Анна Герман. Тайна белого Ангела (1 сезон, 2012 год). Цитаты и фразы из сериала

«Анна Герман. Тайна белого Ангела» — биографический сериал о жизни и творчестве знаменитой польской певицы Анны Герман. Съёмки происходили в 2012 году к 30-летию со дня смерти певицы. Премьерный показ фильма в России и на Украине состоялся в сентябре 2012 года, в Польше — в феврале 2013 года.

Все фразы и цитаты

Серия 1


ПОЕТ НА ИТАЛЬЯНСКОМ ЯЗЫКЕ
ПО-ИТАЛЬЯНСКИ: -Анна, браво!
-Бис!
-Браво!
-Какой прекрасный голос!
-Дамы и господа, представляю вам
новую итальянскую звезду - Анна
Герман! Только что получила
"Оскар симпатий-67".
Это успех! Мы это сделали,
ты его действительно выиграла.
-Браво!
-Браво, Анна, бис!
-Какой голос!
-Давай, идем, дорогая. Швейцария,
Франция и даже США - все они хотят
заключить с тобой контракт.
Тебя ждет мировое турне.
-Нужно позвонить в Польшу.
-Нет, ты теперь европейская звезда
Анна Герман. Пора проститься
с Варшавой. Уже завтра
все журналы будут писать о тебе.
Аккуратно с платьем, королева.
"Новая звезда европейской сцены
Анна Герман!" - как звучит?
Челентано позеленел от зависти,
клянусь мамой. Он, Далида, даже Шер -
это прошлое. Будущее - Анна Герман.
ГОЛОС АННЫ ГЕРМАН: Завтра я правда
попаду на первую полосу газет:
"Погасла восходящая звезда эстрады
Анна Герман - белый польский ангел,
любимица Италии", - так они напишут
обо мне, потому что в тот день
1967 года на итальянской
автостраде я умерла.
-Не бойся. Верблюды
любят людей. На, держи.
День добрый.
-Здрасте, товарищ бухгалтер.
-Здрасте. Фатиму не видели?
Спасибо.
ПОЕТ:
Крутится, вертится, хочет упасть.
Кавалер барышню хочет украсть.
Где эта улица, где этот дом?
-Фатима, косынка.
-Евгений Фридрихович,
а вы нажалуйтесь на меня.
-Фатима...
-Ах, какая правильная Кызым,
вся в отца.
-Присмотришь за ней? Я скоро.
-Конечно. Иди ко мне.
-Какой тебе, на хрен,
отгул в такую жару, а отчет?
-Я прошу мне не тыкать. Отчет я уже
сделал. Здесь ясно видно,
что недостача 200 000.
-Что?
Я тебя предупреждал! Вас - если вам
будет это угодно. Ты кого из меня
хочешь сделать? Это ты у меня
пойдешь за растрату.
-Покрывать это дело
я не буду, извините.
-Сволочь.
-Гори, гори, моя звезда,
Звезда любви приветная.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
Папа!
-Жужелица ты моя!
Что, при деле?
-Ага.
-Фатима, спасибо.
-Не за что. Удачи.
До свидания.
-Папа!
-Сейчас-сейчас.
Погляди, кто там?
-Мама.
-Тише.
Смотри.
-Это кто?
-Это твой братик.
Его зовут Фридрих, как дедушку.
-Он совсем малыш. А ты теперь
не будешь меня меньше любить?
-Ты что, я теперь тебя буду в два
раза больше любить. Ты же теперь
старшая, значит самая главная.
Будешь его защищать?
-Ладно.
-Никуда я не поеду.
Хватит уже бегать, я устал.
-Дело не в тебе. Пожалуйста,
сделай это ради нас. Ради нас.
-Оставь его, Ирма. От судьбы
не убежишь. Надо молиться и верить.
Надо честно трудиться,
и Господь не оставит нас.
-Мама, пожалуйста!
Куда смотрел Господь, когда всех
русских немцев, всех до единого,
согнали, как скот, и вывезли сюда?
Куда он смотрел, когда забрали
отца Ойгена и нашего папу?
-Посмотри на меня. Слышишь?
Ну, посмотри на меня.
Вот. Я никуда не уеду, некуда больше
бежать. Союз - большая клетка.
Зато теперь у меня в этой клетке есть
жена и двое детей.
Буду бороться.
ПОЕТ НА НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
БАРАБАННАЯ ДРОБЬ
РАДИО: Мы должны уничтожить до конца
остатки немецко-японских и польских
шпионов и диверсантов.
Остатки троцкистско-бухаринской
банды...
-А вы?
Здравствуйте.
-Здравствуйте, здравствуйте.
-Спасибо.
-Пожалуйста.
-Кто разрешил?
Извините.
-Это ваше?
-Нет, не мое. Должно быть,
враги подбросили.
-Вот мерзавцы.
И много у вас их в ведомстве
работает?
Встать!
Меня интересуют все: корейцы, японцы,
поляки. Но в первую очередь - немцы.
Вы знаете, что страна на пороге
войны? А они везде. Спят и видят,
как сдадут нас врагу.
-А вот, пожалуйста. Вот здесь все.
У нас все готово.
-Молодцы.
-Прошу вас обратить особое внимание
на нашего бухгалтера Евгения
Германа. Немецкое имя Ойген.
Из лютеран. Отец у него был пастырем
в церкви, сейчас репрессирован,
а младший брат находится в бегах.
Натуральный враг.
-Дальше.
-Жена преподает немецкий язык.
-Как зовут?
-Василий Семенович. А-а. Ирма.
Ирма, кажется... Ирма Мартенс!
-Я доложу руководству о вашей
бдительности.
-Аня!
Давай-давай, шнеле,Анюта.
-Дождик-дождик, не дожди.
-Анюта! Аня, шнеле!
Ну что ты копаешься, а?
Вот горе луковое.
ГРОМ
-Мама, смотри!
-Анюта, это не твое. Оставь.
Чужое брать нельзя. Пойдем скорее.
-Погоди.
ГРОМ
-Ой, сейчас намокнем.
Побежали скорее!
-Давай туда.
-Ой!
Давай скорей.
-Садитесь, девушки, подвезу.
-Нет, спасибо. Дождь уже проходит.
-Я помню чудное мгновенье...
Ирма Мартенс, любовь моя.
-Валик? Ты как здесь?
А как же Одесса?
-Я сыт жемчужиной по горло.
Шутка. Работа. Садитесь.
Садитесь.
-Пойдем.
-И в эту пыль Узбекистана
Его загнала сердца рана.
Поехали.
-Эмма, а муку-то привезут
после обеда?
-Сергеев Иван Петрович.
Стоять!
Кимчи Абдулла Рахманов.
-Тут.
-Юстрина Выжовская.
-Я.
-Варвара Шувалова.
-Это я.
-В машину.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Здравствуйте, Евгений Фридрихович.
-Здравствуй, Фатима.
-А где Франц?
-Простудился, кажется.
-Жалко.
-Давай шевелись.
-И Эмма из пекарни, и
Кимчи из транспортного...
ГРОМКО:
-Вы что хотели?
-Сделайте одолжение, засчитайте мне
те трудодни, на майские.
-Я все помню.
ШЕПОТОМ: Уходите.
ГРОМКО: И не надо сюда больше ходить.
Фатима, идите работайте.
ШЕПОТОМ: Я прошу вас, уходите.
ЗА ОКНОМ: Не спим, заходим!
Быстрее.
-Вот и приехали.
-Спасибо.
-Бабулечка, а мы знаешь
кого встретили?
-Не кричи, Фридрих спит.
-У мамы есть знакомый.
У этого дяди такая форма!
-Какая форма?
-А еще у него пистолет. Вот такой!
-Подожди. Может, мы сегодня
сходим в концерт, как раньше?
-Как раньше - уже не получится.
У меня дети.
-И муж.
Муж объелся груш.
Хорошо, я подожду.
Поехали.
-Он здесь?
-Как на комбинате?
-Все тихо. А что такое?
-Дыщ-дыщ!
-Геенна огненная ждет убийцу.
И в помыслах не убей.
-Мама, да что ж ты пугаешь?
Господи, что вы меня все пугаете?
-Что случилось?
-Валя приехал.
Он стал большим начальником.
Пожалуйста... пожалуйста, уезжай.
-Нет. Семью еще не трогают.
Уеду я - будет еще хуже:
возьмут вас.
-Нет, ты уедешь.
Ему я нужна, не ты. Уезжай.
-Вот поэтому я не уеду.
-Папа, ты никуда не уйдешь?
-Ты что? Ну-ка, спи. Спи-и.
-Нет, ты мне скажи. Я не хочу,
чтобы ты уходил.
-А я не уйду.
-А у тебя нет формы?
-Нет.
-А пистолет есть?
-И пистолета нет.
-Жалко. Но ничего, не плачь.
Я тебе сейчас спою.
-Только тихо.
-Гори, гори, моя звезда.
Звезда любви приветная.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
-Пой. Пой, моя птичка.
Пой, когда тебе грустно, когда тебе
весело. Пой для Бога. Он любит песни.
Гори, гори, моя звезда,
Звезда любви приветная.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
-Фридрих, это газета. Ее читают,
понимаешь? Хочешь, я почитаю тебе?
Я уже почти совсем умею.
Сядь спокойно и слушай.
-Он еще маленький, Анечка.
-А я?
-А ты уже взрослая,
поэтому должна быть терпеливой.
-Иди сюда. "То-ва-рищ Ста-лин
нас ве-дет. Смерть не-мец-ким
шпи-о-нам..." А кто такие
немецкие шпионы?
-Никто. Глупости это. Играйте.
-Евгений Фридрихович, там...
-Тшш.
-Там...
-Я знаю, Фатима.
Скоро дождь будет,
а у меня есть зонт.
-Нет у вас никакого зонта!
-М-м, глупая Фатима. Иди работай.
-Дурак вы, Евгений Фридрихович!
-Я сказал, иди работать! Иди.
-Что за шум? Ругаетесь?
Держи.
Тебя там уже ждут.
-Я знаю.
Позвольте.
-А ведь я знаком с вашей женой.
-Да, я слышал. Подписать?
-Да.
Хорошо.
Очень хорошо. Сегодня в шесть часов
за тобой приедут.
-Вы мне не тыкайте. Я ж вам
не мальчик.
-Ты... Вы меня не поняли?
Сегодня за то... за вами приедут
в шесть часов.
-Я понял.
Я могу идти?
-Да.
Вы свободны.
О семье не беспокойтесь.
-Шевелись!
-Я не со зла, вы не подумайте.
Я за экзамен тот обиды не держу.
Ну завалил, ну и пусть.
-Ойген, зачем?
-А ну, давай шагай, немчура!
Шагай, фриц поганый. Давай.
-Проходи.
-Сюда. Стоять.
ДЕТСКИЙ СМЕХ
-А зимние? Зимние взяла?
-Ты уже положила.
-Еще-еще!
Еще-еще!
Еще-еще!
-Ну-ка, иди сюда.
Опа!
-Папа, про птичку хочу.
-А-а, про тебя значит? Ты же моя
птичка певчая. А ты у нас кто?
Ты у нас котенок. Котенок!
Так. Жила на свете маленькая птичка.
И больше всего она любила петь
веселые песни о том, как хорошо ей
живется на свете, как светит солнце,
зеленеет трава, как ей хочется обнять
весь мир... Так она пела-пела,
пока не повстречала другую птичку.
И они спели вместе. Потом они свили
гнездо, и у них появились птенцы.
-Два?
-Два, конечно. И вот они росли,
учились летать, и жизнь у них была
прекрасная, вольная. А потом на землю
опустилась тьма. Поднялся сильный
ветер и унес гнездо далеко, в страну
песков и чинар. Но они спаслись.
Они подправили гнездышко, почистили
перышки и опять запели. И тут их песню
услышал высоко в небе ястреб.
Он сложил крылья и камнем бросился
вниз к земле.
-Он не любит, когда поют?
-Не любит. А еще ему стало страшно
и одиноко от этой веселой песни.
Он увидел гнездо с птичками и решил
его сломать. И тогда...
И тогда папа-птичка полетел навстречу
ястребу. Он запрыгал по земле и
притворился, что у него сломана
лапка, чтобы отвести ястреба подальше
от гнезда, а потом спрятаться и
вернуться. Вот так - оп! Ку-ку.
Ну-ка, кто у нас прячется,
как птичка? Анюта, считай,
а я буду прятаться.
Нет-нет, закрой глаза и медленно
считай.
Который час?.. А часы мои где?
-Сейчас принесу.
-Раз, два - голова.
Три, четыре - платье шире.
Пять, шесть - хлеб-соль есть.
Семь, восемь - сено косим.
Девять, десять - муку взвесить...
-А ты пой, моя птичка,
никого не слушай.
-Первый дал, другой дал.
Трое сели, все поели.
Кому сказки гадать,
По-немецки писать?
Шел, вошел, не нашел.
Шишал-мышал вон вышел!
-Я иду искать!
-Ойген, шесть часов.
-Фридрих, где папа?
-Фридрих, иди ко мне.
Ойген!
-Папа!
Папа!
-Все хорошо. Все хорошо.
Все хорошо. Все хорошо.
-Ну, совсем другое дело.
Из чего пекла-то?
Здрасте.
-Кому сладкие дыни? Начальник, дыня
сладкая, как женщина. Пожалуйста.
Ароматная - как чистый нектар.
-М-м, хорошая. Давай.
-Хорошо.
-На.
-Спасибо.
-А роза есть?
-Зачем роза, начальник?
Ромашки бери.
-Давай все.
-Хорошо.
-Сейчас приду.
Хм.
А что не свистит?
-Вот этот волшебный.
СВИСТИТ
-Почем?
-Недорого для вас.
-На.
-Ты ненормальный?!
-Сколько вас?
-Пять.
-Четверо.
-Все до Ташкента?
-Что ты ходишь?
Ищи начальника вокзала.
-Есть.
-Успели.
-Эй ты, это ташкентский?
-Он самый.
-Затормози.
-Эх ты. Кто ушел? Преступник какой?
-Группа немецких шпионов.
Что стоишь, звони!
-А бумага есть, товарищ начальник?
Я человек маленький, мне что главное,
главное - бумага.
-Будет тебе бумага потом,
а сейчас звони.
-Вот когда будет бумага,
задержим незамедлительно.
-Что? Это саботаж.
Я тебя в тюрьме сгною.
-Тихо, начальник. Смотри.
Бумага. Инструкция. Так что,
товарищ начальник, здравия желаю.
-Товарищ старший лейтенант, я...
-Что - я? Заводи.
-Есть.
-Заснул?
-Спит.
-Ойген в Ташкенте, я знаю.
Их всех туда свозят.
-Человек не иголка, Бог даст - найдем.
СТУК
-Вот вы где!
-Папочка, как ты спрятался хорошо.
Мы искали, искали...
-А я всех обманул и убежал.
Птичка моя... Все хорошо.
-Никогда больше не уходи.
-Не уйду.
-А где мама? Спит?
-Мама, вставай, папка нашелся.
Папка нашелся!
Бабушка, папка нашелся!
Папа!
Па-па!
Папа!
-Полуночница?
-Я папу ищу. Он был сейчас тут.
-Нет здесь никого, спят все.
И ты спи.
Дыню будешь?
-Мне папу надо.
-Твое?
Давай.
-Папа. Хитрый.
-Витька, ты чего?
Это не Витька.
-Чего?
-Спи, ничего.
-Ты кто?
-Я папу ищу. Он спрятался.
-Откройте! Откройте,
у меня дочка пропала.
-А его машина фыр-фыр и повезла.
Папа так спрятался хорошо,
я его ищу-ищу, и все нет нигде.
-Да ну? А работал папа где?
Патроны, может, делал, пушки?
-Нет, хлебушек.
-Извините.
Извините... Нет...
-Мы немцы, а это значит плохо.
Я не знаю, почему мы немцы.
Так получилось. А папа хороший.
И мама хорошая. А бабушка строгая.
Но тоже больше хорошая. И Фридрих.
Он глупый еще, потому что
совсем малыш, но хороший. Только
писается в кровать, а это плохо.
-А ты большая?
-Взрослая я. Папа сказал,
я за Фридриха отвечаю,
потому и самая главная.
СТУК
-Аня. Простите, ради бога.
Извините, она разбудила вас?
Анечка, пойдем, что ты гражданину
мешаешь?
-Давайте я провожу.
-Не надо, мы сами.
-Не бойтесь, доставлю уж.
-Вот сюда.
-Удачи тебе. Ты, главное, надейся,
тогда обязательно папку найдешь.
Спасибо.
-А вы до самого Ташкента?
По делам или так, в гости?


Серия 2


-"В тот день 1967 года на итальянской
автостраде Солнца я умерла".
Помедленнее, пожалуйста.
-Спокойно, через час приедем.
Ренато, какой это был концерт.
За эти шесть месяцев я просто
влюбилась в Италию. Сейчас, когда
осталось две недели перед турне,
я должна поехать в Польшу. Ренато.
Хочу увидеть маму, бабушку... и всех.
И теперь... теперь я смогу
им купить квартиру.
ПОЕТ НА ИТАЛЬЯНСКОМ ЯЗЫКЕ
Ренато!
-Осторожно!
-А это что?
-Идем. Разберемся
с твоими документами.
-Товарищ начальник...
-Давай без разговоров. Пошли.
-Ничего не понимаю. Ну что?
-Не спрашивай ничего,
все равно не скажу.
-Откуда ты знаешь?
-Возьми дыню. Хорошая дыня.
-Нет, спасибо. Вы не подскажете,
где головное управление?
-Это что? Иди отсюда.
-Мужчина, вы не подскажете,
где головное управление?
-Знать ничего не знаю. Да вы что
все здесь, с ума посходили, что ли?
-Ищешь чего?
-Господи.
-Хлебушка дашь? А денежку?
А я скажу, где управление.
Я часто там бываю.
-Фамилия.
-Пошел!
-Герман. Проводи.
-Идите за мной.
-Следующий.
-Товарищ майор, разрешите?
-Здравствуйте.
-Слушаю.
-Здравствуйте. Моего мужа,
Евгения Германа, забрали в Ургенче.
Я думаю, это какая-то ошибка.
Он бухгалтер на хлебокомбинате.
Он не вредитель, он не шпион.
-Вы немка?
-Нет.
-Ирма - не совсем русское имя.
-Отвечайте, какая национальность.
-Саша, сходи, что ли, чайку попей.
-Слушаюсь.
ПОЮТ ЗА ОКНОМ:
-Не говорите мне о нем,
Еще былое не забыто.
Он виноват один во всем,
Что сердце бедное разбито.
-Звонили уже, о тебе справлялись.
Из Ургенча.
Родственники в Союзе есть?
Русские, украинцы.
Может, иностранцы? Кто угодно,
только не немцы.
Вы понимаете, что я должен вас всех
арестовать? Вас с матерью в лагерь,
а детей в приют.
-За что?
-Как врагов народа и предателей
родины! Вы отчего бежали из Ургенча?
Сейчас быть немцем - уже приговор.
А вдруг война? Я настоятельно
рекомендую вам найти родственников
другой национальности.
-Я могу увидеть Ойгена?
-Глупая вы женщина. Вы хоть
понимаете, что значит 10 лет
без права переписки? Бегите,
пока не начали забирать семьями.
Детей спасайте.
-Спасибо.
А почему вы?..
-У вас хорошая девочка. Идите.
-Мама.
-Что?
-Нашла, где папа спрятался?
-Почти нашла. И скоро
мы к нему поедем. Пойдем.
Вы последний?
-Нет здесь последних. Крайний я.
-Теперь я... тоже.
-Следующий.
Кому?
-Ойгену... Евгению Герману.
-Какое имя?
-Ойген.
-Не значится.
-Нету.
-Неа.
-Значит, можно это съесть?
-Да.
-На.
-Ну что, осталось еще
только одно место.
-Ирма, остановись, хватит.
-Мама, столько обойти и уехать
теперь, когда все так близко?
Ешьте, мои воробушки. Ешьте.
Ты что смеешься?
-Я так замерзла, а Фридриху хорошо,
он вон какой горячий.
-Господи, избави нас.
ПЛАЧЕТ
-Скарлатина. Случай запущенный.
Что же вы так поздно, а?
НАПЕВАЕТ
-Хочешь, я тебе про птичку
расскажу, папину сказку?
ПЛАЧЕТ
Нет. Вот мы найдем его,
и он нам сам расскажет.
Бабушка, он же совсем выздоровел -
ручки холодные.
НАПЕВАЕТ
-Не дай господь зимой взрослого -
не подюжим это.
-Ничего. До весны-то, чай, долежишь.
-Давай кончай трепаться.
НАПЕВАЕТ КОЛЫБЕЛЬНУЮ
-Хватит?
-Да хватит уже, наверное. Хорош.
-Зачем встала? Раздетая.
Вот простудишься.
-Куда вы ушли? А я? Мам.
-Сейчас она придет.
-Где Фридрих? Пусти меня.
-Не надо тебе туда, Анечка. Не ходи.
-Ну замерзнешь ведь.
-Зачем? Ему же холодно!
Это я... я виновата! Папа сказал, что
я за него отвечаю. Папка, папочка!
ПЛАЧЕТ
Где ты, папочка? Папочка...
Папа, где ты? Папочка, где же ты?..
-Ань, спелые рви. Зачем зелень?
-Нашелся умник.
-Ах, так ты бросаться хочешь.
Ну, держись!
-Ах вы нечестивцы! Ах вы разбойники!
-Бежим.
-Что же вы делаете? Воруете в чужом
саду. Стойте, кому сказал.
-А ты Берлин видела?
-Нет.
-А Риббен... этого... тропа.
-Неа.
-И какая же ты после этого немка?
ОБYЯВЛЕНИЕ: ...Советского Союза.
Советское правительство и его глава
товарищ Сталин поручили мне сделать
следующее заявление.
Сегодня в четыре часа утра
без предъявления каких-либо претензий
к Советскому Союзу, без объявления
войны германские войска напали
на нашу страну, атаковали наши
границы во многих местах
и подвергли бомбежке
со своих самолетов наши
города: Житомир...
-Война... Что же это? Война...
-Чего это?
-Война.
-Что?
-Война.
-Немчура проклятая.
-Ну мы этим немцам покажем.
ОБYЯВЛЕНИЕ: ...Это неслыханное
нападение на нашу страну является
беспримерным в истории цивилизованных
народов вероломством!
-Ай. Мамочки. За что?
-Чтоб вы сдохли, немцы проклятые!
Всех на фронт забирают. Папку моего
тоже заберут! Убьют его там!
Все из-за тебя!
-Мам. Мама.
-Господи боже мой. Сейчас. Подожди,
Анечка. Сейчас я принесу.
-Сколько раз говорила, не водись
ты с ними. Ишь придумали
они войнушку. Наклонись.
-Ба, а что, правда война?
-Терпи, детка, терпи.
-Правда хуже, Анюта. Война,
а мы немцы.
-Ай, больно.
-Терпи, терпи.
-Куда теперь бежать, дочка?
-Все, мама, кончено. Хватит бегать.
Так. Ну-ка. Боже мой... Мне помог
один человек из архива, поправил
нашу графу, поискал подтверждение в
документах. Все, мы больше не немцы.
Наши предки жили в Голландии. Держи.
Анюта, запомни навсегда. Слышишь?
Больше не говори по-нашему, не пой
и про папу никому не рассказывай.
Никому!
-Всех на фронт забирают.
Может, и папу взяли?
-Ну вот, вот. До свадьбы заживет.
-Откуда поезд?
-С фронта, доча, с фронта.
-Спасибо.
-Стоять. Поди сюда! Опять пришла?
Сколько раз тебе говорил, не ходи
сюда более. Украдут тебя, не дай бог,
а мне отвечать, понимаешь?
-Дядь Коль, мне очень надо его найти.
Знаете, как мама и бабушка
обрадуются. Вот если бы вы в эту
штуку объявили.
-Вот я твоей мамке объявлю, что
ты каждый день на станцию ходишь,
уж точно обрадуется.
-Дядя Коля, не надо маме
рассказывать, плакать будет. Можно
я в последний раз? Честное слово.
-Ладно, иди.
-Спасибо.
-Я присмотрю за тобой.
-Здрасте, дядя Петя.
-Здравствуй, певунья.
Смотри под поезд не попади.
-Я аккуратн...
Извините, дядя.
Германа не видели?
Германа не видели?
Никто Германа не видел?
Германа...
Германа никто не видел?
Германа никто не видел? Герман!
Германа не видели?
-Где-то был здесь. Герман!
Гер-ман! Герман!
-Я здесь!
Я Герман. Герман Бернер, госпожа.
Мы знакомы?
-Папка! Папка, я нашла тебя!
Наконец-то, папочка!
-Вот так молодец. У тебя на каждой
станции дочка?
-Еще слово - и получишь в морду.
-...и его увезли на черной машине.
А вы точно не мой папа?
-Я поляк, Аннушка. Я никому не скажу
про отца, не бойся. Немцы - такие же
люди, только их обманули,
вот и воюют против всех.
-Вы хороший, как папа.
Вы приходите к нам.
Двор возле чайханы. Найдете?
-Найду.
Найду.
-Герман, подъем.
-Возьми, Аннушка. Сахар.
-Товарищ капитан, извините
за опоздание. Лейтенант Жангиров
в ваше распоряжение прибыл.
-Отставить. Почему не на фронте?
-Так ранение, был отправлен в тыл.
-Это ничего. У нас сейчас здесь будет
своя война.
-Хочешь сахар?
Как тебя зовут?
-Яцек.
-А почему ты плачешь?
-Мама потерялась, я остался один.
-А как маму зовут, знаешь?
-Ядвига Ковальски.
-Ядвига Ковальски, подойдите
к дежурному станции!
Ваш сын Яцек ожидает вас!
Повторяю: гражданка Ядвига Ковальски,
подойдите...
-Яцек!
-...ваш сын Яцек ожидает вас!
-Яцек!
-Мама!
-Куда ты убегаешь? Почему убегаешь?
Нельзя убегать, понимаешь?
-Слава богу, нашлись.
-Большое спасибо.
-Так я что, гражданочка, это все она.
Где же она? Девчушка... маленькая
такая...
-Салам алейкум.
-Мой муж... он сбежал еще раньше,
в 39-м. Он еврей, и его
обязательно бы забрали.
Когда вошли немцы, он пошел
на советскую границу. Через месяц
вернулся. Сказал, по нему открыли
огонь с той стороны. Многих убили.
-Салам.
-Алейкум ассалам.
Вон там, за этими домами.
Метров 300 будет.
-Мы прятали его три месяца.
А потом кто-то донес, и его забрали.
И мы с Яцеком...
-Ядвига, успокойтесь, пожалуйста.
-Что мы пережили, вам не понять.
Здесь нет войны.
СТУК В ДВЕРЬ
-Аннушка, открой.
-Ирма Мартенс?
-Да.
-Салам алейкум. Комендатура.
-Алейкум салам.
-Вот, жильца привел.
Разместить надо офицера.
-Да что вы, нас тут и так много.
Вот беженцы. Мы впятером живем в
одной комнате.
-Это приказ.
-Понимаю. Извините.
Давайте поищем еще.
-Вы поляк?
-Здравствуйте.
-День добрый.
-Мама, нам же не тесно. Давай его
оставим. Он на папу похож.
-Что?
-Бернер Херман. По-вашему - Герман.
Впрочем, неважно. Лейтенант
польского войска.
-Герман, я знала! Оставайтесь.
Можно, да?
-Анюта, ты где была?
-Мама, а он точно не наш папа?
-Господи боже мой. Перестань
и ложись спать.
-Но я почти не помню его лица.
Совсем.
-Давай ложись на 5 минут.
-Жангиров.
-Вы знаете, зачем вас собрали?
-Нет.
-Не знаем.
-Отныне вы наша рабочая группа
по спецработе в городе.
Сокращенно БС - бригада стукачей.
НЕДОВОЛЬНЫЙ РОПОТ
-Молчать. Ваша работа в непростое
военное время будет заключаться
в следующем: вы будете смотреть,
слушать и выявлять. Кого?
Наша цель - не сплетники, которые
хают режим, а шпионы. Шпионы и
наемники врага. Вот их вы научитесь
выявлять с безошибочной точностью.
Их адреса, имена, знаки и мельчайшие
намеки, которые говорят о симпатии
к немцу.
Школу закончила? Писать умеешь?
Будешь вести отчет доносов, ферштейн?
РАЗУЧИВАЮТ СПРЯЖЕНИЕ
НЕМЕЦКИХ ГЛАГОЛОВ
-Гуд. Зухра, зер гуд.
Коровин, ты почему не повторял?
-Я их потом нуцен, на фронте.
СМЕХ
-Глупо. Очень глупо переносить свою
ненависть к врагу на язык. На этом
языке писал Гете. На нем говорят
тысячи, десятки тысяч хороших людей.
-Они не говорят, они лают,
как собаки. Ферштейн, хенде хох...
Уроды.
-Денис, встань.
Война ведь не навсегда. А что ты
будешь делать, когда настанет мир?
Не знаешь? Тогда открой поэму Гете
на 25 странице, и ты найдешь ответы
на многие вопросы. А завтра нам
расскажешь наизусть. Садись.
-Фашистка.
-Сам ты фашист, дурак!
-Отстань от меня!
-Аня, прекрати.
Я кому сказала?
-Ирма Мартенс, к директору.
РАДИО: Говорит Москва. От Советского
информбюро передаем последние
сообщения.
-Дойдет. Ух, дойдет.
-Остановят. Нам бы до зимы дотянуть.
Зимой немец, как апельсин на снегу,
померзнет.
-А если дойдет?
-Все едино. Хуже не будет.
РАДИО: ...но всюду встречала
решительный отпор наших истребителей
и зенитной артиллерии, наносивших
большие потери противнику. На других
участках никаких изменений не
произошло. Северо-восточнее Туапсе
части Красной армии, преодолевая
упорное сопротивление противника,
медленно продвигались вперед...
-Смотри куда прешь.
-Извините.
-Ты почему плачешь, девочка?
Не бойся. Тебя как зовут?
-Аня.
-Ступай.
РАДИО: ...подразделение морской
пехоты отбило атаку противника и
уничтожило до двухсот гитлеровцев...
ПОЮТ ПОЛЬСКУЮ ПЕСНЮ
-Славно, только не так.
Вверх-вниз, вверх-вниз.
Вот, до последнего кусочка.
-Ах, черт возьми.
-Не при ребенке, пан Герман.
-Извините. Я стараюсь, пани Мартенс.
У меня просто не такой большой опыт.
Я вообще-то геолог.
-Клады ищете?
-Иногда нахожу.
-Что случилось, Ирма?
-Все, мама. Закончилось мое
преподавание. Немецкий упразднили.
Говорят, временно. "Язык врага".
-А я как раз хотел попросить дать мне
несколько уроков. Пригодится, когда
мы будем гнать их из Польши.
Извините.
-Ничего, дочка, проживем как-нибудь.
Бог нас не оставит в беде. Вон нас
сколько. Ничего. А Анюта где?
-Что? Она что, не с тобой?
СТУК В ДВЕРЬ
-О, Анечка.
-Мама, он здесь!
-Кто?
-Тот дядя с пистолетом!
-Не может быть.
-Послушайте, я не очень хорошо говорю
по-русски, но я попробую.
Вам нужно ехать. Убегать.
Он придет сюда.
-Откуда вы?..
-Я просто знаю.
-Аня? Вот сорока.
-Через год, может, два, даст бог,
нецы уйдут, а в Польше вас никто
не тронет.
-Это просто смешно.
Меня не выпустят.
-Выпустят, если...
Если вы станете полькой.
Не пугайтесь, это может быть
фиктивный брак, только чтобы убежать.
Я объясню вашей маме.
-Спасибо... но у меня есть муж.
-Пани Мартенс говорила мне.
-Мой муж жив. Понятно вам?
Он жив. Я его ищу. Я его найду.
-Следующий.
-Здравствуйте. Я Ирма Мартенс.
-Опять вы?
-Есть ответ по моему мужу?
-Фамилия?
-Герман Бернер.
Ой, Ойген Герман, простите.
-Ничего.
-Когда мне можно прийти?
-Следующий.
ПЛАЧ
-Из-за мужчины, не правда ли?
Муж?
Ушел?
Забрали.
Не бойтесь, у меня самой и муж,
и сын там.
-Вы немка?
-Нет. Я даже слишком русская.
-Я не могу его найти. Я искала его
везде, даже на мысе Дежнева.
Его нет. Он не пишет. 10 лет
без права переписки!
-Милая, не мучайте себя и его,
отпустите. Знаете, что на их жаргоне
значит этот приговор?
Знаете, только боитесь себе
признаться. Расстрел.
Эта женщина одна,
Эта женщина больна.
Муж в могиле, сын в тюрьме,
Помолитесь обо мне.
Все пройдет...
-Анна, голубушка, да где же вы?
-...пройдет и это.
-Ну вот, наконец-то. А теперь
нам опять по вашей милости
зажилят картошку.
Давайте пойдем. Аккуратно.
Вот.
-А вы не держите мертвого.
Ему тоже нужен покой.
Это вам.
-Мне?
-Да. Благодарю.
-Ну-ка, быстренько, обед!
Обед!
-Идем-идем.
-Шевелись, блокадные.
-Куда?
-Простите, вот это кто?
-Узнали? Актриса Фаина Раневская.
Смешная, но вздорная.
-Нет-нет, вон та...
-А-а, у нее какая-то нерусская
фамилия. Ахматова вроде.
Говорят, поэтесса. Не знаю.
-Узнала?
-Как Аннушке сказать?
Ведь верит и ждет.
-Не надо. Не надо, не говори ей,
потом. Когда вырастет.
-Четыре года я вызывала мертвого.
Муж в могиле, сын в тюрьме,
Помолитесь обо мне...
ПЛАЧ
-Поплачь. Поплачь - это хорошо.
СЛЫШЕН ПЛАЧ ИРМЫ


Серия 3

-Ренато!
-Осторожно.
"Меня ждало всемирное турне,
признание, слава, большое будущее.
Оно так и не наступило. В тот день
1967 года на итальянской
автостраде Солнца я умерла".
-О господи. Он жив?
-Давай быстрее, принеси носилки.
Пульс есть. Давай помоги мне.
Повезло, что машина не взорвалась.
Хорошая песня.
-А какая певица. Видел ее?
-Секс-бомба?
-Конечно.
-Говорят, полька.
-Дурак. О Фелиции думай.
Давай. Поехали быстрее.
СИРЕНА
-Вот видишь - красота. Я же говорила.
-Да.
Но не совсем похоже на Польшу.
-А какая она?
-Там много густых лесов и голубых
озер. Они такие глубокие, что
в них холодно купаться даже летом.
-А ты покажешь их мне когда-нибудь?
-Покажу.
А ты приедешь ко мне?
-Меня мама не отпустит. Она меня
никуда не отпускает - боится.
-А мы возьмем ее с собой.
-Правда? А бабушку?
-И бабушку.
-А папу?..
СТУК В ДВЕРЬ
-Разрешите?
Во!
-У-у.
А это от кого?
-Это ученик Коровин. Жаловался своей
матери в очереди, что учительница
немецкого языка какую-то фашистскую
пропаганду ведет.
-Как интересно.
-Давайте я съезжу проверю.
-Не надо, я сам. Свободен.
-Есть.
-Дети, быстро в класс.
Давай-давай. Быстро в класс.
В класс, в класс, все вошли
в класс. Быстренько давайте.
И ты тоже в класс беги.
-Мне нужна Ирма Мартенс.
-Ирма Мартенс? Она здесь
больше не работает.
Вам адрес?
-Да.
-Хорошо.
-Аннушка, поешь.
-А ты?
-А я уже ела.
-Поляк дал.
-Не надо, мам.
-Если мы и дотянем, то благодаря
его карточкам.
Он добрый.
-Да, мам, очень добрый.
-Спасибо.
-Подожди.
А ну, поехали.
Ладно, поехали.
-Салам алейкум.
-Алейкум салам.
-Салам алейкум.
-Алейкум салам.
-Держи.
-Пан Герман.
Герман, помните, вы говорили про
Польшу? Если вы не передумали,
я согласна.
-Что случилось?
-Я просто согласна.
Я согласна. Вы что, не рады?
-Нет-нет, что вы.
Я получил вызов на фронт
в дивизию войска польского.
-Пан уезжает?
-Утром.
Ирма.
-Да.
-Можно вас пригласить на танец?
-По вагонам! По вагонам,
товарищи. Все по вагонам.
Быстрее, быстрее. По вагонам.
-Я буду писать.
-Мне?
-Тебе.
Ты будешь меня ждать?
-Конечно, буду.
-Встретимся в Варшаве,
когда кончится война.
Не забудь, Ирма, не забудь:
когда кончится война.
Я люблю тебя! Слышишь?
-В чем дело?
-Ну вот и встретились.
Ирма Мартенс.
-Ошибаетесь - Ирма Бернер.
Я Ирма Бернер, жена польского офицера,
который только что уехал на фронт.
-Вы замужем?
-Да.
-Врешь.
-Ах. Мама.
-Пусти.
-Тихо-тихо. Не-а.
-Пусти, говорю.
-Значит, ты Ирма Бернер?
А я кто? Кто я для тебя?
-Ты?
-Да.
-Убийца!
-А ты кто? Ты Бернер?
Кто ты - Герман?
Кто следующий?
-Отставить, Жангиров.
-Мамочка, ты же Ирма Мартенс.
-Пойдем.
-Ничего, сама придешь.
Время у меня есть.
-Если что, если вдруг
принесут письмо...
-Я прибегу.
-Далека ты, путь-дорога.
Выйди, милая моя,
Мы простимся с тобой у порога.
И, быть может, навсегда.
Мы простимся с тобой у порога.
И, быть может, навсегда.
-Спасибо.
-Это я благодарю вас,
госпожа Бернер.
-Когда поезд?
-В 7.
Ирма, с моей стороны
это не было фиктивно.
Когда я вернусь, вы,
может быть, захотите...
-Чего ты стоишь? Работай давай.
Норму не выполним - чем детей
кормить будешь?
Глянь, ботиночки нацепила. Ты бы
еще туфли на каблуках обула.
-...тонкая рябина,
Головой склоняясь
До самого тына.
Головой склоняясь
До самого тына.
-Девчата, наши вошли в Польшу!
Мне мой открытку прислал.
-Дайте посмотреть.
-А тут вон какая краля, да?
-Ух ты.
-Трофейная.
-Я тебе дам "трофейная".
Пусть только вернется защитничек,
я тебе трофеи отпишу.
-Что пишет?
-Пишет, что любит.
-Красивая какая.
-Ракета.
Черт, где же это?
Вот. 1936 год. Меннониты.
Дело "Ракета".
ХОРОМ: Раз, два, три - ищешь ты.
-Четыре, пять, шесть, семь,
восемь, девять, десять.
-Одиннадцать.
Передай бабушке, пусть зайдет
в управление. Сегодня. Хорошо?
В пять.
-Куда? Туда нельзя! Стоять!
-Да пустите же вы меня!
-А ну, отставить. Свободен.
Я тебя не вызывал. У меня дело
к твоей матери. Она ведь
из меннонитов, так?
Воинствующий пацифизм.
А у меня приказ.
Не веришь?
Вот, за сектантскую
деятельность - номер 447.
-Хорошо-хорошо, верю.
-Тогда зачем ты пришла?
-За этим.
-Большое спасибо, Олег.
-Да не за что. И когда же
я тебя в этом увижу?
-Когда, когда...
-Именно: когда?
-Увидишь.
-Здравствуйте.
-Добрый день.
НАСВИСТЫВАЕТ
-Опаздываете.
-Я готова. Поезжайте.
-Поехали.
-Салам алейкум.
-Алейкум салам.
-"Не носи оружие. Не убей даже
в помыслах", - так говорила твоя мать,
я ведь помню. Ваша вера против
насилия. Но ведь кто-то должен
вычищать этот мир от зла, грязи.
Ты наконец-то это поняла.
Ты это поняла, Ирма.
Поняла и пришла ко мне.
-Налей.
-С удовольствием.
А помнишь, как в юности мы
признавались друг другу в любви?
Мечтали, какая у нас будет свадьба.
А потом запускали голубей
со старой голубятни. Помнишь?
За нас.
-Капитан, я не знаю, как быть.
Вы приказываете явиться сюда мне,
невесте майора Скворцова,
командира Красной армии. Нехорошо.
-Для меня твой майор - это пыль.
Жагиров!
-Мам, долго нам еще идти?
-Аннушка, давай скорее,
мы уже почти пришли.
Вот сейчас. Давай помогу.
Мама, осторожно.
Ну вот. Тихо.
-Мне нужно срочно узнать,
какие поезда отправляются.
-Четвертый на Москву. Когда
отправится - неизвестно.
-Сейчас.
-Девятый на Самару.
152-й - на Ташкент.
-Дальше.
-37-й - на Киев, 56-й - на Брест.
-Дальше!
-56-й - на Брест отправится...
-Так, дальше, быстрее!
-Секундочку. 95-й - на Варшаву
отправится...
-Когда на Варшаву?
-Уже отправляется.
-Задержать.
-Как?
-Это приказ!
-Без бумаги я...
-Какая бумага? Ты забыл, с кем
говоришь? Задержать, я сказал.
-Мам, ну мы уже далеко
уехали. Можно? Мне жарко.
-Снимай халат, теперь можно.
-Сохрани, Господь, Ядвигу.
И жениха ее, и сына Яцека.
-Вот и все.
-Золото есть? Бижутерия? Украшения?
-Пустите. Вы что делаете?
-Я поменяю на молоко и хлеб.
-Градова, 12. Здесь.
Мама.
Подождите меня здесь, я быстро.
-Кто?
-Здравствуйте. Здесь живет
Герман Бернер?
Здравствуйте. Пани Бернер?
-Прошу.
Герман сейчас придет. Хотите чаю?
-Он здесь?
-Чаю. Но сахара нет.
-Мне нужно подождать? Я подожду.
Мы познакомились с ним в Джамбуле.
Он вам рассказывал?
Вы меня понимаете?
-Подайте сколько можете участнику
Сопротивления и Варшавского повстания.
Что, не понимаешь? Черт побери.
-Это он на шахте "Анна" с мальчиками.
А это его дедушка. Он дворянин.
Род Бернеров всегда был уважаемым.
Наши предки служили еще
при дворе короля Ягайло.
-Да. Герман. Он скоро придет?
-Кто?
-Херман.
-А, Херман. Он вышел.
Играет во дворе с мальчишками. Вечно
не дозовешься. А ведь ему пора
заниматься. Он учится играть
на скрипке. Вы знаете? Осенью
пойдет в класс игры на скрипке.
Если бы вы слышали, как он играет.
-Его демобилизовали?
Ваш сын Герман Бернер -
офицер войска польского.
-Герман - это мой сын, мой мальчик.
Он сейчас придет. Герман на улице,
играет с друзьями. Он каждый день
с ними играет. В войнушку.
Хотя он очень спокойный, мой мальчик.
Он добрый и приветливый. Позвать?
Герман! Ты знаешь, который час?
Быстро домой.
Нет, не через 5 минут - сейчас же.
Господин музыкант, вы меня
слышите? Он уже идет.
-Извините, мне пора. Я потом,
чуть позже. Простите.
-Как, не хотите чаю?
Сахара нет. Ничего нет.
-Извините.
-Вы думаете, он мертв?
-Вот, господин офицер, все заполнил.
-Спасибо.
-Пожалуйста, господин офицер,
запишите меня.
-Что пани умеет?
-Учитель. Немецкий язык.
-По-польски говорите?
-Что?
-Сожалею, ничем не могу помочь.
-Подождите, как быть?
У меня муж пропал.
-Здесь вам оставаться нельзя.
Недостаточно еды и жилья. Поезжайте
во Вроцлав, там мы открываем школы.
Выучите язык, найдете работу,
получите жилье. И муж вас там найдет.
-Значит Вроцлав?
-Вы льете воду прямо на голову. Вам
надо идти работать в пожарную команду.
-Я не вытряхиваю. А у вас половиков
нет, нечего вытряхивать. Ваш
пьяница все вытряхнул из дому.
-Ну я тебе сейчас задам. Книжку лучше
бы почитал. Гоняешь целыми днями.
Прокормить тебя невозможно.
-А вы, госпожа Дворак, не ругайте
мальчишку. Лучше пусть бегает,
чем лежит на диване, как мой.
-Господин Франчишек, как
вы думаете, будет война или нет?
-Аня, мы опоздаем.
-Ты их все-таки надела.
-Я глупо выгляжу?
Надо мной будут смеяться?
-Пусть только попробуют.
1,84 плюс 5, то есть 189.
-Ну да.
-Бежим.
-Эй, какая у вас там сверху погода?
Ну и жираф. Высокая - как
тополь, дурная - как фасоль.
-Аня, пойдем, не бери в голову.
-Поехали.
-Извините. Извините.
-Высловская. Герман.
-Где?
-Анна, у нас получилось.
Поздравляю, госпожа геолог.
-Это я вас поздравляю,
госпожа геолог.
-Лучшая трещотка получается
из железной линейки.
-Зачем линейку портить?
-Смотри, аккуратно,
сейчас порежешься.
-Это что, проходной двор или как?
-Здравствуйте.
-Лазает и лазает. А ключей нет?
Я не понимаю, ключи не можете взять?
-Мам, открой, это я.
Кто вы такой? Что вы здесь
делаете? Что с мамой?
-Ты Аня?
-Пустите. Мама.
Что случилось?
-Аннушка, ты вернулась?
Быстро. И как результаты?
-Это вы.
-Аня, я...
-Мама, это же он.
-Выйди, пожалуйста. Аня.
-Что?
-Оставь нас на минуту. Я прошу.
-Но мама!
-Иди. Иди, пожалуйста.
Иди-иди-иди. Иди, я прошу тебя.
Иди-иди.
-Не пускают? А может, у мамы кавалер?
-Надо же, как она выросла.
Настоящая полька.
-Ты зачем приехал?
-А я выпью.
-Лазает и лазает. А тебе нечем
заняться? Может, пошла бы
на улицу или еще чего?
-А потом, после ранения, мне
подполковника дали. Перевели
в Москву. А я в Польшу просился.
Знал, что найду.
-Ты так ничего и не понял.
-А помнишь Одессу?
-Валь.
-Что?
-Ты же раньше добрым был. Сердечным.
-Я и сейчас добрый.
Ты разве не поняла?
Но я ведь могу быть и злым.
Что?
-Я тебя не боюсь.
-Презираешь?
-Я знала. Я чувствовала, что его нет.
Но это ничего не меняет.
Неужели ты не понимаешь?
Бог с тобой, ты болен.
-Я болен. Помоги мне.
-Бедный. Бедный мой.
Ты сам тогда выбрал этот путь, сам.
Тебе нужно вернуться к хорошему.
-Ты мое хорошее.
-Нет.
-Да.
-Не твое.
-Мое.
-Твое. Я простила тебя.
Правда.
Мне нужно от тебя одно.
-Все что захочешь.
-Могила Ойгена. Где она?
-Я не знаю.
-Уходи.
-Не включай.
-Уходи.
-Давай мне эту банку.
Говорю, давай сюда.
-Сейчас я тебе покажу.
-Эй, аккуратнее.
-Сам виноват.
-Что вам нужно от нас?
Вы не смеете. Это другая
страна. Вы не имеете права.
-Не имею права?
-Не имеете права преследовать нас.
Вы ненормальный.
-Да. Я ненормальный.
Но у меня есть оправдание:
я люблю твою маму.
-И поэтому вы нас сделали беженцами?
Это ведь вы, вы забрали моего папу.
-Аня, хватит.
-Мама, зачем? Что ты ему сказала?
-Она сказала, что не любит меня.
Вот.
ПРОЩАЕТСЯ ПО-НЕМЕЦКИ
Прощайте, пани Мартенс.
-Сгинь.
-У меня другие распоряжения.


Серия 4

ГОЛОС АННЫ ГЕРМАН: В тот день
на итальянской автостраде я умерла.
Так решили врачи. Сложные переломы
и кома. Это был приговор.
-Осторожно!
-Очнулись наконец. Вы знаете, что
родились с серебряной ложкой во рту?
Выжить в такой аварии - чудо.
-Анна. Как Анна?
-У вас болит голова.
Кто такая Анна?
-Что? Со мной в машине была женщина.
-Что?
-Она здесь!
-Принеси носилки.
Осторожнее. Может быть сломан
позвоночник.
-Он больше не придет.
-Что это?
-Извещение из министерства.
-Дай я. "Польский офицер Герман
Бернер погиб в боях под...
43 год... В Белоруссии".
-В том же году.
-Сразу после свадьбы.
-А папа? Как же папа?
-Скажи ей.
-Мама.
-Ей давно пора знать. Скажи ей.
-О чем вы говорите?
Вы знали что-то про папу?
Вы знали?
-Его нет уже давно.
-Нет.
-Тогда, в 1939-м, 10 лет без права
переписки - это был приговор...
Значит, расстрел.
-Нет.
-Просто тогда не знали.
-Разве было извещение?
А ты видела его могилу?
Вот видишь. Вы не знаете,
вы ничего не знаете.
Бывают же чудеса.
Может, он убежал, как мы.
-Тюрьма - это не страна сказок, Аня.
-Вы бросили его, уехали.
А может, он где-то ищет нас сейчас.
Вы предатели, вот вы кто.
-Аня!
-Не ходи сейчас туда, не надо.
-Это ты украла мое мыло, да?!
Я зашла в ванную после тебя.
Мыльничка есть, а где мыло?
Где мое мыло, я тебя спрашиваю!
-Не знаю.
-Чем же ты стираешь? Ну, чем?
Это мое мыло.
-Это не я.
-Что - не я! Тогда кто его взял?
Я, что ли, сама забрала у себя мыло?
Мое мыло!..
-Ты умница, Анна-Виктория Герман.
Ты справишься с этим.
-День добрый.
-Здравствуйте.
-Добрый.
-Это несправедливо, Аня.
-А, кстати, если вам интересно,
я поступила на геологический. Теперь
у меня будет земная практичная
профессия, больше никакой музыки,
рисования, песен. Все, как вы хотели.
-Аня!
-Я найду его. Не знаю, как,
но найду.
-А на филологическом красивых
больше. Надо было туда поступать.
ПРЕПОДАВАТЕЛЬ СТУЧИТ
-Прошу внимания. Во-первых,
хочу поздравить вас с посвящением
в интереснейшую область знаний
о нашей земле - геологию. И хочу
заверить: то, чему вы будет учиться,
будет касаться не только пород.
Прежде всего вы научитесь понимать
основы жизни на земле.
-Нет. Здесь занято.
-Геология - это комплекс наук о
земной коре и более глубоких сферах
земли. В узком смысле этого слова -
наука о составе...
-Простите. Можно войти?
-А вы не ошиблись?
Секция баскетболистов занимается
в другом комплексе.
СМЕХ
-Можно я сяду?
-Сделайте одолжение. Только
поаккуратнее - у нас низкие потолки.
-Ты что! Опоздала на первую лекцию.
-Я вообще не знаю, что я здесь делаю.
-Да? Слушаю вас. Пожалуйста.
-Профессор, правда, что в старину
все тайны геологии были известны
только гномам?
-Нет, вас обманули.
-Простите.
-Что такое геология? "Геос"...
-Спасибо.
-Я Петрик, староста курса.
-Аня.
-...свойствами и историей земли,
а также процессами, происходящими
в ее недрах и на ее поверхности.
-Действуй, Аня. Или ты ждешь,
когда появится принц и спасет тебя
из башни? Но знаешь, нет башен
и принцев нет. Если нравится -
делай первый шаг.
-Господа первокурсники,
записывайтесь в секцию спелеологии.
Разбавим теорию практикой и вином.
Кто со мной под землю?
-Меня запиши. Багуся Радзинска.
-Это не для тебя. Ты и под кровать
залезть боишься, а хочешь зайти
в пещеру.
-И меня запиши. Ян Баруля.
-Меня запиши. Анна Герман.
-Королева Анна? Люблю смелых девушек.
Кто еще? Может, вы? Боитесь?
-Кто, я? Пиши - Магда Яневская.
-Что ты делаешь?
-Первый шаг.
-Хорошо. И меня запиши.
Янечка Вилик. Не хочу, чтобы
твой дух пугал меня по ночам.
-Не могу больше.
-Устала? Помочь?
-Видишь? Учись.
-Может, тебе помочь?
-Иди, сама справлюсь.
-Как здесь красиво!
-Прекрасно. Спой что-нибудь.
Ах да, вы еще не знаете,
что у Ани ангельский голос.
-Неправда. Я вообще не пою.
-Спой, Аня.
-Янечка пошутила.
-Нет, я совсем не шутила. Спой.
-Ну что, готовы? Идем по цепочке.
Не теряем из вида ведущего.
Давай руку. Анна, ты остаешься?
-Я сейчас.
-Ты как?
-Нормально.
-Пошли.
Древние люди думали, такие пещеры
действительно служили входом
в страшное царство мертвых.
-Я боюсь.
-Давай руку.
-У-у!
-Дурак.
-Здесь предлагаю разделиться.
-Тебе плохо? Может, вернемся?
-Я останусь здесь.
-Точно?
-Идем.
-Куда ты меня тащишь?
-Испугалась?
-Ты что, боишься?
-А где Магда?
-Они нашли лаз наверх, а я...
Знаешь что, пойдем-ка.
-Я лучше посижу.
-Пойдем, покажу кое-что.
-Я боюсь темноты. Янечка права, мне
страшно даже под кровать залезть.
-И петь тоже боишься?
Закрой-ка глаза.
-Послушайте, нужно вернуться,
там осталась Аня.
-Петрик вернулся за ней.
-Открывай глаза.
Посмотри.
Видишь? Там вершина холма.
Хоть мы и под землей, но точно выше
уровня моря. И солнце совсем рядом.
Так что ты можешь больше не бояться.
-Конечно. Теперь я
чувствую себя лучше.
-А теперь знаешь что? Спой.
Здесь никто тебя не услышит.
-Нет.
-Если хочешь, я закрою уши,
но буду подслушивать.
-А что спеть?
-Что-нибудь ангельское, конечно.
ПОЕТ "АВЕ МАРИЯ"
СЛЫШНО ПЕНИЕ АННЫ
-Что это?
-Это там.
-Осторожно.
-Я никогда такого не слышал.
Ты должна петь, Аня.
Обещаешь? Обещай.
-Я не пойду.
-Нет, пойдешь.
-У меня температура.
-Нет, Аня, там все ждут.
Ты должна спеть для людей.
-Я ни слова не помню.
А где Петрик? Я должна подержать
его за руку немножко.
-Ребята, ваше выступление
завершает концерт...
-А где Петрик?
-Где-то там.
-Извините.
-Уважаемые студенты, второе отделение
открывает лирическая баллада
в исполнении студентки факультета
геологии Анны Герман. Просим.
-Аня, где ты бродишь? Быстро
на сцену.
-Не выйду.
-Выйдешь.
-Нет.
ПОЕТ НА ПОЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ, ПУТАЯ ТЕКСТ
Не буду больше петь. Никогда.
Правильно мне дома говорят,
что петь нужно только для Бога.
-Извини.
-Мам! Мама!
-Не буди. Она устала. Что тебе?
-Бабушка!
-Что?
-А призвание есть у каждого человека?
-У каждого.
-А какое у тебя?
-Как у всех.
-А разве оно одно у всех?
-Конечно.
Прожить жизнь с Богом
и остаться человеком.
А не скурвиться, как здесь говорят.
-А петь для других
людей - это призвание?
-Опять "петь для других людей".
Спи, певица.
-Десять порций мороженого.
-Десять?
-Десять.
-Ты все это съешь?
Это такой эксперимент?
-Нет, просто зачем мне
голос, если не могу петь?
-Ясно, харакири. Тогда знаешь что?
Я тебе помогу. А то экзамены
на носу и вообще.
-Это все из-за меня.
-Ничего, Аня, зато
по биологии зачет пропущу.
-Пей-пей. Я с тобой останусь.
-Еще чего не хватало.
Лети, птичка, пой.
-Петь я больше не буду. Глупости все.
Будем с тобой геологами.
Это хорошая нужная профессия.
Выздоравливай, зайду вечером.
-Пока!
Господин Скомский.
Минутку, господин директор.
Господин Скомский.
Почему вы убегаете?
-Вы кто? Кто вас прислал?
Вы следите за мной?
-Нет, что вы!
-В таком случае до свидания.
-Лягушку прикрепляем иголками
к препаровальной доске.
И проверяем, как работает
ее сердце и другие органы.
Затем в открытый спинномозговой
канал вводим зонд и отравляем мозг.
Но... Чтобы усыпить
лягушку...
...опускаем ее в эфир,
который стоит на ваших столах.
Опускаем.
Ну как? Все лягушки уже уснули?
-Сиди тихо, маленькая.
-Герман, в чем дело?
Где ваша лягушка?
-Убежала.
-Убежала? Ну вот, уже вернулась.
Пожалуйста.
-Господин профессор, но я
так не могу. Мы ведь не фашисты.
-Как вы можете! Как вы смеете!
Вы понимаете, насколько важны опыты,
которые мы здесь проводим?
-Извините, но Анну Герман
вызывают в деканат.
-Извините. Я должна идти к декану.
Простите.
Маленькая.
-Ты с ума сошла!
-Еще спасибо мне скажешь.
-Но я не смогу, ты же знаешь.
-Аня, ты должна
хотя бы попробовать. Идем.
-У тебя нет совести. Я ведь там умру
со стыда. В этом будешь виновата ты.
-Хорошо, главное, чтобы ты добежала.
Пойдем.
-Так вот, Ядвига, просто выйти
в красивом костюме - этого мало.
Вспомни Станиславского.
Внутренний монолог - зерно образа.
-Погодите. Мне кажется, что если
мы не начнем это в нынешнем году,
то нам не удастся это и в будущем.
-Аня!
-Вы подождите. Мне надо договорить.
Думаю, это займет одну минуту.
-Извините. Извините.
-А, это вы? Ну что же,
пригласите вашего Карузо.
Коллеги, прошу садиться.
Прошу садиться, это займет
буквально 5 минут.
-Здравствуйте.
-Это у вас голос ангела?
Проходите, пожалуйста.
С удовольствием вас послушаем.
-Интересно, что она делает.
Она поет или танцует.
-Голос ангела, а рост гренадера.
Оригинально. Что ж, начинайте.
-Что мне спеть?
-Спойте что-нибудь из современной
эстрады. Скажем, "Тихая вода".
Слышали? Пани Ядвига, подыграете?
ТИХО ПОЕТ
Громче. Мы вас не слышим.
Это ваш талисман
или вы поете в дуэте?
-Нет.
-Извините.
-Вы будете петь?
Ну что ж, все верно.
Стеснение на эстраде недопустимо.
Идите. Дома будете скромничать
сколько угодно. Спасибо. Коллеги,
на чем мы с вами остановились?
Что там было?
СИЛЬНОЕ КРАСИВОЕ ПЕНИЕ АННЫ:
Не говорите мне о нем,
Еще былое не забыто.
Он виноват один во всем,
Что сердце бедное разбито.
Ах, не говорите мне о нем...
-Девушка, как вы сказали, ваше имя?
Только легкой жизни не ждите.
Цветы, поклонники - это в кино.
Жизнь артиста - это тяжелый труд:
постоянные поездки, гостиницы,
бутерброды, гастриты и работа,
работа, работа.
-Да, но только я не артистка.
Я будущий геолог.
-Думаю, геология без вас
обойдется, а сцена, скорее, нет.
-Нет.
-Только я думаю, что мне, наверное,
еще нужно учиться.
-Учиться? Милая, вам просто
надо петь. У вас хорошая подруга.
-Нет, это какой-то сон.
-Ну а что тебе скажут дома?
-Аннушка, а блузки что,
тоже в шахту?
-Там по вечерам будут танцы.
-Пусть берет. Может, познакомится
с кем-нибудь. А то все семинары,
библиотеки. Теперь вот практика
в шахте. Усохла вся за год,
одни кости остались.
-Бабушка!
-Пусть учится, если проснулась
такая любовь к геологии.
Ну, вроде все, Аннушка?
-Так, все, мне пора.
-Береги себя. Слышишь?
-Два месяца! Кто тебя кормить
там будет?
-Так, это и это.
-Если я еще когда-нибудь почувствую
перед концертом такой жуткий перегар
хоть от кого-нибудь... Марек, если
еще раз... Не знаю, что я с вами
сделаю. Хотя нет, знаю: будете петь
и танцевать в сарае, для свиней.
Молчать, когда я разговариваю с вами!
-Здравствуйте.
-А, и еще одно.
У нас в коллективе новенькая.
Познакомьтесь: Анна Герман.
А теперь быстренько грузим декорации.
Свои чемоданы положите потом.
Ты хорошо это привязал? Не упадет?
Анеля, что на этот раз?
У тебя опять что-то болит?
-Ты же говорил, что я артистка.
А артисткам
не положено носить декорации.
-Ах да, конечно. Тогда ты у нас
будешь пить нектар и амброзию.
Артистка! А ты, Герман?
Госпожа Герман. Ты тоже артистка?
Чего застыла? Быстренько.
Уже грузи быстро в машину.
И возьмите у меня это.
Быстро, быстро. Грузите это.
Половина зала. Неплохо.
Готовы? Осталось
полминуты до начала.
-Где африканки?
-Где четвертая, новенькая?
-Я здесь.
-О боже! Ну ты и чудовище!
А где парик?
-Не хватило.
-Ладно. Начинаем.
-Как же без репетиции?
-Будешь петь. Очистить сцену.
Герман, ты куда? Живо на сцену.
Лезь в котел. Лезь.
Неплохо, совсем неплохо.
Внимание! Начинаем!
АФРИКАНСКИЕ НАПЕВЫ
-Давай мяч. Еще раз.
Вот так. Давай еще.
Еще раз подавай.
-Янечка, сейчас я тебе
отдам, не трогай.
-Еще раз подавай.
Давай, бей сильнее.
Пас на меня!
-Быстро выходи из воды, она холодная.
Кто тебе вообще разрешил купаться?
-Мама, еще 5 минут, пожалуйста.
-Смотри, ребята играют в волейбол.
-С твоим ростом только в волейбол.
-Сыграете с нами?
Может, госпожа профессорша
передумает?
-Простите, я играю только
в баскетбол.
"К симеа... К симментам агеническим,
которые влияют на земную кору, можем
отнести движения изостатические,
эпейрогенические, диогенические,
орогенические..."
ПРОДОЛЖАЕТ ЧИТАТЬ ПО-ПОЛЬСКИ
"Морфогеническая деятельность дождя,
стоковые процессы..."
"Движение масс, морфогеническая
деятельность дождя, споласкивание,
деятельность воды, споласкивание
эрозии..."
-Извините.
-"К внутренним, или эндогеническим,
силам можем отнести движения
изостатические, эпейрогенические,
диогенические, орогенические..."
-Извините.
-Нет.
-Нет?
-Нет. Я не люблю волейбол.
Нет, я не хочу мороженого.
И нет, я не играю в карты.
-Извините, я хотел только спросить,
присмотрите ли вы за моими вещами,
пока я буду плавать. Присмотрите?
Благодарю.
-"И аккумулятивную к формам
резьбы..."
Эй! Где вы? Помогите!
Помогите!
-Что случилось?
-Там человек не всплывает.
-Где?
-Там, в воде, быстрее, прошу!
-Где он нырнул, в каком месте?
-Господи, что вы все время говорите!
Там человек погибает!..
Извините, ради бога, я правда
испугалась, потому что вы нырнули,
и раз - вас нет. Нет и нет.
-Это я прошу прощения.
Никогда сам себя еще не спасал.
-Простите, мне ужасно стыдно.
-Ничего. Зато теперь я попаду
в хронику Вроцлава. Представьте,
я, скромный герой романа, бросаюсь
в воду и спасаю самого себя.
Как барон Мюнхгаузен.
Позволите? Збышек.
-Анна.
-Очень приятно. Вы были так увлечены
книгой и все же видели, как я плаваю.
А я просил только, чтобы вы
присмотрели за моими вещами.
-Часы, ваши вещи...
Я сейчас, нужно вызвать милицию.
-Нет. Они не будут искать часы.
А чемодан... Ничего особенного.
Набор командировочного: сменное
белье, бритва. А документы
и билеты здесь.
-Господи, это все из-за меня.
-Правда, ничего страшного.
Я вижу, вы геолог.
-Я... В общем...
-Нет, понимаю. Вы еще студентка.
Люблю людей точных профессий.
Четко, конкретно, без всяких там
тра-ля-ля.
-А вы?
-Я? Я ученый. Физик.
Когда встречаешь родственную душу,
то и часов не жаль.
-Здравствуйте.
-Ты уже собралась?
А Ани еще нет. Ты подождешь?
-Хорошо.
-Часы - это вообще зло. Они подчиняют
людей. Получается рабство какое-то.
А вы меня освободили от этого.
Представляете, Аня, если ученые еще
и телефоны переносные изобретут?
Все - пропал человек. Раб лампы.
И на что только люди тратят жизнь?
-Вы о чем?
-Это же легкий хлеб. Как у стрекозы
из басни. Все должны петь
и развлекаться. Но вы ведь
избрали другой путь. Геология.
Дальние страны, опасные
шахты, исследования...
-Песни у костра.
-Это не главное. А то, что вы,
геологи, можете разгадать загадку,
над которой мы, физики, бьемся
годами, как это все появилось,
как этот весь мир возник...
-Который час?
-Который час? Извините, пожалуйста.
Просто я нечасто знакомлюсь
с девушкой, которая спасает меня
от самого себя. Вот я и заговорился.
Никто из моих друзей не поверил бы
в это. А вы бывали в Варшаве?
-Простите, а в котором
часу у вас поезд?
-Какой поезд? А, поезд.
-Ты здесь? Я сейчас, быстро.
-Аня, ну что же ты, вы же опоздаете!
-Все, бабушка.
-Береги себя.
-Пока, мама!
Бежим. Сейчас я тебе все объясню.
-Аня, компас забыла!
-И топорик.
-Спасибо.
-Не догоните, я быстрее.
-Сейчас посмотришь, как догоним.
-Возьми.
-Хорошо, компас -
ясно зачем. А топорик?
-Не злись, пожалуйста.
-Аня, так нельзя,
ты должна сказать им наконец.
-Знаю, но если до сих пор не смогла,
как теперь сознаюсь?
-Скажу им, когда получу диплом.
-Быстро.
-А знаешь, кого я встретила
сегодня на пляже?
-Неужели на 2 см выше тебя?
И ты его отпустила?
-Ведь он...
...думает, что я геолог. А певиц он,
кажется, презирает.
-Аня!
-Давай быстро.
Прошу, ни слова.
-Хорошо, иди.
-Спасибо.
На вокзал!


Серия 5

ГОЛОС АННЫ ГЕРМАН: В тот день
на итальянской автостраде Солнца...
Ренато!
...я умерла. Так решили врачи.
Сложные переломы и кома.
-Осторожно!
-Это был приговор, и поэтому они
сделали для меня единственное,
что могли, - вызвали родных.
-Как Анна?
Со мной в машине была женщина.
-Что?!
-Посмотри там.
Принеси носилки.
-Она будет жить?
-Пульс слабый. Эта женщина
потеряла слишком много крови.
-Мама мия! Вы знаете, кто это?
Это же она!
-Сколько это может продлиться?
-Кто знает? Может, день, может,
месяц, а может, и всю жизнь.
Вызовите родных.
-Прошу.
-Девочка моя!
-Сейчас она далеко, но с ней
необходимо разговаривать. Это нужно.
-За что?
Збигнев... Збигнев, что нам делать?
-Ночь вешает занавес тумана
На танцующих Эвридик.
Я тебя больше никогда не оставлю.
Никогда.
МЕЛОДИЯ ПЕСНИ "ЭХ, ЯБЛОЧКО..."
-Раз, два, три, четыре.
Па-па-па.
Ровно. Ну что такое, господа?
Два, три.
Марек, Марек, улыбайся.
Можно ведь. Улыбка!
Ну! А можно ведь! Два, три, четыре.
Шапку поправь.
Стоп!
А где четвертая?
-У нее болит нога.
-Нога?
-Нога.
-У меня тоже нога болит. И что?
У кого что еще болит? Может, руки,
голова, хвост? Может, всех вас
отправить в санаторий?
-Простите, я уже здесь.
-Появилась? Чудесно. Появилась
наша королева. Чего изволите,
княгиня? Княгиня!
Распустились!
-Прошу прощения,
это больше не повторится.
-В провинцию! В Дом культуры,
а не сюда! Что это такое!
Что это такое, черт возьми!
-На провинцию только с вами.
Ну что, репетируем?
-Внимание, начинаем еще раз.
-Да, мой господин.
-Ух какая!
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
-Смотри мне!
-Спасибо.
-Да перестань, это пустяки. Идешь?
-Не-а.
-А если будут офицеры,
шампанское, тоже не идешь?
-Ты же знаешь, я должна...
-Должна.
-И к тому же завтра рано вставать.
-Знаешь что, ты зануда. За-ну-да.
Конечно, не кадиллак...
Хорошо, я полетела. Пока!
-Самой прекрасной звезде,
осветившей наш Шецинек.
-Поехали.
-Да, моя госпожа. А как ваша подруга?
-Моя подруга - монахиня.
-Алло? Да? Кто это? Говорите.
-Алло, здравствуйте. Простите,
могу я попросить Збигнева?
-А его нет дома.
-А когда он будет?
-Собственно говоря, кто это? Кто вы?
-Я? Знакомая.
-Знакомая? А это его невеста.
Будьте добры, не звоните сюда
больше, забудьте этот номер.
-Хорошо. Простите. До свидания.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
ПОЮТ ПО-ЯПОНСКИ
-Быстрее, быстрее, гейши!
Ровней!
Синхронно!
Анеля, замечательно. Ну что ты
делаешь? Что ты делаешь?
Герман! Герман! Стоп!
Нужно делать это так.
Сакура, сакура... Тра-ла-ла-ла-ла.
Понимаешь? Чего ты смеешься?
Может, ты сам выйдешь
и поставишь этот номер?
-Нет.
-Я так и думал. Смотри мне!
Анеля, покажи ей.
ПОЕТ ПО-ЯПОНСКИ
Вот за это я тебя люблю.
А ты, Герман, как Эйфелева башня.
Внимание, начинаем еще раз!
Нет-нет, минуточку. Аня, сама.
И!..
ПОЕТ ПО-ЯПОНСКИ
Ну что? Аня, что такое?
-Я не могу.
-Почему не можешь?
-Нет, правда, я не хочу.
-Выйдите все! Сейчас же! Перерыв!
Ты хотела мне что-то сказать? Я тебя
слушаю. Ну что такое? Ради бога!
-Господин Кшивка, просто это все
не мое. Весь этот мюзик-холл.
Я не могу.
-Кого ты из себя возомнила, Герман?
Далиду? Или ты думаешь, что люди
придут сюда, чтобы послушать твои
песни? Нет, они приходят,
чтобы увидеть шоу! И я хочу
дать им это шоу! Понимаешь?
Сядь, ради бога. Так же
невозможно с тобой разговаривать.
Меняем декорации! Следующая сцена!
А что ты хочешь петь?
-Не важно.
-Нет, важно. Милости прошу.
Иди и пой. Выйди на сцену и пой.
Или уйди с моих глаз.
Я ненавижу плакс.
Выйди на сцену! Что такое?
Тихо там!
Ну что? Они тоже должны работать,
наверное. Начинай, ради бога.
Удиви меня. У тебя осталась
одна минута.
ПОЕТ: Гори, гори, моя звезда,
Звезда любви приветная!
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
-Простите. Аня? Вы? Вы приехали?
-Нет, это не я. Извините.
-Давайте я помогу.
-Простите, я спешу. Всего хорошего.
-Я вас проведу, я вас искал.
-Да? А зачем?
-Я был во Вроцлаве. Только я не знаю
вашей фамилии. А на факультете
геологии 18 человек с именем Аня.
-Я действительно уже должна идти.
А вас там ждут.
-Я думал... то есть надеялся,
что вы позвоните.
-Зачем это все? Вас там ждет невеста,
она может неправильно это понять.
-Но...
-А это уже совсем неприлично.
-Но у меня нет невесты.
-Ну тогда ваша жена.
-Какая жена?
-Не притворяйтесь. Я вам звонила,
трубку взяла ваша невеста.
-Теперь понимаю.
-Ну, знаете...
-Аня!
Аня...
-А как же та девушка в кафе?
-Это бывшая невеста, а теперь жена
моего друга, Збигнева Красинского.
-Как глупо.
-Нас в университете называли
Збигнев Большой и Збигнев Маленький.
Я всем своим друзьям уши
прожужжал, какие во Вроцлаве
геологи, а точнее, один геолог.
Порядочная девушка, ученый,
исследователь. Сейчас все только
поют и танцуют. Знаешь, артисты.
-Збышек, я должна тебе сказать...
-Посмотри, я с тех пор не ношу часов.
-Я должна бежать.
-Но куда?
-Вечером. Все вечером.
-Аня, я... я вечером...
-Аншлаг. Аншлаг! Это Варшава!
Это Варшава, а не какой-то там клуб
в Шцинодольнем. Здесь один, даже
самый мелкий, промах, и нас всех...
...отправят коров пасти.
Особенно некоторых.
Умоляю вас, не осрамите меня.
Покажите им, на что вы способны.
Гитлер! Где Гитлер?
-Здесь, герр Кшивка!
-Яцек... Яцек!.. Смотри мне!
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
ПОЕТ НА ПОЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ
ПОЕТ: Гори, гори, моя звезда,
Звезда любви приветная!
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
-Дальше. Дальше! Давай!
-А звезда гаснет.
ПОЕТ: Лучей твоих неясной силою
Вся жизнь моя озарена.
Умру ли я - ты над могилою
Гори, сияй, моя звезда!
Умру ли я - ты над могилою
Гори, сияй, моя звезда!
-Браво!
Ты была прекрасна, великолепна.
Не плачь, не плачь,
глупенькая. Ну что же ты?
-Господин Кшивка, я ухожу.
-Что ты говоришь?
Уже собралась? Не рано ли?
-Пожалуйста, отдайте мне мой паспорт.
-Нет.
-Господин Кшивка...
-Это абсолютно невозможно.
-Но я уже решила.
-Тогда я прикую тебя к роялю. Сядь!
Не позволю, ясно? Не отпущу.
Я понимаю, что ты уйдешь когда-то,
и, возможно, уже совсем скоро,
но не сейчас. И не так!
-Хорошо. Госпожа Герман,
вас ждет кто-то у входа, гость.
-Нет, господин Кшивка, именно так
и именно сейчас.
-Нет, это я вас жду.
Катажина Гертнер. У меня есть песня
для вас. В холле есть пианино,
сейчас я вам ее сыграю.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Это так необычно, энергично,
сильно. О чем эта песня?
-О мечтах, о мираже любви,
об Эвридике.
-Катажина, я хочу ее спеть.
Можешь сыграть еще раз?
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
НАПЕВАЕТ
-Господин Кшивка.
-Что?
-Мне нужна ваша помощь.
-Не сейчас, не сейчас, Анеля.
Не сейчас.
-Представляешь, у Сгурских родилась
двойня - мальчик и девочка, они
предложили нам быть крестными.
-Контрабас - микрофон вправо.
Хорошо. И немножко вверх. Хорошо.
Над тарелками ниже.
Хорошо, Марек. Иди сюда.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
Начинающая.
-Можем начинать?
-Да.
ПОЕТ НА ПОЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ
-Хорошо поет.
-Простите!
-Простите, госпожа. Госпожа Анна!
-Здравствуйте.
-Здравствуйте. Хотим попросить
у вас автограф. Можно?
-У меня?
-Да, мы были вчера на вашем
концерте, вы чудесно пели.
-Где, здесь?
-Еще раз спасибо.
-Это прекрасно.
-До свидания.
-Анеля!
Привет.
-Поздравляю.
-Что теперь? Что дальше?
-Кто куда едет?
-Не знаю.
-Посмотрим, может, у меня получится.
-Янечка!
-Ну и как? Посмотри, что у меня.
-Что ты делаешь?
-Магда...
-Оценки очень хорошие.
-Угощайтесь, девочки.
-Мама...
Ну что же, за выпускниц
геологического факультета,
за новых первооткрывателей!
Девочки, за вас!
-За вас!
-Э... Госпожа Ирма, бабушка,
Аня хотела вам что-то сказать.
-Вас что, уже распределили?
-Мама...
-Куда-то далеко, да?
-Можно и так сказать.
Далеко от геологии.
СТУК В ДВЕРЬ
-Наверное, Зося.
-Здравствуйте. Я к Анне.
Поздравляю с премьерой.
-Вы, наверное, Збигнев?
-Да.
-С параллельного курса.
Аня, почему ты не предупредила,
что он придет?
-Ну, вы, Збигнев, чем занимаетесь?
-Я физик. Конечно, это не так
интересно, как Анина профессия.
-Да, мы гордимся. Аня у нас первый
геолог в семье. Ну, не говоря,
конечно, об ее отчиме.
Он погиб в войну. Збигнев, скажите,
а вы давно знакомы с Анечкой?
-Да, бабушка, давно.
-Аня, собственно, спасла мне жизнь.
-Как? Аня?
-Да.
-На шахте.
-Как?
-На Збигнева неожиданно
обрушалась скала...
-А...
-Это пустяки, с ним уже все хорошо,
он выстоял.
-Да-да, Аня просто была рядом, когда
упала эта скала. И чтобы спасатели
быстрее меня нашли, все время
пела, целых два часа.
У нее очень красивый голос.
В прессе написали бы "ангельский".
-Странно, она ведь не умеет петь.
В детстве, правда, любила.
-Потому что петь для людей - это
большой грех. Петь надо только для
Бога, все остальное - от лукавого.
Вы же помните, как стрекоза в той
басне? Вы ведь верите в Бога?
-Аня, ты с ума сошла!
-Простите, пожалуйста, мне уже пора.
-Как же пирог?
-Простите.
-Анечка, а что происходит?
-Ну хорошо, я тоже пойду.
Не провожай меня.
БУРНЫЕ АПЛОДИСМЕНТЫ
ОВАЦИЯ ЗАЛА: Герман! Герман!
-Спасибо. Большое спасибо.
-Надо же, на каждое выступление
покупает себе цветы!
-Анеля, возьми.
-Мне не надо.
-Анеля, уймись.
-Оставь меня.
-Мои золотые!
-Анеля!
-Мои дорогие, к сожалению,
гастроли закончились. Искренне
благодарю вас всех за отличную
работу.
Мы достойны Ла Скала! Поэтому каждый
из вас получит премию в размере
двух месячных зарплат.
Отпустите меня. Я знаю, что...
Марек, Яцек, я знаю, что ты
хочешь упустить меня. Я знаю за что.
-Анеля, я чем-то тебя обидела?
-Отстань.
-Маленькое объявление.
Все вы знаете о ежегодном фестивале
польской песни в Ополе. В этом году
туда поедет артистка нашей труппы.
Это... Та-та-та-та...
-Любовница режиссера Анна Герман.
Ну что теперь не кричите
"браво", не аплодируете?
-Смотри не откуси себе хвост.
-Ты тоже смотри.
Ну что, вы не знали?
-Уезжаешь? А Ополе?
-Я не поеду. Не хочу,
чтобы все думали, что...
-Нет, конечно. Только не знаю,
знаешь ли ты, за тобой долг.
А что?
Ты думаешь, кто похлопотал
за тебя в министерстве? Ты считаешь,
что я сделал это из искренней любви
к искусству?
-Что вы делаете?
Господин Кшивка!..
-Юлиан. Называй меня Юлиан.
Не упрямься, девочка. Не будь
наивной. Это ведь я сделал из тебя
звезду, и теперь мне причитается
что-то большее, чем просто
благодарность.
-Да как вы смеете!
-Правда?
Поставь! Она казенная.
Теперь я спокоен. Теперь уже могу
уезжать. Впереди еще множество
фестивалей.
А таких Анель - их будут сотни.
Чем ближе к звездам, тем больше.
Но не переживай. Я верю в тебя.
У тебя есть голос.
И тяжелая рука.
Эй, дверь закрой.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло?
-Госпожа Герман, к вам пришли.
-Ко мне?
-Да, господин Збигнев.
-Скажите, пожалуйста, что я не могу.
Или нет. Скажите, что я сейчас
спущусь. Через минуту.
-Аня!
-Зачем ты пришел?
-Аня, у тебя дома я не хотел тебя
напугать. Я не знал, что пение -
это секрет. Я после твоего
концерта много думал... Мы можем
поговорить в другом месте?
Прости, это тебе.
-Не надо, Збигнев. Я завтра уезжаю.
-Аня, может, присядешь на минутку?
Пожалуйста.
Надолго едешь?
Прости.
-Я уезжаю петь. Збигнев...
Я не могу быть другой.
-Я не хотел.
-Послушай, я такая, какая есть.
И я хочу петь, я это поняла.
-Когда?
-Окончательно - сегодня.
-Понимаю.
-Так что прости.
-Нет, Аня, подожди минуту.
Я могу что-то сказать?
-Да, пожалуйста.
-Пожалуйста, сядь.
Я хотел тебе сказать, что...
Дело в том, что...
Я всегда хотел, чтобы моя жена пела.
-Збигнев, не надо. Я ведь помню,
как ты смотрел на уличных музыкантов.
Порядочные девушки не должны
развлекать публику пением, правда?
-Я врал. Бесстыдно.
-Да? И ты ушел с моего концерта
из любви к музыке?
-Нет, я не смог вынести,
что ты поешь не для меня.
-Знаешь что, мне кажется,
ты снова врешь. До свидания.
-Нет, Аня, прошу тебя. Прошу.
Мне кажется, что именно сейчас
я не лгу. Может, это не совсем
подходящее место, но я хотел бы
сказать, что я... Мне кажется,
я тебя очень люблю. И не важно,
подходящее ли это место.
-Збигнев, ты физик, а я певичка.
-Ничего, я пожертвую собой.
-Нет, это уже слишком.
-Аня, послушай, мне кажется,
что физик и певица...
СТУЧИТ
-Да.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Я к Анне Герман. В каком она номере?
-Минуточку. У нее гости.
Как мне вас представить?
-Нет-нет, я подожду.
-Хорошо.
-А я хотела все бросить ради тебя.
-Не надо. Ты должна петь.
-А как же мы?
Ты же видишь, какая у меня жизнь.
-Это не важно.
Мы подождем.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Все правильно, она живет в этой
гостинице, но сейчас она не одна.
-Ты свободен, Франек.
-Ничего, столько ждал - еще подожду.
-За старые времена!
-За польских артистов!


Серия 6

-В тот день на итальянской автостраде
"Солнце" я умерла. Так решили врачи.
Сложные переломы и кома.
Врачи были бессильны. Ко мне вызвали
родных. Прошла неделя. Смысла держать
меня в больнице не было.
И заботу обо мне доверили монахиням.
ПОЛЬСКИЙ: Что вы делаете?
Я спрашиваю, что вы делаете?
-Сеньорита должна приготовиться
к встрече с Отцом Небесным.
-Она красива, как ангел.
-Господь милостив, Он возьмет
ее к Себе.
-Программа. Ключи.
-Спасибо, большое спасибо.
-Фамилия?
-Герман.
-Герман.
Герман. Ключи, программка.
Ваше выступление в четыре.
Вручение наград в семь.
Банкет в девять. Это все. Следующий.
Дальше, пожалуйста.
Фамилия.
-Простите, вы...
Простите, вы не знаете,
где гостиница? Простите,
вы не могли бы мне помочь?
Где гостиница?
-Вы приехали на конкурс?
-Да.
-Вы участница?
-Да.
-Позвольте, я помогу.
За мной, пожалуйста.
Много шума. А ведь вы будете
репетировать.
А скажите мне, но только искренне,
вы хотите выиграть?
-Не знаю. А это можно предвидеть?
-Вижу, вы здесь первый раз.
Понимаю. Все можно предвидеть,
моя дорогая. Откуда вы приехали?
Из Вроцлава? Как там город?
Организаторы фестиваля очень щедры.
Выпьете?
-Большое вам спасибо за помощь,
но, наверное, вы уже можете идти.
-Не ошибитесь. Возможно, именно я -
ваш ключ к успеху. Знаете, сколько
людей мечтает оказаться в моей
компании?
-Прошу вас сейчас же выйти
или я позову администратора.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
Сбигнев.
-Госпожа Ирма, госпожа Аня,
вы должны это увидеть.
ПОЕТ НА ПОЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ
-Эдита, готовься. Сегодня звезды
нашептали мне, что тебе повезет.
-Простите, а когда мой выход?
Герман.
-Посмотрим. Его перенесли, вы
выступите последней. Эдита.
-Одолжил у друга.
-Сбигнев, а зачем это?
Что-то с Анной?
-Хочу познакомить вас с вашей дочерью.
-Говорю тебе, они уже выбрали.
Вот эта рыжая из Варшавы.
-А я слышал, что из Кракова.
Ее менеджер за все заплатил.
-Сколько еще осталось?
-Собственно, последнее выступление.
У последних уже нет шансов.
Жюри обычно уже уставшее.
-Певица из Вроцлава Анна Герман
с ее песней "Танцующие Эвридики".
Музыка Катажины Герднер.
ПОЕТ НА ПОЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ
-На Анечку нашу похожа.
-Мама, это Анечка.
-Да какая Анечка? Ирма, Анечка
в Силезии на рудниках.
-Сбигнев, я не понимаю.
-Аня...
-Ирма, это же Анечка.
-Мама, тише.
-Господи.
ИЗ ГРОМКОГОВОРИТЕЛЯ: Скорый поезд
номер 127 сообщением Катовице-Щецин
прибывает на первый путь.
Встречающим, просьба отойти от края
платформы. Повторяю...
-Приветствуем, госпожа Анна.
-Вы очень красиво поете.
-Когда будет ваш следующий концерт?
-Простите.
-Мы держали за вас кулаки.
-Спасибо.
-Прошу.
-Спасибо.
-Когда следующий концерт во Вроцлаве?
-Не знаю. Спасибо. Спасибо.
Кто все эти люди?
-Не знаю. Я знаком только
вон с той госпожой. Она очень хотела
тебя встретить. Кажется, ты тоже ее
знаешь.
-Мама, я...
Мама, я хотела вам сказать,
но я не знала как.
-Бабушка хотела приехать,
но не смогла. Ждет тебя дома.
Геолог.
ИЗ РЕПРОДУКТОРА: Ожидающих прибытия
самолета Чикаго-Варшава просят
пройти к терминалу номер три.
Заканчивается регистрация на рейс
номер 41 самолета авиалинии "Лот"
из Варшавы до Праги. Повторяю...
-Все же дома лучше всего, правда.
До свидания.
-Госпожа Герман, с возвращением.
Приветствую в Польше. Как вас приняли
в США и в каких городах вы выступали?
-Очень хорошо. В Чикаго,
в Лос-Анджелесе.
-А выступление в СССР и в других
странах? Как вы относитесь к своему
успеху?
-Госпожа Герман, почему ваши
выступления в США так затянулись?
-Скажите, пожалуйста, это правда,
что вы выходите замуж
за американского бизнесмена?
Он живет в Чикаго?
-Так, положи на кровать. Спасибо.
Збысь.
Мой дорогой.
Ты же знаешь, что все это неправда.
-Знаю.
-Да, они предлагали мне фиктивный
брак, чтобы я могла остаться
в Соединенных Штатах.
А потом поездки за границу, большие
перспективы. Но я отказалась.
-Да? А почему?
-Ты же знаешь.
-Ну что, сколько тебе платят
в министерстве? Только суточные.
Я скромный инженер. Госпожа Ирма
и мама до сих пор живут в коммуналке.
У тебя тоже нет своего угла.
И тут такая возможность.
-Збысь, что ты говоришь?
-Аня...
Аня, я не могу больше.
Я жду в аэропорту, караулю возле
телефона, жду от тебя какого-то
знака. Раз в полгода ты возвращаешься
и говоришь, что уже никуда
не поедешь.
-Но у меня не будет больше
никакого турне, я остаюсь.
-Вот об этом я и говорю.
-Но прошу тебя, любимый. Прошу.
-Аня...
Аня... Аня, я хочу, чтобы ты пела.
Но еще больше, чтобы ты была со мной.
-Но я и так с тобой.
-Подожди. Аня...
Вы выйдете за меня замуж?
-Да. Да.
-Аня, ты никуда больше не поедешь?
-Никуда.
Никогда и никуда.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло.
Госпожа Герман.
-Меня нет.
-Это из министерства.
Вчера звонили три раза,
но у вас был отключен телефон.
-Хорошо, я отвечу.
Алло.
-Алло. Сеньорита Анна, говорит Пьетро
Корриаджи, компания "Дискографика
итальяно". Я искал вас по всей
Варшаве. Я приехал, чтобы сделать
вам очень интересное предложение.
Вы слышите меня? Понимаете
итальянский?
-Збышек, бессовестный, знаешь,
так не делают.
-Нет, вы ошибаетесь.
Я Пьетро Карриаджи.
-Да и сейчас ты мне скажешь, что я
должна уехать в Италию на три месяца?
-Нет, сеньорина, на три года.
Не на три месяца.
-На три года?
Знаешь что, ты бессердечный.
-Госпожа Герман, это министр
Яневский. Мы вас ждем немедленно.
Анна, я попросил бы вас серьезно
относиться к звонкам из министерства.
Тем более что у нас сегодня
такие гости.
-Да, но, господин Яневский,
выслушайте меня.
-Потом. Все потом.
Прошу.
-Сеньорина. Сеньорина, я счастлив.
Я очень счастлив с вами
познакомиться. Ваш голос - это чудо.
Это вам говорит Пьетро Карриаджи,
объехавший весь мир.
-Вы все понимаете?
-Прошу простить, майор Сабаньский.
Вам перевести?
-Нет, спасибо, я немного говорю
по-итальянски. Итальянский язык
очень музыкальный. Обожаю ваши
неаполитанские песни.
-Мадонна, она идеальна. Чудесно,
прекрасно. Ангел, красавица.
-Прошу.
-Прошу, Анна.
-Прошу. Анна.
Я бы хотел от имени нашего
министерства культуры выразить свое
восхищение, что польская певица будет
представлять нашу страну в Италии.
Это наш большой успех.
За польско-итальянское
сотрудничество. За песни.
-За польско-итальянское
сотрудничество и за песни.
-Спасибо.
-Ваше здоровье.
-Спасибо.
-Простите, но я пришла сказать "нет".
Я не могу.
Нет, сеньор.
-Почему нет?
-Почему?
-У меня концерты, гастроли, все
запланировано на год вперед.
Вы же знаете.
-Концерты отменим. Мы всегда готовы
помочь польской артистке,
которая может покорить мир.
-Да, я понимаю. Только не об этом
речь. Я просто сейчас не могу выехать
из Варшавы. К тому же на три года.
-Нет, я не понимаю, как можно
принимать решение? Простите,
по крайней мере, прежде чем ответить
"нет"... Вы понимаете от чего
отказываетесь? Стандартный контракт
на три года. Я сделаю из вас
международную звезду. Вы будете
петь в Сан-Ремо. И в конечном счете
получите много, очень много денег.
Вы сможете купить виллу в Каннах,
яхту, свободу. Свободу купить виллу
в Варшаве. У вас есть вилла
в Варшаве?
И еще вы прославите
Польскую республику.
-Но сейчас я не могу уехать.
-Но ни одна полька еще никогда
не пела на фестивале в Сан-Ремо.
Я сделаю вас известной
на весь мир. Я вам обещаю.
-Сан-Ремо?
-Да.
-Но почему я?
-Нет, она не понимает.
-Пьетро, успокойся. Успокойся.
-Господин Карриаджи - музыкальный
продюсер. В нашей стране он искал
уникальный голос, который мог бы
украсить фестиваль в Сан-Ремо.
Мы предложили ему тебя.
Условия обсудишь с господином
Карриаджи. Министерство к этому
не имеет никакого интереса.
-Купите квартиру маме и бабушке.
А другие планы могут подождать.
-Ну? Да?
Да?
-У Яневского в этой сделке
свой интерес. Министерский.
А итальянец хитрец.
-Ну и что?
-Что-что?
Она будет петь в Сан-Ремо.
-Хорошо.
-И все-таки зачем тебе это?
Много денег?
Меценат? Не верю.
-Неважно. Считай это
моей личной блажью.
Хотя, знаешь, если бы у тебя дочь
имела бы такой голос, ты бы тоже
хотел, чтобы она пела в Сан-Ремо.
ИЗ ГРОМКОГОВОРИТЕЛЯ: Совершил посадку
рейс номер 154, компания "Аэрофлот",
сообщением Москва - Варшава.
-Ты же знаешь, они всю жизнь
мыкались по чужим углам.
Потом я вернусь.
-Хорошо.
-Збыш, прошу тебя, пойми,
я должна это сделать
ради мамы и бабушки.
Ты даже представить не можешь,
что мы пережили. Я не хотела тебе
говорить, вижу, что сейчас
я должна.
-Понимаю. Тебе уже пора.
-Ты купил часы?
-Да, это удобно.
-Ты будешь меня ждать?
Для меня это очень важно.
-Удачи.
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Вам нравится,
сеньорина?
-Замечательно. Как же здесь красиво.
Люди такие солнечные. А какие у вас
чудесные песни.
-Это еще ничего, поверьте мне.
Скоро вы увидите настоящую Италию.
Я повезу вас на праздник
сбора урожая.
Вы попробуете лучшие
тосканские вина.
Скоро вы увидите,
что такое настоящая Италия.
Веселые танцы, любовь. Любовь - вот
где Италия берет свою энергию.
-Любовь. А ведь она может и отнимать.
-Что вы сказали?
-Говорю, что это невероятно.
У меня личный импресарио.
-Ну да.
ПЕНИЕ ЦЕРКОВНОГО ХОРА
-Что это? Как красиво.
-Красиво - да, только
на этом не заработаешь.
-Как еще я тебе должен сказать,
чтобы ты так не гнал!
-Но они поют для Бога.
-Вот и я о чем говорю. Их никто
не услышит. А твои песни, наоборот,
будут слышать миллионы.
-Давайте остановимся.
-Сеньорина, у нас очень мало времени,
поэтому мы едем в гостиницу.
Но я вам обещаю, что позже я вам
покажу монастырь. Хорошо?
-Да.
-Идиот, едь помедленнее,
ты же не скот везешь!
-Пьетро, у вас большая студия?
-Не беспокойтесь, в "Дискографика
Италия" записывается сам
Доминико Мадуньо и многие
другие звезды.
-Почему я? Почему вы выбрали меня?
-Почему? Потому что моей маме
понравился ваш голос.
-Грация.
-Сеньорине еще что-нибудь нужно?
-Нет, спасибо.
-Может, шампанское, фрукты?
-Нет, благодарю вас.
-Может, я положу сюда?
-Нет-нет.
-Синьорина сказала, что ей ничего
не нужно, можете идти.
-Я только хотел...
-Ей ничего не нужно. Спасибо.
-Но я только хотел...
-Спасибо, можете идти.
-Но синьорина...
-Хватит!
-По-моему, он хотел получить чаевые.
-Глупости, эти мальчишки совсем
обнаглели. Анна, подумаем о нас.
Завтра начинаем работать. Первым
делом поедем на студию. Я познакомлю
тебя с мамой. Потом устроим
пресс-конференцию. И масса других
дел. Но сейчас важно, чтобы ты
отдохнула.
До завтра, хорошего отдыха.
-Алло.
-Варшава, 7-4-12.
-Подождите, соединяю.
-Спасибо.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
ПОЛЬСКИЙ: Возьми трубку.
Возьми, пожалуйста.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
ПОЕТ ИТАЛЬЯНСКУЮ АРИЮ
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Мальчишки, ну вам и
достанется, когда я вас поймаю.
-Шеф, про генуэзцев вы слышали?
Отец захотел повесить картину
в гостиной. Идет, значит,
он к своему сыну и говорит: "Пойди
к соседу и попроси молоток".
Тот идет, возвращается и говорит:
"Папа, мне жаль, но они мне
его не дают". Отец злится: "Вот
скупердяи, ладно, пойди принеси мой".
-Ну и что? Я должен смеяться?
-Но это же шутка.
Черт возьми!
-Да это всего лишь пару капель воды.
Что вы хотите?!
-Что значит, что вы хотите?
Ты же целый душ устроила.
-Что вы хотите, это мой дом!
-А мне теперь пиджак стирать!
-Уходите, это мое окно, сваливайте!
-Закрой рот!
-Что ты себе позволяешь?!
-Да что ты себе позволяешь!
-Закрой рот!
-Сейчас, как поднимусь наверх
и устрою тебе душ!
-Хватит!
-Шеф, пойду ее позову.
-Давай.
-Привет, Россела. Как жизнь?
-Да здравствует Италия! Простите
меня, не могла решить, что надеть.
-Как ты вырядилась.
-Что-то не так?
-Сколько у нас времени
до пресс-конференции?
-Это тоже. И это.
Это, пожалуй, нет. И еще вот это.
-Но я не понимаю, я привезла свои
концертные платья. Они годились для
фестивалей, так почему не подходят
здесь?
-Нет, нет и нет. Ни один итальянец
не посмотрит на женщину, одетую
в таком стиле, даже если она будет
петь, как Далида. Лучше совсем
без одежды.
-Но я не понимаю, какая разница.
Они ведь должны слушать, а
не смотреть на меня. Что это такое?
-Это мы уберем, синьорите
совершенно не идет ее челка.
-Да, но я хочу, чтобы ты добавил
немного теней. Я хочу, чтобы ее
взгляд был более загадочным,
более зовущий.
-Я не хочу зовущий.
-Закройте глаза, не двигайтесь,
не волнуйтесь. Мы просто сделаем
ярче, выразительнее.
-А может, пострижем волосы?
-Нет-нет.
-Не двигайтесь.
-Нет, волосы оставим как есть.
Только я бы добавил сюда цветок.
-Синьорита, понимаете, вы прекрасны,
а будете еще прекрасней.
-Синьорита, потерпите.
-Нет. Осторожно, вы же видите.
-Придумай что-нибудь!
За что я вам плачу кучу денег!
-Синьорита, но у меня же нет
других размеров.
Так, теперь накинем
пелеринку. Так лучше.
-Я не выйду в таком наряде.
-Дорогуша, ты хочешь петь или нет?!
Вот она - наша звезда.
-Осторожно.
-Эти на новых машинах,
посмотри, что творят.
-Прошу, Анна. Ты прекрасна.
Но в этом платье ты еще
прекраснее. Правда.
Компания "Дискографика итальяно".
Давай спокойно. Ты должна знать,
по этой лестнице спускались лучшие
итальянские певцы. Прошу.
-Алло. Послушай меня,
я уже второй раз тебе звоню.
-Тут надо поменять, Марио.
-Хорошо.
-Здравствуй, мама. Здравствуй.
Как поживаешь? Это твоя таинственная
полька. Анна, это моя мама.
-Какая красавица. Наконец-то,
настоящая полька.
Бедное дитя. Как хорошо, что ты
сбежала из того ужасного места.
-Сбежала?
-Пьетро, все готово, пойдем.
-Мы скоро вернемся.
-Синьора Ванда - мать шефа Карриаджи
была первой, кто услышал вашу
польскую пластинку. А потом ее
послушали все работники компании
и я тоже. И в конце концов все
проголосовали. И поэтому
"Дискографика итальяно" хочет
заключить с вами контракт.
Вы станете нашим первым успехом.
-Первым?
-Да, мы очень верим в вас.
Вы разочарованы?
-Я представляла все несколько иначе.
-Не судите по виду. Мы начинаем,
вы начинаете, вместе мы достигнем
успеха. Пойдем вместе?
-Пойдем. Только...
-Только вы должны нас слушаться.
Мы уже все продумали.
-А вот и я. Прочти.
-Что это?
-Контракт. Ты должна его подписать
перед пресс-конференцией.
-Но я могу не все понять.
-Это неважно понимать все.
Важно понять сумму, которую мы вам
платим. Она вас устраивает?
-Да.
-Вы получите ее в конце наличными
на руки. На этих страницах ваши
обязательства. Эти страницы,
наоборот, ответственность с нашей
стороны. На этой страницы прописана
сумма компенсации.
-Что за компенсация?
-Это всего лишь формальность.
В случае, если вы нарушите условия
контракта, вы должны будете выплатить
фирме компенсацию. Но ведь вы
не собираетесь нарушать контракт?
-Нет.
-Тогда, прошу, подписывайте.
Хорошо! Контракт Анны Герман!
-Ты готова? Можем начинать? Прошу.
-Синьорита, вы первая певица,
приехавшая в свободную Италию
из-за железного занавеса.
Как вам удалось сбежать
из лап коммунистов?
-Простите, первым был синьор. Вы
должны соблюдать очередь. Прошу.
-Прошу.
-Благодарю. Как вы бежали из Польши?
-Ты не бежала.
-Я не бежала. У нас свободная страна.
-Правда ли, что вы не смогли остаться
в Америке из-за преследования
польских секретных служб?
За вами следили?
-Нет, это неправда. Просто...
-Вас вербовали?
-Нет, это невозможно.
-Это правда, что вы жили
в Америке год? Вы замужем?
-Скажите, сколько вы уже находитесь
в Италии?
-Ваш рост, синьорина?
-Синьорина.
Какой у вас рост?
-Метр восемьдесят четыре.
-Невероятно, такая высокая.
-Да, подойдите. Да-да, вы.
-Невероятно.
-Видите.
-Говорят, у вас голос,
как у ангела.
-Это неправда. Я человек.
Просто очень высокий. А это значит,
что я нахожусь ближе к небу.
-Вы можете спеть?
-С радостью.
-Нет, хватит! На сегодня
пресс-конференция окончена.
Ренато, предложи гостям что-нибудь
выпить. Прошу вас, угощайтесь.
-Следуйте за мной.
-Угощайтесь, прошу вас.
-Конференция же только началась.
Синьорина.
-Но почему? Мне было это совсем
нетрудно. Как они могут,
не услышав даже ни одной песни...
-Ты не будешь петь. Об этом
не может быть и речи.
-Но они же все равно скоро услышат
меня на концерте.
-Шеф, ваш план гениален. Он сработал
идеально, сейчас они только и
говорят, что ее голос не для простых
смертных.
-Какой план?
-План Пьетро Карриаджи.
Увидишь, это сработает.
-И в чем он заключается?
Я должна изображать немую?
-Ты не должна изображать немую.
Ты будешь немой, будешь участвовать
в показах, фотографироваться
для журналов, раздавать интервью.
-Это шутка? Зачем все это нужно?
-Как же ты сама не можешь понять?
Ты таинственная полька
с необыкновенным голосом. Белый
польский ангел, покоривший Италию.
-Хорошо сказано.
-Ты будешь появляться на раутах,
пить коктейли, знакомиться
со знаменитостями. Одним словом -
блистать. Но петь ты не будешь.
-Но почему?
-Потому что тогда, когда они будут
уже умирать от желания услышать
твое пение, мы им тебя достанем,
как кролика из цилиндра.
Это будет грандиозный сюрприз.
-Грандиозная пиар-компания.
Какой же я дурак, я забыл пиджак.
Простите, я мигом.
-Дурак.
-Пьетро, и сколько продлится этот
цирк? Когда меня вынут из цилиндра?
-Думаю, через год.
-Год?
-Год.
-И куда мы сейчас едем?
-Куда едем? В гостиницу!
Куда едем...
-Год. Если бы я хотела стать
манекенщицей, я бы ею стала.
Сюда я приехала петь, а не плясать
под вашу дудку. Нет, хватит.
Хватит. Домой. Какие-то показы
моды. Я не обезьяна в цирке.
Я певица.
Я хочу петь и я буду...
-Какая экспрессия.
-Я посмеюсь над этим дома. Хорошо?
Простите.
-Прежде чем уйти,
вы кое о чем забыли.
-И о чем же?
-Деньги. Положи деньги на стол,
а потом можешь уходить.
-Какие деньги?
-Компенсация, вы нарушили контракт
и должны заплатить компании
неустойку. Мы потратили кучу
денег на гостиницы, журналистов,
пресс-конференции, ваши перелеты,
одежду, еду.
-Вы шутите?
-Нет, я не шучу, синьорина.
Разве вы не читали контракт?
В нем указана сумма компенсации.
В случае разрыва контракта
артист должен заплатить неустойку
в размере 50% от его гонорара.
-Вы этого не сделаете.
Я обращусь в наше посольство.
-Посольство не сможет вам помочь.
Наш контракт законен,
любой суд это подтвердит.
-И сколько я должна заплатить?
-Всего лишь полмиллиона лир.
-Но это грабеж, обман.
-Это не обман и не грабеж.
Это бизнес.
-Вы...
-Я знаю. Я такой. Но ты подумай
об этом. Завтра с шести утра
у нас куча дел.
Поэтому нужно, чтобы ты сейчас
отдыхала. Завтра твое лицо
должно быть свежим.
-Прошу вас.
-Я получу свои суточные для чаевых,
ведь это в контракте есть?
-Это вопросы не ко мне,
за все платит шеф.
-Прекрасно, значит, я узница здесь.
А ты мой тюремщик.
-Нет, ты думай о хорошем,
ты наша счастливая звезда.


Серия 7

-Збышек! Сестра, скорее!
Анечка, взгляни на меня.
Взгляни на меня.
Анна, доченька, это я мама.
ПОЛЬСКИЙ: Она покидает нас.
-Что с ней?
-Покидает.
Помолимся о душе Анны.
-Нет. Нет. Аннушка, посмотри
на меня. Я прошу тебя.
Посмотри, дочка.
Посмотри.
БЬЕТ КОЛОКОЛ
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Синьорина,
еще раз улыбочка.
-Улыбайся, Анна.
Разве это не чудесно?
-Ренато, Колизей.
-Да, это Колизей. И это заслуживает
нашего особенного внимания.
Когда Бог создал землю, он решил
оставить Италию для себя. Вероятно,
для отдыха. Прошу. Каждый камень,
каждый дом здесь - это история.
И даже, если это руины, время
Новой Италии придет снова.
-А можно зайти в Колизей?
-Да, дорогая, но позже. Потому
что мы еще должны сделать кучу
фотографий. Давай, Гвидо, давай!
-Голову немного в сторону.
Руки на талии. Более чувственно.
Только одну улыбочку.
Почему она это делает?
-Все равно, щелкай, наоборот, даже
лучше. Таинственная славянская
грусть. Щелкай.
-Синьорина, браво. Молодец.
-Красавица. Отлично. Красавица.
Очень красиво. Улыбайся.
Улыбайся.
-Достаточно.
Я готов.
-Улыбайся. Правый профиль.
Улыбайся. Левый профиль.
Радостнее. Более эротично, Анна.
Ты должна быть более чувственной,
Анна. Сексуальнее. Давай щелкай.
Щелкай. Прекрасная. Прекрасно.
Весь мир в твоих руках. Щелкай.
-Читайте, о чем она споет.
Анна Герман - польская певица.
Анна Герман!
-Ренато, когда это все
закончится? Я так устала.
-Дорогая, я тебя не понимаю.
Все итальянские девушки мечтают
о такой жизни. Ты звезда. Тебя узнают
на улицах, твои фотографии во всех
журналах. Что тебе еще нужно,
чтобы быть счастливой?
-Петь. Просто петь.
-Нужно еще немного подождать.
Я тебе обещаю.
-Сколько?
-Не знаю. Надо подождать еще
чуть-чуть. Это план шефа.
-Сеньорита Анна, расскажите,
как ваша мать тайно вывезла
вас из Советского Союза.
Какие песни вы пели на площадях?
Ваш первый любовник Шарль Азнавур?
Что об этом думает Эдит Пиаф?
-Синьорина Герман не будет
комментировать. Дайте пройти.
Прошу, разойдитесь.
-Простите, несколько вопросов.
Хотя бы намекните.
-Тише!
Я отвечу на все вопросы, кроме
вопросов о побеге из СССР. Потому
что это не моя тайна, согласны?
Прошу.
-Хорошо. Привет.
-Как я должна это понимать?
-Интересно?
-Вы знали? Но это же бред.
Оказывается, моя мама армянка
из горного аула. И я пела на площадях
за деньги. Мало того, мои родители
покушались на Сталина. Покушение
провалилось, поэтому мы с ними бежали
в горы и жили там, питаясь молоком
лам. И, наверное, именно там я
встретила Шарля Азнавура и полюбила.
-Подпишите.
-Зачем? Зачем вы это делаете?
-Очень просто. Это реклама, дорогая.
Мы привлекаем интерес к твоей
персоне.
-Это не реклама, это моя жизнь.
Точнее не моя, а чья-то чужая.
-Послушай, по условиям контракта
твоя жизнь в ближайшие три года
принадлежит нашей компании.
В конце концов, мы делаем все,
чтобы ты была известна.
-Нет, не такой ценой.
-Послушай, сейчас нам особенно
нужно создавать вокруг тебя сенсацию.
Понимаешь?
-Хотите сенсацию?
-Ты меня слышишь или нет?
-Прошу. Поющая беглянка нарушает
условия контракта и покидает
итальянского продюсера.
Сообщите репортерам.
-Анна!
-Привет.
Анна!
Шеф, вы уже сказали ей?
-Идиот. Надо ее догнать. Быстрее.
Ничего тебе нельзя доверить,
ты безответственный. Поехали.
Ты можешь ехать быстрее? Быстрее.
Еще быстрее. Давай!
Анна! Анна!
Подожди. Подожди!
-Простите.
-Куда она делась?
-Улетела.
-Улетела?
-Сенсационно - славянская
птичка улетела.
-Идиот! Ты собрался петь за нее?
Ты осел!
РАЗГОВОР МУЖЧИН:
-Нет, Марио, давайте последний раз.
-Господи!
-Да, черт возьми.
-Момент! Момент!
Да ты посмотри. Это ты ошибаешься.
-Давай последний раз.
Давай попробуй.
О Господи...
-Теперь ты.
-Черт возьми, последний раз.
-Простите, господа. Я ищу посольство
Польши. Вы можете мне помочь?
Где оно?
-Посольство? Зачем синьорине
посольство? Присядьте.
Хотите вина?
-Нет, спасибо. Мне
очень нужно в посольство.
-О таком я и не слышал. Садитесь.
-Марио, это случайно не там,
где у тебя в 35-м украли велосипед?
-Нет, это случилось на площади
Антонио.
-А где тогда сейчас
польское посольство?
-Это я тебя спрашиваю, где?
-Марио, ты болван. Ведь не у меня же
украли велосипед, откуда мне знать.
-Господа. Господа...
-Сеньора, можете бросить за меня
кости? Прошу, сеньора. Прошу.
На удачу. Прошу.
РАДОСТНЫЕ ВОЗГЛАСЫ
Молодец! Молодец! Спасибо. Спасибо!
-Луиджи пришел.
-Марио, ты впервые выиграл.
Луиджи.
-Луиджи, ты не знаешь,
где посольство Польши?
Это не там, где в войну был
мыловаренный завод? Там на углу
еще сидит слепой Пьетро.
Он еще при Муссолини, помнишь,
что делал?
-Бежим.
-Куда мы бежим?
-Ты же ищешь посольство Польши.
-Спасибо, да.
-Зачем?
-Что зачем?
-Зачем тебе посольство?
-Чтобы уехать отсюда побыстрее.
-Тебе не нравится Италия?
-Нет.
-Как это нет? Хорошо.
Знаешь что, предлагаю
срезать.
-Как? Здесь?
-Вон там.
Видишь, вон польское посольство.
Самый короткий путь.
-Ах вот так? Спасибо.
-Подожди, Анна. Посмотри,
как здесь красиво. Разве
можно не любить все это?
-Я не говорила, как меня зовут?
Что ты делаешь?
-Не бойся, я просто знаю. Считай,
что я твой ангел хранитель.
Тебе не хочется иногда прыгнуть
и полететь? Мне кажется, я бы мог.
-Осторожно.
-Я не боюсь смерти.
Италия! Я вижу стены и своды,
и колонны, и статуи, и башни наших
предков. Но я не вижу славы,
не вижу лавра и доспехов, что
отягощали наших древних предков.
-Спускайся.
-Да, но тогда ты останешься.
-Джани, Джиджи, Франческа,
Федерико, мальчики, домой. Вас
ждет папа. Домой, я сказала.
-Здравствуй, Луиджи. Ты лучший.
-Откуда они все тебя знают?
И как ты меня узнал?
-Так что ты говорила?
Они запретили тебе петь? И...
-Говорят, что это бизнес.
А я не могу так.
-Никто не может запретить птице петь.
Пой просто так. Пой для людей.
Пой, когда захочется.
Пой сейчас.
-Как?
-Давай. Боишься? Давай.
Иди.
ВЕСЕЛАЯ ИТАЛЬЯНСКАЯ ПЕСЕНКА
ВОЗГЛАСЫ:
Молодец! Браво!
Умница! Браво!
-Это та полька. Это она.
-Вся рекламная компания, которую
мы столько готовили, вся
наша работа - все в пустую.
И все почему? Потому что наша
звезда решила спеть. И где?
На улице. Для кого?
-Я так больше не могу. Хватит.
Меня ждет мой жених. Я уже
сообщила, что выезжаю.
Кому какое дело до контракта?
Что-нибудь придумаем.
-Тогда уходи. Иди. Вот, это твой
контракт. Ренато, отмени ее участие.
И позвони организаторам в Сан-Ремо.
Скажи им, что наша звезда
возвращается домой. Пошли.
-Какое участие?
-Ты слишком быстро бегаешь,
чтобы узнать хорошие новости.
-Сан-Ремо? Но как?
-Конечно. Мы закончили рекламную
кампанию раньше срока.
Тебя ждал самый великий музыкальный
фестиваль в мире. Ты стала бы первой
полькой, ступившей на сцену Сан-Ремо.
Но ты же едешь домой. Езжай!
НАПЕВАЕТ
РЕПЕТИРУЕТ ИТАЛЬЯНСКУЮ ПЕСНЮ
-Слушаю.
ПОЛЬСКИЙ: Госпожа Ирма,
я вас не разбудил?
КОРОТКИЕ ГУДКИ
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Смотри!
Это же Доменико Модуньо. Снимай.
Это Доменико Модуньо.
Элегантен, как всегда.
-Что он будет петь?
-Спасибо! Спасибо!
Вечно ты ползешь как улитка.
Ты кретин.
Анна, где твое платье?
-Я переоденусь перед выступлением.
-Анна, для тебя это не просто
выступление, мы ждем только победы.
Твое участие стоило мне больше
полумиллиона лир.
-Но там будут Доменико Модуньо,
Далида, Сонни и Шер.
-Да кто они для тебя? Они просто
певчие в хоре. Ты должна победить.
-А если я не выиграю?
-Это невозможно. Для тебя это будет
концом. Иди. Давай быстрее. Быстрее.
-Ой...
-Анна, и ты здесь.
-Луиджи. Ты Луиджи Тенко,
певец печали?
-Я же говорил тебе, что я просто
хороший парень. Понимаешь, Анна,
слава и все эти конкурсы - глупость.
В них стоит участвовать, только
чтобы заставить себя услышать.
-Луиджи! Давай, Луиджи,
идем, а то мы опоздаем.
-Прошу прощения, мне нужно идти.
-Пожалуйста.
-Итак.
-Простите, где я могу переодеться?
-Прошу. Вам туда, пожалуйста.
-Добрый день. Простите.
Не волнуйся, я не смотрю.
Прости. Ты участница?
-Да, я Анна Герман.
-Ты та самая загадочная полька.
Посмотрим, из какого ты теста.
Я Адриано Челентано.
-Тебе нет необходимости
представляться, я сразу тебя узнала.
-Потому что я неотразим?
-О да.
Хорошо, можешь смотреть.
ЧЕЛЕНТАНО ПРИСВИСТНУЛ
-Знаешь причину, по которой ты уже
победила? Ты высокая. Начинается.
Удачи, загадочная полька.
Чао!
-Чао!
-Дамы и господа, добрый вечер.
Сан-Ремо приветствует вас на самом
большом, самом престижном
17-м фестивале итальянской песни.
Сегодня вечером на этой важнейшей
сцене мы увидим...
-Анна! Вечно ты опаздываешь.
Это же невозможно. Смотри,
сегодня вечером ты должна победить.
Чего тебе?
-Ива Дзаникки, Адриано Челентано.
Доменико Модуньо.
Луиджи Тенко, Далида. И самая большая
неожиданность - самая загадочная
участница фестиваля в Сан-Ремо,
таинственная полька Анна Герман.
Но вначале выступит и порадует нас
своим голосом... Дамы и господа,
прошу, Луиджи Тенко!
ИТАЛЬЯНСКАЯ ПЕСНЯ
"ЧАО, ЛЮБОВЬ, ЧАО!"
-С этой песней он никуда
не пройдет. Гадость.
-Синьор, простите, тут нельзя
находиться. Пойдемте.
-Прекратите! Кто вы такие?
Уберите руки.
-Луиджи, это было... Я никогда
ничего подобного не слышала.
-А сейчас следующая участница
нашего фестиваля. Дамы и господа,
Анна Герман.
-Ты готова? Пой, как ты умеешь петь.
Эта сцена - твой самый большой шанс.
Не потеряй его, Анна. Не потеряй.
ПОЕТ НА ИТАЛЬЯНСКОМ
-Дамы и господа, в финал этого
грандиозного 17-го фестиваля
итальянской песни в Сан-Ремо выходят:
Ива Дзаникки...
Клаудио Вилла...
Анарита Спиначи...
Джанни Патинати...
группа "Гиганты"...
Литл Тонни...
Марио Залинотти...
Зе Бечелорс...
-Самая загадочная полька? Что ты
тут стоишь без толку? Не тебя
же они хотят фотографировать.
Иди в гостиницу, у нас оплачена
еще одна ночь. Иди.
-Мошенники!
-Синьор Тенко?
-Луиджи.
-Это было... Луиджи, это так
прекрасно то, что ты поешь
и как ты поешь.
-Ты слышала? Слышала все эти песни?
О чем они? Как они могли участвовать
в конкурсе? В них же нет ни смысла,
ни красоты, ничего.
А голоса? Это позор.
-Да что с тобой? Это просто
фестиваль.
-Просто фестиваль? Посмотрим.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Слушаю.
ПОЛЬСКИЙ: Аня? Я думал, что забуду
тебя. Я пытался, но...
Знаешь, что я понял?
Может быть, это не модно и смешно,
но теперь я понимаю, что значит
одна женщина для одного мужчины.
Моя женщина - это ты. Аня, я...
Ничего страшного, что ты далеко.
-Я люблю тебя. И возвращаюсь.
Я тоже. Навсегда.
ВЫСТРЕЛ
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Помогите! На помощь!
Помогите ему! Все в крови!
Помогите!
-Что там случилось?
-Помогите ему! Это Луиджи Тенко.
Он мертв. Скорее. На помощь!
-Звони в полицию.
-Помогите!
-Самоубийство Луиджи Тенко - это
трагедия не только для меня, но
и для всего итальянского народа.
Это письмо он оставил перед смертью:
"Я любил итальянскую публику и
посвятил ей напрасно 5 лет своей
жизни. Я делаю это не потому, что
устал от жизни (совсем наоборот),
но как акт протеста против публики,
которая отправляет песню "Я и ты -
это розы", в финал и против жюри,
которое выбирает песню "Революция".
Я надеюсь, что это прояснит
кому-нибудь мозги. Чао! Луиджи".
-Бонджорно!
-Бонджорно!
-Здравствуйте.
-Что ты делаешь, Анна?
-Собираю вещи. Полагаю наш контракт
больше недействителен. Вы закажете
мне билет на самолет?
-Но почему? Куда ты собралась?
-Как?
Домой. Хватит с меня Италии.
-Значит, ты ничего не знаешь?
-Знаю.
Я видела Луиджи сразу же после...
И я не хочу такого конца, не хочу
заплатить за славу такую цену.
Вы говорили, пение - это бизнес.
Только не для меня.
И не так.
-Значит, ты и правда
ничего не знаешь.
-Идем. Идем, Анна.
-Что случилось?
ВЫКРИКИ:
Анна! Молодец!
-Посмотри, Анна. Это слава,
это популярность. Спасибо.
Спасибо.
Спасибо!
Мадонна! Весь Сан-Ремо!
Вся Италия говорит о тебе.
-Пьетро, но как?
-Ты осталась за бортом вместе
с лучшими. Там все было куплено.
Все. На фестивале победили
все те, кто не вышел в финал:
Модуньо, Далида, Челентано
и Анна Герман.
Ты оказалась в отличной компании.
Но помни: успех не купишь за деньги.
-Да, ты понравилась людям, а это
самое главное. Нам звонили даже
из Неаполя. Ты будешь петь на
фестивале неаполитанской песни.
Запишешь свою пластинку, а потом
будут сольные концерты.
-А Луиджи?..
-О нем забыли. Вчера в Италии
зажглась новая звезда.
-Но как же это возможно?
Он же их кумир.
-Был их кумиром.
Сейчас их кумир - ты.
ИТАЛЬЯНСКАЯ ПЕСНЯ
ВЫКРИКИ:
Браво!
Анна, браво! Бис!
Какой прекрасный голос!
Анна, браво!
Бис!
-Дамы и господа, я представляю
вам новую итальянскую звезду.
Анна Герман только что получила
"Оскар симпатии - 67".
Мы это сделали!
Ты его действительно выиграла!
ВЫКРИКИ:
Браво! Какой голос!
Браво, Анна! Бис!
-Идем, дорогая.
Швейцария, Франция,
даже Соединенные Штаты...
Они все хотят заключить
с тобой контракт.
Тебя ждет мировое турне.
-Нужно позвонить в Польшу.
-Нет-нет, теперь ты европейская
звезда, Анна Герман. Пора
проститься с Варшавой. Уже завтра
все журналы будут писать о тебе.
Осторожно с платьем, моя королева.
"Новая звезда европейской
сцены Анна Герман!" - как звучит?
Челентано позеленел от зависти,
клянусь мамой. Он, Далида и даже
Сонни и Шер - это уже прошлое.
Будущее - Анна Герман.
-Ренато, ты спал?
-Нет, но это не имеет
значения, моя королева.
Я за два дня исколесил всю
Швейцарию, а потом помчался сразу
к тебе с новостью. Я импресарио
самой популярной певицы Италии.
И теперь сам Доменико Модуньо
будет пожимать мне руку.
-Помедленнее, пожалуйста.
-Спокойно, через час приедем.
-Ренато, что это был за концерт!
За эти полгода я, кажется, влюбилась
в Италию. Но сейчас, пока до турне
осталось две недели, я должна поехать
в Польшу. Ренато!
Хочу повидать маму, бабушку и
всех. И теперь... Теперь я
смогу купить им квартиру.
НАПЕВАЕТ ИТАЛЬЯНСКУЮ ПЕСНЮ
Ренато!
"В тот день на итальянской
автостраде "Солнце" я умерла.
Врачи были бессильны. Ко мне
вызвали родных. Прошла неделя.
Смысла держать меня в больнице
не было. Заботу обо мне доверили
монахиням.
Никто уже не ждал чуда.
Но я все-таки была жива".
Папа!
Где ты, папочка?
Папочка, где ты?
Папочка, где же ты?
Папочка... папа...
Ма... ма...
Ма... ма...
Ма...
Ма... ма...
-Аннушка?..
-Я нашла...
-Тише.
Я нашла его...
Я нашла отца.
ПОЛЬСКИЙ: Отец небесный
вернул ее нам.
-Ну что, Збышек?
-Скорая уже едет.
-Это чудо Господне, Он вернул
Своего ангела на землю.
Воздадим хвалу.
-Где я?
-Все хорошо, Аннушка.
Молчи, милая, только молчи.
-Ты все-таки меня сюда привез?
Спасибо.
-Я здесь, Аня.
-Збышек... Збысь,
прошу тебя, не уходи.
КРИЧИТ
-Что?
-Аня!
-Осторожнее, это позвоночник.
Я дам ей обезболивающее.
-Прошу вас!
-Хорошо, что она еще...
-Тихо-тихо...
-...чувствует боль.
Это хорошо.
-Господи, помоги.
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Добрый день, профессор.
-Это чудо, что она борется
так долго. У нее сильное
внутреннее кровотечение.
-Что он говорит?
-Она борется. Сильное кровотечение.
-Почка похожа на стоптанный
башмак. Она долго борется.
-Почка как башмак.
-Вы должны знать: она никогда
не восстановится полностью.
О нормальной жизни речь не идет.
Это все.
-А ходить?
-Нет. Простите.
-Теперь это дело семьи.
-Что?
-Ты...
...был очень добр к нам.
Но теперь ты должен уйти.
Я не хочу, чтобы Ане было больно.
Сейчас... Потом... Всегда.
Эти страдания.
Ей будет легче, если
ты этого не увидишь.
Я ей объясню.
ПОЛЬСКИЙ: О чем вы говорите?
-Уезжай, я прошу тебя!
ИТАЛЬЯНСКИЙ: Я могу вам
помочь, синьор?


Серия 8

-Больно.
-Все... все уже позади.
-Мамочка...
Тяжело в груди, давит.
Сними это.
Не могу пошевелиться.
Что это?
ПО-ПОЛЬСКИ:
-Это фирменный итальянский костюм.
-Збышек, это ты?
-Аня...
-Как хорошо, что ты здесь.
-Тише.
-Прости.
-Что такое?
-Снимите...
-Что такое? Сестра!
-Аня...
-Уходи, Збигнев, слышишь?
-Сестра!
-Тихо, тихо. Все хорошо, сейчас.
Скорее, пожалуйста!
-Быстрее передай мне шприц.
-Тихо, тихо.
Все хорошо.
-Она никогда не должна
узнать, что... Понимаете?
ПО-ИТАЛЬЯНСКИ:
-Вы меня понимаете?
-Да, хорошо, профессор.
-Профессор!
-А, Збигнев, что обещают
в консульстве?
-Еще одна неделя, синьор Заналли.
Можете подождать? Деньги будут.
-Держи.
Ну вот видишь, осталось всего
4 месяца, и все это снимут.
Давай-ка поедим.
Аннушка...
ГОЛОС В ТЕЛЕФОНЕ:
-Слушаю.
-Тухольский.
-Снова?
-Да, это я. Я бы вам посоветовал
не класть трубку, иначе я позвоню
в полицию.
-Звоните кому хотите.
У меня больше нет ни одной лиры.
-Что?! Алло, алло!
Простите.
Простите.
-Давай предложим им эту группу
из Швеции. Там двое мужчин, две
женщины, и у них прекрасный голос.
-Я уже предлагал. Продюсеры
хотят только Анну Герман.
-Ну тогда сам иди к ним и пой!
-Вы все-таки не пришли.
-Это вы, верно?
-Ей нужны эти деньги. Они нужны Ане.
Вы не понимаете, ей нужна помощь.
-Я понимаю, но наша компания сделала
все, что могла. Больше мы ничего
не можем. У нас нет больше денег.
Мне правда очень жаль. Прощайте.
-Я подам на вас в суд!
ЧИТАЕТ ПО-ПОЛЬСКИ:
"Ты мое счастье, весеннее, зимнее,
летнее, осеннее. Только пожелай мне
доброй ночи, прошепчи сонными
устами". Что такое? Больно?
-Збышек...
-Да, что мне сделать?
-Пойди позови медсестру.
-Уже иду!
Тише...
-Вы уже говорили с профессором?
-Нет.
-Идите, он ждет.
-Аня, тебе лучше?
-Збысь, хочешь, чтобы мне стало
лучше? Забери меня домой...
...или я сама сбегу.
ЗВОН КОЛОКОЛОВ
Дороги свои, сразу чувствуется -
не то что в Италии.
-Только аккуратнее, прошу вас.
-Дома... Как хорошо!
Збышек, убери это.
-Анечка, намокнешь!
Осторожно.
-Но это Анна Герман!
У вас для нее нет места?
-Где я вам возьму свободное место?
Выставлю из палаты тяжелобольного?
Пока здесь, в коридоре.
-Что?! Ну, знаете!
-Збышек!
-Идите за мной.
-Аннушка, я сейчас. Не волнуйся,
я скоро.
ЗВОН КОЛОКОЛОВ
-Ромек, иди сюда, познакомься
с новенькой. Красивая,
как снежная королева!
-Новенькая? Что-то мне твое лицо
кажется знакомым. Невероятно, Войтек!
Знаешь, кто это? Анна Герман.
-Это вы?
-Это она, я уверен.
-Это точно она!
-Не волнуйся, все будет хорошо.
-Мама!
-Посмотрите,
это же Анна Герман!
-Пожалуйста, не трогайте меня! Мама!
-Господин министр!
-Господин, пожалуйста, стойте.
Сюда нельзя.
-Господин министр!
-Стой!
-Я не министр. Чего вы хотите?
-Кто вы? Мне нужен министр,
он должен мне помочь.
Не мне, Анне Герман!
-Пустите его.
-Вы будете лежать
в отдельной палате.
Окна не открывать и не зашторивать.
Свет не тушить, он должен гореть
всю ночь. Никакой еды на столике.
Посещения с 9 до 18.
Можете навестить дочь завтра.
-Простите, но в Италии мама была
со мной даже ночью.
-Слава Богу, здесь
не Италия. Прошу на выход.
-Аннушка, не волнуйся.
Я к тебе завтра утром приеду.
Так... вот наш календарик.
До завтра.
-Прошу на выход.
Отдыхайте.
-А знаете, может, уже завтра!
-Правда? Вы меня освободите?
-Посмотрим.
-Мама, дай мне его!
-Госпожа Бернер, идите со мной!
Вот, это все ваше. Мы уже не знаем,
где это все хранить.
-Что это?!
-Письма, насколько понимаю,
от поклонников. Сможете их забрать?
-"Анне Герман".
Чикаго... Болонья...
Новосибирск. Господи!
Почему вы их не приносили?
-Это больница, а не главпочтамт.
И доктор сказал, что пациентку
нельзя волновать, поэтому
заберите их. И эти тоже.
-Пан Рысь? Наконец-то!
Вы?
Что вам надо?
-Это тебе. И...
Это полезно.
Аня... мне жаль, что так...
Ирма, я уезжаю.
Насовсем, с вещами.
И вы поедете со мной.
Ирма, пожалуйста, послушай меня.
Тебе дадут квартиру, обеспечение.
Там же лучшие врачи, они смогут
помочь. Ты не должна бояться.
-Нам ничего от вас не нужно.
Заберите это.
-Ты же знаешь, что я прав.
-Уходи.
-Я пришлю машину вечером.
-Это после всего...
-Аня, а вдруг он прав?
-День добрый.
-Здравствуйте.
-День добрый.
Ну что, птичка, ты готова?
-Господин Рысь, вы будете
это пилить?
-Госпожа, нельзя же так! Не бойтесь,
не будет больно. Может, вы споете мне
любимую песню о танцующей Эвридике?
-Я не помню слов.
-Действительно? Тогда я вам спою.
ПОЕТ ПО-ПОЛЬСКИ
-Что-то не так, господин Рысь?
-Все в порядке.
Бог мой...
-Господи, я опять могу дышать!
Я даже не знала, что это
такое счастье.
Ах!
-О господи!
-Ах! Да как же это, а?!
-Я не чувствую ног.
Я не чувствую ног...
-Что вам?
-Пиво. Нет, портвейн.
Еще.
-Паршивая погода, правда? В такую
хмурую погоду человек не должен быть
один. Или что-то случилось?
Почему вы один?
-Я не один.
-Вы что-то скрываете. Или вы
старомодный? Вы боитесь женщин?
Пойдемте, с нами вам не будет скучно.
-Простите.
-Что-то случилось?
-@то не для меня. Простите.
ПОЕТ АННА ГЕРМАН
-Надежды нет. Все центры управления
мышцами вышли из строя. Нервные
клетки погибли. Навсегда
прикована к постели.
-Навсегда. Навсегда.
-Куда вы идете? Остановитесь!
-Вы женщина или нет? Можете
вы понять? Пожалуйста.
-Уйди.
-Нет.
-Мне не надо от тебя жалости.
-Я не жалею тебя.
-С самого начала ты лгал. Ты знал,
что это конец. Зачем тебе это?
Ты слишком добр, чтобы бросить
инвалидку? Верный идеальный Збышек?
Я очень тебе за все благодарна, но
я больше не хочу тебя видеть. Уйди.
-Ну что, еще раз включить, да?
ИГРАЕТ ПЕСНЯ
-Уходи.
-Аня, сколько ты меня знаешь?
7 лет? Ты же знаешь, что так просто
я не уйду. А кто будет мне петь?
-Найдешь себе другую.
Что ты делаешь?
-Знаешь что, Аня? Я был в баре
и долго думал. И я так подумал,
что в Варшаве много красивых
девушек, и некоторые хорошо поют.
-Правда?
-Знаешь, я пробовал, я хотел,
пробовал, но не получается.
А сейчас ты моя.
И никуда уже не уйдешь.
А это редкое счастье.
-Збышек, я не хочу, чтобы ты так жил.
-А я не хочу по-другому.
Аня, я ждал тебя 7 лет.
А сейчас ты уже не уйдешь.
Сейчас ты уже только моя.
-Такая?
-Такая. Не верь тому, что говорят
врачи, консилиумы, авторитеты.
Я верю, что ты будешь ходить, будешь
петь, путешествовать. Не верь им,
верь себе. Я в тебя верю.
-Все на гимнастику! На гимнастику!
-Аня, попробуем?
-Ты им сказал, что это
только на праздники?
-Да.
-Но я больше никогда сюда
не вернусь, правда?
-Нет.
-А где мы будем жить?
-Мы получили квартиру
от министерства на какое-то время.
-Правда? У нас будет своя
квартира? Надеюсь, стены
там не будут белыми.
-Перекрасим.
-Нет, я не хочу в машину.
-Хочешь отсюда уехать? Закрой глаза.
Не бойся. Хорошо.
Хорошо.
Посчитай до 10 - и мы будем дома.
-Нет, не хочу считать до 10.
А кухня у нас большая?
-Огромная!
Вот наша квартира. Мы получили ее
благодаря щедрости министерства.
-А где ванная?
-Здесь.
-Нужно повесить зеркало.
-Да, хорошо.
А здесь туалет.
-Очень подходящее место.
-Ну, Аня. Я очень скучал.
Кухня.
-Спасибо.
-На самом деле, может, не видно,
но окна выходят на юг, здесь
прекрасный восход солнца.
Там Висла, будем ходить туда
на прогулки. А весной я найду
лодку, и мы сможем плавать.
-А где наше гнездышко?
-Здесь будет пианино.
Подожди.
-Больно!
-Прости. Мне не стоит.
-Ничего.
Больно...
-Аня, где-то тут таблетки.
Я купил лекарства, которые
тебе давали в больнице.
-Не надо.
Выключи свет.
-Что?
-Не надо.
Уйди.
-Хорошо.
-"Уже 5 месяцев, как я пишу.
Я пишу книгу об Италии и о катастрофе.
Почему-то верю, что, когда допишу...
смогу ходить. И тогда приеду,
бабушка, к тебе. А недавно..."
-Мама, ну сколько можно читать
одно и то же? Хватит.
Выпей вот это, тебе поможет.
-От чего? От старости?
Я радуюсь. Счастливая Анечка.
-Счастливая?
-Да.
Она молодая. Сейчас не 30-е годы.
У нее есть мужчина, которого
не разбудят среди ночи
и не увезут навсегда.
Увидишь, они справятся.
-Оставь меня в покое.
Я больше не могу. У меня
ужасно кружится голова.
-Сегодня всего на 10 градусов
больше. Держись.
-Что-то горит. Горит!
-О черт! Овсянка.
-Подожди!
Опусти меня назад.
-Хорошо.
Я сейчас вернусь.
Вот черт.
Может, яичницу?
-Я не хочу. Развяжи меня.
-Черт побери.
-Что ты там жаришь?
-Яичницу.
-Я ведь говорила,
что не хочу яичницу.
-Хорошо.
-Лучше бы ты вымыл пол.
По всей квартире грязь.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Кто это?
-Не знаю.
Хорошо, господа. Спокойно, медленно,
в гостиной. Здесь поворачиваем.
Здесь в комнату.
Осторожно с этим. Хорошо.
Осторожно. И под стенку. Осторожно.
Если бы вы могли повернуть так...
Хорошо. Спокойно, прошу.
Вот так. Спасибо. Так может быть.
Большое спасибо. Спасибо.
Аня, я хотел...
-Что? Ты хотел мне напомнить,
что я ни на что не гожусь?
Что вся потеряно?
-Ну так не пой.
-Что значит "не пой"?!
Ведь даже врачи не дают мне
никакой надежды! Так зачем?
У меня не получится.
-Да. Да, не получится.
Да, ты никогда не будешь ходить!
Да, ты никогда не будешь петь!
Что, легче тебе теперь?
-Убирайся!
Куда ты идешь?
-Збышек!
-Лешек! Привет.
СМЕЮТСЯ
А Юлек и Янек еще в команде?
-Они играют.
Может, вернешься, а?
-Нет. Я пойду.
Мне нужно купить молоко.
-Ты изменился. Бедняга.
Не повезло тебе.
Ну ничего. Зато квартира после
всего этого. Ты уже прописался?
-Иди уже. Играй.
-В чем дело?
Ну что ты?
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Я вернулся.
Что случилось?
-Я действительно пытаюсь,
но у меня ничего не получается.
-Неправда.
Посмотри, сколько ты сама разбросала.
Аня, я пришел, чтобы сказать тебе,
что... Как бы это выразить?
Просто я хочу тебе сказать,
что... женюсь.
-Да? Ну хорошо.
Так и должно быть.
На ком?
Я знаю ее?
-Знаешь, знаешь.
Такая высокая девушка.
-Нет, я так не хочу.
-Аня...
-Это не так
должно быть, пойми.
-Не видишь?
-Что?
-Ты сидишь.
Ты сама сидишь!
Аня, ты сидишь!
-Посади меня на пол.
-Что?
Хорошо.
-Принеси мне ведро и тряпку.
-Что? Хорошо. Подожди.
-Господи...
-Вот.
-Господи, я сама мою пол.
Сама мою пол!
Ты даже себе представить
не можешь, какое же это счастье!
-Мама! Ложись спать.
-Меня всегда это поражало.
Еще с детства.
"Любовь долготерпит,
милосердствует, не гневается,
не помнит зла, всему верует".
Ирма, возьми.
Отдай Анне.
-Мама, я тебя прошу. Ты все сама
отдашь Анне и все скажешь.
-Возьми, говорю.
Отдай Анне.
Воды... Пить очень хочется.
-Все-таки какой он молодец, а.
Раньше такого сказать нельзя было.
Ойген таким же был.
Помнишь?
Мама...
-А хлеб к овсянке с маслом?
-Буду.
-Аня, угадаешь, что будет на обед?
-Не представляю. Картошка?
-Нет. Суп с клецками.
Пани Геня дала мне рецепт.
Готовься. Сейчас принесу завтрак.
-Мне стыдно. Ну какая я жена?
-Ужасная.
ЧИТАЕТ ПРО СЕБЯ: "Мне бы очень
хотелось вычеркнуть из памяти
целых 2 года, чтобы когда-нибудь
без всякого внутреннего
сопротивления запеть одну
из чудесных неаполитанских песен".
Ты закончила книжку?
-Только она не помогла мне забыть.
Ничего не закончилось.
Я все время возвращаюсь
на ту автостраду.
В ту проклятую машину.
Каждую ночь я думаю...
Збысь, почему я?
За что?
-Не знаю.
Все, чему я научился
за этот год, Аня, -
это то, что иногда
один день равняется целой жизни.
Сегодня живешь в горести,
завтра - в надежде.
Послезавтра - в счастье.
А потом... потом приходит отчаяние.
И единственное, что тебе остается
на каждый день, что держит
тебя, - это любовь.
Не знаю почему, почему мы.
Но я знаю, что я тебя люблю.
И верю. Верю, Аня,
что ты будешь ходить.
И будешь петь.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Я сама.
МУЗЫКА, ПОЛНАЯ НАДЕЖДЫ


Серия 9

ПО-ПОЛЬСКИ: -Здравствуйте.
Добрый день.
-А сейчас - певица, которая попросила
не называть ее фамилии. Скажу только,
что то, что мы ее здесь видим,
господа, это самое большое чудо,
которое увидишь в жизни.
-Да это ведь... Не может быть. Анна?
-Может, просто похожа? Нет,
точно она, но как?
-Через столько лет... Не может быть.
-Святые угодники, это она.
-Аня! Аня!
-Боже всемогущий, это она!
-Я очень за вами соскучилась.
-Пани Анна, с возвращением!
-Герман! Герман!
-Она вернулась!
-Я хотела вам спеть.
-Збигнев, 20 минут.
Они стоят уже 20 минут.
Я еще такого не видел.
-Она устала.
ПОЕТ ПО-ПОЛЬСКИ
-Действительно, красиво здесь.
-Я сама сюда дошла.
-Это, кажется, она.
Госпожа Герман, мы не ошиблись?
-Да.
-Я очень рад.
Мы все рады. Кася, моя девушка,
она молилась за вас.
-Спасибо.
-Мы смотрели, когда вам вручали
"Золотую пластинку". Вы позволите
нам сделать общее фото?
-Конечно, пожалуйста.
-Вы можете нас сфотографировать?
-Пожалуйста.
-Вы действительно смелая.
Сомневаюсь, смог ли кто-то
из нас сделать так, как вы.
-О господи!
-Как же такое могло произойти?
Нужно вызвать скорую.
-Збышек!
-Скорее помогите ему.
-Збышек...
-Тихо, не надо.
-Скорее!
-Это должна была быть я.
-Что ты говоришь?
-Она рядом, она ходит за мной.
Я боюсь.
-Посмотри на меня. Ничего плохого
с тобой не случится, понимаешь?
Ничего больше с тобой не случится.
-Иногда мне кажется, что там наверху
кто-то по ошибке послал меня обратно.
Зря вернул с верного пути. Я должна
была умереть - так должно было
случиться.
-Сейчас ты на верном пути,
нужно идти до конца.
-Куда?
-Сейчас увидишь. Пошли,
а то мы никогда не решимся.
-Поздравляю молодых!
-Спасибо.
-Спасибо.
-Всего наилучшего
на новом жизненном пути.
-Мои поздравления.
-Спасибо.
НАПЕВАЕТ МАРШ МЕНДЕЛЬСОНА
-Наконец.
Наконец. Теперь ты моя.
-Я уже 12 лет твоя.
-Нет, теперь у меня есть свидетели.
Ты уже никуда не сбежишь.
Анна Герман-Тухольская.
-Повтори это еще раз.
-Анна...
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Нет, больше никогда.
Это глупо. Ты моя жена. Никому
не позволю, никому тебя не отдам.
Ничего не бойся.
-Збысь, знаешь, я поняла...
Не спи.
Я поняла, что не могу,
не хочу так просто взять и уйти,
ничего после себя не оставив.
Жизнь - это подарок. И ее нужно
передать, понимаешь?
В этом и есть смысл, Збысь.
-Держи, папа!
-Дай мне, дай!
-Бьянка, уступи братику,
он же маленький.
-Но я тоже маленькая.
-Совсем глупыш.
-Я тоже хочу быть маленькой и глупой.
Ты меня будешь больше любить?
-Подавай! Как хорошо!
-Здравствуй, любимая.
-Здравствуй.
Вчера ты рано уснул.
-Это горный воздух так действует.
Ты рано встала.
-Пару дней назад звонили
из министерства, предлагали
бенефис в Советском Союзе.
-Не знаю, что должно было бы
произойти, чтобы ты не уезжала.
-Ты правда не догадываешься?
-Наверное, ничего.
-Неправда.
-Надо собираться. Через полчаса
мы должны отдать комнату.
-Збысь...
-Аня...
Мы будем счастливы вдвоем.
Аня, ты не знаешь, где наш чемодан?
-Мама была бы рада за вас.
-Ты родилась в войну? Наверное,
бабушке было страшно в эти годы.
И все-таки ты родилась.
А я? 1936 год... После голода, когда
вас лишили всего и выслали, когда
забирали всех, особенно немцев...
-Аня, ты это к чему?
-Но все-таки ты родила меня.
-Что случилось? Вы поссорились?
-Мама, это важно. Я не могу, не хочу,
я не должна прервать это.
Я хочу ребенка.
Значит, вы это решили, без меня.
А ты, Збысь, ты же любишь детей.
-Мы не можем рисковать. Знаешь,
что говорят врачи? Как можно
меньше стрессов. А беременность
и роды, сама понимаешь...
-Да, но однажды они уже
ошиблись, что я не смогу ходить, что я
не смогу петь, а почему теперь?
-Аня...
Аня, я не хочу тебя потерять.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Слушаю.
-Добрый день. Это студия грамзаписи
"Мелодия", Москва. Могу я поговорить
с Анной Герман?
-Да, она здесь.
-Будьте добры, пригласите
ее к телефону. Это Анна Качалина.
-Тебя. Москва, Анна Качалина.
-Слушаю.
-Добрый день, Аня, у меня есть
для вас замечательная песня.
-Какая песня?
-Называется "Надежда".
И никто ее не споет так, как вы.
-Я готова.
Светит незнакомая звезда,
Снова мы оторваны от дома,
Снова между нами города,
Взлетные огни аэродрома.
Здесь у нас туманы и дожди,
Здесь у нас холодные рассветы,
Здесь на неизведанном пути
Ждут замысловатые сюжеты.
Надежда - мой компас земной,
А удача - награда за смелость.
А песни довольно одной,
Чтоб только о доме в ней пелось.
Что это?
-Это? Любовь.
-Ты поверь, что здесь, издалека,
Многое теряется из виду, -
Тают грозовые облака,
Кажутся нелепыми обиды.
Надо только выучиться ждать,
Надо быть спокойным и упрямым,
Чтоб порой от жизни получать
Радости скупые телеграммы.
Надежда - мой компас земной,
А удача - награда за смелость.
А песни довольно одной,
Чтоб только о доме в ней пелось.
И забыть по-прежнему нельзя
Все, что мы когда-то не допели,
Милые усталые глаза,
Синие московские метели.
Снова между нами города,
Жизнь нас разлучает, как и прежде.
В небе незнакомая звезда
Светит, словно памятник надежде.
Надежда - мой компас земной,
А удача - награда за смелость.
А песни довольно одной,
Чтоб только о доме в ней пелось.
Спасибо. Спасибо, дорогая.
Прекрасные девочки, прекрасные.
Спасибо вам большое, спасибо.
Ой, моя прекрасная, спасибо!
СТУК
Да?
-Умница.
-Спасибо.
-Это все ты. Эта песня...
СТУК
-Анна!
ХОРОМ: Которая?
-Товарищ Герман!
-Заходите же.
-Извините, вас машина ждет.
-Отпускайте, я сама провожу
товарища Герман.
-Нет, вы не поняли.
Вас ждут в Кремле.
Прошу.
Направо, пожалуйста.
-Пропуск.
-Прошу.
-Прошу вас.
-Проходите.
Вас ждут.
-Товарищ Герман.
Или лучше сказать - фрау.
Жаль, что не послушались меня тогда.
Видите, как вас любят,
потому как здесь вы дома.
-Что вам нужно? Хочу напомнить,
что я гражданка Польши.
-Я помню.
Я всегда говорил, что мне очень
нравятся ваши песни.
Садитесь.
Присаживайтесь, прошу.
-Я не голодна.
-Он ценит и любит ваши песни, поэтому
хочет, чтобы вы вернулись на родину.
-На родину?
-Квартиру дадим с машиной,
дача обеспечена, звание народной
присвоим, мужу подыщем работу
в достойном КБ, а мама...
А мама пусть не боится.
Пейте.
-Разве дочь немецкого шпиона
может стать советской певицей?
-Ваш отец реабилитирован в 1956-м.
-Где он?
-Халатность Комитета, извращения
власти... Тогда многое делалось
сгоряча.
-Где его могила?
А если я попрошу Леонида Ильича
лично помочь мне найти отца? Если
скажу, что знаю, кто это сделал?
-Правосудия захотелось?
Так что мне передать Леониду Ильичу?
Анна Герман станет советской певицей?
-Что же мы вам сделали? Почему
вы нас не оставите в покое?
Нам ничего от вас не нужно.
Зачем вам все это?
-У меня больше никого нет.
-Я уже заканчиваю. Аня, отзовись.
Не будем же мы все Рождество
молчать?
Что сказал врач?
-Надежда - мой компас земной...
-Аня...
-Что... Сказал...
Надо только выучиться ждать,
Надо быть спокойным и упрямым.
Я так больше не могу, Збысь.
-Аня, я...
Ты же знаешь, это
не только моя прихоть.
-Я хочу жить нормально.
Я хочу этого ребенка, твоего ребенка.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Мы пришли колядовать.
-Не надо.
-Нет, спойте. Я хочу.
ПОЮТ ПО-ПОЛЬСКИ
Прекрасная улица, не находишь? Здесь
парк, там остановка, недалеко центр.
Мама, ты долго жила в коммуналке?
Вот.
Все-таки сбудется,
у нас будет свой дом.
-Целый дом? Это неразумно.
За что?
-Я согласилась на турне: США,
Германия, Англия. Этого хватит.
И пускай тяжело,
зато у нас будет свой дом.
-Я прошу тебя, умоляю, это все
не дороже твоего здоровья.
Не думаешь о себе - подумай о нас.
ТВ: Наконец, Хельсинки, 1975 год.
Историческое совещание руководителей
33-х стран Европы, США и Канады. Это
было событие, которого Европа
не знала ранее. Подписывается
заключительный акт.
ДРУГОЙ КАНАЛ ТВ: Пять лет назад
я спрашивала своих слушателей,
как мне поступить: следовать
моде и изменить манеру
исполнения песен или
оставаться верной себе.
-Насколько я помню, ответом была...
-Да, моя золотая пластинка
"Человеческая судьба".
-Первая после той
злосчастной катастрофы.
-Слушатели тогда писали мне
в письмах, что благодаря этому мой
голос стал еще сильнее, что это
закалило его. Но это, конечно,
неправда. Просто теперь я пою
только то, что хочу, и радуюсь
каждой минуте своей жизни.
-Недавно вам исполнилось 39 лет, вы
популярная певица, носите почетный
титул варшавянки года, у вас большие
творческие планы, но чего-то
еще вам не хватает?
-Чего не хватает?
Наверное, больше новых хороших песен.
-Одну из таких новых песен госпожа
Герман согласилась исполнить
сегодня для наших зрителей.
Пожалуйста.
-Господи, помогите ей!
-Что случилось?
-Я же предупреждал! О чем вы думали?
В ее возрасте и состоянии это верх
легкомыслия. Она не сможет выносить
эту беременность, понимаете?
-Сможет, вы ведь ее знаете, доктор.
-А если почки откажут,
что будем делать?
-Нельзя так рисковать.
-Надо точно определить, какая неделя.
-Для этого уже слишком поздно,
господин Яблонский.
-Это магнезия, она снимает мышечное
напряжение. Сейчас осторожней - есть
угроза беременности.
-А что мне делать?
-Просто лежать.
-В этом у меня большой опыт.
ЗВУЧИТ ПЕСНЯ А.ГЕРМАН
НА ПОЛЬСКОМ ЯЗЫКЕ
-Шевелится.
-Будет мальчик.
-А если девочка?
-Тогда выбросим ее в окошко.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло. Да.
-Осторожно! Едем быстрей! Осторожно!
Все будет хорошо.
Еще чуть-чуть. Еще минуточку.
-Мой маленький.
-Подожди, руку.
-Руку. Маленький Збысь.
-Это твой дом.
-Посмотри.
А это наша бабушка.
-Иди-ка сюда.
С тобой вообще не разговариваю.
-Госпожа Ирма...
-Не буду петь. Сейчас.
Животик болит.
Мой хороший.
Збисюля!
-Мама, а я быстрее, не догонишь!
Мама, я самый сильный! Смотри,
как я могу.
-Любимый мой.
-И ты у меня самая любимая,
а еще папа и бабушка.
Мама, почему листики желтые?
-Давай спросим.
-Простите...
Госпожа Анна, это вы?
-Да.
-Мама, пойдем.
-Можно у вас попросить автограф?
-Да, пожалуйста. Для кого подписать?
-Для Иоанны.
Вы смелая. Такой
голос, подаренный Богом.
-Идем уже, я мороженое хочу.
-Спасибо. Пойдем.
-Мама, ты очень медленно
ходишь, и бабушка тоже.
-Посмотри.
-А это очень скучно. Я сейчас
покажу, как надо. Не догонишь!
-О чем речь? Он еще
очень маленький, я не могу.
-Анна, вас очень ждут ваши
советские поклонники.
-Спасибо, но нет, никак.
-Анна...
-До свидания.
Как ты, воробушек?
Поиграешь еще сам?
-Мама, покрути меня.
-Ты уже не такой легкий.
-Пожалуйста.
-Хорошо, иди.
-Полетели-полетели! Выше!
Еще, в другую сторону!
-Ты сам летишь.
-Мама, еще, еще.
В другую сторону.
-Ну, держись.
-Полетели! Выше, выше!
Вставай.
-Я расскажу тебе сказочку, хочешь?
Жила-была птичка, которая очень
любила петь. Так пела и летала.
И встретила она другую птичку,
и начали они петь вместе,
и свили себе гнездышко,
и родились у них птенцы.
-Надоело про птичку. Бабушка!
-Что, мой дорогой?
-Бабушка!
-Что случилось?
-Бабушка...
-Что такое, кто обидел?
-Я говорю, давай еще полетаем,
а она упала на пол и спит.
-Ну-ка, мама обидела?
Нет-нет.
Анна, Аннушка, что с тобой? Анна!
-Ура, бабушка, дядя в фуражке пришел.
Папа мне такую же подарит.
-Госпожа Ирма, день добрый.
-Добрый день.
-Телеграмма для госпожи Анны.
-Бабушка, это письмо? Почитай мне.
-Збысь, а где мама?
-Давай-давай.
-Аня!
-Ты зачем встала?
-По-моему, жар уже прошел.
И надоело. Сколько можно
болеть? Кушай, воробушек,
ты должен быть сильным.
-Таблетки.
-Опять.
-Дай.
-Нет, нельзя. Кто-то приходил?
-Когда?
-Час назад.
-Молочник приходил. Иди ложись.
-Телеграмма.
-Ешь.
-Что?
-Дядя в фуражке принес.
-Телеграмма, да, Збысь?
-Да, почтальон еще был.
-И что?
-На холодильнике.
-Анна, не вздумай.
-Господи! Ты только послушай...
"И даже в краю наползающей тьмы,
За гранью смертельного круга,
Я знаю, с тобой не расстанемся мы..."
-Аня, не смей, слышишь?!
-Пожалуйста, мама, этого
нельзя не спеть.
-Не делай этого, Аня,
ты плохо себя чувствуешь.
Мы должны сделать анализы.
-К чему эти жертвы? К чему?
-Что вы как маленькие?
Все будет хорошо. Да, Збысюля? Спроси
папу, он отвезет меня в аэропорт?
Или мне надо вызвать такси?
-Мама, давай я тебя
отвезу быстро-быстро.
-Дай, я сама.
-Зачем эта спешка?
-Им нужно быстро записать песню
к фильму.
-Может...
Может, я полечу с тобой?
-Нет, у тебя работа. Я быстро,
туда и назад. Отпустишь маму?
-Хорошо, едь.
-Ты мой воробушек!
Мама...
Спасибо.
-Пожалуйста.
-Спасибо вам за ваш концерт!
-Дайте автограф!
-Вы так прекрасно пели!
-Все хорошо, доктор, уже прошло.
-Странно. Возможно, был тромб.
Обследование покажет.
Вам нужен покой.
Останьтесь, отдохните.
-Не могу, доктор, меня ждут
в студии.
И в Варшаве.
-Опаздывает.
-Не беспокойтесь, она приедет.
-Здравствуйте.
Простите, я немного опоздала.
-Анечка, я уж думала...
-У вас в Москве
стало так много машин.
-Давай сюда.
Анечка, познакомьтесь,
это режиссер фильма.
-Здравствуйте.
-Евгений.
Понимаете, Аня, это фильм о трудной
земной и одновременно неземной любви.
О войне, о вере. И ваша задача...
-Я знаю. Мы можем начать? Пожалуйста.
-Без репетиций?
Давайте.
-Спасибо.
Так легче, правда.
Я готова.
Покроется небо пылинками звезд,
И выгнутся ветки упруго.
Тебя я услышу за тысячу верст.
Мы эхо...
-Стоп.
-Что случилось? Не волнуйтесь,
давайте еще раз.
-Приготовились.
-Покроется небо пылинками звезд,
И выгнутся ветки упруго.
-Стоп! Стоп!
-Извините.
-Да что с ними сегодня такое?!
-Покроется небо пылинками звезд,
И выгнутся ветки упруго.
Тебя я услышу за тысячу верст.
Мы эхо...
Мы эхо...
Мы долгое эхо друг друга.
Мы эхо...
Мы эхо...
Мы долгое эхо друг друга.
И мне до тебя, где бы я ни была,
Дотронуться сердцем нетрудно.
Опять нас любовь за собой позвала.
Мы нежность...
Мы нежность...
Мы вечная нежность друг друга.
Мы нежность... Мы нежность...
Мы вечная нежность друг друга.
И даже в краю наползающей тьмы,
За гранью смертельного круга...
-Что скажете?
-Мы память... Мы память...
Мы звездная память друг друга.
-Печально. Рак.
-Знаете, чьи это результаты?
Анны Герман.
-Мы эхо... Мы эхо...
Мы долгое эхо друг друга.
Мы эхо... Мы эхо...
Мы долгое эхо друг друга.


Серия 10

ЖУЖЖАНИЕ ШВЕЙНОЙ МАШИНКИ
-Ба, это ты?
Это ты.
Знаешь, мне такое приснилось,
страшное - вся жизнь во сне: авария
какая-то, боль, я в бинтах, в гипсе,
и что тебя уже нет.
Глупости какие-то.
Что ты шьешь?
-Платье тебе.
-Я посмотрю?
Белое?
-На свидание твое, Аня...
...с Господом нашим.
ПО-ПОЛЬСКИ: -Аня...
Что случилось? Аня...
Аня... Тшшш, тихо.
Все... Все хорошо.
-Бабушка.
-Анюта, опять?
Это только сон.
-Сон?
-Давай...
Ложись.
Хорошо-хорошо, тихонечко.
Спокойно.
Твоя нога. Эти травки...
От них никакого толку, Аня.
Я скажу врачам.
-Нет. Не надо говорить
врачам. Это только сон.
-Спокойно.
-Спи.
-Так...
Теперь закрываем глаза. Ну-ка?..
ПО-ПОЛЬСКИ: -Открывай.
-Торт!
-Торт.
-Нет, сначала надо
загадать желание.
-Загадал? Дуй.
-Браво!
-Браво! С днем рождения,
малыш! С днем рождения!
-Папа, видишь, какой я сильный?!
Я задул все свечи!
-Давай.
-Держи. Самый большой.
-Самый большой кусок торта.
-Анна, давай тарелку.
-Нет, я не буду, мама.
-Что за ерунда? Ты совсем
истощала на своих отварах.
-А я говорил...
-Бысюля, иди ко мне!
-Мама!
-Мой любимый мальчик! Что привезти
самому лучшему мальчику на свете?
-Танк.
-Но у тебя уже целая дивизия танков.
-Ну маленький.
-Збигнев, и что ты молчишь?
-Аня... Мама права.
Ты не должна ехать.
-Но меня ждут. Я должна.
Я хочу поехать.
Извини, Збышек. Простите. Извините.
-Пойдем. Оп! Иди-ка сюда.
Аня, ты идешь?
Аня! Открой!
Тебе плохо?
-Сейчас иду.
Все в порядке.
Проедьте, пожалуйста,
к черному входу.
-Здравствуйте.
Анечка!
-Привет, дорогая.
-Привет! Похудела, бледная какая...
Что ты с собой делаешь?
-Это только самолет.
-Что с ногой?
-Ушиблась с Бысюлей на качелях.
-Ну как там Бысь?
-Знаешь, что на днях заявил?
Что мужчины - такие роботы.
-Очень проницательный.
Тебе нужно показаться врачу.
Вдруг что-то серьезное?
-Ты знаешь, как я их люблю!
Нет-нет, сейчас пройдет.
Сейчас пройдет.
Аня, сколько людей!
-Видела бы ты, сколько их там,
снаружи, и со всех сторон:
"Лишнего билетика не найдется?"
-Я буду скучать по России.
Родное здесь все.
-Что у тебя за настрой?
Они к тебе за светом душевным
идут, как в храм, а ты?..
-Господи, я такая счастливая!
Это и радость, и смысл. Жаль только,
что не спела, что хотела.
-Так, после серьезно поговорим.
Ну... с Богом!
-Здравствуйте. Наконец-то.
Я очень ждала нашей встречи,
дорогие мои.
Спасибо. Спасибо вам за ваши письма,
спасибо за любовь...
Спасибо, что вы есть.
Вы очень нужны мне. Потому что
именно вы даете мне силы
и жить, и бороться, и петь.
Вот идет по свету человек-чудак,
Сам себе тихонько улыбаясь.
Видно, в голове какой-нибудь пустяк,
С сердцем, видно, что-нибудь не так.
Приходит время,
С юга птицы прилетают,
Снеговые горы тают
И не до сна!
Приходит время,
Люди головы теряют.
И это время
Называется весна.
Сколько сердце валидолом не лечи,
Все равно сплошные перебои.
Сколько тут не жалуйся и не ворчи,
Не помогут лучшие врачи...
Приходит время,
С юга птицы прилетают...
Снеговые горы тают
И не до сна!
Приходит время,
Люди головы теряют.
И это время
Называется весна.
Поезжай в Антарктику без лишних слов,
Там сейчас как раз в разгаре осень.
На полгода ты без всяких докторов
Снова будешь весел и здоров.
Приходит время,
С юга птицы прилетают,
Снеговые горы тают
И не до сна.
Приходит время,
Люди головы теряют.
И это время
Называется весна.
Весна! Весна!
Весна!
-Извините, пожалуйста.
Можно?
Сейчас.
Сейчас, ребята.
Давайте.
Вот сюда... аккуратно кладите.
-Спасибо.
-Да что ж это такое, а?
Больно?
Вызывайте врача. Скорее!
-Нет, не надо.
Спасибо.
Вы уже можете идти.
-Анечка!
Анечка, да что же это
за ушиб-то такой, а?
-Не надо врача.
-Господи, что это?
-Все нормально, сейчас пройдет.
-Анечка, как же это? Что ж ты
молчишь? Что ж ты терпишь?
Надо что-то делать.
У меня есть друг в институте,
он договорится.
-Аня, я не молчу, я пою.
У меня мало времени.
Пока могу, я буду петь.
-За что?
Господи, тебе-то за что?
-Да ну уж, я ведь не ангел,
просто человек.
-А Збышеки, мама? Они знают?
Милая моя...
Но это же несправедливо!
-Да, я знаю.
Теперь уже не скрыть.
Теперь можно.
Подай телефон.
-Не сказала. Никому
ничего не сказала.
-Не хотела в больницу.
-Можно что-то сделать, Збышек?
Почему она никому ничего
не сказала?
-Бабушка, посмотри!
-Бысюль, не сейчас.
-Папа, вот, посмотри.
-И это все... Это все ты нарисовал?
-Да, я.
-Ты даже сама не знаешь, сколько
мне дала твоя дружба. Все твои
песни, ради них стоило...
-Не надо. Молчи.
Я подберу тебе новые. Сейчас много
стали писать хорошего, настоящего.
-Мы ведь с тобой будем дружить
до самого финала? Правда?
-Ты знаешь, композиторы...
Они все хотят писать
теперь только для тебя.
-Да, я успею.
-Конечно.
Конечно.
-Мамочка!
-Бысюля!
-Я так по тебе скучал!
-Мой любимый воробушек!
А знаешь, что мамочка
тебе привезла? Посмотри.
-Мама, ты мне танк привезла?
Мама, пока тебя не было,
мы с папой строили железную дорогу,
такую большую-пребольшую.
Мама, поиграем?
Смотри, что я умею!
"Гос-по-дин Твар-дов-ский".
Мама, видишь, какой я молодец?
Я уже почти умею читать.
Бабушка, посмотри,
какая у меня книжка!
И я скоро сам смогу ее прочитать.
Папа!..
Папа!..
-Привет, солнышко.
Как себя чувствует мама?
-Она лежит и совсем не хочет со мной
играть.
-А поцелуй для папы?
Держи. Занеси это бабушке на кухню.
-Бабушка, смотри, что папа принес!
-Селедка. Ты откуда ее взял?
-В настоящее время Апокалипсиса
в магазинах один уксус.
-Можно понюхать?
Ой, как вкусно пахнет!
-Анна, ты зачем встала?
-Иди ко мне, мой воробушек!
Иди к маме.
-Мама, пусти!
-Твоя Аня из Москвы прислала
новые лекарства.
-Аня...
Я встретил директора эстрады,
и он попросил...
Ты бы могла посмотреть новые песни?
Конечно, когда захочешь.
Они очень скучают по тебе.
-Не надо, Збысь.
-Может, я сделаю тебе укол?
-Нет, я потерплю.
ПОЕТ НА ПОЛЬСКОМ
ЗВУЧИТ ПОЛЬСКАЯ ПЕСНЯ
СТРАШНАЯ МУЗЫКА
-Мамочка!
-Как тебя зовут?
-Аня. А тебя?
Ты потерялась?
-Нет, малыш. А ты одна?
-Я маму ищу. Папа говорит,
она уехала куда-то далеко.
Только я не верю. Она бы ни за что
не уехала без меня, да?
-Аня!
-Папа, я пойду.
Не плачь. Ты хорошая.
-Анна...
Зачем ты?
-Нам надо его найти.
-Кого?
-Да.
-Товарищ генерал, тут такое дело.
Анна Герман подала запрос
на выяснение места захоронения отца.
-Что?
-Запрос о захоронении
Ойгена Германа.
-Когда?
-Два дня назад.
-Господи, я не понимаю,
как я согласилась!
Я не хочу. Я не могу.
-Мама, мы должны.
Я должна узнать наконец.
-Осторожнее.
-"Жила на свете маленькая птичка.
Больше всего она любила петь
веселые песни.
Она пела о том, как хорошо жить
на свете, как ярко светит солнце,
как зеленеет трава, как хочется ей
обнять весь этот мир.
Так она летала, пела, пока
не встретила другую птичку.
И они спели вместе. Эту песню
услышал высоко в небе ястреб.
Он сложил крылья и камнем бросился
вниз к земле. И тогда самая взрослая
птичка вылетела навстречу ястребу
и запрыгала по земле, притворяясь,
что у нее сломана лапка. Она хотела
увести его подальше от гнезда,
чтоб потом спрятаться и вернуться".
-Вы можете меня здесь
подождать, хорошо?
-Совсем другие двери.
Надо же, все так изменилось.
Аннушка, не нужно. Там уже,
наверное, другие люди живут.
-Здравствуйте.
-Здрасте.
-Меня зовут Анна Герман. Это моя мама
Ирма Мартас.
-Анна Герман?!..
-Да, но это сейчас неважно.
Мы просто когда-то жили здесь,
до войны. Можно нам посмотреть?
-Ну, конечно, пожалуйста.
-Этого ничего не было.
А вот здесь был дастархан.
-Он вас ждет.
-Здравия желаю, товарищ генерал.
Открывай!
-Здесь.
-Здравствуй, папа.
-Хочешь казнить?
Поздно. Я сам себя давно казнил.
Знаешь, что мне сказал
перед тем, как...
"Никогда она не будет твоей.
Никогда".
-Ойген...
Я тебя нашла.
ПО-АНГЛИЙСКИ:
-Фонограмма?
Не может быть и речи. Я не буду
обманывать людей никогда!
-Но, мадам, все так поют.
-Я так не пою. И этого достаточно.
Можете отменять концерт.
-Скажите, пожалуйста, полька!
-Что?
-Ничего, мадам. Характер у вас.
Скажите, вы русская?
-Предупредите дирижера
и не забудьте о моей
просьбе, пожалуйста.
-Добрый вечер, дамы и господа!
Это большая честь для Мельбурна -
увидеть на этой сцене певицу
с уникальным голосом.
Белый ангел польской эстрады.
Просим! Анна Герман!
-Спасибо.
Добрый вечер.
Наш мир теперь такой суетливый.
Нам некогда даже сказать своему
близкому дорогому человеку,
который живет рядом,
что мы его любим.
Вокруг как будто страшно много важных
проблем, которые нужно решать.
А вот сказать самое главное некогда.
И я подумала: вот теперь, когда я
на целых два часа завладеваю вашим
вниманием, вашими сердцами,
я буду петь про любовь.
Здесь слишком много света, да?
ВСТУПЛЕНИЕ К РОМАНСУ
"ГОРИ, ГОРИ МОЯ ЗВЕЗДА"
Гори, гори, моя звезда,
Звезда любви приветная.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
Ты у меня одна заветная,
Другой не будет никогда.
-О, Господи!
-Что произошло?
-Вызовите скорую. Быстрее!
Она потеряла сознание.
-Господи, что случилось?
Нужно побыстрее вызвать врача.
ПО-ПОЛЬСКИ: -Аня...
-Збысь?
Я умерла, да?
-Ну что говоришь?
Ты перенесла две операции.
-Все-таки они добрались до меня.
Так долго хотели меня порезать.
Все зря?
Да?
-Ну что ты. Они говорят, что...
-Сколько?
-Аня...
-Не надо, Збысь.
Сколько мне еще осталось?
Как ты, воробушек?
-Тебе больно, да?
-Нет. Ничего. Почитать тебе?
Почитать?
-Я выберу.
-Хорошо.
Мама, я сейчас выберу самую
интересную книжку.
-Что там?
Корчак?
-Эта.
-Эта?
-Что это?
-Как я давно ее искала.
-Кто это?
-Это твой дедушка.
Это бабушка.
А это я, маленькая.
Видишь?
"Господь пастырь мой.
Я ни в чем не буду нуждаться.
Он покоит меня на злачных пажитях
и водит меня к водам тихим,
подкрепляет душу мою,
направляет меня на стезю правды
ради Имени Своего.
Если я пойду и долиною смертной тени,
не убоюсь зла, потому что Ты со мной.
Твой жезл и Твой посох,
они успокаивают меня".
-Я боюсь, Збигнев. Она
не спит почти, не ест.
-Но ведь и уколов не хочет делать.
Врачи говорят: "Может, это ремиссия?"
Может, боль уходит.
-Не пишут, когда закончится
этот бардак?
-Неизвестно. В Москве траур,
генерал какой-то умер.
-Мама, ты же никуда не уйдешь, да?
-Никуда, мой ангел, никуда.
Я всегда буду с тобой.
-Тебе уже лучше?
-Жаль...
...что я так и не спела Ему.
-Кому?
Если я выздоровею, я буду петь
только в костеле для Бога.
-Аня...
-Збысь, мне был знак.
-Сестра Анна, веришь ли ты в Бога,
Иисуса Христа, Сына Его
единственного и Духа Святого?
-Верю.
-Согласна ли ты принять крещение
водой, как Господь наш?
-Да.
-Сестра Анна, крещу тебя, во имя
Отца, и Сына, и Духа Святого. Аминь.
Аминь.
-Ну все. Прекрасно. Спасибо.
Хорошо. Вам пора.
-Как, Аннушка?
-Мама, завтра.
Все завтра. Идите.
Какое сегодня число?
-Двадцать пятое.
-Значит, через 15 лет.
-После чего?
После Италии?
-Отпусти меня, Збысь.
Не надо.
Не бойся.
Мне не страшно уйти.
"Любовь долготерпит, милосердствует.
Любовь не завидует, не превозносится.
Не гордится, все покрывает,
всему верит.
Всего надеется, все переносит".
-Папа...
А мама сказала, что на небе есть одна
звезда, и она называется так же, как
мама. Когда я соскучусь,
я смогу ее увидеть, потому что она
скоро превратится в птицу и полетит
к этой звезде.
Я серьезно говорю.
-Бысюля, не балуйся.
-Там мама!
-Где?
-Мама прожила 97 лет. Она умерла
в Варшаве, в нашем доме,
на руках у моих Збышеков.
Бысюля очень вырос. Теперь
он настоящий великан,
2 метра и 18 сантиметров.
Он совсем не поет, но зато он стал
большим ученым. А Збышек, он так
больше и не женился. Он ждет
и часто говорит со мной. Через пять
лет после моей смерти моим именем
и правда назвали одну далекую звезду.
С Земли она почти не видна.
Но когда хорошим людям становится
здесь трудно, она светит ярче, дает
им надежду. Потому что ведь что бы
ни случилось, человек обязательно
должен надеяться и любить.
ПЕСНЯ: "Один раз в год сады цветут,
Весну любви один раз ждут.
Всего один лишь только раз
Цветут сады в душе у нас,
Один лишь раз,
Один лишь раз".
 

////////////////////////////