Давайте помнимся.
Тише, тише, тише.
И замкни круг, когда
войдешь в него. И глаза замкни.
И вдохни глубоко, и почувствуй
сердце. Призови того, кого хочешь.
Сынок.
Сынок, ты слышишь меня?
Сынок, я здесь. Я здесь.
Мама здесь.
Где он? Саша!
Он тебе разрешил сюда вламываться.
Что происходит? Ты с Сашей разговариваешь?
Выйди отсюда.
Ян, ты издеваешься надо мной?
Выйди!
Что происходит, Ян? Саша!
Объясни мне, почему я везде бегаю,
ищу его, а ты вот так вот
просто с ним разговариваешь?
Не просто. Я как только во всем
разберусь, сразу же тебе сообщу.
Нет, я хочу с ним просто поговорить.
Это не таксофон.
Там нельзя просто так поговорить.
А тебя не смущает, что
я его отец вообще-то?
Нет.
Что?
Ты мне?
Спасибо.
Что? Что здесь?
Ну, правда, можно как-то
поаккуратнее, пожалуйста? Это...
Это что такое? Это... Окси! Окси!
Это полное имя.
Вообще, как правильно говорить?
Надо чего?
А это правда, что ведьмам
только половой акт помогает?
Или можно еще что-то придумать?
Ой, нет-нет, пожалуйста,
только не надо плевать.
Ну и не ной тогда.
Да у вас одно лекарство от всех болезней.
Ну, доброе утро, что ли?
Очухались? Я извиняюсь.
Здрасте, Ирина Львовна, вы сегодня
отдыхаете? По-моему, тестирования не будет.
Зашиваемся с баскетболистами. Ладно.
Подождите, а куда вы отпускаете?
Пусть она сначала Нину расколдует.
Кого?
Медсестру. Она из нее уродину сделала.
Слушайте, я все верну обратно.
Просто мне подскажите, как.
И как только у меня
силы появятся, я все верну.
А что значит уродиной сделала?
Это не за правду.
Красота-то никуда не девается.
Это просто в глазах мужчины
она теперь будет страшненькая.
Как жалко женщин.
Говорю, чтобы на вас никто не посмотрел.
И все. Смотрю, страхолюдина лежит.
Стоит.
Прокляла еще кого-то?
Кого?
Его?
Да ну нет.
Ну посмотрите, какой кипарист стоит.
Да нет, ничего не страшненький.
Уверены, Ирина Львовна?
Глаза-то у меня все еще на месте.
Так, ладно.
Где эта ваша девушка, медсестра?
Я за ней не следил.
Здравствуйте.
Может, воды?
Что?
Воды.
Нет, нет. Воды нет.
Тогда чего?
Да ну нет.
Так не пойдет.
Сначала от ворот по ворот.
Смотрите на меня, как на индюка ощипанного.
А потом, когда все в
отказ, решили вернуться.
С паршивой овцы, хоть шерсти клок.
Так получается.
Слишком много идиом.
И вообще, в какой-то
степени это ваша обязанность.
Так что пойдемте за мной,
будем эксперимент проводить.
Ренвом.
Ира, перед нами.
Ничего страшного, это
нужно просто пережить.
Я бы сама так никогда не сделала,
просто это важно для работы.
Заходите, пожалуйста,
вставайте в одну линию.
Проходите сюда.
Левее.
Здравствуйте.
Здрасте.
Проходите, пожалуйста.
Быстрее, быстрее.
Спасибо.
Ниночка, пожалуйста, снимите маску.
Ага.
А вы скажите, что вы видите.
Начнем с вас, пожалуйста.
Ну, девушка как девушка, красивая даже.
Вы шутите?
Да она страшна, как вся моя жизнь.
Так, тишина, пожалуйста.
Нина.
Давайте еще раз.
Угу.
Вы нормальная, хорошая.
А вы, пожалуйста.
Как бы так сказать, чтобы не обидеть?
Это вы специально, да?
Это вас ведьма-то подговорила?
Вставайте, да, вставайте, пожалуйста.
Алло.
Видный мужчина.
Толян как толян. Что с него будет?
Вы хорошенький.
Спасибо. Все могут быть свободны. Спасибо.
Вы тоже, вы тоже идите.
А, Анатолий, вы на вас, вы останетесь.
Нина, а это так теперь всегда будет?
Нет, конечно, мы с вас это все снимем.
Процедура, как оказалось,
довольно стандартная.
А когда?
Ну, как только Ирина Львовна...
восстановит силы.
Только она может.
А это значит, когда она
шашни с кем-то сведет, да?
Ниночка.
Да этого же никогда не будет.
На ведьму с таким характером...
Да никто же не позорит.
Я обязательно разберусь.
Анатолий, встаньте.
Ну, опять заставите стандарты бросать?
Я в вашем институте тут уже так
набросался, на всю жизнь хватит.
Смотрите, я сейчас кое-что
сделаю, вы не переживайте.
Если будет больно, я быстро все купирую.
Готовы?
Заинтриговали.
Ну, а сейчас уже как-то
неприятно становится.
Сгинь!
Очень интересно.
Я ничего не понимаю. Давайте еще раз.
Вот как на курсах по
порядку, чтобы я осознал?
Я провела исследование и
выяснил, что это вообще не НД.
Послушайте, люди мячик бросают,
в кольцо не попадают. Что это?
Что-то вроде паразита.
Этимология наша, но этот
паразит резистентен ко всем
воздействиям и наявлениям.
В том числе НД-1 и НД-2.
Ну, это я сейчас про
нас ориентирована.
Именно поэтому Оксиня
ничего не смогла с ними сделать.
Ни хрена не понятно.
Они под какой-то защитой. Все.
Шикарно. А вы когда их из жопы в
руки вытащите и на место ставите?
Не уверена, что это нужно делать.
Не уверена?
Не уверена.
То есть она не уверена.
Хорошо. Давайте рассуждать логически.
Так.
Да, мы используем свои возможности
для лечения пациентов. Так?
Но природа этих возможностей,
она, как бы это сказать, недобрая.
Что если тот паразит, который находится
в наших пациентах, защищает их от нее?
И нужен им для чего-то
еще. Ну, как микрофлора
кишечника, которую
нельзя отдавать полностью.
Хорошо.
Можете назвать это
ангелом-хранителем.
Можете как угодно. Я не
знаю. Факт остается фактом.
Этот паразит влияет только
на баскетбольный мяч.
Я ничего не понимаю.
Я к вам оттуда пришел и говорю,
мне нужно, чтобы люди мячики бросали.
А вы мне говорите, Илья Александрович,
а оно только на мячик влияет.
Давайте оставим все как есть.
А у них, между прочим, сегодня
рейс на международные соревнования.
Международные!
Я их сейчас уже должен в автобус
грузить, а у нас еще конь не валялся.
Вы что, хотите, чтобы мы опозорились?
Не хочу.
Но подвергать пациентов риску тоже не хочу.
Так, куда? Я вас не отпускал!
А ты знаешь, что твоя зав.
отделением творит?
Лечить она не хочет.
Так я бы на себя позвонила,
если бы это связывало нашу...
Где этот возлюбленный твой? В какой палате?
В третьей.
Яна Юрьевна, скажите ему, что вы со
мной поговорили и что я все равно его жду.
Потом?
Обязательно.
Так, подождите.
Я прочитала, что нужно
слова специальные сказать.
Ну, вы мне нравитесь. Красивый такт.
Да нет, формулу нужно сказать. Формулу.
Значит так, на все говорите «да».
Вы пришли ко мне?
Естественно.
Да?
Да.
Вы пришли по своей воле?
Да. Все? Теперь можно?
Ну, наверное. Наверное.
Так, подождите. Вот это вот все не надо.
Не надо, я думаю.
Ну, как скажете.
Только вы не умрите в процессе.
А то что-то вы прям совсем уж...
Я постараюсь.
Далеко мы?
Довольно далеко. Заходите, пожалуйста.
Вот вы тут вставайте по
центру и ничего не бойтесь.
Яна Юрьевна! Вы там?
Яна Юрьевна, открывайте!
Так, открывайте! Или придется ломать!
Что бы ни произошло, ни в коем случае
не двигайтесь. Оставайтесь на месте.
Если что, то это я вас
здесь закрыла и запугала.
Все беру на себя.
Яна Юрьевна!
Ясно?
Нет. Ну да ладно.
Вы, Яна Юрьевна, слишком
много на себя веряте.
Яна Юрьевна! Я приказываю открыть!
Авторус уже ждет команду!
Яна Юрьевна, с вами все хорошо?
Не переживайте. Это ненадолго.
Яна Юрьевна? Где вы?
И где он?
Вернется, когда я скажу.
Вернется? Ага.
Я думаю, искать бесполезно.
Она его спрятала где-то в другом измерении.
Ну, хорошо. Так и запиши.
Евка. Сборная сидит с отсутствием
капитана в нашей пехотности.
Все. Отбой. Проспали. Баскетбол.
Яна Юрьевна, я вам говорил, что вы
по краю ходите? Вот это последний шаг.
Ну, вот и конец.
Хотите, я возьму?
Так. Пополам.
Серегина аппарата?
Какой?
А никак нет. Они все у меня.
По результатам исследований было принято
решение оставить их для их безопасности.
Вот такое у них НД.
Так точно.
Служу Советскому Союзу.
Я же сказала. Верну, когда посчитаю нужным.
Все, все, все.
Можете вытаскивать его из-за корма своих.
Самолет, на котором ребята должны
были в Америку лететь, на взлете упал.
И говорят, если бы он
полный был, то все погибли.
Так только у кого-то из взлетных ожоги.
Судьба, да?
То есть, получается, вы
правы были про этих ангелов.
Если демоны есть, то и ангелы.
Не знаю, но допускаю.
В общем, нам с вами
надо являть благодарность.
Вот.
Давайте. Выходите спокойно.
Выходите, пожалуйста.
Все хорошо.
Все хорошо, вы как?
Все, вы здесь.
Все хорошо.
Доктор!
Спасибо вам.
Я не знаю, вы интересуетесь его
баскетболом или нет, но если вдруг,
всегда ждем вас на наших играх.
Позвоните, все организуем.
Пока рано. Как-нибудь потом обязательно.
Спасибо.
Толя! Толь!
Ты что, так просто и уедешь?
Нет, почему? Можем пересечься.
Если тебя вылечат.
А, если меня вылечат.
Не, ну ты чего, обиделась, что ли?
Да сам ты страшный. И нос у тебя кривой.
И там у тебя вялые помидорки с соломинкой.
Понял?
Соломинка!
Вот боремся же мы за
равноправие трудящихся.
Еще-то у нас какие-то глупости.
На постах своих удержаться пытаемся.
А вот эндорфины, это какое-то
банальное человеческое
счастье, оно же очень
просто достигается.
Это же как-то обидно, да, Олег?
Или как тебя там зовут-то по-настоящему?
Олег? Олег? Олег?
Сколько он с тобой пробовал?
Да недолго, ну полчаса отсела.
Полчаса это немного? Олег, да вы
избалованный, хоть матчасть учите.
Больше пятидесяти минут это
издевательство над донором.
Как он вообще еще жив, непонятно.
Ну, хоть кто-нибудь бы мне об этом сказал.
Как-то чувствовать надо такие вещи, что ли.
Вот так.
Послушай тебя, слушай меня.
Я запрещаю тебе умирать, слышишь?
Я тебе приказываю.
Так это не работает.
Ты можешь воздействовать
на энтропию, но
только точечно увеличивай
ее, а не уменьшай.
Гадость какую-нибудь сделай, пожалуйста.
А за хорошим в традиционной медицине.
Все, все, все, все, не терпимся.
Здесь тебя никто не тронет.
Никто не тронет.
Все, успокаиваемся, дышим глубоко.
Ты свое отработал.
Яна!
Яна Юрьевна, давайте наконец
расставим все точки над «и».
В этот раз вам чудесным образом повезло,
но так не будет продолжаться всегда.
Поэтому очень важна ваша помощь.
У вас есть своя система.
И поэтому нужна субординация.
Кому нужна? Вам?
Всем. Нам. Организации.
Я от вас многого не прошу, не требую
и ссориться с вами не собираюсь.
Ну что вы. Продолжайте.
Не сдерживайте себя.
А вы, Яна Юрьевна, после пары подвигов
расчувствовались, да? В себя поверили.
Пользуйтесь тем, что сердце у вас внутри.
Мы ничего сделать не можем.
Да. Точно так же, как и вы пользуйтесь
тем, что мой ребенок у вас заложник.
Это очень плохо. Я вам сочувствую.
Но вы профессионал, пусть и
недостаточно высокого уровня, но все
равно должны понимать, есть
приказ и вы должны его выполнять.
А у вас какие обязательства?
Просто вести себя, как загадочный придур?
А вы можете просто работать
и не вести себя, как сука?
А вы можете просто пойти
к черту, Глеб Алексеевич?
А...
Простите, товарищи.
Ян, кольцо не носишь?


Серия 6

ОПЕРАЦИЯ БЫЛА ПРОВЕДЕНА УСПЕШНО.
СЕРДЦЕ БЫЛО ПЕРЕСАЖЕНО МНЕ.
Может, все-таки водички?
Не надо.
Да, Константин Настенович.
Поняла, запускаю.
Проходите.
Здравия желаю.
Здравия, да, это хорошо.
Ну что, здравия, ну это
теперь уже в ваших руках.
Вот тот самый носитель НД-1Л Илья.
Отчество напомните?
Александрович, как Пушкин.
Пушкин, да.
Да, человек, благодаря советской медицине,
теперь имеет некоторые
способности ментального характера.
Может напрямую
воздействовать на мозг, на органы,
может внушать и также извлекать, правильно?
Так точно.
Не стесняйтесь, продемонстрируйте
товарищу послу что-нибудь такое несложное,
чтобы стекла не бились, но внушительное.
Нежелательно, Константин Настенович.
Есть риски потери здоровья.
А, ну тогда не надо, тогда не надо.
Ну зачем здоровье портить, правильно?
А то пришлют вместо
вас какого-нибудь нудного.
Ну что мы с ним будем делать?
Ну что ж, рад был
побеседовать лично, так сказать.
Спасибо.
До свидания, товарищи.
Что ж ты, дорогой мой,
демонстрацию мне срываешь, а?
На хрена вы мне отчеты
присылаете об успехах,
если тут простенького
фокуса показать не можете?
Иностранец же, Константин Настенович,
ну зачем знать о наших возможностях?
А если потечет через них?
Да я и хочу, чтобы потекло, Илюша.
Должно потечь.
Нет, ты думаешь, мы одни такие
красивые в контакт вступили?
Вот сидели твои демоны и
думали, куда бы им направиться?
По какому пути пойти? Какой дорогой?
Социалистической или империалистической?
Да я голову готов на отсечение
дать, что не мы одни их разрабатываем.
Так стало быть, сигнал-то надо послать.
Надо послать сигнал, что у нас
тоже есть чем вжарить, если что.
Ты понял?
Понял!
Виноват.
Ты давай взбодрись, а то спустим плановые
показатели. Устанете соответствовать.
Есть взбодриться.
Ой, я так и знала, что вы здесь.
Прям сердцею чую его.
Извините меня, Яна
Юрьевна, что я вас отвлекаю, но
у нас с вами есть моментик
такой неприятненький.
Выйдите, пожалуйста.
Да я-то выйду.
Мы завтра собираем товарищескую комиссию
парткома по поводу инцидентов в столовой.
Откуда у нас парткомы здесь?
А как вы думали? Мы государственное
учреждение, как же без этого?
Так я вас уведомила. Завтра в одиннадцать
жду вас в первом зале. До свидания.
Да, и вот кружочек
закройте, пожалуйста, а то не
хватало, чтобы какая-нибудь
гадость просочилась.
Вы тоже закройте дверь с той стороны.
Ой, хамка.
Распатрись, а то спустим плановые
показатели. Устанете соответствовать.
Ты чего?
Здравия желаю.
Куда набрелся?
Я все, товарищ полковник, больше не могу.
Мне Глеб Алексеевич увольнение подписал.
Следующий.
Ну иди, болезный.
Оба заходим.
Суровая, но справедливая.
Зажмурился.
Рот.
Жрот.
Спиной.
Только снаружи.
С чего надо?
Я говорю, снаружи. Жрать эту гадость
вашу каждый день здоровья не хватит.
Все ж все знают.
Все у нас умные.
Понавешивают на себя.
Цацок.
Вот в глаз простейшего.
И думают, что они танки.
Желательно молча.
Привет, Аллой.
Сейчас я тебе покажу.
Ты чего?
Животное, а зверек что ли?
Я же могу и газетой.
Товарищи, коллеги!
Дорогие роднулечки мои!
Да, я понимаю, мне тоже не
нравится отвлекать вас от текучки.
Но давайте посмотрим на
ситуацию с другой стороны.
Если мы, находясь в таких
специфически замкнутых условиях,
не будем очищать наш коллектив от скверны,
очень скоро наша жизнь
превратится в сплошной кошмар.
Сегодня мы собрались, чтобы
разобрать амуральное поведение
нашей уважаемой коллеги, занимающей
ответственную должность в нашем учреждении,
я имею в виду вас, Яна Юрьевна.
Спасибо, что вы уточнили.
Ну что вы, это моя работа.
Как секретарь парткома я обязана
следить за здоровым климатом в коллективе,
а публичные поцелуи, простите меня,
но никак не ведут к уменьшению энтропии.
Такого рода проявления
должны и будут подвергнуты
абструкции со стороны
всего коллектива.
Вот только так мы будем
иметь гарантию того,
что подобное никогда
не повторится в будущем.
Эта клоунада долго еще продолжаться будет?
Ну, Глеб Алексеевич, вы начальник,
как я могу вас задерживать?
Ну, собственно говоря, вас
заседание-то не касается.
Касается, к сожалению.
Да что вы, что вы.
Яна Юрьевна у нас является носителем НД-1,
а вы, при всем уважении
к вашей должности,
такой силе противостоять
возможности не имеете.
Дело же не в самом
факте поцелуя, а дело в
использовании возможностей
НД-1 в целях сугубо личных,
я бы сказала амуральных, ну
нет, ну ладно бы еще, ведьмой
была, а тут какая-то
естественная надобность имеется.
Но с ее-то природой
восполнять силы совсем не надо.
Яна Юрьевна злоупотребила доверием,
которое оказал ей товарищ Стариков,
передав ей самое дорогое, что у него было,
использовала в сторону своего начальника,
как сказать-то даже не знаю,
некоторые флюиды, что ли.
Я даже боюсь предположить, с какой целью.
С целью приворота руководства
на территорию столовой.
Да-да-да, и это очень плохо, вы знаете.
Пока мы не разберем вот эту ситуацию,
наши сердца не могут быть спокойны.
И вообще, товарищи, почему только
меня одну волнует такое положение вещей?
Вот вы, Иван, простите, забыла ваше
отчество, вы ничего не хотите сказать?
Я?
А кто, интересно, супруг потерпевшей
сторона, вас-то в том числе мы защищаем.
Я не считаю себя потерпевшим.
Да как это она? Прямо на глазах
что-то целовалась, прям назло ей Богу.
Я хочу выйти, простите.
Ни в коем разе!
Вот, и старшее руководство нас не оставило.
Здравствуйте, Илья Александрович.
Можно вас?
Да, конечно. Простите,
Илья Александрович, но мы
вообще-то разбираем амуральное
поведение Яны Юрьевны.
Разбирайте, Яна Юрьевна, на минутку.
Но подождите, мы еще не закончили.
Закончили!
Хорошо.
Илья Александрович, только не пойдите,
пожалуйста, а то я лучше сразу назад.
У меня появились некоторые
сложности личного характера.
Что, опять кто-то пропал?
Нет, ну да, но не меня.
В общем, можете посмотреть.
Да это он не на вас.
С ним вообще раньше никогда такого не было.
У меня племянница его
воспитывала, щенка, зацелованная.
Он всегда как плюшевый, а тут
вот он не ест, не пьет. Агрессия такая.
А я чем могу помочь?
Продиагностируйте его
там по своей части как-то.
Только всему институту об этом
знать не надо, незачем эти подробности.
То есть я теперь еще тайный ветеринар, да?
Геннадия Григорьевна,
просьба от меня, личная.
Да, то есть это не приказ?
А, нет, нет.
Спасибо.
Вы видели? Вы видели как он на
какую-то заравнула? Наверняка это демон.
Да либо просто с ума сошел.
Слушай, ну вам какая разница
на ком свою силу наращивать?
Если это НД, ну
возьмите, исследуйте.
Товарищ полковник, я
не буду заниматься вашей
собакой, не имея надлежащего
уровня кодификации.
Ну не знаю, хотите, можете собачье
сердце кому-нибудь пересадить.
А что, новое отделение бы открыли.
То есть на демона у вас уровень есть?
Илья Александрович, я не знаю как вам
сказать, я вашей собакой заниматься не буду.
Ну хотите, можете выговор мне сделать или
комиссию собрать, обсудить мое поведение.
Можно и так, а можно закрыть вам доступ
ко второй палате к чертям собачьим и все?
Вы же там со своим сыном общаетесь.
А не страшно шантажировать?
Мне терять нечего.
А мне Аллы тоже как сын.
Поэтому сначала разберитесь,
что с ним, а потом можете
хоть все свое свободное
время в своей второй сидеть.
Отказываюсь от воли своей и слова Х3.
Это что такое Х3?
Это трижды повторяем что ли?
Так это вам или мне?
Ну мне конечно, я же прокляла.
Отказываюсь от воли своей
и слова, отказываюсь от
воли своей и слова,
отказываюсь от воли своей и слова.
А что там дальше?
Я не понимаю, здесь такой
почерк, ничего не понятно.
Ага, искренне простить раскаившуюся.
Ну прощаю.
Да это я должна простить.
Это почему это? Я не виновата.
А кто виноват?
У нас вообще-то все по любви было.
Вы тут при чем? Я не понимаю.
Давайте вы меня прощайте,
пожалуйста, по-быстренькому.
И забудем об этом обо
всем, как о страшном сне.
По-быстренькому, да? По-быстренькому
может не получиться, а тут искренне надо.
Прощаю тебя и зла не держу.
Аркадий Иванович, ну как?
Честно говоря, страшно, как не знаю кто.
Ну, устатно.
Знаешь, еще раз попробую.
Прощаю тебя и зла не держу.
Ирина Львовна, у вас заведующий.
Ну, подожди ты!
Ладно, мы потом попробуем еще раз.
Аркадий Иванович, ну как?
Да, честно говоря, я без очков не очень.
Вызывали?
Ну вот, совсем другое дело.
Ирина Львовна, у нас пациент новый. Собака.
Илья Александрович говорит, что он не
ест, лает, считает, что одержим демоном.
Вообще-то, мне обещали, что меня в
хирургию вернут, если я соглашусь остаться.
Да-да, понимаю.
Ну, я тоже не дрессировщица дурова.
Ну, ладно, давайте посмотрим,
что у вас там за демон.
Ну, тише, тише, миленький мой.
Ну, ты чего испугался-то? Тихо, тихо.
Слушай, может, он голодный?
Да нет вроде, ел.
А это что такое?
Пошел!
Как же он будет мне тут?
Собака страшная.
Ничего, ничего.
Ну, все, все, мой хороший, все.
Испугался, да?
Ну, все, никого уже нет. Иди ко мне, иди.
Мы сейчас с тобой пойдем погуля...
Да что ж такое опять с тобой?
Так, подожди, подожди,
давай еще одну партию.
Виталий, вы проиграли 10 партий
подряд, ведите себя достойно.
Доктор, а можно вас?
Да, что?
Я вам как? Ну, не уродка?
Нет, не уродка, конечно нет.
А вы не из вежливости это говорите?
Нет, не из вежливости.
А вы бы, вы бы, вы бы легли со мной?
Ну, это так, чисто теоретически.
Извините, что я спрашиваю, просто, получается,
ваша жена ушла к Глебу Алексеевичу?
Нет, так, конечно нет.
Не легли бы?
Нет, она никуда не ушла.
Да, она находится под влиянием меня,
но вы в курсе, чем мы здесь занимаемся?
В курсе.
Вот именно, это сущности,
которые влияют на все, на
психику, на гормональный
фон, они провоцируют. Да.
И что это было, можно узнать?
А?
В кабинете у Ильи Александровича.
Нельзя говорить.
Не поняла.
И это нельзя называть.
В каком смысле нельзя называть?
Не любит, когда его ругательно называют.
А не ругательно не назовешь.
Нет у него другого имени,
так лучше и вовсе не называть.
Это демон, что ли, какой-то?
Куда ему? Так, бестолочь, но злая.
Еду не любит, когда отбирают,
называют, когда тоже не любят.
Ничего не любят.
Ну, где он теперь?
А я почему знаю? Будет теперь
бегать, искать, дезинфицирует после вас.
Руки давай.
Ой, щипет, щипет.
Смотри, как хотела.
А как с ним справиться с этим существом?
Чурки, не трогай, тебя не тронет.
Да он собаку там держит, он заморит и все.
Нечего водить сюда, от
кого попало, устроили тут.
Ну, ясно, понятно.
Диспансеризация, КВД, да, вижу.
Непосредственный командир ваш
рекомендует как надежного сотрудника.
Не подведу.
Да, ну вот остальные у нас так же говорили,
а в итоге, знаете, какая текучка
на должности испытателя.
Так точно, не пугает.
Хорошо.
Предупреждали вас, что придется выполнять
некоторые обязанности деликатного долга?
Так точно.
Поддержать полные контакты с
рядом сотрудниц, по необходимости.
Что?
Уведомлен.
Все-таки, мне кажется, вы не до конца
понимаете, с чем вам придется иметь дело.
Да нет, я же видел,
хорошенький все, с формами.
Вы можете стучать, когда заходите?
В следующий раз? Обязательно.
Здравствуйте.
Здрасте.
А нет, нет, нет, это не
требуется, это не надо. Другие.
Можете пока оставить
нас на минуту, я вас позову.
Это, возможно, наш новый алик.
Соболезную.
Глеб Алексеевич, а
вам не кажется, что мы с
вами вдвоем должны
обсудить то, что произошло?
Один на один, без парткомов.
А, Яна Юрьевна, мне с вами
говорить, в общем, не о чем.
Была ложность, что не
сделаешь в этом состоянии.
Я только надеюсь, что
это не произойдет снова.
Я не про то, что произошло
в столовой, я про ощущения.
Вы меня раздражаете.
А, ну, с этим я ничего не могу сделать.
Я отсюда никуда не денусь,
вы тоже никуда не денетесь.
Можем минимизировать общение.
Нет, вы не поняли.
Вы меня раздражаете.
Я вас тоже явно раздражаю.
Но при этом мы оба
испытываем, как бы это сказать...
некое влечение.
Нам нужно срочно сдать
гормоны, это как минимум.
Сначала в присутствии друг
друга, потом в отсутствии.
Затем замерить уровень
тестостерона и прогестерона.
Затем... Яна Юрьевна, вы, видимо, плохо
слушали Гизель Фархановну на комиссии.
У вас сердце НД-1 пересаженное.
И никто, я вам повторяю,
никто сейчас не может сказать,
какие у этого могут быть
последствия и эффекты.
Это мы сейчас вот, наблюдаем, удивляемся.
Только не надо мне говорить, что это Яна
вас набросила из столовой, а вы защищались.
У меня сердце альцефера, а у вас что?
А я тут при чем?
Хватит ко мне рассылать с вашей чушью.
У меня за дверью человек, без
которого все эксперименты стали.
Нет, я никуда не выйду,
пока мы не поговорим.
Вы уйдете, Яна Юрьевна,
или конвой вас выведет.
Нет, я не уйду.
Уйдете, Яна Юрьевна, выйдете отсюда!
Не выйду.
Выйдете, черт вас...
Это существо, оно как будто
специально Аллова не отпускает.
Собаку я уже тут
полбиблиотеки перерыла, никаких
специальных собачьих
демонов не существует.
Но, только что, Глеб
Алексеевичу кабинет разнесло.
Я теперь, по крайней мере,
знаю, как оно называется.
Это что?
Нет, нет, нет, произносить не надо.
Это я уже поняла.
Здесь очень много про него написано.
Написано.
Эта сущность является территориальной.
Ей нужен свой дом, который она находит
в первые дни после перехода в наш мир.
Эту штуку кто-то впустил.
Кто-то, кто может погружаться в их мир.
Главное теперь, чтобы
Гюзель Фархатовна поскорее
узнала, а то давно у
нас собрания не было.
Ну, что там про дом? Что он считает домом?
Размеры жилища зависят от
степени раздражения существ.
Чем он спокойнее, тем
меньшая емкость подойдет.
Описывают, что насилие
нечистого в бутылке из-под рома.
Как Джина в ампе, что ли?
Вроде того.
Но лучше использовать какой-то сосуд
с жидкостью или сыпучим веществом.
Как только он осознает,
что находится на своей
территории, то сразу же
начинает битву за пространство.
Вот проблема.
Как собака, которая
решила, что эта дача внутри
периметра забора – это
ее зона ответственности.
И вот тогда противостоять ему
становится почти невозможно.
То есть нам нужно локализовать
его в какой-то замкнутый сосуд,
чтобы она не решила, что вся
больница – это его территория.
Но мы же не сами
это будем делать.
Есть и Клип Алексеевич, есть
и Оксия. У них опыта больше.
Если они узнают, что это я
впустила, а они узнают, мне
ограничат доступ к сыну. Я
пока лучше сама попробую.
Подождите, подождите.
Я с вами. Будем его как-то герметизировать.
Не спится, Яна Юрьевна?
Надеюсь, вы правильные
выводы сделали из
сегодняшней встречи.
Но поймите меня верно, я обязана
реагировать на такие вещи. Зачем это?
Цветы в общежитии буду поливать.
А-а-а, ну это правильно, правильно.
А вот это электроэнцефалограф в
кармане, это тоже по правилам относительно?
Так, что вы там еще посчитали?
Послушайте, я подруги не
набиваюсь, конечно, но иногда
секретов становится слишком
много для одного человека.
В идеале, для комфортного нахождения
сущности, ёмкость должна содержать
щелочную жидкость в объёме не
более третьей от общего объёма ёмкости.
Комфортного. Отлично.
Надеюсь, он сам поймёт,
что там щелочь, потому что
я ума не приложу, как мы
ему это будем объяснять?
А ещё, нам нужен кто-то,
кто сможет его приманить.
Так, ещё раз, что требуется?
Уверенно и чётко несколько
раз произносим слово на букву Ч.
И не двигаемся,
чтобы не случилось.
Интересно, что здесь не
описано ни одного случая,
чтобы он реагировал
на замерзшего человека.
Его привлекает движение.
А может быть, автор просто
единственный, кто остался в живых.
А все остальные умерли, так и не
успев передать свой бесценный опыт.
Логично.
Олег, меня поняли? Хорошо.
А это ещё зачем?
Не двигаемся, чтобы не случилось. Хорошо?
Конечно.
Реагирует на постоянный ритм, но тихий.
Громкому может испугаться.
Довольно доверчив и любопытен.
Собаку напоминает.
Чужую собаку.
Летающую, невидимую и очень злую.
Ну, давайте.
Пора, да?
Олег, приготовились.
Чёрт.
Ещё раз.
Чёрт.
Ещё.
Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт.
Попробуйте начать, вы
полинститута перебудете.
Девушка, вы определитесь. Громко, тихо.
Ну, я не знаю. Попробуйте просто
чуть помнятнее выговаривать.
Нормально я говорю. Вам надо как Левитан?
Олег, давайте.
Меня вообще-то Коля зовут.
Очень приятно.
Можем?
Ну, что ты, дружок?
Пить будем или милицию вызывать, а?
Мы же тебе капельницу сделаем.
Да!
Можно?
Можно. Почему не спим после отбоя?
Илья Александрович, я вам как?
Как... Как женщина
или как сотрудник?
Как женщина.
Честно?
Девочки, что мы ерундой занимаемся?
Пошли в общагу посидели.
Ваши спиртом поделись, кстати.
Обязательно, просто чуть-чуть попозже.
Попробуем еще раз?
Давайте, пожалуйста.
Ну, черт!
Олег, стойте на месте.
Олег, не двигайтесь.
Не уйти.
Послушайте,
вам спать,
чтобы завтра утром
проснуться бодрый
и готовый служить нашей Родине.
Ясно?
Угу.
Так, идем.
Идем.
О, слыхали?
Лететь, твою мать.
Надо сидеть,
а мне ждать, да?
Где эта тварь?
Стоять, не бояться.
Ушел.
Что вы не стоили?
Вставай.
Приверите здесь.
Моя вина в этом тоже есть, так что
будем считать, что квиты.
Спрашивать с вас за
самодеятельность я не буду,
но с тварью надо что-то делать с этой.
Ну, нельзя, чтобы у нас
такое по институту летало.
Что оно так?
С пистолетом за ним будем бегать, что ли?
Не пойдет?
От того, кто эту тварь выпустил, я
с него-то спрошу, вот уж не сомневайтесь.
А с собакой что будем делать?
Лучше не становится?
Все, хватит издеваться.
Усыпляйте.
Лучше так, чем пожаждали от голода.
Эх, Алый,
затроили тебя враги революции.
Прости, хорошему не уберег.
Не уберег.
Притащил батя домой, заразу.
Вы притащили?
Ну, а кто?
Совпадение, я не верю, а
с пустого места она не могла появиться.
Ну, плохо обработался,
притащил на себе в квартиру.
Подождите, а симптомы тоже
в квартире первые появились?
Может, да, что причал
как сумасшедший кавкал.
А когда сюда везли, как себя вел?
Нормально, спал.
Я, конечно, не уверена, но
это наша сущность.
Ее поведение максимально
напоминает поведение нашей собаки.
Собаки животные территориальные.
Наш Алый защищал свой периметр,
воюя с сущностью на своей
территории, в квартире.
А когда его привезли сюда, то
он уже оказался на территории,
которую сущность считает своей.
И начался обратный процесс.
В общем, если мы хотим,
чтобы МД отстал от собаки,
то мы должны их помирить.
Мирить?
Да, помирить с совместным страхом.
Например, наша сущность
очень боится громких звуков
и ищет убежище в замкнутых пространствах.
Как у собаки с громкими звуками?
Боится.
Дружище,
мы все знаем,
придется немного потерпеть.
Готовы?
Давайте.
Черт!
Черт!
Чего ты?
А если потереть желание, можешь загадать?
Не думаю.
Ну, все, все.
Теперь все будет хорошо.
Все будет хорошо.
Ян,
я тебя просто в главном корпусе искал.
Там сказали, тебя откуда дали?
Что ты там делаешь?
Что-то вы наворошили сегодня, да?
Ночью.
Вань, что ты хотел? Я занята.
Я...
Я просто хотел сказать, что...
Знаю, это не ты.
Ну, с Глебом Алексеевичем
в столовой, это...
Ты бы никогда так не могла поступить.
Ну, я бы просто не женился на
такой женщине, которая так бы могла.
Это все вот...
Демон внутри тебя.
Он как бы руководит, иногда вот так
слиться на Глеба этого, иногда наоборот.
Точно не ты.
Я не прав?
Очень даже прав.
Ян, я просто хотел...
Когда ты захочешь все восстановить,
не думай, пожалуйста, что я не готов.
Я... я готов. Просто...
Когда я вас зову, Яна
Юрьевна, вы опаздываете.
Когда вы... Что это такое?
Погорячайте. Там не поговорить.
Охрана везде.
Не буду ходить вокруг да около.
Я записывала электроэнцефалограмму
на протяжении длительного времени.
Так вот, показатели бета-волн в
присутствии Глеба Алексеевича
и в его отсутствии кардинально различаются.
Такое бывает.
Влюбилась?
Не очень смешно, Тамара.
Интересно, а вы уверены, что
это только ваше измерение?
Бета-волна раздваивается.
Именно. Моя женская продолжает
существовать в том же состоянии,
когда Глеб Алексеевич рядом.
Но параллельно возникает еще одна.
Не мужская и не женская.
Я уверена, что эта волна принадлежит
той же сущности, что и во мне.
И реагирует она на сущность Глеба.
Это не мои с Глебом отношения.
Нет. Это отношения НД-1Л с НД-1А.
Они друг друга ненавидят и
жить друг без друга не могут.
Интересно. И что это значит?
А это значит, что нам с
вами здесь никто не доверяет.
И если у меня сердце демона, то это
еще не значит, что я здесь такая одна.
Но на единственную лошадку
никто ставить не собирался.
Я не знаю как, но он как-то
получил доступ к НД-1А.
Это многое объясняет.
Конфликт постоянно
усиливается и очень скоро
руководству нужно будет
выбрать, кого оставить.
Представьте себе, что будет со всеми нами,
если они решат избавиться от Люцифера.
А что делать-то, Яна Юрьевна?
Если битвы не избежать,
предлагаю бить первыми.
А что значит бить первыми?
Вы что же предлагаете, Яна
Юрьевна, руководству сгубить?
Ну почему сгубить?
Послушайте, мне много раз предлагали
повышение, но я каждый раз отказывалась.
Почему? Потому что, когда ты врач, ты
уверена, что действуешь в интересах пациента.
Как только ты садишься
в начальственное
кресло, сразу начинаются
интриги и компромиссы.
Все, что нам нужно, просто
дать Илье Александровичу понять,
что я, мы и Люцифер лучше,
чем Глеб Алексеевич и Астерод.
Да, это понятно.
Но пока у вас только предположения.
Маловато, чтобы поднимать
какую-то серьезную бучу.
А потом будет поздно.
Подождите, я сейчас ничего не понимаю.
А нам вообще обязательно
чью-то сторону выбирать?
А у Яны Юрьевны мальчик пропал, понимаете?
Ей очень надо воевать, очень.
Если не победит, то потеряет всегда.
Да, а мы так с вами, лошадки престижные.
Да, Яна Юрьевна?
Только вы зря за него держитесь.
Надо жертвовать иногда,
дорогая моя, надо жертвовать.
В каком смысле?
Ну, ты понимаешь, тебе демона-то авансом
дали, ты еще свою денежку донести должна.
Вот тебе и предлагается
отдай сынком, отдай и сладим.


Серия 7

Привет.
Привет.
Ты куда припустила-то, а?
Дел же столько, Ираэль
Павловна, ой, сколько.
Помощь нужна какая?
Нет, нет, нет.
Если что нужно принести,
куда-то сходить, зови, не стесняйся.
Мои толпы здоровые.
Я сама, сама.
Сейчас, сейчас я тебе огурки-то
прямо с огороду, с огороду.
Сейчас, сейчас.
Сейчас я тебе чайку согрею.
Вот, хлебушек свежий.
А, вот колбаска, пирожки.
Вот.
Спасибо, мама.
Ты чего сидишь-то? А ну-ка, давай, рубай.
Вон, а, все свежее.
Господи неуемная, все ж влезть
норовит, все ж ей знать надо.
Не могу сейчас, Ираэль.
Задержать.
Госбедопасность.
Не забирайте. Христом Богом, не забирайте.
Вот как вы его видите?
Кого?
Кто он?
Как кто?
Так сынок же ж.
Один-единственный.
Уводим.
Клавдия Михайловна, ну присаживайтесь.
Ваш сын отдал свою жизнь
служа родине семь лет назад.
Героически погиб в Лаосе.
А это шпионские происки.
Вот как он у вас?
Не меняется, не стареет. Как так?
Не забирайте. Я что хотите,
что хотите, только не забирайте.
Заберем. Обязательно заберем.
Для вашей пользы.
Подписываем вот здесь, а не в разглашении.
Подписываем.
Химера идет. Химера идет. Не смотреть.
Химера идет. Не смотрим.
Химера идет. Химера идет. Не смотреть.
Да.
Хоть так увидела.
Хоть так.
Продолжайте свою работу. Это Химера.
Химера идёт!
Сестрёнка в Ленинград
уехала, как не видимся.
Вот поглядела. Глазком одним.
Я желаю ночи.
Глеб, что ты решил?
Мне нужно время.
Спугали.
Виновата. Заглажу.
Вам сюда запрещен вход?
Неужели ты думаешь, я не знаю, что это?
Я знаю.
А что там?
Ну, ты попроси.
О другом тебе надо думать.
Они хотят от тебя избавиться.
А мы уже на «ты» перешли?
Кто хочет избавиться?
А я всегда на «ты» своим делю.
Нельзя выкать своему хозяину.
Это не уважение.
Он единственный должен быть. Понимаешь?
Может быть, в кабинете поговорим?
В кабинете то же самое
будет, только там тебя слушают.
Тут никто не встанет. Здесь побоятся.
Что ты хочешь?
Все эти ведьмы проклятые
хотят тебя извести.
Они все привязаны к Люциферу. А ты...
другой выбор сделал.
А ты?
Ты не привязана.
А я девушка свободная. Я могу и передумать.
Смело.
Химеру привели.
Дураком будешь, если я не ее отдашь.
Дураком. Хозяин по голове не погладит.
Полученные оперативные данные позволили
найти и обезвредить некого гражданина,
не имеющего действующего паспорта и
проживающего под разными именами и личными.
Вы прям обезвредили?
Гражданин имеет способность к мимикрии.
Меняет, так сказать, личину по мере
надобности в соответствии с текущими целями.
Согласно некоторой используемой у нас
литературе, является носителем НД-3Х,
то есть Химерой.
Существо, полностью
потерявшим изначальную личность.
Ну и как бы тень такой, что ли.
Надо будет почитать, в
библиотеке есть материал.
А наша с вами задача уже научно
подойти к изучению феномена.
И детально описать механизм маскировки.
Желательно, выявив возможность
заимствования такого механизма.
Или, в крайнем случае,
вариант использования
самой Химеры в иных
государственных целях.
Я что-то не вижу в вдушевлении вреда.
Задача ясна?
Ну, конечно.
Все? Давайте, идите работать, товарищи.
Яна Юрьевна, я вас попрошу
отдельно задержаться.
Как ваше занятие продвигается? Почувствовали
в себе, я не знаю, силу какую-то?
Борчу? Уже осознанно наложить сможете?
Осознанно пока нет.
Но, если хотите попрактиковаться со мной...
Нет, нет, я воздержусь.
Это все, что вы хотели узнать?
Все, что вас интересует?
Всех хотите на вооружение поставить, да?
И меня, и тварь эту, Химеру?
Ну, куда их посолить?
Это же идеальный агент, если
правильно им пользоваться.
Посмотрите, зайдет такой штаб, противник,
а они родного командира в нем видят.
Естественно, будет сразу польза.
Вы знаете, Химера, насколько
правильно я читала, неосознанно
мимикрирует под наиболее
близкого для наблюдателя человека.
Ну, как, например, Хамелеон
неспециально выбирает цвета.
Если штаб, как вы говорите, задет мамой
этих бойцов, ничего хорошего вы не ждите.
Вот и разберитесь, как сделать так, чтобы
осознал, чтобы с пониманием действовал.
Американцев такие точно есть уже. Может,
они к нам его и забросили, я не удивлюсь.
Яна Юрьевна, я вас по другому
вопросу просил задержаться.
Я понимаю, что у вас там с Глебом
Алексеевичем некий конфликт наметился.
Ну, не конфликт, а даже наоборот.
Вы даже не представляете, что это.
Да ну, почему? Представляю, тоже человек.
Какие-никакие чувства имеются,
просто работать с ними умею.
Здорово.
Я к чему, в общем. Если какая-то
с моей стороны помощь нужна,
административная, моральная, вы
всегда можете на меня рассчитывать.
Хорошо, спасибо. Только
я боюсь, что вы даже
не представляете, с
чем мы тут имеем дело.
Простите, мне надо идти.
А просветить не имеете такой возможности?
Имею, не понимаю зачем.
Сына вы мне вернуть не можете, всех на
вооружение хотите подставить, как сорока.
А я пока что не знаю, давать
ли вам такую возможность.
Это кто на что учился?
Ну, вот так вот, Аллой, ты к нему
со всей душой, а они в нее плюют.
Ну, мы же с тобой все
равно всех перераспитаем.
К хренам с собачьим. Перераспитаем.
У нас, кстати, алики опять кончились. Вы
не знаете, новых собираются рекрутировать?
Вы себя интересуете
или для пользы института?
А я себя от коллектива не отделяю.
Быстро втянусь.
Проходите, пожалуйста, Ирина Львовна.
По инструкции, две минуты
привыкаем, потом подходим.
Глеб Алексеевич, мы в целях
минимизации воздействия. Вы как его видите?
Я как... как мужа.
А ты?
Нельзя слишком глубоко
погружаться, вы помните?
Нет, я... я нет.
Просто стала забывать, какой он.
Здравствуйте, меня зовут Ирина
Львовна, и я сейчас буду вас обследовать.
Бояться меня не нужно,
ничего плохого я вам не сделаю.
Как я могу к вам обращаться?
Зовите как вам угодно.
Так тоже дело не пойдет.
Ладно, мы вернемся к этому позже.
А сейчас приступим к тактильному осмотру.
Запрещено по инструкции.
Спокойно, я врач, ничего
плохого не случится.
Сейчас, сейчас, сейчас,
миленький мой, я все исправлю.
Я все поправлю, я сейчас вызову
скорую, они быстро приедут.
Я хочу поговорить, я...
Не сейчас.
А когда?
Я просто жду, жду, жду, жду.
Я понимаю, у тебя много нового
в жизни произошло, но как же я?
Или мне просто ждать, пока
ты все свои проблемы решишь?
Ян?
Запись идет?
Да.
Передо мной... Человек.
Примерно один метр
восемьдесят пять сантиметров рост.
Одет в костюмный пиджак, брюки.
Ботинки, белая рубашка, галстук.
Плацка не пиджака.
Цветок белый, хоризонтален.
Не дергайтесь, пожалуйста.
Понимаешь, что так не
взять человека просто?
Ян, можно как-то нормально,
по-семейному все решить?
Да, бывают проблемы,
но люди как-то живут же.
Тактильно, визуально
ощущается, как живой цветок.
Как на свадьбе.
Перехожу к волосам.
Ах, как у него прям.
Ира.
Ира.
Я контролирую, я контролирую.
Пожалуйста.
Простите.
Я понимаю, что тишина. Давайте я попробую.
А вы как его видите? Как ребенка своего?
Не подходит.
Не подходит!
Пожалуйста, сидите спокойно.
Сейчас мы с вами продолжим
тактильное обследование.
Разрешите?
Ну да, да, садитесь.
Можно узнать,
почему Яне и Юре мне
доверили работать с НД-3Х?
Ну а кому же еще?
Мы же ее пытаемся развить.
Разве не так?
Да, так, но я бы, честно говоря, хотел
принимать участие в таких решениях.
Есть вещи, которые находятся вне
вашей компетенции, при всем уважении.
Да что ты говоришь?
Вне моей компетенции?
А с чего же это так?
Ну, вы не видите этого, а
я считаю, что Яна Юрьевна
недостаточно опыта, чтобы
заниматься такими вещами.
И я считаю, что это решение может
привести к непредсказуемым последствиям.
Так, так, так.
А к каким?
Внимание, всему персоналу!
НД-3Х самовольно покинул зону процедурной!
Всем сотрудникам принять...
Началось колхозе утро.
Стоять!
Атахимя!
Эта гадина откуда опять появилась здесь?
Кто-нибудь из вас может
мне объяснить или нет?
Никак нет, товарищ полковник.
Проклятое место какое-то.
За мной!
Я его оставила пока.
В каком смысле оставила?
Ну, НД-3Ч относительно
безопасен при правильном уходе.
В каком смысле оставила?
Это же...
Существо это ваше.
Я что, ядерное топливо
использую, иногда что тащу?
Картошку удобрять?
Нет, а это... Демон!
Нет, чисто технически это не демон.
Это гораздо более простая сущность.
Оно...
мою собаку...
чуть не убило.
Заслуженную.
Да, вот поэтому вы излитесь.
Он никакой угрозы не представляет.
Просто не надо так часто произносить
слово на букву Ч рядом с ординаторской.
Вы что, сейчас издеваетесь, что ли?
Вы что?
Вы что, его в ординаторскую заселили?
Что значит, заселила?
Я его герметизировала.
Он предпочитает сыпучие и
текучие субстанции, так что...
Послушайте, я понимаю, что это моя вина.
Но это все делается в интересах института.
Вы же сами сказали мне изучать.
Вот я и изучаю.
Как бы я хотел, чтобы вы...
на денек просто...
один раз на денек в мое кресло сели.
Паух посмотрел бы я, как вы...
всю эту морость наверх доносите.
Про чем, про вашего?
Про эти старшие сущности,
младшие сущности, средние сущности.
Фух, мне иногда кажется,
что меня в Кащенко определят.
После того, как я дневную
сводку докладываю им.
А вы куда смотрели?
Это же в вашу входит компетенцию,
заведующая отделением.
Даже не знаю, что с этим
делать, Илья Александрович.
Можете мне выговор объявить
и занести в мое личное дело.
Послушайте, я его поймаю и локализую.
И он больше никого не побеспокоит, обещаю.
Покреститься, что ли, пойти?
Поможет, как думаете?
Ну, хуже точно не будет.
Как с Химерой продвигается?
Ну, все хорошо, Глеб Алексеевич,
мы поймали, охмутали, изучаем.
А изучаем это кто?
Ну, как, всем отделением,
дружно, коллективно.
Ясно.
Я правильно понимаю, что инцидент
произошел после контакта с Яной Юрьевной?
Кто произошел?
Химера сбежала после того, как
Яна Юрьевна вошла в отделение.
Да-да-да, это мы не отрицаем.
Но вы знаете, там такая ситуация была.
Ирина Львовна зашла, а
она ей мужа мерещится.
Ну, она же потеряла, вы
знаете, да, ну, горе такое море.
Ну, в общем, там эти все
эмоции наружу, все такое.
А Яна Юрьевна в это время
как раз показатели записывала.
И когда Ирина Львовна-то переживать
начала, Яна Юрьевна ее подменила.
Ну, в общем, инцидент потом и случился.
Что и требовалось доказать.
Глеб Фарханович, с этого момента мы
любые контакты Яны Юрьевны с Химерой
ограничиваем во избежание
повторных инцидентов.
Илья Александрович со мной в
этом решении полностью согласен.
Так вы сами скажите, что же
на меня послушается, что ли?
Вон, я ей сколько дозвалась-то.
Дуру-то не надо из себя строить.
Вы прекрасно знаете, почему Яне
Юрьевне нельзя контактировать с Химерой.
Глеб Фарханович, я
вам одну важную вещь
скажу, а вы меня очень
внимательно послушайте.
Скоро здесь весь расклад
поменяется, и мы с вами это знаем.
А вы выберите вовремя правильную сторону.
Потому что вовремя выбрать
правильную сторону – это большой талант.
И вот тогда все будет хорошо.
Ой, на зло меня толкаете,
Глеб Алексеич, а что я на зло?
Ну, зло – это понятие альдевалентное.
Как медицинские
работники должны понимать,
все-таки не в Министерстве
добрых дел работаете.
Должны чувствовать разницу.
Сделайте, как я сказал, и когда
все поменяется, я вас не забуду.
А если не сделаете – забуду.
Если вы понимаете, о чем я.
Ой, ну зачем вы бедную женщину-то пугаете?
Ну я-то и без вас пугана, Глеб Алексеич.
Вы меняетесь. Нет, он вас меняет.
Замолчите, пожалуйста.
Даже заменяет.
Замолчите.
Понимаете, наш-то, он как бы рядышком
сидит, а ваш за место усаживается.
Пожалуйста.
Ну я же для вашей...
Все в порядке.
Ой, поздненько мы,
поздненько мы похватились-то.
Ну что это такое?
Ну вы уберите этих своих.
Он не любит этого.
А вы уже выучили, что он любит, да?
Ритм. Он его успокаивает.
Вообще, Энде Триче, ему
больше всего нравятся волны.
Неважно, звуковые, водные, световые.
Хотя звуковой спектр у него обрезан, так
что лучше сразу высокие ноты выдавать.
Входить можем?
Открывайте.
Убирай.
Тихо-тихо-тихо. Осторожней, осторожней,
осторожней. Он сейчас проявится.
Давайте, пожалуйста, без резких движений
вот эту штуку уберите. Его это нервирует.
Тихо-тихо-тихо-тихо-тихо-тихо-тихо.
А ну-ка иди сюда. Давай-давай-давай-давай.
Давай, иди ко мне.
Тихо-тихо-тихо-тихо-тихо.
Вообще-то он не очень
опасный, даже привязывается.
Ну у него зрительный
орган отсутствует, но
слух вообще прекрасный,
по голосу не отличает.
Смотрите, бурлит.
А какие еще команды знает?
Ну если вы собираетесь на границу его
отправлять, родину защищать, то это вряд ли.
Но мы работаем, стараемся, да?
Вы заходите к нам почаще, я
вам все покажу, все расскажу.
Не надо.
Я вот эти ваши знаю, мне этого не
надо, вы вон на аликах своих тренируйтесь.
Ну а когда алик привезут нового?
Дело-то непростое.
Подбор, как на космонавтов.
Ищем чего-то, ищем.
Ну да, да.
Что, совсем плохо что ли?
Ну, ну плохо, конечно, плохо.
Ладно, я там их ускорю.
А вы крышечку-то поплотней.
Да, я закрутила, все.
Греха.
Ну что?
Яночка Юрьевна.
Что?
Мне разрешили здесь быть.
Илья Александрович разрешил.
Да хорошо, хорошо.
Не хочет вообще, иди сюда.
Не хочет, он тебе смерть
отдавать очень не хочет.
Кто?
Навин Д1, он почти съел
нашего Глебушку, ты докушивай,
ты не хочешь, чтобы ты
с химертой занималась.
Почему?
Ну вы до химерты дотрагивались,
касались, что он сказал.
Да я не для себя, я же
для дела интересуюсь.
На прикосновения отреагировал.
До этого все хорошо было, полный контакт.
Не сопротивлялся.
Как только дотронулся, он сразу убежал.
Не знаю почему.
Химера, если я читала ту
литературу, она уже не такую.
Она тихая.
Сидит под листик, маскируется,
чтобы никто не увидел.
А если дотронешься, то
просто шумается и все.
Ну что-то непонятно, он
не хочет на вас работать.
Как это? Как это? Как и тунеядцы
не хотят, так и он не хочет работать.
Только на тунеядцев-то статья
есть, а на эту тварь-то никакую правду.
Елизавета Архатовна, скажите нормально.
Ой, что-то прям чувство
убитое буду, убитое буду.
Ну ладно, ладно, ты со мной
по-хорошему, и я с тобой как с роднулечкой.
Ну вот химера, она такая штуковина.
Она же должна служить, и обязательно НД-1.
Неважно какого, кто
первый ее получил, того и она.
Но иногда, правда, срывается, убегает,
но ее всегда обратно возвращают.
Потому что НД-1-то демоны
очень сильные, мощные.
И вот чем сильнее демон, тем ему тяжелее-то
в нашем обществе вот здесь дышать-то.
И тем сложнее ему в ушко-то
игольное пролезть, чтоб к нам-то попасть.
А как человека-то забирать? Тяжко?
А химер-то и здесь хорошо,
там хорошо, понимаешь?
Она мелкая, она везде пролезет.
Вот ее используют.
Как забирать человека?
Какого? Я не понимаю.
Да любых людей. Ну вот, пожалуйста,
ведьми-то кто-то становятся ущербные.
У кого дыру-то в душе пробило, да?
Вот они и быстрее златать хотят.
Они к НД-1 и приходят. А те, кто
не хочет приходить, как с ними быть?
Вот химера-то тут и нужна. Понятно?
Она везде пролезет, везде. Тому
маслит, тому говорит, понимаешь, пригрозит.
Ну, а потом такой договорчик подсунет,
что они один на юрисконсульт не обрадуются.
Ну и что? При чем тут я?
Ты же такая умная.
А порой прям коряк-коряк.
Простите меня за прямоту, конечно, но вы
же сами говорили, что НД-1А бояться надо.
А Глебушка, он в СИУ-то еще не
пошел, с химерой ему не справится.
Нет, не у столько демонов, а у вас есть.
Я же чувствую, у вас уже есть.
А еще он дурак, что ли,
что вам химеру-то отдавать?
Вот он вообще боится, что
вы эту химеру себе почините,
а потом весь институт на
свою сторону настроите.
Вот он и ограничил вам доступ.
И ждет, пока вот этот астерод
в него полностью не поселится.
И тогда вот эту химеру-то
он и загромастой осилит.
А что вы предлагаете?
Я предлагаю сманить.
Ночью-то не спите.
Я приду.
Хорошо?
Ну что, много там у нас макулатуры еще?
Нужно обязательно до закрытия общежития
успеть все подписать, чтобы заселиться.
Да, все у нас не как у людей, да?
Нет, чтобы утром заселить.
А вас не предупредили?
У вас же там задание ночью.
А, ну это, сказали, конечно, да, это
я всегда, ну, если Родина прикажет.
Да, масочка упала.
Вот вещат здесь две подписи.
А та, которая в общежитии,
она что, тоже вот такая, да?
Проходите.
Ну, хоть понятно, за что оклад платит.
Здравствуйте. К вам?
Доброй ночи.
Так все плохо.
Раздевайтесь.
Я несколько вопросов формальных задам.
Да-да, меня предупредили, все хорошо.
Отвечать нужно коротко и по существу.
Вы пришли ко мне?
Да.
Вы пришли по своей воле?
Ага.
Ложитесь.
Тут побудьте, я скоро.
Подождем.
Гузель Фархатна, а вы куда
это собрались посреди ночи?
Не спите, бдите.
А я вам пирожочек принесла.
Не положено.
Да кто ж увидит-то? Берите, берите, берите.
Спасибо.
Ну, вы зря не кушаете-то
очень вкусные пирожки.
Я потом благодарю.
Давайте лучше я.
Яна Юрьевна?
Забудь.
Надо же, как вы быстро сориентировались.
А все говорили, не могу
по заказу, не могу по заказу.
Он маму-то хотя бы вспомнит свою?
Вы меня слышите?
Да. А как я здесь?
Я не помню, где он был.
Вы идите, пока полежите.
А к вам врач попозже подойдет.
Давайте. Прямо, прямо, прямо.
Идите, вам помогут.
Каждый раз все лучше получается.
Гузель, охраняйте.
Да, да, да. Я тут. Я только довезти.
А вы уж там сами на
свою сторону то и сманите.
Только побыстрее.
Нет, я не могу с ним говорить. Ты говори.
Пожалуйста, не бойтесь, я
здесь для того, чтобы вам помочь.
Я хочу освободить вас, понимаете?
Да.
Ты как его видишь? Как сына?
Не совсем.
Мащина, что вы здесь делаете?
Я туалет ищу. Где у вас?
Туалет там.
А что, Марина Львовна не показала?
Да где ее взять-то эту Ирину Львовну?
А где действительно ее взять?
Я просто хочу сказать, что я не
заставляю вас делать ничего плохого.
Просто не хочу, чтобы это заставляли
вас делать другие люди, понимаете?
Не хочу. И к вам не хочу, и к нему не хочу.
Я еще раз говорю, я не
причиню вам никакого зла.
Хорошо.
Давай, скажи мне, чего ты боишься?
Это серьезно?
Мы сейчас это будем выяснять здесь?
Пожалуйста.
Привяжешь к себе, будешь
заставлять по людям ходить.
Буду по людям ходить, буду их получать.
Буду получать, будешь еще заставлять.
И так долго. Очень долго.
Я служил, я больше не хочу.
Я не буду заставлять.
Не ты.
Вот он, который в тебе,
он будет заставлять.
Хорошо.
Хорошо, скажи мне, чего ты хочешь?
Ничего.
А как это ничего?
Вот так, просто ничего.
Там Гриба Алексеевич идет.
Задержи его, задержи.
Нам нужно его вывести.
Я знаю, как это сделать.
Да мы же сами не ведами, Греб Алексеевич.
Я говорю, куда ты лезешь?
Нельзя, сказала руководство.
Она вот брется за тебя.
В сторону.
Я же сказал, никаких контактов.
А Илья Александрович разрешил?
Мне плевать.
Трогала его?
Дотронулась до химеры?
Просто скажи, что да, я его
расстреляю к чертовой матери.
Нельзя здесь такие слова
произносить, вы должны знать об этом.
Стойте здесь.
Интересно, интересно.
Решили, что вы самая умная тут?
Внимание всем!
Побег НД-3Х.
Принять меры к задержанию
вплоть до ликвидации.
Принять меры вплоть до ликвидации.
Тихо, тихо.
Сюда, сюда, сюда.
Стоп, не пущу.
Что, напугала я тебя, Ниночка, да?
Ты прости меня.
И я тебя тоже прощаю.
Сюда, сюда, сюда.
Ирина!
Сейчас мы тебя куда-нибудь определим.
Я его выбегу.
Иди сюда.
Быстрее.
Пойдем, я тебя надежно спрячу.
Добрый вечер.
А я слышала объявление.
Это кто-то сбежал? Да? Что случилось?
Ну, чего ты так дышишь?
Волнуешься? Не надо уже, все позади.
Я не хочу больше служить.
Никому не хочу служить.
Понимаю тебя.
Сама не хочу.
Ну, что же делать?
Приходится убирать.
Ну что, мы будем сегодня или нет?
Я жду, жду.
Господи, напугал.
Слушайте, у вас график
какой-то ненормальный.
Давайте мы уже как-то начнем
и все будет... Куда? Куда?
Это что такое вообще?
Так, где тебя поселили?
В этой... в казарме или где еще?
Давай, вещи свои забирай и марш спать.
Вперед.
Подожди, так а когда?
Решим, решим, я подумаю.
Завтра там, когда-нибудь. Давай.


Серия 8

СТОНЫ Еще, ну!
Кто за тебя тужится? Будет я?
Я свою оттужилась уже. Давай!
МЯУКАНЬЕ Молодец!
Пори, пори! Давай, давай!
Головку вижу.
МЯУКАНЬЕ
Идет быстро, ничего.
Поменьше глоболь, побольше работай.
Неси пленку.
МЯУКАНЬЕ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Почему она молчит?
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Почему она не кричит?
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА Кто принимала?
Архипова?
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА Куда ее везти?
Мамаша там невменяемая,
отказ не подписывала.
ТЯЖЕЛО ВЗДЫХАЕТ Подпишет.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА Не хоронить же.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА Отвези ее.
Тихонько в седьмую.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА Утром уберем.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА Хорошо.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Извините, что отвлекаю.
Вызовь отделение.
А меня зовут Гюзель Фархатовна,
мы коллеги, я из тринадцатой.
А вот эта вот Окси Любимовна тоже.
Тоже наш специалист.
Чем могу?
Она бы маленькую забрать.
А у вас, говорят, девочка без признаков.
Где она?
Как забрать?
Вот, пожалуйста, у нас бумажка есть.
Мы как раз ждали, чтобы
кого-нибудь к нам перевезти.
А тут такая радость!
Так она мертвая.
Вы понимаете?
Кто?
Девочка.
Мертворожденная.
Ой.
А можно нам хоть глазочком глянуть?
А?
Аномальное строение камер
сердца еще внутриутробно выявлено.
Мамочку предупреждали.
Мамочка отказалась.
Хотя, может, так оно и
лучше, чем лет в шесть.
Все равно не жилец.
Да, да, да.
А родители-то отказную подписали?
Там в отце прочерк.
Роженица только что подписала.
Ну, это хорошо, это правильно.
Вы что делаете?
Не обращайте, не обращайте
внимания, не обращайте.
Лёнька, ты что делаешь?
Лёня, Лёня, иди сюда, пожалуйста.
У нас тут ситуация.
Положите тело.
Женщина, вы пьяная?
А как ребёночка-то назвали?
Да никак не назвали, не успели.
И хорошо это, и правильно, и правильно.
Положите, говорю.
Ну, всё.
Полежала, хватит.
Просыпайся давай, пора.
Так.
Женщина.
Мам!
ela должна к главврачу сообщить,
там же уже справку о смерти выписали.
Сообщите, сообщите, а мы вот ребёночка
пока у себя оставим, со справочки-то берём.
Так, стой, где?
Все в зале уже собрались.
Так, покажи личико-ка.
Давай-давай.
Ну, всё.
Угинула, зараза.
Правда?
Хороша, как роза майская.
Я о тебе говорю. Иди.
Может, поговорим, Ян?
А то как-то вот на
собраниях только и видимся.
Вань, я сейчас не могу, прости.
Тебе не до меня, да?
А когда будет до меня?
Ян, если ты что-то задумала, я
должен знать, для чего ты это делаешь.
Чтоб Сашку вытащить?
Все немного сложнее.
Я могу помочь.
Яна, ну я люблю тебя, но вот что
мне сделать, чтобы ты меня простила?
Вань, я не могу, прости.
Не все понятно.
Вот правда, вот все понятно.
Но у нас с тобой ребенок общий.
Не дадите поспать, да? Не дадите.
Что у вас там? Опять этот сбежал?
Что? Ярва подвал затопила? Что?
Яна Юрьевна, сами не хотите сказать?
Да, хочу, конечно.
Глеб Алексеевич намеренно в своих
целях отстранил меня от работы с Химерой.
Яна Юрьевна нарушила
ряд должностных
инструкций, ввела
заблуждение других сотрудников
и попыталась вывести
Химеру за пределы института.
Я правильно сформулировал?
И где она?
Не знаю, ищем, разбираемся.
А что если это я ее вывела?
Глеб Алексеевич, бес попутал.
Увидела в ней любимого и более
ни о чем другом думать не могла.
Отвела к выходу и с катертью дорога.
Химера не покидала пределы института.
Да что вы? А почему это мы так уверены?
Думаете, дежурный признается,
что отца родного выпустил или дочь?
Разберемся.
Обязательно разберитесь.
Обязательно.
Значит делаем так, пока ищем
Химеру, эту конкретную ведьму под замок.
Остальных отстранить.
Учреждение на время проведения мероприятия
приостанавливает свою деятельность.
Есть вопросы, пожелания?
А можно меня в столовую заберите?
Я не очень люблю тесные пространства, а
там поближе кухня, подальше от начальства.
Забираем, забираем.
Кто сидел?
И что за церковь там устроили, расскажете?
Понятно, к чему вас так с
карьерой тяжело складывалось.
Вы не интригант, вы ученый.
И это вам очень сильно мешает.
И оно убрать не получится, Илья
Александрович слишком сильно от нее зависит.
Но если выяснится, что он соврал
насчет демона, по голове его не погладят.
Но и от помощи ее он
ни за что не откажется.
Думаете, можете здесь
всех за ниточки дергать?
Ну нет, с ним так не выйдет.
Он быстрее избавится от вас, чем от нее.
Вы, получается, за карьеру мою
переживаете или опять неправильно поняли?
Опять неправильно поняли.
Да вам и не надо, вас скоро не будет.
Вот ваши новые апартаменты,
пройдите, пожалуйста.
Буду скучать по вашим советам.
Не долго, скоро увидимся.
Да, и не забудьте на балет
заглянуть, как только известие получите.
Не тяните.
Такие известия.
Желаю вам ночи, Глеб Алексеевич.
У аппарата.
Вы так дышать будете? У терапевта.
Вы, если что сообщить
хотите, так излагайте, я слушаю.
Зачем ты всем врешь?
Почему нельзя сказать прямо, кто ты есть?
Почему надо делать
вид, что ты кто-то другой?
А вы бы, гражданин,
представились, лучше бы стало.
Ты знаешь, кто я.
А я знаю, кто ты. И ты не я.
Она не оно, ты не я, вы не мы.
Я с такой игрой долго могу еще играть.
Тебе говорили? Я не люблю, когда шутят.
Мне докладывали.
Вы, товарищ Димон, что хотите?
Что вам нужно? Сотрудничать будете?
Или я эту лавочку прикрыть могу?
А ты не сможешь, Илюш.
А вам что нужно? Потарскить можете?
Я предупреждаю.
Я всегда сначала предупреждаю.
Смотри, если вы лгать не перестанете,
то мы будем менять
генсеков каждые два года,
а потом Атлантида его тонет.
Ага. Прием.
Ну, в целом понятно.
На что мыемся?
Я не знаю, меня разбудили тоже.
У меня там новорожденная с
аномальным строением сердечных камер.
Я не оперирую, не моя специальность.
Новорожденных тем более.
И я. А Ирина Львовна оперирует,
но только не детей. И что делать?
Глеб Алексеевич!
Давайте договоримся с вами, пожалуйста,
что вы по возможности
звоните, а не заходите сюда,
если только нет экстренного случая.
Я по дому престарелых.
Вы же просили звонить, контролировать.
Сказали, она умерла в
половине шестого утра.
Сахар сказали.
Но вы потом позвоните, и вам
более конкретнее все расскажут.
К какому дому престарелых?
Ну, на Ухтинской, по маме вашей.
Ты меня забудешь.
Я телефончик заведующий вам положу
вот сюда тогда, а вы сами наберете.
Спасибо.
Нет пульса.
Плохо.
Понабрали криворуких.
Забилось сердечко. Делай давай.
Давай.
Приведи его.
Не надо это.
Прямо сюда.
Жди.
Тихо, тихо, тихо. Убери.
Делай, делай.
Что, издеваетесь? У него уже
четвертая остановка. Сколько можно?
Позовите Ваню, он хотя бы кардио.
Нет, ты сама должна сделать.
Давай, давай. Давай, говорю.
Не вздумай умирать.
Я тебе запрещаю. Слышишь меня?
Умничка. Молодец. Все получилось.
Подпиши.
Вот и молодец.
Вот и все получилось у тебя, Яна Юрьевна.
Только стой на ногах нормально.
Не урони. Без сопливых раздражений.
Разберусь.
Подождите, вы куда ее понесли?
Ей интенсивная нужна.
А мы сейчас все устроим.
Мы сейчас с Яной Юрьевной похлопочем.
Пойдем, пойдем, Яна Юрьевна.
Сейчас самое интересное начинается.
Интересно. Накрасилась, что ли?
Уйдите, куда шли.
Меня Миша, кстати, зовут.
Вы Алик. Уже четвертая на моей памяти.
Алик. Запоминать не нужно.
Глеб Алексеевич, касаемо
обязанностей, хотел с вами поговорить.
У меня же надглавка
идет за трудодни с опытом.
А опытов-то нет. Надо с этим что-то делать.
Понимаете, ведь обещали,
что будут сайте, эксперименты.
А по факту ни того, ни другого.
Чего молчите? Ну можно как-то с
рабочим классом говорить по-человечески?
Экспериментов тебе не хватает.
Глеб Алексеевич!
Это тринадцатая, Глеб Алексеевич, говорит.
Соедините с приемной
Константину Густяновича.
Может вы объясните, куда мы идем?
Ребеночка спасать.
Мы же ее уже спасли. Другого ребеночка нет.
Вы зачем это делаете?
Ты слушай меня, до ногу смотай.
У нас нет времени ждать,
пока ты решение примешь.
Пока хозяин в тебе только сердце.
А надо, чтобы он в тебя всей душой поверил.
Понимаешь?
Да объясни ты нормально.
Я нормально объясняю.
Не нравится, объясняй сама.
Хозяин, он как в человека входит?
Через вину.
Вот у тебя ребеночка зачем забрали?
Для того, чтобы ты и помучилась, да?
Отпустила.
Надо же, чтобы кого-то
очень близкого забрали.
Чтобы в тебе сосуд для хозяина открылся.
Понимаешь?
Но ты своего сыночка-то пойди не отдашь.
Нет.
Вот, и мы не лыком шиток тоже соображаем.
Мы ребеночка-то, мы ребеночка-то подменим.
Ты вот эту вот морковочку
уже спасала, спасала.
У тебя и ответственность за нее, и связь.
Мы вот эту маленькую вот сюда вот подложим.
Вот, моя хорошая, вот. Вот так вот.
А ты своего-то ей вытащишь.
У тебя сейчас здесь все свежее,
ты ее уже почти как своего любишь.
Пойди, он ничего не заметит.
Я должна пожертвовать
чужим ребенком ради своего?
Так она все равно померла.
Вон сколько раз сердечко-то
заводили, а та хоть для дела послужит.
Я не буду.
Будешь, шебутная какая.
У нас больше нет времени,
асторот уже вышел.
И это не я только чувствую.
Если ты своего хозяина не
примешь, он нас всех сожрет.
Ты должна ему что-то пожертвовать.
Я тебе лучший вариант предлагаю.
Нет!
Что ж ты шебутная-то?
Зачем ты бить его
будешь без своего хозяина?
Он тебя сожрет!
Сожрет он тебя!
Ну вот и все.
Нет, не все, не все.
Мы ей сделаем, мы такую вину
ей сделаем, все прочувствуем.
Доброе утро.
Ну подождите, пожалуйста,
мне надо доложить.
Обойдемся без доклада.
Открывай.
Да.
Илья Александрович, простите, потревожен.
Пожалуйста.
Чем обязан?
Буду с вами откровенен, товарищ полковник.
В главк пришла некоторая информация на вас.
По поводу профанации
деятельности института.
И в частности имитациевами развития НД-1Л.
Вот ты кто-то очень
своевременно проинформировал.
Какой молодец.
Что, прям имитацию заметил?
Вижу ваше саркастическое настроение.
Но нам, простите, не до веселья.
Задача есть задача.
У нас предписание зафиксировать демонстрацию
у вами возможностей НД-1Л или... Арест.
Или к вам будут применены
соответствующие меры.
Понятно.
И что, прямо сейчас демонстрировать?
Желательно да.
Здесь?
Если не требуете для этого
специального помощения, то здесь.
Нет, нет, нет, могу и здесь.
Если не боитесь.
Пока так.
Впечатляет.
Сдайте оружие.
Оставайтесь здесь до
соответствующих распоряжений.
Да, конечно.
Першин, осторожней, товарищ.
Такое меня видеть.
А как уходить сажене.
Ко груде и словам.
А чего надо?
Забери.
И там не лететь.
Нехоженная.
Тропами безлюдными.
Ко мне заговорил.
Доплачивал.
А меня не трогал.
Второй пост.
Ну все, испортим.
Здравствуйте.
Здрасте.
Ребеночку спасти хотите?
Поговорим?
Послушайте, мне все равно,
кто из демонов будет главным.
Что вы хотите, руководить всем?
Пожалуйста, руководите.
От меня вы что хотите? Чтобы я пропала?
Пожалуйста, я пропаду.
Просто верните мне моего ребенка.
К кому вы сейчас обращаетесь, Яна Юрьевна?
К вам.
К нам обоим?
Разве это я забрал твою
плоть от плоти, Ханьте?
Я не знаю, мне все равно.
Просто верните мне моего сына.
Ты тоже, плоть от плоти,
ты тоже можешь вытащить.
Ты ребеночка-то хочешь вернуть или нет?
Конечно, я хочу.
Ну, заходи.
А где Яна?
Да об этом мы с тобой
потом будем выдумывать.
Мы знаешь, мы столько хороших с тобой
дел делаем, столько хороших дел делаем.
Мы сейчас тобой в круг заведем,
мы тебе путь к ребеночку покажем,
на руки тебе ребеночка выдадим, а тебя
останется столько широчек делать и делов-то.
Слабый, подохнет.
А может и нет, может и не подохнет.
Ты что такое говоришь-то человеку?
Да нет, нет, нет, ну что вы,
поможем, мы подстрахуем.
Поднимаемся, я...
мне надо с Яной лучше, я поговорю с ней.
Да нет, твоя Яна!
Вы обещали мне с Ильей Александровичем,
вы дали мне слово, что вы его вернете.
Вернуть может быть, но никто тебе
не обещал, что вы будете вместе.
Что ты сказала?
Голос твой дрожит, когда
ты чувствуешь обман.
Ханьте.
Ну ничего, ничего, мы тебе поможем.
Хозяин он добрый, я бы сама к нему пошла.
Да нет, у меня такой крови, какую он взял.
А у тебя есть, ты сможешь.
Только давай быстренько,
одна нога здесь, другая там.
Я не понимаю, мне что делать нужно?
Вот это вот, вот это, твой пропуск.
Без него туда не пройдешь.
Ты ребёночка крепко держи на руках.
А как туда зайдешь, все само и делается.
Забыла, как ты забирала всех, кто
посмел посмотреть на твои стопы?
Забыла, как все те, кто пошли с тобой
на нитах, ломали ребра братьям своим?
Я на него не виноват!
Уходите отсюда прямо сейчас, я вам говорю!
Я никуда не уйду, пока вы
не вернете мне моего сына.
Да я ничем вам не могу сейчас
помочь, я могу только навредить вам!
Тебе нет хода сюда.
Ходи.
Сюда?
Иди.
Идите.
Идите.
Ты, своей низости вечной, манящей
альфеурджией, вечно несущей только разрушения.
Ты, которая проклинает
убийц своих, никогда не
получишь заступников
вечной ночи и будешь проклята.
Как будут прокляты те,
которые пошли за тобой.
И как будут прокляты те,
которые пошли за ними.
И как буду проклят я, потому
что посмел выжил от тебя.
Я на него не виноват!
Уходите отсюда прямо сейчас.
Нет, я никуда не уйду.
Ходи.
Папа!
Сынок.
Папа!
Грустно так.
Ничего, ничего, ничего.
Зато хозяин будет доволен.
Глеб Алексеевич! Открываем!
Совсем тут охренели.
Нехорошо.
Глеб Алексеевич,
что вы себе... Стреляй.
Передаю Стиночу, теперь
все по-другому будет.
По-новому будем
отношения строить. Иди.
Всех решили убить.
Яне не удалось жертву втюхать, так
вы решили ей полностью вину открыть.
Чтобы уже наверняка Люцифер вышел.
Ну а как еще?
Не хочет твоей Яна в силу входить.
А без нее нам всем конец. И тебе тоже.
Мы ей хорошую сделку
предлагали, а она ей это
маленькое дело совершить
не может. Значит будет так!
И что теперь? Пусть Ваня
умрет. Это маленькая ребенок.
Их там пусть навсегда останется.
Все равно. Помирать.
Хозяин только через вину
приходит. Пускай помрут все.
Тогда она прочувствует.
Тогда хоть какой-то шанс будет.
Сама помрешь. Кому лучше сделаешь.
Отойди.
Если я не прихожу каждый
день к тебе в кабинет и не веду
себя как заботливая мама, это
не значит, что я тебя не люблю.
Ну все.
Принимаешь?
Принимаю.
Вину забери.
Я так много не могу.
Забери. Ей мучается.
Сука! Чуть все не испортила. Ну ничего,
ничего, ничего. Пускай идет. Ничего.
Ничего. Этих двоих забрал и ладно.
Хватит, чтоб хозяину прийти.
О, а вот у нас и проинформированы.
Ты куда на стол? Ты что творишь?
Зачем казенное мучить?
Ну что, настрадалась,
да? Намучили мы тебя.
Ну ничего, сейчас мы тебя покормим.
Сейчас мы что-нибудь придумаем.
Ну ничего, ничего, ничего. Ты мой хороший.
Давай покормим. Я знаю где.
Ты здесь покормишь?
Конечно. Здесь чего только нет.
Сейчас и смесь найдем. Давай.
Нет, я, я наверное сама.
Ну чего ты?
Я сама. Так.
Пожертвовать хотела, сука.
Что?
Я за тобой давно наблюдаю.
Ты тут самый хитрый себя возомнила.
Ты ее тоже оперировала. Она тебе почти как
родная еще денек будет. Других детей нет.
Так хоть эту как овцу зарежешь. Да.
Ты что, я не собираюсь ее убивать.
Я бы, я никогда ее никто не убивал.
Зря зарекаешься.
Нельзя зарекаться. Ну куда ты?
Ну вот и все.
Ты только ее, ее не трогай.
А мне ребенок и не нужен. Я за тобой.
Хати! Где ты, Хати?
Мы так долго искали встречи.
Зачем теперь прятаться?
Тихо, тихо, тихо. Тише. Да,
моя хорошая. Тихо, тихо, тихо.
Чуть-чуть, чуть-чуть. Ну все, все,
все. Тише, тише, тише. Тихо. Ну что?
Особо не обольщайтесь.
Вы оба мне не сильно нравитесь.
Мертвый?
Да такие не умирают.
Запереть бы надо. Законопатить.
Туда, откуда к живым хода нет.
Хозяйка.
Хозяйка.
Чего?
Все, нет оттуда выхода. Только вход остался.
Не достанешь, ты уже ребеночка. Тебе
говорю, не достанешь. Не заходи, никто
тебя уже не вытащит. Не заходи, пожалуйста.
Ну не заходи.
Ты теперь хозяйкой. Будешь
полновластной, полноценной. Все, что не
скажешь, твое будет. За место Ирины
Александровича, за место отца и матери.
Долго устраивали методику.
Нельзя, чтобы это все было зря.
Нет. Да нет.
Хочу даже знать, как вам
это удалось, но учитите,
Ирина Ивановна, это
первый и последний раз.
Мам! Мам, я здесь!
Сынок!
Сынок!
Сынок!
Прости.
Теперь вместе будем.
Пошел, а!
Проваливай к своему хозяину.
А я думала, вас отстранили.
Прихался пока.
Буду вас на порог, Ирина Ивановна.
Как назовут?
Аня.
 

////////////////////////////